Проблема духовности и пути ее решения

8. Овакимова, Г. К. К вопросу о некоторых особенностях музыкального развития взрослых начинающих в процессе обучения игре на фортепиано // Фортепианная подготовка учителя-музыканта (вопросы теории, методики и истории): сб. ст. - М., 1975. - 56 с.

9. Смирнова, Т. И. Фортепиано. Интенсивный курс: пособие для преподавателей, детей и родителей: метод. рекомендации / Т. И. Смирнова. - М., 1994. - 50 с.

10. Цыпин, Г. М. Обучение игре на фортепиано / Г. М. Цыпин. - М., 1984. - 174 с.

11. Чертовской, А. Н. Инновационные подходы к начальному обучению игре на фортепиано: на материале учебной работы с учащимися подросткового и раннего юношеского возраста: дис. ... канд. пед. наук / А. Н. Чертовской. - М., 1990. - 22 с.

УДК 17 ББК 87.713.1

Ю. Ю. Щеткин, О. В. Щеткина ПРОБЛЕМА ДУХОВНОСТИ И ПУТИ ЕЕ РЕШЕНИЯ

Аннотация. В научной литературе нет единства в толковании понятий «духовность», «духовный». На основе анализа научной и религиозно-философской литературы, можно утверждать, что ключ к решению проблемы духовности личности лежит в комплексных исследованиях, проводимых на основе синтеза знаний научных, религиозных и из сферы искусства, а также в комплексных исследованиях различных наук.

Ключевые слова: духовность, духовный, нравственность, мораль.

Yu. Yu. Shetkin, O. V. Shetkina THE PROBLEM OF SPIRITUALITY AND THE WAYS OF ITS INVESTIGATION

Abstract. The spirituality of people is the source of well-being of humanistic civil society and stability pledge in the state. There is no consonance in interpretation of «spirituality». As it can be claimed on the basis of scientific and religious literature analysis the problem of person spirituality can be solved with the help of the complex investigations based on the synthesis of scientific, religious and art literature as well as other humanities.

Key words: spirituality, spiritual, morality.

На современном этапе развития нашего общества становится понятным, что духовность народа является источником благополучия гуманистического гражданского общества и залогом определенной стабильности в государстве.

Целью нашей статьи является теоретический анализ основных концепций и идей о духовности, представленных в современной отечественной и зарубежной литературе и на этой основе определение путей решения проблемы.

В научной литературе нет единства в толковании понятий «духовность», «духовный». Главная причина «неподъёмности» этой проблемы, на наш взгляд, заключается в недооценке ее философского осмысления и обоснования, а также в произволе толкования термина «духовность». Так, одни исследователи представляют ее как историческое сознание (М. А. Барг), другие истолковывают как целостность психической деятельности человека (М. С. Каган), третьи - как синтез этизма, теоретизма и эстетизма (В. Г. Федотова), четвертые - как целостное единство истины, добра и красоты (В. И. Гусев, В. Н. Шердаков), пятые - как «единство всех нравственных сил человека» (К. Вааген), шестые - как систему высших чувств личности (Ю. Г. Буртин, А. В. Петровский) [8]. В словаре русского языка С. И. Ожегова «духовный» означает «относящийся к религии, церкви», а «духовность» - «свойство души, состоящее в преобладании духовных, нравственных и интеллектуальных интересов над материальными» [4]. В словаре русского языка под редакцией А. П. Евгеньевой понятие «духовный» раскрывается в трёх значениях: 1 - связанный с внутренним, нравственным миром человека, 2 - связанный с религией, церковью, относящийся к ним, 3 -духовное завещание [6]. В современных различных психологических и педагогических словарях эти понятия, несмотря на более расширенные характеристики, трактуются в аналогичных значениях. Например, в психологическом словаре-справочнике М. И. Дьяченко и Л. А. Кандыбовича духовность рассматривается как «высшие стороны внутреннего мира, которые проявляются в человечности, сердечности, доброте, искренности, теплоте, открытости для других людей. Потеря духовности равнозначна потере человечности. Длительный кризис духовности у отдельной личности ведет к ее деградации. Духовность несовместима с чёрствостью, эгоизмом, ориентацией на материальные выгоды. Духовность может быть осознанной, осмысленной как проявление интел-

лигентности. Может быть частично неосознанна - о таком человеке говорят: сердечный, добрый, искренний от природы» [2]. Из этого определения следует, что открытость для других людей является обязательным критерием духовности личности, а также, что сердечность и теплота - качества душевности тоже служат признаками духовности. Происходит смешивание понятий «духовный» и «душевный», что, на наш взгляд, некорректно. Помимо этого, исходя из логики такого определения, интроверт не может быть духовной личностью, что также не соответствует действительности.

Все эти определения, на наш взгляд, несут в себе определенные противоречия и не выделяют главных признаков, отличающих духовность от ее составляющих (нравственности, культуры личности, интеллигентности), а также от близких личностных качеств, таких как, например, душевность. Во-первых, получается, что нравственность, нравственное сознание, душевность, мораль, интеллигентность и даже экстравертность отождествляются с духовностью. Нет четкости, и налицо - подмена понятий, их смешение. Помимо этого, известно, что нравственное сознание, так же как и мораль, довольно относительны, и даже в современном человеческом обществе, состоящем из различных формаций (от первобытнообщинной и рабовладельческой до социалистической и капиталистической) и групп, они формируются под влиянием этнических и прочих групповых общественных мнений, впитывая их взгляды и интересы. Не существует абстрактной общечеловеческой морали, нравственного сознания и нравственности. Во-вторых, нельзя согласиться с мнением, что интроверт не может быть духовным человеком, или с тем, что душевный человек является духовным [2]. Нельзя согласиться также и с тем, что духовный относится к религии вообще и к церкви вообще [4], иначе придется признать духовность за такими церковными делами как крестовые походы, суды инквизиции с их кострами, крещение новгородцев князем Владимиром с помощью огня и меча и т.п.

В советский период проблемы духовности как таковой не стояло. Такое положение отразилось в Большой советской энциклопедии, где не нашлось места понятиям «духовность» и «духовный». Однако, в различной литературе существовало сугубо советское понимание духовности либо как противоположности материальным меркантильным (мещанским) интересам, либо как относящееся к церкви, религии, что отразилось в словаре русского языка С. И. Ожегова. В советской философской литературе 1970-х годов доминировал интерес к особенностям развития духовной жизни советского общества, его духовной культуре, что проявилось в работах М. С. Кагана, Л. Н. Когана, В. С. Барулина, В. В. Журавлева, Л. В. Лебедева, В. Н. Орлова, В. А. Вильчко, В. И. Толстых, А. К. Уледова, Л. Я. Плешаковой и др.

В 80-х годах был поднят вопрос о праве признания понятия «духовный» в качестве категории философии, а также была предпринята попытка дать типологию духовности, приблизиться к ее сущности, найти выход из кризиса утвердившихся советских «духовных» ориентиров. Возник интерес к дореволюционным русским духовным традициям. Эти тенденции воплотились в трудах К. Акопяна, Е. Бажутиной, С. Б. Крымского, Е. П. Никитина. В фундаментальных диссертационных работах Т. Н. Деревянко, Ю. А. Наврикова, Ю. М. Смоленцева и др. глубоко освещены проблемы морали, нравственности и нравственного сознания (место морали в формировании общественной сущности человека, проблема критерия нравственной зрелости личности, диалектика взаимодействия морального долга и реальных нравов).

Однако с распадом СССР и возникновением нового Российского государства, с появлением свободы слова и осознанием жизненной важности духовности для возрождения и существования народа с 1990-х годов началось бурное и многостороннее исследование проблемы.

Поскольку проблемы духовности, нравственности, духовности и культуры личности обязаны своим первоначальным возникновением религиозным учениям и источникам, которые до сих пор остаются непознанными научными методами в полной мере, вполне понятен интерес многих исследователей к религиозным знаниям. Например, основные понятия темы нашего исследования -«духовный», «духовные потребности» впервые в истории человеческой письменности появляются в греческих писаниях Библии, написанных почти 2000 лет назад. Несмотря на произвольное толкование религиозных текстов, субъективность отдельных авторов и некритическое следование историческим и этническим традициям, в целом с начала 1990-х годов в отечественной литературе наметилась тенденция «этического синтеза» научных и религиозных знаний, связанных с духовно-нравственным становлением и развитием личности. Большинство авторов, даже критически относящихся к религии, единодушно признают ценность религиозных знаний для поисков решения проблемы духовности. В связи с этим следует упомянуть работы А. В. Макеева о трудовой этике англо-шотландских пуритан и российских протестантов, Е. Д. Мелешко о философии непротивления Л. Н. Толстого, В. Н. Засухина о соборности как нравственном идеале в русской религиозной философии конца XIX - начала ХХ веков, Е. Х. Энеева об этике запрета в исламе, Н. Г. Панфиловой о методологии исследования религиозной морали, И. Н. Столярова о месте и роли христианской этики в формировании духовно-ценностных ориентаций молодежи, А. А. Дорапова о фило-софско-этических проблемах в буддизме, М. А. Алиева о религиозном понимании нравственных

ценностей, Сагир Али Абдаллы об арабско-мусульманской этике, И. В. Кирсберга о проблеме добра и зла в посланиях апостола Павла, Н. Г. Панфиловой о методологии исследования религиозной морали, Г. М. Тагировой - Шайдаевой о социально-нравственных воззрениях мусульман, В. В. Арбузова о соотношениях нравственности и религии, М. Чагрыжды об основах мусульманской этики, Ю. М. Бородая о природе нравственно-культовых представлений и др.

Начиная с 1990-х годов, со снятием идеологического лозунга «религия - опиум народа», появляется немалое количество популярных работ, публикуемых православными священниками и другими религиозными деятелями. Лучшие из них характеризуются глубоким философско-психологическим подходом к понятию «духовности», раскрывают ее критериальный аспект, рассматривают ее в неразрывной связи с высшими человеческими качествами и чувствами, анализируя их и раскрывая их сущность. В связи с этим они представляют существенную научную ценность. К таким работам относятся публикации Н. М. Новикова о борьбе добра и зла, альтруизма и эгоцентризма, монография А. В. Иршенко (игумена Тихона) о причинах девиантного поведения человека в свете православного учения о смысле и цели жизни, книги В. А. Мордасова (протоирея) об основах духовной жизни, ее целях и смыслах, С. В. Девятовой - «Духовный маяк: советы православных подвижников ХХ столетия», П. И. Рейдмана (архимандрита) о духовном бытии человека и духовном образе жизни, И. Крестьянкина (архимандрита) о высших качествах личности и др. Представляют существенный интерес аналогичные работы зарубежных религиозных деятелей: А. Джираудо о религиозной и светской духовности, Д. Базадонны о предназначении человека для гуманизма, Де Ванна Умберто о значении молитвы, о значении христианской этики, о свободе и ответственности, духовном единстве, об управлении прогрессом техники, о духовно-нравственном значении Библии и др.

Следует отметить, что в современной научной литературе о духовности и духовно -нравственном развитии личности существует два подхода к происхождению духовности и нравственности, которые обусловлены позицией авторов к происхождению Вселенной, жизни и человека. Авторы, стоящие на позициях теории эволюции, видят происхождение духовности и нравственности в социальной эволюции человеческих сообществ, считают их многовековым результатом (продуктом) общечеловеческой культуры. Такой подход проявляется в монографии А. В. Лукьянова «Трансцендентальное в морали», в книге А. М. Малера «Духовная миссия Третьего Рима» (о концепции православно-имперского мировоззрения или византизма», в диссертационной работе Чинь-Минь Хо «Роль интересов в формировании нравственного сознания масс (на материалах современного Вьетнама)», Г.А. Мироновой - «Принцип альтруизма в истории нравственности»,

A. П. Скрипник «Моральное зло как проблема истории, этики и культуры», М. Ю. Немкова «Добро как принцип нравственности и социальной практики», М. А. Гафурова - «Человечность как социокультурное явление» и др. Сторонники теории сотворения убеждены во внеземном происхождении духовности и нравственности, отстаивают их трансцендентальность из иного мира. Они доказывают, что социальная эволюция, требующая всесторонней адаптации, прагматизма и рационализма индивида для его выживания, в жестоких антигуманистических условиях на протяжении всей истории развития человечества не способна была породить истинную духовность и нравственность. Оба подхода, как и теории, имеют право на существование. Среди сторонников второго подхода выделяются публикации В. И. Слободчикова и Е. И. Исаева, Б. С. Братуся, В. А. Мордасова, С. В. Девятовой, Л. И. Сорочника, М. В. Чикапина и др. Особый интерес представляют идеи

B. И. Слободчикова, Е. И. Исаева, выдвинутые ранее Э. Шпрангером, о связи духовности с духом, историческим и общественным по своему характеру, а также Б. С. Братуся, выделившего четыре уровня духовно-нравственного развития личности (эгоцентрический, корпоративный, гуманистический и духовный) на основании отношений к себе, другим, понимания личность своего счастья [3]. Личностно-уровневый подход Б. С. Братуся взят был нами за основу при исследовании духовно-нравственного становления и развития личности.

В 1990-2000 годы возрастает интерес к этическому и педагогическому наследию прошлого. Особый интерес представляют диссертационные работы В. Ю. Бельского о проблемах нравственного воспитания в трудах К. Д. Ушинского, В. М. Артемова - о свободе и нравственности в русском классическом анархизме, А. В. Суслова - о нравственном основании русского космизма, Е. А. Трофимовой - о этическом учении Н. К. Рериха, В. П. Ивлиева - о эволюции этических идей Н. Г. Чернышевского, В. Г. Безносова - о нравственной философии Ф. М. Достоевского, П. Павли-диса - об общественно-нравственном идеале К. Маркса, О. А. Богатовой - о этических взглядах В. В. Розанова, Л. В. Переваловой - о этических воззрениях декабристов, Е. В. Дворецкой о этике Н. Бердяева, Э. Ю. Соловьева - о моральной философии И. Канта, Л. Е. Абрамовой - о социально-этической концепции Е. Н. Трубецкого, М. С. Кирсанова - о проблеме добра и зла в этике В. С. Соловьева, В. А. Мальченковой - о категориях нравственной философии М. М. Бахтина, Г. В. Паниной - о понятии моральной личности в русской идеалистической философии конца XIX - начала XX века, Е. М. Демидовой - о идее ненасилия в философии И. А. Ильина, Ю. В. Шаранов-ской - о нравственно-религиозном учении Л. Н. Толстого и др.

Общие и методологические аспекты духовности были связаны с развитием антропологии и рассмотрены в публикациях М. М.Бахтина, Л. П.Буевой, В. С.Барулина, В. А.Кутырева и др. Духовность как родовая категория и одно из важнейших качеств человека, отождествляемых с человечностью, освещена в трудах В. И. Слободчикова, Е. И. Исаева, Г. Э. Ахтямовой, М. П. Желтова, М. Ф. Калашникова и др.

Большой вклад в ценностный аспект проблемы духовности внесли работы, связанные с созданием общей теории ценностей: А. Г. Афанасьевой, М. В. Демина, А. Г. Здравомыслова, В. А. Блюмкина, И. С. Нарского, С. И. Попова, В. А. Титова, В. П. Тугаринова и др.

Особый интерес для понимания соотношения категорий «духовность», «нравственность», «мораль» представляют труды аксиологической направленности по философии морали Е. Н. Дуб-ко, А. А. Гусейнова, А. И. Титаренко, Ю. М. Федорова и др.

Но несмотря на возрастающий интерес к проблеме духовности, появление огромного количества публикаций не было выработано и не существует до сих пор более или менее общепризнанной этико-психологической концепции духовности, а также единого понимания терминов «духовность», «духовный». Подавляющее большинство авторов главным аспектом духовности выделяет ее морально-нравственное содержание (Н. Н. Добкина, Л. Н. Тарасова, М. Ю. Немков, А. О. Крутовский, В. Н. Левина, Г. А. Миронова, Л. С. Филиппов, Л. И. Трофимова, Т. Д. Скуднова и др.).

В. И. Слободчиков и Е. И. Исаев логично и, на наш взгляд, обоснованно выдвигают нравственность (как систему внутренних психических установок, определяющих отношения ко всему окружающему и нормы поведения) как составляющую духовности личности [5]. Возникает вопрос о наличии других составляющих (подродовых категорий), которыми, на наш взгляд, являются культура личности (как результат общественных достижений и общественного сознания) и душевность (как система особых личностных качеств).

Многие авторы, рассматривая духовность личности, раскрывают ее многосторонность, многогранность, показывают, что духовность охватывает и затрагивает практически все сферы человеческой личности и его психики. Анализ отечественной литературы 1990-х и 2000-х годов выявляет существенный интерес исследователей к отдельным личностным качествам, межличностным отношениям, чувствам, без которых немыслимы ни нравственное сознание, ни нравственность, ни мораль, ни духовное бытие человека. Проблемы морали: феномен сознания и поведения в моральном выборе, генезис морального суждения, проблема сознания жизни в моральном мировоззрении, онтологические основы морали, ценностно-ориентирующая функция морали, диалектика регулятивной функции морали, аксиологические проблемы гуманистических основ нравственности и морального отчуждения, методологический анализ морального развития личности, моральное самосознание личности, морально-ценностные факторы становления и развития нравственного самосознания в условиях современной цивилизации, проблема обоснования морали, проблема морального зла, проблема морали в системе этнокультуры исследованы с достаточной полнотой в диссертационных работах И. В. Гордяскиной, Н. Л. Лапиной, И. А. Белой, Е. А. Азаровой, И. В. Фотиевой, О. Н. Гороховой, А. О. Крутовского, С. В. Флаха, Е. Л. Дубко, Е. В. Шиковой, А. И. Левицкой, Д. С. Шимановского, и др. Проблема происхождения морали в человеческих сообществах, ее трансцендентальность обстоятельно освещена в монографии А. В. Лукьянова, опубликованной в 2009 г. Негативные проявления современной морали в условиях капитализма раскрыты в труде А. П. Никонова в 2011 г. О противоречиях человеческого разума и инстинктов, между современной человеческой цивилизацией и ее аморальными проявлениями рассказывает книга П. И. Мариновского 2003 г. издания. Антропология морали раскрывается в одноименной монографии 2009 г. Б. Х. Бгажнокова. Философским проблемам морали посвящена монография Ю. И. Сидоренко, вышедшей в 2005 г.

Большое значение для понимания структуры духовности и ее составляющих имеют работы об определенных духовных ценностях, таких как добро, любовь, совесть и т.п. Так, диссертационный труд С. П. Евтушенко посвящен принципу любви в этике, В. В. Кузнецова - достоинству как нравственной ценности, И. Н. Школкиной, В. Н. Левина и М. В. Рукавишникова - совести как выражению ее морально-психологических и нравственных особенностей, Г. Г. Сорокиной - ценностям российского губернского образования, С. В. Кузнецова - смыслу жизни как нравственной проблеме, Н. С. Сафарова - проблеме ответственности, Е. Г. Студенова - гуманизму, Г. А. Мироновой - принципу альтруизма в истории нравственности, М. Ю. Немкова - добру как принципу нравственности и социальной практики, М. П. Косых - долгу как нравственной проблеме, С. Пику-са - трудолюбию как нравственной ценности, С. В. Мейена - принципу сочувствия. Для выявления критериев духовности возникает необходимость в исследовании не только духовных ценностей, но и духовно-нравственных деформаций, к которым относятся зависть, хвастовство, злословие, равнодушие и т.п. Диссертационная работа Е. В. Ступеньковой посвящена исследованию феномена зависти, В. А. Жданкина - анализу ценностного и праксиологического содержания концептов «насилие» и «ненасилие» в современной социальной философии. Большой интерес представляют диссертационные работы И. И. Рожкова о проблеме типологии личности в этико-социологических ис-

следованиях, Ю. А. Нарижного о критерии нравственной зрелости личности, М. Г. Бандзеладзе о проблеме объективности ценности, книга Р. Светланина о смысле жизни, Н. В. Виничука - о счастье, В. К. Мамонтова и др. - о совести, курс лекций Н. С. Дудака об истине и истинном миропонимании как основы нравственности, монография М. И. Козлова о социальной справедливости в контексте русской традиции.

Большой интерес представляют работы Д. А. Ахмада, А. М. Ивакова, И. А. Заниной, А. А. Плешакова, и др. В них рассматриваются этические проблемы экологии, иерархия экологических ценностей в нравственном сознании некоторых народов, нравственный и моральный принципы отношения к природе.

Взаимосвязь и взаимообусловленность нравственности, морали, красоты, духовности и культуры, философско-культурологическое исследование формирования нравственных традиций -все эти проблемы нашли отражение в работах Н. В. Надысевой, С. А. Никульченковой, С. А. Юрге-лявичус и др. Особый интерес представляет диссертационнаые работы К. А. Кедрова об этико-антропном принципе в культуре и Н. В. Надысевой об этико-аксиологическом аспекте процесса нравственного становления индивида, книга А. В. Матвеева о толерантности в культуре в связи с процессом глобализации и др. Проблемы морали и нравственности интенсивно разрабатываются в последнее время в связи с развитием акмеологического подхода к изучению личности, ее культуры. Существенный вклад в этом направлении внесли публикации таких психологов как А. А. Бодалева, А. А. Деркача, Н. В. Кузьминой и др.

За рубежом интерес к проблеме «духовности» не ослабевал, начиная с конца XIX века до последнего времени. Из относительно современных работ следует упомянуть прежде всего классиков различных социально-психологических теорий личности, которые кратко рассмотрены А. Н. Суховым в учебном пособии по социальной психологии 2003 г. Более подробно эти теории изложены в книге А. Хьелла и Д. Зиглера «Теории личности» [9].

Детерминизм З. Фрейда, т. е. обоснование душевной жизни личности причинно-следственными связями и определенными законами, распространяемыми и на сферу бессознательного, значение, которое психоанализ придавал сфере бессознательного - всё это дало нам основание полагать, что духовность и нравственность в большой степени связаны с областью бессознательного, предпосылки их становления и формирования закодированы в геноме человека как необходимое условие его выживания, существования и развития в качестве человека. Существуют определенные естественные социально-этические законы, по которым должны выстраиваться разнообразные отношения, в том числе гендерные и семейные. Именно эти идеи З. Фрейда послужили нам основой для выдвижения в качестве одного из критериев духовности - принципа следования естественным законам (естеству).

Идеи К. Юнга о коллективном бессознательном, о некоторых общих формах мысленных представлений - архетипах, которые, формируясь в течение индивидуальной жизни, наполняются конкретным эмоциональным и образным содержанием, послужили основой для понимания духовности этноса, нации, народа. Идея К. Юнга об интроверсии и экстраверсии послужила нам основанием для осмысления двух путей активности, направленности и взаимообусловленности духовно -нравственного становления и развития личности.

Психоанализ А. Адлера с его представлениями о холизме (целостности), социальном интересе, самосовершенствовании, жизненных целях, образе жизни, стиле жизни, о чувстве общности, родства со всем человечеством легли в основу наших представлений о гуманистическом и духовном уровнях развития личности, о критериях духовности, послужили для построения моделей гуманистической и духовной личности. Выдвинутый А. Адлером « комплекс неполноценности» стал для нас одним из компонентов в механизме духовно-нравственного становления и развития личности и для понимания его движущих сил.

Гуманистическая психология, с ее утверждением о том, что позитивные силы, направленные на гармоничное развитие личности, ее духовно-нравственный рост, биологически присущи человеку, также дала нам основу одного из важнейших выдвигаемых нами критериев духовности личности - следование естеству. Работы А. Маслоу, К. Роджерса о проблемах личностного роста, самоактуализации, концепция иерархии фундаментальных потребностей послужили нам материалом для выявления критериев духовности, построения моделей духовно-нравственного становления и развития личности, для понимания движущих сил и механизма этого развития. Работы Э. Шострома об актуализаторах и манипуляторах послужили нам основой для разработки моделей личности на различных уровнях духовно-нравственного развития.

Идея основоположника трансакционного анализа Э. Бёрна о том, что большинство людей в своей жизни занимаются играми, почти не уделяя времени подлинной жизни, искренней человеческой близости, приносящей счастье, стала для нас основой для выделения такой сотавляющей в структуре духовности как душевность, основанной на открытости, честности, внимательном отношении к другим, гостеприимстве, обаянии, заботливости, а также таких критериев как особая от-

ветственность и наличие человечности. Человечность основывается на сопереживании, содействии, сопричастности, сотворчестве, соратничестве, милосердии, бескорыстной помощи, чуткости.

Особо важное значение для понимания и решения проблемы духовности имеет экзистенциальная психология, разработанная в трудах С. Кьеркегора, Э. Гуссерля, А. Камю, Ж. Сартра, К. Ясперса, М. Хайдеггера, В. Дильтея, Э. Шпрангера, Э. Фромма, В. Франкла и др. Поиски личностью смысла жизни и экзистенциальный вакуум, роль совести в образе жизни и бытии человека, самотрансценденция человека (способность поиска смысла жизни с помощью совести), понимание счастья как явления, сопровождающего достижение цели и следование смыслу жизни, роль направленности бытия на себя или на Другого в нахождении смысла и счастья - всё это послужило нам материалом для выявления движущих сил и механизма духовно-нравственного становления и развития личности.

Существенный вклад в исследование проблемы духовности внесли такие современные работы, а также недавно переизданные зарубежных ученых и религиозных деятелей как монография А. Бадью «Этика: очерк о сознании зла» (пер. с франц., 2006), В. М. Вундта «Этика: принципы нравственности, области нравственной жизни (пер. с нем., 2010), книга М. Лукадо «Небесные овации» (пер. с англ., 2011), Л. Самраппа «Твоя вера может изменить мир: откровение о величайшей силе во Вселенной - вере в Бога» (пер. с англ., 2011), П. Жане «Нравственное единство человеческого рода» (пер. с франц., 2011), Д. Ортберга «Когда игра окончена: цель игры под названием «Жизнь» (пер. с англ., 2010), монография Ч. К. Тойча «Духовность и самосознание личности» (пер. с англ., 2009) и др.

Следует отметить, что в рамках данной работы далеко не укладываются все публикации последних десятилетий, посвященные проблеме духовности или затрагивающие ее. Но мы попытались осуществить обзор литературы, достаточно полно охватывая разносторонние и многогранные аспекты самой проблемы и разнообразные взгляды авторов.

Таким образом, современный арсенал накопленных научных и других знаний в области философии, религиоведения, филологии, социальной психологии, психологии личности, социологии, истории вполне позволяет при условии синтеза этих знаний понять сущность понятия «духовность», выявить ее критерии, движущие силы, механизмы, генезис и факторы, раскрыть пути и уровни духовно-нравственного становления и развития личности, открывает перспективу решения проблемы духовности различных социальных групп, народов и государств. Причина нерешенности проблемы духовности, которая существует, несмотря на огромное количество посвященных ей работ и пристальный интерес к ней, связана, на наш взгляд, с отсутствием всестороннего синтетического подхода. Проблема рассматривается либо в рамках этики, либо психологии, либо педагогики. При этом психологами, педагогами и языковедами недооценивается роль философских научных знаний как базовой основы для решения этой проблемы. Игнорируются также древние религиозные знания, информация из сферы искусства, в частности художественная литература, а также материалы публицистики.

Ключ к решению проблемы духовности личности лежит в комплексных исследованиях, проводимых на основе синтеза знаний, с одной стороны, научных, религиозных и из сферы искусства, а, с другой стороны, в синтезе знаний различных наук - философии, социологии, социальной психологии, психологии личности, религиоведения, истории, этики, филологии, лингвистики и педагогики. Важной задачей становится выбор определенных подходов для разработки общепринятого понимания «духовности». Такой подход, на наш взгляд, должен быть обусловлен, с одной стороны, семантикой понятий «духовность», «духовный», а, с другой стороны, приоритетом их появления в истории человеческой мысли. Духовность личности немыслимо понять без выявления ее многогранной многомерной) сущности, критериев, структуры, происхождения (генезиса) на основе анализа и последующего синтеза истоков и источников из области научного, религиозного и художественного знания. Под научными источниками мы понимаем научную литературу, под религиозными - литературу философско-религиозных учений, под художественными - произведения художественной и публицистической литературы. Истоки, в отличие от источников, представляют собой очаги относительно первичной информации - первоначальные учения, служившие этическими маяками для масс и народов. Только таким путем можно прийти к решению проблемы духовности личности для того, чтобы можно было ее изучать научными методами. Для того, чтобы иметь представление о духовности народа, причем не в житейском, а научном смысле, необходимо научиться измерять ее в различных стратах и группах. Эта задача до сих пор невыполнима по причине того, что в психологии до сих пор не существует тестов, выявляющих и тем более измеряющих духовность во всём ее многофакторном проявлении на личностном уровне. Однако, решение выше перечисленных теоретических задач раскрывает перспективу разработки таких тестов для определения уровней и особенностей духовного развития личности.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Дьяченко, М. И. Психологический словарь-справочник / М. И. Дьяченко, Л. А. Кандыбович. - Мн., 2004.

2. Начала христианской психологии: учеб. пособие для вузов. / под ред. Б. С. Братуся, С. Л. Воробьёва. - М., 1995.

3. Ожегов, С. И. Словарь русского языка / под ред. Н. Ю. Шведовой. - 22-е изд. - М., 1990.

4. Слободчиков, В. И. Психология человека. Введение в психологию субъективности: учеб. пособие для вузов / В. И. Слободчиков, Е. И. Исаев. - М., 1995.

5. Словарь русского языка: в 4 т. / под ред. А. П. Евгеньевой. - М., 1957. - Т. 1.

6. Социальная психология: учеб. пособие для студ. вузов / под ред. А. Н. Сухова, А. А. Деркача. - М., 2003.

7. Тарасова, Л. Н. Нравственно-психологические аспекты духовного развития личности: автореф. дис. ... канд. филос. наук / Л. Н. Тарасова. - Саранск, 1994.

8. Хьелл, А. Теории личности: пер. с англ. / А. Хьелл, Д. Зиглер. - СПб., 1997.

УДК 373.1.02:372.8 ББК 74.202.2

О. А. Юрова

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ МЕТОДИКИ «КАРТИНКА БЕЗ ЗАПИНКИ» В ОБУЧЕНИИ МЛАДШИХ ШКОЛЬНИКОВ МОНОЛОГИЧЕСКОМУ ВЫСКАЗЫВАНИЮ НА НЕМЕЦКОМ ЯЗЫКЕ

Аннотация. В статье рассматривается возможность использования оригинальной методики обучения рассказу по картинке, разработанной латвийскими методистами, с целью развития устной речи учащихся на начальном этапе обучения немецкому языку.

Ключевые слова: иллюстративная наглядность, функции наглядности, условия применения наглядности, методика составления рассказа по картинке.

O. A. Yurova

THE USAGE OF "THE DESCRIPTION OF A PICTURE WITHOUT A FLUB" METHOD IN THE PROCESS OF TRAINING MONOLOGUE WITH JUNIOR SCHOOLCHILDREN

AT A GERMAN LANGUAGE LESSON

Abstract. The main focus of discussion in the article is the possibility to use the original methods of story-telling teaching based on a picture description and devised by Latvian methodologists to develop the pupils' speech at the elementary level of study the German Course for Beginners.

Key words: illustrative aids/use of visual aids or methods, functions of the visual aids, conditions of the visual aids usage, methods of composing a story based on the picture description.

Эффективность обучения монологическому высказыванию на начальном этапе складывается из многих составляющих, среди которых наглядным средствам принадлежит одно из ведущих мест, так как их использование позволяет учителю более эффективно формировать и развивать у учащихся речевые навыки и умения изучаемого языка. Чем содержательнее и активнее познавательная деятельность учащихся, связанная с наглядным пособием, тем легче происходит становление навыков и умений экспрессивной устной речи. Поэтому задача учителя при использовании наглядности состоит в том, чтобы организовать активное восприятие учащимися демонстрируемых наглядных пособий и создать условия для выражения личностного отношения к предмету обсуждения. Решающую роль при этом играют вопросы, задания, словесные пояснения учителя, поскольку активность учащихся, вызываемая визуальными и словесными раздражителями, должна сочетаться с логической активностью, а именно, необходимостью выделения главного и второстепенного, установления причинно-следственных связей, сравнения, обобщения и т.д.

В этой связи следует отметить, что данное условие эффективности применения наглядности с целью развития устной речи учащихся не всегда реализуется в школьной практике и, как следствие, недостаточно глубоко осознается студентами практикантами. Так, на уроке немецкого языка в 6 классе студентка-практикантка вводит новые лексические единицы - названия фруктов и овощей - с помощью предметных картинок. При этом функция картинки ограничивается только демонстрацией предмета.

Учитель задает вопрос „Was ist das?" и сам отвечает „der Apfel", „die Birne", „die Wassermelone" и т.д. Учащиеся хором повторяют новые слова. Затем учащиеся читают текст, в котором представлены данные лексические единицы, и в заключении сами называют предметы, изобра-