Скромная доля оптимизма

В конце октября Москву впервые с начала украинского кризиса посетил президент Германии. В таком статусе в Россию приехал хорошо знакомый политик — бывший глава МИД ФРГ Франк-Вальтер Штайнмайер. "Д" с помощью Галины Дудиной и Александра Гмырина разбирался, как за один день рабочего визита главе государства удалось реанимировать надежду на потепление в российско-германских отношениях.

"Знать прошлое и не превращать его в оружие"

В отличие от безликого майского визита в Сочи канцлера Ангелы Меркель, плотная программа поездки в Москву Франка-Вальтера Штайнмайера могла бы заставить учащенно забиться сердце любого иностранца, интересующегося Россией. Утром — в центр Москвы, на возложение венков к Могиле Неизвестного солдата. Затем долгая беседа с первым президентом СССР Михаилом Горбачевым, экскурсия в офис "Международного мемориала", посещение евангелическо-лютеранского кафедрального собора святых Петра и Павла в Старосадском переулке (заложенного еще в 1818 году в присутствии короля Пруссии Фридриха Вильгельма III), ужин в Кремле и, наконец, балет Джона Ноймайера "Страсти по Матфею" на музыку Иоганна Себастьяна Баха с участием Гамбургского балета.

Лейтмотивом этой культурно-исторической программы могли бы служить слова благодарности, оставленные президентом ФРГ в книге для гостей правозащитной организации "Международный "Мемориал"". "Знать прошлое и не превращать его в оружие, а принимать его вместе со всеми светлыми и темными сторонами — вот основа для мирного будущего",— размашисто записал Франк-Вальтер Штайнмайер.

"Мы даже несколько удивились, насколько хорошо он был подготовлен, как доброжелательно держался",— рассказал "Д" один из участников встречи, директор по развитию "Международного "Мемориала"" Дмитрий Кокорин. По его словам, президент, осмотрев выставки и коллекции, представленные в офисе организации, год назад внесенной в реестр иностранных агентов, затем долго беседовал с правозащитниками — о ситуации с правами человека в России, вопросах исторической памяти, работе религиозных общин по ее сохранению. "Президент проявлял обеспокоенность положением НКО, тем, в каких условиях приходится сегодня работать в России правозащитным организациям,— говорит Дмитрий Кокорин.— Мы рассказали, что продолжаем работу, говорили о том, как важно сохранять диалог и не впадать в полную изоляцию, которая могла бы быть продиктована международной обстановкой".

"Мы не можем позволить себе не разговаривать друг с другом. Наш долг перед нашими народами заключается в том, чтобы воспрепятствовать дальнейшему отчуждению между немцами и русскими",— заявил накануне поездки и Франк-Вальтер Штайнмайер в интервью "Ъ" — первой за долгие годы устной беседе с российским журналистом.

Но самой пронзительной была речь, произнесенная им на церемонии передачи Петропавловского собора Евангелическо-Лютеранской церкви России (в год празднования 500-летия Реформации это событие и стало главным поводом для визита). Слова, которые звучали в тот день с пасторской кафедры, были не о сложной международной обстановке. Франк-Вальтер Штайнмайер цитировал Райнера Марию Рильке и Федора Тютчева, говорил о различиях и общности, об обретении достоинства индивидуума перед лицом Бога, о тысячелетней истории, связывающей русских и немцев. "И иногда мы и сами даже не знали, что в большей степени определяло наши отношения — близость или отдаленность",— напомнил он.

"Не думаю, что одна единственная встреча может помочь"

Если перевести слова немецкого президента в настоящее время, то очевидно, что сегодня отношения России и Германии диктует отдаленность. Об этом можно судить и по тому, что сам визит, несмотря на теплую атмосферу каждой встречи, был всего лишь однодневным и рабочим — это куда ниже по дипломатическому протоколу, чем государственный визит, с которым приехал в Россию в 2010 году президент ФРГ Кристиан Вульф (различия очевидны: господин Вульф тогда задержался в России на пять дней, посетив с супругой Москву, Петербург, Тверь и Ульяновск). Впрочем, предшественник господина Штайнмайера Йоахим Гаук, бывший пастор и известный правозащитник, занимавший пост президента в 2012-2017 годах и критически относившийся к политике Кремля, так и вовсе не приехал в РФ.

На "отдаленность" намекало и то, насколько диссонировали заявления двух президентов, российского и немецкого, после переговоров в Кремле. Владимир Путин был настроен показательно дружелюбно. На немецкий он публично перешел лишь единожды, приветствовав своего коллегу словами "Herzlich Willkommen" ("Добро пожаловать"). Но и в остальном президент демонстрировал конструктивный настрой: говорил о готовности работать над развитием отношений, росте товарооборота, позитивном настрое немецких бизнесменов в РФ, развитии промышленного, научного и международного сотрудничества.

"Не думаю, что одна единственная встреча, одна единственная беседа может помочь преодолеть ситуацию, которая сложилась за прошедшие несколько лет",— отрезал в ответ Франк-Вальтер Штайнмайер. Он горячо поблагодарил Владимира Путина за передачу собора, но ситуацию в отношениях характеризовал куда более критически, упомянув и "негативную спираль", и "аннексию Крыма", и "отчуждение". "Думаю, мы едины во мнении, что настоящее положение дел не может удовлетворять нас и не должно удовлетворять нас. От нормальных отношений мы еще далеки, и еще есть открытые раны",— заявил президент Германии.

Одним из немногих конструктивных моментов, публично упомянутых им в тот день, была благодарность "за решение ситуации вокруг Немецко-русского дома в Калининграде". Напомним, четверть века калининградский Немецко-русский дом (НРД) был значимым культурным ядром в российском Калининграде, бывшем немецком Кенигсберге. На многочисленных мероприятиях бывали губернаторы, послы, министры — в городе нет, пожалуй, ни одного журналиста или общественника, который бы хоть разок не посетил НРД. Однако на волне борьбы местных активистов с "германизацией" в области учредителя — общество немецкой культуры и российских немцев "Айнтрахт Согласие", несмотря на протесты в России и Германии, признали иностранным агентом. После этого его общественную организацию и ее руководителя Виктора Гофмана обязали выплатить немалые штрафы за нарушение правил для иностранных агентов. В результате господин Гофман даже попал в больницу, а дом закрыли.

Франк Шауфф, генеральный директор Ассоциации европейского бизнеса в России

Я виделся с Франком-Вальтером Штайнмайером еще за неделю до его визита в Москву, и он говорил, что направляется в Россию, чтобы обсудить разные вопросы, в том числе Украину.

Радует, что в Москву приехал именно господин Штайнмайер: во-первых, он отлично владеет и российско-германской, и украинской проблематикой, во-вторых, в России его хорошо знают — еще со времен, когда он был главой Ведомства федерального канцлера и министром иностранных дел. При этом в личном общении он приятный и обходительный человек.

Этот визит — конструктивный политический сигнал. Конечно, никаких прямых последствий или дополнительных решений об инвестициях он за собой не повлек. Но приезд президента свидетельствует о том, что времена, когда диалог был полностью заморожен, остались позади. И чем менее напряженной будет атмосфера, тем лучше инвестиционный климат и тем выше шанс на то, что однажды будет найдено решение и для отмены санкций.

Возможно, президент Штайнмайер получил информацию о том, что 4 октября Немецко-русский дом в Калининграде открыли заново — в новом формате и при поддержке Федерального агентства по делам национальностей и общественного объединения "Федеральная национально-культурная автономия российских немцев". Однако о деятельности обновленного НРД пока ничего не слышно. Многочисленные кружки и объединения, в том числе по изучению немецкого языка, не работают. На официальном сайте Немецко-русского дома заставка: "Уважаемые друзья! Мы находимся в стадии реорганизации. Как только она закончится, мы сообщим об этом всем заинтересованным лицам".

Впрочем, говоря об отсутствии конструктивной повестки визита и каких-либо договоренностей, следует учитывать представительские функции президента ФРГ, который формально является главой государства, однако реально располагает меньшей властью, чем канцлер Германии. В посольстве РФ в Берлине "Д" также призвали рассматривать визит "в общем контексте текущего состояния российско-германских отношений".

"С одной стороны, это важный шаг в направлении восстановления полноформатного политического диалога, многие сферы которого были фактически заморожены Берлином в одностороннем порядке с началом украинского конфликта. Франк-Вальтер Штайнмайер еще в бытность министром иностранных дел последовательно выступал за безальтернативность поддержания оперативных каналов коммуникации",— напоминают российские дипломаты, называя сохранившийся между главами МИДов беспрерывный контакт "во многом его личной заслугой". При этом собеседник "Д" заверил, что и после визита российская сторона рассчитывает на "серьезную и кропотливую работу по выходу из затянувшейся стагнации" и "готова и настроена на позитивный результат".

В кабинете президентского дворца Франк-Вальтер Штайнмайер дает интервью автору "Д" Галине Дудиной

"Иногда мы и сами не знали, что в большей степени определяло наши отношения — близость или отдаленность"