Способы лингвистического обозначения жизненных этапов в диалектной коммуникации (на материале речевого жанра автобиографического рассказа)

УДК 808.2-087

СПОСОБЫ ЛИНГВИСТИЧЕСКОГО ОБОЗНАЧЕНИЯ ЖИЗНЕННЫХ ЭТАПОВ В ДИАЛЕКТНОЙ КОММУНИКАЦИИ

С.В. Волошина

Аннотация. Статья посвящена выявлению средств языковой репрезентации жизненных этапов в речевом жанре автобиографического рассказа на материале диалектной речи. Акцентируется внимание на важных для говорящего этапах его становления (детство, молодость, старость). Ключевые слова: автобиографический рассказ; речевой жанр; концепт; жизненный путь; диалектная коммуникация.

В 80-90-е гг. ХХ столетия заметно возрос интерес к различным типам человеческого общения. Разговорная речь является одним из наиболее популярных объектов изучения в современном языкознании. Среди подходов к ее исследованию выделяется жанроведческий, активно разрабатываемый в последние десятилетия, опирающийся на понятие речевого жанра. Изучение речевых жанров, в свою очередь, проводится на различном материале и в разных аспектах: когнитивном [1, 2], лингвоперсонологическом [3, 4], психолингвистическом [5], тендерном [6], функциональном [7-9] и т.д. Функциональный аспект предполагает выявление особенностей функционирования речевых жанров в какой-либо сфере общения, а также определение средств, участвующих в формировании речевого жанра. В связи с включенностью современной лингвистики в антропоцентрическую парадигму функционирование языковых единиц различных уровней рассматривается исследователями в тесной связи с человеком, языковой личностью, предприняты попытки выявления речевых особенностей говорящего. Наряду с отражением языка в человеке, не менее значимым оказывается исследование преломления человека в языке.

Исследуемый объект - речевой жанр автобиографического рассказа - является одним из способов выражения связи языка и человека: человеческое начало в языке, человек в его самоосуществлении в этом речевом жанре реализуется в полной мере.

Автобиографический рассказ - комплексный информативный речевой жанр, предполагающий изложение информации о жизни информанта с рождения до момента общения. В отличие от автобиографии -официального документа, этот речевой жанр обладает неофициальным характером, имеет устную форму существования и не всегда характеризуется соблюдением хронологического порядка при повествовании.

Поскольку автобиографический рассказ - это описание жизни, следовательно, одним из основных понятий, составляющих модель данного жанра, является «жизнь» с ее текучестью и насыщенностью событиями.

В статье рассматривается лингвистическое обозначение возрастных и жизненных этапов человека в диалектной коммуникации на материале говоров Среднего Приобья. Источником являются записи диалектной речи (всего 111 текстов), хранящиеся в Лаборатории общей и сибирской лексикографии Томского государственного университета, а также аудиозаписи речи диалектоносителей, сделанные автором в результате экспедиции в с. Первомайское Первомайского района Томской области в 2008 г. Информанты - диалектоносители, представители народного типа речевой культуры, рожденные в конце XIX - первой половине XX в. (1893-1946 гг.).

Диалектоносители описывают собственную жизнь как линию, идущую от рождения к смерти, через происходящие наиболее важные моменты и события. Одними из ключевых в обозначении этапов жизни человека и, следовательно, в построении речевого жанра автобиографического рассказа являются единицы лексико-семантического поля «возраст». Понятие «возраст», на наш взгляд, сопровождает человека на протяжении всей его жизни и позволяет судить о восприятии и осмыслении человеком окружающей действительности и самого себя в мире.

Исследование способов вербализации понятия «возраст» в русском языке, проведенное Ф.А. Марзуком, свидетельствует о том, что «наибольшим количеством лексем репрезентуются в русском языке понятия "детство" и "молодость", что говорит о наибольшей значимости именно этих понятий для носителей языка» [10. С. 6]. Н.В. Крючкова [11], изучая концепт возраста в русской и французской лингвокультурах, рассматривает возраст как упорядоченную последовательность основных периодов: детство, отрочество, молодость, зрелость и старость. Описание способов лингвистического обозначения жизненных этапов на материале диалектной коммуникации позволяет сделать вывод о том, что для диалекто-носителей наибольшую значимость представляют три периода: детство, молодость и старость. Кроме этого, в исследуемом материале отсутствуют лексические единицы, номинирующие отрочество и зрелость. Анализ речевого жанра автобиографического рассказа в диалектной коммуникации показал, что концепт «жизнь» тесно связан в сознании представителей крестьянской культуры с концептом «работа» [12]. Следовательно, жизнь членится на этапы, связанные с трудоспособностью, поэтому, вероятно, отрочество и зрелость как периоды, когда человек может работать, приравниваются к молодости и специально не выделяются.

Детство - первый период в жизни человека. В автобиографическом рассказе он представляется с позиции взрослого. Рефлексия об этом жизненном этапе отражается в том числе и в его номинациях.

Период детства обозначается абстрактными существительными:

- детство: «Так вот наше детство проходило» (Том. Колп.);

- малость: «Жили бедненько, семья большая. По людям ходили с самой малости» (Том. Бат.);

- малолетство: «Мне пришлось с малолетства работать, учиться некогда было...» (Том. Никольск.);

- наречием сызмальства: «Я сызмальству работал...» (Том. М. Баб.).

Себя говорящий номинирует такими лексическими единицами, как сирота, малец, пацан, девочка, переросток, ребятешки /ребятишки: «Мать Аграфена Николаевна померла рано, нас осталось пятеро сирот» (Том. Б. Яр); «Я и гражданску помню, тока я еще мальцом тогда был» (Том. Бат.); «Суткими работали. Я пацан был, на скирде стояли...» (Том. Бат.); «У меня отец умер, мать переехала сюда, нас осталось две девочки...» (Том.Зыр.); «Мы вот три класса и кончили, в первый класс пошел, был переростком, тогда одна школа была» (Том. Б. Яр); «А стол долгий-долгий, в начале дедушка - голова, а в конце мы - ребятешки» (Том. Колп.); «Ребятишкими-то мы и сладостей особых не видели, на молоке выросли» (Том. Тогур).

Необходимо отметить, что говорящий осознает возрастные изменения и нередко членит рассказы по периодам и событиям, происходящим в его жизни. Таким образом, происходит движение человека во времени, самоидентификация, что влияет на самообозначение, выбор той или иной лексической единицы для этого. В.В. Нуркова [13. С. 9] отмечает, что человек выражает себя таким, каким помнит, а не таким, каковым он является на самом деле.

Наряду с существительными для самообозначения в детский период могут использоваться и прилагательные: маленький: «Привезена я была сюда маленькой» (Том. Б. Яр); малой: «А мне не доверяли, говорят, малой» (Том. Бат.); младший (старший), молоденький: «А мы тогда ишо молоденькие были: по 5-6лет нам было» (Том. Колп.).

На фразеологическом уровне следует отметить употребление конструкций мал мала меньше, с малых лет: «В семье было нас двенадцать человек, семь детей, мал мала меньше, дед, мама, тятя, снохи, баушка, золовка» (Том. Колп.).

Следующий этап в жизни человека - период молодости. Для его обозначения используется отвлеченное существительное молодость: «После гражданской войны были бедные, земли мало, семья большая была, детей семь было, вопчем прожил до самой молодости такой беднотой в крестьянской семье, так, например, было семнадцать лет мне, ни брюк, ни рубахи, надо к девушке идти...» (Том. Б. Яр).

Для обозначения лица в период молодости диалектоносителями используются следующие номинации:

- малолетка: «А раньше паспорт получила и нигде ведь не устроишься, говорили малолетка» (Том. Тогур); «Своего будущего мужа давно знала, был постарше нас... а мы малолетки собирали свою компанию» (Том. Бат.);

- девчонка, девка: «Тятя поплакал и повез муку продавать, надо же справу девке готовить» (Том. Бат.);

- паренек: «...а потом и замуж пошла. Подвернулся мне паренек неказистый, но хороший...» (Том. Колп.).

Кроме названных единиц следует указать на использование собирательного существительного молодежь: «Жись была интересней, часто собирали компании. И никогда молодежь не скучала» (Том. Б. Яр).

Характерным оказывается употребление прилагательного молодой и формы с суффиксом субъективной оценки молоденький: «Я с ем только три года прожила, и война. Молодая овдовела...» (Том. Мельн.); «Замуж вышла молоденька» (Том. Бат.); «Молода была, никуды не поехала, здесь осталась, работала...» (Том. Никольск.).

Одним из способов именования является использование словосочетаний «молодой парень», «молода девка»: «Там ишо мое здоровье ушло, хошь пошел я туда молодым парнем» (Том. М. Баб.).

Указанный период связывается диалектоносителями, прежде всего, с такими событиями в жизни, как:

- служба в армии: «В тысяча девятьсот двадцатом году меня призвали в армию. Служить тяжело было, нашего брата-солдата никто шибко-то не жалел» (Том. Бат.);

- учеба: «Учиться возможности не было. Я три класса закончил и пошел работать» (Том. Зыр.);

- свадьба: «Свадьбу-то шибко не играли. Собрали маленькую вечерку и так свадьбу сыграли» (Том. Б. Яр);

- рождение детей: «Через одиннадцать месяцев первый ребенок родился, дочь Надя. Ей стало три, друга родилась, Люба. Через три года еще одна...» (Том. Мельн.);

- работа: «А как узнали, кем я раньше работал, послали меня на рыбзавод, замдиректором. Я тогда еще молодой был, тридцать восемь лет» (Том. Никольск.).

События, происходившие в молодости, описываются диалекто-носителями с помощью глаголов, употребляемых преимущественно в форме прошедшего времени совершенного вида: «В сорок втором году взяли в армию, в сорок седьмом - демобилизовался» (Том. Б. Яр); «ну мы сходили и зарегистрировались» (Том. Мельн.); «Взамуж семнадцати лет вышла» (Том. Мельн.); «посватался» (Том. Б. Яр); «в двадцать шестым году мы поженились с подружкой» (Том. Тогур); «когда пора пришла, женился» (Том. Бат.); «Замуж сама ушла. Меня кавалер на плечо завалил и унес домой... Наша ровня так сваталася: убёгом убе-

жали...» (Том. Мельн.); «устроился в леспромхоз» (Том. Б. Яр); «пошла работать на рыбзавод» (Том. Б. Яр); «через год мальчика родила» (Том. Бат.) и др.

Как уже отмечалось [14, 15] в исследуемых текстах отсутствуют лексические единицы, обозначающие период зрелости. Используется лишь субстантивированное прилагательное взрослый, существительные баба, мужик: «...и вот она (о бабушке) меня учит и рассказывает, что какой-то Лазарь был там, а он, действительно, был, в Библии, я потом мельком глянул, когда взрослый стал, уже после войны, разыскал эту Библию...» (Том. Первомайск.). Существительные баба, мужик обычно употребляются при рассказе о ком-то либо об участниках тех или иных событий, к которым (участникам) себя причисляет говорящий: «Народ оголодалый был, изможденный войной этой. Надо хозяйства поднимать, средств нет. Да и мужиков поубивало всех, одни бабы были. Работали сил не меряли, день с ночью мешались, вот как ешо пять лет протопало. Ну и потом, кажись, полегче стало...» (Том. Колп.).

Следующий период жизни человека, который, как правило, противопоставляется молодости, обозначается абстрактным существительным старость: «Старость подошла, до старости дожила, смерти не дай бог никому дожить - так в народе говорят» (Том. Колп.); «Таперь уж по старости все болит» (Том. Бат.); глаголом состариться: «Овдовела, мальчику пять лет было. Вот с ем и состарилась...» (Кем. Н.-Ром.).

Человек, достигший этого возраста, именуется через существительные дед, старик, дедушка, старуха, старушка, бабка: «Деду семидесятый пошел...» (Том. Мельн.); «Мы с дедушкой жили, потом его похоронили...» (Том. Бат.); «Здесь вот тридцать четыре года прожили, и старушка умерла» (Том. Тогур); «Одна себе, старик старый» (Том. Мельн.); «А щас бабка получат (пенсию) и сторожит еще» (Том. Б. Яр).

Отметим употребление прилагательного старый в полной и стя-женной форме, а также формы субъективной оценки старенький: «Иногда навечают мать, да не шибко балуют старую, дела там у их...» (Том. Бат.); «Тоже в колхозе работала, потом стара стала, перестала работать» (Том. Б. Яр); «Так вот и сейчас огородчик содим, копошимся там, своим огородчиком кормимся, по людям не ходим, не просим, хотя уже старенькие, но все для себя своими руками делаем» (Том. Бат.).

Старость рассматривается диалектоносителями как период подведения итогов: «Всё видали за свою жизнь...» (Том. Б. Яр); «Все попеределал на своем веку, таперки отдыхаю вот. И пенсию мне дали» (Том. М. Баб.).

Считается, что человек, достигший старости, является опытным, мудрым, вследствие этого может дать совет: «Щас-то уж ничего не

делаю сам, но совет дать могу, ко мне за советом приходют, где как сети поставить, да когда лучше их повынуть» (Том. Колп.); «Ко мне все приходят и спрашивают, что когда можно садить» (Том. Б. Яр). Старый человек пользуется уважением: «Разе не приятно мне, старику, что ко мне с таким почетом относются» (Том. Бат.).

Названный период сопровождается ухудшением здоровья: «Щас я совсем стара, все болить. Голова сильно болить...» (Том. Бат.) и характеризуется как период приближения к смерти через использование следующих фразеологических единиц:

- смотреть на бугор: «Здесь родились, здеся таперь и умирать будем. Время, оно подходит, уже таперь на бугор смотрим» (Том. Бат.);

- собираться на бугор: «Таперь неча лечиться, на бугор надо сбираться. Скоро смертонька всех моих годков подберет» (Том. Бат.);

- ложиться на место: «Яуж шестьдесят семь лет живу здесь. Хватит! Ложиться надо на место. Уже шибко бодрости большой нет. По ягоды не хожу в бор...» (Том. Бат.);

- словосочетания готовиться умирать: «Таперь уже вся жись по-заде, умирать готовимся, пусть молоды и живут, жисти радуются, а мы свой век уже скоротали, таперь и помирать пора» (Том. Бат.) и др.

Данный период жизни человека характеризуется отсутствием сил, работоспособности: «Чичас я уже не рыбачу, бросил, рыбалка тоже чижелая, силы надо, а силы-то нету» (Том. Б. Яр); здоровья: «Таперь уж свой век доживам, здоровья нет. Ну че поделашь, живем -небо коптим» (Том. Бат.); памяти: «Стара уж стала, забывать все стала» (Том. Б. Яр).

При описании жизни в старости диалектоносителями используются сравнительные конструкции, в которых проводится сопоставление с жизнью в молодости, с жизнью молодых: «Мы стареньки стали, трудно вылечить, вас молодых легче лечить, у вас организм здоровый, быстро поможет поправиться» (Том. Б. Яр).

Наиболее употребительными оказываются синтаксические конструкции «тогда... теперь», «раньше... сейчас», а также конструкция «не живу, а небо копчу»: «Пока молода была, ниче нипочем было... А щас живу, только маюся. Не живу, а небо копчу» (Том. Бат.); «Силушка вся в работу ушла. Таперь сижу как телега. А ране-то работала рук не складая» (Том. Бат.).

При сравнении двух жизненных этапов диалектоносителями могут использоваться скрытые сравнительные конструкции, в которых называется только один из периодов: «Год пожила тут-ка, взамуж выскочила. Семнадцать полных не было. В башке-то не было ума» (Том. Бат.); «Щас-то хорошо. Дети взрослы, здоровы, живут хорошо. А нам того и надо, для того и жили, мучались всю жизнь» (Том. Б. Яр).

Кроме самообозначения и называния жизненных этапов в автобиографиях авторы сообщают о возрастных отношениях в семье: «Семья у нас была большая, а я была сама младша...» (Том. Б. Яр); «Я по старшинству предпоследня была девка...» (Том. Никольск.).

Смена возрастных периодов, жизненных этапов может обозначаться с помощью глаголов совершенного вида, используемых в форме прошедшего времени: например минуло, подрос (-ла); пошел... год, стал(-а), вырос(-ла) и т.п.: «Минуло мне шестнадцать лет, я пошла на рыбный завод работать...» (Том. Б. Яр); «А там уж большойстал, и учиться стало неохота: лошади были, коровы, работать стали уже» (Том. Колп.); «Стали подростать, семья, стали работать...» (Кем. Н.-Ром.); «Стара стала, теперь уж все забыла...» (Том. Б. Яр).

Жизненные этапы могут обозначаться диалектоносителями с помощью числительных, которые называют возраст, год, в котором происходило то или иное событие, определяют вехи в жизни, начало или конец какого-либо жизненного периода: «С тринадцати пошла работать, так до самой старости протрубила» (Том. Бат.); «Таперь мне уж с Покрова шестьдесят восьмой годок пойдет» (Том. Бат.); «Мне шестьдесят семь лет» (Том. Нар.); «Мне без двух семьдесят» (Кем. Митроф.).

Количественные и порядковые числительные употребляются для обозначения всех жизненных этапов, рассмотренных выше:

- детство: «В двенадцать лет у меня померли враз мама и тятя...» (Том. Колп.);

- молодость: «Сама-то я замуж вышла на двадцать втором году, это было в сорок седьмом...» (Том. Б. Яр);

- старость: «Уж мне, значит, с десятого сентября, по-новому таперь считать надыть, считай восемьдесят пять годков будет» (Том. Бат.).

В речи информантов нет четкого отграничения жизненных этапов. Не всегда человек представляет свою жизнь по указанным периодам, а может делить ее на довоенную и послевоенную, до и после замужества / женитьбы, самостоятельную жизнь и жизнь с родителями. Однако четко очерчиваются в речи диалектоносителей две границы: рождение и смерть. Поскольку речевой жанр автобиографии посвящен описанию жизни, то в ряду его главных жанрообразующих средств выделяются единицы, указывающие на основные жизненные границы, на рождение и смерть.

Так, выделяется группа лексических единиц, обозначающих факт рождения. Прежде всего, отметим употребление глагола родиться в форме прошедшего времени. Основной конструкцией, указывающей на год и место рождения, является «родиться» в форме прошедшего времени + предлог «в» + год / место рождения»: «Родилась я в восемна-

дцатом году» (Том. Колп.). Для обозначения факта рождения, кроме лексемы родиться, используются:

- лексические единицы рожденка, уроженка, урожденка: «Я рожденка баткатска» (Том. Бат.); «Уроженка баткатска» (Том. Бат.); «Я-то хоть урожденка баткатска...» (Том. Баб.);

- обороты «личное местоимение 1 л. ед. ч. + предлог "с" + порядковое числительное + существительное "год" в форме Р. п. ед. ч. (рождения)», «рожден (-а) + личное местоимение 1 л. ед. ч. + порядковое числительное + "год" в форме Р. п. ед. ч.»: «Я с шестнадцатого года...» (Том. Зыр.); «Я с двадцать четвертого года рождения» (Том. Б. Яр); «Рожден я девятьсот первого года» (Кем. Митроф.);

- обороты, в которых используется глагол родиться в форме прошедшего времени в сочетании с конструкцией «личное местоимение 1 л. ед. ч. + предлог "с" + порядковое числительное + существительное "год" в форме Р. п. ед. ч. (рождения)»: «Родилась я со второго года» (Кем. Н.-Ром.).

При обозначении факта рождения авторы называют место и год рождения.

Кроме обозначения собственного рождения, авторы сообщают о рождении и смерти своих родственников (родителей, братьев, сестер, детей): «Я с двадцать четвертого года рождения. Мать сразу померла. Есть было нечего. Отец через год помер, и остались мы с братом вдвоем...» (Том. Б. Яр); «Ну мама тятю похоронила, дети остались. Старшему брату восемнадцать лет только было, другому шестнадцать, другому четырнадцать, а там мал мала меньше. Мама как тятю схоронила, пришла и сестру Маню родила. А я была предпоследня» (Том. Мельн.).

Как показало исследование, диалектоносители сообщают о своей жизни, выделяя в ней три основных периода: детство, молодость, старость. Выявление единиц, репрезентирующих эти жизненные этапы человека, позволяет определить средства языкового воплощения речевого жанра автобиографического рассказа и специфику крестьянского мировидения.

Литература

1. Дементьев В.В., Фенина В.В. Когнитивная генристика: внутрикультурные рече-

жанровые ценности // Жанры речи : сб. науч. ст. Саратов : Изд-во гос. УНЦ «Колледж», 2005. Вып. 4 : Жанр и концепт. С. 5-34.

2. Слышкин Г.Г. Лингвокультурные концепты и метаконцепты. Волгоград : Перемена,

2004. 340 с.

3. Казакова О.А. Диалектная языковая личность в жанровом аспекте. Томск : Изд-во

Том. политехн. ун-та, 2007. 200 с.

4. Лебедева Н.Б., Корюкина Е.А. Наивный автор как письменно-речевая личность:

жанровый аспект. Кемерово : Изд-во КемГУ, 2013. 179 с.

5. Седов К. Ф. Психолингвистические аспекты изучения речевых жанров // Жанры речи:

сб. науч. ст. Саратов: Изд-во гос. УНЦ «Колледж», 2002. Вып. 3. С. 40-52.

6. Горошко Е.И., Саенко А.Н. Гендер и жанр (попытка рефлексии) // Жанры речи : сб.

науч. ст. Саратов : Изд-во гос. УНЦ «Колледж», 2005. Вып. 4 : Жанр и концепт. С. 122-136.

7. Салимовский В.А Жанры речи в функционально-стилистическом освещении (науч-

ный академический текст). Пермь : Изд-во Перм. ун-та, 2002, 236 с.

8. Галлямова Н. Элементарный РЖ «Обещание, клятва»: функционально-праг-

матический аспект // Избранные вопросы русского языка и лингводидактики. Poznan, 2002. С. 39-47.

9. Карпова Н.А., Морева А.В. Коммуникативные тактики побуждения в речевом жанре

(на материале административного объявления в русском и немецком языках) // Язык и культура. 2010. № 1 (9). С. 24-32.

10. Марзук Ф.А. Способы вербализации понятия «возраст» в русском языке : автореф. дис. ... канд. филол. наук. Калининград, 2008. 21 с.

11. Крючкова Н.В. Концепты возраста: На материале русского и французского языков : автореф. дис. ... канд. филол. наук. Саратов, 2003. 23 с.

12. Волошина С.В. Речевой жанр автобиографического рассказа в диалектной коммуникации : автореф. дис. ... канд. филол. наук. Томск, 2008. 26 с.

13. Нуркова В.В. Свершенное продолжается: Психология автобиографической памяти личности. М. : Изд-во УРАО, 2000. 320 с.

14. Демешкина Т.А. Способы описания концептов диалектной культуры // Картина мира: модели, методы, концепты : материалы Всерос. междисциплинарной школы молодых ученых «Картина мира: язык, философия, наука». Томск: Изд-во Том. унта, 2002. С. 59-67.

15. Блинова О.И. Слагаемые народной речевой культуры (по страницам среднеобских словарей) // Язык и культура. 2009. № 2 (6). С. 5-10.

Список принятых сокращений:

Бат. - Баткат Шегарского района

Б. Яр - Белый Яр

Зыр. - Зырянское

Кем. - Кемеровская область

Колп. - Колпашево

М. Баб. - Мало-Бабарыкино Шегарского района

Мельн. - Мельниково Шегарского района

Митроф. - Митрофаново

Нар. - Нарым Парабельского района

Никольск. - Никольское Кривошеинского района

Н.-Ром. - Ново-Романово

Первомайск. - Первомайское

Том. - Томская область

LINGUISTIC DENOMINATION OF LIFE PERIODS IN DIALECT COMMUNICATION

Voloshina S.V. Department of Russian Language, Faculty of Philology, Tomsk State University (Tomsk, Russian Federation). E-mail: vsv1304@yandex.ru

Abstract. The paper is devoted to considering and describing of life's periods in speech genre of autobiographical storyon the dialect material. Information about life from the date of birth to the moment of communication is represented in this speech genre. The main periods of life of the speakers (childhood, youth and old age) are considered.

Keywords: autobiographical story; speechgenre; concept; life way; dialect communication.

УДК 801

ИСТОРИЯ ЯЗЫКОЗНАНИЯ В СВЕТЕ ТРАНСФОРМАЦИИ ОБРАЗА ЯЗЫКА В КУЛЬТУРЕ

А.В. Карабыков

В работе показывается, что традиционная история языкознания скрывает в своем фундаменте два мифа: миф «единой линии», согласно которому наука о языке всегда развивалась поступательно и кумулятивно, и миф «абсолютной онтологии», в соответствии с которым образ употребления, переживания и осмысления языка, что сформировался к концу XVII столетия и был положен в основу этой новоевропейской науки, является единственно и универсально истинным. Имея целью критически осмыслить и преодолеть эти необоснованные постулаты, автор обосновывает необходимость создания альтернативного междисциплинарного проекта: сравнительно-исторической метафизики языка.

Главной целью этого проекта является исследование генезиса новоевропейской онтологии языка в масштабном культурно-историческом контексте через сопоставление с другими, хронологически предшествовавшими и сменяющим его образами языка. Главный принцип, который фундирует сравнительно-историческую метафизику языка, состоит в следующем: речевая прагматика и онтология языка взаимообусловлены; каждая культура создает свою специфическую систему способов использования языка, коррелирующую с характерным для нее образом переживания и наивно-обыденного осмысления сущности языка в коммуникации, а также с научно-теоретической языковой моделью. Разработка предлагаемого проекта должна способствовать углублению понимания подлинной истории науки о языке, что позволит скорректировать некоторые существенные изъяны традиционной лингвистической историографии.

Ключевые слова: история языкознания; онтология языка; парадигмаль-ность; культурно-историческая относительность; Научная революция; оккультизм.

В каком направлении растет дерево? Да, в вертикальном. Но только ли в этом? Разве не растет оно также вширь? Для того чтобы всерьез утверждать, что дерево устремлено только вверх, его нужно превратить в столб, отрубив от него все направленные в стороны ветви. Что-то подобное обычно делают историографы науки, ставящие целью показать, как из пункта а (первые ростки в той или иной области научных знаний) можно самым прямым и экономичным образом достичь точки Ь (макушки выросшего дерева - той научной парадигмы, что господствует в их время в данной области). Почти всегда они очень хорошо справляются с этой задачей: читатели их пособий с относительной быстротой преодолевают путь, проложенный авторами. То единственное, с чем приходится бороться в дороге, - это частые при-