Женщины - первооткрыватели в области геологии

УДК 55

ЖЕНЩИНЫ - ПЕРВООТКРЫВАТЕЛИ В ОБЛАСТИ ГЕОЛОГИИ

К.А. Скрипко, Г.В. Брянцева, А.И. Гущин, Е.П. Дубинин1

Приходится слышать, что эпоха Великих географических открытий на территории России закончилась ещё в XIX веке, что всё интересное и важное в нашей стране уже открыто. Авторы статьи решили показать, что открытия продолжаются и сейчас, и что у многих из них «женское лицо». Достижения женщин в области геологии весьма значительны. В статье рассказывается об открытиях новых направлений в науке, новых явлений природы и новых месторождений полезных ископаемых, сделанных нашими соотечественницами.

Ключевые слова: история геологии, персоналии, женщины-геологи, первооткрыватели.

WOMEN - FIRST DISCOVERS IN THE FIELD OF GEOLOGY

K.A. Scripko1, G.V. Bryantseva2, A.I. Gushchin2, E.P. Dubinin1 1 Lomonosov Moscow State University

According to the authors, they often say that the Age of Discovery on the territory of Russia was over in the XIXth century, that everything interesting and important was already discovered in this country. The authors of the article aim to show that new discoveries are still being made nowadays and many of them have a 'female face'. The article goes on to say that the achievements of women in the field of geology are very significant. The article describes the discoveries of new research areas, natural phenomena and mineral deposits made by our fellow-countrywomen.

Keywords: history of geology, personalities, female geologists, first discoverers.

Для многих людей нашей обширной страны характерна неутомимая жажда познания нового, тяга к неизведанным местам. Их влекут льды Арктики и Антарктики, океанские просторы и таёжные дали Сибири, пустыни и горные хребты Центральной и Средней Азии. Имена многих из них носят моря и проливы, острова и полуострова, реки, ледники, горные вершины и действующие вулканы, города и городские улицы, научные институты и исследовательские суда. Но при жизни эти люди и оставшиеся безымянными их спутники и последователи не искали славы и богатства, они просто были подвижниками, исследователями, следопытами, людьми смелыми, по-настоящему увлечёнными своим делом, беззаветно преданными своей профессии. Таковы были и те пять женщин-геологов нашей страны, чьей подвижнической жизни и сделанным ими открытиям посвящена эта статья.

Мария Васильевна Клёнова (1898-1976) - океанограф, доктор геолого-минералогических наук (1937), профессор (1937), Отличник Гидрометслужбы (1948), Лауреат премии им. академика И.М. Губкина (1962), Заслуженный деятель науки и техники РСФСР (1967). Награждена орденами Трудового Красного Знамени (1943), Ленина (1951) и «Знак Почёта» (1975).

1 Скрипко Константин Андреевич - н.с. Музея землеведения МГУ, kscripko@mail.ru; Брянцева Галина Владимировна - к.г.-м.н., доц., bryan.bryan@yandex.ru; Гущин Александр Иванович - к.г.-м.н., доцент геологического ф-та МГУ, alexmsu-824@mail.ru; Дубинин Евгений Павлович - д.г.-м.н, зав. сектором Музея землеведения МГУ, edubinin08@rumbler.ru.

446 Жизнь Земли 40(4) 2018 446-458

М.В. Клёнова (рис. 1) - смелая и самоотверженная исследовательница. Она участвовала в рейсах научных судов в сложнейших климатических обстановках арктических льдов и штормовой Атлантики; это единственная женщина, проводившая научные исследования в Арктике и у ледового щита Антарктиды. В своей науке Клёнова была первопроходцем, создала новое направление в геологии, выделив геологию моря в самостоятельную науку, и вырастила многочисленных учеников. Изучая донные отложения морей и океанов, разработала методику составления грунтовых карт дна. Под её руководством было составлено свыше 150 карт дна Баренцева, Белого, Каспийского и других морей. Рис- 1- Мария Вшшльевм Клён°ва.

Мария Васильевна Клёнова в 1924 г. окончила Московский государственный университет по специальности «минералогия» и поступила в аспирантуру, где под руководством профессора Я.В. Самойлова занималась изучением образцов морских донных отложений, собранных в рейсах научных судов. После смерти Самойлова, в 1925 г., продолжила работу над диссертацией на тему «К литологии Баренцева моря» под руководством академика В.И. Вернадского, которую защитила в 1926 г.

В феврале 1924 г., ещё студенткой, Клёнова поступила на работу в Плавучий морской научный институт (Плавморнин)2. В 1925 г. она, 27-летняя аспирантка МГУ, впервые вышла в море на научно-исследовательском судне «Персей»3 и в последующие шесть лет приняла участие в десяти рейсах на нём в полярных морях в качестве геолога экспедиции. В 1929 г. ушла в море на «Персее» уже в должности начальника экспедиции. Впервые в истории женщина возглавила морскую научную экспедицию.

Мария Васильевна Клёнова - первая в мире женщина, погрузившаяся в глубины моря в подводном обитаемом аппарате. В 1927 г. для наблюдения за приборами, отбирающими донные илы, она отправилась на дно моря в подводном аппарате - гидростате Е.Г. Даниленко4.

В тридцатые годы М.В. Клёнова начала работать над первым фундаментальным руководством по новому разделу наук о Земле - учебником «Геология моря», который был издан лишь после войны, в 1948 г. [6]. В 1937 г. ей постановлением ВАК присвоили учёную степень доктора геолого-минералогических наук без защиты диссертации и утвердили в звании профессора в области геологии моря. Во время войны под её руководством было составлено около 200 специальных карт и атласов для военно-морского флота. С 1945 г. Мария Васильевна принимала активное участие в подготовке к

2 Плавморнин создан 10 марта 1921 г., в 1929 г. переименован в «Государственный океанографический институт СССР» (ГОИН), в 1935 г. ему присвоено имя академика Н.М. Книповича, затем он вошёл в состав Всесоюзного института рыбного хозяйства и океанографии (ВНИРО). Современное название института: Полярный научно-исследовательский институт морского рыбного хозяйства и океанографии имени Н.М. Книповича (ПИНРО). Институт находится в Мурманске.

3 «Персей» - первое советское научно-исследовательское судно. За годы своего плавания НИС «Персей» совершил до 100 научных рейсов по северным морям - Баренцеву, Карскому, Гренландскому, плавал у берегов Новой Земли, Земли Франца-Иосифа, Ян-Майена, Шпицбергена. 10 июля 1941 г. был потоплен немецко-фашистской авиацией близ п-ова Рыбачий.

4 Гидростат Е.Г. Даниленко создан в 1923 г. для Экспедиции подводных работ особого назначения (ЭПРОН), которая занималась поиском и подъёмом затонувших судов. Гидростат успешно использовался при подводных работах на глубинах до 150 м - на тот момент это были мировые рекорды погружения.

изданию уникального Морского атласа - подлинной энциклопедии морей, куда вошло большинство ранее созданных ею грунтовых карт.

Многие годы Морская геологическая экспедиция Института геологических наук (ИГН) АН СССР, а потом Института Океанологии АН СССР, возглавляемая М.В. Клё-новой, работала на Каспийском море. По материалам этих работ было принято решение об освоении знаменитого морского месторождения нефти «Нефтяные камни». За монографию «Геологическое строение подводного склона Каспийского моря» [7] М.В. Клёновой и двум её сотрудникам, В.Ф. Соловьёву и Н.С. Скорняковой, в 1962 г. была присуждена премия АН СССР имени академика И.М. Губкина.

В 1954 г. М.В. Клёнова первой из женщин-учёных побывала с исследованиями на дрейфующей льдине полярной станции СП-4, а в 1956-57 гг. была единственной женщиной, участвовавшей в Первой Советской Антарктической экспедиции.

Материалы экспедиционных работ в Атлантике в 1959-63 гг. легли в основу монографии «Геология Атлантического океана» [8], написанной ею в соавторстве с В.М. Лавровым. В 1968 г., в год своего 70-летия, Клёнова вышла в море на НИС «Академик Курчатов», а в 1972 г. ходила в плавание на «ветеране» исследовательского флота - НИС «Витязь». В память о М.В. Клёновой названы океанская впадина к северу от Гренландии, открытая гидрографической экспедицией Северного флота в 1981-83 гг. (Долина Клёновой - Klenova valley), а также подводная гора Клёновой (Klenova seamount) в Атлантике, в 450 км к востоку от бразильского города Салвадор. Имя Клёновой носило учебно-производственное судно Севрыбхолодфлота «Профессор Клёнова», построенное в 1979 г. на верфи в г. Штральзунд (ГДР).

Татьяна Ивановна Устинова (1913-2009) - первооткрыватель камчатской Долины гейзеров (1941) и её первый исследователь. Открытие Долины гейзеров, наряду с открытием срединно-океанических хребтов, вулканизма и гидротерм на дне океана, является одним из крупнейших географических открытий ХХ века. Результаты своих исследований Т.И. Устинова изложила в кандидатской диссертации и в книге «Камчатские гейзеры» [11].

Т.И. Устинова (рис. 2) родилась 14 ноября 1913 г. в городе Алушта Ялтинского

уезда Таврической губернии Российской империи. Влияние на её выбор профессии геолога оказал отец, который учился в Горном институте в Томске. После окончания школы Татьяна поступила в только что созданный Харьковский гидрометеорологический институт, но через полтора года перевелась на геологический факультет Харьковского университета, который окончила в 1937 г. Вместе с мужем биологом Ю.В. Авериным в 1940 г. она оказалась на Камчатке, в Кроноцком заповеднике [12].

В те годы не было достоверных топографических карт на территорию заповедника и многочисленные впадающие в океан речки были известны лишь в своей приустьевой части, а в остальной 448

Рис. 2. Татьяна Ивановна Устинова в Долине гейзеров, 1979 г. Фото из архива М.Я. Жилина.

части долины они были нанесены «по опросным данным» и «предположительно». Татьяне Ивановне и сопровождавшему её наблюдателю заповедника ительмену Аниси-фору Павловичу Крупенину было дано задание проследить долину реки Шумной от устья до истоков. Поход к верховьям Шумной, который проходил сначала на нарте с запряжёнными в неё собаками, потом на лыжах и, наконец, пешком по глубокому снегу, состоялся с 7 по 22 апреля 1941 г. Во время привала на берегу Шумной они обнаружили периодически фонтанирующий горячий источник - гейзер, позже получивший название Первенец, а в 30 м выше от него по течению - устье впадающего в Шумную тёплого притока.

Сообщение об открытии гейзера на Камчатке было опубликовано в газете «Камчатская правда» и затем перепечатано «Известиями» накануне Великой Отечественной войны. Промелькнувшая в газетах заметка о сенсационной географической находке и статьи, публиковавшиеся после этого в малотиражных научных журналах, затерялись в потоках важных событий того времени. В течение полутора десятков лет, до выхода книги «Камчатские гейзеры» [11], о существовании гейзеров на Камчатке знал лишь узкий круг специалистов.

Летом того же 1941 г. заповедник организовал специальный выезд для обследования тёплого притока р. Шумной. Спуститься к долине этой загадочной речки Т.И. Устиновой и А.П. Крупенину удалось со стороны её верховий, с юго-западного подножия вулкана Кихпиныч. 25 июля они совершили сложнейший спуск с лошадью по обрывистому склону в среднюю часть долины реки и приступили к её обследованию. Впечатление от увиденного было ошеломляющим. Вдоль реки на левом, ближайшем к Кихпинычу склоне долины, были видны сплошь обнажённые, лишённые растительности участки с многочисленными пульсирующими кипящими источниками, прерываемые только активными площадками больших гейзеров. Именно в это посещение долины и было обнаружено большинство известных ныне гейзеров, которым они дали ёмкие названия, прочно закрепившиеся в научной литературе благодаря их соответствию наблюдаемой картине деятельности гейзера или характеру отложений гейзерита: Великан, Жемчужный, Сахарный, Тройной, Фонтан, Изумрудный грот, Щель и т. д. Неизвестная до того тёплая река получила наименование Гейзерная.

Так в 1941 г. было совершено крупнейшее географическое открытие ХХ века, и Камчатка стала четвёртым районом на земном шаре5, где действуют многочисленные гейзеры.

В августе 1945 г. Татьяна Ивановна смогла ещё раз побывать в Долине гейзеров, где провела повторные наблюдения за режимом гейзеров, которые можно было сопоставить с ранее сделанными наблюдениями, составила детальную схему, описала и сфотографировала их, набрала воды на анализы.

Надо отметить, что во время работы в Кроноцком заповеднике Татьяна Ивановна исследовала не только гейзеры и горячие источники, но и вулканы Крашенинникова, Кихпиныч, Конради, Шмидта, не раз бывала в Кальдере Узон. Она первой совершила восхождение на вершину действующего вулкана Гамчен (2576 м), обнаружив там ледник. Со спутниками, работниками заповедника, Татьяна Ивановна в разные времена года совершила 26 экспедиций, провела в маршрутах 425 суток [5].

В сентябре 1947 г. Устинова и Аверин вынуждены были уехать с Камчатки из-за болезни их трёхлетней дочери и только в 1979 г., после долгого перерыва, Татьяна Ива-

5 До этого группы гейзеров были известны лишь в Исландии, в Йеллоустонском национальном парке США и на Северном острове Новой Зеландии.

новна вновь побывала на Камчатке. Её пригласил Институт вулканологии для участия в съёмке документального фильма камчатского телевидения «Там, где зимует весна».

В 1988 г., после смерти мужа, Татьяна Ивановна уехала в Канаду, где жила старшая дочь Татьяна с семьёй. Живя там, Татьяна Ивановна продолжала интересоваться происходящим на Камчатке, вела активную переписку со своими друзьями. В одном из писем она писала: «Вряд ли когда придётся снова побывать на Камчатке. Но меня утешает то, что буду жить поближе к ней, хотя и по ту сторону Тихого океана» [5]. Несмотря на почтенный возраст, Татьяна Ивановна много путешествовала, побывав на Гавайях, в Мексике, в Перу, посетила Гранд-Каньон Колорадо. И, конечно же, не могла не посетить гейзеры Йеллоустонского парка. В 1999 г. она вновь прилетела на Камчатку из Канады со своей младшей дочерью Галиной. Её сопровождал М.Я. Жилин, который вспоминает, что во время посещения Долины гейзеров «Татьяна Ивановна не расставалась с записной книжкой, её интересовали изменения в режиме гейзеров более чем за полвека. Во время поездки ей было вручено удостоверение о присвоении её имени перевалу между вулканами Дзензур и Жупановским...» [5].

Татьяна Ивановна Устинова завещала захоронить свой прах на Камчатке, в Долине гейзеров. Она ушла из жизни на 96-м году жизни, 4 сентября 2009 г. А спустя год, 5 августа 2010 г., привезённый из Ванкувера прах первооткрывательницы этого удивительного уголка природы захоронили на живописном устойчивом склоне Долины с видом на парящие гейзеры. На могиле установили надгробие из обломков застывшей лавы, доставленной с вулкана Кихпиныч [4].

Мария Васильевна Бесова - первооткрыватель (1932) Джидинской группы месторождений молибдено-вольфрамовых руд (Холтосонского вольфрамового и Первомайского молибденового) и впоследствии целого ряда других полезных ископаемых Бурятии, в т. ч. месторождений шеелита (вольфрамата кальция) на Инкуре, каменного угля в Баянголе, в верховьях р. Сонгино, и в Хара-Хужире. М.В. Бесова кандидат геолого-минералогических наук, кавалер двух орденов Трудового Красного Знамени, заслуженный деятель науки и техники Бурятской АССР.

Наличие в бассейне реки Джиды коренного месторождения вольфрама было предсказано в 1928 г. профессором А.В. Арсентьевым. Предпосылками для этого служили постоянное присутствие зёрен вольфрамита в чёрных шлихах, полученных старателями Ивановского золотого прииска, и находка слабо окатанного обломка кварца с включениями кристаллов гюбнерита - вольфрамата марганца - в одном из отвалов прииска Глафировый [2].

В июне 1932 г. Восточно-Сибирский геологический трест (Иркутск) направил в этот район для проверки предположений Арсентьева четыре геологоразведочные партии. Начальником партии в Джидинский район была назначена М.В. Бесова, окончившая в 1930 г. Ленинградский университет. В то время местность представляла собой дикую горную тайгу, среди которой изредка встречались бурятские улусы. Партия М.В. Бесовой вела поис-Рис. 3. Мария Васильевна Бес°ва. ково-разведочные работы на вольфрам в пади Гуд-

жирка. Они начали проходку разведочных канав по склону долины, и 7 июля 1932 г. была вскрыта кварцевая жила мощностью полтора метра с крупными кристаллами гюбнерита. Эту жилу Мария Васильевна назвала «Первой». С тех пор 7 июля 1932 г. считают днём открытия Холтосонского месторождения, первого в Джидинской группе молибдено-вольфрамовых месторождений [3]. М.В. Бесовой в 1932 г. было 25 лет (рис. 3), а её подчинённым и того меньше - всего по 18-20 лет [3].

В последующие годы, вплоть до конца 1934 г., М.В. Бесова продолжала руководить разведочными работами в Джидинском районе. По имеющимся материалам написала и защитила кандидатскую диссертацию «Геология и минералогия Джидинского вольфрамового месторождения», несекретная часть которой была опубликована в первом томе серии «Месторождения редких и малых металлов СССР» в 1939 г. [2].

Открытое М.В. Бесовой месторождение стало одним из основных поставщиков вольфрама в нашей стране. Значение его ещё более возросло во время войны, когда Тырныаузское месторождение в Приэльбрусье оказалось на временно оккупированной территории. Джидинский вольфрамовый комбинат стал градообразующим предприятием, здесь вырос город Закаменск, в 1965 году ставший районным центром6.

Наталия Николаевна Сарсадских и Лариса Анатольевна Попугаева принадлежат к числу наиболее ярких представительниц плеяды женщин-«алмазниц», которые внесли решающий вклад в создание алмазодобывающей промышленности нашей страны, сделали Россию мировой алмазной державой.

Многие знают или слышали, что первое в Сибири коренное месторождение алмаза - кимберлитовую трубку «Зарница» - открыла Лариса Попугаева. Но мало кто знал тогда и знает сейчас, что успешную находку первой в Якутии кимберлитовой трубки, которую сразу окрестили «открытием века», предопределили авторы метода поисков коренных месторождений алмазов по присутствию в россыпях граната-пиропа Наталья Николаевна Сарсадских и её муж, доцент кафедры минералогии Ленинградского университета Александр Александрович Кухаренко. Они первыми высказали предположение, что якутские алмазы генетически связаны не с базальтами траппов и не с расслоенными интрузивами основного-ультраосновного состава, как считали тогда многие. Происхождение сибирских алмазов, как и алмазов Южной Африки, Н.Н. Сар-садских и А.А. Кухаренко связали с кимберлитами и предложили искать коренные месторождения алмаза по его минералу-спутнику в кимберлитах -пиропу.

Наталия Николаевна Сарсадских (19162013) (рис. 4) - кандидат геолого-минералогических наук (1959), один из авторов методики поиска алмазоносных кимберлитовых трубок по присутствию в шлихах зёрен пиропа.

6 Об истории Джидинского вольфрамового комбината и города Закаменска см. статью Ковалёв А.А., Поляков Е.Н., Цыремпилов Д.А., Березовская Л.В., Дубинин Е.П. Вчера, сегодня, завтра Джидинского вольфрамового месторождения и города Закаменска - сокровищницы Республики Бурятия // Жизнь Земли. 2018. Т. 40. № 3. С. 283-292.

Рис. 4. Н.Н. Сарсадских, 1953 г. «Женщина остаётся женщиной, особенно в поле» - комментарий Э.Н. Эрлиха [13, с. 655].

Наталия Николаевна Сарсадских в 1938 г. окончила геолого-почвенный факультет Ленинградского университета по специальности «геохимия». Во время войны работала в составе Уральской алмазной экспедиции, которая вела поиски россыпных месторождений алмаза. На Урале нет коренных месторождений алмазов, а страна остро нуждалась в большом количестве алмазного сырья.

Для поисков коренных месторождений после войны в Москве был создан специализированный Союзный трест № 2, которому подчинялись несколько крупных стационарных экспедиций, ведущих поиски алмазов, а в Ленинграде - Центральная экспедиция, которая также вела работы на эту тему на всей территории СССР. Наталия Сарсадских была назначена заведующей шлиховой минералогической лабораторией этой экспедиции. В Западной Якутии поисковые работы велись местной Амакинской экспедицией Союзного треста № 2 Главгеологии Министерства геологии СССР, находившейся в посёлке Нюрба на берегу Вилюя. Для поисков алмазов государство не считалось с расходами: геологи Амакинской экспедиции получили в своё распоряжение всё, вплоть до самолётов, в посёлке Нюрба была построена большая база с лабораториями. Однако, несмотря на многомиллионные вложения, Амакинская экспедиция за 10 лет не открыла ни одного коренного месторождения алмазов.

Знакомясь с опытом работ геологов Амакинской экспедиции, Н.Н. Сарсадских высказала идею о том, что для обнаружения коренных алмазоносных пород надо искать в россыпях не сами алмазы, которые встречаются крайне редко, а сопутствующие минералы. Для выявления минералогических критериев поисков пород, являющихся источниками алмаза в россыпях, она предложила составить шлиховую карту Сибирской платформы и возглавила эту работу. Первые исследования в этом направлении были сосредоточены в Вилюйском районе Якутии, который тогда считался наиболее перспективным и где в россыпях уже находили алмазы.

Надо отметить, что после многолетних поисков алмазоносных россыпей на Урале «над геологами-алмазниками, работавшими в Сибири, долгое время тяготела модель ассоциации месторождений с магматическими формациями «уральского типа». <...> Отчёты 1948-1952 гг. геологов Амакинской экспедиции, включая ведущего геолога-алмазника Г.Х. Файнштейна, основывались на идее ассоциации алмазов с минералами траппов. И самую большую находку на так называемой Соколинской косе на Вилюе связывали с ильменитом и пироксеном, т. е. типичными минералами трапповой ассоциации. Это влекло за собой признание основными поисковыми признаками присутствие в пробах таких минералов, как хромит и самородная платина» [13, с. 648]. Это заблуждение владело умами геологов, искавших алмазы в Якутии, до 1954 г.

Лариса Анатольевна Попугаева (Нинель7 Гринцевич) (1923-1977) - кандидат геолого-минералогических наук (1970). Летом 1954 г. открыла первое в Якутии коренное месторождение алмазов - кимберлитовую трубку «Зарница». В 1957 г. была награждена орденом Ленина, в 1970 г. - Почётным дипломом и знаком «Первооткрыватель месторождения». Именем Ларисы Попугаевой названы алмаз весом 29,4 карата, улицы в алмазных городах Удачном и Айхале. 17 июля 2004 г., в год 50-летия обнаружения трубки «Зарница», в городе Удачном ей был открыт памятник. 2 апреля 2014 г. ей, как и Сарсадских, посмертно присвоено звание «Первооткрывателя» за участие в открытии трубки «Удачной», самого богатого в России месторождения алмазов, а также звание «Почётный гражданин г. Удачный».

7 Так её называл отец, А.Р. Гринцевич, убеждённый коммунист, расстрелянный в 1937 г. Имя «Нинель» справа налево читается как «Ленин», все близкие люди звали Ларису «Неля».

«Говоря о сибирских алмазах, нельзя не рассказать о Ларисе Анатольевне Попугаевой - женщине-геологе, открывшей первую в России кимберлитовую трубку, названную «Зарницей», - так начинает своё повествование о непростой, трагической судьбе Ларисы Попугаевой Э.Н. Эрлих [13, с. 651]. <...> Попугае-ва - женщина из легенды. <...> Красивая, обаятельная, похожая на всех тогдашних кинозвёзд (рис. 5). <...> Романтичная, целеустремлённая, дотошно трудолюбивая, настойчивая. Училась лучше всех».

Окончив Ленинградский университет в 1950 г., Лариса Попугаева поступила на работу в Тунгус-ско-Ленскую экспедицию ВСЕГЕИ, занимавшуюся поисками месторождений алмазов в Сибири. Там в 1950 г. она и познакомилась с Наталией Сарсадских, опытным геологом-минералогом, которая была на семь лет старше.

В 1950 г. Лариса работала в поле на севере Иркутской области. В 1951 г. перешла на работу в Центральную экспедицию ВСЕГЕИ и весь полевой сезон провела на Полярном Урале. В 1952 г. в экспедицию она уже не поехала в связи с рождением дочери Ната- рис 5. л.А. Попугаева, нача-

ши, названной в честь Наталии Сарсадских, с которой ло 1960-х годов. Попугаева была очень дружна.

Лариса Попугаева перевелась в партию Сарсадских весной 1953 г. В полевой сезон им предстояло обследовать среднее течение реки Мархи, притока Вилюя. В выборе этого района работ Н.Н. Сарсадских руководствовалась тем, что в аллювии этой реки, близ устья её притока реки Далдын, были найдены кристаллы алмаза. Вторая причина заключалась в том, что по правобережью Далдына тянулись обширные поля траппов. По теории иркутских геологов, именно с ними должны были быть связаны коренные алмазоносные породы. Накануне полевого сезона 1953 г. Сарсадских тоже придерживалась этой теории, оказавшейся в дальнейшем неверной [9].

В район работ Сарсадских и Попугаева добирались с севера, из посёлка Оленёк. Оттуда до верховьев Мархи они прошли тяжелейшим маршрутом, в условиях полного бездорожья, преодолев по тайге и болотам около 300 км. Днём была нестерпимая жара, ночью - очень холодно, нещадно жрал гнус.

«С ними было трое рабочих: Фёдор Алексеевич Беликов и братья Е.А. и М.А. Евграфовы. Рацию их партия не имела. Вертолёты появились лишь через два-три года. Они ушли в безвестность не менее чем на два месяца, с тремя каюрами и оленями, нанятыми в Оленёке. Наталье Николаевне шёл 37 год, в Ленинграде у неё остался 13-летний сын и она была на большом сроке беременности. Ларисе Анатольевне было 30 лет, в Ленинграде она оставила годовалую дочь Наташу» [9, с. 55]. Просто потрясающе, на какие жертвы шли эти две женщины ради поставленной цели, ради успеха общего дела.

Далее Сарсадских и Попугаева разделились и работали двумя отрядами. Лариса должна была спуститься вниз по Далдыну, отбирая и промывая пробы. В двух точках своего пути, в приустьевых частях ручьев Кен-Юрях и Дьяха (притоках Далдына) она

обнаружила в шлихах многочисленные округлые лилово-красные и оранжевые зёрна минерала, оттенки цвета которого - «тёплые» или «горячие» - отличались от «холодных» тонов окраски знакомого ей граната-альмандина. Как выяснилось в дальнейшем, это был другой гранат, а именно пироп. В пробах обнаружился ещё один новый минерал чёрного цвета, похожий на ильменит, но отличавшийся от него тем, что просвечивал по краям коричневато-бурым цветом.

Домой Сарсадских и Попугаева вернулись лишь к концу октября 1953 г. Сарсадских по возвращении из Якутии ушла сначала в очередной, а затем в декретный отпуск. Обрабатывать полевые материалы пришлось Попугаевой. Лабораторные исследования показали, что чёрный минерал является пикроильменитом - разновидностью ильменита, отличающейся высоким содержанием магния, обычным спутником алмаза в кимберлитовых трубках южно-африканских месторождений. Этот результат был первым важным открытием Попугаевой. С этого момента стало ясно, что в районе работ должны быть кимберлиты и что искать их следует по минералам-спутникам алмаза - пиропу и пикроильмениту.

Чтобы выяснить, откуда шёл снос этого минерала и куда направить поиски, разыскивая его коренной источник, надо проследить, увеличивается или уменьшается количество и размер зёрен8 в шлихах. Так зародился шлиховой метод поисков коренных месторождений алмаза - кимберлитовых трубок - по спутнику алмаза пиропу. Авторство его принадлежит А.А. Кухаренко9 и геологам Центральной (Ленинградской) экспедиции Н.Н. Сарсадских и Л.А. Попугаевой.

Теперь, когда в сознании Сарсадских и Попугаевой окончательно оформился пи-роповый метод поиска кимберлитовых трубок, настала очередь проверить, как он работает на практике. Кухаренко настойчиво рекомендовал срочно провести пироповую съёмку в бассейне Далдына, притока реки Мархи, в тех местах, где в 1953 г. в пробах были встречены пиропы.

Но в 1954 г. полевые работы партии Сарсадских не планировались, и поэтому деньги на них в бюджете Центральной экспедиции отсутствовали. Помочь решил начальник Тунгуско-Ленской экспедиции ВСЕГЕИ И.И. Краснов. Он предложил принять на себя часть расходов по полевым работам, зачислив рабочего-промывальщика партии № 26 ЦЭ Ф.А. Беликова в штат своей партии № 182. Эта партия работала по договору с Амакинской геолого-разведочной экспедицией (АмГРЭ), которая, таким образом, должна была выплатить Ф.А. Беликову зарплату. В дальнейшем это позволило руководству АмГРЭ присвоить себе открытие кимберлитовой трубки Зарница [14]. Эта инициатива Краснова сыграет роковую роль в судьбе Ларисы Попугаевой.

Но кто из геологов партии № 26 сможет поехать в поле? «Я ехать не могла - у меня в феврале 1954 года родилась дочка. Поехала Лариса. Она долго отказывалась ехать, и я еле-еле её уговорила», - рассказывала позднее Сарсадских. У 30-летней Ларисы тоже была очень веская причина для отказа - она ждала второго ребенка. Её долго уговаривали, и Попугаева приняла тяжёлое для себя решение - прервала беременность на позднем сроке, никому об этом не сказав. Сарсадских узнала об этой её жертве только через много десятилетий [9]. Летом 1954 г., оставив двухлетнюю дочку, полубольная Лариса Попугаева отправилась в Якутию. Виктор Попугаев, опасаясь за здоровье жены, провожал её на самолёте до якутского посёлка Нюрба.

8 Пироп хрупок, и по мере удаления от источника его зёрна дробятся, становятся всё мельче.

9 Впоследствии А.А. Кухаренко стал иронично относиться к своему вкладу в якутскую алмазную эпопею. Для него, профессионального минералога, университетского преподавателя, казалось вполне обычным опознать пироп [9].

Партия Попугаевой в 1954 г. состояла из двух человек - её и лаборанта Фёдора Алексеевича Беликова. Из Нюрбы их забросили самолётом на Далдын, ниже устья ручья Кен-Юрях, где в пробах 1953 г. были встречены пиропы. Ведро, лопата, кирка, ручной лоток для промывания шлиха, лупа - вот и весь инвентарь. Палатки и продукты тащили на себе и в двух резиновых лодках на бечёвке вверх по реке. Пробы брали через каждые 500 м. Руки постоянно находились в ледяной воде. Работали с утра до вечера.

Промывая шлихи по р. Далдын и её притокам, Лариса Попугаева и Фёдор Беликов следили за распределением пиропа и пикроильменита в пробах, взятых вдоль по течению ручья, пока эти минералы не исчезли. Тогда они стали брать пробы на склоне, и наконец 21 августа 1954 г. вышли на элювиальные, т. е. практически не смещённые по склону выходы выветрелых кимберлитов. Такие голубовато-серые глиноподобные породы с обильными кристаллами пиропа и пикроильменита ранее в Сибири не встречались. Это была первая найденная в Сибири кимберлитовая трубка, ныне знаменитая «Зарница». Почти полтора месяца Лариса шла к ней.

Первооткрыватели оконтурили трубку (диаметр её оказался 300-350 м), нанесли её на карту. В качестве заявочного столба Беликов затесал стоящую на трубке лиственницу (рис. 6). Рядом под кучкой камней Лариса Попугаева оставила в консервной банке записку-заявку на открытие месторождения.

Приехав в июне в Якутию, Лариса Попугаева не скрывала, как она собирается искать коренные месторождения алмаза, не делала секрета из разработанного в Ленинграде пиропового метода поиска кимберлитов.

Несомненно, она думала об общих интересах, считала, что ради пользы дела не имеет права ничего утаивать, не заботилась о собственной будущей славе, возможной утрате приоритета, не задумывалась о том, что кто-то способен её опередить. Таким образом, некоторые геологи-амакинцы уже в 1954 г. смогли применить пироповый метод поиска. В дальнейшем этот поступок Л.А. Попу-гаевой был осуждён многими её бывшими ленинградскими коллегами, так как она, мол, «раскрыла перед сотрудниками конкурирующей организации открытие Н.Н. Сарсад-ских - А.А. Кухаренко» [9, с. 100].

Руководители Амакинской экспедиции острым чутьём опытных администраторов-аппаратчиков сразу поняли значение грядущего события - открытия первой кимберлитовой трубки, поняли ещё тогда, когда Попугаева с Беликовым брали пробы по руслу никому неизвестного ручья [13]. Открытие коренных месторождений алмаза сулило награды: ордена, денежные премии, карьерный рост. В начале августа руководство АмГРЭ направило на Далдын отряд В.Д. Скульского, который с этого момента постоянно сопровождал Попуга-еву [14].

Рис. 6. Л.А. Попугаева, Ф.А. Беликов и Пушок на месте находки трубки «Зарница». 22 августа 1954 г.

На другой день после своего открытия Попугаева и Беликов спустились от открытой ими трубки к Далдыну, и Попугаева сама рассказала амакинцам о находке, хотя Беликов и пытался удержать её от этого. На собрании геологов НИИГА она рассказала о своём открытии и подарила одному из геологов небольшой образец кимберлита. Она дорого заплатит за этот визит. То, что она рассказала об открытии кимберлитовой трубки геологам НИИГА, «раскрыла государственную тайну» представителям сторонней организации, будет поставлено ей в вину руководством Амакинской экспедиции, а Наталия Сарсадских до конца жизни не простит Ларисе, что первый образец кимберлита она подарила не ей.

Парадоксально, но успешное применение пиропового метода поиска коренных алмазоносных пород, что привело к открытию первой в Сибири кимберлитовой трубки, событие, которое обещало стать триумфом Ларисы Попугаевой, обернулось для неё жизненной драмой.

Руководство мощной местной Амакинской экспедиции раздражало, что первая якутская трубка оказалась обнаруженной не ими, потратившими на поиски коренных месторождений алмаза семь лет и миллионы рублей, а другой экспедицией. Причём найдена была эта трубка молодой женщиной, «заезжей гастролершей» из Ленинграда, вдвоём с единственным рабочим-промывальщиком, притом всего лишь за два месяца. И руководители АмГРЭ решили присвоить своей экспедиции открытие Л.А. Попугаевой, а заодно и многолетний труд геологов ленинградской Центральной экспедиции. Для того, чтобы сделать открытие первой кимберлитовой трубки заслугой Амакинки, приняли решение заставить Попугаеву перейти в Амакинскую экспедицию задним числом, до открытия трубки.

Начальник АмГРЭ М.Н. Бондаренко потребовал от Попугаевой написать заявление о переводе её в Амакинскую экспедицию. Она отвергала это наглое требование, считая его противозаконным. Почти два месяца продолжалась неравная борьба между оказавшейся в одиночестве Попугаевой и всесильным руководством Амакинской экспедиции. Наконец, она сдалась, и 15 ноября подписала задним числом перевод на работу в АмГРЭ [10].

Вместе с ней АмГРЭ досталась заслуга открытия первой в Якутии кимберлитовой трубки и даже успешное применение на практике разработанного ленинградскими минералогами пиропового метода поиска кимберлитов (напомним, что какие-то права на это АмГРЭ всё же имела, частично оплатив в 1954 г. полевые работы партии По-пугаевой). Добившись своего, Бондаренко выпустил Попугаеву. В Ленинград она вернулась со своими образцами, шлиховыми пробами и прочими полевыми материалами.

Зимой 1954-1955 гг. Н.Н. Сарсадских и Л.А. Попугаева вместе написали отчёт о результатах работ, проведённых в среднем течении Далдына в 1954 г., подготовили к печати статью «Новые данные о проявлении ультраосновного магматизма на Сибирской платформе», которая в 1955 г. была опубликована в журнале «Разведка и охрана недр», обосновав, что породы, найденные в трубке «Зарница», являются кимберлитами. К сожалению, на этом их сотрудничество закончилось.

Полевой сезон 1955 г. Попугаева провела в Якутии как рядовой геолог Амакин-ской экспедиции, описывала породы кимберлитовой трубки «Зарница». До серьёзных исследований её не допускали. Однако именно в то время она посоветовала молодому геологу В.Н. Щукину пройти по ручью, где в шлихах, взятых ею в предыдущем году, она нашла пиропы. Через несколько дней группа геологов, которой он руководил, открыла богатейшую алмазную трубку «Удачная» и в том же сезоне ещё две кимберли-456

товые трубки. Это был рекорд: за полевой сезон 1955 г. было открыто десять кимбер-литовых трубок.

В 1956 г. Попугаева уволилась из Амакинской экспедиции - её там и не держали, а в Ленинграде по месту прежней работы не взяли. Она поступила в аспирантуру в Горный институт.

В 1957 г. главный геолог Второго геологического треста А.П. Буров и пять геологов Амакинской экспедиции получили Ленинскую премию «за открытие коренного месторождения алмаза». Ни Ларисы Анатольевны Попугаевой, ни Наталии Николаевны Сарсадских в этом списке не было. Полугодом позже, в ознаменование 325-летия вхождения Якутии в состав России, Попугаева была награждена орденом Ленина, а Сарсадских - орденом Трудового Красного Знамени «за достигнутые успехи в хозяйственном и культурном строительстве».

Только в 1970 г. Л.А. Попугаева была награждена почётным дипломом и знаком «Первооткрыватель месторождения». В ноябре того же года она сделала в Ленинградском горном институте обобщающий доклад по своим работам и стала кандидатом наук.

О заслугах Наталии Сарсадских в разработке пиропового метода поисков и открытии коренных месторождений алмаза забыли надолго. Только через 36 лет после открытия трубки «Зарница», в 1990 г., ей вручили диплом и знак «Первооткрыватель месторождения» за вклад в открытие «Зарницы», в 1994 - удостоверение почётного гражданина города Удачный. В 2005 г. присвоили звание «Заслуженный геолог Республики Саха (Якутии)», а 2 апреля 2014 г., уже посмертно, звание «Первооткрывателя» за вклад в открытие другой трубки - «Удачная». В 1992 г. имя «Наталия Сарсадских» было дано алмазу весом 72,85 карата.

Таким образом, именно Сарсадских первой из советских геологов занялась изучением кимберлитов и ультраосновных включений в них и, изучая алмазоносные и неалмазоносные кимберлитовые трубки, пришла к заключению, что алмазы не кристаллизуются из кимберлитовой магмы, которая генерируется в глубинных очагах и является лишь транспортёром алмазов. Выводы, сделанные ею об образовании алмазов и кимберлитов и о строении верхней мантии, в настоящее время разделяются большинством исследователей.

ЛИТЕРАТУРА

1. Аверина Г.Ю., Аверина Т.Ю. Татьяна Ивановна Устинова // Труды Кроноцкого государственного природного биосферного заповедника. Вып. 3. / Отв. ред. А.П. Никаноров. Воронеж: ООО «СТП», 2014. С. 6-16 (www.kronoki.ru/ufiles/trudy_kronockogo_zapovednika_3_vypusk.pdf).

2. Бесова М.В. Геология и минералогия Джидинского вольфрамового месторождения // Месторождения редких и малых металлов СССР. Т. 1 / Под ред. А.Е. Ферсмана. М.-Л.: Изд. АН СССР, 1939. С. 3-87.

3. Вольфрамовая жемчужина страны: исторический очерк / Авт.-сост. и ред. Н.Н. Далабае-ва. Улан-Удэ: НоваПринт, 2014. 240 с.

4. Жилин М.Я. Долина гейзеров приняла свою первооткрывательницу // Вопросы географии Камчатки. 2011. Вып. 13. Петропавловск-Камчатский: Холдинговая комп. «Новая книга». С. 136-138.

5. Жилин М.Я. Круг жизни Татьяны Устиновой // «Всеобщее богатство человеческих познаний». Материалы XXX Крашенниковских чтений / Мин. культуры Камч. края, Камч. краевая науч. б-ка им. С.П. Крашенинникова. Петропавловск-Камчатский. 2013. С. 104-106 (www. kamlib.ru/resourses/gilin_30.htm).

6. Клёнова М.В. Геология моря: учебное пособие для географических факультетов университетов и педагогических институтов. М.: Учпедгиз, 1948. 495 с.

7. Клёнова М.В., Соловьев В.Ф., Алексина И.А., Вихренко Н.М., Кулакова Л.С., Маев Е.Г., Рихтер В.Г., Скорнякова Н.С. Геологическое строение подводного склона Каспийского моря. М.: Изд-во АН СССР, 1962. 637 с.

8. Клёнова М.В., Лавров В.М. Геология Атлантического океана. М.: Наука, 1975. 458 с.

9. Костицын В.И. Лариса Попугаева - первооткрывательница алмазов в России. Пермь: Издат. центр «Perm University Press», 2016. 232 с.

10. Трейвус Е.Б. Голгофа геолога Попугаевой // «Нева». 2003. № 9. С. 159-169 (magazines. russ.ru/neva/2003/9/treif.html).

11. Устинова Т.И. Камчатские гейзеры / Институт географии АН СССР. М.: Географгиз, 1955. 120 с.

12. Устинова Т. Воспоминания (автобиографический очерк). Серия «Кроноцкий заповедник: люди и судьбы». Петропавловск-Камчатский: Камчатпресс, 2011. 128 с.

13. Эрлих Э.Н. Месторождения и история: геология. СПб: Изд-во «Написано пером», 2016.

718 с.

14. Юзмухаметов Р.Н. История открытия первого месторождения алмазов в России - кимберлитовой трубки «Зарница» (1950-1990-е годы) // Вестник Челябинского государственного университета. 2011. № 1 (216). История. Вып. 43. С. 87-91.

REFERE^ES

1. Averina G.Yu., Averina T.Yu. Tatyana Ivanovna Ustinova. Proceedings of Kronotsky State Natural Biosphere Reserve. 3, 6-16 (Voronezh: OOO STP, 2014) (http://www.kronoki.ru/ufiles/trudy_ kronockogo_zapovednika_3_vypusk.pdf) (in Russian).

2. Besova M.V. Geology and mineralogy of the Dzhidinsky tungsten deposit. Deposits of rare and small metals of the USSR. 1, 3-87 (Moscow-Leningrad: Izdatel'stvo AN SSSR, 1939) (in Russian).

3. Dalabaeva N.N. (red.). Tungsten Pearl of the country: a historical sketch. 240 p. (Ulan-Ude: NovaPrint, 2014) (in Russian).

4. Zhilin M.Ya. The Valley of Geysers accepted its discoverer. Voprosy Geographii Kamchatki. Vol. 13, 136-138 (Petropavlovsk-Kamchatsky: Holding comp. «A new book», 2011) (in Russian).

5. Zhilin M.Ya. The life circle of Tatyana Ustinova. The Universal Wealth of Human Knowledge. Mat. of XXX Krashennikovsky Readings. P. 104-106 (Petropavlovsk-Kamchatsky: Kamchatka Ministry of Culture, Kamchatka regional scientific Library in memory of S.P. Krasheninnikov, 2013) (http:// www.kamlib.ru/resourses/gilin_30.htm) (in Russian).

6. Klyonova M.V. Geology of Sea: A textbook for geographic faculties of universities and pedagogical institutes. 495 p. (Moscow: Uchpedgiz, 1948) (in Russian).

7. Klyonova M.V., Soloviyov V.F., Aleksina I.A., Vikhrenko N.M., Kulakova L.S., Mayev E.G., Richter V.G., Skornyakova N.S. Geological structure of the Caspian underwater slope (Moscow: Izdatel'stvo AN SSSR, 1962). 637 p. (in Russian).

8. Klyonova M.V., Lavrov V.M. Geology of the Atlantic Ocean. 458 p. (Moscow: Nauka, 1975) (in Russian).

9. Kostitsyn V.I. Larisa Popugaeva - the first discoverer of diamonds in Russia. 232 p. (Perm: Publ. center "Perm University Press", 2016) (in Russian).

10. Treivus E.B. Golgopha of geologist Popugaeva. Neva. 9, 159-169 (2003) (http://magazines. russ.ru/neva/2003/9/treif.html) (in Russian).

11. Ustinova T.I. Kamchatka Geysers. 120 p. (Moscow: Geografgiz, 1955) (in Russian).

12. Ustinova T. Memories (Autobiographical sketch). 128 p. (Petropavlovsk-Kamchatsky: Kamchatpress, 2011) (in Russian).

13. Ehrlich E.N. Deposits and history: geology. 718 p. (S.-Petersburg: Publishing House «Napisano perom», 2016) (in Russian).

14. Yuzmukhametov R.N. The history of the discovery of the first diamond deposit in Russia - the "Zarnitsa" kimberlite pipe (1950-1990s). Chelyabinsk State University Bulletin (History, Is. 43). 216 (1), 87-91 (2011) (in Russian).