Санкции оспорились предварительно

Суд Евросоюза впервые снял санкции с российского бизнесмена. Правда, пока лишь предварительно. Инстанция постановила исключить из черного списка бывшего главу Ozon Александра Шульгина. Он подпал под ограничения в апреле 2022 года. Почти сразу после этого предприниматель ушел из компании, а затем оспорил санкции в суде. Такой способ защиты до сих пор приносил успех только родственникам бизнесменов, но не им самим. “Ъ FM” обсудил с юристами, что помогло Шульгину выиграть процесс, продолжавшийся больше года. И как это решение повлияет на ход других разбирательств?

Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ

Поводы для санкций против Александра Шульгина с самого начала были довольно хрупкими. По сути, они сводились к тому, что он — «влиятельный бизнесмен». Что означает это понятие, Совет ЕС не объяснил, но вспомнил и про руководящую должность предпринимателя, и про его присутствие на встрече бизнеса с Владимиром Путиным 24 февраля 2022 года. Та беседа обеспечила место в черных списка почти всем ее участникам, поскольку европейские власти зачислили их в круг приближенных к президенту.

Шульгин не согласился с такой логикой, а еще указал, что покинул пост в Ozon. Но выиграть процесс ему помогли не только собственные доводы, а еще и слабая аргументация Совета ЕС. Юрист практики санкционного права и комплаенса BGP Litigation Дмитрий Дворецкий проанализировал решение суда:

«Суд указывает на то, что снятие с себя должности генерального директора Ozon само по себе не является достаточным основанием, чтобы выйти из санкционного списка. В этом случае Совет ЕС должен был подтвердить в рамках своего расследования, что лицо действительно продолжает сохранять свое влияние на ключевые секторы российской экономики, позволяя извлекать России доходы, входит в ближний круг президента РФ. Но на текущий момент Совет ЕС не предоставил достаточных доказательств своей позиции».

“Ъ FM” дозвонился до Александра Шульгина, но он обсуждать решение суда отказался. Возможно, комментарии здесь преждевременны, отмечают юристы. Дело в том, что Совет ЕС имеет право оспорить постановление инстанции.

Но это не отменяет того факта, что другим подсанкционным бизнесменам до сих пор везло меньше. В один день с решением по Шульгину суд отказался снимать ограничения с четырех других предпринимателей. Один из них — Дмитрий Пумпянский — основатель «Трубной металлургической компании». После попадания в черный список он, по крайней мере на словах, вышел из всех принадлежавших ему активов. Но европейская инстанция продолжает настаивать, что бизнесмен работает в секторах экономики, «приносящих доход российским властям».

Дело в том, что формулу успеха бывшего главы Ozon сможет использовать далеко не каждый фигурант санкционных списков, объясняет специальный советник по санкционным вопросам коллегии адвокатов Pen&Paper Кира Винокурова:

«Если мы будем говорить о менеджерах компаний, то действительно можно будет ссылаться на этот конкретный пример, когда мы точно можем подтвердить, что человек не участвует ни в какой политической жизни, никаких встреч с крупными промышленниками не осуществляет, а тихо уходит, тогда есть шанс успеха. А когда мы говорим все-таки об олигархах, о крупных промышленниках, которые сделали в России состояние и продолжают получать свой основной капитал из РФ, но при этом переехав, однако это их вряд ли спасет».

К слову, суд Евросоюза все-таки дал определение понятию «влиятельный бизнесмен». Им может быть не только человек с большим состоянием или приближенный к власти, но и топ-менеджер. А, значит, под санкции может подпасть любой российский управленец вне зависимости от отрасли.

С нами все ясно — Telegram-канал "Ъ FM".