Боно: я понимаю людей, которые отвечают "Заткнитесь!"

Вчера в 17 00 в аэропорту Внуково приземлился спецрейс с группой U2 на борту. Ирландским музыкантам предстоит сыграть свой первый концерт в России 25 августа, он состоится на Большой спортивной арене "Лужников". Прямо из аэропорта U2 в полном составе приехали на встречу с журналистами. БОНО, ЭДЖ, АДАМ КЛЕЙТОН и ЛАРРИ МАЛЛЕН-МЛАДШИЙ ответили на вопросы БОРИСА БАРАБАНОВА.

— Как ваша спина?

Боно: Нормально, спасибо немецким докторам, они очень крутые. Сейчас, чтобы выйти на сцену, мне нужно три-четыре часа упражнений ежедневно. Но я чувствую себя сильнее, чем когда-либо. Когда на концерте в Турине я вскочил на свисающий из-под крыши микрофон и стал раскачиваться на нем, у нашего менеджера Пола Макгинесса чуть сердечный приступ не случился, я уж не говорю про агентство, которое нас страхует.

— Я знаю, что в ваших планах встреча с президентом Медведевым. Есть какие-то вещи, которые вы обязательно хотели бы с ним обсудить?

Боно: Есть несколько тем, касающихся наших благотворительных программ. В частности, нашей организации под названием (RED).

Эдж: Конечно, Боно хочет получить от него дельный совет относительно нового альбома U2. Куда нам двигаться?

Боно: А что, он ведь любит музыку? Говорят, он фанат The Beatles.

— Скорее, Deep Purple...

Боно (вставая с места): О, нет... Отменяем встречу. Ребята, давайте обратно в самолет... (Группа хором изображает главный рифф песни Deep Purple "Smoke On The Water".) Нет, мы предпочитаем битлов. Я думаю, даже сами Deep Purple предпочитают битлов.

— Формально это ваш первый визит в Россию, но были слухи, что вы навещали своего продюсера Брайана Ино, когда он жил в Санкт-Петербурге...

Боно: Это выдумки, но вот здесь Эдж бывал.

Эдж: Да, в 1989 году, когда "Мелодия" выпустила сборник "Greenpeace. Прорыв". Мы тогда отлично провели время, ездили в Загорск, тусовались с местными музыкантами. Когда тысячи людей выстроились в очередь за автографами, казалось, эту толпу невозможно контролировать. За эти годы многое, мягко говоря, изменилось в Москве. На самом деле, такое впечатление, что по городу прошла приливная волна.

Боно: Тогда здесь была одна "Мелодия", а сейчас как? Я слышал, много лейблов, выпускающих танцевальную музыку? Техно, диджеи?..

Ну летом большие танцевальные события, наверное каждые выходные... Что вас интересует? Мы с радостью вам все покажем.

Эдж: Все, что содержит новые идеи.

А где вы обычно берете информацию? В интернете?

Боно: У Эджа в подвале есть секретная лаборатория, из которой туннель ведет прямо в дом Брайана Ино. Как у Бэтмена.

Почему же вы ставите мюзикл про Человека-паука, а не про Бэтмена?

Эдж: Человек-паук умнее.

Боно: А я предпочитаю Зеленого Гоблина.

Что вы будете делать в Москве в эти два дня до концерта?

Боно: Мы будем обычными туристами. (Официант приносит пиво.) О! Мой первый русский "Гиннесс"!

Ларри Маллен: U2, наверное, вторая по важности статья ирландского экспорта... Нет, вторая, наверное, "Риверданс". (Общий смех.)

В каждом вашем шоу этого тура есть момент, посвященный бирманской политической активистке Аун Сан Су Чжи. Но в мире есть еще много людей, которые нуждаются в поддержке.

Эдж: Конечно, к нам очень много кто обращается за поддержкой. Мы узнали о ней от ее сына, с которым вместе получали награду от властей города Дублина, и c тех пор стараемся целенаправленно помогать именно ей.

Боно: Не хочется размениваться, иначе мы превратимся в передвижной фестиваль "Рок против всего плохого", как говорит наш менеджер. "Спасите бабочек!", "Спасите китов!", "Спасите деревья!"... Я понимаю людей, которые отвечают: "Заткнитесь!"

Вам не кажется, что вы похожи на Санта-Клаусов, от которых все ждут чуда?

Ларри Мален: Amnesty International, Greenpeace — это часть нас, это то, кто мы есть долгие годы. Активизм — неотъемлемая составляющая этой группы, нравится вам это или нет.

Адам Клейтон: Я очень хорошо спасаю котят на деревьях.

Боно: Но иногда я и вправду думаю, что образ отставных супергероев, дряхлых таких, знаете, трясущихся, со слюной в уголке рта, может стать реальностью. Давайте остановимся на том, что главная работа рок-группы — не быть скучной. Нам до этого, слава богу, еще далеко. Но когда в возрасте 12 лет, глядя в окно в Дублине, я слушал то, что шептали мне на ухо Джон Леннон, The Clash, Боб Марли или Боб Дилан, я сделал вывод, что мир можно изменить. Иногда достаточно просто пинка. Леди Гага тоже участвует в (RED), но она делает это по-своему, она, например, одевается на концерте в красное, в своей известной песне меняет какие-то слова на "красный", рассказывает, как сегодня утром думала о своем рыжеволосом бойфренде, ела красные фрукты и красила губы красной помадой. Она делает это так, с юмором. И отлично, U2 его иногда не хватает.

Каков формат, в который, с вашей точки зрения, будет упакована музыка в ближайшем будущем?

Боно: Это очень важный вопрос. Пол Макгиннесс, например, руководит кампанией против сотовых компаний, которые зарабатывают слишком много денег на музыкальном контенте, не делясь с артистами. Я считаю, что музыка в интернете, вероятнее всего, будет бесплатной. Но грядет новый формат, в котором альбом превращается в приложение. Это двери, сквозь которые ты входишь в музыку. Ты попадаешь в мир этого альбома, получая на экране тексты песен, фотографии, все сопутствующие материалы, все, что составляет феномен этой музыки. Пожалуй, это то, что может сравниться с ощущением из моего детства, когда я брал в руки этот двойной конверт с альбомом, чувствовал запах, разглядывал картинки. Разница в том, что тогда альбом работал во времени и в пространстве, а сейчас — только во времени. Но я думаю, что все же возможен такой формат, за который люди снова захотят платить. Другой вопрос, сколько. Но CD — это скучно по-любому.

Боно, вы вкладываете большие деньги в Facebook. Вам не кажется, что при нынешнем развитии соцсетей новые таланты могут потеряться, и новых U2 или Леонардов Коэнов мы просто не заметим в этом шуме?

Боно: Это непопулярная точка зрения, хотя Пол Макгиннесс с вами, пожалуй, согласится. Шоу-бизнес говорит нам, что талантов везде полно, это говорят нам телешоу вроде Pop Idol, X-Factor и тому подобных. Таланты за углом. А мой тридцатилетний опыт говорит мне: это не так! И вы правы, онлайн-культура говорит нам, что больших звезд нет, у всех равные исходные данные. И все-таки величайшие таланты, такие как Леонард Коэн, будут услышаны. У меня есть хороший пример, как раз связанный с ним. Я был на одном приеме в Монте-Карло, где никто не знал, кто он такой. В зале был шум, все говорили, гремели посудой, никто не обращал внимания на то, что Мастер на сцене. И он сделал выдающуюся вещь. Вместо того чтобы играть громче, перекрикивать их, он делал звук все тише и тише, так, что в какой-то момент вообще ничего нельзя было разобрать. И через некоторое время все заткнулись.

Полную версию разговора читайте на www.kommersant.ru