К вопросу о понятии показаний в уголовном судопроизводстве России

Библиографический список

1. Сеченов И.М. Избранные философские и психологические произведения / И.М. Сеченов. — М., 1947.

2. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии / С.Л. Рубинштейн. — М., 1946.

3. Кудрявцев В.Н. Причинность в криминологии / В.Н. Кудрявцев. — М., 1968.

4. Белкин А.Р. Теория доказывания / А.Р. Белкин. — М., 1999.

5. Головин А.Ю. Тактические ошибки в расследовании преступлений / А.Ю. Головин. — Тула, 2001.

6. Левонец В.И. Криминалистическая методология преодоления латентных ошибок: дис. ... канд. юрид. наук / В.И. Левонец. — Гродно, 1995.

7. Рябоконь В.В. Следственные ошибки и пути их устранения /

В.В. Рябоконь. — М., 1997.

8. Ширванов А.А. Нарушения закона в уголовном судопроизводстве России / А.А. Ширванов. — Тула, 2004.

E. V. Golovina

Mistakes in choice of strategy and tactic of crime investigation: subjective and psychological aspect

This article includes research of the mistakes in strategy and tactic of crime investigation in psychological point of view and author’s determination of such mistakes.

Получено 11.01.09

УДК 343.123.51

Е.Б. Гришина, адъюнкт,

К ВОПРОСУ О ПОНЯТИИ ПОКАЗАНИЙ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ РОССИИ

Рассмотрены проблема определения свидетельских показании в системе доказательств, а также соотношение понятии «доказательство» и «показания». Автор определяет показания как форму доказательства в правовой процедуре.

Ключевые слова: доказательства, показания, виды доказательств, источники доказательств, процессуальная форма, сведения, допрос.

Несмотря на то, что сведения, содержащиеся в показаниях, являются наиболее распространенными доказательствами по подавляющему большинству уголовных дел, понятие термина «показания» ни в уголовнопроцессуальной теории, ни в современном законодательстве четко не определено.

Причин такого положения несколько. Прежде всего, бесспорному определению показаний препятствует непрекращающаяся дискуссия относительно соотношения понятий «доказательство», «источник доказательства», «источник сведений о фактах», «виды доказательств».

К современному определению понятия «доказательство», закрепленному вч. 1 ст. 74 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации законодатель пришел не сразу. Этому определению предшествовала перманентная научная дискуссия и различные варианты законодательного понимания доказательств.

Анализ показывает, что эволюцию взглядов по вопросу о понятии доказательств в науке российского уголовного процесса можно условно разделить на три этапа: 1) воззрения русских дореволюционных юристов; 2) советский период с 1917 по 1991 гг.; 3) современные точки зрения российских авторов [1. С. 5].

На первом этапе наиболее известной является формулировка понятия доказательств И.Я. Фойницкого. С точки зрения этого автора понятие доказательств имеет два значения: во-первых, это средства, данные нам и служащие для того, чтобы при помощи их сделать заключение о неизвестном, искомом; во-вторых, это — умственный процесс, с помощью которого обстоятельство, искомое ставится в связь с обстоятельством известным, данным и показывается им [2. С. 162]. В последующем преобладающей становится позиция, согласно которой доказательства в уголовном процессе — это «факты», «фактические данные», при помощи которых устанавливается совершенное преступление. В частности, к такому мнению пришли В.И. Громов, С.В. Познышев, А.Я. Вышинский, М.А. Чельцов, С.А. Голунский и др. [1. С. 7]. М.С. Строгович предложил так называемое двойственное понятие доказательств: во-первых, доказательства — это «факты», во-вторых, доказательства — это «источники доказательств», с помощью которых устанавливаются эти факты — показания, заключения и т. д. [3]. Собственно с этого периода времени применительно к процессуальной форме (показаниям, заключениям и т. д.) и стал традиционно применяться термин «источник доказательств». Однако применение его в этот период вполне оправданно, поскольку в качестве доказательств понимались «факты», которые, действительно, устанавливались сведениями, выраженными в определенной процессуальной форме, в том числе и в форме показаний.

В дальнейшем наибольшее распространение и признание среди ученых получила концепция понятия доказательств, предложенная В.Я. Дороховым. Согласно ей доказательства представляют собой фактические данные (сведения о фактах, информацию о фактах, но не сами факты), содержащиеся в законно установленном источнике [4]. Немного позднее некоторые авторы высказывались за разграничение фактических данных как доказательств и источников доказательств [5. С. 20-32]. В УПК РСФСР

1960 г. доказательства определялись как фактические данные. «Фактический» буквально означает отражающий действительное состояние чего-нибудь, соответствующий фактам, а термин «данные» — сведения, необходимые для какого-нибудь вывода, решения [6. С. 130, 736]. Понятие «фактические данные» вызывало различные толкования: или доказательства — это сведения о реально существующих фактах (такое понимание чревато рассмотрением в качестве доказательств только достоверных фактов); или доказательства — это факты; или доказательства — это сведения об обстоятельствах, входящих в предмет доказывания по делу. Вероятно, это послужило переименованием в УПК РФ термина «фактические данные» на термин «сведения», который явно отражает информационное содержание доказательств.

В данный период в именовании процессуальной формы существования сведений о фактах «источником доказательств» становятся очевидными слабые места. Действительно, если сведения существуют не в той процессуальной форме, которая обозначена вч. 2 ст. 74 УПК РФ, то доказательства попросту не существует. Источник — понятие, обозначающее начало чего-либо, то откуда исходит что-либо [7. С. 250]. Процессуальная форма — неотъемлемый элемент доказательства, а не источник такового. На это обстоятельство резонно обращает внимание С.А. Шейфер [8. С. 67]. Кроме того, с точки зрения С.А. Шейфера, именование процессуальной формы существования и сохранения сведений о фактах «источниками доказательств» влечет отождествление понятия доказательств со способами их получения. В этой связи С.А. Шейфер предлагает следующее определение доказательств: «доказательства — это сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, полученные законным способом и облеченные в надлежащую процессуальную форму — в форму показаний, заключений и т. д.». Равнозначно и определение, начинающееся с формы: «доказательствами являются показания, заключения и т. д., содержащие полученные законным способом сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию». В этой связи термин «источник доказательств» более применим к физическим лицам, материальным объектам, являющимся источниками собственно информации. Таким образом, на настоящий момент стоит вопрос о том, каким термином обозначать категории, закрепленные вч. 2 ст. 74 УПК РФ: виды доказательств, виды процессуальной формы доказательств, виды источников доказательств; виды источников сведений о фактах?

Следует отметить, что сущность показаний принципиально разнится в предлагаемых определениях различных авторов. М.Л. Якуб, формулируя понятие показаний, делал акцент на процессуальной форме сведений о расследуемых событиях и действиях, сохранившихся в памяти людей, процессуальный источник, из которых следствие и суд устанавливают та-

кие сведения [9. С. 599]. М.С. Строгович рассматривал показания как делаемые на допросе сообщения по существу дела, т.е. изложение фактов, рассказ об известных фактах и событиях [10. С. 414]. В.А. Гладких, В.Я. Горжей под показаниями понимают устное сообщение лицом известных ему сведений по поводу обстоятельств дела, сделанное на допросе и зафиксированное в установленном законом порядке (использование конструкции «устное изложение сведений» дает основание полагать, что имеется в виду процесс передачи сведений, а не сами сведения) [11]. Согласно мнению A.B. Победкина, показания — это сообщение лица, обладающего указанным в законе процессуальным статусом, сделанное в ходе допроса (очной ставки), зафиксированное в соответствии с положениями уголовнопроцессуального закона, об обстоятельствах, имеющих значение для правильного разрешения уголовного дела и нормативно-определенных в качестве предмета показаний для конкретного участника процесса, а также об иных обстоятельствах, о которых допрашиваемый сообщил в ходе допроса (очной ставки) [12. С. 269].

Вторая причина отсутствия четкости в определении доказательств — законодательная техника в области доказательственного права современного законодателя. Исходя из формулировки закона показания — это сведения (ст. 76, 77, 78, 79, 80 УПК РФ). Однако доказательства также определяются законодателем через термин «сведения». Иначе говоря, законодатель определяет показания через содержание понятия доказательства. На основании этого можно было бы сделать вывод, что показания — это доказательства. Однако в данном случае возникает вопрос: можно ли считать показаниями собственно сведения, сообщенные в ходе допроса, очной ставки, однако не являющиеся доказательствами в силу неотносимости? Исходя из буквы закона некоторыми авторами делается вывод о том, что таких категорий, как показания, заключение и т. д. (ч. 2 ст. 74 УПК) просто не существует, если сведения о фактах, полученные и сохраненные в такой процессуальной форме, не являются относимыми [1. С. 20 и др.].

Представляется, что такая позиция неоправданно смешивает относимость как фактическое свойство доказательств и допустимость как их правовое свойство. Процессуальная форма одинакова как для относимых, так и неотносимых сведений. Следовательно, и то и другое — показания (или другая, обозначенная вч. 2 ст. 74 УПК РФ, процессуальная форма).

В этой связи в структуре понятия доказательств необходимо обозначить и соединить оба необходимых компонента, а именно: содержание и форму. Отсюда вч. 2 ст. 74 УПК РФ следует вместо: «в качестве доказательств допускаются», указать «данные сведения могут существовать в форме: показаний, заключений, протоколов следственных и судебных действий, иных документов, вещественных доказательств».

В ранее приведенном определении A.B. Победкина почву для дискуссий дает то, что автор определяет показания как сведения и в то же время называет показания «источником доказательств». Сведения не могут быть источником доказательства, даже под последним термином понимать процессуальную форму, как это и делает A.B. Победкин [12. С. 204].

На основании изложенного представляется возможным определить показания как процессуальную форму сообщения лица, обладающего указанным в законе процессуальным статусом, сделанного в ходе допроса (очной ставки), зафиксированного в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона, об обстоятельствах, имеющих значение для правильного разрешения уголовного дела, и нормативно-определенных в качестве предмета показаний для конкретного участника процесса, а также об иных обстоятельствах, о которых допрашиваемый сообщил в ходе допроса (очной ставки).

Библиографический список

1. Костенко Р.В. Понятия и признаки уголовно-процессуальных доказательств / Р.В. Костенко. — М.: Юрлитинформ, 2006.

2. Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства / И.Я. Фой-ницкий. — СПб., 1996. — Т. 2.

3. Шейфер С.А. Понятие доказательства: дискуссия не завершена /

С.А. Шейфер // Право и государство. — 2005. — № 1. — С. 121.

4. Дорохов В.Я. Понятие доказательств / В.Я. Дорохов // Теория доказательств в советском уголовном процессе. — М., 1966. — С. 227-267.

5. Карнеева Л.М. Доказательства в советском уголовном процессе / Л.М. Карнеева. — Волгоград, 1988.

6. Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка / С.П. Ожегов, И.Ю. Шведова. — М., 1985.

7. Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка: 80000 слов и фразеологических выражений / С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова / Российская АН; Российский фонд культуры; изд. 2-е, испр. и доп. — М.: АЗЪ, 1995.

8. Шейфер С.А. Доказательства и доказывание по уголовным делам: проблемы теории и правового регулирования / С.А. Шейфер. — М.: Норма, 2008.

9. Якуб М.Л. Теория доказательств в советском уголовном процессе / М.Л. Якуб. — М., 1973.

10. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса / М.С. Строгович. — М., 1968. — Т. 1.

11. Гладких В.К. Новый УПК: больше вопросов, чем ответов / В.К. Гладких, В.Я. Горжей // Российский следователь. — 2002. — № 1. — С. 18.

12. Победкин А.В. Теория и методология использования вербальной информации в уголовно-процессуальном доказывании: монография / А.В. Победкин. — М., 2005.

E.B. Grishina

Testimonies as a means of proving in the legal procedure

In the paper the problem of the definition of testimonies in the system of evidences, the correlation of "evidence" and "testimonies" is considered. The author bring the definition of testimonies as a means of proving in the legal procedure.

Получено 11.01.09

УДК 347.93:343.98

Ю.Л. Дяблова, канд. юрид. наук, доцент

НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ СООТНОШЕНИЯ РАССЛЕДОВАНИЯ И РАСКРЫТИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

Проанализированы понятие раскрытия и расследования преступлении, их соотношение; сделаны предложения по законодательному закреплению момента окончательного раскрытия преступления и определению промежуточных результатов.

Ключевые слова: раскрытие преступлении, расследование преступлении, момент раскрытия преступления, соотношение раскрытия и расследования преступлении.

Проблема соотношения расследования и раскрытия преступления имеет не только теоретическое, но и практическое значение.

Что касается расследования преступлений, то проблем с определением данного понятия не возникает, поскольку во многом оно четко определяется законодательными рамками.

Расследование преступлений (предварительное расследование) — это стадия уголовного процесса, на которой осуществляется процессуальная деятельность уполномоченных на то субъектов (следователя, дознавателя, органа дознания, прокурора), направленная на получение доказательств по всем обстоятельствам, входящим в предмет доказывания по уголовному делу. Схожие определения приводятся и другими авторами.

Понятие же раскрытия преступлений в литературе встречается давно, но при этом ни единообразного определения в науке, ни четкого обозначения в законе оно не получило.

По мнению И.Ф. Герасимова, понятие «раскрытие преступлений» прочно вошло в юридический язык главным образом из-за своей емкости, содержательности и краткости [1. С. 36].