Деструктивные копинг-ресурсы как фактор риска девиантного поведения подростков с ограниченными возможностями здоровья

УДК 159

ДЕСТРУКТИВНЫЕ КОПИНГ-РЕСУРСЫ КАК ФАКТОР РИСКА

ДЕВИАНТНОГО ПОВЕДЕНИЯ ПОДРОСТКОВ

С ОГРАНИЧЕННЫМИ ВОЗМОЖНОСТЯМИ ЗДОРОВЬЯ

Т.М. Попова

Аннотация. Рассматриваются подходы к изучению копинг-поведения как стратегии совладания со стрессом. В качестве копинг-ресурсов представлены особенности направленности и типы реакций подростков в условиях фрустрации на основе проективной методики C. Розенцвейга. Представлены результаты исследования фрустрационных копинг-реакций у девиантных и недевиантных подростков. Представлен сравнительный анализ деструктивных типов реакций подросткового онтогенеза и дизонтогенеза. Деструктивные копинг-ресурсы рассматриваются в качестве фактора риска формирования девиантного поведения у подростков с отклонениями развития.

Ключевые слова: копинг-рeсурсы, копинг-поведение, тип реакции на фрустрацию, девиантное поведение, подростки, ограниченные возможности здоровья.

DESTRUCTIVE COPING RESOURCES AS A RISK FACTOR

OF DEVIANT BEHAVIOR OF ADOLESCENTS WITH DISABILITIES

T. Popova

Abstract. The author examines approaches to the study of coping behavior as a strategy of coping with stress. The coping resources are particular orientations and types of reactions of teenagers in conditions of frustration on the basis of projective techniques of S. Rosenzweig. The author presents the results of a study of frustration of coping responses of deviant and normal adolescents. The comparative analysis of destructive types of reactions teenage ontogenesis and dysontogenesis. Destructive coping resources are considered to be a risk factor for the formation of deviant behavior of adolescents with developmental disorders.

Keywords: coping resources, coping behavior, type of reaction to frustration, deviant behavior, adolescents, disabilities.

Проблема копинг-поведения стала предметом активного изучения в американской психологии в 60-е годы 20 века. Понятие «coping» использовалось зарубежными психологами для объяснения особенностей поведения индивида в ситуациях стресса и фрустрации. Анализ зарубежных и отечественных работ таких авторов, как: Б.Д. Карвасарский, Л.И. Bacceрман, А. Биллингс, Р. Лазарус Н. Хаан, C. Фолкман, позволяет выделить несколько подходов к объяснению понятия «копинг». Первый подход представлен неопсихоаналитиками, которые рассматривают копинг-процессы как эго-процессы,

способствующие продуктивной адаптации личности в условиях стресса. В случае неспособности человека к конструктивному разрешению проблемы вступают в действие защитные механизмы, реализуя пассивную адаптацию.

Представители второго подхода A. Биллингс и Р. Mooc определяют копинг как совокупность качеств личности, которые обеспечивают относительно постоянные варианты

реагирования в стрессовых ситуациях [6].

Сторонники третьего подхода C. Фoлкман и

Р. Лазаруc представляют копинг как динамический процесс, результат которого обусловлен когнитивной оценкой стрессовой ситуации, субъективными переживаниями личности, а также ее стрессоустойчивостью. Авторы рассматривают «шпинг» как деятельность личности по поддержанию баланса между требованиями среды и соответствующим данным требованиям ресурсами.

Взаимодействие личности и среды регулируется двумя ведущими процессами: когнитивной

оценкой и копинг-поведением. Выделяют два вида копинг-поведения: активное и пассивное. Активное копинг-поведение направлено на уменьшение или устранение интенсивности стрессирующего фактора, изменение стрессовой связи с собственной физической или социальной средой. Поведение, направленное на интрапcихические способы преодоления стресса, обеспечивается защитными механизмами для швладания с эмоциональным возбуждением, и является пассивным копинг-поведением [5].

Кoпинг-пoведение реализуется на основе копинг-ресурсов с помощью копинг-стратегий. Копинг-ресурсы - это совокупность черт

личности и характеристик социальной среды, позволяющих осуществлять оптимальную адаптацию в ситуациях стресса. Копинг-стратегии - актуальные ответы личности на воспринимаемый стресс.

Копинг-ресурсы являются относительно стабильными характеристиками личности и среды (эмпатия, высокая фрустрационная толерантность, адекватная самооценка и т.д.), и эффективностью развития подобных ресурсов определяется успешность адаптации подростка к жизненным стрессам. Слабое развитие копинг-ресурсов приводит к формированию пассивного копинг-поведения, социальной дезадаптации личности [5].

Среди возрастных групп подростки наиболее интолерантны к негативным социальнострессовым воздействиям, что обусловлено незрелостью и неустойчивостью их стратегий адаптации. Вследствие этого в пубертатный период нередко развивается девиантное поведение, особенно актуализирующееся в ситуациях затрудненности удовлетворения социально значимых потребностей личности.

Ориентация на изучение особенностей копинг-ресурсов подростков с девиатным поведением привела к необходимости использования проективного теста изучения фрустрационных реакций C. Розенцвейга [4]. Методика направлена на исследование реакций в ситуации неудачи и способов разрешения ситуации, которая препятствует удовлетворению потребностей личности.

По направлению реакции ответы подразделяются на: 1) экстрапунитивные -

реакция направлена на внешнее социальное окружение, подчеркивается степень фрустрации, вину за создание фрустрирующей ситуации испытуемый возлагает на окружающих; 2) интропунитивные - ответственность и вину за создание фрустрирующей ситуации испытуемый берет на себя; 3) импунитивные - испытуемый рассматривает ситуацию как малозначащую или надеется, что все разрешится «со временем», обвинение себя или окружения отсутствует.

По типу реакции делятся на: 1)

препятственно-доминантные, тип реакции «с фиксацией на препятствии»; 2) самозащитные, тип реакции «с фиксацией на самозащите»; 3) необходимо - упорствующие, тип реакции «с фиксацией на удовлетворение потребностей» [4].

В исследовании участвовали подростки с признаками девиантного поведения (алкогольная зависимость) и подростки без аддиктивного поведения (по 35 испытуемых в экспериментальной и контрольной группах). Распределение ответов испытуемых по шкалам

теста C. Розенцвейга, позволяет отметить, что у подростков экспериментальной группы в ситуациях стресса и фрустрации преобладают реакции самозащитного типа (50%). У испытуемых не склонных к девиациям доминируют реакции упорствующего типа (42%), которые свидетельствуют о стремлении подростков к самостоятельному разрешению конфликта и поиску конструктивного решения. Доминантный тип поведенческих реакций в ситуациях конфликта и стресса чаще представлен в ответах подростков контрольной группы (30%). У девиантных подростков указанных тип реакций составляет 21%. Проявление доминантных реакций у недевиантных подростков свидетельствует об их самостоятельности и целеустремленности в преодолении препятствий и разрешении проблем [3].

Сравнивая особенности поведенческих реакций подростков в ситуациях фрустрации по показателю направленности реакций, следует отметить, что у недевиантных подростков доминируют интропунитивные реакции (41%), когда испытуемый принимает на себя ответственность за создание неблагоприятной ситуации и стремится самостоятельно найти решение. Для подростков экспериментальной группы в условиях фрустрации характерны экстрапунитивные реакции (55%), которые направлены на обвинение окружающих или внешней причины фрустрации. Импунитивная направленность реакции предполагает разрешение конфликта путем смягчения остроты ситуации, ее нивелирования. Подобная тенденция чаще наблюдается в поведении подростков контрольной группы (31% ответов); у подростков с алкогольной девиацией данный показатель достигает 20%.

Изучение особенностей фрустрационных реакций подростков с нарушением интеллекта, предпринятое Ч.Б. Колижаевой, показало преобладание у умственно отсталых школьников реакций экстрапунитивной направленности (51% ответов у 50 испытуемых). В основном это обвинительные реакции с требованием от других удовлетворения своей потребности. Как отмечает автор, интропунитивные реакции у испытуемых наблюдаются в ситуациях общения с взрослыми (34% ответов), они указывают на желание подростков оправдаться, заслужить доверие, поощрение. В ответах содержится явное или скрытое признание своей вины, но обязательно присутствует ссылка на смягчающие обстоятельства. Доля реакций импунитивной направленности незначительна (15 % ответов). Умственно отсталые подростки

принимают ситуацию как бесконфликтную. В ответах выражается надежда, что естественный ход событий сам собой приведет к разрешению ситуации. Анализ типов реакций на фрустрирующую ситуацию позволяет отметить, что основной формой поведения у школьников с нарушением интеллекта является реакция «с фиксацией на самозащите» (54% ответов). По интерпретации Ч.Б. Колижаевой школьники стараются защитить свое «Я», нивелируя чувство вины всевозможными оправданиями [4, 120 - 123]. Также для школьников с нарушением интеллекта характерна реакция «c фиксацией на удовлетворение потребностей» (40% ответов), при которой разрешение конфликтной ситуации выражается в виде ожидания помощи от других или уверенности в том, что естественный ход событий приведет к ее разрешению. Упорствующий тип реакции «с фиксацией на препятствии» представлен у испытуемых в 6% ответов, что свидетельствует о неспособности подростков с нарушением интеллекта самостоятельно разрешить конфликтную ситуацию.

Сравнительный анализ копинг-реакций в ситуациях фрустрации у девиатных подростков и подростков с нарушением интеллекта позволяет отметить аналогичные тенденции в поведении испытуемых. В исследуемых выборках преобладают экстрапунитивные реакции на фрустрацию (55% ответов у девиантных подростков и 51% - у подростков с ОВЗ), в проявлении которых отмечается низкая фруcтрaционная толерантность, направленность реакций обвинения и агрессивного поведения на других участников конфликта. Среди типов исследуемых реакций преобладают реакции «с фиксацией на самозащите» (50% ответов у девиантных подростков и 54% - у подростков с ОВЗ), поведение направлено на защиту своего «Я» в форме отрицания собственной вины в конфликтной ситуации или признания вины под давлением окружающих, но с оправданием своего поступка.

Фрустрационные реакции подростков в ситуации конфликта характеризуются преимущественным использованием

подростками копинг-стратегии избегания жизненных проблем, отрицания вины, переадресации ответственности в конфликте на окружающих. Такие деструктивные стереотипы поведения в подростковом возрасте реализуются вследствие слабости или отсутствия конструктивных адаптивных механизмов копинга.

Анализ экспериментальных данных позволяет рассмотреть в качестве факторов риска, способствующих формированию девиаций у подростков с отклонениями развития, следующие: 1) неспособность

подростков к конструктивному разрешению ситуаций фрустрации; 2) отсутствие или неэффективность кoпинг-рeсурсов,

способствующих развитию личностной предрасположенности в психологическую готовность к девиантному поведению; 3) наличие фрустрирующей (стрессовой) ситуации, влияющей на формирование и проявление этой психологической готовности.

В связи с этим психологическая готовность к девиантному поведению подростков с ОВЗ обусловлена, с одной стороны, симптомами психического дизонтогенеза, своеобразием в развитии личности, слабостью произвольного поведения и контроля над средой, с другой -деструктивными копинг-ресурсами и

особенностями воспитания, препятствующими самостоятельному разрешению проблем и развитию эффективных стратегий копинга [2].

Таким образом, для психологической поддержки подростков с разными типами нарушений психического развития и профилактики формирования девиантного поведения необходимо найти способы актуализации скрытых ресурсов, потенциально сильных сторон личности, которые послужат основой формирования адекватных и эффективных копинг-стратегий в подростковом возрасте.

Литература:

1. Кожалиева Ч.Б. Образ «Я» в структуре личности умственно отсталых подростков. -Монография. - Москва. - 2013. - 144 с.

2. Попова Т.М. Дезадаптация как предпосылка развития девиантного поведения у лиц с ограниченными возможностями здоровья // Специальное образование. Екатеринбург. - 2013. -№ 1(29). - C. 79-88.

3. Попова Т.М. Индивидуально-

психологические предпосылки аддиктивного

поведения у лиц с ограниченными возможностями здоровья // Казанский педагогический журнал. -Казань. - 2015. - № 4(111). - Ч. 2. - С. 407-410.

4. Психологические тесты / Под редакцией А.А. Карелина. - Москва. - 1999. - Т.1. - С. 150-182.

5. Lazarus R.S., Folkman S. Transactional theory and research on emotion and coping // Europ. J. Personality. - 1987. - V. 1. - P.141-169.

6. Moos R.H., Billings А. Conceptualizing and

measuring coping resources and Processes // Goldenberg L., Brezintz S. (Eds.) Handbook of stress. - N. Y.: Free Press, 1982. - P. 212-230.

Сведения об авторе:

Попова Татьяна Михайловна (г. Москва, Россия), кандидат психологических наук, доцент кафедры психолого-педагогических основ специального образования Института специального образования и комплексной реабилитации, ГАОУ ВО МГПУ «Московский городской педагогический университет», e-mail: popova_opb@mail.ru

Data about the author:

T. Popova (Moscow, Russia), candidate of psychological sciences, associate professor at Department of Psychological and Pedagogical Basics of Special Education, Institute of Special Education and Complex Rehabilitation, Moscow State Pedagogical University, e-mail: popova_opb@mail.ru