Особенности криминогенной виктимизации современного общества (на примере Уральского федерального округа)

ВИКТИМОЛОГИЯ ПРЕСТУПНОСТИ

УДК 343.9.018+343.988

А. В. Майоров

А. V. Mayorov

ОСОБЕННОСТИ КРИМИНОГЕННОЙ ВИКТИМИЗАЦИИ

СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА

В статье рассматривается криминогенная виктимизация общества на современном этапе его развития. Процесс виктимизации изучается на основе анализа открытых статистических данных о преступности в Уральском федеральном округе. Результаты анализа позволяют выделить особенности криминогенной виктимизации в современных условиях развития общества, а также выявить направления по усилению уголовной политики государства в целях обеспечения личной и имущественной безопасности граждан.

Ключевые слова: виктимизация, криминогенная виктимизация,уровень виктимизации, состояние преступности, последствия преступности.

FEATURES OF CRIMINOGENIC VICTIMIZATION OF MODERN SOCIETY

The article deals with the criminogenic victimization of society on the modern-stage of its development. The process of victimization is studied on the basis of the analysis of the open criminal statistics in the Ural Federal District. The results of the analysis make it possible to highlight the features of criminogenic victimization in modern conditions of society development, and to identify the areas for strengthening the criminal policy of the state to ensure personal and property safety of citizens.

Keywords: victimization, criminogenic victimization, level of victimization, state of crime, the consequences of crime.

Исследователей в области виктимологии и криминологии объединяет общий интерес к вопросу о том, почему лица, принадлежащие к отдельным категориям, гораздо чаще становятся жертвами преступлений (или подвержены большему риску) и почему одни люди ведут более опасный образ жизни, чем другие [5, с. 232]. Виктимология, изучающая жертв преступлений и их уровень виктимности, не может ограничиться рассмотрением причин индивидуального виктимного поведения. Одной из основных задач этой отрасли знаний является изучение виктимизации общества в целом для последующего снижения ее уровня и устранения причин и условий ей способствующих.

Современное общество, в условиях социально-экономических и политических преобразований, переживает процесс постоянной и стремительной трансформации. Продолжающиеся в России процессы реформирования породили множество проблем, связанных с реализацией эффективной уголовной политики государства. В таких условиях в целом по стране и отдельных ее регионах складывается сложная виктимологическая ситуация, которая требует определенно нового подхода в ее изучении. Так, профессор К. В. Вишневец-кий отмечает, что процесс интенсивной виктимизации населения протекает не просто «симметрично» относительно криминализационных

процессов: меняется структура виктимности населения, трансформируется ее «расклад» по социальным группам [1, с. 175]. Следовательно, в целях постоянной эффективной реализации уголовной политики государства в области противодействия преступности и предупреждения отдельных видов преступлений требуется выявление прогностической информации о возможных направлениях развития современного общества и отдельных социальных явлений и процессов. Отметим, что к такого рода явлениям относится и социальный процесс «превращения» лица в жертву преступления (виктимизация).

Однако следует обратить внимание на то, что единый подход ученых к пониманию сущности и значимости виктимизации как к показателю отсутствует. Так, например, /1.В. Франк определяет виктимизацию как «процесс превращения в жертву преступления и результат этого процесса, как на единичном, так и на массовом уровне» [13, с. 107-108]. При этом, автор допускает возможность определения одним термином «виктимизация» двух самостоятельных явлений, таких как процесс и его результат. В ряде научных источников отмечается, что только «виктим-ность характеризуется состоянием, уровнем, структурой и динамикой» [8, с. 76-78; 9, с. 24-25; 10, с. 51]. В других же авторы говорят о показателях состояния и структуры как виктимности, так и виктимизации [7, с. 84], при этом уровень и динамика рассматриваются в рамках состояния виктимности. Так например, профессор В.И. Задорожный отмечая показатели виктимности делит их на два блока: количественные (состояние, уровень и динамика виктимности) и качественные (структура, характер, территориальное распределение, уровень латентности и последствия виктимности) [4, с. 90]. При этом В.И. Задорожный указывает, что «виктимизация - это только процесс превращения лица в жертву преступления, который не может обладать указанными характеристиками, они присущи только социальным явлениям» [4, с. 90-91]. В данном случае, к социальному явлению автор относит «виктимность», говоря о ней как о «значительном социальном явление» [4, с. 89]. Такие суждения автора основаны на позиции профессора Д. В. Ривмана, который отмечал,

что «на социальном, массовом уровне специфической причиной виктимности является преступность, ибо прежде всего именно она «создает», «производит» виктимность. В этом смысле виктимность как массовое, социальное явление есть следствие преступности. Иными словами, причины массовой виктимности - это причины преступности, но не собственно виктимности» [14, с. 738]. При этом под термином «массовая виктимность», Д.В. Ривман предлагал понимать «отражающее состояние общества, связанное с преступностью, исторически изменчивое социальное явление, которое выражается в совокупности всех жертв и актов причинения вреда преступлениями физическим лицам на определенной территории в определенный период времени и общих для населения и отдельных его групп потенций уязвимости, реализующихся в массе разнохарактерных индивидуальных виктимных проявлений, в различной степени детерминирующих совершение преступлений и причинение вреда» [14, с. 741].

Во всех случаях авторы указывают на наличие такого показателя виктимности как причинение вреда, который является своего рода результатом этого социального явления. Вместе с тем существует противоположное мнение о том, что не явление, а «процесс превращения в жертву преступления (виктимизация) всегда имеет свое завершение - становление лица жертвой - пострадавшим от преступления, т. е. результат такого процесса» [12, с. 212]. При этом оба этих явления тесно взаимосвязаны и неизменно следуют одно за другим. В.А. Туляков справедливо отмечает, что «...для проведения статистических исследований и составления на их основании виктимологических обзоров основное значение имеет именно виктимизация как результат превращения лица в жертву преступного посягательства» [12, с. 212]. Данная позиция соотносима с нашей точкой зрения, в рамках рассматриваемой темы и понимания «виктимизации» как определенного процесса взаимосвязи виктимности {уязвимость лица стать жертвой преступления) и преступности (негативного социального явления) имеющей конечный результат (следствие) [6, с. 64]. Полагается, что такой подход не противоречит общепризнанным положениям.

закрепленным в Декларации основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью [3], где этот термин используется непосредственно в таком понимание его значения.

Таким образом, с учетом высказанной позиции, предлагается рассмотреть особенности криминогенной виктимизации современного общества, на примере Уральского федерального округа (далее - УрФО), включающего Курганскую, Свердловскую, Тюменскую и Челябинскую области. В рамках исследуемого вопроса, представляется возможным на основе официальной статистики о состоянии преступности и уже существующих прогнозов ее развития, оценить состояние криминогенной виктимизации общества и степень его защищенности, а также определить собственное отношение к рассматриваемой проблеме.

Следует отметить, что основными критериями оценки уровня виктимизации общества необходимо признать статистические данные, характеризующие количество заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях, а также количество зарегистрированных преступлений, направленных против жизни, здоровья и имущества граждан, обязательным элементом которых является пострадавший в результате преступного деяния.

Реагируя на возможные угрозы, в том числе криминального характера, лицо, как правило, обращается с заявлением (либо сообщением) в правоохранительные органы, которые фиксируя данные обращения, в последующем либо возбуждают уголовное дело, либо отказывает в его возбуждении на достаточных к тому основаниях. При этом существующий разрыв между количеством обращений в правоохранительные органы и количеством возбужденных уголовных дел и дел об административных правонарушениях объясняется многими факторами, анализ и изучение которых требует отдельного рассмотрения. Принимая во внимание эффективность работы правоохранительных органов и не отрицая существование латентной преступности, рассмотрим опубликованные статистические данные Министерства внутренних дел Российской Федерации за прошедший период.

В рассматриваемый нами период с 2008 по 2013 гг. количество ежегодных сообщений о происшествиях по России составило в среднем 23,4- млн. В январе-декабре 2008 г. органами внутренних дел рассмотрено 21,5 млн заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях. Уже в 2009 г. статистика обращений возрастает на 6,0 % и составляет 22,79 млн.заявлений.В периодс2010 по2012 гг. тенденция увеличения остается прежней и количество заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях составляет соответственно 23,88 млн, 24,61 млн и 26,24 млн [2]. В 2013 г. эта цифра увеличивается на 7,6% и соответственно составляет 28, 38 млн из них рассмотрено 11,67 млн (-0,4%) заявлений (сообщений) о преступлениях и 12, 86 млн -заявлений (сообщений) об административных правонарушениях, происшествиях, удельный вес которых составил 45,4% [11]. Аналогичная ситуация сложилась и в Уральском федеральном округе, где по данным уголовной статистики максимальное количество зарегистрированных заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях отмечено на территории Челябинской области в 2010 г. (+16,1%).

При этом, в последнее время, как об этом свидетельствует уголовная статистика, количество официально регистрируемых преступлений на фоне увеличения количества обращений граждан в органы внутренних дел имеет устойчивую тенденцию снижения. Так, например в 2008 г., на территории УрФО, количество зарегистрированных преступлений снижается на 14,1 % и составляет 333,9 тыс. преступлений. За год максимальное снижение регистрируемых преступлений отмечено в Курганской области (-16,4%) и Тюменской области (-17,6%). Снижение количества регистрируемых преступлений происходит и в 2009 г. (-6,6 %), органами внутренних дел зарегистрировано 311,9 тыс. преступлений на территории УрФО, при этом в Курганской области отмечается максимальное снижение количества регистрируемых преступлений на 15,2%. В последующие же года продолжает наблюдаться устойчивая тенденция снижения регистрируемых преступлений на всей территории УрФО - в 2010 г. - 286,2 тыс. преступлений (-8,2%), в 2011 г. - 251,6 тыс.

преступлений (-12,1%). Максимальное сокращение количества преступлений выявлено на территории Свердловской области, где снижение преступности происходит в 2010 г. на 15,2%, а в 2011 г. на 19,8%, тогда как в других областях эта цифра составляет в среднем 6% и 7% соответственно. В 2012 году максимальное снижение количества регистрируемых преступлений отмечено в Тюменской области (- 12,9%), в целом же по России эта цифра составила 4,3%, а по УрФО - 9,4%. Однако в 2013 году в Тюменской области зафиксировано увеличение регистрируемых преступлений на 14,6%, на фоне снижения этого показателя в Свердловской области на 3,2%, в Курганской и Челябинской областях на 4,1% [11].

Анализ статистических данных позволяет говорить о том, что в период с 2008 по 2013 гг. на территории УрФО наблюдается четкая тенденция к снижению общего количества регистрируемых преступлений и возбуждаемых уголовных дел, при этом наблюдается рост числа обращений граждан в правоохранительные органы с заявлениями и сообщениями о происшествиях. Полагаем, что ежегодное увеличение количества обращений граждан, несмотря на общую тенденцию снижения уровня преступности в стране и регионе, свидетельствует о том, что общество обеспокоено криминальной ситуацией, испытывает состояние незащищенности

и заинтересовано в обеспечении своей безопасности.

Однако для проведения виктимологиче-ского обзора, как отмечают многие специалисты, данных, отражаемых в официальной статистике МВД России, недостаточно в целях получения полной информации о виктимоло-гической ситуации в стране и отдельных регионах. Такие виктимологические показатели потерпевших, как пол, возраст, должностное, социальное, правовое положение и т. д., - являются неотъемлемой частью преступления, и должны входить в число объектов регистрации уголовной статистики. Многими криминологами поддерживается мнение о необходимости фиксации в отчетных документах и последующем изучении и анализе указанных виктимологически значимых показателей.

Открытые данные уголовной статистики позволяют сравнить коэффициенты преступности в областях региона. Анализируя уровень виктимизации населения на территории УрФО, отмечаем, что по статистике наибольшее количество преступлений против жизни регистрируется в Курганской области и в среднем составляет 18,5 (из расчета на 100 тыс. населения). В Свердловской и Тюменской областях, это число составляет в среднем 13,3, в Челябинской области - 12,8. При этом наблюдается устойчивое снижение числа регистрируемых убийств на всей территории УрФО (Рис. 1).

25

20

15

10

♦ Курганская обл Свердловская обл Тюменская обл Челябинская обл

2008

2009

2010

2011

2012

2013

Рис. 1. Показатель уровня преступлений, направленных против жизни на территории УрФО за период 2008-2013 гг.

Уровень преступлений, выраженных в умышленном причинении вреда здоровью, на территории рассматриваемых областей, за анализируемый период, сократился в среднем на 17%. Наиболее виктимогенной можно признать Тюменскую область, со средним показателем коэффициента рассматриваемых

преступлений 43,24 (из расчета на 100 тыс. населения). Курганская область имеет наименьший показатель данного вида преступности - 36,1. На территориях Свердловской и Челябинской областей средний показатель коэффициента преступности умышленного причинения вреда здоровью составляет около 40.

60 50 40

2008 2009 2010 2011 2012 2013

Рис. 2. Динамика преступлений, направленных против здоровья на территории УрФО за период 2008-2013 гг.

Рассматриваемые показатели позволяют проанализировать лишь тяжкий характер физического вреда, причиняемого потерпевшим от преступлений. Количество регистрируемых преступлений против жизни и здоровья граждан, а также учет погибших и потерпевших, которым причинен вред здоровью, характеризуют уровень так называемой насильственной преступности. Однако необходимо сказать о том, что в рассмотренные показатели не вошли потерпевшие, получившие вред здоровью средней тяжести, пропавшие без вести, погибшие в результате несчастных случаев, получившие иной (менее значимый) вред, латентные жертвы (пострадавшие от преступлений) и т. д. При таких обстоятельствах можно говорить, лишь с определенной долей условности, о криминогенной виктимизации населения, не учитывая уровень индивидуальной виктимности.

Представленный анализ позволяет судить о том, что процесс криминогенной виктимизации населения на территории областей УрФО от преступлений против жизни и здоровья имеетчеткую динамику снижения. При этом виктимогенно напряженной остается

ситуация на территории Тюменской области, где зафиксировано наибольшее число умышленных посягательств на здоровье граждан, на протяжении всего изучаемого периода. Однако общая тенденция снижения уровня преступности в стране и регионах, а в частности уменьшение числаумышленных преступлений против жизни и здоровья, позволяет судить об увеличении количества правоохранительных функций государства по отношению к обществу, об эффективности мер по увеличению уровня защищенности граждан и охране их жизни и здоровья.

Для исследования имущественного вреда, предлагаем рассмотреть следующий виктимологически значимый показатель -уровень преступности против собственности. С этой целью рассмотрим уровень преступлений имущественного характера, включающих число совершенных краж, грабежей и разбоев. Принимаем во внимание то, что в результате указанных преступлений потерпевшему причиняется не только имущественный, но и, как правило, моральный вред а в случае совершения разбоя - насилие, в результате которого причиняется

Курганская обл Свердловская обл Тюменская обл Челябинская обл

физический вред. С учетом того, что отсутствует учет непосредственных пострадавших от имущественных преступлений, предлагаем основываться на анализе статистических данных.

Анализ уголовной статистики по УрФО за период с 2008 по 2013 гг. свидетельствует о том, что почти половину всех регистрируемых преступлений составляют хищения чужого имущества, совершаемые путем кражи, грабежа и разбоя (в среднем около 54 %).

Так, например, в 2008 г. на территориях Свердловской и Челябинской областей хищения чужого имущества составляли 1466,6 и 1462,7 на 100 тыс. населения. С 2009 г. наблюдается снижение данного показателя, который на территории Челябинской области составляет в среднем 1296,6, в Свердловской области - 1103,8. Наименьший показатель корыстной преступности отмечен на территории Курганской области, среднее значение за 5 лет - 984,9 преступлений в год на 100 тыс. населения, в Тюменской области - 1158,2. Преобладающим противоправным деянием на всей территории УрФО, среди преступлений имущественного характера является кража (74%), грабеж и разбой составляют около 20%.

Анализируемые показатели позволяют сделать вывод о том, что значительная часть населения УрФО обладает повышенной уязвимостью (виктимностью) по отношению к преступлениям против собственности. Статистические данные отражают повышенный уровень виктимизации населения от преступлений, совершаемых путем тайного хищения чужого имущества (кражи). В большей степени страдает от данного противоправного деяния население Челябинской области, где ежегодно регистрируется максимальное количество преступлений против собственности.

Таким образом, несмотря на снижение уровня преступлений против жизни и здоровья,

отмеченное нами в начале данной статьи, и снижение преступности в целом по стране, хищения составляют большую часть от общего числа регистрируемых преступлений. Следовательно, можно отметить, что в условиях снижения криминальной активности, викти-мизация населения от преступлений против собственности остается на высоком уровне, имущественный вред продолжает быть одним из основных показателей уровня виктимизации населения.

В современных условиях развития общества значительно возрастает виктимность всех социальных слоев вместе с тем качественные и количественные характеристики процесса виктимизации могут быть различны относительно каждого из них. Включение виктимологически значимых данных в статистическую отчетность МВД позволит объективно судить о реальных показателях виктимизации в обществе. При этом получение информации должно иметь форму не точечных исследований, а комплекса мероприятий, направленных на получение количественных и качественных характеристик потерпевших, которым причинен физический, имущественный и моральный вред. Изучение криминогенной виктимизации и уровня виктимности не только позволит вырабатывать практические меры профилактического воздействия на потенциальных жертв преступлений, но и позволяет сформулировать проекты новых или измененных уголовно-правовых норм, способных усилить влияние уголовного закона, а также предопределяет общее направление уголовной политики государства.

В заключение, хотелось бы обратить внимание на то, что эффективная правоохранительная деятельность, на сегодняшний день, невозможна без теоретических разработок в виктимологической отрасли знаний.

Примечания

1. Вишневецкий К. В. Криминогенная виктимизация социальных групп в современном обществе : дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2008. 399 с.

2. Данные официальной статистики МВД России за 2008, 2009, 2010, 2011, 2012 годы, http://mvd.ru/р resscenter/statistics/ reports/ item/804701/.

3. Декларация основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью : резолюция Генеральной Ассамблеи ООН от 29 ноября 1985 г. № 40/34 // ВСНД и ВС РСФСР. 1991. №52.

4. Задорожный В. И. Концептуальные основы виктимологической профилактики преступлений : дис.... д-ра юрид. наук. М., 2007. 606 с.

5. Криминология / под ред. Дж. Ф. Шели ; пер. с англ. СПб.: Питер, 2003. 864 е..

6. Майоров А. В. Концептуальные основы виктимологического противодействия преступности : моногр. Челябинск : Издательский центр ЮУрГУ, 2013.182 с.

7. Организация деятельности органов внутренних дел по предупреждению преступлений / под ред. В. Д. Малкова, А. Ф. Токарева. М., 2000. 322 с.

8. Ривман Д. В. Виктимологические факторы и профилактика преступлений. Л., 1975. 250 с.

9. Ривман Д. В. Криминальная виктимология. СПб.: Питер, 2002. 304 с.

Ю.Ривман Д. В., Устинов В. С. Виктимология. СПб.: Юридический центр Пресс, 2000. 332 с.

11. Состояние преступности в России за январь-декабрь 2013 года. М. : ФКУ «Главный информационно-аналитический центр МВД России», 2014. 56 с.

12. Туляков В. А. Виктимология: социальные и криминологические проблемы. Одесса : Юридична л1тература, 2000. 336 с.

13. Франк /1. В. Потерпевший от преступлений и проблемы развития отечественной вик-тимологии. Душанбе, 1977. 206 с.

14. Частная криминология / отв. ред. Д. А. Шестаков. СПб. : Юридический центр Пресс, 2007.771с.

Сведения об авторе

МАЙОРОВ Андрей Владимирович, кандидат юридических наук, доцент, заведующий кафедрой; Южно-Уральский государственный университет (НИУ), г. Челябинск.

E-mail: AB_Majorov@mail.ru

MAYOROV Andrey Vladimirovich, Candidate of Law, Associate Professor; South Ural State University (national research university), Chelyabinsk.

E-mail: AB_Majorov@mail.ru