Glencore меняется с головы

Глава трейдингового гиганта Glencore Айван Глазенберг может уйти в отставку через три-пять лет, рассказали источники Bloomberg. У Glencore немного активов в России, но все они значимые: доли в «Русале», «Роснефти» и «Русснефти» и торговые контракты с этими компаниями, а также экспорт зерна. Впрочем, участники рынка не ждут резкой смены курса Glencore по отношению к России даже в случае смены менеджмента.

Глава швейцарского трейдера Glencore Айван Глазенберг объявил инвесторам, что может оставить свой пост на горизонте трех-пяти лет, и уже начал тренировать трех-четырех потенциальных преемников, сообщило Bloomberg. По его данным, господин Глазенберг, который работает в Glencore более 30 лет (в январе ему исполнится 62 года), полагает, что компанию должен возглавить «лидер из молодого поколения». Топ-менеджер владеет около 8,6% трейдера, в целом у менеджмента около 20%. В Glencore отказались от комментариев. Информация о смене главы Glencore появилась на фоне антикоррупционного расследования США бизнеса компании в Конго, подчеркивает Bloomberg. Но для компании это привычная история: трейдер создан Марком Ричем, попавшим в опалу в США за спорные нефтяные сделки с Ираном, и известен не только своим масштабом (выручка в 2017 году — $205,47 млрд), но и готовностью идти на повышенные страновые риски.

Glencore активно участвовал в приватизации и становлении бизнес-империй в РФ и СНГ, а к середине 2000-х годов закрепился в относительно небольшом числе значимых российских активов. Так, ему принадлежит 8,75% в «Русале», полученных в ходе слияния «Русского алюминия» Олега Дерипаски, СУАЛа Виктора Вексельберга и партнеров и активов Glencore в 2007 году. Для Glencore доля операций с «Русалом» (до $2,5 млрд в год) невелика, а для алюминиевой компании они обеспечивают четверть продаж. Источники “Ъ” рассказывали, что у Олега Дерипаски (как минимум до введения против него санкций США в апреле) были очень хорошие отношения с Айваном Глазенбергом, и на закрытых приемах Glencore в Давосе они часто сидели за одним столом. Господин Глазенберг в апреле вышел из совета директоров «Русала», но собеседники “Ъ” не исключали, что Glencore так или иначе будет задействован в торговых схемах. Трейдер не вышел из капитала «Русала», хотя Минфин США дал такую возможность.

С момента основания Михаилом Гуцериевым «Русснефти» в 2002 году Glencore был одним из основных кредиторов и ключевым трейдером. Взамен он получил доли в месторождениях, а в 2015 году часть долга «Русснефти» перед трейдером конвертировали в 25% ее акций. Сейчас у Glencore 33% «Русснефти». Собеседник “Ъ” в отрасли говорит, что возможный уход Айвана Глазенберга из Glencore не повлияет на работу с «Русснефтью», ведь у трейдера есть «определенные традиции».

Glencore — крупнейший трейдер российской нефти, эту позицию он упрочил в 2012 году, когда предоставил «Роснефти» около $6 млрд предоплаты за поставку 39 млн т нефти в следующие пять лет. Деньги «Роснефть» направила на покупку ТНК-ВР. Наиболее ярко готовность Glencore идти на риски на российском рынке ради получения преимуществ проявилась осенью 2016 года в ходе сделки по продаже госпакета «Роснефти» (19,5% акций). «Роснефть» уже находилась под санкциями США, что серьезно затрудняло финансирование сделки, а дальнейшие санкции могли сделать акции токсичным активом. Glencore же приобрел не только напрямую 0,53% за €300 млн, но и совместно с катарским QIA 14,16% на кредит под залог бумаг. В награду трейдер получил пятилетний контракт на 11 млн т нефти в год. В 2018 году QIA стал единственным обладателем пакета в 14,16%, но Glencore сохранил 0,57%. Айван Глазенберг входит в совет директоров «Роснефти», в 2017 году он получил орден Дружбы «за большой вклад в укрепление сотрудничества с РФ» от Владимира Путина. Кроме того, у Glencore в РФ есть бизнес по экспорту зерна.

Собеседник “Ъ” в крупной компании призывает не замыкать Glencore исключительно на фигуре Айвана Глазенберга: все решения, в том числе по рискованным сделкам и проектам, очевидно, проговаривались с ключевыми топ-менеджерами и проводились через совет директоров. Однако, продолжает источник “Ъ”, глава Glencore олицетворяет сложившийся агрессивный стиль бизнеса компании, который «вызывает вопросы у благонравных инвесторов, например у пенсионных фондов», и смена руководства могла бы стать частью сдвига имиджа в сторону большей прозрачности. Собеседник “Ъ” не ожидает полного выхода Glencore из стран с повышенными рисками, в том числе из России, но полагает, что могут последовать продажи отдельных активов: в СНГ вряд ли это будут доли в «Русале», «Русснефти» или «Казцинк», но под пересмотр может попасть пакет в «Роснефти». Возвращаться к чистому трейдингу для Glencore нецелесообразно, считает он, поскольку «при громадных оборотах он дает низкую маржу».

Источник “Ъ” на инвестрынке называет новость «несколько неожиданной», указывая на сложившийся имидж Глазенберга как «трудоголика и человека, полного энергии и идей в свои годы». Маловероятно, что Glencore возглавит «варяг», а пока компанией продолжит руководить «старая гвардия», вряд ли стоит ждать кардинальных перемен, в том числе сокращения бизнеса с Россией, считает он. Но инвесторы в последние годы ожидают от Glencore возврата на вложения за счет дивидендов и buyback (в июле компания объявила о выкупе акций на $1 млрд), а также хотят, чтобы компания нашла оптимальный баланс между органичным развитием и сделками M&A, к которым она тяготеет.