Ложь в русской и японской культуре: морально-нравственный аспект

Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2019. № 1

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ Е.И. Брюхова, Т.М. Гуревич

ЛОЖЬ В РУССКОЙ И ЯПОНСКОЙ КУЛЬТУРЕ: МОРАЛЬНО-НРАВСТВЕННЫЙ АСПЕКТ

Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования «Московский государственный институт международных отношений (университет) Министерства иностранных дел Российской

Федерации» 119454, г. Москва, проспект Вернадского, д. 76

Тьмы низких истин мне дороже нас возвышающий обман...

А.С. Пушкин

Статья посвящена феномену лжи в русской и японской культурах: рассматривается морально-нравственный аспект.

Если в русском языке слово «ложь» этимологически связано с понятиями вреда, бесчестности, то в японском языке, по версии толковых словарей, лексема ложь ассоциируется с легкостью, незаметностью, бессодержательностью, т.е. не описывает ситуацию обмана.

В русской картине мире ложь и обман, имея отрицательную коннотацию, соотносятся с грехом, моральной ответственностью. Для русского сознания, тесно увязанного с христианской культурой, ложь есть согрешение, отступление от божественных принципов, искажение правды, истины - ключевых человеческих ценностей. И даже «ложь во благо» может вызывать в душе несогласие и нравственный протест.

В японской культуре, которую зачастую называют культурой стыда, нравственная сторона феномена «ложь» проявляется слабо. Японцам не свойственно оценивать свои поступки исходя из моральных установок, понятий о совести, нравственном самоконтроле, принципов истины и добра - всего того, что волнует русского человека. Японская ложь носит «этикетный» характер: ложь как средство речевого общения оправдана, поскольку для носителей японского языка чрезвычайно важным является поддержание гармоничных отношений.

Ключевые слова: ложь; носитель языка; японская и русская культура; вред; морально-нравственный аспект; грех; этикет; гармоничные отношения.

Брюхова Екатерина Ивановна - аспирант кафедры японского, корейского, монгольского и индонезийского языков МГИМО (У) МИД Российской Федерации (e-mail: katerinabryukhova@yandex.ru).

Гуревич Татьяна Михайловна - доктор культурологии, кандидат филологических наук, профессор кафедры японского, корейского, монгольского и индонезийского языков МГИМО (У) МИД Российской Федерации (e-mail: tmgur@mail.ru).

Ложь - общечеловеческий феномен, охватывающий многие стороны жизни людей различных культур. Национальные выражения этого явления многоплановы и многоаспектны, ложь у носителей разных культур имеет свои особенности. Попытаемся рассмотреть нравственно-оценочный аспект понятия обмана в русской и японской культурах.

Ложь в русской традиции. Обратимся к этимологии слов, номинирующих явление обмана в русском языке. Н.Н. Панченко, реконструировав картину мира древних на основе языковых данных, попыталась раскрыть содержание лексем, обозначающих «ложь», «обман». Так, эти понятия ассоциировались с пустотой, с нанесением морального вреда/физического ущерба. Происхождение древних индоевропейских обозначений лжи и обмана также издревле были связаны со значениями: а) 'гореть' (например, «нагреть» = «обмануть»); б) 'бить', 'гнуть', 'извилистый' (или «коварный»); в) 'дуть' ( «надуть»/«обмануть). Иными словами, эти компоненты, заключает автор, стали «источником негативной коннотации лжи и обмана: они соотносятся с нанесением ущерба, вреда, сокрытием намерений, искажением действительности» [Панченко, 2005: 180-181]. А. Веж-бицка, обращая внимание на обширный комплекс лексики, номинирующей явление обмана в русском языке, замечает: «лексическое богатство показывает интерес носителей русской культуры к "правде" и отрицательное отношение к "неправде"» [Вежбицка, 2002: 22].

Нельзя не упомянуть словарную статью Ю.Д. Апресяна1, посвященную неправде, лжи, вранью как «важным концептам в русской картине мира». Автор представляет многовариантное толкование лексем, описывающих ложь, а также дает общую ценностную оценку обманным явлениям в русской лингвокультуре: «неправда, ложь, вранье - сознательное искажение правды и истины... они предполагают отступление от норм нравственности, нечестность... они ненадежны и преходящи... они пачкают и запутывают» («грязная ложь», «оковы лжи», «бессовестное вранье», «запутаться во вранье»). Исследователь не оставляет без внимания и «ложь с благими целями» - «утешительную», «благородную», «возвышенную», т.е. ложь во благо. Но при этом делает оговорку - ложь во спасение в русском сознании может «вызвать нравственный протест». Получается, что

1 Новый объяснительный словарь синонимов русского языка / Под руководством акад. Ю.Д. Апресяна. М., 2003. С. 668-670.

утешительная ложь может обаять, но при этом сбить с истинного пути, вызвать в душе несогласие и отторжение.

В русском сознании ложь является антиподом истины, правды -христианским и общечеловеческим ценностям, и считается, что ложь противоречит истине не только по форме, она расходится с правдой идеальной, нравственной. Правда, по словам В.В. Знакова, оказывается «мостом, соединяющим истину с моралью», и межличностное общение в русской культуре «регулируется православной христианской моралью» [Знаков, 1999: 51, 55]. Отсюда можно сделать вывод, что ложь тот «мостик» разрушает, и лгущий человек считается низким с христианской точки зрения, нравственно «скатывается», нарушая нормы морали. Напомним известное изречение христианского мыслителя Августина о недопустимости лжи: «слова установлены не для того, чтобы люди взаимно обманывали друг друга... пользоваться словами для лжи - грех... никакая ложь не должна считаться безгрешной на том основании, что ложью мы можем иногда помочь кому-нибудь»2. Зачастую в христианской традиции благодетельная ложь ставится под сомнение, ибо неясна граница допускаемой лжи, и «существует опасность возведения греха в добродетель» [Несмеянов, 2013: 130]. В.В. Знаков подчеркивает, что ложь во спасение, добродетельный обман могут быть оправданы психологическими, гуманными и другими соображениями, но никогда - моральными, поскольку ложь может препятствовать развитию нравственной личности [Знаков, 1999: 149]. Иначе говоря, в русском варианте ложь (даже «во благо») будет всё же нежелательна (поскольку правда больше мила, от нее на душе легче, и Бог не осудит), а потребность говорить правду, хоть и неприятную, оказывается сильнее. Многие согласятся, что «прямая» правда не совсем хороша перед людьми, но в любом случае она хороша перед Богом, что для русского национального сознания представляет неоспоримую ценность. По замечанию А. Вежбицка, «в иерархии ценностей, характерной для русской культуры, желание говорить правду стоит выше желания не причинять боли собеседнику» [Вежбицка, 2002: 24], т.е. полезно «открыть глаза» Другому. Указать на заблуждение или же недостатки, ибо это снимет некую завесу лжи, укажет путь к исправлению, что может высоко оценить собеседник.

О недопустимости смешения правды и лжи размышлял академик Д.С. Лихачев - человек, как писали о нем современники, «глубочайшего интеллекта, помноженного на нравственность». Так, Дмитрий

2 Августин Блаженный. Об истинной религии. Минск, 1999. С. 822-823.

Сергеевич состояние полуправды описывает термином «нравственный дальтонизм»: «ложь есть ложь... я не верю, что ложь может быть во спасение. не бывает малого обмана и большого обмана -есть просто обман, ложь. когда вы поступились совестью в самом безобидном - вы почувствуете укор совести»3.

Русские писатели в большинстве случаев воспевали истину, правду как непременные достоинства нравственного, честного человека, и наоборот, ложь квалифицировали как порочное, аморальное - лживый человек не вписывался в систему общечеловеческих ценностей. Подтверждением могут служить следующие цитаты: «Истина не нужна была ему, и он не искал ее, его совесть, околдованная пороком и ложью, спала или молчала» (А.П. Чехов «Дуэль»), «Людям ложь вредна, себе еще вреднее» (Н.С. Лесков «Некуда»), «Лгущий входит в неуважение и к себе, и к людям» (Ф.М. Достоевский), «Ложь есть мать всех пороков» (М.Е. Салтыков-Щедрин).

Ложь в японской традиции. Какова же этимология японского слова усо, описывающего ситуацию обмана в японском языке? Согласно одной теории, слово усо появилось путем сокращения сочетания ^^ укисора, которое можно перевести как бренность, легкость, мимолетность, пустота, бессодержательность. Можно предположить, что и японская ложь, произносимая вскользь, «легковесна», не носит вредоносный характер. Сам иероглиф которым записывается понятие усо, имеет глагольные толкования вздыхать, греть дыханием, дышать, т.е. не заключает того, что может иметь отношение к обманным действиям.

Японский исследователь Кубо Сусуму обращает внимание на межкультурное различие в восприятии лжи: в японской картине мире ложь - это некое «плохое явление», тогда как в странах, входящих в ареал христианской культуры, ложь является грехом [КиЬо Бизиши, 2012: 235]. Следует помнить, что японская культура - это культура стыда, а не греха. В статье исследовательницы Н. Шкапа приведены доводы японского психиатра, утверждающего, что в западной культуре существование человека определяется вертикальными отношениями (наверху - Бог, внизу - человек), в Японии же личность преимущественно зависит от горизонтальных отношений «человек-человек». Далее автор заключает: «Японскую культуру можно рассматривать как культуру ситуационной этики, в противоположность христианской этике моральных абсолютов Запада»

3 Лихачев Д.С. И пробил час // Литературная газета. 1987. 1 авг. URL: http:// www.agitclub.ru/gorby/glasnost/processlihacev.htm (дата обращения: 31.05.2017).

[Шкапа, 2004: 169-170]. Иными словами, если в западной культуре (а также и в русской) человек свои деяния, слова соотносит с христианскими нормами, принципами добра, справедливости, правды, осознавая возможную вину перед Богом, то в японской культуре доминирует чувство стыда перед окружающими - поведение японцев определяет конкретная ситуация, а не нравственно-ценностные стандарты. Добро и зло могут быть по-разному оценены в зависимости от обстоятельств. Мораль носит условный, относительный характер, и что-то плохое (в том числе и ложь) может квалифицироваться положительно и не осуждаться: «мораль у японцев не основана на личной совести, поскольку они даже не осознают свободу и личный выбор человека как нравственные ценности... их мораль построена на чувстве стыда и корпоративного долга» [Гуревич, 2006: 23].

О моральной допустимости лжи размышляет японская исследовательница Ито Саяка. В небольшой работе автор приводит теорию шведского философа Сесилии Бок об оправдании лжи, которая близка японскому мировоззрению. Так, ложь может быть морально оправдана, если: 1) нет другого выхода, т.е. «ничего не остается, как солгать»; 2) для лжи подобраны весомые основания, разумные объяснения; 3) окружающие/общество признают правильным и уместным употребление лжи. Далее исследователь приводит пример обманного действия, которому можно найти оправдание, - сокрытие правды перед тяжело больным человеком о неизлечимости его болезни [Ко Бауака, 2013]. С точки зрения японцев, правда в такой ситуации может ранить и нанести вред.

Любопытно также отметить, что японцы не принимают рассуждения немецкого философа И. Канта, высказанные им в работе «О мнимом праве лгать из человеколюбия». Философ утверждает, что права лгать не может и не должно существовать, даже и из человеколюбия, и ложь может разрушить «человеческое общежитие», ибо «есть священная, безусловно повелевающая и никакими внешними требованиями не ограничиваемая заповедь разума: во всех показаниях быть правдивым» [Штольценберг: 2010]. Японцы называют подобную идею «твердой», «непреклонной», «бескомпромиссной», считая возможным обратное - прибегать ко лжи в допустимых ситуациях4.

4 Ш^Мл&ЖШШШШЮШ^ («Ложь»: различие взглядов на мораль в восточной и европейской культурах). URL: http://ameblo.jp/toorisugari-ossan/ entry-12124460071. html (accessed: 28.04.2017).

С точки зрения японской культуры, прямые высказывания, пожалуй, немыслимы. Стремление не навредить, не поставить партнера по разговору в неудобное положение - одна из ключевых характеристик общения в японской среде. Японцы, скорее всего, будут мыслить так: сказанная правда может причинить больший вред и обернется более тяжелыми последствиями, нежели ее сокрытие, облаченное в ложь. Тамура Аяна пишет: «Не столь важно, является ли сказанное ложью или правдой, главное - думать о последствиях сказанного для собеседника, поэтому ложь может оказаться благоприятной, в то время как изложение правды - губительным. в японской культуре придают большое значение межличностным отношениям» [Ташига Ауапа, 2012: 91-92]. К тому же, в японской традиции считается необходимым «сохранение лица»: в ситуации выбора «ложь или правда» важную роль играет принцип самосохранения: для носителя японской культуры уместно солгать, чтобы при произнесении «неудобной» правды человека не посчитали грубым, неприятным, отталкивающим. Тем более это не будет противоречить и правилам вежливости - стержневой категории японской культуры. Таким образом, для японской картины мира «этикетная» форма лжи является главенствующей: просматривается готовность солгать, ибо ценятся гармоничное, бесконфликтное общение, а также слаженные и ровные отношения между людьми.

Подведем итог. Если в русской традиции ложь преимущественно является признаком нарушения морально-нравственных основ, греховности, то в японской традиции допускается моральное оправдание лжи, имеющей преимущественно «этикетный» характер.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Беликова Е.К. Отражение системы ценностей в шотландских сказках // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2008. № 4. С. 124-129.

2. Вежбицка А. Русские культурные скрипты и их отражение в языке // Русский язык в научном освещении. М., 2002. № 2(4).

3. Вишнякова О.Д. Языковой знак в референциальном поле культурной памяти социума // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2015. № 4. С. 50-66.

4. Гуревич Т.М. Лингвокультурологический анализ концептосферы ЧЕЛОВЕК в японской языковой картине мира: Автореф. дисс. ... д-ра культурологии. М., 2006.

5. Загрязкина Т.Ю. Этнодискурс в пространстве языка и культуры // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2016. № 2. С. 52-65.

6. Знаков В.В. Психология понимания правды. СПб, 1999.

7. Несмеянов Е.Е. К вопросу о возникновении теории лжи у Августина Блаженного // Гуманитарные и социальные науки. 2013. № 5.

8. Панченко Н.Н. Обман // Антология концептов / Под ред. В.И. Карасика, И.А. Стернина. Волгоград, 2005.

9. Шкапа Н. Стыд и вина в японской культуре // Вестник Челябинского университета. Серия 10. Востоковедение. Евразийство. Геополитика. 2004. № 1.

10. Штольценберг Ю. Кант и право на ложь // Кантовский сборник. Калининград, 2010. № 2.

11. Ito Sayaka. SSft^SlftC (Оправдываемая ложь). Shizuoka University. Studies in Literature, no. 10. 2013.

12. Kubo Susumu. < t ttf©^ О&Шва^тШ^ («Ложь» как элемент речевого поведения). Matsuyama University. Studies in Language and Literature. Vol. 32. 2012. No. 1-2.

13. Tamura Ay ana. (Развитие идеи «этикетной» лжи). Annual Bulletin of Institute of Psychological Studies. Showa Women's University. 2012. Vol. 14.

Ekaterina I. Bryukhova, Tatiana M. Gurevich

THE PHENOMENON OF LYING IN RUSSIAN AND JAPANESE CULTURE: MORAL ASPECT

Moscow State Institute (University) of International Relations 76, Prospect Vernadskogo, Moscow, 119454

The article deals with the phenomenon of lie in Russian and Japanese cultures: the moral aspect is considered.

In the Russian language the word "ложь» denoting a "lie" is etymologically connected with the idea of harm, dishonesty, immorality, whereas in the Japanese language, according to the unilingual dictionaries, the lexeme "lie" is associated with lightness, imperceptibility, so it does not describe the situation of deception.

In the Russian culture "lie" and "deception", having negative connotations, correlate with moral irresponsibility. In the Russian consciousness, which is closely linked with the Christian culture, lying is a sin or violation of the divine principles, a distortion of truth, virtue and sincerity - the key human values. And even a "white lie" can cause discontent and moral protest.

In the Japanese culture, which is often called the culture of shame, the moral side of the phenomenon of lying is not manifested clearly. Japanese people do not qualify their actions on the basis of moral rules, concepts of conscience, the principles of truth and goodness - everything that is significant for the Russian people. Lying in Japanese tradition has an "etiquette" character: lying as a means of verbal communication is justified, because it is very important for Japanese speakers to maintain harmonious relations.

Key words: lie; native speaker; Japanese and Russian culture; harm; moral aspect; sin; etiquette; harmonious relations.

About the authors: Ekaterina I. Bryukhova - Post-Graduate Student, the Department of Japanese, Mongolian, Korean and Indonesian Languages, Moscow State Institute (University) of International Relations (e-mail:katerinabryukhova@yandex. ru); Tatiana M. Gurevich - PhD in Philology, Dr. habil in Cultural Studies, Professor, the Department of Japanese, Mongolian, Korean and Indonesian Languages, Moscow State Institute (University) of International Relations (e-mail: tmgur@mail.ru).

REFERENCES

1. Belikova E.K. 2008. Otrazhenie sistemy tsennostei v shotlandskikh skazkakh [The reflection of the system of values in Scottish fairy tales]. Moscow State University Bulletin. Series 19: Linguistics and Intercultural Communication, no. 4, pp. 124-129.

2. Vezhbitska A. 2002. Russkie kul'turnye skripty i ikh otrazhenie v yazyke [Russian cultural scripts and their reflection in the language]. Russkij jazyk v nauchnom osveshhenii. no 3.

3. Vishnyakova O.D. 2015. Yazykovoi znak v referentsial'nom pole kul'turnoi pamyati sotsiuma [The language sign in the referential field of the cultural memory of society]. Moscow State University Bulletin. Series 19: Linguistics and Intercultural Communication, no. 4, pp. 50-66.

4. Gurevich T.M. 2006. Lingvokul'turologicheskij analiz konceptosfery CHELOVEK v japonskoj jazykovoj kartine mira [Linguistic and cultural analysis of the conceptosphere of the HUMAN in the Japanese language worldview]. Avtoreferat dissertacii na soiskanie uchenoj stepeni doktora kul'turologii.

5. Zagryazkina T.Yu. 2016. Etnodiskurs v prostranstve yazyka i kul'tury [Ethnodiscourse in the space of language and culture]. Moscow State University Bulletin. Series 19: Linguistics and Intercultural Communication, no. 2, pp. 52-65.

6. Znakov V.V. 1999. Psikhologiya ponimaniya pravdy [The understanding Truth: psychological aspect]. Saint Petersburg, Aleteiya.

7. Nesmeyanov E.E. 2013. K voprosu o vozniknovenii teorii lzhi u Avgustina Blazhennogo [The problem of emergence of the lies theory in St. Augustine]. Gumanitarnye i sotsial'nye nauki, no. 5.

8. Panchenko N.N. 2005. Obman [Deceit]. Antologiya kontseptov. Volgograd, Paradigma.

9. Shkapa N. 2004. Styd i vina v yaponskoi kul'ture [Shame and guilt in Japanese culture]. Vestnik Chelyabinskogo universiteta. Seriya 10. Vostokovedenie. Evra-ziistvo. Geopolitika, no. 1.

10. Shtol'tsenberg Yu. 2010. Kant i pravo na lozh' [Kant: right to lie]. Kantovskii sbornik. Kaliningrad, no. 2.

11. Ito Sayaka. 2013. ISfti^St^^^t [About justifiable lies]. Studies in Literature, Shizuoka University, no. 10.

12. Kubo Susumu. 2012. [Lie as an element of verbal behavior]. Studies in Language and Literature, vol. 32, no. 1-2.

13. Tamura Ayana. 2012. S^LW&lft©^ [Etiquette lie]. Showa Women's University, vol. 14.