К вопросу о необходимости учета мнения потерпевшего в случае отказа прокурора от поддержания обвинения в суде

7.5. К ВОПРОСУ О НЕОБХОДИМОСТИ УЧЕТА МНЕНИЯ ПОТЕРПЕВШЕГО В СЛУЧАЕ ОТКАЗА ПРОКУРОРА ОТ ПОДДЕРЖАНИЯ ОБВИНЕНИЯ В СУДЕ

Фоменко Александр Николаевич, к.ю.н. Должность: прокурор, доцент юридического факультета. Место работы: прокуратура Брюховецкого района Краснодарского края, Кубанский государственный университет.

Аннотация: В статье обосновывается вывод о необходимости в решении вопроса о прекращении уголовного дела или уголовного преследования при рассмотрении дела по существу в случае отказа прокурора от поддержания обвинения учитывать мнение потерпевшего.

Ключевые слова: потерпевший, уголовный процесс, прокурор, судебное разбирательство, прекращение уголовного дела (уголовного преследования).

TO THE QUESTION OF THE NECESSITY TO ACCOUNT THE

VICTIM’S OPINION IN CASE OF PUBLIC PROSECUTOR’S REFUSAL TO PROSECUTE IN THE COURT

Fomenko Alexander Nikolaevich, PhD at law. Position: public prosecutor, associate professor. Place of employment: prosecutor’s office of Bryukhovetskiy area of Krasnodar territory, Kuban State University.

Annotation: The article proves the conclusion about the necessity to consider the victim’s opinion in the decision of the question about the termination of the criminal case or criminal prosecution by considering the case essentially in the case of the public prosecutor’s refusal to prosecute. Keywords: victim, criminal trial, public prosecutor, proceeding, termination of criminal case (criminal prosecution).

В целях обеспечения надлежащей реализации прокурорами полномочий в судебных стадиях уголовного судопроизводства, законности и обоснованности поддержания государственного обвинения и руководствуясь ст. 17 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации»1 Генеральный прокурор РФ обязал подчиненных прокуроров считать участие в рассмотрении уголовных дел судами одним из важнейших направлений в деятельности органов прокуратуры.2

Поддерживая обвинение от имени государства, прокурор выступает в суде первой инстанции как сторона в процессе, равная в своих процессуальных правах с противоположной стороной защиты. Свои отношения с судом и стороной защиты прокурор должен строить на основе строжайшего соблюдения принципов состязательности и равенства прав сторон, независимости

1 Федеральный закон от 5 июня 2007 г. № 87-ФЗ «О внесении изменений в уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» //СЗ рФ. - 2007. - № 24. - Ст. 28з0; Федеральный закон от 6 июня 2007 г. № 90-ФЗ «О внесении изменений в уголовнопроцессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» //СЗ РФ. - 2007. -№ 24. - Ст. 2833.

2 Приказ Генерального прокурора РФ от 20 ноября 2007 г. №

185 «Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного су-

допроизводства» //Законность. - 2007. - № 11.

судей и их подчинения только закону. Поэтому, в частности, в новом УПК не используется понятие «заключение прокурора», он, как и любой другой участник судебного разбирательства со стороны обвинения или со стороны защиты высказывает свое мнение по возникающим вопросам.3

Государственный обвинитель в судебном заседании осуществляет функцию уголовного преследования и обязан употребить все законные средства, чтобы добиться осуждения и справедливого наказания виновного. Важным направлением уголовного преследования является поддержание государственного обвинения в суде. Следует отметить, что судебная стадия уголовного процесса качественно отличается от иных стадий, в том числе и досудебных. Основными отличительными признаками являются открытость, устность, непосредственность и другие признаки, которые в своей совокупности обуславливают демократические начала судебного разбирательства.

Государственный обвинитель представляет доказательства и участвует в их исследовании, излагает суду свое мнение по существу обвинения, а также по другим вопросам, возникающим в ходе судебного разбирательства, высказывает суду предложения о применении уголовного закона и назначении подсудимому наказания, предъявляет или поддерживает предъявленный по уголовному делу гражданский иск, если этого требует охрана прав граждан, общественных или государственных интересов.

В судебном разбирательстве уголовных дел прокурор является самостоятельной процессуальной фигурой, полномочия которой определяются уголовнопроцессуальным законом. В соответствии со ст. 17 УПК РФ прокурор оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, которое должно быть основано на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, и руководствуется при этом законом и совестью. Свобода прокурора в оценке доказательств предполагает отсутствие у каждого из доказательств, в том числе полученных органами предварительного расследования, заранее установленной силы, а также преимущества одних доказательств перед другими.

Результаты оценки доказательств, исследованных в процессе судебного следствия, излагаются прокурором в ходе выступления на этапе прений сторон. При этом в соответствии с ч. 4 ст. 292 УПК РФ он вправе ссылаться только на те доказательства, которые рассматривались в судебном заседании, получены с соблюдением требований УПК РФ и не были исключены судом как недопустимые. Следовательно, оценивая доказательства по внутреннему убеждению, прокурор де-юре не связан той оценкой доказательств, которая дана им другими участниками уголовного судопроизводства.

Процессуальная самостоятельность государственного обвинителя предполагает, что он свободен в определении личной позиции по уголовному делу. Это означает, что он самостоятельно решает:

а) поддерживать ли ему обвинение или отказаться от него;

3 Уголовно-процессуальное право РФ / Отв. ред. П.А. Лупин-ская. - М.: 2009. - С. 94.

4 Мельников, Н.В. Уголовное преследование - самостоятельная государственно-властная деятельность прокуратуры по обеспечению прав и свобод граждан /Н.В. Мельников// Государство и право. - 2006. - № 3. - С. 24.

О НЕОБХОДИМОСТИ УЧЕТА МНЕНИЯ ПОТЕРПЕВШЕГО

Фоменко А.Н.

б) настаивать на обвинении, предъявленном лицу органами предварительного расследования, или изменить его;

в) просить суд назначить подсудимому наказание или освободить от него.

В этой связи заслуживает внимания один из наиболее актуальных на сегодня вопросов, касающийся судебного разбирательства уголовных дел - правовые последствия отказа прокурора от поддержания обвинения.

Названные в ч. 7 ст. 246 УПК РФ последствия отказа прокурора от обвинения (прекращение уголовного дела или уголовного преследования полностью или в соответствующей его части) означают, что в данном случае решение по делу принимается одной стороной судебного разбирательства. Тем самым, суд фактически ограничивается в своей компетенции по осуществлению правосудия позицией одного из представителей стороны обвинения. При прекращении уголовного дела или уголовного преследования в данном случае совершенно игнорируется вопрос о том, было ли совершено преступление в действительности, и виновен ли подсудимый в его совершении. Мнение же потерпевшего по данному вопросу не учитывается ни государственным обвинителем, ни судом.

В ч. 2 ст. 14 УПК РФ сказано: «Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения». На стороне обвинения, а не на прокуроре. Потерпевший также относится к участникам уголовного судопроизводства со стороны обвинения. В данном же случае законодатель учитывает мнение только одного из участников уголовного судопроизводства со стороны обвинения, полностью игнорируя мнение потерпевшего.5

Государственный обвинитель и при поддержании обвинения и при отказе от него оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению. При этом мнение потерпевшего, также выступающего на стороне обвинения, может не совпадать с убеждением прокурора. Однако, не смотря на это, в случае отказа прокурора от обвинения потерпевший лишен права излагать суду основания своего убеждения в том, что вина подсудимого в ходе судебного следствия доказа-на.Тем самым, на наш взгляд, потерпевший лишается и права на доступ к правосудию регламентированного ст. 52 Конституции РФ, которая гласит, что государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Следует согласиться с высказанным на страницах юридической печати мнением о том, что прекращая уголовное дело или уголовное преследование при отказе государственного обвинителя от обвинения, суд тем самым не решает дело, а выполняет волю одного из участников стороны обвинения. Не только государственный обвинитель, но и судья, присяжные заседатели оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Не только потерпевший лишается права на правосудие, но и суд лишается права его вершить.6

5 Тетерина, Т. Отказ прокурора от обвинения «преступает» права потерпевшего на доступ к правосудию /Т. Тетерина// Российская юстиция. - 2003. - № 10. - С. 37.

6 Тетерина, Т. Отказ прокурора от обвинения «преступает» права потерпевшего на доступ к правосудию /Т. Тетерина// Российская юстиция. - 2003. - № 10. - С. 38.

Согласно ч. 9 ст. 246 УПК РФ пересмотр определения или постановления суда о прекращении уголовного дела ввиду отказа государственного обвинителя от обвинения допускается лишь при наличии новых или вновь открывшихся обстоятельств в соответствии с главой 49 УПК. Данная норма признана не соответствующей Конституции РФ Постановлением Конституционного Суда РФ от 08.12.2003 № 18-П.7

Как пояснил Конституционный Суд РФ, поводом для обсуждения явилось несогласие потерпевшей гражданки М. и других с процессуальной невозможностью возражать против отказа государственного обвинителя от обвинения в совершении более тяжкого преступления с предложением переквалифицировать его на статью уголовного закона, предусматривающего ответственность за менее тяжкое преступление. Логично полагать, что на этом основании следовало бы оценить конституционность ст. 246 УПК РФ с точки зрения ограниченности прав потерпевшей стороны. Вместо этого последовало суждение о недопустимой ограниченности оснований для пересмотра решений суда, вынесенных ввиду отказа государственного обвинителя от обвинения, и - совершенно неожиданно - о праве вышестоящего прокурора дезавуировать позицию государственного обвинителя. По существу, потерпевшая сторона по прежнему осталась в зависимости от позиции прокуратуры, но уже не государственного обвинителя, а вышестоящего прокурора. А ведь вопрос ставился о непосредственных процессуальных правах потерпевшей стороны, устранения их зависимости от позиции государственного обвинения, а именно, ее праве «блокировать» обязательность для суда отказа государственного обвинителя от обвинения с учетом мнения потерпевшей стороны.8

Согласно ч. 10 ст. 246 УПК РФ прекращение уголовного дела ввиду отказа государственного обвинителя от обвинения, равно как и изменение им обвинения, не препятствует последующему предъявлению и рассмотрению иска в порядке гражданского судопроизводства.

Учитывая, что последствием отказа государственного обвинителя от обвинения является прекращение уголовного дела или уголовного преследования, до сих пор нет ясности в вопросе о том, к кому потерпевшему следует предъявлять гражданский иск. Ведь потерпевший не может предъявить иск к лицу, в отношении которого постановлением судьи прекращено уголовное преследование по реабилитирующим основаниям. Данная ситуация означает, что потерпевшему не к кому предъявлять иск, даже если он и считает, что вина подсудимого подтверждается собранными доказательствами. А это как раз и означает, что права потерпевшего остаются незащищенными.

Кроме того, ч. 4 ст. 61 ГПК РФ предусматривает, что вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор, по во-

7 Постановление Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 г. № 18-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 УПК РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами ряда граждан //СЗ РФ. - 2003. - № 51. - Ст. 5026.

8 Горобец, В. О соблюдении интересов правосудия при отказе государственного обвинителя от обвинения /В. Горобец // Уголовное право. - 2006. - № 1. - С. 77.

просам о том, имели ли место эти действия и совершены ли они этим лицом.

В гражданском процессе действует принцип преюдициальности в отношении двух фактов:

- факта совершения преступления;

- факта совершения преступления конкретным лицом.

Указанный принцип можно отнести не только к приговорам, но и к постановлениям о прекращении уголовного дела в связи с отказом от обвинения, поскольку последствия этого - установление недоказанности факта совершения преступления либо факта того, что преступление совершено конкретным лицом.

Это в свою очередь позволяет сделать вывод о том, что закрепленное в ч. 10 ст. 246 УПК, фактически неосуществимо.

Возможность реализации права на возмещение имущественного вреда, причиненного в результате совершения преступления, может быть осуществлена единственным способом - если потерпевший в порядке уголовного судопроизводства добьется отмены постановления о прекращении уголовного дела, вынесенного на основании отказа государственного обвинителя от обвинения, и вынесения обвинительного приговора в отношении подсудимого.9

На основании всего вышесказанного можно заключить, что в данном случае нарушается право потерпевшего на поддержание обвинения, которое, в свою очередь, является одной из самых важных составляющих принципа состязательности судопроизводства. Кроме того, нарушается и его право на судебную защиту своих законных интересов, установленное п. 1 ст. 46 Конституции РФ.

Список литературы:

1. Федеральный закон от 5 июня 2007 г. № 87-ФЗ «О внесении изменений в уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» //СЗ РФ. - 2007. -№ 24. - Ст. 2830.

2. Федеральный закон от 6 июня 2007 г. № 90-ФЗ «О внесении изменений в уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» //СЗ РФ. - 2007. -№ 24. - Ст. 2833.

3. Постановление Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 г. № 18-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 УПК РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами ряда граждан //СЗ РФ. - 2003. - № 51. - Ст. 5026.

4. Приказ Генерального прокурора РФ от 20 ноября 2007 г. № 185 «Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства» //Законность. -2007. - № 11.

5. Горобец, В. О соблюдении интересов правосудия при отказе государственного обвинителя от обвинения /В. Горобец // Уголовное право. - 2006. - № 1.

6. Кириллова, Н. Правовые последствия отказа от обвинения /Н. Кириллова// Законность. - 2006. - № 10.

7. Мельников, Н.В. Уголовное преследование - самостоятельная государственно-властная деятельность прокуратуры по обеспечению прав и свобод граждан /Н.В. Мельников// Государство и право. - 2006. - № 3.

9Кириллова, Н. Правовые последствия отказа от обвинения /Н. Кириллова// Законность. - 2006. - № 10. - С. 52.

8. Тетерина, Т. Отказ прокурора от обвинения «преступает» права потерпевшего на доступ к правосудию /Т. Тетерина// Российская юстиция. - 2003. - № 10.

9. Уголовно-процессуальное право РФ / Отв. ред. П.А. Лупинская. - М.: 2009.

Отзыв

на статью Фоменко А.Н. «К вопросу о необходимости учета мнения потерпевшего в случае отказа прокурора от поддержания обвинения в суде»

Актуальность рассматриваемого автором в рамках статьи вопроса несомненна. В настоящее время по многим процессуальным позициям мало того, что потерпевший поставлен в неравное положение с подозреваемым, обвиняемым, что дает основание говорить о неполной реализации принципа равенства сторон в уголовном судопроизводстве, помимо этого рассмотренные в статье проблемные аспекты позволяют говорить о том, что мнение потерпевшего не имеет значения для суда в решении такого вопроса (напрямую затрагивающего интересы потерпевшего), как прекращение производства по уголовному делу (уголовного преследования).

В этой связи автором предпринята попытка подробнее остановиться на проблемных вопросах правового положения прокурора и потерпевшего в решении вопроса о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) на стадии рассмотрения уголовного дела судом по существу.

Заслуживающими внимания являются выработанные автором предложения и рекомендации по внесению изменений в российский уголовно-процессуальный закон в целях обеспечения надлежащей защиты прав потерпевшего, которые в свою очередь свидетельствует о новизне авторского подхода в решении поставленных задач.

Вышеизложенное позволяет рекомендовать статью Фоменко Александра Николаевича «К вопросу о необходимости учета мнения потерпевшего в случае отказа прокурора от поддержания обвинения в суде» для публикации в журналах рекомендованных ВАК.

Председатель Кубанской коллегии адвокатов

Почетный адвокат России,

д.ю.н., доцент Шахкелдов Ф.Г.