Принятие адвокатом поручения на ведение дела. Отказ от оказания юридической помощи

ПРОБЛЕМЫ АДВОКАТУРЫ

Гончарова H.H.,

соискатель МГЮА

ПРИНЯТИЕ АДВОКАТОМ ПОРУЧЕНИЯ НА ВЕДЕНИЕ ДЕЛА.

ОТКАЗ ОТ ОКАЗАНИЯ ЮРИДИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ

Вопрос об особенностях взаимоотношений адвоката и доверителя при осуществлении адвокатской деятельности представляет в современных условиях несомненную практическую ценность для всего адвокатского сообщества. Все более распространенной является практика обращения граждан и юридических лиц к адвокатам за получением квалифицированной юридической помощи, и все чаще и чаще в Квалификационные комиссии при Адвокатских палатах субъектов Российской Федерации обращаются доверители адвокатов, недовольные качеством оказанной ими юридической помощи.

Выстраивание адвокатом корректных и доверительных взаимоотношений с лицом, обратившимся за юридической помощью, — это сложный процесс, включающий в себя организационные, коммуникативные и психологические меры, требующие от адвоката максимальной концентрации внимания на проблемах доверителя. Основной задачей адвоката на начальном этапе общения является консультирование лица, обратившегося к адвокату, с целью оказания ему содействия в получении законным способом решения, удовлетворяющего интересы доверителя. В случае, если адвокат и лицо, обратившееся за юридической помощью, договорятся о принятии адвокатом поручения на ведение дела, то адвокат оказывает правовую помощь в реализации принятого решения, действуя при этом на основе заключенного сторонами соглашения, ордера, а при необходимости — оформленной в установленном законом порядке доверенности. Являясь независимым советником по правовым вопросам, адвокат действует в соответствии с требованиями закона, по своему внутреннему убеждению, руководствуясь принципами и нормами адвокатской этики.

Согласно ст. 25 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» от 31 мая 2002 года № 63-Ф3 1 (далее — Закон об адвокатуре), по своей правовой природе соглашение между адвокатом и доверителем является гражданско-правовым договором, заключаемым в простой письменной форме между доверителем и адвокатом, на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу. Тем самым, в соответствии с абз. 3 п. 3 ст. 9 Кодекса профессиональной этики ад-

1 Собрание законодательства Российской Федерации от 10 июня 2002 г. № 23. Ст. 2102.

воката 1 (далее — Кодекс), адвокат не вправе вне рамок своей адвокатской деятельности оказывать юридические услуги. Несмотря на нормативное закрепление правовых основ взаимоотношений адвоката и доверителя, указанные нормы закона нередко нарушаются адвокатами, не заключающими соглашения об оказании юридической помощи.

Несомненную практическую ценность представляет дисциплинарное производство Квалификационной комиссии и Совета Адвокатской палаты г. Москвы в отношении адвоката Б., основанием для которого явилась жалоба Г.2. Интересы Г. адвокат Б. представляла в судебных заседаниях на основании нотариально удостоверенной доверенности. Вступив в гражданское дело на основании доверенности без заключения соглашения и без предъявления суду ордера, адвокат Б. оказывала юридические услуги вне рамок адвокатской деятельности. В связи с указанным Квалификационная комиссия вынесла заключение о наличии в действиях адвоката Б. нарушения норм Кодекса профессиональной этики адвоката, а Совет определил адвокату Б. меру дисциплинарного взыскания в форме выговора.

Определенную сложность представляет выяснение позиции адвоката-представителя по решению вопроса о принятии поручения на ведение гражданского дела. Статьей 7 Кодекса, являющегося основным, помимо закона, наставлением для адвокатов при осуществлении адвокатской деятельности, установлено, что адвокат вправе принимать поручение на ведение дела в том случае, когда у него имеются сомнения юридического характера, не исключающие возможности разумно и добросовестно его поддерживать и отстаивать. Безусловным основанием для заключения соглашения и принятия поручения на оказание юридической помощи является наличие правовой позиции, включающей в качестве составных частей законность требований и их доказуемость, тем самым правовая позиция означает материально- и процессуально-право-вую обоснованность требований и возражений. А.Г. Кучерена отмечает, что понятие «позиция адвоката» представляет собой субъективное мнение адвоката относительно сущности и характера того дела, с которым физическое или юридическое лицо обратилось к нему, а также намерение адвоката относительно конкретных действий, которые он предполагает предпринять по защите прав, свобод и интересов доверителя \

В гражданском процессе задачей адвоката-представителя является определение законности требований (возражений) с учетом правовой природы спора, его подведомственности, подсудности, урегулированности воз-

1 Кодекс профессиональной этика адвоката принят первым Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 г.

2 Вестник Адвокатской палаты г. Москвы№11-12, 2005.

3 См.: Кучерена А.Г. Адвокатура. М.: Юристъ, 2006. С. 299.

никшего отношения правовыми нормами. Адвокат, представляя интересы доверителя, согласно пунктам 1, 2 части 1 статьи 9 Кодекса профессиональной этики адвоката, не вправе действовать вопреки законным интересам доверителя, а также занимать по делу позицию, противоположную позиции доверителя, и действовать вопреки его воле

Следует признать, что отказывать в приеме поручения адвокат правомочен тогда, когда из имеющихся материалов (в том числе тех, которые могут быть получены в перспективе) однозначно усматривается, что права обратившегося за помощью гражданина или организации не нарушены либо их защита исключена. Кроме того, безусловным основанием для отказа от исполнения договора поручения для адвоката является выявившаяся незаконность требований доверителя.

Адвокат не вправе принимать поручение на ведение гражданского дела, которое с точки зрения его фактических обстоятельств и действующего законодательства является абсолютно бесперспективным для доверителя.

Вопрос необоснованного принятия адвокатом поручения на ведение дела являлся предметом дисциплинарного производства в отношении адвоката К, заключившего с П. соглашение на ведение гражданского дела в суде 2. В ходе дисциплинарного производства было установлено, что адвокат К. не учел ряд положений гражданского законодательства, а именно: в соответствии с п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. При принятии поручения на ведение дела и составлении искового заявления адвоката не смутило то обстоятельство, что его доверительница стороной оспариваемой сделки не являлась. При ведении дела не в полной мере адвокатом были учтены положения п. 2 ст. 181 ГК о сроке исковой давности по искам о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности, составляющем один год. В силу выше перечисленных обстоятельств в иске заявительницы было отказано полностью, в связи с чем заявительница полагала, что «адвокат недобросовестно подошел к своим обязанностям». Следует подчеркнуть, что такой результат с абсолютной точностью опытный представитель, в качестве какового должен рассматриваться адвокат К, обязан был спрогнозировать до заключения соглашения с заявительницей и вступления в процесс. Таким образом, адвокат заключил соглашение на ведение абсолютно безнадежного с точки зрения фактических обстоятельств и действующего законодательства дела.

1 Кодекс профессиональной этики адвоката принят первым Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 г. / Российская газета. 5 октября 2005 г. № 222.

2 Вестник Адвокатской палаты г. Москвы № 4—5, 2006.

Ведение адвокатом К. гражданского дела в интересах П. не может рассматриваться в качестве квалифицированной юридической помощи, оказываемой адвокатом на профессиональной основе физическим и юридическим лицам в целях защиты их прав, свобод и интересов, а также обеспечения доступа к правосудию (п. 1 ст. 1 Закона об адвокатуре). Исходя из смысла п. 1 ст. 7 Кодекса адвокат К. не должен был принимать поручения на ведение гражданского дела, поскольку с юридической точки зрения избранная адвокатом правовая конструкция являлась абсолютно бесперспективной и не могла привести ни к каким последствиям, кроме безосновательного вселения в доверителя надежд на благополучный исход дела, а также напрасной траты доверителем времени и сил и неоправданного несения доверителем расходов, в том числе расходов по оплате услуг адвоката. В связи с указанным квалификационная комиссия Адвокатской палаты г. Москвы вынесла заключение о наличии в действиях адвоката К. нарушения норм Кодекса, а Совет вынес адвокату К. дисциплинарное взыскание в форме замечания.

Важнейшую часть адвокатской деятельности представляет защита по уголовному делу, при осуществлении которой на адвоката возлагается особая ответственность за соблюдение прав и интересов лиц, подвергаемых уголовному преследованию. Всю свою профессиональную деятельность адвокат должен, прежде всего, подчинять интересам защиты прав своего доверителя При участии адвоката в качестве защитника в уголовном процессе его связывают с подзащитным уголовно-правовые отношения, а также единый процессуальный интерес и одна процессуальная функция — защита 2. Функция адвоката — односторонняя. Реализуя ее, адвокат объективно содействует осуществлению правосудия. Но это не главная его задача, и он не может предавать доверителя ради «торжества правосудия»3.

Адвокат как лицо, принадлежащее к профессиональному сообществу, которому государство делегировало выполнение функции защиты прав и законных интересов граждан и организаций, выполняет публично-право-вую функцию и выступает как правозащитник. С другой стороны, адвокат, участвуя в гражданском процессе как представитель, выполняет частноправовую функцию, оказывая помощь лицам, участвующим в деле, в удовлетворении их частных интересов в сфере гражданского оборота.

В законодательстве об адвокатуре сформулированы определенные профессиональные требования к адвокатам, призванные обеспечивать квалифицированный характер оказываемой ими юридической помощи с учетом высокой значимости для личности и общества в целом принимаемых в

1 Российская юстиция. 2001. №6. С. 30—31.

2 См.: Стецовский Ю.И., Мирзоев Г.Б. Профессиональный долг адвоката и его статус: Монография. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2003. С. 34-35.

ä См.: БойковА.Д., Капинус Н.И., Тарло Е.Г. Адвокатура России. М., 2005. С. 11, 12,14,16.

уголовном судопроизводстве решений. Наличие института адвокатуры рассматривается как государственная гарантия конституционного права на квалифицированную юридическую помощь. Оказание адвокатом неквалифицированной юридической помощи, а равно отказ, при отсутствии указанных в законе оснований, от оказания или продолжения оказания доверителю юридической помощи не соответствует требованиям Закона об адвокатуре и Кодекса.

Обратимся к материалам дисциплинарного производства, согласно которому адвокат, не обжаловав как защитник своей доверительницы Ш. по ее просьбе обвинительный приговор мирового судьи, не оказав юридической помощи в составлении апелляционной жалобы от ее имени, отказавшись от дальнейшей работы по делу, не только не выполнил принятое к исполнению соглашение об оказании юридической помощи, но и грубо нарушил пп. 6 п. 4 ст. 6 Закона об адвокатуре (отказался от принятой на себя защиты Ш.), а также ст. 13 Кодекса, поскольку, приняв по соглашению поручение на защиту Ш. по уголовному делу, не выполнил обязанности защитника до стадии подготовки и подачи кассационной жалобы на приговор суда по делу его подзащитной, не обжаловал приговор, вынесенный в отношении своей подзащитной Ш., хотя последняя высказала адвокату просьбу об этом, суд в приговоре не разделил позицию Ш. и ее защитника адвоката В. о невиновности подсудимой, а также о наличии по делу безусловных правовых оснований для смягчения приговора

В отличие от гражданского процесса, в уголовном судопроизводстве в соответствии с положениями ст. 13 Кодекса, адвокат, принявший в порядке назначения или по соглашению поручение на осуществление защиты по уголовному делу, не вправе отказаться от защиты, кроме случаев, указанных в законе, и должен выполнять обязанности защитника, включая, при необходимости, подготовку и подачу кассационной жалобы на приговор суда в отношении своего подзащитного. Адвокат, принявший поручение на защиту в стадии предварительного следствия в порядке назначения или по соглашению, не вправе отказаться без уважительных причин от защиты в суде первой инстанции.

Соглашение об оказании юридической помощи — защите по уголовному делу — может быть расторгнуто в одностороннем порядке только по инициативе доверителя и не может быть расторгнуто в одностороннем порядке по инициативе адвоката. После расторжения соглашения доверителем адвокат не вправе совершать в судебном заседании какие-либо юридически значимые действия. Принятие либо непринятие судом отказа доверителя, заключившего соглашение об оказании ему юридической помощи (подсудимого), никакого юридического значения для адвоката не имеет.

Представляют несомненный интерес материалы следующего дисциплинарного производства: в судебном заседании подсудимый П. заявил не-

1 Вестник Адвокатской палаты г. Москвы № 7—8, 2006.

мотивированный отвод своему защитнику адвокату Ц.; суд, руководствуясь ч. 2 ст. 52 УПК РФ, не удовлетворил данный отвод и не освободил Ц. от участия в деле, однако адвокат Ц. фактически самоустранился от участия в процессе и от защиты П., отказавшись участвовать в обсуждении тех или иных вопросов, решавшихся в ходе судебного следствия, а также отказался от участия в прениях, что привело, по мнению суда, к отмене приговора и к затягиванию рассмотрения дела

Решающим для суждения о правомерности или неправомерности поведения адвоката Ц. является то, что адвокат принял поручение на защиту П. на основании соглашения об оказании юридической помощи. Вопросы расторжения соглашения об оказании юридической помощи регулируются ГК РФ с изъятиями, предусмотренными Законом об адвокатуре. В соответствии с п. 1 ст. 450 ГК РФ «изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором», а в соответствии со ст. 977 ГК РФ «договор поручения, каковым по своей правовой природе является соглашение об оказании юридической помощи — защите по уголовному делу, прекращается вследствие: отмены поручения доверителем; отказа поверенного...» (п. 1); «доверитель вправе отменить поручение, а поверенный отказаться от него во всякое время. Соглашение об отказе от этого права ничтожно» (п. 2). Единственное изъятие содержится в пп. 6 п. 4 ст. 6 Закона об адвокатуре: «Адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты». Данное положение означает, что такая разновидность договора поручения, как соглашение об оказании юридической помощи — защите по уголовному делу,

— может быть расторгнута в одностороннем порядке по инициативе доверителя, но не может быть расторгнута в одностороннем порядке по инициативе адвоката. После расторжения по инициативе доверителя соглашения об оказании юридической помощи с адвокатом Ц. действовало общее правило о последствиях расторжения договора, установленное п. 2 ст. 453 ГК РФ, — «при расторжении договора обязательства сторон прекращаются», в силу чего после прекращения соглашения об оказании юридической помощи

— защите обвиняемого П. ввиду отмены поручения доверителем адвокат Ц. был не вправе совершать в судебном заседании какие-либо юридически значимые действия в интересах П. Принятие либо непринятие судом отказа подсудимого П. от защитника Ц. никакого юридического значения для адвоката не имело, поскольку он осуществлял защиту подсудимого на основании соглашения с доверителем, а не по назначению.

1 Вестник Адвокатской палаты г. Москвы № 7—8, 2006.