Основные направления исследований русской философии в Польше

РУССКАЯ ФИЛОСОФИЯ

Основные направления исследований русской философии в Польше

Лилианна Киейзик

В статье анализируются польские исследования русской философии XIX-XX вв. прежде всего монографии по творчеству B.C. Соловьева и других русских мыслителей, статьи, антологии, переводы, центры исследований. Предпринимается попытка систематизировать и показать своеобразие польских исследований.

Ключевые слова: Польские исследования, философия B.C. Соловьева, русская философия, русская идея, Серебряный век.

Main trends in studies of russian philosophy in Poland

Lilianna Kiejzik

In the Article, the author considers the reception of Russian philosophy in Poland in XlXth and XXth centuries, focusing mainly on monographs about work of V.S. Solovev and other tinkers, as well as discussing various articles, anthologies, translations and research centers. An attempt is made to point out the peculiarity of Polish research and to systematize it.

Key words: Polish research, V.S. Solovev's philosophy, Russian Philosophy, Russian idea, Silver Age.

В Польше все увеличивается число ученых, которые занимаются исследованиями русской культуры, философии и общественной мысли. Наиболее полно панорама польских исследований русской общественной и философской мысли в последнее время была представлена в двухтомном труде «Польские исследования русской философии» (L. Kiejzik, J. Uglik (red.). Polskie badania filozofii rosyjskiej. Przewodnik po literaturze. Cz§sc pierwsza. Warszawa 2009; они же, Polskie badania filozofii rosyjskiej. Przewodnik po literaturze. Czqsc druga. Warszawa 2012)1. Это показывает, что русская филосо-

1 В первой части представлены интеллектуальные биографии двух ученых, которые многие годы возоглавляли исследования русской философии в Поль-

фия имеет для нас конкретные интеллектуальные предложения, нечто, чего мы не находим в рационалистических системах Запада. Следовательно, она является прямой альтернативой для западноевропейской мысли, а только тогда, когда у нас есть выбор, мы имеем дело с прогрессом и только тогда можем говорить о развитии. В ситуации отсутствия выбора, когда нет возможности полеиткт и сравнения, появляется застой. Радует также то, что молодые люди, студенты хотят познакомиться с тем, что мы называем культурным контекстом, эпохой, средой, что несомненно формирует их взгляды.

Интерес к русской философии в Польше начался тогда, когда появились теократические проекты B.C. Соловьева, т.е. в XIX веке. Это не удивительно, если возьмем во внимание тот факт, что вопросы, по которым высказывался B.C. Соловьев, очень интересовали поляков. Во-первых потому, что он сам ценил поляков и неоднократно об этом упоминал, выучил польский язык, читал Мицкевича, произносил тосты в честь поляков и т.п.; во-вторых потому, что он говорил о польском государстве, находившемся тогда под властью трех держав: России, Германии и Автрии. Но поляки, читая B.C. Соловьева вступали с ним в споры, ибо они видели путь к будущему счастью в совершенно других аспектах, нежели те, которые называл русский философ.

Следовательно, первые тексты поляков - полемичные, они относятся к общественным взглядам B.C. Соловьева (80-е го-

ше: Анджея Валицкого и Влодзимежа Рыдзевского; далее анализируются польские исследования мысли Г. Сковороды, А. Герцена, Вл. Соловьева, М. Бакунина, Л. Толстого, К. Леонтева, С. Франка, С. Булгакова, Н. Бердяева. Во второй части описана деятельность Междисциплинарного Центра Советологических Исследований, руководимого Анджеем де Лазари, переводы и исследования русской философии о. Генриха Папроцкого; и далее польские исследования мысли П. Чаадаева, Ф. Достоевского, П. Кропоткина, В. Розанова, С. и Е. Трубецких, Л. Шестова, П. Флоренского, А. Лосева. Кроме этого существует ряд статей, напр. Л. Киейзик. Русская философия в польском сознании. / / Русская культура в польском сознании, (ред. Н.М. Филатова, В.А. Хо-рев). Москва. РАН. 2009. С. 283-291; L. Kiejzik. Польские исследования русской философии. // L. Kiejzik, J. Uglik (red.). Polskie badania filozofii rosyjskiej. Przewodnik po literaturze. Cz^sc pierwsza. 2009. C. 13-27; J. Kurczak. Recent studies on Russian thought in Polen. "Studies in East European Thought" 2010. Nb 1 (польская версия этой статьи: J. Kurczak. Najnowsze badania nad mysl^ rosyjsk^, w Polsce. // L. Kiejzik, J. Uglik (red.). Polskie badania filozofii rosyjskiej. Przewodnik po literaturze. Czesc druga. 2012. C. 13-23. Текст реферата смотрела профессор Надежда Хаджимерзановна Орлова, которую благодарю за ценные замечания и языковую редакцию.

ды XIX века), его теократической утопии, где польскому народу отводилось определенное место в будущей мировой истории в единстве с русским народом (по B.C. Соловьеву хранящим Христову память в православной вере) под властью русского царя. Такая постановка вопроса поляков не удовлетворяла и в результате в январском номере краковского журнала „Przeglgd Polski" за 1889 год появилась статья графа Станислава Тарновского Голос совести из России2. Автор критиковал взгляды B.C. Соловьева представленные в работе Русская идея и труде Россия и Вселенская Церковь, по делу соединения Церквей и основ теократического государства будущего. Ему не нравилось, что факт потери Польшей независимости в XVIII веке абсолютно не свидетельствует о величии Польши (как видел это B.C. Соловьев), только об имперских амбициях России, ибо Польша потеряла независимость не в силу свободного подчинения себя России, но в результате насильственного подчинения. Очень ясна его мысль, что союз наций, который должен привести к соединению Церквей, должен вытекать из добровольного соединения культур, а не из русификации. Тарновский констатировал, что (по его мнению) сила ни к чему хорошему никогда не приводит. Оказывается, что B.C. Соловьев прочитал его статью и ответил на нее письмом в редакцию журнала3. Так возникла полемика, но она не имела никаких последствий.

Дискуссии вели с B.C. Соловьевым и другие поляки. Ян Стекинт сравнивал его взгляды со взглядами поляка Круликовского, который тоже высказывался на тему Христовой истины. Пришел к выводу, что взгляды Круликовского более ценные, ибо идеал истины Христовой общности он строит с самого фундамента, т.е. ввиду решения народа, а не путем собора иерархов. Необходимо говорить о свободной ассоциации народов, а не о принудительном братстве, как его видел (по мнению Я. Стекинта) B.C. Соловьев. О. Мариан Моравский - неотомист, редактор журнала „Przeglqd Powszechny", много сделал для популяризации мысли B.C. Соловьева в Полыпе[6]. Он поддерживал политические воззрения русского философа (тоже по «польскому вопросу»), а также его

2 См. St. Tarnowski. Glos sumienia z Rosji. // „Przegl^d Polski". 1888/1889. T. 91.

3 Cm. W. Solowjow. Lettre à la Redaction du „Przeglgd Polski". // „Przeglqd Polski". 1888/1889. t. 92.

проект соединения Церквей, но критически относился к его софиологии. Моравский посвятил фигуре B.C. Соловьева обширную, многосюжетную статью под заглавием «Владимир Соловьев»4. Еще при жизни русского философа появились переводы его писем. Были опубликованы: „Rosya i Europa" (1888) и „Narodowosc i etyka" (1896). После его смерти, в 1924 году, вышли в переводе Л. Посадзы фрагменты «Краткой повести об антихристе».

В XX веке мы наблюдаем в Польше ренессанс интереса к философии B.C. Соловьева[3; 4; 5]. Еще до второй мировой войны мессианские контакты Мицкевича и Соловьёва охарактеризовал Д. Стремоухов. В выступлении на II Международном съезде славистов он заметил, что Соловьёв ознакомился с идеями польского мессианизма благодаря Мицкевичу, поэзия которого, наряду с поэзией Пушкина, была его любимой. По мнению Стремоухова, после 1881 г., когда Соловьёв сблизился с католичеством и определил историческую миссию России, он без сомнения встречался с идеями А. Товианьского, который отводил полякам и русским определенную роль в процессе установления норм общежития, опираясь на христианство. И поэтому мы находим у Соловьева идеи, которые, по мнению Стремоухова, являются свидетельством влияния Мицкевича. Мицкевич как известно, считал, что мессианизм может решить проблемы славяно-русские, еврейские и польские. Также Россия, по мнению Соловьёва, и должна решить три вопроса: польский, восточный и еврейский. Они оба верили, что присутствие Израиля среди славян имеет ниспосланный судьбою смысл. Оба представляли польско-русский конфликт как борьбу двух идей, двух мировоззрений. Мицкевич искал формулу, которая позволила бы соединить славян, Соловьёв верил, что нашёл её в деле соединения Церквей, которое представлял в виде синтеза русского славянофильства и польского мессианства. Подобных аналогий можно найти ещё немало5.

После второй мировой войны появились очередные переводы трудов B.C. Соловьева на польский язык6. Фрагменты со-фиологических рассуждений философа и Чтений о Богочело-

4 См. М. Morawski. Wlodzimierz Solowjow. // „Przegl^d Powszechny". 1890. t. 25. С. 305-327; // „PrzegUtd Polski". 1890. t. 26. C. 21-39, 230-246.

5 D. Stremoukhoff. A. Mickiewicz et V. Soloviev. 1934. p. 149-150.

6 W. Solowjow. Wybór pism. t. 1-3. 1986.

вечестве были опубликованы в двухтомной антологии под редакцией Лилианны Киейзик - пишущей эти слова7. Вышли переводы его «Смысла любви»8 и «Русской идеи»9. В серии Ягеллонского университета был опубликован перевод «Апологии добра»10.

Стоит напомнить коротко о монографиях творчества Соловьева, которые появились в Польше. Первой была вышедшая в Варшаве, на русском языке, книга православного архимандрита Филиппа Морозова «Религиозно-философское мировоззрение Владимира Соловьева» (1928). В 1968 году был опубликован анализ этических взглядов философа Пришмон-том11. Еще две монографии, являющиеся введением в его систему, это книга Гжегожа Пжебинды «Владимир Соловьев перед историей»12 и мой анализ прежде всего проблематики «польского вопроса» и софиологии13. В конце 90-х годов XX века были опубликовано несколько исследований философской системы B.C. Соловьева. Автор первого из них - Януш Добешевски - рассуждает о той роли, которую в системе русского философа сыграли три главных идеи: Всеединство, Бо-гочеловечество и София14. В свою очередь Ян Красицки в основательном труде разъясняет ход развития взглядов Соловьева исходя из понимания существования и функционирования зла в мире, в человеке и в истории15. Необходимо еще назвать труд научного сотрудника Люблинского университета Анджея Островского «Теоретические основы философии всеединства»16. Автор не ставит цель показать все твор-

7 См. L. Kiejzik. Niemarksistowska filozofia rosyjska. Antologia tekstöw filozoficznych XIX i pierwszej polowy XX wieku. Czesc 1-2. 2001 - 2002. В 2011 году Януш Добешевский, который переводил фрагменты Чтений о Богочело-вечестве для антологии, издал их комплетный, полный перевод. См. W. Solowjow. Wyklady о Bogoczlowiecznstwie. 2011.

8 W. Solowjow. Sens milosci. 2002.

9 W. Solowjow. Rosyjska idea. 2004.

10 W. Solowjow. Uzasadnienie dobra. Filozofia moralna. 2008.

11 J. Pryszmont. Podstawy religijne etyki Wl. Solowjowa. Studium analityczno-krytyczne. 1968.

12 Przebinda G. Wlodzimierz Solowjow wobec historii. 1992.

13 Kiejzik L. Wlodzimierz Solowjow. 1997.

14 Cm. Dobieszewski J. Solowjow. Studium osobowosci filozoficznej. 2002.

15 Krasicki J. Bog. Czlowiek i zlo. Studium filozofii Wlodzimierza Solowjowa. 2003. Книга была переведена на русский язык. См. Красиций Я. Бог, человек и зло. Исследование философии Владимира Соловьева. Перевод с польского С.М. Черновой. Ред. Е.Б. Рашковского. Москва 2009.

16 Ostrowski А. Solowjow. Teoretyczne podstawy filozofii wszechjednosci. 2007.

чество русского философа, но хочет дополнить имеющиеся исследования (прежде всего практической философии Соловьева) с точки зрения его теоретической философии. Ибо понять Соловьевскую этику можно только в контексте его метафизики и гносеологии - утверждает Островски. Теоретическая философия не есть эпизод, но она не есть также «интерпретационный ключ» к системе Соловьева. Все же она заслуживает серьезного изучения. В результате появилась интересная интерпретация теоретических основ философии и проблематики всеединства.

Похожую тематику продолжает исследовать сотрудница краковского Папского Университета Яна Павла II - с. Тереза Оболевич17. Она обсуждает отдельные вопросы теории интер-гального знания Соловьева, сравнивает и находит аналогии между реляциями знание - вера у Соловьева и Семена Франка. Опубликовала две монографии на тему творчества Соловьева, первая из них («Наука в поисках метафизики», 2003), как пишет ее рецензент - Станислав Вшолек - показывает Соловьева не только как спекулятивного философа (что все охотно подчеркивают), но также как мыслителя заинтересованного естественными науками. Оболевич не ограничивается исследованием Соловьева, она анализирует символизм, «новую патристику» богословской «школы» в Париже, переводит на польский язык произведения Семена Франка, о. Павла Флоренского и Алексея Лосева.

Другим примером будет книга сотрудника этого же университета - Марека Киты. В опубликованной в 2005 г. монографии «Ключ к живым убеждениям» он характеризует русского философа как представителя Христологической философии18. Конечно, речь идет о христианской философии, которую Кита определяет как одновременно «науку креста» и «мудрость слова», единство Афин и Иерусалима, рациональное познание Бога и теорию «семенных логосов». Ее понимание со временем менялось, но все дефиниции обращали внимание на то, что христианская философия получила импульс со сторо-

17 См. ОЬо1еуйсЬ Т. ^ика w ровгиЫигаши тйайгук! Аярекф рогпата паикочд^о зд^ 1еош чпейгу к^е^ак^ Ш1ос1я1шегга 2003; Та же. РгоЫета1усту копкогс1угт. ЭДгага 1 тейга. чг туйЦ ШкмЫгшегга в. всйо^ста I 81егшопа в. Ргапка. 2006.

18 См. Кйа М. Иисг с1о ¿учлтусЬ рггекопап. С1ну81:о1о§к;гпа Шогойа Ш1ос1гцшегса Эсйои^ста. 2005.

ны богословия. Следовательно, ее можно назвать «доктриной Евангелия».

Из сказанного выше выделяется особая карта научных центров, прежде всего университетов, где ведутся исследования русской философии, в том числе, творчества Соловьева. Это Зеленогурский, Лодзкий, Вроцлавский, Варшавкий, Ягел-лонский университеты, Папский Университет Яна Павла II и Католический Люблинский Университет, Университет им. Марии Кюри в Люблине и университет в Гданске. Необходимо также назвать центры Польской Академии Наук в Варшаве и Познани и духовную иезуитскую семинарию в Лодзи. Как видим, их довольно много. Все ученые - сотрудники университетов, которые исследуют русскую философию, принимают одновременно участие в издании лексикона энциклопедического характера «Идей в России», под редакцией Анджея де Лазари (т. 1-5), Юстины Курчак (т. 6-7) и Януша Добешевско-го (т. 8-9)19. Стоит коротко представить их самих и направления их исследований. В Зеленогурским университете нас четверо: кроме пишущей эти слова - Лилианны Киейзик -специалистки по B.C. Соловьеву и С.Н. Булгакову, я назову Яцека Углика - автора монографии по мысли Михаила Бакунина, Федора Достоевского и Александра Герцена; Юстину Крочак - автора монографии о Павле Флоренском и Барбару Чардыбон - занимающейся русском неокантианством. Мы ведем единственный в Польше сайт, который посвящен исследованиям русской философии: www.filozofiarosyjska. uz.zgora.pl, занимаемся переводами текстов по общественной проблематике20, издаем монографии творчества русских философов в серии «Русская Философия». До сих пор мы опубликовали 8 томов: три по С.Н. Булгакову, а также по А. Лосеву, Н. Бердяеву, Достоевскому, о. П. Флоренскому и А. Герцену21.

19 См. A. de Lazari (red). Idee w Rosji. Leksykon rosyjsko-polsko-angielski. T. 1-9. 1999-2015.

20 До сих пор мы переведи B.C. Солоьева «Русскую идею» (W. Solowjow. Rosyjska idea. Przel. L. Kiejzik. 2004), Л. Карсавина «Влсток, Запад и русская идея» (L. Karsawin. Wschód Zachód i rosyjska idea. Przel L. Kiejzik. 2007), A. Лосева «Русскую философию» (A. tosiew. Filozofia rosyjska. Przel. L. Kiejzik. 2007) и фрагменты воспоминаний С.Н. Булгакова (S. Bulgakow. Mój kraj rodzinny i inne pisma о Rosji i narodowosci. Przel. L. Kiejzik, M. Bohun, L. Augustyn. 2009).

21 См.: L.Kiejzik. Sergiusza Bulgakowa filozofia wszechjednosci. 2010; L. Kiejzik (red.). Palamas, Bulgakow, tosiew. Rozwazania o religii, imieniu Bozym, tragedii filozofii, wojnie i prawach czlowieka. 2010; J. Uglik, E. Tacho-Godi, L. Kiejzik. A.

Добавлю в этом месте, что есть и другие издательские инициативы и тем самым другие монографические серии. Самая первая возникла в 1999 году, при Институте Философии Ягел-лонского университета. Ее возглавлял декан Философского факультета, Влодзимеж Рыдзевски - специалист по анархизму. Вторая серия, под названием «Идеи в России», (т.е. как лексикон) была основана в Аодзком университете Анджеем де Лазари - историком идей, специалистом по Достоевскому. Там публиковались труды аналитического характера, относящиеся к проблематике русской философии. Любопытно заметить, что Анждей де Лазари придумал издание работы энциклопедического характера, о которой говорилось выше, лексикона «Идеи в России», содержащего несколько тысяч персональных и проблемных статьей. Задача лексикона - дополнить уже имеющиеся энциклопедии и словари «освещением проявлений в теологической, философской, общественной и политической мысли России от средневековья до современности. Авторы поставили себе задачу углубить понимание русской культуры и возместить пробелы, возникшие за годы царской и советской цензуры или же в результате ограниченного интереса Запада к России и тенденции пользоваться готовыми схемами» [2, 6] - написал во Введении Анджей де Лазари - редактор первых 5-ти томов. Стоит еще упомянуть его сотрудника -Мариана Броду, автора высоко ценимых исследований по творчеству К. Леонтьева, который ставит вопрос в чем «загадка России»22.

Если сейчас обратимся к некоторым другим центрам изучения русской философии и общественной мысли, отметим, что Вроцлавский университет представляет Ян Красицки -специалист по истории русской, польской и немецкой философии. Во Вроцлаве действует также Антони Каминьски - самый большой знаток анархизма, автор 3-томного труда о М. Бакунине. Краковский центр это прежде всего Ягеллонский

Losiew, czyli rzecz о tytanizmie XX wieku. 2012; J. Krasicki. Bierdiajew i inni. W kregu mysli rosyjskiego renesansu religijno-filozoficznego. 2012; J. Uglik. Dostojewski, czyli rzecz о dramacie czlowieka. 2014; L. Kiejzik. Sergiusz Bulgakow i filozofowie Srebrnego Wieku. Rozwazania о przyjazni. 2015; J. Kroczak. Pawla Florenskiego fflozofia wszechjednosci. 2015; J. Uglik. Aleksandra Hercena dyskurs о czlowieku, czyli projekt rosyjskiej filozofii otwartej. 2016.

22 M. Broda. Najtrudniejsze z rosyjskich wyzwan. Zagadka Leontiewa i Rosja. Lodz 1994; idem. Historia a eschatologia. Studia nad mysla Konstantego Leontiewa i „zagadka Rosji". 2001; idem. Русские вопросы о России. Москва 2005.

университет с которым связаны философы: Михаил Бохун -автор монографии о В. Эрне и младших славянофилах и Лешек Аугустын - знаток творчества Б. Вышеславцева. Филологи по образованию - Ежи Капустик и его ученица интеллектуальная Эвелина Пилярчик занимаются анализом языка представителей Серебряного века. В Папском университете Яна Павла II работают: Марек Кита - автор монографии о Соловьеве, Павел Роек - пишущий о П. Флоренском и А. Лосеве и с. Тереза Оболевич - автор первой в Польше монографии о философии Алексея Лосева23, переводчица Семена Франка. Что любопытно, она является автором первого на польском языке учебника по русской нео-патристике24. Другой учебник ее авторства, хотя был писан на польском языке, вышел в переводе на французский язык25.

Варшавский университет представляют: Януш Добешевски - автор монографии о B.C. Соловьеве и Анджей Валицки. С именем Валицкого связано развитие исследований русской философии в XX веке в Польше. По сегодняшний день он является в этой области самым большим авторитетом не только для польских ученых. Начало его исследований относится к пятидесятым годам XX столетия, т. е. к периоду холодной войны. В эти трудные времена Валицки работал как истинный ученый, четко отличая советское от истинно русского, догматизм и схематизм, имеющихся характеристик русской философии, от подлинности, сути и разнообразия русской общественной и философской мысли. Валицки выступал против узкого, русского и польского, национализма, занимаясь не столько историей русской философии, сколько историей идей в России. На первый план он всегда выдвигал личную исследовательскую свободу и научную истину. Противопоставлял упрощенность, ложную апологию и часто узость советских интерпретаций русской культуры интерпретациям многосторонним, богатым противоречивыми тенденциями и точками зрения, свободным, критическим и вполне познавательным по своему характеру. Это привело к появлению большого количества трудов, знакомство с которыми выбирают все студенты,

23 Т. Obolevitch. Od onomatodoksji do estetyki. Aleksego tosiewa koncepcja symbolu. 2011.

24 T. Obolevitch. Filozofia rosyjskiego renesansu patiystycznego. O. Gieorgij Florowski, Wlodzimierz tosski i inni. 2014.

25 T. Obolevitch. La philosophie religieuse russe. Trans. M. Gawron-Zaborska. 2014.

которые хотят работать в области русской философии в польских университетах.

Библиография трудов Анджея Валицкого насчитывает более четырехсот книг и статей, относящихся прежде всего к истории русской и польской философской и общественной мысли, истории марксизма и философии политики26. К самым важным принадлежат: «В кругу консервативной утопии» (1964, 2002, переводы на итальянский, английский и украинский языки), «Русская философия и общественная мысль от просвещения до марксизма» (1973, перевод на английский язык- 1979), Legal Philosophies of Russian Liberalism (1987, перевод на польский язык: Filozofia prawa rosyjskiego liberalizmu - 1995), Marxisme and the Leap to the Kingom of Freedom. The Rise and Fall of the Communist Utopia (1995, перевод на польский язык: Marksizm i skok do krôlestwa wolnosci. Dzieje komunistycznej utopii - 1996), «Россия, католицизм и польский вопрос» (2002) и последний, восьмисотстра-ничный, масштабный, обобщающий труд, рекомендованный в качестве учебника для вузов: «Очерк русской мысли. От просвещения к религиозно-философскому ренессансу» («Zarys mysli rosyjskiej. Od Oswiecenia do renesansu religijno-filozofïcznego» (2005)). Подобных этому, всеобъемлющих изданий других польских авторов нет, никто другой пока не издал учебник по русской философии, кроме с. Т. Оболевич, о чем мы писали выше. Существуют два перевода учебников с русского языка. Это книга Николая Лосского «История русской философии», переведена Генрихом Папроцким27, и учебник Леонида Столовича «История русской философии», переведена профессором Гданского университета Бо1уславом Жилко28.

Попробуем сейчас коротко представить польские исследования философских взглядов других мыслителей. Еще в 50-е годы были переведены на польский язык и вышли в серии «Библиотека классиков философии» в издательстве Польской

26 Стоит отметить, что научные достижения Валицкого обсуждались на научной конференции по поводу 75-ой годовщины со для рождения ученого. Рефераты были в последствии опубликованы в сборнике «Вокруг Анджея Валицкого» (J. Dobieszewski, J. Skoczyñski, М. Bochun (red.). Wokól Andrzeja Walickiego. Almanach mysli rosyjskiej. T. 5. 2009). Мы имеем здесь ценные аналитические и интерпретационные работы.

27 М. Losski. Historia filozofii rosyjskiej. 2000.

28 L. Stolowicz. Historia filozofii rosyjskiej. Podrecznik. 2009.

Академии Наук философские труды Михаила Ломоносова29, Виссариона Белинского30, Николая Добролюбова31, а в 60-е Николая Чернышевского32, Александра Герцена33, Георгия Плеханова34. Хуже обстоит дело с монографическими исследованиями жизни и творчества этих мыслителей. Если на тему общественной системы Плеханова35 было в Польше написано довольно много, а о Герцене существует 8 монографий36, то только две о Чернышевском37, а о Ломоносове и Белинском нет ни одной книги (за исключением обширных вступительных статьей А. Валицкого в их Р1зта Шогойсгпе). Необходимо еще раз подчеркнуть, что мы не перечисляем отдельных разработок и статей, помещенных в различных научных журналах. Их довольно много38.

Посмотрим на исследования, которые относятся к основоположникам русской философии: Г. Сковороде, П. Чаадаеву. К сожалению, мы не имеем на польском языке (за исключением труда Валицкого «В кругу консервативной утопии» и книги русского ученого, профессора Ягеллонского университета Василия Щукина, опубликованной в Польше на русском языке «Русское западничество. Генезис - сущность - историческая роль», 2001) целостных исследовательских монографий посвященных так называемому досистемному периоду русской философии39. Правда, на польском можно прочитать «Фило-

29 См.: М. tomonosow. Pisma filozoficzne. Т. 1-2. 1956.

30 См.: W. Bieliñski. Pisma filozoficzne. Т. 1-2. 1956.

31 См.: М. Dobrolubow. Pisma filozoficzne. Т. 1-2. 1958.

32 См.: М. Czernyszewski. Pisma filozoficzne. Т. 1-2. 1961.

33 См.: A. Hercen. Pisma filozoficzne. Т. 1-2. 1965 - 1966.

34 См.: J. Plechanow. Historia rosyjskiej mysli spolecznej (wybór). T. 1-3. 1966 -1967.

35 См.: W.A. Fomina. Filozoficzne pogl^dy Plechanowa. 1957; Z. tukowski. Jerzy Plechanow. 1970; R. Swiatio. Plechanow. 1979.

36 См.: S. Fiszman. Aleksander Hercen. 1951; M. F. Szabajewa. Aleksander Hercen o wychowaniu. 1952; W. Sliwowska. W kregu poprzedników Hercena, 1971; W. i R. Sliwowscy. Aleksander Hercen. 1973; A. Walicki. Aleksander Hercen. Kwestia polska i geneza pewnych stereotypów. 1993; J. Trochimiak. Polska i Polacy w zyciu i twórczosci Aleksandra Hercena. 1999; J. Uglik. Aleksan-dra Hercena dyskurs o czlowieku, czyli projekt rosyjskiej filozofii otwartej. 2016.

37 См.: J.Trochimiak. Czernyszewski. 1988; G. Przebinda. Mikolaj Czernyszewski. Pózny wnuk Oswiecenia. 1996.

38 Я подробно представила их во вводной статье к первой части работы «Польские исследования русской философии». Здесь повторяю ее главные тезисы. [1, 13-27].

39 В прошлом году вышла книга посвященная взглядам В. Ф. Ерна и 1руппы русских «неословянофилов». См.: М. Bohun. Oczyszczenie przez burz?.

софические письма» и «Апологию сумасшедшего»40 Петра Чаадаева, а также фрагменты песен41 Григория Сковороды, но нет монографий, одни статьи.

Лучше обстоит дело с произведениями Федора Достоевского, Льва Толстого, Льва Шестова и Николая Бердяева. Достоевский на польский язык переведен полностью42. Поскольку нас интересует не художественное творчество Достоевского, а его философия, в этом отношении польские исследователи называют работу Рышарда Пшибыльского «Достоевский и «проклятые проблемы»»43 в качестве первого, именно философского анализа, хотя монографии другого характера появились еще в 50-е годы XX века44. Сегодня их более сорока, а среди авторов могут быть названы фамилии: Халина Бжоза, Данута Кулаковска, Анджей де Лазари, Михал Бохун, Яцек Углик и другие45.

Аналогично дело обстоит с исследованиями философских идей Льва Шестова и Николая Бердяева. Интерес к их философии появился после второй мировой войны. В то время, когда в Советском Союзе никто еще не издавал парижских трудов Шестова, в Польше переводились его книги46, имеются

Wlodzimierz Ern i moskiewscy slowianofile wobec pierwszej wojny swiatowej. 2008.

40 См.: Р. Czaadajew, Listy. 1992; P. Czaadajew. Apología oblgkanego. // M. Czernyszewski. Pisma fflozoficzne. T. 2. 1961; P. Czaadajew. Apología obl^kanego. // J. Dobieszewski (red.). Almanach filozofii rosyjskiej. Wokól slowianofilstwa. 1998.

41 См.: F. Nieuwazny, J. Plesniarowicz. Antología poeq'i ukraiñskiej. 1976.

42 См.: F. Dostojewski. Zpism. T. I-XI. 1955-1964; Dziela wybrane. T. I-IV. 1984.

43 См.: R. Przybylski. Dostojewski i „przeklgte problemy". 1964.

44 См., напр.: S. Mackiewicz. Dostojewski. 1957.

45 См., напр.: M. Bohun. Fiodor Dostojewski i idea upadku cywilizacji europejskiej. 1996; H. Brzoza. Dostojewski miedzy mitem, tragedia i apokalips^. 1995; H. Chalaciñska-Wiertelak. Idea teatru w powiesciach Dostojewskiego. 1988; D. Kulakowska. Dostojewski. Antynomie humanizmu wedlug „Braci Karamazowów". 1987; A. de Lazan. W kregu Fiodora Dostojewskiego. Poczwiennictwo. 2000; R. Luzny. Fiodor Dostojewski- mysl i dzielo. 1981; T. Pozniak. Dostojewski i Wschód: szkic z pogranicza kultur. 1992; A. Razny. Fiodor Dostojewski. Filozofia czlowieka a problemy poetyki. 1988; J. Smaga. Fiodor Dostojewski. 1974; Т. Sucharski. Dostojewski Herlinga-Grudziñskiego. 2002; В. Urbankowski. Dostojewski - dramat humanizmów. 1978; J. Uglik. Dostojewski, czyli rzecz o dramacie czlowieka. 2014.

46 См. Hnp.: L. Szestow. Dostojewski i Nietzsche. Filozofia tragedii. 1987; А в последние годы были переведены: L. Szestow. Na szalach Hioba. 2003; L. Szestow. Poczgtki i koñce. 2005; L. Szestow. Potestas clavium - wladza kluczy. 2005; L. Szestow. Spekulacja i objawienie. Filozofia religijna Wlodzimierza Solowjowa i inne artykuly. 2007.

также монографические исследования47. Многих переводов дождался также Николай Бердяев, который в Польше долгое время считался самым выдающимся русским философом. И сегодня интерес к его взглядам не ослабевает. Примером этому служат все новые монографии о его творчестве48 и переводы философских трудов49.

Что касается взглядов Льва Толстого, необходимо сказать, что он интересен не столько своей философией, сколько прежде всего литературным творчеством. Первые переводы произведений Толстого появились в 1876-1878 годах в «Ог1епшки Шаг8га\¥вкт1». Были переведены некоторые рассказы писателя и фрагменты романа «Анна Каренина». Интерес к его творчеству появился после публикации в 1899 году «Воскресения». Тогда поляки обратили внимание на его взгляды: писатель и философ Ст. Виткацы, который переводил Толстого и вел с ним переписку, а также литераторы Г. Сенкевич и Э. Ожеш-ко. Первые монографии о жизни и творчестве Толстого появились еще при его жизни50, со временем его творчество изучали как польские филологи, так и философы. Следует отметить исследования польских мотивов в творчестве мыслителя. Занимался этим историк славянских литератур В. Ледницки, переводчик фрагментов дневника Толстого51. Известным исследователем философии русского писателя является Базыли Белокозович. Как переводчик и теоретик литературы он издал несколько ценных исследовательских трудов,

47 Cm.: C. Wodzinski. Lew Szestow. 1987; idem. Wiedza a zbawienie. Studium mysli Lwa Szestowa. 1991; A. Sawicki. Absurd- rozum- egzystencjalizm w filozofii Lwa Szestowa. 2000; M. Styczynski. Coz po rozumie? Lew Szestow i Richard Rorty. 2007.

48 Cm.: K. Stark. Teoria bogoczlowieczenstwa w filozofii Mikolaja Bierdiajewa. 1986; M. Styczynski. Amor futuri albo eschatologia zrealizowana. Studia nad mysla Mikolaja Bierdiajewa. 1992; idem. Umilowanie przyszlosci albo filozofia spraw ostatecznych. Studia nad filozofia Mikolaja Bierdiajewa. 2001; P. Przesmycki SDB. W strong Bogoczlowieczenstwa. Teologiczno-moralne Studium Nikolaja Bierdiajewa. 2002.

49 Cm.: M. Bierdiajew, Filozofia wolnosci, 1995; Nowe sredniowiecze,1936; Komoröw 1999; Rosyjska idea, 1987; Glosze wolnosc, 1999; Rozwazania o egzystencji, 2002; Autobiografia filozoficzna, 2006.

50 L. Belmont (Leopold Blumental). Lew Tolstoj, zycie i dziela: zaiys bibliograficzno-kiytyczny. 1904.

51 Cm.: W. Lednicki. Tolstoj miedzy wojng, a pokojem. Paris. 1965.

в которых анализировал также философские взгляды Толстого и его связи с Польшей52.

Что касается других философов Серебряного века, то мы имеем ряд статей, хуже обстоит дело с монографиями. Немного писали на тему философских систем о. Павла Флоренского, о. Сергия Булгакова и Семена Франка. О творчестве Павла Флоренского в Польше существуют две монографии53, переведена одна его работа «Столб и утверждение истины»54, имеем фрагменты его других трудов в названных выше антологиях, нет отдельных исследований его философской проблематики. Философская система Булгакова более известна польскому читателю. Хотя до 1984 года существовали только два текста на польском языке. Первый, «Ikona i kult ikon w prawoslawiu», опубликован изданием «Wiadomosci Polskiego Autokefalicznego Kosciola Prawoslawnego» (1975, nr 1/2, c. 33-40), это презентация проблематики, содержащейся в изданной в Париже в 1932 г. книге на французском языке «L'Orthodoxie» (перевод на русский язык в 1965). Эта книга была переведена на польский язык только в 1992 году («Prawoslawie. Zarys nauki Kosciola prawoslawnego», перевод о. Генрих Папроцки). Второй текст - это перевод о. Г. Папроцким фрагментов «Автобиографических заметок» Булгакова под названием: «Choroba -smierc- zycie» („Novum" 1979. № 11. С. 148-177). Сегодня мы имеем на польском языке С.Н. Булгакова основную философскую работу «Свет невечерний» и его «Дневник духовный»55, а также небольшие работы и фрагменты. Это «Ikona i kult ikony» (пер. о. Г. Папроцки, Bydgoszcz 2002) - перевод вышедшей в Париже в 1932 году работы «Икона и иконопочитание. Догматический очерк». Вторая работа - «Drabina Jakubowa. Rzecz о aniolach» (пер. Т. Терликовски, Warszawa 2005) - перевод вышедшей в 1929 году работы «Лествица Ияковля. Речь об ангелах». И третья работа - «Cuda ewangelii», (пер. Т. Терликовски,

52 См.: В. Bialokozowicz. Lwa Tolstoja zwiqzki z Polska,. 1966; idem. Marian Zdziechowski i Lew Tolstoj. 1995; idem. Stanislaw Stepkowski i Lew Tolstoj. 1996; idem. Z polskiej karty Lwa Tolstoja. Nowe i zapomniane о Tolstoju i jego percepcji w Polsce. 2003.

53 E. Pilarczyk. Metamorfozy slowa. Filozofia slowa Pawla Florenskiego w polskim kontekscie przekladowym. 2008; J. Kroczak. Pawla Florenskiego filozofia wszechjednosci. 2016.

54 P. Florenski. Filar i podpora prawdy. Pröba prawoslawnej teodycei w dwunastu listach. 2009.

55 S. Bulgakow. Swiatlo wiecznosci. Medytacje i spekulacje. Przel. J. Chmielewski. 2010; idem. Dziennik duchowy. 2014.

Warszawa 2007) - перевод текста «О чудесах евангельских» (Париж 1932). Есть еще фрагмент большого труда «Трагедия философии» (немецкое издание 1927, русский перевод неизданных фрагментов, сделанный А. Зандером в 1971 году в журнале «Вестник Русского Студенческого Христианского Движения», № 101-102). Польский перевод вышел с комментарием Э. Кудзели (Е. Kudziela. „Sergiusz N. Bulgakow. Filozoficzny sens troistosci - analiza tekstu". Bialystok 1992). Как следует из названия, это анализ одного фрагмента текста Булгакова. Автор представляет методологию его исследований.

Из других текстов Булгакова, уже чисто философских, следует назвать фрагменты, которые были опубликованы в упомянутой антологии «Niemarksistowska filozofia rosyjska. Antologia tekstów filozoficznych XIX i pierwszej polowy XX wieku», под общей редакцией Л. Киейзик. Там есть фрагменты, относящиеся к учению Булгакова о Богочеловечестве, его софиологии. На польском опубликован еще небольшой этюд «Церковь и культура» (из сборника «Два града. Исследования о природе общественных идеалов», 1911), т. е. «Kultura i Koációl» (пер. Л. Киейзик, в издании „Almanach filozofii rosyjskiej". Т. 3. Warszawa. 1999, под ред. Я. Добешевского), а также упомянутый выше перевод текста «Моя родина» из «Автобиографических заметок» (S. Bulgakow. Mój kraj rodzinny. Przel. L. Kiejzik. Zielona Góra 2009). Появились также монографии творчества С.Н. Булгакова56.

Что касается философских взглядов Семена Франка, то интерес к ним появился тогда, когда его пригласили принять участие в работе второго польского Философского съезда в 1927 году. Но только в 80-тые годы XX века были переведены два фундаментальных сборника о роли русской интеллигенции в истории России: Вехи и De profundis57, где есть статьи Франка. Самый большой переводческий труд взяла на себя монахиня Тереза Оболевич. В ее переводе вышли главный труд Франка «Непостижимое», а также в отдельном издании «Философия и религия», «Онтологическое доказательство бы-

56 См. L. Kiejzik. Sergiusza Bulgakowa filozofia wszechjednosci. 2010; eadem. Sergiusz Bulgakow i filozofowie Srebrnego Wieku. Rozwazania o przyjazni. 2015.

57 См.: Drogowskazy. Zbiór rozpraw o inteligencji rosyjskiej. 1986; De profundis. Zbiór rozpraw o rosyjskiej rewolucji. 1988.

тия Бога», «Религия и наука» и другие богословские тексты58. Есть две монографии о философских и религиозных взглядах русского мыслителя59. Они представляют анализ онтологических основ бытия Бога и общественной жизни во взглядах Франка и анализ отношений знания и веры.

Если посмотреть на другие известные имена, то бросается в глаза, что на польском языке нет ни одного серьезного исследования философии Льва Карсавина и только один перевод его труда «Восток, Запад и русская идея» (Lew Karsawin. «Wschod, Zachod i rosyjska idea». Przel. L. Kiejzik, M. Bohun. Zielona Gora. 2007), одна книга на тему системы Николая Данилевского60, почти ничего на тему взглядов Густава Шпета -истинного знатока феноменологии и герменевтики XX века, одна книга на тему взглядов Владимира Эрна61, ни одной работы о философии братьев Сергея и Евгения Трубецких. Лучше дело обстоит с достижениями последнего представителя Серебряного века - Алексея Лосева. В 2011 году появилась обширная, основательная монография его творчества с. Терезы Оболевич62, а год спустья в Зеленогурским университете, в серии «Русская философия» были переизданы все работы А.Ф. Лосева, которые вышли на польском языке и все статьи о нем63.

Как известно, русская философия, когда она возникала, имела религиозный характер. Попытки заниматься ею были связаны с религиозным видением и пониманием мира. Она была глубоко антропоцентричная, сосредоточивалась на этических, историософических и гносеологических вопросах. Была также ответом на популярные, не только на Западе, но и в России, философские направления - позитивизм, натурализм (и следовательно материализм), неокантианство. Ее опреде-

58 S. Frank. Niepojete. Ontologiczny wstep do fflozofii religii. 2007; idem. Dowod ontologiczny i inne pisma о wiedzy i wierze, wybör tekstöw. 2007.

59 L. Augustyn. Myslenie z wnetrza Objawienia. Studium filozofii Siemiona L. Franka. 2003; T. Obolevitch. Problematyczny konkordyzm. Wiara i wiedza w mysli Wlodzimierza S. Solowjowa i Siemiona L. Franka. 2005.

60 Cm. J. Diec. Cywilizacje bez okien. Teoria Mikolaja Danilewskiego i pözniejsze koncepcje monadycznych formacji socjokulturowych. 2002.

61 См.: M. Bohun. Oczyszczenie przez burze. Wlodzimierz Ern i moskiewscy slowianofile wobec pierwszej wojny swiatowej. 2008.

62 См. T. Obolevitch. Od onomatodoksji do estetyki. Aleksego bosiewa koncepcja symbolu. 2011.

63 Cm. J. Uglik, E. Tacho-Godi, L. Kiejzik (red.). A. tosiew, czyli rzecz о tytanizmie XXwieku. 2012.

ляющей идеей можем назвать идею всеединства. Из нее можно вывести все остальные идеи, которые составляют столп русской идеалистической философии: Богочеловечества и Софии-Божьей Премудрости. Все, что интересовало польских исследователей, так или иначе относилось к этим идеям и концепциям. Но русская философия это отнюдь не только религиозная философия. Кроме марксизма-ленинизма, который доминировал в СССР и религиозной философии на Западе, еще одно направление привлекло внимание польских исследователей. Речь идет о русском космизме. Он стал частью русской и российской культуры, имел практический выход - наводил на исследования космоса, но также на продление жизни, воскрешение мертвых. Примером этих фантастических идей были замыслы философа и футуролога Николая Федорова. О космизме вспомнили те ученые, которые интересовались так называемой «третьей культурой». Это было интеллектуальное движение возникшее в конце 80-х годов в американской среде ученых математиков, физиков, астрономов, информатиков и химиков, которые провозгласили непригодность широко понимаемой гуманитарной науки (в том числе философии) - т.е. «первой культуры» - для будущего развития человечества. Они заявляли, что только математические науки, т.е. «вторая культура», Moiyr соответственно описать мир и ответить на великие, проклятые, экзистенциальные вопросы. Автором размышлений о «третьей культуре» является Ч.П. Сноу (С.Р. Snow), который во втором издании своего из-ветного эссе «The Two Cultures» («Две культуры» - русское издание, Москва 1973) в 1963 году объявил о возможности (и необходимости) построения моста соединяющего широко понимаемые гуманитарные и общественные науки с естественными науками, т.е. именно третьей культуры. Она строилась бы учеными - представителями естественных наук и одновременно философами (мыслителями) - традиционными интеллектуалами. Рассуждения о «третьей культуре» стали в Польше очень популярными. Одновременно открыто, что попытки соединения гуманитарных и естественных наук существовали в прошлом. Одной из таких попыток был русский космизм. Его представители: Владимир Вернадский, Константин Циолковский, Александр Чижевский активно творили в новой парадигме, предлагали новые исследовательские методы, по новому воспринимали предмет своих опытов - вселенную. Важным становился физический порядок и, следова-

тельно, поиски бессмертия, но связанные не с религией, со спасением, но только с развитием науки. Ничего удивительного, что поляки тоже заинтересовались таким мировоззрением.

Исследования космизма популярны также сегодня, прежде всего в среде молодых ученых, которые начинают карьеру, аспирантов и кандидатов философских наук. За последнее время в Институте Философии Католического университета в Люблине написан ряд кандидатских работ анализирующих основные идеи русского космизма, философию Николая Федорова как его теоретической и мировоззренческой основы. Конечно заметим, что и раньше существовали исследования этого явления64.

Необходимо еще рассказать о польских исследованиях русского анархизма. Они сосредоточиваются, прежде всего, на анализе идей Михаила Бакунина, который уже долгие годы является личностью особенно любимой поляками. Если называть причины такого интереса, то прежде всего нужно отметить факт, что Бакунин знал поляков, уважал их, понимал, сочувствовал их народным аспирациям, поддерживал их патриотизм и обвинял царский режим в разделе Польши, в насильственной русификации. Важно также, что он не обижался, кошда в его адрес поляки направляли горькие слова. Кажется, что в XIX веке не было в России другого такого человека, который имел отвагу защищать освободительные стремления поляков (правда B.C. Соловьев тоже ценил поляков, но он не принимал их освободительных стремлений). Это во-первых. А во-вторых, сегодня всеболее популярное антиглоба-листическое движение поднимает (согласно духу анархизма) постулаты возможных форм существования вне государства, вне целостного, институционального организма. Они привлекают молодых, которые опасаются унификации, «растворения» в структурах Европейского Союза. Исследования русского анархизма, взглядов Михаила Бакунина, Петра Кропоткина, были начаты в начале XX века. Их продолжали Влодзимеж Рыдзевски - профессор Ягеллонского университета, автор монографии о мысли Кропоткина65 и Ханна Темки-

64 Мы имеем в виду прежде всего трехтомное издание: J. Ciechanowicz. Filozofia kosmizmu. Т. 1 - 3. 1999. Другие работы: A. Kosmodemianski. Konstanly Ciolkowski. 1949; A. Trepka. Wig oner kosmosu Konstanly Ciolkowski. 1974.

65 W. Rydzewski. Kropotkin. 1979. Любопытно заметить, что в биографии П. Кропоткина «польский вопрос» играл основополагающую роль. Он имел друзей

нова - автор первой в Польше монографии о Бакунине66. Еще в 60-тые годы были переведены фрагменты его трудов67. Сегодня он остается интересен для исследователей, о чем свидетельствуют новые научные работы68. Естественно, на польском языке много публикаций, которые имеют исторический или биографический характер, но мы выделили именно философские исследования как наиболее интересные для нас.

Литература

1. Kiejzik L., Uglik J. Red. Polskie badania filozofii rosyjskiej. Przewodnik po literaturze. Czqsc pierwsza. Warszawa 2009. 249 s.

2. Lazari A. de. От редакции. Uwagi wst§pne. Preface. // Idee w Rosji. Leksykon rosyjsko-polsko-angielski. Т. 1. Warszawa 1999. 492 s.

3. Киейзик Л. Владимир Соловьев и польский вопрос. // Со-ловьевский сборник (сост. И ред. И.В. Борисова, А.П. Козырев). Москва. 2001. С. 487-502.

4. Киейзик Л. Польские исследования философии B.C. Соловьева. // «Соловьевские Исследования». 2014. № 44. С. 2131.

5. Красицки Я. Философия B.C. Соловьева в Польше. // «Соловьевские Исследования». 2013. № 37. С. 40-54.

6. Оболевич Т. Владимир Соловьев и Мариан Моравский. // «Соловьевские Исследования». 2014. № 44. С. 31-45.

среди поляков, которые после 1863 года (падения январского восстания) были сосланы в Сибирь. В вышедших после долгих лет воспоминаниях он дал характеристику причин падения польского восстания.

66 Н. Temkinowa. Bakunin i anlynomie wolnosci. 1964.

67 M. Bakunin. Pisma wybrane. T. 1-2. 1965.

68 См. A. Kaminski. Apostol prawdy i milosci. Filozoficzna mlodosc Michaila Bakunina. 2004; J. Uglik. Michala Bakunina filozofia negacji. 2007.