Мировоззренческие проблемы современной правовой науки в русле процессов преемственности в конституционном праве

А.С. Прудников, К.В. Чувилкин

Прудников Анатолий Семенович — доктор юридических наук, профессор, ученый секретарь ученого совета Московского университета МВД России

Чувилкин Кирилл Владимирович — адъюнкт кафедры конституционного и муниципального права Московского университета МВД России

Мировоззренческие проблемы современной правовой науки в русле процессов преемственности в конституционном праве

Актуальность исследования преемственности конституционного развития российского государства обусловлена незавершенностью отношений власти и общества в современной России, переходным состоянием российской государственности.

Со времени распада СССР и образованием на его территории независимых суверенных государств — бывших союзных республик Советского Союза прошло уже более 20 лет — немалый срок не только для жизни людей, но и для истории конституционного развития любого государства. За данный период в Российской Федерации не завершено реформирование политико-правовой системы в рамках действующей Конституции Российской Федерации от 12 декабря 1993 года, а нескончаемость государственных преобразований воспринимается сегодня как уже вполне естественный процесс, завершения которому не видно в обозримом будущем.

Анализ практики реализации современной российской государственности показывает, что ее следует рассматривать не как уже окончательно сложившуюся в своих базовых характеристиках, а как динамично меняющуюся, эволюционирующую, диалектично трансформирующуюся в соответствии с изменениями в общественных отношениях государственно-правовую систему. Российская Федерация представляет собой не конституционно-оформленную институциональную структуру, а непре-кращающийся процесс поиска собственной идентичности, адекватной реалиям современного мира. В правовом отношении динамике развития российской государственности соответствует частая смена в течение XX века отечественных конституций, довольно быстро в историческом масштабе перестающих адекватно отражать реально сложившиеся отношения.

При этом на всем протяжении отечественной государственной истории весь ход трансформаций в сфере государственно-правового строительства характеризовался известной хаотичностью. Проведение реформ мотивировались, скорее, спонтанными импульсами, нежели чем выверенной стратегией. Отрицание преемственности конституционного развития, неупорядоченная совокупность формулируемых наспех ценностно-целевых установок приводит к неочевидности итогов административной реформы, реформы системы государственной службы, муниципальной реформы, реформы федеративных отношений, реформы органов внутренних дел и т. д. Не удивительно, что практика реализации конституционных и законодательных положений, разрывающих преемственное развитие общества и не соответствующих его реальным потребностям, порождает фиктивность Конституции Российской Федерации, правовой нигилизм, отрицательно сказывается на состоянии законности и правопорядка.

Так, преемственности развития формы российского государства в большей мере соответствует унитарная модель государственного устройства. Следует признать, что схема и порядок государственного устройства в нашей стране не имеют ничего общего с механизмами осуществления федеративного принципа или же конституционного закрепления, воплощенными в зарубежных федерациях. Произошедшие в последние десятилетие изменения государственного устройства оказались настолько глубокими, что все чаще высказываются сомнения в правомерности его идентификации как федеративного. Можно сказать, что в России фактически реализуется проект перевода российской государственности из квазифедеративной в унитарную модель, основанную на широкой законодательной автономии регионов1.

Особенности формы правления, закрепленной в Конституции Российской Федерации, также имеют свои исторические основания. Это, прежде всего, более гибкая, сбалансированная система отношений, чем в классической («чистой») президентской республике. Как показала практика функционирования института президентства в России, российской государственности переходного периода в наибольшей мере соответствует именно выбранная полупрезидентская форма правления.

1 См.: Ким Ю.В. В чем смысл российского федерализма? // Право и политика. — 2008. — № 7. — С. 1559.

306 -----------------------------------------------------------------------------------------

*-*<7 и Юридическая техника. 2011. № 5

При этой форме правления арбитражная роль президента и его доминирование над всеми ветвями власти в наибольшей мере сходна с ролью монарха. В сложный переходный период российской государственности исторически новая полупрезидентская форма республики наилучшим образом учитывает исторические традиции развития института главы государства в России и потребность государства в сильной верховной власти.

Отмечается, что одной из основных функций государства является способность к самовоспроиз-водству и развитию. Эта функция, в свою очередь, напрямую связана преемственным развитием государственности, как важнейшим его свойством.

Понятие преемственности (континуитета) в юридической литературе в основном употребляется в международно-правовом значении. В международном праве континуитет рассматривается применительно к вопросам правопреемства государств, а принцип континуитета международной правосубъектности государств является одним из основных принципов государственного правопреемства. Континуитет рассматривается как непрерывность международной правосубъектности государств при конституционных изменениях как мирного, так и революционного порядка, включая сохранение прав и обязанностей при международном функционировании государства.

Как определено в юридическом энциклопедическом словаре, в международном праве правопреемство государств имеет место при переходе прав и обязанностей от одного государства к другому в связи с возникновением нового государства, вхождением одного государства в состав другого, при разделении государств, их отделении и т. п.1. В основе континуитета естественным образом лежит фактическая непрерывность материальной основы государства и постоянного нахождения населения на данной территории. При всех революционных изменениях государство-преемник, даже формально отказываясь от правопреемства, как это было в Советской Республике после Октябрьской революции 1917 года, все равно вынуждено выполнять основную часть «общих» функций государства в целях обеспечения жизнедеятельности оставшегося ему «в наследство» общества.

Более широкое, общетеоретическое, понятие континуитета, можно сформулировать как непрерывность и преемственность развития государственности, означающее сохранение прав и обязанностей государства-предшественника государством-правопреемником при правопреемстве, как в международных, так и во внутригосударственных отношениях.

Очевидно, что континуитет должен охватывать не только сохранение прав и обязанностей нового государства по отношению к населению, но и наоборот2. Поэтому более полное определение понятия континуитета будет следующим: Континуитет — это непрерывность и преемственность развития государственности, означающее сохранение основных прав и обязанностей государства-предшественника государством-правопреемником при правопреемстве, как в международных отношениях, так и по отношению к своим гражданам, а также сохранение основных прав и обязанностей граждан по отношению к государству-правопреемнику.

Преемственность — важнейшее свойство не только государственности, но и конституционализма. Наличие преемственности в конституционном развитии российского государства в целом является основой для преемственного развития отдельных элементов государственности. Конституционное развитие характеризуется определенной степенью преемственности, которая обусловлена непрерывностью исторического развития государственности. При этом конституции не только закрепляют общественное устройство, но и сами испытывают динамику его развития. Преемственность и непрерывность конституционного развития российской государственности в прошлом веке подвергались угрозе разрыва дважды: в 1917 году и в 1991 году. В конституционном смысле российская государственность после революции 1917 года поэтапно была восстановлена, в том числе, за счет, казалось бы, поначалу отвергнутых революционными изменениями исторически сложившихся и оправдывавших себя государственно-правовых форм, институтов и отношений. Конституция России 1993 года не носит учредительный характер, поскольку она не создала новое государство, однако содержательно она открыла новую эпоху в истории конституционного развития российской государственности.

Преемственность конституционного развития, таким образом, помогает обеспечивать поступательное развитие общества, сохраняя все ценное, что создано опытом предшествующего развития государства: национальную историко-культурную окраску государственности; идею самоопределения наций и равноправия народов; форму правления; государственное устройство. Преемственность конституционно-правового развития заключается в сохранении роли конституции как основного закона государства, обеспечении ее верховенства в системе законодательства, обогащении традиционных конституционных институтов.

1 Юридический энциклопедический словарь / Под ред. А.Я. Сухарева. — М., 1987. — С. 359.

2 И. Кант писал: «Если революция удалась и установлен новый строй, то неправомерность этого начинания не может освободить подданных от обязанности подчиняться в качестве добрых граждан новому порядку вещей».

Прудников А.С., Чувилкин К.В. Мировоззренческие проблемы современной правовой науки...

Исследование преемственности конституционно-правового развития российской государственности необходимо и потому, что ее становление во многом связано с отказом от прежних представлений о государстве. Прежние формы развития Россией были отвергнуты, а попытки механического копирования в России либеральной модели государства западного типа показали за предыдущее десятилетие экспериментального внедрения свою несостоятельность. Между тем не следует забывать, что российская государственность имеет собственную богатейшую более чем тысячелетнюю историю. Одна из основных проблем выстраивания взаимоотношений между властью и обществом заключается в несоответствии существующей, во многом заимствованной, системы институтов государства реальным потребностям общества, его социо-культурным традициям, архетипам общественного сознания. Разработка и последующее принятие Конституции Российской Федерации 12 декабря 1993 года в условиях острого политического кризиса привело к тому, что тысячелетний опыт государственно-правового развития страны оказался неучтенным. В то же время преемственность конституционного развития является важнейшим фактором стабильности и эффективности любого государства. Великобритания гордится восьмивековым парламентом. Испания, понимая важность преемственности, возродила монархию и кортесы. Государства Западной Европы, Япония и даже США бережно чтут традиции, зародившиеся много столетий назад. Конституционное развитие России также подтверждает закономерность — чем органичнее взаимосвязаны исторические и культурные традиции государства с современным политическим и экономическим дизайном, сформированным во многом новыми глобализационными вызовами, тем успешнее государство1. Поэтому обращение к лучшим образцам отечественного опыта (как советского, так и дореволюционного периодов) конституционноправового строительства необходимо для оптимального выбора и формирования собственной, во многом уникальной формы современной российской государственности.

1 См.: Толпегин П.В. Общество и государство в России: пути развития в XXI веке / П.В. Толпегин, Д.А. Максимов // Право и политика. — 2008. — № 12. — С. 2839.

398

Юридическая техника. 2011. № 5