Новые материалы к истории поселения старообрядцев (семейских) Забайкалья

THE ETHNOSOCIAL PROCESSES AMIDST ESTONIANS IN THE MIDDLE SIBERIA'S SOUTH AND CENTRAL REGIONS IN THE SECOND HALF OF THE 19th

— FIRST THIRD OF THE 20th ^.

N.A. Barantzeva

This article is devoted to reconstruction of ethnic-social processes among the Estonians in the Middle Siberia's south and central regions in the second half of the 19th — first third of the 20th ^. At the same time, the work examines the main sources of formation of the Estonian population in the region, its quantity, geographic locality of settling, dynamics of urban and rural population. The social-economic, cultural characteristics as well as conditions of life essential for evolution of the Estonians are under consideration. Beside there discovered the mechanisms aimed at preserving nationality, strengthening ethnic self-consciousness.

© 2008

Ф.Ф. Болонев

НОВЫЕ МАТЕРИАЛЫ К ИСТОРИИ ПОСЕЛЕНИЯ СТАРООБРЯДЦЕВ (СЕМЕЙСКИХ) ЗАБАЙКАЛЬЯ

Заселения Забайкалья русскими, в том числе старообрядцами, происходило в русле российской государственной геополитики, целью которой было закрепление России на восточных рубежах и хозяйственное освоение азиатских провинций. Переселение русских из Европейской России за Байкал имело добровольный и принудительный характер. Старообрядцы переводились в эти места семьями, вот почему за ними и закрепилось название «семейские». Они стали невольными участниками процесса колонизации Забайкалья.

О старообрядцах Забайкалья написано много историко-этнографических работ, но до сих пор даты их поселения в этом краю вызывают много вопросов. Первые сведения о семейских мы находим у П.С. Палласа, который путешествовал в этих местах в 1772 г.1. Некоторые сведения о них приводят декабристы, которые останавливались в семейских поселениях во время их перехода из Читы в Петровский Завод. Имеются данные о старообрядцах Забайкалья у писателя и этнографа С. В.Максимова в его книге «Сибирь и каторга». Богатый материал об этой группе содержится в публикациях П.А. Ровинского; интересные данные опубликованы В. Гирченко. Ценный документ найден и издан

Н.Н. Покровским. Отдельные факты о поселении семейских найдены в архивах и опубликованы М.М. Шмулевичем и А.А. Лебедевой.

Некоторые аспекты водворения старообрядцев из Польши в Забайкалье были рассмотрены автором в ряде публикаций2 (Болонев. 1985, 1992, 1994, 2004). В научный оборот были введены уникальные документы, среди которых — данные исповедных росписей.

Весной 1981 г. в Центральном государственном архиве Бурятской АССР (ныне Национальный архив Республики Бурятия — НАРБ) в фонде Тарбага-тайского волостного правления (№ 207) найден документ «Росписи Тарбага-тайской Зосимо-Савватиевской церкви прихожанам разных селений». В нем были представлены исповедные росписи за 1746—1779 гг. Росписи велись по годам, но некоторые списки в них отсутствуют. При прочтении удалось разобрать имя того человека, кто составлял эти росписи за 1768 г. — им был дьячок Александр Рещиков. Роспись прихожан, бывших у исповеди во святую четыре-десятницу и в прочие два поста, Петров и Успенский, имеет огромное значение, т.к. в ней впервые приводятся полные списки старожилов, казаков и «новопоселенных, выведенных ис поляков» старообрядцев.

Как известно, исповеди в Русской православной церкви уделялось очень большое внимание и не только для укрепления религиозной веры или для сохранения морального облика верующих. Согласно одному из принятых Петром I дополнений к Указу от 28-го апреля 1722 г. церковнослужители под угрозой наказания обязывались доносить властям об открытых на исповеди «злых намерениях», клонящихся к «измене или бунту на государя».

В инструкции, изданной Синодом, по этому поводу говорилось: «Естли кто при исповеди объявит духовному отцу своему некое несделанное, но еще к делу намеренное воровство, наипаче же измену или бунт на государя или на государство» и «намерения своего не отлагает», то духовник обязан тотчас же «тайно сказать» в надлежащем месте «чин и имя» сего «злодея», который «без всякого медле-ния пойман и заарестован быть должен». Петровская церковная реформа узаконила полицейские функции духовенства3.

Исповедь являлась одним из способов политической слежки за умами и настроениями людей. Русские люди, особенно в Сибири, это прекрасно понимали и на исповедь под разными предлогами не являлись. Старообрядцы же, будучи гонимыми, демонстративно игнорировали эту «духовно-полицейскую» процедуру. В некоторых из найденных росписей, где были записаны старообрядцы, в графе «кто был у исповеди и у святаго причастия» значилось: «не были все». Это было отмечено в реестрах с 1765 по 1779 гг.

Но в списке за 1765 г. (в котором цифра 5 прописана нечетко), впервые была обнаружена важная запись — «новопоселенные ис поляков с их семейством». Представляется наиболее вероятным отнесение даты поселения старообрядцев именно к 1765 г. Этот год назвали поселенные в Тарбагатае старообрядцы в своих ответах в 1795-м г. по данным Государственного архива Иркутской области (ГАИО), Фонда Иркутской духовной консистории (№ 50)4.

Первоначально семейские были размещены в пяти селениях: Тарбагатай-ской слободе — будущий волостной центр, Куйтуне — одной из самых крупных деревень Забайкалья, Куналее, Десятниково и Бурнашево. Затем уже из этих деревень началось расселение их в другие места — Сундуринское (после за ним закрепится название Надеино), Жирим, Брянское, Пестерево и др.

По данным росписей, в Куйтунскую деревню прибыло 205 человек мужского пола и 192 женского пола. Всего 397 человек. Документ позволяет уточнить сведения официальной статистики. Так, в «Ведомости», присланной генерал-майору Ивашеву от генерал-майора Якобия показано, что в Куйтунской

деревне число душ «мужеска пола 206 человек, а женска пола — 93, всего 299 человек». Следовательно, в упомянутой «Ведомости» по чьей-то оплошности была допущена описка. На это обратил внимание и В.М. Пыкин в недавних публикациях5.

В обнаруженной в ЦГАДА Н.Н. Покровским «Ведомости» показано «сколко выведенных из Полши россиских беглых людей...в Сибирь отправлено было». «Из Калуги отправлено в разных партиях 10917 человек. Из того же числа, следуя до Тобольска померло и бежало 2690». «В Тобольске в формирующиеся Томской и Селенгинский полки годных в службу с их семейством определено 3955 человек. За неспособностью быть в службе отправлено на поселение в Селенгинское ведомство 2949 человек» 6.

В Тарбагатайскую же волость и причисленные к ней деревни, согласно исповедной росписи, было поселено в 1765 г. 824 человека «новопоселенных из поляков». Данные исповедной росписи за 1765 г. были обсчитаны и сведены в таблицу 1. Приведенные в ней цифры дают впечатляющую картину переселения.

Таблица 1

ДАННЫЕ О ПЕРЕСЕЛЕННЫХ «ИЗ ПОЛЯКОВ» В 1765 Г.

Название селений Число поселенных Се- мей Вдов Вдов- цов Си- рот Оди- ноких Дворов

М. Ж Всего

Тарбагатайская слобода 50 53 57 58 107 111 31 9 12 6 17 80

Куйтун 205 206 192 93 397 299 113 31 10 49 16 40 44 30

Куналей 100 99 105 104 205 203 61 18 2 30 13 26 —

Десятниково 35 36 31 33 66 69 15 5 — 7 1 26 —

Бурнашево 22 21 27 29 49 50 13 7 3 15 — 7 —

Итого 412 412 824 233 70 15 113 36 98

Надеино 1768 г. (по Покровскому) 15 17 32 9 по Палла-су 1772 г.

Пестерово 6 по Палла- су

Расчеты сделаны 199 об. - 214. Данные, обознач с. 111-112), по и< юннь спове; іе ку Л Й ^ О £ _ 5 & Итого: 234 осписи 1765 г. НАРБ. Ф.207. С і, заимствованы у Н.Н.Пок] .о 4 ё ., к 1с .в по /*-ч СЪ 1616, л. (1975,

Новые материалы, обнаруженные автором летом 2007 г. в Национальном архиве Республики Бурятия, позволяют детализировать проблему переселения старообрядцев в Забайкалье. Из найденных документов следует, что в начале сентября 1767 г. в ордере секунд-майору и Удинскому коменданту Мертвецову полковник Варфоломей Якобий писал: «по силе государственных узаконениев наступило время полку Селенгинскому и артиллерийской полевой команде к выступлению из компамента на зимние квартиры... в связи с «малоимением в городе квартир... расположить другие ис полку роты в уезде по деревням и в близости вновь приводимых из Полши беглых людей селениев», «расположить их (эти роты, курсив мой — Ф.Б.) решено поблизости и способности кмагазеинам в следующие места вверх по Чикою в Кударинской слободе и принадлежащую к ней непоотдаленно-сти Удинска в Тарбагатайскую, Бурнашеву, Десятникову и Пестереву деревни од-ное да в Куналейскую и Куйтунскую одное же (т.е. по одной роте — Ф.Б.). В Удинск и в Ытанцинский острог с принадлежащей к оной деревням по две: и которые должны во время того в тех местах бытия провиант получать...»7.

Из ордера следует, что какая-то группа старообрядцев уже проживала в местах, где были расквартированы военные. Новые документы подтверждают, что первые поселения в Тарбагатайских деревнях приходятся на 1765 г. Из них следует, что 9 сентября 1767 г. шестая мушкетерская рота под командой подпоручика Ермолая Швеенкова прибыла в Куналейскую и Куйтунскую деревни и расположилась постоем на зимние квартиры в домах жителей названных деревень.

Подпоручик Швеенков 12 сентября 1767 г. рапортовал в Удинскую комендантскую канцелярию о том, что «ему велено по выступлении из компамента Се-ленгинского пехотного полку с шестою мушкетерскою ротою в назначенные его превосходительством Варфоломеем Валентиновичем Якобием на зимние квартиры в Куналейскую и Куйтунскую деревни. Куда сего месяца 9-го числа и прибыл по оным деревням с показанною ротою расположился и у кого и кто именно ныне постоем находится для подлежащего сведения список при сем представляю»8.

К данному рапорту «для надлежащего сведения» представлены следующие именные списки хозяев, в чьих домах расположились мушкетеры и «кто именно постоем находится».

Список именной

Селенгинского пехотного полку шестой роты состоящих в Куналейской и Куй-тунской деревнях ротным чинам... на сентябрь квартирах а кто он имены и у кого на квартирах расположен значит под сим.

№ Чьи домы Число покоев Кто имены на квартирах состоят

1. В Куналейской деревне Пашенного Петра Медведева — у него же во особливо построенном от квартиры амбаре, ротной ценкауз 1 Подпоручик Ермолай Швеенков

2. Вдовы Татьяны Патрахиной 1 Сержант Иван Григорьев

3. Пашенного Петра Золотарева 1 Каптенарист Борис Дрогалев, мушкатир Михайла Авдеев

№ Чьи домы Число покоев Кто имены на квартирах состоят

4. Пашенного Семена Прорубина 1 Барабанщик Максим Нестеров Цирюльник Марко Гурьев Мушкатиры:

5. Поселенного Гаврилы Гребенникова 1 Гаврила Гребенников Тимофей Зубин

6. Отставного солдата Петра Булгакова Андрей Купреянов, Федор Купреянов

7. Отставного солдата Якова Хороших Федор Бондырев, Ефим Кушнерев

8. Посацкого Никифора Родионова 1 Кондратей Репин, Савелий Иванов

9. Пашенного Григорья Ловцова 1 Фома Зубакин, Мокей Иванов

10. Поселенного Ивана Сластина 1 Василей Мануилов, Семен Гончаров

11. Поселенного Савелья Аленникова 1 Гаврило Иванов, Семен Мазин

12. Поселенного Юды Архипова 1 Никифор Денисов, Трофим Анофриев

13. Бахтинского цехового Федора Нифан-това 1 Семен Федоров, Федор Яковлев

14. Бахтинского цехового Еремея Иванова 1 Алексей Федоров, Евтифей Шкуратенков

15. Поселенного Алексея Шурыгина 1 Федор Андреев, Григорей Ильин

16. Поселенного Мирона Назарова Иван Назаров, Терентей Тарасов

17. Поселенного Евдокима Афонасьева 1 Артамон Иванов, Семен Федоров

18. Разночинца Григорья Гатилова 1 Антроп Ильин, Фома Бондырев

19. Посацкого Архипа Старикова 1 Андрей Максимов Исай Цуканов

20. Пашенного Семена Малцова 1 Оставлена под приезд господина майора Налабордина

Одна квартира — покой оставлена под приезд господина майора Налабордина9.

Как видно из документа, в Куналейской деревне в 20 домах расположились на квартирах 37 человек во главе с подпоручиком Е. Швеенковым. Приведенные выше рапорт и «именной список Селенгинского пехотного полку ротным чинам, состоящих в Куналейской и Куйтунской деревнях на зимних квартирах», представленные подпоручиком Е. Швеенковым в первой декаде сентября 1767 г., раскрывают многие неизвестные до настоящего времени факты о первопоселенцах названных выше деревень: о казаках, пашенных крестьянах, о разночинцах, а главное — сообщают о поселенных раньше в Куналейской деревне старообрядцах, которые к этому времени обзавелись домами, пригодными для постоя на зимних квартирах разных чинов и мушкетеров шестой роты Селенгинского полка.

Примечательно, что домохозяева-старообрядцы, поименованные в данном документе как поселенные здесь в 1765 г., зафиксированы были и в исповедной росписи. Среди них Савелий Аленников, Иван Сластин, Юда Архипов, Алексей Шурыгин, Мирон Назаров, Евдоким Афонасьев и Гаврила Гребенников. Все они из числа «новопоселенных ис поляков»10.

По сведениям, поступившим от посельщиков Верхнеудинского округа разных ведомств генерал-майору Лариону Тимофеевичу в 1794 г., старообрядцы разных селений сообщали, что они «родились и выросли между старообрядцами, а приведены и поселены назад тому лет с тридцать по означенным местам числом до пяти тысяч»11. Затем старообрядцы каждого селения приводят информацию о том, как они живут.

Крестьяне-старообрядцы деревни Куналейской 4 февраля 1795 г. сообщали: «живем мы сами особо, а только имеются между нами старожил православных шесть семействов»12. В списке, составленном подпоручиком Ермолаем Швеенковым, названы те пашенные крестьяне Куналейского селения, которые являлись «православными старожилами». Вот их имена: Петр Медведев, вдова Татьяна Патрахина, Петр Золотарев, Семен Прорубин, Григорья Ловцов, Семен Малцов. Кроме них в деревне в 1767 г. проживали два отставных солдата Петр Булдаков и Яков Хороших, «посацкие» — Никифор Родионов, Архип Стариков, «цеховые» — Федор Нифонтов, Еремей Иванов и разночинец Григорья Гатилов. Все они входили в число первых жителей Куналея.

Новые материалы свидетельствуют, что группа старообрядцев, выведенная из Польши, была поселена в Тарбагатае до середины 1760-х гг.. Косвенным подтверждением этому служат данные по истории Забайкальского казачества Зуева А.С. Ссылаясь на столичные архивы и Государственный архив Читинской области, он пишет, в частности, «о полицейских обязанностях забайкальских казаков, которые начались с 1758 г., когда в Нерчинском уезде появилась первая партия сосланных туда на поселение старообрядцев-семейских»13.

Ранняя дата водворения старообрядцев не противоречит данным о более поздних переселениях, на которых настаивает ряд авторов. Следует признать, что переселение семейских — «польских колонистов» в Забайкалье проходило многоэтапно. Основные группы были поселены здесь в 1767 г., но и до этого времени, как свидетельствуют документы и исследования сибиреведов14, имели место перемещения отдельных групп старообрядцев из Европейской России и из Польши.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Паллас П.С. Путешествие по разным провинциям Российского государства. Ч. 3, половина первая. СПб., 1788. С. 225—231.

2. Болонев Ф.Ф. Семейские. Улан-Удэ, 1985; его же. Старообрядцы Забайкалья в XVIII-ХХвв. Новосибирск, 1994; (переиздание — М., 2004).

3. Церковь в истории России (IX-1917 г.) Критические очерки. М., 1967. С. 181-182.

4. ГАИО. Ф. 50. Т. 7, Д.40.; Болонев. Старообрядцы Забайкалья в XVIII-XX вв. М., 2004. С. 4-5.

5. Пыкин В.М. Важный источник по истории Тарбагатайских старообрядцев // Ис-

тория, культура и язык старообрядцев Забайкалья. Улан-Удэ, 2000. С. 30—32; Пы-кин В.М. К вопросу о времени поселения в Забайкалье старообрядцев-семейских II Старообрядчество: история и современность, местные традиции и зарубежные связи. Улан-Удэ, 2007. С. 140-147.

6. Покровский Н.Н. К истории появления в Сибири забайкальских «семейских» и алтайских «поляков» || Изв.Сиб.отд. АН СССР. Серия общественных наук. № 6. Вып. 2. Новосибирск, 1975.С.111.

7. НАРБ Ф. 88. Оп. 1. Д. 16. Л. 52.

8. НАРБ Ф.88. Оп. 1. Д.16. Л. 55.

9. НАРБ Ф. 88. Оп..1. Д. 16. Л.55 об.

10. Болонев. Семейские; Болонев. Старообрядцы Забайкалья в XVIII-XX вв. Новосибирск, 1994. С. 124.

11. ГАИО. Ф.50. Оп.7. Д.40. Л.1.

12. ГАИО. Ф.50. Оп.7. Д.40. Л.23.

13. Зуев А.С. Русское казачество Забайкалья во второй четверти XVIII — перв. пол. XIX вв. Новосибирск, 1994. С. 97.

14. Воробьев В.В. Формирование населения Восточной Сибири (географические особенности и проблемы). Новосибирск, 1975. С. 123.

NEW MATERIALS ON THE HISTORY OF SETTLEMENT OF OLD BELIEVERS (THE FAMILIES) OF TRANSBAIKALIA

F.F. Bolonev

The article is about resettlement of the Russian from the European Russia to Baikal. The process had both voluntary and compulsory character. Old Believers were moved to those places by the whole families, that is why they had a fixed name «the families». The resettlement of «the Polish colonists» to Transbaikalia had a multistage character. The basic groups were lodged here in 1767, but as far as the documents and researches testify, the moving of the separate groups of Old Believers from the European Russia and from Poland took place either.