Социальная идентичность: теоретико-методологические основания социологического анализа

Н. Л. БАЛИЧ, кандидат социологических наук,

Институт социологии НАН Беларуси, г. Минск

социальная идентичность: теоретико-методологические основания

СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА

В статье рассматривается феномен социальной идентичности, теоретико-методологические основания социологического анализа в рамках функционализма, символического инте-ракционизма, феноменологической социологии, интегративного подхода и возможности их применения в современных условиях.

Ключевые слова: идентичность, социальная идентичность, идентификация, индивид, социальная группа, социальная общность.

Природа социальной идентичности и особенности ее формирования интересны не только в теоретическом, но и в практическом плане, поскольку определяют логику отбора исследовательских средств в рамках данной проблематики, а также позволяют глубже понять специфику взаимоотношений человека и общества.

Среди современных исследователей нет единого мнения относительно того, кто ввел понятие «идентичность» в психологической науке. Термин имеет много смысловых оттенков в связи с различными теоретическими парадигмами конца Х1Х-ХХ столетий. Истоки понятия «идентичность» заложены и отражены в выступлениях в работах З. Фрейда. Появление термина «идентичность» в рамках психоаналитического подхода связывают с именем Э. Эриксона [1].

Методологические основания социологии интегрируют в себе наиболее значимые и продуктивные подходы к исследованию социальной идентичности. Это фундаментальные классические работы М. Вебера, П. Бергера, Э. Гидденса, И. Гоффмана, Э. Дюркгейма, Р. Мертона, Т. Парсонса и др.

В социологических теориях, применяемых к исследованию проблем социальной идентичности, можно выделить следующие подходы: функционализм и структурный функционализм, символический интеракционизм, феноменологическая социология, интегративный подход.

Основы функционализма и структурного функционализма наиболее полно раскрыты в теориях известных социологов Э. Дюркгейма и Т. Парсонса. В частности, Э. Дюркгейм затронул вопрос о механизмах формирования социальной идентичности и влиянии на индивида его связей с различными общностями. Не используя термин «идентичность», Э. Дюркгейм разработал теорию транс-

ляции социальных идентичностей, раскрыл структуру и процессы конструирования «социальной сущности» личности, которая представляет собой систему «надиндивидуального», отражающей в индивидах групповую принадлежность (религиозные верования, моральные нормы и принципы и т. п.), и передается в процессе социализации от поколения к поколению [2, с. 73-75]. Согласно данной теории, в традиционных обществах человек формирует свою идентичность непосредственно из присутствующей культуры, в современных -руководствуется общими и особенными для типа социальной организации нормами и ценностями.

Т. Парсонс индивидуальную идентичность описывал как систему кодов, посредством которой личностные значения символизируются (через язык, ценности и т. п.) и детерминируют социальные действия субъекта. Понятие «идентичность» относится, по мнению социолога, к двум взаимосвязанным аспектам положения индивида в обществе: знание системы, в которой действует человек, и понимание того, что есть норма и проблема самоопределения и места индивида в нормативном пространстве. В данном контексте идентичность является не состоянием, а структурной характеристикой личности [3].

В рамках функционализма и структурного функционализма идентичность рассматривается как характеристика индивида, формирующаяся в процессе интериоризации социальных норм и ценностей и передающаяся последующим поколениям в процессе социализации. Некоторые исследователи отмечают, что анализ проблем социальной идентичности в рамках структурного функционализма возможен только в условиях стабильного общества, поскольку «понятийная разработка теории была ограничена допущением изначальной заданности конкретного структурированного объекта» [4, с. 46]. Основы теории функционализма и структурного функционализма важно учитывать и в исследованиях транзитивных обществ.

В рамках символического интеракционизма социальная идентичность освещена в трудах Ч. Х. Кули и Дж. Мида. Согласно теории Ч. Х. Кули представление индивида о себе во многом зависит от восприятия его окружающими. Человек смотрится как в «зеркало» во внешние представления и, отражая последние, создает о себе определенное мнение. Такой процесс важную роль играет на раннем этапе развития человека, когда через восприятия и реакции других людей формируются собственные идеи и суждения относительно своего Я, трансформирующиеся затем в стабильную концепцию собственной, или индивидуальной, идентичности [5]. Дж. Мид рассматривал идентичность как результат социального взаимодействия. В качестве инструмента идентификации индивида с группой он ввел понятие «обобщенный Другой» [6, с. 225]. По -скольку идентичность описывается как способность целостно воспринимать себя и социальный мир, ее структура включает не только единство элементов, но и их связи между собой и с целым. Дж. Мид различает осознаваемую и неосознаваемую идентичности: неосознаваемая - это комплекс ожиданий, исходящих от социального окружения индивида; осознаваемая - формируется

в процессе рефлексирования личностью своего Я, своего поведения. При этом осознаваемая идентичность формируется посредством категорий, зафиксированных в языке в результате социальных взаимодействий.

И. Гоффман выделил три вида идентичностей, выражающих как социальную детерминацию, так и индивидуальное своеобразие личности: социальная идентичность отражает типизацию личности другими на основе групп принадлежности - «социальное Я »; личностная идентичность - уникальный комплекс индивидуальных признаков конкретного человека, характеризующих его как объект во времени и пространстве, - «физическое Я»; Я-идентичность -субъективное восприятие индивидом своей жизненной ситуации и собственного своеобразия - «рефлексивное Я» [7]. Гоффман вводит понятие «политика идентичности» - влияние человека на информацию о себе, проецируемую на социальное окружение. Данная политика реализуется посредством следующих техник: избегания, компенсации (искажение мнения о себе), деидентификации (изменение признаков идентичности).

Ю. Хабермас личностную и социальную идентичность определяет как два неразрывных измерения, в которых реализуется балансирующая Я-иден-тичность: личностная идентичность обеспечивает жизненный путь человека, социальная - возможность выполнять требования всех ролевых систем, к которым принадлежит человек. Установление этого баланса, по мнению автора, происходит с помощью техник взаимодействия. «Вертикальное измерение -личностная идентичность - обеспечивает связь истории жизни человека. Горизонтальное измерение - социальная идентичность - обеспечивает возможность выполнять различные требования всех ролевых систем, к которым принадлежит человек. Во взаимодействии человек проясняет свою идентичность, стремясь соответствовать нормативным ожиданиям и ожиданиям партнера. В то же время человек стремится к выражению своей неповторимости» [8, с. 369].

Таким образом, интеракционисты определяют личностную идентичность как изначально социальное образование. В основе осознания своей социальной позиции индивидом - восприятие ее другими путем противопоставления позициям иных групп и общностей. Благодаря этому люди упрощают и схематизируют правила социального взаимодействия.

Феноменологическая социология знания представлена в теории П. Бергера и Т. Лукмана. Определяя понятие «идентичность», авторы рассматривают его как синоним понятий «образ Я», Я-концепция, самоописание. Под идентичностью понимается целостный образ, составленный индивидом о самом себе, неизменный во всех жизненных ситуациях, в которых осознает себя индивид. Также идентичность определяется через понятие «идентификация», т. е. соотнесение себя с некоторой социальной группой. Это противоречие между двумя способами определения идентичности разрешается посредством диалектики социальной феноменологии. «Идентичность, безусловно, является ключевым элементом субъективной реальности... и формируется социальным процессом. Однажды выкристаллизовавшись, она поддерживается, видоизме-

няется и даже переформируется социальными отношениями» [9, с. 279]. Самоидентификация происходит не с конкретными людьми, обладающими уникальными свойствами, а с ролью, стереотипом поведения, который является схемой деятельности и способом типизации опыта в определенных условиях. При этом не всякая самоидентификация оказывается связанной с идентичностью. Идентичность представлена как целостная иерархическая система, которая основывается на нескольких базовых принципах и относительно которой одни факты биографии выступают более значимыми, нежели другие. Обретение идентичности проходит в контексте специфической социальной структуры. «Не только ее содержание, но и меры ее «успеха» имеют социальноструктурные условия и последствия» [9, с. 263].

Таким образом, феноменологический подход основывается на идее конструирования личностью социальной реальности и «Я-образа», который может трансформироваться под воздействием перемен, происходящих в обществе и в самой личности.

Интегративный подход в концепциях П. Бурдьё, Э. Гидденса, С. Хантингтона представлен в исходном принципе многомерности самосознания, в котором присутствуют социальные, культурные и личностные аспекты, находящиеся во взаимосвязи.

Согласно теории П. Бурдьё, структурированное социальное отношение -габитус (habitus) - является системой присущих индивиду диспозиций мышления и действия, которая определяет его знания и опыт [10, с. 24], социальные правила жизнедеятельности различных групп и общностей, выделяя тех, с кем солидаризуется индивид, обладающий аналогичным «символическим капиталом». Габитус представляет собой важнейший элемент в формировании социальных идентичностей, функционирует как матрица восприятия, мышления и практик. Условия существования и сходные социальные позиции агентов определяют возникновение гомологичных габитусов, на базе которых образуются социальные общности: группы, классы. Каждый индивидуальный габитус представляет собой специфический вариант соответствующего классового габитуса и имеет способность к самосохранению, что ограждает его от неблагоприятных условий внешней среды и от возможных ее нарушений. Габитус способен обновляться в целях социальной адаптации личности. Следует отметить, что П. Бурдьё определяет зависимость социальной идентификации от оценки индивидом своего социального положения как «интуицию практического чувства». Социальная идентичность - это сугубо индивидуальный комплекс глубоко интернализованных социальных черт объективного и субъективного характера [11].

В отличие от П. Бурдьё, не использовавшего понятие «социальная идентичность» применительно к концепту социальной идентичности, Э. Гидденс связывает эти две категории. По его мнению, идентичность следует ассоциировать с «социальной позицией, фиксирующей круг прав и обязанностей, которые актор, соответствующий идентичности (или лицо, занимающее по-

зицию), может активизировать или выполнить» [12, с. 142] в различных со-циетальных общностях. Э. Гидденс рассматривает идентичность и самоидентичность в качестве феноменов культуры современного общества, которые возникают и поддерживаются в повседневной жизни индивида. В структуре идентичности он выделил двухполюсный континуум: абсолютное приспособленчество (конформизм) и замкнутость на себе. Общая идентичность характеризуется им как часто неосознаваемая уверенность индивида в принадлежности к какому-либо коллективу, общие чувства и представления, отражающиеся в сознании [12, с. 100-112].

Американский социолог С. Хантингтон выделил несколько ключевых моментов в исследовании социальной идентичности:

1) Идентичностью обладают как индивиды, так и группы, при этом индивиды приобретают и могут изменять свою идентичность только в группах, имея возможность быть членом сразу нескольких групп и «переключать» идентичности, поскольку групповая идентичность менее гибкая, так как основывается на заранее заданных параметрах. В случае если базовые параметры групповой идентичности исчезают (например, цель, ради которой создается группа), само существование группы оказывается под угрозой до тех пор, пока не будет найдена новая побудительная причина деятельности.

2) Идентичности представляют собой конструкты, формируемые людьми по желанию, необходимости или принуждению. Не считая культурной наследственности (от которой можно и отречься), пола (который можно и сменить), возраста (с которым можно бороться), люди относительно свободны в определении собственной идентичности. Наследуемые признаки (национальность) переопределяются или вовсе отвергаются. Понимание национальной принадлежности меняется со временем, приобретая новое содержание.

3) Как группы, так и индивиды (в меньшей степени) обладают множественными идентичностями. Последние могут быть «кровными», территориальными, экономическими, культурными, политическими, социальными и национальными. Значимость перечисленных идентичностей для индивида или группы со временем и в зависимости от ситуации меняется, дополняя друг друга или конфликтуя между собой.

4) Идентичности определяются «самостью», являясь при этом результатом взаимодействия конкретного человека или группы с другими людьми или группами. Восприятие другими оказывает существенное влияние на самоидентификацию человека или группы. Если в новом социальном контексте человек оказывается в положении чужака, изгоя, он начинает считать себя таким (если большинство населения страны считает некое меньшинство отсталым и невежественным, члены этого меньшинства, скорее всего, воспримут это мнение, в результате чего оно превратится в часть их идентичности). А альтернативные идентичности, по мнению автора, зависят от ситуации [13, с. 50-53].

Исследование феномена социальной идентичности в различных направлениях западной социологии позволяет выделить две основные традиции - ма-кросоциологическую и микросоциологическую.

Западные концепции не всегда можно применить к отечественной действительности, поэтому важно учитывать опыт российских и белорусских социологов в изучении особенностей формирования социальной идентичности в условиях реальных социально-экономических преобразований. В частности, следует отметить прикладные исследования В. А. Ядова (1992-1994 гг.). которые внесли существенный вклад в изучение представительных массовых данных доминирующих тенденций формирования социальной идентичности [14]. Социально-идентификационные процессы описываются как основа возникновения устойчивых социальных интересов, что является механизмами формирования гражданского общества.

Понятие «социальная идентичность» определяется социологом как «осознание, ощущение, переживание своей принадлежности к различным социальным общностям. малая группа, класс, семья, территориальная общность, этнонациональная группа, народ, общественное движение, государство, человечество в целом» [14, с. 159]. Чувство принадлежности к социальной общности выполняет важные социальные и социально-психологические функции: обеспечивает подчинение индивида социальной группе, групповую защиту, критерии оценки и самооценки.

В российской и белорусской науке тему социальной идентичности раскрывают В. С. Агеев, Т. С. Баранова, Е. Н. Данилова, Л. М. Дробижева, С. Г. Климова, И. С. Кон, А. В. Мальцева, А. В. Микляева, П. В. Румянцева, И. С. Самошкина и др. В результате их исследований выявлен целый ряд особенностей психосоциального развития личности, изучена роль идентичности в ходе адаптации индивида в условиях социальных изменений, особенности формирования и интеграции в целостную структуру профессиональных, этнических и иных значимых идентичностей индивида.

Обобщения, достигнутые в представленных выше концепциях, помогают выработать методологическую базу исследования категории «социальная идентичность». К общесоциологическим основаниям становления социальной идентичности можно отнести: общественное разделение труда, различия статусов и ролей, процессы социализации, связи индивида с различными общностями и группами, различия культур.

При всем многообразии исследовательских подходов концепт идентичности остается одним из самых сложных и многозначных в социологической науке, что требует новых разработок и прикладных исследований, направленных на выявление основных тенденций и особенностей формирования различных форм социальной идентичности.

Литература

1. Эриксон, Э. Идентичность: юность и кризис : пер. с англ. / Э. Эриксон. - М.: Прогресс, 1996. - 342 с.

2. Дюркгейм, Э. О разделении общественного труда; Метод социологии / Э. Дюркгейм. -М.: Наука, 1991. - 576 с.

3. Парсонс, Т. Система современных обществ / Т. Парсонс. - М.: Аспект-Пресс, 1998. - 270 с.

4. Луман, Н. Введение в системную теорию / Н. Луман; под ред. Б. Беккера. - М.: Логос, 2007. - 360 с.

5. Кули, Ч. Х. Человеческая природа и социальный порядок / Ч. Х. Кули. - М.: Идея-Пресс, 200. - 320 с.

6. Мид, Дж. Интернализованные другие и самость / Дж. Мид // Американская социологическая мысль / Р. Мертон [и др.]; сост. Е. И. Кравченко; под общ. ред. В. И. Добренькова. -М., 1996. - С. 222-224.

7. Гоффман, И. Представление себя другим в повседневной жизни / И. Гоффман; пер. с англ. и вступ. ст. А. Д. Ковалева. - М.: Канон-пресс-Ц: Кучково поле, 2000. - 304 с.

8.Хабермас, Ю. Европейское национальное государство: его достижения и пределы. О прошлом и будущем суверенитета и гражданства / Ю. Хабермас // Нации и национализм; редкол. Б. Андерсон [и др.]. - М.: Праксис, 2002. С. 364-380.

9. Бергер, П. Социальное конструирование реальности: трактат по социологии знания / П. Бергер, Т. Лукман; пер. Е. Д. Руткевич. - М.: Медиум [и др.], 1995. - 323 с.

10. Бурдьё, П. Начала / П. Бурдьё; пер. с фр. Н. А. Шматко. - М.: Socio-Logos, 1994. - 288 с.

11. Бурдьё, П. Идентичность и репрезентация: элементы критической рефлексии идеи «региона» / П. Бурдьё // Ab Imperio. - 2002. - № 3. - С.45-60.

12. Гидденс, Э. Устроение общества: Очерк теории структурации / Э. Гидденс. - 2-е изд. -М.: Академический Проект, 2005. - 528 с.

13. Хантингтон, С. Кто мы? Вызовы американской национальной идентичности / С. Хантингтон; пер. с англ. А. Башкирова. - М.: АСТ, Транзиткнига, 2004. - 635 с.

14. Ядов, В. А. Социальные и социально-психологические механизмы формирования социальной идентичности личности / В. А. Ядов // Мир России. - 1995. - №3-4 - С. 158-181.

N. L. BALIcH

social IDENTITY: THEoRETicAL AND METHoDoLoGicAL GRouNDs of sociological analysis

summary

The phenomenon of social identity is discussed in the article. Author analyzed theoretical and methodological grounds of sociological analysis of social identity in functionalism, symbolic interactionism, phenomenological sociology, integration approach and the possibility of their application in the context of modernity.

Key words: identity, social identity, identification, individual, social group, social community.

Поступила 29.10.2012 г.