Политическая антропология в теории культурной политики

Н. В. Ижикова

Политическая антропология в теории культурной политики

Проблема человеческого измерения политики, соотношения целей «большой политики» с запросами личности, ценностями индивидуального блага требует гуманитарной и антропологической экспертизы. Этим в настоящее время занимается политическая антропология, изучающая сам феномен политического, место человека в нем, но, прежде всего, человека как политически активного существа.1 Г. Е. Зборовским определяется содержательный центр культурной политики - «способствовать развитию каждого конкретного человека».2

В системе современного политического знания политическая антропология, изучает «человека политического» как субъекта политического творчества, его возможности и границы, специфику его воздействия на социальную и духовную среду общества. В рамках дихотомии субъект-система политическая антропология представляет сторону субъекта.3 Нас интересует «человек политический», отличающийся широким диапазоном своих мотиваций, которым движет не только экономический интерес, но и интересы национальные, культурные, демографические как субъект культурной политики.

1 Гуторов В. А. Об антропологическом измерении политики: «спор древних и новых» и некоторые его итоги на рубеже ХХ-ХХ1 веков // Россия и Грузия: диалог и родство культур: сборник материалов симпозиума. Вып. 1. / под ред. Парцвания В. В. - СПб.: Санкт-Петербургское философское общество, 2003. -С.75-85. С. 81. [Электрон. ресурс] - Режим доступа к стр.: http://anthropology.ru/ru/texts/gutorov/georgia_06.html; См. Так же: Бадовский Д. В. Политическая антропология / под ред. Ильина В. В. - М., 1995.; Фельдман Д. М. Человеческое измерение мировой политики // Вестник Московского университета. Сер.12, Политические науки. - 2003. - № 4. - С.15-27.

2 Зборовский Г. Е. Социальная политика и ее культура // Политика и культура: Сб. науч. тр. - Екатеринбург УрГУ - 1990. - 144 с.

3 Панарин А. С. Философия политики: учебное пособие для политологических факультетов и гуманитарных вузов. - М.: Новая школа, 1996. - 424 с.; См. так же: Коноплин Ю. С. Политическое в теории и истории политической науки: антропологический подход / Моск. пед. гос. ун-т. - М., 1996. - 189 с.; Полякова Н.В. Политическая антропология классического консерватизма: сравнительный анализ европейской и российской традиции // Философия и социально-политические ценности консерватизма в общественном сознании России (от истоков к современности). Сборник статей. Вып. 1. - под ред. Ю. Н. Солонина. -СПб.: Изд-во СПбГУ, 2004. - С.119-141 [Электрон. ресурс] - Режим доступа к стр.: http://anthropology.ru/ru/texts/polyakova/conserv_08.html

186

Поиск средств «культурной адаптации» человека в достижениях техногенного мира и информационной цивилизации стимулировало развитие в большинстве стран мира комплекса культурно -антропологических наук и переносом их интереса с человека-продукта культуры на человека-творца культуры, высоко образованного, культурного и в условиях перехода к гражданскому обществу занимающего активную гражданскую позицию. Субъектом культурной жизни выступает сам человек. В 60-70-е годы при трактовке проблем общественного развития не уделялось должного внимания созидательной энергии самого человека, его личной ответственности за все происходящее в обществе, но абсолютизировалось влияние на него внешней окружающей среды.

Современная «магистральная» линия культурно-политических действий направлена на средний возраст с четко выраженной трудовой занятостью,1 с наибольшим доходом, для которого и реализуются мероприятия в сфере отдыха после работы, рекреации, досуга, развлечений. Отрасль культуры в своем ведении другие категории населения предполагает только в рамках межведомственных связей с министерствами соцзащиты (пенсионеры) и образования и по делам молодежи. Режим культуры до сих пор не включен на институциональном уровне и задействован лишь попутно. Индивид как субъект культуры довольно раннего возраста, предоставлен самому себе.

Культурная активность личности - субъекта культурной политики

Исходя из понимания качеств человеческого материала определяется природа и цели самой политики, которая описывается в целом либо в положительном, либо негативном смысле.2 Переосмысление содержания культурной политики в обществе сфокусировано от идеологического развития и культурного поддержания к стимулированию культурной активности людей. При этом значима культура не только в качестве «духовного производства», но и жизнедеятельности. Культура - это совокупная общественная и индивидуальная деятельность по реализации потенций и способностей, заложенных в человеке.3

1 Справедливости ради, отметим, внимание к школьникам, но не к детям вообще.

2 Полякова Н. В. Политическая антропология классического консерватизма: сравнительный анализ европейской и российской традиции // Философия и социально-политические ценности консерватизма в общественном сознании России (от истоков к современности). Сборник статей. Вып. 1. / под ред. Ю. Н. Солонина. -СПб.: Изд-во СПбГУ, 2004. - С.119-141 [Электрон. ресурс] - Режим доступа к стр.: http://anthropology.ru/ru/texts/polyakova/conserv_08.html

3 Флиер А. Я. Культурология для культурологов: учебное пособие для магистрантов и аспирантов, докторантов и соискателей, а также преподавателей культуро-

187

Каждая личность становится культурным политиком по отношению к себе, по отношению к социальной группе, по отношению к государству, если прибегнуть к глубокомысленному заявлению Э. Фромма: «В искусстве жизни человек - и творец, и предмет своего искусства; он - и скульптор, и мрамор; и врач, и пациент»1, при этом человек - творец самого себя и для себя живет в обществе. Сущность политики состоит «в реализации свободы человека, выступающего одновременно в качестве субъекта и объекта власти».2 Перефразируем слова В. А. Гуторова, суть культурной политики. Благотворное влияние на этот процесс должна осуществлять государственная культурная политика, ибо это специфическая деятельность государства, направленная на реализацию права каждого гражданина свободного участия в культурной жизни общества.3 В политические отношения должны вступать не только государственные чиновники, парламентарии или лидеры политических партий, но и простые граждане, любой человек, стремящийся отстоять свой частный интерес.

Основой трансформирования в состоянии российского социума в начале XXI века, на наш взгляд, в рамках современной антропологической ситуации является идея развития Человеческого Потенциала, некой инстанции управления пространством возможностей. Такой подход к рассмотрению ситуации, безусловно, легитимирует не столь популярные пока в российских регионах гуманитарные представления о развитии как о развитии Антропологического Фокуса. И вместо производственных показателей должны появиться системные гуманитарные показатели, характеризующие качество освоения форм жизни на территории того или иного региона. Один из них - введенный несколько лет назад ООН Индекс развития человеческого потенциала.4

логии. - М.: Академический Проект, 2000. - С. 16.

1 Фромм Э. Человек для себя / пер. в англ и послесл. Л. А. Чернышевой. - Мн.: Коллегиум, 1992. - С. 25.

2 Гуторов В. А. Философия политики на рубеже тысячелетий: классическая традиция и перспективы // Россия. Политические вызовы XXI века. Второй всероссийский конгресс политологов. 21—23 апреля 2000 г. - М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2002. - С. 610.

3 Принятая в 1948 году Генеральной Ассамблеей ООН «Всеобщая декларация прав человека» провозгласила в числе важнейших право каждого человека «свободно участвовать в культурной жизни общества, наслаждаться искусством», а также право каждого человека «на защиту его моральных и материальных интересов, являющихся результатом научных, литературных или художественных трудов, автором которых он является» (статья 27).

4 Индекс развития человеческого потенциала - ИРЧП (human development indicator - HDI): При его подсчете учитывается сумма трех средних показателей - уро-

188

Переход к постиндустриальной культуре, основанной не на развитии сферы услуг, информационных ресурсов, а на творческом самовыражении личности, современный мир переживал на протяжении последней трети ХХ в. К концу XX в. и природные ресурсы, и финансовые средства в этом отношении отступили на задний план, уступая главное место творческой, новаторской деятельности человека. Культурная политика, отражая идею культуры в качестве центрального компонента развития и центрального места человека в нем, открывает перспективы эффективного функционирования и организации общественной жизни. Повышение уровня культуры, важнейшей составляющей которой является обеспечение творческой самореализации человека, видится приоритетной позицией в концепции управления социальным развитием России.

В информационном обществе эксплуатация, проявляемая в способах внушения с помощью рекламы, ТВ и других средств коммуникации, запрограммированных форм поведения, ложных искаженных идеалов и ценностей, может привести к отчуждению человека от самого себя, к невозможности самореализации, к разрушению личностной идентичности, к превращению в управляемого «потребителя» и «клиента», перестающего распоряжаться самим собой. Поэтому важны культурно-политические действия по выращиванию политической воли в отношении самого себя, способности личности оказывать собственное политическое влияние внутри собственного смыслового пространства. Постмодернистские реалии информационной культуры делают значимыми политические процессы независимо от ее экономической или политической ситуации даже тогда, когда хотя бы один человек способен генерировать опережающие интеллектуальные инициативы и тем самым создавать собственное смысловое культурное пространство. Точку зрения «одного человека» нельзя назвать формой отчуждения с исключением из участия при принятии решений по жизненноважным вопросам. Исключение возможно только при закрытии доступа к культурно-социальной и культурно-политической значимой информации. Неравенство проявляется в неравных возможностях получения образования и, особенно, качественного образования в престижных учебных заведениях.

веня продолжительности жизни, уровень образования (доля грамотного населения и средняя продолжительность обучения) и уровня реальных доходов на душу населения (с поправкой на покупательную способность). Сравнение индексов долголетия, образованности и уровня жизни показывает приоритетность формирования и финансирования тех или иных программ развития на национальном и региональном уровнях. См. также: Доклад о развитии человека за 2004 год: культурная свобода в современном многообразном мире: Резюме / предисл. М. М. Брауна; рук. С. Фукуда-Парр // Безопасность Евразии. - 2004. - № 4. - С. 67-90.

Научный коллектив ГУ Высшая Школа Экономики и Фонд «Прагматика культуры» (Москва) в составе Л. И. Якобсона, Л. Г. Ионина, А. Б. Долгина в течение нескольких лет ведет активную исследовательскую, прогностическую работу по формулированию аналитических выкладок, рекомендаций в рамках государственного управления культурой. Среди многочисленных приоритетов они выделяют как ключевой - новаторский, а практику - всемерное поощрение и развитие низовой культурной активности граждан РФ, проявляющуюся в таких формах как клубы, художественная самодеятельность, креативные мастерские, краеведческие культурные программы, художественные проекты и движения, и многое другое, что способствует становлению гражданского общества. По мнению ученых, качество культурной активности людей связано не только и не столько с посещением мероприятий, организованных профессионалами культуры (выставок, статусных спектаклей и т.д.), сколько с собственным творчеством, например, с самостоятельным участием в постановках, в читательских конференциях, демонстрацией собственных живописных работ и т.п. Когда люди непосредственно вовлечены в культуру, не появляется вопрос о том, что культуру необходимо «прививать». Такого рода культурные процессы имеют самоорганизующийся и самоподдерживающийся характер. Они также экономически устойчивы, потому что опираются на непрофессиональных участников, работающих для души и от души и не предполагающих извлечение прибыли из культурной активности.1 Мы поддерживаем авторов этой концепции, так как именно такая политика культурной активности по одолению инертности, недоверия и бессилия народа требуется на сегодняшний день, временно оттеснив усилия по охране наследия, по самоцельному поддержанию отрасли ради отрасли.

Полезны в этом смысле изыскания о культурной активности доктора Б. Гэбски - заместителя директора Института социологии Шецинского университета: общество с полной трудовой занятостью переходит в общество полной активности, в котором имеются разные формы трудовой деятельности, например, работа по свободному графику, на расстоянии, на неполный трудовой день, услуги по месту жительства. Понятие «культурная активность» трактуется как равнозначное понятию «участие в культуре», т. е. «совокупность частных контактов с культурой, осуществляемых отдельной личностью из произвольно отобранного набора культурных конфигураций».2

1 Долгин А. Б., Якобсон Л. И., Ионин Л. Г. Как рационально потратить деньги на культуру. ГУ-ВШЭ, Фонд «Прагматика культуры». 21 сентября 2005, [Электрон. ресурс] - Режим доступа к стр.: http://www.polit.ru/culture/2005/09/21/culture.html

2 Гебски Б. Культурная активность: Модели анализа и интерпретации эмпириче-

190

Смысл культурной политики - в развитии трудового потенциала человека свободного, владеющего собственностью

«Проблема правительства, - писал в 80-х годах прошлого века теоретик культурной политики А. Жерар, - не приспособить человека к окружающему миру, а приспособить мир к человеку. Эта идея первенства человека, субъекта над объектом, индивидуальности над денежным интересом - не идеал кредо, а необходимость, вытекающая из всего развития общества. Следовательно, культурное развитие, т. к. оно означает развитие человека, есть одновременно и средство, и цель экономического раз-вития».1

Работоспособный термин «капитал» вплетается в осмысление гуманитарных проблем. Согласно теории человеческого капитала качество рабочей силы - один из основных факторов экономического роста. В свою очередь, качество рабочей силы определяется уровнем человеческого капитала, который включает в себя способности, знания, умения, компетенцию, присущие индивидам. Важнейшими формами его являются образование, повышение квалификации и трудовая миграция.2

Поддерживаем критическое суждение В. Я. Ельмеева о чрезвычайно популярных ныне теориях и концепциях о «человеческом капитале», об «инвестициях в человека», о «производстве человеческого капитала»: «Социальный смысл этих концепций сводится к тому, чтобы функции труда передать капиталу, что имеет своим назначением оправдание претензий капитала на прибыль».3 Действительно, сами по себе вложенные инвестиции в человека увеличивают ли его человеческий капитал? Без способности применять эти инвестиции в труде? Без труда инвестиции -не капитал. Не количество, а качество знания здесь имеет существенное значение. Только через использование знания о применении капитала в труде возможно, но не факт, производство добавленной стоимости, которая может стать потребительной стоимостью. Встает еще один вопрос,

ских данных / пер с польск. под ред. В.А.Лукова; Московская гуманит.-социальная академия. - М.: Социум, 2000. - С. 21, 26.

1 Girard A. Cultural development experiences and policies. - P. 1983. - С. 185. Цитир. по: Колосницына М. Г. Управление культурой в развитых странах // Культурная политика и художественная жизнь. - М.: Информационно-издательское агентство «Русский мир» 1996. - С. 31-41.

2 Лавриненко В. Н., Путилова Л. М. Исследование социально-экономических и политических процессов: учеб. пособие. - М.: Вузовский учебник, 2004. - С. 6.

3 Ельмеев В. Я. Противоположность труда и капитала // Будущее за обществом труда / В. Г. Долгов, В. Я. Ельмеев, М. В. Попов, Е. Е. Тарандо и др. // под ред. проф. В. Я. Ельмеева. - СПб.: СПбГУ, 2003. - С. 139.

191

могут ли знания составлять содержание капитала, и приобретение знания является накоплением чего? Это потенциальное капиталовложение может преобразоваться в капитал, а может и нет. «Осуществляется снятие прежнего экономического содержания прибыли. Оно состоит в том, что прибыль все более обусловлена не непосредственным присвоением прибавочного труда и прибавочной стоимости, «а опосредованным - через интеллектуализацию производства и экономию труда».. 1 С позиции концепции «человеческого капитала» человек с получением образования становится как бы владельцем двух фактором: труда и человеческого капитала.

Добрынин А. И., Дятлов С. А., Курганский С. А. построили критику категории «человеческого капитала» на амортизационном изъяне: «процесс износа и амортизации человеческого капитала (накопленного научно-образовательного потенциала) протекает иначе, чем у материально-вещественных ресурсов. В первые годы функционирования человеческого капитала за счет физического взросления работника, а также за счет накопления им производственного опыта, экономическая ценность запаса его знаний и способностей отнюдь не уменьшается, как это происходит с физическим капиталом, а, напротив, возрастает».2

К сожалению, труд все чаще лишается инвестиционных функций, миром экономики правят капитал и земельная рента, а вовсе не труд. Хотя перед Россией стоит масштабная проблема - развитие способности человека к труду, вложение средств в «человеческий фактор», что сегодня является самым важным параметром экономики, культуры, социума. Труд как арбитр между продуктом и общественно утверждающим себя человеком содействует тому, что посредством своей собственной деятельности человек овеществляет себя в предмете, но освоение им продукта выражается как развитие самого человека.

Культурная политика - это особый тип мышления и деятельности, выводящий общественный идеал «культурного» человека, ориентированного на труд, на конкретную целенаправленную деятельность. Здесь имеет значение индивидуальная поисковая активность человека, которая приводит к созданию культурных форм, в рамках которых совершаются действия самоопределения и самопроектирования. Вершиной способности человека к созиданию культуры американский философ Х. Арендт называла политическое действие. Используя экзистенциально -

1 Критский М. М. Человеческий капитал. - Л., 1991. - С. 116. Цит. по: Ельме-ев В. Я. Противоположность труда и капитала. - С. 139.

2 Добрынин А. И., Дятлов С. А., Курганский С. А. Методология оценки человеческого капитала // Экономика образования. Международный периодический научный журнал. 1999. - № 1. - С. 10.

антропологическую концепцию практической реализации способности человека к культурному творчеству в труде, работе и действии, она вывела утверждение, что именно в пространстве политического, в свободной публичной активности проявляется наивысшее воплощение человеческой свободы и творческих способностей.1 Ж. Эллюль также указал на приоритетность и признание «главной роли политических отношений - вот одно из общих социологических предположений, разделяемое всеми и все шире распространяющееся по миру».2 Из логики ученых выходит, что каждый человек - культурный политик, а его активность в культурно-политической деятельности зависит от имеющегося человеческого капитала. Такая позиция вполне привлекательна, другое дело, трактовки политического, в первую очередь, на обыденном уровне, уводят от реальной жизни. Поэтому согласимся с К. Манхеймом в том, что политическая культура человека связана с участием в активной политической работе, «а не с одним лишь знанием политических доктрин. Упор делается на конкретную ситуацию, требующую активного вмешательства, в котором человеку порой удастся найти себя».3

Культурная политика обращается к экономической и политической сферам с целью формирования человека - культурного политика, обладающего собственностью, культурно компетентного и политически активного и, таким образом, выполняет задачу по созиданию подлинно демократического общества с богатой культурой. Уникально творческие созидатели культуры с высокой гражданской ответственностью могут осуществлять свой выбор в соответствие со своей системой ценностей: например, отказаться от сотрудничества с теми, кто загрязняет окружающую среду. Рынок труда постепенно приобретает те черты, когда контракты становятся все более индивидуальными и индивидуалистичными, трудовое соглашение - это акт самовыражения. Вопрос о социальных организациях имеет принципиальное значение, поскольку речь идет о взаимовлияниях в условиях гражданского общества.

1 Золотов А. А. Проблема взаимосвязи культуры и политики в философии Х. Арендт. Автореферат на соиск. уч. степ. канд. филос. наук. - М., 2000. - С. 17.

2 Эллюль Ж. Политическая иллюзия. / пер. В. В. Лазарева. - М. NOTA BENE Media Trade Co, 2003. - С. 44

3 Манхейм К. Избранное: Социология культуры. М., СПб.: Университетская книга, 2000. - С. 218.