Разработка аграрного законодательства польскими властями в 1921-1939 гг

УДК 94:338.431 (476+438) «1921-1939»

РАЗРАБОТКА АГРАРНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ПОЛЬСКИМИ ВЛАСТЯМИ В 1921-1939 ГГ.

В статье рассматриваются вопросы, связанные с разработкой и принятием аграрных законов в Речи По-сполитой межвоенного времени. Данные законы имели непосредственное отношение к Западной Беларуси. Именно здесь начиналась реализация аграрных реформ, которые были призваны включить эту территорию в состав Польши. Актуальность темы состоит в исследовании законодательной базы реформ и их влиянии на экономику Западной Беларуси. Работа построена на активном использовании польских источников. В работе применяются исторический, хронологический, сравнительный методы исследования.

Ключевые слова: закон, аграрная реформа, Сейм, сенат, Западная Беларусь, государственный земельный фонд, парцелляция, правительство.

C. M. rpecb S. M. Gres

DEVELOPMENT OF AGRARIAN LEGISLATION BY THE POLISH AUTHORITIES IN THE YEARS 1921-1939

The article discusses issues related to the development and adoption of agrarian laws in the Commonwealth of Poland in the interwar period. These laws were directly related to the West Belarus. Here began the implementation of agrarian reforms, which were intended to include West Belarus in the territory of Poland. Relevance of the topic involves studying the legal framework of the reforms and their impact on the economy of West Belarus. The research is based on the active use of Polish sources. The historical, chronological, comparative research methods are used in this work.

Key words: law, agrarian reform, the Sejm, Senate, West Belarus, the State Land Fund, parceling, government.

Решение проблемы обеспеченности землёй крестьян Западной Беларуси для польских властей была одной из главных в 1921 г. Такой же земельный голод ощущало и польское крестьянство. Кроме того, после окончания советско-польской войны польская армия была самой многочисленной в Европе. Молодое государство попросту не могло себе позволить содержать такой воинский контингент. Поэтому важнейшей задачей первых послевоенных лет было решение этой проблемы. Выход виделся в том, чтобы решить проблему за счёт земель присоединённых территорий. Осознание этого факта польскими правительственными кругами делало необходимым провозглашение проведения аграрных реформ. Правда, ради справедливости необходимо отметить тот факт, что западно-белорусская территория в экономическом плане была достаточно отсталым регионом.

Выполнение обещаний, которые давало польское правительство во время советско-польской военной кампании, безусловно, улучшило бы отношения населения Беларуси к польскому государству. Это хорошо понимали и во II отделе Генерального штаба польской армии, который оказывал существенное влияние на национальную политику. В рапорте от 28 апреля 1920 г., направленном высшему командованию, референт отдела ротмистр К. Стамировский писал следующее: «...после вступления войск Польши на православные белорусские земли настроения населения значительно ухудшились» [1, с. 76]. Там же говорилась и о причинах ухудшения отношений. Одной из них были безосновательные реквизиции, которые проводили войска, а также своевластие местной администрации, которая стремилась таким образом рассчитаться с крестьянством за участие в советских аграрных реформах. Одним из средств нормализации положения польское правительство видело проведение реформ

в сельском хозяйстве. «Наиболее быстрым и радикальным способом воссоздания нормальных польско-белорусских отношений, - писал К. Стамировский, - видится проведение аграрной реформы, не ожидая одобрения владельцев земли» [1, с. 77].

В правительственных кругах и среди политических партий, которые заседали в парламенте, шло обсуждение различных проектов аграрных преобразований. С этой целью в сейме была создана комиссия аграрных реформ. В результате парламентских дискуссий 10 июля 1919 г. был принят первый документ об аграрной реформе «Закон об условиях земельной реформы» [2], а уже 15 июля действие этого закона было распространено и на захваченные земли. Суть его сводилась к следующему: создавался государственный земельный фонд из так называемых «свободных» земель, которые остались без хозяев. Земли этого фонда подлежали разбивке на отдельные небольшие участки (парцеллы) площадью в 25 моргенов (14 га), которые предназначались для свободной продажи населению. Закон предусматривал принудительный выкуп и парцелляцию частных земель, приобретенных в военное время спекулятивным путём, и некоторых заброшенных поместий. В центральных районах Польши максимальное количество земли, не подлежащее принудительной продаже и парцелляции, устанавливалось в размере 180 га, в Западной Беларуси - 400 га [3, с. 114].

Признавая необходимость упорядочения аграрных вопросов на территории, которая подчинялась генеральному комиссару, Ю. Пилсудский принял решение «...провести реформы в духе свободы и справедливости». В связи с этим было дано распоряжение «...приступить к подготовке соответствующих проектов указов, которые обеспечат выполнение закона сейма от 10 июля 1919 г. и дадут возможность безземельным и малоземельным крестьянам

убедиться, в том, что высшие органы власти помнят о них и что в государстве хватит земли для всех, кто ее пожелает получить» [4, с. 10] (здесь и далее перевод автора).

Однако, несмотря на все попытки правительства начать реализацию этого закона, это было невозможно осуществить по причине войны с Советской Россией. После поражения польской армии под Минском Польша оказалась на грани военной катастрофы. Для более активной мобилизации солдат в армию польский сейм 18 марта 1920 г. принимает дополнительный закон, по которому государству передавались земли помещиков, которые они не обрабатывали [2]. В этом же году 15 июля в парламенте без обсуждения принимается новый закон об аграрной реформе. Он получил название «Исполнительные правила к закону о земельной реформе от 10 июля 1919 г.» [2]. Новый закон содержал основные положения закона от 10 июля 1919 г. и предусматривал конкретные мероприятия по их реализации. В результате принятия закона создавался государственный земельный фонд для парцелляции. Из этого фонда 80 % площадей должно было пойти на нарезку участков для продажи безземельным и 20 % - малоземельным крестьянам. Закон постановлял, что землю могут покупать все граждане Польши, которые имеют возможность заниматься сельским хозяйством. Для реализации закона создавались поветовые и гминные земельные комиссии. Они должны были учитывать земли, которые переходили в государственный фонд, оценивать их, составлять списки желающих приобрести земельные участки и т. д. Комиссии просуществовали до 1923 г.

Следующим законодательным актом, принятым польским парламентом, стал закон от 17 декабря 1920 г. о военном осадничестве. По этому закону участники советско-польской войны имели право получить в собственность до 45 га земли. Осадник должен был поселиться на своём участке в течение года и начать обрабатывать землю на третий год после её получения. В случае невыполнения этих условий осадник терял земельный надел [3, с. 186].

Однако не только проблема обеспеченности землёй крестьян тормозила проникновение капиталистических отношений в деревню. Ещё одним пережитком феодальных отношений было наличие сервитутного права у помещиков. Сервитут - право крестьян на совместное с помещиком пользование лесами, лугами и другими угодьями [5, с. 292]. Ликвидация этого пережитка была в интересах самих крестьян. Однако в Польше фактически не было экономических условий для решения этой проблемы. Крестьяне не обладали значительными денежными средствами для выкупа лугов и выпасов для животных. Поэтому польское правительство вновь было поставлено в затруднительное положение. Тем не менее в 1922 г. на территории Западной Беларуси начинает действовать закон, принятый в 1920 г. для коренной Польши [3, с. 155]. Согласно этому закону, ликвидация сервитутов могла проводиться как на добровольных началах, так и принудительно. Но крестьяне не могли отказаться от сервитутных угодий, в особенности выпасов для животных, в силу обозначенных выше причин. Тогда к ним могли применяться

и методы принуждения. Для этого необходимо было заявление одного из пользователей сервитута.

В хронологической периодизации следующим законодательным актом стоит закон от 31 июля 1923 г. «О кома-сации земель». Комасация - ликвидация чересполосицы путём сведения крестьянских земель в один участок, с последующим выходом на хутора [6, с. 40]. Суть этого закона сводилась к следующему:

- облегчение проникновения товарно-денежных отношений в деревню;

- ликвидация чересполосицы и других экономических пережитков в сельском хозяйстве;

- реализация программы по насаждение фермерских хозяйств;

- экономное расходование средств землевладельцев при обработке полей;

- интенсификация сельского хозяйства;

- создание условий для применения более совершенных форм организации ведения сельского хозяйства.

Данный закон был последним законодательным актом, принятым на начальной стадии проведения аграрных реформ. Если анализировать законодательную базу этого периода, то следует отметить, что по своему содержанию законы носили прогрессивный характер и могли способствовать проникновению товарно-денежных отношений в западно-белорусскую деревню. Однако реализация этих законов подразумевала существование у крестьянства денежного капитала, с помощью которого они могли покупать земельные угодья, но таких денег не было, поэтому в конце 1924 г. польские власти во главе с В. Грабским выступили с инициативой изменения законопроектов по аграрным вопросам [7, с. 29]. Изменения были необходимы, так как правительство понимало, что принятые законы мало что изменили в положении крестьян. По-прежнему деревня оставалась в тяжёлом экономическом положении. Исполнение законов было возложено на местные органы власти, где процветало своеволие чиновников и землемеров. Часто принятые решения отменялись вышестоящими органами. Всё это привело к тому, что 28 декабря 1925 г. сейм принял новый закон «О выполнении аграрной реформы» [8, с. 1-19]. Парламент с принятием нового закона фактически отменил все законодательные акты об аграрных реформах предшествующего периода. Государство устанавливало твёрдые цены на землю, что противодействовало спекуляции. Те хозяйства, которые применяли технические новинки, развивались динамично, парцелляции не подвергались. В собственность государства переходили лесные массивы, которые имели площадь свыше 50 га, что в некоторой степени ликвидировало напряженность в связи с ликвидацией сервитутов.

В статье 1 Закона говорилось, что «аграрный строй в Польше опирается на сильные, здоровые и высокопроизводительные хозяйства различного типа и величины, которые будут базироваться на частной собственности» [8, с. 2].

Статьи данного закона предусматривали:

- ограничение максимальной нормы землевладения (для Западной Беларуси таковой нормой было 300 га). В эти нормы не включались дороги, площади под за-

стройку, сады, определенные категории лесов и водоемов [8, с. 3];

- земля сверх этих норм подвергалась парцелляции;

- от парцелляции освобождались высокорентабельные хозяйства, которые имели определенную специализацию; леса, где велось промышленное хозяйство (площадью до 50 га) [8, с. 3].

Законом предусматривалось, что лишняя земля у частных владельцев будет выкуплена. Каждый землевладелец, обладавший значительным земельным участком, обязан был подать декларацию с описанием всех владений на территории государства. Что касается размеров земельного участка, то закон предусматривал следующее: площадь вновь образованных хозяйств, не должна превышать 20 га, площадь хозяйства для производства огород-но-овощной продукции должна быть не более 5 га, размер ремесленного участка - не более 2 га, объем участка для рабочих и служащих в пригородных зонах и промышленных центрах - до 1 га [8, с. 12].

Уже 9 января 1926 г. было опубликовано распоряжение правительства «Именной список на 1926 год участков для принудительного выкупа земли» [9, с. 23-30]. Такой список необходим для проведения парцелляции на территории всей страны. В нём указывались имена владельцев земли и площадь земельных наделов, которые необходимо было выкупать при парцелляции. Данный документ регулировал отношения выкупных операций на территории всей Речи Посполитой. Аналогичные распоряжения издавались польскими властями каждый год вплоть до начала Второй мировой войны.

В продолжение аграрных реформ 4 января 1927 г. издано распоряжение президента Польши «Об образовании центральной и воеводских комитетов по проведению реформы». Центральный комитет состоял из председателя и 6 представителей от каждого министерства, а также 6 известных представителей в области аграрного законодательства и аграрных отношений. Такая же структура предусматривалась и на местах. Основной функцией данных органов была совещательная [10, с. 24]. Они должны были изучать экономическую обстановку на местах и давать рекомендации Центральному комитету. Таким образом, к 1927 г. была окончательно сформирована вертикаль власти для проведения дальнейшего реформирования аграрного сектора экономики Речи Посполитой.

Распоряжение от 14 января 1927 г. регулировало получение кредита на проведение аграрных мероприятий отдельными крестьянскими семьями. По условиям документа максимальный размер кредита ограничивался 1200 злотых для осушения участка и 600 злотыми на подведение дорог и проведение на участке хозяйственных работ [11, с. 45]. В исключительных случаях объём кредита мог быть увеличен: в первом случае до 2500 злотых, а во втором до 800 злотых. Мелкие хозяйства могли получить кредит только в случае покупки дополнительного участка. По данному кредиту устанавливалась стабильная ставка выплаты процентов и составляла она до 2 % в месяц. В экстренных случаях кредитополучатель имел право на получение отсрочки в выплате кредита. Вступление в силу данного распоряжения давало возможность более эффек-

тивно вести хозяйство. Однако следует отметить и некоторые недостатки, а именно высокую процентную ставку по кредиту, большое количество документов, необходимых для получения кредита и его небольшую сумму.

Кредитная политика польских властей нашла своё отражение в Декрете Президента Речи Посполитой от 14 января 1936 г. «О льготах в выплате кредитов сельскохозяйственным объединениям» [12, с. 40-41]. Данный документ регулирует выплаты по кредитам, выданным крестьянам, которые входят в сельскохозяйственные объединения. Им предоставляется льготная рассрочка платежа на 14 лет, в случае если хозяйство не может справиться с долгами. Издание декрета дало возможность государству не объявлять банкротами крестьян и таким образом не ухудшать социальную напряжённость в деревне.

17 января 1938 г. было опубликовано распоряжение Министерства сельского хозяйства и реформ «Об отчислениях в кассы взаимопомощи». Этот документ вступал в силу с 31 марта 1938 г. Он предусматривал создание касс взаимопомощи для участников и регулировал отчисления в эти кассы. Государство фактически дистанцировалось от участия в оказании помощи крестьянским хозяйствам [14, с. 77-84].

1 февраля 1938 г. был опубликован закон «О дополнительных кредитах на 1937/38 гг. для хозяйств, пострадавших от падежа скота» [13, с. 76]. Суть данного закона сводилась к выделению для пострадавших хозяйств дополнительных денежных средств в размере 500 тыс. злотых.

Изучив правовую базу для проведения аграрных реформ, можно прийти к следующим выводам:

1) польские власти стремились стабилизировать экономическую ситуацию в Западной Беларуси, особенно в части землевладения различных групп населения, путём частичного перераспределения земли;

2) одновременно с этим создавались определённые условия, охраняющие интересы крупных землевладельцев, что вело к росту социальной напряжённости в деревне;

3) законодательная база реформ постоянно изменялась, что создавало проблемы для местных органов власти на местах;

4) благодаря проведению реформ Речи Посполитой удалось избежать экономического коллапса и в определённой мере решить земельный вопрос на территории Западной Беларуси.

1. Грэсь С. М. Аграрный пераутварэнн у Заходняй Беларус 1921-1939 гг. Гродна: ГрДМУ, 2012. 182 с.

2. Garlicki A. Pierwsze lata Drugiej Rzeczypospolitej. Warszawa: Praza-Ksiazka-Ruch, 1989. 80 s.

3. Гольдштейн И. И. Аграрные отношения в бывшей Польше, Западной Украине и Западной Белоруссии. М.: Гос. социально-эконом. изд-во, 1940. 296 с.

4. Stawek W. Ideologia obozu marszatka Pitsudskiego w swietle przemowien prezesa BBWR Walerego Stawka. Warszawa: Drukarnia Wspotczesna, 1930. 44 s.

5. Паню^ч В. Энцыклапедыя псторьп Беларусь У 6 т. Т. 6. Кн. 1. Пузелi - Усая. / рэдкал.: Г. П. Пашкоу (галоуны рэд.) i Ыш. Минск: БелЭН, 2001. 591 с.

6. XaypaTOBi4 I. Энцыклапедыя псторьм Беларусi. У 6 т. Т. 4. Кадэты - Ляшчэня. / рэдкал.: Г. П. Пашкоу (галоуны рэд.) i iнш. Минск: БелЭН, 1997. 432 с.

7. Гресь С. М. Аграрные реформы польских властей на территории Западной Беларуси в межвоенное время (парцелляция и хуторизация) // Гуманитарные научные исследования. 2014. № 1. URL: http://www.human.snauka. ru/2014/01/5579 (дата обращения: 20.02.2014). С. 29-35.

8. Dziennik Ustaw Rzeczypospolitej Polskiej. № 1, poz. 1. Warszawa: Kancelaria Prezesa Rady Ministrow, 1926. 1532 s.

9. Dziennik Ustaw Rzeczypospolitej Polskiej. № 2, poz. 14. Warszawa: Kancelaria Prezesa Rady Ministrow, 1926. 1532 s.

10. Dziennik Ustaw Rzeczypospolitej Polskiej. № 3, poz. 14. Warszawa: Kancelaria Prezesa Rady Ministrow, 1927. 1714 s.

11. Dziennik Ustaw Rzeczypospolitej Polskiej. № 6, poz. 35-36. Warszawa: Kancelaria Prezesa Rady Ministrow, 1927. 1714 s.

12. Dziennik Ustaw Rzeczypospolitej Polskiej. № 3, poz. 21-23. Warszawa: Kancelaria Prezesa Rady Ministrow, 1936. 1552 s.

13. Dziennik Ustaw Rzeczypospolitej Polskiej. № 8, poz. 46-48. Warszawa: Kancelaria Prezesa Rady Ministrow, 1938. 1592 s

14. Dziennik Ustaw Rzeczypospolitej Polskiej. № 8, poz. 49. Warszawa: Kancelaria Prezesa Rady Ministrow, 1938. 1592 s.

© Гресь С. М., 2014

УДК 355.11

РОМАНОВЫ КАК ОСНОВА ВОИНСКОГО ВОСПИТАНИЯ В ГАРНИЗОНАХ ЗАПАДНОЙ СИБИРИ

В статье рассматривается роль духовного фактора как основополагающего и стабилизирующего начала в жизни общества. Определить истинные духовные ориентиры и сделать их центром мировоззрения и миропонимания личности воина - важнейшая задача воинского воспитания. Акцентируется внимание на том, что во времена глубоких потрясений и тяжелых испытаний (войн, кризисов) главной силой спасения и возрождения нации всегда выступал ее духовный потенциал и глубокая вера в высшую идею. Состояние духа народа, его армии, нравственное здоровье, образованность, патриотизм и сплоченность являлись и являются важнейшим стратегическим фактором мощи страны, показателями развития военной организации государства.

Ключевые слова: воинское воспитание, воинские ритуалы, вера, духовность, преданность, традиции.

В. О. Дубинин V. O. Dybinin

THE ROMANOVS AS THE BASIS OF MILITARY EDUCATION IN MILITARY COMMUNITIES OF THE WESTERN SIBERIA

The role of the spiritual factor as a basic and stabilizing beginning in the life of a society is discussed in the article. The major task of a military education is to determine true spiritual orientations and make them the center of world outlook of the soldier's personality. The attention is focused on a fact that during the days of deep shocks and difficult trials (wars, crises ...) the main force of rescue and revival of the nation was its spiritual potential and deep belief in the high ideas. The conditions of the people's spirit, its army, moral health, education, patriotism and unity were and are the major strategic factor of power of the country and criteria of the military organization development of the state.

Key words: military education, military rituals, belief, spirituality, fidelity, traditions.

Основное место в триединой формуле воспитательной работы в российской армии занимала религия, вера, и, соответственно, работа военного духовенства. Военный священник Н. Невзоров подчеркивал: «Главная задача всякого образования состоит в том, чтобы развить в воспитаннике внутренние качества и согреть их религиозными чувствами. Чем тверже и правильнее ход такого воспитания, тем прочнее привьётся к нему и военный элемент, который не может укрепиться с помощью одних каких-либо искусственных средств» [1, с. 69]. И далее развивал свою мысль: «воспитание каждого гражданина должно направляться к тому, чтобы образовать из него прежде всего человека, который умеет исполнять свои обязанности, всегда готов жертвовать собою престолу и отечеству, способен подчиняться условиям и требованиям своей службы» [1, с. 70]. В 1888 г.

журнал «Военный сборник» обращает внимание на необходимость решения следующей проблемы: «...чтобы звание полкового священника было привлекательно для лучших и более образованных лиц из духовного звания, необходимо прежде всего возвысить его служебные права настолько, чтоб они были, по крайне мере не ниже других офицерских чинов» [2, с. 26-27]. С этой целью по жалованию настоятели военных соборов и протоиереи благочинные были сравнены с полковниками, нештатные протоиереи и священники в звании благочинных - с подполковниками, священники - с капитанами. Военный священник в Сибирском военном округе на начало XX в. имел годовое жалование до 1080 рублей, а псаломщик при церкви до 600 рублей. Кроме того, в Сибирском казачьем войске в пользу церквей отмежевывали участки земли до 300 десятин с целью по-