Игра в парты

Карты иногда заводят в тупик. Утвержденная правительством "дорожная карта" по повышению эффективности образования и науки как будто нарочно для этого и составлена.

Место подвигам

Году к 2018-му все российские дети в возрасте до семи лет смогут получить дошкольное образование, школьники догонят и перегонят по умениям и навыкам сверстников из стран ОЭСР, а целых два университета попадут в первую сотню какого-то мирового рейтинга. Таковы ожидаемые результаты выполнения "дорожной карты" по повышению эффективности образования и науки, утвержденной правительством в последние дни 2012 года.

Говорить, что все эти запланированные достижения незначительны, в высшей степени несправедливо. Правда, "Деньги" не смогли дождаться от Министерства образования и науки, где создавался документ, уточнения, какой именно мировой рейтинг университетов имеется в виду, но известно, что в первую сотню международного рейтинга QS попадал единственный отечественный вуз — МГУ, в последний раз с ним это случилось в 2010 году, сейчас он 116-й. А по результатам PISA (Programme for International Student Assessment) 2009 года, последним опубликованным, Россия была в числе отстающих с 43-м местом из 65 возможных по навыкам чтения и 38-м по математике, так что войти в число 15 лучших, как планируется, равнозначно подвигу.

Главная предпосылка будущих подвигов, судя по плану мероприятий,— перевод преподавателей и руководителей детских садов, школ, техникумов и вузов на эффективный контракт. Идею эту, по выражению директора Института развития образования ВШЭ Ирины Абанкиной, можно расценивать как "серьезный институциональный слом": сейчас в образовании и в целом в социальной сфере распространена практика бессрочного найма, а эффективный контракт будет, во-первых, срочным, а во-вторых, "так или иначе связанным с показателями результативности".

Какими-то, впрочем, неизвестными показателями — потому что показатели, вошедшие в "дорожную карту", годятся только для оценки действий самих чиновников. Их значения изрядно изумили обычных преподавателей, обнаруживших, что в 2013-2018 годах им предстоит столкнуться с серьезным сокращением штатов: на 44% в вузах, на 35% в техникумах и колледжах и на 7% в школах. Правда, численность педагогического персонала увеличится в организациях дошкольного и дополнительного образования (на 7% с небольшим и 1% соответственно), но показатель "количество учащихся на одного преподавателя" вырастет повсеместно: в детсадах — с 8,7 до 9,8 (рост на 12%), в школах — с 10,9 до 13 (19%), в вузах — с 9,4 до 12 (27%). Никто не обещал, что будет легко.

То яма, то hi-tech

Эти цифры, естественно, можно обосновать рационально. Например, в школах соотношение учеников и учителей всего лишь вернется к уровню 20-летней давности (см. таблицу).

В свою очередь, сокращение преподавательского состава в вузах можно отчасти объяснить сокращением на треть в ближайшие годы численности молодежи в возрасте от 17 до 25 лет. "На пике, в 2008 году, в стране было 7,5 млн студентов. Сейчас — около 7 млн. А к 2020 году, по демографии, число студентов сократится примерно до 4,5 млн,— прогнозирует директор Центра экономики непрерывного образования РАНХиГС при президенте РФ Татьяна Клячко.— Идея, что с сокращением контингента должен сокращаться и преподавательский состав, понятна. Насколько сокращаться, другой вопрос".

Почти все, что нельзя оправдать демографической ямой, можно оправдать технологической революцией. "Ощущение", что нагрузка на преподавателей вырастет, "возникает в случае, если считать, что никаких изменений за пять лет в образовательных технологиях не произойдет",— полагает Ирина Абанкина. "На самом деле", по ее словам, речь идет об "активной эксплуатации информационно-коммуникационных технологий, усилении проектной работы, самостоятельной работы студентов" и т. д., и "напрямую ни о какой нагрузке речь не идет вообще".

И наконец, можно надеяться, что сокращение будет отложено, если отрасль окажется к нему не готова. "Минобрнауки считает, что произойдет перевод части вновь принимаемых студентов на укороченные программы так называемого прикладного бакалавриата, а новые стандарты высшего образования позволят снизить аудиторную нагрузку", однако, рассказывает ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов, "стандарт прикладного бакалавриата еще не принят, у министерства нет даже его утвержденной концепции; рассчитывать, что он будет массово введен к 2015 году, нельзя".

Что же касается действующих стандартов третьего поколения, то они, продолжает Кузьминов, "перегружены" и "никакого сокращения на этой базе произвести невозможно": "Сделать и внедрить еще одно поколение стандартов можно за пять лет — это значит, что до 2018 года на необходимой численности преподавателей это не скажется. По моей оценке, к 2018 году необходимая численность вузовских преподавателей составит 70% от сегодняшней, но никак не 56%. Это выяснится к середине десятилетия, и тогда придется искать дополнительные фонды федерального бюджета, чтобы выполнить "план Путина" по двойной средней заработной плате преподавателей вузов по отношению к средней по стране".

Зарплата требует жертв

Вот здесь нам придется назвать ректора ВШЭ оптимистом. Пессимисты же недоумевают, каким образом правительство сможет понять, что ошиблось с оценкой необходимой численности преподавателей и что заставит его признать ошибку и изыскивать в бюджете деньги на оплату "непредвиденных" сотрудников. Ведь, как говорит сам Кузьминов, у команды министра образования Дмитрия Ливанова "есть внятный и работоспособный план" того, как провести сокращение штатов на практике.

План таков. "Для всех вузов устанавливается нормативное соотношение средней зарплаты ППС (профессорско-преподавательского состава.— "Деньги") к средней по региону, которое постоянно растет. Вузы получают дополнительные бюджетные средства на повышение заработной платы из расчета нормативной численности ППС (контингент бюджетных студентов делится на 12, у ведущих вузов — на 4-5). Так что ректоры вынуждены будут приводить раздутые штаты в соответствие с нормативом, сокращая избыточных сотрудников. Никто не будет это прямо диктовать вузу. Хочет он иметь на 100 преподавателей больше — пожалуйста, только их зарплата (которая не должна быть ниже, чем у остальных) будет финансироваться из других источников: доходов от коротких платных программ, научных проектов или спонсорских средств".

Правда, как считает Татьяна Клячко, задача "повысить зарплату до 200%" при предполагаемых единых для всей страны нормативах подушевого финансирования, пусть и дифференцированных по специальностям, решена не будет. Причина понятна из простого примера: в октябре, при совпадающем наборе специальностей, средняя зарплата преподавателей в Алтайском государственном медицинском университете составила 25,6 тыс. руб. (156,2% от средней в регионе), а в Российском национальном исследовательском медицинском университете — 24,1 тыс. руб. (51,5% от средней по Москве). При этом от единых нормативов проиграют вузы, имеющие большие имущественные комплексы, включая спортивные комплексы или общежития (студенты платят за общежитие 5% от стипендии — это капля в море). "Минфин считает, что неэффективное имущество будут выводить из оборота. Я считаю, его начнут сдавать в аренду, как уже было в 1990-х годах. Многие эксперты (мы с ректором ВАВТ Сергеем Синельниковым-Мурылевым в том числе) предлагают вводить два норматива: один на собственно учебный процесс, а второй — на содержание имущества",— говорит Татьяна Клячко.

И наконец, указывает она, предполагаемый учет при распределении финансирования "показателей эффективности" (например, среднего балла ЕГЭ) приведет к тому, что "неэффективные" вузы будут получать меньшее финансирование, качество образования в них будет только падать. Пострадают от этого в первую очередь студенты из незащищенных социальных слоев: у них нет возможности компенсировать плохое школьное образование с помощью репетиторов, поэтому они часто получают низкие баллы ЕГЭ и обучаются в низкорейтинговых вузах. "Нельзя длить агонию слабых вузов — метод экономического удушения в этом случае не подходит. Надо принимать управленческие решения по исправлению ситуации",— подчеркивает Татьяна Клячко.

Слияния и поглощения

Модный тренд — слияние образовательных учреждений, радикально отличающихся по уровню преподавания (как, например, РГТЭУ и РЭУ имени Плеханова), вряд ли может быть назван удачным методом исправления подобной ситуации и уж точно не может претендовать на звание универсального, хотя в среднем образовании он уже получил массовое применение. Не то ради ликвидации плохого школьного образования (по словам Кузьминова, "около трети студентов поступают в вузы, не имея достаточных знаний для начала освоения сложной программы профессионального образования"), не то для улучшения формальных показателей, не то исходя из сугубо экономических интересов. Столичный департамент образования не ответил на вопрос "Денег" о целях такой политики.

В Москве отказ от поддержки лучших школ (ее можно было бы сравнить с поддержкой ведущих вузов — объем средств зависел, например, от объема школьной программы) и переход на нормативно-подушевое финансирование привел к падению зарплат педагогов в самых сильных школах, рассказывает член совета межрегионального профсоюза работников образования "Учитель" Всеволод Луховицкий. Фактически их экономическими методами вынуждают тоже объединяться с кем-нибудь, сливать классы и увеличивать нагрузку педагогов по образцу других школ. "Средняя нагрузка учителя в Москве — больше 1,5 ставки. И классы стали больше. Учителя радуются: они получают по 70 тыс. руб. А то, что они работают некачественно, никого не волнует",— говорит Луховицкий.

Еще одно следствие: выпускнику педвуза получить работу по специальности стало "нерешаемой задачей", рассказал на пресс-конференции столичных педагогов географ лицея "Вторая школа" Леонид Перлов. Зато резко вырос контрольный аппарат: контролеры заняли место окружных методистов-предметников (с 1 января этот институт в Москве ликвидирован, так что если в результате внедрения "эффективного контракта" в школы все же придут долго ожидавшиеся Министерством образования "молодые талантливые специалисты", то советоваться им будет не с кем).

Ключевым словом в идущем процессе, по мнению Перлова, является не педагогическая эффективность, а экономическая, хотя и она "достаточно спорна". Нет, краткосрочная экономия налицо. Но ни к качественному образованию, ни к конкурентоспособности российской экономики она не имеет отношения.

Задачи реформы образования

НЕВЕСЕЛАЯ АРИФМЕТИКА

1. В городе Глупове для повышения зарплаты учителей школ (без увеличения расходов городского бюджета) решили увеличить на 25% и среднее число учащихся в классе, и среднюю нагрузку учителя (число уроков, которые учитель ведет за неделю).

а) Сколько процентов учителей города после этих новаций останется без работы? Считайте, что число учителей прямо пропорционально числу классов и обратно пропорционально средней нагрузке учителя.

б) На сколько процентов повысится зарплата учителей, оставшихся в школах? Результат округлите до единиц.

2. В школе "Пилот" 40 учителей, и они получали в среднем 20 тыс. руб. в месяц. Из них 35 получали одинаково, на 20% меньше, чем в среднем, а 5 передовиков получали одинаково, но больше, чем в среднем.

а) Какую зарплату получали передовики?

б) В следующем месяце передовиков стало 10, остальные учителя получали зарплату по-прежнему, фонд оплаты труда не изменился. Какая теперь стала зарплата у передовиков?

в) Какой станет учительская зарплата, если все учителя школы станут передовиками?

3. В городе Глупове решили сэкономить на администрации школ. При присоединении школ увольняют всю администрацию присоединяемых школ и ее работу передают администрации присоединяющей школы. Школа присоединила еще две (с такими же бюджетами). Считаем бюджеты и объем работы администрации трех школ одинаковыми. Зарплаты администраций до слияния составляли 10% всех зарплат.

а) На сколько процентов вырос фонд оплаты труда коллектива (без учета администрации)? Ответ округлите до десятых.

б) На сколько процентов выросла работа неуволенной администрации?

4. Начальники города Глупова борются за повышение доли школ, ученики которых становились призерами и победителями олимпиад. В городе было 100 школ. Школы, ученики которых были победителями и призерами Всероссийской олимпиады, составляли весной 3%. Летом в городе укрупнили школы, и теперь школ стало 20. Снова вычислили, в каком проценте школ были те же ученики, ставшие весной победителями или призерами Всероссийской олимпиады. Какой ответ мог получиться?

Ответы для самопроверки. 1. а) 36%; б) на 56%. 2. а) 48 тыс. руб.; б) 32 тыс. руб.; в) 20 тыс. руб. 3. а) 7,4%; б) на 200%. 4. 5%, 10% или 15%.

Задачник предоставлен Союзом школ.

Авторы задач: 1 — А. В. Шевкин, 2 — А. К. Ковальджи, 3 — А. И. Сгибнев, 4 — Д. Э. Шноль.