Понятие и правовая природа холдинга по российскому законодательству

ПОНЯТИЕ И ПРАВОВАЯ ПРИРОДА ХОЛДИНГА ПО РОССИЙСКОМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ

A.B. Спиридонова, старший преподаватель кафедры предпринимательского

и коммерческого права ЮУрГУ

В течение последних лет на российском рынке появилось множество хозяйствующих субъектов, использующих в своих наименованиях (в том числе фирменных) термин «холдинг»1. Отсутствие в российском законодательстве легального понятия «холдинг» породило среди авторов, исследовавших отдельные аспекты деятельности данных объединений (в частности К.Я. Портной, В.А Лаптева, И.А. Лаптева, Е.В. Рузаковой, В.В. Долинской, И.С. Шиткиной, A.B. Ива-нюк и др.), оживленную дискуссию о понятии и правовой природе холдингов2.

Общим для большинства исследований, посвященных холдингам, является разграничение понятия «холдинг», обозначающего объединение в целом, и понятия «холдинговая компания», обозначающего лицо, имеющее возможность оказывать влияние на принятие решений другими (подконтрольными) лицами, входящими в холдинг. Вместе с тем имеет место существенное расхождение мнений ученых относительно выработки универсального понятия «холдинг», состава лиц, входящих в холдинг, критериев отнесения совокупности лиц к холдингу, перспектив правового регулирования деятельности холдингов в Российской Федерации.

Для выявления сущности холдинга необходимо обратиться к буквальному толкованию данного термина. Понятие «холдинг» происходит от английского «hold» - держать, владеть, иметь; «holding» - владение акциями; «holding company» - акционерное общество, владеющее ценными бумагами других обществ и контролирующее их3. «Держатель-ские компании», или холдинги, владеют крупными пакетами акций или долей в уставном капитале многочисленных «дочерних» компаний4. Исходя из буквального значения понятия «холдинг» можно сделать вывод, что холдинг представляет собой совокупность юридических лиц (не менее двух), одно из которых (холдинговая компания) в силу владения акциями (долями) в уставном капитале юридических лиц осуществляет контроль в

отношении остальных юридических лиц, входящих в холдинг.

Анализ законодательства о юридических лицах, в частности гл. 4 ГК РФ, законов «Об акционерных обществах», «Об обществах с ограниченной ответственностью», «О несостоятельности (банкротстве)» позволяет сделать вывод, что сущность холдинга распознаваема через конструкции основного хозяйственного общества (товарищества) и дочернего (зависимого) хозяйственного общества.

В соответствии со ст. 105 ГК РФ хозяйственное общество признается дочерним, если другое (основное) хозяйственное общество или товарищество в силу преобладающего участия в его уставном капитале, либо в соответствии с заключенным между ними договором, либо иным образом имеет возможность определять решения, принимаемые таким обществом. Хозяйственное общество признается зависимым, если другое (преобладающее, участвующее) общество имеет более двадцати процентов голосующих акций акционерного общества или двадцати процентов уставного капитала общества с ограниченной ответственностью (ст. 106 ГК РФ). Таким образом, в качестве лица, имеющего возможность определять решения, принимаемые другим лицом, может выступать хозяйственное общество или товарищество, а лицом, решения которого могут подвергаться влиянию со стороны другого лица, - только хозяйственное общество.

В юридической литературе вопрос о соотношении понятия «холдинг» и правовых конструкций «основное общество (товарищество) - дочернее общество», «преобладающее общество - зависимое общество», закрепленных в ст. 105, 106 ГК РФ, является дискуссионным. Одни авторы считают, что понятие «холдинг» в сущности отражает отношения между дочерними обществами и основным обществом (товариществом), закрепленными в ст. 105 ГК РФ5. Согласно другой точке зрения холдинг можно определить лишь как совокупность хозяйственных обществ, в которой одно общество имеет возможность опре-

делять решения другого общества в силу преобладающего в нем участия. Поэтому определение дочернего общества, закрепленное в ст. 105 ГК РФ, гораздо шире6. По нашему мнению, закрепленная в российском законодательстве конструкция «основное общество (товарищество) - дочернее общество» в целом отражает сущность холдинга как объединения лиц, в котором одно лицо в силу определенных обстоятельств имеет возможность определять решения, принимаемые другим лицом (лицами), и выступает правовой основой образования холдингов.

При рассмотрении холдинга как совокупности «основного» и «дочернего» обществ необходимо отметить, что юридическая доктрина выделяет дочерние и зависимые хозяйственные общества с целью отследить факт возникновения экономической зависимости, т.е. определить фактическую и юридическую подчиненность, подконтрольность, а также существующую возможность у основного (преобладающего) хозяйственного общества (товарищества) влиять на волеизъявление дочернего (зависимого) хозяйственного общества . По мнению Е.В. Рузаковой, воля дочернего общества формируется в результате воздействия воли основного. Поскольку воля юридического лица реализуется путем принятия решений и осуществления действий органами управления этого юридического лица, в данном случае такие решения и действия будут находиться в прямой зависимости от решений органов управления другой организации8.

Как отмечает Ю.Г. Басин, сама модель «холдинг - дочерка» изначально позволяет холдингу управлять «дочеркой», сохраняя внешнюю самостоятельность последней и ее полную (за небольшими исключениями) ответственность за свои действия, даже инициированные холдингом. Нередко в холдингах осуществляется единая или вполне согласованная политика по ценам, территориальному охвату, вытеснению конкурентов, совместному использованию имущественных активов той или иной фирмы, входящей в корпоративную группу (или корпоративную семью)9. Вместе с тем верной представляется позиция Г.С. Шапкиной, считающей, что отношения между основным и дочерним либо зависимым обществом не строятся по принципу подчиненности последнего основному. Они носят экономико-правовой характер, связанный, как правило, с владением основным

обществом значительной долей уставного капитала дочернего или зависимого общества10.

Холдинг представляет собой совокупность не менее двух юридических лиц и этим существенно отличается от юридических лиц, в состав которых входят структурные подразделения. Дочерние общества - участники холдинга, в отличие от структурных подразделений юридического лица - филиалов (представительств), являются самостоятельными субъектами правоотношений. Филиалы (представительства) не обладают собственной правосубъектностью, отношения между ними и юридическим лицом иерархичны, всю ответственность за деятельность филиалов (представительств) несет юридическое лицо.

Холдинг необходимо также отличать от юридического лица, имеющего в собственности предприятия. Предприятие в соответствии со ст. 132 ГК РФ является объектом гражданского права и не обладает правосубъектностью. Следовательно, отношения по управлению предприятием нельзя отождествлять с отношениями, складывающимися между участниками холдинга. В связи с этим представляется спорной позиция Т.М. Звездиной, считающей, что экономически зависимую организацию можно рассматривать как предприятие, т.е. обособленный имущественный комплекс в рамках определенного фонда собственности, юридически формализуемый в дочернее юридическое лицо той или иной (приемлемой для собственника) организационноправовой формы11. Несмотря на то, что дочерние общества находятся под контролем основного общества (товарищества), они обладают всеми правами юридического лица и действуют от собственного имени, выступая в качестве самостоятельного субъекта права. Как совершенно справедливо отмечает В.Н. Цирульников, «неверно было бы рассматривать участников коммерческой организации как единственного субъекта присвоения результатов ее деятельности (получение прибыли). Они не единственные субъекты, претендующие на присвоение результатов деятельности юридического лица и имеющие на это право. Такими «заинтересованными» лицами выступает государство, собирая налоги и включая эти средства в совокупный государственный бюджет, местные органы власти, посредством сбора местных налогов, различного рода внебюджетные фонды...»12.

Признание факта зависимости (подконтрольности) одного юридического лица (до-

чернего хозяйственного общества) от другого (основного хозяйственного общества или товарищества) порождает определенные юридические последствия как для самих юридических лиц, так и для иных лиц, в частности кредиторов, участников (акционеров) дочернего общества. Так, основное общество (товарищество) может нести ответственность по долгам дочернего в случаях и порядке, определяемым законодательством. Основное общество, которое имеет право давать дочернему обязательные для него указания, отвечает солидарно с дочерним обществом по сделкам, заключенным последним во исполнение таких указаний. По мнению Г.С. Шапкиной, данная норма не противоречит общим принципам самостоятельной ответственности юридических лиц, поскольку основное общество в этом случае несет ответственность за правильность (или неправильность) своих указаний13. В связи с этим Ю.Г. Басин выразил мнение, что применительно к холдингам основополагающим является следующий принцип: кто реально управляет рыночными операциями, тот и обязан нести риск их негативных последствий14. По другим сделкам, совершенным дочерним обществом, основное общество не отвечает. Условия солидарной ответственности определены ст. 322-324 ГК РФ. В п. 31 постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ № 6/8 подчеркнуто, что основное общество (товарищество) отвечает солидарно с дочерним обществом по сделкам, заключенным последним во исполнение обязательных для него указаний основного общества (товарищества). Оба юридических лица привлекаются по таким делам в качестве соответчиков в порядке, установленном процессуальным законодательством15.

Дочернее общество должно быть защищено от недобросовестных действий основного общества, в результате которых оно может понести убытки или быть признано несостоятельным (банкротом)16. Так, участники (акционеры) дочернего общества вправе требовать возмещения основным обществом (товариществом) убытков, причиненных по его вине дочернему обществу, если иное не установлено законами о хозяйственных обществах (п. 3 ст. 105 ГК РФ). В Законе об АО установлено, что убытки считаются причиненными по вине основного общества (товарищества) только в случае, когда основное общество (товарищество) использовало имеющиеся у него право и (или) возможность в целях со-

вершения дочерним обществом действий, заведомо зная, что вследствие этого дочернее общество понесет убытки (п. 3 ст. 6), т.е. только при наличии прямого умысла. Закон об ООО никаких особенностей по данному вопросу не содержит.

Кроме того в случае несостоятельности (банкротства) дочернего общества по вине основного общества (товарищества) последнее несет при недостаточности имущества дочернего общества субсидиарную ответственность по его долгам (абз. 3 п. 2 ст. 105 ГК РФ, абз. 3 п. 3 ст. 6 Закона об АО, ст. 6 Закона об ООО). В п. 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18 ноября 2003 г. № 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах» указывается, что согласно ст. 6 Закона об АО ответственность основного общества по долгам дочернего общества в случаях несостоятельности (банкротства) последнего, а также причинения убытков дочернему обществу может наступать лишь при наличии вины основного общества (ст. 401 ГК РФ). Данный вывод, как представляется, применим и к отношениям, предусмотренным п. 3 ст. 6 Закона об ООО.

Что же касается выделения категории «зависимое общество», то следует согласиться с О.В. Белоусовым, который ставит под сомнение целесообразность выделения такой категории, считая, что «цель введения данного понятия состоит только в том, чтобы обязать преобладающее (участвующее) общество публиковать сведения о приобретении более двадцати процентов голосующих акций или уставного капитала зависимого общества... поэтому в рамках рассматриваемого подхода значимой полезной правовой нагрузки, по существу, это понятие не несет.. ,»17.

Особую дискуссию среди ученых-юрис-тов вызывают критерии, в соответствии с которыми хозяйственное общество может быть признано дочерним, поскольку в настоящее время они сформулированы в ст. 105 ГК РФ, ст. 6 Закона об АО, ст. 6 Закона об ООО весьма размыто и нечетко.

Так, в ст. 105 ГК РФ используется такое понятие, как «преобладающее участие в капитале». В отношении этого понятия были высказаны точки зрения, что применительно к акционерному обществу это идентично понятию «контрольный пакет акций»18, «такой размер участия, который выражен в самом крупном проценте от уставного капитала об-

щества и значительно превышает размер каждой иной доли (каждого иного пакета акций) участников (акционеров), в результате чего позволяет участнику (акционеру) общества путем реализации права голосовать по вопросам повестки дня общего собрания участников (акционеров), определять принятие собранием таких решений, которые соответствуют воле этого участника (акционера)»19. Более того высказаны и иные точки зрения20. Проблема определения преобладающего участия в капитале осложняется тем, что ни в Законе об АО, ни в Законе об ООО не содержится норм, раскрывающих данное понятие. В буквальном смысле “преобладать” означает занимать господствующее положение, превосходить размером, числом21. Нам представляется, что преобладание в уставном капитале лишь в том случае дает возможность определять решения хозяйствующего общества, если это преобладание носит не относительный характер (относительно доли участия каждого иного участника (акционера) хозяйственного общества, выраженной в количестве принадлежащих ему акций с правом голоса или процентов в уставном капитале); а абсолютный, т.е. преобладание должно иметь место в отношении совокупного размера долей всех прочих участников хозяйственного общества. С учетом этого полагаем, что под преобладающим участием в уставном капитале хозяйственного общества следует понимать обладание лицом таким количеством акций с правом голоса в акционерном обществе или долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью (общества с дополнительной ответственностью), которое превышает количество акций с правом голоса или долей в уставном капитале, которыми обладают другие акционеры (участники) хозяйственного общества в совокупности.

Следующая форма зависимости выражается в заключении между основным и дочерним обществом договора, в результате которого основное общество (товарищество) имеет возможность определять решения, принимаемые таким обществом. Анализ высказанных в литературе точек зрения позволяет рассматривать зависимость, основанную на договоре, в двух аспектах. Одна форма зависимости вытекает из договора, в котором предусматривается право одного хозяйственного общества (товарищества) в силу определенных оснований контролировать другое хозяйственное общество (договоры отчисления

прибыли и подчинения, характерные для германского законодательства)22. Вместе с тем следует отметить, что российское законодательство, хотя и не запрещает, тем не менее не предусматривает подобные договорные конструкции. В разъяснениях специалистов Министерства финансов от 1 февраля 2002 г. указывалось, что основное и дочернее общества являются независимыми коммерческими юридическими лицами, поэтому ни нормами ГК РФ, ни нормами других законодательных актов не предусмотрен такой вид деятельности, как централизованное управление дочерними организациями23.

Другая форма «договорной» зависимости основывается на обычном предпринимательском договоре, исполнение которого приводит к возникновению конструкции «основное общество (товарищество) - дочернее общество» (договоры доверительного управления имуществом, совместной деятельности, кредита, ипотеки, залога ценных бумаг, любой иной имущественный договор, вследствие которого одно хозяйственное общество вынуждено подчиняться другому). Таким договором может являться договор передачи права на использование новой технологии с условием, что в течение согласованного сторонами периода общество, получившее такое право, будет реализовывать выпускаемую с применением этой технологии продукцию только по согласованию с первым обществом24. На наш взгляд, таким договором может выступать и договор коммерческой концессии25. В договорах франчайзинга вертикальный контроль со стороны франчайзера может быть различным в зависимости от типа заключенного соглашения. Франчайзер может устанавливать план продаж, стандарты производства и качества, договор франчайзинга может предусматривать и полную регламентацию деятельности франчайзи26.

Представляется, что в настоящее время невозможно указать исчерпывающий перечень договоров, заключение которых может привести к возникновению конструкции «основное общество (товарищество) — дочернее общество», и в каждом случае необходимо исходить из условий конкретного договора, хотя общим для этих договоров является то, что его сторонами должны выступать хозяйственные товарищества и общества.

К числу договоров, создающих отношения подчинения, отдельные авторы относят договор с управляющей организацией (управ-

ляющим), которой передаются полномочия исполнительного органа общества27. Это допускается как ст. 69 Закона об АО, так и ст. 42 Закона об ООО. Сторонники данной точки зрения считают, что договор между дочерним обществом и управляющей компанией является основанием возникновения зависимости дочернего общества28. Противоположной точки зрения придерживается И.С. Шиткина, полагая, что договор об управлении, в силу которого одно общество выполняет функции исполнительного органа другого общества, к числу договоров, создающих отношения экономической субординации, не относится29. На наш взгляд, данная точка зрения является более верной. Действительно, при передаче полномочий управляющей организации (управляющему) текущая деятельность хозяйственного общества во многом определяется действиями такой управляющей организации (управляющего). В то же время имеет место и обратная зависимость управляющей организации (управляющего) от управляемого ею юридического лица, поскольку именно от органов последнего (общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью, общества с дополнительной ответственностью, общего собрания акционеров акционерного общества) зависит принятие решения б передаче полномочий единоличного исполнительного органа хозяйственного общества управляющей организации (управляющему), а также о прекращении исполнения ею возложенных на нее прав и обязанностей. Нам видится, что договор о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющей организации (управляющему) может выступать лишь дополнительным, но не основным критерием установления отношений «основное хозяйственное общество (товарищество) - дочернее хозяйственное общество». Зачастую на практике управляющая организация специально создается как дочернее хозяйственное общество для управления другими дочерними хозяйственными обществами, находящимися в зависимости от определенного субъекта (физического или юридического лица), т.е. основным фактором зависимости все же выступает преобладающее участие в капитале.

Что касается иных форм зависимости или иных оснований, при которых основное общество (товарищество) имеет возможность определять решения, принимаемые дочерним хозяйственным обществом, то мы полностью

разделяем мнение Т.М. Звездиной, отмечающей, что действующее корпоративное законодательство не дает необходимого уточнения «иной возможности юридического лица определять решения иного хозяйственного общества», что не позволяет отграничить связь дочерней зависимости юридических лиц от многочисленных правоотношений, складывающихся в процессе хозяйственной деятельности юридических лиц и возникающих в ходе „ зо

нее отношении типа «кредитор - ДОЛЖНИК» .

Наряду с холдингами, созданными на основе легальной конструкции «основное общество (товарищество) - дочернее общество» (такие объединения юридических лиц нами предлагается рассматривать как холдинг в узком смысле), на практике получили широкое распространение структуры, хотя и имеющие много общего с холдингами в узком смысле, но в то же время обладающие рядом особенностей (такие объединения лиц нами предлагается обозначать холдингом в широком смысле)31. Например, холдингом в широком смысле можно обозначить совокупность лиц, состоящую из нескольких хозяйственных обществ, в которых физические лица, выступая учредителями, нередко единственными, в силу преобладающего участия в уставном капитале (в ряде случаев владея 100 % акций или долей в уставном капитале) определяют решения, принимаемые такими хозяйственными обществами, полностью контролируя их предпринимательскую деятельность32.

Представляется, что о холдинге в широком смысле можно говорить и применительно к некоммерческой организации и созданному для достижения ее уставных целей хозяйственному обществу с контрольной долей участия в его уставном капитале этой некоммерческой организации33. Например, согласно п. 4 ст. 66 ГК РФ учреждения могут выступать участниками хозяйственных обществ и вкладчиками в товариществе на вере с разрешения собственника, если иное не установлено законом. В соответствии с п. 1 ст. 121 ГК РФ ассоциация (союз) может создать для осуществления предпринимательской деятельности хозяйственное общество или участвовать в таком обществе. Следовательно, в случаях, предусмотренных законом, некоммерческая организация вправе выступить учредителем хозяйственных обществ и оказывать определяющее влияние на принятие решений такими хозяйственными обществами. Унитарные предприятия также могут иметь

акции, доли (вклады) в уставных (складочных) капиталах хозяйственных обществ или товариществ (за исключением кредитных) и с согласия собственника распоряжаться ими (ст. 2 и 6 Закона об унитарных предприятиях), стало быть, имея возможность определять решения, принимаемые такими юридическими лицами.

На основе вышеизложенного полагаем, что по сравнению с холдингом в узком смысле, представленном как совокупность основного хозяйственного общества (товарищества) и дочернего общества, холдинг в широком смысле представляет совокупность лиц, в том числе хозяйствующих субъектов, одно из которых в силу преобладающего участия в уставном капитале, либо в соответствии с заключенным между ними договором, либо иным образом имеет возможность определять решения, принимаемые хозяйственным обществом. В состав участников холдинга в широком смысле входят не только хозяйственные товарищества (общества), но и некоммерческие организации, унитарные предприятия, физические лица.

Анализ законодательства и высказанных в юридической литературе точек зрения относительно понятия и сущности холдингов приводит к выводу о существовании определенной тенденции, выражающейся в том, что отсутствие легального закрепления понятия холдинга может привести и проводит к размыванию границ данного явления. Думается, что понятие «холдинг» в российском праве не должно рассматриваться в отрыве от легально закрепленной в ст. 105 ГК РФ конструкции «основное хозяйственное общество (товарищество) - дочернее общество». Анализ ст. 105 и ст. 106 ГК РФ показывает, что легальная конструкция «основное хозяйственное общество (товарищество) - дочернее хозяйственное общество» несовершенна. Представляется, что перспективы совершенствования законодательства об основных и дочерних (зависимых) обществах (соответственно о холдингах) лежат именно в области конкретизации и детализации четких оснований (критериев) установления зависимости одного юридического лица (дочернего общества) от другого юридического лица (основного хозяйственного общества (товарищества); последствий возникновения конструкции основного и дочернего (зависимого) обществ, в частности ответственности основного общества (товарищества) по обязательствам дочернего. Реа-

лизация данных выводов может быть осуществлена прежде всего путем внесения изменений и дополнений в ст. 105 ГК РФ, а впоследствии также в законы об АО и ООО. В этой связи полагаем, что в настоящее время отсутствует необходимость принятия Федерального закона «О холдингах», проект которого рассматривался Государственной Думой в течение 1999-2001 гг.34 и был снят с рассмотрения.

1 Причем термин «холдинр> используется не только в

фирменных наименованиях коммерческих организаций, но и наименованиях некоммерческих организаций. Так, в Челябинске зарегистрировано некоммерческое партнерство НП «Уральский промышленный холдинг», в которое вошли 10 металлургических и машиностроительных предприятий области // http:

www. aviaport. ru/news/Markets/13703 .htm 1.

2 Портной К.Я. Правовое положение холдингов в Российской Федерации: дис. ... канд. юрид. наук. - М., 2003. - С. 18; Лаптев В.А. Холдинг как субъект предпринимательского права // Юридический мир. - 2002. -№ 4. - С. 55; Лаптев И.А. Правовая организация холдинга как производственно-хозяйственного комплекса: автореферат дис. ... канд. юрид. наук. - М., 2005; Рузако-ва Е.В. Предпринимательские многосубъектные образования: правовая модель и действительность // Правовое положение субъектов предпринимательской деятельности / отв. ред. B.C. Белых. - Екатеринбург, 2002. -С. 218; Долинская В.В. Акционерное право. - М., 1997.

- С. 308-309; Шиткина И.С. Правовое регулирование организации и деятельности холдинга как формы предпринимательского объединения: автореферат дис. ... д-ра юрид. наук. - М., 2006; Иванюк A.B. Правовые проблемы создания холдинга: на примере железнодорожного транспорта: автореферат дис. ... канд. юрид. наук. -М., 2005.

3 Англо-русский словарь - М., 1956. - G. 238.

4 Зиновьева М. Холдинги, финансово-промышленные и банковские группы // Право и экономика. - 2003. - № 4. -С. 11.

5 Федчук В. Холдинги: эволюция, сущность, понятие // Хозяйство и право. - 1996. - № 12. - С. 66.

6 Белоусов О.В. Правовые формы предпринимательских объединений по законодательству ФРГ и России: дис.... канд. юрид. наук. - М., 1998. - С. 28.

7 Звездина Т.М. Правовое положение дочернего и зависимого хозяйственных обществ // Правовое положение субъектов предпринимательской деятельности. - С. 84.

8 Рузакова Е.В. Указ. соч. - С. 215.

9 Басин Ю.Г. Коммерческие корпоративные отношения и юридическая ответственность // Избранные труды по гражданскому праву - СПб., 2003. - С. 161-162.

1 Комментарий к Федеральному закону «Об акционерных обществах» / под ред. F.C. Шапкиной. - М., 2002, -С. 51.

" Звездина Т.Н. Правовое положение дочерних и зависимых хозяйственных обществ: дис. ... канд. юрид. наук. - Екатеринбург, 2003. - С. 51.

12 Цирульников В.Н. Признак организационное единство и его влияние на правосубъектность коммерческих организаций: теоретические и правовые аспекты: дис. ... канд. юрид. наук. - Волгоград, 1998. - С. 35.

13 Комментарий к Федеральному закону «Об акционерных обществах» / под ред. Г.С. Шапкиной. - С. 52.

14 Басин Ю.Г. Указ. соч. - С. 159.

15 Постановление Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ Хе 6/8 от 1 июля 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского Кодекса РФ» // Российская газета. - 1996. - № 152.

16 Звездина Т.М. Правовое положение дочернего и зависимого хозяйственных обществ - С. 99.

17 Белоусов О.В. Указ. соч. - С. 148-149.

18 Звездина Т.М. Правовое положение дочернего и зависимого хозяйственных обществ. - С. 91.

!9 Рузакова Е.В. Указ. соч. - С. 221.

20 См.: Белых B.C. Субъекты предпринимательской деятельности: понятие и виды // Правовое положение субъектов предпринимательской деятельности. - С. 25.

21 Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка - М., 1999. - С. 584.

22 Гражданское, торговое и семейное право капиталистических стран: сб. нормативных актов: законодательство о компаниях, монополиях и конкуренции: учебное пособие / под ред. В.К. Пучинского, М.И. Кулагина. -М., 1987.-С. 95.

23 Разъяснения консультанта Департамента налоговой политики Министерства финансов Р.Н. Митрохиной от 1 февраля 2002 г. // Налоговый вестник. - 2002. - № 2.

24 Звездина Т.М. Правовое положение дочернего и зависимого хозяйственных обществ. - С. 95.

25 Аналогичной точки зрения придерживается Е.В. Рузакова. См.: Рузакова Е.В. Указ. соч. - С. 222.

26 Бутыркин А .Я. Вертикальная интеграция и вертикальные ограничения в промышленности: научная монография. -М., 2003. -С. 106.

Гражданское право: учебник: т. 1 / под ред. Е.А. Суханова. - М., 2002. - С. 241.

28 Герасимов O.A. Правовое положение финансовопромышленных групп в Российской Федерации: дис. ... канд. юрид. наук. - Екатеринбург, 2005. - С. 75.

29 Шиткина И.С. Правовое регулирование организации и деятельности холдинга как формы предпринимательского объединения. - С. 14.

30 Звездина Т.Н. Правовое положение дочерних и зависимых хозяйственных обществ. - С. 74.

31 Концепция холдингов, выходящая за рамки конструкции «основное хозяйственное общество

- дочернее хозяйственное общество» последовательно отстаивается И.С. Шиткиной, которая доказывает необходимость формализовать холдинговые объединения с участием юридических лиц различных организационноправовых форм. См.: Шиткина И.С. Правовое регулирование организации и деятельности холдинга как формы ггоедпринимательского объединения. - М., 2006.

На практике нередко создание хозяйственных обществ используется в противоправных целях. Данная практика в частности подтверждается данными ФНС России, отмечающей, что в настоящее время в г. Москва в день в среднем регистрируется порядка 550 юридических лиц при создании путем учреждения. Дальнейший анализ хозяйственной деятельности юридических лиц позволяет сделать вывод о том, что более 50 % этих организаций создается для участия в схемах уклонения от налогообложения, в схемах легализации и вывода активов за рубеж. См.: Письмо ФНС России от 16 июня 2006 г. № 09-1-03/3103 // СПС «Гарант».

33 Шиткина И.С. Холдинги как форма предпринимательского объединения // Предпринимательское право в рыночной экономике. - С. 206.

4 Постановление ГД ФС РФ от 27 июня 2001 г. № 1696-ИГ ГД «О повторном рассмотрении Федерального закона «О холдингах» (проект № 99049555-2) // СПС «Консультант-Эксперт».