Публицистический дискурс как система средств языковой манипуляции (на материале англоязычной прессы)

ФИЛОЛОГИЯ

Н.В. Бизюков

ПУБЛИЦИСТИЧЕСКИЙ ДИСКУРС КАК СИСТЕМА СРЕДСТВ ЯЗЫКОВОЙ МАНИПУЛЯЦИИ

Дискурс, манипуляция, доминация, вертикальный контекст, горизонтальный контекст.

Рассматривая проблему публицистического манипулятивного дискурса (далее - ПМД), следует отметить, что газетный текст - не просто текст в привычном смысле слова. Помимо собственно сведений, выставленных на передний план, преподносимых массовому читателю и составляющих информационное наполнение статьи, любой публицистический дискурс неизбежно включает лексически невыраженные апелляции к общему фонду знаний адресата. Не обладая определенной компетентностью в области обсуждаемых в дискурсе вопросов, нельзя извлечь из последнего планируемый автором объем информации, а иногда и понять главную мысль статьи, ведь дискурс обязательно берется в связи с каким-либо событием. Понятие «дискурс» шире понятия «текст». Вслед за П.В. Беляниным мы понимаем под дискурсом «сложное коммуникативное явление, включающее, кроме текста, экстралингвис-тические факторы - знания о мире, мнения, установки, цели адресанта, необходимые для понимания текста» [Белянин, 2009, с. 193]. Из данной дефиниции очевидно, что без вертикального контекста [Игнатов, 2006, с. 114, 115] понимание дискурса будет неполным, а иногда неадекватным.

Часто целью публицистического дискурса является не только информирование адресата, но и формирование у последнего особого рода мышления, необходимого для решения поставленной сверху задачи, как то: побудить принять активное участие в поддержке на выборах, разубедить поддерживать конкурентов, незаметно подвести к более или менее критичному взгляду на какое-либо событие. Публицистический дискурс становится информацион-но-манипулятивным. Независимо от того, какая цель признана первичной - информировать или манипулировать, дискурс не теряет своей целостности, он решает вторичные коммуникативные задачи и с этой целью соответствующе организован, связан не только с собственно языковыми, но и культурными факторами [Белянин, 2009, с. 194].

Проблема речевой (языковой) манипуляции является одной из актуальных проблем современной лингвистики. На настоящий момент она недостаточно изучена; приемы манипуляции достаточно многочисленны и разнообразны - все это не позволяет выработать единую классификацию совокупности собственно речевых и не речевых средств, применяемых манипуляторами как в межличностном общении, так и при решении более глобальных задач - манипуляции широкими слоями населения в сетевом маркетинге, политической агитации, формировании общественного мнения в СМИ. Не позволяет данное обстоятельство и выработать единую систему сведения речевой манипуляции на нет.

Приемы речевой манипуляции можно условно разделить на три уровня.

1. Логический. На данном уровне языковая манипуляция осуществляется путем незаметного на первый взгляд нарушения законов логики.

2. Собственно языковой. Этот уровень манипуляции является наиболее комплексным, дать полное его описание едва ли удастся. При анализе приемов данного уровня исследование можно проводить лишь выборочно.

3. Фактический. В этом случае процесс воздействия осуществляется путем особой, выгодной манипулятору подачи фактов.

Продемонстрируем основные приемы перечисленных уровней. Попытаемся выделить те логические, фактические и собственно языковые способы манипуляции, которыми пользуется автор статьи «Moscow can't be trusted.» М. Саакашвили. В манипулятивных намерениях последнего сомневаться не приходится, так как статья посвящена вооруженному конфликту в Южной Осетии - проблеме, на которую российское общество и глава Грузии смотрят по-разному, придерживаясь диаметрально противоположных взглядов.

Начнем анализ ПМД с его заголовка. Название статьи заслуживает отдельного внимания. В качестве заглавия взята не лексема или словосочетание, а предложение, высказывание - полноценная коммуникативная единица. Как в любом заглавии, здесь четко наблюдается синтагматическая языковая экономия [Васильева, 2006, с. 157]. Несложное по своей структуре и семантике заявление президента Саакашвили является введением в содержание и цель статьи, кратко выражая ее суть. Уже в самом начале ознакомления со статьей, не перейдя еще к изучению и анализу поданной информации, читатель рискует попасть под воздействие одного из приемов фактического уровня языковой манипуляции - выбора такой темы для освещения и издания, которая может быть направлена на однобокое освещение события.

Заголовок - не просто обособленный фрагмент текста, связанный с ним вертикальным и горизонтальным контекстом и ориентирующийся на пресуппозиции читающей аудитории. Это - тот самый фрагмент дискурса, с прочтения которого (часто) напрямую начинается знакомство читателя с информационной, аналитической сторонами дискурса, и, косвенно, с его автором и печатным изданием в целом. «Если адресат не имеет представления об авторе и его произведении, то заголовок - вполне самостоятельный концепт, несущий информацию, которая способна предопределить читательское впечатление о содержании и создать условия для его соответствующего восприятия» [Кудашова, 2004, с. 63].

Само содержание статьи не является низкоинформативным. Автор нагнетает обстановку и сгущает краски, взывая к эмоциональной сфере массового адресата не прямо, прибегая к призывам и лозунгам, а методом подачи фактов и их комментирования. При изложении каких бы то ни было фактов, истинных или заведомо ложных, автор ПМД неизбежно ставит себя в позицию доминирующего коммуниканта - располагающего бльшим багажом знаний как минимум на тему статьи, нежели массовый читатель. Таким образом, при информировании массового адресата создатель ПМД стремится показать себя обладателем такого преимущества, как энциклопедическая доминация [Дрокин, 2003, с. 47]. Глава Грузии информирует «несведущее» западное общество о положении в его стране и соседней России: «Russia's invasion of Georgia strikes at the heart of western values and our 21st-century system of security. ... Since our democratic government came to power after the 2003 Rose revolution, Russia has used economic embargoes and closed borders to isolate us, and has illegally deported thousands of Georgians. It has tried to destabilize us politically with the help of criminal oligarchs. It has tried to freeze us into submission by blowing up vital gas pipelines in midwinter. When all that failed to shake the Georgian people's resolve, Russia invaded ...».

Подача таких фактов суть наглядный пример применения эффективного приема фактического уровня речевой манипуляции. Прежде всего, мы имеем дело со смешиванием мнения манипулятора и информации. Этот прием можно применять широко, однако он представляет собой некоторую опасность - информация, преподнесенная как факт, может быть проверена и, в случае подачи заведомо ложных сведений, статья теряет силу. При данных

обстоятельствах риск для Саакашвили минимален - едва ли зарубежная читающая аудитория имеет возможность (и желание) проверять на объективность содержимое статьи, опубликованной в авторитетном издании - The Washington Post. В случае появления в мировой прессе контрарной по содержанию статьи (особенно в ином печатном источнике) сработает защитный механизм. Разоблачительный дискурс будет воспринят лишь как пропаганда России, преследующей иные цели. Здесь следует отметить, что ответный дискурс, также манипулятивный, стремился бы разрушить воздействие заведомо ложного и про вокацион-ного сообщения, поэтому его следовало бы воспринять естественно. Манипуляция носила бы не негативный характер, поскольку использовалась бы в благих целях и ей не стоило бы оказывать сопротивление.

Вниманию массового читателя представлена не просто провокационная ложь. Автор статьи стремится «покорить партнера по коммуникации во что бы то ни стало» (выделено нами. - Н.Б.) [Дрокин, 2003, с. 52] - убедить в своей правоте, не гнушаясь ложью любого масштаба: «...brutallypurging Georgian villages in South Ossetia; Russia also seeks to destroy our economy and is bombing factories, ports and other vital sites; .Moscow's goals is critical. It aims to satisfy its imperialist ambitions, to erase one of the few democratic, law-governed states in its vicinity - and, above all, to demolish the post-cold war system of international relations in Europe. It is showing that it can do as it pleases». Минимальное привлечение вертикального контекста [Игнатов, 2006, с. 114, 115] показывает абсурдность сделанных Саакашвили выводов. Попытка навязать столь неправдоподобные факты как объективную действительность представляет собой феномен «псевдоэнциклопедической доминации», суть которой заключается в том, что активный участник коммуникации стремится показать себя компетентным в обсуждаемой проблеме, оперируя при этом заведомо ложными фактами.

Другими приемами манипуляции мнением аудитории и намерения создания негативного имиджа объекта оценки, которым в данной статье выступает Россия, являются избирательная подача материала и одностороннее освещение событий. Объективные факты подаются таким образом, что по умолчанию как единственно правильное признается только одно мнение - самого манипулятора.

...events in Finland in 1939, Hungary in 1956 and Czechoslovakia in 1968... Last week Russia, using its separatist proxies, attacked several peaceful, Georgian-controlled villages in South Ossetia. On August 6, just hours after a senior Georgian official travelled to South Ossetia to attempt negotiations, a massive assault was launched on Georgian settlements.

Страшно не столько то, что статья Саакашвили наполнена несуществующими фактами, сколько то, что в ней есть доля правды. Что-либо возразить манипулятору бывает трудно, поскольку в статью включены трюизмы - утверждения и высказывания, которые своей строгой несомненной правдивостью не позволяют не согласиться с ними. Тем не менее нужные фоновые знания позволят читателю свести на нет древнее правило contra factum non datur argumentum, поскольку в действительности имеет место опора на нереальное положение вещей.

Массовому читателю преподносится только выгодная автору ПМД негативная сторона, что вырабатывает у читателей, незнакомых с вертикальным контекстом, устойчивое предвзятое отношение к России и всему, что с ней связано.

Президент Саакашвили, перечисляя один за другим доказательства враждебности России к его стране, косвенно применяет еще один прием фактического уровня языковой манипуляции - многократный повтор. В конкретном случае этот так называемый «метод Геббельса» [Белянин, 2009, с. 372] вовсе не обязательно подразумевает постоянное преподнесение одной и той же информации в неиз менном виде - систематические косвенные намеки, даже выраженные разными средствами языка, оказывают не меньший эффект. Достаточно несколько раз привести отрицательно эмоционально окрашенные факты: «. Russia has responded with crude, 19th-century methods. ... Russia's foreign ministry even denied receiving our notice of ceasefire hours after it was officially - and very publicly - delivered. This was just one of many cynical ploys to deceive the world and justify further attacks ...», чтобы выз-

вать у реципиента негативно логически окрашенное восприятие действительности и, как следствие, отторжение объекта оценки. Получая негативную информацию о государ-стве-«агрессоре», западный читатель наверняка выстроит оппозицию «жертва - тиран», в результате чего будет охотно принимать любые сведения, чернящие «тирана». Очевидно, что реципиента, прошедшего такую идеологическую «подготовку», убедить в дальнейших «зверствах» России будет легко, так как он уже сам пожелает быть убежденным и даже будет готов для этого принять ложную информацию за правдивую. Иными словами, читатель захочет обмануться, не чувствуя себя жертвой манипуляции, даже осоз навая этот факт. В конечном итоге воздействие оказывается прочным; со временем дальнейшая информация не фильтруется и принимается без излишних колебаний и сомнений.

Другой уровень речевой манипуляции основан на оперировании разумными или искаженными (что может быть незаметно для неискушенного адресата) логическими доводами. В настоящей статье глава Грузии прибегает к аргументации - простому и естественному способу склонить партнера по коммуникации к своей точке зрения путем предоставления «доказательств» своей правоты.

Из двух разновидностей аргументации - доказательной, прибегая к которой, субъект речи стремится привить свое мнение собеседнику, и контраргументации, путем которой доводы и доказательства лица убеждающего сводятся на нет либо ослабляются, - в настоящей статье присутствует первая. Президент Саакашвили, не обращаясь к конкретному собеседнику и имея полную свободу слова, лишь стремится убедить массового адресата в своей правоте и очернить Россию. Для этого он, во-первых, прибегает к самому распространенному и естественному способу аргументации - утверждению [Ревенко, 1999, с. 175], просто перечисляя псевдодоказательства Российской агрессии (нисколько при этом не задумываясь о довольно высокой степени ответственности за свои утверждения), во-вторых, стремится манипулировать мнением собеседника путем рассуждений и умозаключений: «.If the international community allows Russia to crush our democratic, independent state, it will be giving carte blanche to authoritarian governments everywhere. . If the international community fails to take a resolute stand, it will sound the death knell for the spread offreedom and democracy everywhere...». Характеризуя рассмотренный прием манипуляции, следует отметить, что аргументация не просто действенна сама по себе, но усиливается за счет присутствующей в ней негативной оценки России. Имеет место двойной прием манипуляции, поскольку «рекомендательная сила оценки есть аргумент» [Белова, 1999, с. 45. Цит. по: Баранов, 1990, с. 28].

Искусный автор ПМД способен направить на убеждение читателя в своей правоте, помимо энциклопедической, также и языковую доминацию, под которой подразумевается не выставление напоказ лингвистических знаний и умений, а овладение вниманием и доверием партнера по коммуникации посредством применения собственно языковых приемов убеждения (эмоционально окрашенная лексика, ФЕ и т. д.). В случае такой комбинированной доминации массовый адресат становится более уязвимым в плане манипуляции и может осознанно встать на сторону адресанта, порой сознательно игнорируя общеизвестный факт, что манипулятивное воздействие ПД не вызывает сомнения.

Явление собственно доминации президента Саакашвили в сфере лингвистических знаний и компетенций не обнаруживается. На данном уровне речевой манипуляции активность автора статьи не выходит за рамки стандартной стилистической окраски статьи, однако экспрессивность и импрессивность статьи доведены до высокого уровня. Цель достигается за счет употребления пейоративно маркированных фрагментов дискурса - «...Russia's invasion of Georgia strikes at the heart of western values and our 21st-century system of security. ... Moscow's goals is critical. It aims to satisfy its imperialist ambitions ... Russia's rulers do not want their nation or its borders contaminated by democratic ideas.», риторических вопросов: «... What would western nations do if they were punished for the same aspiration? ... As Georgians come under attack, we must ask: if the west is not with us, who is it with?...», а также

риторического вопроса в виде развернутой метафоры «.If the line is not drawn now, when will it be drawn?...».

Нагнетание обстановки всеми способами и чрезмерное сгущение красок - не просто последствия шокового состояния президента, чьи намерения были раскрыты, а действия сведены на нет силой оружия из-за границы. Саакашвили стремится при помощи американских СМИ пустить слух, в который охотно бы поверили огромные массы людей. В этом случае ложь, во-первых, распространится с невероятной быстротой по всем мировым каналам массовой информации, во-вторых, ввиду того что народу свойственно преувеличивать и искажать услышанное, изначально запущенные в массы сведения изменяются, почти наверняка факты лжезлодейства российских войск будут гипертрофированы, а двух-трех вторичных трансляций интервью Саакашвили иными источниками информации будет достаточно, чтобы его сообщение обросло новыми «подробностями», более пугающими, нежели изложенные факты. Восприятие и тем более анализ подобной информации неизбежно приведут к отрицательной «перестройке тезауруса знаний адресата» [Постнова, 2001, с. 107]. Наконец, даже если в слух «уверовали» лишь СМИ, а народные массы не приняли слова главы государства за истину, слух все равно не прекращает существование и может развиваться далее, действуя на благо манипулятору. Некоторый процент массовой аудитории, не апеллирующий к вертикальному контексту, не прибегающий к логическому осмыслению происходящего и принимающий на веру неправдоподобные утверждения, существует всегда. Объяснение такого положения вещей можно найти в трудах Т.И. Семеновой: «Предполагается, что в целом восприятие не обманывает нас - то, что мы видим и слышим, дает в представлении адекватную картину мира» [Семенова, 2009, с. 7]. Чтобы адресат «видел и слышал» то, что требуется манипулятору, факты в СМИ подаются избирательно. Более того: «Прагматика речевого общения не требует с необходимостью подтверждения истинности полученной информации» [Арутюнова, 1999, с. 663]. Следовательно, уважение статуса манипулятора (глава государства), «объективные» доказательства и отмеченная Н.Д. Арутюновой особенность прагматики речевого общения в совокупности составляют ту благоприятную для манипулятора базу, на которой он строит склонение массового адресата к своей точке зрения.

В заключение следует отметить, что надежным способом обнаружения факта языковой манипуляции и противодействия ей являются критическое восприятие прессы, подробное знание вертикального, анализ горизонтального контекста и логический анализ полученной информации.

Библиографический список

1. Арутюнова Н.Д. Язык и мир человека 2-е изд., испр. М.: Языки русской культуры, 1999.

2. Баранов А.Н. Лингвистическая теория аргументации (когнитивный подход): АДД. М., 1990.

3. Белова Е.Н. Оценка и ее реализация в семантической структуре оценочного словосочетания // Актуальные проблемы лингвистики и лингводидактики: межвуз. сб. науч. тр. Красноярск: КГПУ, 1997. Вып. 1.

4. Белянин В.П. Психолингвистика / Московский психосоциальный институт. М.: Флинта, 2009. 414 с.

5. Васильева Т.И. Когнитивные механизмы формирования и функционирования заголовка // Вестник МГУ. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2006. № 1.

6. Дрокин С.М. Коммуникативное доминирование языковой личности как один из параметров ее элитарности // Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета. Пятигорск: Изд-во ПГЛУ. 2003. № 2; № 3; 2004. № 4.

7. Игнатов К.Ю. Интертекстуальные словосочетания как средство анализа авторского стиля // Вестник МГУ. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2006. № 4.

8. Кудашова Н.Н. Антропоцентрическая парадигма имеющихся прозаических текстов // Вестник МГУ. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2004. № 2. С. 61-69.

9. Минаева Л.В., Морозов А.Ю. Роль речевой коммуникации в создании имиджа // Вестник МГУ. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2GGG. № 1. С. 59.

Ю.Постнова Т.Е. Прецедентные тексты в печатной рекламе // Вестник МГУ. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2GG1. № 2.

11.Ревенко О.А. Аргументатив как тип речевого акта // Актуальные проблемы лингвистики и лин-гводидактики: межвуз. сб. науч. тр. Красноярск: КГПУ, 1999.

12.Семенова Т.И. Модус кажимости: между истиной и ложью // Вестник Иркутского государственного лингвистического университета. Сер. Филология. № З (7). Иркутск, 2GG9.

H.URL: http://www.guardi an.co.uk/world/ge orgia