Варианты сущностных признаков для моделирования социально-экономической сферы

^ЖаучнО-Технические^ведомости^СПбГПуб'^20

УДК 338.22.01

В.В. Домаков

ВАРИАНТЫ СУЩНОСТНЫХ ПРИЗНАКОВ ДЛЯ МОДЕЛИРОВАНИЯ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СФЕРЫ

Считалось и сегодня считается, что единственный сущностный признак, на котором во все времена базировались и базируются общественные отношения, - это собственность. Однако ее представление всегда отличалось спецификой и в обиходе обычно отождествлялось с вещью, имуществом (вещами) и материальными благами, которые все вместе по сути - объекты собственности. Следуя такому общепринятому пониманию собственности, В.И. Даль, например, относил к вещи «нечто, предмет, отдельную единицу, всякую неодушевленную особь, в общенародном смысле все, что доступно чувствовать», а также «пожитки, движимое имущество» [4, с. 207], к имуществу - «скарб, пожитки, достаток, состояние» [4, с. 38], а к материальным благам - все «вещественное, вещное, вещеватое, чувственное, земное, весомое, занимающее пространство» [4, с. 207], связанное с «добром, всем добрым, полезным, служащим к нашему счастью» [4, с. 128]. И здесь можно отметить, что понятие «собственность» считалось синонимом понятию «объект собственности», было эквивалентно ему, а слова «вещи» и «имущество» имели собирательный смысл и были синонимами, при этом вещь представляла собой минимальный, неделимый элемент среди объектов собственности.

Собственность как экономическая категория появилась вместе с человеческим обществом, т. е. в своем развитии прошла длительный исторический путь.

Одним из существенных вех на этом пути стало философское представление о собственности Г.В.Ф. Гегеля, в соответствии с которым каждый свободный человек является личностью, находящейся в неразрывной связи с принадлежащей ему от рождения или приобретенной в ходе жизни собственностью - землей, являющейся, правда, средой обитания всех людей,

ее природными ресурсами, вещью, имуществом (вещами), материальными благами) - не подлежащими отторжению (рис. 1). Он полагал, что такая собственность (объекты собственности) любого человека, гражданина является предпосылкой его свободы, развития способностей, а «общественное отношение собственности» образует экономическую основу для свободы и права и непосредственно формирует феномен личности: «лишь в собственности лицо выступает как разум» [2, с. 100].

Собственность

Объект Объект Объект Объект

собствен- собствен- собствен- собствен-

ности ности ности ности

Рис. 1. Представление понятия «собственность» по Г.В.Ф. Гегелю

Значительным историческим этапом в развитии такого экономического представления о собственности стало экономико-политическое учение К. Маркса и его последователей. Так, К. Маркс категорически отрицал тождественность понятия «собственность» понятиям «вещь» и «имущество» и предлагал рассматривать собственность как отношение определенных лиц (собственников) к вещи, имуществу (вещам), материальным благам как к своим, как к принадлежащим им (первая часть), и соответственно отношение всех других лиц к указанным вещи, имуществу (вещам), материальным благам, как к чужим, не принадлежащим им [9, с. 479] (вторая часть). Замена объектов собственности на отношения собственников к ним стало новой вехой в экономическом представлении соб-

4

^еоретическиеосновыэкономикииуправлени^^

ственности. Отсюда следовало: чтобы формально задать такое отношение собственности, надо было указать, между какими субъектами оно выполняется и между какими субъектами оно не выполняется. Это означало, что отношение «быть собственником» можно считать полностью определенным, если имелась возможность составить список всех людей, у которых в собственности находились объекты собственности, а отношение «быть не собственником» можно считать определенным, если имелась возможность составить список всех людей, у которых в собственности такие объекты не находились (рис. 2).

Рис. 2. Представление понятия «собственность» по К. Марксу

Поясним это на простом примере. Рассмотрим множество М1 собственников некоторых различных объектов собственности и множество М2 несобственников, которые относятся к указанным объектам собственности, как к чужим, не принадлежащим им. Тогда существует естественное отношение «х - собственник для у», где х - один из собственников (элемент множества М1), а у - один из несобственников (элемент множества М2). Ясно, что для одного и того же собственника х это отношение может выполняться при разных у, и наоборот, для одного и того же несобственника у это отношение может выполняться при разных х.

Отношение собственности может быть определено не только для пар субъектов (бинарные отношения), но и для троек, четверок и т. д. Например, отношение «образовывать множество сособственников» выполняется для некоторых групп из п людей. Оно задается списками лиц, относящихся к одному объекту собственности, как к своему. Однако это отношение не сле-

дует путать с бинарным отношением «входить в одно множество сособственников».

Отношение собственности можно задать в матричной форме в виде бинарного отношения на конечном множестве.

Пусть М - п-элементное множество собственников и А - отношение собственности на нем. Перенумеруем элементы множества М целыми числами от 1 до п. Построим теперь квадратную таблицу размером п х п. Ее ¡-я строка соответствует ¡-му элементу множества М, а ]-й столбец - у-му элементу множества М. На пересечении ¡-й строки и у-го столбца ставится единица, если выполнено соотношение х ¡Аху,

и нуль - в противном случае. Обозначим элемент, стоящий на пересечении ¡-й строки и у-го столбца, через а у . Общее правило задания матрицы отношения можно сформулировать так:

[1, если выполнено х.Ах.;

а Чп л

10, если не выполнено х^Ху.

Матрицу, составленную из элементов а ¡¡, принято обозначать ЩуЦ.

Очевидно, эта матрица содержит всю информацию о том, для каких пар элементов из М выполнено отношение «быть собственником» А.

Следует заметить, что здесь произвол состоит только в выборе нумерации на М. Легко догадаться, что можно выбрать п! различных нумераций и, соответственно, п! матриц, описывающих данное отношение. Если задана матрица размером п х п из нулей и единиц и выбрана нумерация на множестве М, то тем самым на М будет задано некоторое отношение собственности А.

Матрица, для которой ау = 0 (т. е. ау = 0

при всех i и у), задает пустое отношение 0, которое не выполняется ни для одной пары.

Матрица, для которой ау = 1, задает полное

отношение М х М, выполненное для всех пар.

Особую роль играет также матрица ||б¡у||, в которой

г1, при I = у;

8 у =<

0, при i ф у,

где 5у - символ Кронекера.

^ЖаучнО-Технические^ведомости^СПбГПуб'^20

Этой матрице соответствует так называемое диагональное отношение Е, или отношение равенства хЕу, если х и у - один и тот же элемент множества М. Матрица Цб^Ц будет иметь вид:

1 0 0 0 •• 0

0 1 0 0 •• 0

0 0 1 0 •• 0

0 0 0 1 •• 0

0 0 0 0 •• 1

Антидиагональное отношение можно ввести условием

а = 1 .

Для пустого, полного, диагонального и антидиагонального отношений имеет место следующее свойство: их матрицы не зависят от выбора нумерации элементов множества М. Иначе говоря, если отношение собственности А таково, что при любом выборе нумерации в М матрицы Ца^ ||

совпадают, то А - либо пустое, либо полное, либо диагональное, либо антидиагональное.

Опираясь далее на исторический опыт и формализованное представление отношения собственности, можно правомочно считать, что одним из основных источников появления объектов собственности, необходимых для существования человека в обществе, всегда был процесс общественного производства, в основе которого лежало именно отношение собственности, а также разделение и обособление труда. К. Маркс по этому поводу замечал, что «ни о каком производстве, а стало быть, ни о каком обществе не может быть и речи там, где не существует никакого вида (формы) собственности» [8, с. 177].

Возникающие в обществе на основе отношения собственности имущественные отношения всегда были неразрывно связаны с присвоением объектов собственности одними субъектами и отчуждением соответствующих объектов собственности у других, крайним выражением которых были войны и ее вариант - терроризм

[5, с. 1-21; 6, с. 15-27]. В этом плане присвоение и отчуждение не могли существовать одно без другого [8, с. 713-714; 9, с. 471-485], а любое общественное производство было невозможно без таких общественных отношений, которые отражали процесс воздействия человека на материальные объекты с целью создания, приобретения или отторжения вещи, имущества (вещей), материальных благ, наиболее полно удовлетворяющих его внутренние потребности либо потребности рынка. Подтверждая эту мысль, К. Маркс писал: «Всякое производство есть присвоение индивидуумом предметов природы в пределах определенной общественной формы и внутри нее» [8, с. 713]; основу последней составляло отношение собственности на средства производства. Говоря иначе, отношения присвоения и отчуждения, объединенные в единый процесс присвоения, выступали как некое качество, посредством которого происходил указанный процесс присвоения материальных благ, внутренне присущий этой общественной форме, существо которой и определялось такого рода общественными отношениями, а отношение собственности выступало необходимым «условием производства» [9, с. 713], «ядром производственных отношений» [13, с. 7]. На деле же оно отражало довольно узкую часть общественных отношений: его относили, прежде всего, к личности, а как общественную категорию - увязывали только с организациями людей, членам которых и которым оно должно было служить и удовлетворять их определенные потребности. Эту мысль подтверждают и профессор Е.А. Суханов, который представлял экономико-политический характер собственности как «отношение присвоения конкретными лицами определенного имущества, влекущее его отчуждение от всех иных лиц и предоставляющее возможность хозяйственного господства над присвоенным имуществом, соединенную с необходимостью несения бремени его содержания» [3, с. 479], и профессор Ю.К. Толстой, который отмечал: «В самом первом приближении собственность можно определить как отношение индивида или коллектива к принадлежащей ему вещи как к своей. Собственность покоится на различении моего и твоего» [15, с. 15-16].

4

С учетом этого, экономическое по Г.В.Ф. Гегелю и первая часть экономико-политического по К. Марксу представления собственности по сути определяли только интересы человека-собственника и 1) связывались с возникновением у собственника прав по поводу определенных вещи, имущества, (вещей), материальных благ, которые относились к средствам производства (средствам труда и/или предметам труда), и выражались в их отчуждении от одних собственников, присвоении их другими и в недопустимости посягательств на них со стороны любых третьих лиц, 2) позволяли рассматривать собственнику присвоенные им вещь, имущество (вещи), материальные блага как свои собственные и обращаться с ними по своему усмотрению с учетом их потребительских свойств, а также требовать соблюдения своих прав и законных интересов от других лиц.

Отсюда следовало, что в целом и экономическое и экономико-политическое представление собственности в той или иной мере весьма односторонне отражало лишь материальную основу человека-собственника в обществе и на параметрическом уровне выражалось только во владении, пользовании и распоряжении собственником принадлежащими ему объектами собственности с соответствующим специфическим их смысловым наполнением этих его правомочий.

По этой причине собственность уже как юридическая категория до настоящего времени и определялась лишь экономическим по Г.В.Ф. Гегелю представлением, которое сходно только с первой частью экономико-политического по К. Марксу представления собственности, и закреплялась разработанным соответствующим правом собственности; при этом вторая часть экономико-политического представления собственности не нашла своего юридического закрепления, что и определило дефицитарность такого правового отображения экономического, экономико-политического представления собственности. Это полностью подтверждается мнением профессора Ю.К. Толстого, который считает, что поскольку «собственность - это отношение собственника к принадлежащей ему вещи как к своей», то оно выражается только

«во владении, пользовании и распоряжении ею» с соответствующим их специфическим наполнением, означающим следующее [7, с. 416]: «а) владеть, т. е. реально обладать; б) пользоваться, т. е. извлекать выгоду, для которой имущество предназначено; в) распоряжаться, т. е. определять его юридическую судьбу: продавать, дарить, сдавать в аренду, отдавать в залог и т. п.».

Именно такое понимание собственности на средства производства, сходное с экономическим представлением собственности по Г.В.Ф. Гегелю, и было принято К. Марксом в качестве основного классификационного признака деления целостного организма общества, его общественно-экономической формации, на различные виды и исследования в их рамках одной из важнейших закономерностей общественных отношений - связи способа производства со степенью эксплуатации одних людей другими. Подобная связь видов общественно-экономической формации с совокупностью людей, являющихся собственниками средств производства, и совокупностью людей, не являющихся ими, позволила К. Марксу установить классы людей исходя из степени эксплуатации одних другими.

Попытка уничтожить эксплуатацию в классовом обществе как таковую была не нова, поскольку на определенных этапах развития представлений о собственности становилось явным их несоответствие идеям добра, равенства, справедливости, свободы и т. д. Так, например, противостояние крупных собственников и наемных работников в первой половине XIX в. выразилось в открытом сопротивлении последних. Пути выхода из кризисного состояния европейского общества искала вся общественно-политическая мысль континента. К этому времени были выработаны различные способы переустройства общества, в основе которых лежало описанное отношение собственности, разделившее их на несколько течений [1; 14, с. 14-15]:

- социалисты-утописты и сторонников Л. Фейербаха (1804-1872 гг.), считавшие, что уничтожение эксплуатации может быть достигнуто через моральные усилия, распространение

в обществе добродетели или через овладение гуманистическими идеалами;

- последователи графа К.А. де Рувуа, известного под именем Сен-Симон (1760-1825 гг.), и сторонников оформившегося в 30-х гг. XIX в. направления позитивизма, которые обосновывали уничтожение эксплуатации путем постепенного «экономического», научного и технического прогресса;

- анархисты, сторонники концепций П.Ж. Пру-дона (1809-1865 гг.) и М.А. Бакунина (18141876 гг.), которые предлагали уничтожение эксплуатации путем ликвидации буржуазного государства - основного угнетателя народа;

- социал-демократы «реформисты», приверженцев идей Ф. Лассаля (1825-1864 гг.), которые полагали возможным уничтожение эксплуатации посредством «экономических» и политических реформ, путем завоевания пролетариатом всеобщего избирательного права и мирного, парламентского перехода государственной власти под контроль пролетариев;

- радикальные социал-демократы сторонники идей К. Маркса (1818-1883 гг.) и Ф. Энгельса (1820-1895 гг.), отстаивавшие идею уничтожения эксплуатации путем пролетарской революции с целью завоевания государственной власти пролетариатом и его союзниками и создания общества пролетарского социализма (коммунизма), которая реализована в России в 1917 г.

Однако все перечисленные способы переустройства общества в первой половине XIX в., так же как и любые другие, в основе которых лежало указанное выше представление собственности, всегда были направлены только на создание стабильных общественных отношений, которые определяли среду сосуществования антагонистических классов. Такая направленность обеспечивалась всеми известными течениями «экономической мысли», которые, по сути, представляли собой их историческое «движение по кругу»: несколько раз менялись представления ученых о названии самой науки, о природе создаваемого богатства, о роли государства в «экономике» [16, с. 5].

Изложенное позволяет утверждать, что в основе моделирования социальноэкономиче-ской сферы всегда лежали и по настоящее время лежат не один, а два сущностных признака

общественных отношений - собственность и стабильность, при этом второй сущностный признак, связанный со стабилизацией общественных отношений, К. Марксом никогда и нигде упомянут не был, поскольку не оказывал никакого влияния на исследуемую им закономерность по устранению эксплуатации человека человеком.

На основе указанных двух сущностных признаков - собственности и стабильности были впоследствии фактически разработаны и все иные так называемые социальные модели. Все вместе такого рода модели социально-экономической сферы без должного обоснования стали применяться для изучения любых общественных процессов.

Рассмотрение такого рода моделей на основе указанных двух сущностных признаков показало, что они не применимы для исследования общественных процессов, ориентированных, например, на отображение меняющейся среды хозяйствования. Объективная возможность использования иных признаков определяется самой постоянно меняющейся социально-экономической сферой и соответствующим ей морфологическим представлением собственности, который принципиально отличается от урезанных представлений Г.В.Ф. Гегеля и К. Маркса (рис. 3).

Изложенное позволяет использовать в качестве сущностного признака для моделирования социально-экономической сферы только собственность с совершенно иным представлением, которая объединяет в качестве независимых элементов, с одной стороны, ее представление по Г.В.Ф. Гегелю в виде объектов собственности, а с другой - ее представление по К. Марксу в виде отношений собственника и несобственника к объектам собственности при отсутствии волеизъявления собственника и при наличии волеизъявления собственника и согласия несобственника. Полученное новое структурное представление собственности определяет возможность взаимодействия субъектов и объектов собственности, что придает им эмерджентные свойства, которыми по отдельности они не обладали. Кроме того, использование только одного такого сущностного признака общественных отношений -собственности позволяет полностью исключить

4

Структура собственности - совокупность некоторых элементов, групп элементов и отношений (связей) между ними

Представление собственности по Г. В. Ф. Гегелю

Объект собственности

земля природные ресурсы вещь имущество (вещи) материальные блага

Представление собственности по К. Марксу

Отношение собственника к объекту собственности, как к своему, принадлежащему ему Отношение несобственника к объекту собственности, как к чужому, не принадлежащему ему

Правовое отображение собственности.

Выражается только в праве собственника «владеть, пользоваться и распоряжаться» с соответствующим смысловым

наполнением этих правомочий

Морфологическое (структурное) представление собственности

Объекты собственности:

земля - среда обитания всех людей; природные ресурсы; вещь; имущество (вещи); материальные блага;

имущественные права

Имеет право владеть, пользоваться и распоряжаться.

Обязан содержать принадлежащие ему объекты собственности и не нарушать права третьих лиц.

Несет ответственность за неисполнение и ненадлежащее исполнение своих прав и осуществление обязанностей

Собственник

Обязан не владеть, не пользоваться, не распоряжаться и не нарушать права третьих лиц.

Имеет право не содержать не принадлежащие ему объекты собственности.

Несет ответственность за неисполнение и ненадлежащее

исполнение своих прав и осуществление обязанностей

Несобственник при отсутствии волеизъявления собственника

ГСП

Имеет право пользоваться и распоряжаться переданными ему собственником объектами

собственности для наиболее полного удовлетворения потребностей собственника.

Обязан содержать переданные ему собственником объекты собственности и не нарушать права собственника третьих лиц.

Несет ответственность за неисполнение и ненадлежащее исполнение прав и осуществление обязанностей

Несобственник при наличии волеизъявления собственника и согласии несобственника

Рис. 3. Варианты представления собственности

дефицитарность экономического и экономико-политического отображения в ее правовом отображении, что открывает возможность обеспечения в условиях вариации среды хозяйствования жизнедеятельности общества не только усилиями его предприимчивой части, но и совместными усилиями самого общества и

его Марксом для исследования важнейшей закономерности общественных отношений - связи способа производства со степенью эксплуатации одних людей другими [11, с. 9-15].

Таким образом, введение вместо двух сущностных признаков общественных отношений - собственности и стабильности только одного

Научно-технические ведомости СПбГПУ 6' 2011. Экономические науки

недефицитарного сущностного признака - собственности открывает возможность перехода от весьма гомоморфных моделей социально-экономической сферы, у которых экспликацией гомоморфизма являлась эквивалентность,

к гомоморфным моделям социально-экономической сферы иного рода, у которых экспликацией гомоморфизма является толерантность, включающая эквивалентность как частный случай.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Батиев, Л.В. Политические и правовые учения XVII века [Текст] / Л.В. Батиев. - СПб.: Изд-во Р. Асланова «Юрид. центр Пресс», 2006. - 348 с.

2. Гегель, Г.В.Ф. Философия права [Текст] : пер. с нем.: / Г.В.Ф. Гегель; ред. и сост. Д.А. Керимов и В.С. Нерсесянц; авт. вступ. ст. и примеч. В.С. Нерсе-сянц. - М.: Мысль, 1990. - 524 с.

3. Гражданское право России [Текст] : учебник : в 2-х т. / отв. ред. проф. Е.А. Суханов. - 2-е изд. - М.: Изд-во БЕК, 1998. - Т. 1. - 816 с.

4. Даль, В.И. Толковый словарь живого великорусского языка [Текст] : в 4 т. / В.И. Даль. - М.: ОЛМА-Пресс, 2003. - Т. 1. - 640 с.

5. Домаков, В.В. Публичная собственность - способ решения национального вопроса [Текст] / В.В. До-маков // Известия Санкт-Петербургского университета экономики и финансов. - 2004. - № 1. - С. 1-21.

6. Домаков, В.В. Терроризм и решение проблемы национальной безопасности России [Текст] / В.В. Домаков // Вестник ИВТОБ. - 2004. - № 3. - С. 15-27.

7. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) [Текст] / руководитель авт. коллект. и отв. редактор О.Н. Садиков. - М.: Юрид. фирма Контракт; Инфра-М, 1997. -ХХП. - 778 с.

8. Маркс, К. Сочинения [Текст] / К. Маркс, Ф. Энгельс. - Изд. 2-е. - Т. 12. - М.: Гос-политиздат, 1958. - 879 с.

9. Маркс, К. Сочинения [Текст] / К. Маркс, Ф. Энгельс. - Изд. 2-е. - Т. 46, ч. 1. - М.: Госполитиздат, 1968. - 559 с.

10. Немецко-русский словарь [Текст] / под ред. И.В. Рахманова. - М.: ГИС, 1959. - 574 с.

11. Политическая экономия [Текст] : учеб. пособие для школ основ марксизма-ленинизма. - М.: Политиздат, 1967. - 367 с.

12. Русско-немецкий словарь [Текст] / под ред. А.А. Лепинга. - М.: ГИС, 1948. - 855 с.

13. Суханов, Е.А. Лекции о праве собственности [Текст] / Е.А. Суханов. - М.: Юрид. лит., 1991. - 238 с.

14. Теплов, Э.П. История политических и правовых учений от древности до наших дней: информация и краткий анализ [Текст] / Э.П. Теплов, Н.А. Теплова. - Ч. II. - СПб.: СПб юрид. академия, 2000. - 64 с.

15. Толстой, Ю.К. К учению о праве собственности [Текст] / Ю.К. Толстой // Правоведение. - 1992. -№ 1. - С. 16-17.

16. Хрестоматия по экономической теории [Текст] / сост. Е.Ф. Борисов. - М.: Юристъ, 1997. -536 с.