Российская диаспора и процесс формирования наций постсоветских независимых государств

расследования. Указанные действия наблюдались в 0,8 % изученных нами уголовных дел.

Противодействие расследованию может носить как спланированный, так и стихийный характер. Заранее спланированное противодействие является составным элементом способа совершения преступления. Изучение нами уголовных дел показало, что противодействие расследованию носило заранее спланированный характер в 48,2 % из всех исследованных случаев.

Анализ противодействия расследованию с позиций его организованности позволяет судить о подготовке и продуманности действий преступника по реализации своего преступного замысла и созданию условий, затрудняющих его поимку и изобличение.

Следует заметить, что каждый способ мошенничества в исследуемой нами сфере оставляет присущий ему комплекс следов, являющихся признаками его применений. Исследуя эти признаки, можно построить мысленную модель происшедшего, выдвинуть версию о применявшемся способе, а в некоторых случаях — еще и версию о личности мошенника.

Знание этих типовых сведений позволяет сотрудникам правоохранительных органов выявлять признаки указанного выше преступления, уяснять способ хищения, определять направления поиска мошенников, обеспечивать объективность, полноту и всесторонность расследования мошенничества в банковской сфере.

УДК 341.1/8

И.О. Матвейцева

РОССИЙСКАЯ ДИАСПОРА И ПРОЦЕСС ФОРМИРОВАНИЯ НАЦИЙ ПОСТСОВЕТСКИХ НЕЗАВИСИМЫХ ГОСУДАРСТВ

Рассматривается процесс формирования нации постсоветских независимых государств, анализируется ситуация с правами россиян в ближнем зарубежье.

Процесс складывания новых национальных общностей синкретический и, как показал мировой исторический опыт, протяженный во времени и исключительно чувствительный к субъективному вмешательству, а тем более принуждению. Очевидных показателей его результативности не существует. Ни один политолог не возьмется с уверенностью определить хронологию рождения американской нации или выявить интегральные показатели формирования единой общности европейских народов.

Субъективизм в оценке сближения народов, просуществовавших 70 лет в одном государстве — СССР, привел к появлению дефиниции — «советский народ», не выдержавшей испытания социально-политической практикой.

Политическая цель интеграции населения стран СНГ вокруг титульных национальностей получила формальное воплощение в конституциональных законодательных актах бывших союзных республик. И это вполне оправдано.

Формирование новых национальных общностей на постсоветском пространстве — процесс закономерный. Без этого новая государственность не может приобрести необходимое качество — стать субъектом мирового политического процесса.

Вместе с тем попытка форсирования постсоветской национальной интеграции или ее инициирование в ущерб самобытности и свободному развитию национальных меньшинств не может привести к желаемому конструктивному эффекту.

Напротив, «консенсус» как временное состояние существования представителей различных этносов в рамках ПНГ (постсоветских независимых государств) до момента складывания единой системы экзистенцио-нальных ценностей и фактической национальной интеграции возможен только на основе добровольного делегирования государству части национальных свобод в обмен на гарантии сохранения таковых.

Основной плоскостью или полем сближения с титульной национальностью является культурная и языковая сфера. При этом культурнолингвистический синтез — процесс весьма сложный и неоднозначный по своей направленности. История знает немало примеров, когда приоритет в культурном и языковом обмене являлся уделом не государственно-образующего этноса. Главным критерием в определении этнической доминанты культурно-лингвистического обмена резонно было бы считать не государственную составляющую титульной национальности, а совокупность общечеловеческих ценностей, включенных в культуру и язык интегрируемых национальностей. Другой закономерной основы культурного сближения в рамках новых независимых государств не существует. Только на пути взаимного культурного обогащения, а не унифицирования под уровень титульной национальности, можно найти верное направление подлинной национальной интеграции.

В противном случае даже освоение национальными меньшинствами языков и традиций коренного населения принимающей страны (по политическим, материальным и др. мотивам) не станет показателем национальной интеграции, а будет в лучшем случае создавать эффект «доброго соседства разных, но дружественных народов».

Безусловно, активнее и менее болезненно генерирование новых институциональных черт этносов, основанных на общих культурных и языковых ценностях, происходит в том случае, когда в одном государственном образовании объединены представители родственных и однокоренных национальностей (тюрков, славян и т. д.) или одной конфессии (православные христиане, мусульмане и т. д.).

Исходя из сказанного совершенно очевидно, что главным и естественным условием свободной интеграции этносов является их равные стартовые возможности и «правила игры».

Сравнение ситуации за прошедшие пять лет позволяет сделать вывод о том, что существенных позитивных изменений с правами наших соотечественников в странах СНГ не произошло. По-прежнему этнический признак оказывает существенное влияние на возможности личности во всех сферах общественной жизни. Несмотря на то что удельный вес утвердительных ответов на вопрос: «Случалось ли Вам или членам Вашей семьи сталкиваться с ущемлением Ваших прав?» (в средних показателях), незначительно сократился (с 20,4 % до 15,4 %), критическая оценка репрезентативности этих цифр позволяет утверждать, что ситуация с правами россиян в ближнем зарубежье стала еще более тревожной или, по крайней мере, не изменилась.

Во-первых, в обследовании 2007 г. приняла участие российская диаспора Белоруссии, страны, где сумма положительных ответов на этот вопрос весьма незначительна, что привело к снижению удельного веса ответов, свидетельствующих о напряженности положения россиян (без учета Белоруссии средний показатель равняется 18 %). Во-вторых, опросом 2007 г. охвачена российская диаспора Армении с самым высоким уровнем интеграции с титульной национальностью. Средний показатель толерантности в отношении наших соотечественников без Армении — 22,5 % (табл. 1, 2).

При этом сумма положительных ответов (в средних показателях) на вопрос об ущемлении прав увеличилась в Казахстане на 3,1 %, на Украине

— на 1,5 %. В силу уже отмеченных причин несколько улучшилась ситуация в Киргизии. Однако сразу бросается в глаза, что если в 2003 г. в число затруднившихся ответить, например, на Украине попало 5 % опрошенных, то в 2007 г. — 33,4 %, по-прежнему высокий процент не пожелавших ответить сохраняется в Казахстане (54,9 % и 36,4 %), в Молдавии — 32,5 %, и т. д., что говорит о боязни респондентов реакции официальных властей. По крайней мере, если бы отвечающие желали дать отрицательный ответ, им в этом бы ничего не могло помешать. Таким образом, подходя к оценке результатов опроса и учитывая недемократичность практически всех политических режимов в странах СНГ, следует сделать большую поправку, отражающую в целом неблагополучность в сфере соблюдения прав россиян.

Учитывая, что показатели, отражающие негативное отношение к россиянам, значительно занижены ответами «затрудняюсь ответить», дальнейший анализ приведенных данных предпримем по показателю лояльности к нашим соотечественникам в странах СНГ, а именно: по удельному весу ответов «практически не сталкиваемся» с ущемлением прав.

Численные значения отрицательной разницы между средними показателями и удельным весом ответов, свидетельствующих о благополучии с соблюдением прав российских соотечественников (по сферам общественной жизни), выглядят следующим образом.

Численное значение положительной разницы между средними показателями и удельным весом ответов, свидетельствующих о благополучии с соблюдением прав российских соотечественников (по сферам общественной жизни), выглядят следующим образом.

1SS

1S9

Результаты опроса 2003 г.

1 2 3 4 5 Итого

Азербайджан 9,0 15,0 18,4 2,5 12,5 57,4

Таджикистан 13,0 18,0 - - - 31,0

Украина 49 43,0 47,4 50,3 44,6 234,3

Таблица 4

Результаты опроса 2007 г.

1 2 3 4 5 6 7 Итого

Армения 13,4 26,6 - 29,2 35,0 18,9 - 123,1

Беларусь 19,3 28,8 2,7 - 25,2 28,4 7,7 112,1

Кыргызстан 9,4 0,1 1,9 1,4 18,1 16,2 6,0 53,1

Молдова - - - - - 6,9 - 6,9

Украина 8,0 5,8 15,4 7,6 9,3 7,1 14,3 67,5

Анализ значений положительной разницы между средними показателями и удельным весом ответов, свидетельствующих о благополучии с соблюдением прав российских соотечественников (по сферам общественной жизни), позволяет сделать следующие выводы:

- наиболее благоприятные условия для интеграции российской диаспоры в нации новых независимых государств складываются в Азербайджане, Армении, Белоруссии, Украине;

- вместе с тем, если в трех первых перечисленных странах ситуация позволяет предположить их стабильность или даже положительную динамику, то на Украине, по мере осложнения политической ситуации, основание позитивной оценки предпосылок интеграции этносов значительно уменьшаются;

- напротив, в благоприятную сторону для складывания необходимых условий интеграции разворачивается ситуация в Киргизии, где анализируемые значения хотя и не на много, но все же превысили средние показатели;

- наименее благоприятно в контексте интеграционных процессов выглядит положение российской диаспоры в Грузии, Молдавии, Казахстане и Таджикистане1.

Причем отсутствие необходимых предпосылок этнической интеграции (выражающееся в нашем случае в создании равных конкурентных

1 В силу невозможности репрезентативных исследований оценка ситуации в Туркмении и Узбекистане отсутствует.

возможностей этносов в бытовой и социально-политической сферах) не является следствием конфессиональной или этнической несовместимости с титульными национальностями (хотя автор отдает себе отчет в то, что этническая и конфессиональная близость ускоряет интеграционные процессы), а, скорее, коренится в политических установках политических элит независимых государств. Так, удельный вес положительных оценок взаимоотношений с титульной нацией за последние пять лет вырос повсеместно, включая те страны СНГ, где отрицательная динамика с соблюдением прав российских соотечественников сохраняется.

Таблица 5

Результаты опроса 2003 г.1

Как вы оцениваете отношения с титульной национальностью (в % к числу опрошенных) Казах- стан Кир- гизия Грузия Таджики- стан Азер- байджан Украина

Отношения хорошие 34 % 40 % 63 % 60 % 86 % 83 %

Отношения плохие 6 % 5 % 1 % 1 % 1 % 1 %

Отношения скорее плохие, чем хорошие 37 % 30 % 20 % 14 % 7 % 6 %

Как отмечалось выше, наиболее чувствительной сферой, реагирующей на процесс сближения этносов, является культурно-языковая сфера. Анализ и сопоставление данных о владении представителями российской диаспоры в странах СНГ языком титульной национальности показывают неоднородную картину лингвистической интегрированности.

Таблица 6

Результаты опроса 2007 г.2

Как вы оцениваете отношения с титульной национальностью (в % к числу опрошенных) Казах- стан Кир- гизия Бела- русь Армения Молдова Украи- на

Отношения хорошие 67,3 % 83,8 % 98,9 % 97,2 % 67,0 % 84,9 %

Отношения плохие 1,7 % 1,3 % - 1,4 % 3,8 % 1,5 %

Отношения скорее плохие, чем хорошие 23,4 % 10 % 0,1 % 0,1 % 22,4 % 8,5 %

1 Российская диаспора в странах СНГ и Балтии: состояние и перспективы. Приложение 8. Таб. 8. Расчеты выполнены автором.

2

Российская диаспора на пространстве СНГ. Расчеты выполнены автором.

Так, увеличение (за последние пять лет) в два раза числа россиян, владеющих языком коренного населения Казахстана, рассматриваемое в контексте в целом неблагоприятной динамики предпосылок интеграционных процессов, дает основание утверждать, что знание казахского языка не является следствием естественной потребности российских соотечественников, приобщения к культуре (или облегчения культурного обмена) титульной национальности, а имеет значение с точки зрения повышения возможностей для выживания в новых постсоветских условиях. Приблизительно такой же характеристики заслуживает лингвистическая ситуация в Грузии. С одной только разницей, что еще более неблагоприятная демографическая динамика русскоязычного населения, отсутствие перспективы покинуть эту страну, ставят вопрос овладения грузинским языком в качестве единственно возможного пути выживания.

В наибольшей степени продвинулись в интеграции с титульной национальностью представители российской диаспоры Азербайджана и Армении, где этому способствовала конфессиональная однородность коренного населения и россиян, во-первых, и отсутствие альтернативы освоению языка титульной национальности для тех, кто решил остаться в этих государствах даже после достаточно сложно складывающейся политической обстановки в первой половине 90-х гг., во-вторых.

Таблица 7

Результаты опроса 2003 г.1

В какой степени Вы владеете языком титульной национальности? (в % к числу опрошенных) Казах- стан Кирги- зия Таджи- кистан Азербай джан Украи- на Грузия

Свободно 3 % 7 % 17 % 44 % 52 % 56 %

Могу объясняться с трудом 23 % 23 % 52 % 39 % 34 % 35 %

Не владею 74 % 70 % 31 % 17 % 15 % 10 %

Белоруссия и Украина, сохраняя самые благоприятные возможности культурно-языковой интеграции своих народов, одновременно сохраняют наиболее широкое функциональное пространство самобытного развития россиян. Поэтому процесс культурной интеграции здесь носит наиболее естественный характер. Действительно, даже язык тех респондентов, которые позиционировали себя «совершенно не владеющими» языком титульной нации, в каждом третьем случае имел вкрапления украинских слов и специфическое украинское произнесение звуков2.

1 Российская диаспора в странах СНГ. Прил. 8. Табл. 14.

2 Текущий архив Института стран СНГ. 2007.

Результаты опроса 2007 г.1

В какой степени Вы владеете языком титульной национальности? (в % к числу опрошенных) Казах- стан Кирги- зия Арме- ния Бела- русь Украи- на Молдо- ва

Свободно 6,2 % 4,7 % 44 % 29,6 % 36 % 14 %

Могу объясняться с трудом 25,9 % 35,1 % 39,2 % 41,6 % 40,4 % 45,8 %

Не владею 63,2 % 58,9 % 16,6 % 26,3 % 22 % 39,2 %

Несмотря на улучшение отношения к россиянам в Киргизии, говорить о каком-либо национальном культурном сближении россиян в данном случае преждевременно, так же как совершенно отсутствуют основания положительной оценки этого явления в Молдавии и Таджикистане.

Таким образом, анализ вышеприведенных данных показывает, что процессу интеграции российской диаспоры в новые нации постсоветских независимых государств препятствуют, с одной стороны, объективные причины: этническая удаленность и разноконфессиональность, с другой стороны, субъективные факторы, а именно: политика коренизации общественно-политического пространства правящими элитами. При этом последние носят определяющий характер.

Политическая ситуация в отношении создания необходимых условий интеграции этносов, выравнивания их социального потенциала имеет страновую специфику.

Наиболее благоприятно в этом контексте представляется положение россиян в славянских государствах: Белоруссии и Украине. Наименее благоприятно — в Центрально-Азиатских республиках. Вместе с тем это положение нестатично, если улучшение политического климата в отношении русскоговорящего населения в Киргизии привело к значительным подвижкам в стимулировании интеграционных процессов (что отразилось и на реальных результатах этих процессов), то усиление русофобии в Таджикистане и на Украине привело к обратным результатам.

Анализ ситуации в Грузии не вселяет оптимизма. Положение российских соотечественников здесь таково, что говорить о равноправном участии россиян в формировании новой нации не приходится. Здесь уместнее говорить об ассимиляции или «исходе» представителей российской диаспоры.

1 Российская диаспора на пространстве СНГ. С. 373.

193

Значительно более органично интегрируют россияне общенациональный ландшафт Армении и Азербайджана.

Оценивая общее положение с участием наших соотечественников в формировании наций постсоветских независимых государств, следует отметить, что практически повсеместная попытка властей форсировать этот процесс оказалась безрезультатной.

УДК 341.213.5

Л.Ф. Петрожицкая

РЕГИОНАЛЬНОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ СО СТРАНАМИ СНГ

Проведен анализ взаимодействия регионов Российской Федерации со странами СНГ. На основе собственной методики субъекты РФ подразделены на четыре группы регионов по степени активностиуказанного взаимодействия.

Межрегиональные связи в условиях постсоветского пространства имеют особое значение, вытекающее: во-первых, из сложившегося в советские годы единого государственного экономического разделения труда; во-вторых, из сохраняющегося функционального пространства цивилизационного уровня, объединяющего духовные И культурные ценности, ЯЗЫКОВОЙ инструментарий международного общения, нетитульные этнические общности на территории большинства стран СНГ; в-третьих, из потребности успешного осуществления рыночных преобразований в государствах Содружества, нуждающихся во взаимных потребительских, трудовых, сырьевых и т. д. ресурсах; в-четвертых, прямо следует из логики общего направления процесса демократизации российского общества, в котором расширению прав и самостоятельности регионов отводится особая роль.

В отечественной науке практически отсутствует политологический анализ межрегионального взаимодействия. В отдельных исследованиях этот аспект проблемы рассматривается фрагментарно в контексте других важных исследовательских направлений1. Совершенно не разработан в отечественном обществоведении вопрос межрегионального взаимодействия Российской Федерации со странами СНГ. Хотя пройденный более чем пятнадцатилетний путь суверенного развития бывших союзных республик

1 См.: Абдулатипов Р.Г. Обустройство народов: российская модель. — М., 1999; Атаманчук Г.В. О целостности государства и государственного управления. — Ростов-на-Дону, 2001; Аюпов М.А. Региональные особенности политико-трансформационных процессов в современной России. — Уфа, 2003; Валентей С.Д. Федерализм: российская история и российская реальность. — М., 1998; Горбунов Н.В. Межрегиональное сотрудничество. — М., 2002; и др.