Роль культурной антропологии в развитии теории межкультурных коммуникаций

9. Гарсия Д. Мировоззрение. Новая монадология. М., 2004. С. 135.

10. Сухих С. А. Лингвистика на пути к реальному субъекту коммуникации ... С. 185-186.

11. Сухих С. А. Континуальное и дискретное в символической сфере субъекта // Континуальность и дискретность в языке и речи: материалы III меж-дунар. науч. конф. Краснодар, 2011. С. 28-29.

12. Налимов В. В., ДрогалинаЖ. А. Реальность нереального ... С. 25.

13. Сухих С. А. Маятник гуманитарного поиска // Язык. Текст. Дискурс. Вып. 10. Ставрополь, 2012. С. 145.

14. Александров И. А. Космический феномен человека: человек в антропном мире. М., 1999. С. 177.

а. yu. bolshova. the place of a human in the paradigm of science

The author of the article bases the topical trends of the development of humanitarian paradigm of linguistic knowledge: study of the «understanding subject» on the basis of mental determinism (in compliance with the synergetic principles of interpretation of the perception processes).

Key words: humanitarian paradigm of science, scientism, communicative and pragmatic linguistics, subject of language communication, understanding.

Н.Н.ПОЛОСИН

роль культурной антропологии

в развитии теории межкультурных коммуникаций

Автор статьи рассматривает возможность использования культурной антропологии как концептуального ядра при изучении межкультурных взаимодействий.

Ключевые слова: теория культуры, культурология, культурная антропология, межкультурные коммуникации, гносеология.

В условиях современной цивилизации при расширении культурных связей между народами и государствами их взаимодействие становится более интенсивным, все меньше остается места для замкнутых на самих себе культурных процессов. Глобализацией предопределено формирование нового типа коммуникационного пространства, в котором нелинейным образом происходит становление новых типов культурной идентичности, реализуются многомерные процессы влияния одной культуры на другую.

Расширение межкультурных коммуникаций -процесс противоречивый, диалектически включающий в себя как конвергенцию культур, так и укрепление этноцентристских тенденций. Любая культура стремится не только брать из внешней среды полезные для себя новации и ресурсы, но и оставаться самой собой, чем и определяется ее выживание. Однако в современном мире существовать вне динамичной инокультурной среды невозможно, и проблема сохранения культурной идентичности при условии включенности в сложные системы межкультурных коммуникаций становится все более актуальной. Данная проблематика проникает во все аспекты жизни национально-культурных сообществ, контактирующих или же допустивших определенную степень интеграции с «чужими». Это изменяет тенденции развития не только живой социальной практики, но и научной рефлексии, наглядно демонстрируя высокую значимость попыток теоретически обосновать концептуальную базу анализа современного состояния межкультурных коммуникаций.

В наши дни, несмотря на постоянно укрепля-

ющиеся тенденции взаимопроникновения и при очевидной необходимости взаимодействия, существуют выраженные противоречия между разными этническими культурами, многочисленные барьеры для межкультурных коммуникаций.

При наличии теоретико-методологических оснований исследования самого процесса межкультурных коммуникаций, породившего самостоятельную научную дисциплину - теорию межкультурных коммуникаций, проблема гармонизации межкультурного взаимодействия еще далека не только от практического решения, но и от комплексного обоснования. Этим вызван бурный приток исследований по данной проблематике, выполненных с позиций разных научных дисциплин. Система гуманитарного знания включает в себя значительное количество научных дисциплин, по-разному раскрывающих специфику межкультурных коммуникаций.

Возможности взаимодействия между заметно различающимися национальными культурами находятся в фокусе внимания такой дисциплины, как культурная антропология. С момента своего возникновения она акцентировала именно отличия этнических культур, изучала народы сквозь призму их неповторимой уникальности, самобытности, которая диктует условия взаимодействия «своего» с «чужим». Фактически, стремление к беспристрастному взгляду на органику характерных черт любой национальной культуры было спецификой культурной антропологии, причиной, которая сделала данную научную дисциплину во многом «неудобной» для включения в арсенал советских гуманитарных наук, развивавшихся под

№ 3 (46), 2012 "Культурная жизнь Юга России"

знаменем абстрактно-гуманистического интернационализма. На протяжении десятилетий соответствующая отрасль знания развивалась в большей степени за рубежом.

Культурная антропология обладает предельно широкой номенклатурой трактовок, сближающих ее с этнологией, этнографией, культурологией. Это связано с историей ее развития как науки. Часто встречается отождествление философской и культурной антропологии, что в значительной мере оправдано единством феноменологической базы и теоретической основы [1].

Суммируя позиции разных исследователей [2], можно утверждать, что культурная антропология - это интегральная отрасль научного знания, исследующая специфику национальных культур применительно к решению задачи гармонизации взаимодействия культур.

Культурно-антропологический подход, связанный с анализом проблем взаимодействия культур и их отдельных представителей, за время своего применения в системе гуманитарных наук подтвердил свою высокую эффективность. Теория познания может экстраполировать наработки, накопленные в данном направлении исследований, на осмысление социальных и культурных процессов взаимодействия на всех уровнях общества. В любой науке есть составляющая культуры [3]. Теоретические посылки, исходящие из научной сферы, которая принадлежит к системе фундаментальных знаний о культуре, представляют, на наш взгляд, особую ценность при анализе любого предмета как преломленного в культуре и человеке [4].

Среди функций культурной антропологии, пожалуй, самая значимая - распространение в мире представлений об отдельных этнических культурах как уникальных, самоценных образованиях, значимых своей непохожестью на другие. Немаловажным является и обобщение сведений о вреде, наносимом этническим культурам при бесконтрольной эксплуатации их ресурсов: когда памятники зодчества и иные следы материальной культуры разрушаются, а потенциал духовности народа обесценивается, даже сами люди - представители данного этноса - утрачивают культурную и этническую идентичность. Культурная антропология непосредственным образом ставит вопрос об этике культуры в целом и процесса познания в частности, демонстрируя объективную зависимость результатов человеческой деятельности (в том числе и гностической) от нравственных основ, заложенных, в числе прочего, и в теоретические посылки научного исследования.

Общегуманитарная и гносеологическая значимость культурной антропологии проявляется и в том, что ее интересовал и продолжает интересовать человек как феномен культурной среды.

Этот способ рассмотрения - примат значимости знания о человеке, для человека и сквозь призму человека - позволяет сравнить современные куль-турантропологические концепции с гуманистическими идеями Ренессанса. В связи с тем, что социальное и культурное (в широком понимании этих терминов) поведение человека складывается под воздействием окружающей среды, культурная антропология поставила во главу угла вопрос о характерных чертах каждой культуры и культуры человечества в целом, соединив в своих подходах категориальную специфику единичного, общего и всеобщего. Особенно в последнее время, эта наука устремилась к анализу фундаментальных проблем и построению предельно широких систематизированных концепций, объединяющих подчас далеко не смежные области.

Исходя из этого, объектом культурной антропологии можно счесть целостную специфику человека как биосоциального существа, создавшего культуру, во всем многообразии его аспектов. Подобный подход может быть спроецирован на теорию познания в целом, накопившую потенциал для пересмотра принципов и оснований деления отраслей знания, построения интегральных сфер, объединенных целостностью, социальной и гуманитарной значимостью их объекта и предмета.

Таким образом, культурная антропология представляет собой показательный срез гуманитарных наук, позволяющий вывести их теоретические обобщения на тот уровень, на котором становится возможным взвешенное и практико-ориентиро-ванное исследование такой сложной проблемы, как гармонизация межкультурных взаимодействий при полномасштабном учете специфики и различий национальных культур. Беспристрастный учет фактического материала в соединении с высоким гносеологическим потенциалом делает, по нашему мнению, данную дисциплину наиболее адекватным концептуальным ядром прикладных исследований в области межкультурных коммуникаций и диалога культур.

Литература

1. Тишков В. А. Этнология и политология. М., 2001.

2. Флиер А. Я. Культурология для культурологов. М., 2000; Арутюнян Ю. В. Этносоциология. М., 1998 и др.

3. Ерасов Б. С. Социальная культурология. М., 1994.

4. Полосин Н. Н. Культурная антропология как теоретико-методологическое основание исследования современных межкультурных коммуникаций: гносеологический аспект // Мир науки, культуры, образования. 2011. № 6 (31). Ч. 2. С.442-444.

n. n. polosin. the role of the cultural anthropology in the development of the theory of intercultural communication

The author of the article considers the possibility to use cultural anthropology as a conceptual centre when studying intercultural interactions.

Key words: theory of culture, culturology, cultural anthropology, intercultural communication, gnosiology.

Культура и общество

Н. Е. ШАФАЖИНСКАЯ

историко-культурные аспекты влияния христианских ценностей на развитие отечественной науки и образования

Автор статьи предлагает к рассмотрению фактологический материал разных исторических периодов русской истории, в котором прослеживается влияние православных принципов на тематику и характер научной деятельности видных представителей отечественной гуманитарной науки (философии, истории, богословия) и образования.

Ключевые слова: христианские ценности, отечественная наука, отечественное образование, культура, духовно-просветительская деятельность, ученое духовенство.

Актуальность темы данной статьи обусловлена такой насущной для современного российского общества задачей, как сохранение и развитие духовных традиций отечественной науки, культуры и образования с целью повышения нравственного уровня народа, его духовной зрелости, религиозно-философской, психолого-педагогической и культурно-исторической компетентности. Реализация этой цели особенно важна в контексте обучения и воспитания молодого поколения России -преемников духовного и интеллектуального потенциала нашей страны, ее творческого, созидательного фонда.

Приобщение детей и юношества к основам отечественной духовной традиции становится вопросом национального выживания в условиях реальной угрозы прогрессирующей нравственной деградации, оно необходимо для улучшения морального климата в социальной сфере. Для решения этой стратегической общественно-государственной задачи Министерством образования и науки РФ при поддержке президента и правительства в школьную программу был экспериментально введен в 2010 году учебный культурологический предмет «Основы религиозных культур и светской этики». Ведущим компонентом единой комплексной учебно-воспитательной системы стала дисциплина «Основы православной культуры», направленная на возрождение национальных духовных традиций российского народа в контексте «процесса наследования культуры» [1]. В новом учебном году (2012-2013) этот предмет уже официально включен в школьную программу в соответствии с добровольным выбором родителей учащихся. Данное событие - реализация фундаментального антропологического принципа, в соответствии с которым «свобода мысли и свобода веры - это не только неотъемлемое право каждого человека, но и его призвание» [2].

По утверждению философа И. А. Ильина, «вера и религия есть явления духовной свободы, в этом заключается сущность религиозной автономии» [3]. Мы считаем, что образование не может осуществляться без религиозного просвещения: корни гуманитарной науки уходят вглубь истории, которая не только в России, но и в других странах неразрывно связана с Церковью и религией. Великая русская культура неотделима

от Православия - духовной составляющей жизни многих представителей разных социальных слоев российского общества и смыслообразующего стержня государственности, науки, образования, философии, литературы и искусства Отечества.

Христианские ценности, проявленные в лучших образцах личностного творческого служения наших соотечественников - деятелей науки, культуры и образования - стали основой духовной культуры [4], вершиной гуманитарных достижений в разные исторические эпохи. В качестве наиболее целесообразного направления при раскрытии заявленной темы нами избран историко-культурологический процесс. По определению известного философа и культуролога М. Н. Громова, «одним из наиболее действенных способов сущностного постижения современной России и перспектив ее развития является глубинное ретроспективное рассмотрение всей более чем тысячелетней отечественной истории <...> Чем шире временные и пространственные рамки изучения, тем больше возможностей открывается для объективного рассмотрения, прогнозирования и в какой-то степени управления протекающими процессами» [5]. С принятием Православия на Руси произошло ее приобщение к христианской этике, которая стала новой мировоззренческой парадигмой, общегосударственной нормой жизни. Православная система ценностей вобрала в себя представления об общечеловеческих критериях нравственности и оказала благотворное влияние на поведение и уровень жизни значительной части представителей всех социальных слоев. Важно помнить, что именно христианские принципы в огромной мере определили целостность и независимость нашего Отечества. На Руси была сформирована стройная, продуманная, четко организованная церковная иерархическая система, ставшая смыслообразующим, «цементирующим» началом для Русского государства. Патриотическая, консолидирующая, просветительская роль Русской Православной Церкви становилась особенно заметной в периоды тяжелых испытаний. Так было во второй половине XIV века, когда церковные иерархи возглавили собирание Руси; такова была самоотверженная деятельность русского духовенства во главе с патриархами Иовом и Ермогеном в период Смутного времени, когда в