О содержании понятия «Режим конституционной законности» в правовых позициях Конституционного суда РФ в современной России

КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО

УДК 342.565.2

А. Э. Святогорова

О содержании понятия «режим конституционной

законности» в правовых позициях Конституционного суда РФ в современной России

В представленной публикации исследуются правовые позиции Конституционного суда Российской Федерации и доктринальные представления о содержании понятия «режим конституционной законности». Правовые позиции Конституционного суда РФ способствуют реализации принципа единообразия в правоприменительной деятельности иных судов, тем самым играя ведущую роль в развитии режима конституционной законности, обогащая современную отечественную конституционно-правовую доктрину.

The represented publication is devoted to the study of the legal positions of the Constitutional court of the Russian Federation and doctrinal ideas about the concept of "regime of constitutional legality". Legal position of the Сonstitutional court of the Russian Federation contributes to the implementation of the principle of uniformity in the enforcement activities of the other courts, thereby playing a key role in the development of the regime of constitutional legality; the enrichment of modern constitutional law doctrine.

Ключевые слова: режим конституционной законности, Конституционный суд РФ, правовая позиция.

Key words: regime of constitutional legality, Constitutional court of the Russian Federation, legal position.

С принятием Конституции РФ 1993 г. законодатель взял курс на становление России как подлинно правового демократического государства, ориентированного, по сути, на обеспечение реализации режима конституционной законности. Избранным путем и сегодня продолжает следовать в своем единстве и разделении властей вся система органов государственного управления,

© Святогорова А. Э., 2017

включая президента РФ (как гаранта Основного закона России) и Конституционный суд РФ (как орган конституционного контроля, решения которого имеют особое значение для достижения цели восстановления конституционной законности и правопорядка на территории страны).

О Конституции РФ написано немало доктринальных публикаций, однако лишь Конституционный суд России обладает потенциалом наполнения конкретизированным конституционно-правовым содержанием Основного закона иных норм текущего законодательства, что особенно ценно для правоприменительной практики в целом. По сути, сформулированные в решениях Конституционного суда РФ правовые позиции способствуют реализации принципа единообразия в правоприменительной деятельности субъектов правоотношений.

Очевидно, что Конституция России не случайно в качестве основных субъектов механизма ее правовой защиты и охраны воспринимает президента РФ (как гаранта Конституции) и Конституционный суд РФ (как высший орган конституционного контроля).

Традиционным и необходимым содержательным элементом ежегодных посланий президента РФ стало включение в их структуру фрагментов, посвященных такому многоаспектному понятию, как правовое государство. Так, в своем послании Федеральному собранию РФ 2005 г. президент России изложил, по сути, концепцию построения подлинно правового государства, отметив, что последовательное развитие демократии в России возможно лишь правовым, законным путем, а всякого рода внеправовые методы борьбы за национальные, религиозные, иные интересы противоречат самим принципам демократии государства, в котором каждый законопослушный гражданин вправе требовать для себя надежных правовых гарантий и государственной защиты [11].

Откликаясь на призывы главы государства о создании и развитии правового государства, доктрина конституционного права сконцентрировалась на изучении содержательно-сущностной природы основных конституционно-правовых принципов правового государства. Среди них: признание человека, его прав и свобод высшей ценностью и непосредственно действующими, принцип законности и др. Но осмысление возникших в доктрине конституционного права научных дискуссий относительно содержания концепции правового государства в последние годы показывает, что именно конституционный принцип законности стал объектом пристального внимания ученых.

Как отмечал В. Е. Чиркин, принцип законности впервые зародился как принцип господства права и формировался постепенно, наполняясь в разные исторические периоды различным содержанием. Сначала содержание принципа господства права было сведено к признанию естественных и неотчуждаемых прав человека, далее - к верховенству закона и парламента и лишь затем он стал универсальным принципом правового государства. В современных конституциях для закрепления конституционного принципа законности применяются различные понятия, которые, по сути, наполнены идентичным содержанием, а именно: «правовое государство», «верховенство права», «господство права». Впрочем, интересно отметить, что в социалистических странах принцип господства права не признан, но социалистическая законность провозглашена [13].

Абсолютно справедливо отметил Председатель Конституционного суда РФ В.Д. Зорькин, что общепризнанный принцип верховенства (господства) права или правового государства лежит в основе нового миропорядка и конституционного строя современных демократий. Альтернативой ему является бесправие и социальный хаос. Поэтому данный принцип положен в основу Конституции РФ, а его реализация принадлежит к числу коренных, приоритетных национальных интересов нашей страны [4].

Если В.Д. Зорькин, по сути, говорит о внутригосударственной и наднациональной (глобальной) формах принципа законности, то нельзя умолчать о том, что еще в 2008 г. в послании Федеральному собранию РФ президент сфокусировал внимание на необходимости укрепления законности в условиях глобализации, подчеркнув значимость режима международной законности. Выйдя за пределы внутринациональной системы права, глава государства отметил, что международная законность складывается из соблюдения государствами своих национальных конституций; из обязательности следования международным соглашениям и договорам. И поэтому, чем лучше состыкованы действия государств на мировой арене с международно-правовыми нормами, тем выше уровень безопасности на планете [12].

Исследователь С.А. Грачева, напротив, рассматривает верховенство права как доктрину и общеправовой принцип, сопоставляя его с важнейшими отечественными правовыми принципами - верховенства национальной конституции, верховенства закона и правового государства [3].

Мониторинг работ современных отечественных конституционалистов позволяет говорить о том, что единообразием понимания сущностно-содержа-

тельного объема конституционно-правового принципа законности, конституционно-правового принципа верховенства (господства) права, принципа конституционной законности, и тем более принципа международной законности, наука конституционного права не отличается.

В то же время представляется верным признать существование, как минимум, двух форм реализации общеправового принципа законности в современном мире: внутригосударственной (национальной или конституционной) и надгосударственной (глобальной или международной).

Вполне логично поэтому согласиться с существованием принципа конституционной законности, который, по мнению С.А. Авакьяна, незаслуженно забыт. С. А. Авакьян полагает, что суть названного принципа состоит в том, что каждый орган государственной власти действует, исходя из своего места в государственной (публичной) иерархии, имеет право и обязанность осуществлять возложенные на него полномочия, а также несет установленную юридически ответственность за правильное применение (и неприменение!) тех методов и средств, которые ему предоставлены законом [1].

Напомним в то же время, что в ходе заседания Первого Петербургского международного юридического форума, президент России озвучил тезис о том, что в последние годы наше государство продвинулось в создании условий для формирования в стране правового государства, но указал на необходимость укрепления отдельных элементов конституционной законности в обществе, напомнив, что принцип верховенства права не ограничивается лишь внутригосударственной сферой, он подлежит неукоснительному применению и в международных отношениях. Целесообразно обратить внимание на то, что в данном контексте речь идет не просто об отраслевом принципе конституционной законности, а о режиме конституционной законности [5].

Фактически можно утверждать, что понятие «конституционная законность» многогранно и способно представать как в виде правового принципа, так и в качестве правового режима.

В широком смысле конституционная законность, как конституционно-правовой принцип, представляет собой фундаментальную правовую идею, начало, закрепленное в источниках конституционного права, представленное в виде системы основ конституционного строя, закрепляющих форму России как правового государства, таких как верховенство права и верховенство правового закона, соблюдения и уважения прав и свобод человека, справедливости и разумности применения права, в правоприменительной деятельности и т. д.

В узком смысле конституционная законность - система основ конституционного строя России как правового государства.

В то же время, имея ввиду, что подлинно правовое государство непременно должно отвечать требованиям единообразия правоприменительной деятельности субъектов правоотношений в процессе реализации конституционно-правовых норм, следует говорить о востребованности создания реального правового режима конституционной законности. В этом смысле конституционная законность, как конституционно-правовой режим, представляет собой совокупность взаимосвязанных конституционно-правовых норм и принципов, обеспеченных эффективно осуществляемой деятельностью уполномоченных органов государственной власти, направленной на реализацию буквы и духа Конституции РФ, выраженного в правовых позициях Конституционного суда РФ как высшего органа конституционного контроля.

Принимая во внимание сказанное, необходимо проанализировать ключевые решения Конституционного суда РФ, касающиеся толкования содержательных характеристик принципа конституционной законности. Представляется, что серьезные проблемы эффективного развития правового государства в России возникают в связи с тем, что даже суды зачастую испытывают сложности в ходе применения правовых норм, содержание которых разъяснено в позициях Конституционного суда России, но было неверно уяснено иными судами, препятствуя реализации правосудия в целом. Поэтому особого внимания заслуживает понятие «правовая позиция», сформулированное самим Конституционным судом РФ. Так, разъясняется, что положения мотивировочной части постановления Конституционного суда России, содержащие толкование конституционных норм либо выявляющие конституционный смысл закона, на которых основаны выводы Конституционного суда, сформулированные в резолютивной части этого же постановления, отражают правовую позицию суда и также носят обязательный характер [10].

Говоря о государственном суверенитете России как правового демократического государства Конституционный суд РФ отмечает, что признание Конституцией РФ суверенитета только за Россией воплощено также в конституционных принципах государственной целостности и единства системы государственной власти, верховенства Конституции Российской Федерации и федеральных законов, которые имеют прямое действие и применяются на всей территории Российской Федерации, включающей в себя территории ее субъектов [6].

Подтверждая необходимость обеспечения в правовом государстве реализации права на судебную защиту, Конституционный суд указал, что закрепленное ст. 46 (ч. 1 и 2) Конституции Российской Федерации право на судебную защиту предполагает наличие конкретных гарантий, которые позволяли бы обеспечить эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости. Право каждого на судебную защиту, обеспечиваемое путем рассмотрения его дела законным, независимым и беспристрастным судом, означает, в частности, что рассмотрение дел должно осуществляться законно установленным, а не произвольно выбранным судом; признание же суда законно установленным требует, чтобы его компетенция по рассмотрению данного дела определялась законом [9].

Также, отмечая недопустимость неопределенности содержания правовой нормы, влекущей за собой нарушение принципов равенства и верховенства закона, Конституционный суд России отмечает, что общеправовой критерий определенности, ясности, недвусмысленности правовой нормы исходит из конституционного принципа равенства всех перед законом и судом (ст. 19, ч. 1 Конституции Российской Федерации), поскольку такое равенство может быть обеспечено лишь при условии единообразного понимания и толкования правовой нормы всеми правоприменителями. Неопределенность содержания правовой нормы, напротив, допускает возможность неограниченного усмотрения в процессе правоприменения и ведет к произволу, а значит - к нарушению принципов равенства, а также верховенства закона [7].

Говоря о недопустимости неопределенности содержания правовой нормы, нельзя умолчать о позиции Конституционного суда России, согласно которой такой элемент правового государства, как общеправовой принцип правовой определенности, предполагает стабильность правового регулирования и исполнимость вынесенных судебных решений. Кроме того, гарантированное Конституцией право на судебную защиту подразумевает создание государством необходимых условий для эффективного и справедливого разбирательства дела. Как следует из правовой позиции, сформулированной Конституционным судом Российской Федерации в Постановлении от 17 ноября 2005 г. № 11-П, право на справедливое разбирательство дела в разумный срок признано независимым и предполагает также окончательность и стабильность судебных актов, вступивших в законную силу, и их исполнение. Нарушение же принципа справедливого судебного разбирательства, принципа правовой определенности порождает неправомерное ограничение конституционного

права на судебную защиту и доступ к правосудию, которое относится к основным неотчуждаемым правам и свободам человека и одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод, признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права. Правосудие же, как таковое, должно обеспечивать эффективное восстановление в правах и отвечать требованиям справедливости [8].

Подводя итог сказанному, обобщив доктринальные представления и правовые позиции Конституционного суда РФ, возможно выявить основные содержательные элементы режима конституционной законности в современной России. Среди них: принцип верховенства Конституции РФ и федеральных законов, имеющих прямое действие и применяемых на всей территории Российской Федерации; право на судебную защиту; гарантии обеспечения эффективного восстановления в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости; принцип равенства; принцип недопустимости неопределенности содержания правовой нормы; принцип стабильности правового регулирования и исполнимости вынесенных судебных решений; принцип создания государством необходимых условий для эффективного и справедливого разбирательства дела беспристрастным судом; принцип недопустимости неправомерного ограничения конституционного права на судебную защиту и доступ к правосудию; принцип эффективного восстановления в правах в соответствии с требованиями справедливости.

Очевидно, что игнорирование любого из поименованных содержательных элементов неминуемо нанесет урон режиму конституционной законности и поставит под сомнение реальность построения правового государства в современной России.

Ни в коем случае не умаляя необходимость поддержания и развития режима конституционной законности на внутригосударственном уровне, оговоримся, что современная концепция правового государства давно уже преодолела пределы государственных суверенитетов отдельных стран, выйдя на надгосударственный (глобальный) уровень общеправовой законности.

В связи с этим очевиден дефицит доктринальных работ в области международного права, объектом научных изысканий которых стал бы правовой, а точнее, политико-правовой режим международной законности, предполагающий стремление всех ведущих держав мира установить и поддерживать баланс в области обеспечения коллективной безопасности.

Анализ правовых позиций Конституционного суда РФ позволяет предположить, что опыт конституционно-правового регулирования современной

России вполне может быть положен в основу глобального правопонимания сущности и содержания режима международной законности. Взятые в единстве и взаимопроникновении режимы конституционной и международной законности способны создать единые стандарты коллективной безопасности глобального мира, наполнив понятие законности в целом конкретным юридическим и идеологическим содержанием. Тем более, что подобный опыт у Советской России уже был при создании текста Всеобщей декларации прав человека 1948 г., некогда закрепившей единые и незыблемые стандарты прав и свобод человека, не потерявших свою актуальность и сегодня [2].

Список литературы

1. Авакьян С.А. Организация государственной власти в России и зарубежных странах: учеб.-метод. комплекс. - М.: Юстицинформ, 2014. - URL: http://www.consultant.ru

2. Всеобщая декларация прав человека: принята Генеральной Ассамблеей ООН 10.12.1948 // Рос. газета. - № 67. - 05.04.1995.

3. Грачева С.А. Доктрина верховенства права и судебные правовые позиции // Журн. рос. права. - 2014. - № 4. - С. 33-45.

4. Зорькин В.Д. Верховенство права и конституционное правосудие. - URL: http://www.consultant.ru

5. Официальный сайт Президента Российской Федерации: http://www.kremlin.ru/events/president/news/11286

6. По делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации»: постановление Конституционного суда РФ от 07.06.2000 № 10-П // СЗ РФ. - 19.06.2000. - № 25. - Ст. 2728.

7. По делу о проверке конституционности положений пункта 2 статьи 81 Закона Челябинской области «О бюджетном устройстве и бюджетном процессе в Челябинской области» в связи с запросом Челябинского областного суда: постановление Конституционного суда РФ от 11.11.2003 № 16-П // СЗ РФ. - 17.11.2003. - № 46 (ч. 2). - Ст. 4509.

8. По делу о проверке конституционности положений статей 16, 20, 112, 336, 376, 377, 380, 381, 382, 383, 387, 388 и 389 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Кабинета Министров Республики Татарстан, жалобами открытых акционерных обществ «Нижнекамскнефтехим» и «Хакас -энерго», а также жалобами ряда граждан: постановление Конституционного суда РФ от 05.02.2007 № 2-П // СЗ РФ. - 12.02.2007. - № 7. - Ст. 932.

9. По делу о проверке конституционности пункта 10 статьи 75 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме

граждан Российской Федерации» и части первой статьи 259 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Верховного Суда Российской Федерации: постановление Конституционного суда РФ от 25.02.2004 № 4-П // СЗ РФ. - 01.03.2004. - № 9. - Ст. 831.

10. По жалобе гражданки Головановой Людмилы Александровны о нарушении ее конституционных прав Положением абзаца 1 части седьмой статьи 19 Закона РСФСР «О милиции»: определение Конституционного суда РФ от 08.10.1998 № 118-О. - URL: http://www.consultant.ru

11. Послание Президента России Владимира Путина Федеральному Собранию РФ от 25.04.2005 // Рос. газета. - № 86. - 26.04.2005.

12. Послание Президента РФ Федеральному Собранию от 05.11.2008 // Рос. газета. - № 230. - 06.11.2008.

13. Сравнительное конституционное право: учеб. пособие / отв. ред. В.Е. Чир-кин. - М.: Междунар. отношения, 2002. - С. 196.

УДК 342.5:347:340.134

Л. Ю. Свистунова

Правотворческая инициатива граждан как форма взаимодействия органов местного самоуправления и институт гражданского общества

В представленной публикации исследуются взгляды и представления ученых о взаимодействии органов местного самоуправления и других институтов гражданского общества в Российской Федерации на современном этапе на примере такой формы их взаимодействия, как правотворческая инициатива граждан, проживающих на территории муниципального образования. Кратко анализируются подходы к определению данного понятия, его правовой природы и содержания.

The presented publication is devoted to the study of views and ideas on the interaction of local government bodies and civil society institutions in the Russian Federation at the present stage by the example of such a form of their interaction as a law-creating initiative of citizens residing on the territory of the municipal formation. The approaches to the definition of this concept, its legal nature and content are briefly analyzed.

Ключевые слова: гражданское общество, государство, местное самоуправление, личность, права человека.

Key words: civil society, state, local government, personality, human rights.

Формирование гражданского общества на современном этапе развития современной России во многом зависит от образования и взаимодействия демократических институтов и форм участия граждан в управлении делами общественности. Местное самоуправление, однозначно, является таким институтом, свободное развитие которого может оказывать влияние на формирование гражданского общества, поскольку любое демократическое государство неспособно развиваться и в дальнейшем справляться с поставленными перед ним задачами без правильно действующей системы органов местного самоуправления. Их природа, функциональное назначение, внутренние процессы являются свидетельством тесного взаимодействия и взаимопроникновения.

© Свистунова Л. Ю., 2017