Естественное право и принцип справедливости: вопросы соотношения

Гражданско-правовая аналитика

© 2014 г. Г. С. Працко,

В. Е. Зелинский

ЕСТЕСТВЕННОЕ ПРАВО И ПРИНЦИП СПРАВЕДЛИВОСТИ: ВОПРОСЫ СООТНОШЕНИЯ

В статье рассмотрены вопросы соотношения естественного права и принципа справедливости. Авторы подчеркивают, что принцип социальной справедливости с течением времени становится и принципом права, и принципом нравственности, соответствуя духу и содержанию естественного права.

Ключевые слова: естественное право, принцип справедливости, гражданское общество, права и свободы человека.

В условиях формирования правовой основы гражданского общества, отношения к личности, ее правам и свободам как социальной ценности пристальное внимание уделяется одному из ведущих принципов права - принципу справедливости.

О. В. Мартышин обоснованно пишет: «Во все эпохи и у всех наций было необходимо, чтобы право оставалось справедливым. Или оно выдвигалось как олицетворение справедливости, либо ставилась цель реформировать его в корреспонденции со справедливостью. Из данного возможно сделать вывод, что справедливость относится к основным принципам права или вечным ценностям» [1].

Практически все выдающиеся мыслители в своих учениях о государстве и праве обращались к вопросам и естественного права, и к проблемам справедливости как к тем морально-правовым ценностям, исследование которых имеет не только теоретическое, но и практическое значение [2, с. 4]. Так, Гераклит, осмысливая справедливость как достижение идеального мирового порядка, исходил из того, что для людей одни жизненные явления считаются справедливыми, а другие события и действия, происходящие в обществе, воспринимаются ими как несправедливые [3, с. 156].

Аристотель подчеркивал: «Дефиниция справедливости соединена с суждениями о государстве, так как право, предназначающееся критерием справедливости, обнаруживается регулирующей нормой для политического общения» [4, с. 38]. Наиболее стабильным государственным строем, утверждал Аристотель, «может быть только такой, при котором реализовывается равноправие в корреспонденции с добродетелью и при

котором всякий может воспользоваться тем, что ему принадлежит» [4, с. 179]. Он писал: «По коллективному мнению справедливость есть определенное равенство» [4, с. 114]. При этом он отмечал, что справедливость может отражать и состояние неравенства (неравенство для неравных) [4, с. 114]. Однако самым справедливым, указывал он, должно быть равенство по достоинству [4, с. 107], обусловливающее распределение жизненных благ.

Аристотель рассматривал справедливость в качестве особой добродетели, соотносящейся с равенством и ответственностью членов общества перед мудрыми законами. «Государственным благом, - указывает Аристотель, - является справедливость, то есть то, что служит общей пользе». Он подчеркивал, что «все определенное законом правильно, ибо все, что установлено законодателем, справедливо, и всякое частное его постановление мы именуем справедливым» [4, с. 166]. Тем самым подчеркивается важность справедливости в праве, хотя здесь в большей степени выдается желаемое за действительное, когда речь идет о законодателе.

В трудах древних философов просматривается идея о том, что действующие правовые установления находят истоки в естественном праве и потому отражают в себе начала справедливости. Анализируя взгляды Эпикура относительно соотношения принимаемых и действующих законов и справедливости, Б. Рассел указывает, что «справедливость, совершающаяся от естества, есть соглашение людей о здоровом с целью не причинять вред друг другу и не переносить вреда» [5, с. 28]. Взаимная связь ценностей естественного права и справедливости оказывает позитив-

ное влияние на правовую жизнь общества, положение человека в обществе.

Т. Гоббс придавал особое значение естественной природе справедливости. Он подчеркивал, что справедливость «есть правило рассудка, воспрещающего нам совершать что-то, что губительно для нашей жизни, из чего вытекает, что верность есть естественный закон». Справедливость основана на естественном праве, а практическое проявление ценностей естественного права не может быть вне русла справедливости. Следовательно, справедливость созвучна этическим императивам.

И. Кант высказывал мнение о том, что состояние справедливости в обществе находится исключительно в сфере нравственных требований и поэтому справедливость не имеет правовой природы. Более того, И. Кант утверждал, что право представляет собой величайшую несправедливость, справедливость же относится только к суду совести [6, с. 201]. Выдающийся мыслитель прав, понимая под правом систему законодательства, обслуживающую интересы элитного меньшинства. Право же, обогащенное ценностями естественного права и представленное правовыми законами, не может входить в противодействие с началами справедливости в социуме.

Исходя из кантовского категорического императива, Прудон писал: «Все наиболее рациональное, что людская мудрость была способна говорить о справедливости, содержится в афоризме: поступай с остальными таким образом, как ты желал бы, чтобы поступали с тобой самим. Не причиняй остальным того, чего ты не желал бы, чтобы причинили тебе» [7, с. 23]. Безусловно, реализация прав и свобод каждой личности обусловлена тем, не будут ли чинить препятствий в этом процессе другие члены общества и не будет ли сама личность посягать на интересы других. В этом заключен важный фактор справедливости.

Несколько противоречивое понимание справедливости высказал Р. Иеринг. Он отмечал, что интересы общества «определяют то, что хорошо не одному, а всем, на чем всем возможно сблизиться, и данная заинтересованность... есть справедливость. Она выше свободы, индивид живет не для себя только, но и для сего мира; поэтому свобода, то есть то, что отвечает частным интересам личности, и обязана повиноваться справедливости, то есть тому, что необходимо для интересов всех»[8,с. 109-110].

Справедливость, соотносясь с ценностями естественного права, проявляет свой потенциал в жизнедеятельности лишь того общества, в котором сложились благоприятные предпосылки для трансформации идей и принципов естественного права в потенциал позитивного права. Толь-

ко в этих условиях личность может обнаруживать проявления справедливости в сферах функционирования законов, юридических норм.

По мнению В. С. Нерсесянца, «справедливость - характеристика и категория правовая, а не внеправовая (не нравственная, моральная, религиозная и так далее). Исключительно право и верно» [9, с. 27], но сама социальная справедливость может как соответствовать предписаниям и нормам права, так и отрицать их [9, с. 28]. В. С. Нер-сесянц уточняет свою позицию в развернутом виде: «Постижение права как равенства (как всеобщего охвата и одинаковой меры свободы людей) в себе содержит и справедливость. В сфере различения закона и права это значит, что справедливость вмещается в дефиницию права, что право справедливо, а справедливость - имманентное качество и свойство права, характеристика и категория правовая, а не внеправовая. Правильно то, что формулирует право, отвечает праву и подобает праву. Работать по справедливости - обозначает работать правомерно, согласно общим и одинаковым требованиям права» [10, с. 65-67].

Указанная позиция В. С. Нерсесянца вызывает некоторые возражения. Справедливость все-таки - требование (принцип) жизни, как правового, так и внеправового свойства. Члены любого общества остро «ощущают справедливость, сверяя эти условия с внутренне выработавшимися суждениями о нем. В этом сосредоточен исторический опыт человечества, заключена мудрость веков» [11, с. 22]. Чувство справедливости сочетается не только с правовой действительностью, но и вообще с социальной жизнью. Справедливость может быть лишь принципом права, сущностным свойством права. Ставить же знак равенства между правом как ценностным явлением и принципом справедливости нелогично.

В свете сказанного обоснованным представляется следующее суждение О. В. Мартышина по поводу рассматриваемой позиции В. С. Нер-сесянца: «Право - наибольшая ценность, справедливость низводится до уровня его черты. Причем не исключительно справедливость, но и равенство, и свобода, считаются неосуществимыми без права и выступают только в качестве его характеристик или его сути. Повинуясь праву, справедливость делается бесполезной, она полностью подменяется, упраздняется правом» [ 1]. Право как общественное явление обретает ценностный характер не в последнюю очередь потому, что самым тесным образом сочетается с социальной справедливостью.

Принцип справедливости относится и к числу ведущих принципов позитивного права, но только при условии, что система действующего законо-

Юристъ-Прлвов^дъ, 2014, № 5

дательства имеет тенденцию к восприятию идей и принципов естественного права, ориентирована на жизненные запросы и потребности значительной части членов формирующегося гражданского общества. Принцип социальной справедливости с течением времени становится и принципом права, и принципом нравственности, соответствуя духу и содержанию естественного права. Истинно справедливый порядок, на который обращал внимание Н. Н. Алексеев [12, с. 124], основан как на ценностях права, так и на основополагающих началах нравственности. Справедливость - неотъемлемая черта, особенность права как общественного явления и социальной ценности, соответствующая природе естественного права.

Литература

1. Мартышин О. В. Справедливость и право // Право и политика. 2000. № 12.

2. Хеффе О. Политика. Право. Справедли-

вость. Основоположения критической философии права и государства. М., 1994.

3. Кесседи Х. Ф. Гераклит. М., 1982.

4. Аристотель. Политика. Афинская полития. М., 1997.

5. Рассел Б. История западной философии. М., 1959.

6. Кант И. Сочинения: в 6 т. М., 1964. Т. 2.

7. Прудон. Что такое собственность или исследование о принципе права и власти. М., 1919.

8. Иеринг Р. Цель в праве. СПб., 1881.

9. Нерсесянц В. С. Философия права. М., 1997.

10. Нерсесянц В. С. Общая теория права и государства. М., 1999.

11. Древесников А. В. Справедливость как принцип права (историко-теоретический аспект): дис. ... канд. юрид. наук. Кострома, 2005.

12. Алексеев Н. Н. Из Царьграда в Прагу. Русский юридический факультет // Пашуто В. Т. Русские историки-эмигранты в Европе. М., 1991.

© 2014 г. А. П. Мясников, Е. В. Миллеров

О РОЛИ ТАМОЖЕННЫХ ОРГАНОВ В ПРАВОВОМ МЕХАНИЗМЕ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ГУМАННОГО ОБРАЩЕНИЯ С ЖИВОТНЫМИ

В статье изучается правовой механизм обеспечения гуманного обращения с животными, рассмотрена роль таможенных органов в этом механизме. Анализируются нормы таможенного права, указывающие на гуманность по отношению к животным при перемещении их через таможенную границу, а также особенности и проблемы деятельности таможенных органов по недопущению ввоза и вывоза особо охраняемых видов диких животных согласно Конвенции СИТЕС.

Ключевые слова: животные, гуманное обращение, таможенные органы, таможенные правила, оформление животных, таможенный контроль, дикие животные, редкие виды, ответственность.

Гуманное обращение с животными сегодня является неотъемлемой составляющей социальной политики любого цивилизованного государства. В настоящее время можно говорить о том, что правовой механизм обеспечения гуманного обращения с животными сложился и в России. В связи с этим возникает ряд вопросов: каков данный механизм и какую роль в нем играют непосредственно таможенные органы? На поставленные вопросы мы постараемся ответить в рамках данной публикации.

Итак, основы гуманного обращения с животными прописаны в положениях Федерального закона РФ «О животном мире» [1], а именно ст. 12 данного Закона, согласно которой одним из основ-

ных принципов государственного управления в области охраны и устойчивого использования объектов животного мира является осуществление пользования животным миром способами, не допускающими жестокого обращения с животными, в соответствии с общими принципами гуманности. Согласно ст. 26 данного Закона юридические лица и граждане, занимающиеся содержанием и разведением объектов животного мира, обязаны гуманно обращаться с ними, соблюдать надлежащие санитарно-ветеринарные и зоогигие-нические требования к их содержанию. Несоблюдение указанных требований влечет за собой административную и уголовную ответственность в соответствии с законодательством Российской