2019. 02. 011. Корпоративная коммуникация в России: дискурсивный анализ: кол. Монография / отв. Ред. Милехина Т. А. , Ратмайр Р. - М. : Издат. Дом ЯСК, 2017. - 632 с. - (Studia Philological)

2019.02.011. КОРПОРАТИВНАЯ КОММУНИКАЦИЯ В РОССИИ: Дискурсивный анализ: Кол. монография / Отв. ред. Милехи-на Т А., Ратмайр Р. - М.: Издат. Дом ЯСК, 2017. - 632 с. - (Studia philological).

Ключевые слова: корпоративная коммуникация; корпоративная культура; корпоративный язык; коммуникативные стратегии; коммуникативный жанр; лингвокультурные типажи; речевое поведение; дискурс; картина мира; языковой барьер; лингва франка.

Исследование выполнено международным коллективом авторов - российскими и австрийскими лингвистами, сотрудниками Института славянских языков Венского экономического университета и посвящено малодоступной области делового дискурса -корпоративной коммуникации.

Материалом для анализа послужили видео- и аудиозаписи (общим объемом более 40 часов звучания) текстов различных жанров корпоративной коммуникации, сценариев корпоративных мероприятий, интервью топ-менеджеров (более 75 часов записи), материалов корпоративных киножурналов, газет и интернет-сайтов, корпоративной электронной почты, корпоративных этических кодексов, рекламы и других документов. Эти материалы свидетельствуют о том, что корпоративной коммуникации в компаниях разной отраслевой принадлежности (нефтегазового и перерабатывающего комплекса, банковского дела, электронной торговли, маркетинговой коммуникации, издательского бизнеса, производства товаров народного потребления и пр.) свойственно жанровое разнообразие и языковое своеобразие, выражающееся в стилистической и семантической специфике используемых языковых средств. Эта жанровая специфика проявляется как во внутрикорпоративной коммуникации (в стратегической сессии - strategic session, модерации, презентации, team building, в жанре «тайный покупатель» - mystery shopper), так и во внешней корпоративной коммуникации (в промо-мероприятиях, перформансах, благотворительных акциях).

Авторы констатируют, что корпоративная коммуникация не только поощряет личностное, индивидуальное начало в речевом общении, но и «превращает способность к речевому 'креативу' в

одно из важнейших условий успешности карьеры человека» (с. 9). Отмечается, что «несмотря на устойчивые традиции советской деловой культуры коллективизма, современная российская корпоративная коммуникация в значительной мере ориентирована на западно-европейский и американский образец» (с. 10), на основании чего она характеризуется в книге как аналоговая.

Отмечается, что в современном массовом сознании сформировались корпоративные лингвкультурные типажи1, различающиеся по своему речевому поведению: «российский топ-менеджер» и «офисный планктон» (менеджеры среднего звена).

Книга состоит из введения и трех частей.

Во введении выделяются два подхода к трактовке дискурса.

В западной традиции доминирует трактовка дискурса в русле научного наследия М. Фуко: под дискурсом понимается надындивидуальная практика производства или воспроизводства знания, результатом которой является «стабильный (для определенного времени), когерентный корпус высказываний» (с. 16)2. Авторы данной коллективной монографии предпринимают попытку проанализировать корпоративную культуру и жанры ее коммуникации как особую систему знания.

В России доминирует традиция изучения дискурса с акцентом «на его когнитивных аспектах, т.е. на взаимодействии языка как системы с мышлением, с формацией, модификацией, с преобладанием и вытеснением концептов, формирующих целые 'кон-цептосферы' разных социальных групп, таких, как, например, 'предприниматели', и, соответственно, с возникновением в лексиконе языка новых единиц» (там же).

Для характеристики речи социально-профессиональной группы «предприниматели» в настоящей коллективной монографии используются: 1) метод социально-речевого портретирования, т.е. выясняется, в каких условиях формировалась языковая личность предпринимателя, как она изменялась в 90-х годах прошлого века и в первом десятилетии XXI в.; 2) теория двух аспектов кар-

1 Карасик В.И. Речевое поведение и типы языковых личностей // Массовая культура на рубеже XX-XXI вв.: Человек и его дискурс: Сб. науч. трудов. - М., 2003. - С. 24-46.

2 Diaz-Bone R. Entwicklungen im Feld der foucaultschen Diskursanalyse // Historical social research. - ^cago, 2003. - N 28 (4). - Р. 60-102.

тины мира - концептуального (модели действительности, отраженной человеческим сознанием) и языкового (совокупности знаний, зафиксированных в языковых единицах и правилах их комбинации).

На основании вышесказанного в книге делается вывод, что «на дискурс можно смотреть как на социальную практику, результатом которой являются тексты (включая устные, т.е. речь), или как на систему санкционированных определенным сообществом в определенное время знаний» (с. 18). В соответствии с концепцией М. Фуко и его последователя Н. Фэрклоу коммуникативные жанры «можно определить как предоставленное дискурсом знание о принятых в определенных социокультурных условиях языковых практиках» (с. 18)1.

В части первой анализируются социокультурные особенности российского общества, его социальная структура, характеризуется период перехода от плановой экономики к рыночной и этап становления российского бизнеса; описывается восприятие последнего российским населением. Особое внимание уделяется культурным особенностям российского общества, в том числе и дуализму русской культуры. Отмечается гетерогенный характер современной российской корпоративной культуры, обладающей характеристиками, которые частично восходят к дореволюционному периоду и даже времени правления Петра I, частично - основаны на советских образцах, а с начала 90-х годов ХХ в. подвержены сильному влиянию западной культуры.

Характеризуя языковые проявления социокультурной специфики современного российского общества, авторы особое внимание уделяют речевому этикету и вежливости в деловой сфере, преодолению языковых барьеров и языковому менеджменту в российских компаниях, «буму» англицизмов в современном деловом дискурсе. Поскольку использование общего языка является важной предпосылкой (но не гарантией) успешного сотрудничества российских и зарубежных компаний, знанию иностранных языков и качеству перевода придается в корпорациях большое значение.

1 The critical study of language, language in social life series. - L.; N.Y., 1995. - 279 p.

Сегодня можно говорить о переосмыслении важности перевода в организационных исследованиях, подчеркивается в книге.

В данной коллективной монографии используется модель языковых барьеров в мультилингвальных компаниях, разработанная лингвистами А. Фили и А.-В. Харцинг1. В этой модели определяются три измерения языковых барьеров: 1) разнообразие (diversity) - сколько языков используется в компании; 2) проникновение (penetration) - на каких уровнях общения возникают языковые барьеры; 3) совершенствование (sophistication) - какие сложные навыки общения на иностранном языке требуются в различных ситуациях корпоративной коммуникации. Для этого рассматриваются следующие вопросы: 1) какие языки и сколько языков используются в бизнес-подразделениях российских и зарубежных компаний?; 2) какие языки используются в качестве лингва франка?; 3) каким образом регулируется использование языков в компаниях (например, путем введения официального корпоративного языка в устной и письменной коммуникации)?; 4) как отличается выбор языков по коммуникативным ситуациям в повседневной бизнес-практике?; 5) какие меры принимаются для удовлетворения потребностей в иностранных языках?; 6) осуществляется ли языковой менеджмент?; 7) что думают представители бизнес-сообщества об исследованиях по этим проблемам?

Знание английского языка называлось большинством респондентов в качестве обязательного условия для приема на работу. Он же чаще всего используется как лингва франка. В большинстве подразделений корпораций используются два или три языка: русский, английский и язык страны штаб-квартиры. Однако, как отмечают и российские, и австрийские респонденты, в коммуникации с партнерами из постсоветских стран (Прибалтики, Центральной Азии), особенно с людьми старшего поколения, часто используется именно русский язык.

Констатируется отсутствие единой тенденции в стратегиях выбора единого корпоративного языка: компании выбирают разные стратегии и комбинируют их. Только в половине опрошенных компаний есть официально установленный язык, и только в поло-

1 Feely A.J., Harzing A.-W. Language management in multinational companies // Cross cultural management: An intern. j. - L., 2003. - N 10 (2). - Р. 37-52.

вине этих компаний придерживаются данного регламента. «Единый корпоративный язык не всегда является оптимальным способом преодоления языковых барьеров, и в бизнес-подразделениях компаний больше практикуется многоязычный диалог» (с. 172).

В части второй анализируются жанры корпоративной коммуникации, реализуемые в различных устных и письменных типах текста: в протоколах совещаний, стратегической сессии, собеседовании при приеме на работу, обслуживании клиентов, в неформальной коммуникации, в деловой переписке, корпоративных киножурналах, корпоративных этических кодексах и рекламе.

Часть третья посвящена проблеме корпоративной идентичности. Корпоративный дискурс анализируется как инструмент формирования корпоративной культуры, т.е. как процесс, направляемый не только руководством корпорации «сверху», но и создаваемый сотрудниками «снизу», а именно «тем, что они строят свои (выделено авторами. - Н. Т.) стратегии, никогда полностью не идентифицируя себя с компанией» (с. 13).

Изучаются также коммуникативные стратегии, активно используемые топ-менеджерами и их профессиональными консультантами для построения дискурсивного имиджа компании на корпоративных сайтах и в социальных медиа, для чего используется понятие имиджевой корпоративной коммуникации - mission statement «общая концепция деятельности компании», или «корпоративное кредо». Такое исследование проведено с использованием модели Ашриджа1, которая фиксирует следующие четыре основных компонента этого кредо: 1) предназначение (purpose); 2) корпоративные ценности (company values); 3) стандарты поведения (behaviour standards); 4) стратегия (strategy). Анализируется корпоративная коммуникация в нескольких крупных российских компаниях (Газпроме, Лукойле, Роснефти и ТНК-ВР), причем основное внимание уделяется так называемым «стейкхолдерам» (stakeholders), т.е. заинтересованным сторонам. Все компании подчеркивают социальную направленность своей деятельности (например, Лукойл создан на благо человека, Газпром объявляет своим приоритетом обеспечение надежности поставок, Роснефть видит в социальной ответственности ключевое условие коммерческого ус-

1 Сampbell A., Devine M., Young D. Vision, mission, strategie. - Frankfurt a.M.; N.Y., 1992. - 256 S.

пеха). Постоянное стремление соединить экономические и социальные аспекты в дискурсивном имидже отражается в идентификации основных стейкхолдеров компаний: в качестве главных бенефициаров называются, с одной стороны, человек / общество, сотрудники и потребители, а с другой - акционеры и инвесторы.

По языковым маркерам разграничения «эксплицитной и имплицитной обязанности в корпоративных кодексах» (с. 468) выявляется определенная иерархия важности основных понятий для компаний. «Как объекты безусловного корпоративного долга Роснефть и Лукойл эксплицитно отмечают только прибыльность и эффективность и выделяют акционеров как основных бенефициаров этого долга. Такие сферы деятельности, как обращение с конфиденциальной информацией или конфликт интересов, которые могут повлиять на коммерческий успех, отрегулированы всеми компаниями намного строже и, таким образом, представлены как наиболее важные. И наоборот - почти полное отсутствие эксплицитных языковых операторов долженствования в разделах, относящихся к 'социальным' областям деятельности (отношения с работниками, охрана природы и т.д.), свидетельствуют о меньшей важности этих явлений для выбранных корпораций» (там же)1.

В завершение этой части и коллективной монографии в целом характеризуется образ российского бизнеса за рубежом, что делается на материале печатных СМИ в немецкоязычных странах. Отмечается, что в этих странах до сих пор превалирует образ России, созданный австрийским дипломатом Сигизмундом фон Гер-берштайном в первой половине XVI в. Поэтому образ российского бизнеса формируется не только на основе реальных политических и экономических событий и процессах, но и с использованием механизмов генерализации и типизации стереотипных представлений. «Основной семантической сетью образа российского бизнеса является (необоснованный) страх перед русскими. Вокруг крылатого выражения 'русские идут' строятся самые разные метафоры и метонимии, которые а) маскируют энергетическую зависимость Европы от России и б) отчасти отождествляют российский бизнес с российским государством» (с. 517).

Н.Н. Трошина

1 Везде выделено авторами. - Н. Т.