Иностранные послы на Боспоре и в Херсонесе

М. В. Скржинская

ИНОСТРАННЫЕ ПОСЛЫ НА БОСПОРЕ И В ХЕРСОНЕСЕ

В статье впервые собраны все немногочисленные сведения о послах, посещавших греческие колонии в Северном Причерноморье. Определенные известия уцелели лишь о посольствах в Херсонес и на Боспор. Автор выделяет различные явные и тайные цели послов, приезжавших из Эллады, городов Причерноморья, Египта и Рима. Особое внимание уделено обмену послами между Херсонесом и Боспором. В отдельную группу выделены священные посольства феоров, которые приглашали на панэллинские праздники.

Ключевые слова: Северное Причерноморье, Эллада, Рим, дипломатия.

Об иностранных послах, посещавших античные государства Северного Причерноморья, уцелело очень мало сведений. Вероятно, поэтому эти известия в эпиграфических и письменных источниках до сих пор никто не свел воедино. Между тем, такой свод может предоставить ценные сообщения о характере отношений государств Причерноморья и Средиземноморья с греческими колониями на северном берегу Понта.

Древнейшие интересующие нас сведения относятся к истории Боспора 1У-Ш вв. до н. э. Полиэн в «Стратегемах» (V, 44) описал, как в середине IV в. до н. э. к царю Левкону явился посол Архивиад с предложением заключить договор о гостеприимстве и дружбе с Македонией. На деле он исполнял тайное поручение полководца Мемнона, находившегося в то время на службе у македонского царя Филиппа II. Царь готовился к войне со скифами и не без основания полагал, что боспоряне могут выступить против него на стороне своих варварских соседей (Баргукш 2011: 63-64). Поэтому следовало оценить военный потенциал Боспора, и для этого Мемнон прибег к хитрой уловке. На триере, специально снаряженной для посольства, вместе с Архивиадом Мемнон отправил на гастроли знаменитого музыканта Аристоника, певшего под аккомпанемент кифары. Полководец рассчитывал, что на концерты прославленного кифарода в театрах нескольких боспорских городов соберется множество граждан, так что можно будет посчитать приблизительное количество боспорского войска. К сожа-

лению не известно, как Левкон откликнулся на предложение Архивиада и понял ли его тайный замысел, но можно с достаточной долей вероятности предположить, что царь направил со своими предложениями ответное посольство в Македонию.

Слова Полиэна о том, что македонское посольство прибыло к царю на триере, то есть на военном корабле, позволяют думать, что большой военный корабль «Исида», изображенный на рисунке из Нимфея (Grach1984: 81-88), доставил египетское посольство на Боспор в III в. до н. э. Дипломатические связи с Египтом в это время подтверждаются уцелевшими на папирусе сведениями о боспорских послах в Египте в 254 г. до н. э., которых приняли с большими почестями и пригласили на праздник Арсенои (MIS: 261-262).

Афинские послы доставляли в Пантикапей тексты постановлений о решениях присудить различные награды боспорским царям. О таком посольстве известно из афинского декрета 288 г. до н. э., где говорится о прибытии трех послов с известием о том, что на ближайших Великих Дионисиях царь Спарток III будет увенчан золотым венком (MIS: № 4).

В надписи сказано, что Спарток, следуя традиции предков, обещал продолжать оказывать услуги афинянам, и одна из них - недавно присланные в дар 15 000 медимнов хлеба. Декрет издан более чем через десятилетие после начала правления Спартока. Поэтому есть все основания считать, что при вступлении на престол в 304 г. до н. э. царь, как и его предшественники (MIS: № 3), отправил послов в Аттику с уверением о продолжении прежней политики Боспора в отношении Афин. Вероятно, тогда афиняне увенчали Спартока, как и его предков, золотым венком на Панафинеях и дали ему те же привилегии, которыми пользовались предшествовавшие цари, в частности права афинского гражданства, о чем, как о важнейшей награде упомянуто в декрете. Позднее в феврале 288 г. до н. э. афиняне постановили вновь наградить царя за его подарок хлеба и поддержку Афин в их борьбе с македонским владычеством. Поэтому было решено увенчать царя золотым венком на Великих Дионисиях, другом известном во всей Элладе празднике, который справляли в апреле. Афинские послы, прибывшие на Боспор с известием о награде и копией декрета, пригласили царя на Дионисии, во время которых в театре перед представлением трагедий провозгласят о венчании Спартока золотым венком и сообщат о решении установить его статуи с соответствующими надписями на агоре и на акрополе, где уже

находились статуи его предков. По всей вероятности решения об установке упомянутых статуй также неоднократно доставляли на Боспор афинские послы.

Из почетного декрета в честь полководца Диофанта (ЮБРЕ I2: 352) известно, что он в конце II до н. э., по поручению понтийского царя Митридата Евпатора, выступил послом в дипломатических переговорах с боспорским царем Перисадом. Сначала переговоры о мирной передаче власти понтийскому царю завершились «прекрасно и полезно» для Митридата Ев-патора, но позже эта попытка подчинить Боспор мирным путем была сорвана, и тот же Диофант подавил восстание против Митридата.

В ходе Третьей Митридатовой войны (73-63 г. до н. э.) Гераклея, прежде бывшая союзницей римлян, признала власть понтийского царя. После этого римские войска во главе с Коттой решили захватить город, но взять мощные оборонительные сооружения им не удалось; тогда римляне приступили к долговременной осаде и перерезали сухопутные пути к городу. Его жители стали испытывать затруднение с продовольствием. Сначала гераклеоты отправили посольство в свою колонию Херсонес с просьбой за деньги прислать им продукты питания, а затем с той же целью послы отплыли в Феодосию и Пантикапей, где у власти находился сын Митридата Махар (Метп. ХЬП, 1, 2); по-видимому такая помощь была оказана. Однако римляне подвели к берегу свою эскадру и окончательно блокировали всякий доступ к городу, и в результате они взяли и разорили Гераклею (Баргукш: 236-240).

В конце II в. до н. э. понтийский царь Митридат VI Евпатор планировал создать большое могущественное государство. Одним из направлений его внешней политики было стремление подчинить своей власти Ольвию, Херсонес и Боспор. Чтобы склонить эти государства к такому решению, царь обещал военную помощь в борьбе с усиливающимся давлением варваров. С такой целью царь отправил в Херсонес своего посла, уроженца Амиса, одной из столиц его царства. Посол заключил взаимовыгодные соглашения, за что херсонеситы издали в его честь почетный декрет (КЕРКЫ: 110). В нем говорилось, что Совет и Народ решил похвалить деятельность посла, дать ему и его потомкам проксению, права гражданства и выделить деньги для того, чтобы вырезать на мраморной стеле текст постановления. После этого в Херсонесе были расквартированы понтийские гарнизоны, а в 110-109 гг. до н. э. Диофант, полководец

Митридата, дважды разгромил войско скифов, подступивших к Херсонесу (IOSPE I2: 352; Saprykin 1986: 211-213).

В уцелевшем фрагменте одного почетного декрета речь идет о боспорском после Аминии, прибывшем в последней четверти I в. до н. э. в Херсонес от царицы Динамии (IOSPE I2: 354). В утраченной части надписи, наверное, упоминалось о соглашениях, устраивавших обе стороны и достигнутых в результате успешной деятельности посла, а также о даровании ему проксении, распространенной в то время награды за дипломатическую деятельность. В уцелевшей заключительной части декрета сказано о решении написать его текст на мраморной стеле и установить на почетном месте на акрополе Херсонеса.

Пять эпизодов херсонесской истории описаны в заключительной главе сочинения Константина Багрянородного «Об управлении империей» (Consnt. Porph. De adm. Imp. 53). Из них мы узнаем, что боспорский царь Асандр в последней трети I в. до н. э. дважды направлял в Херсонес своих послов с предложением заключить брак между его сыном и Гикией, дочерью богатого и влиятельного херсонесита Ламаха. Бракосочетание состоялось на определенных херсонеситами условиях. Тайная цель царя заключалась в том, чтобы поселившийся в доме жены его сын помог вернуть Боспору прежнюю власть над Херсонесом. Однако с помощью Гикии заговор удалось раскрыть (Skrzhinskaja 2014: 163-170).

Два других рассказа повествуют о том, как римские императоры через своих послов обращались в Херсонес за военной помощью. В конце III в. Диоклетиан просил нанести удар в тыл врага, а именно пойти войной на Боспор, чтобы отвлечь силы боспорского царя от сражений с римлянами на южном берегу Понта. Херсонеситы захватили Пантикапей и крепости на Мео-тиде, после чего отправили пять своих послов к воевавшему боспорскому царю. Они сообщили, что, если боспоряне не заключат с римлянами мир, то в Пантикапее будут убиты все члены семей знатных боспорян и сарматов. Херсонеситы также позаботились о том, чтобы их послы не стали заложниками неприятеля. Узнав об успехах херсонесского войска и угрозах своим близким, боспорский царь прекратил войну и заключил выгодный для римлян мир, который предусматривал отвод армии Херсонеса с Боспора.

Командующий римским войском отправил своих и двух херсонесских послов к Диоклетиану с известием об удачно завершенной операции и решающей роли в ней херсонеситов.

За помощь в войне послы попросили предоставить Херсонесу элевтерию и освободить от уплаты налогов римлянам. Император согласился исполнить эти просьбы, и послы возвратились на родину с соответствующими документами и с «великими дарами».

Этот рассказ особенно интересен для нас тем, что в сохранившихся источниках здесь единственный раз говорится о роли послов при заключении мира после войны, хотя без сомнения послы античных государств Северного Причерноморья постоянно выполняли подобные функции. Как видно из этого текста, такая обязанность могла быть опасной, так как послов могли взять в заложники, и вероятно, особенно часто такое случалось, когда варвары нарушали мирные договоры.

Другой рассказ также касался просьбы о военной помощи. Император Константин просил Херсонес помочь подавить восстание варваров в провинции Мезии. Херсонеситы победили варваров в сражении у Истра. После этого Константин пригласил в Византий высших сановников Херсонеса; он подтвердил данные ранее права элевтерии и полное освобождение от налогов, дав им соответствующие документы. Кроме того он подарил для украшения города свою позолоченную скульптуру в царской мантии и в золотом венке, а также золотые кольца с изображением императора. Константин велел их использовать, чтобы «запечатывать посылаемые вами донесения и просьбы» и чтобы доказать, что «послы являются подлинно вашими».

Греки называли феорами послов, приглашавших граждан многих греческих государств для участия в панэллинских празднествах. Наиболее известными из них были Олимпийские игры в Элиде, Пифийские в Дельфах, Истмийские в Коринфе, Немейские в Арголиде, а также праздники Аполлона на Делосе, Панафинеи и Великие Дионисии в Афинах.

Даты начала этих и других менее крупных праздников каждый раз определялись по лунному календарю. Так Олимпийские игры приходились то на конец июня, то на начало июля, так как главный день праздника должен был совпасть с полнолунием в священном месяце, который начинался с новолуния, ближайшего к летнему солнцестоянию. Кроме того летосчисление велось в разных государствах не одинаково. В Оль-вии и Тире пользовались милетским календарем, на Боспоре сначала был в обиходе милетский календарь, замененный в первые века нашей эры македонским, а херсонесский календарь отличался от двух названных (8кггЫшка]а 2010: 377-398).

Поэтому за некоторое время до начала торжеств в разные концы греческой ойкумены отправлялись корабли со священными послами феорами, которые приглашали посетить праздник, называли его даты и сообщали об условиях участия, например, в каких видах мусических, атлетических и конных агонов можно будет выступить приезжим гражданам. Феоры также объявляли перемирие на достаточно продолжительный срок, чтобы все могли беспрепятственно прибыть на торжества.

По дельфийским надписям эллинистического времени ученые установили, что корабль со священным посольством шел сначала к городам на западном побережье Балканского полуострова, а затем судно входило в Понт и останавливалось в греческих колониях Западного и Северного Причерноморья (MIS: 247). В одной надписи о даровании проксении ряду иностранцев записаны имена херсонесита Сокрита, ольвиополита Дионисия и боспорянина Никия, которым предоставлялись различные льготы в Дельфах и почетное право принимать феоров у себя на родине (MIS: № 12). В другой надписи упомянуто, что дельфийские феоры Аминт и Хариксен сообщили, как их радушно встретили в Херсонесе, постоянно о них заботились и избавляли от всех расходов; там же говорится, что херсонесские послы Гераклид и Формион получили в Дельфах разные льготы за щедрый прием феоров и богатое пожертвование на праздник (MIS: № 13).

О феорах, приглашавших на другие панэллинские празднества, сохранились лишь косвенные свидетельства. К ним относятся надписи о присутствии ольвиополитов, херсонеситов и боспорян на грандиозном празднике Аполлона на Делосе (MIS: № 21-27), эпиграфические и литературные упоминания об участии ольвиополитов и боспорян в торжественных церемониях на Панафинеях и Великих Дионисиях, а также находки призовых панафинейских амфор, полученных боспорянинами и ольвиополитом (Skrzhinskaja 2010: 53-55, 159, 161, 162, 226230, 300-302).

Итак, мы рассмотрели сведения о послах, посещавших античные города Северного Причерноморья. Прямые свидетельства об этом имеются лишь в отношении Херсонеса и Боспора. Сюда приезжали посольства из Афин, Дельф, Гераклеи, от правителей Македонии, Египта и Рима. Послы просили о военной помощи, о доставке продовольствия, об установлении дипломатических отношений, о заключении династических браков. Кроме того послы благодарили за услуги, оказанные их

государствам; они участвовали в заключении мирных договоров, а также приглашали на панэллинские праздники. В ряде случаев наряду с официальными целями послы осуществляли разведывательную деятельность.

Литература

Grach, N.L. 1984: Otkrytiye novogo istoricheskogo istochnika v Nimfee [The discovery of a new historical document in Nymphaion]. Vestnik drevney istorii [Journal of Ancient History] 1, 81-86. Грач, Н.Л. 1984: Открытие нового исторического источника в Нимфее. Вестник древней истории 1, 81-86. IOSPE I2.- Latyschev, B. 1916: Inscriptiones orae septentrionalis Ponti Euxini. Petropoli.

MIS - Grakov, B.N. 1939: Materialy po istorii Skifii v grecheskikh nadpisyakh Balkanskogo poluostrova i Maloy Azii [Data on the Scythian history in the Greek inscriptions from the Balkan Peninsula and Asia Minor]. Vestnik drevney istorii [Journal of Ancient History]. 3, 231-315.

Граков, Б.Н. 1939: Материалы по истории Скифии в греческих надписях Балканского полуострова и Малой Азии. Вестник древней истории 3, 231-315. NEPKh - Solomonik, E.I. 1973: Novyye epigraficheskiye pamyatniki Khersonesa [New epigraphical documents from Chersonesos]. Kiev. Соломоник, Э.И. 1973: Новые эпиграфические памятники Херсонеса. Киев.

Saprykin, S.Yu. 1986: Gerakleya Pontiyskaya i Khersones Tavricheskiy [Heraclea Pontica and Tauric Chersonesos]. Moskow. Сапрыкин, С.Ю. 1986: Гераклея Понтийская и Херсонес Таврический. М.

Saprykin, S.Yu. 2011: Bosporskiye Spartokidy i zapadnopontiyskiye goroda [Bosporan Spartokids and western Pontian towns]. In: Bosporskiy fenomen. Naseleniye, yazyki, kontakty [Bosporan phenomenon. Population, Languages. Contacts]. St. Petersburg, 63-69. Сапрыкин, С.Ю. 2011. Боспорские Спартокиды и западнопонтийские города // Боспорский феномен. Население, языки, контакты. Санкт-Петербург, 63-69. Skrzhinskaja, M.V. 2010: Drevnegrecheskiye prazdniki v Ellade i v Severnom Prichernomor'ye [Ancient Greek festivals in Hellas and on the Northern Coast of the Black Sea]. St. Petersburg. Скржинская, М.В. 2010: Древнегреческие праздники в Элладе и в Северном Причерноморье. СПб. Skrzhinskaja, M.V. 2014: Obrazovaniye i dosug v antichnykh gosudars-tvakh Severnogo Prichernomor'ya [Education and spare time in Hellenistic States of the Northern Black Sea Coast]. Kiev. Скржинская, М.В. 2014: Образование и досуг в античных государствах Северного Причерноморья. Киев.

962

М. В. CKp^HHCKaa

Marina Skrzhinskaja. Foreign ambassadors in Bosporan Kingdom and Chersonesos

Many ambassadors came to Bosporos and Chersonesos - from Athens, Delphi, Heraclea, Macedonia, Aegyptus and Rome. They asked for military assistance, provision delivery, establishment of diplomatic relationships and about dynastic marriages. The ambassadors thanked the foreign states for the services provided, they took part in conclusion of peaceful agreements and invited delegates to the panhellenic festivals. Sometimes, besides their official duties, they performed spying activity.

Keywords: The Northern Coast of the Black Sea, Hellas, Rome, diplomacy.