Некоторые проблемы эффективности применения уголовно-правовых норм, устанавливающих ответственность за совершение экономических преступлений

5.8. НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЭФФЕКТИВНОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ УГОЛОВНОПРАВОВЫХ НОРМ, УСТАНАВЛИВАЮЩИХ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА СОВЕРШЕНИЕ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

Урда М. Н., аспирант КГТУ

Перейти на Главное МЕНЮ Вернуться к СОДЕРЖАНИЮ

В настоящей статье анализируется на примере Курской области причины низкой эффективности применения уголовно-правовых норм, устанавливающих ответственность за совершение экономических преступлений.

Как известно, привлечение лиц к уголовной ответственности за совершение преступлений в сфере экономической деятельности и раскрываемость этих преступлений весьма сложны. И, как следствие, применение этих норм практическими работниками незначительно.

Законодатель вынужден был формировать главу 22 УК РФ «Преступления против экономической деятельности», исходя из практических соображений и традиций российского уголовного правотворчества. Под влиянием многих факторов, грамотный анализ которых требует обращения к теоретическим разработкам преступлений против собственности и иным проблемам, структуру и содержание статей настоящей главы можно считать оптимальным. Сейчас в нее входят следующие преступления:

1) против общего порядка предпринимательской деятельности - ст. 169, 170, 171, 1711, 172, 173, 174, 1741, 175;

2) против порядка кредитования - ст. 176, 177;

3) против законной конкуренции на рынке - ст. 178, 179, 180, 181, 183, 184;

4) против финансовой системы - ст. 185, 1851 , 186, 187;

5) против порядка внешнеторговой деятельности - ст. 188, 189, 190;

6) против порядка оборота валютных ценностей - ст. 191, 192, 193;

7) связанные с банкротством - ст. 195, 196, 197;

8) против порядка уплаты таможенных платежей и налогов

- ст. 194, 198, 199, 1991, 1992.

Однако при применении и уголовно-правовой оценке деяний, совершаемых в сфере экономической деятельности, необходимо обращаться к:

а) гл. 21 «Преступления против собственности», например, для разграничения ответственности за мошенничество по ст. 159 и ответственности за незаконное получение кредита по ст. 176 УК РФ,

б) гл. 23 «Преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях»,

в) гл. 30 «Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления», а также ко многим иным статьям УК РФ, в частности 146, 147, 238 и другим.

Кроме того, многие отношения и социальные блага в достаточной степени охраняются гражданской, адми-

нистративной и иными видами юридической ответственности, логико-языковые феномены которых необходимо использовать при квалификации экономических преступлений. Статистическая характеристика этой группы преступлений совершенно не соответствует представлениям об их общественной опасности. Удельный вес лишь некоторых из них является высоким, остальные преступления обладают высокой степенью латентности.

Так анализ статистических данных Управления Судебного Департамента Курской области показал, что в 2003 г. судами Курской области было рассмотрено дел по обвинению в совершении преступлений экономической направленности 1,23% от общего количества рассмотренных дел; в 2004 г. этот показатель составил 0,86%; в 2005 - 1,18%; в 2006 - 1,94%, а в 2007 г. - 19,7%1.

Большинство исследователей данной проблемы отмечают высокую латентность преступлений в сфере экономики и их кумулятивность.

В свою очередь, анализ изменений в уголовном законе в годы экономической реформы, показывает, что поставленные перед разработчиками задачи во многом оказались нерешенными, а теория и судебно-следственная практика позволяет выделить следующие проблемы, дискуссии и проблемные ситуации по поводу:

а) различные стороны понятия хищения;

б) понятия оценочного характера, описывающие признаки составов различных посягательств;

в) характеристики общественной опасности деяния и степеней ее тяжести;

г) соотношения гражданско-правовых деликтов и преступлений;

д) выбора санкций за то или иное деяние;

е) практики индивидуализации наказания;

ж) юридического безразличия формы собственности для признания имущества чужим и его уголовно-правовой охраны;

з) правильного определения организованной группы применительно к хищению;

и) необходимости четкого разграничения умысла на обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц от умысла на противоправное временное пользование;

к) определения стоимости имущества, ставшего «объектом преступления», а также значительного ущерба;

л)критериев определения особой исторической, научной или культурной ценности похищенных предметов или документов и др.

Новые для отечественного уголовного законодательства нормы об ответственности за преступления в сфере экономической деятельности так и остались невостребованными правоприменителем.

Согласно данным Управления Судебного Департамента в Курской области, в период времени с 2003 по 2006г. не применялись вовсе следующие составы экономических преступлений:

- воспрепятствование законной предпринимательской или иной деятельности (ст. 169);

- регистрация незаконных сделок с землей (ст. 170);

- незаконная банковская деятельность (ст. 172);

- лжепредпринимательство (ст. 173);

- незаконное получение кредита (ст. 176);

- злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности (ст. 177);

1 См.: Статистический сборник Управления Судебного де-

партамента Курской области (2002-2007 гг.). Курск, 2008. С.

12, 14-15.

- недопущение, ограничение или устранение конкуренции (ст. 178);

- принуждение к совершению сделки или к отказу от ее совершения (ст. 179);

- незаконное использование товарного знака (ст. 180);

- нарушение правил изготовления и использования государственных пробирных клейм (ст. 181);

- незаконное получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну (ст. 183);

- подкуп участников и организаторов профессиональных соревнований и зрелищных коммерческих конкурсов (ст. 184);

- злоупотребления при эмиссии ценных бумаг (ст. 185);

- незаконный экспорт или передача сырья, материалов, оборудования, технологий, научно-технической информации, незаконное выполнение работ (оказание услуг), которые могут быть использованы при создании оружия массового поражения, вооружения и военной техники (ст. 189);

- невозвращение на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран (ст. 190);

- незаконный оборот драгоценных металлов, природных драгоценных камней или жемчуга (ст. 191);

- нарушение правил сдачи государству драгоценных металлов и драгоценных камней (ст. 192);

- невозвращение из-за границы средств в иностранной валюте (ст. 193);

- уклонение от уплаты таможенных платежей, взимаемых с организации или физического лица (ст. 194);

- неправомерные действия при банкротстве (ст. 195);

- преднамеренное банкротство (ст. 196);

- фиктивное банкротство (ст. 197);

- неисполнение обязанностей налогового агента (ст. 199-1)2.

По сути, более или менее эффективно «работают»

лишь такие известные и ранее, т.е. существовавшие в советский период, составы, как приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем (ст. 175), изготовление или сбыт поддельных денег или ценных бумаг (ст. 186), контрабанда (ст. 187).

Из числа новых норм наиболее применимы незаконное предпринимательство (ст. 171), уклонение от уплаты налогов и (или) сборов с организации (ст. 199), уклонение от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица (ст. 198).

Вместе с тем, исследователи отмечают, что весьма распространенными являются случаи совершения индивидуальными предпринимателями и сотрудниками коммерческих организаций действий, содержащих признаки таких составов преступлений, как ст. 169 «Воспрепятствование законной предпринимательской или иной деятельности», ст. 172 «Незаконная банковская деятельность», ст. 177 «Злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности», ст. 178 «Недопущение, ограничение или устранение конкуренции», ст. 180 «Незаконное использование товарного знака», ст. 194 «Уклонение от уплаты таможенных платежей, взимаемых с организации или физического лица», ст. 195 «Неправомерные действия при банкротстве», ст. 196 «Преднамеренное банкротство». Однако уголовных дел по этим статьям в судебной практике не наблюдается3.

2 См.: Статистический сборник Управления Судебного департамента Курской области (2002-2007 гг.). С. 31.

Горелов А. П. Почему не применяются нормы об ответственности за экономические преступления. // Законодательство. 2003. № 11. С. 31.

В чем же причина того, что уголовный закон до сих пор не играет отведенной ему законодателем роли действенного регулятора экономических отношений?

Таких причин несколько.

Одни утверждают, что глава 22 УК РФ «Преступления в сфере экономики» содержит множество составов, ранее неизвестных уголовному законодательству советского и постсоветского периодов. И именно в силу их новизны эти составы вызывают сложности в применении4

Другие исследователи данной проблемы ссылаются, прежде всего, на то, что правоприменители оказались не готовы воспринять довольно сложные конструкции уголовно-правовых запретов, изложенных с использованием категорий гражданского, налогового, банковского и иных отраслей законодательства5.

Кроме того, многие исследователи отмечают известный казуистический характер норм в сфере экономической деятельности и недочеты юридической техники6.

И, действительно, спорным, например, является возможность признания предметом хищения так называемых документов неимущественного характера -доверенностей, билетов, квитанций и пр. В тексте уголовного закона нет указания на обязательность экономической, стоимостной оценки чужого имущества. Все, гражданин считает своей собственностью своим, а не чужим имуществом, даже если оно в данный момент не включается в имущественный оборот, может быть предметом хищения. Приводимые в приговорах судов иногда ссылки на Постановление Пленума Верховного Суда РСФСР от 23 декабря 1980 г. № 6 «О практике применения судами РСФСР законодательства при рассмотрении дел о хищениях на транспорте»7 не могут служить аргументом, поскольку оно принято в иных экономических условиях. При этом, разумеется, следует особо проверять наличие общественной опасности деяния, которое может отсутствовать, не устраняя его противоправности, ввиду малозначительности (ст. 14 УК РФ), т. е. крайне низкой стоимости похищенного, например, книга, не представляющая букинистической ценности. Спорной также является проблема легитимирующих знаков как предмета хищения и особенно - запись в реестре ценных бумаг.

Существенные проблемы могут возникнуть при определении, является ли имущество чужим, в случае, если собственник не отказался от своего титула, но при этом сам утратил господство над предметом и никому не вверил его. Это означает практически необходимость разграничения чужого и бесхозного имущества, а соответственно - хищения и находки.

Ряд проблем связан с разграничением права на совместную собственность супругов и более сложными случаями наличия общей собственности, осуществле-

4 Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: Учебник. Практикум / Под ред. А. С. Михлина. - М.: Юристъ, 2005. С. 135.

Векленко С. Журавлева Е. Нормы об ответственности за банкротство: новая редакция - новые проблемы // Уголовное право. 2006. № 5. С. 22; Устинова Т., Истомин А., Бурковская В., Четвертакова Е. Состояние уголовного законодательства об ответственности за преступления в сфере экономической деятельности (гл. 22 УК Рф) // Уголовное право. 2001. №1. С. 38.

6 Горелов А. П. Указ. соч. С.32.

7 См.: Сборник постановлений пленумов Верховного Суда СССР и РСФСР (РФ) по уголовным делам. М., 1997. С. 408.

ния прав в отношении имущества юридических лиц, имущества, находящегося во владении добросовестного приобретателя. Эти ситуации требуют учета предписаний ГК РФ, в частности, относящихся к защите прав владельцев, не являющихся собственниками8.

Тоже самое относится и к разграничению составов незаконного предпринимательства (ст. 171 УК РФ) и незаконной банковской деятельности (ст. 172 УК РФ). В этом случае, абсолютно непонятно, какую цель преследовал законодатель, разграничивая данные составы преступлений.

Думается, что все эти причины в совокупности в той или иной степени влияют на низкий уровень раскрываемости этих преступлений.

Вместе с тем, не лишним будет отметить наметившуюся положительную тенденцию в этом вопросе в Курской области: количество рассмотренных по существу дел экономической направленности за последнее время в этом регионе возросло. Так, если в 2003 г. судами Курской области было рассмотрено 58 дел по преступлениям экономической направленности, а в 2004 г. - 40, то в 2005 г. - 62, в 2006 г.-110, в 2007 г. - 203. Наблюдается рост в 2-2,5 раза, причем связан он, прежде всего, с увеличением количества рассмотренных дел по ст. 171 , ст.

198 и ст. 199 УК РФ. Так, если в 2003г. по ст. 171 УК РФ было осуждено 4 человека, по ст. ст. 198, 199 УК РФ - 3; в 2004 г. по ст. 171 УК РФ было осуждено 2 человека, по ст. ст. 198, 199 УК РФ также 2 человека; то уже в 2005 г. по ст.ст. 198, 199 УК РФ осуждено 20 человек. В 2006 г. по ст. 171 УК РФ осуждено 11 человек, а по ст.ст. 198,

199 УК РФ - 33 человека.

Свою, безусловно, положительную роль сыграли в этом постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2004г. «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем»9 и постановление Пленума Верховного Суда РФ от 4 июля 1997 г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами Российской Федерации уголовного законодательства об ответственности за уклонение от уплаты налогов»10.

Указанные постановления разрешили ряд дискуссионных вопросов. Так, п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2004 г. положил конец многочисленным спорам, которые велись на протяжении длительного времени среди юристов по поводу определения понятия «дохода» при квалификации действий по ст. 171 УК РФ.

До недавнего времени судебная практика склонялась к пониманию «дохода» как общей суммы выручки, полученной в связи с осуществлением предпринимательской деятельности, за вычетом расходов11.

Налоговый кодекс РФ под доходом понимает экономическую выгоду в денежной или натуральной форме, учитываемую в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить (ст. 41). При этом содержание отдельных положений глав части

8 См., подробнее: Учебно-практический комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под общей редакцией доктора юридических наук, профессора, заслуженного деятеля науки РФ А. З. Жалинского. Москва, 2005. С. 492.

9 Официальные документы. 2004. № 45.

10 Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. № 9.

11 Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. №7.

второй Кодекса, оперирующих понятием «доход» при определении объекта налогообложения на доходы физических лиц и на прибыль организаций, свидетельствует о том, что законодатель намеревался сформулировать данное понятие в значении общей суммы поступлений (в денежной или натуральной форме) как из всех источников, так и от какой-либо деятельности налогоплательщика, без учета расходов. Ярким примером такой позиции законодателя служит ст. 249 НК РФ, определяющая доходы от реализации как выручку, то есть всю сумму поступлений денежных средств при реализации товаров (работ, услуг), имущества и имущественных прав. Подтверждением подобного подхода может служить и ряд иных положений Кодекса, использующих понятие «доход» именно в таком значении (п. 2 ст. 153, п. 2 ст. 155, статьи 208, 209 НК РФ и др.). Однако выбранный законодателем способ определения дохода через экономическую выгоду для уголовно-правовой квалификации представляется не совсем удачным. По своему содержанию понятие «выгода» предполагает какие-либо преимущества одного лица по отношению к другому, рост благосостояния. Подобная неоднозначность законодательных положений, касающихся определения понятия «доход», ведет к тому, что, как отмечают некоторые ученые, данное понятие может быть применено как в значении прибыли (чистый доход), так и в значении выручки (валовой доход)12. На наш взгляд, для целей применения соответствующих статей УК РФ необходимо руководствоваться ст.ст. 247 и 249 НК РФ, где под доходом понимается выручка от реализации товаров (работ, услуг) за период осуществления незаконной предпринимательской деятельности без вычета произведенных лицом расходов. Кроме того, понятие дохода важно для назначения наказания в виде «штрафа в размере до ... рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период...».

Еще один дискуссионный вопрос разрешил Пленум Верховного Суда РФ относительно дополнительной квалификации незаконного предпринимательства, указав в п. 16, что действия лица, признанного виновным в занятии незаконной предпринимательской деятельности, и не уплачивающего налоги и (или) сборы с доходов, полученных в результате такой деятельности, полностью охватываются ст. 171 УК РФ. На наш взгляд, нарушением формализации нормативно-правовых актов является то, что Пленум не внес изменения относительно этого вопроса в постановление Пленума Верховного Суда РФ от 4 июля 1997 г., где иначе решался вопрос о квалификации незаконного предпринимательства и налоговых преступлений, а именно: по совокупности ст.ст. 171 и 198 УК РФ. Однако трудности квалификации, например незаконной предпринимательской деятельности данный Пленум не снял. Анализ судебноследственной практики в Курской области показывает, что они связаны со следующим:

а) оценкой правовой природы данного вида предпринимательства, т. е. деятельности, признанием ее в качестве предпринимательской и осуществляемой, за исключением случая, когда деяние состоит в представлении в регистрирующий орган документов, содержащих ложные сведения;

12 См.: Налоги и налогообложение: Учебник / Под ред. М. В. Романовского и О. В. Врублевской. СПб., 2001. С. 413; См.: Алексеев А. И. Криминология: Курс лекций. М., 1998. С. 218.

б) исчислением крупного дохода либо установлением крупного ущерба;

в) выявлением специального субъекта, например лица, обязанного регистрировать организацию и (или) получать разрешение (лицензию).

Исходя из общей теории квалификации, анализа судебной практики, научных разработок по проблеме уголовно-правовой оценки рассматриваемого общественно опасного деяния мы предлагаем следующую схему квалификации незаконного предпринимательства, которая в том или ином варианте может быть использована правоприменителем и в других случаях совершения экономических преступлений, и когда обязательно необходимо установить:

1) состояние осуществления деятельности, являющейся предпринимательской по своему характеру и подлежащей признанию в качестве таковой по действующему закону;

2) обязанность регистрации и (или) получения разрешения (лицензии) либо обязанности соблюдения ее требований и условий;

3) деяния, состоящие либо в выполнении действий, образующих осуществление деятельности, подлежащей признанию в качестве предпринимательской без регистрации, либо в нарушении правил регистрации, либо в обмане путем представления в регистрирующий орган документов, содержащих заведомо ложные сведения, либо в отсутствии специального разрешения (лицензии), если его наличие обязательно, а предпринимательская деятельность осуществляется без него или в нарушение лицензионных требований и условий;

4) наличие крупного ущерба или извлечения дохода в крупном размере;

5) содержание умысла;

6) наличие признаков специального субъекта;

7) общественную опасность деяния;

8) наличие или отсутствие квалифицирующих признаков.

Механизм эффективного применения уголовноправовых норм, с помощью которых осуществляется охрана в сфере экономики, на наш взгляд, должен быть представлен следующими элементами:

1) воздействием правоохранительных органов на граждан -предпринимателей и на соответствующие организации, с целью предупреждения незаконно го предпринимательства;

2) реакцией граждан - предпринимателей и организаций (их руководителей) на такое побуждение (негативную или позитивную);

3) социально-правовой оценкой работниками правоохранительных органов реакции граждан и руководителей организаций;

4) совокупностью социальных (правовых, политических, экономических), социально-психологических и личностных факторов и условий, влияющих на деятельность правоохранительных органов и поведение граждан по применению уголовно-правовой нормы о не законном предпринимательстве.

Общим элементом профилактического воздействия правоохранительных органов на граждан склонных к совершению угроз является, прежде всего, пропаганда

уголовного законодательства, которая заключается в информированности населения о правовых последствиях незаконного предпринимательства и в справедливости этой нормы. Эта мера уголовно-правового воздействия применяется как в ходе осуществления общей, так и индивидуальной профилактики. Последние положения являются требованиями статьи 2 Уголовного закона России, в которой определено, что одной из задач Уголовного кодекса Российской Федерации является предупреждение преступлений, которые в своей совокупности во времени и в пространстве образуют социально правовой феномен, именуемый преступностью. Предупреждение преступлений и преступности буквально означает предохранение людей, общества и государства от общественно опасных деяний. Кроме того, что сам уголовный закон и содержащиеся в нем предписания играют предупредительную роль, в нем еще содержится значительная группа норм, которые получили на звание норм с двойной превенцией, поскольку они, с одной стороны, преследуют цели предупреждения совершения незаконных действий, названных непосредственно в диспозиции уголовно-правовой нормы, а с другой стороны, направлены на предотвращение более опасных преступлений (например, ст.ст. 174, 1741, 178 УК РФ и др.).

В современном российском обществе, как в России, так и за рубежом, фиксируется и будет фиксироваться еще долгое время, появление новых видов экономических преступлений, рост экономической преступности в целом и ее адаптация к происходящим социальноэкономическим переменам различного характера, происходящих динамично и неравномерно, - глобализация, возникновение новых форм коммуникаций, технологий, энергоресурсов и т. п. Эти виды преступления все чаще и чаще будут совершаться высококвалифицированными специалистами, как правило, связанными с органами государственной власти всех уровней, организованной преступностью, коррупцией. Соответственно, экономические преступления в будущем будут порождать и усиливать ряд иных очень опасных антиобщественных явлений, таких как терроризм, экотерроризм, терроризм «человеческой души», наркотизм, работорговля (торговля людьми) и т. д. Такая характеристика не оспаривается в литературе, но явно нуждается в подтверждении эмпирическими данными, что поможет законодателю своевременно реагировать на предполагаемые общественные отношения и возникающие интересы в сфере экономики, а также очевидные для ближайшего будущего требования общества об усилении борьбы с этими преступлениями.

Перейти на Главное МЕНЮ Вернуться к СОДЕРЖАНИЮ