К проблеме универсалий урбанонимов провинциальных городов

УДК 8ПЛ61.Г373.2

Е.Н. Бекасова

К ПРОБЛЕМЕ УНИВЕРСАЛИЙ УРБАНОНИМОВ ПРОВИНЦИАЛЬНЫХ ГОРОДОВ

В статье рассматриваются системы годонимов двух провинциальных городов (Россия, Словакия), которые позволяют выявить типологические сходства и различия в процессах номинации и переименований.

Ключевые слова: топонимия, урбанонимия, система годонимов, проблемы номинации, провинциальный город.

This article discusses the system of city linear object names (godonyms) in two provincial cities (in Russia and in Slovakia), which reveal the typological similarities and differences in the naming and renaming processes.

Keywords: toponymy, urban toponymy, system of city linear object names (godonyms), issues in naming, provincial town.

В русле современной антропоцентрической научной парадигмы особую значимость приобретают исследования ономастического пространства определённых регионов, среди которого выделяется система топонимов, не только сохраняющая древние субстратные языковые явления, интенсивные переработки гетерохронных элементов, но и вбирающая в себя экстралингвистические изменения, захватывающие в том числе и глубинные ментальные предпочтения.

Известно, что топонимы «как язык земли, где история человечества записана в географической номенклатуре» (Н.И. Надеждин) содержат сведения о народах, их взаимосвязях, историко-культурной специфике развития, общественных запросах, языковой картине мира и исторических перипетиях. Как и любая ономастическая единица, топонимы демонстрируют процесс «сгущения типического» (А.А. Потебня), однако, в отличие от антропонимов и зоонимов, в них выделяется мощное коллективное сознание определённого этноса и отражается исторический подтекст в современном языкотворчестве. В связи с этим наиболее значимыми в плане современного антропоцентрического подхода и с учётов наработок современной социально-функциональной парадигмы языка, в том числе прагматического направления, являются исследования основных тенденций формирования и развития топонимического пространства славянских регионов в условиях языковых, полиэтнических и поликультурных контактов, что особо усиливается процессами глобализации и культурно-исторических сдвигов в современном обществе.

При этом необходимы исследования не только официальной топонимии, но и неофициальной (прозвищной), которая заслуживает научного внимания и сама по себе, и в корреляции с официальной системой топонимов. Следует подчеркнуть, что именно прозвищная топонимия, определённым образом коррелируемая с официальными названиями, является наиболее продуктивной на современном этапе и позволяет

отследить изменения лингвистического и культурно-исторического характера. Сопровождающие их различного типа «топонимические легенды» могут быть востребованы в исследованиях психолингвистического направления и современного фольклора.

Особо следует осветить топонимическое пространство провинциальных городов, поскольку именно в них в большей степени проявляются процессы наслаивания на обживаемую человеком территорию наименований, постепенно складывающихся в определённую топонимическую картину, которая шлифуется в соответствии с историко-культурными и этническими особенностями [2]. Именно в провинциальных городах менее всего проявляется «административно-политический» фактор, маркирующий значимость города властным императивом, вплоть до его закрепления в самом астиониме (Ярославль, Владимир, Петербург, Екатеринбург и др.). Обязательные политические маркёры, закрепляющие государственную весомость какого-либо исторического события или личности - от царствующей особы до революционного или политического деятеля, - в таких городах, как правило, результат «отражения» подобного типа номинаций в более иерархически значимых городах.

В связи с этим провинциальные города заслуживают особого внимания в плане выявления типологических особенностей и основных направлений в формировании и развитии систем урбанонимов. С одной стороны, образование ономастического пространства города происходит преимущественно в условиях «рутинного» исторического процесса, когда идёт последовательное и равномерное накопление разновременных и - нередко - разноязычных единиц, и затухания социально-политический колебаний в зависимости от географической отдалённости и статусности города, что позволяет выделиться городу «лица не общим выражением». С другой стороны, «естественность» номинаций позволяет выявить универсалии в традициях наименований разных городов, в том числе и потому, что связь с социальными условиями определяет сходства тенденций номинации [18].

С учётом указанных особенностей считаем возможным сопоставить системы урбанонимов провинциальных городов Словакии и России - Трнавы и Бугуруслана. Оба города являются административными центрами (Трнавского края и Бугурусланского района Оренбургской области соответственно), с вполне сопоставляемой численностью населения (65 тыс. и 50,4 тыс.), с преобладанием говорящих на славянских языках (словенском и русском), оба города по преимуществу промышленного направления [14; 1; 15].

Однако города Трнава и Бугуруслан имеют разное историческое прошлое. Трнава впервые упоминается с 1211 г. и числится первым официальным городом Словакии (1238 г.), в XVI в. Трнава стала религиозной столицей Венгрии, причём особый статус «словацкого Рима» сохраняется до сих пор. Одновременно Трнава известна и как культурный центр, поскольку в 1635 г. был основан первый в Венгерском королевстве Трнавский университет, который был перенесён в Буду только в 1777 г. В 1787 г. на основе трнавского койне Антоном Бернолаком был создан первый вариант литературного словацкого языка [8; 13; 14]. Бугуруслан начинает свою историю тогда, когда Трнава уже

зарекомендовала себя как крупный религиозный и культурный центр. Первое упоминание о Буруслане относится к 1748 г., а в 1782 г. бугурусланская слобода становится уездным городом, который в XIX в. проявил себя как крупный торговый центр.

Следует отметить, что оба города получили своё название по реке. Судя по преданию [21], город Трнава наименован по гидрониму Трнавка (первоначально так называлось и селение), который имеет достаточно прозрачную этимологию - «слвц. trñ м. «колючка», йше ср. р. «колючий кустарник» [19, с. 48]. Слобода Бугурусланская (на месте современного села Мордовский Бугуруслан) также получила название по реке Бугуруслан, причём название сохранилось и после переноса селения на реку Кинель. Этимология гидронима весьма спорна: предлагаются разные толкования представленного в источниках названия Богорослан, Богоруслан, Богуруслан: богу (богу) —араслан или -арслан (священный (божественный) лев); бугу (река) - река-лев (С.А. Попов). В этом случае следует обратиться к описанию реки С.Т. Аксаковым, который отмечает не мощь и большие размеры реки, а быстрое течение, наличие многочисленных родников, которые не дают реке Бугуруслан во многих местах зимой замерзать. В связи с этим известный оренбургский краевед Б.А. Моисеев считает, что первую часть слова богу- (бугу-) следует рассматривать как бык, то есть река «бык-лев», «бык-богатырь», что подтверждается археологическими данными о некогда водившихся здесь зубрах и турах [11, с. 58].

Судя по архивным данным [23], в Трнаве XVI в. было 19 улиц, которые до настоящего времени обрисовывают исторический центр города, ограниченный крепостной стеной (здесь и далее ссылки на [23]): Hlboká (ров), Horné basty (Верхний бастион - вверх по течению реки), Dolnй ba.ft.ty (Нижний бастион - вниз по течению реки), Bernolákov sad (сад по реке Трнавка имени словацкого будителя А. Бернолака, новое название). Таким образом, исторически прослеживается связь города с рекой Трнавкой, вдоль которого он выстраивался, ограничиваясь параллельно глубоким рвом, а ниже и выше по течению - бастионами (ср. с названиями улиц: с 1865 г. - Untere Haupt Gasse, Obere Haupt Gasse, с 1922 г. - Hornopotocná, Dolnopotocná).

Анализ истории именований и переименований улиц г. Трнава со всей определённостью выявляет её связь с судьбой Словакии в целом. Сохранившиеся в Трнавском архиве названия первых улиц свидетельствуют о преобладании названий латинских, как правило, связанных с сакральными объектами, например: platea St. Jacobi, platea St. Joanni, platea Capituli, platea Jerusalem и под. Преимущество годонимов на латинском языке - свидетельство его роли «официального, культурного и литературного языка» в Венгерском королевстве, который в нём продержался «гораздо дольше и «крепче», чем в странах Западной Европы» [8, с. 109].

Однако есть названия, свидетельствующие о географических особенностях, функциональном назначении линейного объекта и профессиональной деятельности его жителей, например: Theatrum, Forum, Theatrum Buza, Ostrovská ul., Súkenná ul. В последних двух случаях впервые встречен термин улица, который достаточно хорошо сочетается со спецификой годонима - Островная, Суконная.

Записи 1865 г. свидетельствуют не только о переименованиях улиц, но и смене языка в их названиях. В 1861 г. был принят Меморандум словацкой нации: Словакия

выделилась из Венгерского королевства и создала своё государство в составе Австро-Венгерской монархии [8, с. 435]. Большинство улиц получают названия немецкого происхождения: platea меняется на Gasse (переулок, улочка, узкая улица), которое больше подходит для именования характерного для средневековья объекта, например: Sporn Gasse, Untere Haupt Gasse, Obere Haupt Gasse и др. Следует отметить, что в последних двух названиях чётко проявляется параллелизм с течением реки - Нижняя и Верхняя улицы.

Имеются и совпадения с реестром годонимов XVI в., среди которых в XIX в. начинают выделяться константы города. Иерусалимская улица - единственная в историческом центре Трнавы, которая меняла лишь свой языковой облик (латынь, немецкий, венгерский, словацкиий), ср.: Platea Jerusalem - Jerusalem Gasse (1865, гг.) -Jeruskzlem utca (1901, 1918 г.г.) - Jeruzalemskk ul. (1922, 1940, 1946, 1990 гг.). Именно в этот период появляются улицы, сохранившие своё название до настоящего времени, например: Jericho Gasse, Jericho utca (1901, 1918 гг.), с 1922 г. - Jerichova ul. За одним исключением (1918 г.) сохранили своё название улица Капитульская у комплекса зданий монастыря кларисок (platea Capituli, Capitel Gasse Kkptalan utca (1901 г.), c 1922 г. -Kapitulskk ul.) и Паулинская (Pauliner Gasse, Paulinus utca, с 1922 г. - Paulinska ul.). Достаточно долго продержалось название по расположенному рядом Собору Иоанна Крестителя, ср.: platea St. Joanni, Johanny Gasse, Szt Jknos utca (1901, 1918 гг.). Следует отметить, что старожилы Трнавы улицы Jeruzalemskk и Jerichova (Иерихонская, ср.: [4, с. 782]) до сих пор называют Gebo по причине проживания там до Второй мировой войны евреев [24].

С 1865 г. вместо Theatrum появляется Neuvedené которая в реестре зафиксирована трижды для названий других улиц, что является типичным для записей годонимов в XVI в., 1865, 1901 г.г.

В 1918 г. Словакия признаёт временное правительство Томаша Масарика и входит в состав Чехословакии, в связи с чем происходит очередной этап переименований. Одна из центральных улиц становится ul. Masarikova, которая в дальнейшем переживает самые серьёзные номинационные «потрясения» (1938-1939 г. - Pribinova, 1940 - Hitlerova [22, с. 138], 1946 - Masarikova, 1948 Februkrového vit'azstva), чтобы потом успокоиться в абсолютно нейтральном от идеологических и политических притязаний новом названии -Hlavnk (Главная). Значимость данной улицы определяется и её прозвищем Hornohrubk, которое она носит вместе с соединяющейся с нею ul. Stefanicova, - Dolnohrubk. Как свидетельствуют местные жители, hrubk - главная, крупная улица (ср. неофициальное название самого крупного костёла Трнавы (Bazilika sv. Mikulksa) - «грубый костёл», а его богослужение - hrubk otsa) [24].

1922 год становится важнейшим для формирования системы годонимов исторического центра г. Трнавы, поскольку определились названия целого ряда линейных объектов, сохранившихся до настоящего времени: Halenkrska (Халенарска) P.O. Hviezdoslava (П.О. Гвездослава), Divadelnâ (Театральная), Invalidskk (Инвалидская) Jàna Hollého (Яна Голлего), Pekarskâ (Пекарская), Dolnopotocnâ (Нижнепоточная). Другие улицы претерпели переименования в 1979 г., например: ul. Stefanicova (в честь Милана

Растислава Штефаника, видного деятеля словацкого национального движения, который в 1916 г. участвовал в создании Чехословацкого национального совета) была переименована в ul. Jilemnického (в честь Петра Илемницкого (Jilemnick), словацкого писателя, сценариста, педагога, Народного художника Чехословакии); ul. Frantiskánska (по расположенному на ней монастырю францисканцев) была переименована в ul. Kpt Jarosa в честь Отакара Яроша (командира роты 1-го Чехословацкого пехотного батальона, первого иностранца, удостоенного звания Героя Советского Союза). Ul. Hornopotocná в 1940 г. числится как ul. Jura Palkovica (в честь Юрия Палковича, австро-венгерского словацкого католического писателя-богослова, деятеля и покровителя словацких бернолакистов, который учился в семинарии г. Тырнавы, а в 1800-1820 годах был библиотекарем в библиотеке капитула в Трнаве).

В связи с тем, что более половины современных названий исторического центра г. Трнавы относится к периоду образования Чехословакии (1920 г.), а с учётом названий улиц, практически не прерывающих свои исторические наименования (Иерусалимская, Ерихова, Паулинская Капитульская), можно утверждать, что с получением Словакией независимости в 1990 г. Данные годонимы продолжают оставаться ядром анализируемой системы. К ней добавились названия, отражающие основные тенденции номинации линейных объектов в историческом центре г. Трнавы: агионимы - Trojicné námestie (площадь, названная по находящемуся рядом костёлу Святой Троицы (Najsvatejsej Trojice); годонимы-посвящения [17, с. 216] в честь словацких просветителей - Vajanského (Светозара Гурбана (псевдоним Ваянский), словацкого поэта, прозаика, литературного критика, публициста, общественного деятеля, одной из центральных фигур литературной жизни Словакии конца XIX - начала XX в.) и Radlinského (Андрея Людовита Радлинского, словацкого общественного деятеля, католического священника, писателя, который настаивал на открытии начальных школ с обучением на словацком языке (труд «Skolník» 1871 г.).

Особо надо отметить, что ul. Vajanského местными жителями называется по официальному годониму 1922 г., - Zbozná (хлебная) (1934, 1946 гг., 1940 г. - Sv. Jakuba по находящемуся рядом костёлу св. Иакова), а ul. Radlinského по традиции 1922 г. прозывается Chlebovy rínok [24], где шла торговля, в том числе и зерном.

Таким образом, система годонимов исторического центра г. Трнавы включает в себя названия по естественным особенностям объекта, его локализации (относительно природного объекта - 8%, внутригородского объекта - чаще всего по сакральным строениям - около 45%) и урбонимы-посвящения (около 40%). При этом отсутствуют названия, мотивируемые идеологическими и политическими предпочтениями или эмоциональными характеристиками, что позволяет достаточно объективно оценивать городскую структуру и ориентироваться в ней.

По-иному выстраивалась система урбанонимов в г. Бугуруслане. В конце XVIII в. Бугурусланская слобода состояла всего из трёх безымянных улиц, центром которых были Дровяная и Сенная площади, на которых продавались дрова и сено. В первой половине XIX в. г. Бугуруслан имел 13 продольных и 10 поперечных улиц, среди которых немногие имели названия: Мещанская (на ней проживали в основном мещане), Торговая (на ней

располагались торговые ряды), Дворянская (место проживания дворянского сословия), Соборная (на ней находилась церковь), Монастырская (на ней размещался женский монастырь), Ярмарочная (там проходили ярмарки), Проломная (ее проложили, «проломили» по берегу реки), Заводская (находилась рядом с заводом). На западной окраине города тянулись безымянные кривые улицы, которые имели народные названия типа Голодаевка, Вшивая горка (место проживания рабочих салотопенных, мыловаренных, клееварочных мастерских), восточная окраина именовалась Солдатской слободой (там проживали солдаты местного гарнизона). Во второй половине XIX в. бугурусланский городничий Романовский в рапорте в Самарское губернское правление от 19 ноября 1861 г. просит присвоить улицам новые названия [6]. В результате остались улицы Мещанская, которая вскоре была переименована в Училищную (по находившемуся на ней духовному училищу), Монастырская, Торговая. Новые названия были мотивированы располагающимися на них городскими объектами: Гостиннодворская (на ней располагались постоялые дворы), Базарная (по торговым рядам), Вознесенская (по находящемуся рядом Спасо-Вознесенскому собору), Почтовая, Набережная (на берегу р. Кинель), Мостовая и Турханская (на берегу р. Турханки), Столбовая, Михаилоархангельская (по церкви Михаила Архангела). В конце XIX в. Гостиннодворская была переименована в Московскую, Вознесенская стала Торговой, а в советские времена она изменила своё название на Красногвардейскую, и эти названия сохранились до настоящего времени.

К началу XX в. (к 1911 г.) появляются новые улицы и переулки: Садовая (возникла на месте сада), Овражная, Нагорная, Полевая (по рельефу местности), Прогонная (по ней проходила основная дорога через город), Кузнецкая (по кузницам), Казанская, Орловская, Уфимская, Вятская, Миллионная.

Следует отметить, что так же, как и в Трнаве, наряду с безымянными улицами, были так называемые «бродячие» названия, которыми именовались в разное время различные линейные объекты. В частности, название улицы Проломная, существовавшей в начале XIX в., стало использоваться для именования другой улицы (на месте современной ул. Революционной), в конце XIX в. Проломная оказалась на месте современной улицы Краснознамённой, а в начале XX в. - на месте современной улицы Транспортной.

Однако в 20-30-е годы XX в. Бугуруслан переживает кардинальное переименование улиц, ср.:

Таблица 1

Переименования улиц г. Бугуруслана

XVШ-XIX вв. 20-30-е годы XX в.

1. Мещанская / Училищная Рабочая

2. Монастырская Гая

3. Торговая / Вознесенская Красногвардейская

4. Соборная Революционная

5. Ярмарочная Краснознаменная

6. Проломная Транспортная

7. Гостиннодворская Московская

8. Дворянская Коммунистическая

9. Бассейная / Санкт-Петербургская Ленинградская

10. Набережная Комсомольская

Следует отметить, что при изменении названий - фактически на «эпохальные» антонимы - сохраняется привычная для бугурусланцев адъективная односложная модель с продуктивными суффиксами -ск- (которая также широко представлена в годонимах г. Трнавы), -н-. Появляется годоним-посвящение с типичным для советского периода «травмирующим Р.п.» [20] - ул. Гая (Гай Дмитриевич Гай - военачальник времен гражданской войны, в октябре 1918 г. его штаб размещался вблизи указанной улицы в Бугуруслане).

В целом можно считать, что установившиеся в советский период годонимы г. Бугуруслана привели к полному исчезновению исторических названий улиц центра. Невыразительность урбанонимического облика усиливается вплетением в переименованные улицы названий типа ул. Фрунзе, Партизанская, Большевистская, Новокоммунистическая, Октябрьская, пер. Октябрьский и под [9]. Политическая «сеть», накрывшая исторический центр [3], полностью редуцирует культурный и исторический код города [10, с. 388], лишая годонимы дифференцирующего (отличать свой объект от других) и семантического (сообщать о нём что-то) значения [20]. Однако обезличивание официальных годонимов компенсируется сленгонимами [12, с. 59]. Так, центральная и северная части города неофициально разделены на несколько районов: Нижнёвка (часть города у р. Кинель, расположенная в низине и нередко затопляемая весной), Кировка (по ул. Кирова), Могилевка (по расположенному рядом городскому кладбищу), Татарский край (по заселённости татарами и мечети; в этой части города годонимы носят имена татарских деятелей культуры: Джалиля, Ибрагимова, Тукая), Собачий хутор (окраина города) и Зоопарк (центр города - сад им. Ленина, где в основном происходят народные гуляния). Народные названия значительно разнообразят модели образования годонимов и устраняют структурно-семантические лакуны, в частности за счёт урбанонимов-характеристик [17, с. 215-216] по естественным особенностям объекта (относительно природного и внутригородского объекта), по концентрации населения определённой национальности и метафорическому восприятию.

Таким образом, при определенной общности словообразовательных моделей годонимов, тенденций переименований, связанных с историко-политическими потрясениями, в городах Трнава и Бугуруслан сложились разные системы годонимов. Словакия, как географический центр Европы, вбирает в себя основные номинативные тенденции, в том числе и соседних территорий, но при этом сохраняет и отстаивает определённую обособленность, которая в итоге помогла ей стать самостоятельным государством. Именно поэтому Трнава, пережив правление разных государств, сохранила систему собственных годонимов, сложившихся в начале первой самостоятельности Словакии и поддержанных культурной и религиозной значимостью города для страны. Оренбуржье, формирующееся первоначально на окраине Российской империи в условиях

активного племенного кочевья, по сути оказалось не только на стыке Европы и Азии, но и в центре России. Сравнительная «молодость» городов, не набравших определённый запас историко-культурной прочности, не смогла их защитить от предельной стандартизации урбанонимии советского периода [16], которая в современных условиях становится традиционным ярлыком, подправленным народным языкотворчеством.

ЛИТЕРАТУРА

1. Администрация муниципального образования (г. Бугуруслан) http://bugadmin.orb.ru/history gor.php

2. Бекасова Е.Н. О системном подходе к описанию топонимического пространства // Региональная онтолингвистика: проблемы и перспективы исследования, сборник научных статей / сост. А.М. Мезенко, Е.А. Зайцева, О.В. Шеверинова; под науч. ред. А.М. Мезенко. Витебск: ВГУ им. П.С. Машерова, 2016. С. 46-48.

3. Бекасова Е.Н. Политический «окрас» урбанонимии областного города Оренбурга // Политическая лингвистика: проблематика, методология, аспекты исследования и перспективы развития научного направления: материалы Междунар. науч. конф. (Екатеринбург, 27.11.2015) / гл. ред. А. П. Чудинов ; ФГБОУ ВПО «Урал. гос. пед. ун-т». Екатеринбург, 2015. С. 23-26.

4. Большой русско-словацкий словарь. Т. I. A-K. Братислава: Веда, Изд-во Словацкой академии наук, 1979. 976 с.

5. Большой русско-словацкий словарь. Т. V. T- V. Братислава: Веда, Изд-во Словацкой академии наук, 1993. 448 с.

6. Бугурусланская правда, 1994, 29 марта.

7. Забелин Н.Ю. Московская городская топонимия: структурно-семантический анализ топонимической системы: автореф. дис. ... канд. филол. наук. М. , 2007. С. 24.

8. История Словакии. М.: Институт Славяноведения, 2003. 435 с.

9. Карта города Бугуруслан http://bugadmin.orb.ru/karta.php http://bugadmin.orb.ru/karta.php; http://u-karty.ru/russia/buguruslan.html

10.Мезенко А.М. Урбанонимия как язык культуры // Серия «Филология. Социальные коммуникации». Том 24 (63). 2011 г. №2. Часть 1. С.388-392.

11.Моисеев Б.А. Местные названия Оренбургской области. Историко-топонимические очерки. Оренбург: Изд-во ОГПУ, 2013. 380 с.

12.Отин Е.С. Сленговые собственные имена в онимном пространстве современного русского языка // Aoyog óvo^a6xiKq). 2009. №3. С. 59-63.

13.Ондейович С., Крупа В. К проблеме взаимосвязи языка и идентичности (с учётом данных словацкого языка) // Актуальные этноязыковые и этнокультурные проблемы современности. Книга 1. М.: Фонд «Развития фундаментальных лингвистических исследований», 2014. С. 99-134.

14.Официальный сайт Трнавы http://www.trnava.sk/sk/clanok/geografia

15.Портал Правительства Оренбургской области http://www.orenburg-gov.ru/Info/areas/area-53408/

16.Разумов Р.В. Современная концепция урбанонимии в России // Ярославский педагогический вестник. 2012, № 2, Том I (Гуманитарные науки). С. 166-170.

17.Разумов Р.В. Развитие систем урбанонимов провинциальных городов в 1940-е гг. // Ярославский педагогический вестник. 2011, № 2, Том I (Гуманитарные науки). С. 214-218.

18.Суперанская А.В. Урбанонимы как отражение внутригородских реалий // Acta facultatis paedagogicae Ostraviensis. Ostrava, 1983. С. 15-20.

19.Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. В 4-х т. / Перевод с немецкого языка и доп. О.Н. Трубачёва. Изд-е 3, стереотипное. Т. 4. М.: Азбука-Терра, 1996. 864 с.

20.Шмелева Т.В. Советское наследие в новгородской годонимии // Советская культура в современном социопространстве России: трансформации и перспективы. Материалы научной интернет-конференции. Екатеринбург 28-29 мая 2008 г. Екатеринбург, 2008. http://www.readera.org/confmat/sovetskoe-nasledye-v-novgorodskoj-godonymyy-10322927.html

21.Mrnikova, lector Mъzeum knifrnej kultery (Zбpadoslovenske Mъzeum, Trnava).

22.Peter Sokolovrn. Zmena nбzov tranvskэch ulic po roku 1945 // Nove historick rozhsady. Romik III. ffislo 2, 2013. S. 135-139.

23.RaelDv. Simona J^tov6. Улицы города Трнавы, актуальный рукописный ресурс, архивные материалы. Сведения были любезно предоставлены Яной Юдиной.

24.Сведения были предоставлены Яной Юдиной и её отцом Степаном Доминиковичем Бабиратом (26.12.1922 года рождения).