Производство по делу дознания в сокращенной форме: прогнозы и суждения

условно, волнует всех присутствующих. Это создание единого самостоятельного следственного ведомства в Российской Федерации.

Напомню, что ожесточенные споры по данному вопросу продолжаются уже не одно десятилетие. Не обошлось без его обсуждения и на форумах, подобных тому, который мы проводим сегодня. Некоторые из присутствующих наверняка помнят апрельские дни 1993 г., наш 30-летний юбилей, когда в первом чтении уже был принят Верховным Советом РСФСР проект закона «О Следственном комитете».

Однако, не следует думать, что такое решение может быть принято в одночасье, без учета сложившейся социально-экономической и криминальной ситуации, без глубокой правовой и организационной его проработки. В ходе рассмотрения данного вопроса на Совете Безопасности Российской Федерации предложено продолжить разработку общих подходов к совершенствованию следственной ра-

боты в интересах качества предварительного следствия и раскрываемости преступлений. Они будут включать, в первую очередь, совершенствование УК и УПК для укрепления наиболее важных направлений следственной работы, усиление материально-технического обеспечения, повышение эффективности деятельности органа дознания.

Поэтому, уважаемые товарищи ученые, преподаватели и слушатели, хочу предостеречь вас от панических настроений, а также напомнить, что все мы правоприменители и, следовательно, должны выполнять свои обязанности в рамках имеющегося правового поля. Мы не вправе допустить сбоев механизма уголовного судопроизводства.

В заключение хочу поздравить весь профессорско-преподавательский состав с праздником и пожелать всего самого доброго, здоровья и счастья, успехов в нелегком, но очень важном труде. Ведь именно Вы воспитали не одно поколение следователей органов внутренних дел.

ПРОИЗВОДСТВО ПО ДЕЛУ ДОЗНАНИЯ В СОКРАЩЕННОЙ ФОРМЕ: ПРОГНОЗЫ И СУЖДЕНИЯ

С.И. ГИРЬКО

начальник ВНИИ МВД России Заслуженный деятель науки РФ, доктор юридических наук, профессор

Аннотация. Анализируются вопросы правового регулирования процедуры производства дознания в сокращенной форме. Автор, поддерживая в целом позицию законодателя, указывает на несовершенство отдельных положений уголовно-процессуального закона, применение которых может существенно снизить эффективность расследования в упрощенной форме.

Ключевые слова: дознание, дознание в сокращенной форме, неотложные следственные действия, доказательства.

EXECUTION OF THE CONTRACTED FORM OF INQUIRY IN A CRIMINAL CASE: PROGNOSES AND OPINIONS

S.I. GIRKO

head of the Research Institute of Russia's Ministry of Internal Affairs, distinguished scientist of the Russian Federation, Doctor of Science (Law), professor

Annotation. The article gives an analysis of the legal mechanisms of contracted form of inquiry. Supporting the position of the legislators, the author points out the imperfect nature of certain provisions of the criminal procedure legislation, the application of which can seriously affect the effectiveness of the investigation in a simplified form. Key words: inquiry, contracted form of inquiry, urgent investigative actions, evidence.

Итак, 4 марта т.г. Президентом Российской Федерации В.В. Путиным подписан Федеральный закон «О внесении изменений в статьи 62 и 303 Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» — № 23-ФЗ, который вступил в действие 15 марта 2013 г.. Указанным законодательным актом значительно унифицировано досудебное производство, но самое главное, в кодекс включена новая глава — 32.1. — дознание в сокращенной форме.

По сути, в уголовном судопроизводстве восстановлена процессуальная форма унифицированного досудебного производства; как таковое дознание — основной «процессуальный инструмент» осуществления полицией своих процессуальных полномочий.

В уголовно-процессуальном праве Российской Федерации произошло событие, которого ожидали практические сотрудники полиции и других исполнительных органов государственной власти, которым предоставлены полномочия по производству дознания, приближали ученые, мотивируя необходимость подобного шага законодателя, исследуя отечественную и зарубежную практику процессуальной деятельности полицейских организаций, выделяя общие черты указанного правового института в законодательстве Российской Империи и развитых стран англо-саксонской и континентальной систем права, выделяя во всем этом некие «международные стандарты».

В число специалистов, активно разрабатывающих институт унифицированного досудебного производства, входил и автор настоящего иссле-дования1, который на протяжении последних лет настойчиво и последовательно убеждал коллег по научному цеху, практиков, работающих по производству дознания, в том, что оптимизация и унификация досудебного производства, возвращение в уголовный процесс России института ускоренного производства по определенной, но массовой категории уголовных дел, достижение режима процессуальной экономии на начальной стадии судопроизводства, является неизбежной и жизненно необходимой потребностью современности.

Действительно, наличие в российском законодательстве ускоренной и упрощенной процессуальной формы подготовки материалов для последующего рассмотрения судом по делам с несложной конструкцией состава преступления, совершенных

в условиях очевидности, свободных от иных усложняющих элементов, совершенно обоснованно различными соображениями и, прежде всего, требованиями процессуальной экономии.

В своих трудах автором обосновывалась необходимость упрощения системы доказательств и процесса доказывания по определенной категории дел, которые законодатель посчитает целесообразным отнести к категории тех, которые могут рассматриваться в формате ускоренного производства. Нами и сейчас отстаивается точка зрения о том, что формальное расследование — предварительное следствие и дознание в общем порядке, с одной стороны, и, дознание в сокращенной форме, с другой, должны иметь уникальные, характерные только для самих себя системы доказывания. Причем, источники доказательств в одном и другом случае могут быть внешне тождественными, но в условиях сокращенной формы они обязательно должны быть упрощенными.

Напомним, что в 2007 г. ВНИИ МВД России было завершено фундаментальное исследование по теме ускоренного досудебного производства, по результатам которого была выработана модель такой уголовно-процессуальной формы. В своем докладе на одной из предыдущих конференций в Академии управления МВД России автор подробно докладывал об особенностях разработанной модели.

Сегодня, когда принят 23-ФЗ, можно проанализировать ситуацию с ускоренным досудебным производством, взяв за основу ту модель, которую поддержал законодатель.

Безусловно, в общих чертах модель, подготовленная ВНИИ, и дознание в сокращенной форме, закрепленное в 23-ФЗ, во многом совпадают.

Хотелось бы указать на некоторые, основные реперные точки разработанной ВНИИ МВД России модели такого производства, которые нами выделя-лились2.

Представлялось, что возможность сокращенного производства должна была быть предусмотрена по всем очевидным преступлениям небольшой и средней тяжести, за которые предусмотрено максимальное наказание не свыше 5 лет лишения свободы либо более мягкое.

Одним из условий применения сокращенного производства также должно было стать отсутствие обстоятельств, указывающих на невозможность его окончания в короткий срок. Кроме сложностей в до-

казывании такими обстоятельствами могли являться: большое число потерпевших или свидетелей, необходимость производства длительных ревизий, экспертиз и т.д.

Мы считали, что нужно было бы ввести большее число средств доказывания, менее сложных по процедуре фиксации. Этим могли бы определиться не только ускоренный, но и упрощенный характер производства, сформироваться особенная, присущая имманентно только этой процессуальной форме система доказывания.

Следующим условием применения ускоренного сокращенного производства, по нашему мнению, могло бы являться отсутствие обстоятельств, указывающих на необходимость применения мер процессуального принуждения.

Мы считали, что дела этой категории могли бы возбуждаться путем письменного поручения начальника органа дознания произвести досудебную подготовку в сокращенной форме. Это, кстати, соответствовало бы отечественному опыту, когда осуществлялось «начатие уголовного судопроизводства» с момента подачи заявления.

Срок сокращенного производства, на наш взгляд, должен был бы составлять не более 15 дней. Как показывали проводившиеся ранее исследования, в основном соблюдался и 10-дневный срок протокольного производства, однако 15-дневный представлялся нам все же более реальным, с учетом процедур, находящихся за пределами непосредственного расследования.

Необходимо заметить, что в плане расширения средств доказывания на стадии возбуждения уголовного дела законодатель пошел даже дальше самых смелых прогнозов, в том числе и наших.

Так, в соответствии с 23-ФЗ и измененной ч. 1 ст. 144 УПК при проверке сообщения о преступлении субъектам расследования предоставлено не только право получать объяснения и истребовать документы и предметы, но и получать образцы для сравнительного исследования, назначать судебную экспертизу, принимать участие в ее производстве и даже получать заключение эксперта в разумный срок.

Кроме того, в ч. 1.2. той же статьи говорится о том, что полученные в ходе проверки сообщения о преступлении сведения могут быть использованы в качестве доказательств, при условии соблюдения положений ст.ст. 75 и 89 настоящего Кодекса (УПК

РФ — авт.), в которых, как известно, речь идет о недопустимости доказательств и использовании в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности.

По существу, законодатель примирил две группы ученых — сторонников и противников допуска на стадии возбуждения уголовного дела отдельных следственных действий и, прежде всего, экспертиз. Принятым законом в этом смысле сняты все ограничения. Будет ли этот шаг полезным для уголовного судопроизводства сможет показать только практика.

Что же касается системы доказывания в условиях дознания в сокращенной форме, то и здесь законодатель ввел максимально допустимый режим упрощения.

Так, в ч. 1 ст. 226.5 УПК законодатель четко сформулировал предмет доказывания по делам, по которым осуществляется дознание в сокращенной форме, — «доказательства по уголовному делу собираются в объеме, достаточном для установления события преступления, характера и размера причиненного им вреда, а также виновности лица в совершении преступления», а ч. 2 этой же нормы дополняет систему доказывания объемом доказывания — «дознаватель обязан произвести только те следственные и иные процессуальные действия, непроизводство которых может повлечь за собой невосполнимую утрату следов преступлений и иных доказательств».

Упрощение процессуального производства в формате дознания в сокращенной форме заключается в том, что согласно ч. 3 ст. 226.5 УПК «дознаватель вправе: 1) не проверять доказательства, если они не были оспорены подозреваемым, его защитником, потерпевшим или его представителем; 2) не допрашивать лиц, от которых в ходе проверки сообщения о преступлении были получены объяснения, за исключением случаев, если необходимо установить дополнительные, имеющие значение для уголовного дела фактические обстоятельства, сведения о которых не содержатся в материалах проверки сообщения о преступлении, либо необходимо проверить доказательства, достоверность которых оспорена подозреваемым, его защитником, потерпевшим его представителем; 3) не назначать судебную экспертизу по вопросам, ответы на которые содержатся в заключении специалиста по результатам исследования, проведенного в ходе проверки сообщения о преступлении, за исключением следующих

случаев: а) необходимость установления по уголовному делу дополнительных, имеющих значение для уголовного дела фактических обстоятельств; б) необходимость проверки выводов специалистов, достоверность которых поставлена под сомнение подозреваемым, его защитником, потерпевшим или его представителем; в) наличие предусмотренных ст. 196 настоящего Кодекса оснований для обязательного назначения судебной экспертизы; 4) не производить иные следственные и процессуальные действия, направленные на установление фактических обстоятельств, сведения о которых содержатся в материалах проверки сообщения о преступлении, если такие сведения отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам настоящим Кодексом».

Не вдаваясь в детали, можно утверждать, что законодатель поддержал высказанную в научной литературе идею — двигаться по пути формирования уникальной системы доказывания для дознания в сокращенной форме. Естественно, произошло некоторое смешение средств доказывания, используемых в системе доказывания при проведении предварительного расследования, имеющего в своем арсенале и дознание в общем порядке, и тех источников, которые современным УПК и 23-ФЗ допущены для использования при осуществлении дознания в сокращенной форме.

Говоря откровенно, в действительности трудно было ожидать однозначного разделения средств доказывания, используемых в одних процессуальных формах от таких же источников фактических данных, применяемых в других. Типичные на первоначальном этапе следственные действия, такие как осмотр места происшествия, освидетельствование, изъятие образцов для сравнительного исследования, а также некоторые другие, производство которых требуется для незамедлительного закрепления, изъятия и исследования доказательств, относятся к понятию неотложных и, по нашему мнению, обоснованно могут использоваться в формате любой из процессуальных форм досудебного производства.

Говоря о неотложных следственных действиях, необходимо отметить, что еще недавно категория таких процессуальных мер была четко очерчена и регламентирована. Так, в ст. 119 УПК РСФСР устанавливался исчерпывающий перечень неотложных следственных действий, к числу которых были отне-

сены: осмотр, обыск, выемка, освидетельствование, задержание и допрос подозреваемых, допрос потерпевших и свидетелей. В отличие от вышеуказанного правила, регламентированного в УПК Российской Федерации, виды неотложных следственных действий соответствующим перечнем не ограничены, исходя из чего, с учетом конкретной следственной ситуации, субъект расследования сам определяет, какие из установленных уголовно-процессуальным законом следственных действий он считает неотложными, руководствуясь при этом критериями неотложности, содержащимися в п. 19 ст. 5 УПК.

Представляется, что и в сложившейся ситуации, определяя границы тех следственных и процессуальных действий, производство которых допустимо в условиях любой из процессуальных форм расследования, необходимо руководствоваться критерием неотложности.

Если говорить об условиях применения унифицированной формы, предложенных в модели, разработанной ВНИИ МВД России, то они во многом совпадают с основаниями производства дознания в сокращенной форме, содержащимися в ст.ст. 226.1 и 226.2 гл. 32.1 УПК, введенными в действие ФЗ-23.

К таковым, в частности, относятся: возбуждение уголовного дела в отношении конкретного лица; категория уголовных дел, по которым допускается ускоренное производство; очевидность совершения преступления конкретным лицом и признание таким лицом своей вины; отсутствие обстоятельств, препятствующих ускоренному производству: несовершеннолетний возраст подозреваемого, необходимость применения к нему принудительных мер медицинского характера, невладение подозреваемым языком, на котором ведется судопроизводство, согласие подозреваемого на производство в ускоренном порядке.

В целом, предложенная в ФЗ-23 модель дознания в сокращенной форме вполне отражает ту потребность, которую ожидают от нее практики, давно нуждающиеся в инструментарии, который бы позволял достаточно оперативно обеспечивать досудебное производство по массовой категории уголовных дел и, тем самым, обеспечивать режим процессуальной экономии.

Между тем, хотелось бы высказать свои опасения по ряду новелл, введенных в действие анализируемым Федеральным законом.

Напомним, что в соответствии положениями ч. 2 ст. 226.1. УПК «дознание в сокращенной форме производится на основании ходатайства подозреваемого о производстве по уголовному делу дознания в сокращенной форме...».

Причем это правоустанавливающее положение проходит красной нитью через всю гл. 32.1 УПК.

При этом дознаватель в соответствии с ч. 1 ст. 226.4. УПК «до начала первого допроса разъясняет подозреваемому право ходатайствовать о производстве дознания в сокращенной форме, порядок и правовые последствия производства дознания в сокращенной форме, о чем в протоколе допроса делается соответствующая отметка».

Возникает справедливый вопрос — а, собственно, почему подозреваемый должен быть заинтересован в производстве дознания в сокращенной форме? В чем сокрыт его интерес в том, чтобы побыстрее стать предметом судебного разбирательства и также побыстрее стать осужденным?

Вот, к примеру, у органа дознания, дознавателя, полиции в целом такой интерес более чем очевиден: оперативнее оформить материалы уголовного дела по совершенному в условиях очевидности, с несложной конструкцией состава и небольшой степенью тяжести общественно-опасных последствий преступлению и заняться следующим, тем самым «перемалывая» избыточную нагрузку по осуществлению процессуальных полномочий.

В определенной степени ответ на этот вопрос — о мотивации действий подозреваемого, ходатайствующего о производстве дознания в сокращенной форме, находим в ч. 6 ст. 226.9. УПК, где говорится о том, что при постановлении обвинительного приговора по уголовному делу, дознание по которому производилось в сокращенной форме, назначенное подсудимому наказание не может превышать одну вторую максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

Логика авторов узаконенной модели, вероятно, такова - если подозреваемый признался в совершении преступления, совершенного в условиях очевидности, и хочет получить половину срока из санкции по статье УК, он должен быть заинтересован в том, чтобы дознание по его уголовному делу было произведено в сокращенной форме.

Хотелось бы получить ответ еще на один вопрос — а, собственно, почему вопрос о выборе

формы процессуального производства должен ставиться в зависимость от желания преступника «скостить» себе срок? Да еще наполовину!

По нашему глубокому убеждению выбор процессуальной формы может зависеть только от двух обстоятельств: во-первых, тяжести преступления и, соответственно, категории уголовного дела, подследственности, органа расследования, субъекта принятия процессуального решения; во-вторых, наличия или отсутствия узаконенных условий (обстоятельств), допускающих или исключающих по конкретному делу производство в сокращенной форме. Но в любом случае, как представляется, решение о форме дознания должно быть оставлено за УПК и лицом, производящим дознание. Переложение принятия указанного процессуального решения (фактически, а не номинально) на подозреваемого является ошибкой. Последствия ее сегодня просчитываются трудно, но практика достаточно быстро ее обнаружит.

Еще одна новелла, введенная в УПК принятым Федеральным законом, которую необходимо осветить — это ситуация с процессом и пределами доказывания в формате дознания в сокращенной форме.

С одной стороны законодатель, как мы уже упоминали выше, разрешил в ч. 1.2. ст. 144 УПК использование в качестве доказательств сведений, полученных в ходе проверки сообщения.

С другой, он в ч. 3 ст. 226.5. УПК разрешил не проверять., не допрашивать., не назначать., не проводить.

В третьих, в ч. 3 ст. 226.2. УПК он предоставил право подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему и его представителю заявить ходатайство о прекращении дознания в сокращенной форме и о продолжении производства дознания в общем порядке в любое время.

Представим ситуацию, что ходатайство о производстве дознания в сокращенной форме является частью тактики подозреваемого и его защитника. В этом случае расчет делается на то, что дознаватель, поверив в благие намерения, опираясь на признание подозреваемого, из рук вон плохо осуществил дознание в сокращенной форме, не проверял., не допрашивал., не назначал., не проводил. А когда подозреваемый убедился в том, что доказательственная информация окончательно утрачена и не может быть восполнена, он заявил ходатайство о производстве дознания в общем порядке.

Нет сомнений в том, что в этом случае, а он вполне типичен, уголовное дело судебной перспективы иметь не будет, а лицо, совершившее преступление, уйдет от уголовной ответственности.

Кто-то может сказать, что приведенная нами ситуация надумана. Вполне возможно, что опасения, высказанные автором, на практике останутся только опасениями. Но если прогнозы подтвердятся и введенные в УПК новеллы окажутся ошибочными, то они будут требовать оперативного устранения.

Возможно и то, что наши опасения не подтвердятся.

Но точно ответить на поставленные вопросы сможет только практика производства в ускоренной форме. Необходимо организовать системный мониторинг реализации положений Федерального закона и оперативно вносить в него корректировки, если это потребуется.

1 Гирько С.И. Дознание как таковое: наступило время конкретных шагов. Ученые-криминалисты и их роль в совершенствовании научных основ уголовного судопроизводства: Матер.вузов.юбил.науч.-прак.конф.(к 85-летию со дня рождения Р.С. Белкина): в 2-х ч. Ч. 2., М.: Академия управления

МВД России, 2007. С. 429—448; Гирько С.И. Ускоренное досудебное производство. Что надо делать? Россия: перспективы развития. Научные труды ИМПЭ им. А.С. Грибоедова. Выпуск 2007 . М.: Институт международного права и экономики имени А.С. Грибоедова, 2007. С. 53—61; Гирько С.И. Модель сокращенного досудебного производства по уголовным делам. Юридический консультант. 2008. № 1. С. 4—11; Гирько С.И. Международные стандарты ускоренного досудебного производства, как собирательный образ практики полицейского дознания. Современные проблемы и тенденции развития уголовного права, криминологии и уголовно-исполнительного права Республики Казахстан: Мат-лы международ.науч.-практ. конф.:в 2-х т. / Отв. Ред.: д-р юрид. наук, проф. С.Е. Еркенов, д-р юрид. наук, проф. И.Ш. Бор-чашвили, заслуженный деятель науки РФ, д-р юрид. наук, проф. Ю.М. Антонян, заслуженный деятель науки РФ, д-р юрид. наук, проф. С.И. Гирько. Т. 1. Караганда: КарЮИ МВД РК им. Баримбека Бейсенова, 2009. С. 186—191; Гирько С.И. Стандарты ускоренного досудебного производства в полицейской практике за рубежом и возможности их имплемента-ции в Российской Федерации. Россия: от реформ к стабильности: Научные труды ИМПЭ им. А.С. Грибоедова. Выпуск 2009. М.: Институт международного права и экономики имени А.С. Грибоедова. 2009. С. 38—51; Гирько С.И., Скударе-ва Н.И. Ускоренная форма досудебного производства: требование времени реформ. Вестник Московского университета МВД России. 2012. № 2. С. 11—16; Гирько С.И. Унифицированное досудебное производство: зеркальное отражение времени реформ. Перспективы развития уголовно-процессуального права и криминалистики (посвящается Н.В. Радутной): материалы 2-й международной научно-практической конференции (Москва, 11—12 апреля 2012 г.). М: ИД «Юриспруденция, 2012. С. 183—187, и др.

2 Гирько С.И. Модель сокращенного досудебного производства по уголовным делам. Юридический консультант. 2008. № 1. С. 4—11.

ОРГАНАМ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО СЛЕДСТВИЯ

В СИСТЕМЕ МВД РОССИИ 50 ЛЕТ: ОСНОВНЫЕ ИТОГИ И ДАЛЬНЕЙШИЕ ШАГИ

И.А. ПОПОВ

Главный научный сотрудник НИЦ № 5 ФГКУ «ВНИИМВД России», Заслуженный юрист РФ, почетный работник МВД России, доктор юридических наук, профессор

Аннотация. Проанализированы этапы создания и реформирования следственных аппаратов министерств внутренних дел СССР и России, эффективность их деятельности, а также мнения ученых и практиков о целесообразности создания единого следственного органа России. Рассмотрены проблемы правового и научно-методического обеспечения деятельности органов предварительного следствия и меры по его совершенствованию.

Ключевые слова: органы предварительного следствия; качество расследования уголовных дел; принципы организации деятельности; процессуальное взаимодействие; научно-консультативный совет.

ORGAN OF THE PRELIMINARY EFFECT IN SYSTEM MVD RUSSIA 50 YEARS:

MAIN TOTALS AND FURTHER STEPS

I.A. POPOV

Chief Scientific Officer SIC number 5 ALL-Russian Research Institute ofMIA Russia, Honored Lawyer of the Russian Federation,

Honorary Worker of the Russian Interior Ministry, Doctor of Law, Professor

Annotation. The Analysed stages of the creation and transformations investigstion device home office USSR and Russia, efficiency to their activity, as well as opinions scientist and practical person about practicability of the making