Культура и образование наших пращуров (от античности к средневековью)

П. ЗОЛИН,

доктор исторических наук Новгородский государственный университет

Культура и

образование наших

пращуров

(От античности к

средневековью)

А о сих пор сохраняется представление, что реальное образование наших пращуров начиналось с Кирилла и Мефодия. Да и средневековую Русь даже историки-академики упорно называют древней (отсюда «древнерусская» культура, архитектура, живопись и т.п.), хотя древний (античный) период мировой истории повсеместно на планете завершился в 1У—У веках нашей эры крахом Западной Римской империи и началом развития Византии.

Между тем корни отечественного высшего образования следует искать в античности. На самом высоком для своего времени уровне культуры находились такие наши пращуры-земляки, как пифагорейцы Абарис и Замолксис, родоначальники стоицизма Токсарис и Анахарсис (изобретатель плуга, якоря и гончарного круга), киник Бион Борис-фенит (Приднепровский) и прагматик Звер Боспорит (Приазовский). По матери родом из Приазовья был знаменитый Демосфен. Знали по нескольку языков, владели философией и риторикой, умели читать и писать - прежде всего, на греческом - скифские цари Антир (VI век до нашей эры), Скил (У век), Атей (IV век, сохранились в изложениях его письма), Скилур (II век, известно немало монет с его титулом и портретом)... Свидетельств высшей античной образованности наших пращуров-земляков, особенно в южных краях России, - сотни и тысячи (в музей-

ных экспозициях, научных публикациях). Достижения скифов в образовании высоко оценивали Сократ, Платон, Аристотель и многие другие выдающиеся мыслители той эпохи. В ряде изданий мне довелось рассказать об этом подробнее.

Общеизвестно, что Константин Философ (который в 869 г. принял монашеское имя Кирилл) несколько лет вел разведовательно-дипломатическую деятельность на Руси и в Крыму, определяя угрозы для Византии со стороны Руси и Хазарии. Именно в Крыму он ознакомился с богословскими книгами (Евангелием, Псалтырем), выполненными «роусскими письменами». С помощью одного из русских дипломат-разведчик овладел этим письмом, увидел его преимущества и вскоре создал «славянскую азбуку» (кириллицу или «позднюю глаголицу»).

Споры о «р<^сскихъ письменл^» почти вечны. Письмена связывают с разными вариантами глаголицы, чертами и резами (рунами), другими знаками. Начертания «глаголицы» - «скифского и савроматского письма» - напоминают египетское (коптское), армяно-персидское (связанное с традициями арамейской письменности) и подобные виды письма, восходящие ко временам гиксосов и хеттов, хурритов и других близких индоевропейцам народов, уходивших к Египту из округи Черного моря и Каспия 4-5 тысяч лет назад.

Многие памятники глаголицы, нередко запечатлевшие различные изображения людей и животных, во времена тотального иконоборчества VIII-IX веков были полностью уничтожены византийцами и воинственными исламистами, которых поддерживали и ортодоксальные иудеи. Оставшиеся перга-менты (пергамены) от старого глаголического письма выскабливались (или тексты смывались), и на них выполнялись новые «богоугодные» тексты кириллицей или арабским письмом. Так народы бывшей Скифии (Росии) теряли почти всю свою «докириллическую» (богомерзкую) память. И вся многотысячелетняя история державы свертывалась до апологетики рюриковского «Тысячелетия России» (общеизвестен этот новгородский памятник - символ упорного обрезания реальных глубин нашей истории, «выскабливания» любой памяти о дорюриковских временах).

В.А. Истрин, Э. Георгиев, В.С. Дра-чук, Г.С. Гриневич и многие другие исследователи привели сотни образцов раннесредневековой письменности народов нашей страны. Буквы «глаголицы» (со смыслом - веди, добро, творите и т.д.) встречены на сотнях археологических находок, относящихся к периодам со времен античности вплоть до VIII-IX веков. Вероятно, предметы с надписями слов или даже текстов уничтожались ортодоксами новых вер именно как «богомерзкие». Чтобы поддерживать тысячелетние традиции пращуров, во многих местах старейшинами утверждался примат устного образования - в противовес тотально насаждаемым церковным книгам. Этот примат повсеместно стал разрушать в пользу школ «учения книжного» князь Владимир (Вальдемар в скандинавских сагах, отец Ярицлейба-Ярослава), наследуя политику своей бабушки Ольги (Елены). Но разрушал он вместе с тем и

многовековую память народа, чуждого для его рода «заморцев».

Летописная легенда об апостоле Андрее, посетившем с учениками Русь и на обратном пути бывавшем в Риме, является одним из отражений многовековых связей наших пращуров-земляков с империей, где многие получали различное образование. Перемещения по направлению Рим — Скифия наблюдались веками. Например, еще в 358 и 354 гг. до н.э. пеоны (паннонии: пра-славяне), реты (одна из групп «русов»), норики (другие праславяне), мисы-мизы у низовий Дуная откупались от Рима единым «иллирийским налогом». Под натиском Рима и враждебной части кельтов около 310 г. к низовьям Дуная ушли «иллирийцы-автариеи» (судоходы). Пройдя 23 дня пути, они «поселились в земле гетов, болотистой и необитаемой, около народа бастернов» (в эти места около 336 г. водил войска Александр Македонский). Геты и бас-тарны имеют многообразные связи с праславянством, но германофилы в науке (при диктате атлантизма) все делают для игнорирования этих связей.

Записанный в ХУП—ХУШ вв. русский эпос отмечал: «Славен князь, ос-тавя во Фракии и Иллирии на вскрай моря и по Дунаеви сына Бастарна, иде к полуносчи и град великий созда, во свое имя Славенск нарече (типа Смоленск; Славенск Великий - будущий Новгород Великий; месторасположение реального Славенска до сих пор неясно). А Скиф остался у Понта и Меотиса (Азовского моря - П.3.).» Запись близка реалиям 1У—II вв. до н.э. Царь бастарнов Клоилий (Клондик) около 175 г. привел на помощь македонцу Персею до 10 тыс. всадников и пехотинцев, способных заменить павших всадников. К зиме бастарны при поддержке фракийцев и скордисков захватили почти всю Дарданию, начали совместные операции с галлами против

Рима. Дружины Клоилия завоевали Фракию, вместе достигали 30 тыс. воинов, частью осели на землях у рек Савы и Дравы. Но множество остальных возвратилось в Скифию, «обратно, по тому пути, по которому пришли, внутрь страны».

Дружины Скифии переходили Дунай и позже - помогая около 88 и 82 гг. Сулле и Митридату VI Евпатору, около 69 г. н.э. утверждению династии Флавиев в Риме, около 365 г. узурпатору Прокопию свергнуть императора Ва-лента (не удалось, но в 378 г. войска Скифии разгромили римскую армию, при этом Валент погиб). Бастарны («пасторы» — пастухи) с IV в. до н.э. занимали часть земель агафирсов и несколько веков являлись устойчивым населением Скифии (Сар-матии). Возможно, им принадлежало и городище Пастырь (десятки километров от Днепра и реки Рось, южнее Киева), площадью около 35 га. Со скифского времени здесь известны полуземлянки и наземные избы, многие близкие праславянам предметы. В округе были и земли ала-зонов (ализонов), вероятно — пращуров аланов и роксоланов, имевших свои системы образования. Эти системы были близки греческим и римским, а технологии письма нередко были связаны со стилом (писалом) и церами, затем с пергаментом и пером.

Римляне не могли понять, как от Приазовья народы оказываются под Римом и на Западе Европы. Значение округи Приазовья пояснил Плутарх: «Здесь кельты и скифы смешиваются и отсюда начинается их передвижение; и они не стремятся пройти весь свой путь за один поход и не кочуют непрерывно, но, каждое лето снимаясь с места, продвигаются все дальше и дальше и уже долгое время ведут войны по всему материку.» Это был определенный образ жизни с соответствующим уровнем экономики и образования. Если

даже частично доверять подобным античным свидетельствам, мощный импульс европейской политики !У—П вв. до н.э., как затем и в первые века нашей эры, шел из Скифии, от «кельтоски-фов». Это было античное единство европеоидов, направленное против имперского диктата Рима. И подобное единство проявляло себя в истории многократно. В нем могут видеть свои истоки почти все европейские народы, поэтому нельзя лишать таких истоков и праславян, предков других народов России. Германцы стали порождением одной из ранних волн перемещения на запад полиэтноса типа «кельтоски-фов». И здесь корни многообразия образовательных связей близких индоевропейских народов.

Важными центрами Крымской Скифии (тавроскифов) были города Неаполь (Новгород; округа Симферополя) и Хабеи (созвучие одному из названий скифов: «абии»), где немало следов высокого уровня образования примерно с У!—У веков до н.э. Скифы попытались взять и Херсонес, но город запросил помощи у понтийского царя Митридата VI Евпатора, внука Фарна-ка I. Понтийские войска (из округи Си-нопы) под началом Диофанта в 110 г. прибыли в Крым, где года три шла борьба с переменным успехом. В итоге силы скифского царя Палака (одно из созвучий летописным «полянам», киевлянам) оказались разгромленными, скифские города пали. Диофант переместился в Приазовье, где боспорский царь Перисад «добровольно» отказался от власти в пользу Митридата. При дворе Перисада воспитывался скиф Савмак, поднявший в 107 г. восстание скифов против захватчиков и предателей. Без соответствующей образованности вдохновлять массы на борьбу за свободу Отечества трудно.

Скифы, тавры, ахейцы (греки) у низовий Дона, царские савроматы, язы-

ги, кораллы (пракорелы?), фракийцы и бастарны отличались при строительстве сотен судов для флота Митрида-та, были отважными моряками на кораблях. Подобные масштабы судостроения округа Скифии имела в мифические времена, в У-Ш вв. до н.э. (для обеспечения поставок зерна и других товаров в южные страны), в Ш-Х вв. н.э., что, по сути, показал и византийский император Константин Багрянородный. Это характеризовало и достаточно высокий уровень развития экономики северян, так как подобные масштабы судостроения могли быть под силу лишь могучим державам, отличающимся высоким уровнем образования.

Еще Аристотель, в схолиях к работам которого упоминаются «скифы-росы», сетовал на увлечения афинской знати беседами с образованными гостями от Днепра или округи Кавказа: «Народные ораторы проводят целый день на представлениях фокусников и в болтовне с приезжающими из Фаси-са или Борисфена (Днепра)».

Традиции скифского наполнения многих греческих и римских городов доживают до времен Византии, когда не выдерживает уже неоплатоник Синезий (370-413). Он обращается в 399 г. в Константинополе (Царьграде летописей) к императору Аркадию, при дворе которого уже властвовали выходцы из Скифии под началом Гайны и Аспара:

«... Удивляюсь нашей глупости как во многом другом, так, в особенности, в следующем. Всякий мало-мальски зажиточный дом имеет скифского раба (работника, прислугу); и стольник, и пекарь, и водонос у каждого - скиф; и из числа свиты носящие на плечах низкие складные стульчики для того, чтобы господам можно было садиться на улицах, - все скифы, так как это племя искони признано способным и наиболее достойным служить римлянам.»

Это подтверждалось античным римским «сервус» (раб), византийским «склавус» (раб), вскоре ставшими обозначением всех славян. Да и античная округа Эллады, начиная с Афин, общественных служителей называла «скифами», а служанок - «скифянками». Услужливость и мастеровитость выходцев из Скифии больше говорили в пользу наших пращуров-земляков, чем унижали их. Стольники-домоуправы, пекари-повара, водоносы-провизоры и другие умельцы и ныне на планете в почете. Но одновременно забывалось, что и римско-византийская знать заметной частью за несколько веков тоже формировалась выходцами из Скифии, прошедшими обычно армейскую школу - и при Сулле, и при Августе, и при других императорах. Возможно, знать видела в скифской прислуге из родных краев гарантию ее верности, привлекала часть работников по родственным связям и рекомендациям. Латинский язык наполнялся варваризмами-вульгаризмами почти от берегов Волги («вульгар» - образно говоря - булгар-ский, волгарский).

Усиливалось и проникновение северян в имперскую знать. Скифские выходцы - как императоры или в окружении императоров - быстро овладевали имперской ментальностью, христианскими таинствами как государственной идеологией, необходимыми языками и уровнем знаний. Из их потомков происходили многие отцы православной церкви. Тысячи скифов, которые не попадали в знать, становились не только прислугой, но и отличными свободными мастеровыми - с большим запасом необходимых специальных знаний (высшим для своего времени техническим образованием).

Феодорит (умер около 457 г.), епископ Кирский и философ-богослов, свидетельствовал, что именно скифы и савроматы - как и близкие им со вре-

мен античных споров о первенстве в цивилизованности египтяне — лучшие в империи кожевники (обувщики и портные), медники (мастера чеканки и изготовления посуды), плотники (киевляне отмечали это мастерство новгородцев в 1019 г.), живописцы (русским художественным школам — тысячи лет), кораблестроители (этим отличались северяне со времен Прометея и Афины), кормчие (лоцманы, которым требовались точные знания по навигации и астрономии). Профессиональное мастерство преобладало над этническими различиями:

«Будут ли они скифы, или саврома-ты, (или иберы — кавказцы), или египтяне (христиане от низовий Нила), заказчики с удовольствием пользуются их ремеслами, требуя аккуратности только в них, а на различия племен нисколько не сердятся... Различия языков тоже не вредят природе людей: ибо как среди эллинов, так и среди варваров можно видеть всяких — и последователей добродетели, и рабов порока. Эту мысль подтверждают и эллины, приводя в пример добродетельного Анахар-сиса, родом скифа.»

Сама Скифия поражала любых гостей не только масштабом земли, но и масштабами имевшихся на скифских землях знаний. Элия Евдоксия (в язычестве Афиниада), дочь софиста Леонтия и жена с 421 г. императора Феодосия II (его политику во многом определяли скифы), возможно, имела родственные связи на землях будущей Руси и не раз там бывала. От имени мученика Киприана она писала:

«Я вынес из Скифии знания птице-гаданий, знамений по звукам (кукованию и т.п.), сверх того, научился понимать извилистые следы животных, вещие голоса могучих людей (волхвов — П.З.), которые способны предвидеть будущее, треск деревянных досок, а также «глас» камней и скал, голоса из

могил давно умерших людей, (разнообразный) скрип дверей, трепещущие переливы людских песен.»

Не все образы текста Афиниады пока разгаданы, но определенный пласт «скифского образования» !У—У веков нашей эры она, вероятно, представила верно. Это образование требовало особой чуткости, очень внимательного изучения природы и прошлого своего народа (знамений-«гласов» на камнях), умения вникать в многообразные «трепещущие переливы людских песен» и выстраивать свою песню жизни. К сожалению, знания об отечественной античности — «голоса из могил давно умерших людей» — остаются уделом сравнительно небольшого круга археологов и других специалистов.

Достаточно высокий уровень античного образования в Скифии в начале нашей эры констатировал Дион Хрисо-стом (Златоуст 1: 40 — 112 гг.). Он родился в городе Пруса (Вифиния, ныне причерноморская Турция у проливов), где было немало скифов. Получал образование в Риме, но якобы за вольномыслие был сослан на юг Скифии, где скитался почти два десятка лет. По иным данным, он вел разведку, как веками позже изучал обстановку в этих местах и Константин, будущий «создатель азбуки» (кириллицы). На агентурную деятельность Диона указывает то, что его — как апологета единовластия — поддерживали римские императоры Нерва и Траян. Именно Траян после «хождений Златоуста» осуществил огромные завоевания севернее Дуная, переселил более 500 тыс. скифов на земли империи. И многие тысячи из них заняли в империи очень ответственные должности — «бухгалтеров», кассиров, управляющих предприятиями и имениями, где требовались большие знания.

«Борисфенитская (Приднепровская) речь» Диона относится примерно к 100 г. н.э. В ней он описал посеще-

ние округи Ольвии, когда город был уже неоднократно разорен и занимал малую часть древней территории. Но даже новых поселенцев, пришедших в город с далекого севера (меланхленов-смо-лян), вдохновляли произведения Гомера и Платона, они чтили за бога голубоглазого скифского царя Ахилла -героя Троянской войны.

Дион первоначально беседовал с местным молодым философом из меланх-ленов Каллистратом - высоким и очень красивым, имевшим скифскую одежду и хорошо державшимся на коне. Дион удивлялся мудрости этого молодого человека, а нынешние россияне могут включать в историю отечественного образования имя Каллистрата Меланхле-на - талантливого молодого философа Скифии, поражавшего своим уровнем мышления одного из самых образованных людей своего времени.

Перед жителями Ольвии (ныне округа города Николаева) Дион произнес речь о государстве. И здесь его прервал Гиеросонт, в числе других скифов постоянно изучавший произведения Платона и других античных мыслителей. Завязался диалог. Дион выяснил, что скифы увлекались лучшими представителями эллинизма (цивилизованности) и мудрости. Они хорошо знали платоновское учение о божественном миропонимании и мироустройстве и рекомендовали Диону перейти от вульгарности на стиль Гомера и Платона, но при этом показывать непринужденность в изложении платоновских идей. Так, скифский платоник Гиерос («кий-рос» -долговязый) - даже оказался по уровню выше Диона, так как порекомендовал ему избегать упрощенчества и вместе с тем усложненного стиля при пропаганде высших для того времени знаний. А было это 19 веков назад.

Эта линия античных знаний - при всех атаках на нее со стороны христианства и ислама, других культовых «ин-

новаций» - никогда в нашей стране не исчезала. Профессор Богословского Православного института в Париже В.В.Зеньковский в своей «Истории русской философии» (Т.1, часть 1. -Л.,1991. - С.31) справедливо заметил, что в средневековой Руси сохранялось увлечение античностью, особенно Платоном и Аристотелем. Имелось немало различных рукописных сборников с пропагандой античных знаний. Так что Каллистрат Меланхлен (Смолянин) и Гиеросонт Приольвийский и через тысячу лет имели продолжателей на Руси.

Знания передавались устно (традиционным «гомеровским» сказанием) и письменно, начиная с использования доминирующих индоевропейских азбук - греческой, латинской, армянской (близкой глаголице). Этими способами распространяли знания и первые общины христиан на юге нашей страны.

Первоученики Христа - молодые рыбаки озерно-речного края, промышлявшие у озер, образуемых рекой Иордан (Жор-дан) у древних скифо-еги-петских путей. Их семьи не входили в традиционную иудейскую элиту, хотя и пытались быть (как и все бедняки) образцами благочестия и близости к божественному промыслу. Эти ученики, не отягощенные имуществом, были весьма подвижны и способны сравнительно быстро достигать Скифии, Рима, других дальних стран. Они во многом потомки судоходов-индоевропейцев и семитов, начинавших свою историю «ковчегом Ноя» или легендарным «Арго».

Само имя Хрис (истязающий, крестящий, кричащий) - это имя эпического жреца, служившего Аполлону во времена Трои и имевшего дочь-красавицу. Имена Хрестос (Христос) были популярны в Приазовье еще до нашей эры. За 13 веков до нашей эры известен и Иисус Навин (соратник Моисея), ко-

торый на северных окраинах Ханаана (Палестины) поселил скифов. Позже иудеи называли ханаанцами русских. Стремление учеников Христа к хождениям на север могло быть и проявлением тяги к своей индоевропейской прародине, память о которой хранилась у части жителей округи реки Иордан почти на генетическом уровне.

По житиям и другим христианским источникам, Приазовье и Русь наряду с Андреем Первозванным посещают Петр, Матфей, Варфоломей и ряд других апостолов. До Скифии доходят ученики христовы Симон, Зилот, Иуда, Филипп, Филимон, Александр, Руф... Всего более 20 из 70. Этот «натиск» апостолов уже в I веке неизбежно привел к созданию первых епархий на южных рубежах Скифии — в низовьях Дуная (Скифия Малая), Крыму, Приазовье, на русском Кавказе.

Андрей был признан первосоздате-лем Херсонской (Корсунь, Севастополь: Крым) епархии. Рядом развивалась Борисфенитская (позже Готская) епархия. Недалеко складывалась и Су-рожская (Сугдейская). Сугдея строилась, при вероятном участии пращуров словено-русов, за несколько веков до нашей эры. Здесь в 212 г. до н.э. введено было собственное летоисчисление.

Крещение около 790 г. н.э. новгородского князя Бравлина (Буревоя эпоса) в храме Софии Сурожа и в 988 г. бывшего новгородского князя Владимира в Корсуни явно входило в многовековой процесс уже устойчивых хри-стианско-русских взаимосвязей. Именно в Крыму до «изобретения» славянской азбуки Константин (Кирилл) с помощью образованного руса упорно изучал христианские книги, выполненные «poYCCкими письменами ». А византийцы веками называли русских тав-роскифами (крымчанами).

Русские летописцы помнили и о прародине славян-венедов в Иллирии, на

землях будущей Римской империи, где рядом была и Моравия (владения античных маркоманов): «До моравов же доходил и апостол Павел и учил там; там же находится и Иллирия, до которой доходил апостол Павел и где первоначально жили славяне. Вот почему учитель славян — апостол Павел, из тех же славян — и мы, русь; поэтому и нам, руси, учитель Павел, так как учил славянский народ и поставил себе для славян епископом и наместником Андроника. А славянский народ и русский един, от варягов ведь прозвались русью, а прежде были славяне, хотя и полянами назывались, но речь была славянской... »

Несколько летописных оговорок типа «от варягов (наемников) ведь прозвались русью, а прежде были славяне», сделанных авторами в Х1-Х11 веках (через два-три столетия после прихода дружины Рюрика в Приильменье), стали одной из основ версии о норманнском происхождении отечественной государственности. Как бы и не было у нас до Рюрика славной многотысячелетней державы, где к власти приходи-лиразличные этно-военные группы. Но главное здесь все же иное — «учителей славян» всегда хватало, было немало желающих их поучить и поставить им «епископа и наместника» (Андроника — людей побеждающего). Павел (Саул, Савлий) — имя, известное скифам-индоевропейцам и другим северянам задолго до нашей эры. Наемник из северян Саул признавался семитами царем до Давида. Скифский царь Савлий, около 25 веков назад убивший своего брата Анахарса за почитание чуждых богов, был отцом Антира — победителя Дария 1. Язычник Савлий учил скифов хранить многовековые отеческие традиции, а христианин Павел — изменять их в угоду новому богу, над которым ортодоксальные иудеи лишь потешались. Достаточно прочитать Талмуд.

Прямым продолжателем дела апостолов на землях Скифии оказался Климент (Клемент), третий или четвертый епископ Рима (сан 92-101 гг.). После Андрея он считался вторым деятелем Херсонской епархии, создавшим в Крыму и ближней округе Скифии от 74 до 300 церквей (всевозможных храмов, считая пещерные и деревянные молельни). Его мощи вывез на Русь князь Владимир, а при Петре 1 часть мощей оказалась в Санкт-Петербурге.

Когда упорство Клемента в «тайной вере» стало известно префекту Рима, тот донес императору Траяну (на которого работал и Дион Хрисостом). Император объявил «решение, чтобы Клемент или принес жертву отеческим (языческим) богам, или удалился из Рима в вечное изгнание за Понт (Черное море) в какой-либо покинутый город из числа лежащих около Херсоне-са (Крым)».

Клемент первоначально имел смутные представления о Скифии. «Епископ Рима» делал ошибочный и унизительный для наших пращуров вывод, противоречащий бездне научных данных: «У сарматов, скифов и всех народов, обитающих в северной части пон-тийского побережья, равным образом, на острове Хрисее (Крыму: Хрис - жрец Аполлона) никогда не встречается ни трапезит (повар или гимнаст), ни ваятель, ни живописец, ни зодчий, ни землемер, ни трагический актер, ни поэт...». Хотя, например, поэтами были Гомер и Анахарсис, с последним связывали около 800 стихотворений о военных подвигах скифов. Города «северной части понтийского побережья» являли немало образцов деятельности землемеров и зодчих, ваятелей и живописцев. Археологических и музейных подтверждений тому - тысячи.

Клемент и сам был вынужден вскоре отказаться от высокомерного взгляда на северян. Епископ с последовате-

лями на месте ссылки застали «в мраморной каменоломне около тысячи и даже более христиан, долгое время содержавшихся там за благочестие». Они по тайным христианским связям уже знали о Клементе и его изгнании из Рима, «получили немалое утешение от его прибытия». Списки «деяний» Клемента обычно датируют II-III веками нашей эры. Выходит, к концу I века -моменту появления Клемента - в одном Крыму было более тысячи христиан.

Клемент с учениками умножает число верующих в христианство. «Он приводил в истинную веру сладостью этого духовного учения, так что ежедневно многие крестились. Еще не прошло и года ссылки, как уверовавшими строятся церкви в числе 75, капища и храмы идолов уничтожаются, огонь истребляет выросшие вокруг них рощи, занимавшие большие пространства земли, и все безумие демонов низвергается». На смену сотням «храмов идолам» приходят «храмы новому богу», вокруг которых на старых пагусах-погостах возникают и новые рощи. Но сколько при этом письменной языческой памяти пропадает в уничтоженных, истребленных местообитаниях старых вер!

За травлю язычества Клемент был утоплен в море по приказу Авфидиана, соратника Траяна. Считают, что Кирил (Константин) около 860 г. провел символическое торжество обретения мощей Клемента из моря. И тогда же изучал «роусскТе письмена » крымских церковных книг, созданных последователями первых христиан округи.

Христианство принимают и цари Скифии, например, около 380 г. Афа-нарик. Крещен был и пришедший от Дона царь Аларих, войска под началом которого в 410 г. захватили Рим. Около 527 г. христианизацией Приазовья лично занимался царь скифов-гуннов Горда. А в 619-641 гг. новую веру на окрестных землях утверждали болгарские

цари Гостун и Кубрат. В отдельные периоды число христиан Северного Причерноморья достигало сотен тысяч, как, например, при Константине Великом. Но затем верх вновь брали язычники со своими Гераклом (Георгием Победоносцем), Афиной (Софией), Зевсом (Перуном). Взаимодействие и противоборство различных верований доживает в нашей стране и до сего дня. Веротерпимость должна окончательно стать принципом всех граждан России, прежде всего на уровне высшего образования.

Уже около 444 г. о доминировании христианства в Скифии говорили официальные имперские документы: «. Если церквами правили люди мужественные, их папства не меняли ранее принятую веру. Говорят, что и скифы по этой причине устояли в своей прежней вере. Этот народ имеет много городов, селений и укреплений (Русь, по эпосу скандинавов Гардарика, — «городов страна» — П.З.). Здесь и поныне господствует исконный обычай иметь одного епископа церквей всего народа («патриарха всея Скифии» — П.З.).»

О высоком уровне христианского образования в !У—У веках нашей эры в науке сказано достаточно много. Именно на гребне развития этого образования возникает знаменитая Константинопольская школа, от которой ныне обычно ведут историю высшего средневекового образования в мире. При Константине Великом византийское образование получил Аорих, сын скифского царя. Позже переписывался с отцами церкви скифский царь Сорант. Из среды скифов, наследников рода Аспаров, происходил Виталиан, который вполне мог стать императором. Обучался в Константинополе (Царьг-раде) приазовский царь Кубрат, связанный с родом знаменитого Аспаруха — основателя Болгарского царства в 678— 680 гг. Подобных примеров за первые

несколько веков нашей эры набираются сотни.

Конечно, самым острым остается вопрос об отсутствии следов собственно скифской (сарматской, гуннской и т.п.) письменности, выводящей к «ро-YCCкoмY письмY» — поздней глаголице или кириллице. Но здесь надо видеть следующее. Прежде всего, отечествен-ны-е памятники письменности 1У—1Х веков (на латинском, греческом, готском и других языках), в основном оставленные на камне (и керамике, монетах, металле и т.д.), в сумме превышают тысячи, но упорно не пропагандируются учреждениями образования и СМИ. Нет общественного интереса - нет финансирования - нет научных исследований. При всех исключениях это правило действует достаточно жестко, заставляя отчаянных одиночек-исследователей умирать в нищете и забвении или искать более «хлебные» научные нивы. Хотя бы свод самых ярких из этих памятников письменности, изданный массовым тиражом (попавшим в библиотеки вплоть до сельских), смог бы навсегда похоронить концепции «Руси от Рюрика и варягов» и «дорю-риковской темноте» России. Затем надо помнить, что тысячи раннесред-невековых земляков-россиян привычно проявляли себя вдали от родины, быстро выходя на высший для того времени уровень образования в Римской империи, Византии и соседних странах. Наконец, и раннесредневековые авторы свидетельствуют о наличии раннесред-невековой письменности у народов Скифии.

Иоанн Златоуст, состоявший около 400 г. в переписке со скифским царем Сорантом, имел немало оснований для вывода: «. И скифы, и савроматы, и поселившиеся у самых окраин вселенной (франки, германцы, вандалы и т.п. — П.З.), переводя священное писание каждый на свой язык, философствуют

об этих словесах». Его ученик Феодо-рит Кирский, проповедовавший в округе Руссоса и других малоазиатских селениях выходцам из Скифии, до 457 г. отмечал, что пророческие и апостольские учения с еврейского уже переведены не только на греческий и римский, но и на «египетский, персидский, индийский, армянский, скифский и сав-роматский, или - короче говоря - на все языки, на которых продолжают говорить все народы» (Вестник древней истории: ВДИ. 1948. № 3. С. 271, 295299). Феодорит, как и ряд других ран-несредневековых авторов, различал скифский и готский языки, считал Гога и Магога - князя Роша - «царем скифских народов». Так что переводы богослужебных книг на языки народов державы «князя Роша», выполненные и «роусским письмом», в У-У1 веках явно существовали. Но иконоборчество тотально уничтожало эти книги с картинками. Немало таких книг исчезло в пожарах Александрийской библиотеки и других подобных библиотек. Небольшой шанс обнаружить хотя бы их фрагменты среди раннесредневеко-вых рукописей в хранилищах Ватикана, в частных коллекциях все же есть.

Намек Феодорита на единство линии перевода - «на египетский (коптский), персидский, индийский, армянский» языки - допускает, что скифское и сарматское письмо по начертаниям входило в эту линию «ранней глаголицы», похожей на коптское и армянское письмо. Дальнейшие исследования этой линии могут принести немало открытий, которые с учетом огромного массива раннесредневековой исторической информации вполне прогнозируемы. Скифия имела достаточно высокий уровень раннесредневекового образования, который и стал основой высокого уровня образования средневековой Руси. Берестяные грамоты Великого Новгорода, Старой Руссы и дру-

гих городов говорят о тотальной грамотности населения ряда русских селений с Х1-Х11 веков. Храмы Софии (Афины - божьей мудрости) вдохновляли людей на высокие знания.

Около 790 г. новгородский князь Бравлин (Буревой эпоса) захватил -напомним - побережье Крыма от Хер-сонеса до Сурожа, где в храме Софии принял крещение. В это время франки Карла Великого добивают Аварию у Дуная, откуда славянское население большинством уходит на север. Ранее вернулась по Днепру часть северян князя Славуна, известного в Болгарии. Византийский император Никифор I, прошедший школу приазовского воспитания, ликвидировал в 805 г. на Пелопоннесе Славянскую республику, существовавшую с 587 г. (те славяне почитали апостола Андрея; построили ему в округе города Патры храм). Республика была на землях древних ахейцев, имевших многообразные связи со Скифией. После поражения славянских выступлений у Фессалоники (Солуни) на север частью потянулись и драгуви-ты (дреговичи), смоляне, езериты (по-озеры), берзиты (версилы)...

Род Бравлина был посвящен в таинства восточного христианства (православия), близкого императорам Византии. Окружение Рюрика, и это подтверждают археологические находки, тяготело к западному христианству, насаждаемому франками. Подавляющее большинство населения Руси (России) этих таинств не знало и поддерживало традиции язычества, частью дожившие и до настоящего времени.

Против приглашения Рюрика выступал род князя Вадима. Это усилило и противоборства других княжений-землячеств. «Начали сами собой владеть, и не было среди них правды, и встал род на род, и была у них усобица, и стали воевать друг с другом». Одни летописи об этих противоборствах рассказыва-

ют, другие - нет. Якобы «архонты» (князья-старейшины) «славян, руси, чюди, веси, мери, кривич и дрягович» сразу после смерти Гостомысла пригласили Рюрика. Тот имел нескольких жен, но больше всех любил Ефанду, от которой и родился Игорь. Она получила «при море град с Ижарою в вено» (приданое). По иным версиям, Рюрик в единоборстве победил Вадима, тем и обрел на Руси власть.

Скандинавский эпос считает земли Скифии - Великой Швецией, Жилищем Богов. Через эти земли пришел с юга прародитель скандинавов Один, здесь находили невест и счастье его потомки. Когда тысячи лет Скандинавия и вся округа Балтики томились под огромным ледником, на этих землях бурлила жизнь. Отсюда несколько тысяч лет назад расходились по планете индоевропейцы, включая и будущих скандинавов. Поэтому «све йи» для русских веками были «своими» - античным или раннесредневековым «русским зарубежьем», подвергавшимся германизации. Позже идеологи Рюриковичей стали утверждать, что «от тех варягов прозвалась Русская земля» (новгородцы лишь прежде были славяне, а затем стали людьми от варяжского рода). Варяги - воины-наемники из разных этносов, которые служили царям Скифии и соседних царств задолго до нашей эры: греки-ахейцы у низовий Дона, фракийцы, армяне, семиты, персы, галлы... Они давали клятву и получали право сожительства с женщинами округи, о чем рассказывал еще «отец истории» Геродот. Этимология и смысл слова «варяг» остаются спорными.

Буревой (Бравлин) считался «девятым» русским князем после Баламбера (Баламира, Владимира-старшего), а последнего эпос считал сыном Вандала. Буревой многократно побеждал варягов-наемников, но проиграл им вой-

ну за Бярмию (Пермь). Спасался в одной из крепостей на острове, где и умер. Варяги захватили Словенск Великий - вероятно, группу селений вдоль Волхова, от Ильменя почти до Ладоги. Они стали брать дань с чуди, славян Приильменья, мери и всех кривичей. Хазары обложили данью полян (Киев), северян (Смоленск и Новгород-Север-ский), вятичей (округа будущей Москвы). Свои мощные княжения сохранили дреговичи и древляне (бывшие тер-винги; тервунии Балкан). Вновь вспыхнула борьба за власть в державе «князя Роша».

Шведские послы «хакана Рос» в 839 г. попадают к королю франков, явно проводя разведку. Дружины росов-ру-сов в 842 г. захватывают города Южного Причерноморья, как это неоднократно делали дружины из Скифии. Уже в 844 г. они вторгаются и в Испанию. А в 860 г. всего 200 (500?) ладей с отборными русскими воинами наводят ужас на Царьград. Этот поход окончательно и закрепляет за Скифией у византийцев новое название — Росия, хотя используются и старые.

Вероятно, князья Аскольд и Дир потеснили Хазарию из округи Киева около 840 г. Византию вскоре возглавил малолетний Михаил III Исавр (842867), позже прозванный Пьяницей. За него долго правили мать и ее приближенные. От начала царствования Михаила, выходов русских на юг той поры, считают летописи, и «стала прозываться Русская земля» (дату летописцы ошибочно относят к 852 г.).

Около 850 г. власть в округе Волхова вернул русскому роду Гостомысл, сын Буревоя, - «муж елико храбр, то-лико мудр, всем соседам своим страшный, а людем его любим, расправы ради и правосудия». Потянулись сюда послы из разных дальних стран. «Сего ради вси окольни чтяху его идары и дани да-юсче, купуя мир от него. Многи же кня-

зи от далеких стран прихождаху морем и землею послушати мудрости, и виде-ти суд его, и просити совета и учения его, яко тем прославися всюду» (Фроя-новИ. Я. Мятежный Новгород. - С. 64). Под Новгородом найдено немало византийских и арабских монет, южных вещей, включая монеты Феофила, отца Михаила III. Варяги и хазары к округе священных гор Рип стремились. Какие-то их властители и могли встречаться с Гостомыслом ради его советов и учения. Традиции «школы Гостомысла» у Волхова складывались на века. В конце Х в. при княжеском дворе в Новгороде воспитывался будущий норвежский король Олав Трюггвассон. В этом городе получали образование Игорь, Олег Вещий (Волхв), Святослав, Владимир (дядькой-педагогом при нем был Добрыня) и другие будущие русские князья.

Сыновья Гостомысла погибли или умерли. Волхвы предложили пригласить на княжение сына его средней дочери Умилы и прусского князя. Этим сыном и оказывался Рюрик, принявший католицизм и славный по деяниям в Прибалтике.

И время повторить еще раз. Византийцы веками называли Росией - в связи с библейским «князем Росом» (Го-гом и Магогом) - именно Скифию, а словенорусов - скифами, тавроскифа-ми, гетами, сарматами, гуннами.

Рюриковичам-германофилам больше нравилась скандинавская версия происхождения Руси, она сильнее утвердилась при германизации русского царского двора с XVIII в. и ныне доминирует в мировой науке, хотя группы российских историков и пытаются ей противостоять. Богатая дорюриков-ская (особо - «окололедниковая») история России (Скифии) - смертельный удар «скандинавскому порождению» Руси.

Происходивший из славянских кру-

гов Приднестровья византийский император Василий I (867—886) мощью напоминал римского императора Макси-мина (235—238), выходца из гето-алан-ских слоев Скифии. Он убил царедворца Варду, зарезал и пьяного Михаила, мстя за бесчестие своей сестры. При нем были очередные попытки христианизации северной державы. Его политика, вероятно, способствовала укреплению власти Рюрика и начальному правлению Олега (879—912), перенесшего столицу Рюриковичей из Новгорода в Киев. Именно в 882—886 гг. Олег покорил княжения полян, древлян, северян, радимичей, ведя войны с уличами и тиверцами (наследниками приазовской династии Рескупоридов, Ти-бериев Юлиев ?) у низовий Дуная и Днепра. Русские наемники продолжали службу в византийской гвардии, как это веками до них делали славяне, например, дружины князя Небула. Византийцы называли — надо твердо помнить — русских князей «архонтами», как древние греки — затем римляне и византийцы — звали иногда царей Скифии или Боспора. Это звание носили наместники в провинциях империи.

Христианизация все еще не охватывала большинство населения, не превращалась в тотальное давление власти на народ. Русские «архонты» и «каганы» с ближайшим окружением каждый раз индивидуально стремились принять в Царьграде или других византийских городах крещение, чтобы получить богатые дары и гарантии доброго отношения империи. Олег долго не тревожил сына Василия I — императора Льва VI Мудрого (886—912). Лишь когда Мудрый с помощью угров (венгров) разгромил Болгарию, а болгарский царь Симеон бежал в Доростол, созрела причина для мощного похода народов Руси - «этих всех называли греки «Великая Скифь» (по летописям) — на Царьград. Как Скифия ходила десят-

ки раз. История Росии (второе «с» появилось позже) с IX в. известна достаточно хорошо, но не всегда удается в ней сделать важные акценты.

Около 898 г. угры и их союзники с рубежей Руси и Хазарии нанесли удар по волохам и славянам у Дуная, прошли путем скифов Фракию и Македонию до Солуни. Великая Моравия князей Ростислава и Святополка, которым служили просветители Кирилл и Мефодий, пала. Римские попы запрещали проводить службы в храмах на славянском языке и переводить на славянский церковные книги. Русские летописцы, подрывая официальную версию Рюриковичей, при рассказе о Моравии той поры отмечали:

«Там же находится и Иллирия, до которой доходил апостол Павел и где первоначально жили славяне. Вот почему учитель славян - апостол Павел, из тех же славян - и мы, русь; поэтому и нам, руси, учитель Павел, так как учил славянский народ и поставил по себе для славян епископом Андроника. А славянский народ и русский един, от варягов (наемников) ведь прозвались русью... »

Так фактически историю христианизации словено-русов в округе Иллирии осведомленные русские монахи Х-XII вв. начинали с I века н.э. А из иллирийцев вышли такие римские императоры, как Деций, Аврелиан, Проб, Диоклетиан, Константин Великий, Вален-тиан I и другие, неизбежно связанные с праславянами. Уже тем славянам служили варяги-наемники. Немало по-зднеантичных героев носило имена Вер, Варий и созвучные им.

Олег в 907 г. привел под Царьград более 80 тыс. воинов - две тысячи судов и конницу. Греки сравнивали его со святым Дмитрием, который якобы помог спасти Фессалоники в 688 г. от врагов. Народы Руси (Великой Скифии) ограбили столичную округу Византии,

вернулись домой с огромной данью. При переговорах отличились служившие Олегу послы. Они же способствовали продлению договора в 912 г.

После смерти Олега с 913 г. правил правнук Гостомысла - Игорь, взявший жену из изборской (под Псковом) ветви рода Гостомысла - Прекрасу (Ольгу; при крещении Елену). Почти всю жизнь ему пришлось воевать с древлянами, а их князь Мал тоже любил Пре-красу. Игорь в 915 г. заключил мир с печенегами, которых привлекала Византия к войне против Болгарии. Болгары и угры неоднократно выходили к Царьграду. Около 400 тыс. воинов (десять тысяч судов) направил в 941 г. и Игорь на покорение округи Царьграда и Южного Причерноморья. Как во время скифских походов III в. или славянских VII в. дружины Руси завоевали Вифинию, Пафлагонию Никомидию... Лишь огнеметами («греческим огнем») византийцы отбились от нападавших. Игорь через три года совершил поход на Болгарию и Византию вместе с печенегами (взяв у них заложников), что привело в 945 г. к заключению выгодного для Руси мира с империей. В тот год язычники клялись на холме Перуна, а христиане (варяги из русских -полян и хазар) приводились к присяге в церкви святого Ильи в Киеве.

Мал добился смерти Игоря, послал сватов к Ольге, но та жестоко отомстила древлянам за смерть мужа. Княгиня в 947 г. определила погосты как центры сбора оброков и дани в округе Новгорода (Немогарда у византийцев; Славы у арабов; Хольмгарда у скандинавов), где и стал подальше от греха воспитываться ее сын Святослав. Ольга побывала и в Царьграде, приняла крещение от императора Константина VII Багрянородного. Уже в ту пору на некоторых русских «погостах» могли вставать церкви со своими системами цер-ковно-приходского образования. Но

«пагусы» (округа) известны в стране со времен Скифии, когда развивались и системы храмового обучения с назидательными картинами (например, о странствиях Ореста).

Князь Святослав (945—972 /973) первоначально был соправителем матери, а самостоятельно правил лишь года три. Явно ходил маршрутами скифских царей, вернув державе выход к Азовскому морю и осуществляя натиск в округу Царьграда. При нем усилилось влияние, вероятно, иудейского рода Малка из Любеча. Святослав прижил от Малуши (дочери Малка, ключницы Ольги) сына Владимира, наставником которого стал Добрыня (брат Малуши).

Найденные археологами в Новгороде в 2000 г. фрагменты псалтыря на це-рах (дощечках для письма по воску) подтверждают летописные свидетельства о распространении школ «учения книжного» князем Владимиром. Христианская система образования вела тоталь-

ный натиск на многотысячелетнюю языческую (волхвов). Церкви со своими приходскими школами ставились «по тем местам, где прежде стояли кумиры». Но один из первых священных текстов со славлением Израиля оказался в Новгороде в куче навоза. И, вероятно, лишь Лука Жидята, приглашенный Ярославом Мудрым, нашел ключи к душе языческой знати. Кириллические книги торжествуют над глаголическими. Глаголический пласт отечественной памяти буквально выскабливается со средневековых пергаментов.

Высшее раннесредневековое образование пращуров россиян было реально для своего времени высшим — по овладению философией, литературой, риторикой, экономикой.

К сожалению, россиян на века оставили с «выскобленной» памятью. В реальной истории все было совершенно иначе. И эту историю необходимо знать.