"В России конкуренция не организована среди равных между собой банков"

Центробанк отозвал лицензии у двух банков. Право на осуществление банковской деятельности потеряли "Линк-банк" и банк "Евротраст", сообщается на сайте ЦБ. Директор Банковского института ВШЭ Василий Солодков обсудил ситуацию с ведущим Олегом Богдановым.

— Сейчас уже невооруженным глазом видно, с чем борется ЦБ. В заявлении сказано, что в случае с Европейским трастовым банком были замечены операции объемом 7 млрд руб. ЦБ борется исключительно с "отмывом" и с "обналичкой" денег?

— Здесь сложно сказать. Если я правильно помню, тот же самый Европейский трастовый банк не принимал вклады, точнее, ему было запрещено это делать еще в прошлом году. И я не думаю, что это было связано с тем, что он занимался "обналичкой". Скорее всего, проблемы были как раз в ликвидности.

— ЕЦБ был главным оператором системы платежей Migom, в 2002 году он ее создал. Если вспомнить недавнее заявление ЦБ по платежам, по различным системам криптовалюты, по биткоину, который они тоже фактически объявили в России вне закона, в этом контексте действия ЦБ как можно рассматривать?

— Я думаю, что платежная система Migom прекратила существование из-за проблем самого банка. Банк оказался не в состоянии обслуживать ее потребности, платежи в результате зависли, все стало, к сожалению, никак. Что касается криптовалют и всего остального, здесь у меня сложное отношение, потому что, с одной стороны, это некая финансовая новация. С другой стороны, мы с вами должны понимать, что за этой валютой ничего, кроме доброй воли тех людей, которые хотят ей рассчитываться, по сути дела, нет. А учитывая то, что во многом, как правило, это все анонимно, то могут теоретически осуществляться любые платежи на любые цели. Другое дело, насколько это реально и актуально для России? Это может быть актуально для Соединенных Штатов или еще для кого-то. Для нас, я думаю, проблемы здесь очень сильно преувеличены.

— Имеется в виду проблема, что Центральный банк не будет это контролировать?

— Не будут идентифицированы, скажем так, участники расчета — кто купил, кто продал.

— Другие центральные банки признали это виртуальным сырьем, как в случае с Центральным банком Китая, и никаких запретных действий, тем более совещаний с прокуратурой, не проводили. Но давайте к банкам вернемся. Итак, вот Европейский трастовый банк — понятна ситуация. "Линк-банк" — что здесь?

— Когда у нас, с одной стороны, отзываются лицензии, с другой стороны, госбанки идут по пути снижения ставок по предоставляемым кредитам и, соответственно, депозитам, и с третьей стороны, у нас фундаментально не решена проблема фондирования коммерческих банков — всех, кроме госбанков, у нас есть достаточно большая вероятность, что количество банков будет сокращаться, поскольку конкуренция явно не организована среди равных между собой участников. Это первое, что я хочу сказать. И давайте подумаем: кому у нас мешают банки? Если у них есть своя ниша, свои пользователи их услуг, то пусть работают. Закрывая эти банки, мы тем самым толкаем людей в руки совершенно других организаций, которые будут у нас с вами принимать депозиты под 60-90%, только они это не называют депозитами, и выдавать кредиты под 3% в день. Таких масса, причем за 15 минут, не спрашивая никаких документов. Надо задуматься над тем, что должна быть многоуровневая система.