Цена просвещения

"Секрет фирмы" представляет топ-20 российских программ MBA. В этом году в рейтинге появился новый лидер, а у выпускников — новые приоритеты в оценке бизнес-школ.

"Боремся за жизнь" — так сегодня многие деканы отвечают на вопрос, как идут дела в их бизнес-школе. Еще свежа в памяти отмена дипломов MBA гособразца, которая серьезно подкосила спрос, а в нынешней политической и экономической ситуации вообще непонятно, пойдут ли осенью люди учиться. "Когда на Западе дела в бизнесе идут плохо, люди поступают в бизнес-школы. В России наоборот: первым делом срезают бюджеты на обучение,— говорит декан Высшей школы корпоративного управления (ВШКУ) РАНХиГС Сергей Календжян.— Лет десять назад мы набирали на MBA 100-120 человек в год, даже не верится. Сегодня хотим взять 30-40. Борьба идет за каждого человека".

Зато сегодня можно быть уверенным: если слушатели приходят в бизнес-школу, они точно идут не за "корочкой", а за знаниями и реальными управленческими навыками. Вопрос в том, какую отдачу они получат.

Исследование СФ впервые в России построено исключительно на опросе выпускников MBA. Наши респонденты не имеют возможности сравнить качество обучения в разных бизнес-школах, поэтому результаты рейтинга следует интер--претировать как удовлетворенность выпускников полученным образованием. Первый рейтинг мы составили в 2007 году, нынешнее исследование уже восьмое по счету. В опросе участвовали 1092 человека, которые окончили в 2012-2014 годах программы MBA в Москве и Санкт-Петербурге.

В этом году выпускники сменили приоритеты в оценке качества образования. Дело в том, что СФ присваивает критериям вес, опираясь на мнение респондентов. До сих пор наиболее значимыми критериями (всего их 10) были: "уровень приобретенных практических навыков", "уровень преподавания теоретических знаний", "изменения в карьере после обучения", "рост зарплаты" и т. д. В этом году самым важным для выпускников по-прежнему является "уровень приобретенных практических навыков" (вес 9,35%). Но на второе место вышел показатель "полезность установленных связей" (8%), который раньше был лишь пятым. Сегодня слушатели в бизнес-школе хотят не только получить навыки, но и обзавестись полезными знакомствами — важный для российского бизнеса фактор. Школы пока мало в этом помогают — респонденты из года в год пеняют своим alma mater за разношерстную публику, с которой приходится сидеть за партой.

Третье и четвертое места заняли критерии "изменения в карьере после обучения" (7,97%) и "уровень преподавания теоретических знаний" (7,95%). Показатель "рост зарплаты после обучения" (вес 7,75%) переместился по значимости с четвертого место на шестое. Похоже, выпускники осознали, что не стоит после получения диплома ждать немедленного увеличения доходов.

Кроме мнения выпускников, мы учитываем один объективный критерий — стоимость программы. Исходим из того, что чем выше стоимость, тем больше бизнес-школа может дать слушателям и, соответственно, тем выше качество подготовки. По мнению выпускников (34% из 1092 ответивших), между качеством бизнес-образования и его стоимостью есть сильная прямая зависимость, а 53% опрошенных считают, что зависимость небольшая.

Наконец, еще один важный итог этого года — в топ-20 лучших программ MBA произошла смена лидера. Московская школа управления "Сколково" впервые появилась в нашем рейтинге (в прошлом году мы не включали ее в исследование, так как школа не проводила набора на MBA) и с существенным отрывом обошла прежнего победителя — Высшую школу маркетинга (ВШМ) ГУУ, которая переместилась на второе место.

48% выпускников MBA из 475 отметили, что школам стоит усилить преподавательский состав за счет бизнесменов, 47% — увеличить количество стажировок на предприятиях

Золотые медалисты

Сколково — не совсем обычная школа, за ней не стоит материнский вуз. На ее создание в 2006 году несколько компаний и бизнесменов (среди них Рубен Варданян, Рустам Тарико, Роман Абрамович и др.) скинулись по $5 млн.Позже учредители взяли кредит и построили кампус в Подмосковье. Программу MBA запустили в 2009 году, слушатели обучались на английском языке в формате full-time, это была практически единственная в России дневная программа. А еще Сколково удивила своими расценками. Сначала стоимость MBA составляла 50 тыс. евро за полтора года, позже ее увеличили до 60 тыс. евро. В 2012 году программу сократили до года, а цену уменьшили до 45 тыс. евро. Люди, заплатившие за российскую MBA сумму, сравнимую со стоимостью ведущих западных программ, наверняка более придирчивы к качеству обучения, чем другие выпускники. Тем не менее они оценили свою школу очень высоко.

За время работы Сколково успела создать полноценное комьюнити, и выпускники отметили полезные связи, которые они завязали. "MBA — в первую очередь сеть контактов,— говорит выпускник 2013 года Сергей Райцев.— У нас это и учредители, и все сообщество выпускников, в том числе EMBA и "Стартап-академии"". Отметим также внимание к школе со стороны первых лиц государства. Выпускники высоко оценили и полученные практические навыки. В частности, командную работу над реальными проектами — в России, Индии, Китае, Кремниевой долине. Например, Сергей Райцев выполнял для International Paper исследование, насколько новое оборудование будет востребовано на рынке. По его словам, за два месяца незнакомый ранее рынок полиграфии стал для него почти родным. Высокие баллы также получила инфраструктура Сколково — все-таки школа потратила на студенческий городок $250 млн. Но выпускники иногда ворчат, что планировка кампуса не очень удачная, не хватает естественного освещения, да и парковка платная.

А вот возврат инвестиций и прирост зарплаты — не самое сильное место Сколково. В том числе потому, что около половины каждого выпуска открывает свой бизнес. Как отмечает выпускник 2013 года Петр Косихин, "у стартаперов увеличения доходов в краткосрочной перспективе наблюдать не приходится, скорее наоборот". Сам Петр до поступления на MBA восемь лет работал в телекоммуникационной индустрии, а недавно запустил бизнес по торговле и дистрибуции посуды и предметов декора rainbowkitchen.ru. Его коллеги Сергей Райцев и Елена Липанова открыли компанию "Праздник в кубе". Они продают готовые наборы для проведения праздников (сценарий, грим, реквизит и т. д.), разработали несколько продуктов для детей и взрослых.

С этого года в Сколково будет уже совсем другая MBA: школа переформатировала программу, чтобы расширить аудиторию. Курс рассчитан на полтора года и теперь будет проходить part-time (очные занятия один раз в месяц). "Модульный формат MBA — это современный тренд. Слушатели программ full-time выпадают из бизнеса, им сложнее найти работу. А программы без отрыва от производства позволяют применять знания сразу",— говорит руководитель программ MBA и EMBA Сколково Валерия Павлюковская. Правда, учиться здесь будут слушатели из России и СНГ, а иностранцы, которые раньше поступали на full-time, вряд ли теперь согласятся летать в Москву каждый месяц. В новой программе на практику выделяют 70% времени (раньше было 50%), в том числе будет два зарубежных модуля в Шанхае и Кремниевой долине. Стоимость курса — 60 тыс. евро (для сравнения, MBA в INSEAD стоит 62,5 тыс. евро).

Стабильно высокие оценки за теорию и практические навыки ставят своей alma mater выпускники ВШМ ГУУ. Например, выпускник 2014 года Михаил Мартынов возглавлял в Schneider Electric отдел маркетинга, в процессе обучения перешел в продажи и сейчас отвечает за разработку стратегии бизнес-юнитов за рубежом. По его словам, он применяет многие изученные технологии. Например, тот же SWOT-анализ, о котором все знают, и реальные возможности этой методики, которые преподают на MBA,— две большие разни-цы. Сейчас Институт маркетинга ГУУ открывает филиалы своих кафедр в крупных компаниях (Starcom, Itella и др.), куда слушатели ВШМ будут приходить на практику. Школа также лидирует по приросту зарплаты после обучения. По словам руководителя ВШМ ГУУ Александра Челенкова, выпускники устраивают между собой негласный конкурс — кто перейдет определенную планку ежемесячного дохода. Сумма каждый год растет и сегодня составляет 450 тыс. руб. Уже не один десяток человек, окончивших школу три-пять лет назад, эту планку перешагнули.

На третьем месте нашего рейтинга — программа MBA Института бизнеса и экономики (ИБиЭ) РАНХиГС совместно с CaliforniaStateUniversity, EastBay. Выпускники отметили скрупулезность отбора, требовательность преподавателей, быстрый возврат инвестиций в обучение и позитивные изменения в карьере. Следующие четыре программы MBA набрали практически равное количество баллов, разница лишь в несколько сотых. Это Международный институт МШСЭН совместно с Kingston University, Институт делового администрирования и бизнеса (ИДАБ) Финансового университета при Правительстве РФ, Международный институт менеджмента (МИМ) ЛИНК и программа "Информационный менеджмент" (CIO) школы ИТ-менеджмента экономического факультета РАНХиГС. Можно сказать, что эти четыре школы замыкают лидерскую группу.

Три в одном

Среди тысячи наших респондентов мы нашли уникального бизнесмена, который поочередно окончил сразу три российские программы MBA. По его мнению, бизнес-школам имеет смысл превращаться в агентов, как это принято у спортсменов. То есть уделять больше внимания индивидуальным запросам слушателей, возможно, даже самим искать будущих звезд бизнеса, рекрутировать их, развивать, подписывать с ними контракт. Потом эта звезда принесет прибыль тем, кто ей помогал — например, в виде доли своей будущей компании.

Меньше и лучше

На рынке MBA давно назрели перемены. Первым затеял реформы самый крупный игрок — Российская академия народного хозяйства и государственной службы (РАНХиГС). Раньше здесь работали 14 бизнес-школ, которые предлагали 25 программ MBA и семь EMBA, но в конце прошлого года академия начала бизнес-школы объединять, чтобы сделать их более эффективными. В состав ВШКУ влились Российско-немецкая высшая школа управления и факультет инновационно-технологического бизнеса, их программы MBA стали специализациями в рамках ВШКУ. В июне 2014 года факультет экономики недвижимости был реорганизован в Институт отраслевого менеджмента, ему переданы программы факультета академических программ обучения. Кроме того, создали альянс Высшая школа международного бизнеса (ВШМБ) и Институт бизнеса и делового администрирования (ИБДА). Как пояснил научный руководитель ВШМБ Леонид Евенко, у школ сейчас общая бухгалтерия и вспомогательные службы, однако они сохраняют оба бренда и наборы пока проводят раздельно.

Несмотря на кризис, на рынке появляются и новые игроки. МГИМО открыл в прошлом году Школу бизнеса и международных компетенций. По словам ее директора Анжелики Мирзоевой, программу MBA вуз предлагал и раньше, а в новой структуре будет около 10 разных программ MBA, нацеленных на международный бизнес. В других школах появляются новые специализации. Так, в Высшей школе менеджмента (ВШМ) НИУ ВШЭ осенью откроется специализация для HR-менеджеров "MBA — стратегическое управление человеческими ресурсами", причем эту программу (как и открытую два года назад "MBA — маркетинг и продажи") разрабатывали выпускники ВШМ. В Санкт-Петербургском международный институте менеджмента ИМИСП появилась программа "MBA — проектный менеджмент", и, по словам ректора Сергея Мордовина, она сразу оказалась востребованной.

Менее заметны, но не менее важны качественные изменения в бизнес-школах. Так, еще лет 20 назад в МИМ ЛИНК студентам предоставляли книги, статьи и другие источники, необходимые для учебы. "Мы считали, что нужно развивать компетенции людей и минимизировать их непроизводительные затраты,— рассказывает ректор ЛИНК Сергей Щенников.— Но сегодня подход другой: надо развивать умение работать в ситуации неопределенности. Поэтому, если слушатели изучают, например, компанию, они должны сами искать информацию".

В МИРБИС в курс MBA встроили коучинговые технологии. По словам декана школы бизнеса МИРБИС Елены Переверзевой, обучение начинается с оценки управленческих компетенций по методу "360 градусов", слушатель получает отчет о своих сильных и слабых сторонах. Затем его ждут три сессии с коучем, который помогает выстроить вектор персонального карьерного развития. Наконец, по завершении курса слушатель снова проходит оценку, чтобы измерить собственный прогресс.

Однако на самый главный запрос слушателей — больше практики и российских кейсов — школы пока реагируют слабо.

44% выпускников MBA хотят изучать больше российских кейсов, а 22% считают, что бизнес-школы должны ужесточить отбор слушателей

Слово и дело

"Чтобы научиться играть на арфе, надо играть на арфе, а не изучать теорию музыки",— справедливо полагает Сергей Щенников. Но академический уклон в российских бизнес-школах живуч и неистребим. "На программах MBA при университетах пересказывают умные книжки, дают базу. Ликбез — это неплохо, и я думаю, многие школы делают это качественно. Но они не учат бизнесу",— говорит Сергей Мордовин.

Нехватка практиков — головная боль всех учебных заведений. Ценится именно свежий опыт — профессора, которые занимались бизнесом десять лет назад, безнадежно отстали от реалий. А для поддержания авторитета важно также, чтобы преподаватели зарабатывали не меньше своих слушателей. "Среди наших преподавателей почти 90% — люди из бизнеса, многие закончили ВШМ ГУУ и защитили кандидатские диссертации. Но мы работаем над этим 15 лет,— рассказывает Александр Челенков.— И каждого преподавателя в аудитории могут спросить: "А вы уже стали миллионером?" Конечно, не все из них этого достигли, но я точно знаю, что миллионеры среди них есть".

Школы так или иначе пытаются решать проблемы с практикой. Если в ЛИНК раньше рекомендовали слушателям применять в работе изученные методики, то сейчас это стало обязательным требованием. Студент вместе с тьютором обсуждает, что хотел бы внедрить в своем подразделении, он должен осмысленно выбрать ту или иную бизнес-технологию. А в конце курса написать отчет. Даже если нет положительного результата, менеджеру необходимо проанализировать, на какой стадии все остановилось и почему.

В ИМИСП немного сократили фундаментальные курсы и добавили более прагматичные — операционный менеджмент, проектное управление и др. По словам Сергея Мордовина, те немногочисленные слушатели, которые приходят в ИМИСП за фундаментальными знаниями, уходят не вполне удовлетворенными, потому что "мы азы не даем". "Мы даже думаем поменять название и убрать слово "институт", которое, видимо, смущает людей",— говорит ректор.

Впрочем, некоторые бизнес-школы не собираются молиться на практику и кейсы. "Если слушатели MBA учатся без отрыва от производства, какая еще практика им нужна? Пусть применяют изученное в своей работе",— рассуждает декан ВШМ НИУ ВШЭ Сергей Филонович. По его мнению, кейсы никому в бизнесе не помогут — всех решений все равно не описать. К тому же в современном бизнесе не существует готовых рецептов. "Увидеть проблему, сформулировать ее и поискать решение — вот, в идеале, чему должна учить бизнес-школа. Обращать внимание на мелкие детали и слабые сигналы. А для этого нужно вести людей в неизвестные для них области",— продолжает Филонович. Например, ВШМ предлагает слушателям погрузиться в практику театрального или музейного менеджмента.

В итоге абитуриент, поступающий на MBA, должен определить, что ему (и его работодателю) нужнее: набор конкретных инструментов и навыков или более глубокий взгляд на бизнес. А затем найти ту школу, где его потребности совпадут с позицией профессуры. Школам же пока невыгодно себя четко позиционировать, чтобы не отсекать часть аудитории — они по-прежнему готовы учить всему и всех. А учитывая кризис и недоборы, вряд ли кто-то станет отказывать "неподходящим" абитуриентам.

Иными словами, перед поступлением на MBA стоит провести полноценное маркетинговое исследование (в том числе изучить результаты нашего рейтинга), чтобы понять, подходит ли вам конкретная школа. Либо выбрать альтернативу — краткосрочные курсы повышения квалификации или записаться на бесплатные онлайн-курсы. В конце концов, программами MBA современное бизнес-образование не исчерпывается.

Сергей Мордовин, ректор Санкт-Петербургского института менеджмента ИМИСП:

— Один мой коллега признался, что недавно подвел итоги 20-летней работы, и ему стало стыдно. Он сказал: "Я понял, что все это время обманывал слушателей — пытался их учить бизнесу в рыночной среде, в то время как у нас нет рынка". То, что сейчас происходит в России, мало похоже на рыночные отношения, это уменьшает привлекательность классической MBA. Для бизнеса важнее связи и административный ресурс. А тех, кто планирует стратегию на десять лет вперед, можно заподозрить в идеалистическом видении внешней среды. В том виде, в каком MBA существует сейчас в большинстве вузов, это умирающий продукт. MBA не должна доминировать на рынке, и школам никто не должен спускать сверху, чему и как учить. Наша задача — работать с бизнесом и отвечать на его запросы.

Сергей Филонович, декан Высшей школы менеджмента НИУ ВШЭ:

— MOOC (массовые открытые онлайн-курсы) никогда не составляли и не смогут составить конкуренцию очному образованию. Интернет-технологии открывают гигантские возможности, но в то же время препятству ют формированию -социальных навыков, социального интеллекта. МООС-платформы — это лишь передача информации, даже не всегда знаний. Какие-то элементы дистанционного обучения возможны, если речь идет о формализуемых вещах. Но бизнес — это общение, переговоры, как такие программы можно реализовать в интернете? Я думаю, со временем изменится роль преподавателя. К нему приходят общаться, дискутировать. Он должен нести не столько знания, сколько мудрость. А преподавателей-толмачей рано или поздно заменят MOOC.