Государство, церковь, образование в России второй половины XVII столетия

ТЕМА НоМЕрА: МИР ОБРАЗОВАНИЯ. ОБРАЗОВАНИЕ В МИРЕ

материалы международной научно-практической конференции «современное образование: векторы развития»

УДК 37

Государство, церковь, образование в России второй половины XVII столетия

В статье делается вывод о равном влиянии на систему образования России второй половины XVII века церкви и государства в условиях господства принципа «симфонии властей». Реформаторами образования выступали как эллинисты (Е. Славинецкий, Евфимий, братья Ио-анникий и Софроний Лихуды и их ученики), так и ла-тинствующие (С. Полоцкий, С. Медведев) . Одновременно с деятельностью на поприще образования все они активно участвовали в церковной жизни, реформировании церкви Вопрос о приоритете преподавания на греческом или латинском языках был тесно увязан с предпочтением византийской или католической традиции в богослужении Одновременно с этим рассматриваются реализуемые в России системы словесного учения и семи свободных искусств, делается вывод о распространении среднего и высшего образования с 1680-х годов .

Ключевые слова: образование, европеизация, эллинисты, латинствующие, словесное учение, семь свободных искусств

Г.В. Талина

В отечественной исторической традиции XVII столетие рассматривается как период начала обмирщения и европеизации культуры и быта . При этом государственное влияние связывают с европеизацией, а саму европеизацию с «латинским» началом в противовес «греческому» (византийскому), считая последнее неким «своим» . Одновременно с этим XVII век считается временем, когда начинается переход от курса словесного учения к системе учения грамматичного . Вкратце опишем тот и другой; остановимся на основных фактах, характеризующих учебные заведения рассматриваемого периода, и спорах в историографии, сопоставим изменения в образовании с тенденциями развития церкви и государства

Словесное учение начиналось с достижения ребенком 5-летнего возраста . Один год отводился на изучение азбуки. Методика обучения церковносла-

© Талина Г. В . , 2016

вянской грамоте — буквослагательный метод — была заимствована у греков, распространилась на Руси не позднее XIII века . В XVII веке описание метода встречается у Епифания Славинецкого [1], метод сохранялся вплоть до реформы начального образования конца царствования Петра I (Феофан Прокопович, «Первое учение отроком», 1720 год) . Сначала заучивались названия букв алфавита, при переходе к чтению по слогам (по складам) произносились названия букв, составляющих слог, затем — все сочетание. Освоив чтение двух- и трехбуквенных слогов, приступали к чтению слов и затем связного текста . На втором этапе знакомились со славянскими цифрами, как известно, записывавшимися при помощи букв. На третьем — изучали знаки препинания (запятую, точку, стишицу, слогию, отпикаль) На четвертом — переходили к склонению существительных и спряжению глаголов. Учение происходило вслух и нараспев (его задача — подготовить ребенка к чтению во время церковной службы) Необходимым элементом обучения было заучивание наизусть . Для этого служили «толковые азбуки», в которых в алфавитном порядке записывались известные изречения Христа или изречения, относившиеся к его жизни . По достижении ребенком 6-летнего возраста приступали к чтению Часовника, а через 5 месяцев Псалтыри и Деяний апостолов Первые два года были посвящены исключительно приобретению навыков чтения С 7-летнего возраста начиналось овладение навыками письма. С 9-летнего возраста овладевали крюковой грамотой — предшественницей нотной грамоты на основе постижения Октоиха и церковных песнопений Страстной седмицы — «страшного пения»

Основное пособие для обучения грамоте — букварь, изданный в 1634 году печатником Василием Федоровичем Бурцовым-Протопоповым, в 1633—1642 годах ведавшим технической частью Московского печатного двора . Этот букварь сохранял в целом структуру львовской и острожской азбук Ивана Федорова XVI века .

Грамматичное учение или обучение семи свободным искусствам (лат. doctrinae liberales — «свободные науки», или liberalia studia — «свободные занятия») восходит к периоду античности и раннего Средневековья, когда занятия свободных и рабов противопоставлялись друг другу, а свободные искусства — принадлежность свободного — воспринимались как подготовительный этап для занятий философией . Свободные искусства делились на два цикла: искусство слова и мышления — тривиум (грамматика, риторика, диалектика) и искусство числа — квадривиум (арифметика, геометрия, астрономия, музыка) При этом квадривиум оформился раньше тривиума Христианизация Европы повлекла за собой приспособление античных наук к нуждам раннесредневекового общества: грамматика — знание Священного писания и церковных книг, риторика — умение проповедовать, астрономия — умение вычислять пасхалии, диалектика — умение отстаивать догматы христианской религии, противостоять ереси

Семь свободных искусств в раннесредневековой Западной Европе стали основой обучения на младших факультетах, их освоение давало право поступить на старшие факультеты — богословский, медицинский, юридический . С XVI века тривиум стал изучаться в гимназиях (лицеях, латинских школах), а также в иезуитских коллегиях . Во второй половине XVII — начале XVIII веков реформа данной ступени образования привела к дополнению изучаемых наук родным языком, математическими и естественными дисциплинами . Параллельно с этим школы все более уходили из-под влияния духовенства и передавались в ведомство государства . В Западной Европе этот процесс был вполне объясним развитием идей философии Просвещения, становлением просвещенных монархий, реформами в духе Просвещения . Западные нововведения в XVII веке проникали в Россию в процессе вхождения Малороссии в состав Российского государства . Что же касается образования в Малороссии, то еще с XVI века здесь создавались братские школы для детей всех сословий . Особое внимание уделяли изучению родного языка, а после его освоения — латыни На основе братской школы в Киеве в 1632 году была создана Киево-брат-ская коллегия, ставшая впоследствии академией Выпускники коллегии открывали во второй половине XVII века школы в Москве и других городах России

С середины XVII века, по мнению большинства исследователей, в России были открыты: школа при Андреевском монастыре (1648), школа Епи-фания Славинецкого в Чудовом монастыре Кремля (1650), школа Арсения Грека, основанная в стенах патриаршего дома (1654), «Школа для грамматического учения» при Заиконоспасском монастыре (точнее, Спасском монастыре за торговым Иконным рядом) Симеона Полоцкого (1665); правительственная школа при Печатном дворе (типографское училище) (1680) В 1687 году была открыта Славяно-греко-латинская академия, где изучались помимо свободных искусств богословие, право, элементы медико-хирургического дела

Дискуссия о времени возникновения школ и характере обучения в них велась еще в последней четверти XIX века Л . Н . Майков [8], И . А . Татарский [14] особое внимание обращали на школы Полоцкого и Слави-нецкого В первом случае обучение велось на латыни, во втором — на греческом языке. В первом за основу бралось многословное учебное пособие Альвареца, во втором — опирались на практику, вникание в смысл текста и перевода . У Полоцкого, помимо прочего, обучали пиитике, риторике, сочиняли вирши и орации . Вершиной обучения становилось богословие, хотя и отличавшееся господством схоластики и казуистических тонкостей Ученики Полоцкого — подьячие Тайного приказа, люди взрослые, заранее подготовленные к обучению. Оппонентом данных историков выступал Н .Ф. Каптерев, полагавший, что говорить о школах Арсения Грека и Епифания Славинецкого нет оснований, что подтверж-

дено их челобитными о выдаче жалованья исключительно за переводческую работу. Каптерев не отрицал школы Полоцкого, полагал, что она просуществовала с 1665 года до 1668 года, когда «староста» школы С. Медведев и его товарищи были отправлены с посольством А. Л . Ордина-Нащокина в Курляндию. Однако никакой иной задачи, кроме обучения латыни, школа изначально не ставила . Латынь — язык дипломатического общения того времени, царь Алексей хотел иметь особо доверенных специалистов-переводчиков из числа подьячих Тайного приказа вместо Посольского [6]. Современные авторы также далеко не все склонны видеть в «Ртищевском братстве», в работе Славинецкого или Полоцкого деятельность по созданию общеобразовательных и общедоступных школ Однако когда около 30 ученых малороссиян обосновались по призыву Ф. М . Ртищева и царя Алексея Михайловича в Андреевском монастыре и под руководством Славинецкого приступили к переводам сочинений духовного, юридического, исторического, естественнонаучного характера, у насельников монастыря учились греческому, латинскому, польскому языкам московиты, тяготевшие к образованию Среди них и сам Ртищев, и «дядька» — воспитатель царя — боярин Б . И . Морозов, и ряд детей, затем доучивавшихся в Киеве. Арсений Грек открыл свое «училище детям» после 1653 года, закупил для него ряд пособий, в том числе 30 грамматик; школа просуществовала около четырех лет. В конце 1667 года было одобрено создание «гимнасиона» в Бронной слободе Полоцкий, поддерживавший это начинание, был учителем детей царя Алексея Михайловича, в первую очередь, будущего царя Федора Алексеевича . По мнению В М Кириллина, принципиально нового было не много — буквари, азбуковники, грамматики, греческий, латинский и другие языки, но не «семь свободных искусств» [7, с 17]

Первой греческой школой в Москве, по мнению Каптерева, была школа при Печатном дворе (Типографская школа), бывшая элементарной, обучавшая греческому и славянскому чтению и письму, но не посягавшая на курс средней или высшей школы По мнению современных исследователей, значительная по меркам того времени библиотека училища, разнообразие содержания книг (от азбук, богослужебных сборников до грамматик различных языков, сочинений древнегреческих философов и литераторов, книг по астрономии, естественным наукам, медицине, истории и др.) говорит о том, что школа давала среднее образование и планировала перерасти в учреждение с высшим образованием [16, с . 223—235].

Начало высшего образования в России традиционно связывают со становлением Славяно-греко-латинской академии (с момента своего основания — Эллино-греческой, в 1701—1775 годах — Славяно-латинской, в 1775— 1814 годах — Славяно-греко-латинской, с 1814 года — по настоящее время — Московской духовной академии) Нередко инициатором данно-

го начинания называют Симеона Полоцкого, связывая с его именем создание Учредительной грамоты академии — Академической привилеи В разное время разные исследователи датировали данный документ по-разному (1678 год, 1682 год); встречаются разночтения по поводу того, добился ли ученик Полоцкого С Медведев принятия Привилеи к утверждению в 1682 году у царя Федора Алексеевича или в 1685 году у царевны Софьи . (Одобрение патриарха Иоакима было получено в 1685 году. ) В документе сильно влияние сторонников греческого учения — противников латинистов Полоцкого и Медведева Возможно, что документ стал некой компиляцией из сочинений разных авторов, в том числе и Полоцкого Началом работы Академии чаще считается 1687 год, иногда и 1685 год [3; 6; 13]

На начальном этапе академией управляли братья Лихуды, получившие образование в Венеции и Падуанском университете В круг изучаемых дисциплин был введен семичастный канон — тривиум и квадривиум, распространенный в Европе в рамках системы семи свободных искусств Дополнительно вводились курсы по славянскому языку, поэзии, катехизису. Занятия велись круглогодично, обучали с 12—13-летнего до 20-летнего возраста . Ученики, прошедшие весь курс обучения (8 классов — «школ»), осваивали низшее (4 класса), затем — среднее (2 класса) и наконец, высшее (2 класса) образование Высшее, как и в Европе, было специализированным — философия и богословие [15, с. 36].

В деле развития образования всю вторую половину XVII века соперничали эллинисты и латинствуюшие. «Эллинистическую» партию представляли Епифаний Славинецкий при Алексее Михайловиче, Евфимий — при царе Федоре Алексеевиче, при царевне Софье с 1685 года — братья Иоанникий и Софроний Лихуды и их ученики . Яркими представителями эллинистов выступали Симеон Полоцкий и его ученик Сильвестр Медведев

Главный предмет спора — господство в преподавании греческого или латинского языка, а более широко — византийско-православной или католической традиции . Ни эллинистов, ни латинствующих отнести к национальному, традиционному элементу в русской культуре нельзя, хотя сложно отрицать, что связь Руси с Византией была изначально сильнее связи с Западной Европой Отрицать европеизацию в обоих случаях невозможно Одновременно с этим спор эллинистов и латинс-твующих, в первую очередь, велся по предметам строго духовным, образование и его тенденции стали лишь порождением более глубинных противоречий Говорить о полной победе светского начала над духовным, об обмирщении образования в условиях создания духовной академии как венца развития образования, вряд ли возможно . Пока в России господствовала идея симфонии властей, школа всегда находилась под влиянием церкви в равной мере, как и под влиянием государства

Как и когда государство и церковь поддерживали ту или иную партию, рассмотрим подробнее

Развивая на протяжении XVI—XVII столетий идею «Москва — третий Рим», считая русских царей преемниками византийских императоров, Россия постепенно превращалась в ведущую державу Православного Востока . Было важно, чтобы русских считали строго православными их единоверцы Решением этого вопроса должна была стать грекофиль-ская реформа, сближавшая обрядность Русской церкви с обрядностью иных православных церквей . Царь Алексей и его духовник Стефан Во-нифатьев в 1648 году отправили в Печерский монастырь Киева к епископу Зосиме своего посланника с просьбой прислать в Москву Дамаски-на Птицкого «для государева дела» — исправления богослужебных книг Не получив желаемого, в 1649 году реформаторы были вынуждены обратиться с аналогичной просьбой к Киевскому митрополиту В Москву прибыли Арсений Сатановский и Епифаний Славинецкий . Славинецкий вплоть до своей смерти (1675 год) был одним из основателей и лидеров «эллинистической» партии В начале своего служения в Москве Слави-нецкий сблизился с людьми, входившими в число наиболее доверенных лиц царя Алексея, Ф М Ртищевым и Б И Морозовым Церковный собор 1651 года по настоянию государства сделал первый шаг к сближению с греческой традицией, решив вопросы о единогласном и наречном пении, об упорядочении богослужения, о поставлении в «священный и дьяконский чины людей "учительных", знающих «круг церковный и устав» и их обучении и др. [2, с . 47—49]. С 1652 года проведение церковной реформы возглавил поставленный на патриаршество Никон, который приблизил Славинецкого к себе Центром реформы стал московский Печатный двор, переданный в 1653 году в распоряжение Патриарха . Славинецкий был одним из руководителей «книжной справы» — исправления русских богослужебных книг по греческим образцам Одновременно с этим в 1650—1670-е годы производился перевод научных текстов . Особенностью переводов школы Славинецкого, по мнению филологов, при этом стала сознательная грецизация латинских источников, проявляющаяся в переводе имен собственных, сознательном сопоставлении грецизма и латинизма в переводе и пр Конечной целью при этом являлась трансформация церковнославянского языка, его распространение на новые жанры письменности [10, с. 229]. Как известно, отношения царя Алексея и патриарха Никона при усилении государственного начала переросли в конфликт и так называемое «дело патриарха Никона» Решение по нему принимали два церковных Собора, 1660 и 1666—1667 годов . Русское духовенство на Соборе 1660 года постановило, что Никон должен быть лишен патриаршества и священства как пастырь, своей волей оставивший паству Славинецкий подал царю особое мнение, доказывая

на основании церковных правил, что у Никона нельзя отнять священства, хотя и должно лишить его патриаршества [12, с . 401], что затянуло решение вопроса еще на шесть лет Несмотря на это Славинецкий продолжал «работать» на государство и церковь, в 1673 году по поручению царя Епифаний возглавил работу по созданию нового перевода Библии [5, с . 72—74].

Симеон Полоцкий начал свою деятельность в Москве в 1664—1665 годы. Поскольку в Большом церковном Соборе 1666—1667 годов, в том числе, низложившем патриарха Никона, принимали участие вселенские патриархи и их представители, нужны были переводчики при них, Полоцкий состоял при Паисии Лигариде, от имени восточных патриархов в своей орации призвал царя Алексея к повышению уровня образования в России, вскоре стал придворным поэтом и учителем царских детей В 1660—1670 годы начался богословский спор между Славинецким и Полоцким о времени пресуществления Святых Даров («Пресуществление» — термин, которым в учении православной церкви с XV века, а в учении католической церкви с XI века определяется способ пребывания Тела и Крови Иисуса Христа в таинстве евхаристии . С точки зрения православной церкви пресуществление хлеба и вина на Божественной литургии в Тело и Кровь Христовы происходит после троекратного призывания Святаго Духа во время молитвы «Сотвори... хлеб сей...» . По учению римской церкви, пресуществление хлеба и вина в Тело и Кровь Христовы совершается на возглашении слов Спасителя «Примите и ядите...») . В 1680-е годы спор вышел на площади и улицы, получил отклик не только у богословов Славинецкий отстаивал позицию греков и православных ученых, мнение Полоцкого согласовалось с «западными учителями», католическим богослужением В духовном споре эллинисты оказывались сильнее, латинствующие наверстывали упущенное в светской сфере . Полоцкий познакомил двор Алексея с образцами пиитики, сам царь занимался пробами пера в сложении акростихов Когда царь увлекся театром, Полоцкий выступил в роли одного из авторов первых русских пьес [9, с . 121; 17, с . 219—234]. Сын Алексея Михайловича, новый царь Федор Алексеевич, театралом не был (театр на время в России угас), зато Федор был учеником Полоцкого

После смерти Полоцкого в 1680 году основную роль в последние годы жизни и царствования Федора Алексеевича играл Сильвестр Медведев . Медведев — справщик Печатного двора и руководитель созданной при Федоре светской Верхней типографии, продукция которой была проклята патриархом Иоакимом При Софье и В В Голицыне в Москве появились и обосновались иезуиты; торговцы Давид Кодзини и То-вия Тихановский, обосновавшиеся в Немецкой слободе, открыли здесь школу

Покровительство латинствующей партии, оказываемое последовательно Алексеем Михайловичем, Федором Алексеевичем и В В Голицыным при царевне Софье, фактически поставило вопрос о претензиях государства на первенство в деле просвещения Государство стремилось определить, какие нововведения необходимы, и подобрать исполнителей, готовых максимально полно их воплотить Баланс государства и церкви был нарушен . Одновременно с этим все более острая полемика о времени пресуществления Святых Даров делала образование заложником богодуховных споров При открытии академии вопрос о главном языке преподавания был решен в пользу греческого, после изучения которого можно было постигать и латынь. В 1688 году южнорусские киевские иерархи высказались в пользу православного учения, Медведев был отстранен от должности старшего справщика Печатного двора церковный Собор, проходивший в январе 1690 года, осудил католическое учение о времени пресуществления Святых Даров и запретил ряд сочинений Симеона Полоцкого, Петра (Могилы), Иоанникия (Галятовского), Лазаря (Барановича) и других [11]. Братья Лихуды были вынуждены покинуть Эллино-греческую академию в 1694 году. Преподавание в Академии продолжили их ученики Федор Поликарпов и Николай Семенов Главным новшеством последних нескольких лет XVII века становилось отсутствие латыни в образовании

Возвращение латыни, превращение Академии в государственную были связаны с именами Петра I, Стефана Яворского — местоблюстителя патриаршего престола и протектора Академии, Палладия Роговского — ректора Академии (1701—1703 годы) [13, с. 81]. Главным отличием XVII века от последовавших за ним эпох, пожалуй, состояло в том, что все нововведения в духовной и культурной сферах должны были вписаться в систему двух начал — священства и царства Петровское время оформило идею примата государства над церковью Не столько светское, сколько государственное стало господствующим во всех сферах общественной жизни

Справедливости ради отметим, что латинское и эллинистическое начала, рассмотренные нами с точки зрения противоборства в церковной сфере и борьбе за внимание царской власти, в деле образования далеко не всегда и не во всем противоречили друг другу Для обеих школ было характерно понимание сущности человека через осознание таких базовых категорий, как духовность, целостность, нравственность, разум, физическое совершенство Славинецкий в работе «Гражданство обычаев детских» определил задачи образования в сочетании религиозно-православного воспитания со светским обучением, нравственным воспитанием и формированием хороших манер; Полоцкий утверждал, что светское знание не колеблет веру в Бога, но утверждает ее, обогащая человеческий ум [4, с. 111—112].

Литература

1 . Азбука, напечатанная в Москве Василием Бурцовым . 6 .VII . — 20 .VIII . 7142 (1634) [Электронный ресурс] URL: http://www. raruss. ru/slavonic/1603-abc-burtzov-1634. html (дата обращения: 25 . 04. 2016) .

2. Белокуров С. А. Деяние Московского церковного Собора 1649 г. (Вопрос о единогласии в 1649—1651 гг. ) // Чтения в Императорском Обществе Истории и Древностей Российских при Московском Университете, 1894. Кн . 4. 664 с Отд 3 С 29—52

3. Богданов А.П. Царь Федор Алексеевич . М . : Изд-во Университета Российской Академии Образования, 1998. [Электронный ресурс] URL: http://www. sedmitza . ru/text/443619. html (дата обращения: 25. 04. 2016) .

4. Гетьман В.В. Истоки становления антропологической традиции в культуре русского Средневековья // Традиции и инновации в современном культурно-образовательном пространстве . Материалы IV Международной научно-практической конференции / Отв . ред. : Л .А. Рапацкая. М. : Московского государственный гуманитарный университет им . М . А . Шолохова, 2013 324 с С 107—112

5. Исаченко Т.А. Новый Завет «перевода и стяжания» иеромонаха Чудова монастыря Епифания (Славинецкого) (посл . треть XVII в .) // Вопросы языкознания . 2002 . № 4. С. 73—92 .

6. Каптерев Н.Ф. О греко-латинских школах в Москве в XVII веке до открытия Славяно-греко-латинской академии Речь, произнесенная на публичном акте Московской Духовной Академии 1 октября 1889 года экстраординарным профессором Н . Каптеревым . Прибавление к изданию творений святых отцов в русском переводе . Часть 44. М . 1889. [Электронный ресурс] URL: http://dugward . ru/library/kapterev/kapterev_o_greko-latinskih_shkolah . html (дата обращения: 25 . 04. 2016) .

7. Кириллин В.М. Русская образованность в X—XVII веках // Вопросы медиевистики 2009 № 4 (38) С 5—23

8. Майков Л.Н. Очерки по истории русской литературы XVII и XVIII столетий Спб , 1889 432 c

9. Морозов П.О. История русского театра до половины XVIII столетия . СПб . , 1889 445 с

10. Николенкова Н.В. Грецизмы в церковнославянском переводе латинского текста XVII века как этап становления переводческой школы Епифания Славинецкого // Перевод как средство взаимодействия культур . 2015 . № 1 . С 221—229.

11 Патриарх Иоаким // Православная энциклопедия М : Церковно-научный центр «Православная Энциклопедия», 2010 . Т. 23 . С. 138—148 . [Электронный ресурс] URL: http://www.pravenc. ru/text/468879. html (дата обращения: 25. 04. 2016).

12. Платонов С.Ф. Лекции по русской истории М : Высшая школа, 1993 736 с

13. Попов Л.В., Розов Н.Х. К юбилею Славяно-греко-латинской академии // Вестник Московского университета . Серия 20: Педагогическое образование . 2010 . № 4 . С 76—86 .

14. Татарский И.А. Симеон Полоцкий . Его жизнь и деятельность . М . , 1886 . 353 с .

15. Тимофеева Н.В. Роль Славяно-греко-латинской академии в формировании системы высшего образования в России XVII—XIX вв . // Известия Великолукской государственной сельскохозяйственной академии . 2015. № 4. С . 35—39.

16. Фонкич Б.Л. Греко-славянская школа на Московском Печатном дворе в 80-х годах XVII в . // Очерки феодальной России: Сб . статей . Вып . 3 . М . : Издательство УРСС, 1999. С . 149—246.

17. Хромов О.Р. «Царский дом» в цикле Симеона Полоцкого на новоселье // Герменевтика русской литературы Сб 2 XVII — начало XVIII века М , 1989 С 217—308