Искусство как предмет философского анализа в творчестве Н. А. Бердяева

А. В. Слобожанин

Тульский государственный педагогический университет

им. Л.Н. Толстого

ИСКУССТВО КАК ПРЕДМЕТ ФИЛОСОФСКОГО АНАЛИЗА В ТВОРЧЕСТВЕ Н. А. БЕРДЯЕВА

В статье рассматриваются некоторые аспекты понимания искусства в работах Н. А. Бердяева. Выделяется три группы проблем, связанных с философской рефлексией искусства. Во-первых, это проблема онтологического статуса искусства (искусство и бытие; свобода как атрибут искусства; метафизическая история искусства; искусство и символ), во-вторых, это проблема связи религии и искусства (Бог и искусство; религиозное оправдание искусства; атеизм и нигилизм в искусстве), третья группа проблем - это проблемы в системе «Человек-искусство» (соотношение коллективного и индивидуального, народного и личностного в искусстве; художник и психические состояния творчества: ужасание, восторг, экстаз в художественном процессе).

Ключевые слова: экзистенциализм, русский экзистенциализм, Н. А. Бердяев, искусство, философия искусства, теория искусства.

A. V. Slobozhanin

TSPU

ART AS A SUBJECT OF PHILOSOPHICAL ANALYSIS IN THE WORKS

OF N. A. BERDYAEV

The article deals with some aspects of the understanding of art in the works of N. A. Berdyaev. Three groups of problems connected with philosophical reflection of art are distinguished. First, it is the problem of the ontological status of art (art and being; freedom as an attribute of art; мetaphysical history of art; art and symbol); secondly, it is a problem of connection between religion and art (God and art; religious justification of art; atheism and nihilism in art), the third group of problems is problems in the system of "Man-art" (the ratio of collective and individual, national and personal in art; artist and mental states of creativity: horror, delight, ecstasy in the artistic process).

Keywords: existentialism, Russian existentialism, N. A. Berdyaev, art, philosophy of art, theory of art.

Искусство является предметом изучения во многих произведениях Н. А. Бердяева. Специальному рассмотрению оно было подвергнуто в открытой лекции «Кризис искусства», прочитанной философом практически сразу после октябрьской революции - 1 ноября 1917 года. В других произведениях искусство рассматривается не столько как самостоятельное явление, сколько как выражение духовной жизни человека. Несколько произведений Н. А. Бердяева посвящены исследованию жизни, творчества и философских проблем конкретных писателей. Из русских писателей он чаще всего обращается к Ф. М. Достоевскому, Л. Н. Толстому, Н. В. Гоголю. Из западных - к М. Метерлинку, У. Шекспиру, Г. Ибсену.

В настоящей работе мы не претендуем на полный обзор работ Н. А. Бердяева, которых более 80 (в большинстве из них тема искусства, так или иначе, затрагивается). Вместо этого мы пока остановимся на пяти работах [Прим. 1] с

целью выделения основных проблем, связанных с рефлексией искусства в трудах философа. В будущем в рамки нашего внимания войдут и остальные работы мыслителя.

На основании прочтения указанных работ мы сформулировали следующий ряд проблем, затрагиваемых Н. А. Бердяевым.

Во-первых, это проблема онтологического статуса искусства. Она может быть выражена в следующих конкретных проблемах:

А) Искусство и бытие. Свобода как атрибут искусства.

Отношение искусства и бытия видятся философом как трагические. Особенно подробно об этом говорится в работе «К философии трагедии (Морис Метерлинк)». Трагизм, согласно мыслителю, находится уже в самой структуре действительности. Он пишет: «Эмпирическая безысходность - вот сущность трагизма. Эта эмпирическая безысходность указывает на неискоренимые противоречия эмпирической действительности и требует какого-то высшего, сверхэмпирического выхода, она является огромным свидетельством против наивно-реалистической веры в единственность и окончательность, эмпирического материального мира» [3].

По мнению Н. А. Бердяева, искусство всегда выражало состояние трагичности [Прим. 2], но в полной мере оно сделало это лишь к концу девятнадцатого века в драматургии М. Метерлинка. В предыдущем искусстве трагизм показывался как результат взаимодействия несколько факторов: человека и рока (Еврипид), нравственности и страсти (У. Шекспир), но лишь у Метерлинка все виды трагичности изображаются как имплицитные человеку [Прим. 3].

Н. А. Бердяев не считает, что трагизм в искусстве должен положить конец творческому стремлению человека. В трагизме раскрывается свобода искусства, свобода художника. Но свобода не возникает в искусстве лишь от механической автономии от других сфер бытия. «Свободное искусство вырастает из духовной глубины человека, как свободной плод. И глубоко и ценно то лишь искусство, в котором чувствуется эта глубина. Искусство свободно раскрывает всякую глубину и объемлет собой всю полноту бытия» [3]. Высшим этапом развития искусства является его выход за пределы собственных границ в теургии, в переходе от творчества человека к сотворчеству бытия и человека: «Теургическое творчество в строгом смысле слова будет уже выходом за границы искусства, как сферы культуры, как одной из культурных ценностей, будет уже катастрофическим переходом к творчеству самого бытия, самой жизни» [2].

В искусстве философ находит и возможность преодоления бессмысленности «исторической реальности». Но искусство не может это сделать самостоятельно: «Мир должен быть оправдан не только как эстетический феномен, но так же, как феномен нравственный и разумный» [2]. Поэтому преодоления трагизма в искусстве возможно лишь с преодолением трагизма в познании и религиозной жизни [Прим. 4].

Б) Метафизическая история искусства.

H. А. Бердяев считает, что искусство развивается циклично, однако, периоды упадка культуры не рассматриваются мыслителем как негативные. Он отмечает, искусство эпохи декаданса особенно прекрасно. Он пишет: «Культура постепенно отделяется от своего жизненного, бытийственного источника и на вершине своей она противополагает себя жизни, бытию. Тогда наступает эпоха поздней культуры упадка, самой утонченной и прекрасной культуры» [2].

В исследуемых нами работах мыслитель сосредотачивает свое внимание на современном кризисе искусства. Лишь вскользь он упоминает, что период расцвета неоплатонизма соответствует в чем-то схожему периоду, называя его античным декадансом.

В работе «Кризис искусства» отмечается две тенденции в понимании соотношения бытия и искусства: синтетическое и аналитическое. Каждое из которых неадекватно соотносит искусство и бытие: «и стремления к синтезу искусств, к слиянию их в единую мистерию, и противоположные, стремления к аналитическому расчленению внутри каждого искусства одинаково колеблют границы искусства, одинаково обозначают глубочайший кризис искусства» [2]. Философ мало останавливается на первом подходе. Согласно ему, синтетические стремления требуют соединения искусств в одно целое (например, музыки и живописи у Чурляниса), в более высокую степень искусства и теургии (В. Иванов), искусства и мистерии (Скрябин). При всей симпатии Н. А. Бердяева к данному подходу он видится неосуществимым в ситуации современной культуры, современного отношения человека к бытию. Представители этой тенденции лишь не могут расстаться с прошлым искусства, вместо того что бы вести его вперед.

Более распространенным является аналитический подход к развитию искусства. В нем Н. А. Бердяев выделяет два направления, по сути являющиеся этапами: кубизм и футуризм. Сами тенденции аналитизма появляются ранее этих направлений. В книге «Духи русской революции» уже в творчестве Н. В. Гоголя видится скрытый кубизм: «В нем были уже те восприятия действительности, которые привели к кубизму. В художестве его есть уже кубистическое расчленение живого бытия. Гоголь видел уже тех чудовищ, которые позже художественно увидел Пикассо» [1].

Согласно Бердяеву, в процессе развития аналитического искусства происходят следующие явления (у мыслителя они не представлены последовательно, так как во многом совмещаются друг с другом):

I. дематериализация живописи и пластических искусств, потеря единства архитектурных стилей (этап кубизма);

2. гибель «органического мира» (этап кубизма) [Прим. 5];

3. пространственный распад бытия (этап кубизма);

4. смысловой распад бытия (этап футуризма) [Прим. 6];

5. уничтожение человека и тотальная машинизация бытия (этап футуризма);

6. полное прекращение творчества и смерть (этап футуризма).

Описанные нами процессы при всех их трагичности ведут, в конечном

счете, к возрождению искусства, к конечному «воскрешению» человека. Но оно

возможно лишь одним путем - путем метафизического преодоления футуризма. «Футуризм должен быть пройден и преодолен, и в жизни и в искусстве» [1], без этого никакая охранительная традиция не сможет вернуть правильное соотношение искусства и бытия.

В) Искусство и символ.

Данная проблема рассматривается в работе Н. А. Бердяева «Философия свободного духа» [5]. Философ постулирует символический характер искусства как части человеческой жизни (не рассматривая специфику существования символов именно в искусстве). Символ, согласно определению, представленному Н.А. Бердяевым, «соединяет, разделяя». Таким образом, возможность символизации оказывается связанной с существованием двух (теоретически, более чем одного) порядков бытия. Одно из которых будет выступать как символ, другое - как символизируемое. Будучи идеалистом, Бердяев однозначно считает эмпирический мир символом мира надэмпирического. Но открытие мира надэмпирического возможно лишь в духовном опыте, в том числе, в опыте переживания искусства: «Обнаружить смысл можно, лишь пережив его в духовном опыте, лишь обратившись к духовному миру. Смысл доказывается лишь жизнью, исполненной смысла, он показывается сознанием, обращенным к миру смысла, сознанием символическим, ознаменованным, связывающим, означающим» [5]. Н. А. Бердяев отмечает, что в Новое время происходит искажение использование символов в искусстве. Метафизическими основаниями этого искажения становится философская система И. Канта. «Философия Канта лучше всего обосновывает такого рода символизм, философия эта выражает болезнь отрыва человека от глубины бытия и погруженности человека в свой субъективный мир. Это есть символизм глубокого духовного одиночества современного человека, глубокой его раздвоенности и разорванности. Он находит себе блестящее отражение и в современном искусстве» [5]. В особенности грубое использование символов допускается в наивно-реалистическом искусстве, в котором символы неверно отрицаются. С другой стороны, в современном искусстве нарастают тенденции использования «пустых символов», в которых означаемое отсутствует. Подобные символы исследовались позднее (в рамках постмодернизма), у Н. А. Бердяева можно найти предчувствие дальнейшего господства симулякров [Прим. 7].

Во-вторых, это проблема связи религии и искусства (Бог и искусство).

А) Искусство и Бог. Религиозное оправдание искусства.

Для Н. А. Бердяева очевидно, что искусство имеет религиозное измерение. Выше мы писали о том, что искусство может стать теургией. Теургия определяется философом как «магическое искусство» достижения состояния обожения, совершаемое посредством молитв и церемоний с целью воссоединения с Богом, теургия есть действие человека совместно с Богом, -богодейство, богочеловеческое творчество. Вместе с тем, любое искусство не только в высших его проявлениях несет в себе некое творчество, подобное божественному созданию мира: «Во всяком художественном делании уже творится мир иной, космос, мир просветленно-свободный» [4]. Подлинное

искусство, в котором может достигаться связь с Богом, может быть только искусством романтическим, то есть трансцендентным.

В «Философии свободного духа» специально освящается вопрос об оправдании искусства в Христианстве. Данный вопрос поднимается философом не из-за его сомнения в допустимости художественного творчества для христианина, а ввиду распространенности в церковной среде негативного отношения к искусству, противопоставлению его аскетическим практикам.

Н. А. Бердяев показывает, что искусство само по себе не делает человека менее грешным. Но в творчестве человек преодолевает себя. Он ставит «Истину выше себя». В процессе вдохновения поэт избавляется от тяжести греховности. Бердяев Н. А. пишет: «Поэт может быть очень грешным человеком и может низко падать, но в момент поэтического вдохновения, в момент подлинного творческого горения он возвышается над своей низостью, он преодолевает себя» [5]. Художественное творчество рассматривается философом как ответ на Божий призыв. «В творческом вдохновении и экстазе может быть даже большая отрешенность, чем в смирении, может быть прежде всего думать о Боге, а не о себе» [5]. Но само по себе творчество не гарантирует спасения для христианина. Оно есть условие необходимое, но недостаточное для жизни человека в Боге. Более того, Бердяев Н. А. отмечает, что творчество иногда может быть совершенно бессмысленным, лишенным вдохновения, а поэтому и религиозного значения.

Б) Атеизм и нигилизм в искусстве.

Данная проблема в контексте исследования всего творчества Н. А. Бердяева должна быть сформулирована как проблема изображения религиозного подъема и религиозной деградации человека. Но в контексте рассматриваемых нами произведений данный вариант формулировки будет более точным. Ибо мы не встретим в них анализа художественного описания религиозного подъема, восхождения человека к Богу.

В работе «Духи русской революции» [1] исследуются два направления художественного описания безбожия и нигилизма. Это подход Н. В. Гоголя и Ф. М. Достоевского. Формально, в данном произведении рассматривается и творческий метод Л. Н. Толстого, но относительно проблемы нашего исследования ничего важного в главе о нем не сказано.

Особенностью гоголевского направления искусства (выше мы говорили, что для Бердяева - он предшественник кубизма и футуризма) является деантропологизация зла. Человек без Бога в произведениях Н. В. Гоголя перестает быть и человеком. Н. А. Бердяев неоднократно называет персонажей Гоголя не людьми, а рожами и харями. «Все хари и рожи гоголевской эпопеи появились на почве омертвения русских душ. Омертвение душ делает возможными чичиковские похождения и встречи» [1]. Наиболее ранним этапом омертвления души является для философа маниловщина.

Ф. М. Достоевский напротив идет по пути углубления антропологических оснований деградации. Хотя, по мнению, Н. А. Бердяева, антропология Достоевского иногда переходит в онтологию ужаса существования без Бога. Достоевский показывает два типа восстания человека против Бога: высокий

(карамазовщина) и низкий (смердяковщина). Философский интерес в большей степени представляет «карамазовщена», так как ее низкий двойник представляет собой практически бездумное воплощение богоборческой философии на практике.

Общая логика развития «карамазовщены» следующая: она начинается с морализма, выражающегося в требование безукоснительного соблюдения нравственных норм и сострадания к человеку [Прим. 8]. От абстрактного морализаторства Карамазов переходит к признанию его лживости (страдание ребенка, даже бывшие когда-либо в истории, уже не могут быть отменены никакими благами будущих поколений). От этой идеи происходит переход уже к непосредственной антисоборности и богоборчеству (отказ жить в мире, где страдает хоть кто-то). Последний этап деградации, по мнению Н. А. Бердяева, раскрывается писателем не в «Братьях Карамазовых», а в «Бесах». «В образе Петра Верховенского мы встречаемся с уже распавшейся личностью, в которой нельзя уже нащупать ничего онтологического. Он весь есть ложь и обман и он всех вводит в обман, повергает в царство лжи. Зло есть изолгание бытия, лжебытие, небытие» [1], - пишет философ.

Третья группа проблем - это проблемы в системе «Человек-искусство».

А) Соотношение коллективного и индивидуального, народного и личностного в искусстве.

Искусство в своем высшем, теургическом виде рассматривается философом как соборное. Соборное ни в коем случае не может быть воспринято как коллективное. Здесь Бердяев идет вслед за славянофилами, рассматривая соборность как идеал. А не любую общность людей.

В работе «Царство духа и царство Кесаря» [6] в наиболее сильной степени противопоставляется аристократическое и демократическое, всенародное и коллективное в искусстве.

Настоящее искусство творится отдельным человеком, но в нем выражается общенародное: «Великий творец всегда индивидуален, никому и ничему не подчинен, и в своем индивидуальном творчестве выражает дух народа; он даже гораздо более выражает дух своего народа, чем сам народ в своей коллективной жизни. И всякий творец свободен, он не терпит принуждения» [6]. В этом смысле мыслитель отказывает в особой ценности коллективного народного творчества. Бердяев Н. А. выступает за аристократичность любого подлинного творчества, хотя речь здесь не идет о знатности или богатстве. В этом раскрывается и своеобразный платонизм Бердяева, ведь если Платон, утверждая аристократию как лучшую форму государства, понимал, что именно она в наибольшей степени будет способствовать благу всего общество, а не коллективные собрания всего народа.

Б) Художник и психические состояния творчества (ужасание, восторг, экстаз в художественном процессе).

В исследуемых нами работах данная проблема раскрывается лишь косвенным образом. Н. А. Бердяев описывает типичные состояния творчества, многие из которых были уже приведены выше. Это состояние единства с бытием, Богом, народом. Они включают в себя переживания соборности, синергийности,

самозабвения и конечно трагизма. Но относительно переживаний конкретных писателей и художников Бердяев говорит мало. Наиболее ярким описанием переживаний художника Н. А. Бердяев дает относительно Скрябина, которому «в музыке ему удалось адекватно выразить свое новое, катастрофическое мироощущение, извлечь из темной глубины бытия звуки, которые старая музыка отметала. Но он не довольствовался музыкой и хотел выйти за ее пределы. Он хотел сотворить мистерию, в которой синтезировались бы все искусства. Мистерию он мыслил эсхатологически» [2].

Наиболее подробно в вышеприведенных работах Н. А. Бердяева в теоретическом аспекте раскрывается состояние отрешенности (см. об этом выше). В целом, на наш взгляд, более полное описание состояний конкретных художников следует искать у других философов и мыслителей (в том числе, у Л. Шестова). Бердяев, скорее, является мастером философского пересказа и интерпретации состояний не автора, но героев литературных произведений, сюжетов картин или музыкальных произведений.

Таким образом, искусство рассматривается в философии Н. А. Бердяева с позиции множества аспектов: соотношения искусства и бытия, искусства и Бога, искусства и человека. Неслучайно, что искусство становится предметом рассмотрения философа во многих произведениях. Ведь искусство является важнейшим видом человеческого творчества, которое рассматривается Н. А. Бердяевым как высшее предназначение человека.

Примечания

1. Работа Н. А. Бердяева «Смысл творчества» использовалась нами лишь в случае необходимости прояснения содержания исследуемых работ. Ввиду того, что она имеет большое значение для прояснения представлений Н. А. Бердяева об искусстве.

2. Он выделяет 4 состояния: трагизм смерти, трагизм любви, трагизм жажды познания и трагизм стремления к свободе и совершенству [3].

3. Отдельный анализ способов передачи трагичности в драматургии Метерлинка заслуживает специального исследования.

4. Но нужно иметь в виду относительную автономность данных сфер: Художественное творчество не должно быть подчинено внешним для него нормам, моральным, общественным или религиозным [2].

5. Зимний космический ветер сорвал покров за покровом, опали все-цветы, все листья, содрана кожа вещей, спали все одеяния, вся плоть, явленная в образах нетленной красоты, распалась [2].

6. Совершается декристаллизация слов, распластование слова, разрыв слова с Логосом [2].

7. Без употребления терминов «символ», «симулякр» идея существования пустых символов высказана в работе «Кризис искусства» в аспекте разрыва Логоса и слова.

8. Отдельного исследования с привлечение работы «Миросозерцание Ф. М. Достоевского» заслуживает анализ «Легенды о Великом инквизиторе» в контексте поставленной нами проблемы.

Литература

1. Бердяев Н. А. Духи русской революции [Электронный ресурс] // Lib.ru: Библиотека Максима Мошкова : электронная библиотека. 1994-2018. URL: http://az.lib.ru7b/berdiaew n a/text 1918 duhi.shtml (дата обращения: 01.02.2018).

2. Бердяев Н. А. Кризис искусства [Электронный ресурс] // Электронная библиотека Одинцовского благочиния : сайт. М., 2011-2018. URL: http://www.odinblago.ru/krizis iskusstva (дата обращения 01.02.2018).

3. Бердяев Н. А. К философии трагедии (Морис Метерлинк). [Электронный ресурс] // Электронная библиотека Одинцовского благочиния : сайт. М., 2011-2018. URL:http://www.odinblago.ru/opiti filosovskie/2 (дата обращения: 01.02.2018).

4. Бердяев Н. А. О назначении человека. Опыт парадоксальной этики [Электронный ресурс] // Платонанет : сайт. 2009-2016. URL: http://platona.net/load/knigi po filosofii/istoriia russkaia/berdiaev n a o naznache nii cheloveka opyt paradoksalnoi ehtiki 1931/15-1-0-1612 (дата обращения: 01.02.2018).

5. Бердяев Н. А. Философия свободного духа [Электронный ресурс] // KARTASLOV.RU : сайт. [2018]. URL: Ь^://ка11^1оу.ш/книги/Бердяев Н А Философия свободного духа/2 (дата обращения: 01.02.2018).

6. Бердяев Н. А. Царство духа и царство Кесаря [Электронный ресурс] // Предание.ру : сайт. М., 2008-2018. URL: https: //predanie. ru/berdyaev-nikolay-aleksandrovich/book/69718-carstvo-duha-i-carstvo-kesarya/ (дата обращения: 01.02.2018).

References

1. Berdyaev N. A. Dukhi russkoy revolyutsii [Spirits of the Russian revolution] [Electronic resource] // Lib.ru: Maxim Moshkov's Library: electronic library. 1994-2018. URL: http://az.lib.ru/b/berdiaew n a/text 1918 duhi.shtml (reference date: 01.02.2018).

2. Berdyaev N. A. Krizis iskusstva [The crisis of art] [Electronic resource] // Electronic library of the Odintsovo deanery: site. Moscow, 2011-2018. URL: http://www.odinblago.ru/krizis iskusstva (reference date: 01.02.2018).

3. Berdyaev N.A. K filosofii tragedii (Moris Meterlink) [To the philosophy of tragedy (Maurice Maeterlinck)]. [Electronic resource] // Electronic library of the Odintsovo deanery: site. Moscow, 2011-2018. URL: http://www.odinblago.ru/opiti filosovskie/2 (reference date: 01.02.2018).

4. Berdyaev N. A. O naznachenii cheloveka. Opyt paradoksal'noy etiki [On the destiny of human. Experience of paradoxical ethics] [Electronic resource] // Platonanet: site. 2009-2016. URL: http://platona.net/load/knigi po filosofii/istorija russkaja/berdjaev n a o n aznachenii_cheloveka_opyt_paradoksalnoj_ehtiki_1931/15-1-0-1612 (reference date: 01.02.2018).

5. Berdyaev N. A. Filosofiya svobodnogo dukha [Philosophy of the free spirit] [Electronic resource] // KARTASLOV.RU: site. [2018]. URL: Ь^://ка11^1оу.ш/книги/Бердяев Н А Философия свободного духа/2 (reference date: 01.02.2018).

6. Berdyaev N.A. Tsarstvo dukha i tsarstvo Kesarya [The spirit kingdom and the kingdom of Caesar] [Electronic resource] // predanie.ru: site. Moscow, 20082018. URL: https://predanie.ru/berdyaev-nikolay-aleksandrovich/book/69718-carstvo-duha-i-carstvo-kesarya/ (reference date: 01.02.2018).

Статья поступила в редакцию 10.02.2018 Статья допущена к публикации 30.03.2018

The article was received by the editorial staff10.02.2018 The article is approved for publication 30.03.2018