2009. 04. 019. Берман Э. П. Почему университеты стали патентовать результаты исследований? Формирование институтов и путь к принятию закона Бэя-Доула. Berman Е. Р. Why did universities start patenting? Institution-building and the road to the Bayh-Dole act // social studies of science. - L. , 2008, - Vol. 38, n 6. - p. 835-871

2009.04.019. БЕРМАН Э.П. ПОЧЕМУ УНИВЕРСИТЕТЫ СТАЛИ ПАТЕНТОВАТЬ РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЙ? ФОРМИРОВАНИЕ ИНСТИТУТОВ И ПУТЬ К ПРИНЯТИЮ ЗАКОНА БЭЯ-ДОУЛА. BERMAN Е.Р. Why did universities start patenting? Institution-building and the road to the Bayh-Dole Act // Social studies of science. - L., 2008, -Vol. 38, N 6. - P. 835-871.

Ключевые слова: Закон Бэя-Доула; коммерциализация; правительство; институциональная теория; патенты; передача технологий; университеты.

Э.П. Берман - доцент кафедры социологии в Университете Олбани (штат Нью-Йорк). В данной статье при помощи институционального подхода автор объясняет возрастание объемов патентования университетами результатов своих исследований. В течение последних десятилетий университеты США все чаще патентуют права на изобретения, сделанные в рамках своих исследований. Некогда это считалось неправильным, так как воспринималось как передача общественных благ в частные руки, однако в настоящее время данная практика широко распространена и поддерживается на основании того, что частная собственность зачастую необходима для обеспечения достаточных стимулов к инвестициям в развитие научных исследований. Изменениям в патентной деятельности университетов и результатам этого процесса посвящено все большее число работ, однако причины роста случаев патентования университетами еще не выяснены.

Простым объяснением данного вопроса является принятие Закона Бэя-Доула в 1980 г., который не только значительно облегчил патентование университетами результатов исследований, финансируемых из государственных средств, но и стимулировал их к этому. Вместе с тем оно представляется сомнительным, поскольку не комментирует рост числа патентов в предшествующий принятию закона период. Кроме того, только действием данного закона сложно объяснить рост объемов патентования в университетах после 1980 г.

Автор пытается ответить на этот вопрос с помощью институциональной теории и обосновывает подход к данному явлению как к институту - своду правил (формальных и неформальных), регла-

ментирующих часть жизни общества, который стал легитимным, стандартным и общепризнанным. В этом случае институционали-зация патентования университетами своих разработок может рассматриваться как процесс, который привел к тому, что патентование стало частью университетской деятельности со своей правовой, организационной и нормативной структурой.

Уже довольно долгое время институциональная теория занимается вопросами формирования институтов: их созданием, сохранением и разрушением. Исследования, проведенные в последнее десятилетие, позволяют очертить социологическую основу для объяснения институциональных изменений, в частности формирования института, в которой логически выделяют: 1) усилия отдельных индивидов; 2) централизацию их интересов; 3) использование власти; 4) размещение ресурсов; 5) объединение и коллективные действия; 6) значение социального положения акторов по отношению к другим индивидам, организациям и более широкому кругу лиц.

Формирование института - это решение проблем, стоящих перед обществом (в случае с университетским патентованием проблема состояла в неспособности доведения изобретений, исследования по которым финансировались из правительственных фондов, от лаборатории до рынка). Институты создаются, когда их сторонникам удается влиять на когнитивные, нормативные, организационные и/или правовые условия, необходимые для их возникновения. Таким образом, их создание начинается со способности отдельных индивидов склонять к сотрудничеству других. И если акторам, заинтересованным в формировании института, удастся собрать вместе достаточно людей и ресурсов, они смогут достигнуть своих целей. Институт может возникнуть относительно быстро, или он может формироваться через ряд этапов в течение определенного периода времени (тогда вначале может возникнуть протоинститут - отдельные, слабые попытки совместного решения проблемы, в потенциале могущие превратиться в институт). В случае университетского патентования можно наблюдать оба варианта: появление механизмов, узаконивших университетское патентование, и приведшая к их возникновению общепринятая практика, включающая правовые, когнитивные, нормативные и организационные аспекты.

Подчеркивание роли акторов в институциональной теории обладает некоторым сходством с акторно-сетевой теорией (actor-network theory - ANT), однако применение институционального подхода преследует несколько иные цели. Во-первых, в отличие от ANT, исследующей в первую очередь изменения, теория формирования институтов в конечном счете направлена на объяснение причин стабильного существования объекта исследования. Во-вторых, институциональная теория пытается выявить механизмы - модели поведения, наблюдаемые в различных проектах по созданию институтов, тогда как ANT не заинтересована в обобщении теории их формирования.

Если под «институционализацией» понимать легитимность, стандартность и общепризнанность, то можно сказать, что институт патентования университетами результатов исследований не существовал до конца 1960-х годов. Управление патентами рассматривалось многими как коммерческая деятельность, не вполне соответствующая университетской, и обычной практикой была передача этой функции внешней организации, как правило, исследовательской корпорации (research corporation). Лишь небольшое число университетов имели в штате патентного поверенного, а во многих университетах ответственного за данную сферу деятельности и вовсе не было. Причиной этого была послевоенная правительственная патентная политика, определявшая границы для возможного патентования результатов исследований, так как после Второй мировой войны федеральное правительство стало главным заказчиком и источником финансирования для академической науки.

Существуют два основных типа государственной патентной политики: в первом случае государство может присваивать права на все изобретения, полученные в результате проведения исследований за счет государственных фондов, и изобретения не могут быть запатентованы, а изобретатели не могут предъявлять на них права; во втором случае права на изобретение могут принадлежать организации, его сделавшей, а государство получает бесплатную неисключительную лицензию на его использование. В США в условиях отсутствия единой патентной политики различные федеральные агентства формировали на основе указанных типов собственные варианты патентной политики, исходя из собственных задач.

Институт патентования университетами результатов исследований формировался в три этапа. Первый этап - формирование протоинститута - связан с деятельностью Национальных институтов здоровья (National Institutes of Health - NIH), входивших в структуру Министерства здравоохранения, образования и социального обеспечения США (Department of Health, Education, and Welfare - HEW). В рамках NIH была предпринята попытка снизить административные барьеры, препятствовавшие патентованию, с помощью внедрения базисных патентных соглашений (Institutional Patent Agreement - IP A). IPA предусматривали заключение контрактов HEW с университетами, согласно которым при соблюдении ряда условий министерство отказывалось от приобретения прав на изобретения, которые могли быть сделаны в рамках финансируемых программ. Таким образом, университетам уже не требовалось делать запросы по поводу каждого изобретения, а достаточно было получить один - по IPA. Важную роль в этом также сыграло назначение на пост патентного поверенного в NIH Н. Лат-кера (N. Latker), являвшегося убежденным сторонником идеи передачи прав на полученные результаты изобретателям и поддерживавшего идею IPA.

Введение системы IPA в HEW было важным шагом, так как в 1960-е годы это министерство не просто было главным источником финансирования университетских исследований, оно предоставляло примерно 1/3 всех средств, направляемых на ИР в университетах. IPA стали значительным этапом, так как, являясь административным механизмом, упростили для университетов получение патентов и сделали это обычной практикой. В то же время, будучи протоинститутом, IPA имели ограниченные возможности вследствие того, что они не были широко распространены. Этот процесс начался только в 1973 г., когда IPA применил Национальный научный фонд (ННФ), чему способствовал патентный поверенный ННФ Д. Ласкен (J. Lasken), считавший, что университеты более способны к управлению изобретениями, чем правительство.

Формирование политического проекта Латкера и Ласкена по существенному изменению патентной политики получило также поддержку председателя Комитета по государственной патентной политике (Committee on Government Patent Policy) Федерального совета по науке и технологиям (Federal Council for Science &

Technology - FCST) Б. Анкер-Джонсон (B. Ancker-Johnson), однако отсутствие четкого видения законопроекта, а также критика со стороны общественных организаций за передачу патентных прав в частную собственность привели к срыву данной попытки изменения патентной политики.

Второй этап институционализации патентования университетами результатов исследований связан с формированием в начале 1970-х годов профессионального сообщества университетских патентных управляющих, которое могло служить инфраструктурой для расширения деятельности по патентованию и лицензированию изобретений. Возникновение данного сообщества во многом явилось результатом деятельности Исследовательской корпорации, которая, кроме всего прочего, организовывала специальные конференции и семинары, что повышало общий уровень знаний в области управления патентами. Кроме того, функционирование IPA привело к появлению в университетах служащих, занятых управлением патентами. Важную роль также сыграли сторонники разрешения университетам патентования изобретений среди правительственных чиновников.

В результате в 1974 г. было создано Общество университетских патентных управляющих (Society of University Patent Administrators - SUP A), что способствовало формированию неформальных социальных сетей, становившихся все более устойчивыми. Развитие формального профессионального объединения управляющих стало еще одним индикатором процессов институционали-зации, а также послужило источником для дальнейшей институ-ционализации через их совместные действия.

Третий этап формирования рассматриваемого института заключался в попытках изменения государственной патентной политики, что в конечном счете привело к принятию Закона Бэя-Доула. С начала 1970-х годов небольшая группа правительственных чиновников, считающих, что исследователи должны иметь патентные права на изобретения, сделанные в рамках исследований, финансируемых государством, начали работу по нескольким направлениям. В 1977 г. им удалось внести законопроект, согласно которому как коммерческие, так и некоммерческие организации, получающие государственные средства для исследований, обладали бы широ-

кими патентными правами. После того как законопроект был отклонен, было принято решение о смене стратегии.

Одной из самых важных причин, по которым законопроект был отклонен, было то, что он предусматривал передачу прав на изобретения широкому кругу коммерческих и некоммерческих организаций, в том числе крупному бизнесу, а это воспринималось многими как бесплатная раздача общественных благ. В связи с этим было принято решение сфокусировать усилия на предоставлении патентных прав университетам, другим некоммерческим организациям и малому бизнесу, что позволило устранить часть общественной критики и заручиться поддержкой лоббистов от малого бизнеса. Законопроект также был представлен как частичное решение проблемы «технологического разрыва» между США и такими странами, как Япония.

Объединение с новообразованным сообществом университетских патентных управляющих, требовавших от правительства облегчить доступ университетам к патентованию результатов своих исследований, и представителями сообщества малых предпринимателей помогло обеспечить внесение законопроекта от влиятельных сенаторов от обеих партий - республиканца Р. Доула (Robert Dole) и демократа Б. Бэя (Birch Bayh). Эта новая стратегия привела к успешному принятию Закона Бэя-Доула в 1980 г.

Принятие Закона Бэя-Доула обозначило глубокую институ-ционализацию процессов патентования университетами результатов исследований. Этот закон упростил для университетов процедуру патентования результатов, полученных в рамках исследований, финансируемых правительством. Впрочем, по-видимому, даже если бы законопроект был отклонен, указанные процессы все равно продолжались бы, так как применение IPA и самоорганизация университетских патентных управляющих во многом их уже институционализировали.

Таким образом, несмотря на то что Закон Бэя-Доула является основой формирования современного режима передачи технологий, его можно рассматривать как завершающий шаг в длительном процессе формирования институтов. Подобный анализ объясняет, почему университеты стали патентовать результаты исследований, а также позволяет согласовать противоположные точки зрения на Закон Бэя-Доула как на закон, оказавший на указанные процессы

ограниченное воздействие, и его общепринятое восприятие как переломного момента в процессе коммерциализации университетов.

Использование институциональной теории в исследовании процессов увеличения объемов патентования университетами результатов своих исследований помогло достичь двух целей. Во-первых, акцент на тех усилиях, которые были предприняты различными акторами для того, чтобы сделать процедуру патентования более легитимной, стандартной и общепризнанной, позволил разделить изменения, вызванные принятием Закона Бэя-Доула, и изменения, которые ему предшествовали. Во-вторых, институциональный подход лучше объясняет тот факт, почему усилия по увеличению объемов патентования в университетах дали желаемый результат.

В заключение автор отмечает, что институциональный подход в изучении процессов формирования институтов может использоваться в научно-технических исследованиях более широко. Так, понимание того, как социальные структуры, формирующие науку, возникают, развиваются и изменяются, может стать шагом к осмыслению того, как они действительно на нее влияют.

М.Н. Лавров