Лексика крестьянских промыслов как источник русских фамилий: кузнечное дело

УДК 811.161.1'373.2 С.Г. Шейдаева

ЛЕКСИКА КРЕСТЬЯНСКИХ ПРОМЫСЛОВ КАК ИСТОЧНИК РУССКИХ ФАМИЛИЙ: КУЗНЕЧНОЕ ДЕЛО

В составе современного русского антропонимикона существует большой пласт фамилий, происхождение которых связано с лексикой старинных крестьянских ремёсел и промыслов. На материале разновременных памятников письменности автор анализирует ряд русских фамилий, соотносящихся с лексико-тематической группой слов из сферы кузнечного дела, в историко-словообразовательном аспекте. В структуре каждой «профессиональной» фамилии выявляются и следы непосредственно мотивирующих единиц, и более отдаленные звенья словообразовательной цепи.

Ключевые слова: лексика крестьянских промыслов, историческое словообразование, история формирования профессиональных фамилий.

В предыдущей статье «Лексика крестьянских промыслов как источник русских фамилий: кожевенное производство» [39] на материале разновременных памятников русской письменности нами была рассмотрена группа русских фамилий, внутренняя форма которых отражает лексику кожевенного дела (Кожевников, Сыромятников, Скорняков, Сырейщиков, Овчинников, Шубников, Шапошников, Сапожников, Чеботарев, Седельников, Ременников и др.). К «профессиональным» можно отнести также и многие другие антропонимы, связанные своим происхождением с обширной сферой народных промыслов. В частности, это русские фамилии, восходящие к терминологии кузнечного ремесла и технологически связанных с ним производств.

Лексика ряда ремесел (текстильного, деревообрабатывающего, гончарного, кузнечного) была подвергнута специальному рассмотрению в известной работе О.Н. Трубачева «Ремесленная терминология в славянских языках (этимология и опыт реконструкции)» (1966 г.). Говоря о терминах кузнечного дела, ученый подчеркнул, что их целесообразно изучать в связи и параллельно с терминологией других ремесел; сам автор анализирует их в составе лексики производств, связанных с применением огня [36. С. 690].

Мы рассмотрим лексику кузнечного дела также не изолированно, а вместе с терминологией некоторых других производств, поскольку в России кузнецом назывался поначалу не только тот, кто обрабатывал металл, но и тот, кто искал руду, кто занимался плавкой металла. «Кузнечное дело, начальная металлургия и ее терминология как бы неразрывно связаны с металлами и их названиями» -пишет О.Н. Трубачев [36. С. 702].

В памятниках русской письменности можно обнаружить немало терминов кузнечного производства. К ним относятся разные группы слов: названия металлов (железо, медь, олово, серебро и др.), производственных действий и процессов (ломать руду, плавить руду, варить железо, ковать железо и др.), мест трудовой деятельности (рудня, кузня, кузница и др.), инструментов (наковальня, молот и др.), мастеров (рудокоп, кузнец, коваль, укладный мастер, молотник, медник, гвоздарь и др.), продуктов труда (кузнь, гвозди, косы и мн. др.). В современных работах по лексике кузнечного дела исследователи также отмечают наименования кузниц и их оборудования, кузнецов, инструментов, продуктов труда (гвоздей, серпов и т.д.) [16].

Поначалу железное дело на Руси было частным крестьянским промыслом. Крестьяне разных уездов копали в болотах железную руду и в домницах «варили» из нее железо [29. С. 82; 12. С. 161]; железо «варили» также и из покупной руды [30. С. 11]. На первых порах железо получали непосредственно в кузнечном горне путем «сыродутной плавки» или варки бурого железняка - болотной руды, из которой при недостаточно сильном нагревании от естественного притока воздуха получали тестообразное железо. Это мягкое железо освобождалось от породы и формировалось механическим путем кузнецами на наковальне. Так выглядела, по описанию Б.А. Рыбакова, в самых общих чертах примитивная черная металлургия и кузнечная обработка в течение достаточно длительного времени [28. С. 124-126].

Начало этого производственного процесса было связано с поисками и добычей железной руды: рудознатцы ее искали, рудокопы в руднях «ломали», рудники (продавцы руды) продавали ее домни-

2015. Т. 25, вып. 2 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ

кам - владельцам домен, то есть доменных (плавильных) печей [30. С. 44, 65]. Слово домна образовано от названия производственного процесса дути железо; доменная печь - это «печь для дутья» [36. С. 757]. Авторы исторического исследования «Освоение рудных месторождений Урала и Сибири в XVII в.» делают вывод о том, что сначала не было разделения труда между рудознатцем, плавильщиком и кузнецом. Все они считались кузнецами, а плавильная печь строилась, как правило, рядом с кузницей или даже внутри ее [13. С. 80].

Термин плавильщик (по-старинному плавель) [13. С. 158] отражен в документах XVII в. [13. С. 23, 109]. В романе Ф.М. Решетникова «Горнорабочие» (1866 г.) говорится о плавиленном мастере, который был «не последней спицей в заводской колеснице». Е.И. Голованова, исследовавшая категорию профессионального деятеля в русском языке, описывает следующую языковую цепочку: плавильного дела мастер, плавильный мастер > плавильщик [7. С. 38]. Фамилия Плавильщиков поясняется Б.О. Унбегауном как производная от названия специалиста по выплавке металла [37. С. 96]. Известен писатель П.А. Плавильщиков (1760 г. рожд.).

С железом - названием продукта плавки руды и материала для ковки - связаны слова железняк [34. С. 87] и железник [5. С. 32, 33; 30. С. 8, 14], обозначавших и кузнеца, и продавца железа. К этим терминам восходят фамилии Железняков и Железников, например: атаман Желесников (1618 г.) [20. С. 525], С.Т. Железняков, купец гостиной сотни [1].

Фамилии профессионального происхождения «возникали прежде всего в средних слоях общества -в среде купцов, ремесленников и мастеровых», - пишет Б.О. Унбегаун [37. С. 92]. Торгующий крестьянин как социальный тип был выделен из остальной массы крестьянства еще «Судебником» 1589 г., где отмечался его высокий экономический и социальный статус [11. С. 207]. Ремесленниками первого поколения были, в основном, пашенные крестьяне, занявшиеся промыслом, хотя среди владельцев кузниц встречались и представители других социальных групп (бобыли, казаки, пушкари и т.д.) [13. С. 28].

О.Н. Трубачев пишет об исключительно мужском характере кузнечного дела, о том, что оно с самого начала выходило из рамок домашнего обихода в силу своей специфики и сложности (наличие железа в различных видах, наковальни, молотков, щипцов, клещей, самой кузницы с горном, который сеет искры и может вызвать пожар в деревянном селении). «Ведя производство, лишенное домашнего характера, кузнец, таким образом, стал первым ремесленником по преимуществу» [36. С. 691].

Кузнецы жили, как правило, обособленно, в специальной Кузнецкой слободе [29. С. 51], «занятие кузнечным промыслом было наследственным, как и специализация на выделке определенных изделий, что повышало мастерство и улучшало изделия» [30. С. 78-79]. Кузнь, кузня, кузница - так называлась мастерская для обработки металла ковкой, то есть плющением с помощью молота. Например: «Онбар на берегу, а в нем железо куют и кузнечная всякая снасть» (1636 г.) [33].

Кузнеца называли также коваль, ковач от глагола ковати [33] - «изготавливать что-либо ковкой, с помощью молота». Глагол *коуай (праслав.) обозначал основное действие кузнеца - «бить молотом» [36. С. 723]. Кованый - сделанный посредством ковки или плющения, а также обитый кованым железом. Слова ковать, коваль, кованый, (на)ковальня, ковальщик, ковщик отражены, например, в следующих контекстах: «тако ж и коваль седя близ наковални съгляда дело железа» (1499 г.) [31], в железа ковал (1593 г.) [24. С. 158], жерновы кованы (1647 г.) [26. С. 271], «а на той, государь, рудне у железного дела толко один коваль, кует и дмет тот один человек» (1670 г.) [33], «А надобно, государь, быть на рудне рудников и дымарей, и ковалей, и ковалчиков и уголников по 2 человека» (1670 г.) [33]. Наковальня - это массивная металлическая болванка определенной формы, на которой куют [36. С. 727].

Более известное в современном русском языке существительное кузнец также связано своим происхождением с глаголом ковати. «На *к^пь можно смотреть только как на типично славянскую инновацию *кий/*коуай - *к^пь», - пишет О.Н. Трубачев [36. С. 703]. Словом кузнь называлось «все кованое, кованые сосуды, украшения, оклады у икон» [36. С. 712], то есть изделия из металлов (XV в.), а также и сама кузница (XVI в.) [33]. Хотя первоначально праслав. *к^пь - это название действия, «что-то вроде нашего слова ковка, образовано от глагольной основы *коу-/ *ки (ср. *коуай) с помощью суффикса ^пь» [36. С. 713]. Примеры из памятников: «взял платя и кузни на трицать рублев с полтиною» (1593 г.) [24], «без меня з двора збежала та девка а снесла гсдрь у меня восмь рублев денег да всякие мелкие рухледи и серебряные кузни» (1628 г.) [21]. О.Н. Трубачев пишет: «Эволюцию ономасиологической природы всех рассмотренных исконно славянских названий кузницы, начиная от наиболее древних и кончая поздними, локальными, можно представить так: «место разведения огня» > «место, где куют» > «место работы кузнеца» [36. С. 713].

Каждое из названий лиц по их профессиональному занятию (коваль, ковач, кузнец) положило начало именам собственным, отраженным памятниками русской письменности XV - XVII вв., например: вологжанин Коваль (XV в.) [4], чернский затинщик Микита Ковалев (1613 г.) [24], казак Булгак Ковалев (1619 г.) [24], беломестный казак Проня Ковалев (1615 г.) [26], из Шюи губнои староста Мурзишко Ковалев (1622 г.) [21. С. 156], яз Ондреи Григоревъ снъ прозвищем Ковалев (1631 г.) [21. С. 238], мецненин Надежа Ковальнин (1619 г.) [26], мценскои козакъ Надежа Ноковольнинъ (1619 г.) [26], мценскои стрелец Иван Наковольнинъ (1646 г.) [26], казак Курбат Наковалнин (1619 г.) [24].

В железцовых кузницах, - пишет К.Н. Сербина в исследовании, посвященном крестьянской железоделательной промышленности, - переплавляли крицы и «секли» их в плашенное железо» [30. С. 31]. Крица - глыба, кусок не очищенного от посторонних примесей железа, получаемый при различных способах обработки руды; слиток, кусок металла [31]. Например: «2 кузницы, а в нихъ делаютъ кричное железо, руду емлютъ в своей же вотчине (1624 г.) [33]. Даже кузнеца в древности называли кричь (XIII в.) [33].

Назовем прилагательные, образованные от существительного кузнец: кузнецкий - «относящийся к кузнецу, принадлежащий кузнецу» (1466 г.), например: кузнецкая улица, кузнецкие дворы, кузнецкая земля, кузнецкая снасть; кузнеческий - 5 дворишек кузнеческих; кузнечный - кузнечное ремесло; кузнецов - кузнецовы дети, племяннику кузнецову (1551 г.) [33]. Последнее прилагательное легло в основу распространенной русской фамилии Кузнецов. В.А. Никонов пишет: «В каждом селении кузнец был необходим и известен, для жителей его специальность была его важнейшим признаком. Понятно, что этим признаком обозначали его детей: «Чьи это? - кузнецовы» [19. С. 191]. Поскольку занятие кузнечным промыслом было наследственным, название мастера по его ремеслу закреплялось в последующих поколениях и тоже становилось наследственным, постепенно превращаясь в фамилию. Например, в тексте 1723 г. содержится запись о кузнеце Корниле Кузнецове из Кунгу-ра [13. С. 212]. Еще один показательный фрагмент из работы К.Н. Сербиной: «Среди торговых людей Тихвинского посада, хотя и мало, но всё же были люди с фамилиями, указывавшими на их прежнее занятие или профессию их отцов и дедов: Свечниковы, Кузнецовы, Калашниковы и т.д.» [29. С. 288]. Б. Унбегаун пишет, что фамилия Кузнецов - одна из самых популярных русских фамилий. [37. С. 99]

Приведем цитаты из памятников русской письменности, в которых присутствует название лица по профессии кузнец и имена собственные, с ним связанные: Нездя Онаня кузнецъ (1535 г.) [23], кузнецу Олешки Игнатову (1619 г.) [24], Во дворе Родька Яковлев кузнец (1646 г.) [2. С. 174], Федору Кузнецу (1555 г.) [23], Проня Кузнец (1619 г.) [24], «Захарка Кузнецъ переставливат избы» (1626 г.) [21. С. 161], Гришки Кузнеца (1647 г.) [25. С. 61], посадский человек Семен Семенов Кузнец (1682 г.) [13. С. 84], Клементей Офонасьев сын Кузнецова (1578 г.) [3], Ларивоновская жена Кузнецова (1646 г.) [2. С. 174], долженъ я Михаилову и Кузнецову до осми тысечь рублевъ (1783 г.) [22].

Кузнечного дела мастер - так назывался кузнец высокой квалификации. Вообще, кузнецы делились на кричных, которые «дули» и «запирали» крицы, укладных - специалистов по выделке уклада (твердого железа, низкосортной стали) и росковочных, делавших сельскохозяйственные орудия и домашнюю утварь [29. С. 85]. Укладный кузнец назывался также укладник [5. С. 262]. В списках конца XVI - XVII вв. среди кузнецов выделяются те, что крицы запирают, укладные мастера, мастера расковочного кузла, гвоздари, замочные мастера, часовщики, медного дела мастера, молотобойцы, угольщики и др. [29. С. 81]. Пример из явочной челобитной жены шуйского кузнеца: «мужъ мои ремеслом своим кормился кузнишъною работою и приехал муж мои в Шую ради покупъки железа и укладу» (1680 г.) [21. С. 198]. В кузницах ковали топоры, мотыги, лопаты, ковши и др. [30. С. 119]. Среди росковочных кузнецов особо выделялись специалисты по выделке ножей и «мусатов» (стальные пластинки для высекания огня) [29. С. 85].

Ремесло укладника (специалиста по выделке твердого железа) отразилось в антропонимах Укладник и Укладников, обнаруживаемых, например, в тексте XVII в.: Укладник; Алексей Уклад-ников, кузнец в Устюжне [9. С. 269, 282].

В очерках по истории крестьянских промыслов упоминаются такие специалисты, как «ножевые кузнецы» - ножовщик (ножевщик) [29. С. 125; 5. С. 33; 30. С. 80; 9. С. 312] или ножовник (ножев-ник) [31; 9. С. 235], которые специализировались на выделке ножей. От этих терминов также были произведены две фамилии - Ножевщиков и Ножевников. Примеры из памятников письменности: воронежский жилец Карп Ножевников (1620 г.) [26]; заводчик Ножевщиков (1745 г.) [1], крестьяне, купцы и ростовщики Ножевщиковы из с. Мироносицкое Серпуховского района (1703 г.) [30. С. 182].

2015. Т. 25, вып. 2 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ

К.Н. Сербина приводит следующий факт: семья Ножевщиковых из Серпухова, бывших в прошлом специалистами по выделке ножей, в начале XVIII в. порвала с кузнечным промыслом, один из них стал торговать хлебом, другой стал ростовщиком [30. С. 16]. Здесь описана конкретная ситуация закрепления названия семейного ремесла и именования членов семьи по данному ремеслу в качестве фамилии, передающейся по наследству.

Итак, кузнецы различались и по роду металла, с которым работали (кузнец по железу, меди, золоту, серебру, олову и т.д.), и по назначению предмета изготовления (например, мастера по тонкой работе с драгоценным металлом), существовали также кузнецы-ковальщики (ковщики), кузнецы-плавильщики, молотобойцы (молотники) [9. С. 270], имелись такие узкие специалисты, как крестеч-ники, выделывавшие нательные кресты, игольники, булавочники, гвоздочники [5. С. 29], а также скобочники, точильники, лемешники, забойники, подковники и т.д. [5. С. 59]. Кузнечные мастера делали скобы (струговые, лодочные и др.), тянули проволоку, ковали крюки (в частности, рыболовные крючки), гвозди [30. С. 131].

К началу XVII в. «в городах, слободах, деревнях и починках Верхнего Прикамья кузнечный промысел получил необходимое развитие, базируясь и на местном, и на привозном сырье» [13. С. 20]. Важной составляющей в обеспечении населения металлическими изделиями являлось наличие кадров кузнецов. В начале XVII в. их количество за Уралом исчислялось единицами, кузнецы были только в отдельных городах и относительно крупных населенных пунктах. Так, в 1605 г., когда поступил указ о посылке кузнеца в Томск на жильё, то его необходимо было взять из Верхотурья или с солеваренного завода в Кошае вместе с кузнечной снастью и железом [13. С. 22].

Кузнец в XVII в., умевший делать так называемое черное дело, то есть топоры, ральники, косы, серпы и др., не умел производить починку оружия (бронное дело) [13. С. 206]. А, например, холодные кузнецы занимались только выделкой ведер, железных печей, душников, рукомойников, кастрюль и т.п. [14. С. 129]. Например, в г. Павлове в XVIII - XIX вв. при жилых домах крестьян находились многочисленные слесарные мастерские [30. С. 76], в которых чернодельцы делали замки, ножи, ножницы, топоры, «зубили» пилы, делали «давки сахарные и орешные», фигурные подсвечники, стремена, мундштуки, щипцы [30. С. 81-83]. Некоторые специализировались на выделке определенной продукции. Например, в Кунгуре в 1678 г. числилось три кузнеца - замочных мастера [13. С. 36], а среди нижегородских ремесленников в документе 1726 г. есть упоминание о замошниках [35. С. 35]. Замки производились разных сортов: сундучные, комодные, шкатулочные и т.д. От названия кузнеца данной специализации впоследствии сформировалась профессиональная фамилия Замочников. Примеры из исторических текстов: московский торговый человек Федор Замошников (1612 г.) [5. С. 159], путивль-скои жилои козакъ Григореи Замочниковъ (1631 г.) [25. С. 277], подьячий Ксенофонтко Замочников (1645 г.) [2], староста Кузнечной слободы г. Серпухова Замочников [30. С. 181].

Были также кузнецы, которые испециализировались на производстве гвоздей (напр., «башмачных») - гвоздари или гвоздочники [30. С. 7, 158; 5. С. 254; 9. С. 235]. Гвозди делались с использованием кузнечного инструмента гвоздила или гвоздильни - наковальни с отверстием для ковки гвоздей. Гвоздочниками называли также и тех, кто торгует гвоздями. Приведем цитаты из памятников русской письменности, в которых присутствуют и название этого продукта, и профессиональное название лица, и антропоним Гвоздев: дано гвоздарю... от тысечи гвоздей гривну денег (1574 г.) [33], куплено десет гвоздеи (1646 г.) [26. С. 32], каробка мелкаго сапожного гвоздья (1620 г.) [26. С. 75], сын бояр-скои Пронка Гвоздев (1615 г.) [24], станичной голова Григорей Гвоздев (1651 г.) [26. С. 19]. Отметим также купеческую фамилию г. Ржева в XVIII в. - Гвоздев [8].

Б. Унбегаун рассматривает фамилию Гвоздарёв как мотивированную словом гвоздарь [37. С. 97]. Он же пишет и о том, что нередко в качестве названий профессий использовались названия продуктов труда. Например, сапожника звали сапог, а маслобойщика - масло. «Такие названия на самом деле являются прозвищами» - говорит Унбегаун [37. С. 92]. Это, конечно, относится и к фамилии Гвоздев, образованной на основе прозвища Гвоздь, которое могло быть и не профессионального происхождения.

В Вятской губернии в 60-90-х гг. XIX в. кузнечное мастерство было развито едва ли не более всех других ручных промыслов. Н.П. Лигенко в книге «Крестьянская промышленность Удмуртии в период капитализма» пишет о том, что кузнецы, занимаясь ремонтом старых вещей, производили также и большое количество новой продукции, удовлетворяя нужды крестьянина в орудиях труда, предметах быта и декоративных изделиях. Делали ральники, шабалы, ножи, косы, горбуши, серпы, топоры, лопа-

ты, подковы, ухваты, шкворни, заступы, замки, капканы, вилы, багры, ножницы, шила, молотки, сковородники, тяпки, долота, лампы, сечки, зубья для борон, шины к колесам, скобели [14. С. 128-129]. Для многих из этих слов мы найдем соответствующие фамилии в истории русского антропонимикона, например: Багров (багор - железный крюк), Горбушин (горбуша - коса), Лопатин (лопата), Скобелев (скобель - нож для строгания), Топоров (топор), Шабалин (шабала - совок с дырками для выгребания углей), Шилов (шило) и др.

Существовали особые кузнецы - оружейники, занимавшиеся оружейным (бронным) делом. Они специализировались в основном на выделке огнестрельного оружия [30. С. 81] и подразделялись на бронников, пищальников, стрельников, сабельников (сабельщиков), секирников и др. [30. С. 80]. В «Памятниках московской деловой письменности» находим, например, запись об «артилерном кузнеце» (1744 г.) [22].

Мастерство выделки воинских доспехов - кольчуг, или брони является одним из древнейших [27. С. 446]. Славились московские бронники [5. С. 167] - мастера, делавшие военные доспехи [32]. «Дедушкой» русского ружейного дела называют Никиту Давыдова, «ученика цареградских бронников», работавшего в Москве в XVII в. [17. С. 96]. Пример из текста ХУШ в.: буде фузея у тебя не целна, отдай ее броннику [32]. Данное профессиональное прозвание дало начало фамилии Бронников. У Б. Унбегауна находим: Бронников «оружейный мастер» < броня [37. С. 93]. Примеры из памятников письменности: десятник елецких пушкарей, затинщиков и воротников Иван Бронникав (1593 г.) [24. С. 49], атаман Федор Бронников (1620 г.) [26. С. 30], взята пошлина с курченина Абрам-ки Бронникова (1646 г.) [26. С. 14]. В XVIII в. в г. Шадринске жил мещанин Бронников [18. С. 142], а в нижегородском селе Павлово - крестьяне Бронниковы, ставшие «фабрикантами» [30. С. 180]; известен также живописец Ф.А. Бронников (XIX в.).

В процессе изготовления пушек (пищалей) уже в начале XVII в. наблюдалось разделение труда. Одни пищальники делали стволы (мастера-ствольники или ствольщики), другие замки к ружьям (замочники), были специальные мастера - ложники (ложевщики), делавшие деревянную часть ружья (ложе) [30. С. 80; 31; 5. С. 261; 17. С. 93 - 100]. Пищаль - крепостное ружье или орудие небольшого калибра; были пищали ручные, завесные, носимые на ремне за спиной, и затинные [17. С. 55, 92]. Всё это небольшие пушки, обслуживающие стоящих за крепостной стеной артиллеристов (затинных стрельцов или затинщиков) [33]. Например: да на тои же гсдрь Ивановскои башне были две пищали медныхъ полуторных (1640 г.) [22]. Профессиональное прозвание пищальник лежит в основе фамилии Пищальников, которая фиксировалась, например, у московских купцов XVIII в. [1].

Оружейные мастера в зависимости от выполняемой операции делились также на замочных ковщиков, замочных отдельщиков, ствольных присетчиков, заварщиков, сверловщиков и отдельщиков [30. С. 82]. Например, отдельщиком называли кузнеца, производящего отделку оружия [31].

Сабельные мастера или сабельники (1623 г.) [31. С. 200] ковали сабли - рубящее оружие с изогнутым клинком, которое исстари было известно русским. Пример из текста 1615 г.: скачют сем человек сабли нагало [24]. Составные части сабли (клинок и эфес) назывались полоса и крыж, острие полосы - лез или лезвее, тупая сторона - тылье. Полоса делалась из булата, стали, железа. От названия мастера сабельник, профессионального прозвища Сабельник и прилагательного Сабельников (сын) произвелась впоследствии фамилия Сабельников. Примеры из текстов: рыленин Говрила Са-белников (1623 г.) [26], кобылу гнеду ... продал курченину Троетцкого девичева мнстря крестьянину Ивану Петрову сну Сабелникову (1626 г.) [26], с Ываном Сабелниковым (1632 г.) [25]. Фамилия Саб-лин, связанная своим происхождением с прозвищем человека по названию оружия, принадлежала, в частности, дворянскому роду, восходящему к концу XVI в. Приведем некоторые примеры фиксации этой фамилии в памятниках письменности: Стахей Вахромеев Саблиных (1679 г.) [31. С. 159], под-канцеляристъ Иван Саблинъ (1738 г.) [22].

Отметим также фамилию Булатников, восходящую к словам булат - «особо прочная сталь; дамасская сталь», «броня, доспехи из этой стали», «холодное оружие из этой стали» [32] и булатник. Примеры из исторических памятников: курскои емъщик Яков Иванов снъ Булатников (1628 г.) [26], црквнои дьечекъ Лучка Булатников (1635 г.) [25. С. 148], московские купцы Булатниковы, из крестьян (нач. XVIII в.) [1].

Спрос на работу кузнецов был повсеместным, так как многие другие производства не могли существовать без железа и железных изделий. Например, соляной промысел нуждался в специальных железных сковородах больших размеров (цренах), в которых выпаривали рассол [13. С. 41], кузнечное ре-

2015. Т. 25, вып. 2 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ

месло обеспечивало железную поделку также и для рыбных промыслов [12. С. 161]. На винокуренном производстве использовали особые железные сосуды (винные котлы), «каждая поварня была оборудована браговарным котлом или несколькими котлами» [6. С. 89,113]. Развивалось «котельное дело» [13. С. 25], при винокурнях появлялись котельные мастера - котельники [13. С. 29]. Котлы изготавливались и для других нужд - варничные, естовые, поваренные, квасные, пивные, винные и т.п. [33. Вып. 7. С. 379]. Котельником называли ремесленника, изготавливающего и чинящего котлы, а также и медную посуду. Пример из текста 1570 г.: исаку котелнику за медь полпятадесять алтынъ [33. Вып. 7. С. 380]. К котельному производству, называемому в XIX в. также клепальным, относилась обработка железных, стальных и медных листов с целью изготовления из них различных предметов (паровых котлов, баков, цистерн и т.д.). Термин клепач «заклёпщик» отражен в фамилии Клепач [34].

С котельным производством связано возникновение известной русской фамилии Котельников. Приведем примеры фиксации соответствующих антропонимов в памятниках русской письменности: казонныи кузнец Давыд Котелник (1618 г.) [24], с Ывана Котелника.. взято по семи денег с подводы (1651 г.) [26], Антон Филипов снъ Котелникъ (1681 г.) [21], Козма Терентьев сын Котелникова (1578 г.) [3], елецкои кузнец казеннои Богдан Кузмин снъ Котелников (1615 г.) [26], келмогорец Богдан Миронов Котельников (1633 г.) [31. С. 142], Матвеи Гаврилов снъ Котелников (1646 г.) [21]. В.А. Никонов, рассматривая антропонимические формулы типа «федка павлов сын котельник» для XVII в., делает вывод о том, что форма именования в данном случае соответствовала «социальному рангу» [19. С. 165], то есть отражала реальное профессиональное занятие человека. В XVIII в. были известны купцы Ко-тельниковы из Саранска [6. С. 225] и Москвы [1], академик С.К. Котельников (1739 г. рожд.) и др.

Другое профессиональное название котельного мастера - котляр упоминается в исследовании А.В. Суперанской и А.В. Сусловой, посвященном современным русским фамилиям, как положенное в основу фамилий Котляр и Котляров [34].

Выше уже говорилось о том, что кузнецы различались не только по изготовляемому продукту, но и по роду металла, с которым работали. О.Н. Трубачев подчеркивал связь кузнечного ремесла с ковкой металлов и изделий из них [36. С. 691]. Среди кузнецов были мастера не только по железу, но также по меди - медники, серебру - серебряники (серебреники), золоту - золотари, олову - оловяники и т.д. В русском языке на основе сочетаний слов, один из компонентов которых указывал на сферу производства, были созданы следующие названия професий: златый мастеръ > золотар; оловяныи мастеръ > оловеничникъ; медныи ковачь > медник [10. С. 68]. Н.П. Лигенко, автор исследования о крестьянской промышленности, существовавшей на территории современной Удмуртии в XIX в., отмечает, что упоминания о медниках, серебряниках, оловянщиках «дошли до нас с далеких времен» [14. С. 29].

Медники изготавливали или чинили медные вещи [31], делали чашки, самовары, рукомойники, подсвечники, молочные сита, сбруйные наборы, колокольчики, кольца, пряжки, детские игрушки. [14. С. 29]. Например: «Медникъ Борис Потехинъ починил яндову медную дано ему за починку гривна. Медникъ же Иван Евсеевъ выправливал и чинил паял оловом трубы медные ветхие» (1672 г.) [21. С. 91]. Паять означает «сваривать, наваривать посредством расплавленного металла» [36. С. 748].

Обработка меди в урало-сибирском регионе получила распространение со второй половины XVII в. в первую очередь в крупных городах, где возникали винокурни; при них появлялись мастера-медники [13. С. 29]. В середине XVIII в. уральские мастера делали медную посуду, колокола («для битья на работу и с работы»), оборудование для винокуренной промышленности, из меди производили пушки, детали оружия и др. [38. С. 59-60]. Б.О. Унбегаун сообщает, что фамилия Медников происходит от названия профессии медник «мастер по меди» [37. С. 92].

Специалисты, занимавшиеся «серебренным промыслом», в документах XVII в. именовались то медниками, то серебренниками (серебряниками), так как изготавливаемая ими домашняя утварь, предметы церковного обихода и украшения делались из меди и серебра [29. С. 143]. Например, основным занятием серебряников в енисейском посаде было изготовление и ремонт ювелирных изделий, крестов, окладов к иконам, посуды; мастера «кормились серебряным мастерством», переходя от слободы к слободе до Туринска, Тюмени, Тобольска [13. С. 29]. В XVII в. мастером серебряным назывался тот, кто делал изделия из драгоценных металлов (ювелир) [31. С. 197].

Фамилии Крестовников и Крестешников восходят к названиям специалистов крестовник, крестечник, изготавливавшим нательные кресты [31]: первая из них фиксируется, например, у московского купца XVIII в. [1], вторая - у тверского купца того же времени [8].

Серебряным промыслом занимались лица разной принадлежности. Так, в книге «Освоение рудных месторождение Урала и Сибири в XVII в.» сообщается о том, что среди сибирских служилых были разные «умельцы» серебряного дела, в том числе и такие, как качинский козак Васька Артемьев Серебряник. Он был пойман на том, что делал в Маковском остроге оловянные деньги [13. С. 109], а в Невьянской слободе беломестный козак Василий Богданов Серебряников, поверстанный в службу из пушкарских детей, занимался также и серебряным делом (1668 г.) [13. С. 26]. Прозвище Серебряник могло быть присвоено иноземцу, так как приглашение иностранных мастеров-серебряников было обычным делом. Например, для одной из экспедиций по поискам серебряной руды в Казани в XVII в. формировался сборный полк из служилых людей, иностранных и русских мастеров [13. С. 156]. В документе 1618 г. сообщается о «немчине» Кондратии Серебрянике [13. С. 120], упоминаются «серебряной руды плавель» из Саксонской земли Альбрехт Куслинский (он же - Климский) и «серебряной руды знатец» Хотлиб Польман (он же - Иван Пульман) [13. С. 158]. Таким образом, прозвище Серебряник, а позднее и фамилия Серебряников (Серебренников) могла появиться у человека, носившего в прошлом иностранную фамилию.

Приведем некоторые исторические факты из памятников письменности: «белагородец станич-наи вож Офонасеи Иванов снъ Серебреникъ (1626 г.) [26. С. 149], Лучка Андреев снъ Серебряникъ (1645 г.) [21. С. 177], «порущикъ Алешка Серебряникъ руку приложил» (1693 г.) [21], Иля Серебреников (1652 г.) [26. С. 246], «в ноябре 1688 г. из Верхотурья «за поруками» отпустили пушкарского сына Никиту Серебренникова с братом Петром и двумя учениками «кормится серебряным мастерством» по слободам» (1688 г.) [13. С. 29], огород Ивашка Серебреникова (1692 г.) [21. С. 128].

Поскольку занятие «серебряным рукодельем» было наследственным [29. С. 143], профессиональное прозвание становилось общесемейным, закреплялось и передавалось потомкам, даже если они отходили от серебряного промысла. Например, известна купеческая фамилия Серебренников в Осташкове и Торжке в XVIII в. [8. С. 139], был московский купец Серебренников, выходец из Серпухова [1], писатель В.С. Серебреников (1862 г. рожд.) и др. Б. Унбегаун пишет об этой фамилии следующее: Серебрен(н)иков / Серебрян(н)иков «серебряных дел мастер» < серебро [37. С. 95].

К термину золотарь - «золотых дел мастер» восходит профессиональная фамилия Золотарёв [37. С. 97]. В текстах XVI - XVIII вв. можно обнаружить и название лица по данной профессии, и притяжательное прилагательное, указывающее на это лицо, и фамильное прозвание. Например, об одном и том же человеке в трех «отписях» Соловецкого монастыря за 1574 г. записано: «на Запол-ской улице пустое место Ивановское золотаря» (2 февраля), «с припускного места с Ывановского Золотарева» (9 февраля), «с оброчново двора Заполской улицы Соловецкого монастыря с Ывановского Золотарева» (28 января) [3]. Приведем и другие примеры: черньскии затинщик Микита Зало-тар (1613 г.) [24], а порука по нем Алфер Золатар (1615 г.) [26], колуженин Елизар Восилевъ снъ Залатарев (1628 г.) [26], да на тех же писцовых книгах помета дьяка Гуляя Золотарева (1645 г.) [2], Захар Алексеевъ снъ Золотар.а кормитца де он Захаръ золотитъ в серебреном ряду торговым лю-дем всякие серебреные товары (1704 г.) [22].

Кузнецы, работавшие с оловом, назывались оловяники (от оловянный) или оловеничники, оло-вяничники (от оловеник, оловяник - оловянный сосуд). В «Словаре промыслов» находим: оловяничник (оловенишник) - тот, кто изготовляет и продает оловянную посуду [31]. Примеры из старых текстов: две тарели оловеныя (1615 г.) [24], отказные кнги писал Мишка Оловяников (1643 г.) [25]. Фамилию Оловенниковы носил один из российских дворянских родов, восходящий к первой половине XVII в.

Итак, наименования людей по ремеслу и занятиям в истории русского языка оформлялись специальными суффиксами -ник, -щик, -арь, благодаря чему профессиональные фамилии можно объединить в конкретную и легко узнаваемую группу [37. С. 92]. Русские историки замечают, что фамильное прозвание могло нести и социальную нагрузку, отражая образ деятельности человека [1. С. 15]. Е.И. Голованова, автор исследования, посвященного формированию категории профессионального деятеля в русском языке, делает вывод о том, что формирование и развитие данной категории находится в тесной зависимости от истории материальной и социальной культуры [7. С. 23].

Кузнечное ремесло способствовало появлению разнообразной специальной лексики в русском языке, среди которой были и названия мастеров. «Как показывает языковой материал, обозначения деятеля в профессиональных сферах всегда носят вторичный характер, они возникают на том этапе, когда человеком уже определены остальные (необходимые и достаточные) номинативно значимые «участники» деятельности: само действие, предмет деятельности, ее продукт и инструмент. Создание

76_С.Г. Шейдаева_

2015. Т. 25, вып. 2 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ

имени деятеля завершает, замыкает круг включенных в понятие деятельности мыслительных объектов, тем самым в сознании номинатора окончательно оформляется выделение, обособление отдельной сферы деятельности» - пишет Е.И. Голованова [7. С. 10]. Добавим к этому, что рожденные внутри производственного коллектива названия мастеров (по объекту или продукту их деятельности, используемым инструментам, по производственному процессу), ставшие в бытовом общении прозвищами (в том числе семейными), пополнили категорию имен собственных в русском языке, трансформировавшись в фамилии.

Среди рассмотренных нами антропонимов выделяются четыре подгруппы: отражающие в своей структуре название конечного продукта труда (Ножевщиков, Замочников, Бронников, Пищальников, Котельников и др.), материала (Железников, Медников, Серебренников и др.), трудового процесса (Плавильщиков, Ковалев, Кузнецов), самая немногочисленная подгруппа связана с обозначением инструмента (помимо фамилии Наковальнин, описанной выше, добавим сюда еще фамилию Жеглов < жегло, же-гало «орудие железное, коим кузнецы прожигают дыры в дереве», кузнечный термин XVIII в.).

Данная последовательность подгрупп антропонимов (по количеству входящих в них единиц) прямо соотносится с хронологией формирования наименований ремесленников в истории русского языка (более ранние - по продукту, позднее - по материалу, затем - по действию, самые поздние - по инструменту), описанной в исследовании Е.И. Головановой. «В эпоху ремесленного производства категория профессионального деятеля преимущественного формировалась за счет наименований, указывающих на продукт деятельности ремесленника» - пишет автор [7. С. 11].

Показательно также, что названия лиц по продукту труда (первая подгруппа) в словарях исторических и специальной лексики толкуются двояко: как тот, кто производит данный продукт (например, железник, ножевщик), и как тот, кто его продает. В начальный период развития русских ремесел это было, как правило, одно и то же лицо: мастер изготавливал свой продукт, а потом его продавал в специальном торговом ряду (железном, медном, серебряном и др.).

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Аксенов А.И. Генеалогия московского купечества XVIII в. (Из истории формирования русской буржуазии). М.: Наука, 1988.

2. Акты писцового дела (1644-1661 гг.) М.: Наука, 1977.

3. Акты социально-экономической истории севера России конца XV - XVI в. Акты Соловецкого монастыря. 1572-1584 гг. Л.: Наука, 1990.

4. Архив П.М. Строева. Т. 1. Петроград, 1915 (Русская историческая библиотека. Т. 32).

5. Бахрушин С.В. Научные труды. Т. 1. Очерки по истории ремесла, торговли и городов русского централизованного государства XVI - начала. XVII в. М.: Изд-во АН СССР, 1952.

6. Волков М.Я. Очерки истории промыслов России. Вторая половина XVII - первая половина XVIII в. Винокуренное производство. М.: Наука, 1979.

7. Голованова Е.И. Категория профессионального деятеля в динамическом пространстве языка (лингвокогни-тивный анализ). автореф. дис. ... д-ра филол. наук. Челябинск, 2004.

8. Демкин А.В. Русское купечество XVII - XVIII вв.: Города Верхневолжья. М.: Наука, 1990.

9. Заозерская Е.И. У истоков крупного производства в русской промышленности XVI - XVII веков. К вопросу о генезисе капитализма в России. М.: Наука, 1970.

10. Ковтун Л.С. Древние словари как источник русской исторической лексикологии. Л.: Наука, 1977.

11. Копанев А.И. Крестьянство Русского Севера в XVI в. М.: Наука, 1978.

12. Копанев А.И. Крестьянство Русского Севера в XVII в. М.: Наука, 1984.

13. Курлаев Е.А., Манькова И.Л. Освоение рудных месторождений Урала и Сибири в XVII в.: У истоков российской промышленной политики. М.: Древлехранилище, 2005.

14. Лигенко Н.П. Крестьянская промышленность Удмуртии в период капитализма (60-90-е гг. XIX в.). Ижевск, 1991.

15. Логинов В.П. Секреты кузнечного мастерства. М., 2008.

16. Маринин А.В. Лексика промыслов и ремёсел в говорах Вадского района Нижегородской области: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Арзамас, 2011..

17. Маркевич В.Е. Ручное огнестрельное оружие. История развития со времен возникновения до середины XX века. СПб; М., 1995.

18. Миненко Н.А., Апкаримова Е.Ю., Голикова С.В. Повседневная жизнь уральского города в XVIII - начале XX в. М.: Наука, 2006.

19. Никонов В.А. Имя и общество. М.: Наука, 1974.

20. Осадный список 1618 г. М.; Варшава: Древлехранилище, 2009.

21. Памятники деловой письменности XVII в. Владимирский край / под ред. С.И. Коткова. М.: Наука, 1984.

22. Памятники московской деловой письменности XVIII в. / под ред. С.И. Коткова. М.: Наука, 1981.

23. Памятники русской письменности XV - XVI вв. Рязанский край / под ред. С.И. Коткова. М.: Наука, 1978.

24. Памятники южновеликорусского наречия. Конец XVI - начало XVII в. / под ред. С.И. Коткова. М.: Наука, 1990.

25. Памятники южновеликорусского наречия. Отказные книги / под ред. С.И. Коткова. М.: Наука, 1977.

26. Памятники южновеликорусского наречия. Таможенные книги / под ред. С.И. Коткова. М.: Наука, 1982.

27. Перхавко В.Б., Пчелов Е.В., Сухарев Ю.В. Князья и княгини Русской земли IX - XVI вв. М.: ТИД «Русское слово - РС, 2002.

28. Рыбаков Б.А. Ремесло Древней Руси. М., 1948.

29. Сербина К.Н. Очерки из социально-экономической истории русского города. Тихвинский посад в XVI-XVIII вв. М.; Л., 1951.

30. Сербина К.Н. Крестьянская железоделательная промышленность центральной России XVI - первой половины XIX в. Л.: Наука, 1978.

31. Словарь промысловой лексики Северной Руси XV - XVII вв. Вып. 2. К-О. СПб.: Дмитрий Буланин, 2005.

32. Словарь русского языка XVIII в. Вып. 1-6. Л.: Наука, 1984, 1991.

33. Словарь русского языка XI - XVII вв. Вып. 1-23. М.: Наука, 1975 1991.

34. Суперанская А.В., Суслова А.В. Современные русские фамилии. М.: Наука, 1981.

35. Тарловская В.Р. Торговля России периода позднего феодализма: торговые крестьяне во второй половине XVII - начале XVIII века. М.: МГУ, 1988.

36. Трубачев О.Н. Труды по этимологии: Слово. История. Культура. Т. 3. М.: Рукописные памятники Древней Руси, 2008.

37. Унбегаун Б.О. Русские фамилии. М.: Прогресс, 1995.

38. Черноухов А.В. История медеплавильной промышленности России XVII - XIX вв. Свердловск: Изд-во Урал. ун-та, 1988.

39. Шейдаева С.Г. Лексика крестьянских промыслов как источник русских фамилий: кожевенное производство // Вестн. Удм. ун-та. Сер. История и филология. 2014. Вып. 2. С. 112-120.

Поступила в редакцию 23.02.15

S.G. Sheidayeva

THE VOCABULARY OF PEASANT TRADES AS THE SOURCE OF RUSSIAN SURNAMES: BLACKSMITH'S TRADE

Within the framework of modern Russian anthroponymic system there is a number of surnames the origin of which is related to the vocabulary of ancient arts and trades of peasants. Using written records of various times, the author analyzes a number of Russian surnames within the historic and word-formation aspects. The surnames under consideration are related to the lexical and thematic group of words belonging to the sphere of blacksmith's trade. In the structure of each "professional" surname there are traces of directly motivating units and more distant links of the word-formation chain.

Keywords: vocabulary of peasant trades, historical word-formation, history of professional surnames.

Шейдаева Светлана Григорьевна, доктор филологических наук, профессор

Sheidayeva S.G.,

Doctor of Philology, Professor

ФГБОУ ВПО «Удмуртский государственный университет» Udmurt State University

426034, Россия, г. Ижевск, ул. Университетская, 1 (корп. 2) 426034, Russia, Izhevsk, Universitetskaya st., 1/2

E-mail: Sheidaeva@mail.ru E-mail: Sheidaeva@mail.ru