Судьбу ОПЕК решили по умолчанию

Вчера в московском "Президент-отеле" нефтяники договаривались с Михаилом Касьяновым об облегчении налогового бремени и перспективах нефтяного рынка. Договорились создать совместную рабочую группу. А вопрос о возможном увеличении экспорта вслух не обсуждался — и так ясно, что с 1 апреля он вырастет. Только ОПЕК об этом раньше времени знать не должна.
       
       Начал премьер с того, что сообщил нефтяникам, какую долю в экономике страны занимают возглавляемые ими компании. Оказалось, что не более 30%, в то время как в 90-е годы, "во времена сумбура в стране", считалось, что Россия на 70-90% зависит от нефтяного комплекса. Такое сокращение премьер считает нормальным, поскольку в норму пришли экономические процессы в стране. Михаил Касьянов не забыл отметить, что в прошлом году объем добычи нефти вырос на 7,7%, а доля ее переработки возросла на 4,5%. По его мнению, в прошлом году Россия сумела укрепить свои позиции на мировом рынке. Закончив речь для телекамер, премьер перешел к делу. "Ну что, есть желание сокращать экспорт?" — в его басе проскользнул легкий смешок. Ответа не последовало. На этом, собственно, обсуждение проблемы, сокращать или не сокращать России свой экспорт по просьбе ОПЕК и во втором квартале, и закончилось. Как рассказал Ъ один из участников встречи, такое молчаливое согласие (даже Вагит Алекперов, придерживающийся мнения, что ограничивать экспорт и даже добычу все же необходимо, промолчал) только укрепило общую уверенность, что на самом деле решение давно уже принято. Недаром же и добыча нефти в январе по сравнению с декабрем, вопреки общему падению производства, выросла на 8%.
       Дальше нефтяники стали рассказывать Михаилу Касьянову, вице-премьеру Виктору Христенко и министру энергетики Игорю Юсуфову о наболевшем: о налогообложении, лицензировании, тарифном и нетарифном регулировании. Говоря о своих проблемах, все участники встречи исходили из того, что в ближайшее время Россия должна наращивать добычу нефти. Претензий набралось с полтора десятка. Глава ЛУКОЙЛа Вагит Алекперов выступил с инициативой не откладывать их решение в долгий ящик. Для чего, по его мнению, нужно создать специальную рабочую группу. Премьер отреагировал немедленно: тут же поручил Игорю Юсуфову сформировать эту группу из представителей заинтересованных министерств, нефтяных компаний и включить туда депутатов и сенаторов. Представители парламента, кстати, вчера тоже приняли участие в обсуждении. Возглавит группу Виктор Христенко. Займется она как совершенствованием энергетической стратегии на 20 лет вперед, так и более насущными делами — разработкой необходимых нефтяникам изменений в законодательстве. Речь, прежде всего, идет о введении понятия дифференцированной рентной платы за пользование недрами, которая должна учитывать все аспекты: глубину залегания, трудоемкость извлечения запасов и многое другое. В стратегическом плане наметили переход от продажи сырой нефти к экспорту нефтепродуктов и решили, что через 18 лет глубина переработки нефти в России должна вырасти с нынешних 71% до 85%. На том и разошлись.
       Выходившие из зала главы компаний, ссылаясь на занятость, исчезали, не сказав ни слова. Похоже, присутствие премьера автоматически накладывало на них обет молчания. Хотя и временный. За них говорить пришлось Игорю Юсуфову. Он еще раз подчеркнул, что до 1 апреля Россия будет самым строгим образом придерживаться рамок экспорта, согласованных с ОПЕК, а вот после будет видно. "Этот вопрос будет решаться в ближайшее время у премьера, но в более узком формате",— пояснил он. И намекнул, что российская нефть будет искать новых покупателей: согласно прогнозу Международного энергетического агентства, рост мировой экономики в этом году составит 1,6%, а в следующем и того больше — 3,9%. При этом то же агентство, сообщил господин Юсуфов, прогнозирует установление со второй половины этого года долгосрочной сбалансированной среднегодовой цены на нефть в размере $20 за баррель, что вполне устраивает Россию. Поставлять нефть Россия готова всем, даже Америке. Правда, как посетовал господин Юсуфов, "в стране нет ни одного глубоководного порта, куда могли бы зайти 200- и 300-тысячетонные танкеры".
       
       АЛЕНА Ъ-КОРНЫШЕВА