Д искурс-анализ американской публицистики

УДК 81.111'42:82-92

ББК Ш 143.21-7

О. Г. Орлова

дискурс-анализ американской публицистики

Медиа-дискурс предлагается рассматривать на материале публицистического текста. Основная идея - путем дискурс-анализа можно выявить определенные дискурсивные модели, в совокупности формирующие дискурс. В сообщении предлагается методика дискурс-анализа публицистического текста путем характеристики его категорий на примере репортажей У. Дюранти. Характеризуются категории дискурса: хронотоп и ценностно-идеологическая ориентация, агенты и клиенты, структура текста, стратегии и риторические приемы.

Ключевые слова: дискурс, публицистика, категории дискурса.

O. G. Orlova

Discourse analysis of the American journalism

In the article it is supposed to present media-discourse in the publicistic text material. The main idea is using the method of discourse-analysis it is possible to reveal the definite discourse models, which together form discourse. The author presents the discourse-analysis methods of publicistic text by means of characterising its categories on example of U. Duranty's reports. Also the discourse categories: chronotope, ideolgy and values orientation, agents and clients, text structure, strategies and rythorical means are considered in the article.

Keywords: discourse, journalism, discourse categories.

Современная лингвистика разрабатывает различные методики анализа дискурса. Хрестоматийными стали определения дискурса: «дискурс - это речь, погруженная в жизнь» [1, с. 137]; «дискурс = подъязык + текст + контекст» [10, с. 16]. Основные направления этих разработок обусловлены двумя пониманиями термина. Первое определение может быть сформулировано следующим образом: дискурс - это «коммуникативное событие, зафиксированное в письменном тексте или устной речи, осуществляемое в типологически обусловленном коммуникативном пространстве» [9, с. 75]. Это понимание идет от определения дискурса Н. Д. Арутюновой [1]. Дискурс-анализ призван определить степень влияния экстралингвистического фона (определенной ментальной сферы) на формирование языковых закономерностей текста (как представителя определенного типа текстов). Другое понимание термина - «совокупность тематически соотнесенных текстов: тексты, объединяемые в дискурс, обращены так или иначе к одной общей теме. Содержание (тема) дискурса раскрывается не одним отдельным текстом, но интертекстуально, в комплексном взаимодействии многих отдельных текстов» [9, с. 76]. Дискурсивные формации предлагается рассматривать в качестве специальных дискурсов (ти-

пов дискурса): выделяются медицинский, юридический, политический, рекламный и другие дискурсы. Направление исследований связано с тем, какие элементы отдельных текстов являются общими, типичными, какие типы текстов репрезентрируют дискурс, какие разные типы текстов могут конструировать дискурс.

В отечественной лингвистике при описании дискурса предлагается характеризовать такие типичные компоненты (или категории дискурса), как интенциональная и контекстно-ситуативная обусловленность (цель и хронотоп), содержание и ценности дискурса (концепты), участники дискурса (агенты и клиенты) и их коммуникативные стратегии и тактики, жанры дискурса [3]. Некоторые работы российских исследователей посвящены дискурсу масс-медиа. Так, Т. Г. Добросклонская пишет: «В самом общем виде медиадискурс - это совокупность процессов и продуктов речевой деятельности в сфере массовой коммуникации во всем богатстве и сложности их взаимодействия» [2, с. 21]. В ее концепции центральное место занимает понятие медиатекста как «объемного многоуровневого явления». Целая система устойчивых параметров позволяет описывать медиатексты как типы текстов медиадискурса. Это следующие параметры: «1) способ производства текста (авторский -

коллегиальный); 2) форма создания (устная - письменная); 3) форма воспроизведения (устная - письменная); 4) канал распространения (средство массовой информации - носитель: печать, радио, телевидение, Интернет); 5) функционально-жанровый тип текста (новости, комментарии, публицистика (features), реклама); 6) тематическая доминанта или принадлежность к тому или иному устойчивому медиатопику» [там же]. Основными характеристиками медиатекста автор называет динамичность (повышается значимость глагольной синтагматики), сжатость (повышается общее количество лексических соединений), деперсонифи-цированность (насыщенность пассивными, безличными конструкциями и цитатами).

Е. О. Менджерицкая предлагает в качестве главной категории дискурса (и дискурса масс-медиа в том числе) считать категорию адресата/ адресанта: «Будучи когнитивным процессом, дискурс включает в себя особенности представления и подачи информации, а также особенности ее восприятия <...> Руководствуясь этим принципом при анализе печатных изданий, можно говорить о следующих типах дискурса: дискурс качественной прессы; дискурс популярной прессы (причем следует отдельно рассмотреть дискурс «желтой прессы» и дискурс глянцевых журналов); дискурс специализированных изданий, таких как научные и научно-популярные журналы» [5, c. 54-55]. В определении дискурса, которое дает автор, эта категория подана как ключевая: «.дискурс - это передача когнитивного содержания, вкладываемого адресантом, адресату через посредство текста в его лингвистическом воплощении и заложенных в нем определенных стратегий подачи информации» [там же, c. 55].

Исследования текстов массовой коммуникации как представителей определенного вида дискурса, в которых генерируются некоторые ментальные структуры по правилам дискурса, «создавая объяснения, понятные носителям той или иной культуры», проводятся именно с точки зрения тактик и стратегий аргументации [напр., 8]. Практически всеми исследователями единодушно признается за дискурсом масс-медиа роль идеологического «модулятора», поскольку в современном обществе политический

дискурс преимущественно транслируется СМИ, и, соответственно, в дискурсе масс-медиа повышается значимость биполярной оппозиции «свой-чужой» [8; 10; 6; 11; 9]. «Итак, поскольку материалы СМИ (текстовые сообщения манипулирующего дискурса) «представляют собой пространство борьбы доминирующих групп за гегемонию» (А. Грамши), то и пространство публичного дискурса массовой коммуникации антагонистически (а следовательно, антитетически и антонимически) поляризовано <...> Положительный и отрицательный полюса дискурса образованы одним или несколькими членами бинарных оппозиций, входящих в набор внешних топосов - риторических примитивов (фасцинаторных идей, важнейшей из которых является идея-оппозиция «жизнь-смерть») [6, c. 180].

Вслед за Н. И. Клушиной [3], мы употребляем термин публицистический дискурс. Центральной единицей анализа является публицистический текст, за которым признается высокая насыщенность авторской оценкой. В настоящей статье мы пытаемся выработать методику анализа дискурсивных моделей публицистики.

Данная статья посвящена рассмотрению дискурсивной модели публикаций у. Дюранти (1884-1957) о Советском Союзе. Статьи у. Дюранти отличаются просоветской направленностью. Посредством восстановления контекстно-ситуативной обусловленности (исторический фон, идеологическая направленность публикаций, контрастирующая с идеологией издания), мы можем охарактеризовать одну из категорий дискурса - хронотоп. Отталкиваясь от основной темы публикаций Дюранти, можно назвать этот дискурс геополитическим. С точки зрения social effect - конечной цели и результата дискурса, - это советский дискурс. На содержательно-тематическом уровне, уровне анализа макротем дискурса, можно обнаружить лексемы-маркеры, отражающие специфику тематического репертуара геополитического советского дискурса, актуализирующие советские ценности. Это концепты-идеологемы, репрезентируемые словами Stalinism, Leninism, Marxism, five-year plan, socialism, Communists, proletarian revolution и др. Для данного дискурса традиционно противопоставление России и Запа-

да. В связи с этим, контраст [11] - наиболее частотная стратегия Дюранти. «Russia is not static the way Western society is static, but is fizzing and bubbling and fermenting - not fixed but fluid -and moving» [16]. Однако Дюранти склонен к использованию стратегий сотрудничества, а не редукционизма: с помощью поправок, уступок, а также в общем аналитического и критически-исторического подхода объяснить суть таких явлений, как марксизм, коллективизация и т. д. «Stalin's opponents accuse him of absolutism, and it is true and false» [Ibid.].

Для дискурсивной модели публикаций у. Дюранти характерно выдвижение ценностно-важной информации в начало и конец текста. Начальный абзац текста всегда тематически соотносим с заголовком и подзаголовком. В лиде автор указывает на серийность своей публикации. «This is the fifth of a Series of articles on Russia today by The York Times Moscow correspondent, who is at present in Paris» [12]. Указание на авторство (категория дискурса - агент) сопровождается упоминанием средства передачи информации. «By WALTER DURANTY. Special Cable to The New York Times» [Ibid.]. Роль заключения выполняет, как правило, предпоследнее предложение. На уровне структуры текста также обращает на себя внимание обилие повторов, используемых для акцентуации главной идеи, для привлечения внимания

читателя или когезии. «Communists of any age are required to think, and try to think, and generally do think, alike» [13].

Для анализа медиадискурса методика анализа риторических приемов остается релевантной. Основная метафора текстов Дю-ранти - «советская»: она используется в тексте как деталь советской идеологии, которую следует объяснить. «Must all of them and their families be physically abolished? Of course not -they must be “liquidated” or melted in the hot fire of exile and labor into the proletarian mass» [14]. Аллитерация - один из действенных инструментов акцентуации смысла: «Hence Foreign Commissar Litvinoff's surprising speech at Geneva and the negotiations now proceeding with France, which both France and the Soviet Union are trying to depreciate, disguise and almost disavow» [15].

Подведем итоги. Дискурсивная модель складывается из совокупности характеристик нескольких категорий дискурса: хронотоп, агенты и клиенты дискурса, концепты (ценностная составляющая дискурса), жанр, стратегии и риторические приемы. Уолтер Дю-ранти пытается трансформировать стереотипы о СССР, которые характеризовали американское общество в рассматриваемый период времени: в дискурсе это выражается в наличии большого количества уступок и поправок, объяснительных метафор и парадоксов.

Список литературы

1. Арутюнова Н. Д. Дискурс // Языкознание. Большой энциклопедический словарь / гл. ред. В. Н. Ярцева. 2-е изд. М. : Большая Российская энциклопедия, 1998. С. 136-137.

2. Добросклонская Т. Г. Медиадискурс как объект лингвистики и межкультурной коммуникации / Т. Г. Добросклонская // Вестник Моск. ун-та. Сер. 10. Журналистика. 2006. № 2. С. 20-33.

3. Карасик В. И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс : моногр. М. : Гнозис, 2004. 390 с.

4. Клушина Н. И. Стилистика публицистического текста. М. : МедиаМир, 2008. 244 с.

5. Менджерицкая Е. О. «Термин» дискурс и типология медиадискурса // Вестник Моск. ун-та. Сер. 10. Журналистика. 2006. № 2. С. 50-55.

6. Михальская А. К. Риторика и речевое поведение в массовой коммуникации: опыт обобщающей модели // Проблемы речевой коомуникации : межвуз. сб. науч. тр. / под ред. М. А. Кормилицыной. Саратов : Изд-во Сарат. ун-та, 2003. С. 176-184.

7. Олянич А. В. Презентационная теория дискурса : моногр. Волгоград : Парадигма, 2004. 507 с.

8. Романов П. В., Щебланова В. В., Ярская-Смирнова Е. Р. Женщины-террористки в интерпретативных моделях российских СМИ. Дискурс-анализ газетных публикаций // Полис. 2003. № 6. С. 144-147.

9. Чернявская В. Е. Дискурс власти и власть дискурса. Проблемы речевого воздействия. М. : Флинта. Наука, 2006. С. 75-76.

10. Шейгал Е. И. Семиотика политического дискурса : моногр. Волгоград : Перемена, 2004. 368 с.

11. Dijk van T. A. Cognitive and conversational strategies in the expression of ethnic prejudice. Amsterdam: Mouton Publishers, 1983. P. 375-404.

12. Duranty W. Trade Equilibrium is New Soviet Goal // The New York Times. 20 June 1931.

13. Duranty W. The Russian Looks at the World // The New York Times. 29 March 1931.

14. Duranty W. Stalinism Smashes Foes in Marx's Name // The New York Times. 24 June 1931.

15. Duranty W. Industrial Success Emboldens Soviet in New World Policy // The New York Times. 19 June 1931.

16. Duranty W. Stalinism's mark is party discipline // The New York Times. 27 June 1931.

УДК 070.00

ББК 76.0

С. В. Плевако

Феномен креативности в современном коммуникативном пространстве

Статья исследует специфику феномена креативности в современном коммуникативном пространстве, с точки зрения пракгматического аспекта. Креативность противопоставляется творчеству, её отличия от собственно творчества отражены в статье, и также доказывается приемственность принципов и приёмов между ними. Креативность представляет собой прагматический аналог стихийного творческого процесса и вырабатывает принципы, технологии и механизмы создания нового. Проанализированы некоторые приемы креативности.

Ключевые слова: креативность, творчество, остранение, прагматика.

S. V. Plevako

The phenomenon of creativeness in the mdern communicative contest

The article is devoted to the specific of creativeness in the modern communicative contest; and its difference from creativity. Creativeness represents a pragmatical analogue of spontaneous creative process and develops principles, technologies and mechanisms of creation. The author is answering the question why creativeness is so popular now, and researching the specifics of creative and system, public and individual, stable and spontaneous.

Key words: creativeness, creativity, distancing, pragmatics.

Осмысляя феномен креативности, его парадоксальность и актуальность в контексте современной ситуации, сложно пройти мимо одного из актуальных вопросов - разграничения креативности и творчества.

Множественности разнородностьтолко-ваний креативности ставит необходимость прояснить собственную позицию, обозначить основные актуальные для нашего исследования черты данного феномена. Под креативностью мы понимаем способность создавать новое, то есть «впервые мыслимое или делаемое данным субъектом, ранее неизвестное ему» [2, с. 92]. В таком толковании понятия «креативное» и «творческое» синонимичны. Однако «креативность» функционирует в специфических контекстах, вследствие чего обрастает коннотаци-

ями. Оставляя в стороне психологическую специфику толкования феномена креативности, углубимся в другой, чрезвычайно актуальный, контекст употребления слова «креативный». Данное понятие востребовано в прикладных областях (маркетинг, менеджмент, реклама, РИ, эффективные бизнес-технологии и проч.). Креативность (как неотъемлемая часть современных технологий) - использование творческих возможностей создания нового для увеличения эффективности какой-либо деятельности.

Появление прагматического аспекта креативности порождает противоречие. Парадоксальность современного положения креативности состоит в том, что, с одной стороны, креативность, как и всякое творчество, основана на творческом инсайте.