Стереотипы коммуникативного поведения в осетинской лингвокультуре (на материале этнических анекдотов)

стереотипы коммуникативного поведения в осетинской лингвокультурЕ

Т.Ю. ТАМЕРЬЯН, А.У. КАЧМАЗОВА

В данной статье рассматриваются стереотипы коммуникативного поведения носителей дигорского и иронского диалектов, ку-дарского и ксанского говоров иронского диалекта осетинского языка в комическом дискурсе на материале осетинского и русского языков, имеющих хождение в республиках Северная Осетия-Алания и Южная Осетия.

Ключевые слова: лингвокультурный типаж, гетеростереотип, внутриэтническая группа, стереотипная оппозиция, комический дискурс.

В лингвокультурных сообществах Северной и Южной Осетий, связанных культурно-исторически, объединенных общим иронским языком-диалектом, но разделяемых социально-политическим контекстом последних десятилетий, и отличающимися говорами и наречиями, на основе коммуникативных признаков носителей диалектов осетинского языка сложилась оппозиция «свой-чужой.

В осетинском языке выделяют два диалекта - дигорский и иронский. Иронский диалект включает кударский, куртатинский, ксанский, туальский и алагирский говоры. Куртатинский говор распространен главным образом в Северной Осетии, а ксанский и кударские говоры встречаются в Южной Осетии.

Ряд исследователей осетинского языка выделяют кударский говор в качестве диалекта (в частности, на основании особой парадигмы будущего времени глагола). Так, Н.К. Кулаев полагает, что деление осетин по территориальному языковому принципу на иронцев, дигорцев и кударцев как носителей трех противопоставленных типов диалектной речи осознается всеми осетинами [5:208-212].

В результате реализации собственно языковых процессов в различных говорах иронского диалекта произошли весьма существенные изменения в фонетическом облике иронских говоров - значительное сокращение ареала цокающего типа говора за счет расширения сокающего и шокающего. Заметные сдвиги происходят и в североиронских говорах носителей языка, концентрирующихся вблизи Владикавказа - замена цокающей речи на сокающую становится более очевидной.

Фонетические трансформации в осетинском языке, по всей вероятности, произошли под влиянием русского языка как основного языка общения в Северной Осетии, в котором фонема [с] более частотна, чем фонема [ц], что и послужило причиной перехода цоканья в соканье в североиронской речи, в то время как кударский говор, входящий в группу чокающих, перешел в шокающие.

the stereotypes of communicative behavior in the ossetian linguoculture

T.Y. TAMERYAN, A.U. KAcHMAzovA

This article deals with stereotypes of communicative behavior of the carriers Digorski and Iron dialect and Kudarski and Ksani accent of the Iron dialect of the Ossetian language in comic discourse on the material of the Ossetian and Russian languages in circulation in the Republic of North Ossetia-Alania and South Os-setia.

Keywords: lingvocultural type, heterostereotypes, intraethnic group stereotyped opposition, comic discourse.

В полиязычных лингвокультурных сообществах Северной и Южной Осетий территориальные особенности речи проявляются как социальные маркеры вербальной коммуникации. Модели «своего» коммуникативного поведения служат эталонами в процессе межличностного общения представителей разных районов проживания одной этнической группы, «чужие» воспринимаются как отклонение от нормы и служат объектом сравнения и оценки.

В процессе общения носителей разных диалектов, говоров или наречий осетинского языка друг с другом в этническом сознании собеседников представитель «другого» лингвокультурного сообщества идентификацируется как «чужой» в соответствии со сложившимся гетеростереотипом. Становление этнических авто- и гетеростереотипов осуществляется под влиянием политической, экономической и религиозной систем общества, формирующих нормы, ценности, идеалы, императивы этнических групп [2:26].

В данной статье рассматриваются стереотипы коммуникативного поведения носителей дигорского и иронского диалектов, кударского и ксанского говоров ирон-ского диалекта осетинского языка в комическом дискурсе на материале осетинского и русского языков, имеющих хождение в республиках Северная Осетия-Алания и Южная Осетия. Предметом исследования послужили этнические анекдоты о дигор-цах, иронцах, кударцах и ксанцах как лингвокультурных типажах носителей осетинского языка Северной (иронцы, дигорцы) и Южной (кударцы, ксанцы) Осетиях.

Г.Г. Слышкин отмечает, что анекдоты как отдельный самостоятельный жанр персонального дискурса представляют разновидность комического дискурса. Сме-ховые тексты (в данном случае анекдоты) предназначены для мгновенного восприятия. Пародируемые в них субъекты, объекты атрибуты являются прецедентными феноменами, либо входят в фоновые знания определенного социума [8:56].Коми-ческое содержание порождается в результате осмысления отклонения свойств наблюдаемого объекта от нормы: «Смешны отклонения <...>от привычного языка, от логических норм, от принятых понятий, от обычаев, от правил хорошего тона, смешны отступления от того, что принято считать нормой» применительно к человеческому характеру» [2: 34]. Восприятие отклонений от нормы всегда этнически специфично.

Между диалектами осетинского языка и говорами иронского диалекта существуют отличия, проявляющиеся на разных уровнях языковой системы. Наиболее ярко в анекдотах отражены фонетические территориальные признаки, дифференцирующие разные внутриэтнические группы носителей осетинского языка. Комический эффект создается за счет нетерпимости к носителю другого говора.

В анекдоте обыгрываются отличия произносительные двух говоров - кудар-ского (юго-осетинского) и куртатинского (североосетинского) иронского диалекта осетинского языка на примере лексемы джижа и зиза (русск. «мясо»). Данный анекдот рассказывается от лица южного осетина (кударца), в котором объектом осмеяния является отличие куртатинского говора от кударского.

Когда кударец, желающий купить, мясо произносит слово джижа, продавец-кударец, принадлежащий к общей с ним языковой подгруппе, идентифицирует его как «своего», взвешивая ему большой кусок мяса. В то время как покупатель-иро-нец (иронец, проживающий в дигорском районе) в соответствии с произносительным вариантом куртатинского говора употребляет слово зиза, вызывает в сознании продавца-кударца образ «чужого».

Кударский говор иронского диалекта Перевод на русский язык

Дзауджыхъауы базары куыдайраг дзидза уай каны, фыццаг ам куыдайраг бацыд ама загъы: - сапам, уалама мын уышы джижа ратт. Уайганаг ын ай рад-та. Стаййам дзауджыхъауккаг бацыд ама дзуры: - шалам,зиза ма мын ратт. Уайгаенаг дар ын иу гыццыл кардигъ йа разы арывардта. - сай-ма, сы ма хынзылаг каныш, уыман стыр зиза сама радтай? - ома дыдар джижа загъ, ама дын штыр кардих радтон. - Во Владикавказе на базаре кударец продает мясо, к нему подходит кударец и говорит: -Здравствуйте, дайте мне вон тот кусок мяса (джижа). Продавец отдает. Потом подходит к нему владикавказец и говорит: - Здравствуйте, мне нужно мясо (зиза). Продавец дает ему очень маленький кусочек. - Ну что вы надо мной издеваетесь, тому вы дали большой кусок мяса, а мне - мало, почему? - Сказал бы ты тоже джижа, и я бы тебе дал большой кусок.

Кроме того, ассоциации фоноаккустических звуков и [а], реализуемых в словах джижа и зиза вызывают представления о чем-то большом и маленьком соответственно, поэтому кударец получает большой кусок мяса, а иронец - маленький.

Расхождения в фонетических системах говоров являются частым предметом шуток, насмешек и основанием для появления анекдотов, носителей разных говоров друг о друге.

Такого рода анекдоты чаще бытуют у носителей ксанского и кударского говоров, которые локализуются в основном в Южной Осетии - ксанские свистящие аффрикаты (ц, дз, цъ) в кударском говоре перешли в шипящие спиранты (ш, ж, чъ).

Осетинский язык Перевод на русский язык

Ксанский говор Кударский говор

Ксанец: Цыма ацы марцрутка ЦУМы цурма цауы? Кударец: Найы, ашы маршрутка Штыбайы шурма шауы? Ксанец: Интересно, это маршрутка едет до ЦУМа? Кударец: Нет, эта маршрутка едет на Штыба?

Диалог происходит между южными осетинами - носителями разных говоров на территории Северной Осетии. Объекты, упоминаемые в анекдоте, расположены городе Владикавказе на расстоянии приблизительно одной осановки. Смеховой эффект достигается выбором названий мест носителями разных говоров иронского диалекта и чередованием фонем, характерных для данных говоров - ц для ксанско-го и ш - для кударского.

Необходимо упомянуть, что чаще в осетинских этнических анекдотах главным персонажем является кударц, образ которого, как правило, маркируется негативно.

Анекдоты в североосетинском лингвокультурном сообществе имеют хождение большей частью на русском языке, однако, если в анекдоте в качестве главного персонажа предстает кударец, имеет место вкрапление соответствующего говора осетинского языка.

Кударский говор иронского диалекта Перевод на русский язык

- Кударец: шшшшшшызœгъ, œmœ dœ ауаж-джынœн Поймал как-то кударец змею... - Змея ему: ццццццсс.... Кударец: скажи шшшшшшш, и я тебя отпущу

В вышеприведенном анекдоте, рассказанном от лица северного осетина, звучит подтрунивание над особенностями кударского говора: свистящий аффрикат кур-татинского говора [с] в кударском переходит в шипящий спирант [ш]. На основе приема гиперболизации носитель куртатинского говора акцентирует стремление кударцев насаждать свой говор в североосетинском обществе, что и становится объектом осмеяния северных осетин: в данном анекдоте кударец даже змею заставляет шипеть «по-кударски».

Незначительное количество лексических расхождений на лексическом уровне между диалектами и говорами осетинского языка, также отражены в анекдотах.

Кударский говор иронского диалекта Перевод на русский язык

Кударец: - оу, ти, yœ Красный площадь ма мын бавдисут! -Кударец: - ай йœма, адонимж лжг куыд жура?!... Кударец в Москве. Кударец: - эй, ты, покажите мне вашу Красную площадь! В ответ ему (на русском): - извините, я вас не понимаю... Кударец: - ну и ну, и как тут с ними разговаривать!

Данный анекдот рассказывается от лица северного осетина, что маркируется использованием глагола бавдисут «покажите» (куртатинский говор осетинского языка), в отличие от глагола фенын канут, применяемого южными осетинами в подобном контексте.

Речь кударца отражает признаки кударского говора - жура (куртатинский говор, от зура «разговаривать»). Произносимое кударецем единственное слово на русском - местоимение ты как [ ти], с характерным для кавказца смягчением согласной, влекущем искажение фонетической формы слова.

Комический эффект достигается благодаря абсурдности ситуации - кударец возмущается тем, что в Москве не понимают осетинского языка. Такая ситуация в представлении северных осетин соотносится с негативным образом «дикого» кударца и вызывает смеховую реакцию.

В следующем анекдоте высмеивается незнание кударцами из некоторых районов Южной Осетии русского языка.

Кударский говор иронского диалекта Перевод на русский язык

Кударец: - Шы-шы?!! Кударец говорит: Чи у чи уышы Рота? Сыст№т-ма, №м№инн№ты фын№й канын бауажат! Кударец в армии. Заходит командир и кричит: «Рота подъём»!!! - Что-что?!! Командир второй раз повторяет: «Рота подъём»!!! Кто этот Рота, кто? Пусть встанет и даст другим спокойно поспать!

Кударец, плохо владеющий русским языком, воспринимает лексему рота как имя собственное, подвергая его персонификации. Смеховая реакция усиливается поведением, за счет узнавания образа кударца, характеризуемого в обыденном сознании как нарушителя порядка.

Анализ этнических анекдотов показал, что существующие смеховые тексты, отражающие расхождения между говорами на фонетическом и лексическом уровнях, служат подтверждением сложившейся стереотипной оппозиции «свои - чужие», усиливающейся по мере территориального отдаления носителей данных говоров.

Анекдоты территориально близких носителей ксанского и кударского говоров друг о друге расказаны в более мягкой тональности - и их целью является дружеское подтрунивание; вместе с тем анекдоты носителей куртатинского и кударско-го говоров друг о друге отражают неприятие, негативную оценку и приобретают сатирический оттенок. Таким образом, автосростереотипы на примере энических анекдотов утверждают «свои» говор и наречие как исключительно «правильный», единственно возможный, а гетеростереопипы отвергают «чужие» говоры и наречия как «неправильные», нарушающие норму осетинского языка, поэтому подвергающиеся осмеянию и отторжению.

Наиболее частотны анекдоты с участием кударца как типизируемого персонажа в лингвокультурном сознании осетин. Его коммуникативные вербальные и невербальные признаки генерализуются и прецидентизируются.

Литература

1. Анекдоты про осетин [Электронный ресурс]: http://4demotivator.ru/forum/thread 47-4.html.

2. ДземидокБ. О комическом. М.: Прогресс, 1974.

3. Кавказские анекдоты.[Электронный ресурс]:http://www.paneravis.ш^bshestvo /247637/1/Kavkazskie-Anekdoti.

4. Камболов Т.Т. Языковая ситуация и языковая политика в Северной Осетии: история, современность, перспективы: Монография / Под редакцией доктора филологических наук М.И. Исаева; Северо-Осетинский государственный университет. Владикавказ: Издательство СОГУ, 2007, 290 с.

5. Кулаев Н.Х. Основные этапы развития и источники обогащения осетинского литературного языка // Известия СОНИИ. Т. 18. Орджоникидзе: СОНИИ, 1956. С. 208-212.

6. Осетинский язык - Википедия [Электронный ресурс]: ru.wikipedia.org/wiki/Осе-тинский язык.

7. Плотникова С.Н. Онтологический статус комического в коммуникации. Речевое общение: специализированный вестник / Под ред. А.П. Сковородникова. 2011. Вып. 13 (21): Красноярск. С. 6-33.

8. СлышкинГ.Г. Лингвокультурные концепты прецедентных текстов. М.: Academia, 2000. 141 с.

9. Статусы про Осетию [Электронный ресурс]: http://piar-kino.ru/publ/16-1-0-784.

10. Сравнительные особенности наречий и говоров иронского диалекта [Электронный ресурс]: http://ru.wikipedia.org/wiki/Иронский_диалект.