99. 04. 015. Цулек А. Пол Лазарсфельд и польская социология. Suiek A. Paul Lazarsfeld and Polish Sociology // J. of the history of the behavioral Sciences. - Brandon, 1998. - P. 367-380

РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК

ИНСТИТУТ НАУЧНОЙ ИНФОРМАЦИИ ПО ОБЩЕСТВЕННЫМ НАУКАМ

СОЦИАЛЬНЫЕ И ГУМАНИТАРНЫЕ

НАУКИ

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ И ЗАРУБЕЖНАЯ ЛИТЕРАТУРА

СЕРИЯ 8

НАУКОВЕДЕНИЕ

РЕФЕРАТИВНЫЙ ЖУРНАЛ

1999-4

издается с 1973 г. выходит 4 раза в год индекс серии 2.8

МОСКВА 1999

мемориальной доске, установленной в саду Оксфордского университета, высечены следующие слова: "Этот розовый сад посажен в честь исследователей этого университета, которые продемонстрировали лечебный эффект пенициллина. Человечество благодарит их за спасение жизни, за избавление от страданий и за открытие новых горизонтов для будущих исследований. Эта работа была выполнена: Е.П.Абрахамом (Abraham), Е.Чейном, К.Флетчером (Pletcher ), Г.Флори, М.Е.Флори, А.Д.Гарднером (Gardner), Г.Хитли, М.АДженнигсон (Jennings), А.Сандарсом (Sandarc)" (цит.по : с.332).

Флеминг, как отмечает автор в заключение, стал символом уходящей эпохи в науке, когда отдельный ученый был способен совершить открытие, а Флори и его команда — символом новой эпохи, в которой главная роль принадлежит большим совместным проектам. Однако по мере того как наука становится коллективным предприятием, образ "героической личности", которая в действительности входит в прошлое, приобретает особую притягательность. И поэтому, видимо, столь велик интерес к фигуре Флеминга и другим выдающимся ученым прошлого.

Т.В.Виноградова

99.04.015. ЦУЛЕК А. ПОЛ ЛАЗАРСФЕЛЬД И ПОЛЬСКАЯ СОЦИОЛОГИЯ.

SUIEK A. Paul Lazarsfeld and polish sociology // J. of the history of the behavioral sciences. — Brandon, 1998. — P.367-380.

Автор, профессор Варшавского университета (Польша), рассматривает "польский аспект" интеллектуальной биографии П. Лазарсфельда, а также влияние идей этого ученого на польскую социологию.

Пол Лазарсфельд (1901-1976), европейский и американский социолог позитивистского направления, стал одним из основателей и ведущим представителем исследовательского стиля, который он назвал "эмпирическим социальным исследованием" (с.367). Он родился, получил образование и некоторое время работал в Вене. В 1933 г. он эмигрирует в США, где вскоре (в 1940 г.) становится профессором, а затем (в 1950 г.) руководителем отделения социологии Колумбийского университета. Лазарсфельдом была предложена программа по разработке методологии социального исследования. С его точки зрения, методология есть, прежде всего,

деятельность, связанная с критическим анализом и оценкой методов и процедур социологического исследования, выявления смысла и значений используемых понятий, обнаружением научного содержания социологических теорий. Основным критерием истинности научного знания у Лазарсфельда выступает принцип верификации. Большое внимание он уделяет разработке количественных методов и основам их применения в социальных науках, что, по его мнению, должно привести к формализации эмпирических данных и построению статистически репрезентативных и математически точных моделей. Он ввел в практику социологического исследования ряд новых методов, например панельный метод, который он впервые использовал при обработке результатов избирательной кампании 1940 г. в США, и латентный анализ. Его эмпирические работы заложили фундамент многих ныне самостоятельных областей социальных исследований. К ним относятся: социальные и психологические последствия безработицы, электоральное поведение, анализ общественного мнения, роль СМИ в процессах коммуникаций и др. Работы Лазарсфельда внесли огромный вклад в развитие эмпирической социологии в Америке и Европе, включая и Польшу.

Польская социология имеет достаточно глубокие традиции. Она возникла в ХЕХ в. как одна из версий позитивистской социологии. Позднее в ней появились различные направления и школы: историческая социология, марксизм, гуманистическая социология, школа Дюркгейма, социография и др. В период между первой и второй мировыми войнами, социология в Польше отказалась от теорий спекулятивного характера, стала одной из университетских дисциплин и превратилась, согласно Т.Куну, в "нормальную науку". Дальнейшее ее развитие было прервано сначала войной, а затем сталинской диктатурой. После падения сталинизма (1956) польская социология вновь начала развиваться и постепенно достигла своего современного состояния. Социология в Польше сейчас представляет собой дисциплину, глубоко укоренившуюся в институциональной структуре науки, занимается изучением разнообразных социальных процессов и пытается сохранить баланс между эмпирической и теоретической интерпретациями социальной реальности (с.367).

Одним из главных объектов социологических исследований в 30-е годы стала безработица, имевшая в этот период огромные размеры. Однако вначале социологи в основном обращали внимание на экономические аспекты этой проблемы, что делало невозможным разграничить последствия собственно потери работы и результаты, к которым приводит бедность. Первым, кому это удалось, стал Лазарсфельд, который вместе со своими коллегами по Венскому университету в 1931-1932 гг. провел комплексное исследование безработных в местечке Мариентхал (Marienhal). Результаты этого исследования были опубликованы в 1933 г. в книге "Безработные из Мариентхала". Используя простые, но остроумные методики "полевого наблюдения", Лазарсфельд и его коллеги выявили деструктивные последствия длительной и массовой безработицы как для отдельной личности, так и для жизни общины в целом. На основании проведенного исследования Лазарсфельд пришел к выводу, что "безработица не приводит к бунту или революции, но, напротив, вызывает апатию и покорность судьбе" (с. 368). Это исследование также показало, что лучший способ нивелировать психологические последствия безработицы состоит не в предоставлении соответствующих пособий, а в привлечении людей к общественным работам.

В 1933 г. Лазарсфельд по приглашению Рокфеллеровского фонда приехал в Америку, где встретился с польским психологом Б.Завацким (Zawaczki). Эта встреча, по словам автора, оказалась чрезвычайно плодотворной. В Польше в это время также велись работы по изучению проблем безработицы. Одно из наиболее крупных исследований было осуществлено Институтом социальной экономики (Institute of social economics). Собранный институтом обширный эмпирический материал был опубликован в 1933г. Лазарсфельд и Завацкий решили воспользоваться этим материалом для того, чтобы верифицировать выводы "мариентхалского исследования". В итоге в 1935 г. ими была опубликована совместная статья "Психологические последствия безработицы".

Завацкий и Лазарсфельд подтвердили валидность результатов "мариентхалского исследования". Анализируя польский материал, они обнаружили те же четыре позиции, которые были ранее описаны австрийскими социологами: "желание бороться", "покорность судьбе", "острое переживание беды" и "апатия". Помимо этого

авторы обнаружили, что для психологического состояния безработных характерны: "ощущение собственной ненужности и постепенной деградации", "повышенная раздражительность" и "инертная агрессивность". Они обратили внимание еще на один момент — утрату безработными "чувства сплоченности и пролетарской солидарности" (цит. по: с.369). По их словам, "безработные представляют собой "народные массы" лишь с точки зрения своей численности, но не с социальной точки зрения" (цит. по: с.369). И сегодня это польско-австрийское исследование занимает важное место в истории изучения безработицы, а благодаря знаменитой статье американского социолога Дж. Дэвиса "К теории революции" (1962) она получила известность и в других областях. Дэвис, отталкиваясь от работы Завацкого и Лазарсфельда, приходит к следующему выводу: "Длительное пребывание в нищете не способно сделать из людей революционеров, напротив, в лучшем случае она заставляет заботиться о себе и о своей семье, а в худшем — приводит к апатии или немому отчаянию. Когда существует выбор между тем, чтобы "потерять свои цепи" ценой своей жизни, люди в большинстве своем предпочитают "сохранить цепи", факт, на который Маркс не обратил внимания" (цит. по: с.369).

Книга Лазарсфельда "Безработные из Мариентхала" не осталась незамеченной и в самой Польше. Известный впоследствии польский социолог и философ Ф.Знанецкий в 1936 г. начал собственное крупномасштабное исследование безработицы, частично опираясь, как он сам признавался, на подход и методологию "мариентхальского исследования". Знанецкий в своем исследовании пришел к несколько иным выводам, чем его предшественники. Его особенно интересовало, что думают безработные о "причинах", по которым они лично потеряли работу, а также о причинах безработицы в целом. Полученные им данные не подтвердили предположение Завацкого и Лазарсфельда о том, что ухудшение условий жизни безработного и его социальная изолированность ведут к "апатии" и "развитию комплекса неполноценности". Не протестуя активно против социального устройства, безработный тем не менее пытается сохранить самоуважение и поэтому возлагает вину за случившееся на других (коллег, капиталистическую эксплуатацию, отсутствие рабочей солидарности и пр.) (с.370). Книга Знанецкого "Социология безработных" была опубликована в 1939 г. в чешском

городе Брно, уже оккупированном нацистами, — слишком поздно, чтобы она получила отклик в научном сообществе.

Много лет прошло, прежде чем Лазарсфельд вновь появился на польской социологической сцене, но теперь уже в совершенно иной роли. Вклад Лазарсфельда в польскую социологию в 50-60-х годах заключается не столько в его эмпирических работах, сколько в его методологических идеях и инновациях. То, что идеи Лазарсфельда оказали столь сильное влияние на польскую социологию, было обусловлено следующими факторами: во-первых, вынужденный перерыв в проведении собственных социологических исследований сделал польскую социологию крайне восприимчивой к влиянию эмпирических моделей американской социологии; во-вторых, польские социологи располагали собственными сильными неопозитивистскими традициями, что облегчало быстрое принятие этих моделей; в-третьих, Лазарсфельд был не только ведущей фигурой в американской социологии в 50-е годы, сопоставимой по масштабу лить с Т.Парсонсом и Р.Мертоном, но и занимал высокое положение в институциональной структуре социологии.

Основные методологические принципы новой эмпирической социологии были изложены Лазарсфельдом в книге "Язык социального исследования" (1955), которая повлияла на практику проведения исследований целого поколения социологов. Она сразу же была замечена и оценена в Польше, поскольку ее публикация совпала с периодом "оттепели" и перестройкой польской социологии. Весной 1956 г. в официальном марксистском журнале "Философская мысль" была опубликована рецензия на книгу Лазарсфельда. Примечательно, что ее автором стал Ю.Хохфелд (НосЫеЫ), который всего несколькими годами раньше на страницах этого же журнала "громил буржуазную социологию" (с. 371). Хотя Хохфелд и критиковал позитивистские допущения Лазарсфельда, тем не менее он соглашался с тем, что марксистская социология не имеет собственных методологических достижений и что "марксисты должны многому научиться у буржуазных социологов" (!) (с. 371). Эта рецензия сыграла важную положительную роль, поскольку помогла польским марксистам преодолеть свои предубеждения относительно американской эмпирической социологии.

С большим энтузиазмом труды Лазарсфельда были восприняты в кругах, близких к С.Оссовскому (ОзБотМ ), ведущему польскому

социологу — немарксисту. В 1951-1952 гг. коммунистические власти изгнали социологию из университетов и запретили Оссовскому преподавать в Варшавском университете. "Он вернулся в университет в 1957 г., тогда же, когда туда вернулась и социология" (с.371). До этого у себя дома он вел полуподпольный семинар, в рамках которого обсуждались работы зарубежных социологов, включая книгу Лазарсфельда "Язык социального исследования" и другие его работы.

Вскоре Польшу посетил и сам автор этой книги Пол Лазарсфельд. Визит Лазарсфельда в Варшаву был частью "интеллектуального плана Маршалла", как иногда называли программу Фонда Форда. Стратегическая цель этой программы состояла в ослаблении влияния марксизма и других идеологий, что, в свою очередь, укрепило бы позиции политического прагматизма сначала в Западной Европе, а затем и в коммунистических странах. В 1957 г. Фонд Форда выделил около полумиллиона долларов на гранты для польских обществоведов, на покупку книг для польских библиотек и на визиты зарубежных ученых в польские исследовательские центры. В рамках этой программы в феврале 1958г. Лазарсфельд провел десять дней в Польше. Он прочитал несколько лекций в университетах Варшавы и Лодзи, посетил ряд институтов и лабораторий, где ему были представлены доклады, описывающие результаты социологических исследований по широкому спектру проблем. Он принял участие в обсуждении вопросников, предназначенных для выявления отношения польских профессоров к коммунистической партии, политических установок варшавских студентов, отношения рабочих к социальному неравенству, а также в теоретических дискуссиях. Кроме того, он познакомился с работой польского Центра по изучению общественного мнения, первого подобного центра в коммунистических странах. Лазарсфельд, как свидетельствует его интервью одной из польских газет, был поражен столь "мощным потоком социальных исследований в Польше", а также тем, насколько глубоко польские социологи знакомы с зарубежными работами.

Удивительно, но Лазарсфельд "завидовал" польским социологам. На заседании Польской социологической ассоциации он сказал: "До сих пор я знал о существовании двух типов стран. В странах первого типа, например в США, социологическое знание

хорошо развито, но социальные отношения столь стабильны, что это знание трудно применить. В странах второго типа, например в России, происходят колоссальные изменения в обществе, тогда как их изучение практически отсутствует. Но теперь я познакомился с такой страной, как Польша, где происходят серьезные социальные изменения и одновременно ведутся интересные эмпирические исследования... От контактов Польши с США выиграют обе стороны. Вы сможете освоить новые методы, а мы получим возможность наблюдать результаты, которые могут дать наши методы при решении широкомасштабных проблем... Мы завидуем вам, поскольку в Америке мы лишены такой возможности" (с. 373).

Лазарсфельд посетил Польшу еще раз в сентябре 1958 г., когда ЮНЕСКО организовало в Варшаве семинар по проблемам изучения общественного мнения. Этот семинар стал огромным событием для польской социологии. На нем были представлены работы польских социологов, проводивших первые опросы общественного мнения. Их авторы получили возможность выслушать компетентное мнение известных социологов, и прежде всего Лазарсфельда, который занимался изучением общественного мнения еще в 40-е годы.

Визиты Лазарсфельда были очень важны для польской социологии. Хотя высказывание одного из его биографов, что "посещение Лазарсфельдом Парижа и Варшавы кардинально изменило направление социальных исследований в этих городах" (цит. по: с. 373), автор считает явным преувеличением. Благодаря Лазарсфельду польским социологам стало легче посещать западные, прежде всего американские, университеты и социологические центры, что также способствовало модернизации ("американизации") социологии в Польше. Так, С.Новак (Nowak), ученик Оссовского, провел целый академический год (1958/59) в Колумбийском университете. По возвращении он стал читать курс лекций по методологии социальных исследований в Варшавском университете. В 1965 г. Новак опубликовал хрестоматию "Методы социологического исследования", в которую были включены отрывки из соответствующих американских руководств, написанных в основном учеными из круга Лазарсфельда. Книга разошлась пятитысячным тиражом.

Существовали и другие каналы, по которым эмпирическая социология Лазарсфельда проникала в польскую социальную науку.

После того как в 1958 г. был создан Центр изучения общественного мнения (ЦИОМ), под его эгидой стали проводиться не только разнообразные социологические опросы, но, и изучались проблемы, связанные с процессами массовой коммуникации. Исследование роли "лидеров мнения" в процессах массовой коммуникации, выполненное в 1959 г. А.Сицинским (Sicinski), по мнению автора, может служить примером работ, проводившихся в центре. Сицинский хотел проверить на польском материале, насколько верна знаменитая гипотеза Лазарсфельда (и Э.Катца) о двухступенчатом потоке коммуникаций. Согласно этой гипотезе, сообщение, посланное аудитории, достигает сначала "лидера мнения" (наиболее авторитетного члена группы), а затем уже через него других членов группы. Проводя исследование динамики распространения технической информации на одной из польских фабрик, Сицинский использовал специально составленный опросник, а также социометрию. Это позволило ему установить, кто является "лидерами мнения" и от кого исходит техническая информация. Эта работа в своих основных чертах повторяла классическое исследование распространения профессиональных инноваций среди медиков, выполненное Лазарсфельдом в 1957 г. Г.Менцель (Menzel), коллега Лазарсфельда и соавтор этого исследования, в это время работал в ЦИОМ в качестве консультанта. А поскольку он был "социометрической звездой" в варшавском социологическом сообществе, соответственно он и стал тем самым "лидером мнения" в двухступенчатом процессе распространения профессиональных инноваций среди социологов.

В 60-е годы З.Гостовский (Gostowski) и ЯЛутинский (Lutynski), (стипендиаты Фонда Форда), создали в г. Лодзь Методический центр по проведению опросов, который позднее сыграл важную роль в развитии исследовательской практики польских социологов. Идеи Лазарсфельда относительно стандартизации, выбора индикаторов и пр. отчетливо присутствуют в работах лодзинских методологов. Хотя они, в отличие от Лазарсфельда, и подчеркивали влияние социального контекста проведения интервью на качество получаемых данных.

Несмотря на то огромное влияние, которое оказала модель эмпирического социального исследования Лазарсфельда на польскую социологию, она тем не менее вызывала и критические замечания.

Среди первых критиков Лазарсфельда и его модели социологии был Оссовский. Лазарсфельд разделял историю социологии на "донаучную классическую традицию" и "научные социологические исследования". Оссовский же полагал, что классическая социология и эмпирические исследования не могут рассматриваться как две последовательные фазы в истории социологии. Он был не согласен с тем узким определением "социологии", которое давал Лазарсфельд, отождествляя ее с эмпирическим исследованием. Он утверждал, что методы естественных наук имеют лишь ограниченное применение в эмпирической социологии. И наконец, он выдвинул проект "гуманизации" современной эмпирической социологии. Полемика Оссовского с Лазарсфельдом носила академический характер, поскольку в целом он высоко оценивал тот подход к социологии, который олицетворял собой Лазарсфельд.

З.Бауман (Ваитап), ведущий марксистский социолог того времени, выступил с гораздо более резкой критикой концепции Лазарсфельда. Для Баумана Лазарсфельд был ведущим представителем "плюралистического бихевиоризма" и "абстрактного эмпиризма". Бауман критиковал Лазарсфельда за "бессмысленное накапливание эмпирических исследований изолированных и часто тривиальных фактов, такая практика неизбежно превращает социологов в специалистов, которые используют особые методики, чтобы собирать любые данные, попадающиеся на их пути" (с.376).

Ни критика Оссовского, ни марксистские обвинения не ослабили веру польских социологов в валидность методологических концепций Лазарсфельда. Основные методологические принципы социального исследования оставались интактными вплоть до середины 70-х годов — до тех пор, пока новые методологические концепции не стали проникать в Польшу из Америки и Западной Европы. Эти концепции (гуманистическая и феноменологическая социология, символический интеракционизм и этнометодология, социология знания и пр.) поставили под сомнение прежнюю позитивистскую парадигму эмпирического социального исследования.

Тем не менее определенное влияние Лазарсфельда на польскую социологию продолжилось и в 90-е годы. Лазарсфельд был не только методологом, он был оригинальным исследователем, который на протяжении своей длинной жизни изучал многие феномены и внес

значительный вклад в различные области исследования. Вопреки тому что говорили критики, его собственный эмпиризм не был "абстрактным". Те серьезные изменения, которые произошли в польском обществе начиная с 1989 г., как отмечает автор в заключение, "вновь сделали актуальными некоторые работы Лазарсфельда, касающиеся таких проблем, как безработица, поведение избирателей, формирование общественного мнения и некоторых других" (с.378).

Т.В. Виноградова