Репродуктивная функция крыс при введении липополисахарида

Проблемы здоровья и экологии

116

может быть обусловлен взаимодействием KI и H2O2 через гидроксильный радикал. При увеличении концентрации NaNO2 в 3 раза содержание молекулярного йода увеличивается незначительно. Это обусловлено уменьшением растворимости кислорода, а также это возможно при взаимодействии радикалов ODH с радикалом NO, с супероксидным анион — радикалом и перекисью водорода, которые, взаимодействуя между собой, образуют оксоперок-сонитрат водорода, который не образует молекулярный йод. При растворении в растворе KI дитионита, который связывает свободный ки-

слород, под действием УЗ или УФ образование молекулярного йода не происходило вследствие отсутствия диссоциации кислорода в реакционных областях. При образовании молекулярного йода под действием УФ или УЗ рН растворов увеличивалось в сторону щелочной среды.

Заключение

По результатам эксперимента можно предположить, что механизм образования молекулярного йода в исследованных моделях под действием УЗ и УФ одинаков и протекает под воздействием гидратированного электрона (рисунок 2).

инициированного гидратированным электроном под действием УФ иУЗ

библиографический список

1. Маргулис, М. А. Звукохимические реакции и сонолюминесценция / М. А. Маргулис. — M., 1986. — С. 260.

2. Маргулис, М. А. Основы звукохимии / М. А. Маргулис. — М.: Химия, 1984. — 260 с.

3. Маргулис, М. А. О механизме многопузырьковой сонолюминесценции. / М. А. Маргулис // Журнал физической химии. — 2006. — Т. 80, № 10. — С. 1908-1913.

4. Химия и ультразвук / под ред. А. С. Козьмина. — М.: Мир, 1993. — С. 560.

5. Freeman, G. R. Radiation chemistry of ethanol: A review of data on yields, reactions rates parameters and spectral proper-

ties of transients / G. R. Freeman // NSRDS-NBS. — 1974. — № 48. — Р. 56.

6. Hart, E. Т. A review of the radiation chemistry of the hydrated electron in aqueous solution / E. RHart, J. K. Thomas, S. A. Gordon // Radiat. Res. — 1964. — Vol. 21, № 4. — Р. 74-87.

7. Anbar, M. Selected specific rates of transients from water in aqueous solution. 1. Hydrated electron / M. Anbar, M. B.Ross. // NSRDS-NBS. — 1973. — № 43. — Р. 1-59.

8. Adams, G. E. Pulse radiolysis studies on the oxidation of organic radicals in aqueous solution / G. E.Adams, R. L. Willson // Trans. Faraday Soc. — 1969. — Vol. 65, № 9. — Р. 2981-2987.

Поступила 22.04.2009

УДК 618. 2: 616. 157: 547.458.1] - 092. 9

РЕПРОДУКТИВНАЯ ФУНКЦИЯ КРЫС ПРИ ВВЕДЕНИИ ЛИПОПОЛИСАХАРИДА

Т. С. Милош, Н. Е. Максимович Гродненский государственный медицинский университет

В опытах на 155 беременных крысах с внутримышечным введением липополисахарида Exoli «Sigma» в период беременности установлено нарушение репродуктивной функции, характер которого зависел от дозы вводимого препарата и сроков его введения.

Ключевые слова: беременность, липополисахарид, репродуктивная функция.

Проблемы здоровья и экологии

117

REPRODUCTION FUNCTION OF RATS AT INTRODUCTION OF LIPOPOLYSACCHARIDE

T. S. Milosh, N. E. Maksimovich

Grodno State Medical University

On 155 pregnancy rats with intramuscular introduction of E. coli lipopolysaccharides, «Sigma» during pregnancy de-terminence distutbances reproduction function, dependent from dose of lipopolysaccharides and the period pregnancy.

Kew words: pregnancy, lipopolysaccharide, reproduction function.

Важнейшим направлением развития здравоохранения Республики Беларусь остается охрана материнства и детства. Прогресс современной перинатологии привел к необходимости решения новых проблем, связанных с гестационным периодом и антенатальной охраной плода. Одно из ведущих мест в этиологии осложненного течения гестационного периода принадлежит различным инфекциям. В связи с этим важнейшей проблемой акушерства и перинатологии является борьба с вирусными и бактериальными инфекциями, частота которых неуклонно возрастает.

В Беларуси доля инфекции среди перинатальных потерь в настоящее время занимает 3 место после гипоксии и респираторного дистресссиндрома [3, 4]. До сих пор нерешенной проблемой остается младенческая смертность, причиной которой часто являются заболевания вирусной и бактериальной природы [6]. Инфекции, специфичные для перинатального периода, в РБ ежегодно регистрируются у 3-4 тыс. новорожденных. В структуре заболеваемости новорожденных внутриутробная инфекция (ВУИ) составляет 20-40 % случаев, она часто приводит к развитию тяжелых осложнений и может стать причиной смерти плода (ребенка) в перинатальном периоде [9, 2].

Исходом ВУИ являются инфекционные заболевания плода и новорожденного, пороки развития, хроническая гипоксия, гипотрофия плода, невынашивание беременности, плацентарная недостаточность, многоводие, нарушение адаптации новорожденных. Часто инфекционная патология у плода является основным фоном, на котором возникают асфиксия, внутричерепная травма, неврологические нарушения [7]. У выживших детей с ВУИ часто развиваются серьезные нарушения, среди которых значительное место составляют нарушения физического и психического развития [10]. Последствиями инфекции могут быть умственные нарушения, шизофрения, аутизм, церебральные параличи [11].

Среди инфекционных агентов, способствующих возникновению нарушений в системе «мать-плод», значительную роль играют гра-мотрицательные бактерии [5]. Патогенные эффекты этих микроорганизмов во многом обу-

словлены входящим в их состав липополисахаридом (ЛПС).

Целью исследований явилось выяснение состояния репродуктивной функции самок крыс при введении ЛПС в различные периоды беременности.

Материал и метод

Исследования выполнены на 155 белых беспородных беременных крысах массой 200250 г, разделенных на две серии: крысы I серии (контроль) внутримышечно получали стерильный изотонический раствор NaCl в объеме 0,5 мл в различные периоды беременности, крысы II серии внутримышечно получали ЛПС (Lipopoly-sacharide E. тоП Serotype 0127:В8 «Sigma») в различные периоды беременности.

Изучали эффекты ЛПС после внутримышечного введения препарата в ранний период (имплантации и эмбриогенеза, 4 сутки), средний период (плацентации, 13 сутки) и поздний период (период завершения органогенеза, 17 сутки) беременности в дозах 0,04 мг/кг; 0,4 мг/кг; 2,4 мг/кг;

5.0 мг/кг и 10 мг/кг.

Крысы I серии разделены на три группы (контроль 1, контроль 2, контроль 3), им вводили изотонический раствор NaCl на 4 (n = 8), 13 (n = 9) и 17 сутки беременности (n = 8) соответственно.

Животные II серии разделены на три группы соответственно срокам введения ЛПС в первый, второй и третий периоды беременности. В свою очередь, каждая из групп была разделена на несколько подгрупп в соответствии с дозами вводимого препарата. Животные 1 группы (n = 51) получали ЛПС в дозах 0,04 мг/кг; 0,4 мг/кг; 2,4 мг/кг на 4 сутки беременности, животные 2 группы (n = 44) — в дозах 0,04 мг/кг; 0,4 мг/кг; 2,4 мг/кг;

5.0 мг/кг на 13 день беременности, животным 3 группы (n = 35) препарат вводили в дозах 0,04 мг/кг; 0,4 мг/кг; 2,4 мг/кг, 5,0 мг/кг на 17 сутки беременности.

Изучение репродуктивной функции крыс осуществляли с помощью общепринятых тестов, исследования осуществляли в условиях наркоза (внутримышечно тиопентал натрия, 40-60 мг/кг) [1]. После лапаротомии в яичниках самок крыс 20 дня беременности определяли количество желтых тел (ЖТ), в рогах матки

Проблемы здоровья и экологии

118

подсчитывали количество мест имплантации (МИ) и живых плодов (ЖП), определяли массу плацент (МП). Рассчитывали показатели эмбриональной или доимплантационной смертности (ДИС) и плодовой или постимплантационной смертности (ПИС), плацентарно-плодовый коэффициент (ППК).

Показатель ДИС определяли как отношение разности количества желтых тел и количества мест имплантации к количеству желтых тел и выражали в процентах ДИС (%) = (ЖТ -МИ) / ЖТ х 100 %. Показатель ПиС плодов определяли как отношение разности между количеством мест имплантации и количеством живых плодов к количеству мест имплантации и выражали в процентах (ПИС (%) = (МИ -ЖП) / МИ х 100 %). ППК рассчитывали как отношение между массой плаценты и массой тела крысенка и выражали в процентах (ППК = масса плаценты/массу крысенка х 100 %).

Статистическая обработка данных осуществлялась с использованием программы «Sta-tistica 6,0» и «Microsoft Excel 2003». Достоверность различий оценивали с использованием t-критерия Стьюдента для независимых выборок. Все данные представлялись в виде среднего арифметического и ошибки среднего арифметического (M ± m). Критический уровень значимости p принимали равным 0,05. Нормальное распределение признаков проверяли с использованием метода Шапиро-Уилко. Поскольку в большинстве групп признаки не имели нормального распределения, соответственно при сравнении независимых групп с ненормальным распределением значений одного или двух количественных признаков использовался непараметрический метод — тест Манна-Уитни [8].

Результаты и их обсуждение

Изучение репродуктивной функции крыс после введения ЛПС в период беременности выявило наличие ее нарушений в виде увеличения ДИС и ПИС, полной или частичной резорбции плодов у части крыс, задержки антенатального развития плодов и изменения ППК.

Во всех исследуемых группах с введением ЛПС в различных дозах в различные периоды беременности количество ЖТ в яичниках беременных крыс не отличалось от значений данного показателя в контрольных группах (p > 0,05). Характер изменений других показателей при введении ЛПС зависел от сроков и дозы вводимого препарата.

Наибольшая выраженность изменений репродуктивной функции крыс установлена при введении ЛПС в период имплантации и эмбриогенеза. Даже после введения препарата в дозе 0,04 мг/кг отмечалось снижение количества МИ в матке до 4,6 ± 0,53 (n = 7, p < 0,001), в контроле — 10,8 ± 1,28 (n = 8). Отмечалось

повышение показателя ДИС до 58,2 % (в контроле — 7,8 %, p < 0,001), ПиС — до 15,2 % (в контроле — 1 %, p < 0,001), а также отмечалось снижение количества ЖП в помете до 3,9 ± 0,69 (n = 7), что на 63,2 % меньше (р < 0,001), чем у крыс 1 контрольной группы (10,6 ± 0,52, n = 8).

После введения ЛПС в дозе 0,4 мг/кг количество МИ (3,5 ± 0,53, n = 8) было еще меньше (р < 0,001), чем в контроле и меньше по сравнению с их числом при введении ЛПС в дозе 0,04 мг/кг (р < 0,05). Количество ЖП (2,6 ± 0,52, n = 8) было на 75,5 % меньше (р < 0,001), чем у крыс 1 контрольной группы и меньше по сравнению с их числом при введении ЛПС в дозе 0,04 мг/кг (р

< 0,05). Показатели ДИС (67,6 %), ПИС (25,7 %) были больше (р < 0,001), чем в контроле и несколько больше, чем в предыдущей подгруппе (р

< 0,05). Также отмечалось увеличение количества крыс с полной резорбцией плодов до 50 % (n = 7) при введении ЛПС в дозе 0,04 мг/кг и до 70 % (n = 19) — в дозе 0,4 мг/кг.

После введения ЛПС в дозе 2,4 мг/кг ДИС составила 27 %, ПИС — 37,5 %, у 90 % (n = 9) крыс отмечена полная резорбция плодов, что отражает прямо-пропорциональную зависимость эмбриотоксического эффекта ЛПС от дозы вводимого препарата.

Таким образом, при введении ЛПС в первый период отмечалось дозозависимое повышение показателя ДИС, уменьшение количества ЖП в помете, а также увеличение количества крыс с полной резорбцией плодов.

Абсолютная МП в подопытных группах с введением ЛПС в первый период была ниже, а во второй и третий — выше, чем в контрольной (р < 0,001). Так, после введения ЛПС в период имплантации и эмбриогенеза МП составила 453,3 ± 22,36 мг (n = 9), в контроле — 545,6 ± 28,47 мг (n = 8). Масса плодов подгруппы с введением ЛПС в период имплантации и эмбриогенеза составила 5,5 ± 0,32 г (n = 18).

При введении ЛПС в период плацентации в дозе 0,04 мг/кг количество мИ (11,0 ± 0,82, n = 7) не отличалось от значений этого показателя во 2 контрольной группе (11,4 ± 0,88, n = 9, р > 0,05) и от количества МИ в группе крыс с введением ЛПС в первый период. Отмечалось уменьшение количества ЖП до 9,0 ± 0,58, n = 7 (на 18,9 %) в отличие от этого показателя во 2 контрольной группе (11,1 ± 0,93, n = 9) и было на 56,7 % больше (р < 0,05) по сравнению с числом ЖП в группе крыс с введением ЛПС в первый период (3,9 ± 0,69, n = 7). ДИС составила 3,5 %, ПиС — 18,2 %, что меньше (р < 0,05), чем у крыс, получавших препарат в аналогичной дозе в первый период.

При введении ЛПС в дозе 0,4 мг/кг количество ЖТ и МИ также не отличалось от их значений во 2 контрольной группе. Однако ко-

Проблемы здоровья и экологии

119

личество МИ (10,8 ± 0,46, n = 8) было больше (р < 0,001) в отличие от количества МИ в группе с введением ЛПС в первый период (3,5 ± 0,53, n = 8). Также наблюдалось уменьшение количества ЖП в помете до 6,9 ± 0,99 (n = 8), или на 37,8 % по сравнению с количеством ЖП во 2 контрольной группе (р < 0,001) и было на 62,3 % больше (р < 0,05), чем в группе с введением ЛПС в аналогичной дозе в первый период, но меньше (р < 0,05) по сравнению с их числом при введении ЛПС в дозе 0,04 мг/кг.

У крыс, получавших препарат во второй период беременности, показатель ДИС в этой группе не изменился (6,9 %, р > 0,05) и отмечалось увеличение показателя ПИС (36,1 %, p < 0,001) в сравнении с контрольной группой (2,6 %), что было выше (p < 0,001), чем у крыс, получавших препарат в аналогичной дозе в первый период.

При использовании ЛПС в дозе 2,4 мг/кг в период плацентации отмечался более высокий показатель плодовой гибели (61,2 %), чем при введении ЛПС в дозе 0,04 мг/кг (18,2 %) и в дозе 0,4 мг/кг (36,1 %). Отмечалось снижение количества ЖП до 3,8 ± 1,49 (n = 8), что не отличалось от их количества в группе с введением ЛПС в первый период (р > 0,05), но было меньше (р < 0,05) по сравнению с их числом при введении ЛПС в дозе 0,4 мг/кг и на 65,8 % меньше (p < 0,001), чем во 2 контрольной группе.

При введении ЛПС в дозе 5 мг/кг отмечался еще более высокий показатель плодовой гибели (62,5 %), чем при введении ЛПС в дозе

2.4 мг/кг, что отражает зависимость эмбриотоксического эффекта ЛПС от его дозы.

При использовании ЛПС в дозе 10 мг/кг отмечалась гибель беременных крыс (n = 3) в течение 2 часов от септического шока.

Как и у беременных крыс с введением ЛПС в первый период, у крыс с введением ЛПС в период плацентации также отмечалось дозозависимое увеличение количества крыс с полной резорбцией плодов, однако повышение данного показателя отмечалось при более высоких дозах вводимого препарата.

Так, при введении ЛПС в дозе 0,04 мг/кг, которая вызывала полную резорбцию плодов у 50 % (n = 7) беременных крыс, получавших аналогичную дозу вводимого препарата в период имплантации и эмбриогенеза, крыс с полной резорбцией плодов в данной группе не наблюдалось, при введении ЛПС в дозе 0,4 мг/кг этот показатель составил 27 % (n = 3). Полная резорбция плодов у 50 % (n = 8) крыс этой группы отмечалась при введении ЛПС в дозе

2.4 мг/кг, а при введении ЛПС в дозе 5 мг/кг этот показатель составил 90 % (n = 9, p < 0,001).

После введения препарата в первый период отмечалось понижение МП (p < 0,001), а во второй и третий — увеличение, p < 0,001.

После введения препарата в первый период отмечалось снижение МП до 453,3 ± 22,36 мг (n = 9, p < 0 ,001), а во второй и третий периоды увеличение МП составило 640,0 ± 11,46 мг (n = 9, p < 0,001) и 622,2 ± 16,98 мг (n = 9, p < 0,001) соответственно. Плацентарно-плодовый коэффициент после введения ЛПС в первый период снизился до 8,2 % (в контроле — 9,2 %), а после введения ЛПС во второй и третий периоды его значение повысилось (13,1, 11,3 % соответственно). Вес плодов подгруппы с введением ЛПС в период плацентации составил 4,9 ± 0,28 г (n = 12), что меньше (р < 0,05), чем в 1 контрольной группе (5,9 ± 0,39 г, n = 17).

Период завершения органогенеза оказался наиболее устойчивым к введению ЛПС в плане возникновения нарушений репродуктивной функции. После введения ЛПС в дозе 0,04 мг/кг количество МИ в рогах матки и ЖП не отличалось от значений этих показателей в 3 контрольной группе (р > 0,05) и было выше (10,7 ± 1,11, n = 7), чем в группе с введением ЛПС в первый период (р < 0,05), но не отличалось от значений этого показателя в группе крыс с введением ЛПС во второй период (р > 0,05). Количество ЖП (10,3 ± 0,49, n = 7) было, соответственно, на 35 и 12,6 % выше (р < 0,05), чем в группах с введением ЛПС в первый и во второй периоды и не отличалось от значения в контрольной группе (р > 0,05). Показатели ДИС (2,7 %) и плодовой гибели (3,7 %) не отличались от значений в контроле и были значительно ниже, чем при введении ЛПС в аналогичной дозе в первый период (58,2 и 15,2 % соответственно).

При использовании ЛПС в дозе 0,4 мг/кг и

2,4 мг/кг количество МИ 9,1 ± 1,25 (n = 8) и 10,3 ± 0,76 (n = 7), соответственно, было меньше по сравнению с этим показателем в группах с введением ЛПС в аналогичной дозе во втором периоде. Количество ЖП в помете (7,9 ± 1,05, n = 9) было на 26,9 % меньше, чем в 3 контрольной группе (10,8 ± 0,46, n = 8, p < 0,001) и больше, чем после введения ЛПС в дозе 0,04 мг/кг (p < 0,001), а также после введения препарата в аналогичной дозе в первый период (р < 0,05).

При введении ЛПС в дозе 0,4 мг/кг отмечался несколько более высокий показатель ДИС (9 %), чем при введении ЛПС в аналогичной дозе во втором периоде (6,9 %, р > 0,05) и более низкий показатель плодовой гибели (13,2 %), чем при введении ЛПС в аналогичной дозе в первый (25,7 %, р < 0,001) и во второй периоды (36,1 %, р < 0,001).

При использовании ЛПС в дозе 2,4 мг/кг также отмечалось более низкое количество ЖП в помете (7,0 ± 0,87, n = 9) на 35,2 % (p < 0,001), чем в 3 контрольной группе, но более высокие значения по сравнению с введением препарата в

Проблемы здоровья и экологии

120

аналогичной дозе во второй период (р < 0,05) и после введения ЛПС в дозе 0,04 мг/кг (р < 0,05).

При введении ЛПС в дозе 5 мг/кг наблюдалось снижение количества ЖП в помете (4,8 ± 1,48, n = 9, р < 0,001) на 55,6 % в сравнении с количеством ЖП в 3 контрольной группе и в сравнении с количеством ЖП в группе с введением ЛПС в дозе 0,04 мг/кг (р < 0,001). Высокие значения показателя ПИС (31,1 % и 54,3 %) отмечались (р < 0,001) при введении препарата в более высоких дозах (2,4 и 5 мг/кг соответственно) в сравнении со значением ПИС в 3 контрольной группе (1,8 %). Введение ЛПС в этих дозах в данный период сопровождалось увеличением количества крыс с полной резорбцией плодов (15 %, n = 1 и 35 %, n = 5 соответственно).

Итак, введение ЛПС беременным крысам приводит к изменениям в системе «мать -плод», что проявляется нарушением репродуктивной функции: снижением количества мест имплантации в рогах матки, увеличением резорбции плодов, показателей до- и постимплантационной смертности плодов, плацентарно-плодового коэффициента и снижением количества живых плодов (плодовитости), характер которых определяется сроками введения микробного компонента.

Наибольшая чувствительность нарушений репродуктивной функции крыс отмечается при введении ЛПС препарата в период имплантации и эмбриогенеза. Уже при введении ЛПС в дозах 0,04 и 0,4 мг/кг отмечается дозозависимое повышение как доимплантационной смертности эмбрионов (58,2 %, p < 0,001 и 67,6 %, p < 0,001), так и постимплантационной смертности плодов (15,2 %, p < 0,001 и 25,7 %, p < 0,001), а также снижение количества живых плодов в помете (на 63 %, р < 0,001 и на 75 %, р < 0,001).

Введение препарата в период плацентации характеризовалось наличием нарушений репродуктивной функции при введении препарата в более высоких дозах ЛПС. Доза ЛПС 0,4 мг/кг приводила к уменьшению показателя плодовитости на 38% (p< 0,001) и повышению показателя постимплантационной смертности плодов до 36,1 % (p < 0,001), а доза ЛПС 2,4 мг/кг — на 66 % (p < 0,001) и 61,2 % (p < 0,001) соответственно.

Период завершения органогенеза оказался наиболее устойчивым к введению препарата. Снижение плодовитости отмечалось при введении только высоких доз препарата (2,4 и 5 мг/кг), наблюдалось снижение количества живых плодов в помете на 34 % (p < 0,001) и 56 % (p < 0,001).

Изучение репродуктивной функции крыс после введения ЛПС выявило дозозависимое увеличение ДИС после введения ЛПС в период

имплантации и эмбриогенеза, а также дозозависимое увеличение показателя ПИС после введения препарата в периоды плацентации и завершения органогенеза. Причем такая закономерность прослеживалась в подгруппах крыс с введением ЛПС в период плацентации в более низких дозах. Изменения массы плаценты и ППК были разнонаправлены. После введения ЛПС в первый период происходит их снижение, а во второй и третий — увеличение.

Таким образом, выявлена зависимость нарушения репродуктивной функции после введения ЛПС как от дозы вводимого препарата, так и от сроков беременности, в которые осуществляли его введение. Наиболее выраженные нарушения отмечаются после введения ЛПС в период имплантации и эмбриогенеза, наименее выраженные — в период завершения органогенеза.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Бурыкин, Г. Н. Введение димефосфана в ранние сроки беременности и оценка его действия на потомство крыс / Г. Н. Бурыкин, Р. Х. Алеева, Р. Х. Хафизьянова // Экспериментальная и клиническая фармакология. — 2004. — Т. 67, № 2. — С. 35-37.

2. Гнедько, Т. В. Инфекционная заболеваемость новорожденных в родовспомогательных учреждениях Республики Беларусь / Т. В. Гнедько, Н. Г. Капура, О. Н. Гриценко // Безопасное материнство в XXI в.: сб. матер. VIII съезда акушеров-генекологов и неонатологов республики Беларусь. — Мн., 2007. — С. 481-483.

3. Организационное обеспечение безопасного материнства в Республике Беларусь / В. И. Жарко [и др.] // Безопасное материнство в XXI в.: сб. матер. VIII съезда акушеров-генекологов и неонатологов Республики Беларусь. — Мн., 2007. — С. 3-13.

4. Здравоохранение в Республике Беларусь: офиц. стат. сб. за 2007 г. — Мн.: ГУ РНМБ, 2008. — 30 с.

5. К вопросу о становлении микробиоценоза у недоношенных новорожденных / И. Г. Земляной [и др.] // Безопасное материнство в XXI в.: сб. матер. VIII съезда акушеров-генекологов и неонатологов Республики Беларусь. — Мн., 2007. — С. 490^91.

6. Куличковская, И. В. Внутриутробные инфекции плодов и новорожденных / И. В. Куличковская, В. Ф. Ерёмин / Медицинские новости. — 2004. — № 6. — С. 17-21.

7. Орджоникидзе, Н. В. Диагностика внутриутробной инфекции / Н. В. Орджоникидзе, Е. К. Ушницкая // Акушерство и гинекология. — 2008. — № 5. — С. 12-14.

8. Реброва, О. Ю. Статистический анализ медицинских данных. Применение пакета прикладных программ статистика / О. Ю. Реброва. — М.: Медиа Сфера, 2002. — 312 с.

9. Сорокина, С. Э. Ценность клинических методов обследования в прогнозировании внутриутробного инфицирования плода / С. Э. Сорокина // Акушерство и гинекология. — 2003. — № 5. — C. 50-53.

10. Особенности течения перинатального периода у детей с патологией нервной системы / А. А. Черенкевич [и др.] // Безопасное материнство в XXI в.: сб. матер. VIII съезда акушеров-генекологов и неонатологов Республики Беларусь. — Мн., 2007. — С. 523-525.

11. Edwards, M. J. Hyperthermia and fever during pregnancy / M. J. Edwards // Birth Defects Res A Clin Mol Teratol. — 2006. — № 76(7). — P. 507-516.

Поступила 24.04.2009