96. 01. 007-011. Конституционный строй России: вопросы парламентского права / РАН. Ин-т государства и права; ред. Кол. : Глушко Е. К. , козлов А. Е. , степанов И. М. - М. ; ин-т государства и права, 1995. - 131 с. Сводный реферат

РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК

ИНСТИТУТ НАУЧНОЙ ИНФОРМАЦИИ ПО ОБЩЕСТВЕННЫМ НАУКАМ

СОЦИАЛЬНЫЕ И ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ

ОТЕЧЕСТВННАЯ

ЛИТЕРАТУРА

РЕФЕРАТИВНЫЙ ЖУРНАЛ СЕРИЯ 4

ГОСУДАРСТВО И ПРАВО 1

издается с 1974 г. выходит 4 раза в год индекс РЖ 1 индекс серии 1,4 рефераты 96.01.001-96.01.048

МОСКВА 1996

КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО

96.01.007-011. КОНСТИТУЦИОННЫЙ СТРОЙ РОССИИ: ВОПРОСЫ ПАРЛАМЕНТСКОГО ПРАВА / РАН. Ин-т государства и права; Ред. кол.: Глушко Е. К., Козлов А. Е., Степанов И. М.— М.; Ин-т государства и права, 1995 .— 131 с. Сводный реферат

Сборник научных статей посвящен памяти одного из ведущих ученых-юристов в области конституционного (государственного) права доктора юридических наук, профессора Георгия Васильевича Бара-башева.

В сборнике исследуются теоретические и практические проблемы, связанные с реализацией новой Конституции РФ. Предпринята попытка выяснения сущности парламентского орава как относительно самостоятельной подотрасли конституционного права. Парламентское право рассматривается не просто как технологическая сторона конституционного процесса, а как важнейшая гарантия поддержания режима конституционной законности. Сборник содержит ряд рекомендаций по совершенствованию статуса парламентских структур и парламентских процедур.

96.01.007. СТЕПАНОВ И. М. ПАРЛАМЕНТСКАЯ ДЕМОКРАТИЯ И ВЫБОР ФОРМЫ ПРАВЛЕНИЯ — С. 16-25.

Одна из примечательных особенностей новой Конституции России заключается в том, что в первой главе “Основы конституционного строя”, прямое нормативное закрепление получили общепризнанные принципы парламентаризма: человек — высшая социальная ценность (ст. 2); народ — единственный источник власти (ст. 3); государственная власть осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную (ст. 10); Конституция имеет высшую юридическую силу (ст. 15). Основания к отбору именно республиканской формы правления налицо.

Конструирование формы правления обусловлено не только требованиями императивов парламентаризма, но и рядом других обстоятельств — историко-идеологических, социально-психологических, международно-правовых. В статье автор останавливается на некоторых из них.

Усилиями марксистско-ленинской доктрины государства и права понятия и институции, связанные с парламентаризмом, были так пе-

редерну ты, как, пожалуй, никакие другие из общецивилизационного арсенала политико-юридических ценностей. Чем же не устраивал парламентаризм основоположников научного социализма? Принципиально важным было — воинствующая несовместимость диалектикоматериалистических представлений о пролетарско-классовых интересах с самой идеей разделения властей, лежащей в основе концепции парламентаризма. Несовместимость прежде всего в социальном аспекте, поскольку диктатура пролетариата по самой сути своей никакими парламентскими вольностями связана быть не должна, а законами тем более.

Знаменитая ленинская формула: “Не парламентарная республика, а Республика Советов” — не означала отказа не только от представительных учреждений, но и вообще от институционнально-властных структур государственности как таковой. Речь шла об утверждении на расчищенной от “буржуазного хлама” почве принципиально новой формы “республиканизма”, по всем своим параметрам отвечающей требованиям авторитарно-тоталитарного строя. Есть представительная, исполнительная, судебная система власти, есть и система как бы местного самоуправления. Но принципы взаимоотношений между ними, с одной стороны, и взаимоотношений их с населением — с другой, вывертывается так, что место разделения властей занимает единство законодательной и исполнительно-контрольной деятельности; место партийно-политической ответственности правительства — ординарная подотчетность, место свободного депутатского мандата — императивный, с иллюзорным правом отзыва и т. д.

Словом, констатирует автор, в один и тот же 1917 год в нашей стране было покончено сначала с монархией, а затем и с республиканской формой правления. XX в. обрел в лице новой России невиданный дотоле тип государства в виде монопольно-коммунистической диктаторской машины. Только спустя долгих 70 лет после разгона Учредительного собрания в нашей стране на волне демократизации и гласности вспыхнул интерес к философии и опыту правового государства.

Отмечается, что уже Конституция РСФСР 1978 г. в дополненном и измененном виде несла в себе элементы нового видения конституционного права Российской Федерации начала 90-х годов. В ней просматривались мотивы общецивилизационных ценностей, гражданственности, парламентаризма. С лета 1993 г. дело конституционного реформирования было возложено Президентом на Конституционное Совещание. 12 декабря 1993 г. референдум по Конституции РФ и выборы в Федеральное Собрание — две этапные для судеб России общественно-политические кампании увенчали конституционный процесс. В результате конституционной реформы страна получила типичную для современ-

ных государств форму правления — сильную, даже жесткую президентуру. Переход на режим сильной президентуры оценивается автором позитивно.

96.01.008. РУМЯНЦЕВА Т. С. ФЕДЕРАЛЬНОЕ СОБРАНИЕ: КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВОЙ СТАТУС.— С. 25-40.

Исчерпывающая характеристика конституционно-правового статуса Федерального Собрания включает в себя рассмотрение широкого спектра вопросов. Из них на первое место, по мнению автора, следует поставить нормы о социальном назначении парламента, которые конкретизируются в его принципах, целях и задачах. Вторую по значимости составную часть этого статуса образуют нормы, устанавливающие компетенцию парламента. Самостоятельный элемент статуса парламента — положения, касающиеся его внутреннего устройства, т. е. совокупности органов, структур, подразделений, призванных обеспечивать постоянную и действенную работу законодательного органа Российской Федерации. Для конституционно-правового статуса Федерального Собрания особое значение имеют нормы о порядке выборов депутатов Государственной Думы и об образовании Совета Федерации, а также процедурные вопросы его деятельности.

В статье автор анализирует лишь конституционные положения, касающиеся социального назначения парламента, основных направлений его деятельности, конкретных полномочий. Особое внимание уделено характеристике внутреннего устройства Федерального Собрания, поскольку парламент, представляя собой единое целое формирование, в то же время состоит из ряда структурных подразделений — рабочих органов, от слаженной и четкой работы которых в немалой степени зависит эффективное функционирование Федерального Собрания в целом.

96.01.009. КОЗЛОВ А. Е. ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПАРТИИ В ПАРЛАМЕНТСКОМ ПРОЦЕССЕ — С. 40-57.

Многопартийная система — это один из институтов современного общества, без которого невозможна представительная демократия. Парламент же как главный элемент представительной демократии не может считаться демократически избранным без соперничества партий в политической борьбе за депутатские мандаты. Партии, ориентирующиеся на работу в представительных органах, называются парламентскими. Одна из важнейших целей политических партий — борьба за власть. Специфика участия политических партий в парламентском процессе во многом зависит от вида партийной системы, сформировавшейся в стране.

Обеспечивая необходимую связь между населением и представительным механизмом правления, политические партии выступают важнейшим инструментом организации и проведения избирательных кампаний. В соответствии с этим главными задачами политических партий являются: формирование своих избирательных программ и их пропаганда, выдвижение кандидатов в депутаты, получение наибольшего числа голосов на выборах. Участие политически к партий в избирательной кампании, как правило, детально регламентировано нормами избирательного права. В статье анализируются выборы в Федеральное Собрание РФ 1993 г. Выборы показали, что многочисленные политические блоки и партии не стали главным инструментом взаимосвязи гражданского общества с институтами власти. Скорее можно говорить о популярности отдельных политиков.

Мера участия политических партий в управлении делами государства зависит прежде всего от того, завоевали ли они депутатские мандаты на выборах. В зависимости от формы правления можно проследить и участие парламентского большинства в формировании правительства. Так, смешанная модель правления, учрежденная в нашей стране Конституцией 1993 г., формально не связывает Президента с парламентским большинством при выборе кандидатуры на пост Председателя правительства. Но поскольку согласие на его назначение дает Государственная Дума, Президент фактически вынужден считаться с мнением парламентского большинства.

Принцип многопартийности предполагает, что правами обладает не только парламентское большинство, но и меньшинство. При этом нередко они закреплены в регламентах.

Далее автор характеризует статус партийных фракций в парламенте, пишет о фракционной дисциплине депутатов.

96.01.010. СКУРАТОВ Ю. И. ПАРЛАМЕНТ И ПРЕЗИДЕНТ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ — С. 68-77.

В статье рассматриваются три аспекта этой проблемы: во-первых, отличие схемы взаимодействия парламента и Президента, закрепленной в новой Конституции России, от существовавшей ранее; во-вторых, соотносимость современной российской конституционной модели взаимодействия парламента и Президента с зарубежными аналогами; в-третьих, правовые и организационные проблемы практической реализации этой нормативной модели.

Изменения характера взаимоотношений между парламентом и Президентом обусловлены в первую очередь фундаментальными сдвигаг ми в государственном механизме, связанными с формированием новой системы органов государства. В Конституции РФ 1993 г. юридически оформлен отказ от органов типа Советов, упразднена единая

4-3653

вертикальная система представительных органов власти, двухэтажная структура парламента, ликвидирован Президиум Верховного Совета РФ. Наряду с этим в новую Конституцию России включены положения, отражающие правовые стандарты парламентаризма: Государственная Дума работает на профессиональной основе; Федеральное Собрание является постоянно действующим органом, в его исключительном ведении находится осуществление законодательной деятельности. Весьма существенное влияние на изменение взаимоотношений парламента я Президента РФ оказало введение реальной двухпалатной структуры парламента.

Важная особенность новой Конституции РФ по сравнению с Основным законом 1978 г. — значительное усиление полномочий Президента. Анализ главы 4 Конституции 1993 г. свидетельствует о своеобразном перемещении центра тяжести государственной власти с представительных органов законодательной власти на исполнительную, прежде всего на Президента России. С одной стороны, Президент наделяется рядом новых полномочий, с другой — парламент России утратил ряд полномочий, дающих ему право вносить коррективы в деятельность Президента.

Уже простре перечисление изменений в объеме полномочий парламента и Президента свидетельствует о появлении принципиально новой для отечественной практики государственного строительства схемы взаимоотношений законодательной и исполнительной ветвей власти. Это дает основание сделать вывод не только об отказе от советской системы организации власти, но и о переходе от парламентской республики к президентской. В связи с этим, считает автор, закономерны сопоставления российской модели организации власти с аналогичными моделями зарубежных стран.

Выделяя ряд принципиальных особенностей российской модели организации власти, автор находит много сходных моментов с французской моделью. Однако при всей несомненной их близости институт президентства в России достаточно самобытен и с трудом вписывается в традиционные схемы организации президентской власти. По мнению автора, в России должен быть создан новый механизм взаимоотношений между Президентом и парламенте»!. Создание этого механизм сопряженно с немалыми трудностями как объективного, так и субъективного характера. Причем одна часть этих проблем лежит в политической сфере, другая — в правовой, третья — в организационной. Появление трудностей связывается, с ^ведением реальной двухпа-латности, с порядком формирования Совета Федерации. Обращается внимание на ряд положений новой Конституции, Рф, создающих потенциальные возможности для ослабления контроля за деятельностью Президента.

96.01.011. КРАСНОВ М. А. ПАРЛАМЕНТСКАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ДЕПУТАТА.— С. 94-108.

Прежде всего автор подчеркивает, что его методологической позицией, определяющей ход рассуждений, является взгляд на народное представительство как на область, полностью пронизанную категорией ответственности, проявляющей себя в разных видах, формах, процессуальных механизмах. В системе народного представительства он выделяет ответственность самого народа (проявляющуюся как самостоятельность), ответственность представительных органов перед источником власти за соответствие мандату доверия, их ответственность за соблюдение Конституции и законов, ответственность депутата перед избирателями и, наконец, ответственность депутата как члена йредставительного органа. Этот последний вид ответственности именуется парламентской ответственностью депутата.

Анализ научной литературы, законодательства и практики советского периода свидетельствует о теоретической неразработанности, законодательной пробельности института парламентской ответственности депутата как неотъемлемой части парламентского процессуального права. Сегодня в России юридическая наука вынуждена практически на голом месте разрабатывать концепцию парламентской ответственности депутата и предлагать ее механизмы законодателю. Настоящая статья, пишет автор, представляет собой одну из попыток продвинуться в этом направлении.

Прежде всего речь идет о природе парламентской ответственности. С одной стороны, она является разновидностью конституционноправовой ответственности. С другой — парламентская ответственность напоминает дисциплинарную. Парламентская ответственность депутата, т. е. ответственность его как члена коллегиального органа, направлена на контроль и коррекцию депутатского поведения по формализованным основаниям. Инстанцией парламентской ответственности (субъект, перед которым надо держать ответственность), по мнению автора, является государство. Тем самым снимается всякая персонификация инстанции ответственности и в то же время не исчезает реальная ответственность за нарушение регламентных норм.

Самой сложной проблемой, считает автор, являются основания ответственности. От численности и характера оснований ответственности в сфере властной, управленческой деятельности зависит вопрос о том, насколько стимулируется или хотя бы не ограничивается позитивная активность субъекта. Обобщенным основание ответственности депутата является соблюдение правил работы представительного органа, в который избран депутат. Вряд ли правильно, пишет далее автор, регламентировать каждое действие депутата, необходимо соблюдать баланс между эффективностью работы парламента и парламент-4*

ской свободой, т. е. свободой представительства интересов. Поэтому, на его взгляд, в основу должен быть положен принцип коррекции, в том числе посредством ответственности; коррекции подлежит всякое действие или бездействие депутата, которое ущемляет права других депутатов, дезорганизует работ^ палаты парламента. Исходя из этого принципа, автор указывает на несколько сфер, где от соблюдения правил работы зависит политический результат. Во-первых, это правила, регулирующие работу депутатов как членов палаты, действующих на постоянной, оплачиваемой работе. Здесь имеется в виду прежде всего явка депутатов на заседания палаты, комитетов, комиссий, членами которой они являются. Во-вторых, это правила, регулирующие порядок ведения заседаний палат и органов палат. Основной акцент здесь делается на контроле за этико-политическим содержанием депутатских выступлений, а также на контроле за организованностью при выражении депутатских мнений. В-третьих, это правило, регулирующие порядок голосования.

Далее в статье рассматривается регулирование парламентской ответственности депутатов в российском эакошщательстве до принятия Конституции 1993 г. и после. В результате автор резюмирует: “российский парламентаризм, о становлении которого можно сегодня говорить, остается пока ущербным, ибо он лишен такой своей важной составной части, как система парламентской ответственности самих депутатов” (с. 106).

В сборнике содержатся также статьи: “Федеральное Собрание: законодательный процесс”

Е. В. Алферова

96.01.012-016. МЕСТНОЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ В РОССИИ: СОСТОЯНИЕ, ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ: Материалы науч.-практ. конф.— М.: Изд-во Моск. ун-та, 1994 .— 168 с. Сводный реферат

Содержание сборника составляют материалы научно-практической конференции, посвященной памяти крупнейшего российского ученого-государствоведа Г. В. Барабашева. На конференции шел серьезный разговор о предмете, весьма близком Г. В. Барабашеву, — перспективах развития местного самоуправления в Российской Федерации.

Открывается сборник статьей Г. В. Барабашева “Местное самоуправление — трудное дитя России”, в которой речь идет о демократическом переустройстве местной власти на базе проверенных историче-