Обращение как отражение русской коммуникативной культуры

УДК 80

ОБРАЩЕНИЕ КАК ОТРАЖЕНИЕ РУССКОЙ КОММУНИКАТИВНОЙ КУЛЬТУРЫ

В.И. Супрун, Волгоградский государственный социально-педагогический университет (Волгоград, Россия).

Аннотация. В статье рассматриваются русские формулы обращения и используемые в них лексические единицы как отражение лингвокультуры. Выделяется этнокультурно значимая модель имя + отчество, а также антропонимические дериваты, используемые в вокативной функции.

Ключевые слова: антропоним, этнокультура, лингвокультура, краткая форма имени, демину-тивно-мелиоративный дериват, инверсия.

Каждый народ в ходе своего социального и языкового развития вырабатывает собственные способы привлечения внимания и особые вокативные единицы и модели. В них отражаются традиции этнокультуры, сложившиеся на протяжении веков и тысячелетий. В ряде языков различаются формы слова, используемого для наименования и для обраще-

V ^ П ^

ния, существуют именительный и звательный падежи. В русском языке звательный падеж исчез в Х1У-ХУ вв., в современной лингвокультуре используются звательные формы, благодаря классической литературе сохранившиеся от древнерусского состояния или пришедшие из церковнославянского и украинского языков: Господи, Боже, друже, княже, старче, сынку, владыко.

Отметим, что в строго грамматическом смысле эти формы падежом не являются [2, с. 488], поскольку они не входят в предложение, являются вводными словами. В Русской корпусной грамматике выделен отдельный параграф «Именительный обращения», в котором определяется: «В отсутствие специального звательного падежа в письменной и официальной устной речи именительный падеж взял на себя его функции» [3]. Добавим, что именительный обращения имеет отличное от собственно именительного падежа интонационное оформление: ср. Ваня идёт домой. Ваня, иди домой! Функцию звательного падежа выполняют также усечённые разговорные формы существительных на -а/-я: Вань, Петь, Наташ, Лиз. Русская корпусная грамматика отмечает также «параллельный процесс образования разговорного звательного падежа от существительных м. р. 0-склонения при помощи окончания -а типа сына, Дениса, деда» [3]. При этом некоторые слова могут сочетаться с прилагательными и глаголами в форме женского рода. Это находит отражение в художественной литературе: Моя сына, ты верно гутаришь, было (Б. Екимов. Подарок). Однако при использовании единицы в качестве номинатива родо-гендерные отношения выражаются точно: Э-э-э-э, - пропела мать, будто уплывая далеко-далеко, - сына мой не видит ничего (М. Тарковский. Ложка супа).

Для русского языкового сознания наиболее вежливой является формула обращения по имени и отчеству: Матвей Петрович, Анна Валерьевна. Она используется в официальной обстановке, особо употребительна в некоторых социальных группах (учителя, врачи, работники администрации). В деревенской и социально сниженной городской среде бытуют обращения по самостоятельному отчеству: Петрович, Андреич, Иванна, Алексевна. Н.В. Подольская называет такое использование изолированного отчества эллиптированием, не связывая его с вокативом [1, с. 56]. Прослеживаются определённые параллели с восточными традициями именования лиц по имени отца. Мы знаем многих арабских учё-

ных и писателей только по отчествам: Авиценна < Ибн Сина, Аверроэс < Ибн Рушд, Альга-зен < Ибн Аль-Хайсан, Ибн Фадлан, Ибн Аль-Фараби.

Всё это наделяет отчество лингвокультурной функцией, оно становится признаком русской этнокультуры, требует особого внимания при обучении иностранцев, при обучении которых недостаточно констатации факта, что русские обращаются друг к другу по имени и отчеству, необходима тщательная отработка навыка подобного коммуникативного поведения, чтобы удалить из формирующегося русскоязычного языкового сознания обучаемых формулу господин / товарищ преподаватель, учитель / учительница.

Полезным упражнением для закрепления данной нормы русской коммуникации является ежедневное хоровое приветствие группой входящего в аудиторию преподавателя: Здравствуйте, Иван Иванович! Доброе утро, Мария Ивановна! При этом отрабатываются синкопированные формы приветствия и отчества: [здр ас'т'ь иванываныч'], [добръйь утръ мар'иван:ъ]. Имя и отчество при обращении сливаются в единый ритмико-интонационный такт с основным ударением на отчестве и дополнительным - на имени: [вас'ил'иваныч], [р'имыван:ъ]. Обращается внимание на то, что синкопа в отчестве соответствует литературной произносительной норме, тогда как полное произношение выглядит искусственным и нарушает коммуникацию: [вас'ил'ич'], но не [вас'ил'ьв'ич'], [ал'иксан:ъ], но не [ал'иксандръвнъ]. Данная традиция отражена в русской литературе, писатели используют в своих произведениях синкопированные формы отчества: в «Лошадиной фамилии» А.П. Чехова герои именуются Иван Евсеич и Яков Васильич.

Гипокористические имена существуют у многих народов, прежде всего с европейской лингвокультурной традицией: англ. Robert > Bob, нем. Johannes > Hans. При этом в последнее время краткое имя в англоязычных странах проникает в официальное употребление, вытесняя полное: Bill < William Clinton, Bill < William Gates. У славян сокращённая формула имени фиксируется впервые в 789 г. [4, с. 98]. В настоящее время в русском языке существуют закономерности образования гипокористических форм имени с использованием аферезиса, апокопы и синкопы, а также исторических чередований и воздействия детской (лепетной) речи: Иван > Ваня, Светлана > Света, Николай > Коля, Георгий > Жора, Евгений > Женя, Владимир > Володя, Вова, Сергей > Серёжа, Фёдор > Федя, Степан > Стёпа, Лариса > Лора, Тамара > Тома, Евдокия > Дуся, Анна > Анна, Нюра, Нюся, Людмила > Люда, Мила, Люся и пр. Данные формы используются при домашнем и неофициальном (дружеском) общении. В семейном общении могут использоваться нетрадиционные формы имён, выявляются предпочтения при использовании той или иной гипокористики: Владимир > > Влад, Борис > Боб, Оксана > Окса, Григорий > Гринь и пр.

При интимном общении используются носителями русского языка деминутивно-мелиоративные формы имени с богатым набором суффиксов. Универсальным является суффикс -очка/-ечка, который присоединяется практически к любой гипокористической форме: Галочка, Вовочка, Лерочка, Ирочка, Жорочка, Дашечка, Галечка, Сашечка, Гри-шечка, Наташечка, Танечка, Лялечка, Женечка и мн. др. Второй суффикс используется чаще в силу преобладания среди гипокористических дериватов единиц с мягкой основой. Суффикса -уша/-юша и -онька/-енька имеют фонетические ограничения при деривации; первый не присоединяется к гипокористикам с финалью -ша/-жа, второй - -ня: *Сашуша, *Серёжуша, *Наташуша, *Таненька, *Ваненька, *Жененька. Подобные ограничения имеются также у суффиксов -уся/-юся, -уня/-юня: Танюся, но не *Танюня, Васюня, но не *Васюся, Ируся и Ируня, Дашуся и Дашуня и пр. Степень ласкательности и нанизывания

суффиксов зависит от индивидуального ономастического словотворчества носителя языка: Дашунечка, Дашунюшенька, Дашуненька, Дашуточка и пр.

В школьной среде фиксируется обращение по фамилии, что вызвано как с ведением журналов посещаемости и успеваемости, так и наличием тёзок в одном классе: Иванов, к доске. В шутливой форме этот тип обращения может распространяться и на профессиональную и бытовую среду.

Обращение по имени и отчеству в русской этнолингвистической культуре становится препятствием для использования в вокативной функции единиц для вежливого обозначения коммуниканта господин, госпожа и попыток введения в общение устаревших слов сударь, сударыня. Даже в официальном общении при присоединении к фамилии, обозначению должности, звания у подобной формулы имеется оттенок сухости и явного или скрытого нежелания обратиться по имени и отчеству: господин Иванов, господин ректор, господин профессор. Подобные обращения имеют также шутливое или ироническое вокативное использование.

Практически исчезло из современной бытовой коммуникации слово товарищ, которое прежде использовалось при обращении к незнакомому человеку: Товарищ, как пройти на улицу Ленина. Оно имело идеологическое значение, использовалось как обращение в среде членов коммунистической партии (обычно в форме множественного числа: Товарищи коммунисты!). При официальном коллективном обращении на собраниях и заседаниях существовала устойчивая формула Уважаемые товарищи! Дорогие друзья! Вытеснение из коммуникации слова товарищ привело к появлению контаминированной форме Уважаемые друзья! В академической среде набирает частотность при коллективном обращении слово коллеги. Пока ещё сохраняет своё употребление слово товарищ в военной среде: Товарищ генерал! Товарищ майор! Однако и здесь при неофициальном общении используется формула коллективного обращения Господа офицеры!

Исчезновение слова товарищ и неуместность при обращении к незнакомому человеку коммуникативных единиц господин, госпожа, а также высмеивание в юморесках использования при коммуникации с немолодыми людьми лексем девушка, молодой человек привели к нарастанию частотности употребления в просторечной среде в качестве обращения лексем мужчина, женщина, что вызывает протест у образованных носителей языка, предпочитающих использовать нулевое обращение со словами вежливости: Простите, пожалуйста, как пройти на Коммунистическую улицу?

Обращение в письменной речи отличается устойчивыми формулами с использованием прилагательных (глубоко-, высоко-)уважаемый, дорогой, любимый и др.

Итак, обращение является устойчивым знаком этнокультуры, отражает традиции использования в коммуникации вокативных формул. Для русского языкового сознания наиболее приемлемой формой является обращение по имени и отчеству. Затруднения в современной коммуникации вызывает обращение к незнакомому человеку, становится предпочтительной нулевая форма.

Литература:

1. Подольская Н.В. Проблемы ономастического словообразования (к постановке вопроса) // Вопросы языкознания. - 1990. - № 3. - С. 40-54.

2. Реформатский А.А. Введение в языковедение / Под ред. В.А. Виноградова. - М.: Аспект Пресс, 1998.

3. Русская корпусная грамматика // http://rusgram.ru/index.

4. Супрун В.И. Имена и именины. - Волгоград, 1997.

^ Suprun V.I. Obrashhenie как otrazhenie russkoj kommunikativnoj kul'tury II Nauka. Mysl'. - № 11. -2015.

© В.И. Супрун, 2015.

© «Наука. Мысль», 2015.

— • —

Abstract. The author considers Russian forms of address and their lexical units as the reflection of linguoculture. Ethnoculturally significant pattern «name + patronymic», as well as anthroponymic derivatives used in vocative functions are discussed.

Keywords: anthroponym, ethnic culture, communicative culture, a short form of the name, diminutive derivative, inversion.

— • —

Сведения об авторе

Василий Иванович Супрун, доктор филологических наук, профессор кафедры русского языка Волгоградского государственного социально-педагогического университета (Волгоград, Россия).

— • —

Подписано в печать 13.12.2015.

© Наука. Мысль, 2015.