От Сильвио до Марио

Техническому правительству Италии исполнилось сто дней. За этот период, традиционно именуемый медовым месяцем новой власти, премьеру Марио Монти удалось доказать, что волевыми методами можно вытащить страну из финансовой пропасти. Главное при этом — не искать любви избирателей.

Боже, спаси Италию

Марио Монти на пост премьера Италии, как известно, никто не избирал. "Он явился к нам как марсианин, чтобы вытащить нас из наших проблем",— писала газета La Repubblica в середине прошлого ноября, когда после отставки Сильвио Берлускони президент Италии Джорджо Наполитано предложил беспартийному миланскому профессору возглавить техническое правительство. Италия в те дни находилась на грани дефолта, и мало кто верил, что его удастся избежать.

Получив мощный кредит доверия в виде почти десятикратного перевеса голосов в парламенте, а также 65-процентной поддержки населения, новое правительство проявило стремительную активность. Уже в начале декабря оно подготовило план под патетическим названием Salva Italia ("Спасти Италию"), предусматривающий увеличение доходной части бюджета на €33 млрд. Необходимый для этого комплекс экстренных мер был столь крут, что, представляя его журналистам, министр труда и социальной политики Эльса Форнеро разрыдалась. Под нож реформы попали все и вся. Богатые, для которых вводились налоги на элитную недвижимость, яхты и вертолеты, чиновники, которым урезали привилегии, а порой и посты, потребители, которых ожидал рост НДС, акциз на бензин и налог на банковские вклады. Не забыли и Ватикан, чью коммерческую недвижимость обложили налогом, на что не решалось раньше ни одно правительство. Как самый массированный удар широкой публикой был воспринят возврат к налогу на "первичное жилье", отмененный в 2008 году Берлускони (вся недвижимость Италии условно разделена на два типа — prima casa, "первичное жилье", и seconda casa, "вторичное жилье"). Но больнее всего била пенсионная часть нововведений. Именно на ней захлебнулась слезами министр. Как резюмировали потом газеты, "итальянцы лишились пенсий по старости". На самом деле это не совсем так, но отныне пенсии (за исключением минимальных) лишены инфляционной индексации, а кроме того, пенсионный барьер повышен до 68 лет.

"Понимаю ужас граждан,— писал Монти в Twitter по этому поводу в ответ на сомнения своего ближайшего соратника, министра экономического развития Коррадо Пассеры, выразившего опасение, что премьер берет слишком круто,— но нам удастся избежать катастрофы, хотя это и дорого стоит".

Объект тайного желания

Несмотря на всеобщие стенания, план Salva Italia без пререканий был одобрен парламентом, проголосовавшим за него 495 голосами при 88 против. Премьера поддержала традиционно отстаивающая интересы трудящихся Партия демократов. Что касается Сильвио Берлускони, то в ответ на подзуживание его бывшего соратника Умберто Босси ("Лига Севера") "свалить нового премьера" Берлускони недвусмысленно ответил, что "это было бы безответственно". Это при том, что бывшему премьеру и его людям очень не нравятся активные действия правительства Монти по борьбе с уклонением от налогов, а также частичная отмена налоговой амнистии.

Правительство Марио Монти поддерживают все представленные в парламенте партии за исключением "Лиги Севера" (крайний правый фланг) и — с недавних пор — "Италии ценностей" (крайний левый фланг).

Похоже, политические игроки Италии только и ждали этого "технического заместителя", который придет и исполнит все то, что они должны были сделать еще давно, но боялись, что народ их не поймет. "Только Монти мог проделать за один месяц вещи, которые откладывались десятилетиями. Он неуязвим, так как не нуждается в голосах избирателей",— прокомментировал происходящее бывший посол Италии в России Джанфранко Факко Бонетти. Монти постоянно повторяет, что не собирается участвовать в выборах 2013 года в Италии, и, выступая на днях в миланском Университете Боккони, он заявил, что скоро вернется к прежней работе. Для полноты картины можно добавить, что Монти отказался от премьерского оклада, живет аскетически скромно, а экономия содержания правительственного аппарата за три месяца его пребывания у власти составила €43 млн.

Имидж — не все

Если Италия идет за своим суровым лидером скорее по необходимости, чем по любви, то новый, пуританский итальянский стиль был высоко оценен за ее пределами. После визита Монти в Германию в середине января и высказанной Ангелой Меркель уверенности, что "Италия справится сама", разговоры о неминуемом финансовом крахе страны стали стихать. А через месяц, когда итальянский премьер отправился в США, журнал Time поместил его портрет на обложку с подписью "Может ли этот человек спасти Европу?". Знак вопроса был снят в ходе исключительно теплого приема, оказанного Марио Монти главой Белого дома. Бараку Обаме итальянский профессор явно понравился. Немалое впечатление произвел в том числе отказ Монти воспользоваться 600-миллиардным кредитом, который МВФ был готов предоставить Италии. "Мы испытываем полное доверие к руководству Марио Монти. Я уверен, что ему удастся вывести Италию из кризиса",— сказал президент США.

Однако имидж, по мнению Марио Монти, далеко не главное. Сразу после возвращения из Вашингтона премьер сделал резкое заявление: он не поддержит заявку Рима на проведение летних Олимпийских игр 2020 года. "Я не думаю, что в сложившейся в стране ситуации с экономикой проведение Олимпиады стало бы ответственным шагом. По сути, мы сейчас находимся в таком тяжелом положении из-за того, что предыдущие правительства принимали подобные решения, невзирая на возможные последствия",— сказал Монти. И ни парламентарии, объединившиеся в олимпийский консенсус, ни оскорбленный мэр Рима Джанни Алеманно, ни вице-президент Международного олимпийского комитета Марио Песканте, оставивший в связи с происшедшим свой пост, не посмели возразить кризисному премьеру.

Спасать — не растить

Амбиции технического правительства высоки. "Мы станем моделью для Европы",— говорится в коммюнике по итогам ста дней. Однако до "итальянского чуда" еще очень далеко. Вторая часть программы Марио Монти, именуемая Cresci Italia ("Расти, Италия"), которую он представил 20 января, вовсю буксует. В попытках провести либерализацию потребительских отраслей премьер столкнулся с парламентским лобби, топящим идею в многочисленных поправках. Снизу Монти получил протесты таксистов, грузоперевозчиков, аптекарей, не желающих тесниться на своих рынках.

Но главная, самая трудная битва на этом фронте еще впереди. Она касается давно назревшего изменения трудового законодательства, в частности его пресловутой 18-й статьи, запрещающей необоснованные увольнения. За сохранение этой статьи насмерть стоят все профсоюзные объединения Италии. Именно она, по утверждению Конфедерации итальянских промышленников и предпринимателей, делает итальянскую экономику неконкурентоспособной и влечет молодежную безработицу.

Попытки реформировать трудовой закон предпринимались и предыдущими правительствами. Однако сами декларации о таких намерениях приводили к массовым акциям протеста. В 1999 году ультралевыми террористами, называющими себя новыми красными бригадами, был застрелен автор проекта соответствующих поправок Массимо Д`Антона. Четырьмя годами позже такая же участь постигла другого реформатора трудового закона Марко Бьяджо. Монти же хочет взять и эту высоту. Переговоры между правительством, профсоюзами и Конфиндустрией начались, хотя и не продвинулись дальше взаимных угроз и оскорблений. Телеэфирные слова профессора "Какая скука этот постоянный контракт!" взорвали социальные сети. А его предупреждение, что "правительство пойдет вперед и без согласия профсоюзов", нарвалось на окрик железной профсоюзной леди Сузанны Камуссо. На сегодняшний день доверие населения своему кормчему снизилось с 65 до 50%. Медовый период итальянцев со своим премьером заканчивается. На 9 марта назначена общенациональная забастовка металлургической отрасли. Она будет сопровождаться манифестацией в Риме.