Статья просит толкования

В России назрела необходимость уточнить для судов, как разрешать споры, связанные с работой СМИ, говорит глава СПЧ и секретарь Союза журналистов Михаил Федотов. Медиаюристы с этим согласны и приводят примеры. По их словам, постановлению пленума Верховного суда, трактующему «Закон о СМИ» и существенно облегчившему деятельность редакций, исполнилось семь лет, но за прошедшие годы были приняты новые нормы.

Семь лет судебной практики

Последние семь лет СМИ были защищены постановлением пленума Верховного суда РФ №16 от 2010 года о том, как трактовать «Закон о СМИ». За эти годы суды около 1700 раз обращались к его пунктам, выяснил старший советник Бюро представителя ОБСЕ по вопросам СМИ, доктор филологических наук в области журналистики Андрей Рихтер — один из разработчиков этого документа. Его новый доклад о практике использования судами постановления есть в распоряжении “Ъ”. В нем автор делает вывод: постановление «дает возможность российским СМИ заниматься социально ответственной журналистикой, несмотря на неправомерные притеснения, чрезмерные требования, излишние бюрократические процедуры».

В частности, суды не раз опирались на постановление, отказывая в исках с попыткой ограничить свободу СМИ «ради благ и ценностей, не являющихся основами развития России, например, защиты общественной морали или репутации граждан и юридических лиц». Разъяснение ВС о том, что под «госорганами» в «Законе о СМИ» надо понимать и органы местного самоуправления, помогло архангельскому агентству «Эхо Севера», к которому поступили претензии из-за опубликованного ими сообщения пресс-службы мэрии, и иркутской телекомпании «Усолье», которая показала прямую речь замглавы администрации города, раскритиковавшего местную организацию.

Подчеркивание права на аккредитацию помогло агентству «Тульские новости» успешно обжаловать отказ со стороны правительства области. Суды стали вставать на сторону журналистов, которые требовали в исках ответы на запросы не только у госорганов, но и у коммерческих государственных и муниципальных предприятий. Также после разъяснений ВС журналисты смогли вести текстовые онлайн-репортажи из зала суда без разрешения судьи.

Пленум ВС снял с интернет-СМИ ответственность за распространение комментариев читателей. Против этого протестовал Роскомнадзор, в итоге обязав СМИ удалять или редактировать комментарии в течение суток с момента направления — даже не получения — обращения. «Нам представляется, что установленный Роскомнадзором порядок не вполне отвечает критериям и духу постановления»,— указывает Андрей Рихтер, говоря о сроке в сутки.

Через три месяца после принятия постановления ВС внес в него дополнение о компенсации морального вреда, указав, в частности, что сумма должна быть разумной. Этим пунктом воспользовался суд в Татарстане. Истцы — родители подсудимых, которых в прессе назвали осужденными, получили по 2 тыс. руб. и право на опровержение. А на процессе по иску к Башкирскому спутниковому телевидению суд снизил требования по компенсации с 500 тыс. до 5 тыс. руб.

Наиболее важным судебным решением автор доклада называет дело Роскомнадзора против «Росбалта» в 2014 году, когда ведомство потребовало закрыть агентство за публикацию видео с нецензурной лексикой. Первые инстанции встали на сторону надзорного органа. Но Верховный суд, применив пункты постановления, указал, что суд нижней инстанции не изучил, насколько существенным было нарушение СМИ закона, не принял во внимание контекст новостей и тот факт, что спорные видео были сразу же удалены. Таким образом, пояснил ВС, закрытие СМИ было бы чрезмерной мерой.

«С этим постановлением знакомы все медиаюристы»,— сообщила “Ъ” Галина Арапова, директор Центра защиты прав СМИ в Воронеже. По ее словам, это единственная правозащитная организация в России, специализирующаяся именно на судебных исках против СМИ. За год юристы центра принимают участие в сотне процессов, защищая как небольшие редакции, так и федеральные. По словам госпожи Араповой, до постановления приходилось «на пальцах объяснять судам “Закон о СМИ”». Особенно разъяснения помогли сетевым СМИ. «Судьям сложновато разбираться в этом: доменные имена, аккаунты, IP-адреса, для судей это все как иностранный язык. И постановление пленума ВС упростило задачу»,— говорит она.

Еще пять вопросов для пленума ВС

Сейчас есть необходимость дополнить постановление №16, заявил “Ъ” глава Совета при президенте РФ по правам человека Михаил Федотов, также участвовавший в его разработке. «Законодательство меняется, возникают новые проблемы. В частности, есть вопрос, насколько это постановление применимо к деятельности блогеров. Изменения в законодательстве о блогерах появились позже 2010 года, и сейчас есть необходимость дополнительно решить этот вопрос в постановлении, касающемся “Закона о СМИ”. Хотя, казалось бы, деятельность блогеров регулируется не “Законом о СМИ”, а “Законом об информации, информационных технологиях и о защите информации”. Но поскольку этот закон в значительной степени приравнял блогеров к СМИ, то возникает целый ряд вопросов, который необходимо разъяснить судам»,— пояснил “Ъ” господин Федотов.

«Сейчас, на мой взгляд, порядка пяти или даже больше вопросов требуют разъяснения пленума ВС»,— говорит госпожа Арапова. Например, СМИ привлекаются за публикацию данных малолетних детей, ставших жертвами преступления. «Пропадает ребенок, и в СМИ появляется объявление — от родителей или полиции о поисках с Ф.И.О. и приметами. А потом его находят мертвым, возбуждается уголовное дело, и Роскомнадзор выносит СМИ предупреждение и требует удалить все данные о ребенке»,— объясняет она. За два предупреждения в год СМИ могут лишить лицензии. Коллизия возникла в 2013 году, когда в статье 4 «Закона о СМИ» появился абзац, в котором говорится о детях-пострадавших. «А пострадавшие, по законодательству, не только жертвы преступлений, но и те дети, которые погибли, но причина гибели устанавливается следствием»,— говорит госпожа Арапова. За год юристы центра защищали три редакции — в Москве, Свердловской области и Ставропольском крае. «Суды даже требовали, чтобы родители пропавших детей приносили в редакцию нотариально заверенное свидетельство о рождении ребенка, чтобы дать объявление о его пропаже»,— добавляет она.

По ее словам, требуется разъяснение для судов, как СМИ могут писать про нацизм и фашизм после принятия в 2014 году федерального закона «О противодействии экстремисткой деятельности». Уточнение нужно и в определении порядка использования фразы «запрещенные на территории России» в отношении террористических и экстремистских организаций.

«В свое время подготовка этого постановления началась с письма Союза журналистов России в Верховный суд»,— напомнил господин Федотов. По его словам, СПЧ тоже неоднократно выступал с различными инициативами подобного рода, и ВС всегда откликается. Председатель Союза журналистов России Всеволод Богданов подчеркнул, что вопросы судебной практики и трактовки «Закона о СМИ» будут подниматься на фестивале журналистов «Вся Россия» в конце сентября. «Проблем (в судах.— “Ъ”) сколько угодно. По традиции на фестивале в Дагомысе, куда приедут профессионалы, будет обсуждаться вся эта практика, и будут сделаны выводы»,— пояснил “Ъ” господин Богданов.