Бюджет переведен на осадное положение

Министерство финансов опубликовало данные об исполнении федерального бюджета за пять месяцев в сильно урезанном виде — из отчетности исчезли разделы о структуре расходов, в том числе военных, об источниках финансирования дефицита, а также цифры о состоянии госказны в завершившемся месяце. «Закрытие» бюджета ведомство объяснило намерением сократить риски введения новых санкций. Из оставленных открытыми сведений следует, что российский бюджет пока закрывается с изрядным профицитом — по итогам января—мая размер «излишка» составил 1,5 трлн руб. Однако в минувшем месяце, исходя из «полузакрытых» цифр Минфина, вслед за ненефтегазовыми доходами стали проседать и поступления от нефти и газа.

Фото: Дмитрий Духанин, Коммерсантъ

Открытых данных о реальном положении российской экономики становится все меньше. Вслед за ФТС (цифры по экспорту-импорту), Минэнерго (по добыче и экспорту нефти) и ЦБ (по внешнему долгу, внешней торговле и банковской отчетности) часть данных закрыл и Минфин. «В связи с оказываемым давлением со стороны США, ЕС, Великобритании и других недружественных государств на Российскую Федерацию и отдельные лица возникла необходимость частичного ограничения распространения информации, в том числе о формировании бюджетной отчетности. Это поможет минимизировать риск введения дополнительных санкций»,— пояснило ведомство.

Такое объяснение особо убедительным не выглядит. «Под гриф» попали не данные о нефтегазовых доходах РФ, снижение которых является одной из главных целей западных санкций, а прежде всего сведения о расходах — как по разделам, включая такие «невинные», как «Охрана окружающей среды» или «Образование», так и в разрезе госпрограмм, носящих исключительно функциональный характер. Отметим, что, в отличие от закрытия данных других ведомств, в случае с бюджетом речь идет о засекречивании сведений о расходовании денег, собранных с налогоплательщиков. Ранее, напомним, ведомство потратило немало сил и средств на продвижение концепции открытого бюджета.

Можно предположить, что расходы закрыты от публики прежде всего из-за одного раздела — «Национальная оборона».

Как писал “Ъ” (см. “Ъ” от 18 мая), в апреле впервые с начала военной операции стал заметен рост трат по нему. В апреле месячные военные траты составили 627 млрд руб. против среднемесячных 351 млрд руб. в первом квартале (увеличение — в 1,8 раза).

Сейчас подобных цифр нет, Минфин сохранил только общий размер всех расходов: по итогам пяти месяцев они составили 10,548 трлн руб. Рост по сравнению с показателем января—мая 2021 года — 17% (фактически на размер инфляции).

Показателя расходов отдельно за май нет, но он без труда определяется разностью объемов трат в январе—апреле и январе—мае, это 1,555 трлн руб. (сумма примерная, поскольку Минфин всегда уточняет предварительные данные предпоследнего месяца, сейчас этого не произошло). Тем не менее можно сказать, что майский объем трат заметно ниже как среднемесячного значения января—апреля в 2,248 трлн руб., так и прошлогоднего майского показателя в 1,850 трлн руб. На фоне объявленных дополнительных мер поддержки населения и бизнеса (ранее власти оценивали допрасходы этого года в 4 трлн руб.) это выглядит странным — видимо, речь идет о факторе отложенных на будущие периоды расходов.

Доходную часть бюджета «ограничения распространения информации» затронули мало (закрыты только месячные показатели).

Доходы пяти месяцев составили 12,043 трлн руб., рост на 29% по сравнению с таким же периодом прошлого года. Почти весь этот рост пришелся на нефтегазовые доходы — в сравнении с пятью месяцами прошлого года это плюс 81%, до 5,658 трлн руб. С прочими, то есть ненефтегазовыми, доходами ситуация хуже — они равны 6,385 трлн руб., что лишь на 3,1% выше уровня прошлого года.

Доля нефтегазовых поступлений в общей сумме доходов бюджета пяти месяцев равна 47%, годом ранее — 34%.

Зависимость госказны от налогов и пошлин с добычи и продажи нефти и газа, таким образом, выросла. Впрочем, размеры «нефтяной иглы» вряд ли сейчас тревожат российские власти. В мае, судя по цифрам Минфина, проблемы с поставками и чрезмерное укрепление рубля сократили нефтегазовые доходы — из разницы поступлений за пять и за четыре месяца следует, что они составили всего 872 млрд руб. после 1,812 трлн руб. в апреле и средних 1,197 трлн руб. в первые четыре месяца года (но все же больше, чем годом ранее). Отметим, такая динамика во многом объясняет усилия денежных властей по предотвращению сильного укрепления рубля — отмену обязательной продажи валютной выручки экспортерами и прочие меры.

Неназванные Минфином майские ненефтегазовые доходы вслед за апрелем вновь просели.

Они составили примерно 1,138 трлн руб. (с поправкой, напомним, на уточнение ведомством предыдущих данных). Это на 6,3% меньше, чем было в прошлом мае. Тем не менее в целом за пять месяцев ситуация со сборами НДС, одного из двух наряду с НДПИ главных источников наполнения федерального бюджета, выглядит благополучной: внутреннего НДС, объемы которого увязаны с размерами торгового оборота и потребительского спроса, в январе—мае собрано на 2,386 трлн руб. (плюс 14% год к году). Однако поступления от НДС при импорте несколько сократились — на 3%, до 1,372 трлн руб. Заметнее упала сумма ввозных таможенных пошлин — на 12%, до 297 млрд руб. Компенсировали падение сборов поступления по налогу на прибыль, выросшие по итогам пяти месяцев до 810 млрд руб. (плюс 52%, основная часть налога, напомним, уходит в регионы).

Итоговый баланс бюджета пяти месяцев — профицит в размере 1,495 трлн руб. Оснований полагать, что он сохранится и далее, нет. Сам Минфин ожидает, что дефицит по итогам года составит минимум 1,6 трлн руб.