Право и религия: теоретико-правовые аспекты взаимодействия

Е.В. Бабошина

ПРАВО И РЕЛИГИЯ: ТЕОРЕТИКО-ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

Необходимость комплексного исследования взаимодействия права и религии определена тем, что, несмотря на различные цели их существования, религия и право выступают в виде ценностнонормативных систем в процессе регулирования общественных отношений.

Понимание права как регулятора общественных отношений в правовой науке является традиционным. Так, К. Савиньи утверждал: «Если мы отвлечем право от всякого особенного содержания, то получим как общее существо всякого права нормирование определенным образом совместной жизни многих» [12, с. 7]. В свою очередь, И.А. Покровский указывал, что право «имеет своей общей целью регулирование междучеловеческих отношений» [8, с. 38]. В современной юридической науке принято мнение о том, что «особое назначение права заключается в том, чтобы быть мощным социально-нормативным регулятором, определителем возможного и обязательного поведения индивидов и их коллективных образований» [3, с. 376]. Право, выступая универсальным регулятором общественных отношений, остается одним из инструментов государства [7, с. 68].

Регулятивное назначение права определяется потребностью внести в нормативность в общественную жизнь. Право предстает в виде нормативно регулирующей системы тогда, когда необходимо обеспечить нормативные начала в жизни общества. Таким образом, нормативность права отражает взаимозависимость причинно-следственных связей, при которых следствие корректирует причину, ее формы, ее действие [3, с. 364].

Рассматривая право как регулятор, следует признать, что его миссия в обществе заключается в утверждении нормативных начал, регулятивном правовом воздействии на общественные отношения. Право регулирует общественные отношения во взаимодействии с иными нормами как элемент системы социального нормативного регулирования. Одним из таких элементов является и религия в части своих ценностно-нормативных установлений.

Важнейшей проблемой права исследователи считают социальную природу религиозного права. Во всех священных книгах древних и мировых религий формулируются правила поведения, которые обладают всеми признаками юридических норм - уголовно-правовых, гражданско-правовых и процессуальных. Социальная природа таких норм определяется тем, что их исполнение обеспечивалось государственным принуждением: нарушители религиозно-правовых предписаний подвергались по решению судов смертной казни, телесным и членовредительским наказаниям, несли имущественную ответственность. Это были специфические признаки религиозного права, отличающие его от любых других систем социальной регуляции, в том числе и от религиозной системы. С другой стороны, нормы любого религиозного права тесно переплетаются с религиозными правилами и догматами священных книг; по своей социальной природе они являются юридическими нормами и относятся к правовой, а не сугубо религиозной сфере. Именно поэтому нельзя согласиться с исследователями, которые не видят неразрывной связи религиозного права с государством и рассматривают его лишь как один из структурных элементов религии. Вместе с тем большинство исследователей религиозного права, как уже отмечалось, считают, что оно остается действующим правом лишь до тех пор, пока исполнение его норм обеспечивается государственным принуждением.

Рассматривая правовую и религиозную системы, следует отметить, что каждая из них, представляет собой определенную целостность, элементы которой взаимосвязаны и взаимообусловлены. Именно с таких позиций рассматривает взаимодействие религии и права В.А. Клочков, выделяя следующие существенные связи: 1) воздействие друг на друга их однородных элементов: религиозной идеологии и правосознания, церковных и светских судов, религиозных и правовых норм; 2) совместное воздействие однородных элементов обеих систем на другие социальные системы и общественную жизнь, например, религиозной и правовой идеологии - на нравственные представления, совокупное регулирование юридическими и религиозными нормами общественных отношений; 3) воздействие друг на друга неоднородных элементов религиозной и правовой систем, которое может быть непосредственным, например, регулирование юридическими нормами культового поведения и отношений, внутрицерковной деятельности, и опосредованным (влияние религиозной идеологии на формирование правовых норм через правосознание в результате восприятия правосознанием религиозных идей и представлений); 4) взаимодействие отраслей права с различными сферами религии: регулирование правовыми и религиозными нормами различных сторон церковно-государственных отношений, имущественных и иных прав конфессиональных организаций и служителей культа, узаконение церемоний культа в различных сферах государственной жизни (коронация, инаугурация президента США, религиозная присяга при занятии государственных должностей, религиозная клятва в суде и

др.); 5) взаимосвязь различных отраслей права с религией в целом (например, разная степень их секуляризации) [6, с. 97-98].

Во взаимодействии права и религии как регуляторов общественных отношений на первый план выступают правовые и религиозные нормы как наиболее активные элементы правовой и религиозной систем. Религиозные нормы обладают всеми необходимыми признаками социальных норм, которые проявляются в следующем: 1) религиозная норма выступает как образец для поведения верующих людей, как эталон определенных отношений; 2) ее предписания относятся не к конкретному индивиду, а более или менее широкому кругу людей (священнослужители, миряне) [6, с. 29].

Нормы права на ранних этапах развития «не отделялись от религиозных и были с ними тесно связаны. Древнейшие нормы права были в то же время и религиозными законами; и только потом правовые нормы отделяются от чисто религиозных» [4, с. 20]. В раннеклассовых государствах религиозные нормы закреплялись в устных преданиях, мифах, обычаях, ритуалах, обрядах. В последствии они стали содержаться в законах, указах политической власти, в богословских произведениях религиозных авторов. Для иудейской, христианской, исламской религии характерно письменное закрепление религиозных норм в виде «священных писаний» (Ветхий завет, Новый завет, Коран, Сунна, Талмуд) и основанных на них нормативно-правовых актов высшей политической силы. Стоит отметить, что религиозные нормы чаще всего имеют авторитарный характер, в них в большей мере выражен момент обязательности, принудительности.

Религиозные нормы отличаются от правовых тем, что имеют своей основой религиозные идеи и представления. Так, говоря об иудейском праве, профессор Э. Фальк подчеркивает, что на совершенно одинаковой основе сосуществуют и функционируют, с одной стороны, нормы, закрепляющие процедуру поклонения религиозным культам и отправления религиозных ритуалов, с другой -религиозные нормы, регламентирующие поведение евреев в частной и общественной жизни.

Однако роль религиозных норм не ограничивается регулированием внутрицерковной и межконфессиональной религиозной деятельности. Религия уже в ранних формах регулировала и светские отношения, а право на определенных этапах истории и в ряде стран получало выражение именно в религиозных догмах.

Тесная связь права и религии характерна практически для всех правовых систем народов мира. Нет ни одной системы древнего писанного права, которая не включала бы религиозные предписания и ритуальные правила. Особенно сильное влияние религия оказала на законодательство древних восточных государств: Законы Моисея, Законы Хаммурапи, Законы Ману и др. Религиозные нормы носили юридический характер, регулировали некоторые политические, государственные, гражданско-правовые, процессуальные, брачно-семейные отношения. Сама правовая норма здесь, за редким исключением, имела религиозное обоснование. Правонарушение - это одновременное нарушение нормы религии и права. Взаимодействие религии и права отчетливо выражается в освящении религией, санкционируемых правом социальных институтов освящение власти и личностей царей, королей, императоров [6, с. 95].

Из древнейших правовых систем наиболее сильное влияние религии сказалось на индусском праве. Индийская цивилизация имеет исключительно религиозный характер. Как видно из приведенных примеров, в государствах, где влияние религии было особенно сильным, дифференциация социальных регуляторов происходила замедленными темпами. Даже такие характерные для классового общества нормы права оказались тесно вплетенными в единую нормативную систему с преобладающими в ней религиозными постулатами.

Нормативные системы Древней Греции и Древнего Рима также были далеко не свободны от религиозных влияний. Например, в Византии государственная власть, охраняя неприкосновенность церковного канона, стала придавать постановлениям церковной власти значение государственных законов. При Юстиниане церковные правила стали носить характер государственных. В то же время, возросло число гражданских законов, регламентировавших внешнюю жизнь церкви. Но в этих государствах отсутствовали такие завершенные религиозные доктрины, как в буддизме или исламе. Очевидно, что чем менее общество сковано религиозными доктринами, тем четче отделена правовая система от морали и религии.

Взаимовлияние права и религии достигает своего расцвета в эпоху Средневековья. Переход к феодальной эпохе был связан с четким оформлением мировых религий, поэтому в этот период получает развитие каноническое право, все более утверждаются нормы мусульманского права. Специфика этих правовых систем была в том, что они не ограничивались рамками одного государства, а распространяли свои действия на всех верующих вне зависимости от того, где они находились, и на все страны, где соответствующая религия была господствующей.

По мнению представителей исторической школы права, светское право Европы создавалось на основе освященных христианской религией обычаев и традиций. Дж. Берман считает, что христианская религия в Европе в течение V-X вв. была «единым целым с политикой, экономикой и

правом, которые и сами были едины», а до ХІ-ХІІ вв., «право не было независимым сводом правил и концепций, закрепленных в письменных текстах: оно скорее входило составной частью в общее сознание и совесть различных народов Европы» [1, с. 66].

Развитие канонического права пошло в двух направлениях: светское начало все более уходило под «крышу» государства, а церковное право сосредоточивалось на регулировании тонких внутрицерковных отношений [3, с. 391]. Закрепление светского характера государства во многих конституциях, отделение церкви от государства, школы от церкви - все больше превращают общественные церковно-государственные отношения в объект регулирования светским правом.

Другим примером конфессионального права, существующего и в современных правовых системах стран Востока, является мусульманское право. Как утверждает Р. Давид, тесно связанное с государством мусульманское право имеет не рациональную, а религиозную, «божественную» природу [5, с. 394].

В отличие канонического права, которое не старалось заменить собой римское право, мусульманское право было создано в формируемой с нуля исламской общине, где права не было вообще. Поэтому мусульманское право к этому времени оказалось единственным регулятором общественных отношений. В формирующемся государстве, где реальная и духовная власть сливались полностью. Обстоятельства возникновения мусульманского права были таковы, что многочисленные племена не подчинялись никаким земным предписаниям. Это связано было с тем, что эти племена жили на догосударственном этапе.

В современной правоведческой литературе существует традиция выделения в мусульманском праве двух видов социальных норм: религиозные и правовые. Религиозные нормы шариата регулируют порядок отправления культа, активно вмешиваются во все стороны жизни людей, детально определяют религиозные обязанности мусульманина. Правовые нормы ислама предусматривают ответственность за уголовные преступления, регламентируют гражданско-правовые, брачно-семейные и некоторые другие отношения. Исполнение предписаний этих норм обеспечивается не только угрозой применения предусмотренных ими санкций, но и мерами чисто религиозного воздействия - нарушитель любого правила шариата, в том числе и правового, рассматривается как грешник, который будет наказан Аллахом.

По словам Л.С. Васильева, ислам «как религиозная доктрина и форма социальной организации всегда играл на мусульманском Востоке несколько иную роль, нежели, скажем, христианство в Европе. Никогда, даже в пору своего полного господства над людьми, в периоды самых жестоких гонений и разгула инквизиции, христианство не вытесняло полностью светской власти» [2, с. 182].

В свою очередь, Р. Шарль отмечает, что «исторически мусульманское право берет свое начало не непосредственно из Корана, оно развивается на основе практики, которая часто отходила от священной книги, а высшая степень развития священного закона совпадает с появлением мазхабов» [13, с. 28]. Более того, анализ соотношения собственно правовых норм с другими (прежде всего религиозными) правилами поведения и их взаимодействия позволяет говорить о том, что в исламской системе социально-нормативного регулирования в качестве самостоятельного имеется правовой элемент -мусульманское право в узком, юридическом смысле [10, с. 12-19]. Таким образом, мусульманское право - это единая исламская система социально-нормативного регулирования. Оно включает как собственно юридические нормы, так и религиозные, нравственные постулаты, а также обычаи.

В любом религиозном праве, в том числе в мусульманском, сочетаются не только религиозные и правовые нормы, но и соответствующие представления о мире, о боге, о человеке и т.д. Тесное переплетение их и приводит к тому, что противоправное поведение рассматривается как греховное, а юридическим нормам приписывается божественное происхождение.

По справедливому замечанию Н.Ю. Попова, тесная связь религии и права существует в условиях, когда церковь являет собой феодальную структуру и имеет соответствующую государственную основу [9, с. 95]. Именно в Средневековье право превращается в служанку теологии. Христианство, иудаизм, ислам возвышались над государством и правом. В период Нового времени право окончательно освобождается от теологии.

Стоит отметить, что тенденция в соотношении права и религии, обозначившаяся в период феодализма, находит проявление и в современном мире. Системы индусского, мусульманского права до сих пор пронизаны религиозными принципами. Правовые системы стран Западной Европы все более обособляются от религиозных догм. Однако и здесь право и религия не противостоят друг другу абсолютно, некоторые нормы права по-прежнему находят в религии нравственные опоры. Как уже отмечалось выше, религиозно-правовая регламентация общественных отношений сохраняет большое значение в мусульманских государствах. Степень ее влияния зависит, прежде всего, от уровня социально-политического развития страны. Так, наибольшим влиянием оно обладает там, где этот уровень низок, а также там, где режимы проводили в прошлом политику изоляции от внешнего мира

(Йемен, Саудовская Аравия). Следует указать на четкое различие между мусульманским правом и правом мусульманских стран [5, с. 234].

Проанализировав соотношение религии и права, представляется необходимым отметить следующее. Во-первых, соотношение права и религии имеет глубокие исторические корни. Оно различно в разных цивилизациях, мировых религиях, регионах мира. Соотношение религии и права устойчиво и неизменно в традиционных правовых системах. Оно достаточно подвижно и динамично в европейских странах христианской религии. По мере исторического развития этих стран право и религия как социальные регуляторы все более обособляются друг от друга. Но они при нормальном течении общественных процессов не противостоят друг другу, а в определенных ситуациях осуществляют взаимоподдержку.

Во-вторых, в условиях конфессионального господства религия и право не противоречат друг другу, поскольку существует тесная связь между правовой системой и господствующей религией. Дополняя друг друга, право закрепляет государственный статус религии, религия, в свою очередь, освещает существующий правопорядок. В случае прямого происхождения государственного права из государственной религии понятие греха и преступления часто совмещаются и с помощью государства решаются религиозные проблемы. В случае же использования государством определенной религии, сила и авторитет ее используются для достижения вполне мирских, светских целей [11, с. 81].

Литература

1. Берман Г арольд Дж. Вера и закон: примирение права и религии. М., 1998.

2. Васильев Л.С. История религий Востока. М., 1999.

3. Венгеров А.Б. Теория государства и права. М., 1998.

4. Вундт В.О. О развитии этических воззрений. М., 1986.

5. Давид Р. Основные правовые системы современности (сравнительное право). М., 1967.

6. Клочков В.В. Религия, государство, право. М., 1978.

7. Общая теория права / Под общ. ред. А.С. Пиколкина. 2-е изд., испр. и доп. М., 1997.

8. Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. М., 1998.

9. Попов Н.Ю. Концепция канонического права в современной католической доктрине // Проблемы буржуазной государственности и политико-правовая идеология. М., 1990.

10. Сюкияйнен Л.Р. Шариат и мусульманско-правовая культура. М., 1997.

11. Тихонравов Ю.В. Судебное религиоведение. М., 1998.

12. Цыпин В.В. Церковное право. М., 1996.

13. Шарль Р. Мусульманское право. М., 1959.