Прямая речь

Любовь Слиска, первый зампред Госдумы:

     — Подписания договоров и денег, а руководство Белоруссии не хочет урегулировать этот вопрос. Сколько ни пыталось наше правительство довести эти договоры, ответной реакции нет. Почему из-за одного человека должно страдать столько людей?!
       
       Анатолий Лебедько, председатель Объединенной гражданской партии Белоруссии:
       — Кремль и "Газпром" хотят от Лукашенко одного — решить свои проблемы в Белоруссии. У "Газпрома" они чисто экономические, а у Кремля — политико-экономические. Кремль хочет использовать трубу для укрепления своего влияния.

Сергей Харючи, председатель думы Ямало-Ненецкого автономного округа:

     — Четких и ясных экономических соглашений, договоров. Их нет, и белорусы за газ не платят. Это же ненормально. Если кто-то что-то продает, то должен получать за это деньги. Ведь надо и рабочим платить, и производство затрат требует.

Владимир Жириновский, лидер ЛДПР:

     — Долги вернуть. Белорусы одну неделю отсрочки просили, чтобы рассчитаться, а "Газпром" трубу закрыл. Это неправильно, мы — против.

Сергей Гайдукевич, председатель ЛДПР Белоруссии:

     — Хотят, чтобы Белоруссия стала губернией России. Мы говорим о союзе, но неожиданно начинается давление на всю Белоруссию, не только на Лукашенко. Труба — это инструмент давления, чтобы Белоруссия пересмотрела свой суверенитет. Россия допускает большую ошибку. Иначе давайте считать и таможню, и транзит, и ПВО, и российские военные объекты, которые работают тут бесплатно.

Константин Затулин, депутат Госдумы, директор Института стран СНГ:

     — Уступок по многим несогласованным вопросам: приватизации "Белтрансгаза", срокам введения единой валюты, создания единого парламента и союзного суда. Но делать это с помощью прекращения поставок газа — не лучший вариант. Чрезмерное давление может отрубить нам белорусский канал транзита газа. Тогда и Россия многое потеряет.
       
       Валерий Язев, председатель комитета Госдумы по энергетике, транспорту и связи:
       — Ни к чему мы их не толкаем. Всего лишь хотим, чтобы Белоруссия, как все страны, подписала новые договоры. Но есть опасность, что заключать договоры они не захотят, а начнут, как украинцы, просто-напросто воровать газ. Но Белоруссии мы и так пошли навстречу, уменьшив тариф за газ почти в два раза по сравнению с европейскими ценами. Но они привыкли получать газ по цене пятого пояса — смоленского, то есть около $27.
       
       Евгений Мелешко, пресс-секретарь премьер-министра Белоруссии:
       — Хотят, чтобы мы оставались партнерами. Мы тоже хотим быть партнерами. О газовой войне я не говорил.