Выражение значения причины / стимула при глаголах эмоционального переживания субъекта в хакасском языке

9. Хабибуллина З.А. Лексика современного башкирского языка в сравнении с языком древнетюркских письменных памятников (на материале названий, относящихся к животному миру). Диссертация ... кандидата филологических наук. Уфа, 2004.

10. Академический словарь башкирского языка: в десяти томах. Под редакцией Ф.Г. Хисамитдиновой. Уфа: Китап, 2011-2013.

11. Абубакирова Л.Ф. Тюрко-башкирское наследие в русской речи Южного Урала. Историко-этимологический словарь. Уфа, 2014.

References

1. Mullagulov M.G. Lesnye promysly bashkir. Ufa, 1994.

2. Slovar'bashkirskogo yazyka: v dvuh tomah. Otvetsvennyj redaktor Biishev A.G. i dr. Moskva, 1993.

3. Dialektologicheskijslovar'bashkirskogo yazyka. Ufa, 2002.

4. Ahmet'yanov, R.G. Kratkij istoriko-'etimologicheskij slovar' tatarskogo yazyka. Kazan', 2001.

5. Drevnetyurkskijslovar'. Leningrad, 1969.

6. Hisamitdinova F.G. Mifologicheskijslovar'bashkirskogo yazyka. Moskva: 2010.

7. Rudenko S.I. Bashkiry. Istoriko-'etnograficheskie ocherki. Moskva-Leningrad, 1955.

8. Bashkirsko-russkij slovar'poslovic ipogovorok. Sostavitel' I.M. Garipov. Ufa, 1994.

9. Habibullina Z.A. Leksika sovremennogo bashkirskogo yazyka v sravnenii s yazykom drevnetyurkskih pis'mennyh pamyatnikov (na materiale nazvanij, otnosyaschihsya k zhivotnomu miru). Dissertaciya ... kandidata filologicheskih nauk. Ufa, 2004.

10. Akademicheskijslovar'bashkirskogo yazyka: v desyati tomah. Pod redakciej F.G. Hisamitdinovoj. Ufa: Kitap, 2011-2013.

11. Abubakirova L.F. Tyurko-bashkirskoe nasledie v russkoj rechi Yuzhnogo Urala. Istoriko-'etimologicheskij slovar'. Ufa, 2014.

Статья поступила в редакцию 31.05.16

УДК 811.512.1

Chertykova M.D., Cand. of Sciences (Philology), leading researcher, Institute of Humanitarian Research and the Sayan-Altai Tyurkology, Katanov Khakass State University (Abakan, Russia), E-mail: chertikova@yandex.ru

EXPRESSION OF MEANING OF REASON / INCENTIVE AT VERBS OF EMOTIONAL EXPERIENCE OF THE SUBJECT IN THE KHAKASS LANGUAGE. In the article ways of filling of a position of reason / incentive in verbs with meanings of emotional experience in the Khakass language are analyzed. The most characteristic position of verbs of emotions is an incentive of the emotional experience, which is subdivided into certain combinations of means of compatibility: the verbal adverb phrase, a name and a subordinate clause with the main word in the form of a dative case, the name and a subordinate clause with the main word in the form of ablative representing a source that is to be avoided, afraid of, to be ashamed of, a name and a subordinate clause with postposition учун 'because of' and an infinitive. The choice of the case in the expression of reason or incentive depends on the meaning of the verb. Key words: Khakass language, verb, sense, emotional experience, reason, incentive.

М.Д. Чертыкова, канд. филол. наук, вед. науч. сотр. Института гуманитарных исследований и саяно-алтайской тюркологии, Хакасский государственный университет им. Н.Ф. Катанова, г. Абакан, E-mail: chertikova@yandex.ru

ВЫРАЖЕНИЕ ЗНАЧЕНИЯ ПРИЧИНЫ / СТИМУЛА ПРИ ГЛАГОЛАХ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО ПЕРЕЖИВАНИЯ СУБЪЕКТА В ХАКАССКОМ ЯЗЫКЕ

В статье анализируются способы заполнения позиции причины / стимула в конструкциях глаголов со значением эмоционального переживания в хакасском языке. Наиболее характерной позицией глаголов эмоции является стимул эмоционального переживания, который подразделяется на определённые комбинации валентностных средств сочетаемости: деепричастный оборот, имя и придаточное предложение с главным словом в форме дательного падежа, имя и придаточное предложение с главным словом в форме исходного падежа, представляющие источник, чего следует избегать, бояться, стыдиться, имя и придаточное предложение с послелогом учун 'за' и инфинитив. Управление тем или иным способом выражения причины / стимула зависит от значения глагола.

Ключевые слова: хакасский язык, глагол, значение, эмоциональное переживание, причина, стимул.

Человек, как носитель конкретного языка, вступает в различные отношения с окружающей действительностью. При этом он испытывает различные эмоции. Являясь частью объективной действительности, человек участвует в формировании языковой картины мира, «человек как активный отражающий субъект, язык как средство отражения; эмоции человека как одна из форм отражаемой действительности... Эмоции и чувства имеют своим основанием весь организм человека и являются результатом его активного взаимодействия с объективной действительностью» [1, с. 3].

Под глаголами со значением эмоции понимаются глаголы, обозначающие различные аспекты психической деятельности человека, и объединенные в одну лексико-семантическую группу (далее - ЛСГ) по общности категориально-лексической семы «испытывать, какое-л. чувство или эмоцию». В отличие от глаголов других ЛСГ, глаголы эмоции обозначают не действие, активно совершаемое субъектом, а реакцию субъекта на определённые семантические раздражители. Глаголы со значением эмоции двухместны, они управляют обязательными позициями субъекта и причины. Позиция субъекта не отличается разнообразием выражений, её могут заполнять имена в им. п. Позиция причины представляет собой реакцию субъекта на какие-либо психические раздражители и в конструкции характеризуется разнообразием синтаксических обозначений. Чаще стимул эмоционального переживания выражается синтаксическим описанием ситуации эмоционального переживания или же причины эмоции. В хакасском языке это наиболее распространенный способ ре-

презентации стимула или причины эмоции.

Таким образом, в качестве описания причины (стимула) выступают:

а) деепричастный оборот. В конструкциях глаголов со значениями радости, злости, раздражения, страха, печали, страдания, стыда, удивления, беспокойства, смеха, плача и ненависти зависимая часть может быть выражена деепричастным оборотом, описывающим ситуацию, предшествующую эмоциональному переживанию субъекта. Две части предложения связаны причинно-следственными отношениями: первая часть предложения выражает причину, вторая часть - событие (или ситуацию). Ипч'1з'1, хазых-тiрiг и^н к6рiп, орн парган - Жена обрадовалась, увидев мужа живым и здоровым. Чалаас хаттарны к6рiп, кyлiмзiреп ле салчазыц - При виде (букв. видя) голых женщин, только улыбаешься. Ол, Пасекты кор салып, тогылах сырайына толды-ра сiзiбiскен - Он, увидев Пасека, надулся на все [свое] круглое лицо;

б) имя и придаточное предложение с главным словом в форме дат.п. Данная модель действует по схеме «кто + кому / чему + глагол». Соохха хатхырчац, iзiге кyлiнчен Сагдай - На мороз насмехался, на тепло улыбался [обычно] Сагдай. Хысхы хара-аларда соохха тооп турган, чайгыда чылыга чалахайланган -В зимние ночи мерз [обычно], а летом на жару радовался. Ха-рындазыма пичеллебе, хазых полар ол (Чт, 83) - Не переживай о моём брате, он вернётся живым. Пу тонга чоо о^нчеткем -Я так сильно радовалась этой шубе. Имя-объект может конкретизироваться определением или причастным оборотом: Наа ла

чаап парган нацмырга мал-хустар 0р1н1счеткен осхас полган-нар - Казалось, что все животные радовались только что выпавшему дождю. Угу апсах позыныц аар чуртазына, позыныц согы-нына пазох хомзын парча (С, 32) - Старик Филин опять грустит из-за своей тяжелой жизни, из-за своей некрасивости. Придаточное предложение с главным словом в дат. п. (субстантивированное причастие) дает более подробное представление о причине. В отличие от имени в вин. п., они представляют собой более развёрнутую информацию. Чахсы хоныхтыгларныц хыстары оолгына парарга ынабин, аны чиктепчеткеннерне Кетрин чо-балып пастабысхан (О, 9) - Кетрин стала переживать, что дочери зажиточных людей не хотят выходить замуж за ее сына и его ни во что не ставят. Чуреем халганчы хати сапханча, ¡зенмин к0рчеткен1це ачырганарбын (ФБ, Чч, 44) - До последнего удара своего сердца я буду сокрушаться тому, что ты смотришь так безнадежно. Хазых-амыр айланганыца 0р1нчем - Радуюсь тому, что ты вернулся живым и здоровым. Айана 0р1нген дее полар Курдейн1ц позыныц алнын алчатханына - Айана наверно радовалась тому, что Курдей за неё заступался. Агац, мин1ц ханат-тыг нанчыларым часхы килген1не матап 0р1нчелер - Дедушка, мои крылатые друзья сильно радуются тому, что пришла весна. С синтаксической точки зрения, такие конструкции именуются «бипредикативными конструкциями», выражающими модус-дик-тумные отношения (выполняющими роль подлежащего и дополнения) зависимой предикативной единицы [2].

Мы согласны с мнением коллег, утверждающих, что «дательный падеж оформляет имена объектов, к которым (на которые) направлена эмоция субъекта (протогониста). При этом сама эмоция может быть как положительной, так и нейтральной или негативной. Негативные эмоции - неприязнь, обида, злость, раздражение, возмущение - не выводят объект, вызывающий эту эмоцию, за рамки «личной сферы» субъекта. Они предстают как направленные как к объекту, а не от него» [3, с. 73]. Если имена существительные в этой форме обозначают косвенный объект, на который направлено действие, выражаемое глаголом, то в конструкциях глаголов эмоции не действие направлено на объект, а объект, как причина или стимул, является исходным для глагольного действия. Данная формула выражения причины наиболее типична для глаголов печали, любви, удивления, злости, раздражения, смеха, радости (хомзын- 1) печалиться, грустить; 2) огорчаться, расстраиваться; 3) переживать; 4) жалеть; 5) обижаться, чобал- 1) печалиться, переживать; 2) страдать, мучиться, переживать тяготы жизни, ачырган- сокрушаться, горевать, огорчаться; расстраиваться, пичелен- 1) переживать, расстраиваться; 2) тосковать, унывать, печалиться» и др.).

в) имя и придаточное предложение с главным словом в форме в исх. падеже, представляющие источник, чего следует избегать, бояться, стыдиться. Данной формой поизиции причины управляют глаголы страха и стыда. Амды п1рдеез1 адайдан хорыхпаан, сым на турчатханнар - Теперь никто не боялся собаки, все стояли на месте. А.Т. Тыбыкова также отмечает управление глаголами эмоции именами в дательном и исходном падежах, поскольку «у алтайских глаголов тарын- «обижаться», ачын- «сердиться», jec^H- «брезговать» конечное -н основы восходит к суффиксу возвратного залога, что делает их семантику замкнутой на субъекте, а валентность дательного и исходного падежа открывает позицию стимула причины, повода эмоции, эмоциональной реакции» [4, с. 139].

г) имя и придаточное предложение с послелогом учун «за». Здесь так же, как и имя в дат. п., не раскрывается, а называется то, что является причиной эмоционального переживания. В роли имени обычно выступает существительное, выражающее лицо, который является главным участником каких-либо событий, действий, развивающихся в лучшую сторону (успехи, достижения). Аргызымныц учун 0р1нчем - Я радуюсь за друга. Син1ц учун пи-челенчем, пабац (П, 32) - Я переживаю за тебя, отец. Объект

Библиографический список

может выражаться неодушевленным именем, если конкретизируется его принадлежность к определённому лицу. Oрiнчем чайаачы устьщ тогызы учун - Радуюсь за работы творческого мастера. Камзарга анда нимелер учун пичеленерге дее мац чогыл - Камзару некогда грустить из-за таких вещей. Ол минiц аалзар парчатханым учун тыц тарынган - Она сильно злилась из-за того, что я поехала в деревню. Султан минiц ай-ланганым учун о^нген - Султан радовался из-за того, что я вернулся. В отличие от имени и придаточного предложения с главным словом в форме дат. п., данный способ выражения причины эмоции отдалён от субъекта. Например, можно радоваться тому, что пришла весна; выздоровела мама, купили новую игрушку и т. д.) или же «за кого-либо» (за брата, за коллегу, за дядю и т. д.), при этом объект или явление, представленные как причина эмоции, могут принадлежать третьему лицу (мальчику, соседу, сестре и т. д.), а не самому субъекту, о котором говорится в контексте.

д) инфинитив. В отличие от рассмотренных способов выражения эмоции инфинитив является наименее распространённым и характеризуется строго определённой семантикой: он обозначает действие, которое было бы желательно субъекту. Обычно он соотносится с будущим временем. Прее студент-тер общежитие орнына анда даа чуртирга 6рiнерчiктер - Некоторые студенты были бы рады жить и там, вместо общежития. Oрiнерчiкпiс андаг сыйыхтарны аларга - Мы были бы рады получать такие подарки. В данном случае глагол орш- принимает аффикс сослагательного наклонения -ерчш. Глагол орш-, как доминирующий глагол радости, обладает широкими возможностями сочетаемости.

Итак, наиболее характерной позицией глаголов эмоции является (стимул) эмоционального переживания, который подразделяется на определённые комбинации валентностных средств: деепричастный оборот, имя и придаточное предложение с главным словом в форме дат. п., имя и придаточное предложение с главным словом в форме в исх. падеже, представляющие источник, чего следует избегать, бояться, стыдиться, имя и придаточное предложение с послелогом учун «за» и инфинитив. Н.Б. Кошкарева выделяет следующие дифференциальные признаки моделей, описывающих эмоциональное состояние, на материале русского языка: «1) субъектом - экспириенцером является одушевленное лицо; 2) субъект испытывает импульсивное (кратковременное, непродолжительное или ограниченное определёнными временными рамками) эмоциональное состояние, что препятствует варьированию данной модели по категории фазисности и ограничивает возможность указания на длительное течение эмоции; 3) каузатором эмоции является предшествующее событие; 4) позицию каузатора может занимать имя пропозитивной семантики или предикативная единица, которые обозначают некоторое явление действительности и являются диктумом предложения; 5) позиция каузатора является обязательной в силу ее диктумного характера; б) эмотивный глагол является средством выражения модуса - эмотивного отношения субъекта к пропозиции, получающей свернутое или развернутое выражение» [5, с. 32]. Подобная характеристика соответствует моделям позиции причины (стимула) и хакасских глаголов эмоции, которые в конструкции выполняют основную роль, поскольку «без каузатора не может быть установлена связь между событием, названным им, и переживанием по его поводу, названным эмотивным предикатом» [5, с. 32].

Список текстовых источников

О - Балтыжаков Т. Орис. Повесть. Абакан. 1964. - 67 с.

Сс - Туран М. Сайалбаан сурместер. - Абакан. 1972. - 32 с.

П - Кильчичаков М.Е. Пьесалар. - Абакан: Хак. кн. изд-во, 1991.

Чт - Бурнаков Ф. Читон тайма. Чоох. Абакан. 1972. - 128 с.

Чх - Костяков И. Чiбек хур. Роман. Абакан. 1989. - 230 с.

1. Швелидзе Н.Б. Фразеологизмы со значением эмоции в современном русском языке. Автореферат диссертации ... кандидата филологических наук. Москва, 1997.

2. Шамина Л.А. Система бипредикативных конструкций с инфинитными формами глагола в тюркских языках Южной Сибири. Автореферат диссертации ... доктора филологических наук. Новосибирск, 2004.

3. Черемисина М.И., Озонова А.А., Тазранова А.Р. Элементарное простое предложение с глагольным сказуемым в тюркских языках Южной Сибири. Новосибирск: Издательство «Любава», 2008.

4. Тыбыкова А.Т. Исследования по синтаксису алтайского языка. Простое предложение. Новосибирск: Издательство НГУ, 1991.

5. Кошкарева Н.Б. Эмотивные модели простых предложений с дательным падежом при непереходных глаголах. Принципы моделирования структуры и семантики предложения. К 80-летию д. филол. н., проф. М.И. Черемисиной. Новосибирск, 2004: 28 - 58.

References

1. Shvelidze N.B. Frazeologizmy so znacheniem 'emocii vsovremennom russkom yazyke. Avtoreferat dissertacii ... kandidata filologicheskih nauk. Moskva, 1997.

2. Shamina L.A. Sistema bipredikativnyh konstrukcij s infinitnymi formami glagola v tyurkskih yazykah Yuzhnoj Sibiri. Avtoreferat dissertacii ... doktora filologicheskih nauk. Novosibirsk, 2004.

3. Cheremisina M.I., Ozonova A.A., Tazranova A.R. 'Elementarnoe prostoe predlozhenie s glagol'nym skazuemym v tyurkskih yazykah Yuzhnoj Sibiri. Novosibirsk: Izdatel'stvo «Lyubava», 2008.

4. Tybykova A.T. Issledovaniya po sintaksisu altajskogo yazyka. Prostoe predlozhenie. Novosibirsk: Izdatel'stvo NGU, 1991.

5. Koshkareva N.B. 'Emotivnye modeli prostyh predlozhenij s datel'nym padezhom pri neperehodnyh glagolah. Principy modelirovaniya strukturyisemantikipredlozheniya. K 80-letiyu d. filol. n., prof. M.I. Cheremisinoj. Novosibirsk, 2004: 28 - 58.

Статья поступила в редакцию 30.05.16

УДК 811.111'374

Elzherokova E.H., postgraduate, 3d year of studies, Ivanovo State University (Ivanovo, Russia), E-mail: elzherokova.elin@mail.ru

THE LEXICOGRAPHIC TREATMENT OF PLACE NAMES WITH SPECIAL REFERENCE TO COLLINS CONCISE DICTIONARY, FOURTH EDITION (2005). The article is dedicated to a lexicographic analysis of a monolingual linguistic Collins Concise Dictionary (2005). Geographical names are considered and interpreted through their lexicographic description in the dictionary. The choice of the theme of the research is determined by the interest, selection and description of different types of toponyms in Collins Concise Dictionary. The article is aimed to study the specifics of fixation and processing of English toponyms in the dictionary for general purpose. The author conducts a historical and typological study of lexicographical treatment of proper names in the dictionary.

Key words: toponym, dictionary, megastructure, macrostructure, microstructure.

Э.Х. Эльжерокова, аспирант 3 года обучения, Ивановский государственный университет, г. Иваново,

E-mail: elzherokova.elin@mail.ru

ЛЕКСИКОГРАФИЧЕСКАЯ ОБРАБОТКА ТОПОНИМОВ

Настоящая работа посвящена лексикографическому анализу одноязычного толкового словаря "Collins Concise Dictionary" (2005). В данной работе рассматриваются географические названия и анализируется их лексикографическая обработка. Выбор темы исследования определяется интересом к отбору и описанию различных типов топонимов в словаре "Collins Concise Dictionary". Цель работы заключается в том, чтобы исследовать особенности фиксации и обработки английских топонимов в словаре для общих целей. Для достижения цели необходимо выполнить следующие задачи: провести историко-типологи-ческое исследование лексикографирования имён собственных в данном словаре, проанализировать лексикографическую обработку входных единиц.

Ключевые слова: топоним, словарь, мегаструктура, макроструктура, микроструктура.

Трудно представить себе современный мир без топонимов. Каждый топоним способен нести широкое разнообразие информации: исторической, географической, лингвистической, так как географические названия - это свидетельства исторических эпох, в которых они возникали, формировались и распространялись в тех или же других странах [1]. Под топонимом, как правило, подразумевают имя собственное (ИС), обозначающее название географического объекта. Так, С.И. Ожегов определяет топоним как собственное название отдельного географического места (населенного пункта, реки, угодья и др.) [2].

Историко-культурную значимость топонимов невозможно переоценить. Многие топонимы возникли до возникновения первых письменных источников, и вследствие этого они считаются частью дописьменной истории языка [3]. Для общества представляют равную ценность как современные, так и вышедшие из использования топонимы, которые, обладая кумулятивной функцией, вызывают большой интерес у историков, географов, лингвистов, а также научных работников из других областей знаний, в том числе и лексикографов [там же, с. 189].

ИС издавна привлекали внимание множества профессиональных исследователей. Как утверждает О.А. Леонович, «Именно благодаря сравнительно высокой степени сохранности географических названий, ученые имеют вероятность выделения топонимических моделей, свойственных для каждой местности распространения данного языка и для каждой исторической эпохи» [3, с. 40]. В настоящее время ИС исследуют представители самого широкого круга наук. Как в русском, так и в английском языках, ИС считаются неотъемлемой частью лексикона носителя языка, обширно применяются в речи, выполняют три ярко выраженные языковые функции: номинативную, кумулятивную и коммуникативную, а также обладают вполне определённым лексическим и культурным фоном. Следовательно, они также должны являться предметом тщательного описания в лексикографических источниках [1].

Огромное значение в этой связи приобретает анализ таких представленных в лексикографических источниках языковых единиц как ИС, поскольку, несмотря на определённые успехи, достигнутые в области ономастики, многие вопросы, связанные с изучением сущности этого класса слов, до сих пор остаются нерешенными [4].

Географические названия являются объективными свидетелями различных исторических эпох и их становления. Топонимы можно считать объектом культурного наследия, поскольку они связаны с историческими или же культурными событиями из жизни народа [5]. По этой причине топонимы включаются в такие словари национального языка, как Cambridge, Collins, Longman и Oxford. Большое количество географических названий, связанных с британской историей, включено, в том числе, и в «Collins Concise Dictionary» (2005).

Обращение к исследованию ИС в лексикографической практике объясняется важной ролью данных лексических единиц в языковой коммуникации. Пронизывая все сферы человеческой деятельности, они образуют многочисленный и неоднородный класс [8]. В их состав входят не только географические названия (топонимы) и личные имена людей (антропонимы), но и названия различных предметов материальной культуры (хре-матонимы), названия предприятий, различного рода обществ и объединений (эргонимы), названия конкретных отрезков времени (хрононимы), названия небесных тел (астронимы) и большое количество других самых разнообразных названий [там же, с. 46].

Играя важную роль в языке, ИС характеризуются тем, что в большей степени, чем имена нарицательные, реагируют на всевозможные общественные изменения, становятся своего рода регистраторами происходящих вокруг них исторических событий и имеют свое социологическое и идеологическое наполнение, которое во многом определяется социальными, историческими, экономическими и другими факторами [6].