Повседневное использование времени и жизненные ценности рабочих в годы реформ

Караханова Т.М., Бессокирная ГЛ.

ПОВСЕДНЕВНОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ВРЕМЕНИ И ЖИЗНЕННЫЕ ЦЕННОСТИ РАБОЧИХ В ГОДЫ РЕФОРМ

Более 40 лет назад, в 1965г. в международном проекте (12 стран — участниц), посвященном изучению использования бюджета времени городским населением старше 18 лет1 в качестве территориального объекта в нашей стране был выбран Псков. Это было первое и единственное исследование такого масштаба в СССР. Псков являлся средним по всем характеристикам городом. С тех пор на базе данного объекта использование бюджета времени не раз изучалось по одной и той же методике, а с 1986 г. и по одной и той же выборочной совокупности (единица отбора — семья).2 Структура повседневной деятельности и ее динамика изучались методом фиксации в текущие сутки продолжительности каждого вида деятельности, сумма которых у опрашиваемого не могла быть меньше или превышать 24 часа. Анализ эмпирической информации за последнюю треть XX и начало XXI века (1965-2004 гг.) и выводы по его результатам были опубликованы [1-5]. В проекте, который осуществляется в настоящее время сотрудниками сектора изучения повседневной деятельности и бюджета времени, предметом исследования стало повседневное использование времени и жизненные ценности больших социальных групп3. Наиболее массовая группа работающего населения — рабочие. Например, в репрезентативной для населения России выборке рабочие составляли 49% [6, с. 28].

В настоящей статье впервые представляются результаты анализа данной проблемы почти за 40 лет. Жизненные ценности рабочих в ней анализируются по материалам трех исследований (1995, 2003 и 2007 гг.). В 1995 г. исследование проводилось по той же выборке, что и три последних исследования бюджета времени взрослого населения Пскова. Число рабочих в ней — 199. По результатам этого исследования установлено, что жизненные ценности рабочих промышленных предприятий практически совпадают с жизненными ценностями всех

1 Его руководителями были Г.А. Пруденский, В.Д. Патрушев (СО АН СССР), Б.Т. Колпаков, А.И. Парфенова (ЦСУ РСФСР).

2 Исследование в 1986 г. проведено под руководством В.Д. Патрушева при участии Т.М. Карахановой, авторами исследования в 1997/1998 гг. были В.Д. Патрушев и Т.М. Караханова, исследование в 2003/2004 гг. подготовлено и проведено Т.М. Карахановой.

3 Данное исследование проведено при финансовой поддержке РГНФ (проект 02-03-18259а, рук. В.Д.Патрушев и проект 07-03-18003е, рук. Т.М. Караханова).

опрошенных рабочих. В 2003 г. и 2007 г. исследования ограничились опросом рабочих только на промышленном предприятии (крупном машиностроительном заводе). Объем целевой выборки составил в обоих исследованиях 150 человек.

ДИНАМИКА БЮДЖЕТА ВРЕМЕНИ РАБОЧИХ: 1965-2004 гг.

Структура недельного фонда времени рабочих. Из таблицы 1 видно, что наибольшая доля недельного фонда времени — 43% у рабочих-муж-чин покрывает нужды в удовлетворении физиологических потребностей (УФП). К ним относятся потребности во сне, питании, уходе за собой и некоторые другие. 37% фонда приходится на общую трудовую нагрузку (ОТН), оплачиваемую работу и виды деятельности, связанные с ней, труд в домашнем хозяйстве и на земельном участке, осуществление покупок и пользование услугами, уход за детьми и их воспитание. Оставшиеся 20% фонда расходуются на занятия в свободное время. Рабочие-женщины структурируют свою повседневную деятельность иначе. На первом месте у них виды деятельности, формирующие ОТН (45%). На втором — деятельность по удовлетворению физиологических потребностей (43%) и лишь 11% составляет свободное время.

Выявленные гендерные различия в использовании недельного фонда времени позволяют охарактеризовать два типа его структурирования, исходя из соотношения «трудовой» (ОТН), «восстанавливающей» (УФП и некоторые занятия в свободное время) и «развивающей» (занятия в свободное время) функций крупных групп видов деятельности. Первый тип отличается ориентацией на приоритет деятельности, выполняющей функцию восстановления сил организма: на 1% времязатрат «трудовой» группы приходится 1,2% времязатрат «восстанавливающей» и 0,5% — «развивающей». Данный тип зафиксирован у рабочих-мужчин. Второй тип характеризуется относительно равными долями «трудовой» и «восстанавливающей» групп видов деятельности, хотя отрыв от них доли времяресурса «развивающих» занятий больше, чем выявлено в I типе структуры повседневной деятельности. На 1% «трудовой» составляющей приходится 1% «восстанавливающей» и только 0,2% «развивающей». Такая картина типична для рабочих-женщин. Сравнение двух типов структуры повседневной деятельности дает основание для вывода о том, что степень напряженности бюджета времени II типа выше, чем I типа и соответствует более физически затратному и менее развивающему характеру использования недельного фонда времени.

Таблица 1. Использование бюджета времени рабочими в Пскове в 1965-2004 гг.

Вид деятельности 1965

1 2 1 2 1 2 1 2

1. Работа 46,5 44,9 50,7 44,7 48,7 43,5 42,8 45,5

1.1 Оплачиваемая работа 39,6 38,9 43,2 39,2 41,8 37,7 36,0 40,2

1.2 Деятельность, связанная с работой 6,9 6,0 7,5 5,5 6,9 5,8 6,8 5,3

в.т. ч. передвижения 4,5 3,9 5,4 3,7 4,8 3,8 2,4 2.9

2. Труд в домашнем хозяйстве 9,0 23,0 7,2 17,0 12,8 18,2 15,3 21,8

2.1 труд в доме 7,5 22,2 6,9 16,9 9,4 17,3 8,3 18,2

2.2 труд в саду и огороде 1,5 0,8 0,3 0,1 3,4 0,9 7,0 3,6

3. посещение предприятий торговли, бытовых и других услуг 3,8 7,0 3,5 5,9 1,6 5,4 2,7 5,9

4. уход за детьми и их воспитание 3,5 5,4 3,7 5,3 4,1 4,1 2,2 2,9

бытовая деятельность (пп. 2-4) 16,3 35,4 14,4 28,2 18,5 27,7 20,2 30,6

общая трудовая нагрузка (пп. 1-4) 62,8 80,3 65,1 72,9 67,2 71,2 63,0 76,1

5. удовлетворение физиологических потребностей 70,7 67,0 68,5 68,4 67,7 70,0 71,9 72,7

б. занятия в свободное время 34,5 20,7 34,0 25,9 32,8 26,4 33,3 19,2

в том числе: учёба, повышение квалификации 4,6 2,3 0,8 0,7 0,0 0,0 2,8 0,0

общественная деятельность 0,8 0,4 0,6 0,6 1,3 1,3 0,0 0,1

спорт и активный отдых 3,7 2,2 3,2 3,7 0,8 0,6 2,1 1,0

любительские занятия нет дан- ных нет дан- ных нет дан- ных нет дан- ных 0,6 2,1 0,0 1,0

религиозная деятельность нет дан- ных нет дан- ных нет дан- ных нет дан- ных 0,0 0,0 0,0 0,0

посещение учреждений культуры 2,8 2,5 1,3 0,8 0,1 0,0 0,0 0,0

чтение 7,7 3,8 5,8 2,9 5,6 4,2 6,6 1,6

просмотр телепередач 5,7 3,3 14,7 12,0 17,0 13,6 16,1 11,0

общение 3,6 2,5 2,6 2,1 2,7 2,0 1,6 1,0

7.занятия в нераспределённое время 0,0 0,0 0,4 0,8 0,3 0,4 0,0 0,0

ВСЕГО 168,0 168,0 168,0 168,0 168,0 168,0 168,0 168,0

Анализ динамики использования времени рабочими за период с 1965 по 2004 гг. показал, что реальное поведение рабочих-мужчин в 1965 и 2004 гг. идентично I типу с соответствующей ему самой низкой степенью

напряженности бюджета времени за весь сорокалетний период. В реальном поведении рабочих-женщин происходил переход от приоритета «трудовой» составляющей повседневной деятельности к выравниванию положения «трудовой» и «восстанавливающей» сфер. Оно было достигнуто к 1998 г. (исследование завершено в первой половине года, т.е. до дефолта) и сохранилось до 2004 г. Важно подчеркнуть, что не произошло «сползания» показателей к уровню 1965 г., когда степень напряженности бюджета времени рабочих-женщин являлась самой высокой для всех рабочих (ОТН — 48%, УФП — 40%) за исследуемый период.

Общая трудовая нагрузка. Динамика ОТН свидетельствует о характере адаптационных процессов в условиях трансформации. Они различны у мужчин и женщин. У первых за 1965-2004 гг. величина ОТН практически не изменилась, у вторых — существенно уменьшилась (на 4,2 часа в неделю). Однако, несмотря на это, у работниц величина ОТН значительно превышает ее объем у рабочих-мужчин (на 13, 1 часа в неделю).

В структуре ОТН произошла перегруппировка времязатрат на оплачиваемый и неоплачиваемый труд. В 1965 г. у рабочих — мужчин ОТН состояла на 74% из оплачиваемого труда и на 26% из бытовой деятельности (домашний труд, работа в саду, огороде, уход за детьми и их воспитание и др.). У работниц соответственно 56% и 44%. О качественных изменениях состава ОТН к 2004 г. говорят следующие цифры: у мужчин — 68% (оплачиваемая работа) и 32% (бытовая деятельность), у женщин — 60% (оплачиваемая работа) и 40% (бытовая деятельность). Вместе с тем, сравнение продолжительности оплачиваемой работы (основной и дополнительной) без «накладных» затрат времени и продолжительности бытовой деятельности показывает, что первая существенно сократилась у мужчин (на 3,6 часа в неделю), у работниц — выросла на 1,3 часа в неделю, а вторая, напротив, у мужчин возросла на 3,9 , у женщин же снизилась на 4,8 часа в неделю.

Бытовая деятельность. За период 1965-2004 гг. ее продолжительность увеличилась у рабочих-мужчин на 24% и достигла 20,2 часа в неделю. У работниц в результате сокращения на 16% бытовая деятельность составила 30,6 часа в неделю, т.е. на 10,4 часа больше, чем у мужчин. Изменение затрат времени на бытовую деятельность происходило по преимуществу за счет продолжительности домашнего труда (труд по дому, работа в саду, огороде). Его величина у рабочих-мужчин к 2004 г. возросла очень значительно — на 70%, сильно сократив по сравнению с 1965 годом разрыв в величине этих времязатрат между мужчинами и женщинами (15,3 и 21,8 часа в неделю). У работниц к тому же время домашнего труда сократилось на 5%. Эти виды деятельности, а, значит,

самообслуживание, не теряет своей значимости как адаптационный ресурс домохозяйства.

В структуре бытовой деятельности снизилась доля затрат времени на уход за детьми и их воспитание. У работниц в большей степени (с 5,4 до 2,9 часа), чем у мужчин (с 3,5 до 2,2 часа в неделю). Сокращение происходило, главным образом, после 1998 г. Если проранжировать виды деятельности, которые включены в бытовую деятельность, по их продолжительности, увидим, что занятия с детьми у рабочих в целом занимали в 1965 г. и занимают в 2004 г. последнее место, указывающее, с нашей точки зрения, на степень их реальной значимости.

Таким образом, рабочие адаптируются к вызовам новой социальной среды через изменение приоритетов в формировании объема и характера ОТН.

Свободное время. В течение 40 лет доля свободного времени в общем фонде времени у рабочих-мужчин оставалась практически одинаковой — около 20%, а его величина была в пределах 33-34 часов в неделю. У женщин доля свободного времени в течение исследуемого периода изменялась (несколько увеличивалась в 1980-е гг.), но к 2004 г. она стала даже чуть меньше, чем в 1965 г. На ту его часть, которая обеспечивает восстановление жизненных сил, в 2004 г. по сравнению с 1965 г. у рабочих приходится меньше времяресурса: у мужчин на треть, у женщин — на половину. Это — в основном занятия спортом и активный отдых.

Поскольку раздельно измерить в показателях времени восстановительную и развивающую направленность других видов деятельности свободного времени довольно трудно, то остальные занятия рассматриваются нами по-преимуществу в качестве развивающих и располагаются в последовательности, обусловленной их потенциальными возможностями.

Учеба и повышение квалификации в повседневной жизни рабочих имеет положительную динамику после 1998 г., но только у мужчин. По сравнению с 1965 г. даже их затраты времени сократились к 2004 г. почти на 40% и составляют 2, 8 часа в неделю. У работниц в годы реформ эта деятельность не зафиксирована.

Чтение — весьма важный и примыкающий к предыдущему по своей познавательной функции вид деятельности. Его динамика у рабочих-мужчин также имеет положительную тенденцию. По величине затрат времени чтение занимало в 1965 г. — 1 место, а в 1986-2004 гг. занимает 2 место после самого времяемкого вида занятий в свободное время — просмотра телепередач. У рабочих-мужчин снижавшиеся времязатраты на чтение (1986 г. и до начала 1998 г.) повысились к 2004 г., хотя и не достигли уровня 1965 г. У работниц сокращение данной деятельности,

времязатраты на которую у них всегда были меньше, чем у рабочих-муж-чин, почти в два раза, приостановилось к 1998 г., а ее продолжительность достигла в этот период самой большой для рабочих-женщин величины за 40 лет, что привело к значительному количественному сближению этих показателей у тех и других. Однако к 2004 г. их величина у работниц упала до самого низкого уровня (1,6 часа в неделю), что в четыре раза меньше, чем у рабочих-мужчин.

Просмотр телепередач, как деятельность по величине времязатрат и функции, обладает, с нашей точки зрения, серьезным адаптационным ресурсом, обусловленным познавательными, обучающими, развлекающими, рекреационными сторонами. Динамика продолжительности просмотра телепередач за 1998-2004 гг. у рабочих указывает на наметившуюся тенденцию к ее снижению (до 16,1 часа в неделю у мужчин и 11,0 часа у женщин). В 1998 г. эти затраты времени равнялись соответственно 17,0 и 13,6 часа в неделю. Чтобы оценить данную тенденцию, с нашей точки зрения, наряду с данными о динамике времязатрат необходима также информация о предпочтениях телепередач разной направленности.

Непрофессиональное творчество и любительские занятия у рабочих также имеют тенденцию к сокращению, особенно у рабочих-мужчин (незначительная их продолжительность в 1998 г., в 2004 г. совсем не зафиксирована). У работниц аналогичные затраты времени за этот период сократились вдвое и составляют 1 час в неделю.

Свелись к нулю затраты времени рабочих на посещение учреждений культуры и отдыха.

Духовно-нравственное оздоровление общества сопровождается активизацией религиозной деятельности. Однако в отличие от других социальных групп у рабочих даже в изменившихся условиях не зафиксированы затраты времени на религиозную деятельность.

Динамика общественно-политической активности выразилась в повышении к 1998 г. по сравнению с 1965 г. затрат времени на общественную деятельность.У рабочих-мужчин они увеличились более чем в 1,5 раза, а у работниц — в 4 раза, но затем к 2004 г. уменьшились до нулевых значений.

С 1965 г. времязатраты рабочих на все виды общения неуклонно снижались и достигли к 2004 г. самых низких цифр за 40 лет (у мужчин 1,6 , а у женщин 1,0 часа в неделю). Наиболее существенное снижение затрат времени на этот вид деятельности наблюдается после 1998 г.

Хотя структура свободного времени рабочих за годы реформ скорее ухудшилась, чем улучшилась (особенно у женщин), она, как нам представляется, адекватно отражает требования адаптационных процессов

в сложившихся условиях. Что касается динамики структуры повседневной деятельности в целом, то ее результаты свидетельствуют о более успешном протекании адаптации у рабочих-мужчин по сравнению с рабочими-женщинами.

СТРУКТУРА И ДИНАМИКА ОСНОВНЫХ ЖИЗНЕННЫХ ЦЕННОСТЕЙ РАБОЧИХ

Предполагалось, что объявленные в начале 90-х гг. XX века радикальные политические и экономические реформы в российском обществе окажут существенное влияние на изменение жизненных ценностей россиян и, главное, что интернализация новых трудовых ценностей (в первую очередь, ценностей достижения) проявится в отношении к труду наемных работников.

Сравнительный анализ данных Всемирного исследования ценностей, осуществленный B.C. Магуном, показал, что в 1991 г. значимость работы в России была ниже, чем почти во всех остальных вошедших в исследование странах [7, с. 255]. По тем же данным было установлено, что в течение 1990-х гг. значимость работы для экономически активного населения России значительно выросла [7, с. 25 7]. Однако Л.А. Хахулина, анализируя данные двух международных сравнительных исследований (1998 и 2005 гг.), обнаружила, что за семь лет экономического роста в России значимость труда на предприятии, по сравнению с другими сторонами жизни, не только не выросла, но и несколько снизилась [6, с. 29].

Таблица 2. Основные жизненные ценности рабочих Пскова в 1995-2007 гг.

(% от числа ответов и ранги)*

Ответы на вопрос: «Какие из ценностей жизни наиболее значимы для Вас в настоящее время?» Мужчины Женщины

1995

% Ранг % Ранг % Ранг % Ранг

Семья, ее материальное благополучие, воспитание детей (семья) 31 1,5 35 1,5 33 1,5 43 1

Здоровье 31 1,5 30 1,5 36 1,5 26 2

Труд на предприятии (работа) 24 3 21 3 22 3 11 3,5

Отдых, развлечения, общение с родственниками, знакомыми (отдых) 11 4 10 4 9 4 14 3,5

* Можно было выбрать 2-3 варианта ответа из предлагаемого списка или назвать свой вариант ответа. Сумма ответов (п) не равна 100%, так как в таблице не представлены другие варианты ответов.

Наши данные свидетельствуют о том, что значимость труда на предприятии для рабочих снизилась уже к середине 1990-х гг. Работа перешла со второго на третье место в иерархии основных жизненных ценностей [8, с. 33]. И в настоящее время в Пскове (таблица 2) первые два места в иерархии основных жизненных ценностей и у мужчин, и у женщин занимают семья и здоровье. Эти ценности в качестве наиболее значимых назвали не менее половины опрошенных мужчин и женщин. В то же время работу в качестве важнейшей ценности назвали только треть мужчин и одна из пяти женщин. Для мужчин значимость семьи и здоровья в 1995-2007 гг. была относительно стабильной, а для женщин значимость семьи выросла, а значимость здоровья снизилась. В результате у женщин семья стала безусловным лидером. Можно говорить и о снижении значимости работы и росте значимости отдыха для женщин. Значимость работы и значимость отдыха стали для них практически одинаковыми. Отметим также, что разница между значимостью семьи и значимостью работы, которая отличала Россию в 1991 г. от всех других стран [7, с. 257], у рабочих не только не снизилась, но существенно выросла (у мужчин вдвое, а у женщин почти втрое).

Проведенный анализ трудовых ценностей рабочих, т.е. их высказываний о том, что важно в работе, выявил, что трудовые ценности рабочих, как и всего работающего населения России, меняются. Основные сдвиги в значимости различных сторон работы в 1990-е гг. произошли к 1995 г., а в последующие три года ситуация либо совсем не менялась, либо сдвигалась в ту же сторону, но ненамного [9, с. 9-10]. Начиная с 1995 г. и сравнивалась нами динамика изменения шести трудовых ценностей, которые входили в предлагаемый список вариантов ответа во всех трех исследованиях. В 1995 г. нужно было выбрать 2-3 наиболее важные трудовые ценности (вопрос: «Мотивы, по которым работает человек — самые разные — одни работают только из-за заработка, для других важны иные мотивы. А каковы Ваши мотивы?»). В двух последних опросах важность трудовых ценностей (в 2003 г. было предложено 11 вариантов ответа, а в 2007 г. 16 вариантов ответа) измерялась по 5-балльной шкале (вопрос: « Мотивы труда у людей самые разные. Что для Вас лично очень важно, а что нет?»). Для сравнения с данными 1995 г. использовался вариант ответа «Очень важно».

Как выяснилось, за 1995-2007 гг. при неизменном лидерстве хорошего заработка (92% в 1995г., 95 % в 2003 г. и 70% от числа ответивших в 2007 г.) снизилась важность таких трудовых ценностей, как возможность общения с людьми (с 52 до 22 %) и чтобы работа приносила пользу люд!ш (с 41 до 20 %). На примерно том же уровне важности остались такие трудовые ценности как реализация способностей (23 и 25 %) и

общественное признание труда (15 и 19 %). Несколько увеличилась ценность участия в обсуждении, выработке и принятии решений о жизни коллектива (с 5 до 11%).

Сопоставление важности трудовых ценностей для мужчин и женщин в 2003 г. не выявило статистически значимых различий, а в 2007 г. выявлены статистически значимые различия только по такой трудовой ценности как постоянное повышение квалификации4. Поэтому анализ динамики трудовых ценностей за 2003-2007 гг. осуществлен по всем рабочим в целом.

Если в 2003 г. мы отмечали некоторое обогащение мотивации труда [8, с. 42], то к 2007 г. произошло ее обеднение. В 2007 г. различные трудовые ценности назывались в качестве важнейших ценностей («Очень важно»), как правило, реже, чем в 2003 г. Исключение —участие в обсуждении, выработке и принятии решений о жизни коллектива и постоянное повышение квалификации. Однако в обоих исследованиях эти трудовые ценности на последних местах (их важность отмечали не более 2 из 10 опрошенных рабочих). В 2007 г. к наименее значимым трудовым ценностям присоединились также ответственная работа (ее важность отмечал только 1 из 10 рабочих), самостоятельность (1 из 6 рабочих), возможность общаться с людьми, чтобы работа приносила пользу людям, взаимоотношения с руководством, общественное признание труда (в среднем 1 из 5 рабочих).

В 2003 г. более половины опрошенных рабочих к числу важнейших трудовых ценностей относили не только хороший заработок, но и возможность общаться с людьми, взаимоотношения с товарищами по работе и взаимоотношения с руководством. Половина опрошенных рабочих к важнейшим трудовым ценностям относили гарантию занятости, 4 из 10 —реализацию способностей и самостоятельность. Каждый четвертый рабочий очень важным для себя считал, чтобы работа приносила пользу людям и общественное признание труда.

В 2007 г. значительное число опрошенных рабочих (не менее 4 из 10) отнесли к важнейшим трудовым ценностям, кроме хорошего заработка, только безопасность работы, удобное время работы, нормальные санитарно-гигиенические условия труда и взаимоотношения с товарищами по работе. Такие трудовые ценности, как интересная работа, реализацию способностей и даже гарантия занятости, назывались в качестве важнейших трудовых ценностей гораздо реже (в среднем 1 из 4 рабочих).

Таким образом, проведенный анализ трудовых ценностей рабочих, как и анализ трудовых ценностей экономически активного населения

4 Выявление статистически значимых различий осуществлялось с использованием непараметрического теста Колмогорова-Смирнова.

России за 1999-2004 гг., осуществленный B.C. Магуном, показал, что даже в условиях длительного периода экономического роста инициативная самореализация, а также социальное признание и социальная ответственность остаются пока на периферии трудового сознания россиян [9, с. 38].

О ВЗАИМОСВЯЗЯХ ПОВСЕДНЕВНОГО ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ВРЕМЕНИ И ЖИЗНЕННЫХ ЦЕННОСТЕЙ

Картина использования бюджета времени рабочими показала, что выбор его структуры, а, отсюда — иерархия видов деятельности определяются требованиями адаптации рабочих к постоянно меняющейся социальной среде. В какой мере реальная иерархия видов повседневной деятельности и тенденции в динамике затрат времени на них согласуются с динамикой декларируемой иерархии жизненных ценностей? Какие изменения в повседневном использовании времени желательны для самих рабочих?

Прежде всего, отметим, что относительно стабильное структурирование повседневной деятельности соотносится со стабильностью иерархии основных жизненных ценностей у мужчин. Динамика структурирования повседневной деятельности и изменения в иерархии основных жизненных ценностей у работниц свидетельствуют об их стремлении к большей сбалансированности «трудовой», «восстанавливающей» и «развивающей» групп деятельности.

Если экстраполировать тенденции структурирования повседневной деятельности рабочих за 1998-2004 гг. на ситуацию в краткосрочной перспективе, то реальное поведение мужчин вряд ли претерпит большие изменения, в т.ч. и с точки зрения усиления степени напряженности бюджета времени. Что касается рабочих-женщин, то, скорее всего, увеличение ОТН приведет к дальнейшему сокращению величины свободного времени и ухудшению его структуры. Такое положение едва ли сможет способствовать успешной реализации провозглашенной демографической политики.

Сопоставление результатов ранжирования видов повседневной деятельности рабочих по фактической продолжительности с результатами ранжирования оценок желаемых изменений говорит о несовпадении их по большинству занятий (таблицы 3 и 4). Это несовпадение можно определить как рассогласование между объективными показателями реального поведения и субъективными оценками их желаемой динамики. Оценка рассогласования при несовпадающих ранговых значениях использована нами для выявления времяизбыточных и времянедостаточных видов за-

нятий. Все виды деятельности рабочих, фактическая продолжительность которых соответствует первым ранговым местам, в их оценках желаемых изменений занимают ранговые места во второй половине перечня занятий и, таким образом, позиционируются как времяизбыточные. Напротив, времянедостаточным видам деятельности соответствуют ранги желаемых изменений, расположенные в первой половине иерархии занятий, и последние ранговые места среди фактических затрат времени. Те виды деятельности, позиции которых в фактической иерархии времязатрат близки к позициям их желаемых изменений, можно определить как находящиеся в границах времядостаточности.

Результаты сравнительного анализа использования времени и субъективных оценок затрат времени на разные виды повседневной деятельности у мужчин и у женщин свидетельствуют о том, что у них имеются общие тенденции в желаемом реструктурировании видов деятельности внутри « трудовой» группы занятий.

Таблица 3. Использование времени и субъективные оценки затрат времени на разные виды повседневной деятельности у мужчин (ранги)*

Виды повседневной деятельности ** Затраты времени

Основная работа 1 12

Просмотр телепередач 2 8

Труд в доме 3 10

Труд в саду, огороде 4 10

Чтение 5 6

Учеба и повышение квалификации 6 10

Уход за детьми и их воспитание 7 3,5

Спорт и активный отдых 8 1,5

Общение 9 6

Непрофессиональное творчество и любительские занятия 12 1,5

Посещение учреждений культуры и отдыха 12 3,5

Дополнительные приработки 12 6

Общественная деятельность 12 13

Религиозная деятельность 12 14

* В этой таблице и в таблице 4 ранг затрат времени определялся по данным, приведенным в таблице 1, а ранг субъективных оценок по средневзвешенным оценкам желаемых изменений в затратах времени, измеренным по 5-балльной шкале (1 — «Гораздо меньше», 2 — «Немного меньше», 3 — «Столько же», 4 — «Немного больше», 5 — «Гораздо больше»),

** Данная иерархия видов повседневной деятельности включает «трудовую» и «развивающую» группы занятий. В ней отсутствует «восстанавливающая», за исключением «спорта и активного отдыха».

Основная работа, которая является наиболее времяемким видом в этой группе деятельности (первое место и у мужчин, и у женщин), в ранжированном ряду оценок желаемых затрат времени на 12 месте у мужчин и на 14 (последнем) месте у женщин. Более низкое ранговое место, которое отводят основной работе в списке, характеризующем желаемые изменения времязатрат, рабочие-женщины, по сравнению с рабочими-мужчинами, свидетельствует о том, что их нынешнее фактическое недельное время работы (которое превышает его величину у рабочих-мужчин на 4,2 часа) является предельно возможным. Мужчины же не отказываются от поиска резерва увеличения время оплачиваемой работы за счет дополнительной работы.

Дополнительные приработки занимают более высокие места, чем места основной работы, среди оценок желаемых изменений в затратах времени (6 у мужчин и 9,5 у женщин). По данным последнего опроса дополнительные приработки имел каждый четвертый мужчина, еще столько же мужчин хотели бы иметь дополнительные приработки. В то же время дополнительные приработки были только у 1 из 20 женщин, и лишь 1 из 5 женщин хотела бы их иметь. Время на дополнительные приработки (по самооценкам) у рабочих-мужчин составляет всего 3,2 часа в неделю, а у работниц — 6, 4 часа в неделю.

Таблица 4. Использование времени и субъективные оценки затрат времени на разные виды повседневной деятельности у женщин

Виды повседневной деятельности Затраты времени

Основная работа 1 14

Труд в доме 2 11,5

Просмотр телепередач 3 6

Труд в саду, огороде 4 9,5

Уход за детьми и их воспитание 5 1,5

Чтение 6 6

Непрофессиональное творчество и 8 1,5

любительские занятия

Общение 8 3,5

Спорт и активный отдых 8 8

Общественная деятельность 10 13

Посещение учреждений культуры и отдыха 12,5 3,5

Учеба и повышение квалификации 12,5 6

Дополнительные приработки 12,5 9,5

Религиозная деятельность 12,5 11,5

Общей закономерностью является также значительная разница и у мужчин, и у женщин в двух рядах ранжированных показателей таких видов деятельности как труд в доме и труд в саду, огороде. Они занимают места в начале списка затрат времени (3 и 4 у мужчин и 2 и 3 у женщин), но в конце списка оценок желаемых изменений в затратах времени (10 и 10 у мужчин и 11,5 и 9,5 у женщин). Адаптация к сложившимся в годы реформ условиям жизнедеятельности требует того места, которое данные виды деятельности всегда занимали и занимают ныне в повседневной деятельности.

Фактическая величина затрат времени на уход за детьми и их воспитание в структуре «трудовой» группы, как было показано ранее, имеет тенденцию к сокращению, что диктуется адаптацией. Что же касается выявленного у рабочих желаемого увеличения этих затрат времени (у мужчин с 7 до 3,5 , а у женщин с 5 до 1,5 рангового места), то оно, видимо, может быть реализовано, если оплачиваемая работа не будет вступать в противоречие с неоплачиваемым трудом в семье, домашнем хозяйстве.

В ранжированном ряду субъективных оценок желаемых изменений в затратах времени большинство занятий в свободное время (исключение общественная и религиозная деятельность, учеба и повышение квалификации у мужчин и религиозная и общественная деятельность у женщин) находятся гораздо выше, чем основная работа, труд в доме и труд в саду, огороде.

Просмотр телепередач является самым времяемким занятием в «развивающей» группе видов повседневной деятельности. Выше было сказано, что он обладает значительным адаптационным ресурсом и по объему, и по функциям. Между тем, наметившаяся тенденция сокращения его времязатрат согласуется со стремлением рабочих-мужчин переместить это занятие со 2 на 8, а работниц — с 3 на 6 ранговые позиции. Наметившаяся тенденция может набирать силу в результате «давления» на «телесмотрение» со стороны Интернета, компьютерных игр и т.п. Зафиксированные в 2004 г. незначительные затраты времени на занятия с компьютером (только у рабочих-мужчин и всего 13,5 минут в неделю), судя по данным последнего опроса, существенно выросли и несомненно будут увеличиваться в будущем.

У мужчин и у женщин практически совпадают ранги затрат времени на чтение и оценок желаемых изменений в этих времязатратах. Данный вид деятельности является вторым по продолжительности в свободное время.

Совсем другая ситуация сложилась с такими видами занятий в свободное время как непрофессиональное творчество, посещениеучреждений

культуры и отдыха, общение. Названные виды деятельности на первых местах по оценкам желаемых изменений в затратах времени (1,5; 3,5 и 6 у мужчин и 1,5; 3,5 и 3,5 у женщин), но — в конце ранжированного списка фактических времязатрат. Продолжительность всех этих занятий, как уже отмечалось, в годы реформ постоянно снижалась, особенно после 1998 г. В ходе последнего опроса выяснилось, что почти половина рабочих не посещала учреждения культуры и отдыха в течение последних 12 месяцев.

Вместе с тем, по двум занятиям в свободное время обнаружены различия во взаимосвязях между затратами времени и оценкам желаемых изменений у мужчин и женщин. Первое из них относится к «восстанавливающей» группе — это спорт и активный отдых. У мужчин ранг этого вида деятельности среди затрат времени 8, а среди оценок — 1,5. У женщин наблюдается совпадение рангов по затратам времени и оценкам (8 место). Наиболее существенное различие наблюдается, пожалуй, по такому виду занятий, как учеба и повышение квалификации. Если у мужчин фактические затраты времени находятся на 6 месте, а оценки желаемых изменений на 10, то у женщин фактическая продолжительность на 12,5 месте, а оценка желаемых изменений — на 6. Сложившуюся ситуацию можно прояснить, привлекая данные опроса. Как выяснилось, у мужчин уровень квалификации намного выше, чем у женщин (67% мужчин уже имеют 4-6 квалификационные разряды, а 81% женщин имеет только 2 и 3 квалификационные разряды).

Общественная деятельность и по фактическим времязатратам, и по оценкам желаемых изменений в затратах времени располагаются в конце ранжированных рядов показателей и у мужчин, и у женщин. Такое совпадение рангов затрат времени на общественную деятельность и рангов этого вида деятельности в субъективных оценках нельзя оценить как нормальную ситуацию. Она, с нашей точки зрения, скорее свидетельствует о низкой социальной активности и отсутствии у рабочих желания ее повышать.

Религиозная деятельность является особым видом деятельности по своей социальной значимости и социальным последствиям его отсутствия в структуре повседневной деятельности. Ценность религиозной деятельности (ее низкий ранг) в определенной мере объясняет причину выявленных количественных и качественных показателей использования фонда времени. Данный вид деятельности у рабочих не зафиксирован ни в 1998, ни в 2004 гг. Духовно-нравственные ориентиры повседневной деятельности вытекают из духовно-нравственной традиции России, которая, в свою очередь, может воспроизводиться, только основываясь на религиозной деятельности и понимании истинной ее ценности. Она

является в принципе альтернативой деструктивным видам общения, девиации в других видах деятельности. Рабочие-женщины все же ощущают свою недостаточную включенность в религиозную деятельность, а рабочие-мужчины, к сожалению, нет.

Реализация желаемых для рабочих направлений перераспределения затрат времени на виды деятельности в свободное время в совокупности с желаемыми изменениями в ОТН могла бы привести к уменьшению у ра-бочих-мужчин величины свободного времени (по крайней мере остаться прежней), а у работниц — к его увеличению. Желаемую структуру видов деятельности в свободное время по сравнению с фактической у тех и других следует охарактеризовать как имеющую большие возможности для эффективного использования времяресурса «развивающей” группы занятий. Этот эффект прямо связан с положительными качественными изменениями в содержании непрофессионального творчества и любительских занятий, чтения и просмотра телепередач, использования компьютера, видов активного отдыха, общения, общественной и религиозной деятельности.

В целом, в контексте желаемых изменений в структурировании видов повседневной деятельности степень напряженности бюджета времени (даже при сохранении без изменений доли времязатрат на «восстанавливающую» группу видов повседневной деятельности) у рабочих-жен-щин может снизиться, а у рабочих-мужчин, напротив, повыситься (или остаться прежней).

ВЫВОДЫ

1. Показатели бюджета времени позволяют фиксировать реальное поведение людей и свидетельствуют о происходящих социальных изменениях. Совместный анализ динамики использования времени и жизненных ценностей дает возможность оценить их социальные последствия, выявить социально-экономические проблемы, возникающие в процессе реформирования общества.

2. Рассогласование между включенностью в разные виды повседневной деятельности и оценками желаемых изменений в структуре бюджета времени является результатом адаптации к изменяющимся условиям социальной среды. Чем меньше степень рассогласования между декларируемой иерархией субъективных оценок и реальным поведением, тем успешнее протекает процесс адаптации. Однако считать адаптационный процесс эффективным, с нашей точки зрения, можно только тогда, когда он не вступает в противоречие с необхо-

димостью сбалансированности «трудовой», «восстанавливающей» и «развивающей» деятельности, а также с традиционными для России духовно-нравственными ценностями.

3. Осуществленный анализ взаимосвязей повседневного использования времени и жизненных ценностей рабочих выявил значительное число социально-экономических проблем, которые требуют решения в ближайшей перспективе в свете давно назревших реструктуризации экономики и формирования промышленной политики. На недавно прошедшем Российском научном экономическом собрании шла речь об экономической доктрине РФ и движении государственной экономической политики страны к умной и нравственной экономике. В связи с этим весьма актуальными задачами, безусловно, являются повышение значимости труда на предприятии и обогащение его мотивации у рабочих. Не менее, а, может быть, и более важным является создание условий для того, чтобы работницы смогли увеличить затраты времени на уход за детьми и их воспитание (прежде всего, за счет сокращения величины затрат времени на оплачиваемую работу), а также для роста величины свободного времени и качественного улучшения структуры его использования у всех рабочих.

4. Результаты проведенного анализа позволяют более глубоко анализировать социально-адаптационные процессы, дают возможность дополнять показатели динамики социального самочувствия показателями динамики реального поведения, жизненных и трудовых ценностей. С помощью таких показателей можно судить о социальных последствиях изменений в повседневном использовании времени и освоении или отторжении тех ценностей, которые были провозглашены в качестве целей политических и экономических реформ.

ЛИТЕРАТУРА

1. Патрушев В.Д. Жизнь горожанина (1965-1998). М.:Асас1егша, 2000.

2. Бюджет времени и перемены в жизнедеятельности городских жителей в 1965-1998 годах / Отв. ред. Т.М. Караханова. М.: ИС РАН, 2001.

3. Повседневная деятельность и бюджет времени населения России и их изменения / Отв. ред. В.Д. Патрушев. М.: ИС РАН, 2003.

4. Патрушев В.Д. Труд и досуг рабочих (бюджет времени, ценности и мотивы). М.: ИС РАН, 2006.

5. Караханова Т.М. Повседневная деятельность горожан в показателях времени (1965-2004 гг.) // Социол. исследования. 2006. № 9.

6. ХахулинаЛ.А. Труд в системе жизненных ориентаций российского населения // Вестник общественного мнения. Данные. Анализ. Дискуссии. 2006. №5.

7. Магун B.C. Субъективная значимость работы и ее динамика в 1990-е годы / Пути России: существующие ограничения и возможные варианты / Под общ. ред. Т.Е. Ворожейкиной. М.: МВШСЭН, 2004.

8. Патрушев В.Д., Бессокирная Г.П. Основные жизненные ценности, мотивы труда рабочих в период 1990-2003 гг. и их изменения // Ценности повседневной деятельности горожан / Отв. ред. Т.М. Караханова. М.: ИС РАН, 2004.

9. Магун B.C. Динамика трудовых ценностей экономически активного населения России, 1991-2004 гг. Препринт WP3/2006/09. М.: ГУ ВШЭ, 2006.

РАЗДЕЛ ТРЕТИЙ

Идентичность, интеграция, риски