"Невзирая на чины и лица, просто брать и сажать"

Директор российского отделения Transparency International ЕЛЕНА ПАНФИЛОВА перечислила корреспонденту "Ъ" ИРИНЕ ГРАНИК все то, что власти еще не сделали для борьбы с коррупцией.

— За последние два года, в том числе по инициативе президента Дмитрия Медведева, было принято множество мер по борьбе с коррупцией. Но коррупция не иссякает. Каких мер для эффективной борьбы с коррупцией не хватает?

— Для борьбы с системной коррупцией — а именно такая у нас в стране,— во-первых, надо вводить контроль за расходами. Декларации о доходах проблему не решают. Есть ли у крошечных комиссий, которые созданы во всех министерствах и ведомствах для проверки деклараций, ресурсы, чтобы слетать в Европу или США и проверить, нет ли у их сотрудника там незадекларированной виллы? В регионах особенно видны несоответствия. Вот какой-то губернатор публикует декларацию, от которой плакать хочется: у него машина — старая "Ауди", двухкомнатная квартира, жена не работает и зарплата 20 тысяч рублей. И при этом их сын рассекает на "Феррари" по всему городу, живет в загородном особняке. И это видит весь город.

— А если подкупить контролеров?

— Но людей-то подкупить нельзя. И если люди скажут: вот наш чиновник отстроил особняк за это время, то подкупи хоть всех контролеров на свете, а особняк же на месте останется. Поэтому повышение роли общественности и СМИ можно считать второй недостающей мерой. Наши кремлевские борцы с коррупцией от этого морщатся. Они считают, что это как бы вторично. Но мы убеждены, что свобода существования различных СМИ — краеугольный камень.

— Но ведь еще и госоорганы, ответственные за коррупцию, на информацию должны обращать внимание.

— При Ельцине было постановление, согласно которому любая публикация в СМИ о фактах возможной коррупции была обязательна для проверки. Его сейчас нет. А что касается участия общественности, то здесь надо выстраивать государственную систему защиты заявителей. Об этом в самом МВД говорят.

Третье — необходимо ускорить перевод госуслуг в электронную форму. На местах зачастую это указание президента просто саботируют. Это эффективный способ борьбы с коррупцией, это отсекает людей от чиновников. Четвертое — борьба с низовым уровнем коррупции, в том числе муниципальным. Самое лучшее средство — свободные выборы. Чтобы не чиновники управляли, а публичные персоны. Ведь если в муниципалитете или в поселковом совете окопался коррупционер, местные правоохранительные органы дремлют или в сговоре, как граждане их могут сколупнуть? Они на любые заявления будут писать: факты не подтвердились.

— Но и выборы могут не помочь.

— Но здесь есть хотя бы возможность для постепенного улучшения. Через два раза выберут хорошего. К тому же люди могут плохого и снять.

— Но отписки и на верхнем уровне могут быть.

— Ну конечно. Поэтому пятым необходимым фактором для борьбы с коррупцией должно быть наличие политической воли. Вот недавний пример — дело "Даймлер". С одной стороны, есть доказанный на Западе в суде факт дачи взятки российским чиновникам. Более того, компания признала свою вину, там есть данные, из каких банков были отправлены деньги за такие-то услуги некоего чиновника из некоего министерства России. А с нашей стороны нам до последнего времени отвечали: все проверили, никто ничего плохого не сделал. Понятно, что в ходе расследований может такое всплыть!

— И как эту систему можно победить?

— Первым делом, невзирая на чины и лица, просто брать и сажать, причем не на уровне мелких чиновников, когда система все равно сохраняется, а на высоком уровне, чтобы никому неповадно было. Кстати, Дмитрий Анатольевич и его окружение сейчас очень любят ссылаться на пример Сингапура — ах, какой Сингапур, там нет коррупции. Только они забывают, что когда Ли Кван Ю начинал борьбу с коррупцией еще в 70-х годах, то он посадил одного из братьев и двух лучших друзей. В общем, надо резать по живому. Это делали многие страны, которые добились успехов в борьбе с коррупцией. И еще немаловажно, что во всех странах был центр принятия решений, специальный орган. У нас такого нет: поэтому у нас борьба с коррупцией — это то самое дитя, которое у семи нянек не то что без глаза, а без обоих глаз, без рук и без ног.

— А если наши люди все равно научатся все обходить. И контроль за расходами тоже.

— Нам на первом этапе надо хотя бы сделать жизнь коррупционеров хотя бы чуточку менее комфортной.