"Разумные силы способны договариваться"

На учредительном съезде ОНФ страна увидела немало лиц, которых еще вчера трудно было бы представить рядом с нынешней властью. Игорь Юргенс, один из лидеров российской либеральной мысли, недавний директор ИНСОРа, возглавит в ОНФ центр общественного мониторинга. Зачем Юргенсу "Фронт" и зачем он "Фронту"?

1 / 2

Среди ключевых изменений в работе "Общероссийского народного фронта" (ОНФ) на съезде было анонсировано создание 10 "центров общественного мониторинга". О них пока известно немного (они будут заниматься экспертизой различных вопросов, в частности в сфере здравоохранения и образования), однако на эти экспертные центры в ОНФ возлагаются большие надежды: они должны содействовать налаживанию диалога, причем "не только между властью и обществом, но и внутри самого общества". Возглавить один из таких центров — по развитию Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС) — согласился Игорь Юргенс, недавно покинувший пост руководителя Института современного развития (ИНСОР). Он рассказал "Огоньку", что можно ожидать от преобразования ОНФ и каким ему видится участие либералов в работе "Фронта".

— На ваш взгляд, какова цель начатой реорганизации ОНФ?

— Сейчас происходит переформатизация партийной, общественной поддержки президента. И ОНФ — это попытка привлечь как известных личностей, так и значимые для власти организации под эгиду президента и создать более широкий круг его общения и политического влияния. Выльется ли это в замену "Единой России", которую президент подвергает серьезной критике и которая не является для него более, как мне кажется, электоральным плюсом, я сказать окончательно не могу. Но такое ощущение у меня есть.

— На выстраивание этого круга общения, вероятно, и нацелено создание экспертных центров на базе "Фронта", один из которых — по вопросам ЕврАзЭС — вы согласились возглавить. Каков потенциал ОНФ как дискуссионной площадки, по вашему мнению?

— Мне было сказано, что дискуссионных площадок будет 10 и что это место, где члены ОНФ и представители президента, его администрации смогут обсуждать идеи, организовать новый формат общения с той частью общества, которая "Фронтом" не объединяется, может быть, и стоит на прямо противоположных по ряду вопросов позициях. То есть это такой интерфейс, в том числе с участием либералов, к которым я и себя отношу, для профессиональной оценки того, что происходит в стране. Что касается направления, которым мне предстоит заниматься, то евразийская интеграция — это очень важный для России вопрос. Поэтому я и согласился при полном понимании того, что представляю экономические и стратегические взгляды, иногда диаметрально противоположные тому, что декларирует ряд входящих в ОНФ организаций. Но к диалогу я всегда готов. У нас в ИНСОРе встречались все — от коммунистов до клерикалов, и мы находили общий язык, вырабатывали сгусток каких-то рекомендаций. Развитие ЕврАзЭС, европейская и азиатская интеграция России — это сейчас важно.

— Каким вы представляете свое участие в работе ОНФ?

— В рамках нашей дискуссионной площадки будет вырабатываться экспертное мнение по поводу интеграции России в глобальную экономику, в первую очередь и в срочном порядке в евразийское пространство. Более подробно сейчас невозможно ничего сказать, потому что ни один пилотный проект еще не запущен. Сначала надо посмотреть, как будут действовать те люди, которые это затевают, затем внести свои коррективы, выдвинуть какие-то свои критерии успешности. Самое главное, на мой взгляд,— это когда на выходе будут представлены понятные обществу, президенту, основным профессионалам по этой теме сценарии развития этой интеграции, ее достоинства и недостатки, возможные риски.

— Был ли обозначен какой-то общий формат функционирования экспертных центров?

— Нет, со мной был самый предварительный разговор, никакой систематизации, никакого подробного описания проекта я пока не видел.

— Как вы думаете, в чем преимущества такой дискуссионной площадки на базе ОНФ, может быть, по сравнению с ИНСОРом, руководство которого вы недавно покинули?

— Если рассматривать эту площадку как начало более структурированного диалога между различными школами мысли, между различными политическими течениями после известных событий, в том числе уличного протеста, тогда это очень важный шаг. Но только в процессе работы мы поймем, это по-настоящему или это для лакировки действительности.

— Есть ли признаки, которые позволяют склоняться к той или другой точке зрения?

— Какие-то признаки в воздухе веют. Допустим, встреча президента с лидером Комитета гражданских инициатив Алексеем Кудриным, его встречи с внешними акторами, предстоящая с Бараком Обамой или уже состоявшиеся с Дэвидом Кэмероном, Биньямином Нетаньяху. Та дикая конфронтация, которая царит в российском обществе, раздрай — с этим надо что-то делать. Признаки того, что разум возобладает, есть. Можно надеяться на то, что разумные силы способны договариваться.

— По вашему мнению, в каком направлении следует меняться ОНФ?

— Это решать самим членам ОНФ. Я убрал бы слово "фронт". Фронт против кого? От кого мы обороняемся? Кто является внутри нашей страны таким врагом, что для борьбы с ним надо выстраивать фронты, когда поддержка Путина, если верить "Левада-центру", от 60 процентов и более? Действительно, у нас в обществе есть много различных взглядов и это нормально. Требуется не борьба, не создание настроения, будто враг у ворот, а диалог. Если в эту сторону ОНФ будет эволюционировать, то я думаю, что это можно приветствовать.

— Какое место ОНФ может занять в общественно-политическом пространстве страны?

— Если это окажется "Единая Россия" дубль два, то есть бюрократы всех мастей, идущие за лидером, у которого пока высокая популярность, то вряд ли проект состоится. А если это действительно попытка расширенного диалога, то может выйти толк. Именно создание диалоговых площадок, мне кажется, должно внести в это ясность. Если пригласили, то послушайте, что общество скажет, и далее соответствующим образом выстраивайте работу.

— По результатам опроса ВЦИОМа, 42 процента россиян ничего не слышали о "Фронте", 49 процентов что-то слышали, но подробностей не знают. Как можно организовать широкий диалог, когда представление о самой структуре еще не сложилось?

— То, что ОНФ еще не узнаваем в обществе, дает его создателям возможность осмыслить и привнести что-то новое. Малая узнаваемость, с одной стороны, дает шанс, а с другой — предупреждает: будете делать, как всегда, симпатии людей уйдут. А если подойти к организации ОНФ креативно, то из этого что-то может получиться. Я надеюсь.

Профессор - орденоносец

Визитная карточка

Юргенс Игорь Юрьевич, российский экономист. Выпускник экономического факультета МГУ. Более 10 лет работал в международном управлении Всесоюзного центрального совета профсоюзов, затем, в 1990-е годы, входил в руководство Всеобщей конфедерации профсоюзов. С 1998 по 2002 год являлся президентом Всероссийского союза страховщиков (ВСС), в 2001-2005-м — вице-президент и исполнительный секретарь Российского союза промышленников и предпринимателей, в 2005-2010-м — первый вице-президент инвесткомпании "Ренессанс Капитал". С 2008 года возглавлял Институт современного развития (ИНСОР), в начале июня 2013 года вновь избран президентом ВСС.

Входит в президентские советы по развитию гражданского общества и правам человека и по развитию информационного общества в РФ. Член президиума Совета по внешней и оборонной политике, входит в Российский совет по международным делам. Член Комитета гражданских инициатив. Кандидат экономических наук, профессор НИУ ВШЭ. Награжден орденом Почета (РФ), орденом "За заслуги" (Франция), орденами Сергия Радонежского и Даниила Московского (РПЦ). Женат, имеет дочь.

Все ушли на Фронт?

Параллель

Во всем мире политики ищут новые способы привлечь сторонников. Свой аналог ОНФ есть и у Барака Обамы

В середине января 2013 года в США было объявлено о создании пропрезидентской коалиции — некоммерческой организации Organizing for Action (OFA). Ее деятельность, как сообщалось, направлена на поддержку переизбранного президента Обамы и реализацию его предвыборной программы. Создавали OFA на основе сети волонтеров (около 35 млн человек), участвовавших в его президентской кампании в 2012 году, но примкнуть к объединению сторонников главы государства могут все: демократы, республиканцы и беспартийные. Возглавил организацию Джим Мессина, менеджер обеих предвыборных кампаний Обамы. Поддержали — супруга президента Мишель Обама и вице-президент Джозеф Байден.

Первоначально миссия OFA предусматривала популяризацию президентских инициатив по экологии, миграционной реформе и контролю над оборотом оружия в США. Позже в организации заявили, что намерены выдвигать и свои собственные предложения на уровне штатов и ниже. Хотя выдвигать или поддерживать каких-либо кандидатов на выборах в планы OFA не входит по-прежнему.

Представлена OFA во всех штатах, два главных офиса — в Вашингтоне и Чикаго (там располагался предвыборный штаб Обамы). Финансируется за счет пожертвований, создатели подчеркивают, что денег от государства не получают.

На съезде "Общероссийского народного фронта" нашлось кому вспомнить этот американский опыт и даже высказаться в том смысле, что в США, вероятно, заимствовали нашу идею, ведь ОНФ создан раньше, а раз так, то "Фронт" — "на правильном пути". Тут стоит уточнить: у OFA были предшественники. После инаугурации Обамы в 2009 году его сторонники создали объединение в его поддержку под названием Organizing for America, а в период кампании 2012-го — движение Obama for America. Оба объединения имели сетевую структуру (участники координировали действия в интернете) и существовали за счет пожертвований, то есть в организационном плане принципиально отличались от ОНФ.