Теоретико-методологические аспекты социального в проблеме промышленной модернизации

УДК 930.1:1 / 930.2

ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ СОЦИАЛЬНОГО В ПРОБЛЕМЕ ПРОМЫШЛЕННОЙ МОДЕРНИЗАЦИИ

Н.Г. Мануковский

DOI 10.18522/2072-0181-2016-85-1-38-43

Согласно мнению ряда современных отечественных и зарубежных исследователей, модернизация представляет собой сложный комплекс всесторонних общественных преобразований, выражающихся не только в существенной перестройке хозяйственной структуры общества, но и предполагающих разрушение старых и возникновение новых способов и форм социального взаимодействия и приводящих к кардинальному изменению образа и условий жизни населения [1-2].

В целом весь комплекс вызванных модернизацией социальных перемен может быть определен как процесс возникновения и становления качественно новой социальной среды при понимании последней как совокупности материальных, экономических, социальных, политических и духовных условий существования и деятельности индивидов и социальных групп.

Вместе с тем, как справедливо отмечает ряд исследователей, сопровождающие и результирующие модернизацию масштабные общественные перемены могут быть не только позитивно, но и критически восприняты частью населения и привести к росту социальной напряженности. Так, польский социолог П. Штомпка отмечает сложный и противоречивый характер модернизации, часто находящий свое выражение в неудовлетворенности части населения модернизационными изменениями и росте у него протестных настроений, а также в сопровождающих данные изменения столкновениях интересов разных социальных групп и в борьбе между ними. Причина этого, как утверждает П. Штомпка, заключается в том, что человеческое общество никогда не бывает однородным и всегда разделено на группы по различным интересам, стремлениям, знаниям, ценностным ориентациям и идеологиям [3, с. 119]. Кроме того, как от-

Мануковский Николай Георгиевич - аспирант кафедры отечественной истории Южного федерального университета, 344010, г. Ростов-на-Дону, ул. Б. Садовая, 33, e-mail: magistratury2012@yandex.ru.

мечает данный исследователь, создаваемые модернизацией экономические, социальные и культурные блага никогда не распределяются равномерно и удовлетворяют интересы и потребности преимущественно лишь некоторых социальных групп, в то время как затраты на модернизационные изменения, связанные с ними различного рода социальные трудности и культурные травмы ложатся бременем на остальные слои общества. Данное обстоятельство, по мнению П. Штомпки, может послужить причиной негативной обратной реакции со стороны социальных низов [3, с. 120].

Схожей точки зрения придерживается изучавший социальное развитие России в период модернизации второй половины XIX - начала ХХ вв. отечественный историк Б.Н. Миронов, также отмечающий возможность возникновения социальной неудовлетворенности и роста протестных настроений у различных групп и слоев общества в связи с модернизационны-ми изменениями в социальной сфере. Данное обстоятельство, по мнению Б.Н. Миронова, связано с тем, что, несмотря на вызванное модернизацией повышение уровня жизни населения, его материальные и духовные потребности под влиянием обусловленного все той же модернизацией подъема уровня культуры и грамотности растут еще быстрее, что часто служит причиной растущего недовольства среди различных социальных групп. [4, с. 661-662] Как отмечает Б.Н. Миронов, "жалобы на материальное положение рабочих могут быть обусловлены не полуголодным их существованием, а тем, что их материальные и духовные потребности и притязания обгоняют возникающие в процессе модернизации возможности их удовлетворения" [4, с. 671].

Отечественный специалист З.М. Хачецу-ков, обратившийся с позиций феноменологи-

Nikolay Manukovskiy - Southern Federal University, 33, Bolshaya Sadovaya Street, Rostov-on-Don, 344010, e-mail: magistratury2012@yandex.ru.

ческой социологии к теоретическому исследованию проблемы степени удовлетворенности населения вызванными модернизацией социальными изменениями, выдвинул теоретическую модель, предлагающую достаточно эффективное ее методологическое решение, связанное с введением в научный анализ понятий социального комфорта и социальной среды [5].

С точки зрения З.М. Хачецукова, социальный комфорт представляет собой субъективную категорию оценки степени соответствия сформировавшегося в обществе в процессе интерсубъективного взаимодействия образа социальной среды имеющемуся у большинства населения образу желаемого, или социальному идеалу. При этом ученый уточняет, что социальный идеал формируется на основе сложившейся у того или иного социального субъекта аксиологической модели и обновляется в процессе его взаимодействия с социальной средой и адаптации к новым социальным условиям, инкультурации, аккультурации либо идеологической интервенции [5, с. 216]. В качестве условия высокого уровня комфортности возникающей в ходе модернизации социальной среды З.М. Хачецуков выделяет также соответствие субъективно понимаемых интересов и потребностей индивидов и групп их представлениям о своих способностях и тех возможностях, которые предоставляет им данная социальная среда [5, с. 217].

В свете вышесказанного, модернизация предстает как процесс, находящийся в определенной и достаточно сильной зависимости от характера и направленности ответных реакций населения на вызванные им социальные изменения. В то же время реакции населения на различные социальные изменения (в том числе вызванные модернизацией) предстают в равной степени детерминированными как объективными социально-экономическими обстоятельствами, так и спецификой их субъективного восприятия (заданной в свою очередь культурными и идеологическими особенностями субъекта). В этой связи представляется целесообразным использовать в рамках исторического исследования субъективной составляющей реакций различных общественных групп на вызванные модернизацией социальные изменения объяснительный потенциал сформировавшихся в социологии и социальной психологии для описания состояний общественного и индивидуального сознания таких родственных понятий, как "социальное настроение" и "социальное самочувствие". В то же время реализация данного теоретико-

методологического подхода требует подробного выяснения содержания понятий социального настроения и социального самочувствия и установления их смыслового разграничения.

Рядом зарубежных ученых (Е. Динер, А. Кэмпбелл, Ф. Эндрюс) были проанализированы схожие с социальным настроением и самочувствием понятия "субъективное благополучие" и "восприятие качества жизни". По мнению данных исследователей, субъективное благополучие и восприятие качества жизни представляют собой оценку человеком своей жизни с позиций определенной системы ценностей и норм. Субъективное благополучие включает в себя как когнитивную (удовлетворенность), так и эмоциональную (приятные и неприятные эмоции) составляющие [6-8].

Изучением сути понятий социального настроения и социального самочувствия занимался целый ряд видных отечественных социологов и специалистов в области социологии и социальной психологии: Б.Д. Поршнев, Ж.Т. То-щенко, С.В. Харченко, И.Н. Яценко и многие другие. Так, согласно точке зрения Б.Д. Порш-нева, социальное настроение представляет собой "эмоциональные состояния социального субъекта, связанные как с осуществлением или не-осуществленностью, так и с разными формами осуществления тех или иных его надежд, чаяний, помыслов и замыслов". Как правило, отмечает Б.Д. Поршнев, социальное настроение представляет собой эмоциональное отношение к тому, что мешает, или помогает воплощению желаемого в жизнь [9].

Значительный вклад в формирование социологического представления о социальном настроении внес отечественный исследователь Ж.Т. Тощенко. Согласно предложенной им концепции, "социальное настроение представляет собой целостную форму жизнеощущения, доминантную форму реально функционирующего общественного сознания и поведения, отражающую уровень, продолжительность и степень эмоционально-рационального восприятия индивидом, социальной группой или населением, различными организациями и институтами социальных установок, целей и интересов, формирующихся под воздействием реальных экономических, политических и духовных процессов и в потенции реализуемых или нереализуемых в процессе практической деятельности". При этом, как отмечает Ж.Т. Тощенко, "социальное настроение отражает высокую степень готовности действовать во имя предпочитаемых или желаемых целей" [10, с. 30].

По мнению Ж.Т. Тощенко, социальное настроение имеет сложную структуру, включающую в себя четыре компонента: 1) социальное самочувствие (оценка уровня благополучия непосредственной микросреды, включающая в себя историческую память, актуальное знание, эмоции и чувства); 2) оценка и самооценка социального статуса (представления о престижности в обществе той или иной социальной роли); 3) социальные ожидания (ценности, установки, ориентации); 4) социальная позиция (мировоззрение, убеждения) [10, с. 32].

Схожее представление о социальном настроении было выработано С.В. Харченко. Согласно его точке зрения, социальное настроение есть "сложный социально-психологический феномен, представляющий собой интегральную характеристику реально функционирующего общественного сознания и фиксирующий относительно устойчивый уровень, продолжительность и степень эмоционального восприятия индивидом, социальной группой или населением информации о различных политических, социально-экономических и духовных процессах, а также ожиданий по их реализации". Совпадение знаний и предчувствий социального субъекта относительно их дальнейшего развития с имеющимися у него ожиданиями и предпочтениями дает позитивное социальное настроение. Несовпадение знаний и ощущений с ожиданиями дает негативное или пассивное социальное настроение" [11].

И.Н. Яценко под социальным настроением понимает "интегральное чувство, переживаемое тем или иным социальным субъектом в течение некоторого времени по поводу каких-либо социальных объектов и оказывающее определенное влияние на социальную деятельность данного субъекта". Данный исследователь обращается к проблеме выяснения сущности родственного социальному настроению понятия социального самочувствия и делает попытку смыслового разграничения этих понятий. Так, социальное самочувствие определяется им как рефлексия социального субъекта относительно состояния своих чувств и эмоций, возникающих по поводу тех или иных социальных объектов [12, с. 6-8].

Социальное настроение и социальное самочувствие населения являются, по мысли И.Н. Яценко, ключевыми элементами обыденного сознания - одного из двух основных видов общественного сознания. Характер их взаимосвязи, как отмечает данный исследователь, достаточно сложен: с одной стороны, "они раз-

личаются генетически: социальное настроение возникает как реакция на воздействие внешних социальных объектов, как результирующее или доминантное чувство, порожденное этими объектами. Оно может как осознаваться социальным субъектом, так и не осознаваться". Социальное самочувствие же И.Н. Яценко рассматривает как осознание социальным субъектом своих чувств. Причем в числе осознанных чувств может быть и социальное настроение, и в этом случае данные феномены совпадают по содержанию, то есть социальное самочувствие выступает как осознанное социальное настроение" [12, с. 7].

Отечественные социологи М.В. Морев и В.С. Каминский определяют социальное настроение как интегральную оценку совокупности политических, общественных и других настроений, формирующихся в обществе. Являясь комплексным индикатором, социальное настроение, по их мнению, отражает разные сферы общественного бытия и зависит от действующих в обществе многочисленных социально-экономических, политических и культурных факторов [13, с. 52].

Согласно точке зрения В.М. Чугуенко и Е.М. Бобковой, социальное настроение представляет собой переживания социального субъекта по поводу своего материального положения, его удовлетворенность качеством жизни и стилем социального поведения [14].

Особенно стоит выделить пласт теоретических наработок, посвященных отдельному выяснению сущности понятия социального самочувствия. Так, по мнению А.А. Русалиновой, социальное самочувствие представляет собой интегральную характеристику оценочно-эмоциональной сферы человека, производной от всего комплекса социальных условий жизни. При этом социальное самочувствие является динамической характеристикой социального субъекта, реагирующей на различные социальные изменения [15].

Л.В. Куликов определяет социальное самочувствие как показатель общей удовлетворенности жизнью, проявляющейся в оценке индивидом уровня своего личного благополучия [16]. Схожей точки зрения придерживается Л.Е. Петрова, рассматривающая социальное самочувствие как "интегральную характеристику реализации жизненной стратегии личности, ее субъективного отношения к окружающей действительности". Социальное самочувствие, по мнению Л.Е. Петровой, определяется через соотношение уровня притязаний социального субъекта и степени удовлетворенности его актуальных потребностей [17].

Важное дополнение в комплекс теоретических представлений о сущности феномена социального самочувствия внесла Я.Н. Кру-пец. Согласно предложенному ей подходу, социальное самочувствие представляет собой "интегральный показатель степени адаптации населения к реформам и успешности протекания процесса адаптации" [18].

Анализ сложившихся в современной социологии теоретических подходов к осмыслению феноменов социального настроения и социального самочувствия позволяет сделать вывод об отсутствии единого, всеми признанного их определения. Вместе с тем различные определения и подходы обнаруживают совпадения по ряду ключевых моментов, касающихся сущности, структуры и базовых характеристик рассматриваемого явления. Данное обстоятельство позволяет, абстрагируясь от разночтений, существующих между различными авторскими концепциями, выделить в них общее и наиболее существенное.

Исходя из рассмотренных выше определений и подходов, можно утверждать, что социальное настроение представляет собой доминирующий феномен индивидуального, группового или общественного сознания. Оно включает в себя как эмоциональную, так и когнитивную составляющие и возникает в результате восприятия, интерпретации и оценки различными социальными субъектами всей системы образующих разные уровни социальной среды явлений общественной жизни с позиций присущих данным субъектам мировоззренческих и ценностных представлений, планов, жизненных стратегий и интересов. Под социальным самочувствием понимается либо базовый, субъективно-личностный компонент социального настроения, либо та часть его содержания, которая непосредственно осознается социальным субъектом.

Социальное настроение, таким образом, предстает как социально, экономически и культурно детерминированное явление, испытывающее значительное влияние со стороны и внутренних, и внешних по отношению к социальному субъекту факторов. Причем среди внешних факторов, оказывающих влияние на процесс формирования социального настроения того или иного социального субъекта, необходимо различать как текущие ситуационные, так и постоянно действующие факторы, обусловленные структурными особенностями общества в целом.

Социальное настроение и социальное самочувствие обладают способностью оказы-

вать ответное воздействие на порождающую его социальную среду через действия субъекта, направленные на преобразование текущей ситуации. Изменяя существующее социальное положение в соответствии со своими ценностными ориентациями, интересами и социальными предпочтениями, субъект изменяется сам. При этом влияние социального настроения на личность или социальную группу может быть двояким: как стимулирующим творческую инициативу, так и тормозящим и парализующим ее.

Показательным в этом плане может стать опыт российской модернизации конца XIX - начала ХХ вв., сопровождавшейся периодическими всплесками протестных настроений, стачечно-забастовочным движением и революционными взрывами. В нем ярко выразилось колоссальное влияние на ход и результаты модернизации как позитивного, так и негативного восприятия широкими слоями населения вызванных модернизацией изменений в социально-экономической сфере.

Особый интерес в этой связи представляет изучение характера и динамики социальных настроений и социального самочувствия населения в контексте вызванных модернизацией социальных перемен на юге Российской империи, где в период экономической модернизации конца Х1Х - начала ХХ вв. возник мощный угольно-металлургический промышленный комплекс с большим количеством рабочих, принимавших, несмотря на относительно высокий уровень своего материального благосостояния, активное участие в революционных выступлениях и стачечно-забастовочном движении.

Существующие в современной социологии методики изучения социального настроения и социального самочувствия предполагают проведение опросов различных групп населения на предмет их удовлетворенности текущей социально-экономической ситуацией и своим материальным положением [19].

Однако применение метода непосредственного опроса респондентов в контексте исторического исследования социального настроения и самочувствия населения в период модернизационных трансформаций, происходивших в конце XIX - начале ХХ веков на юге России, является неосуществимым. В этой связи первостепенным представляется выделение блока исторических источников, содержащих информацию о представлениях и оценочных суждениях социальных субъектов того

времени относительно складывающейся новой социальной среды и их места в ней, а также об их ценностных установках, мнениях и социальных ожиданиях. В качестве таковых можно рассматривать исторические источники личного происхождения: письма, жалобы, заявления, а также материалы обследований, например, интервью. Особенно ценными в плане информативности относительно характера и содержания социальных настроений и социального самочувствия представляются требования, высказываемые протестующими в ходе митингов, стачек, забастовок.

Применение в контексте конкретно-исторического исследования процесса модернизации юга России конца XIX - начала ХХ вв. понятий социального настроения и социального самочувствия позволит создать такую его теоретическую модель, которая в равной степени будет отражать как объективные социально-экономические, так и субъективные социокультурные и идеологические его составляющие.

Представляется также несомненным, что широкое и всестороннее изучение характера и динамики социального настроения и социального самочувствия населения в период экономической модернизации и связанного с ней социального развития юга России конца XIX - начала ХХ вв. поможет расширить сложившуюся к настоящему моменту сумму научных знаний относительно природы и движущих сил данных процессов, определить причины приятия или неприятия населением возникших в результате модернизации социальных изменений, более подробно и обстоятельно раскрыть причины широкого протестного движения среди южнорусских рабочих в период революции 1905 - 1907 гг. и его последующего спада в канун Первой мировой войны.

ЛИТЕРАТУРА

1. См.: Проскурякова Н.А. Модернизация России XIX века // История России: теоретические проблемы. М.: Институт российской истории РАН, 2013. С. 310-314.

2. Алексеева Е.В. Объяснение российской истории с помощью теории модернизации: pro et contra // Уральский исторический вестник. 2001. № 7. С. 108-141.

3. Штомпка П. Модернизация как социальное становление (10 тезисов по модернизации) // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. 2013. № 6. С. 119 - 122.

4. Миронов Б.Н. Благосостояние населения и революция в имперской России. М.: Новый Хронограф, 2010. 898 c.

5. Хачецуков З.М. Социальный комфорт в контексте трансформационных процессов в структуре современной российской повседневности // Вестник МГИМО-Университет. 2013. № 2. С. 214-218.

6. Diener E., Diener M., Diener C. Factors predicting the subjective well-being of nations // J. of Personality and Social Psychology. 1995. Vol. 69. P. 851-864.

7. Cambell F. The Sense of Well-Being in America. Recent patterns and Trends. N.Y.: McGraw Hill, 2011. XII. 264 p.

8. Andrews F.M., Withey S.B. Social indicators of well-being: America's perception of life quality. NY, 1976. 234 p.

9. Поршнев Б.Д. Социальная психология и история. М.: Просвещение, 1979. 118 с. С. 11.

10. Тощенко Ж.Т. Социальное настроение - феномен современной социологической теории и практики // Социологические исследования. 1998. № 1. С. 21-34.

11. Харченко С.В. Социальное настроение: сущность, тенденции и особенности функционирования: Автореф. дис. ... д-ра соц. наук. М., 1995. С. 8.

12. Яценко И.Н. Социальное настроение и самочувствие населения малого северного города: социологический анализ. Автореф. дис. ... канд. соц. наук. Екатеринбург, 2006. 164 с.

13. Мореев М.В., Каминский В.С. Социальное настроение: факторы формирования и территориальные особенности // Проблемы развития территории. 2014. № 4. Т. 4. С. 48-65.

14. Чугуенко В.М., Бобкова Е.М. Новые тенденции в исследовании социального самочувствия населения // Социологические исследования. 2013. № 1. С. 15-23.

15. Русалинова А.А. Социальное самочувствие человека в современном мире как научная проблема // Вестник СпбГУ 1994. Сер. 6. Вып. 1. С. 49-61.

16. Куликов Л.В. Детерминанты удовлетворенности жизнью // Общество и политика / Под ред. В.Ю. Большакова. СПб.: СпбГУ, 2000. С. 476-510.

17. Петрова Л.Е. Социальное самочувствие молодежи // Социологические исследования. 2000. № 12. С. 50-55.

18. Крупец Я.Н. Социальное самочувствие как интегральный показатель адаптированности // Социологические исследования. 2003. № 4. С. 143-149.

19. См. подробно: Морев М.В., Каминский С.В. Методологические особенности изучения социальных настроений на региональном уровне // Проблемы развития территории. 2013. № 5. С. 96-103.

REFERENCE

1. Proskuryakova N.A. Modernizatiya Rossii 19 veka [Modernization of Russia in the 19th century]. In: Istoria Rossii: teoreticheskie problem [History of Russia: theoretical problems]. Moscow, Russian Academy of Sciences, Institute of Russian history, 2013, pp. 310-351.

2. Alekseeva E. V. Ural'skiy istoricheskiy vestnik, 2001, no. 7, pp. 108-141.

3. Shtompka P. Ekonomicheskie i social'nie peremeny: fakty, tendencii, prognoz, 2013, no 6 (30), pp. 119-126.

4. Mironov B.N. Blagosostoyanie naseleniya i revolutii v imperskoy Rossii [Social welfare and revolutions in the imperial Russia]. Moscow, Novyi Hronograf, 2013, Ch. XII, 897 p., p. 661-662.

5. Khatchezukov Z.M. Vestnik MGIMO-Universitet, 2013, no. 2, pp. 214-218.

6. Diener E., Diener M., Diener J. of Personality and Social Psychology, 1995, vol. 69, pp. 851-864.

7. Cambell F. The Sense of Well-Being in America. Recent patterns and Trends. N.Y., McGraw Hill, 2011. XII, 264 p.;

8. Andrews F.M., Withey S.B. Social indicators of well-being: America's perception of life quality. New York, 1976, 234 p.

9. Porshnev B.D. Socialnaya psihologiya i istoriya [Social psychology and history]. Moscow, Prosveshenie, 1979, 232 p., p. 11.

10. Toshenko G. T. Sociologicheskie issledovaniya, 1998, no. 1, pp. 21-34.

11. Harchenko S. V. Socialnoe nastroenie: sushnost, tendencii i osobennosti funkcionirovaniya: dis. ... na soisk uch. st. dok. sots nauk [Social mood: essence, tendency and features of function: Ph. D. in

Sociological Dissertation Abstract]. Moscow, 1995, 319 p., p. 8.

12. Yacenko I.N. Socialnoe nastroenie i samochuvstvie naselenia malogo severnogo goroda: dis. ... na soisk. uch. st. cand. sots. nauk [Social Mood and Well-being of Small North Town population: Ph. D. in Sociological Dissertation Abstract]. Ekaterinburg, 2006, 164 p.

13. Morev M.V., Kaminskiy S.V. Problemy razvitiya territorii, 2014, vol. 4, no. 4, pp. 48-63.

14. Chuguenko V.M., Bobkova E.M. Sociologicheskie issledovaniya, 2013, no. 1, pp. 15-23.

15. Rusalinova А.А. Vestnik SPbGU, 1994, no. 1, pp. 49-61.

16. Kulikov L.V. Determinanty udovletvorennostiy ghizniu [Determiners of Life Satisfaction]. In: Obshestvo i politika. Ed. by V.U. Bolshakov. St. Petersburg, St. Petersburg State Univ. Press, 2000, pp. 476-510.

17. Petrova L.E. Sociologicheskie issledovaniya, 2000. no. 12, pp. 50-55.

18. Krupetc Y.N. Sociologicheskie issledovaniya, 2003, no. 4, pp. 143-149.

19. Morev M.V., Kaminskiy S.V. Problemy razvitiya territorii, 2013, no. 5, pp. 96-103.

16 февраля 2016 г.

УДК 304.44+304.9+316.643.3

ЛИБЕРАЛИЗМ VS. КОНСЕРВАТИЗМ: ГЕНДЕРНЫЕ КОНТРОВЕРЗЫ ОБ ИДЕАЛЬНЫХ СЕМЕЙНЫХ ОТНОШЕНИЯХ

Д.В. Воронцов, И.И. Дроздова

DOI 10.18522/2072-0181-2016-85-1-43-49

В течение последних нескольких лет риторика возрождения и поддержки на *глобальном уровне консервативного социального порядка легла в основу государственной идеологии и стала одной из приоритетных целей внешней и внутренней политики современной России [1]. Краеугольным камнем консервативного дис-

Воронцов Дмитрий Владимирович - кандидат психологических наук, доцент кафедры социальной психологии и психологии личности Южного федерального университета, 344038, г. Ростов-на-Дону, пр. М. Нагибина, 13, e-mail: dmvorontsov@sfedu.ru, тел. (863)2184000 (доб. 11-620);

Дроздова Ирина Ивановна - кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии образования Южного федерального университета. 344038, г. Ростов-на-Дону, пр. М. Нагибина, 13, e-mail: iidrozdova@sfedu. ru, тел. (863)2184000 (доб. 11-645).

курса выступает концепт института семьи, который рассматривается в качестве основного транслятора фундаментальных ценностей общества.**В настоящее время этот социальный институт испытывает целый ряд циви-лизационных воздействий, рисков и вызовов со стороны глобализации, информационно-коммуникативной, сексуальной и иных рево-

Dmitry Vorontsov - Southern Federal University, 13 M. Nagibin Avenue, Rostov-on-Don, 344038, e-mail: dmvorontsov@sfedu.ru, tel. +7(863)2184000 (aux. 11-620).

Irina Drozdova - Southern Federal University, 13 M. Nagibin Avenue, Rostov-on-Don, 344038, e-mail: iidrozdova@sfedu.ru, tel. +7(863)2184000 (aux. 11-645).