«Минут пятнадцать мы ждали, что нас спасут»

В Кемерово прошли первые похороны жертв пожара в ТРЦ «Зимняя вишня». С близкими смогли проститься несколько семей, которым удалось опознать их тела. Остальные ждут, когда закончится идентификация останков. Постепенно выясняются и более точные причины трагедии.

1 / 3

«Теперь Машеньку опускайте — белый гробик»,— мужчина внимательно следит за работой могильщиков на Кировском кладбище №3 на окраине Кемерово. Женщины начинают рыдать с новой силой. Здесь хоронят 68-летнюю Надежду Агаркову и ее внуков — 12-летнюю Марию и 11-летнего Константина. «Принцесса моя... Внученька»,— вытирает слезы пожилой мужчина, обняв портрет девочки на голубом фоне — такие снимают вместе с групповыми фотографиями класса. На мокрую глину кладут цветы и мягкие игрушки. Слезы наворачиваются даже на глазах у сотрудницы скорой помощи, которая должна контролировать состояние пострадавших. «Прости господи»,— шепчет фотокорреспондент одного из новостных агентств, выхватывая объективом кадры с рыдающими над могилой детей родственниками.

Региональные власти сообщили, что 28 марта в Кемерово похоронили 20 погибших. Это те, чьи тела удалось опознать без сложных экспертиз. Отец Агарковых своих детей опознавал сам, по предметам одежды. Общей траурной церемонии не было. Панихиды с отпеванием умерших шли в разных храмах города, а похороны проходили одновременно на нескольких городских кладбищах.

Остальные родственники по-прежнему ждут результатов судебно-медицинских экспертиз, чтобы получить останки своих близких. На встречах с чиновниками в спортзале школы у сгоревшего ТЦ, куда полиция уже перестала пускать журналистов, люди требуют прежде всего максимально ускорить эту процедуру.

Официальное число погибших — 64 человека. В неофициальных подсчетах пропавших без вести, проведенных их родственниками, предполагаемое количество жертв отличается в большую сторону — в таких списках около 80 человек.

Но и те, кто не верит в официальные данные, рассуждают не о попытках властей манипулировать цифрами, а скорее о том, что под воздействием огромной температуры некоторые тела могли превратиться в пепел, заваленный обломками обрушившихся конструкций и убранный вместе с ними.

Готовятся к похоронам и в маленьком поселке Трещевский в получасе езды от Кемерово. На несколько сотен жителей здесь сразу шесть погибших детей — пятиклассницы местной школы, которые отправились в ТЦ вместе с учительницей и родителями. Пока дети смотрели мультфильм, взрослые ушли за покупками. «Сюда бы этого кассира, который там дверь закрыл, чтобы без билетов не ходили, привезти в поселок. Его бы на куски растащили»,— вздыхает первый пожилой мужчина в валенках. Сергей Майоров потерял внука. «Я сам киномеханик. Здесь в клубе давно работал. Как можно уйти и оставить людей запертыми?» Именно в зале с закрытыми дверями погибло большинство жертв пожара, уточняет он. Как раз их останки труднее всего поддаются опознанию из-за воздействия высокой температуры.

Пострадавших немногим больше, чем погибших. Судя по словам главного врача Кемеровской областной клинической больницы скорой медицинской помощи Андрея Иванова, большинство в стационарном лечении не нуждаются. Он говорит, что всего поступило около 70 обращений об оказании медицинской помощи. При этом на стационарном лечении на третьи сутки после трагедии остается всего 11 человек, из них только один в реанимации. Последний пациент уже в сознании. Он получил тяжелые множественные переломы, выпрыгивая из окна на четвертом этаже, уточнил господин Иванов, пояснив, что «у большинства пострадавших отравление угарным газом и продуктами горения».

Он же пригласил к приехавшим в клинику журналистам 32-летнего Михаила Трусова, давшего «письменное согласие на общение со СМИ». Мужчину, потерявшего в огне двух дочерей (четырех и восьми лет), госпитализировали с ожогами верхних дыхательных путей. Один из операторов федерального телеканала попросил его перед интервью снять черную толстовку. «Ну как-то... Adidas на всю грудь»,— пояснил свою просьбу человек с камерой. Со свежими шрамами от ожогов на руках Михаил Трусов действительно стал смотреться в кадре иначе.

«Мы пришли смотреть мультик. Когда мы заметили пожар, мы поняли, что не выйдем через основной выход. Все стали ждать помощи, что кто-то выведет нас. Минут пятнадцать мы ждали, что нас спасут,— рассказывал мужчина.— Потом поняли, что никто не идет за нами. Оторвали замок от запасной двери. За ней тоже все уже было в дыму. Я хотел проверить, можно ли дальше идти, сделал несколько шагов и упал».

Тех, кто следил непосредственно за входами в кинозалы, в списке арестованных по уголовному делу нет. В среду гендиректор ТРЦ Надежда Судденок в ожидании решения судьи назвала их имена. По ее словам, в тот день за всеми тремя входами в кинозалы наблюдали два контроллера — Наталья Наймушина и Олеся Богатенко. Руководству они доложили, что вывели всех людей, утверждает Судденок. Неизвестно ей и о том, где женщины находятся сейчас и были ли они допрошены. Наталья Наймушина после трагедии успела дать интервью Telegram-каналу Life Shot. По ее словам, на замки закрыты были только запасные выходы, но за них контролеры не отвечали.

«Я считаю, это тоже нарушение пожарной безопасности»,— рассказала госпожа Судденок на вопрос “Ъ” о том, кто отвечал за эти замки, а «по договору» за пожарную безопасность отвечала компания ОАО «Кемеровский кондитерский комбинат». Среди арестованных эту компанию представляет технический директор Георгий Соболев, который, по версии следствия, отвечал именно за пожарную безопасность здания.

Обвинение остальных фигурантов строится вокруг несработавших пожарной сигнализации и системы оповещения, которые могли бы ускорить эвакуацию и спасение людей. По версии других обвиняемых — гендиректора компании ООО «Системный интегратор», обслуживавшей пожарные системы здания, Игоря Полозиненко и его подчиненного, электромонтера Александра Никитенко, сигнализацию кто-то отключил незадолго до возгорания, а кнопку системы оповещения должен был нажать дежурный сотрудник ЧОПа, который этого не сделал.

Охранник, которому СК также предъявил обвинение, утверждает, что сигнализация была неисправна, а он предупреждал об этом руководство.

Глава следственного комитета Александр Бастрыкин доложил в среду Владимиру Путину, что есть две основные версии: неисправность системы пожарной безопасности и самоподжог. Господин Бастрыкин утверждает, что следствие считает более перспективной версией «неисправность системы пожаротушения, профилактики и ликвидации очага возгорания».

Фотогалерея

1 / 40