Региональные выборы по смешанной избирательной системе: первые итоги

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ВЫБОРЫ ПО СМЕШАННОЙ ИЗБИРАТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЕ: ПЕРВЫЕ ИТОГИ

В.К. МЕДВЕДЕВА

Кафедра политических наук Российский университет дружбы народов Ул. Миклухо-Маклая, 10а, 117198, Москва

В современных условиях роль представительных (законодательных) органов государственной власти субъектов Российской Федерации трудно переоценить. В силу этого анализ региональных законодательных собраний имеет существенное значение для дальнейшего развития российской политической системы. Особую актуальность приобретает их изучение в контексте нового порядка избрания глав российских регионов, который объективно должен привести к росту значимости региональных парламентов как на региональном, так и на общефедеральном уровнях. Одним из ключевых вопросов в рамках данного изучения, без сомнения, является вопрос о формирования региональных парламентов, так как именно результат этого процесса во многом детерминирует характер дальнейшей деятельности этих органов власти.

При этом необходимо помнить, что, несмотря на то, что институт региональных выборов в стране находится в стадии своего становления, сегодня можно уже говорить об определенной практике его функционирования. Поэтому становится актуальной постановка вопроса о тенденциях становления института региональных выборах.

При этом роль политических партий в данном качестве существенно возросла и на региональном уровне. Это связано как с изменением самого вектора российской политической трансформации, так и с переменами в институциональной среде. Очевидно, что благоприятное влияние на партийное строительство в регионах оказала успешная реализация политического проекта по созданию «партии власти».

Большую роль в этом процессе сыграло принятие Федерального закона «О политических партиях» (2001), Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» (2002), принятых в 2003-2005 гг. поправок к вышеупомянутым законам, ужесточающих организационные требования к политическим партиям и предусматривающим проведение реформы избирательной системы на выборах в региональные законодательные собрания.

Сегодня практически осуществлен переход на выборы региональных депутатов по новой мажоритарно-пропорциональной избирательной системе. Все это, в свою очередь, внесло существенные изменения в направленность регионального политического процесса в целом. При этом сегодня еще рано оценивать позитивные и негативные стороны воздействия смешанной избирательной системы на эффективность работы региональных политических институтов. Научные оценки здесь могут быть разными.

По мнению профессора Л.В. Сморгунова, «теоретически проблемы репрезентации интересов, связанные с избирательными системами, заключаются в том, как те или иные конкретные избирательные институты воздействуют на этот процесс. В общем, среди политологов существует убеждение, что нет какой-либо одной самой лучшей избирательной системы, которая бы удовлетворяла неким нормативным требованиям представительства интересов. Другой вопрос, что адепты тех или иных избирательных систем склонны рассматривать репрезентацию, исходя из особенностей взаимодействия избирателя и избранных депутатов. Как правило, считается, что мажоритарные системы (в один или два тура голосования) более приспособлены для такого типа представительства, когда депутат является доверенным лицом избирателей, а между ним и избирательным корпусом существуют отношения «принципал -агент». Здесь меньше партийных пристрастий и партийной идентификации избирателей. Теория пропорциональных систем включает в себя иную концепцию репрезентации, типа «микрокосм». Здесь избранные депутаты представляют социально-политические группы, и чем более пропорциональным относительно исходной социально-политической структуры является парламент, тем эффективнее представительство»[5, с. 250].

Вместе с тем, политический выбор современной России связан с усилением роли пропорциональной избирательной системы. При этом речь идет не только о выборах депутатов Государственной Думы, но и депутатов законодательных собраний субъектов Российской Федерации. Позитивным в этом выборе безусловно является то, что главными субъектами избирательного процесса на федеральном и региональном уровнях становятся политические партии, а развитие партийной системы является одним из главных приоритетов на современном этапе развития российского государства и гражданского общества.

В период с июля 2003 по июнь 2005 г. в 32 субъектах Российской Федерации прошли выборы по смешанной избирательной системе, предусматривающей избрание не менее половины депутатов регионального законодательного собрания либо одной из его палат с использованием пропорциональной избирательной системы в соответствии с положениями Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации»

Начало перехода на смешанную избирательную систему при выборах в региональные законодательные собрания было осуществлено в 13 субъектах Российской Федерации, выборы в которых прошли в конце 2003 - начале 2004 гг.

При этом в 12 субъектах Российской Федерации законодательные собрания были сформированы с использованием пропорциональной избирательной системы впервые. Это Республика Ингушетия, Кабардино-Балкарская Республика, Республика Калмыкия, Карачаево-Черкесская Республика, Республика Мордовия, Республика Татарстан, Алтайский край, Волгоградская, Вологодская, Ульяновская,

Ярославская области, Усть-Ордынский Бурятский автономный округ. Одна из палат Законодательного Собрания Свердловской области - Областная Дума избирается по пропорциональной избирательной системе, начиная с 1996 г.

Во втором полугодии 2004 г. и первом полугодии 2005 г. выборы прошли в 19 субъектах Российской Федерации: в Республике Марий Эл, Республике Хакасия, Амурской, Архангельской, Брянской, Владимирской, Воронежской, Иркутской, Калужской, Курганской, Магаданской, Рязанской, Сахалинской, Тульской, Читинской областях, Корякском, Ненецком, Таймырском (Долгано-Ненецком) и Ямало-Ненецком автономных округах.

Прошедшие выборы показали, что политические партии стали активнее участвовать в избирательных кампаниях, выдвигая не только списки кандидатов, но и кандидатов по мажоритарным округам. При этом прослеживается тенденция к снижению количества кандидатов, выдвинутых в порядке самовыдвижения. По данным Центральной избирательной комиссии Российской Федерации (см.: [4] за указанный период всего было выдвинуто 5416 кандидатов, из них по пропорциональной системе - 3150, по мажоритарной - 2266, из которых избирательными объединениями, избирательными блоками было выдвинуто 1042, а путем самовыдвижения - 1224 кандидата.

Таким образом, уже эти данные говорят о том, что в среднем по стране в законодательных собраниях преобладают депутаты, избранные по партийным спискам, да и по мажоритарным округам почти половина избранных депутатов -это члены политических партий. Все это подтверждает тенденцию поддержки избирателями, прежде всего, партийных кандидатов, превращения политических партий практически в единственных участников избирательного процесса.

При этом необходимо отметить, что сегодня на региональных выборах стала явно прослеживаться тенденция превращения некоторых политических партий в «партии избирателей», к таковым прежде всего можно отнести «Единую Россию», которая, не являясь идеологической партией, до сих пор не имеет партийной программы, пополняет свои ряды за счет представителей самых разных социальных групп, поскольку ее основная цель - это победа на выборах. Многочисленные факты говорят о том, что во многих российских регионах отделения политических партий во время выборов не имели политических программ. В частности, несмотря на существование нормы в Федеральном законе об основных гарантиях о том, что политическая партия в случае регистрации кандидатов обязана не позднее чем за 10 дней до дня голосования опубликовать свою предвыборную программу не менее чем в одном государственном печатном издании, а также в сети Интернет, практика проведения региональных выборов показывает, что далеко не все партии, участвующие в выборах, опубликовали свои предвыборные программы. Например, в Тульской области не опубликовали свои программы 5 из 11 избирательных объединений, в Брянской области - 5 из 8, в Калужской области и Таймырском (Долгано-Ненецком) автономном округе - ни одно.

Однако «функция политической партии сложнее, чем только участие в выборах и формирование представительных учреждений. Должна быть и обратная связь: выражение, защита и выполнение требований (интересов) тех слоев населения, которые за нее голосовали. Политические партии не могут завоевывать влияние в массах, если их программы пишутся для выборов, не получают практической реализации и не удовлетворяют конкретные чаяния тех

или иных слоев населения. В результате из деятельности современных российских партий выпадает присущая им по определению функция формулировки, выражения и защиты интересов какой-то группы населения, а не поддержки правящей элиты» [2, с. 5].

Необходимо отметить достаточно высокий уровень протестного голосования во многих регионах России, который доходил до 24 %. При этом для некоторых регионов было характерно высокое протестное голосование как при голосовании по партийным спискам, так и по мажоритарным округам, хотя в основном процент протестного голосования по мажоритарным округам был выше, чем при голосовании за партийные списки. «Рекордсменами» по протестному голосованию при голосовании по партийным спискам стали Владимирская область (17,9%) и Таймырский (Долгано-Ненецкий) автономный округ (20%), при голосовании по мажоритарным округам - Таймырский (Долгано-Ненецкий) автономный округ (20,9%), Владимирская область (20,9%), Магаданская область (21,5%), Ямало-Ненецкий автономный округ (23,9%). При этом следует заметить, что протестное голосование на региональных выборах выше, чем на федеральных. Очевидно, высокий уровень протестного голосования в региональные законодательные собрания обусловлен комплексом причин, среди которых - непростая социально-экономическая ситуация в отдельных субъектах Российской Федерации, низкая партийная идентичность российских избирателей, низкий рейтинг политических партий и кандидатов, включенных в партийные списки, отсутствие предвыборных программ, пассивность в работе с избирателями во время выборов, отсутствие публичной деятельности политических партий на региональном уровне в период между выборами.

Не способствует повышению авторитета политических партий и то обстоятельство, что в большинстве субъектов Российской Федерации партийные списки являются закрытыми, а также не делятся на региональные группы, следовательно, избиратели не могут влиять на очередность распределения депутатских мандатов среди кандидатов в партийных списках.

Так, в законах большинства субъектов Российской Федерации за исключением Республики Калмыкия, Корякского и Ямало-Ненецкого автономных округов, предусмотрено применение пропорциональной системы «закрытых» списков, при этом лишь в Республике Марий Эл, Республике Мордовия, Карачаево-Черкесской Республике, Курганской и Архангельской областях списки разделены на региональные группы кандидатов.

При этом следует отметить, что наличие в законодательстве субъекта Российской Федерации нормы относительно разделения «закрытых» списков на региональные группы, как правило, способствует активизации работы партий с избирателями на местах, поскольку успех партии на таких выборах зависит прежде всего от поддержки избирателей на соответствующей территории.

Известно, что избирательным законодательством субъектов Российской Федерации может устанавливаться «заградительный барьер» для допуска политических партий к распределению депутатских мандатов. В основном его величина в разных регионах колеблется от 3 до 7 %. Хотя есть и исключения. В частности, в г. Москве и Республике Калмыкия он составил 10%, в Вологодской области - 8 %.

Однако практика проведения региональных выборов показывает, что установление слишком высокого «заградительного барьера» снижает представи-

тельство политических партий в региональных парламентах, особенно сужает возможности оппозиционных партий представлять и защищать интересы своих избирателей.

По итогам выборов в регионах России за последние два года лидирующее положение при распределении мандатов по пропорциональной системе занимает политическая партия «Единая Россия» (в 32 субъектах Российской Федерации), затем идут Коммунистическая партия Российской Федерации (КПРФ) (в 29), ЛДПР (в 23), Российская партия пенсионеров, партия «Родина», «Союз правых сил», Аграрная партия России, Народная партия Российской Федерации, Российская партия жизни, Российская демократическая партия «Яблоко», Партия социальной справедливости.

Из вышеуказанного следует, что в регионах побеждают партии, представленные в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации.

Несмотря на лидирующие позиции «Единой России» в большинстве российских регионов, ряд региональных избирательных кампаний, особенно прошедших в условиях реализации Федерального закона о монетизации льгот (начало 2005 г.), показал сдвиг предпочтений электората в сторону оппозиционных партий. Так, по мнению профессора Центра европейской политики и права при Рязанском госуниверситете B.C. Авдонина именно такой сдвиг произошел на выборах в Рязанскую областную Думу в марте 2005 г. Он определяется в 10% в пользу таких оппозиционных партий как КПРФ, «Родина» и СПС. Что же касается «партии власти» («Единая Россия», блок «За Рязанский край!»), то здесь наблюдалась обратная тенденция. Однако при формировании структур Облдумы произошли прямо противоположные процессы. Коалиция партии власти за счет кандидатов, шедших по одномандатным округам, значительно увеличилась. «Это говорит о том, что зазор интересами власти и общества увеличился, и мы сделали еще один шаг в сторону социальной дестабилизации» [1, с. 2].

Рассмотрение практики проведения выборов в законодательные (представительные) органы государственной власти субъектов Российской Федерации по новой избирательной системе позволяет сделать выводы о том, что применение пропорциональной системы в целом позитивно оценивается участниками избирательного процесса и способствует повышению активности не только политических партий, но и непосредственно кандидатов и других акторов.

Однако, как отмечается в научной литературе, «что касается конфигурации взаимоотношений между политическими партиями в регионах, то здесь обнаруживаются две противоположные тенденции. В неконкурентных политических системах доминирующие акторы используют политические партии для дальнейшего укрепления своих позиций. Это ведет к формализации господства одной политической силы и, как следствие, к низкой фрагментации региональных парламентов. Напротив, в тех регионах, где в той или иной мере сохраняется политическая конкуренция, новыми институциональными возможностями пользуются различные группировки, что находит отражение в повышении степени фрагментации «региональных партийных систем». Очевидно, что в условиях тесного переплетения формально-партийных и неформально-клиентелистских институтов партийная фрагментация и реальная конфигурация взаимоотношений внутри региональной элиты далеко не всегда совпадают Известны случаи, когда несколько партий находятся под контролем одной группировки, а одна партия контролируется разными акторами. Тем не менее, в

регионах, где у политической конкуренции есть потенциал, развитие партий ее стимулирует. Таким образом, можно говорить, что активное партийное строительство в регионах усилило «разновекторность» региональных политических процессов: авторитарные регионы становятся еще более авторитарными, а конкурентные - еще более конкурентными» [3, с. 115].

В целом же тенденции региональных выборов в условиях нынешней политической стабилизации в России указывают на снижение автономии региональной политики от федеральной и демонстрируют все большее сходство и единообразие политических и избирательных процессов как на региональном, так и федеральном уровнях. Подкреплявшиеся региональными выборами тенденции федерализации и децентрализации, свойственные избирательной практике 90-х гг., сменились обратными тенденциями к унитаризму и централизму.

Региональные выборы в последние 2003-2005 гг. отражают эти тенденции. Они все больше превращаются в инструменты сохранения и укрепления местных режимов, становятся все более предсказуемыми и управляемыми. Конкуренция в них уменьшается, партийно-идеологические факторы теряют значение, смены власти на них не происходит. Но растет влияние административного ресурса и конформистского голосования.

Литература

1. Выборы в Рязанскую областную Думу (март 2005 г.): Электоральная статистика. / Под общ. ред. Ошкина Н.С., Медведева Н.П. и др. - Рязань, 2005.

2. Зеленко Б.И. Партии и выборы в современной России. - М., 2003.

3. Панов П.В. Реформа региональных избирательных систем и развитие политических партий в регионах России: кроссрегиональный сравнительный анализ // Полис. - 2005. - № 5.

4. Постановление ЦИК РФ № 146/991-4 «О практике применения смешанной мажоритарно-пропорциональной избирательной системы при проведении выборов в законодательные (представительные) органы государственной власти субъектов Российской Федерации во втором полугодии 2004 года и в первом полугодии 2005 г.»

5. Сморгунов Л. В. Новые электоральные институты и региональные парламенты России: проблемы эффективной репрезентации // Сравнительное изучение парламентов и опыт парламентаризма в России: выборы, голосование, репрезентативность: Материалы Всероссийской научной конференции, посвященной 100-летию принятия закона о выборах депутатов I Государственной Думы. Санкт-Петербург, 15-16 декабря 2005 г. -СПб., 2005.

REGIONAL ELECTIONS BY MIXED SYSTEM: FIRST RESULTS

V.K. Medvedeva

The Department of political science

Russian University of Peoples’Friendship 10a Mikluho-Maklay str., 117198, Moscow, Russia

The article analyses the elections results in Russian regional legislative assemblies, that have been held since late 2003 till 2005 based on mixed electoral system (proportional and majority vote) with participation of Russian nation-wide political parties.