Роль селена, цинка и марганца в патогенезе хронического гастрита и язвенной болезни двенадцатиперстной кишки

РОЛЬ СЕЛЕНА, ЦИНКА И МАРГАНЦА В ПАТОГЕНЕЗЕ ХРОНИЧЕСКОГО ГАСТРИТА И ЯЗВЕННОЙ БОЛЕЗНИ ДВЕНАДЦАТИПЕРСТНОЙ КИШКИ

Л.В. Тарасова,

Республиканский гастроэнтерологический центр БУ «Республиканская клиническая больница», г. Чебоксары

Тарасова Лариса Владимировна - e-mail: tlarisagast18@mail.ru

Исследована концентрация в сыворотке крови селена, цинка и марганца у практически здоровых жителей Чувашской Республики и больных хроническим гастритом и язвенной болезнью двенадцатиперстной кишки. Имеет место сниженное содержание селена, цинка и марганца у практически здоровых жителей республики по сравнению с показателями оптимальной обеспеченности. Концентрации изучаемых микроэлементов в сыворотке крови могут рассматриваться как показатели активности хронического гастрита и оценки тяжести течения язвенной болезни двенадцатиперстной кишки.

Ключевые слова: селен, цинк, марганец, хронический гастрит, язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки.

We aimed to analyze blood serum selenium (Se), zinc (Zn), manganese (Mn) concentrations of practically healthy people of the Chuvash Republic and patients with duodenal ulcer and chronic gastritis.

Decreased content of selenium, zink and manganese of practically healthy people of the republic in comparison with the optimum-scale indices was revealed.

Concentrations of trace elements in blood serum under investigation can be regarded as indices of chronic gastritis activity and as assessment of the run of the duodenal ulcer disease severity. Key words: selenium, zinc, manganese,chronic gastritis ,duodenal ulcer disease.

Согласно современным представлениям, одна из ключевых ролей в патогенезе заболеваний органов пищеварения отводится микроэлементному дисбалансу [1-7]. Большинство исследователей констатируют, что обеспеченность организма микроэлементами находится в прямой зависимости от биогеохимической среды обитания человека и стереотипа питания [8, 9].

Широкомасштабное эпидемиологическое исследование характера питания детского населения Чувашской Республики (2004-2008 гг.) выявило, что геохимический профиль республики отличается несбалансированностью цинка (7п) и дефицитом селена (Бе) и марганца (Мп) [10]. Поскольку эти микроэлементы являются кофакторами основных ферментов антиоксидантной системы (глютатион-пероксидазы и супероксиддисмутазы), их алиментарный дефицит неизбежно приводит к нарушению функционирования системы антиоксидантной защиты [11, 12].

Общепризнаны роль дефицита йода в эндемичных районах в качестве фактора патогенеза заболеваний щитовидной железы и эффективность государственных программ обогащения продуктов питания йодом в качестве метода популяционной профилактики. При этом, несмотря на работы, свидетельствующие о взаимосвязи патогенеза кислотозависимых заболеваний с дефицитом Бе и 7п [13, 14], данные о влиянии популяционного дефицита перечисленных микроэлементов на распространенность, заболеваемость и характер течения хронического гастрита (ХГ) и язвенной болезни (ЯБ) отсутствуют.

Актуальность проведения подобных исследований предопределена возможностью планирования и реализации комплекса региональных мероприятий по улучшению питания населения республики в целом и больных ХГ и ЯБ в частности. Анализ проблемы позволил высказать предположение, что коррекция пищевого дисбаланса микроэлементов может

привести к снижению распространенности ХГ и язвенной болезни двенадцатиперстной кишки (ЯБДК) в Чувашской Республике.

Все вышеизложенное определило цель и задачи настоящего исследования.

Цель исследования: изучить патогенетическую роль микроэлементов (селена, цинка и марганца) при хроническом гастрите и язвенной болезни двенадцатиперстной кишки.

Материалы и методы

В условиях гастроэнтерологического отделения Бюджетного учреждения «Республиканская клиническая

больница» Минздравсоцразвития Чувашии было обследовано 102 больных ХГ и 90 больных ЯБДК.

Контрольные группы составили 100 практически здоровых лиц и 35 практически здоровых жителей г. Чебоксары, в течение одного года ежедневно употреблявших в пищу 100 мкг селена (5 капель сиропа «Астрагал» в сутки).

Клиническое обследование. Проводились оценка симптомов, сбор анамнеза и объективный осмотр больных. Для объективизации болевого синдрома использовался индекс выраженности болевого синдрома (ИВБС).

Оценка степени выраженности клинических симптомов проводилась по шкале Likert: 1) симптом отсутствует; 2) симптом слабо выражен (можно не замечать, если не думать о нем); 3) симптом умеренный (не удается не замечать, но не нарушает дневную активность или сон); 4) симптом сильный (нарушает дневную активность или сон); 5) симптом очень сильный (значительно нарушает/временно делает невозможной дневную активность или сон, требуется отдых).

Самочувствие больных оценивали по визуальноаналоговой шкале (ВАШ), где 0 мм - плохое самочувствие, 100 мм - отличное самочувствие.

Эндоскопическое исследование проводилось по стандартной методике с использованием эндоскопов FG-29P. При ЭГДС осуществляли биопсию слизистой оболочки тела желудка, антрального отдела и ДПК: для морфологического исследования и диагностики H. pylori (быстрый уреазный тест, морфологическое исследование).

Морфологическое исследование биоптатов проводилось при окраске гематоксилин-эозином (по Гимзе). Полуколичественная оценка выраженности воспаления, наличия атрофии, кишечной метаплазии и степени обсеме-ненности H. pylori проводилась в соответствии с визуальноаналоговой шкалой Сиднейской системы (Dixon M.F. et al., 1996).

Суточный рН-мониторинг для оценки секреторной активности тела и антрального отдела желудка проводили с помощью прибора «Гастроскан-ГЭМ» («Исток-система», Россия). Продолжительность и интенсивность дуоденогастрального рефлюкса (ДГР) оценивали по динамике колебаний рН в антральном отделе желудка.

Для серологической диагностики желудочной секреции и совокупной оценки состояния слизистой оболочки желудка, степени ее атрофии в антральном отделе и теле желудка методом иммуноферментного анализа в сыворотке крови определяли уровень гастрина-17, пепсиногена-1, пепсиногена-2. Для определения уровня гастрина-17 использовался набор реактивов компании «BIOHIT» (кат. № 601035),

пепсиногена-1 и пепсиногена-2 - набор реактивов ЗАО «Вектор-Бест» (D-3762 и D-3764).

Количественное определение в сыворотке крови микроэлементов (Se, Zn, Mn) осуществляли методами масс-спектрометрии с индуктивно связанной плазмой (МС - ИСП) и атомно-имиссионной спектрометрией с индуктивно связанной плазмой (АЭС - ИСП) на квадрупольном масс-спектрометре Elan 9000 (Perkin Elmer, США) и атомно-эмиссионном спектрометре Optima 2000 DV (Perkin Elmer, США) в центре биотической медицины (г. Москва) по методу А.В. Скального (лицензия МДКЗ 18097; 77-01-000094). Забор крови больных ХГ и ЯБДК проводили до и через 8 недель после лечения.

Больные ХГ и ЯБДК с выявленной H. pylori получали тройную эрадикационную терапию первой линии (омепразол 40 мг/сутки, амоксициллин 2000 мг/сутки, кларитромицин 1000 мг/сутки). При отрицательном результате тестов на H. pylori назначали лечение в соответствие с типом ХГ.

Результаты и их обсуждение

Содержание Se в сыворотке крови практически здоровых жителей Чувашии (группа контроля) в среднем составило 0,11+0,003 мкг/г, при этом недостаточная обеспеченность этим микроэлементом наблюдалась у 69% обследованных (таблица 1).

Уровень Zn в 67% случаев был ниже оптимальных значений. Среднее содержание марганца в группе контроля составило 0,0035+0,0002 мкг/г. Поскольку критерии оптимальной обеспеченности Mn А.П. Авцыным не установлены, полученное значение использовалось для сравнения между наблюдаемыми группами.

ТАБЛИЦА 1.

Содержание микроэлементов (мкг/г) в сыворотке крови практически здоровых жителей Чувашии и показатели оптимальной обеспеченности

Микроэлемент n M±m Min Max Показатели оптимальной обеспеченности

Se 100 0,11+0,003 0,06 0,2 0,13-0,28

Zn 100 0,78+0,03 0,12 1,81 0,85-1,5

Mn 100 0,0035+0,0002 0,002 0,012 Нет данных

При обследовании 35 человек, в течение одного года принимавших Бе в суточной дозе 100 мкг (препарат «Астрагал»), его концентрация в сыворотке крови в 91,4% случаев находилась в диапазоне оптимальной обеспеченности (0,2+0,01 против 0,11+0,003 в группе контроля, р<0,05). Помимо Бе в диапазоне нормальных значений у них находился и уровень 7п (0,91+0,49 против 0,78+0,03, р<0,05). Концентрация Мп также была достоверно выше по сравнению с контролем (0,005+0,0017 против 0,0035+0,0002, р<0,05). Поскольку данная биологически активная пищевая добавка не содержит значимых для коррекции количеств 7п и Мп, этот факт свидетельствует о взаимодействии и эндогенной регуляции уровня исследуемых микроэлементов в организме.

Таким образом, полученные данные свидетельствуют о дефиците микроэлементов Бе, 7п и Мп в сыворотке крови практически здоровых жителей Чувашской Республики, что напрямую связано с их недостаточным поступлением с пищей.

Уровень Бе (0,15+0,009 против 0,11+0,003, р<0,05) и Ъп (1,84+ 0,26 против 0,78+0,03, р<0,05) в сыворотке крови больных ЯБДК оказался значительно и достоверно выше популяционного уровня (рис. 1). Концентрация Мп у них также была выше, чем в контрольной группе (0,0065+0,0016 против 0,0035+0,0002, р<0,05).

Селен  Контрольная группа РИС. 1.

Концентрация Se и Zn у больных ЯБДК, ХГ и в группе контроля (мкг/г).

Полученные данные, на наш взгляд, свидетельствуют о

выбросе микроэлементов из тканевых депо для обеспечения антиоксидантной защиты слизистой оболочки двенадцатиперстной кишки при обострении ЯБДК.

У больных ХГ уровень Бе в сыворотке крови был ниже популяционного уровня на 10% (0,1+0,0025 против 0,11+0,003, р>0,05), уровень Мп - на 6,1% (0,0033+0,0001 против 0,0035+0,0002, р<0,05). Напротив, концентрация Ъп оказалась выше, чем в контрольной группе, на 12,4% (0,89+ 0,019 против 0,78+0,03, р<0,05).

Низкая концентрация в сыворотке крови Бе и Мп у больных ХГ, вероятно, объясняется сочетанием неадекватного их поступления с пищей вследствие регионального дефицита, а также истощения эндогенных запасов вследствие активации процессов перекисного окисления липидов в слизистой оболочке желудка. Для объяснения этих данных был проведен анализ содержания микроэлементов при трех наиболее распространенных типах ХГ.

Концентрация всех исследуемых микроэлементов в сыворотке крови больных ХНГ оказалась достоверно выше, чем в контрольной группе. Содержание Бе было 0,13+0,003 против 0,11+0,003 (р<0,05); Ъп - 1,12+0,014 против 0,78+0,03 (р<0,05); Мп - 0,004+0,00005 против 0,0035+0,0002 (р<0,05).

Напротив, уровень Бе, Ъп и Мп у больных ХМАГ был достоверно ниже, чем в контрольной группе. Содержание Бе составило 0,083+0,002 против 0,11+0,003 (р<0,05); Ъп -

0,71+0,012 против 0,78+0,03 (р<0,05); Мп - 0,0027+0,00008 против 0,0035+0,0002 (р<0,05).

Следовательно, при активном воспалительном процессе у больных ХНГ, как и при ЯБДК, наблюдается высокая потребность в антиоксидантной защите, для чего происходит мобилизация микроэлементов, являющихся кофакторами антиоксидантной системы. В условиях длительно текущего воспалительного процесса по мере развития атрофии слизистой, по нашему мнению, происходит истощение запасов Бе, Ъп и Мп, что и приводит к их выраженному дефициту у больных ХМАГ.

У больных ХХГ обнаружено снижение концентраций Бе (0,098+0,0035 против 0,11+0,003, р<0,05) и Мп

(0,0031+0,0001 против 0,0035+0,0002, р<0,05) по сравнению с аналогичными показателями в контрольной группе.

Содержания Ъп при данном типе ХГ было выше, чем в контрольной группе (0,9+0,027 против 0,78+0,03, р<0,05), что может свидетельствовать о защитных адаптационных свойствах микроэлемента Ъп, которые крайне важны при постоянном воздействии на слизистую оболочку желудка обладающих детергентными свойствами лизолецитина и желчных кислот, попадающих в желудок в результате дуодено-гастрального рефлюкса.

Кроме того, концентрация Бе у больных без признаков атрофии слизистой оболочки желудка была выше, чем в контрольной группе (рис. 2), что отразило повышенную потребность в микроэлементе, обладающем выраженным антиоксидантным потенциалом и выполняющем кофактор-ные функции в составе глютатионпероксидазы.

0,15

0,05

Выборка популяции В Пациенты с ХМАГ

I Пациенты с ХНГ I Пациенты с ХХГ

РИС. 2.

Концентрация Se в сыворотке крови больных разными типами ХГ и в группе контроля.

Концентрации сывороточных микроэлементов Ъп и Мп также оказались самыми высокими у больных ХНГ, минимальными у пациентов с ХМАГ, средними - при ХХГ (рис. 3 и 4).

Выборка популяции Ш Пациенты с ХНГ

ЙИ Пациенты с ХМАГ  Пациенты с ХХГ

РИС. 3.

Концентрация Zn в сыворотке крови больных разными типами ХГ и в группе контроля.

Выборка популяции В Пациенты с ХМАГ

I Пациенты с ХНГ I Пациенты с ХХГ

РИС. 4.

Концентрация Mn в сыворотке крови больных разными типами ХГ и в группе контроля.

Таким образом, в ходе исследования показано, что у больных с разными типами ХГ имело место достоверное отличие содержания Бе, Ъп и Мп в сыворотке крови. Так, минимальный уровень микроэлементов был зафиксирован в сыворотке пациентов с ХМАГ, средний - с ХХГ и самый высокий - с ХНГ. В данном случае концентрации Бе, Ъп и Мп могут выступать в роли показателей адаптационных возможностей организма больного ХГ либо показателей эндогенного перераспределения изучаемых микроэлементов в ответ на воспалительные изменения в слизистой оболочке желудка. Также вероятным является и то, что снижение концентрации Бе в активную фазу ХГ с атрофией эпителия желудочных желёз (ХМАГ и ХХГ) связано с истощением запасов селеновых депо при длительном течении заболевания.

Данные, представленные в таблице 2, свидетельствуют о прямой корреляционной связи между концентрацией Бе, Ъп и Мп в сыворотке крови и интенсивностью болевого и диспепсического синдромов, а также показателем самочувствия больного.

Отмечена умеренная обратная корреляционная зависимость между длительностью анамнеза ХГ и концентрацией микроэлементов.

ТАБЛИЦА 2.

Связь клинических характеристик ХГ и содержания Se, Zn и Mn в сыворотке крови

ТАБЛИЦА 3.

Связь показателей кислотопродукции желудка у больных ХГ и содержания Se, Zn и Mn в сыворотке крови

Примечание: * - фаза обострения; ** - после лечения.

Обнаружена сильная обратная корреляционная связь между содержанием микроэлементов (Бе, Ъп, Мп) и уровнем рН в теле и антральном отделах желудка в фазу обострения ХГ, наиболее выраженная у Бе и Ъп (таблица 3). После лечения ХГ обратная корреляционная связь сохраняется, причем она более выражена для кислотопродукции тела желудка.

Помимо рН-метрии была проведена серологическая неинвазивная оценка желудочной секреции путем опреде-

ления пепсиногена 1 (Рв!), пепсиногена 2 (Рв!!), их соотношения Рв!/РС!! и гастрина 17 (в-17). Отмечена сильная прямая корреляционная связь между Рв! и концентрацией Бе (г = 0,88) и Мп (г = 0,76), умеренная прямая корреляционная связь в-17 с концентрацией Бе (г = 0,55) и сильная обратная корреляционная связь соотношения РвI/РвI! с Бе (г = 0,83). На этом основании можно сделать вывод о том, что при наличии косвенных признаков атрофии СОЖ имеется дефицит Бе и Мп в сыворотке крови и, наоборот, при сохраненной функции желёз желудка концентрация Бе в крови максимальна.

Умеренная прямая корреляционная связь была выявлена между содержанием Ъп в сыворотке крови больных ХХГ и уровнем Рв!! (г = 0,51) и обратная корреляционная связь -между соотношением Р^/РвИ с Бе (г = 0,50), что свидетельствует о снижении концентрации Ъп у пациентов с преобладанием атрофических процессов в антральном отделе желудка, в частности при ХХГ.

Корреляционный анализ не выявил достаточно выраженной зависимости между концентрацией Бе, Ъп и Мп в сыворотке крови и эндоскопическими критериями ХГ.

Обнаружена сильная прямая корреляционная связь между содержанием Бе (г=0,86), Ъп (г=0,85) и Мп (г=0,8) в сыворотке крови и степенью выраженности нейтрофильной инфильтрации слизистой антрального отдела желудка как в фазу обострения ХГ, так и после проведённой терапии.

Корреляционный анализ выявил обратную корреляционную связь между морфологическими признаками атрофии СОЖ и содержанием Бе (г=-0,69), Ъп (г=-0,82) и Мп (г=-0,58). Также наблюдалась обратная связь выраженности дисплазии и концентрации Бе (г=-0,60), Ъп (г=-0,65) и Мп (г=-0,52).

ТАБЛИЦА 4.

Связь обсемененности Н. pylori и выраженности нейтрофильной инфильтрации и содержания Se, Zn и Mn в сыворотке крови

Сравниваемые параметры Se, мкг/г Zn, мкг/г Mn, мкг/г

r р r р r р

Степень обсемененности Н. pylori - концентрация микроэлементов 0,9 <0,05 0,87 <0,05 0,71 >0,05

Активность нейтрофилов (фаза обострения) - концентрация микроэлементов 0,86 <0,05 0,85 <0,05 0,8 <0,05

Концентрация Se в сыворотке крови больных ХГ, ассоциированным с H. pylori, до лечения превышала популяционное

значение (0,13+0,003 против 0,11+0,003, р<0,05), после проведения эрадикационной терапии достоверно уменьшалась (0,123+0,03, р<0,05), но оставалась выше показателя группы контроля.

Содержание Zn в фазу активного хеликобактерного воспаления превышало уровень в контрольной группе (1,12+0,014 против 0,78+0,03, р<0,001). После эрадикации

Н. pylori оно снижалось до 0,92+0,29 мкг/г, при этом оставаясь в диапазоне оптимальных значений обеспеченности.

Концентрация Mn в активную фазу оказалась выше, чем в контрольной группе (0,004+0,00005 против 0,0035+0,0002, р<0,05), после лечения она снижается (0,003+0,001).

Обнаружена сильная прямая корреляционная связь между содержанием микроэлементов Se, Zn и Mn в сыворотке крови и степенью обсемененности Н. pylori, а также

Сравниваемые параметры Se, мкг/г Zn, мкг/г Mn, мкг/г

r р r р r р

Оценка выраженности боли (шкала МкеЛ) - концентрация микроэлементов 0,61 >0,05 0,61 >0,05 0,6 >0,05

Оценка выраженности диспепсии (шкала ИкегЬ) - концентрация микроэлементов 0,63 >0,05 0,6 >0,05 0,57 >0,05

Оценка самочувствия по ВАШ -концентрация микроэлементов 0,8 <0,05 0,82 <0,05 0,67 >0,05

Длительность анамнеза ХГ -концентрация микроэлементов -0,79 <0,05 -0,74 <0,05 -0,59 >0,05

Микро- элемент рН тела желудка

r p r p r p r p

Se-1* -0,91 <0,005 -0,87 <0,005 -0,9 <0,005 -0,3 >0,05

Se-2** -0,81 <0,005 -0,77 <0,005 -0,8 <0,005 -0,22 >0,05

Zn-1 -0,96 <0,005 -0,94 <0,005 -0,95 <0,005 -0,41 <0,005

Zn-2 -0,67 <0,005 -0,8 <0,005 -0,66 <0,005 -0,3 >0,05

Mn-1 -0,78 <0,005 -0,76 <0,005 -0,77 <0,005 -0,28 >0,05

Mn-2 -0,37 >0,05 -0,43 <0,005 -0,36 >0,05 -0,35 >0,05

выраженностью нейтрофильной инфильтрации слизистой антрального отдела желудка (таблица 4).

Таким образом, в фазу активного воспалительного процесса при ХГ, ассоциированном с Н. pylori, происходит повышение уровня Se, Zn и Mn в сыворотке крови, что косвенно отражает повышенную потребность организма в кофакторах антиоксидантной системы.

Обнаружена умеренная прямая корреляционная связь концентрации в сыворотке крови больных ЯБДК микроэлемента Zn с такими распространенными диспепсическими расстройствами, как изжога (r=0,35), тошнота и рвота (r=0,46), а также ИВБС (r=0,51), указывающего на интенсивность боли в эпигастральной области. Кроме того, симптом изжоги умеренно коррелировал с содержанием Mn (r=0,42) в сыворотке крови, а ИВБС - с концентрацией Se (r=0,56) в активную фазу ЯБДК.

В литературе рассматривается неблагоприятное воздействие курения на процесс развития и течения ЯБ [15]. В ходе нашего исследования была выявлена выраженная прямая корреляционная зависимость концентрации в сыворотке крови Zn с курением (r=0,71) среди больных ЯБДК. Корреляции фактора курения у пациентов с ЯБДК и концентрации Se и Mn в сыворотке крови в ходе исследования не обнаружено.

При выявлении корреляции лабораторных параметров наблюдали умеренно выраженную связь между концентрацией Se и показателем скорости оседания эритроцитов (r=0,4), а также выраженностью лейкоцитоза в сыворотке крови при обострении ЯБДК. Этот феномен подчеркивает взаимосвязь подъема концентрации Se в сыворотке крови у больных ЯБДК с выраженностью бактериального воспаления в слизистой ДПК.

Выявлена прямая умеренная корреляционная зависимость между концентрацией в сыворотке крови Se и количеством язвенных дефектов в луковице ДПК (r=0,33), диаметром язвенного дефекта (r=0,30), а также его глубиной (r=0,45). При включении в анализ только больных с высоким уровнем Se (более 0,28 мкг/г) наблюдалась высокая прямая корреляция содержания этого микроэлемента с количеством язвенных дефектов в луковице ДПК (r=0,77), глубиной дефекта (r=0,77) и наличием осложнений (r=0,69), что указывает на связь концентрации Se с активностью и остротой течения ЯБДК. Обратная высокая корреляционная связь обнаружена между максимальным содержанием Se в сыворотке крови и наличием рубцовой деформации луковицы ДПК (r=-0,77).

Концентрация Zn в сыворотке крови находилась в умеренной прямой корреляционной связи с количеством язвенных дефектов (r=0,31), их диаметром (r=0,43) и глубиной (r=0,37). При анализе только максимальных значений Zn (более 1,5 мкг/г) выраженность связи с количеством (r=0,65) и глубиной дефектов (r=0,55) возрастала. Кроме того, была выявлена сильная прямая корреляционная связь между концентрацией Zn и степенью инфицированности H. pylori (r=0,64) и обратная - эндоскопическим признаком ремиссии ЯБДК (наличием рубца в ДПК) (r=-0,77).

Связь концентрации Mn с клинико-эндоскопическими признаками ЯБДК не наблюдалась.

Выявлена сильная обратная корреляционная связь концентрации микроэлементов (Se, Zn, Mn) в сыворотке крови

и уровня рН в антральном отделе желудка и луковице ДПК в

фазу обострения ЯБДК (таблица 5). После лечения эта связь сохранялась.

ТАБЛИЦА 5.

Связь показателей кислотопродукции желудка у больных ЯБДК и содержания Se, Zn и Mn в сыворотке крови

Микро- элемент рН антрального отдела

r p r p r p r p

Se-1* -0,95 <0,005 -0,9 <0,005 -0,87 <0,005 -0,89 <005

Se-2** -0,83 <0,005 -0,79 <0,005 -0,8 <0,005 -0,76 <0,005

Zn-1 -0,99 <0,005 -0,95 <0,005 -0,96 <0,005 -0,82 <0,005

Zn-2 -0,77 <0,005 -0,8 <0,005 -0,75 <0,005 -0,6 <0,05

Mn-1 -0,88 <0,005 -0,79 <0,005 -0,74 <0,005 -0,62 <0,05

Mn-2 -0,64 <0,05 -0,53 <0,05 -0,55 >0,05 -0,45 >0,05

Примечание: * - фаза обострения; ** - после лечения.

Таким образом, концентрации Se и Zn в сыворотке крови косвенно отражают активность течения ЯБДК (выраженность болевого синдрома, степень закисления луковицы ДПК, длительность течения, количество и глубину язвенных дефектов, степень контаминированности Н. pylori, наличие осложнений) и могут служить малоинвазивными критериями оценки степени тяжести ЯБДК.

Выводы

1. Биогеохимические условия Чувашской Республики предопределяют сниженное содержание в сыворотке крови у практически здорового населения Se, Zn и Mn (0,11+0,003; 0,78±0,03; 0,0035+0,0002 мкг/г, соответственно) по сравнению с показателями оптимальной обеспеченности.

2. Содержание микроэлементов в сыворотке крови больных ХГ напрямую зависит от его типа: концентрации Se, Zn и Mn максимальные - при ХНГ (0,13+0,003; 1,12+0,014; 0,004+0,00005 мкг/г, соответственно), средние - при ХХГ (0,098+0,0035; 0,9+0,027; 0,0031+0,00011 мкг/г, соответственно) и минимальные - при в ХМАГ (0,083+ 0,002; 0,71 + 0,012; 0,0027+0,00008 мкг/г, соответственно).

3. Концентрации Se, Zn и Mn в сыворотке крови могут рассматриваться как показатели активности ХГ, коррелируя в активную фазу с длительностью течения гастрита (для Se -r=-0,79, для Zn - r=-0,74, для Mn - r=-0,59), выраженностью болевого синдрома (для Se - r=0,61, для Zn - r=0,61, для Mn - r=0,6), показателями уровня рН в теле (для Se -r=-0,91, для Zn - r=-0,96, для Mn - r=-0,78) и антральном отделе желудка (для Se - r=-0,9, для Zn - r=-0,95, для Mn - r=-0,77), степенью выраженности нейтрофильной инфильтрации слизистой антрального отдела желудка (для Se - r=0,86, для Zn - r=0,85, для Mn - r=0,8) и как один из лабораторных критериев, отражающий морфологические изменения СОЖ, коррелирующий с выраженностью дисплазии (для Se - r=-0,60, для Zn - r=-0,65, для Mn - r=-0,52) и атрофии (для Se - r=-0,69, для Zn - r=-0,82, для Mn -r=-0,58). Определение концентрации Se, Zn и Mn в сыворотке крови можно расценивать как прогностический признак предраковых изменений СОЖ.

4. При ХГ, ассоциированном с Н. pylori, выявлено достоверное повышение уровня Se (r=0,9), Zn (r=0,87) и Mn (r=0,71) в сыворотке крови (р<0,05), что отражает напряжение антиоксидантной защиты. После эрадикационной терапии

происходит достоверное снижение концентрации микроэлементов (Se 0,123+0,003 против 0,13+0,003, р<0,05; Zn 0,71+0,012 против 0,74+0,14, р<0,05; Mn 0,0027+0,00008 против 0,003+0,0006, р<0,05).

5. Уровень Se в сыворотке крови отражает выраженность клинико-эндоскопических проявлений ЯБДК (интенсивность болевого синдрома (r=0,56); выраженность закисле-ния луковицы ДПК (r=-0,87); количество (r=0,77) и глубину язвенных дефектов (r=0,77); степень инфицированности Н. pylori (r=0,45); наличие осложнений (r=0,69); фазу болезни (r=-0,77) и может быть использован в качестве маркера оценки тяжести течения ЯБДК.

6. Выявлена прямая корреляционная связь между содержанием Zn в сыворотке крови у пациентов с ЯБДК и табакокурением (r=0,71), выраженностью болевого синдрома (r=0,51), тошнотой и рвотой (r=0,46), количеством, глубиной и диаметром язвенного дефекта (r=0,65; r=0,55; r=0,43, соответственно), степенью инфицированности Н. pylori (r=0,64) и наличием осложнений (r=0,53).

ш

ЛИТЕРАТУРА

1. Шагиахметова Л.В. Клинико-патогенетическое значение дефицита эссен-циальных микроэлементов при хроническом гастродуодените у детей и подростков. Автореф. дисс. канд. мед. наук. Екатеринбург. 2005.

2.Киясова Л.М. Нарушение рациона питания как одна из причин формирования хронических гастродуоденитов у детей. Журнал Ремедиум Приволжье. Специальный выпуск: актуальные вопросы гастроэнтерологии. 2007. С. 24.

3.Лазебник Л.Б., Дроздов В.Н. Дефицит кальция в практике врача -терапевта: причины, клиника, медикаментозная коррекция. Фарматека. 2007. № 12. С. 98-102.

4. Дроздов В.Н., Ильченко Л.Ю. и др. Роль дефицита цинка в развитии печеночной энцефалопатии у больных с циррозом печени. Экспериментальная и клиническая гастроэнтерология. 2007. № 3. С. 47-54.

5. Скальный В.В. Восстановительная коррекция функционального состояния организма на основе пищенутрицевтической оптимизации элементного статуса у работников металлургического предприятия. Автореф. дисс. канд. мед. наук. Москва. 2008. 29 с.

6. Бельмер С.В., Гасилина т.В. Микроэлементы при воспалительных заболеваниях желудочно-кишечного тракта. Вопросы современной педиатрии. 2009. Т. 8. № 1. С. 121-124.

7. Тутельян В.А., Спиричева В.Б., Шатнюк Л.Н. Коррекция микронутриент-ного дефицита - важнейший аспект концепции здорового питания населения России. Вопросы питания. 1999. № 1. С. 3-11.

8. Фархутдинова Л.М. и др. Региональные особенности микроэлементного статуса организма человека в развитии тиреоидной и соматической патологии. Автореф. дисс. докт. мед. наук. Челябинск. 2007. 47 с.

9. Сенькевич О.А. Микроэлементный дисбаланс в формировании патологии маловесных новорожденных на Дальнем Востоке. Автореф. дисс. докт. мед. наук. Хабаровск. 2009. 45 с.

10. Хохлова Е.А. Оптимизация питания детского населения как основа управления здоровьем в эндемичных по содержанию йода районах (на примере Чувашской республики). Автореф. дисс. докт. мед. наук. Казань. 2009. 40 с.

11. Мартинчик А.Н., Маев И.В., Янушевич О.О. Общая нутрициология. М.: МЕДпресс-информ, 2005. 392 с.

12. Ребров В.Г., Громова О.А. Витамины, макро- и микроэлементы. М.: ГЭОТАР-Медиа, 2008. 960 с.

13. Щербак В.А. Значение селена в патогенезе и лечении детей, больных хроническим гастродуоденитом. Вопросы детской диетологии. 2007. Т. 6. № 1. С. 5-8.

14. Сергеев В.Н. Специализированные пищевые продукты и фармакону-триенты в реабилитации больных хроническим гастродуоденитом и язвенной болезнью двенадцатипертсной кишки. Автореф. дисс. докт. мед. наук. Москва. 2010. 45 с.

15. Маев И.В., Самсонов А.А. Язвенная болезнь. М.: Миклош, 2009. 428 с.