Этноспецифика эмотивных устойчивых сочетаний в осетинском языке

Вестник Челябинского государственного университета. 2010. № 29 (210). Филология. Искусствоведение. Вып. 47. С. 53-56.

Л. Б. Гацалова, Л. К. Парсиева

ЭТНОСПЕЦИФИКА ЭМОТИВНЫХ УСТОЙЧИВЫХ СОЧЕТАНИЙ

В ОСЕТИНСКОМ ЯЗЫКЕ

В статье рассматривается этноспецифика семантического поля эмотивныхустойчивых сочетаний. Проводится лингвистический анализ производных междометных единиц в осетинском языке с учетом особенностей употребления их в устной и письменной речи в зависимости от гендерно-возрастной принадлежности коммуникантов.

Ключевые слова: осетинский язык, производные междометия, эмотивные устойчивые сочетания, этноспецифика, гендерная маркированность.

Среди производных междометий важное место занимают устойчивые фразеологические сочетания, которые утратили самостоятельное лексическое значение и выполняют функцию междометий. Междометные устойчивые сочетания обладают основными свойствами фразеологизмов - целостностью, воспроизводимостью, образностью и экспрессивностью.

Значительным источником пополнения междометий в осетинском языке являются фразеологические сочетания, непосредственным образом отражающие процесс коммуникации. Функция междометных единиц - быть средством выражения ментального, эмоционального состояния или эмоционального отношения говорящего к речевой ситуации. Междометные фразеологические единицы усиливают образность, экспрессивность речи, способствуют более яркому проявлению эмоций говорящего.

В своем труде «Очерки по фразеологии осетинского языка» профессор М. И. Исаев выделил фразеологизмы междометного характера, отметив, что «по составу компонентов они могут быть самыми разнообразными, начиная от ничего не значащих словосочетаний и кончая распространенными предложениями»1. С семантической точки зрения данные устойчивые сочетания разделены на группы, выражающие:

1) боль, скорбь, испуг;

2) подъем, порыв;

3) удивление, возмущение;

4) угрозу;

5) отвращение, презрение;

6) желание;

7) негодование, разочарование;

8) обращение, восклицание2.

К междометным фразеологизмам относятся и многочисленные формулы доброго и дур-

ного пожеланий, благодарности и поздравлений, сочувствия и соболезнования, угроз, ласкательных выражений и т. п. Рассматривая формулы проклятий осетинского языка, М. И. Исаев указывает на их тесную связь с историей, этнографией и условиями жизни осетинского народа: «Наличие в осетинском языке большого числа формул, выражающих различные проклятия, объясняется тяжелыми условиями, в которых жили осетины раньше. Самый незначительный ущерб, нанесенный небольшому хозяйству горца, приводил последнего в отчаяние, и в адрес виновника извергались фонтаны проклятий, в магическую силу которых люди верили»3.

Междометные устойчивые сочетания, несмотря на свой нечленимый характер, представляют собой явление развивающееся, динамичное, проду ктивное, являются выразителями самобытности каждого языка, отражают этноспецифику языка, особенности общения между людьми, степень эмоциональности носителей того или иного языка. Характер эмотивного речевого поведения отличается национальной специфичностью.

В устной речи осетин имеют широкое употребление формулы выражения возмущения, негодования, недоумения, страха. Некоторые из этих формул в настоящее время встречаются в основном в художественной литерату ре и драматургии, другие характеризуются активным использованием в живой разговорной речи. Следует отметить, что существует этнокультурная и социально-гендерная дифференциация их употребления в устной и письменной речи.

Частотное употребление и в устной, и в письменной речи имеет выражение ‘маэ хаедзар’ - ‘мой дом’. Исследователи подчеркивали, что слово русского языка ‘дом’

не может полностью передать семантику осетинского понятия ‘хаедзар’. Дом, очаг у осетин был священным, неприкосновенным, враг, переступивший порог дома, становился гостем этого дома, и никто не имел права обидеть его. «Хгедзар - это центральное помещение в доме. Из скольких бы комнат ни состоял дом, жизнь семьи в основном протекала в “хэедзаре”. Вокруг “хэедзара” росла и сплачивалась семья»4.

Выражения 'мх ххдзарыл 'на мой дом ‘л/аз ххдзар феххлд ‘разрушился мой дом ‘мх ххдзар куыд хзглы ’ - 'как рушится мой дом ’ передают испуг, тревогу, беспокойство. Степень проявления эмоции активная. В русском языке точного соответствия нет, при переводе приблизительно можно передать его междометными единицами, близкими по семантическому содержанию с поясняющим предложением, соответствующим контексту, например:

Солым. ЛЗгъдау афтае амоны, иу шфсымазр фаезиан, уаед йаг бинойнаг иннге аефсымаераен хъуамэе баззайа! Куы на; бафаенда, уазд! Л:мае на; цаеуылнае хъуамзе бафаенда? Маен фаенды. Лазппуйы фаенды. Ныртаеккаг ма Гаебийы аефсоны фарст бакагндзыстаем, амае фгеци!

Гонион. Мхнх та .мае ххдзар куыд ххлы! Магнае цагмагй тарстагн, уый маг сгер куыд баййгефта! Нае лаег. ды афтае куы бакаенай, уаед маехи рагъаеныл аерцауындздзынаен (Хуыгаты Г. Хъаездыг хаедзар).

Солым. По нашим обычаям, когда умирает один брат, то вдова должна стать женой его брата! Если мы захотим, тогда! А почему мы не должны захотеть? Я хочу. Парень хочет. Сейчас мы еще Габи спросим для вида, и все!

Гонион. О, как вновь рушится мой дом! О, как меня постигло то, чего я боялась! Если ты так посту пишь, то я повешусь.

Интересно отметить трансформацию семантики данного устойчивого сочетания. Так. выражение ‘.иге хаедзар\ имеющее частотное употребление в устной речи пожилых женщин, довольно активно функционирует и при непосредственном общении молодых людей. При этом они используют его для выражения иронического отношения, недовольства, удивления и других эмоций при общении не только на осетинском, но и на русском языке, иногда присоединяя к слову ‘ххдзар’ - 'дом’ суффикс русского языка -ик: ‘мае хаедзарик’, а также употребляют данное образование в фор-

ме множественного числа ‘мае хаедзарики’, например, выражение удивления, недовольства, зафиксированное нами в речи студенток СОГУ (деву шки 19 и 20 лет):

- Завтра всем сказали подойти к первой паре, на медосмотр пойдем...

Маеххдзарики! Опять, что ли?..

В речи молодых людей описываемое эмо-тивное устойчивое сочетание используется «в готовом виде», при этом, как показывают проведенные нами социолингвистические исследования, говорящий часто не имеет представления о происхождении, первоначальном семантическом содержании и этноспецифике у потребления данного междометного образования.

В. И. Абаев указывал: «Центраитьное место в мировоззрении древних осетин занимал комплекс: небо - солнце - огонь - свет»5. Поэтому многие клятвенные формулы в осетинском языке связаны со словом 'арт' -‘огонь': ‘дх зынг быхуыссхдГ - ‘чтоб затух огонь твоего очага’; ‘да; артыл дон акаен!’ -‘налей воды на свой огонь!’. У осетин, если в доме умирал последний продолжатель рода

- представитель му жского пола, исполнялся такой магический ритуал: огонь заливался водой, снималась надочажная цепь - святыня домашнего очага - это означало гибель дома,

о нем говорили: ‘Хаедзар бабын ис’ - ‘Дом погиб'6.

Так, в художественных текстах часто встречается экспрессивное устойчивое сочетание 'мх арт бауазхл ’ - остыл мой огонь Употребляется исключительно лицами женского пола, является активной реакцией на вербальный или невербальный стимул, выражает страх, тревогу, беспокойство, например:

Дасхан. Мх арт бауазал! Мае чызг сэерра! Бауромут агй! Уыцы аефсадма; хаеринаегтаей фажагсдзына;н, аервитын саем мае’ппает аеххуырстыты дар. гъе рмаст сымах ма цаут, чыздаыта! (Хасмыцаты Ц. Арвай аервыст лаег).

Дасхан. Остыл мой очаг! Моя дочь сошла с ума! Остановите ее! Я помогу этому войску7 продовольствием, пошлю всех своих батраков, только вы не идите туда, девушки!

Устойчивые эмотивные сочетания, содержащие слово ‘бындур’ - ‘основа', буквально: ‘основной камень’, также характеризуются гендерной маркированностью. Выражение ‘мж бындурыл' передает страх, тревожное состояние, беспокойство. Степень проявления

Этноспецифика эмотиеных устойчивых сочетаний

55

эмоционального состояния активная. Часто встречается в художественных текстах, имеет широкое употребление в устной речи женщин, представителей старшего поколения:

Ацырухс. На;, гыцци. Жз никуы скащдзынэгн мой.

Дасхан. Мх бындурыл\ Цагуылнаг уаед?! (Хгемыцаты Ц. Арвгей гервыст лагг).

Ацырухс. Нет, мама. Я никогда не выйду' замуж.

Дасхан. О. моя основа! Почему это?!

Для выражения страха, ужаса, беспокойства используется экспрессивное выражение '.1/ас къонайыл’ - буквально “на мой очаг’. ‘Кьона - ‘очаг’, используемое в женских заклинаниях, приближается к слову 'хгедзар

- ‘дом’. С ним связано понятие тепла, огня, основы семьи, употребляется исключительно в речи женщин, сопровождается характерными жестами - "схватиться за щеки’, ‘ударить себя по коленям’; степень проявления эмоции активная. Например:

- Нана, исты фыдбылыз ныл агрбамбэелд?

- тыхетай бафарста Таймураз...

- Наг, наг, лагппу гыццыл фагллад у.

- Мх къонайыл, мацы мын кгенагд! - йге рустам фаглагбурдта чындз... (Магрзойты С. Фидиуагг).

- Нана, случилась какая-то беда? - с тревогой спросил Таймураз... - Нет, нет, парень немного устал.

О, мой очаг, лишь бы с ним ничего не случилось! - схватилась за щеки сноха...

Также может использоваться в значении междометия, выражающего восторг, изумление, удивление.

Горе, страх, тревогу выражает НЕ 'бабын дагн ’ - 'погибнуть, пропасть, разориться, сгинуть Является активной реакцией на вербальну ю информацию или невербальный стимул, употребляется в речи и мужчинами, и женщинами.

Хадзы. Лагппу!.. (Нырдиаг кодта). Бабын даон! (Иаг рты л фазхагцыд). Бабын дхн!.. (Хгемыцаты Ц. Арвгей гервыст лагг).

Хадзы. Сын!.. (Зарыдал). Пропал я! (схватился за грудь). Пропал я!..

Тревога, испуг, возмущение, удивление передается выражением ‘мхгуыры бонтх' букв, 'бедные дни’. Является активной реакцией на вербальную информацию, встречается в речи женщин. В речи молодых людей употребляется лишь иногда для выражения иронического отношения, создания комиче-

ского эффекта и т. п. На русский язык приблизительно можно передать семантически соответствующими междометными выражениями ‘О, ужас! ’, ‘Как же так! ’, ‘О, боже мой’ и т. п.

- Мхгуыры бонтх! Жмх уагдэе эез зонгзе дагр куы ницы бакодтон! Куыд ницы мын фе.хъусын кодтат! Иску ы ма афта уыди...

Да как же так! А я даже ничего и не узнала! Как вы ничего не сообщили! Разве так можно...

Упрек, утор в осетинском языке передается выражением 'уаих фхуай'. В. И. Абаев определяет ‘уайых фхуай' как выражение упрека, приблизительно переводимое ру сским выражением 'будь ты неладен!’ - «Бираггь дзуры: "Магна; багх, хагрдзынагн даг”»; «Уаих фагу ай, куыд маг хагрыс, маг уаглаг фыды ‘ртау куы наг ис» («Волк говорит: “Конь, я тебя съем”»; «Будь ты неладен, как ты съешь меня, когда на мне нет нисколечко мяса»7).

Интересно, что в «Дигорско-русском словаре» данное выражение характеризуется как междометие: уайхх фхуун межд. будь ты неладен (выражение упрека)*, а в «Осетинско-русском словаре» дан перевод на русский язык постыдился бы, но не указывается его принадлежность к интеръективизмам9. Однако при переводе на русский язык не всегда уместным представляется передача ‘уаих фагуай’ как ‘постыдился бы‘, в зависимости от контекста данное выражение следует переводить, как нам кажется, семантически соответствующими и нтеръе ктивизмам и:

Гагби. Мге маггуыр чызг! Куыд гем си-стон маг къух? Уаих хрбауай, магнгей уый! Цытаг даг сагрмаг хагсыс! (Хугаты Г. Хъагздыг хгедзар).

Габи. Бедная моя дочь! Как я мог поднять на нее руку? Будь я неладен! Как ты мог!

Удивление в осетинском языке передается с помощью выражения 'царциаты диссаггта’

- букв, ‘царциатскис чудеса'. В русском языке по семантическому содержанию приблизительно соответствуют интеръективизмам: ‘Вот это чудеса! ’, ‘Вот это да! ‘Ничего себе! ’ и т. п. Степень выражения эмоции пассивная (в зависимости от речевой ситуации). Может выражать удивление с оттенком радости, иронического отношения. Например, удивление, с оттенком иронии:

Асагбс (агрбаздагхт дзаг ведратимаг). Ахгем хотге стул сымах! Чи зоны, дге хойы дагр стыр ахуыргонд лагг агрхъуыд!

Загринаг. Мхнх царциаты диссхгтх! Мге

сиахс куата: бабаста йаг уэелаг агмаг хагдзары куыстытас кэгны! (Хагмыцаты Ц. Дыууае усгу-ры).

Асабе (возвращается с полными ведрами). Такие вы сестры! Наверное, и твоей сестре теперь у ченый муж понадобился!

Зарина. Вот это да! Мой зять, надев на себя фартук, занимается домашними делами!

Удивление, изумление, недоумение также может быть выражено интеръективиз-мом ‘мхнх диссхгтх' - букв. ‘вот чудеса’. Примерно передать на русский язык можно с помощью НЕ 'ого’, ‘вот те раз’, 'вот это да!' и т. п.

(ЛгрбаисСуынц наглгоймэггты уаглагдарахы Ацырухс, Згелда. За:ри а:мае Саени дагр. Инна: чыздаеытгей уаглдай Ацырухсы къухты ис а:хсгергард).

Ацагмгез. Мхнх диссхгтх! Сымах та чыздэеьше, цаемаен?! (Хагмыцаты Ц. Арваей агрвыст лагг).

Ацамаз. Вот это чудеса! А вы-то зачем, девушки? !

В осетинском языке выделяют «женские», «му жские», «общие» клятвы, заклинания и проклятия. Для женских проклятий и заклинаний характерны слова 'хсерг - 'очень', ‘сау’

- ‘черный', ‘судзгсе’ - парафраза от глагола "судзын’ - ‘гореть’, ‘бындур' - ‘основа’, 'хур"

- ‘солнце’, ‘къона' - ‘очаг’и др.10

Интересным представляется тот факт, что многие проклятия и пожелания осетинского языка в определенной речевой ситуации выступают в качестве междометных единиц. Так как междометием может быть признано слово или выражение, десемантизировавшее-ся в результате интеръективации, то вполне уместным, на наш взгляд, является признание некоторых проклятий и пожеланий междометными единицами. Так, например, достаточно часто используемые в речи выражения «йемынх дх аххсса» - «пусть чума тебя заберет», «иу дхрухмауалуа» - «чтоб ни одного из вас не осталось (в живых)» и т. п., без всякого сомнения, являются междометиями, если они употреблены в речи в качестве непосредственного выражения эмоционального состояния говорящего, как активная реакция на вербальный или невербальный стимул, при

этом говорящий может и не осознавать смысла самого проклятия, которое он только что употребил. Так, по имеющимся у нас аудиозаписям устной речи можно сделать выводы, что такое использование многих проклятий осетинского языка наблюдается достаточно часто. Например, употребление проклятия «удххеехг ух аххсса» - буквально «чтобы тот, кто забирает души, забрал вас» - в речи молодой женщины по отношению к своим детям было непосредственным выражением гнева. То есть во время выражения своего возмущения и гнева о содержании высказанных слов в адрес малолетних детей, по словам женщины, «она и не подумала, просто была очень на них сердита». Таким образом, проклятие в данной речевой ситуации в процессе интеръективации десемантизировалось, то есть перешло в разряд эмотивных междометий.

Эмотивные устойчивые сочетания в осетинском языке многочисленны, а нередко являются результатом персонального творчества. Такого рода окказиональные выражения. проклятия, пожелания характеризуются ярко выраженной этноспецификой. активным проявлением эмоционального состояния говорящего и часто вызывают соответствующую ответную реакцию слушающего.

Примечания

1 Исаев, М. И. Очерки по фразеологии осетинского языка. Орджоникидзе, 1964. С. 99.

2 Там же. С. 99, 100.

3 Там же. С. 44.

4 Магометов, А. X. Культура и быт осетинского народа. Орджоникидзе, 1968. С. 263.

5 Абаев, В. И. Осетинский язык и фольклор. Т. 1.М., 1949. С. 72.

6 См.: Хубецова, 3. Р. Осетинские клятвенные формулы //Вопр. осет. языкознания. Т. XXXII. Орджоникидзе, 1977. С. 63-86.

Абаев, В. И. Историко-этимологический словарь осетинского языка. Т. 4. Л., 1989. С. 42. 8См.: Дигорско-русский словарь. Владикавказ, 2003.С. 498.

9 См.: Осетинско-русский словарь. Владикавказ, 2004. С. 417. ‘

10 См.: Хубецова, 3. Р. Осетинские клятвенные формулы. С. 64.