Цифровая дипломатия США как сегмент публичной дипломатии НАТО

УДК 327+341.1

ЦИФРОВАЯ ДИПЛОМАТИЯ США КАК СЕГМЕНТ ПУБЛИЧНОЙ ДИПЛОМАТИИ НАТО1

Антюхова Е.А.

Статья посвящена цифровой дипломатии, являющейся составной частью публичной дипломатии. Анализируется использование возможностей информационно-коммуникационных технологий для решения задач по продвижению внешнеполитических интересов США и влиянию на массовое сознание посредством интернета, социальных сетей и блогов. Ключевые слова: мировая политика, цифровая дипломатия, социальные сети, публичная дипломатия, информационно-коммуникационные технологии, внешнеполитические интересы, общественное сознание, США, «арабская весна».

DIGITAL DIPLOMACY OF THE USA AS SEGMENT OF THE NATO PUBLIC DIPLOMACY

Antyukhova E.A.

The article is devoted to the digital diplomacy which is a component of public diplomacy. The use of opportunities of information and communication technologies for solving the problems of the promotion of the USA foreign policy interests and influence on mass consciousness by means of the Internet, social networks and blogs is analyzed.

Keywords: world politics, digital diplomacy, social networks, public diplomacy, information and communication technologies, foreign policy interests, public consciousness, the USA, «arabic spring».

Публичная дипломатия всегда являлась важной составляющей внешней политики ведущих государств мира. Ускорение процессов глобализации, интенсивное развитие интернета как способа продвижения идей и их ретрансляции на общество способствовали превращению публичной дипломатии в один из важнейших инструментов мировой политики.

Как справедливо отмечает российский политолог М.М. Лебедева, «современный мир претерпевает трансформацию, обусловленную масштабной трансграничной активностью. Коммуникационные и информационные технологии делают взаимодействие доступным в финансовом и временном отношении для самого широкого круга людей, а распространение в XXI в. популярных социальных сетей обеспечивает быстрый мобилизационный эффект. Дипломатическая деятельность в этих условиях становится все сложнее и многообразнее; все строже очерчиваются два основных уровня воздействия на зарубежную аудиторию.

Первый связан с влиянием на официальные структуры (дипломатов и политиков), в то время как второй (публичная дипломатия) - на общественные организации, бизнес, население стран. Кроме того, в XXI в. публичная дипломатия приобретает такие черты, как ориентация на диалог с общественными структурами зарубежных стран, широкое привлечение негосударственных акторов»[1, с. 45].

Если традиционная публичная дипломатия как способ влияния на общественное мнение зарубежных

стран включала в себя информационную пропаганду, осуществляемую в основном через радио, телевидение и кинопродукцию, то развитие интернета значительно расширило роль и возможности публичной дипломатии и создало новые способы взаимодействия не только между мировыми лидерами, но и с неправительственными организациями и отдельными гражданами.

Одна из авторов стратегии публичной дипломатии НАТО Стефани Бабст в своем интервью в октябре 2011г. так отметила значение интернета: «Всемирная паутина» играет в XXI веке примерно ту же роль, что форум для древних римлян. С той разницей, что наш «форум» глобален и виртуален. Сегодня он позволяет людям всей планеты общаться с друзьями, искать работу, заниматься продвижением собственного бизнеса или организацией ралли. Но это не все. Социальные медиа - Facebook, Twitter или видеохостинговый сайт YouTube - все в большей степени становятся инструментами влияния обычных людей, их пользователей на международную политику»[2].

Постоянно растущее число пользователей сети Интернет, обсуждающих важнейшие общественные и политические проблемы в социальных сетях, явилось причиной изменения сути современной публичной дипломатии. Программы публичной дипломатии западных стран переносятся в киберпространство, а ключевой целевой аудиторией становятся миллионы граждан, участвующие в 600 000 социальных сетей.

1 Статья выполнена при поддержке РГНФ в рамках гранта № 15-37-11128

В последние годы сложился ряд способов для оказания влияния на зарубежное общество посредством сети Интернет.

В научной литературе существует несколько терминов, используемых для обозначения способа общения при помощи сети Интернет: публичная дипломатия Web 2.0. (public diplomacy Web 2.0.), цифровая дипломатия (digital diplomacy), интернет-дипломатия (Internet diplomacy), дипломатия социальных сетей (Twitter diplomacy).

Одна из ведущих отечественных специалистов в области публичной дипломатии Н.А. Цветкова определяет цифровую дипломатию как «механизм влияния на зарубежную аудиторию посредством следующих методов: размещение радио - и телепередач в сети Интернет, распространение в открытом доступе литературы о стране в цифровом формате, мониторинг дискуссий в блог-пространстве, создание персонифицированных страничек членов правительства и других официальных лиц в социальных сетях, а также рассылка информации через мобильные телефоны»[4, с. 427.].

Характеризуя основные постулаты современной цифровой дипломатии, Н.А. Цветкова отмечает:

«во-первых, источником цифровой дипломатии выступают неправительственные и сетевые организации, которые эффективнее охватывают своим влиянием определенную часть зарубежной аудитории;

во-вторых, платформой для цифровой дипломатии является сеть Интернет, куда переносятся новостные и музыкальные форматы радио- и телепрограмм, продвижение имиджа страны или организации и т. д.;

в-третьих, члены зарубежных неправительственных организаций, пользователи сети Интернет и молодежь становятся основными адресными группами цифровой дипломатии;

в-четвертых, вместо концепции «продвижение позитивного имиджа» страны используется новая концепция о «продвижении бренда» (branding), более конкретных символов, например, продвижение имиджа президента США (Obama's brand);

в-пятых, в цифровой дипломатии западных стран используются три стратегических концепции: мягкая сила (soft power), умная сила (smart power) концепция диалога (listening), что обеспечивает обратную связь, а затем и быструю реакцию на формирующееся общественное мнение пользователей Сети»[4, с.429].

Цифровая дипломатия активно используется государствами, входящими в Североатлантический альянс. Она рассматривается натовскими стратегами как важнейший элемент «мягкой» силы. Цифровая дипломатия стала своеобразной платформой для интерактивного диалога между государствами, входящими в Североатлантический союз и остальным миром.

У Североатлантического альянса широкие связи с прессой и другими средствами массовых коммуникаций. Организация успешно использует социальные медиа и коммуникационные инструменты. Корпоративный сайт www.nato.int хорошо организован, очень информативен, удобен и постоянно обновляется. Он содержит отдел новостей с пресс-релизами, новостями, выступлениями официальных лиц НАТО и аудиовизуальную библиотеку. Для желающих сайт предлагает бесплатную рассылку информационных бюллетеней на электронную почту. Кроме того, на сайте возможны просмотры вещания HATO-TV.

Большое внимание уделяется социальным медиа и новым цифровым технологиям. Альянс поддерживает свою страницу в социальных сетях Facebook, Twitter, имеет аккаунт канал на YouTube, Google, Flickr и RSS, где публикует заявления для прессы, новости, фото, видео и другие мультимедийные материалы. НАТО также предлагает цифровое приложение для IPad. Кроме того, высшие должностные лица НАТО, такие как Генеральный секретарь НАТО и его помощники имеют собственные страницы в социальных сетях, чтобы поддерживать более тесную связь с целевой аудиторией.

США как государство, занимающее лидирующие позиции в НАТО, являющиеся неформальным лидером Североатлантического военно-политического блока, активно используют в своей практической деятельности цифровую дипломатию, применяя различные формы пропагандистской деятельности для того, чтобы представить себя в качестве прозрачного и интерактивного объекта.

Проводимая США политика во многом отражает подходы к цифровой дипломатии государств, входящих в структуру НАТО.

Отмечая авангардную роль США в использовании информационно-коммуникационных технологий для решения задач по продвижению своих внешнеполитических интересов, следует иметь в виду, что они в большей степени направлены на страны, находящиеся в зоне внимания Вашингтона.

Анализируя проекты, реализуемые США и ведущими странами НАТО, в рамках цифровой дипломатии большинство специалистов выделяют следующие основные направления:

1) организация протестного движения в зарубежных странах;

2) создание антицензурных компьютерных программ для диссидентов;

3) формирование диалога между представителями правительства западных стран и отдельными блоггерами в зарубежных странах;

4) борьба с терроризмом в сети интернет.

Значительное место в цифровой дипломатии занимает развитие блоггерства.

В рамках организации протестного движения в других странах специалистами США был осуществлен проект по созданию Союза молодежных движений (Alliance of youth movement) в сети Интернет. Американцы провели поиск групп или отдельных блоггеров критически относящихся к деятельности правительств своих стран или выступающих с различными общественными инициативами.

Госдепартаментом США была выдвинута инициатива, направленная на создание групп диссидентов в недемократических государствах при помощи Интернета. Осенью 2010 г. госсекретарь США Х. Клинтон запустила проект под названием Civil Societe 2.0 или TесhСаmрs.

Следует отметить, что проект TechCamps является одним из самых эффективных проектов цифровой дипломатии США. Основными темами для обсуждения на семинарах в рамках данного проекта являются: передача знаний и технологий по использованию социальных сетей в социальной и политической жизни общества, способы получения доступа к сайтам, которые закрыты правительством, использование особых мобильных технологий, позволяющих нажатием одной кнопки предупредить всех друзей об опасности.

Другим инструментом обеспечения активистов и оппозиционеров доступа к Сети является создание функции на платформе Twitter, которая позволяет через местную мобильную связь передавать сообщения в данную социальную сеть в случае закрытия интернета в стране. Впервые данная функция была успешна апробирована в Египте в 2011 г. Сегодня она с успехом используется в Сирии.

С 2009 по 2011 г. правительство США потратило 76 млн. долларов на создание антицензурных программ для «активистов гражданского общества как на Ближнем Востоке, так и во всем мире»[4, с.448].

Цифровая дипломатия предполагает масштабное создание членами руководящих органов власти и другими официальными лицами правительственных и личных страничек в социальных сетях.

«Публичная дипломатия должна реагировать на вызовы 2.0 веб-мира. Чтобы быть эффективной, публичная дипломатия должна использовать весь инструментарий связи, начиная от дискуссий лицом к лицу через возможности принять участие в новых социальных он-лайн сетях», - отмечала Стефани Бабст[3].

Активное использование социальных сетей имеет ряд положительных моментов: во-первых, это позволяет управлять формированием мнений в социальных сетях и интернет-сообществах; во-вторых, таким образом дипломатия получает обратную связь,

позволяющую ей координировать свою политику; и, в-третьих, это является возможностью напрямую доносить необходимую информацию до адресата, минуя лишние ступени информационного каскада.

В настоящее время более трех четвертей (77,7 %) мировых лидеров имеют аккаунт в сети Twitter, который они используют для связи друг с другом, освещения своей повседневной деятельности, а также для ответов на комментарии и обращения граждан.

Так, компания Burson-Marsteller Twiplomacy, которая ведёт глобальное исследование активности мировых лидеров в сети Twitter. Ее сайт предлагает статистические данные и отчеты о деятельности мировых лидеров в социальных сетях, а также некоторых международных организаций, таких как МВФ, МОТ или G8.

По состоянию на конец 2012 г. правительство США имело 288 страничек на портале Facebook, 196 аккаунтов на платформе Twitter и 125 каналов на портале YouTube. В конце 2012 г. правительственные сайты США, расположенные на платформе Facebook, собрали вокруг себя более 12 млн. иностранных граждан, что превышает количество читателей десяти самых ведущих американских газет в мире. Через год, в конце 2013 г., число подписчиков стало более 22 млн., а количество сайтов осталось неизменным — 288. На портале Twitter правительственные аккаунты собирают около 2 млн. читателей по всему миру, а 125 правительственных каналов на портале YouTube собрали более 16 млн. просмотров[2].

Самыми популярными страницами или аккаун-тами в 2013 г. являлись: страничка Госдепартамента на Facebook, посольства США в Китае, твиттер-лента Госдепартамента на арабском языке, твиттер-аккаунт посла США в России Макфола и др. Более того, страницы посольств США, известный журнал о США, а также специализированные сайты о технологиях и социальном активизме, расположенные на портале Facebook, собирали наибольшее число подписчиков — от 50 тыс. до 2 млн.

Цифровая дипломатия наглядно отражает стремление Вашингтона использовать свои технологии в том числе в сетевых операциях. Все это, разумеется, идет под знаком демократизации, обретения гражданских свобод, с опорой на несиловые методы воздействия. В этом плане наиболее показательно информационное вмешательство США в ход арабской весны с целью стимулирования протестных настроений молодежи против авторитарных политических режимов через социальные сети. Следует отметить, что арабская весна, являющаяся, по сути, неразрывным звеном в серии тщательно проработанных США

и НАТО и поддержанных внутриарабскими проводниками транзитной демократии комплексно-интегра-тивных спецопераций по смене или дестабилизации правящих режимов в ряде стран Ближнего Востока и Северной Африки, представляет собой новейшую технологию решения задач в интересах глобалист-ских транснациональных сил.

Учитывая, что в событиях арабской весны традиционные институты политической организации были невозможны, таким инструментом выступили интернет и система социальных сетей, прежде всего, Twitter и Facebook. Социальные сети, ранее использующиеся как средство общения, превратились в своеобразное организационное оружие в руках координаторов политических выступлений.

Как показала практика, в событиях арабской весны интернет выступил в качестве средства массовой манипуляции сознанием населения, искажения и мистификации реальной картины происходящего. Насыщенная сеть интернет-ресурсов ближневосточного и североафриканского регионов сыграла исключительно важную роль в формировании «позитивного общественного мнения» и «прозападных стереотипов» среди местного населения.

Главной и наиболее характерной особенностью информационно-сетевых операций США и НАТО является то, что они проводятся, как правило, без прямой

опоры на военную силу, не вовлекаясь в непосредственную вооруженную конфронтацию с противником.

Сетецентрическая война как конгломерат «базовых эффектов» - это принципиально новый вид «невидимой» войны, подразумевающий установление абсолютного контроля над всеми действующими и потенциальными субъектами политического процесса, обеспечение управления ими во всевозможных вариантах и ситуациях. Этот постулат органично вытекает из новых доктриальных установок НАТО, сформулированных исходя их объективных реалий XXI века и реализуемых на практике стратегами военно-политического блока.

При этом следует учитывать то обстоятельство, что обратная сторона цифровой дипломатии состоит в появлении у США и их союзников по НАТО новых возможностей для вмешательства во внутренние дела других государств под предлогом продвижения демократии с опорой на «мягкую» силу.

Подводя некоторый итог, можно сделать определенный вывод, что глобальное развитие и использование возможностей информационно-коммуникационных технологий имеет важное значение для совершенствования и развития методов и приемов, используемых США и НАТО в публичной дипломатии. Создание отдельного направления - «цифровой дипломатии», его активное использование натовскими структурами, безусловно, способствует продвижению имиджа Североатлантического альянса.

Список литературы

1. Лебедева М.М. Публичная дипломатия в урегулировании конфликтов// Международные процессы, Том 13, №4, С.45-56

2. Stefanie Babst. Стратегия обеспечения безопасности 2.0. Ресурс: http://www.gazeta.ru/comments/2011/ 10/19_x_3805886.shtml

3. Stefanie Babst. Public Diplomacy - the Art of engaging and influencing.P.7 http://www.atlanticcommu-nity.org/app/webroot/files/articlepdf/Babst_Public_Diplomacy.pdf

4. Цветкова Н.А. Публичная дипломатия как инструмент идеологической и политической экспансии США в мире, 1914-2014 гг.: диссертация ... доктора исторических наук: 07.00.15 / Цветкова Наталья Александровна; [Место защиты: Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Санкт-Петербургский государственный университет"].- Санкт-Петербург, 2015, 552 с.

Об авторе

Антюхова Екатерина Андреевна - преподаватель кафедры сравнительной политологии Московского государственного института международных отношений (Университета) МИД России.