Бюджетный процесс

Бюджетный процесс

Минфин оказался откровенен

       На вчерашней конференции, проходившей в Зале коллегий Минфина и посвященной бюджетной политике на 1997 год, было прямым текстом сказано то, о чем догадывались все знакомые с проектом бюджета. Заместитель министра финансов Олег Вьюгин разъяснил, что нынешний налоговый пресс — это ничто по сравнению с налоговым прессом, который ждет Россию при новом бюджете.
       
       Содержащиеся в проекте бюджета планы снизить бюджетный дефицит почти до 3% ВВП, а инфляцию до 9,5% в год сразу наталкивают на мысль о резком повышении налогов — только путем изъятия денег у населения и предпринимателей можно в такой кризисной стране, как Россия, достичь столь блестящих показателей. И вот вчера заместитель министра финансов Олег Вьюгин признал, что именно так и будет. Причем обставил все как нельзя более красиво. Для начала заявил, что жалобы российского бизнеса на чрезвычайно высокий нынешний уровень налогов лишены оснований. Налоговые изъятия в России, по минфиновским расчетам, составляют всего 40% производимой добавленной стоимости — не выше, а может быть ниже, чем в большинстве индустриальных стран. Если повысить в 1997 году налоговые изъятия до 45%, это будет "вполне сносно", считает Вьюгин. Позиция Минфина показывает, что он по-прежнему не намерен прислушиваться к общественному мнению. Свежая история с отменой под беспрецедентным общественным давлением скандального указа о подоходном налоге министерство пока ничему не научила. Ну что ж, борьба продолжается...
       Кроме того, оратор поделился своим видением российской экономики вообще (ведь бюджет, по его словам, "должен соответствовать специфике макроэкономической ситуации"). Видение своеобразное. С одной стороны, главная особенность нынешней ситуации — нехватка в экономике денежных средств и, как следствие, неплатежи. С другой стороны, "деньги все-таки есть". Такое чудо (и есть деньги, и нет их) объясняется тем, что предприятия выводят свои доходы из-под налогообложения (да и вообще руководители предприятий отличаются разгильдяйством). В результате живые деньги заменяются их суррогатами, в экономике процветает бартер и взаиморасчеты в безденежной форме. Новая идея Минфина состоит в том, чтобы бороться с любыми видами замены настоящих денег. Очень заботит Минфин, естественно, вывоз столь любимых им настоящих денег из России. По данным Вьюгина, за первое полугодие этого года вывезено почти $10 млрд, и до конца года эта тенденция может сохраниться. Зато в будущем году никакого оттока капиталов вообще не будет, почему-то посчитал оратор.
       Впрочем, Вьюгин на вчерашней конференции оказался совершенно одинок в своем оптимизме. Остальные выступавшие (среди которых преобладали представители бизнеса и научного мира) упрямо говорили о том, что нынешние налоги слишком высоки, а налоговая система нелогична и запутанна — куда уж там налоги еще повышать. Член бюджетного комитета Госдумы Оксана Дмитриева пошла еще дальше, подвергнув сомнению данные Олега Вьюгина об отношении величины налогов к добавочной стоимости. По ее расчетам, этот показатель в России достигает 60%. По традиции в качестве оппонента правительству выступил нынешний начальник управления экономической безопасности СБ Сергей Глазьев. Он, впрочем, не стал говорить о таких мелочах, как налоги, а выступил с оригинальными предложениями перейти к кредитно-денежной накачке экономики в сочетании с государственным регулированием ценообразования.
       Некоторую поддержку правительственная бюджетная концепция все же получила — в части отказа от денежных суррогатов вроде казначейских обязательств. Впрочем, и здесь выступавшие (например, вице-президент АРБ Гарегин Тосунян) выразили сомнение в выполнимости такого намерения, сославшись на то, что в концепции ничего особо конкретного по этому поводу не говорится. Впрочем, все единодушно хвалили правительство за то, что в этом году оно как никогда оперативно подготовило проект бюджета и впервые дало всем желающим столько времени для его критики.
       
       НАТАЛЬЯ Ъ-САМОЙЛОВА