Символический образ хлеба в семейном этикете удмуртов

Вестник Челябинского государственного университета. 2012. № 25 (279). История. Вып. 52. С. 9-14.

И. К. Назмутдинова

СИМВОЛИЧЕСКИЙ ОБРАЗ ХЛЕБА В СЕМЕЙНОМ ЭТИКЕТЕ УДМУРТОВ

Хлеб для удмуртов - важнейший продукт питания и наиболее сакральный вид пищи. В статье рассматривается символический образ хлеба в семейном и гостевом этикете удмуртов, повседневных нормах поведения, календарных обрядах и праздниках, религиозных актах, народной педагогике и юриспруденции. В сознании удмуртского крестьянина хлеб олицетворяет жизнь, достаток, полноту, благополучие, семейное счастье.

Ключевые слова: удмурты, хлеб, символ, достаток, благополучие, семейное счастье, коллективное дело.

Хлеб является важнейшим продуктом питания народов, возделывающих зерновые культуры и освоивших хлебопечение. Для народов-земледельцев он - основа благосостояния, своеобразное мерило достатка, основа бытия. Считается, что хлеб стал ежедневной пищей человека уже с каменного века, когда человек научился делать лепешки из растертого камнями зерна, выпекая их на раскаленных камнях или в золе.

В предпринятом небольшом исследовании мы попытаемся определить многозначность символического образа хлеба в семейном этикете удмуртов и его исключительную роль в мировоззрении земледельца.

Ареал исследования охватывает Дебес-ский, Игринский, Шарканский, Якшур-Бо-дьинский, Малопургинский, Завьяловский районы Удмуртской Республики и компактную группу закамских удмуртов, проживающих в Янаульском и Татышлинском районах Республики Башкортостан и Куединском районе Пермского края. Впервые термин 'закамские' ввел земский врач Н. И. Тезяков в работе «Вотяки Больше-Гондырской волости» (1892). Группа получила свое название по географическому расположению относительно территории Удмуртии: она локализована на левом берегу Камы, т. е. «за Камой»1.

Основой исследования послужили два рода источников: фольклорные (пословицы, тексты молений и заклинаний) и собственно этнографические полевые материалы, собранные автором в вышеуказанных районах в 2009-2011 гг., хранящиеся в Научно-отраслевом архиве Удмуртского института, истории, языка и литературы Уральского отделения РАН (далее НОА УИИЯЛ УрО РАН). Также эмпирической базой исследования явились

фольклорные материалы, собранные во время экспедиций студентами Удмуртского государственного университета в районах Удмуртии, включающие в себя описания календарных обрядов. Они также хранятся в НОА УИИЯЛ УрО РАН.

Хлеб - наиболее сакральный вид пищи, символ достатка, изобилия и материального благополучия. Для народа-земледельца, коим являются удмурты, он не что иное, как дар Божий, и одновременно как живое существо, требующее к себе почтительного отношения.

Основой питания подавляющего большинства крестьянских семей в течение всего года был хлеб (нянь). Признавая первостепенное значение хлеба в жизни человека, удмурты говорили: «нянь бадп>ым» (хлеб велик)2.

У удмуртов так же, как и у восточных и западных славян, существовал обычай постоянно держать хлеб на столе в красном углу, чтобы жизнь была в достатке. В народе говорили: «Нянь зарнилэсь но дуно» (Хлеб дороже золота). Он всегда употреблялся как лучшее сравнение: «Уж - со сием потон дыръя н>ег нянь кадь» (Труд - что ржаной хлеб для голодного). Хлеб являлся своеобразным мерилом всего хорошего, доброго, положительного. С ржаным хлебом сравнивали надежного человека: «Шег нянь кадь» (Как ржаной хлеб)3.

Почитая хлеб, удмурты в один ряд ставили его с солнцем. Для того, чтобы подкрепить сказанное, использовались словосочетания: «шунды понна», «нянь понна» (букв. «ради солнца», «ради хлеба», но в значении «солнцем клянусь», «хлебом клянусь»), что объяснялось верой в магическую силу хлеба, который по этой причине использовался и в некоторых других случаях, например, когда клялись в чем-нибудь, держали в руках хлеб.

Люди верили в целительную силу хлеба, способного оживить, придать сил. Человек давно подметил, что он содержит почти все необходимые ему минеральные вещества, поэтому даже при питании одним хлебом он сможет выжить. Вместе с тем существовал и ряд запретов по отношению к нему: нельзя класть хлеб выпуклой стороной вниз - это надругательство над ним, влекущее за собой несчастье, ссору. Грешно говорить, что хлеб невкусный, поскольку это дар Божий. Старшее поколение в таких случаях наставляет: «Нянь котьку ческыт» (Хлеб всегда вкусный). Бросать, пинать, кидаться хлебом, значит совершить святотатство. Нельзя смахивать крошки со стола - можешь обеднеть. Только во время обеда в поле крошки не собирали, так как считали, что их корни в земле. Хлеб не разрешали класть на стол с левого конца (это можно делать только на поминках). Каравай режут правой рукой, левой прижимая его к груди. Не разрешалось доедать хлеб за другим человеком - заберешь его счастье, силу. Нельзя оставлять недоеденным небольшой кусочек хлеба. «Жобдэ кельтИськод» (Зло оставляешь), - говорят в таких случаях куединские удмурты. Нельзя поднимать упавший случайно на пол хлеб, так как считается, что его «потянули» покойные, которые хотят им угоститься. Закамские удмурты при этом произносят: «Азязы мед усёз» (Пусть перед ними упадет). В таком случае хлеб обычно отдают собаке или домашним животным.

Существовало множество примет: «Нянез тИялтытэк сиид ке, тэле йыромод» (Если хлеб будешь есть, предварительно не отломив кусочек, заблудишься в лесу); «Нянь гурын пыжыку, гур вылын пукыны уг яра: няньлэн вылыз, пе, сутске» (Когда хлеб находится в печи, нельзя сидеть на ней, корка хлеба подгорит); «Лкк вылэ пуктылИськыку, нырысь ик нянь но сылал пононо. Пырись муртлэн синмыз, пе, нырысь ик сылал вылэ мед усёз. Соку солэн «син уродэз» сылал вылэ кошкоз, син уськытэмез уз лу ни» (Когда накрываешь стол, первым делом нужно ставить хлеб и соль, чтобы взгляд вошедшего упал на соль, тогда его зло уйдет, и он не сможет сглазить)4.

Люди верили в сверхъестественные способности хлеба, считали, что он является оберегом. Пожилые учили, что с утра перед выходом из дома надо обязательно попробовать

хлеб, он убережет от несчастных случаев, болезней5.

Когда пускались в путь-дорогу, с собой брали хлеб. Не для утоления голода, а потому, что верили в его оберегающую силу. По словам информантов, по дороге хлебушек отламывали и бросали на обочину дороги - он предназначался умершим. При этом просили: «Капчи сюрес сётэ, вкй вылтИ кадь мед луоз сюресмы» (Дайте нам легкой дороги, пусть наша дорога будет, как по маслу).

Если отправлялись на свадьбу, куда-нибудь уезжали, предварительно присаживались по очереди на ткро шор (передний угол) и прикасались правой ладонью к караваю хлеба со словами: «Остэ, Инмаре, кеч мед ветлом» (Господи, пусть удачной будет поездка)6. Каравай хлеба на столе выполнял охранительную функцию, он как будто благословлял уезжающих в добрый путь. По свидетельству Г. Е. Верещагина, первого удмуртского этнографа, участники свадебного поезда, выехав за ворота, «бросают дар умершим старикам -кусок хлеба - со словами: «Остэ, кулэмъёс! Эн чертэ, эн мыжтэ» (Благословите, умершие! Не нашлите на нас болезни.. ,)»7.

Другая знаковая составляющая хлеба -выполнение ведущей роли в гостевом этикете. Он символизировал богатство дома, постоянную готовность к приему гостей, а также был знаком божественного покровительства и оберегом от враждебных сил: это Бог кладет хлеб на стол перед людьми. Неслучайно удмурты до сих пор встречают гостей с хлебом. Русские привечают с хлебом и солью, удмурты - с хлебом и маслом, иногда и с медом, поскольку верят, что в сочетании с маслом он обозначает достаток, являясь гарантом успешного завершения начатого дела.

Когда накрывали стол, первым делом ставили хлеб: «Куноос лкк ськры пуксьылэм бере, первояк басьто нянь, собере гинэ мукет сиёнэз веръяло» (Гости в начале застолья первым пробуют хлеб, и только потом - остальную пищу), - говорят закамские удмурты, тем самым раскрывая веру в силу хлеба. Первой его берет хозяйка, потом просит сделать то же самое гостей8.

Удмурты, живущие в Малопургинском районе Удмуртии, стремясь показать гостям свое уважение, перед каждым из них кладут ломоть хлеба9.

Также на праздничном столе обязательно должны быть хлеб и суп; неслучайно яства

на удмуртском языке передаются термином шыд-нянь (букв. суп-хлеб)10.

Если кто-либо из приглашаемых гостей неоднократно отказывается, о таких людях закамские удмурты говорят с укоризной: «Няньлэсь бадп>ым луэмзы потэ» (Хотят быть выше хлеба).

Самые примечательные события в жизни человек отмечал с хлебом, и примеров тому можно привести множество. Например, когда вопрос со сватовством решался положительно, на стол стелили скатерть, клали целый каравай хлеба, масло и угощали сватов. Куском хлеба угощали и невесту, поскольку считали, что раз дала слово и при этом попробовала хлеб, уже не осмелится поменять решение, выполнит обещанное. Во время свадьбы, по прибытии невесты в дом жениха, ее также угощали хлебом-маслом, чтобы жили молодые в достатке11. В настоящее время брачую-щихся поздравляют и дарят им каравай хлеба (нянь сукыри)12.

У закамских удмуртов, когда в семье рожала женщина, на стол также клали непочатый каравай хлеба: он был призван помочь благополучному разрешению роженицы.

Хлеб с непочатым горшком масла подавали роженице после родов, а затем все присутствующие мужчины - родственники, и в первую очередь - глава семьи с мужем роженицы - также ели масло с хлебом, желая новорожденному счастья и достатка во всем, «жизни, как по маслу». Пришедшие поздравить с прибавлением в семье, приносили с собой хлеб и мучные изделия. Считалось, что так роженица быстрее окрепнет после ро-дов13. В этот день без залога никому ничего из дома не давали, «чтобы не унесли счастье новорожденного»14.

Обычай угощения роженицы, распространенный и у других народов, называется у удмуртов северных районов республики тетер нуон - приношение гостинцев, (тетер - название мучного изделия), пинал сюдон - кормление младенца; в южных и центральных районах кашае, зубоке ветлон - сходить на кашу, на зубок, шаньги нуон - приношение шанег15.

Перед тем, как положить ребенка в колыбель, туда клали «небольшой ломоть от непочатого каравая, приговаривая пожелание ребенку, «чтобы он не был так же подвержен заболеваниям, как и этот хлеб» - «Эн вись та нянь сямен ик»16. Часто рядом с хлебом ставили и солонку, что является верным при-

знаком влияния русских на этнос, поскольку в удмуртской кухне соли отводилась очень скромная роль.

В Шарканском районе при установке сруба, положив три ряда бревен, в передний угол, а именно - в мох, находящийся в щели между бревнами венцов сруба, клали монеты. После этого хозяин дома, отрезав горбушку хлеба, угощал всех помочан17.

Особенно интересен момент поднятия матицы. В Куединском районе Пермского края хозяева подкладывали под нее деньги, чтобы жить в достатке и старались при ее установке не шуметь, чтобы жизнь в доме была мирная и спокойная, не было ругани и шума. По устному сообщению Р. Ш. Назмутдиновой, «после установки матицы нужно обязательно выпить алкогольный напиток домашнего изготовления и взять кусочек хлеба с маслом». Скорее всего, хлеб с маслом в данном случае символизируют сытую, ровную жизнь в достатке.

При переселении в новый дом с собой брали квашню, на стол стелили белую скатерть, клали каравай хлеба и молились18. Даже выходя на осенний забой скота, брали с собой «священные» хлеб с маслом, приговаривая: «Вкй кадь мед луозужмы» (в знач.: пусть работа пойдет как по маслу).

В Кизнерском районе в д. Васильево перед выходом из дома призывник откусывал хлеб. Оставшаяся часть хлеба «дожидалась» его возвращения на полке возле иконы. Люди верили, что хлеб обеспечит благополучное возвращение сына в родительский дом19.

Известно, что в день похорон удмурты шили мешочек из белого холста, куда помещали еду - чумер (клёцки, в которые в качестве дополнительных компонентов входят масло, яйца, иногда молоко), табань (лепешки из кислого теста, напоминающие блины), яйцо, конфеты, чай... Мешочек зашивали и ставили у изголовья покойного (д. Наняды Янаульского района Республики Башкортостан). Для сравнения: в Красноуфимском районе Свердловской области в д. Верхний Бугалыш «в гроб, на грудь покойного, клали каравай хлеба («чтобы с хлебом жил, не знал нужды»)»20. На могиле усопшего устраивали скромную трапезу, оставшуюся еду (хлеб, масло, печенье, яйца) брать домой не разрешалось, ее крошили на могилы21.

Символика хлеба четко прослеживается и в календарных обрядах удмуртов. Один

из главных обрядовых праздников удмуртов Закамья - Быдкынал (лит. «быдкым ну-нал» - «великий день» - Пасха). Как пишет этнограф Т. Г. Миннияхметова, в этот день в д. Гожан Куединского района раньше молились 7 раз: «В первый раз глава семьи выходил с мясом, во второй - с кашей, в третий - с караваем хлеба, и его сопровождала жена с маслом, в четвертый - сам с хлебом с маслом и медом, дочь с чашей пива, в пятый - с блинами, в шестой - с рыбным пирогом, в последний, седьмой раз вся семья выходила во двор с благодарностью поклониться богу»22. Похоже, в этот день освящалась пища, что была в частом употреблении и потому особо почиталась. Крестьянин благодарил за нее и одновременно получал божье благословение. В Татышлинском районе удмурты также молились, прося здоровья и урожая хлеба: «Нянякай мед вуоз, вакытаз мед ваньмыз но вуоз» (Хлебушек пусть созреет, пусть все созреет своевременно)23.

В Завьяловском районе вечером, накануне Пасхи, на стол кладут непочатый каравай хлеба, соль, крашеные яйца. На следующий день утром молятся, пробуют квас, стоящий на столе, угощаются яйцами24.

Большим событием в жизни земледельцев было начало весенних полевых работ (гы-рыны/кизьыны потон, геры/кидыс поттон, акашка). Первую борозду поручали уважаемому человеку «с легкой рукой». Обязательным было жертвоприношение божеству земли: в борозду опускали горбушку хлеба и яйцо, прося содействия в проведении посевной и обеспечения хорошего урожая25. Например, в д. Карамас-Пельга Киясовского района обращались со следующей молитвой: «Осто, баккым Инмаре, тыр нянен потИсько: та тыр нянен потэме нош ик тыр нянен потоно мед кароз! Акташез буре вайисько, Остэ!»26

У закамских удмуртов накануне начала пахотно-посевных работ (курегпуз уллян, ку-регпуз питыръян, гырыны потон, кизьыны потон) в каждой семье стряпали ритуальную пищу и варили яйца. Утром с восходом солнца в каждой семье молились с караваем хлеба -тыр нянен (букв.: «полным хлебом»), чтобы этим обеспечить такую же полноту, т. е. достаток во всем: Та тыр нянен потэме нош ик тыр нянен потоно мед кароз (букв.: «Мой выход с этим круглым-полным караваем пусть сделает так, чтобы и в будущем году выход был с таким же круглым-полным караваем»)27.

Осенний цикл календарных праздников начинался с праздника в честь нового урожая (выль лук, букв. «новая каша»), слившегося затем с Ильиным днем. В этот день всю пищу готовили из продуктов нового урожая, накануне или непосредственно в день праздника резали барана или хотя бы петуха, пекли хлеб из муки свежего помола, варили овсяной кисель. С поля приносили колосья ржи, ячменя, стручки гороха, листья капусты, клали все это на край стола и совершали обряд куяськон в честь умерших. Колосья окунали в суп и освящали их, прося у бога и воршуда (в удмуртской мифологии дух предка-покровителя) хорошего урожая. Пучок из разных колосьев подвешивали в семейной куале (святилище в традиционной религии удмуртов), а соседей приглашали в гости28.

Во время сИзьыл куриськона (осеннего моления) также молились 7 раз подряд. Во двор выходили все члены семьи. При каждом выходе участвующие в обряде держали в руках освящаемый продукт: в первый раз - хлеб, второй - масло, третий - мясо (утки/гуся), в четвертый - кашу, пятый - блины, шестой -яичное блюдо, седьмой - домашнее пиво»29.

Весной, в день выгона скота на пастбище, удмурты с утра выставляют на стол, накрытый белой скатертью, специально для этого испеченный хлеб, заклиная, чтобы осенью весь скот принять без потерь, здоровым и упитанным. Выпуская через ворота, подкармливают каждое животное хлебом, тем самым благословив их30.

Известно, что перед молением в бадкым куале (большой куале) люди, предварительно помывшись в бане, несли немного муки к вксясю (жрецу), чтобы его жена испекла для моления хлеб.

Перед самым молением, перед тем как войти в святилище, вксясь обращался к богам: Осто,Иньмаре, Кылчинэ, Воршуд! ЛыктИм вксяськыны, Улонэз кеч кар, Иньмаре, Няньмес сёт, удалтыт, Улон азьмес каньыл кар, Валче улонэз соглаш, кеч кар, Быдкын Инвошудмы, Осто, Иньмаре!

(Осто, Иньмар, Кылчин, Воршуд! Пришли мы молиться, Жизнь нашу сделай хорошей, Хлеб уроди, дай, Жизнь нашу легкой сделай,

Совместную жизнь сделай дружной,

Великий наш Инвошуд,

Осто, Иньмар!)

Каждый домохозяин шел на моление со своим хлебом. Он отдавал его вксясю (жрецу), а тот, отрезав горбушку, которую бросал в очаг, клал хлеб на воршудную полку. В конце моления этот освященный хлеб уносили домой и делили там между членами семьи.

Помимо хлеба, готовилась и каша. Одну ложку замоленной каши бросали в очаг ку-алы, а чашку с кашей передавали по кругу, чтобы каждый мужчина ее попробовал. Затем все приступали к еде. Снова молились. Вксясь теперь держал в руке хлеб, испеченный его женой из общей муки (во время моления хлеб находился на воршудной полке или в самой воршудной коробке, если она есть), затем этот хлеб делили на части и раздавали каждому, после чего все расходились31. В православной традиции хлеб участвует в таинстве Евхаристии, олицетворяя собой тело Христа.

Закамские жрецы во время общественных молений, связанных с жертвоприношениями домашних животных, обращаясь к Богу и читая молитву, держат в руках непочатый каравай хлеба. При этом просят теплых, мягких дождей, хорошего урожая, спокойной погоды, здоровья и счастья себе и детям, благополучия в новых начинаниях.

Хлеб использовался и в народной медицине. По свидетельству Г. А. Никитиной, «девочкам прокалывали уши, предварительно помассажировав мочку уха, на иголку накалывали корочку хлеба (может, в этом проявлялась вера в очищающую, исцеляющую силу хлеба?) и только потом прокалывали ухо, пропустив через хлебную корку и шелковую нитку»32.

Вера в святость хлеба отразилась и в народной юриспруденции. Если у кого-то что-то пропадало, стелили на стол скатерть, клали туда цельный кусок хлеба. Все присутствующие должны были подойти к столу и прикоснуться к хлебу, в доказательство того, что они это не делали. «Нянь алданы уз сёт» (хлеб не даст обмануть), - говорили в народе. У вора язык не повернется сказать, что не крал, при прикосновении к хлебу. А если он

33

это сделает, у него отсохнут руки33.

Итак, в сознании удмуртского крестьянина хлеб осмысливался как одна из первооснов всего сущего на земле, он олицетворял собою жизнь, являлся символом достатка и

благополучия, семейного счастья и коллективного дела, воспринимался как священное начало, выполняя функции обереговые, охранительные. Непочатый каравай хлеба - символ полноценного, устоявшегося, отсюда его огромная роль в обрядовой жизни этноса. Слово, подкрепленное хлебом, обретает силу и значение. Религиозные акты, при которых также проводятся манипуляции с хлебом, -часть мировоззрения человека, отражение его духовности и внутренней культуры.

Примечания

1 См.: Тезяков, Н. И. Вотяки Больше-Гондыр-ской волости : медико-статистический и антропологический очерк. Чернигов, 1892. С. 3.

2 Удмурты : историко-этнографические очерки / УИИЯЛ УрО РАН ; науч. ред. д-р ист. наук В. В. Пименов. Ижевск, 1993. С. 153.

3 Черный хлеб = №ег нянь; Золотые гусли = Зарни крезь / сост. Т. Г. Перевозчикова. Ижевск, 1990. С. 30, 131.

4 Ингур : Удмурт фольклоръя лыдает : Шор ёзо школаослы / Люказ, радъяз но валэктонъ-ёссэ гожтйз Т. Г. Владыкина. Ижевск, 2004. С. 276.

5 См.: Христолюбова, Л. С. Калык сямъёсты чакласа. Ижевск, 1995. С. 170.

6 НОА УИИЯЛ УрО РАН. РФ. Оп. 2-Н. Д. 1597. Л. 86.

7 Верещагин, Г. Е. Собр. соч : в 6 т. Т. 2. Вотяки Сарапульского уезда. Ижевск, 1996. С. 115-116.

8 НОА УИИЯЛ УрО РАН. РФ. Оп. 2-Н. Д. 1597. Л. 87.

9 См.: Трофимова, Е. Я. Гостевой этикет удмуртов (к постановке проблемы) // Фольклор и этнография удмуртов : обряды, обычаи, поверья. Ижевск, 1989. С. 24.

10 Удмурты : историко-этнографические очерки. С.154.

11 Христолюбова, Л. С. Указ. соч. С. 170.

12 Там же. С. 89.

13 Трофимова, Е. Я. Как сложилась народная кухня удмуртов. Блюда удмуртской кухни. Ижевск, 1991. С. 91.

14 Христолюбова, Л. С. Семейные обряды удмуртов (традиции и процессы обновления). Ижевск, 1984. С. 64.

15 Там же. С. 65-66.

16 Первухин, Н. Г. Эскизы преданий и быта инородцев Глазовскаго уезда. Эскиз V. Следы языческой древности в суеверных обрядах

обыденной жизни вотяков от колыбели до могилы. Вятка, 1890. С. 18.

17 Христолюбова, Л. С. Калык сямъёсты ча-класа... С. 44.

18 Там же. С. 53.

19 Там же. С. 97.

20 Атаманов, М. Г. Погребальный ритуал южных удмуртов / М. Г. Атаманов, В. Е. Владыкин // Материалы средневековых памятников Удмуртии. Устинов, 1985. С. 136.

21 Христолюбова, Л. С. Семейные обряды удмуртов. С. 90.

22 Миннияхметова, Т. Г. Календарные обряды закамских удмуртов : монография. Ижевск, 2000. С.29-30.

23 НОА УИИЯЛ УрО РАН. РФ. Оп. № 2-Н. Д. 1535.Л. 109.

24 Там же. Д. 1496. Л. 18.

25 Удмурты : историко-этнографические очерки. С. 216.

26 Ингур : Удмурт фольклоръя лыдает... С. 257.

27 Миннияхметова, Т. Г. Указ. соч. С. 44.

28 См.: Удмурты : историко-этнографические очерки. С. 220.

29 Миннияхметова, Т. Г. Указ. соч. С. 70.

30 Там же. С. 39-40.

31 См.: Владыкин, В. Е. Религиозно-мифологическая картина мира удмуртов. Ижевск, 1994.С. 150.

32 Никитина, Г. А. Народная педагогика удмуртов. Ижевск, 1997. С. 29.

33 Христолюбова, Л. С. Калык сямъёсты ча-класа. С. 170.