Как Министерство культуры поддерживает детское и семейное кино

Как Министерство культуры поддерживает детское и семейное кино

Светлана Максимченко

директор департамента кинематографии и цифрового развития Министерства культуры РФ

Алексей Ходорыч:

Всем привет, в эфире снова программа «Классное детство», я ее ведущий Алексей Ходорыч, «Классный журнал» и «ПониМашка», я представляю эти журналы. Сегодня мы поговорим о детском кино, детской мультипликации, и наш гость лучше всего в России об этом знает, это Светлана Борисовна Максимченко – руководитель Департамента кинематографии Минкульта. Я посмотрел многие Ваши интервью, которые Вы давали через несколько месяцев после назначения, и Вы обозначали главные проблемы, с которыми бы хотели на тот момент поработать, это прокатное удостоверение, упрощение порядка выдачи, разработка правил поддержки кинематографа и поддержка индустрии по итогам и в процессе пандемии. Уже прошло чуть больше времени, расскажите о том, что уже сделано и что еще будет сделано.

Светлана Максимченко:

Начну с поддержки. В связи с ограничениями, вызванными пандемией коронавируса, нам в конце года удалось убедить Правительство Российской Федерации и выделить из резервного фонда Правительства 4,2 миллиарда рублей на поддержку российской киноиндустрии, прежде всего кинотеатров. Половина этой суммы ушла напрямую кинотеатрам в начале года и во вторую очередь продюсерам, которые поставили свои релизы, выходили семейные детские релизы у нас на новогодние праздники, поставили их после открытия кинотеатров независимо от ограничений, которые до сих пор существуют в кинотеатрах, то есть в конце 2020 года и в первом квартале 2021 года. Эта довольно существенная сумма поддержки была направлена на поддержку кинотеатрального проката, то есть самих кинотеатров и тех, кто вышел, несмотря на коронавирусные ограничения, с потерями для себя в сборах и зрителях, вышли все равно в это время, чтобы поддержать наши кинотеатры, поддержать всю киноиндустрию. Это был большой шаг по поддержке, связанный с коронавирусной инфекцией.

Что же касается того, что удалось сделать, я пришла в Министерство культуры в конце августа 2020 года, и понятно, что все процессы, которые существуют в Министерстве, не быстрые, требуют определенного времени, потому что любое изменение, которое мы предполагаем внести, например, то же упрощение порядка по прокатным удостоверениям, автоматизации этих процессов, чтобы уйти от бумажных носителей, чтобы это была госуслуга в электронном виде, как мы уже привыкли по многим другим направлениям, так вот это требует необходимости внесения в законодательство Российской Федерации, в законы, через Государственную думу, в общем, все это требует определенного времени, для того чтобы изменить все нормативно-правовые акты, которые вовлечены в этот процесс, связанный с выдачей прокатных удостоверений, и так по всем направлениям. Мы эти процессы запустили, постепенно двигаемся вперед, но понятно, что это займет еще какое-то время.

Алексей Ходорыч:

Предлагаю на машине времени вернуться к Суздалю, где мы договорились о встрече, хоть время и прошло, но тем не менее это был первый фестиваль, на котором Вы побывали в новом качестве. Какие Ваши впечатления от российских мультипликаторов, как бы Вы могли оценить этот фестиваль?

Светлана Максимченко:

Я считаю, что наша анимационная индустрия идет впереди по многим направлениям, и мы видим большие успехи нашей анимации на международных рынках. Буквально недавно у нас выходил проект «Ганзель и Гретель», который вышел на Netflix чуть ли не на первые места, и другие сейчас проекты догоняют в международном поле, мы знаем наши успешные проекты – «Маша и Медведь», «Смешарики», которые с успехом путешествуют по международным рынкам, и это говорит о том, что нам есть чем гордиться. Поэтому каждый фестиваль – это такой смотр, в том числе и Суздальский анимационный фестиваль как один из главных смотров российской анимации и главных конкурсов показывает очередные шаги вперед наших аниматоров.

Также я приняла участие в питчинге молодых аниматоров, который проводился на фестивале, и меня очень порадовал этот питчинг, очная презентация будущих проектов молодых аниматоров, потому что мы увидели, что у нас есть не только мэтры и мастера, которые давно работают в отрасли, но и молодые, которые подтягиваются и которые будут представлять завтра будущее нашей анимации, это радостно видеть, и я очень надеюсь, что эти же молодые ребята придут потом к нам на конкурсы, будут получать на наших конкурсах Министерства поддержку, для того чтобы наша анимация двигалась.

Причем что любопытно, мы обсуждали, что у нас довольно много примеров детской анимации, но пока не много подростковой, 12+, 16 +, и эти молодые ребята, студенты или вчерашние выпускники, приходят с проектами 12+, 16+, и это очень круто, потому что у нас есть такой пробел, разрыв между детской анимацией и взрослым кино, и подростковую аудиторию мы часто теряем. Сейчас многие студии, которые работают с детским контентом, задумываются о том, как им оставить с собой эту подростковую аудиторию.

Алексей Ходорыч:

Я видел, как Вы наблюдали за питчингом, видел улыбку на Вашем лице, и мне тоже эти питчинги очень понравились. Действительно ли в этом году в Минкульте впервые будут питчинги по анимации?

Светлана Максимченко:

Да, тогда в Суздале мы приняли решение, что стоит проводить питчинги по анимации в Министерстве в рамках конкурса, и мы планируем это сделать уже в этом году.

Алексей Ходорыч:

Вопрос про подростковую анимацию Вы совершенно правильно затронули, все в индустрии знают, что тут есть пробел, это вполне объективные причины, считается, что эти продукты не так хорошо монетизируются. Что тут можно изменить? Вы можете больше таких проектов одобрять, чтобы их было больше, но, может быть, какие-то правила по компенсации, допустим, ста процентов рассматриваются?

Светлана Максимченко:

Мы рассматриваем стопроцентную компенсацию сейчас по существующим поручениям Президента для дебюта в анимации в том числе, там не указывается для какого возраста. Тем не менее, вопрос про меньшую монетизацию немного меняется в другую сторону с учетом того, что раньше детский контент не очень пользовался успехом у платформ, сейчас же платформы наращивают свои обороты по аудитории, контенту и испытывают острый недостаток контента в принципе, платформ много, контента мало, и платформы начали обращаться уже к детскому контенту и начинают бороться за него, и я думаю, что рано или поздно они придут к борьбе за подростковый контент. И здесь необходимо дать какое-то предложение платформам, просто ситуация меняется с учетом результатов пандемии по росту платного онлайн-смотрения, что-то поменяется в этом направлении.

Алексей Ходорыч:

Оно не окупалось, потому что все выкладывали на Youtube, там была реклама, а теперь все за абонентскую плату. 15-го мая был выложен проект приказа с новыми правилами по финансированию, я знаю, что в индустрии обсуждается, и мы уже год выпускаем сериал про «ПониМашку», про героиню журналов «ПониМашка», делаем это только на свои средства, это очень тяжело, и мы рассчитываем принять участие. И мы споткнулись на том, что только первые три серии некий ограничитель, второй вопрос был – а не считаемся ли мы дебютом, потому что мы раньше не получали?

Светлана Максимченко:

Дебютом считаются не те, кто не получают, а те, кто снимают свой первый фильм, режиссеры-дебютанты – это те, кто снимают свою первую работу не студенческую, а профессиональную, студенческие работы мы здесь не учитываем, а профессиональные работы считаем. У нас будет определение дебютантов, и чтобы не обсуждалось каждый раз, что такое дебют, мы водим эти определения.

Что касается изменений в приказ, скоро будет вывешена полная версия приказа на общественное обсуждение, и мы думаем про то, что анимационные многосерийные сериалы – это долгий спор, поддерживать авторскую анимацию либо поддерживать коммерческую анимацию. Сериальный продукт – это больше коммерческая анимация, которая изначально нацелена на зрительский успех и на заработок денег. Здесь мы видим роль Министерства культуры в поддержке новых проектов, новых сериалов и их запуска, чтобы они делали пилоты и могли предлагать их тем же платформам или телеканалам и дальше могли выходить в коммерческую плоскость, потому что из года в год поддерживать одни и те же успешные коммерческие сериалы не совсем задача Министерства культуры. Задача Министерства культуры – давать дорогу новым проектам, как дебютным, как молодым аниматорам, как авторскому кино, которые поймут только на фестивалях, и зрители его не поймут, но все равно мы понимаем, что фестивальное кино должно сохраняться, наши анимационные традиции должны сохраняться, и поэтому необходимо поддерживать такие некоммерческие проекты. Но у нас ресурс довольно ограниченный, в связи с пандемией он стал еще более ограниченный, денег стало меньше, и часто к нам приходят и заявляют 20 серий – но как мы можем, отдав 20 серий, не поддержать 20 других анимационных проектов. Мы считаем, что правильно здесь будет поддержать первые серии, которые могут дать жизнь проекту, и дальше проект может пойти уже в свою коммерческую историю, привлекать инвесторов, сопродюсеров, платформы, частные деньги, но при этом мы тогда будем иметь возможность поддержать дебютные проекты, которые никогда не найдут коммерческой поддержки, без возможности запуска, поддержать авторские проекты, то есть логика такая.

Алексей Ходорыч:

Вопрос про серии уже решенный?

Светлана Максимченко:

Мы сейчас вывешиваем на общественное обсуждение, это наша позиция Министерства, не уверена, что кто-то найдет аргументы, которые нас переубедят, но мы всегда готовы обсудить.

Алексей Ходорыч:

Ваша позиция вполне понятна и логична, но тут есть определенный зазор, потому что часто даже на платформы не берут, если нет сезона 26 или 52 серии, и получается, что есть некое начало, когда приходится вкладываться, что-то искать, и, казалось бы, у нас уже 6 серий, где-то это показывается, где-то нет, но на рельсы это бы встало, если бы их было 26.

Светлана Максимченко:

У нас, к сожалению, очень ограничено финансирование. Если бы у нас была возможность поддержать большой объем проектов, мы бы не сомневаясь это поддержали, но мы вынуждены ставить некие ограничения сами себе, потому что в этом году после пандемии серьезно сократилось финансирование не столько в части анимации, но всей кинематографии.

Алексей Ходорыч:

На полнометражное будет 50-70 миллионов, это уровень, который был в прошлом году.

Светлана Максимченко:

Не надо забывать, что у нас с 2019 года есть отдельный конкурс детского семейного кино и анимации в Фонде кино, где довольно существенные бюджеты на коммерческую полнометражную анимацию и на авторскую анимацию в том числе. В прошлом году был поддержан анимационный проект Норштейна и других наших великих аниматоров, а также были поддержаны новые крупные полнометражные анимационные детские фильмы, это поручение Президента, которое вышло в 2018 году, и уже два года миллиард рублей выделяется на поддержку детского семейного анимационного кино.

Алексей Ходорыч:

В студии у меня были неоднократно гости, которые обсуждали этот вопрос. Семейные детские фильмы, отличие понятно, но сама структура прокатов в прошлом приводила к тому, что у нас снимались семейные фильмы. Понимает ли Министерство культуры важность, чтобы были все-таки проекты именно детские, которые апеллируют к детям, и быть может ситуация уже изменяется из-за того, что теперь платформы работают очень успешно?

Светлана Максимченко:

Если мы говорим про поход в кинотеатр, то обычно дети не идут одни в кинотеатры, и детей одних редко пускают, после 12 лет еще можно представить себе детей, идущих одних в кинотеатр, до 12-ти маловероятно. У меня самой маленькие дети, 7 и 10 лет, и мы всегда ходим в кино все вместе и на анимацию, и на чуть более взрослые детские фильмы. Гораздо более прокатная история в кинотеатрах, когда кино и для детей, и для взрослых. Мы знаем примеры такой анимации и таких фильмов, из последних это «Конек-Горбунок», который собрал у нас больше миллиарда рублей в прокате, и для семейной аудитории вполне себе успешный продукт. Также фильм «Пальма» про собачку, который недавно выходил, дебют поддержан Министерством культуры, тоже собрал неожиданно большую аудиторию, потому что это и детская аудитория, и родители, бабушки и дедушки, получился вполне себе семейный проект и сейчас с удивительным успехом стартует в Японии с невероятными финансовыми результатами и предпродажами билетов.

А что же касается детского контента, то это контент, который будет больше успешен на платформах, особенно для совсем маленьких детей, потому что в кинотеатры детей начинают уже водить после 5-6 лет, более ранняя аудитория в кинотеатрах бывает, но редко и в меньших объемах. Но у нас нет задачи сосредоточиться либо на детском, либо на семейном контенте, мы ждем в Министерстве на наш конкурс и в Фонде кино качественные проекты для детской, семейной аудитории, и пока у нас нет того объема качественных проектов, чтобы мы не знали, кого нам поддержать, детское или семейное.

Есть проблемы с подростковым контентом с точки зрения не только анимации, но и полнометражного кино. Я недавно посетила фестиваль «Край света. Запад» в Калининграде, который тоже при поддержке Министерства проходил в этом году, это фестиваль для подростков и фестиваль фильмов о подростках. Там было подростковое жюри, это международный фестиваль, поэтому в конкурсе были картины абсолютно из разных стран, в том числе одна российская картина. Я слышала обсуждение подросткового жюри, там были ребята 15-16 лет, и те фильмы, которые они выбирали в победители, это были фильмы, которые действительны им близки, актуальны на сегодняшний день, это фильмы про проблемы в социальных сетях, про ребят-блогеров или проблемы про педофилов в социальных сетях, которые охотятся за этими подростками, то есть это проблемы сегодняшнего актуального дня, и здесь контраст с теми проектами, которые приносят на конкурсы Министерства, которые рассказывают в основном о проблемах детей-подростков 90-х или 80-х, в советское время, которые далеки от актуальности. Это тоже имеет право на существование, но это приключения, которые происходят либо в 90-х, либо в 80-х, либо в 70-х, ретро, как та же «Пальма», вполне себе ретро-фильм, где люди без мобильных телефонов, без социальных сетей, интернета, без проблем буллинга, Инстаграма и ТикТока. К сожалению, на такой контент много подростковой аудитории мы не соберем, детскую еще как-то можно, лет до 10, а после 10 мы уже детскую и подростковую аудиторию таким контентом, светлым, добрым и приятным, с ретро-флером не соберем. И это огромная проблема детского семейного кино, которое пытается говорить про сказки, прошлое, но вообще не затрагивает актуальные вопросы, которые действительно волнуют детей, которые сидят в мобильных телефонах, играют бесконечно в игры с самого маленького возраста и живут немножко в другой реальности, в которой взрослые кинематографисты представляют, что они живут.

Алексей Ходорыч:

Вы важную проблему затронули, потому что в 2018 году Владимир Владимирович Путин говорил о необходимости увеличения позитивного контента в интернете, все стали вспоминать Америку 30-х годов, где волевым усилием продюсерского сообщества выходили позитивные фильмы, которые помогли Америке возродиться. С другой стороны, Вы правы, что подросткам интересно то, что их сейчас волнует.

Светлана Максимченко:

Никто не говорит, что это должен быть негативный контент, это могут быть позитивные истории, другое дело, что они должны быть актуальны. Весь позитивный и патриотический контент у нас часто начинает считаться, что это только контент про войну. Но не всегда тех же детей увлечешь военной тематикой, и главное, что это уже далекое прошлое. Патриотический контент возможен и на сегодняшнем дне, те же врачи, которые работают в «красных зонах», или другие социальные проблемы, но вопрос как увлечь этим позитивным, социально важным контентом детей и молодежь, большой вопрос к режиссерам, сценаристам, к тем, кто такие истории должен выдумывать и предлагать, не забывая про актуальность сегодняшнего дня.

Алексей Ходорыч:

Очень важный вопрос, который обычно обсуждается теми, кто имеет отношение к производству фильмов, – дальнейшая судьба произведенных продуктов. Часто на этапе отбора, даже если это не питчинг, обычное голосование, выбирают хорошие проекты, но есть истории, когда выбран хороший проект, а в итоге выходит что-то, что даже потом не попадает на экраны. И Вы знаете эти разговоры, что многие продюсеры привыкли осваивать, снимать за три копейки. Обсуждаются меры по контролю, по принятию сделанных вещей, чтобы минимизировать этот процесс?

Светлана Максимченко:

Безусловно, сейчас будет более жесткий подход к отбору проектов изначально, к их приемке, и вряд ли мы будем выводить все эти негативные истории в публичное поле и публично их обсуждать, но те, кто привыкли получать поддержку, почувствуют в действии все новые меры по контролю за тем контентом, который будет выходить при поддержке Министерства.

Алексей Ходорыч:

Какие еще изменения ожидаются к ближайшему конкурсу помимо того, что Вы сказали про питчинг? Может, что-то упростится или наоборот, что-то еще изменится?

Светлана Максимченко:

Мы кардинально не успеем поменять в этом году, потому что для кардинального изменения неких условий конкурса необходимо изменение нормативно-правового акта, это занимает время. Я думаю, что какие-то более глобальные изменения нас ждут в следующем году, та же автоматизация процесса приема заявок, отсутствие бумажных историй, но это все следующий год, в этом году мы чуть-чуть поменяем пакет документов. Сейчас мы вывесим эти изменения, которые будут введены, не буду вдаваться в детали, это техническая часть, которую не все слушатели и зрители поймут, но эти изменения будут, поэтому предлагаем внимательно с ними ознакомиться на бумаге.

Алексей Ходорыч:

Завершая вопрос по техническим моментам приема работ на конкурсы, был ряд эпизодов, когда заявки не проходили даже до голосования, потому что не все было очевидно прописано. Например, нигде не прописано, что нужна мокрая печать на рекомендациях от каналов, а в итоге по этим основаниям не проходили. Сейчас все будет более прозрачно и понятно, что нужно.

Светлана Максимченко:

Мы постараемся сделать более прозрачной систему, поясним подробнее, разберем примеры и дадим возможность доносить документы по заявкам.

Алексей Ходорыч:

Когда в этом году стартует конкурс?

Светлана Максимченко:

Все конкурсы у нас начнутся объявляться с конца июня-начала июля в общем порядке, и когда мы точно поймем первую дату начала, сразу объявим даты всех конкурсов и даты всех питчингов, всех этапов. Когда мы поймем первую нашу дату, потому что она зависит от нескольких внутренних факторов, в том числе принятия приказов, и как только будет информация, что мы можем стартовать, тогда сразу распишем все даты конкурса. Ориентируемся на конец июня-июль.

Алексей Ходорыч:

Я в одном из интервью читал, как Вы с детьми смотрели «Москва-Кассиопея», хотелось бы еще узнать о том, что Вам нравится из современных или старинных фильмов.

Светлана Максимченко:

У меня двое детей, мы довольно часто ходим в кино, на самом деле, мы ходим практически каждые выходные в кинотеатры и плюс еще смотрим что-то на платформах, и дети сами смотрят на платформах сериалы, мы к ним присоединяемся. Стараемся смотреть практически каждый детский релиз, который выходит, потому что знаем, что почти неделю выходит 1-2 детских релиза в кинотеатрах, и все полнометражные фильмы, российские и зарубежные, анимационные картины стараемся захватить, и не только детские, на 9 Мая мы ходили на «Девятаева» с детьми, хотя это вроде как 12+ фильм, но я решила, что в 7 лет уже можно посмотреть патриотическое кино. Мне было интересно, как дети воспримут, и вполне себе интересно, даже не страшно было, потому что там есть сцены убийства, жестокости, хотя часто нам пишут обеспокоенные родители, почему разрешаете показывать детям фильмы, где происходит убийство. Я

боюсь, что в играх дети смотрят гораздо больше жестокости, или если они смотрят телевизор, мои дети не смотрят телевидение, а только выборку на платформах, на детских каналах, но те дети, которые имеют доступ к телевидению, новостям, взрослым передачам без возрастных ограничений, то там гораздо больше жестокости, чем в патриотических фильмах, которые иногда идут с грифом 12+.

Я ориентируюсь не на свои любимые фильмы, а на то, что любят дети, но я стараюсь показывать им что-то классическое, начиная от советской старой анимации, советских детских фильмов, хотя детские фильмы идут тяжелее, чем анимация, советскую анимацию они воспринимают с самого детства, все, как и я, думаю, показывают детские любимые мультфильмы с самого раннего возраста. Недавно мы ходили в новый «Союзмультпарк», который открылся на ВДНХ, они были счастливы увидеть героев мультфильмов в виде развлекательных аттракционов. А так мы смотрим из классики и диснеевские работы, и Миядзаки, японскую анимацию с удовольствием. Я стараюсь, чтобы они смотрели максимально много контента и сами потом уже выбирали, что им нравится, потому что чем больше у них будет кругозор, тем лучше.

Алексей Ходорыч:

Я традиционно проанонсирую наши издания. Вышли майские номера «ПониМашки», это журнал для дошкольников, и «Классный журнал», сейчас они в продаже, но лучше подписаться на Почте России. «ПониМашка» про Африку, как всегда, много заданий, раскрасок, есть все, что нужно вашим детям. «Классный журнал» посвящен нашем мозгу, тут есть и чтение, и постеры, и познавательная информация, и сканворды, и новости, подписывайтесь, не пожалеете.

Светлана Борисовна, Вы сказали, что российская анимация пользуется популярностью в мировых масштабах. Быть может, стоит какие-то меры предпринимать для продвижения, потому что таких примеров, как «Маша и Медведь» не так уж много, а есть очень много продуктов, когда нужно просто приложить усилия и завоевать весь мир нашими мультфильмами?

Светлана Максимченко:

Мы сейчас как раз работаем над комплексным продвижением российского аудиовизуального контента, это то, что касается и художественное кино, и анимации, и сериалов. У нас есть Роскино, которое представляет Россию на международных кинорынках, организует Неделю российского кино и представляет также Россию на российских фестивалях. 8 июня стартует большое профессиональное событие, организуемое Роскино при поддержке Министерства культуры, Key Buyers Event, это мероприятие для покупателей контента за рубежом, то есть мы продвигаем, рассказываем о наших российских новинках зарубежным дистрибьюторам, платформам, дистрибьюторам, которые в кинотеатрах прокатывают, фестивальным отборщикам. Это был открытый прием заявок всех, кто хотел бы продвинуть свой контент за рубеж, и у нас там планируется почти 50 премьер российских фильмов и анимаций, которые мы покажем зарубежным покупателям, то есть профессиональным игрокам, которые потом будут уже прокатывать и показывать наш российский контент.

Эти системные движения мы начали некоторое время назад, в прошлом году прошла первая онлайн-неделя кино Russian film festival, когда мы на местных платформах в Мексике, Австралии, Бразилии, Испании показывали российский контент, там были полнометражные фильмы и в том числе полнометражная анимация. Постепенно эту работу мы проводим, и у нас планы огромные, есть документ, который сейчас находится в разработке, концепция развития отечественной кинематографии до 2030 года, в том числе среди направления развития российской кинематографии есть блок по экспорту российского контента и блок про поддержку анимации, детского семейного кино, мы это определяем как приоритеты развития.

Алексей Ходорыч:

Этот документ уже куда-то вывешен для ознакомления?

Светлана Максимченко:

Пока нет, мы планируем обсуждение с ключевыми игроками индустрии и представителями различных профессиональных ассоциаций на правительственном совете по отечественной кинематографии, планируется, что в конце июня-в июле это произойдет, после этого мы вывесим на общественное обсуждение и уже будем принимать Правительством этот документ. Он стратегический, небольшой, у нас была большая версия, но с учетом того, что все стратегические документы в сжатой форме, поэтому там в основном указаны без конкретных шагов, общие меры, в каких направлениях мы будем двигаться: экспорт, развитие региональной кинематографии, поддержка развития инфраструктуры, тех же студий, то есть направления, и по каждому будет потом отдельно разрабатываться детализация с участием игроков, хотя разработка этой концепции происходила с участием всех профессиональных ассоциаций, то есть не то, что мы сами взяли в Министерстве и разработали, это ассоциация продюсеров, анимационная ассоциация, ассоциация владельцев кинотеатров, все так или иначе приняли участие в написании концепции, присылали нам свои предложения, которые должны быть включены в эту концепцию. Мы смотрели текст рабочими группами, то есть это предложение профессионального сообщества.

Алексей Ходорыч:

А тот приказ от 15-го уже вывешен для обсуждения или только будет вывешиваться?

Светлана Максимченко:

То были принципы поддержки, то есть там было по суммам и категориям, а этот подробный будет до конца недели вывешен.

Алексей Ходорыч:

Ассоциация анимационного кино России, куда и наша компания входит, как вы взаимодействуете, в чем заключается это взаимодействие? Анимация и детское кино – это настолько стратегическая сфера, потому что она влияет и на детей, и на будущее, что, может быть, стоит при проведении конкурсов указывать желаемые направления? Я понимаю, что не задача Министерства направлять, но может быть стоит пытаться, что, например, преимущество будет отдаваться тому-то и тому-то. При всем уважении к поддержке государства, все равно все обычно отмечают (может быть, и несправедливо), что не очень много выходит хороших фильмов, и все думают: как же так, вроде деньги вкладываются, и индустрия работает, а на выходе как-то не очень много. Может быть, это иллюзия.

Светлана Максимченко:

Здесь несколько факторов. Во-первых, мы должны понимать, не каждый поддержанный фильм, потому что мы его поддерживаем, исходя из начальных сценариев или описания проекта, выходит талантливым и успешным зрительски. Если бы это была математика, которую можно просчитать, тогда бы вся наша киноиндустрия была суперуспешна и безошибочна. Мы прекрасно знаем примеры, когда фильмы, которые финансировались очень большими бюджетами, проваливались у зрителя, мы знаем примеры, когда фильмы случались не такими успешными, как планировались, когда фильмы так и не были сняты, и по ним идут суды. Таких примеров много, и сделать так, чтобы такого вообще не случалось, это утопия, все равно будут проекты не сложившиеся, как любая компания мечтает сделать суперуспешный проект, но не у всех получается, хотя намерения у большей части, мы надеемся, сделать классный продукт, который всем понравится. Можно ли предсказать сразу понравится, не понравится, получится, не получится – не во всех случаях. Во многих действительно можно, когда ты понимаешь, что за проектом стоит сильный режиссер, сильный продюсер, сильная команда, когда ты знаешь, что большинство проектов у данной команды успешные, то у тебя есть предположение, что будет успешен их следующий проект, хотя и здесь бывают осечки.

А с другой стороны, мы такими принципами не можем руководствоваться в подходе к дебютному кино. Поддержка дебютов – это наша возможность поддержать как можно большее количество проектов, чтобы найти одного, двух, трех будущих гениев. Мы предполагаем, что из всего пула поддержанных проектов какая-то часть, возможно, не будет успешна, не получит призов на фестивалях, не будет успешной у зрителей, и наша задача придумать, как количество таких проектов сократить. И мы рассуждаем, думаем, какие мы можем ввести дополнительные критерии, чтобы уменьшить количество таких проектов.

Алексей Ходорыч:

Может быть, сделать некий совет по детскому кино и молодежному контенту при Минкульте, или это все затратно?

Светлана Максимченко:

Здесь вопрос не затратный, здесь вопрос ресурсный. У нас помимо детского и семейного кино есть еще довольно большое количество конкурсов, и если сделаем один совет, необходимо будет сделать еще несколько советов. При этом у нас есть экспертные советы, которые рассматривают поданные заявки, это есть в процедуре всех конкурсов, мы будем эти экспертные советы сейчас существенно обновлять и спрашивать мнение всей индустрии, собирать голоса за этих экспертов, которые будут принимать окончательное решение, и это будет первый шаг, а дальше будем думать. Нам бы не хотелось сейчас создать многочисленное количество экспертных советов, с которыми мы потом не сможем просто двинуться дальше.

Алексей Ходорыч:

Про ассоциацию анимационного кино, как вы взаимодействуете?

Светлана Максимченко:

Мы открыты к коммуникации со всеми ассоциациями, которые к нам приходят, и мы обсуждаем и готовы обсуждать все предложения, которые к нам приходят от ассоциаций. Когда к нам приходят конкретные предложения в письменном виде или на совещаниях, встречах, которые мы всегда проводим, когда к нам приходит такой запрос, мы всегда делаем какие-то шаги навстречу. Представители ассоциаций входят в Правительственный совет, будут участвовать в обсуждении нашей концепции, и когда идет вопрос, связанный с анимацией, мы обращаемся к профильным ассоциациям.

Алексей Ходорыч:

Сколько минут будет питчинг на конкурсе?

Светлана Максимченко:

Я думаю, примерно 5 минут будем давать.

Алексей Ходорыч:

Тема настолько многообразна и всеми очень часто обсуждается, и все хотят, чтобы все изменилось, и Вы тот самый человек, который сейчас стоит в процессе перемен, и наверняка у Вас очень много информации, может быть, Вы хотели бы что-то добавить.

Светлана Максимченко:

Повторюсь, мы открыты к индустрии, ко всем, кто создает в данном случае детское и семейное анимационное кино, и мы готовы, открыты к разговору. Все изменения, которые мы будем проводить, будем рады обратной связи, фидбэку и готовы обсуждать.

Алексей Ходорыч:

Спасибо огромное за беседу. Хотел бы Вам пожелать, чтобы все Ваши намерения были максимально хорошо реализованы, потому что все мы за этим следим, все мы в этом нуждаемся и желаем удачи.