Голоса известных актеров и певцов: сравнительные экспериментальные исследования

В.П. Морозов

Институт психологии РАН, Москва, Россия

ГОЛОСА ИЗВЕСТНЫХ АКТЕРОВ И ПЕВЦОВ: СРАВНИТЕЛЬНЫЕ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ1

Аннотация: В статье приводятся сравнительные компьютерные исследования мужских голосов известных актеров театра и кино, а также певцов — ведущих солистов Большого театра России и зарубежных сцен. В качестве объективных характеристик полётности голоса используются особенности его спектра, как объективного эквивалента тембра и показателя эстетических свойств голоса — звонкости и полётности. Выяснены индивидуальные особенности спектров голоса и типологические групповые различия актеров и певцов.

Ключевые слова: голос, тембр, спектр гласных, высокая певческая форманта, полётность голоса, резонансная техника пения и речи.

V. Morozov

Institute of psychology RAN, Moscow, Russia

THE VOICES OF FAMOUS ACTORS ANS SINGERS: COMPARATIVE EXPERIMENTAL RESEARCHES

Abstract: The article presents a comparative study of the male voices of famous actors of theatre and cinema, as well as singers — the leading soloists of the Bolshoi theatre of Russia. As objective characteristics of the voice are used the peculiarities of its spectrum, as an objective equivalent of timbre and increased aesthetic qualities of the voices — sonorous voice and the voice flight feature.

Key words: voce, timbre, vowels' spectrum, high singing formant, voice flight feature, resonance technique of singing and speech.

1 Государственное задание ФАНО РФ № 0159-2018-0008.

О загадочном свойстве голоса

Удивительным свойством обладал голос известного итальянского актера Томмазо Сальвини. Как-то на даче его друзья увлеклись охотой далеко в лесу, за километр от дома, и опаздывали на обед. Сальвини вышел на террасу и позвал их своим обычным разговорным голосом, и они услышали его, как будто стоящего рядом [17, с. 284]. Описанный случай — реальный пример свойства голоса, известного под термином «полётность голоса».

В вокальном искусстве полётность голоса ценится на вес золота, так как позволяет певцу, не слишком напрягая гортань, быть слышимым в большом концертном зале и даже на фоне музыкального сопровождения («резать оркестр» по выражению дирижеров). Не говоря уже о том, что свободная ненапряженная гортань — это благо, которое сохраняет голос певца и актера на долгие годы и десятилетия сценического творчества. Любопытно, что бывают небольшие голоса, но хорошо слышимые в большом зале. И наоборот — большой, казалось бы, при восприятии вблизи голос нередко плохо слышится в большом зале. В литературе, к сожалению, нам не удалось найти работ по исследованию полётности голоса.

Разгадке тайны полётности голоса мы посвятили не одно десятилетие [9, с. 10]. В результате выяснилось, что одна из основных причин хорошей полётности голоса таится в особенностях его обертонового состава, то есть — в спектре звука, который в свою очередь зависит от техники образования голоса и прежде всего — отактивности резонаторов голосового аппарата. Роль резонаторов выполняют все воздухоносные полости: ротоглоточ-ная, носовая, а также трахея и самый маленький резонатор — полость гортани [11].В процессе речи или пения все эти резонаторы находятся в сложном взаимодействии, и роль их в усилении голоса и его полётности может быть весьма разной: от минимальной, не эффективной, до весьма эффективной, что зависит от природных данных, но главное — от совершенства метода обучения певца или актера. Резонансная техника пения или речи — это техника с эффективным использованием певцом или актером резонансных свойств голосового аппарата.

Но обратимся к спектрам. Известно, что в спектре хорошего певческого голоса содержится группа высоких обертонов около 2400-2700 Гц в мужских голосах и 2800-3200 Гц в женских, получившая название «высокая певческая форманта» (ВПФ) [24 и др.]. Нами показано, что удаление из голоса певца высокой певческой форманты (с помощью полосовых акустических фильтров или специальной компьютерной программы) лишает его голос звонкости, серебристости тембра и соответственно — полётности. Сама же высокая певческая форманта в изолированном виде «прелестна, напоминает соловьиную трель», — как писала одна из слушательниц моих лекций. Нами установлено, что голос, лишенный высокой певческой форманты, значительно теряет звонкость и полётность [11].

В этой связи по уровню высокой певческой форманты, то есть высоких обертонов в области 2400-3200 Гц, мы можем судить о полётности и звонкости голоса, как певческого, так и речевого, в том числе и актерского голоса. Данная методика и была реализована нами в настоящей работе. Были исследованы голоса группы актеров — Ф. Шаляпина (речевой голос), Ю. Левитана, К.С. Станиславского, В. Качалова, И. Прудовского, О. Басилашвили, Б. Щукина, Н. Черкасова — и группы певцов — Ф. Шаляпина, Б. Христова, М. Рейзена, Н. Гяурова, А. Пирогова, Б. Гмыри, М. Михайлова, Е. Нестеренко, Е. Кибкало, П. Лисициана.

Краткий обзор исследований проблемы

Как известно, наши выдающиеся мастера драматического искусства, например, М. Ермолова, В. Давыдов, М. Савина, В. Качалов, своим чарующим воздействием на зрителей помимо выдающегося актерского дарования были обязаны также и своему замечательному голосу, передающему тончайшие психологические нюансы роли и великолепно слышимому в зале. Правда, сегодня наблюдается печальная тенденция забвения этих высокохудожественных традиций; на сцену проникает, так называемый, «бормотальный реализм», выражающийся в тусклой, монотонной речи, невнятном бормотании, заимствованном из обыденной речи [15, с. 163]. Упование на спасительную силу микрофона здесь бесполезно, так как микрофон усиливает

и недостатки голоса. «Он ложь мою безжалостно усилит» — как пел В. Высоцкий в «Балладе о микрофоне». Театр — это особая стихия, не зря требующая от актера интонационно выразительного (И.Ю. Промптова) и полётного звука. Одним словом, известный тезис Сальвини — голос, голос и еще раз голос — отнюдь не устарел в драматическом искусстве, и истинные мастера сценической речи, как уже упоминалось, стремятся разными путями к совершенствованию сценического голоса. Наиболее эффективный путь к этому — овладение резонансной техникой голосообразования.

К.С. Станиславский, как известно, занимался пением с целью развития сценической речи и отмечал резонансные ощущения, которые возникали при правильной вокальной технике. «Я понял преимущество голосов, поставленных "в маску", т.е. в переднюю часть лица, где находится жесткое нёбо, носовые раковины, гайморова полость и другие резонаторы... Я решил вывести звук совсем наружу, так, чтобы даже кончик носа задребезжал от вибрации» [18, с. 66-67].

Проблеме совершенства голоса посвящена не одна страница в трудах К.С. Станиславского и педагогов сценической речи [18, 15, 5, 4, 6, 14]. Аналогичные проблемы в вокальной педагогике также успешно решаются с применением резонансной техники пения [2, 12, 13 и др.]. Резонансная техника — эффективное средство профилактики и исправления недостатков голоса [1].

В зарубежных исследованиях немало работ, посвященных выяснению причин высоких эстетических качеств голоса. В ряде работ определение эстетических качеств голоса производилось путем сопоставления субъективных и объективных акустических характеристик — оценкой основного тона голоса и спектральных особенностей [27, с. 22]. В работе [23] показано, что в оценках гендерных различий основная роль принадлежит особенностям тембра по сравнению с частотой колебаний голосовых складок. Сопоставление перцептивных и объективных характеристик певческих голосов было также проведено в работе [19].

Наряду с этим показано, что эстетические свойства голоса могут быть определены акустическим анализом [25]; на

оценку голоса влияет содержание речи и личность говорящего [26].

Важно отметить, что в зарубежной литературе находит отражение и проблема резонанса в пении [20, 21].

Среди зарубежных работ, переведенных на русский язык, в которых рассматривается важная роль резонанса в формировании актерской речи, необходимо отметить ставшую уже популярной среди актеров книгу известного шотландского педагога Кристин Линклейтер «Освобождение голоса» (1993) и книгу английского речевого педагога Сисели Берри «Голос актера» (1996).

Основные понятия и методика

Важнейшей характеристикой голоса актера или певца является его тембр, определяющий наряду с внешностью характер сценической роли актера и амплуа певца. Для изучения особенностей тембра голоса актеров и певцов применим общепринятый в научных исследованиях метод спектрального анализа звука. Термин спектр в данном случае является объективным акустическим эквивалентом термина тембр голоса и вместе с тем объективным показателем эстетических свойств голоса.

Графически спектр голоса изображается в виде обертонов голоса, то есть вертикальных линий разной высоты и частоты, указанной на горизонтальной шкале снизу. Поясним это на примере спектра певческого голоса Шаляпина (рис. 1).

Термином форманта обозначают группу наиболее усиленных по амплитуде обертонов, придающих голосу особые тембровые или фонетические качества. На рис. 1 вертикальной полосой затенения выделена высокая певческая форманта (ВПФ) голоса Шаляпина, состоящая из трех обертонов: наиболее сильного обертона Б8 (имеет частоту 2597,8 Гц) и двух менее сильных Б7 — 2309,7 Гц и Б9 — 2893,4 Гц (частота обертонов указана на рисунке справа).

Высокая певческая форманта (ВПФ) особенно важна для певцов, так как придает голосу приятную на слух яркость, звонкость, серебристость тембра, а кроме того, как уже упоминалось, хорошую полётность, то есть свойство голоса хо-

Рис. 1. Спектр обертонов певческого голоса Ф. Шаляпина. Романс М.И. Глинки «Сомнение» (гласная А в слове «жАрко», во фразе «...и жАрко с устами сольются...», нота mil) в форме огибающей, то есть линии, проходящей по вершинам обертонов. Fl, F2, F3 и т.д. — частота основного тона (F1) и обертонов (Гц).

По горизонтали — логарифмическая шкала частот (кГц). ВПФ отмечена вертикальной полосой затенения. Цифровые обозначения справа: Fmax — максимальное значение амплитуды ВПФ в Герцах (Гц). По горизонтали снизу — приведена также клавиатура рояля в масштабе, соответствующем значениям каждой из нот рояля в единицах частоты звуковых колебаний в Герцах.

По вертикали — относительный уровень амплитуды (интенсивности) обертонов в децибелах (дБ). За 0 дБ принята величина наиболее выраженного по амплитуде обертона; в данном случае это второй обертон (F2). Вершина высокой певческой форманты (ВПФ) соответствует восьмому обертону (F8).

рошо слышаться в больших концертных залах и преодолевать маскирующее влияние музыкального сопровождения (оркестр, хор). Причина такого воздействия ВПФ на восприятие голоса состоит в том, что частота колебаний обертонов в области ВПФ соответствует максимальной чувствительности слуха человека. Поэтому хорошо выраженная ВПФ — один из основных объективных показателей профессионализма певца. Измерение ВПФ удобно производить в процентах ее электрического напряжения (мВ) в полосе прозрачности полосового 1/3 октавного фильтра по отношению к интенсивности всего спектра. В хороших мужских певческих голосах уровень ВПФ достигает 40-60% и более, а в речевых также мужских —

существенно меньше, ок. 5-15%, но и более, как мы увидим на примерах голосов актеров.

Более низкие обертоны (по отношению к ВПФ) в области 1000-2000 Гц также важны, так как обеспечивают разборчивость (дикцию), четкость, ясность, громкость и в известной мере полётность голоса. У актеров эта область спектра (10002000 Гц) хорошо выражена. По аналогии с термином высокая певческая форманта, назовем условно эту область (1-2 кГц) высокой речевой формантой (ВРФ).

В числе основных измеряемых характеристик спектра оценим степень выраженности в голосе высоких обертонов в области высокой певческой форманты — ВПФ (ок. 2400 — 2700 Гц в мужском голосе), обуславливающих полётность голоса, и высокой речевой форманты (в обл. 1000-2000 Гц), также в определенной степени влияющей на полётность, но главным образом — на разборчивость (дикцию), ясность и четкость речи певцов и актеров.

Рассмотрим по этим показателям (ВРФ и ВПФ) индивидуальные характеристики спектра голоса каждого из указанных выше мастеров сценического искусства и типологические (групповые) особенности актеров и певцов. ВРФ будем оценивать также, как и ВПФ — в процентах ее интенсивности в 1/3 октавной полосе спектра по отношению к интенсивности всего спектра в целом. Оценку спектров произведем по гласным А и О, как наиболее звучным, определяющим в основном, силу и полётность голоса. Оценим также высоту голоса по частоте основного тона в герцах (Гц).

Особенности спектров речевого голоса Ф. Шаляпина и Ю. Левитана

Ф. Шаляпин и Ю. Левитан — два величайших мастера сценического искусства, получивших всеобщее признание: Левитан — как диктор радио, а Шаляпин — как оперно-кон-цертный певец. «Шаляпин стал басом-эталоном и его имя облетело континенты», — писал о нем известный солист театра Ла Скала Дж. Лаури-Вольпи. Уровень ВПФ Шаляпина в пении достигает 67,6%, при уровне ВРФ 10,4% (романс «Сомнение» М.И. Глинки).

Рис. 2. Ф. Шаляпин в одной из самых впечатляющих его ролей — в роли Бориса в опере Мусоргского «Борис Годунов». Сцена привидения

Шаляпин обладал красивым органоподобным речевым голосом под стать его изумительному певческому голосу, и сегодня мы можем его слышать и изучать, в т.ч. и объективными компьютерными методами. К счастью, сохранилась единственная запись речевого голоса Шаляпина, сделанная им в Америке в 1922 году. Это стихотворение С. Надсона «Грезы», в котором речь идет о певце (паже), покорившем своим пением королеву и толпу придворных. Уровень ВПФ в данном речевом голосе Шаляпина достигает 37,1% при ее среднем уровне 23,7%. Средний уровень ВРФ в его речи — 43,1%. Таким образом, в певческом голосе Шаляпина доминирует ВПФ при низком уровне ВРФ, а в речевом голосе наоборот — уровень ВРФ больше, а ВПФ — меньше. Эта закономерность подтверждается в среднегрупповых оценках ВПФ м ВРФ актеров и певцов (см. ниже).

Голос нашего выдающегося диктора радио, нар. арт. СССР Юрия Левитана, могучий, величественный, необычайно красивого тембра, часто звучал по радио во время Великой Отечественной войны, передавая последние известия с фронта, обращения верховного главнокомандующего Сталина к народу и армии, вселял в сердца людей уверенность в победе. Недаром Гитлер, говорят, обещал 100 тысяч марок за живого или мертвого Левитана, настолько велика была сила

Рис. 3. Юрий Левитан: «Мы передавали Акт о военной капитуляции Германии!»

психологического воздействия его голоса, внесшего неоспоримый вклад в победу над врагом.

Исследования показали сравнительно большой уровень ВПФ в спектре голоса Левитана — 25-30% при еще большем уровне ВРФ — 50-55%, при чтении им последних известий по радио.

Результаты исследования голоса Левитана также, как певческого и речевого голоса Шаляпина, свидетельствуют, что оба эти величайшие мастера сценического искусства в совершенстве владели резонансной техникой голосообразования. Они оставили нам образцы своих голосов, непревзойденных по эстетическим свойствам и силе эмоционально-психологического воздействия на слушателей. Сценой Левитана была многомиллионная аудитория радиослушателей. Сценами Шаляпина — крупнейшие театры всего мира, где он успел побывать, и многомиллионная аудитория слушателей звукозаписей его певческого искусства.

Голоса мастеров сценической речи в разных сценах и ролях

В данном разделе рассмотрим спектры голоса К.С. Станиславского, диктора радио И.Е. Прудовского и актеров В. Качалова, О. Басилашвили, а также Б. Щукина и Н. Черкасова.

Голоса актеров, как известно, характеризуются разными тембрами, изменяют силу и эмоциональную напряженность в разных сценах спектакля и разных ролях.

Рассмотрим, как при этом изменяются основные характеристики спектра голоса — высокая речевая и высокая певческая форманты (ВРФ и ВПФ), а также высота голоса по частоте основного тона (Б1 в Герцах). Поясним это на примерах спектров голосов актеров в условиях спокойной беседы, а также при увеличении громкости голоса в сценах публичной речи, эмоциональной напряженности и при исполнении разных ролей.

Чтобы не загромождать статью графиками спектров, оценку голоса будем давать по основным характеристикам спектра — по уровням ВРФ и ВПФ и частоте основного тона, характеризующего высоту голоса.

Для сравнения с голосом Левитана приведем характеристики голоса засл. арт. СССР И. Прудовского, также диктора радио (при чтении им вечерних сводок). По сравнению с голосом Левитана голос Прудовского был ниже по частоте основного тона — 107,2 Гц (у Левитана 149,5 Гц) и более мягким, но вместе с тем весьма приятным на слух. Кроме многих радиопередач, им начитаны целые тома рассказов и книг разных жанров. Исследования спектров голоса Прудовского показали весьма небольшой уровень обертонов в области ВПФ — 2,2%, но более выраженный в области ВРФ — 15,6% (у Левитана 25,1 и 55,5% соответственно), при чтении «вечерних сводок».

Голос К.С. Станиславского был доступен нам в сцене его беседы с актерами о технике сценической речи (рис.4). Это

Рис. 4. К.С. Станиславский среди актеров в беседе о технике сценической речи. Док. к/ф «Гениальный мастер русского театра. Памяти К.С. Станиславского», 1938

кадр из документального фильма о творчестве Станиславского. Двое из актеров разыгрывают сцену из нового, готовящегося к постановке спектакля. Станиславский останавливает их и задает вопросы, дает советы по технике речи, поясняя психологические особенности отношения персонажей друг к другу. При этом уровень высокой речевой форманты в голосе Станиславского составляет 29,7%, а уровень высокой певческой форманты — 7,3%, что существенно выше этих показателей в спектре голоса И. Прудовского.

Отличительной особенностью голоса Станиславского была высота основного тона 236,1 Гц, что значительно выше этого показателя голосов всех обследованных нами в данной статье актеров в условиях спокойной беседы.

Голос В.И. Качалова — кумира театральной публики — отличался большой звучностью и интонационной выразительностью — как результат большой работы актера по совершенствованию сценической речи. В сцене из спектакля «Лес» в роли Несчастливцева (спокойная беседа) средний основной тон голоса Качалова 215,6 Гц, средний уровень ВРФ и ВПФ — 15,6 и 4,9% соответственно. Частота ВРФ и ВПФ — 1243,0 и 2239,9 Гц соответственно. Но все эти показатели значительно возрастают при исполнении Качаловым монолога «Дорогой и многоуважаемый шкап!..» (см. ниже).

Голос О.В. Басилашвили мы записали в студии звукозаписи Ленинградского института театра, музыки и кинематографии (ныне Российский государственный институт сценических искусств) по моей просьбе и по приглашению Б.Л. Муравьева. В то время нами готовился тест на оценку эмоционального слуха, и Олег Валерианович любезно согласился начитать тестовые фразы с различной эмоциональной интонацией (радость, печаль, гнев, страх и для контроля — нейтрально, безэмоционально).

Для данной статьи мы выделили три фразы Басилашвили с нейтральной интонацией. Средние показатели его голоса следующие: основной тон 150,4 Гц; ВРФ 30,5%; ВПФ 9,6%.

Рассмотрим теперь на примере голосов Качалова, Щукина и Черкасова, как изменяется спектр голоса актера при исполнении эмоционально насыщенных сцен, типа публичной эмо-

Рис. 5. Б. Щукин в роли

В.И. Ленина. Диалог с Горьким из к/ф «Ленин в 1918 году». «Так-с... Ладно. Наша наука

вправе требовать в тысячу раз больше, чем здесь сказано...»

циональной речи по сравнению со сценами спокойной беседы с близко находящимися собеседниками. Опыт и исследования говорят, что высота, громкость и тембр голоса в эмоциональных сценах, как правило, увеличиваются, что и отражается в основных показателях спектра. Так, у Качалова при чтении монолога «Дорогой, многоуважаемый шкап!..» по сравнению с его голосом в беседе Счастливцева с Несчастливцевым, высота голоса актера возросла с 215,6 до 258,9 Гц, уровень ВРФ поднялся с 15,6 до 34,8%, а ВПФ — с 4,9 до 20,2%.

У актера Б. Щукина в сцене речи с трибуны (к/ф «Ленин в Октябре») по сравнению с беседой Ленина с М. Горьким (в к/ф «Ленин в 1918 году»; см. рис. 5) высота голоса возросла со 171,1 Гц до 342,4 Гц; ВРФ увеличилась с 28,3 до 42,4%; ВПФ также увеличилась с 21,8 до 31,4%.

Аналогично изменились эти характеристики голоса и у Н. Черкасова. Причем дополнительным фактором воздействия на голос Черкасова стало также и изменение роли: в к/ф «Ленин в 1918 году» он играл роль М. Горького, а в к/ф «Алек-

Рис. 6. Н.К. Черкасов в роли Александра Невского. Кадр из фильма «Александр Невский». «Кто с мечом к нам войдет.»

сандр Невский» — роль Александра Невского. В этой роли, по сравнению с ролью М. Горького, высота голоса актера возросла со 192,8 Гц до 213,9 Гц; ВРФ возросла с 36,5 до 59,3%, а ВПФ — с 14,5 до 30,9%.

Подобные изменения спектра голоса под действием эмоционального фактора были обнаружены нами у Левитана.

Общие средние значения основных характеристик спектра голоса исследованных нами актеров следующие: высота голоса по частоте ос новного тона — 212,27 Гц, высокая речевая форманта ВРФ — 34,93%, высокая певческая форманта ВПФ — 17,64%.

Сравнительные исследования голоса мастеров сценической речи и вокального искусства

Для сравнения спектров речевых и певческих голосов мы выбрали десять низких голосов, в основном басов, из числа выдающихся мастеров вокального искусства — Ф. Шаляпин, Б. Христов, М. Рейзен, Н. Гяуров, А. Пирогов, Б. Гмыря, М. Михайлов, Е. Нестеренко, Е. Кибкало, П. Лисициан.

Исследования дали следующие результаты.

Ф. Шаляпин — романс Глинки «Сомнение»: осн. тон голоса 322,9 Гц, ВРФ 10,4%, ВПФ 67,6%.

Б. Христов — «Многая лета», осн. тон голоса 256,8 Гц, ВРФ 3,8%, ВПФ 41,7%.

М. Рейзен — «Русалка», ария Мельника: осн. тон голоса 238,5 Гц, ВРФ 8,9%, ВПФ 32,1%.

Н. Гяуров — «Улетела пташечка», осн. тон голоса 301,1 Гц, ВРФ 7,7%, ВПФ 62,6%.

А. Пирогов — монолог Сальери: осн. тон голоса 259,3 Гц, ВРФ 11,5%, ВПФ 26,9%.

Б. Гмыря — ария Руслана: осн. тон голоса 258,8 Гц, ВРФ 4,3%, ВПФ 37,1%.

М. Михайлов — «Борис Годунов», монолог Пимена:осн. тон голоса 150,7 Гц, ВРФ 0,9%, ВПФ 25,1%.

Е. Нестеренко — «Не пой, красавица»: осн. тон голоса 215,3 Гц, ВРФ 4,6%, ВПФ 37,2%

Е. Кибкало — «Евгений Онегин», заключительная сцена Татьяны и Онегина: осн. тон голоса 193,7 Гц, ВРФ 3,4%, ВПФ 41,1%.

П. Лисициан — ариозо Мизгиря: осн. тон голоса 236,4 Гц, ВРФ 4,0%, ВПФ 38,7%.

Среднее: осн. тон голоса 243,35 Гц, ВРФ 5,95%, ВПФ 41,01%.

Результаты исследования показали, что в спектрах актерских голосов доминирует высокая речевая форманта (ВРФ) -выражена в большей степени (в среднем 34,94%), чем в певческих голосах (5,95%). А в спектрах певческих голосов усилена высокая певческая форманта (ВПФ) — она значительно больше (41,01%), чем в речевых голосах (17,43%).Что касается речевой форманты, то и у певцов (по данным наших других работ) она нередко бывает хорошо выражена в зависимости от техники голосообразования и высоты ноты.

Таблица

Оценка достоверности средних различий между певческими и актерскими голосами по спектру

Осн. тон, Гц

ВРФ ВПФ

Певческие голоса 243,35 5,95 41,01

Актерские голоса 209,47 34,94 17,43

Разница 33,88 -28,99 23,59

Достоверность различий по критерию Ми 0,0169 0,0001 0,0005

Уровень, %

Статистическая оценка указанных различий между актерами и певцами по ВПФ и ВРФ по критерию Манна-Уитни показала их высокую достоверность (вероятность нуль-гипотезы р=0,0001 и р=0,0005 соответственно) при значительных индивидуальных различиях в группе актеров. Так, в некоторых сценах ВПФ актеров заметно возрастает почти до уровня, характерного для певцов: у Качалова в сцене «Шкап» — ВПФ = 20,2%, у Щукина в роли Ленина (речь с трибуны) ВПФ = 31,4%, у Черкасова в роли А. Невского ВПФ = 30,9%, у Леви-

тана при чтении Акта о капитуляции Германии ВПФ = 33,5%. Это уже уровни ВПФ, соизмеримые с ВПФ в голосе певцов.

Заключение

Основная причина более выраженной у певцов высокой певческой форманты (ВПФ) и, следовательно, более высокой полётности голоса певцов по сравнению с актерами состоит в том, что певческий голос в процессе эволюции формировался во взаимодействии с музыкальным сопровождением и должен быть слышимым на фоне музыки, в то время, как эволюция речи проходила без воздействия музыки. Описанные в статье случаи высокой полётности голоса актеров (Н. Черкасов, Ю. Левитан и др.) являются результатом природной или приобретенной в результате работы над голосом способности к эффективному использованию резонансных свойств голосового аппарата.

Как говорилось в начале статьи, все форманты спектра голоса — в том числе высокая певческая (ВПФ) и высокая речевая (ВРФ) — являются результатом резонанса звука голоса в различных полостях голосового аппарата — ротоглоточной, носовой, а также трахеи, которая усиливает низкую певческую форманту.В этой связи важнейшим условием достижения высоких эстетических качеств сценического голоса — его тембра, легкости, необходимой громкости, полётности и неутомимости — является овладение актером (также как и певцом и оратором) резонансной техникой голосообразования, которой, несомненно, владели великие мастера сценического искусства.

Теоретической основой здесь может служить предложенная нами резонансная теория голосообразования (Морозов, 2008), а практическим руководством — опыт и высказывания мастеров певческого и речевого искусства, представленные в книге «Резонансная техника пения и речи. Методики мастеров» (М., 2013).

Резонансную природу полётности голоса убедительно охарактеризовал солист театра Ла Скала — Джакомо Лаури-Вольпи: «Голос, лишенный резонанса, — это голос мертворожденный и распространяться не может!» — утверждал Лаури-Вольпи со знанием дела [7, с. 285], так как его собственный голос «долетал до луны», как писал о нем Барилли в своей книге «Париж» [см. 7, с. 259].

Но так ли нужна голосу полётность в наш микрофонный век? Несомненно, нужна (!), так как полётность — как результат резонансной техники голосообразования — сопровождается рядом других ценных вокально-технических и эстетических качеств голоса, которые придает певцу или актеру резонансная техника — необходимую громкость, лёгкость, неутомимость голоса и защиту гортани от перегрузок и заболеваний.

Одной из практических перспектив мне представляется возможность самоконтроля любознательным актером или певцом полётности своего голоса по его спектру. Сегодня в нашу жизнь властно вторгся компьютер. Мобильный телефон, который все мы носим в кармане, уже сегодня наделен элементарными компьютерными свойствами, и, надо полагать, мобильному телефону можно будет поручить и оценку спектров голоса, как объективных показателей тембра голоса и полётности.

В целом работа выясняет связь эстетических свойств голоса мастеров сценического искусства с формантной структурой спектра гласных, особенности их резонансного происхождения в голосовом аппарате человека и намечает пути практических рекомендаций по совершенствованию голоса в интересах вокальной и речевой педагогики.

Список литературы References

1. Агин М.С. Исправление недостатков голоса как проблема комплексного воздействия на работу дыхания, гортани и резонаторов //Резонансная техника пения и речи. Методики мастеров. М., 2013. С. 401-414.

Agin M.S. Ispravlenie nedostatkov golosa kak problema kompleks-nogo vozdejstviya na rabo-tu dyhaniya, gortani i rezonatorov // Rezo-nansnaya tekhnika peniya i rechi. Metodiki masterov [Correction of voice deficiencies as a problem of complex effects on the work of breathing, larynx and resonators //Resonance technique of singing and speech. Master's techniques]. Moscow, 2013. S. 401-414.

2. Коткина И. Атлантов в Большом театре. М., 2002. С. 293-316.

Kotkina I. Atlantov v Bol'shom teatre [Atlantov in Bolshoi Theatre]. Moscow, 2002. P. 293-316.

3. Берри С. Голос и актер. М., 1996.

Berri S. Golos i akter. Moskovskij fond sohraneniya kul'tury [The voice and the actor]. Moscow, 1996.

4. Бруссер А.М. Пути преобразования теоретических знаний в практические умения // Актуальные вопросы преподавания сценической речи. М., 2013. С. 419-433.

Brusser A.M. Puti preobrazovaniya teoreticheskih znanij v praktic-heskie umeniya // Aktual'-nye voprosy prepodavaniya scenicheskoj rechi [Ways to transform theoretical knowledge into practical skills // Actual issues of stage speech teaching]. Moscow, 2013. P. 419-433.

5. Васильев Ю.А. Сценическая речь. Резонанс действующий //Резонансная техника пения и речи. Методики мастеров. М., 2013. С. 318-327.

Vasilyev Y.A. Scenicheskaya rech'. Rezonans dejstvuyushchij //Re-zonansnaya tekhnika peniya i re-chi. Metodiki masterov [Scenic speech. Acting resonance //Resonance technique of singing and speech. Master's techniques]. Moscow, 2013. P. 318-327.

6. Камъшникова В.П. Образ звука и резонирование // Сценическая речь в театральном вузе. Вып. 2. М., 2007. С. 79-85.

Kamyshnikova V.P. Obraz zvuka i rezonirovanie // Scenicheskaya rech' v teatral'nom vuze. Vyp. 2. [The image of sound and resonance // Stage speech in a theatrical institute. V. 2]. Moscow, 2007. P. 79-85.

7. Лаури-Вольпи Дж. Вокальные параллели. Л., 1972.

Lauri-Vol'pi Dzh. Vokal'nye paralleli [Vocal parallels [Voci Parallele]].

Leningrad, 1972.

8. Линклэйтер К. Освобождение голоса / Пер. с англ. Л.В. Соловьевой. М., 1993.

Linkleiter K. Osvobozhdenie golosa [Release of voice] / Per. s angl. L.V. Solov'evoj. Moscow, 1993.

9. Морозов В.П. Биофизические основы вокальной речи. М.; Л., 1977.

Morozov V.P. Biofizicheskie osnovy vokal'noj rechi [Biophysical basics of vocal speech]. Moscow; Leningrad, 1977.

10. Морозов В.П. Измерение полётности голоса //Голос и речь. 2012. № 3. С. 16-28.

Morozov V.P. Izmerenie polyotnosti golosa // Golos i rech' [Voice flight measurement //Voice and speech]. 2012. № 3. S. 16-28.

11. Морозов В.П. Искусство резонансного пения. Основы резонансной теории и техники. М.: МГК, ИП РАН, 2008.

Morozov V.P. Iskusstvo rezonansnogo peniya. Osnovy rezonansnoj teorii i tekhniki [The art of resonant singing. Basics of resonance theory and technology]. Moscow, 2008.

12. Е.Е. Нестеренко о своих учителях и вокальной технике //Резонансная техника пения и речи. Методики мастеров. М., 2013. С.110-115.

E.E. Nesterenko o svoih uchitelyah i vokalnoj tekhnike //Rezonans-naya tekhnika peniya i rechi. Metodiki masterov [E.E. Nesterenko about his teachers and vocal technique //Resonance technique of singing and speech. Master's techniques]. Moscow, 2013. P. 110-115.

13. Е.В. Образцова о своем педагоге А.А. Андреевой и резонансной технике пения //Резонансная техника пения и речи. Методики мастеров. М., 2013. С. 116-119.

E.V. Obraztsova o svoem pedagoge A.A. Andreevoj i rezonansnoj tekhnike peniya //Rezonansnaya tekhnika peniya i rechi. Metodiki ma-sterov [E.V. Obraztsova about her teacher A.A. Andreeva and resonant technique of singing Obrazcova //Resonance technique of singing and speech. Master's techniques]. Moscow, pp. 116-119.

14. Оссовская М.П. Работа над голосом. Теоретические аспекты и практические рекомендации // Сценическая речь в системе Вахтанговской школы. М., 2012. С. 133-148.

Ossovskaya M.P. Rabota nad golosom. Teoreticheskie aspekty i prak-ticheskie rekomendacii // Scenicheskaya rech' v sisteme Vahtangovskoj

shkoly [Work on the voice. Theoretical aspects and practical recommendations //Stage speech in the Vakhtangov school system]. Moscow, 2012. P. 133-148.

15. Промптова И.Ю. Интонационная выразительность актера // Культура сценической речи. М., 1979.

Promptova I.Y. Intonacionnaya vyrazitel'nost' aktera //Kul'tura sce-nicheskoj rechi [Intonational expressiveness of the actor // Culture of Speech]. Moscow, 1979.

16. Резонансная техника пения и речи. Методики мастеров. М.,

2013.

Rezonansnaya tekhnika peniya i rechi. Metodiki masterov [Resonance technique of singing and speech. Master's techniques]. Moscow, 2013.

17. Сальвини Ч. Томмазо Сальвини. М., 1971.

Salvini C. Tommaso Salvini [Tommaso Salvini]. Moscow, 1971.

18. Станиславский К.С. Собрание сочинений: В 3 т. М., 1955. Т. 3. Stanislavsky K.S. Sobranie sochinenij. V 3 t. [Collected Works. In 3

Volumes]. Moscow, 1955. T. 3.

19. Bourne T., Garnier M., Samson A. Physiological and acoustic characteristics of the male music theatre voice // Journal of the acoustical society of America, 2016. V. 140, № 1. P. 610-621. doi: 10.1121/1.4954751.

20. Echternach M., Birkholz P. Sundberg J., Traser L., Korvink J.G., Richter B. Resonatory Properties in Professional Tenors Singing Above the Passaggio // ActaAcustica United With Acustica, 2016. V. 102, № 2. P. 298-306. doi: 10.3813/AAA.918945.

21. Lindblom B., Sundberg J. The Human Voice in Speech and Singing //Springer Handbook Of Acoustics, 2nd Edition. Springer-Verlag Berlin,

2014. P. 703-746.

22. Medrado R., Ferreira L.P., Behlau M. Voice-over: Perceptual and acoustic analysis of vocal features //Journal of voice, 2005. V. 19, № 3. P. 340-349. doi: 10.1016/j.jvoice.2004.04.008.

23. Skuk V.G., Dammann L.M., Schweinberger S.R. Role of timbre and fundamental frequency in voice gender adaptation //Journal of the acoustical society of America. 2015. V. 138. № 2. P. 1180-1193. doi: 10.1121/1.4927696.

24. Sundberg J. Research on the singing voice in retrospect //TMH-QPSR Vol. 45. 2003. P. 11-22.

25. Warhurst S., Madill C, McCabe P., Ternstrom S., Yiu E., Heard R. Perceptual and Acoustic Analyses of Good Voice Quality in Male Radio Performers //Journal of voice. 2017. V. 31. № 2. UNSP 259.e1. doi: 10.1016/j.jvoice.2016.05.016.

26. Warhurst S., McCabe P., Madill C. What Makes a Good Voice for Radio: Perceptions of Radio Employers and Educators //Journal of voice. 2013. V. 2. № 2. P. 217-224. doi: 10.1016/j.jvoice.2012.08.010.

27. Zuckerman M., Miyake K. The attractive voice - what makes it so // Journal of nonverbal behavior. 1993. V. 17. № 2. P. 119-135. doi: 10.1007/BF01001960.

Данные об авторе:

Морозов Владимир Петрович - доктор биологических наук, профессор, главный научный сотрудник Федерального государственного бюджетного учреждения науки «Институт психологии РАН». E-mail: mail@vmorozov.ru

Data about the author:

Morozov Vladimir — Dr.habil of biology, Professor, senior researcher, The Institute of Psychology, Russian Academy of Sciences, Moscow, Russia. E-mail: mail@vmorozov.ru