Несгибаемые любители

2021 год — год 40-летия Ленинградского рок-клуба. Он был задуман как раз в январе, в предпоследнюю брежневскую зиму. О том, как закалялся ранний ленинградский рок, ставший классикой конца ХХ века, рассказывает Борис Барабанов.

Официально день рождения Ленинградского рок-клуба (ЛРК) отмечается 7 марта. В этот день в 1981 году в Ленинградском межсоюзном доме самодеятельного творчества (ЛМДСТ) на Рубинштейна, 13, прошел первый концерт под эгидой организации, которая тогда по бумагам именовалась «ЛенКлуб любителей музыки». Но был и «день зачатия», ровно 40 лет назад, когда в кабинете нового директора ЛМДСТ Анны Ивановой собрались активисты, ранее предпринимавшие попытки объединить рок-музыкантов города. Среди них были Юрий Байдак, Сергей Дрызлов и Татьяна Иванова, которые имели опыт организации подпольных концертов и аккумулировали энергию музыкантов под эгидой Городского экспериментального клуба любителей современной молодежной музыки. Им даже удалось организовать первый разрешенный рок-концерт.

Смысл же объединения с профсоюзами, которым принадлежал ЛМДСТ, состоял в том, чтобы легализовать организацию концертов и защитить молодые дарования от постоянного прессинга милиции. Областной совет профсоюзов выделил 15 тыс. рублей на аппаратуру. Был создан механизм «литования» песен, который позволял исполнять их совершенно законно. Как сообщила “Ъ” хранительница архивов ЛРК Ольга Слободская, сохранился протокол его первого официального заседания, он датирован 7 февраля — и все, что после этого происходило под крышей рок-клуба, «подпольным» не было. Так можно было охарактеризовать, скорее, квартирники, на которых со зрителей собирали деньги,— вот это уже было подполье и незаконный заработок.

Те, кого принято упоминать в контексте рок-клубовской легенды,— «Кино», «Зоопарк», «Аквариум», «Алиса», «Странные игры»,— появились на сцене не сразу. На первом концерте, 7 марта 1981 года, выступили «Пикник», «Россияне», «Мифы» и «Зеркало».

Сохранившиеся записи «Зеркала» сейчас слушать неловко, это звучит как мучительные попытки положить сатирические куплеты на звук ресторанного ВИА. «Мифы» довольно сильно ориентировались на московский рок, а фронтмен группы Юрий Ильченко успел поиграть в «Машине времени» и «Воскресении». При всем уважении к музыканту, записи «Мифов» по нынешним временам ассоциируются, скорее, с регги, а иногда даже и шансоном, нежели с роком.

Ориентированные на хард-рок «Россияне» по меркам начала 1980-х были настоящими монументальными рокерами, а харизма Георгия Ордановского и сейчас пробивает любой монитор и динамик. В 1970-е — начале 1980-х он успел написать около ста песен, но ему все-таки не хватило одной, главной, чтобы остаться в истории наравне со знаковыми группами рок-клуба. И он написал бы ее, если бы не пропал без вести зимой 1983 года.

Единственными музыкантами, которые не просто получили заветные корочки членов клуба, но реально двигали музыку вперед, были участники группы «Пикник». Есть соблазн сравнить «Пикник» с ныне здравствующими ветеранами Вудстока вроде Джоан Баэз или Карлоса Сантаны. Но на первом концерте ЛРК «Пикник» выступал без нынешнего лидера Эдмунда Шклярского, создавшего саму легенду коллектива: он вышел на сцену с «Пикником» только осенью 1981 года. А прочие участники нынешнего состава пришли в группу и того позже.

Несмотря на то что «Пикник» заявлен среди участников юбилейного концерта в честь ЛРК, назначенного на 7 марта, на сцене петербургского СК «Юбилейный», вероятно, не будет никого из тех, кто играл в ЛМДСТ сорока годами раньше. Да и сам концерт, возможно, разделится на две части, и вторая станет отдельным летним событием. А может быть, и весь слет рок-клубовцев переедет на лето. По словам его организатора, главы группы компаний NCA Михаила Шурыгина, во время локдауна покупательский спрос снизился, люди пока боятся ходить на концерты и даже при условии частичного или полного снятия ограничений в концертной сфере есть риск не продать необходимое количество билетов.

Так что, вероятно, самым значительным событием, приуроченным к круглой дате, станет выставка архивных фотографий, которую Русский музей открыл в конце прошлого года в своем филиале — Строгановском дворце. Шедеврами фотоискусства эти отпечатки не назовешь, но они, несомненно, имеют огромную историческую ценность. На фоне споров о фильмах «Лето» и «Цой», в обстановке практически полной эпидемиологической и политической неопределенности, в новом мире, состоящем из постправды и затертых, как старая магнитофонная лента, легенд о героях-рокерах, есть шанс посмотреть им в глаза и представить себе, что это вообще такое было — рок в Ленинграде 1981 года.

Безденежье и отсутствие приличной звукозаписи. Убогий концертный звук. Зал ЛМДСТ, по воспоминаниям критика и журналиста BBC Александра Кана,— «обшарпанный, малоуютный, с разбитыми креслами». Бесконечные идеологические клише в документах и бюрократические процедуры для новых членов. «Повышать качество идейной работы», «улучшать воспитательное значение» — устав Ленинградского рок-клуба практически целиком состоял из этих формулировок. «Мы выросли в поле такого напряга, где любое устройство сгорает на раз» — не исключено, что эти строчки Бориса Гребенщикова списаны с натуры.

Первый концерт ЛРК мало кому внушил оптимизм. Но уже спустя два года в первом фестивале ЛРК приняли участие «Аквариум», «Зоопарк», «Пикник» в новом составе и «Странные игры» — группы, составившие цвет русскоязычного рока. Фактически вся первая половина 1980-х была золотой эпохой ленинградского рока, и все, что там было, самым волшебным образом отзывается в сегодняшнем дне.