Конформизм журнала «Новый мир» А. Т. Твардовского: миф или реальность (на материале дневника А. В. Жигулина)

УДК 821.161.1

КОНФОРМИЗМ ЖУРНАЛА «НОВЫЙ МИР» А.Т. ТВАРДОВСКОГО: МИФ ИЛИ РЕАЛЬНОСТЬ

Колобов В.В.

Статья посвящена феномену журнала «Новый мир» А.Т. Твардовского, совершившего подлинный переворот в читательском сознании целого поколения советских людей в эпоху «оттепели». В статье впервые исследуются материалы личного архива крупнейшего поэта, прозаика, одного из постоянных авторов «Нового мира» Анатолия Владимировича Жигулина (1930 - 2000). Особый научный интерес представляет сопоставительный анализ дневника А.В. Жигулина и «Рабочих тетрадей» А.Т. Твардовского 1960-х годов. Делается вывод о схожести или даже полном совпадении взглядов их авторов по ключевым вопросам литературной и общественно-политической жизни страны.

Ключевые слова: Твардовский, Жигулин, журнал «Новый мир», конформизм, история отечественной литературы.

CONFORMITY OF THE MAGAZINE "NEW WORLD" TVARDOVSKY: MYTH OR REALITY

Kolobov V.V.

The article discusses the phenomenon of the magazine «New world» Tvardovsky who has committed a true revolution in the reader's consciousness of a whole generation of Soviet people in the era of «thaw». The paper first examines the materials of the personal archive of major poets, prose writer, one of the regular contributors to the «New world» Anatoly Vladimirovich Zhigulin (1930 - 2000). Of special scientific interest is a comparative analysis of the diary of A.V Zhigulin, and «workbooks» Tvardovsky 1960-ies. The conclusion about the similarity or even full coincidence of views of their authors on key issues in literary and socio-political life of the country.

Keywords: Tvardovsky, Zhigulin, the magazine «New world», the conformism, the history of Russian literature.

Почти полвека прошло с того момента в истории нашей страны, когда разгоном непокорной властям редакции журнала «Новый мир» и увольнением его главного редактора А.Т. Твардовского завершилась целая эпоха в развитии отечественной литературы и журналистики, а споры о «Новом мире», его роли в духовно -нравственном пробуждении общества, его влиянии на умы и души современников не утихают до сих пор.

Одним из самых актуальных вопросов дискуссии совсем еще недавно являлась тема о взаимоотношениях «Нового мира» и власти в период «оттепели» и начала эпохи «застоя».

Квинтэссенцию спора образно и точно, на наш взгляд, определили В.А. и О.А. Твардовские, дочери автора «Страны Муравии» и «Василия Теркина»: «Советская власть обвиняла «Новый мир» и его редактора в недостатке партийности. В наше время

либеральствующие критики <...> по-большевистски непримиримо уличают журнал Твардовского в излишней советскости. Партийное руководство находило в «Новом мире» «очернительство» и клевету на советскую действительность. Нынешние отважные противники тоталитарной системы бичуют новомирцев за склонность к компромиссам и «полуложь». Они по-своему

согласны с партийной критикой в том, что задачам времени журнал не соответствовал» [1].

Не оспаривая данный полемический тезис, считаем необходимым сказать, что за минувшие полвека появилось немало интересных и объективных работ, посвящённых истории легендарного журнала. Это прежде всего воспоминания В.Я. Лакшина, А.И. Кондратовича, И.И. Виноградова, Ю.Г. Буртина, С.Г. Карагановой, много лет работавших с Твардовским и хорошо знавших его. Ценную и обширную информацию о журнале «Новый мир» содержат статьи и книги В.М. Акаткина, Н.П. Бианки, Н. Биуль-Зедгинидзе, П.С. Выходцева, Ю.А. Голубицкого, Д.П. Дмитриева, В.В. Ильина, В. Кардина, А.В. Македонова, Р.М. Романовой, Т.А. Снигиревой, А.М. Туркова.

Несмотря на большое количество научных работ на данную тему, следует признать, что целостного энциклопедического исследования о месте и роли журнала «Новый мир» в общественно-политической жизни страны и литературном процессе 1950-1960-х годов до сих пор нет. Мы полностью согласны с точкой зрения Г.Г. Водолазова, одного из ведущих сотрудников «Нового мира» 1960-х годов, который утверждает, что журнал Твардовского - «по-настоящему непонятое, а в силу этого и недооцененное явление нашей культуры» [2].

Материалы личного архива (дневники, письма, документы) известного писателя, бывшего узника сталинских лагерей, уроженца Воронежского края А.В. Жигулина, поступившие в 2011 - 2013 годах на постоянное хранение в Воронежский областной литературный музей имени И.С. Никитина, расширяют и уточняют информацию об основных этапах его жизненной и творческой биографии, вносят дополнительные штрихи в историю отечественной словесности [3]. Сразу отметим: обработка писательского архива сотрудниками литмузея еще не закончена, поэтому в данной статье приводится нумерация дневниковых книжек, сделанная в

свое время самим А.В. Жигулиным.

Особый научный интерес представляет сопоставительный анализ дневника А.В. Жигулина и «Рабочих тетрадей» А.Т. Твардовского 1960-х годов. Проведенное исследование свидетельствует об очевидной схожести взглядов их авторов, несмотря на разницу в возрасте, различия в жизненном и творческом опыте.

А.В. Жигулин был одним из постоянных авторов «Нового мира». В октябре 1961 года молодой поэт по рекомендации воронежского критика А.М. Абрамова послал в «Новый мир» подборку стихотворений, посвященных «трудной теме». В январском номере журнала за 1962 год были напечатаны три стихотворения Жигулина, отобранных к печати лично Твардовским. Уже в первых строчках читателю нетрудно было почувствовать мотивы болезненной для общества темы политических репрессий [4, с. 78 - 79].

В марте 1962 года А.В. Жигулин был принят в Союз писателей СССР. Воодушевленный поддержкой Твардовского, в 1963 году он поступает на Высшие литературные курсы Союза писателей СССР при Литературном институте им. А.М. Горького и переезжает на постоянное место жительства в Москву [5].

Если перелистать подшивки «Нового мира», то мы увидим, что в 1960-е годы А. В. Жигулин регулярно публиковался на страницах этого журнала. Перечислим основные публикации:

- Флажки («Флажки на трассе в снежной шири...»), Ночная смена («Из штольни вышли в пыльных робах.»), Земля («Мы сначала снимали твой снежный покров.»). - 1962. № 1;

- Воспоминание: Дирижабль («Один и тот же незабываемый.»), Утиные Дворики («Утиные дворики - это деревня.»), Подмосковье («Гулко эхо от ранних шагов.»). - 1967. № 2;

- Из лирики: «О, Родина! В неярком блеске.», «Кто додумался правду на части делить.», «Все в этом мире ново, все здесь

вечно...», Гадание («Смешное древнее искусство...»), «Себя ни капли не жалея.». -1968. № 4;

- «Кукует поздняя кукушка.», «Осень, опять начинается осень.». - 1969. № 7;

- На родине («»Зеленые дали померкли.»), Углянец («За стылым лесом, за болотом.»), «Невыразимой сладкой тишью.», «Тихое поле над логом.». - 1969. №11.

Стоит также упомянуть рецензию А. Жигулина на книгу И. Шкляревского «Фортуна» (М., 1968), опубликованную в «Новом мире» (1970. №3).

Кроме этого на страницах «Нового мира» в период редакторства А.Т. Твардовского было опубликовано несколько рецензий на сборники стихов А.В. Жигулина .

Новомирских публикаций А. В. Жигулина могло быть гораздо больше, если бы не одно обстоятельство, с которым сталкивался каждый настоящий писатель советской эпохи, - цензура. Далеко не все стихи Жигулина пробились к читателю с первой попытки. Многие сражал шквальный огонь цензуры. Не спасал даже «знак качества» - «А.Т.» - инициалы главного редактора «Нового мира».

В его дневнике содержится интересная и ценная информация о встречах с А.Т. Твардовским, внутренней редакционной «кухне», принципах отбора произведений для публикации в «Новом мире», стратегии и тактике журнала во взаимоотношениях с властями и партийной цензурой.

По мнению А.В. Жигулина, основными составляющими успеха «Нового мира» были прежде всего личность самого А.Т. Твардовского, его неординарные

организаторские способности, талант, редакторские чутье и опыт; профессионально подобранная редакционная команда; последовательная гражданская позиция журнала, идеологическую основу которой составляли либеральные и демократические ценности. Все это вместе взятое позволило изданию проводить самостоятельную новомирскую линию, во многом отличную от

направлений других «толстых» литературных журналов. Под руководством Твардовского «Новый мир» продолжил лучшие традиции «Современника» А.С. Пушкина и Н.А. Некрасова, «Отечественных записок» Н.А. Некрасова и М.Е. Салтыкова-Щедрина, получил всесоюзную и мировую известность.

Несомненно, что А.В. Жигулин рассматривал второй приход А.Т. Твардовского в «Новый мир» (1958 - 1970) как следствие исторических решений ХХ съезда КПСС и реформаторской политики Н.С. Хрущева.

Осознавая свою миссию, Твардовский привлек к сотрудничеству с журналом лучшие литературные силы, писателей, стремившихся к честному и объективному отражению советской действительности. На страницах дневника А.В. Жигулина, посвященных «Новому миру», упоминаются имена В. Астафьева, Ф. Абрамова, Ч. Айтматова, В. Белова, В. Богомолова, Ю. Бондарева, В. Быкова, Р. Гамзатова, В. Гроссмана, Е. Дороша, С. Залыгина, Ф. Искандера, Е. Евтушенко, В. Каверина, В. Катаева, К. Кулиева, Б. Можаева, В. Некрасова, К. Паустовского, А. Прасолова, А. Рыбакова, К. Симонова, И. Соколов-Микитова, А. Солженицына, В. Тендрякова, Ю. Трифонова, В. Шукшина, А. Яшина и других известных писателей.

Не менее важное внимание А.Т. Твардовский уделял развитию публицистики и литературной критики в журнале. Не случайно, в обращении к читателям «Нового мира», которым закрывалась 12-я журнальная книжка 1961 года, А.Т. Твардовский подчеркнул: «Мы всегда помним, что на титульном листе нашего журнала сказано: «Литературно-художественный и

общественно-политический», - и вторая половина этого обозначения не является случайной или формальной. Вокруг «Нового мира» сложился значительный актив авторов из числа видных советских ученых, общественных деятелей, публицистов, мастеров искусства и самих литераторов, тяготеющих к публицистической теме» [6, с.

Смелая и честная постановка острых вопросов, накопившихся в сельском хозяйстве за годы сталинского правления, отличала очерки В. Овечкина, Е. Дороша, Г. Троепольского. Историческую и

литературную ценность представляли такие произведения, как мемуары «Люди, годы, жизнь» И. Эренбурга, «Годы войны» генерала А.В. Горбатова, военные очерки С.С. Смирнова, записки дипломата И.М. Майского, воспоминания Е. Драбкиной и другие публикации «Нового мира».

Продолжая традиции В. Белинского и Н. Чернышевского, литературную критику в журнале представляли В. Лакшин, Ю. Буртин, А. Дементьев, И. Виноградов, Н. Ильина, А. Кондратович, Ст. Рассадин, М. Щеглов, И. Виноградов, Б. Сарнов, Ф. Светов, А. Синявский, И. Роднянская, А. Турков, М. Чудакова.

Обладая энциклопедическими знаниями и разносторонними вкусами, А.Т. Твардовский способствовал появлению в печати произведений А.А. Ахматовой, М.И. Цветаевой, И.А. Бунина, М.А. Булгакова, Б.Л. Пастернака, А.П. Платонова и других писателей, не вписавшихся в сталинскую модель советской литературы.

А.В. Жигулин восторженно принял публикацию повести А.И. Солженицына «Один день Ивана Денисовича» в ноябрьском номере «Нового мира» за 1962 год [7]. Запись в его дневнике:

«27 ноября 1962 года, вторник.

Сегодня прочитал повесть А. Солженицына. Сила! Это великое произведение великого писателя, жемчужина русской прозы! Думаю завтра дать в редакцию «Нового мира» телеграмму такого содержания:

«Москва, «Новый мир», Солженицыну, Твардовскому. С большой радостью прочел повесть «Один день Ивана Денисовича». Поздравляю автора и редакцию! Это очень здорово, что мы можем, наконец, написать и опубликовать полную правду о том, что нами пережито. Теперь легче дышать и работать,

когда правда сказана. Пусть торжествует правда!

Поэт Анатолий Жигулин, бывший заключенный номер И-2-594 Особого лагеря» [Дн. № 78, с. 47 - 48].

Сравним этот фрагмент с записью в «Рабочих тетрадях» А.Т. Твардовского, сделанной после прочтения рукописи не известного ему до сих пор автора - учителя математики и физики одной из школ в Рязани:

«12.ХП.61. М[оск]ва 5 ч. утра.

Сильнейшее впечатление последних дней - рукопись А. Рязанского (Солонжицына), с которым встречусь сегодня» [8, с. 171].

В начале ноября 1961 года А.И. Солженицын послал рукопись рассказа «Щ-854 (Один день одного зека)» А.Т. Твардовскому, но из-за промедления посредников она дошла до адресата лишь через полтора месяца. Из-за соображений конспирации рукопись была подписана псевдонимом «А. Рязанский». Твардовскому было сообщено настоящее имя автора, но «со слуха» он запомнил его неточно.

По инициативе А.Т. Твардовского редакция «Нового мира» выдвинула повесть А.И. Солженицына на соискание Ленинской премии за 1964 год. Твардовский, который являлся членом Комитета по Ленинским премиям, мотивировал это тем, что речь идет не только о талантливом произведении Солженицына, но и о судьбе советской литературы.

В дневнике А. В. Жигулина запечатлена хроника драматической борьбы А.Т. Твардовского за присуждение престижной премии автору «Одного дня.». Вот только одна из записей на эту тему:

«2 мая 1964 года, суббота, праздник.

<.> Много слышал (и часто из первоисточников - например, от Егора Исаева) о борьбе в Комитете по Ленинским премиям. <.> Страсти там здорово разыгрались. Какой-то дегенерат из правых <.> договорился до того, что во всеуслышанье заявил на Комитете, что Солженицын был осужден вовсе и не

безвинно, что он вовсе не тот, за кого выдает себя. <.> Факт, однако, показательный. Подонки кочетовского лагеря прибегают к прямой клевете. <.> Эти измышления давно распространяются. Результаты голосования в Комитете стали известны задолго до их опубликования. Очень хорошо, что Исаев не получил премию. Это большая радость, она отчасти уравновешивает неудачу «Ивана Денисовича». Хотя, конечно, было бы лучше, если бы был достигнут компромисс. Но правые не пошли на него. <.> Сам Егор Исаев говорил мне, что его убили голоса защитников Солженицына. Вот почти дословные слова Егора: «Дело в том, что все мои сторонники выступали против Солженицына. И Твардовский решил: раз забаллотировали «Ивана Денисовича», значит, и Исаеву не быть лауреатом» [Дн. № 87. С. 36].

«Каким-то дегенератом из правых.» оказался первый секретарь ЦК ВЛКСМ С.П. Павлов, заявивший при обсуждении кандидатуры Солженицына в Комитете по Ленинским премиям на 1964 год, что писатель был осужден не по политическому, а по уголовному делу.

В ответ на клевету Твардовский представил на следующем заседании выписку из «дела Солженицына», полученную в Военной коллегии Верховного суда СССР Документ подтверждал, что Солженицын был незаконно репрессирован по печально знаменитой 58-й статье УК РСФСР.

На страницах дневника А.В. Жигулина и «Рабочих тетрадей» А.Т. Твардовского подробно отражена история многолетнего идеологического конфликта «Нового мира» с властями, начавшегося практически сразу же после смещения Н.С. Хрущева с высших постов в октябре 1964 года.

После прихода к власти нового руководства во главе с Л.И. Брежневым курс на десталинизацию был свернут, в экономике и общественно-политической сфере наметился возврат к командно-административной системе, в идеологии «оттепель» сменилась «заморозками». Изменилось и отношение

власти к «Новому миру».

Под бдительным оком Главлита (Главное управление по делам литературы и издательств

- орган государственного управления СССР, осуществлявший цензуру печатных произведений и защиту государственных секретов в средствах массовой информации в период с 1922 по 1991 годы), постоянной опекой идеологических отделов ЦК КПСС, «Новый мир» был похож на осажденную, но не взятую врагом крепость.

Несколько записей А.В. Жигулина на эту

тему:

«3 декабря 1968 года, вторник.

<.> «Новый мир» находится на последнем издыхании. Зарезали, задавили, задушили. Журнал из-за бесконечных цензурных терзаний опаздывает с выходом на 2-3 месяца. И все-таки, несмотря на рогатки, печатает великолепные вещи. Читал в эти дни девятый номер. Великолепная статья В. Лакшина «Посев и жатва». Радуешься, что есть в наше мрачное время люди, прекрасно понимающие, что к чему. Вот почему пронзает сердце вопрос: «Какие классовые, социальные принципы привели к перерождению аппарата власти?». И пусть вопрос, судя по статье, относится к Великой французской революции. Мы-то знаем, что это герои пьесы «Большевики» говорят о Французской революции. В пьесе М. Шатрова показан вечер 30 августа 1918 года, но герои пьесы, революционеры-ленинцы, как бы

предчувствуют появление в будущем и Сталина, и прочих» [Дн. 109, с. 148 - 149].

«23 марта 1969 года, воскресенье.

<.> Пришел, наконец, первый номер «Нового мира». Истерзанный, изломанный, но живой! Выход каждого номера этого журнала

- редкий праздник в тяжких буднях нашей многострадальной литературы. Когда берешь в руки свежий номер, сразу жадно смотришь содержание (что там?!). Ефим Дорош. Новые стихи Твардовского. Даже под невинной рубрикой «Из редакционной почты» чаще всего скрывается интересный, острый материал» [Дн. 110, с. 130 - 131].

Профессиональные приемы

политического дискурса, которые были вынуждены применять авторы «Нового мира», чтобы донести до читателя правду, нередко вызывали иронию у самих писателей. Например, в дневнике А.В. Жигулина запечатлен такой эпизод, связанный с придирками цензуры к его лагерным стихам:

«29 января 1966 года, суббота.

<.> В «Сов<етском> пис<ателе>» видел Давида Кугультинова. Он огорчился, когда я ему рассказал о своих злоключениях с книгой:

- Значит, о культе, о лагере ничего не пускают. Ну а намеки?..

Что ж, намеки на культ могут и пройти. Они, эти деятели вроде Кугультинова, Кулиева, Ручьева, в основном и пишут намеками на больные темы. Приспособились. Особенно Кайсын. Он и в «Октябре», он и в «Новом мире» [Дн. 94, с. 16 - 17].

Ситуация вокруг «Нового мира» значительно ухудшилась в августе 1968 года -после трагических событий в Чехословакии. Вторжение советских войск в братскую социалистическую республику было крайне негативно воспринято в редакционном коллективе «Нового мира», который во многом разделял и поддерживал идеи чехословацких коммунистов-реформаторов.

Твардовский был потрясен

произошедшим. Об этом, в частности, свидетельствует его запись в «Рабочей тетради»:

«29.VIII.68. Пахра.

Страшная десятидневка.

Что делать нам с тобой, моя присяга,

Где взять слова, чтоб рассказать о том,

Как в сорок пятом нас встречала Прага

И как встречает в шестьдесят восьмом.

Записывать - все без меня записано.

Встал в 4, в 5 слушал радио — в первый раз попробовал этот час. Слушал до 6, курил, плакал, прихлебывая чай» [9, с. 143].

Незадолго до этих событий А.Т. Твардовский обратился к Генеральному

секретарю ЦК КПСС ЛИ. Брежневу с просьбой принять его для разговора о проблемах «Нового мира». Поговорить с руководителем партии было о чем: непрекращающаяся травля «Нового мира», произвол цензуры, искусственно

сдерживаемая на местах подписка на журнал, в том числе в Днепропетровской области, которой Брежнев руководил в послевоенные годы. После пролитой в Праге крови Твардовский уже не видел смысла в такой встрече.

Аналогичной была реакция на чехословацкие события и А.В. Жигулина. Дата начала военного вторжения в ЧССР в его дневнике обведена траурной рамкой.

«21 августа 1968 года, среда.

Очень сильно болит сердце!.. Утром, в восемь часов, услышал сообщение ТАСС:

«ТАСС уполномочен заявить, что партийные и государственные деятели Чехословакии обратились за братской помощью.» Цитирую по памяти и не ручаюсь за буквальную точность. Смысл утреннего сообщения таков: войска стран -участниц Варшавского договора сегодня вступили на территорию ЧССР. Впрочем, не вступили - сказано так: «введены».

В полдень сообщение было подробнее. <.> Можно предположить, что, во всяком случае, Прага пока не оккупирована. Возможно, что в Чехословакии идут бои.» [Дн. № 108, с. 126 - 128].

«22 августа 1968 года, четверг.

<.> Весь день эфир ломится от разноязыких и разноречивых сообщений. Только и слышно на разных языках: Чехословакия, Чехословакия. Пересказывать сообщения нет смысла. Как-нибудь историки со временем разберутся во всем происходящем. Я поэт. И у меня просто болит сердце» [Дн. № 108, с. 128 - 129].

5 сентября 1968 года А.Т. Твардовский ответил решительным отказом на предложение секретариата Союза писателей СССР подписать «Открытое письмо писателям Чехословакии».

«Рабочие тетради» неопровержимо

свидетельствуют: в конце 1960-х годов А.Т. Твардовский шаг за шагом все дальше отходил от канонов марксистско-ленинской идеологии и все больше разочаровывался в социалистическом строе.

Руководство Союза писателей долго не решалось уволить А.Т. Твардовского с поста главного редактора «Нового мира», учитывая его внушительный общественный авторитет и былые заслуги. Было решено действовать в соответствии со старой русской поговоркой: «Не мытьём, так катаньем». После решения секретариата Союза писателей СССР о снятии ключевых фигур в редколлегии журнала и назначении на эти должности людей, совершенно не известных Твардовскому или состоявших в «противоположном лагере», в феврале 1970 года он был вынужден сложить редакторские полномочия.

Дневниковые записи А.В. Жигулина убедительно доказывают особую значимость «Нового мира» А.Т. Твардовского в истории отечественной литературы и журналистики, большую роль журнала в духовно-нравственном пробуждении общества в послесталинскую эпоху [10].

Например, 2 апреля 1963 года А.В. Жигулин отмечал: «.При всех ошибках «Новый мир» сейчас - единственный настоящий журнал. Лет через 50 наши внуки в школе будут по учебникам изучать роль нынешнего «Нового мира» в создании советской литературы, как сейчас дети изучают в школах роль «Современника» [Дн. № 80, с. 77 - 78].

А незадолго до ухода А.Т. Твардовского из жизни А.В. Жигулин написал в дневнике: «Общественно-гражданская деятельность Твардовского и его поэзия в истории русской литературы сопоставимы только с жизнью и творчеством Н.А. Некрасова» [Дн. № 118-а, с. 5].

В результате проведенного исследования можно сделать следующие выводы.

1. Введение в научный оборот материалов писательского архива А.В. Жигулина (дневники, эпистолярий, различные документы) позволит расширить знания об основных этапах его

жизненной и творческой биографии, внести новые штрихи в историю отечественной литературы и журналистики второй половины ХХ века.

2. Дневниковые записи А.В. Жигулина дополняют и уточняют информацию о деятельности журнала «Новый мир» в годы «оттепели» и начала эпохи «застоя», о его роли в духовно-нравственном пробуждении общества, о взаимоотношениях редакции с властью и цензурой, полностью опровергают версию о конформизме А.Т. Твардовского.

3. Сопоставительный анализ дневника А.В. Жигулина и «Рабочих тетрадей» А.Т. Твардовского 1960-х годов позволяет сделать вывод о схожести или даже полном совпадении взглядов их авторов по ключевым вопросам литературного процесса и общественно-политической жизни страны.

4. В преддверии приближающегося 100-летия со дня рождения А.В. Жигулина нам представляется целесообразным безотлагательно начать подготовку научного издания его писательского дневника. Реализация сложного и перспективного проекта на наш взгляд, может стать крупнейшим событием не только в литературоведении и журналистике, но и в духовно-культурной жизни современной России.

Список литературы

1. Твардовская В. Золотоносов против «Нового мира» // Вопросы литературы. 2007. N 1. С. 56 - 65.

2. Водолазов Г.Г. «Новый мир» А. Твардовского и власть // Костромской гуманитарный вестник. 2012. № 2 (4). С. 5-17.

3. Фонд А.В. Жигулина / Воронежской областной литературный музей им. И.С. Никитина.

4. Колобов В.В. Жигулинский век: документальная повесть. Воронеж : Издательско -полиграфический центр ВГУ, 2011. 328 с.

5. Твардовский А. Несколько слов к читателям «Нового мира» // Новый мир. 1961. №

12.

6. Жигулин А. Флажки. Ночная смена. Земля // Новый мир. 1962. № 1.

7. Солженицын А. Один день Ивана Денисовича : повесть : [предисл. А. Твардовского] // Новый мир. 1962. № 11. С. 8-74.

8. Твардовский А. Рабочие тетради 60-х годов // Знамя. 2000. № 6.

9. Твардовский А. Рабочие тетради 60-х годов // Знамя. 2003. № 10.

10. Колобов В.В. Читая дневники поэта. (А.В. Жигулин о времени и о себе). Тамбов : Тамбовский полиграфический союз, 2016. 320 с.

Об авторе

Колобов Владимир Васильевич - кандидат филологических наук, преподаватель кафедры связей с общественностью, Воронежский государственный университет, ууко1оЬоу2015@yandex.ru