К вопросу об идиостилевых аспектах анафонии в русской и французской художественной прозе

УДК 81-342

Ю. В. Рубайло

К ВОПРОСУ ОБ ИДИОСТИЛЕВЫХ АСПЕКТАХ АНАФОНИИ В РУССКОЙ И ФРАНЦУЗСКОЙ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ПРОЗЕ

Статья посвящена проблеме изучения идиостилевых характеристик анафо-нии в русской и французской прозе (на материале художественных произведений французских писателей О. де Бальзака, В. Гюго, Ж. Сименона, А. Барбюса). Особое внимание уделяется исследованию идиостиля и идиолекта, разграничению этих понятий в современной лингвистике. Специфика исследования автора предполагает объективный подход на уровне французской художественной речи и мотивирована необходимостью выявления объективных параметров.

Благодаря общенаучной (лингвистической) методологии А. В. Пузыре-ва предоставляется возможным рассмотреть в настоящей работе по тетрахо-томии идиостилевые характеристики анафонии в русской и французской прозе на четырех уровнях: мышления, языка, речи и коммуникации.

На уровне мышления - уровне, где языковые структуры только возникают, - должно исследоваться основание изучаемого феномена. На данном уровне следует выявить идиостилевые особенности анафонии в русской и французской прозе, исходя из понятий «языковое мышление» и «метаязыко-вое мышление» («языковедное» - по выражению И. А. Бодуэна де Куртене [1, с. 288]). Под мышлением в нашей работе понимается «психический процесс отражения действительности, высшая форма творческой активности человека» [2, с. 205]. Вслед за А. В. Пузыревым под «метаязыковым» мышлением следует понимать «мышление о языке» [3, с. 40]. Говоря о «метаязыко-вом» («языковедном») мышлении, необходимо обратиться к понятию «языковая личность», т.к. рассмотрение любого языкового явления невозможно без обращения к творцу языка. Напомним, что под понятием «языковая личность» нужно понимать «человека, который рассматривается с точки зрения его способности совершать речевые действия» [4, с. 111]. По мнению Ю. Н. Караулова, языковая личность является одним из аспектов личности человека. Следовательно, надо заметить, что понятие «языковая личность» неразрывно связано с понятием индивидуального стиля (идиостиля) [5, с. 31-33].

На наш взгляд, проблема исследования идиолекта и идиостиля, разграничения этих понятий - одна из сложнейших в современной лингвистике. В нашей работе представляется целесообразным использовать термины «идиолект» и «идиостиль», предложенные Ю. М. Скребневым.

Итак, определим исходные термины.

Идиолект - индивидуальный язык одного носителя языка, который характеризуется наличием трех составляющих: неспецифических, относительно специфических и абсолютно специфических характеристик [6, с. 33].

Идиостиль - это абсолютно специфические свойства идиолекта [6, с. 49].

Аналогично под идиостилем нами должно пониматься абсолютно специфические характеристики, или индивидуально-неповторимые, компоненты авторской языковой системы, определяемые путем сопоставления различных идиолектов. Итак, нужно выявить, каковы идиостилевые характеристики анафонии в художественной прозе на психофизиологическом и психологическом уровне мышления.

6З

Сначала рассмотрим изучаемое явление на психофизиологическом уровне мышления, определив основные вопросы: 1) каковы идиостилевые особенности анафонии в функциональной асимметрии полушарий и каким образом они проявляются; 2) каковы идиостилевые характеристики анафонии в протекании раздражительного и тормозного процессов; 3) что есть индивидуальные идиостилевые специфические особенности анафонии в связи с объемом оперативной памяти; 4) как проявляются идиостилевые особенности анафонии в таком явлении психики, как синтезия; 5) что есть идиостилевые черты анафонии в доминанте А. А. Ухтомского и «ловушках возбуждения» Р. Лоренто де Но.

Вместе с тем также необходимо рассмотреть исследуемое явление и на психическом уровне мышления, исходя из поставленных нами вопросов: 1) каковы отличия идиостилевых особенностей анафонии в словеснологическом и образном типе мышления; 2) что есть идиостилевые особенности анафонии и установка как основание для конструирования художественно-литературной реальности; 3) каково обнаружение идиостилевых особенностей анафонии в речи бессознательного психического, соотношение сознательного/бессознательного психического и индиостилевых черт анафонии в художественной прозе; 4) каковы идиостилевые особенности анафонии и фундаментальная человеческая потребность извлекать смысл, и делать это при произвольном контроле; 5) как выражаются идиостилевые характеристики анафонии с точки зрения бисексуальности языковой личности; 6) каково соотношение идиостилевых особенностей анафонии и персеверации как психического коррелята анафонии.

Под анафонией в широком смысле понимается разновидность фоники, «обусловленная звуковым составом слова-темы» [3, с. 22]. Анафония при таком понимании включает в себя собственно анафонию и анаграмму. Анафо-ния в узком понимании - «такая неканонизованная форма звуковой организации, при которой звуковой состав того или иного слова-темы воспроизводится в тексте не полностью» [3, с. 20].

Особый интерес представляет исследование психических неосознанных способов выделений опорных слов, т.е. звуковой организации текста. Отметим, что анафония может выступать ведущим принципом звуковой организации текста. Это так называемое частное проявление различных аспектов общения, без которых человеческое общество вообще не может существовать, поскольку общение является атрибутом целого общества, где каждый мыслящий субъект выступает как уникальная неповторимость. Итак, заметим, что на данном уровне нас интересуют подсознательные процессы, т.е. своего рода интимные формы проявления [7, с. 48].

Далее очень важно рассмотреть исследуемое явление на уровне языка. Уровень языка является детерминирующим уровнем для постижения сущности какого-либо языкового явления. В то же время это достаточно абстрактный уровень, уровень предполагающей рефлексии [8, с. 108].

На данном уровне интерес исследования вызывает проявление идиостиле-вых характеристик анафонии как явления художественной прозы. На этой ступени развития должны учитываться необходимые гипотезы исследуемого явления в выявлении и сопоставлении идиостилевых параметров анафонии.

Вслед за А. В. Пузыревым нужно выделять следующие языковые предпосылки изучаемого феномена: существующую в языковом сознании носите-

ля языка ассоциативно-звуковую парадигму, которая представляет собой часть ассоциативной вербальной сети русского языка и обеспечивает изоморфизм между обозначаемым и обозначающим - планом содержания и планом выражения языкового знака, морфологическую структуру языка, его грамматические особенности, фонетическую форму слова, частотность того или иного слова - ассоциата в языке. Важным речевым фактором может быть частотность звуков.

На уровне языка привлекает особое внимание индивидуальное проявление установок французских писателей на звуковую организацию текста в своих произведениях. Именно здесь, на этой ступени позволяем себе сформулировать следующую гипотезу исследуемого явления: сделав определенные выводы о средней частотности каждого звука во французской прозе, можно предположить, что достаточно много звуков (20) (13 - согласные и 7 - гласные во французской прозе) вписываются в статистическую закономерность. Но есть, конечно, и существенные различия в частотности отдельных звуков, которые, очевидно, появились на том основании, что французские авторы выделяли в своих произведениях так называемые «любимые звуки», частотность которых по нашим арифметическим подсчетам резко выходит за рамки статистической закономерности. Согласно методике работы Б. Н. Головина [9, с. 108], где применялся нами «хи-квадрат»-критерий были выявлены все «любимые звуки» в произведениях французских писателей (О. де Бальзака [10, 11], В. Гюго [12], Ж. Сименона [13], А. Барбюса [14; 15, с. 162].

В табл. 1 указаны существенные статистические различия в использовании данных звуков.

Таблица 1

«Любимые звуки» французских писателей

Автор Гласные Согласные

фон количество % фон количество %

[ є ] [ і ] [ О ] [ 0 ] 284 282 113 73 5,68 5,64 2,26 1,46 [ Р ] 186 3,72

О. де Бальзак [ 9 ] [ 1 ] 12 362 0,24 7,24

В. Гюго [ е ] [ О] [ О] [ и ] [ « ] 317 117 92 96 34 6.34 2.34 1,84 1,92 0,68 [ 9 ] [ 1 ] [ V ] [ Ь] 3 401 136 90 0,06 8,02 2,72 1,8

[ о ] 119 2,38 1,88 0,24 2,02 0,48 3,92

[ е ] 327 6,54 [ Ь] 94

А. Барбюс О] О] 108 68 2,16 1,36 [ 9 ] [ V ] 12 101

[ и ] 112 2,24 [ Y ] 24

[ « ] 37 0,74 [ к ] 196

[ 0 ] 37 0,74

[ є ] [ і ] 310 290 6,2 5,8 [ к ] 219 4,38

Ж. Сименон [ V ] [ Р ] [ Y ] 135 178 25 2,7 3,56 0,5

[ О] 105 2,1

Прежде чем исследовать идиостилевые характеристики анафонии как явления во французской художественной прозе на уровне речи, следует отметить, что уровень речи предполагает конкретное функционирование. То есть, когда внутренние языковые законы постигаются с помощью выявления речевых параметров, исследование феномена на уровне речи позволяет выйти на уровень языка. Именно здесь необходимо перейти на ступень конкретной методики. Под этой методикой подразумевается совокупность частных методов, приемов, операций, опирающихся на теоретические установки как средство, инструмент для исследования того или иного аспекта языка. В нашей работе используются следующие методы: описательный, статистический, сравнительно-сопоставительный, количественный.

На уровне речи нас интересуют выявление речевых параметров изучаемого явления, их описание, отличие, возможность возникновения доминант и ассоциативных доминант к опорным словам, если это вообще возможно. Благодаря используемым частным методам в нашей работе, приведем пример исследования изучаемого феномена. Приступая к описанию арифметических данных, необходимо обратиться к понятию речевого фона поиска анафонии и решить вопрос о единице исследования речевого фона. «Речевой фон» используется для определения границ действия ассоциативно-звуковой потенции. Под речевым фоном понимается обычная частотность звуков. Анафония, с этой точки зрения, представляет собой выход за пределы речевого фона; следовательно, превышение звуками или звукосочетаниями речевого фона является критерием объективности фактов анафонии [3, с. 185].

Важным представляется вопрос об актуальности проблемы звуковой организации художественной прозы. Многие исследователи (О. Г. Гибадулина, М. В. Давыдов, А. П. Журавлев, Л. Н. Ратушная и др.) признают огромную важность звуковой организации художественной прозы и считают ее ключом к пониманию денотативного значения текста: «... восприятие художественного текста начинается с его звуковой формы.» [16, с. 111]. Очень внимательно к звуковой организации художественной прозы относился М. Горький, всегда выступавший против возникновения в прозе непредусмотренных или назойливых эффектов [3, с. 74]. Ряд других ученых (Н. А. Любимова и др.) высказывают другую точку зрения, ограничивая роль звуковой организации передачей коннотативного значения и структурирования высказывания. Н. А. Любимова утверждает, что «тесная взаимозависимость метроритмических и фонических структур предоставляет возможность автономного описания роли звукового ас-социата как стилеобразующего и формирующего компонента, а также коннота-тивного компонента, дополняющего представления о предмете и отражающего связь между значениями в семантической структуре слова или целого текста» [17, с. 11; 18, с. 33; 19, с. 189].

Важным представляется вопрос о субстанции речевого фона. По данному вопросу существуют различные точки зрения. Такие исследователи, как Ф. де Соссюр, Л. Р. Зиндер, единицей исследования речевого фона считают букву. Ф. де Соссюр утверждает, что «графическое слово столь тесно переплетается со словом звучащим, чьим изображением оно является, что оно, в конце концов, присваивает себе главенствующую роль; в результате изображению звучащего знака приписывается столько же или даже больше значения, нежели самому этому знаку» [20, с. 63]. Этой точки зрения придерживается и Л. Р. Зиндер, считая, что «.фонема не осознается отдельно от буквы» [18, с. 85; 21, с. 10].

Ряд других исследователей (И. А. Бодуэн де Куртенэ, В. Гумбольдт, Л. В. Щерба) считают, что единицей исследования речевого фона должен быть признан звук. Итак, И. А. Бодуэн де Куртенэ утверждает, что «... произносительно-слуховое может возникать и мыслиться совершенно независимо от писанно-зрительного: писанно-зрительное же имеет смысл, осмысливается только в связи с произносительно-слуховым» [21, с. 11]. В. Гумбольдт считает, что «. только звучащее слово является как бы воплощением мысли, письмо - воплощение звучания» [18, с. 86; 21, с. 15].

А. П. Журавлев, признает, что «для грамотного человека звук и буква неразрывно связаны, и появление одного знака сейчас же вызывает в сознании появление другого. Поэтому графический, буквенный образ не может не оказывать влияния на восприятие звука. Буква в этой паре как бы стабилизирует восприятие звука.» [22, с. 34]. Он попытался примирить две крайние точки зрения и выдвинул гипотезу о необходимости ориентации на звукобуквенную субстанцию. По мнению А. П. Журавлева, «.носителем фонетического значения является звуко-буквенный психический образ, который формируется под воздействием звуков речи, но осознается и четко закрепляется лишь под влиянием буквы» [22, с. 36; 23, с. 87].

Не отрицая справедливости всех точек зрения, при выборе единицы исследования речевого фона в рамках данной работы нами принят звук. С одной стороны, этим будет обеспечена преемственность нашего исследования многим психолингвистическим исследованиям, отправной точкой которых была именно звуковая сторона речи [5, с. 29-32; 18, с. 88-90]. Кроме того, можно будет избежать и проблемы статуса графической формы языка. Этот вопрос был поднят более двух столетий назад и до сих пор остается дискуссионным. Наконец, ориентация на звук обеспечивает большую близость к реальному звучанию художественной речи, т.е. позволяет исследованию обрести практическую направленность. С другой стороны, это создает дополнительные проблемы в определении нейтрального речевого фона, т.к. все подсчеты придется проводить вручную. Но в целях получения достоверных данных этим минусом, полагаем, возможно пренебречь.

Для определения обычной встречаемости звуков во французской прозе нами была проделана следующая работа. Было затранскрибировано четыре отрезка, равных по объему, в 5000 звуков каждый, О. де Бальзака [10, 11], В. Гюго [12], Ж. Сименона [13], А. Барбюса [14], писавших в разное время; был произведен арифметический и статистический подсчет частоты встречаемости каждого звука в каждом отрезке, определена средняя частотность каждого звука во французской прозе. Плодотворным представляется использование «хи-квадрат критерия», методика работы которого подробно описана Б. Н. Головиным [9, с. 28-35]:

9 = 2 (х1 - х)2

X _ ?

х

где х - «хи-квадрат критерий»; х - средняя выборочная частота; х, - наблюдаемые частоты; £ - знак суммирования. Эта формула применяется для сравнения выборок одинакового объема. В нашем случае выборки были разными, а потому следует вначале найти выборочную среднюю частоту. Проиллюстрируем это на конкретном примере частотности согласного звука [Ь] во французском языке (табл. 2, 3).

| Итого С о_< О 77 < & Е — <и Л со* СО Р* Р Р гласная | Фонемы

8869 346 4- 'Л 276 Ы ОС 475 Ы о 1041 853 1192 177 1090 740 128 117171 количество | Всего

44,34 “а 0,73 ОС 'чо 1,855 N и) <1 0,56 0,5 5,2 9 ?Р 5,96 0,89 5,45 3,7 0,64 <1 ы %

| 2182 1 63 1 73 1 54 4^ 1 Ю7 ы и) О | 282 1 199 1 267 | 284 1 197 и) 40 1 361 количество | О. Бальзак

43,64 о\ о\ О ОС 2,26 0,82 ГО 4^ 0,42 0,6 5,64 3,98 5,34 1,02 5,68 3,94 О "о 00 <1 ы ы %

| 2204 1 96 Ы 1 92 1 55 1 132 1 34 1 26 | 260 | 203 1 317 | 278 1 177 1 22 и) 00 количество | В. Гюго

| 44,08 40 ы 1 0,24 ОС и 'н-ь 1 2,34 1 2,64 1 0,68 1 0,52 1 4,06 1 6,34 1 0,9 1 5,56 1 3,54 1 0,44 0\ СЛ %

| 2233 ы 1 37 1 68 40 О ОС и) 1 37 00 | 209 1 214 1 327 и) 4^ ы ОС 1 201 и) 00 1 362 количество | А. Барбюс

| 44,66 | 2.24 1 0,74 о\ 1 2,38 ы о\ 1 2,62 1 0,74 о и) СЛ 'Н—^ ОС 1 4,28 1 6,54 1 0,68 1 4,36 1 4,02 1 0,76 <1 “ю 4^- %

| 2250 1 75 1 23 1 62 1 94 О СЛ 1 Ю5 1 20 1 27 | 290 | 237 ы 00 н-* 1 47 О 1 165 1 29 00 о количество | Ж. Сименон

Ъ| 1 0,46 и ОС ОС 'н-ь ГО О 4*. 1 0,54 ОС 1 4,74 1 5,62 1 0,94 о\ ы 1 0,58 <1 а> %

1 1ДЗ | 16,58 | 58,75 1 П,65 | 26,32 | 39,68 чУ1 V ОС ы 1 3,16 1 15,32 1 4,09 1 8,22 1 3,61 1 16,69 1 4,67 1 6,06 ы 4^ СЛ значение

+ 1 1 1 1 1 + 1 + 1 + 1 + 1 + + + знак

Частотность гласных во французской прозе

| Итого С — 7 В 3 В < N ГС РГ N — Р. согласные | Фонемы

| 11131 1 73 1 350 1 178 | 1597 | 1414 1 542 1 595 | 469 1 261 1 310 | 1105 О 1 741 1 133 1 185 1 П01 | 988 | 655 | 302 количество | Всего

155,66 1 0,36 1 1,75 1 0,89 1 7,98 1 7,07 1 0,15 1 2,71 1 2,34 1 1,55 1 5,52 1 0,5 3,7 1 0,66 1 0,92 1 5,5 1 4,94 1 3,3 1 1,51 %

| 2818 -4 1 Ю2 1 42 1 413 | 362 1 125 1 167 1 97 1 60 00 ы | 288 и) 1 183 и) ы 1 47 1 255 1 246 1 186 1 69 количество | О. де Бальзак

| 56,36 1 0,34 1 2,04 О 00 -рь 1 8,26 1 7,24 1 0,24 1 2,5 ы -рь 1 1,94 к> 1 1,64 1 5,76 1 0,66 1 3,66 1 0,64 1 0,94 1 4,92 1 3,72 1 1,38 %

| 2796 -4 40 ы 1 47 1 413 1 401 1 133 т | 1 136 00 о 1 69 1 264 ы и) 1 143 1 28 ы | 278 1 245 1 148 1 90 количество Ю з1 3

1 55,92 1 0,14 00 -рь 1 0,94 1 8,26 1 8,02 1 0,06 1 2,66 00 00 1 2,72 сл ы 00 1 5,28 1 0,46 1 2,86 1 0,56 1 1,04 1 5,56 .и 1 2,96 00 %

| 2767 1 24 1 79 1 49 | 408 1 314 1 152 1 146 О 1 67 00 00 1 269 и) о 1 196 -рь -рь 1 271 1 247 1 143 1 94 количество | А. Барбюс

| 55,34 | О ** ОС 1 1,58 1 0,98 1 8,16 1 6,28 1 0,24 1 3,04 16‘1 1 1 2,02 1 1,34 1 1,76 1 5,38 1 0,6 1 3,92 | 0,86 | 0,68 1 5,42 1 4,94 1 2,86 1 1,88 %

2750 | ы 1 77 1 40 | 363 1 337 .и 1 132 и) 00 1 135 -Р* | 284 1 219 О ы | 297 1 250 1 178 1 49 количество N О О К О к

55 0,5 1 1,54 О 00 1 7,26 1 6,74 О о 00 1 2,64 ы сл ^-4 О 00 1 1,42 1 5,68 1 0,3 1 4,38 1 0,6 1 1,04 1 5,94 1 3,56 1 0,98 %

0,98 11,5 4,75 1,22 4,43 И,7 10,7 2,97 и) к> 11,46 5,76 3,19 1,45 7,72 16,45 4,09 4,71 3,30 О о 8,4 17,3 значение Н1к

+ 1 + + + 1 1 + + 1 + + + + 1 + + + + 1 1 знак

Известия высших учебных заведений. Поволжский регион

Итак, суммируем наблюдаемые частоты, суммируем выборки, разделим сумму частот на величину совокупной выборки, затем умножим результат деления на величину каждой выборки:

а) 69 + 90 + 94 + 49 = 302; б) 1 + 1 + 1 + 1 = 4; в) 302/4 = 75; г) 75  1 = 75.

Теперь применяем формулу:

X2 = ((69 - 75)2 + (90 - 75)2 + (94 - 75)2 + (49 - 75)2) / 75 = 1298 / 75 = 17,3.

Полученное значение «хи-квадрат критерия» оказалось равно 17,3, что значительно выше предельно допустимого табличного значения (7,81 при четырех степенях свободы). С точки зрения статистики, можно утверждать, что в указании звука [Ь] проявляется разная вероятность, а в использовании звука [Ь] расхождения частот существенны.

Таким же образом был вычислен «хи-квадрат» гласных и согласных звуков разной статистической закономерности у писателей французской прозы (знак «+» означает проявление одной статистической вероятности, тогда как «-» - существенное расхождение частот (см. табл. 2, 3)).

Заметим, что различия частот многих гласных и согласных звуков во французской прозе в целом оказались статистически не значимыми. Достаточно много звуков (20) (13 согласных и 7 гласных) во французской прозе вписываются в одну и ту же статистическую закономерность. Важным моментом является и то, что частотность любого согласного или ударного гласного звука не превышает 8,87 % [15, с. 49]. Для доказательства высокой степени совпадения приведем конкретные наблюдения (табл. 4).

Таблица 4

Количество гласных и согласных на отрезках в 20 000 звуков

Автор Гласные Согласные Всего

количество % количество % количество %

О. де Бальзак 2182 43,64 2818 56,36 5000 100

В. Гюго 2204 44,08 2796 55,92 5000 100

А. Барбюс 2233 44,66 2767 55,34 5000 100

Ж. Сименон 2250 45 2750 55 5000 100

Данные о средней частотности звуков в художественной речи сами по себе не являются достаточными для определения нарушения нейтрального речевого фона вследствие более частого употребления того или иного звука. Нарушение нейтрального речевого фона зафиксировали, произведя следующие расчеты: «Если соотношение гласных и согласных в. речи равно. 9:11.., то на десять гласных. обычно приходится тринадцать согласных» [3]. Примем полученные 23 звука (точнее 22,55 звука) за 100 %. Получим следующие данные:

10 слогов = 10 гл. + 13 согл.; 10 гл. = 44,34 %; Х = 55,66 %; количество согласных = 12,55 %.

Употребление какого либо звука в этих условиях дважды составит 8,87 %, т. е. число, которое превышает частотность любого согласного или

ударного гласного». Следовательно, если в пределах 10 слогов какой-либо согласный или ударный гласный звук повторяется дважды, то это является нарушением нейтрального речевого фона и свидетельствует о присутствии в данном тексте анафонии. Звук [5] является редким звуком, выходит за пределы речевого фона и имеет низкую частотность (см. табл. 2, 3) [19, с. 165]. Особого внимания заслуживают значительные различия в частоте отдельных звуков во французской прозе (табл. 3, 4). Предполагаем, что, возможно, французские писатели в своих произведениях использовали так называемые «любимые звуки», частотность которых выходит за рамки одной статистической закономерности. При выявлении «любимых звуков» огромную роль может сыграть уже упомянутый нами ниже «хи-квадрат критерий». В табл. 2, 3 знак «-» указывает на существенные статистические различия в использовании данных звуков. Отметим, что жирным шрифтом в таблицах обозначены звуки, частотность которых не вписывается в одну статистическую вероятность, в этих случаях, думается, можно говорить об идиостилевых особенностях. Выводы качественного характера (с чем связано предпочтение того или иного звука) - это задача, решение которой предполагается в развитии нашего исследования.

На уровне коммуникации явление идиостилистических особенностей анафонии в художественной прозе должно рассматриваться с позиции субъективности в разграничении идиолектных и идиостилевых характеристик ана-фонии как феномена художественной прозы. Уровень коммуникации - «это царство субъективности» [3, с. 317].

Таким образом, учет общенаучной и частной методологии чрезвычайно важен, поскольку позволяет обеспечить надежность выводов идиостилевых особенностей анафонии в художественной прозе.

Список литературы

1. Бодуэн де Куртене, И. А. Избранные труды по общему языкознанию / И. А. Бодуэн де Куртене. - М., 1963.

2. Психологический словарь. - М., 1999.

3. Пузырев, А. В. Анаграммы как явление языка: Опыт системного осмысления / А. В. Пузырев. - М. : Институт языкознания РАН ; Пенза : ПГПУ им. В. Г. Белинского, 1995.

4. Горелов, И. Н. Коммуникация. Лингвистический энциклопедический словарь / И. Н. Горелов, К. Ф. Седов. - М., 1997.

5. Живаева, Л. Н. Идиостилевые аспекты анафонии в художественной прозе (на материале прозы Н. В. Гоголя, А. Белого и М. Горького) : дисс. ... канд. филол. наук / Л. Н. Живаева. - Пенза, 2001.

6. Скребнев, Ю. М. Очерк стилистики / Ю. М. Скребнев. - Горький, 1975.

7. Рубайло, Ю. В. Методологические аспекты исследования идиостилевых особенностей анафонии в русской и французской прозе / Ю. В. Рубайло // Лингвометодические аспекты преподавания иностранного языка в неязыковом вузе : межвузовский сборник научных трудов. - Вып. 3. - Пенза : Информационно -издательский центр ПензГУ, 2007.

8. Пузырев, А. В. Опыты целостно-системных подходов к языковой и неязыковой реальности : сборник статей / А. В. Пузырев. - Пенза, 2002.

9. Головин, Б. Н. Язык и статистика / Б. Н. Головин. - М., 1971.

10. Honore de Balzac Illusions perdues, editions en langues etrangeres. - Moscou, 1952.

11. Де Бальзак О. Утраченные иллюзии / О. де Бальзак. - М. : Гослитиздат, 1957.

12. Гюго, В. Собрание сочинений / В. Гюго. - М., 1949.

13. Сименон, Ж. Президент / Ж. Сименон. - М., 1963.

14. Барбюс, А. Огонь / А. Барбюс. - М., 1974.

15. Рубайло, Ю. В. О нормативности частотности звуков во французской прозе / Ю. В. Рубайло // Язык и мышление: психологические и лингвистические аспекты : материалы 7-й Всероссийской научной конференции. - Ульяновск, 2007.

16. Гибадуллина, О. Г. Фонические структуры в поэтической речи А. Яшина и Н. Рубцова : дисс. ... канд. филол. наук / О. Г. Гибадуллина. - Казань, 1995.

17. Любимова, Н. А. Звуковая метафора в поэтическом тексте / Н. А. Любимова, Н. П. Пинежанинова, Е. Г. Сомова. - СПб. : Изд-во Санкт-Петербургского ун-та, 1996.

18. Ратушная, Л. Н. Анафония в оригинальном и переводном художественном произведении (на материале русского и английского языков) : дисс. ... канд. фи-лол. наук / Л. Н. Ратушная. - Пенза, 2005.

19. Рубайло, Ю . В . Проблема рифмы к опорным словам во французской прозе / Ю. В. Рубайло // Язык и мышление: психологические и лингвистические аспекты : материалы 8-й Всероссийской научной конференции. - Ульяновск, 2008.

20. Де Соссюр, Ф. Труды по языкознанию / Ф. де Соссюр. - М., 1977.

21. Зиндер, Л. Р. Очерк общей теории письма / Л. Р. Зиндер. - Л. : Наука, 1987.

22. Журавлев, А. П. Фонетическое значение / А. П. Журавлев. - Л. : Изд-во ЛГУ, 1974.

23. Ратушная, Л. Н. Фоносемантические аспекты оригинального и переводного художественных текстов / Л. Н. Ратушная // Язык и мышление: психологические и лингвистические аспекты : материалы 6-й Всероссийской научной конференции. - Ульяновск, 2006.