Правовые основы управления каторгой в Сибири в начале XIX в

бель. При социальной адаптации процесс сложнее, поскольку индивид может самостоятельно определять цель и стратегию социальной адаптации.

Анализ литературы показал, что не существует общих, единых подходов к видам и формам социальной адаптации. Так, если Л.М. Растова выделяет такие конкретные формы социальной адаптации, как профессиональная, общественно-политическая и социально-психологическая адаптация, то Н.А. Свиридов различает две формы - профессиональную и социально-психологическую; В.Н. Судаков определяет два вида адаптации - производственную (трудовую) и духовную, которые протекают в двух формах: общественно-политической и социально-психологической.

Производственную адаптацию, как сложное явление, можно рассматривать с различных позиций, выделяя психофизиологическую, профессиональную, социально-психологическую ее стороны.

Каждая из них имеет свой объект, свои целевые задачи, показатели эффективности.

Психофизиологическая адаптация - адаптация к трудовой деятельности на уровне организма работника как целого, результатом чего становятся меньшие изменения его функционального состояния (меньшее утомление, приспособление к высоким физическим нагрузкам и т.п.).

Профессиональная адаптация - полное и успешное овладение новой профессией, т.е. привыкание, приспособление к содержанию и характеру труда, его условиям и организации. Она выражается в определенном уровне овладения профессиональными знаниями и навыками, в умении, в соответствии характера личности характеру профессии.

Социально-психологическая адаптация человека к производственной деятельности - адаптация к

ближайшему социальному окружению в коллективе, к традициям и неписаным нормам коллектива, к стилю работы руководителей, к особенностям межличностных отношений, сложившихся в коллективе. Она означает включение работника в коллектив как равноправного, принимаемого всеми его членами.

На наш взгляд, адаптация представляет собой целостный психобиологический, психологический, социальный и педагогический процесс активного взаимодействия личности (группы) с окружающей средой, это не только процесс приспособления к успешному функционированию в данной среде, но и активное освоение окружающего пространства с целью психологического, социального саморазвития личности (группы).

Следовательно, социальная адаптация - процесс преобразования взаимоотношений личности (социальной группы) с изменяющейся внешней и внутренней средой посредством согласования требований и ожиданий его участников, связанный с усвоением знаний об окружающей действительности, приобретением умений и навыков в построении собственного образа жизнедеятельности, присвоен и-ем общечеловеческих норм и ценностей.

Проанализировав научную литературу по проблемам социальной адаптации, можно сделать вывод, что довольно часто это понятие отражает отдельные стороны взаимодействия социальных систем с окружающей их средой, давая определения, авторы обращают свое внимание на различные аспекты социальной адаптации. В связи с этим в научной литературе пока нет достаточно четкого и однозначного определения понятия «социальной адаптации», в котором бы учитывались различные стороны этого противоречивого процесса.

Библиографический список

1. Березин Ф.Б. Психическая и психофизиологическая адаптация человека. Л., 1988.

2. Бюффон Ж. Всеобщая и частная естественная история. СПб., 1989.

3. Спенсер Г. Сочинения. СПб., 2002.

4. Спенсер Г. Недостаточность естественного подбора. СПб., 2004.

5. Знанецкий Ф. Исходные данные социологии // Американская социологическая мысль. М., 1996.

6. Корель Л.В. Социология адаптаций: этюды апологии. Новосибирск, 1997.

7. Марков В.А. Классификация адаптивных форм //Кибернетика и философия. Рига. 1977.

8. Философские проблемы теории адаптации / под ред. Г.И. Царегородцева. М., 1975.

9. Асеев В.Г. Теоретические аспекты проблемы адаптации // Адаптация учащихся и молодежи к трудовой и учебной деятельности - Иркутск, 1986.

УДК 343.8

ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ УПРАВЛЕНИЯ КАТОРГОЙ В СИБИРИ В НАЧАЛЕ XIX в.

Н.Г.Степанова (Шенмайер)1

Иркутская государственная сельскохозяйственная академия, 664038, Иркутская обл., Иркутский район, п. Молодежный.

Рассматриваются сборники законов «Устав о ссыльных» и «Устав об этапах в сибирских губерниях» 1822 г., на основе которых осуществлялось формирование централизованного управления сибирской каторгой в начале XIX века.

Библиогр. 20 назв.

Ключевые слова: Сибирь; каторга; сборники законов; централизованное управление; правовое регулирование.

1Степанова (Шенмайер) Наталья Григорьевна, кандидат исторических наук, доцент кафедры философии, социологии и истории, тел.: 89025492161, e-mail: N_Stepanova@bk.ru

Stepanova (Shenmaier) Natalya, Candidate of History, Associate Professor of the Department of Philosophy, Sociology and History, tel. 89025492161, e-mail: N_Stepanova@bk.ru

LEGAL BASIS OF PENAL SERVITUDE CONTROL IN SIBERIA IN THE BEGINNING OF XIX CENTURY N.G. Stepanova

Irkutsk State Agricultural Academy,

Molodezhny settlement, Irkutsk district, Irkutsk region, 664038.

The statute rolls of "Regulations on the exiled" and "Regulations on the depots in the Siberian provinces" published in 1822 are considered in the present article. The formation of the centralized control of the Siberian penal servitude was performed on their basis in the beginning of XIX century. 20 sources.

Key words: Siberia; penal servitude; statute rolls; centralized control; legal regulation.

Формирование управления каторгой в Сибири -тема важная и требующая отдельного рассмотрения для понимания места и роли каторги в развитии сибирского региона и государства в целом, а также в российской пенитенциарной политике. Более ста лет с момента учреждения в России института каторжных работ (1689 и 1699 гг.) и на протяжении всего XVIII века как такового государственного закона, регламентирующего это наказание, не существовало: не были четко определены места каторжных работ, условия жизни и труда осужденных, порядок их пересылки. Государственную карательную политику характеризовало наличие множественности субъектов, которым было предоставлено право определять деяния преступными и применять в отношении лиц, их совершивших, наказания. Каторжные работы регламентировались «указным правом», а указы, накопившиеся в огромном количестве, были разрозненные и противоречивые2. И только в начале XIX века в результате реформирования сибирской ссылки, проходившей в контексте общего реформирования Сибири, стали разрабатываться правовые основы реорганизации управления сибирской ссылкой и каторгой с четким разделением компетенций административных органов и вводиться правовое регулирование положения ссыльных.

В июле 1822 г. Александр I утвердил «Учреждение для управления сибирских губерний» -документ, в который наряду с девятью уставами вошли два -«Устав о ссыльных» и «Устав об этапах в сибирских губерниях» (далее по тексту - Уставы о ссыльных и этапах). Уставы стали первой ступенью законодательного оформления института каторжных работ, систематизации существовавших ранее правовых норм о каторге и ссылке и введения новых законов3. К сожалению, сегодня сложно определить, какие статьи вве-

2Гернет М. К статистике смертной казни // Право. 1907. № 31. Стлб. 2100-2110; Жуков Н.Н. Из недр архива (Материалы к истории Нерчинской каторги) // Нерчинская каторга: Сб. Нерчинского землячества. М.: Изд-во политкаторжан, 1933. С. 7; Зноско-Боровский С.А. Законоведение. Изд-е 2-е. СПб., 1907. Вып. I. С.37; Исаев М. Предстоящее преобразование каторги // Право. 1911. №6. Стлб. 321-332; Право. 1907. № 43. Стлб. 2799-2800; 1908. № 16 Стлб. 922 -932; 1909. № 11. Стлб. 711, 712; 1912. № 11. Стлб.599-611; Предстоящее преобразование каторги // Тюремный вестник. 1910. № 6-7. С. 897; Кодан С.В. Сибирская ссылка декабристов. Иркутск. 1980. С. 23-24.

Политическая ссылка в системе карательных мер самодержавия первой половины XIX в.: учеб. пособие. Иркутск. 1980. С.14.

дены впервые, а какие существовали до составления Уставов 1822 г., поскольку под текстами параграфов правовых норм нет сносок, обозначающих дату принятия и номер первоначального документа. Во всех последующих изданиях «Устава о ссыльных» такая информация сообщается.

С течением времени «Устав о ссыльных» 1822 г. несколько раз менялся. Если подвергнуть анализу все его издания, то становится заметным стадиальность формирования законодательной базы российского института каторжных работ, поэтому изучение названного правового источника имеет большое значение в исследовании сибирской каторги. В предлагаемой статье рассмотрены «Устав о ссыльных» и, как дополнение к нему, «Устав об этапах в сибирских губерниях» 1822 г. - первые сборники законов начала XIX века, на основе которых должны были проходить реорганизация сибирской каторги и формирование централизованного управления ею.

В России существовало несколько видов ссылки. В «Уставе о ссыльных» 1822 г. ссылка разделена на две группы: ссылка в каторжные работы и ссылка на поселение. При этом каторга отнесена к особому виду ссылки - наказанию более строгому, в сравнении со ссылкой на поселение, и гуманному по отношению к смертной казни. Подавляющее большинство статей

3«Устав о ссыльных» 1822 г. состоит из «Предварительных положений», четырех отделений, 35 глав и 435 параграфов. В нем определены общие принципы управления сибирской

ссылкой (каторгой): порядок работы с четким разделением компетенций центральных и местных органов власти (То-

больского приказа о ссыльных, экспедиций о ссыльных, судов, губернских (областных) правлений, полиции, городничих и конвойной стражи); нормы отправления в ссылку, препровождения ссыльных, их прием и распределение в Сибири, «употребление» в работы; общие принципы контроля и надзора над ссыльными; нормы, определяющие правовой статус и положение каторжан. Для введения единообразия в делопроизводство о ссыльных, в Устав включено приложение из двадцати трех образцов форм деловой переписки: статейных и партионных списков, справок и писем, книги приходов и расходов, годовых ведомостей и прочих документов. «Устав

об этапах» включает 199 параграфов, разделенных на 13 глав, посвященных вопросам учреждения в Сибири этапов и их обустройства тюрьмами, определения состава, обязанностей и условий содержания этапных команд, порядка движения партий. В приложениях даны две таблицы «Распределение этапов в Сибири» и «Табель о потребном числе чинов и служителей на этапах в Сибирских губерниях» // ПСЗ-1. Т.38. №№ 29128, 29129; Кодан С.В. Политическая ссылка в системе карательных мер самодержавия первой половины XIX в.: учеб. пособие. Иркутск. 1980. С.14.

«Уставов о ссыльных и этапах» посвящены общим проблемам организации сибирской ссылки и ее управления. При этом отсутствует подробное рассмотрение правового регулирования ссылки в каторжные работы. Так из 435 параграфов «Устава о ссыльных» только в 35 проработаны вопросы, относящиеся непосредственно к каторге: в 23 параграфах 23 главы «О каторжных» и 12 параграфах всех остальных глав. В «Уставе об этапах» - чуть более двадцати пара-графов4.

Вопрос управления сибирской каторгой и ссылкой следует рассматривать в контексте общей темы имперского управления регионами. «Центром» управления Сибирью являлись император, утверждавший законы, и высшие государственные учреждения столицы, где принимались стратегические решения. В Сибири, по причине удаленности региона от Санкт-Петербурга и, как следствие этого, сложности его контролирования «центром», непосредственное управление территориями осуществлялось через генерал-губернаторов и губернаторов. Губернаторы (в пограничных областях - военные губернаторы) являлись первыми блюстителями в губерниях «неприкосновенности прав верховной власти, польз государства и повсеместного, точного исполнения законов, уставов, высочайших повелений, указов правительствующего Сената». Военные губернаторы были наделены не только гражданскими полномочиями, но и военными. Похожие функции, но на уровне нескольких губерний (областей) - генерал-губернаторств выполняли генерал-губернаторы. Кроме перечисленных обязанностей, они контролировали работу губернаторов и следили за политическим настроением населения. Пользуясь доверием императора, были наделены полномочиями военных диктаторов и могли в случае необходимости предпринимать меры быстрого реагирования5.

С 1822 г. «Учреждением для управления сибирских губерний» Сибирь была разделена на западную и восточную. В состав Западной Сибири входили Омская область, Тобольская и Томская губернии, в Восточную Сибирь - Иркутская и Енисейская губернии, а также Якутская область. Территории, входившие в состав Западной и Восточной Сибири, соответственно разделились на Западно-сибирское и Восточносибирское генерал-губернаторства. Губернии и области делились на округа, волости и инородческие управы. На уровне генерал-губернаторства управление осуществлялось Главным управлением губернии -Губернским управлением, округа - окружным управлением, волости - волостным и инородческим. В состав Главного управления входили генерал-губернатор и Совет; Губернского управления - председатель губернских мест, прокурор и начальники отдельных частей управления; окружного управления -председатели городских и окружных управлений и

4Подсчитано автором на основе ПСЗ-1. Т.38. №№29128, 29129.

5Иллюстрированный энциклопедический словарь Ф. Брокгауза и И. Ефрона. М.: Эксмо, 2008. 960с.

стряпчий. Советы являлись совещательным органом при председателе, который принимал и утверждал решение. Все управления были подчинены Главному, а Главное управление - Сенату6.

Генерал-губернаторы и губернаторы Сибири в отношении сибирской каторги и ссылки осуществляли функции главного контроля. В Тобольское Главное Управление, возглавляемое Тобольским генерал-губернатором, регулярно должен был подаваться общий годовой отчет о ссыльных Сибири. Губернаторы несли ответственность за работу местных Губернских правлений, которые они возглавляли. Уставы подробно рассматривали полномочия и обязанности Губернских правлений и других органов местной власти, причастных к делам ссылки и каторги [Гл. IV, §§ 54, 56; Гл.Х111, §§ 151-155 Устава о ссыльных; Гл. III, §§ 21-25 Устава об этапах].

В управлении сибирской каторгой и ссылкой шел процесс усиления централизации и бюрократизации государственного аппарата, что соответствовало внутренней политике российского государства этого периода. На повестке стоял вопрос об учреждении такой специализированной структуры, которая бы непосредственно занималась вопросами сибирской каторги и ссылки. В результате «Уставом о ссыльных» 1822 г. центральным государственным административным органом сибирской ссылки был определен в городе Тобольске Тобольский приказ о ссыльных (далее по тексту - Тобольский приказ)7, который должен был обеспечивать главное руководство приемом, распределением и общим учетом ссыльных на территории Сибири. В Тобольский приказ должна была поступать (и архивироваться) вся информация о каждом ссыльном: его продвижении до Тобольска, всех передвижениях на территории Сибири, поступлении и выбытии из ведомств, изменениях при использовании на работах. Необходимо подчеркнуть, что Тобольский приказ создавался в качестве центрального государственного органа управления ссылкой только на территории Сибири. И хотя в ряде случаев Тобольский приказ получил право напрямую обращаться в Правительствующий Сенат8, его связь со столицей была опосредованной. Тобольский приказ находился в пря-

6Щеглов И.В. Хронологический перечень важнейших данных из истории Сибири:1032-1882 гг. Сургут: Акционерный Информационно-Издательский концерн «Северный дом», 1993. С.255-256.

7До 1822 г. в городе Тобольске приемом, распределением, учетом и содержанием колодников руководил заведующий колоднической частью Тобольского городского полицейского управления. В 1822 г. колодническую часть упразднили и в соответствии с «Уставом о ссыльных» центральным государственным органом управления сибирской ссылкой был определен Тобольский приказ о ссыльных // Заведующий колоднической частью Тобольского городского полицейского управления. URL:

http://guides.rusarchives.ru/browse/guidebook.html (дата обращения: 02.02. 2011 г.).

8Тобольский приказ обязан был подавать в Правительству-

ющий Сенат информацию о пропавших без вести ссыльных, которые после отправления «по этапу» в течение полутора лет не прибыли в город Тобольск.

мом подчинении тобольского губернатора, который осуществлял функции контроля над его деятельностью. В штат Тобольского приказа о ссыльных входили: управляющий (председатель), канцелярия, состоящая из двух отделений, возглавляемых заседателями.

Устав подробно рассматривал порядок доставки ссыльных в Сибирь, их распределение в регионе и компетенции всех служб (ведомств) в этом деле. Вводилась следующая система учета и контроля исполнения наказания. Все суды Российской империи обязаны были отправлять в Тобольский приказ предварительные уведомления о приговорах с уточнением вида наказания (сибирской ссылки в каторжные работы или на поселение) и места, куда после окончания срока осужденный должен быть возвращен. К этим документам требовалось приложение прежних «послужи-лых списков» ссыльного: информации о чине, сроках и месте службы, до момента лишения его политических прав. Получив такое уведомление, Тобольский приказ ставил осужденного на учет и определял в Сибири место отбывания им наказания. Устав предусматривал наказание за несвоевременную подачу предварительных уведомлений о приговорах - взыскание с виновных лиц денег, использованных на содержание ссыльного [Предварительные положения, §§ 2-7; 15 Устава о ссыльных].

На первом этапе отправления ссыльных в Сибирь приговоренные должны были пройти регистрацию и по возможности освидетельствование в местном губернском правлении (губернского города). Поэтому, параллельно с регистрацией в Тобольском приказе всех предварительных уведомлений о приговорах, была введена в губернском правлении регистрация номеров этих предварительных уведомлений [Предварительные положения, §13; Ш, §27 Устава о ссыльных].

Ссыльных собирали и распределяли в партии только в губернских городах. После вынесения приговора осужденного подвергали экзекуции и отправке в сибирскую ссылку. Экзекуцией назывались телесные наказания шпицрутенами или плетьми. Осужденного проводили сквозь строй солдат, которые били по его обнаженной спине9. В Уставах 1822 г. мы не найдем описания экзекуции. Иллюстрация этого наказания взята из исторического романа Ю.Н. Тынянова «Кю-хля»: «Раз Вильгельм, проходя мимо плаца, утром видел экзекуцию. Наказывали за какой-то проступок человек двадцать солдат. Главное в этой экзекуции был порядок. Два полубатальона солдат... были построены параллельно, шеренгами, лицом к лицу. Каждый солдат держал в левой руке ружье у ноги, а в правой шпицрутен; шпицрутен был гладкий и гибкий лозовый прут, длиною в сажень. ... В середине стоял офицер, держал в руках бумагу и выкликал имена - он говорил, сколько кому пройти кругов. ... Первым пяти осужденным скинули рубашки до пояса, головы их были открыты. Их поставили гуськом одного за дру-

9Иллюстрированный энциклопедический словарь Ф. Брокгауза и И. Ефрона. М.: Эксмо, 2008. 960с.: ил.

гим; руки каждого из осужденных были привязаны к примкнутому штыку; штык проходил против живота, и вперед осужденный бежать не мог; за приклад спереди тащили его два унтер-офицера, и он не мог податься назад. Раздался резкий стук барабана...Они продвигались по кругу, один за другим . Каждый солдат из шеренги делал правой ногой шаг вперед - шпицрутен взлетал и ложился на спину - солдат делал шаг назад. Все движения были точны и размерены, как будто из машины выделялся какой-то рычаг и снова в нее уходил. С обеих сторон в такт музыке свистели мелодически шпицрутены и одновременно ложились на спины.»10

Исполнение экзекуции входило в обязанности городской (земской) полиции, а контроль над исполнением - губернского правления. Оно же занималось подготовкой партии ссыльных к отправке: оформлением соответствующих документов, переводом уведомлений в Сибирь, снабжением ссыльных одеждой, продовольствием и кормовыми деньгами, отсылкой осужденных до ближайшей на этапном пути губернии. Губернское правление определяло день отправки партии, составляло маршрут до ближайшего губернского города с указанием ночлегов и остановок в пути и вообще отвечало за своевременность отправления партии [Гл.!, §§17-21, Гл. III, 48 Устава о ссыльных; Гл. VI, §109 Устава об этапах].

«Устав о ссыльных» предложил систематизировать все делопроизводство, установив единые требования оформления документов, их классификацию по номерам и буквам. Основным документом, подтверждающим личность ссыльного, объявлялся статейный список, который составлялся в двух экземплярах и содержал всю важнейшую информацию о ссыльном: характеристику внешних данных, биографию, информацию о наказании. Один экземпляр статейного списка отправлялся в Тобольский приказ, второй передавался препровождающей страже, ответственной за сохранность документации, и этот экземпляр вместе со ссыльным «шел по этапу». Кроме индивидуального статейного списка, составлялся список всей партии ссыльных (так называемый партионный список). Партионный список, как и статейный, следовал вместе с партией ссыльных и передавался от одного офицера другому при сдаче партии на этапах. Подобные меры вводились в целях организации учета и контроля над ссыльными, а также для профилактики побегов. По этой же причине требовалось выделять ссыльных знаками на одежде: двумя четырехугольниками, пришитыми на спине, у осужденных к ссылке в каторжные работы, и одним - у поселенцев. [Ш, §§22-30; 32 Устава о ссыльных; Гл. II, §26 Устава об этапах].

Во избежание беспорядков при конвоировании партий ссыльных до Сибири, их задержки в губернских городах или других местах остановок устанавливались единые правила отправления ссыльных, учета и отчетности. Отправление партии из губернского города

10Тынянов Ю. Н. Кюхля; Подпоручик Киже; Восковая персона; Малолетний Витушишников. М.: Худож. лит., 1989. С.154-155.

осуществлялось один раз в неделю и строго по расписанию - в день, определенный для данного губернского города. При формировании партий требовалось каторжан отделять от остальных ссыльных в группы по десять человек, летом общее количество ссыльных в партии не должно было превышать шестидесяти человек, зимой допускалось сто и более.

В начале XIX века Россия делилась на губернии (во главе с губернатором), губернии - на уезды (с Нижним земским судом - главным органом власти, возглавляемым капитаном-исправником), а город, управляемый городничим, признавался отдельной административной единицей. По «Уставу о ссыльных» городская и земская полиция, городничие были обязаны четко исполнять предписания губернского правления, а также способствовать быстрому отправлению партии по заданному маршруту. Городничих обязывали проводить сверку поступивших лиц с партионными и статейными списками, определять состояние одежды ссыльных и о нарушениях доносить губернскому правлению для соответствующего взыскания с виновного лица. В случае болезни ссыльных, они контролировали их нахождение в больнице и отправление в ссылку после выздоровления, обо всех этих моментах своевременно извещали губернское правление. Партионный список поступившей партии требовалось передать в губернское правление, где бы он хранился. Для дальнейшего движения ссыльных составлялся новый партионный список, дополненный списком приговоренных этого губернского города. Перед отправкой партии из губернского города по заданному маршруту губернское правление должно было передать партионный список с указанием дня отправки, прилагаемым маршрутом и статейными списками в полицию данного города (поскольку непосредственно отправление ссыльных производила местная полиция, а губернское правление контролировало эту отправку, информировало Тобольский приказ о ее дате, прилагая при этом извещении статейные списки). В конце года губернское правление составляло отчет, где обозначалось общее количество лиц, ссылаемых за год, составляло ведомости о неоконченных делах и передавало в архив дела завершенные. Общий годовой отчет отправлялся в Тобольский приказ, документы об израсходованных денежных суммах - в Казенные Палаты («для обревизования»). В свою очередь, Тобольский приказ составлял общий годовой отчет (с приложением табелей), который передавался местному Главному Управлению [Гл. III, §49; Гл.IV, §§ 54, 56; Гл.VII, §§76-81; Гл.XIII, §§ 151-155 Устава о ссыльных; Гл.II, §§29, 31; Гл. III, §§ 21-25; Гл. VI, §110 Устава об этапах].

В случаях, когда судебные приговоры выносились в местах, не зависящих от губернского правления, предписывалась следующая схема действий:

«§42. Все места и лица, от Губернского Правления не зависящие, к которым поступят для исполнения Судебные приговоры, отделяют экзекуцию от ссылки.

§43. Экзекуцию производят по принятому и узаконенному порядку.

§44. Отправляя в ссылку, составляют статейные

списки.

§45. Вообще отправление делают до ближайшего города.

§46. Статейные списки заготавливают двойные: один следует со ссыльным, другой отправляется прямо в Губернское Правление, в ведении коего состоит тот город, куда ссылаемые препровождены будут.

§47. Губернское Правление, получив уведомление о присылке людей из стороннего ведомства, в свидетельстве их и снабжении поступает точно так же, как бы люди сии непосредственно из его ведомства посылаемы были. Составляет о сих людях статейный список; а присланный из стороннего ведомства удерживает у себя. Собственные деньги отбирает и отправляет в Тобольск, как выше означено» [Гл.II, Устава о ссыльных]. Уставом были продуманы и определены действия органов управления ссыльными при потере документов, болезни или смерти ссыльных, их побегах, утрате казенной одежды, а также привлечение к ответственности должностных лиц, допустивших нарушения.

Всех сосланных в Сибирь предписывалось этапировать только через г. Тобольск и проходить регистрацию в Тобольском приказе. Здесь же определялось окончательное место их ссылки на территории Сибири. После распределения ссыльных Тобольским приказом ссыльные, определенные для прохождения наказания в Тобольской губернии, поступали в ведение Тобольской экспедиции о ссыльных. Ссыльных, которые после Тобольска продолжали свой этапный путь в другие сибирские губернии, Тобольский приказ, по установленному порядку, передавал военной страже. В следующей сибирской губернии они поступали в ведение Томской экспедиции о ссыльных, те ссыльные, что направлялись дальше, по прибытии в Красноярск - в ведомство Енисейской экспедиции о ссыльных, а в Иркутской губернии - Иркутской экспедиции о ссыльных. Таким образом, на территории Сибири создавалось четыре экспедиции о ссыльных: тобольская, томская, енисейская и иркутская. За ссыльных Омской области отвечала «Исполнительная экспедиция Областного Правления» [Гл.У, § 70; Гл.XIV, §162, 168 Устава о ссыльных].

Экспедиции о ссыльных отдельным присутственным местом не являлись, состояли из канцелярских чинов, возглавляемых советником, и находились в двойном подчинении: управляющего Тобольского приказа и местных губернаторов. Конкретное количество канцелярских чинов этого учреждения определялось в соответствии с книгой штатов, прилагаемой к «Уставу о ссыльных». Советник экспедиции о ссыльных входил в состав общего собрания губернского правления, где занимался только вопросами ссылки. В обязанности экспедиций входило непосредственное управление ссыльными, поступившими в их ведомство: осуществление строгого учета количества ссыльных, регистрация новых поступлений и выбытия из ссылки, распределение ссыльных по работам, контроль над установленным надзором за ссыльными, проведение ревизий состояния ссыльных. Партия ссыльных, прибывшая в губернский город, по именным спискам

принималась городничим, а партионные списки и маршруты для ревизии препровождения ссыльных поступали в экспедицию о ссыльных [Гл.XIV, §162-166; Гл.XXII, §233-240 Устава о ссыльных; Глава II, §29; Глава VI, §111 Устава об этапах].

«Уставы о ссыльных и этапах» определили контролирующие функции экспедиций о ссыльных, установив полномочия и четкий правовой регламент этого учреждения в вопросах учета ссыльных и проведения ревизий порядка препровождения партий ссыльных к местам их водворения. В то же время в отношении ссыльных, уже отбывающих наказание на территории Сибири, эти сборники законов только декларировали перечень обязанностей экспедиций о ссыльных, но не раскрывали механизмов их выполнения. Поэтому, не умаляя значения «Уставов о ссыльных и этапах 1822 г», внесших значительный вклад в модернизацию управления сибирской ссылки начала XIX в., а именно: учреждение Тобольского приказа о ссыльных, экспедиций о ссыльных, определение компетенций этих органов управления, а также введение строгой правовой регламентации обязанностей губернских (земских) правлений, городской (земской) полиции, городничих и конвойной стражи в вопросах отправления ссыльных в Сибирь,- что, безусловно, было прогрессивным явлением того времени и подтверждает наличие в управлении сибирской каторгой и ссылкой элементов централизованной системы, необходимо заметить, что в этой системе прослеживались очевидные недоработки.

Уставы также предложили создание единой системы надзора за ссыльными в период их этапирования. Общие принципы контроля и надзора над ссыльными, обязанности препровождающей и внутренней стражи в губерниях определялись на основании «Устава о ссыльных». «Устав об этапах в сибирских губерниях» регламентировал «состав этапных команд, порядок отправления и движения, препровождаемых ими партий; обязанности этапных команд, их зависимость, отношения к местному начальству, пособия от земли, продовольствие и снабжение» [Гл. VIII, §§ 8287 Устава о ссыльных; Введение, § 6 Устава об этапах].

Весь путь по дорогам Сибири (от границы Пермской губернии с Тобольской, через Томскую, Енисейскую, Иркутскую губернии и до г. Иркутска) был разбит на этапы: 40 этапов на территории Западной Сибири и 21 - Восточной Сибири. Этапы предполагалось обустроить тюрьмами для ссыльных и казармами (либо казенными квартирами) для сопровождающей их регулярной конвойной команды и городовыми казаками. Строительство и содержание этих помещений вменялись в повинность местных обывателей. Таким образом, впервые в истории сибирской каторги на уровне закона были приняты нормы о содержании этапируемых ссыльных и конвоя в казенных этапных помещениях с установленными санитарными нормами и температурным режимом.

До 1840 г. партии ссыльнокаторжных шли пешком, но для перевоза провианта, необходимых вещей и больных ссыльных нанимались подводы. Запреща-

лись остановка здоровых ссыльных на пути следования до губернского города и задержка партии ссыльных в губернском городе более чем на 6 суток. Исключением признавался период весенней распутицы в Сибири, когда возникали затруднения с переправами на реках; в этих случаях «Устав об этапах» рекомендовал остановку партий ссыльных с 10-го апреля в Тобольске на три недели и с 17-го апреля между Тюменью и Тобольском - в течение двух недель. На всем протяжении этого изнуряющего пути, продолжительностью по времени более семи месяцев, контроль над состоянием здоровья этапируемых и их конвоиров, оказание им медицинской помощи были возложены всего на 8 лекарей [Глава VI, § 77 Устава о ссыльных; Глава II, §§ 21, 37, 38 Устава об этапах]. Исследователи истории Сибири обратили внимание, что Г.С. Батеньков, работая над составлением проекта «Уставов о ссыльных и этапах», резко критиковал существовавшие в России методы борьбы самодержавия с преступностью. Учреждение этапов на пути следования партий ссыльных, на каждом из которых предполагалось строительство тюрем, оценивалось «единственно возможной попыткой улучшить положение ссыльных» в первой половине XIX в.11

«Раньше, - утверждает автор «Хронологического перечня важнейших данных из истории Сибири» И.В. Щеглов, - для препровождения ссыльных по Сибири командировались через каждые два года башкиры и мещеряки из Оренбургской губернии. Но, с одной стороны, командировки эти были разорительны для их хозяйства, а с другой - отправление ими этой службы сопровождалось величайшими злоупотреблениями: буйство, разврат и бесчеловечие составляли отличительные черты этой полудикой стражи; пьянство, побеги, воровство, заразительные болезни большей частью происходили от этого конвоя; почти в каждом преступлении ссыльных участвовали и башкиры и мещеряки. Уставом 1822 г. они были освобождены от этой повинности.»12. По Уставу до места назначения ссыльных должен был сопровождать конвой, обязанный следить за дисциплиной, соблюдением временных сроков и заданного маршрута. Вводился единый порядок движения партии ссыльных - двумя рядами между двух рядов конвоя. Запрещалось расходиться в стороны, выходить из своего места во время следования, останавливаться во время движения партии ссыльных (допускались только организованные остановки всей партии). Каторжане должны были следовать в оковах, отдельно от поселенцев и размещаться особыми рядами. В случае необходимости, конвоирам разрешалось применять оружие [Глава III, §§ 47 - 50 Устава об этапах].

Сопровождение ссыльных обслуживало 2082 человека; их количество и состав были определены из

11ПСЗ-1. Т.38. №29129; История Сибири. Л., 1968. Т.2. С.460; Мангурова С.Ч. Общественная и частная благотворительность в Забайкалье во второй половине XIX - начале XX вв. Улан-Удэ: Издательско-полиграфический комплекс ФГОУ ВПО ВСГАКИ, 2005. С. 98 - 99.

12Щеглов И.В. Указ. соч. С.266-267.

расчета на 3000 человек, ссылаемых в Сибирь в тече-

13

ние одного года 13.

На каждый этап определялась этапная команда из одного офицера - этапного начальника (управляющего командой), двух унтер-офицеров, одного барабанщика и двадцати пяти рядовых пеших гарнизонных солдат. Этапные команды предполагалось комплектовать из военнослужащих гарнизонных полков (батальонов), расположенных в губерниях, исполняющих обязанности охраны внутреннего порядка в городе и подчиненных командиру этого гарнизонного полка (батальона). Обязательным условием приема в этапную команду считались такие качества военнослужащих, как благонадежность, наличие семьи и двухлетнего стажа службы во фронтовых батальонах. Функции конного конвоирования партии и преследования беглых ссыльных выполняли четыре конных городовых казака, состоящие в подчинении этапного начальника. В уездных городах, где не были предусмотрены этапные команды, сопровождение ссыльных возлагалось на инвалидные команды.

«Устав об этапах» рассмотрел порядок управления этапными командами и всей препровождающей стражей, проработал систему их наказаний и поощрений. За работой этапной команды на этапе следил этапный начальник. Он был обязан доносить обо всех нарушениях начальнику внутренней стражи в губернии. Тот управлял порядком конвоирования ссыльных: контролировал дисциплину военнослужащих на этапе (через рапорты этапных начальников, инспекторские смотры этапных и инвалидных команд), отвечал за своевременное продвижение ссыльных с места на место, принимал соответствующие меры по устранению нарушений, имел право командировать на этап офицеров своего полка (батальона) для инспекции и наведения порядка. В его компетенцию входили подборка кадров, наложение взысканий и представление к наградам подчиненных. Но прием на службу, увольнение и, в случае необходимости, передача под суд этапных начальников вменялись в обязанности командира отдельного корпуса. Казаков увольняло их начальство. Гарнизонные командиры контролировали обеспечение этапных команд одеждой, продовольствием и вооружением (экипировали в походное обмундирование при полном вооружении и с боевыми снарядами) [Глава I, §§ 7-19; Глава III, §§ 46, 47; Глава VI, §§ 92-99, 103, 107; 108; 112 Устава об этапах].

Если в вопросах доставки ссыльных в Сибирь «Уставы о ссыльных и этапах» 1822 г. рассмотрели управление в целом, с небольшими поправками на категорию ссыльных-каторжан, то распределение каторжан на работы в Сибири «Устав о ссыльных» обозначил следующими принципиальными положениями.

Всех ссыльных разделили на шесть разрядов. В первый разряд были включены ссыльные, осужденные «за более значительные преступления и наказанные плетьми», которых направляли на заводы и относили к категории временных заводских работников. Во второй вошли дорожные работники ведомства сухо-

13Щеглов И.В. Указ. соч. С.266.

путных сообщений. Ссыльных третьего разряда именовали ремесленными работниками. Четвертый разряд представлял цех слуг. Пятый - поселенцев, способных к сельскохозяйственным работам (их так и называли поселенцами). В шестой разряд причислили больных - неспособных к работам, старых и калек, то

14

есть «ссыльных дряхлых» .

Поскольку каторга предполагалась как особо строгое наказание по тяжести работ, то каторжан причислили к первому разряду и предписывали направлять только на заводы или фабрики [Гл.XVII, §195 Устава о ссыльных]. При этом не приводились подробный перечень и описание каторжных работ, а только акцентировалось, что работы должны проходить на заводах и фабриках Сибири.

О том, что каторга являлась особо строгим наказанием, свидетельствует география каторжных работ, которая была весьма многообразна и во времени изменялась. В конце XVII - начале XVIII вв. труд каторжан применяли на мануфактурах центральной России, уральских заводах и фабриках, при постройке многочисленных крепостей и гаваней, на каменоломнях. На территории Сибири - крае с суровыми климатическими условиями - каторга начала функционировать с XVIII века, после открытия в 1722 г. Нерчинских серебряных и золотых рудников. Поэтому самых опасных преступников ссылали в Восточную Сибирь, а с открытием Сахалинской каторги - на остров Сахалин.

По «Уставу о ссыльных» контроль над исполнением каторжных работ всецело ложился на местную администрацию. В законе не были прописаны основные принципы и требования этого контроля, не указан перечень работ, поэтому фактически труд каторжан мог использоваться не только на литейных, винокуренных и солеваренных заводах Сибири, но ив рудниках, на строительстве дорог и других работах, в зависимости от усмотрения местной администрации. Устав только обязывал заводчиков выдавать каторжанам за их труд заработную плату в размере не ниже «колодничьяго плаката» [Гл. XXIII, §250 Устава о ссыльных].

Ссылка в каторжные работы была разделена по срокам наказания на бессрочные работы и срочные. Еще не было предложено деление срочной каторги по разрядам, но предел бессрочной каторги был установлен и определен сроком в двадцать лет, после чего предполагалось освобождение каторжан и закрепление их за тем заведением, где они работали [Гл. XXIII, §260 Устава о ссыльных]. Срочных каторжан по истечении срока наказания должны были отправлять в ссылку на поселение, а бывших военных - к воинскому начальству15. Не имеющих возможности водвориться распределяли по ближайшим от завода казенным волостям на вольное пропитание [Гл. XXIII, §261 Устава о ссыльных].

14ПСЗ-1. Т.38. №29128. Гл. 17. §193.

15Ссылка в Сибирь. Очерк ее истории и современного положения. Для Высочайше утвержденной комиссии о мероприятиях по отмене ссылки. СПб: Типография СПб Тюрьмы,

1900. С.17.

Если в губернских центрах России в исследуемый нами период существовала разветвленная сеть тюремных учреждений: тюремных замков и крепостей, то в Сибири каторжан содержали в тюремных бараках или в домах, построенных на их собственные средства. При этом закон не устанавливал нормы на объем строительства, сроки и суммы финансовых вложений, не оговаривал условия тюремного режима [Гл. XXIII, §249 Устава о ссыльных]. Содержание каторжан находилось в ведении местной администрации фабрик и заводов, и на правительственном уровне единой программы строительства тюремных зданий для каторги еще не было разработано. Не требовалось раздельное содержание каторжан в соответствии со степенью присужденного им наказания и по половому признаку.

Каторжный режим предполагал физические наказания по приговору суда и за совершенные каторжанами проступки в период прохождения ссылки [Гл. XXXIII Устава о ссыльных]. Но «Устав о ссыльных» не приводил конкретные варианты наказаний. И только в параграфе 76 «Устава об этапах» есть разрешение употребить оружие против беглого ссыльного, который будет угрожать его конвоирам. Отсутствие в сборниках норм физических наказаний каторжан за их преступления и проступки могло повлечь, с одной стороны, бездействие администрации по профилактике правонарушений и ослабление режима содержания ссыльных в каторжные работы, с другой - спровоцировать произвол и разгул реакции местной администрации, определявшей наказания «по своему усмотрению».

Таким образом, в «Уставах о ссыльных и этапах» 1822 г. дано неполное рассмотрение целого ряда вопросов законодательного регулирования ссылки в каторжные работы, что создавало препятствия для правового регулирования каторжных работ и реализации задач, поставленных законодателем перед институтом российской каторги. В качестве подтверждения сказанного выше приведем выдержку из очерка начальника Главного тюремного управления А.П. Соломона. В своих записках об истории и современном положении сибирской ссылки А.П. Соломон отмечал, что изучение государственными органами положения ссылки и каторги в первой трети XIX века выявило неудовлетворительное состояние сибирской каторги. Каторга испытывала дефицит рабочих мест, что становилось одной из причин нарушения дисциплины и не соответствовало требованиям наказания каторгой. Условия содержания каторжных на заводах были неудовлетворительными. Но наиболее тревожным для правительства недостатком организации каторги и следствием неудовлетворительного надзора за каторжными являлось большое количество побегов из мест отбывания наказания. Все это требовало пересмотра на законодательном уровне наказания каторгой16. Почти сразу же после принятия Уставов о

16Ссылка в Сибирь. Очерк ее истории и современного положения. Для Высочайше утвержденной комиссии о мероприятиях по отмене ссылки. СПб: Типография СПб Тюрьмы, 1900. С.29-30.

ссыльных и этапов 1822 г. началась работа над устранением их «недостатков» и подготовкой второго издания.

В начале XIX века в контексте реформирования Сибири проходила реформа сибирской каторги и ссылки. В это время в центре России создавалась система отраслевого управления, единоначалия и прямого подчинения министров перед императором, а в Сибири (по причине удаленности от Санкт-Петербурга и, как следствие этого, сложности контролирования) власть концентрировалась в руках генерал-губернаторов и губернаторов, через которых осуществлялась связь со столицей. Реформирование сибирской каторги и ссылки проходило под руководством сибирского генерал-губернатора М.М. Сперанского и охватило такие направления, как проведение кодификации законов о ссылке, реорганизацию управления сибирской ссылкой и каторгой с введением элементов централизации и четким разделением компетенций всех административных органов, установление правового регулирования положения ссыльных. Все перечисленные направления нашли отражение в двух сборниках законов «Уставе о ссыльных» и «Уставе об этапах в сибирских губерниях» 1822 г.

Уставы внесли значительный вклад в модернизацию управления сибирской каторгой начала XIX в.: заложили основы правового регулирования сибирской каторгой, установили единые нормы отправления ссыльных в Сибирь, их строгого учета, приема, распределения и конвоирования, ввели элементы централизованного управления. Новым направлением в управлении сибирской ссылкой стало учреждение Тобольского приказа о ссыльных и четырех экспедиций о ссыльных (тобольской, томской, енисейской и иркутской).

Однако основные сборники законов о каторге и ссылке «Устав о ссыльных» и «Устав об этапах в сибирских губерниях» 1822 г. не рассматривали целый ряд вопросов:

-Полумерой было создание государственного учреждения - Тобольского приказа о ссыльных, выполнявшего функции центрального органа управления сибирской ссылкой только на территории Сибири и практически не имевшего выхода на столицу. Тобольский приказ находился в прямом подчинении Тобольского губернатора, который, кроме вопросов ссылки, курировал широкий спектр других направлений: отвечал за все учреждения гражданского ведомства, «являлся председателем ряда губернских присутствий и комитетов, попечителем всех находившихся в губернии женских гимназий и прогимназий. Осуществлял руководство через подчиненные ему губернское правление и губернские учреждения, ведавшие административно-политическими, тюремными, судебными, благотворительными, просветительными и хозяйственными учреждениями губернии»17, то есть на вопросах ссылки «не специализировался».

17Тобольский губернатор. 1^1.: http://guides.rusarchives.ru/ Ьго\^е/дшЬеЬоок.Мт1 (дата обращения: 02.02. 2011 г.).

- В Уставе о ссыльных не обозначены функции генерал-губернатора Восточной Сибири.

-В подчинении Тобольского приказа о ссыльных находились экспедиции о ссыльных. Но экспедиции одновременно подчинялись местным губернаторам, что порождало дублирование функций органов управления.

-Отсутствие в сборниках норм физических наказаний каторжан за их преступления и проступки могло повлечь, с одной стороны, бездействие администрации по профилактике правонарушений и ослабление режима содержания ссыльных в каторжные работы, с другой - спровоцировать произвол и разгул реакции

местной администрации, определявшей наказания «по своему усмотрению»;

-«Устав о ссыльных» 1822 г. не регламентировал вопросы управления ссыльными в местах прохождения ими ссылки, не определял механизма контроля над работами и содержанием каторжан. Это создавало «благоприятные» условия для творчества и инициативы на местах, могло привести к произволу и злоупотреблениям местных чиновников, ослаблению дисциплины или насилию над ссыльными, препятствовало реализации задач, поставленных законодателем перед институтом российской каторги.

УДК 343.98.067

ПРИЧИНЕНИЕ ИМУЩЕСТВЕННОГО УЩЕРБА ПУТЕМ ОБМАНА ИЛИ ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ ДОВЕРИЕМ: СОВОКУПНОСТЬ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ, СУЩЕСТВЕННЫХ ДЛЯ УСТАНОВЛЕНИЯ СОБЫТИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

С.В.Терсков1

Сибирский юридический институт МВД России, 660131, г. Красноярск, ул. Рокоссовского, 20.

Рассмотрена совокупность обстоятельств, существенных для установления события преступления - причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием: время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления. По результатам эмпирического исследования автором определены возможные формы преступного деяния, а также характерные для каждой формы способы совершения преступлений и возможные формы причинения имущественного ущерба. Также отмечается, что большинство преступлений, предусмотренных ст. 165 УК РФ, совершаются в сфере потребительского рынка, что обуславливает выбор методик исчисления имущественного ущерба. Ил. 4. Табл. 1. Библиогр. 27 назв.

Ключевые слова: предмет доказывания; способы совершения преступления; обман; злоупотребление доверием; событие преступления; судебно-экономическая информация.

INFLICTION OF PROPERTY DAMAGE BY FRAUD OR ABUSE OF TRUST: TOTALITY OF CIRCUMSTANCES ESSENTIAL TO ESTABLISH THE EVENT OF CRIME (ANALYSIS OF JUDICAL PRACTICE) S.V. Terskov

Siberian Institute of Law, Ministry of Internal Affairs of Russia, 20, Rokossovsky St., Krasnoyarsk, 660131.

The article examines the totality of the circumstances, essential to establish the event of crime - the infliction of property damage by fraud or abuse of trust: time, place, method and other circumstances of the commission of crime. According to the results of empirical research the author identifies the possible forms of the act of crime, as well as modus operandi and possible forms of property damage infliction characteristic for each form. It is also noted that the majority of the crimes under Art. 165 of the Criminal Code of the Russian Federation are committed in the consumer market. The last determines the choice of calculation methods of property damage. 4 figures. 1 table. 27 sources.

Key words: circumstance in proof; modus operandi; fraud; abuse of trust; event of crime; judical economic information.

Как правильно отмечает В.Е. Корноухов, в Уголовно-процессуальном законе в общем виде перечисляются обстоятельства, подлежащие доказыванию, но при расследовании конкретного преступления они наполняются содержанием диспозиции уголовно-правовой нормы, которая устанавливает отношения между элементами обстоятельств, превращая их в предмет доказывания как систему правовых целей расследования [1, общая часть, с. 172; особенная часть. Т. 2, с. 7].

Прежде чем приступить к рассмотрению способов причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием, необходимо отметить, что главной целью, стоящей перед следователем в процессе расследования, как правильно отмечает В.К. Комаров, «является установление с исчерпывающей полнотой соответствия обстоятельств совершения преступления объективной действительности, достижение которой обеспечивается правильным определением неизвестных на момент расследования

1Терсков Сергей Витальевич, адъюнкт кафедры криминалистики, тел.: 89135826100, (391) 2751289; e-mail: terskovsv@mail.ru Terskov Sergey, Adjunct of the Department of Criminal Law, tel.: 89135826100, (391) 2751289; e-mail: terskovsv@mail.ru