Топливо инфляции

Обеспокоенное майским ростом цен на бензин, правительство было вынуждено прибегнуть к нерыночным шагам по их заморозке. Рост остановлен, но это уже не спасет от ускорения инфляции со всеми вытекающими последствиями.

1 / 2

В мае автомобилисты столкнулись с резким повышением цен на бензин. Если в апреле литр АИ-92 можно было купить в Москве за 38,55–40,65 руб., АИ-95 — за 41,05–43,80 руб., то в конце мая цены выросли соответственно до 41,20–45,99 руб. и 44,20–47,99 руб. По данным Федеральной службы государственной статистики, в мае средние цены на бензин в России подскочили на 5,6% по сравнению с показателями апреля, а с начала года — на 7,2%. Повышение было настолько стремительным, что цены на АЗС менялись по нескольку раз в день.

Нефть и все вытекающие Обновление исторического максимума на рынке топлива произошло на фоне роста нефтяных цен. В мае цена российской Urals впервые с ноября 2014 года приблизилась к уровню $80 за баррель. При этом уверенный рост нефтяных котировок продолжается с июня 2017 года. За это время они поднялись почти на 90%, причем только за последние три месяца выросли на треть. Усилило эффект ограниченное влияние роста нефтяных котировок на российский валютный рынок. По данным Московской биржи, доллар за год подорожал на 6,3 руб., до 64 руб. В результате рублевая стоимость нефти в мае впервые в истории превысила уровень 4,5 тыс. руб. за баррель. Как выразился руководитель департамента товарных рынков «БКС брокер» Дмитрий Шувалов, нефть в рублях «устремилась в облака». Это не могло пройти незаметно для топливного рынка. «Наш внутренний рынок торгуется, ориентируясь на экспортную альтернативу. Нефтяники предпочитают продавать либо за рубеж, либо по сопоставимым в рублях ценам внутри рынка», — рассказывает господин Шувалов.

Внутренними факторами роста цены на бензин стали налоговый маневр и рост акцизов, которые привели к повышению оптовых цен. По данным СПбМТСБ, в апреле стоимость АИ-95 впервые в истории превысила отметку 50 тыс. руб. за тонну. «На внутреннем российском рынке уже с прошлого года обсуждалась проблема оптовых цен, которые росли быстрее розничных и это сжимало маржу компаний. Со временем рост оптовых цен должен был неминуемо привести к росту конечных цен для потребителя. Просто быстрый рост мировых цен на нефть существенно ускорил этот процесс», — отмечает руководитель центра макроэкономического анализа Альфа-банка Наталия Орлова.

Инфляционные страхи Розничные цены на топливо во всем мире — объект повышенного внимания со стороны населения, поскольку оказывают существенное влияние на стоимость других товаров, а также услуг. «Бензин напрямую входит в потребительскую корзину, рост цен на бензин влияет на стоимость транспортировки, поэтому грозит удорожанием других товаров», — объясняет Наталия Орлова.

Рост цен на бензин беспокоит Банк России, поскольку может, по его оценкам, дать дополнительный прирост от 0,2 до 0,4 процентного пункта в общий годовой уровень инфляции. Об этом в начале июня заявила на заседании в Госдуме председатель ЦБ Эльвира Набиуллина. «Хотя инфляция как общий уровень цен остается на низком уровне — 2,4%, сейчас в структуре инфляции проявились факторы, которые вызывают особое беспокойство. Я имею в виду прежде всего цены на бензин», — отмечала госпожа Набиуллина.

Ручное управление Власти, встревоженные скачком розничных цен на бензин, были вынуждены перейти на ручное управление отраслью. В конце мая на совещании у вице-премьера по ТЭКу Дмитрия Козака крупнейшие нефтекомпании согласились заморозить цены на АЗС и увеличить продажи товара на бирже. Взамен правительство снизило акцизы на топливо. С 1 июля акцизы на бензин снизятся на 3 тыс. руб. на тонну и на дизтопливо — на 2 тыс. руб. на тонну. Для большего эффекта правительство может повысить вывозные пошлины на бензин и дизтопливо. Этот шаг призван снизить привлекательность их экспорта, что должно положительно сказаться на стоимости топлива на внутреннем рынке.

Принятые правительством меры оказали благотворное влияние на стоимость топлива. По данным СПбМТСБ, оптовые цены на АИ-92 и АИ-95 снизились с начала июня примерно на 10%, до 50–51 тыс. руб. за тонну. Розничные цены снизились менее значительно. По данным Московской топливной ассоциации, средневзвешенные цены на бензин АИ-92 на АЗС Москвы с 1 июня по 18 июня уменьшились на 33 коп., до 42,35 руб. за литр, а на АИ-95 — на 59 коп., до 45,79 руб. за литр. «Решение ввести обратный акциз на нефть для НПЗ, который будет доступен только поставщикам бензина на внутренний рынок, а также налоговый маневр будут сдерживать дальнейший рост цен на бензин в России», — считает начальник отдела по работе с клиентами ИК «Церих Кэпитал Менеджмент» Сергей Королев.

Тенденцию к снижению стоимости бензина может поддержать коррекция цен на нефть, произошедшая в конце мая — начале июня. По данным Reuters, 18 июня стоимость нефти Urals опустилась до $72,66 за баррель, что на 4% ниже значений конца мая и почти на 9% — значений месячной давности. «Снижение цен на нефть на международных рынках значительно поможет остановке роста цен на бензин, и тот факт, что Трамп просит ОПЕК нарастить добычу, действительно является неким драйвером этого процесса», — отмечает Сергей Королев.

Однако подорожание бензина неизбежно приведет к разгону инфляции. «Вне зависимости от реальных результатов на ожидаемую инфляцию слишком сильно повлияет уже случившийся рост цен на бензин и продовольствие. ЦБ смотрит на широкую корзину, а люди и бизнес — на чеки с заправок и из супермаркета», — поясняет экономист «Эксперт РА» Антон Табах. Другие шаги правительства, предпринятые в этом месяце, ведут к повышению потребительских цен. «НДС в 20%, повышение пенсионного возраста, так же как и рост цен на бензин, будут драйверами роста инфляции. Сейчас она на уровне 2,4%, и целевой уровень в 4% мы достигнем в конце этого года», — оценивает эффект Сергей Королев.

Изменения цен многие из нас напрямую ощущают практически ежедневно.

Александр Головцов, глава управления аналитических исследований УК «Уралсиб»:

– Бензин в последнее время стал топливом не только для машин, но и для дискуссий. Хотя доля его в официальной потребительской корзине россиян довольно скромна — всего 4%, изменение цен на бензин многие из нас напрямую ощущают практически ежедневно. Поэтому любые их значимые колебания (а они гораздо чаще случаются в сторону роста, нежели снижения) вызывают серьезный публичный резонанс.

Между тем официальные данные Росстата утверждают, что в конце мая автомобильный бензин в России стоил всего на 11,3% дороже, чем год назад. Это очень скромно по сравнению с рублевой стоимостью барреля нефти Urals, которая за тот же период взлетела почти на 70%. Между прочим, в США за последний год галлон бензина подорожал примерно на 25% — можно сказать, что мы еще легко отделались. Кстати, доля бензина в потребительской корзине среднего американца оценивается примерно так же, как и у нас — около 4%. То есть, с учетом 25-процентного удорожания галлона, социальные последствия за океаном могут быть гораздо больше. Отсюда, вероятно, и давление администрации США на ОПЕК с целью увеличения поставок нефти.

К общей потребительской инфляции в РФ за последние 12 месяцев бензин мог добавить 0,5 процентного пункта напрямую и 0,7 процентного пункта — с учетом косвенного влияния на цены других товаров и услуг (которое может еще слегка увеличиться в следующие несколько месяцев). Это тоже не так много по сравнению, например, с предлагаемым повышением НДС: оно, по нашим оценкам, может увеличить инфляцию на 1,5 процентного пункта. Аномалией можно назвать скорость удорожания топлива в последние два с половиной месяца: с апреля до середины июня она, даже по официальным данным, достигла почти 10%. Это имеет сильный психологический эффект: подобный рост за сравнительно короткое время для большинства из нас непривычен. На нашей памяти такое последний раз случалось в 2008 и 2009 годах. Первый раз — из-за девальвации, второй — под напором взлета мировых цен на нефть. В текущем году сложилось редкое сочетание обоих факторов, хотя слабость рубля пока была сравнительно умеренной. Как бы мы ни храбрились, влияние санкций все же проявляется, в том числе и таким образом. Без внешнеполитических рисков рубль с начала года мог бы укрепиться на 5–10% вместо произошедшего ослабления на 8%. Тогда прирост розничных цен на топливо с апреля, вероятно, остался бы в пределах 6–7%. При среднемесячном потреблении около 3,5 млрд литров получается, что только на бензин мы сейчас тратим почти на 15 млрд руб. в месяц больше, чем в начале года. А если добавить остальные виды топлива, эффект может удвоиться. Однако по отношению и к ВВП, и к совокупному объему потребительских расходов это все же не так много: менее 0,5%. Поэтому влияние бензинового скачка на экономику в целом останется умеренным — в худшем случае реальный рост ВВП притормозит на 0,1%.

Пока бензиновая инфляция не привела даже к замедлению роста продаж автомобилей, темпы которого держатся выше 15% годовых. Серьезно страдают, очевидно, лишь автомобильные перевозчики, у которых топливо, судя по отзывам, составляет более 30% совокупных расходов. Впрочем, в результате принятых фискальных и политических мер дальнейший рост цен на бензин и дизельное топливо вряд ли выйдет за пределы 3% к концу года. Это поможет удержать официальную потребительскую инфляцию ниже 4% годовых и окажет небольшую поддержку спросу на другие товары и услуги.