Мошенничество в сфере кредитования (статья 159. 1 уголовного кодекса Российской Федерации): вопросы квалификации

Бойко Сергей Яковлевич

соискатель кафедры уголовного права и судопроизводства Чебоксарского филиала Университета потребительской кооперации

Мошенничество в сфере кредитования (статья 159.1 Уголовного кодекса Российской Федерации): вопросы квалификации

В статье исследуется специальный вид мошенничества - мошенничество в сфере кредитования, рассматриваются особенности его квалификации, анализируются вопросы его отграничения от смежных составов.

Ключевые слова: хищение, мошенничество, уголовное законодательство, кредитование.

S.Ya. Boyko, Competitor of the Chair of Criminal Law and Legal Proceedings of the Cheboksary branch of the Russian University of Cooperation; e-mail: mnn_nn@mail.ru

Lending fraud (article 159.1 of the Criminal Code of the Russian Federation): issues of qualification

One of particular kinds of fraudulence is lending fraud, the article is focused on the issues of its qualification and on the matter of its determination from the other offences. Key words: theft, fraud, criminal legislation, lending.

Постановка проблемы. Продолжая совершенствовать уголовный закон, законодатель дополнил его шестью нормами, предусматривающими ответственность за специальные виды мошеннических действий, на основании Федерального закона от 29 ноября 2012 г. № 207-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации». В их числе мошенничество в сфере кредитования (ст. 159.1 УК РФ) [1, с. 36-77; 2, с. 46-57].

Такое законодательное решение неоднозначно воспринималось научной общественностью, поскольку оно создало трудности в вопросах квалификации и отграничения простого мошенничества от смежных составов. В связи с этим представляется целесообразным дать юридический анализ мошенничества в сфере кредитования.

Юридическая характеристика мошенничества в сфере кредитования. Общественная опасность преступления состоит в том, что в результате его совершения страдают не только отношения собственности, но и общественные отношения, регулирующие нормальное функционирование кредитно-денежной системы.

Основным непосредственным объектом преступления являются общественные отношения, обеспечивающие охрану собствен-

ности кредиторов. Отметим, что в качестве кредиторов могут выступать как юридические лица (банки или иные кредитные организации), так и физические лица, являющиеся кредиторами. Кредитор - это физическое или юридическое лицо или вообще субъект, один из участников гражданского правоотношения (обязательства), который в этом обязательстве имеет право потребовать от другого участника такого правоотношения - должника (заемщика) определенного поведения. В обязательстве может быть несколько кредиторов (так называемая множественность кредиторов), при этом каждый из них может требовать от должника исполнения в определенной доле либо, в случаях, предусмотренных в договоре или в законе, - в полном объеме (например, при совместной выдаче поручительства, совместном причинении вреда и т.п.). Банк - это кредитная организация, которая имеет исключительное право осуществлять банковские операции по привлечению во вклады денежных средств физических и юридических лиц, размещать указанные средства от своего имени и за свой счет на условиях возвратности, платности, срочности, а также открывать и вести банковские счета физических и юридических лиц. Под иными кредитными организациями следует понимать организации, которые для извлечения прибыли как основной цели своей деятельно-

70

сти на основании лицензии Банка России имеют право осуществлять банковские операции, предусмотренные Федеральным законом от 2 декабря 1990 г. № 395-1 «О банках и банковской деятельности». Они могут быть образованы на основе любой формы собственности как хозяйственное общество. К числу иных кредитных организаций относятся небанковские кредитные организации: а) организации, имеющие право на осуществление переводов денежных средств без открытия банковских счетов и связанных с ними иных банковских операций; б) организации, имеющие право осуществлять отдельные банковские операции, предусмотренные Законом «О банках и банковской деятельности», перечень которых определяется Банком России. Разновидностью иных кредитных организаций являются кредитные организации с иностранными инвестициями, а также филиалы иностранных банков (таковыми являются кредитные организации-резиденты, уставный капитал которых сформирован с участием нерезидентов; они осуществляют кредитование с иностранными инвестициями и являются юридическими лицами, чья деятельность полностью регулируется законодательством Российской Федерации).

Из содержания диспозиции нормы вытекает, что объектом уголовно-правовой охраны являются только отношения, возникающие по договору кредитования (между заемщиком, с одной стороны, и банком или иным кредитором - с другой), но не займа. Соответственно, под действие ст. 159.1 УК РФ не подпадает «микрофинансовая деятельность», которая трактуется как выдача займа.

В качестве дополнительного непосредственного объекта выступают общественные отношения, регулирующие нормальное функционирование кредитно-денежной системы России.

Предметом рассматриваемого состава преступления выступает кредит, выраженный в денежной форме. Под денежными средствами понимаются денежные знаки, представленные как в российской, так и в иностранной валюте: банкноты, металлическая монета любого достоинства, имеющие хождение на территории Российской Федерации на момент совершения преступления [3, с. 153-160].

Диспозиция нормы является бланкетной, поэтому для уяснения сути кредитных отношений, особенностей предмета преступления и установления признаков его объективной стороны правоприменителю следует обратиться к ряду нормативных правовых актов [4; 5; 6; 7; 8].

Объективная сторона преступления включает в себя четыре обязательных признака. Первый признак - это общественно опасное

действие, выраженное в хищении денежных средств, выступающих в качестве кредита. Второй признак - это общественно опасное последствие, которое при любой форме хищения выражается в прямом материальном ущербе. Для квалификации деяния по ч. 1 ст. 159.1 УК РФ размер ущерба, причиненного собственнику денежных средств, значения не имеет, кроме случаев, когда сумма такого ущерба составляет менее тысячи рублей. Тогда налицо состав административного правонарушения, предусмотренного ст. 7.27 КоАП РФ «Мелкое хищение». Между тем ответственность за данное преступление дифференцируется, если ущерб от него превышает один миллион пятьсот тысяч рублей (крупный размер) или шесть миллионов рублей (особо крупный размер). При таких обстоятельствах действия виновного подлежат квалификации соответственно по ч. 3 или ч. 4 ст. 159.1 УК РФ. Указанные стоимостные критерии определены в примечании к ст. 159.1 УК РФ. Третий признак - это причинно-следственная связь между противоправным действием виновного и наступившим в результате этого ущербом банку или иному кредитору. Между первыми двумя признаками должна быть установлена прямая, непосредственная связь, дающая основание для однозначного вывода о том, что ущерб интересам кредитора наступил в результате противоправных действий заемщика.

Четвертый признак объективной стороны рассматриваемого преступления выражается в особом способе его совершения - представлении банку или иному кредитору заведомо ложных и (или) недостоверных сведений. В данном признаке трансформируется общий для традиционного состава мошенничества признак обмана или злоупотребления доверием. Представление ложных сведений - это сообщение, осуществленное любым способом, о фактах, являющихся вымышленными, т.е. не соответствующими действительности. Под недостоверными сведениями понимаются любые данные, в которых имеются неточности и искажения в их содержании, в силу которых они вызывают сомнение в своей истинности [9, с. 45].

По конструкции объективной стороны состав анализируемого преступления является материальным, поэтому такое преступление считается оконченным в момент причинения банку или иному кредитору ущерба.

Субъективная сторона мошенничества в сфере кредитования выражается в умышленной форме вины в виде прямого умысла. Виновное лицо осознает общественно опасный характер своих действий по завладению кредитными денежными средствами, предвидит

71

возможность или неизбежность наступления общественно опасного последствия в виде ущерба банку или иному кредитору и желает наступления данного последствия.

Обязательными признаками субъективной стороны преступления являются:

а) корыстная цель - выражается в стремлении недобросовестного заемщика извлечь выгоду имущественного характера;

б) заведомость знания виновным о ложности и (или) недостоверности сведений, представляемых банку или иному кредитору - это означает, что субъекту преступления доподлинно известно, что представляемые им сведения не соответствуют действительности.

На практике нередко допускаются ошибки при установлении признаков субъективной стороны мошеннических действий, совершенных в сфере кредитования. Так, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ по одному из таких случаев констатировала, что владелец частных предприятий обоснованно был оправдан судом ввиду отсутствия у него умысла на хищение полученных кредитов.

Органами следствия Щ. было предъявлено обвинение в том, что он, являясь руководителем и владельцем частных предприятий, расположенных в г. Кургане, и одновременно акционером банка «Агропромстройбанк» в Москве, с целью завладения чужим имуществом путем обмана и злоупотребления доверием систематически получал в Курганском филиале «Агропромстрой-банка» кредиты, заранее зная о невозможности возвратить и погасить начисленные по ним проценты. Однако Курганским городским судом Щ. был оправдан за отсутствием в деянии состава преступления. Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене оправдательного приговора и направлении дела для производства дополнительного расследования. Как указано в протесте, суд оправдал Щ., мотивируя это тем, что в судебном заседании не установлен его умысел на заведомое невозвращение полученных кредитов, а образовавшийся долг перед банком возник из-за политики самого банка, связанной с риском. По мнению прокурора, этот вывод суда ошибочен, т.к. органы предварительного следствия не сделали полного объективного исследования финансовой деятельности предприятий Щ., что служит основанием для направления дела на дополнительное расследование.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ протест оставила без удовлетворения, указав следующее. Как видно из материалов дела, Щ. получал кредиты в банке на законных основаниях, при этом нет никаких доказательств, свидетельствующих о том,

что он не собирался их возвращать. Напротив, согласно материалам дела и обвинительному заключению Щ. из полученных им кредитов и долга по процентам возвратил банку более половины всей суммы. Кроме того, как усматривается из показаний Щ. в судебном заседании, он вернул бы и оставшуюся сумму кредитов, если бы банк в одностороннем порядке не прекратил финансирование его предприятий.

При таких данных Курганский городской суд правильно пришел к выводу об отсутствии у Щ. умысла на заведомое невозвращение полученных кредитов, которые ему предоставлялись с разрешения управляющего Курганским филиалом банка Н. и его заместителя Е. Предварительного сговора на хищение денежных средств между Н., Е. и Щ. органами следствия не установлено. В отношении Н. и Е. уголовные дела прекращены за отсутствием в их действиях состава преступления. Судя по документам ревизии в банке, кредиты выдавались без проверки обоснований возвратности не только Щ., но и многим другим руководителям предприятий.

Довод же протеста о том, что органами предварительного следствия не сделано полного объективного исследования финансовой деятельности предприятий Щ., нельзя признать убедительным. Как установлено, при проведении ревизии исследовалось 50 договоров, хотя в акте ревизии отражены только те из них, по которым получены деньги, истраченные Щ. на приобретение товарно-материальных ценностей. К материалам дела приобщены также оформленные в соответствии с требованиями закона договоры залога, согласно которым право проверять залоговое имущество предоставлено банку. При этом Е. показал, что он лично проводил проверку залогового имущества предприятий Щ., где количество товарно-материальных ценностей всегда превышало сумму кредита. С учетом изложенного оправдание Щ. за отсутствием в его действиях состава преступления было признано правильным [10].

Субъект преступления специальный - физическое вменяемое лицо, достигшее шестнадцатилетнего возраста, являющееся заемщиком кредитных средств. В случае совершения этого преступления лицом, использующим свое служебное положение (ч. 3 ст. 159.1 УК РФ), речь также идет о специальном субъекте. Им может быть как должностное лицо (примеч. 1 к ст. 285 УК РФ) или лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации (примеч. 1 к ст. 201 УК РФ), так и государственный или муниципальный служащий, не являющийся должностным лицом, либо простой служащий коммерческой или иной организации.

72

Квалифицированный состав преступления (ч. 2 ст. 159.1 УК РФ) предусматривает более строгую ответственность за мошенничество в сфере кредитования, если оно совершено группой лиц по предварительному сговору.

Согласно ч. 2 ст. 35 УК РФ данный признак имеет место в случае, когда в совершении мошенничества участвовали два или более лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. Если же преступное деяние непосредственно было совершено одним лицом, а другие (соучастники) выступали в иных ролях (например, являлись организаторами, подстрекателями или пособниками), содеянное не может быть квалифицировано по ч. 2 ст. 159.1 УК РФ.

Особо квалифицированный вид преступления (ч. 3 ст. 159.1 УК РФ) устанавливает ответственность за совершение этого деяния: а) лицом с использованием своего служебного положения; б) в крупном размере (примечание к ст. 159.1 УК РФ).

Мошенничество в сфере кредитования, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, предполагает, что непосредственное совершение преступления осуществлено специальным субъектом, использующим свой служебный статус для преступного завладения кредитными денежными средствами.

При квалификации по данному признаку следует учитывать два обстоятельства: а) наличие у лица определенных, особых полномочий, отличающих его от общего субъекта; б) использование субъектом служебных полномочий непосредственно при совершении преступления, существенно облегчающих его совершение.

Особо квалифицированный состав первого порядка, предусмотренный ч. 4 ст. 159.1 УК РФ, устанавливает самое строгое наказание за мошенничество в сфере кредитования, если оно совершено организованной группой или в особо крупном размере. Особо крупный размер определен в примечании к ст. 159.1 УК РФ.

Согласно ч. 3 ст. 35 УК РФ под организованной группой понимается устойчивая группа лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Для оценки деяния по данному признаку не имеет значения, одно или несколько преступлений, предусмотренных ст. 159.1 УК РФ, совершили члены группы. Также не является обязательным и то, чтобы каждое из преступлений, совершенных организованной группой, было квалифицировано по ст. 159.1 УК РФ.

Основной состав мошенничества в сфере кредитования относится к преступлениям небольшой тяжести; квалифицированный и осо-

бо квалифицированный виды преступления (ч. 2, 3 ст. 159.1 УК РФ) являются деяниями средней тяжести; особо квалифицированный состав первого порядка (ч. 4 ст. 159.1 УК РФ) представляет собой тяжкое преступление.

Отличия мошенничества в сфере кредитования от незаконного получения кредита. Мошенничество в сфере кредитования необходимо отграничивать от преступления, предусмотренного ст. 176 УК РФ «Незаконное получение кредита».

Во-первых, названные преступные деяния направлены на различные объекты. Мошенничество посягает на общественные отношения, охраняющие интересы собственника, а незаконное получение кредита нарушает установленный порядок кредитования.

Во-вторых, объективная сторона мошенничества в сфере кредитования выражена в хищении денежных средств, т.е. в совершенном с корыстной целью противоправном безвозмездном изъятии и (или) обращении чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившем ущерб собственнику или иному владельцу данного имущества. Незаконное получение кредита по признакам объективной стороны предполагает незаконное получение кредита или льготных условий кредитования путем представления банку или иному кредитору заведомо ложных сведений о хозяйственном положении либо финансовом состоянии индивидуального предпринимателя или юридического лица, если это деяние в обязательном порядке причинило крупный ущерб, размер которого превышает один миллион пятьсот тысяч рублей. Таким образом, налицо разница в механизме преступного поведения.

В-третьих, субъективная сторона мошенничества в сфере кредитования предполагает наличие прямого умысла на хищение денежных средств, сформировавшегося до получения виновным лицом предмета преступления. Незаконное получение кредита с субъективной стороны характеризуется осознанием общественно опасного характера действий по незаконному получению кредита либо льготных условий кредитования, предвидением наступления общественно опасного последствия в виде крупного ущерба и желанием наступления такового.

Следует также иметь в виду, что при незаконном получении кредита индивидуальным предпринимателем или руководителем предприятия путем представления заведомо ложных сведений о финансовом положении виновные, тем не менее, рассчитывают вернуть данный кредит банку или иному кредитору. В том случае, если будет доказан умысел на невозврат кредита и обращение его в свою поль-

73

зу или в пользу других лиц в момент получения кредита, действия виновного квалифицируются только как мошенничество и не образуют совокупности со ст. 176 УК РФ.

В-четвертых, имеются различия и в субъекте преступного посягательства, несмотря на то, что и в том и в другом составе субъект

специальный. Субъектом мошенничества в кредитной сфере является физическое вменяемое лицо, достигшее шестнадцатилетнего возраста, являющееся заемщиком кредитных средств. Субъектом незаконного получения кредита является индивидуальный предприниматель или руководитель организации.

1. Кузнецов А. П. Ответственность за специальные виды мошенничества: проблемы квалификации и разграничения со смежными составами // Преступления в сфере экономики: российский и европейский опыт: материалы совместного российско-германского круглого стола, Москва, 19 нояб. 2013 г. / отв. ред. А.И. Рарог, И.А. Клепицкий. М, 2014. С. 36-77.

2. Кузнецов А. П. Эволюция уголовного законодательства об ответственности за мошенничество, присвоение или растрату (историческое исследование) // Народ и власть: вопросы истории государства и права: сб. науч. тр. / отв. ред. И. В. Михеева, Ф.А. Селезнев. Н. Новгород, 2014. С. 46-57.

3. Кузнецов А. П. Исследование объективных и субъективных признаков мошенничества в сфере кредитования (ст. 159.1 УК РФ) // Человек и общество в противоречиях и согласии: сб. науч. тр. по материалам Меж-дунар. науч.-практ. конф.: в 2 ч. Н. Новгород, 2013. Ч. II. С. 153-160.

4. Гэажданский кодекс Российской Федерации. Ч. 2 // Собр. законодательства РФ. 1996. № 5. Ст. 410.

5. О банках и банковской деятельности: федер. закон от 2 дек. 1990 г. № 395-1 // Собр. законодательства РФ. 1996. № 6. Ст. 492.

6. О кредитных историях: федер. закон от 30 дек. 2004 г. № 218-ФЗ // Собр. законодательства РФ. 2005. № 1, ч. 1. Ст. 44.

7. О кредитной кооперации: федер. закон от 18 июля 2009 г. № 190-ФЗ // Собр. законодательства РФ. 2009. № 29. Ст. 3627.

8. О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях: федер. закон от 2 июля 2010 г. № 151-ФЗ //Рос. газ. 2010. 7 июля.

9. Большой толковый словарь русского языка /под ред. С.А. Кузнецова. СПб., 1998.

10. Бюл. Верховного Суда РФ. 1997. № 10.

1. Kuznetsov A.P. Liability for special types of frauds: the issues of qualification and determination from related offences // Economic crimes: Russian and European expertise: proc. of bilateral Russian-German roundtable, Moscow, Nov. 19, 2013/resp. ed. A.I. Rarog, I.A. Klepitsky. Moscow. 2009. P. 36-77.

2. Kuznetsov A.P. Legal history of the liability for fraudulence, conversion and embezzlement (historical research) // Nations and authorities: matters of history, polity and law: coll. of sci. papers / resp. ed. I. V. Miheeva, F.A. Seleznev. Nizhny Novgorod, 2014. P. 46-57.

3. Kuznetsov A.P. Study of direct and indirect indicators of fraud in the field of lending (article 159.1 of the Criminal Code of the Russian Federation) // Contradiction and consensus between individual and society: coll. of sci. papers based on the Intern. conf.: in 2 pt. Nizhny Novgorod, 2013. Pt. II. P. 153-160.

4. Civil Code of the Russian Federation. Pt. II // Coll. of legislation of the Russian Federation.1996. № 5. Art. 410.

5. On banks and banking activities: fed. law d.d. Dec. 2, 1990 № 395-1 // Coll. of legislation of the Russian Federation. 1996. № 6. Art. 492.

6. On credit reputation: fed. law d.d. Dec. 30, 2004 № 218-FL //Coll. of legislation of the Russian Federation. 2005. № 1, pt. I. Art. 44.

7. On credit cooperation: fed. law d.d. July 18, 2009 № 190-FL //Coll. of legislation of the Russian Federation. 2009. № 29. Art. 3627.

8. On microfinance activity and microfinance organizations: fed. law d.d. July 2, 2010 № 151-FL // Rus. newsp. 2010. July 7.

9. Explanatory dictionary of the Russian language /ed. by S.A. Kuznetsov. St. Petersburg, 1998.

10. Bull. of the Supreme Court of the Russian Federation. 1997. № 10.

74