Формы влияния международного права на российское уголовное право

Кибальник Алексей Григорьевич

доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой уголовного права Ставропольского государственного университета

Шибков Олег Николаевич

кандидат юридических наук, прокурор Ленинского района г. Ставрополя

Формы влияния международного права на российское уголовное право

Аннотация

В статье содержится анализ влияния международного права на российское уголовное право. Авторы признают акты международного права в качестве формальных источников национального уголовного права России. Сделан вывод о существовании таких форм влияния международного права, как отсылка, рецепция и имплементация.

Annotation

This article contains analysis of influence of international law on Russian criminal law. Authors recognize acts of international law as formal sources of Russian national criminal law. The conclusion about existence of such form of influence as reference, reception, and implementation has been done.

Ключевые слова: международное право, Уголовный кодекс РФ, источники уголовного права, отсылка, рецепция, имплементация.

Key words: international law, Russian Criminal Code, sources of criminal law, reference, reсeption, implementation.

ак известно, в понимании

К природы взаимодействия внутригосударственного и международного права господствует дуалистическая концепция. Суть дуализма заключается в том, что международное и внутригосударственное право рассматриваются не просто как различные отрасли права, а "представляют собой отдельные правопорядки" [1, а 66]. При этом отнюдь не исключается взаимодействие между этими двумя правопорядками, ибо и международное право может отсылать к внутреннему праву, и возможна обратная ситуация. Однако государства создают международное право, а не наоборот. Вступая в международные обязательства, государство учитывает свои национальные правовые нормы, возможность в случае необходимости их изменения в целях приспособления к

принимаемым государством международным обязательствам. Из этих посылок в науке середины прошлого века обоснована презумпция, согласно которой, если для выполнения международных обязательств необходимо осуществить определенные законодательные мероприятия, то последние должны быть осуществлены [10, а 9-10].

Дуалистическое понимание взаимодействия международного права с внутренним является проявлением компромисса между государственным суверенитетом и международным правом в целом. Эта теория на практике сводится к следующему. Если влияние норм внутреннего права можно назвать первичным (так как государство исходит при создании норм международного права из положений собственного законодательства), то при наличии уже действующих правовых норм международного характера оно не может не

157

признавать их преимущественного значения над нормами внутреннего права. Именно такое положение вещей отражено в основополагающих документах международного права (например, в ст. 27 Венской Конвенции о праве международных договоров от 23 мая 1963 г.).

Приоритет норм международного права означает, что "право каждого государства состоит из двух юридических систем: внутригосударственной юридической системы и международной юридической системы государства. Они вместе составляют определенное единство - право государства (Law of State)" [13, c. 139], а в случае конфликта преимущество отдается международному праву. Следовательно, нормы внутригосударственного права не только не могут противоречить нормам международного права, но скорее должны уточнять и обеспечивать реализацию требований международно-правовых норм. Такое понимание соотношения двух правовых систем -международной и внутригосударственной - нашло законодательное оформление в конституциях большинства развитых государств, в том числе и в Конституции России.

Известно, что советские юристы традиционно не признавали нормы международного права в качестве источников уголовного права, однако допускали идею ограниченного влияния международных актов на внутреннее законодательство, которые могут "в некоторых случаях помочь уяснить содержание соответствующей статьи Уголовного закона" [5, с. 160-161].

В настоящее время большинство авторов считает международные договоры России источниками ее уголовного права [2, с. 4-6; 3, с. 8-12; 4, с. 9-11; 8, с. 200-213], хотя эта позиция и сейчас разделяется не всеми. Полагаем, что прин-ципы и нормы международного права должны расцениваться как источники уголовного права России, если они ратифицированы в форме федерального закона.

В этом случае, по общему правилу, они подлежат включению во внутреннее уголовное законодательство, т.е. непосредственно в УК РФ. Тем не менее, в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. № 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" указано, что международные договоры, нормы которых предусматривают признаки составов уголовно наказуемых деяний, не могут применяться судами непосредственно, поскольку такими договорами прямо устанавливается обязанность государств обеспечить выполнение

предусмотренных договором обязательств путем установления наказуемости определенных преступлений внутренним (национальным) законом.

Однако в ряде случаев международноправовые акты имеют непосредственное уголовно-правовое значение без их включения в УК РФ. Это, например, касается вопросов уголовной ответственности лиц, пользующихся иммунитетом в силу международных договоров и конвенций России.

Таким образом, можно говорить о том, что международно-правовые акты могут быть непосредственными источниками уголовного права, что прямо соответствует принципу приоритета международного права над национальным (ч. 4 ст. 15 Конституции РФ) и признается самим уголовным законом России (ч. 4 ст. 11, ст. 356 УК РФ).

Теперь рассмотрим вопрос о способах воздействия международного права на национальное уголовное право (законодательство).

Например, Д.Б. Левин полагал, что имеют место три способа приведения в действие норм международного права в рамках внутригосударственного правопорядка: отсылка к международному акту; рецепция и трансформация последнего во внутренний закон [6, с. 247]. Данная позиция получила критику на основании того, что прямое действие нормы международного права (при отсылке к ней национально-правовой нормы) может подорвать суверенитет государства. В дальнейшем отечественная наука шла по пути признания трансформации как основного "способа осуществления международного права путем издания государством внутренних нормативных актов ... в обеспечение исполнения им своего международного обязательства" [11, с. 69].

Конечно, сам по себе термин "трансформация" является условным. Ряд авторов относит к трансформации все способы и формы осуществления международного права посредством права внутригосударственного, в том числе прямую рецепцию международной нормы во внутреннем законе либо отсылку внутрен-него закона к международной норме [12, с. 49-53]. Другие выделяют отсылку в самостоятельный способ взаимодействия, т.к. при ней применяемое внутри государства предписание международной нормы не приобретает характера внутригосударственного предписания; а нормы ратифицированного договора могут считаться трансформированными (рецепированными) во внутреннее за-

__________________________________158

ОБЩЕСТВО И ПРАВО • 2011 • № 4

конодательство лишь в случае, если имеется указание закона на то, что международный договор является частью внутреннего права страны [7, с. 74].

Существует позиция, согласно которой ратифицированный договор приобретает силу внутреннего закона, и о его "трансформации" в правовую систему государства не может быть и речи [9, с. 252]. Можно приводить множество различных точек зрения по поводу терминологии, обозначающей способы воздействия международного права на внутригосударственное право. Суть проблемы состоит в определении юридического критерия для классификации способов воздействия системы международного права на национальное уголовное право, при которых первые могут расцениваться в качестве источников последнего.

Анализ норм международного права, Конституции России и федеральных законов (в первую очередь, ст. 14 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 101-ФЗ "О международных договорах Российской Федерации") позволяет сделать следующие выводы относительно способов воздействия международного права на уголовное законодательство России.

Во-первых, как уже говорилось, в тексте УК РФ имеются указания на возможность прямой отсылки к норме международного права при решении уголовно-правовых вопросов (ч. 4 ст. 11, ст. 356 и др.).

Во-вторых, более универсальным способом является восприятие нормами Уголовного закона предписаний международного права. Такое восприятие может существовать в виде: 1 ) текстуального включения нормы международного права в уголовное законодательство во исполнение международного договора;

2) включения нормы международного права в уголовное законодательство, причем предписание международного договора не устанавливает жесткой формы восприятия его предписания во внутригосударственное право;

3) изменения уже существующих норм уголовного законодательства во исполнение международного договора.

Понимая, что любая терминология условна, мы предлагаем использовать следующие термины, характеризующие способ (форму) воздействия международного права на национальное уголовное право в разрезе проблемы понимания характера и места международно-правовых норм как источников внутригосударственного уголовного права:

1) "отсылка" - непосредственное (т.е. без приведения в тексте Уго-ловного закона) указание

на действие в национальной юрисдикции нормы международного права, имеющей уголовноправовое значение (по существу, речь идет о прямом применении нормы международного права на внутригосударственном уровне);

2) "рецепция" - в этом случае акт международного права как источник уголовного права полностью включается в Уголовный закон без каких-либо изменений, при этом может вводиться новая норма или изменяться существующая;

3) "имплементация" - уже существующая уголовно-правовая норма или (чаще) вводимая новая норма Уголовного закона адаптируется внутренним законодателем во исполнение международного договора.

Нетрудно заметить, что последние два способа по содержанию представляют собой

инкорпорацию (включение) предписаний международного права в уголовное

законодательство. Особо необходимо, на наш взгляд, уточнить, по какой причине под имплементацией мы понимаем две

разновидности воздействия международного права на уголовное право. Дело в том, что имплементация по форме похожа на рецепцию -речь в обоих случаях идет либо о вновь принимаемой норме национального права, либо об изменении существующей. Но при имплементации норма Уголовного закона адаптирует положение международной нормы не буквально, а в соответствии с особенностями правовой системы государства.

Более того, многие международные акты, предписывая внести то или иное изменение в уголовное законодательство страны, не содержат даже примерного текста уголовно-правовой нормы. Поэтому в этом случае у внутреннего законодателя остается своеобразное "пространство для маневра" в целях издания наиболее эффективного и социально значимого для внутренней правовой системы правового предписания. А такая возможность отсутствует при рецепции нормы международного права. Следовательно, основное различие между рецепцией и имплементацией видится не в форме восприятия предписания международного права уголовным законодательством, а в сути такого восприятия.

1.Анцилотти Д. Курс международного права. Т. 1. М., 1961.

2.Бибик О.Н. Источники уголовного права Российской Федерации. Автореферат дисс. ... канд. юрид. наук. Омск, 2005.

3.Вдовин В.А. Имплементация уголовно-

159

8.Наумов А.В. Российское уголовное право. Курс лекций. Т. 1. Общая часть. 4-е изд. М., 2007.

9.Талалаев А.Н. Юридическая природа международного договора. М., 1963.

10. Тункин Г.И. Основы современного международного права. М., 1956.

11.Усенко Е.Т. Теоретические проблемы соотношения международного и внутригосударственного права // Советский ежегодник международного права. 1977. М., 1979.

12.Черниченко С.В. Личность и международное право. М., 1974.

13. Nagy K. Problems of relationships between international and domestic law // Questions of international law. Leyden, 1977.

_________________________________________160

ОБЩЕСТВО И ПРАВО • 2011 • № 4

правовых норм в уголовном праве Российской Федерации (вопросы Общей части). Авторефератдисс. ... канд. юрид. наук. Казань, 2006.

4. Кайсин Д. В. Источники уголовно-правовой системы Российской Федерации. Автореферат дисс. ... канд. юрид. наук. М., 2005.

5.Курс советского уголовного права в шести томах. Т. 1 /Под ред. А.А. Пионтковско-го, П.С. Ромашкина, В.М. Чхиквадзе. М., 1970.

6.Левин Д.Б. Актуальные проблемы теории международного права. М., 1974.

7.Мюллерсон Р. А. Соотношение

международного и национального права. М., 1982.