ПАЛЕОБОТАНИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА . ОТЛОЖЕНИИ БЕЛОГОРСКОЙ СВИТЫ (Qi— Q2bg) В ПРЕДЕЛАХ АМУРО-ЗЕЙСКОЙ ДЕПРЕССИИ

него слоя (см. таблицу) не отличаются от современных форм, обитающих в этом районе и датируются голоценом.

В заключение следует подчеркнуть, что описанные выше местонахождения требуют дальнейшего изучения, так как принятые сейчас для Прибайкалья и Забайкалья стратиграфические схемы составлены преимущественно на палеоклиматическом (ритмостратиграфическом) принципе и нуждаются в дальнейшем комплексном палеонтологическом обосновании.

ЛИТЕРАТУРА

Адаменко Р. С., Иваньев Л. Н., Кульчицкий А. А. Узурское пещерное местонахождение фауны млекопитающих на Ольхоне.— В сб.: Геол. и гидрогеол. иссле-дов. озер Средней Сибири. Лнственичное, 1973. Ербаева М. А. История антропогеновой фауны зайцеобразных и грызунов Селенгин-

ского ереднегорья. М., «Наука», 1970. Кульчицкий А. А. О возрасте максимального оледенения и неотектонике СевероЗападного Прибайкалья.— Изв. Забайкальск. фил. географ, об-ва СССР. Чита, 1968, т. I, вып. 1.

Кульчицкий А. А., Свинин В. В., Адаменко Р. С., Белова В. А., Иваньев Л. Н„ Федорова В. А. К палеогеографии Байкала по археологическим материалам из Большой Лударьской пещеры.— Изв. Вост.-Сиб. отд. Географич. об-ва СССР, 1971, т. 68.

Логачев Н. А. О происхождении четвертичных песков Прибайкалья.— Изв. СО АН

СССР, геология и геофизика, 1958, вып. 1. Равский Э. И. Осадконакопление и климаты внутренней Азии в антропогене. М., «Наука», 1972.

Равский Э. И., Александрова Л. П., Вангенгейм Э. А., Гербова В. Г., Голубева Л. В. Аитропогеновые отложения юга Восточной Сибири,—Тр. ГИН АН СССР, вып. 105. М., «Наука», 1964.

Ю. В. МАХОВА

ПАЛЕОБОТАНИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА .

ОТЛОЖЕНИЙ БЕЛОГОРСКОЙ СВИТЫ (О,— СЫ>г) В ПРЕДЕЛАХ АМУРО-ЗЕЙСКОИ ДЕПРЕССИИ

Сотрудниками Зейской экспедиций Кафедры геоморфологии Географического факультета МГУ в течение ряда лет велось изучение рельефа, генезиса и стратиграфии рыхлых отложений кайнозойского возраста на территории Амуро-Зейской депрессии. Автор статьи принимал участие в полевых и лабораторных исследованиях экспедиции.

Территория исследований расположена на левобережье среднего течения р. Зея и входит в состав северной окраинной части Амуро-Зейской депрессии. Рыхлые отложения нижне- и среднеплейстоценового возраста (белогорская свита) распространены на большой площади в бассейнах рек Зея и Селемджа, где слагают аккумулятивную равнину и выполняют древние долины и тектонические котловины. Они залегают с размывом на сазанковских (Ы^—М2эг) или мезозойских отложениях. Мощность белогорских отложений колеблется в пределах 30—80 м, лито-логический состав их довольно пестрый: пески, суглинки, глины, реже галечники, фациально это — аллювиальные и озерные отложения.

Белогорская свита (аналоги: мухинская и томская, в Верхне-Зейской депрессии — аргинская) выделена впервые Ю. Ф. Чемековым в 1960 г. в результате расчленения «рыхлой свиты» (В. В. Онихимовский, 30-е го-

ды) или свиты водораздельных песков (А. С. Музылев, 40-е годы). Возраст рыхлой свиты или свиты водораздельных песков .условно определялся большинством исследователей как миоцен — нижний плейстоцен. Белогорская свита датируется Ю. Ф. Чемековым плиоценово-нижнеплей-стоценовым временем на оснодании минимального количества палеоботанических данных для нижних горизонтов свиты (Чемеков и др., 1960). Палеонтологические данные для этих отложений крайне скудные: в геологических отчетах указываются единичные находки фауны млекопитающих в верхних горизонтах свиты (Б. М. Штемпель, 1951 г.). Палинологические данные по разрезу отложений аккумулятивного междуречья (бассейн нижней Селемджи) приводятся в статье А. И. Мячиной (1961). Нами получены спорово-пыльцевые данные по большому количеству разрезов (проанализировано около 500 образцов) на аккумулятивной равнине, в древних долинах и котловинах.

Пески, слагающие аккумулятивные междуречья, очень бедны пыльцой и спорами. Лишь благодаря многократному обогащению осадка в процессе обработки образцов удалось получить достаточно полные спектры для этих отложений (в большинстве образцов насчитано от 150 до 350 пыльцевых зерен и спор). При интерпретации ископаемых спо-рово-пыльцевых спектров использовались результаты спорово-пыльце-вых анализов поверхностных проб руслового аллювия Зеи и ее притоков, отражающие современный растительный покров исследуемой территории.

По спорово-пыльцевым данным за период формирования отложений белогорской свиты прослеживается пять фаз в развитии растительного покрова, соответствующих изменениям климата.

Первая фаза елово-кедровых и березовых лесов и марейОна характеризует отложения аккумулятивной равнины, которые представлены глинами, каолинизированными песками и песчано-глинистыми толщами и имеют литологическое сходство с подстилающими их неогеновыми отложениями (сазанковская свита). Спорово-пыльцевые спектры этой фазы представлены на диаграмме (рис. 1). Для них характерно:

1. Высокое содержание или преобладание группы травянистой пыльцы в общем составе.

2. Преобладание в древесных спектрах пыльцы ели, кедра, березы.

3. Значительное содержание пыльцы кустарниковых и кустарничко-вых пород.

4. Сумма пыльцы широколиственных пород составляет до 6—10%, что значительно превышает содержание ее в современных поверхностных пробах аллювия (2—4%). Единично встречается пыльца экзотических пород: Tsuga, Carpinus cordata, Pterocarya, Ilex.

Спорово-пыльцевые спектры свидетельствуют, что большое распространение имели темнохвойные (елово-кедровые) и березовые леса, в которых еще значительна была примесь широколиственных пород и совсем незначительна — экзотических пород, сохранившихся после деградации тургайских лесов. Довольно большие площади были заняты марями, луговыми и ерниковыми.

Вторая фаза лиственнично-березовых лесов, ерниковых и лугово-бо-лотных марей выделяется по спорово-пыльцевым спектрам разреза аккумулятивной равнины, представленного на рис. 2, в интервале глубин 1 —10 м. Для спектров этой фазы отмечаются следующие закономерности:

1 Под марями понимаются безлесные заболоченные пространства, занятые болотами, сырыми лугами и ерниками (сообществами из кустарниковых и кустарничковых берез).

Рис. 1. Спорово-пыльцевая диаграмма разреза белогорских отложений краевой зоны аккумулятивной равнины

1 — глины; 2 — опесчаненные глины; 3 — песчано-глинистая толща; 4 — пески; 5 — пески с галькой; б — пыльца древесных пород; 7 — пыльца травянистых и кустарничковых растений; 8 — споры 1 — пыльца древесных; II — пыльца трав; ///— споры

1. Среди пыльцы древесных пород преобладает береза.

2. Резко сокращается по сравнению с предыдущей фазой содержание пыльцы ели и кедра (особенно к концу фазы).

3. Пыльца широколиственных и экзотических пород почти не встречается или составляет не более 1—2%.

4. По сравнению с первой фазой в составе травянистой пыльцы увеличивается роль осок, что свидетельствует о заболачивании территории. Об этом же говорит некоторое увеличение спор сфагнума.

По спорово-пыльцевым данным рассматриваемого разреза (см. рис. 1) можно заключить, что елово-кедровые леса первой фазы в зна-

I

щсороМш-с£аорге$!а/П

¿усороЛт сР.рищелз

У

{1у^рра/}с ит cf сотр1а/!а1ат

чительной мере сменились лиственнично 2-березовыми, в которых резко сократилось участие широколиственных и почти исчезли экзотические породы. Темнохвойные леса из ели и кедра сохранились на очень небольших площадях. Увеличилась заболоченность.

По характеру растительного покрова в первой фазе, соответствую-,щей началу белогорского этапа осадконакопления, можно заключить, что климатические условия были умеренно холодными и относительно влажными. Зимы были сравнительно мягкими, со значительным снежным покровом. В течение второй фазы развития растительности климат становится континентальнее, зимы суровее. Вследствие этого резко сокращаются площади, занятые темнохвойной тайгой, почти полностью исчезают широколиственные и экзотические породы, большее распространение получают ерники и луговые мари. Обе фазы относятся нами к нижнеплейстоценовому похолоданию (оледенению) — (^Д первая — к

2 Большое количество пыльцы сем. Епса1еэ и А1паэ1ег косвенно указывает на существование лиственничных лесов.

I

4

V*'

ш*-

м- Слсвш

-о.

20- - • о- .

-.я-

22- . О

.-.'.•.•О,

2¥- р

о'.

20

#

Общий состав И*

I

I'

I Ш Ч

/

I

1

I

№

ш

\

О 20 О 20 ¥0 00 %

[О

вх Р-

12-

/о-

ЦШ

Общий состав ^ -^¡^Ц1

V

VО

80 О 20

ц Ч

§

О 20 40 ШОО 20 О 20 ¥00 20"/о

Рис. 2. Спорово-пыльцевая диаграмма разреза белогорских отложений аккумулятивной' равнины

Условные обозначения см. рис. 1.

а — разрез у слияния кл. Куделин и р. Аяк; б — разрез по кл. Волчий. I — пыльца древесных пород и кустарников; II — пыльца трав и кустарников; III — споры

его началу, вторая — к середине (максимум похолодания). По данным Зейской экспедиции, отложения этого возраста выделяются как нижне-белогорская подсвита.

Следующие три фазы изменения растительного покрова характеризуют отложения верхнебелогорской подсвиты ((32). Спорово-пыльцевые' данные для этих отложений получены по большому числу разрезов на аккумулятивной равнине и в древних долинах и котловинах. В данной статье приводятся спорово-пыльцевые диаграммы трех разрезов. Два из них вскрывают аллювиальные песчаные и песчано-гравийные (толща

I

I

ш

^ ^ ^

1 I

1\

\7

ни мв ¿во Ж

-30 0

•>0%

ом

0100 го ¥О О 20 00 О 20 00%

ожелезненных песков) отложения в пределах аккумулятивной равнины (рис. 2а, б), третий — песчано-глинистые пролювиально-аллювиально-озерные отложения межгорной котловины в пределах денудационно-со-почных массивов (рис: 3).

Третья фаза сосновых и кедровых лесов с участием березы и широколиственных пород и лугов выделяется на спорово-пыльцевых диаграммах трех разрезов (см. рис. 2а, б и 3). Спорово-пыльцевые спектры разрезов аккумулятивной равнины (см. рис. 2а, б) имеют следующие особенности:

1. Они могут быть отнесены к лугово-лесному типу: группа пыльцы травянистых растений в разрезе по кл. Куделин резко преобладает в общем составе, достигая 86%; в разрезе у кл. Волчий — до 35—48%.

2. Группа споровых растений содержится в минимальном количестве—до 10%.

Рис. 3. Спорово-пыльцевая диаграмма разреза белогорских отложений тектонической котловины

Условные обозначения см. рис. 1. / — пыльца древесных пород и кустарников; II — пыльца трав и кустарничков; III — споры

3. В группе древесных пород преобладает пыльца сосны, в среднем составляющая 40%, максимум 66%. Высокое содержание имеет пыльца ольховника — в среднем до 15% (максимум — 70%). Пыльца широколиственных пород (дуба, вяза, лещины и граба) в сумме составляет до 8%, что превышает содержание ее в современных поверхностных пробах (1-4%).

4. Состав пыльцы травянистых растений характеризуется разнообразием, преобладает пыльца родов и семейств, свойственных мезофитным и мезоксерофитным луговым формациям р. р. Sanguisorba, Rumex, сем. Valerianaceae, Geraniaceae, Umbelliferae и др. Высокое содержание пыльцы полыней свидетельствует о существовании лесов, что показывает и анализ современного состава растительности исследуемой территории и отражающих ее спорово-пыльцевых спектров (Сочава, 1957).

Учитывая отмеченные особенности спорово-пыльцевых спектров, можно реконструировать растительный покров, соответствующий времени накопления данных толщ. Большие площади были заняты луговыми несколько остепненными сообществами, возможно, аналогичными распространенным-в настоящее время к югу от исследуемой территории — амурским прериям. Облесенность была меньшей, чем в настоящее время, лишь на отдельных участках она была аналогична современной —

разрез по кл. Волчий (см. рис. 26). Распространены были, главным образом, сосновые леса с примесью березы и широколиственных пород. Лиственничные леса (пыльца лиственницы отмечается во многих образцах) занимали небольшие площади. Весьма локальное распространение на сопочных массивах имели елово-кедровые леса. К участкам с избыточным проточным увлажнением были приурочены заросли ольхи.

Спорово-пыльцевые спектры отложений тектонической котловины (в интервале 9,5—16 м на рис. 3) характеризуются лесным типом споро-во-пыльцевых спектров. В составе древесной пыльцы абсолютное преобладание имеют хвойные породы: сосна — до 40%, кедр — до 34%, кедровый стланик — до 12%- В группе пыльцы трав наряду с преобладанием пыльцы вересковых, характеризующих лесные спектры, значительный процент составляет пыльца лугового разнотравья мезофитного типа.

Такой состав спорово-пыльцевых спектров свидетельствует, что в период накопления этих отложений преимущественное развитие имели сосновые с примесью древовидной березы и широколиственных пород и кедровые леса. Первые занимали, главным образом, равнинные участки, вторые — горные склоны. Присутствие пыльцы кедрового стланика (Ртив ритПа) говорит о существовании гольцовой зоны (горной тундры). Спорово-пыльцевые спектры разреза межгорной тектонической котловины имеют сходство со спектрами толщи ожелезненных песков аккумулятивной равнины: в тех и других хорошо выражена фаза сосновых лесов. Но они отражают также провинциальные различия в растительном покрове. В условиях равнинного рельефа долины Зеи широкое распространение имели луга и сосновые леса. В условиях расчлененного денудационно-сопочного рельефа росли кедровые леса, и а вершинах наиболее высоких сопок— заросли кедрового стланика, более ровные

12 Заказ № 4813

участки водоразделов были покрыты сосновыми лесами. Безлесные пространства занимали незначительные площади. Такой характер растительного покрова соответствует относительно теплым и менее влажным, чем современные, климатическим условиям среднеплейстоценового меж-ледниковья. При датировке рассматриваемых отложений учитывалось, что они подстилаются нижнеплейстоценовыми толщами.

Четвертая фаза елово-кедровых и березовых лесов и ерников выделяется по спорово-пыльцевым спектрам разреза аккумулятивной равнины в низовье р. Б. Джелтулак. В составе древесной пыльцы этих спектров велико содержание пыльцы кедра и ели — в сумме до 36% (вЗ—4раза больше, чем в пробах из современного аллювия). Пыльца березы также составляет значительную часть древесных спектров, особенно велико содержание пыльцы кустарниковой березы (Betula сек. Fru-ticosae), образующей ерниковые формации, — до 40—60%. В отличие от спектров первой фазы елово-кедровых лесов в данных спектрах меньшее содержание имеет пыльца ели, в минимальном количестве отмечается пыльца широколиственных пород (1—2%) и отсутствует пыльца экзотических форм. Климатические условия, соответствующие четвертой фазе развития растительности, были более влажные (темнохвойно-таежные леса) и более холодные (максимум пыльцы кустарниковых берез и минимум— широколиственных пород), чем современные. Эта фаза соответствует началу максимального среднеплейстоценового похолодания (оледенения).

Пятая фаза фиксируется по спорово-пыльцевым спектрам верхней части (2—9 м) разреза тектонической котловины в пределах денудаци-онно-сопочных массивов 3 (см. рис. 3). Спорово-пыльцевые спектры этой фазы характеризуют.

1. Максимальное содержание пыльцы берез, среди которой около 50% кустарниковой.

2. Отмечается пыльца лиственницы, плохо сохраняющаяся в ископаемом состоянии.

3. Пыльца темнохвойных пород (ели, кедра, пихты) почти исчезает.

Спорово-пыльцевые спектры отражают этап распространения лист-

веннично-березовых лесов на дренируемых водораздельных участках и склонах сопок и ерников (как примесь в них —ива) —на плохо дренируемых участках с близким залеганием многолетней мерзлоты. Значительное количество пыльцы осок свидетельствует о заболоченности территории. Предыдущий этап распространения темнохвойных лесов сменяется фазой лиственнично-березовых лесов, ерников и луговых марей. Этой фазе соответствуют резко континентальные климатические условия: по сравнению с предыдущей фазой становится суше и холоднее — максимум среднеплейстоценового похолодания (оледенения). Средне-плейстоценовый возраст верхней толщи белогорской свиты в пределах аккумулятивной равнины подтверждается находками зубов и бивней Elephas primigenius Blumb. Б. М. Штемпелем в 1951 г. (данные геологического отчета).

Итак, по палеоботаническим данным крупный белогорский этап осад-конакопления связан с существованием бореальной плейстоценовой растительности и флоры. В течение белогорской аккумуляции (Qj— Q2) прослеживается по палинологическим данным направленное изменение флоры, в нижнем плейстоцене в составе пыльцевых спектров в небольшом количестве отмечается присутствие экзотических пород — наследие тургайской флоры: Tsuga, Pterocarya, Сагуа, Ilex, Carpinus cordata. Участие пыльцы широколиственных пород в спектрах значитель-

3 Четвертая фаза в этом разрезе, очевидно, выпадает, на нее приходится размыв (отмечается песчано-галечниковый горизонт).

но — до 10% • В среднеплейстоценовых спектрах экзотической пыльцы уже не отмечается.

По спорово-пыльцевым спектрам также прослеживается ритмичность в изменении растительного покрова, связанная с климатическими колебаниями. В нижне-среднеплейстоценовое время намечаются две эпохи относительного похолодания и разделяющее их потепление.

1. Нижнеплейстоценовое похолодание С^2 — первая и вторая фазы развития растительного покрова — время формирования отложений нижнебелогорской подсвиты.

2. Среднеплейстоценовое потепление — третья фаза развития растительного покрова.

3. Среднеплейстоценовое похолодание — четвертая и пятая фазы.

Формирование отложений верхнебелогорской подсвиты происходит

в среднем плейстоцене.

В последние годы появилось несколько работ, в которых возраст бе-логорской свиты обосновывается спорово-пыльцевыми данными: N2— (Чемеков и др., 1960); д2 (Сей, 1960); (¿^(¿г-, (Мячина, 1961); Ф1—(Мурзаева, 1965), однако спорово-пыльцевые комплексы приводятся только в двух работах. Наиболее полные палинологические данные получены А. И. Мячиной. Датируемые ею нижнечетвертичным временем спектры среднего горизонта водораздельной толщи сопоставляются с полученными нами спектрами нижнего горизонта (первая фаза) белогорской толщи (нижнебелогорской подсвитой). Верхний горизонт водораздельной толщи, датируемый А. И. Мячиной средне- верхнечетвертичным временем, в общих чертах сопоставляется с верхнебелогорской подсвитой по нашим данным. Сходство заключается в абсолютном господстве четвертичных пыльцы и спор в спектрах, высоком процентном содержании и большом видовом разнообразии травянистой пыльцы. К сожалению, спорово-пыльцевые данные приводятся А. И. Мячиной в форме обобщенных таблиц, что не дает возможности проследить изменение .спектров по разрезу и, .соответственно, выделить этапы (фазы) в развитии растительности.

Приведенные палеоботанические данные послужили материалом для палеогеографических построений, а также стратиграфического расчленения аллювиальных и аллювиально-озерных толщ белогорской свиты, слагающих аккумулятивные междуречья и древние долины малых рек в северной части Амуро-Зейской депрессии.

ЛИТЕРАТУРА

Колесников Б. П. Обыкновенная соона Ртив вПуевМв Ъ. на юго-восточной границе своего ареала.— Бюлл. МОИП, отд. биологии., 1945, т. 50, № 5—-6.

Мурзаева В. Э. Палеогеография древних долин Верхнего Приамурья.— В сб.: Палеогеография четвертичного периода. Изд-во МГУ, 1965.

Мячина А. И. К 'вопросу о границе третичных и четвертичных отложений Амуро-Зейской депрессии.— Мат-лы Всесоюзн. совещ. по изучен, четвертичного периода, т. III. М„ Иэд-во АН СССР, 1961.

Сей И. И. Материалы по стратиграфии рыхлых отложений Верхне-Зейской депрессии,— Инф. сб. ВСЕГЕИ, 1960, № 25.

Сочава В. Б. Зональные черты растительного покрова на пространстве от хр. Туку-рингры до Амура.— Ботанич. журнал, 1957, т. 42, № 2.

Чемеков Ю. Ф., Сей И. И., Седова М. А. и дар. Стратиграфия рыхлых отложений Амуро-Зейской депрессии.— Сов. геология, 1960, № 2.