К вопросу об источниковедении документов партийного происхождения по истории Русской Православной Церкви второй половины 1950-х начала 1960-х годов ХХ века

Вестник ПСТГУ 2005/4 «История», с. 153—168

К ВОПРОСУ ОБ ИСТОЧНИКОВЕДЕНИИ ДОКУМЕНТОВ ПАРТИЙНОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ ПО ИСТОРИИ

Русской Православной Церкви второй половины 1950-х - начала 1960-х годов ХХ века

Колесова М.Е.

Кандидат исторических наук, доцент ПСТГУ

Статья посвящена вопросам исследования новых видов источников по истории Русской Православной Церкви, ставших доступными в конце ХХ века. Введение в научный оборот целых документальных массивов диктует необходимость дальнейшей разработки и конкретизации методики критического анализа документов, то есть развития науки об исследовании источников - источниковедения. В статье дается краткий исторический очерк становления и развития источниковедения как научной дисциплины в России. На основе изложенных автором критериев достоверности, полноты и точности источника показывается важность документов бывшего архива ЦК КПСС как источника по истории Русской Православной Церкви. Характеристика состава и содержания фондов, наиболее интересных для исследователей новейшей истории Православной Церкви, дает возможность обрисовать круг проблем, исследование которых практически невозможно без привлечения документов Российского государственного архива новейшей истории (бывшего архива ЦК КПСС).

Значительный массив рассекреченных документов, поступивших в распоряжение исследователей в конце 80-х - начале 90-х гг. ХХ в., поставил историков перед необходимостью введения в научный оборот не только ранее не исследованных документов, но и новых видов источников. К последним можно отнести секретные документы аппарата ЦК КПСС, до 1991 г. хранившиеся в закрытом архиве партии.

Исследователи новейшей истории Русской Православной Церкви должны быть вооружены знаниями о природе исторического источника, их типах и видах, классификации, специфике отдельных видов источников, методике работы с архивными документами и т. д. Все эти проблемы изучает источниковедение, в том числе теоретическое, и историко-архивоведение. Настала пора объединить теорети-

ческие знания в области богословия и церковной истории с методикой и практикой источниковедения и архивоведения, создававшимися в течение длительного периода времени светскими историками-архивистами.

Человек познает мир через фиксированные источники информации, т. е. целостную совокупность материальных произведений, созданных в процессе целенаправленной человеческой деятельности. Эта совокупность и является историческими источниками, подразделяющимися на разные типы и виды, в зависимости от формы фиксации информации. Изучение источников как целостного системного объекта является предметом источниковедения, но не исчерпывается этим.

Источниковедение - особый метод гуманитарного познания мира. Традиционно источниковедение было связано с исследовательской деятельностью историка. Однако в настоящее время научным сообществом признается, что эпистемологические принципы гуманитарного познания, на основе которых формируются и развиваются методы источниковедения, являются универсальными для изучения объектов культуры как источников наших знаний о человеческом обществе. Таким образом, источниковедение есть метод познания окружающего мира.

Целостное учение об источниках как реальных остатках конкретной исторической эпохи сложилось именно в России в начале XX веков. Можно утверждать, что главную роль в становлении теоретического источниковедения сыграл выдающийся русский ученый А.С. Лаппо-Данилевский. В своей монографии «Методология истории»1 ученый в качестве основной задачи поставил обоснование значения исторических источников как основы гуманитарного познания, науки о человеке. Источник, как эмпирическая данность, и человечество фундаментально соотнесены, а для познания этой соотнесенности необходима единая методология. Методология истории (по Лаппо-Данилевскому это есть гуманитарное знание в целом) имеет два уровня: 1) методология источниковедения, т.е. система методов, синтезирующих источник как явление культуры конкретного исторического периода; 2) методология исторического построения. Этот уровень состоит из методов, которые, исходя из реальности источника как культурологического явления, воссоздают саму культуру.

Как писал выдающийся философ Л.П. Карсавин: «Через источник, как часть минувшего, мы вживаемся в единство этого минувшего и, познавая часть, в ней уже познаем и целое»2.__________________

1 Лаппо-Данилевский A.C. Методология истории. СПб., 1911 — 1913. Вып. 1—2.

2 Карсавин Л.П. Введение в историю (Теория истории). Пг., 1920. С. 38.

Следовательно, исторический источник есть тот атом, который составляет живую материю ретроспективной информации, без которой невозможна реконструкция исторического процесса, а значит невозможно и сохранение исторической памяти человечества. Сохранить источники и сделать их максимально доступными для исследователей - задача историков-архивистов, и сегодня она как никогда актуальна.

Впервые понятие об архивах как национальном достоянии было поставлено на государственном уровне во Франции, где уже в 1821 г. была создана, развивающаяся успешно и поныне, Школа хартий. В задачи ее входила именно подготовка историков-архивистов, специалистов для работы с документами по истории Франции. Только в Школе хартий было впервые введено преподавание таких исторических дисциплин, как палеография, дипломатика, геральдика, сфрагистика и т. п., что обеспечило на целые 50 лет за Школой заметное преимущество перед всеми другими высшими учебными заведениями не только французскими, но и заграничными. С 1850 г. кадры французских архивистов формировались только из выпускников Школы хар-тий3.

Взаимосвязь источниковедения и архивоведения проявляется не только на уровне, уже отмеченном выше: хранение и использование источников - их изучение и интерпретация. Практически все дисциплины архивоведческого цикла, теория и методика архивоведения, археография, делопроизводство и т. д., связаны с источниковедением, так как невозможно провести ни экспертизу ценности источника, то есть определить его историческую, культурологическую либо иную ценность, ни овладеть навыками архивной эвристики, не владея приемами и методами источниковедческого анализа. Поэтому источниковедение, как указано в новом государственном стандарте по специальности историко-архивоведение, является базовой дисциплиной для данной специальности.

Если во Франции централизация архивного дела началась достаточно рано, и это послужило основой для развития теории и методики архивного дела, то в России и во второй половине XIX в. архивы продолжали оставаться ведомственными учреждениями. Это служило препятствием и для свободного доступа исследователей, и для выработки единых принципов работы архивов, в том числе, в области создания научно-справочного аппарата, определения единых принципов описания документов и т. д.

3 Медушевская О.М. Теория, история и метод источниковедения // Источниковедение. Теория, история, метод. Источники Российской истории. М., 1998. С.45.

Тем не менее, архивная мысль в России продолжала развиваться. Используя опыт своих зарубежных коллег, преимущественно французских, русские архивисты добились открытия в начале ХХ в. Московского археологического института, созданного во многом по типу Школы хартий. Происходило складывание русской архивоведческой школы. Развитию ее способствовали известные историки-архивисты Н.В. Калачев и Д.Я. Самоквасов, а впоследствии, после 1917 г., огромную роль в сохранении архивов сыграли выдающиеся историки: А.С. Лаппо-Данилевский, С.Ф. Платонов, ученики Лаппо-Данилев-ского: А.Е. Пресняков, С.Н. Валк и другие, организовавшие Союз архивных деятелей. Союз был создан как общественная организация, но с государственными полномочиями по контролю над проведением реформы архивного дела в России, реорганизацией и централизацией архивной системы. Опыт постановки архивного дела и системы историко-архивного образования во Франции был использован как эталон4.

На особую взаимосвязь источниковедения и архивоведения указывали такие выдающиеся историки, как С.Ф. Платонов и А.Е. Пресняков. В своих выступлениях на открытии осенью 1918 г. архивных курсов в Петрограде и Москве, они подчеркнули единство задач истории, источниковедения и архивоведения5.

Определение источника как явления культуры предполагает симфонию материального и духовного. Данный подход уже после 1917 г. был развит И.М. Гревсом, который считал, что исследователь при изучении источника воспринимает в единой психологической интерпретации комплексное взаимодействие двух граней культуры: внешней (материальной) и внутренней (духовной)6.

К сожалению, в дальнейшем отечественные ученые постепенно потеряли возможность влиять на развитие событий в области архивного строительства, однако их роль в спасении архивов организаций, упраздненных после Октябрьского переворота, неоценима.

Последующие десятилетия негативным образом сказались на развитии теоретического источниковедения. Идеологический прессинг не давал возможности обратиться к проблеме «духовного». Само понятие «духовности» долгое время, казалось, было почти забыто.

Именно в тот период и сложилось представление об источниковедении как своего рода «исторической технике», т. е. простом наборе технических приемов по работе с документами. И это было не случайно, ведь «техника», как, например, математика, имеет право на

4 Там же. С.85

5 Там же. С. 86.

6 Гревс И.М..Экскурсия в культуру. М., 1925. С. 20.

независимость от идеологии, и, возможно, поэтому сами историки-источниковеды и не возражали против подобных определений, что позволяло им в основной части своих исследований стараться обойти вопросы идеологии7.

Но источниковедческая школа России не угасла, она только «затаилась». И как только происходило ослабление идеологического диктата — вопросы теории и методики источниковедения вновь становились актуальными. Начинали изучаться вопросы природы исторического источника, его значения в историческом познании8.

Еще во второй половине 1930-х гг. П.Г. Любомиров (ученик А.С. Лаппо-Данилевского) включил в учебные планы Историко-архивного института полный курс источниковедения. В 1936 - 1940 гг. такой курс читался выдающимся историком М.Н. Тихомировым. При составлении курса был учтен типологический курс источников по русской истории, читавшийся в Московском университете В. О. Ключевским. Таким образом, была соблюдена преемственность научной традиции.

Подводя итог краткого экскурса в развитие теории и методики источниковедения в России, подчеркиваем, что введение в научный оборот и практическое использование, на основе всестороннего критического анализа, новых, не исследованных исторических источников - основная задача историка-архивиста. Распространено заблуждение, что задача архивистов — только хранение документов. Но архивные фонды не должны лежать мертвым грузом. В нормативных актах по архивному праву использование документальных материалов отмечается как одна из основных задач в области архивного дела. Издание документальных сборников, малые формы публикации, выставки архивных документов, создание документальных фильмов, подготовка теле- и радиопередач, информационные письма — вот только краткий перечень форм использования архивных документов специалистами архивов.

7 См., например: Никитин С.А. Источниковедение истории СССР, XIX век. М., 1940.; Черепнин Л.В. Русские феодальные архивы. Т. 1-2.М., 1948—1950.

8 См., например: Тихомиров М.Н. Источниковедение истории СССР с древнейших времен до конца XVIII в. М., 1962; Стрельский В.И. Источниковедение истории СССР. Период империализма. Конец XIX в. - 1917 г. М., 1962; Данилов В.П., Якубовская С.И. Источниковедение и изучение истории советского общества // Вопросы истории. 1961. № 5; Стрельский В.И. Теория и методика источниковедения истории СССР. Киев, 1968; Шмидт С.О. Современные проблемы источниковедения // Источниковедение. Теоретические и методические проблемы. М., 1969; Черепнин Л.В. К вопросу о методологии и методике источниковедения и вспомогательных исторических дисциплин // Источниковедение отечественной истории. Вып. 1. М., 1973; Черноморский М.Н. Источниковедение истории СССР (советский период). М., 1976; Медушев-ская О.М. Теоретические проблемы источниковедения. М., 1977.

Источники по истории советского периода изучены еще крайне слабо, особенно в сравнении с источниками предыдущего времени. Отчасти это объясняется еще относительно малым хронологическим отрезком, прошедшим с момента окончания данного периода нашей истории. Негативную роль, несомненно, сыграл и идеологизированный подход к интерпретации источников советского периода. К сожалению, именно история КПСС была в советском государстве самой фальсифицированной. Учебники по истории партии постоянно переписывались, из них изымались имена, менялись оценки и трактовки событий. В силу этого и источниковедение истории КПСС, существовавшее в советский период, в настоящее время не может быть признано полностью отвечающим критериям научной дисциплины. При этом отдельные монографии, например работа М.А. Варшавчи-ка «Источниковедение истории КПСС» (М., 1982), только в некоторых аспектах продолжают представлять научный интерес.

Настала пора постараться дать объективную оценку исторической ценности разных видов и разновидностей документов советской эпохи и, в первую очередь, определить степень их достоверности.

Документы, созданные в процессе деятельности КПСС, составляют отдельный вид источника, характерный именно для советского периода истории России.

Правомерность выделения этих документов как отдельного вида источников в научной литературе по источниковедению не ставится под сомнение. Однако их оценка как исторического источника в постсоветский период закономерно поменялась на прямо противоположную. Так, в свое время В.М. Селунская писала, что «партийные документы для историков советского общества служат важным критерием для проверки идейной направленности и достоверности других источников»9.

В учебном же пособии «Источниковедение», разделе «Исторические источники советского периода», подразделе «Документы КПСС», написанном В.В. Кабановым, высказывается противоположное мнение, что «тотальная идеологизация всех сфер жизни вела к искажениям, как отдельных видов исторических источников, так и корпуса источников в целом»10. Другими словами, автор считает документы КПСС источником недостоверным.

С этим мнением нельзя полностью согласиться, тем более, что в упомянутой работе рассматриваются только опубликованные доку-

9 Селунская В.М. Документы Коммунистической партии Советского Союза // Источниковедение истории СССР. М., 1981. С. 361.

10 Кабанов В.В. Исторические источники советского периода // Источниковедение... М., 1998. С. 543.

менты партии. В общем массиве этих источников следует провести раздел между документами КПСС, предназначенными для открытой публикации, и теми, которые создавались в недрах партийного аппарата и предназначались для ограниченного круга лиц. К первой группе относятся: программы КПСС, уставы, директивные материалы съездов, информация о проведенных пленумах и т. д. Эти разновидности документов имели своей основной функцией пропагандист -ско-агитационную, их целью было воздействие на «массы», «воспитание» народа. Подобное целевое назначение во многом и определяет их содержание. При публикации информации о проведенных пленумах, конференциях, материалов съездов, на которых происходило столкновение мнений, а порой и серьезное противостояние, после официального разгрома всех «уклонистов» и «оппортунистов» факты практически любых разногласий стремились скрыть путем тщательного редактирования материалов, предназначенных для печати.

В то же время аппарат ЦК КПСС не мог не обладать достоверной информацией обо всех сторонах жизни общества. Партия стремилась руководить всем, что только могло поддаваться руководству, в том числе и духовной жизнью общества. Через региональную сеть партийных комитетов осуществлялось фактическое управление страной, невозможное без достоверного и полного информационного обеспечения властных органов. На места отправлялись документы нормативного и организационно-распорядительного характера, с мест поступали отчетно-информационные материалы. Такого же рода взаимодействие осуществлялось со всеми центральными министерствами и ведомствами. Через аппарат ЦК КПСС проходила буквально вся информация о жизни страны. При проработке какого-либо вопроса в ЦК запрашивалась вся документация по данному делу по всем инстанциям. И достоверность представленных документов должна была быть достаточно высокой. За сокрытие либо искажение сведений можно было поплатиться партийным билетом, что означало крах карьеры. Когда же вопрос вносился в повестку заседания Оргбюро или Секретариата ЦК КПСС, к делу приобщались все собранные по данному вопросу документы. В целях же недопущения утечки информации, практически все документы ЦК КПСС имели гриф секретности: «Секретно», «Совершенно секретно», «Особая папка». И в настоящее время бывший архив ЦК КПСС остается самым закрытым из архивов системы государственной архивной службы России.

Поэтому, на наш взгляд, документы, отложившиеся в процессе деятельности аппарата ЦК КПСС, нельзя считать недостоверными. Вопрос о возможных искажениях остро стоит относительно докумен-

тов позднебрежневского периода, когда, примерно со второй половины 1970-х годов, начинает процветать «очковтирательство», «приписки» и т. д. Соответственно при работе с документами этого периода необходима тщательная критика их содержания, сопоставление с другими источниками, первичной документацией, особенно, если исследуются материалы отчетного характера.

В настоящее время, как и до 1991 г., существуют два архива, хранящие документы высших и центральных органов КПСС: Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ), бывший Центральный партийный архив Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС (ЦПА ИМЛ) и Российский государственный архив новейшей истории (РГАНИ), бывший текущий архив ЦК КПСС. Хронологический раздел между хранящимися в архивах документами - 1952 год.

Материалы ЦПА ИМЛ при ЦК КПСС были частично доступны для исследователей. На их базе писались исторические работы, в том числе и по источниковедению, например работа Т.В. Батаевой «Историко-партийные документы: рабочий класс в первые годы Советской власти» (М., 1990), в которой отдельная глава носит название «Материалы Центрального Комитета РКП (б) как исторический источник».

Текущий архив ЦК КПСС был полностью закрыт для исследователей. После 1991 г. под названием Центр хранения современной документации (ЦХСД) архив был включен в систему государственной архивной службы России. С 2000 г. ЦХСД был переименован в Российский архив новейшей истории (РГАНИ).

Уже из первоначального названия архива ясен его документальный состав. Основные фонды архива сформированы на базе VII сектора Общего отдела ЦК КПСС, который объединял документы Секретариата ЦК КПСС и аппарата (отделов) ЦК КПСС. Хронологические рамки хранящихся документов: с октября 1952 г. (отдельные материалы, например пленумов ЦК, относятся к 40-м годам XX в.) по август 1991 года. Архив продолжает комплектоваться в основном личными фондами бывших деятелей КПСС.

Материалы по истории Русской Православной Церкви, политике КПСС в отношении Православной веры сохранились в большинстве фондов РГАНИ. Для удобства характеристики и анализа этих документов их можно систематизировать в соответствии со структурой КПСС, согласно которой и происходило распределение документов по фондам:

1) материалы высших органов партии: съездов и конференций; 2) документы центральных органов ЦК КПСС: пленумов ЦК, Президи-

ума (Политбюро) ЦК, Секретариата ЦК, Комиссии ЦК КПСС по вопросам идеологии, культуры и международных партийных связей; 3) материалы аппарата (отделов) ЦК КПСС.

Согласно Уставу партии ЦК являлся лишь рабочим органом, избираемым съездом. На деле, применительно к рассматриваемому нами периоду 1953-1964 гг., ЦК КПСС, а точнее Политбюро ЦК КПСС, некоторое время именовавшееся Президиумом, стал фактически высшим органом власти не только партии, но и всего государства. Съезд же партии стал формальным мероприятием: все принимаемые им решения подготавливал аппарат ЦК, прорабатывал Секретариат ЦК, а утверждал Президиум (Политбюро) ЦК.

Материалы съездов представляют собой объемный комплекс документов, касающихся всей процедуры подготовки, созыва и проведения съезда: проекты докладов, резолюций и постановлений; стенограммы утвержденных докладов и выступлений; стенограммы прений по докладам (неправленые, правленые и редактированные); принятые резолюции и постановления и т. д.

В настоящее время материалы съездов ЦК полностью рассекречены11. Однако документов, впрямую относящихся к истории Русской Православной Церкви, в данных комплексах крайне мало. Там мы находим, в основном, общие формулировки директивного характера по борьбе с религиозными «пережитками».

Материалы пленумов ЦК во многом повторяют состав материалов съездов. Но в зависимости от того, какой проблеме был посвящен конкретный пленум, к его материалам могут быть приобщены очень интересные документы, в том числе и по истории Православной Церкви. Например, в документах Июньского 1963 г. пленума ЦК КПСС (на котором, согласно официальной трактовке, шла речь об усилении организационных форм идеологической работы, а по сути, взят курс на полное искоренение православия в государстве), содержатся справки КГБ СССР о серьезных недостатках в воспитательной работе среди молодежи, что приводило к «активизации православия в молодежной среде»12. За небольшим исключением материалы пленумов ЦК также рассекречены.

Несомненно, самый важный комплекс партийных документов по истории Русской Православной Церкви содержат материалы Президиума (Политбюро) ЦК КПСС13

В отличие от сталинского периода, когда решение принималось фактически единолично Генеральным секретарем, в 1953-1964 гг. на

11 РГАНИ. Ф. 1.

12 Там же. Ф. 2. Оп. 1. Д. 624—658.

13 Там же. Ф. 3.

заседание Президиума (Политбюро) ЦК КПСС выносились наиболее важные вопросы политико-идеологического характера, как, например, печально известное постановление от 13 января 1960 г. «О мерах по ликвидации нарушений духовенством советского законодательства о культах»14.

Основным видом документов Президиума ЦК были постановления. Однако постановления Президиума ЦК КПСС как самостоятельный вид документов в делопроизводстве ЦК КПСС не существуют, так как они оформлены в виде протоколов. Каждое заседание Президиума (Политбюро) ЦК КПСС оформлялось специальным протоколом с самостоятельным порядковым номером, нумерация велась по созывам, считая от очередного съезда партии. Помимо постановлений-протоколов, принятых на заседании Президиума (Политбюро), имеются и постановления, принятые путем опроса «вкруговую». Первые именовались «заседанческие» и нумеровались римским цифрами, вторые назывались «голосованные» и нумеровались арабскими цифрами.

Помимо протоколов-постановлений в фонде хранятся и стенограммы заседаний Президиума (Политбюро) ЦК КПСС. Это, несомненно, самый интересный источник, поскольку именно в нем полностью отражен весь процесс обсуждения и принятия решений, в том числе и по отношению к Русской Православной Церкви. При этом если в отношении стенограмм заседаний пленумов ЦК проводилась правка и редактирование, что не могло не сказаться на окончательном варианте, то строго засекреченные стенограммы заседаний Президиума (Политбюро) подобной правке не подвергались, Поэтому, вероятно, вопрос об их рассекречивании до сих пор и не решен. Было рассекречено буквально считанное количество документов для суда над КПСС, который проходил осенью 1992 года. К сожалению, большая часть материалов Политбюро (Президиума) ЦК и по сей день находится в Архиве Президента РФ, куда они были направлены в последние годы существования СССР по распоряжению его экс-президента М.С. Горбачева. И хотя с 1993 г. начался процесс передачи материалов в РГАНИ, количество переданных документов еще крайне невелико.

Значительный комплекс документов по интересующей нас теме отложился в составе Секретариата ЦК КПСС15 и Комиссии ЦК КПСС по вопросам идеологии, культуры и международным партийным связям16.

14 Там же.

15 Там же. Ф. 4.

16 Там же. Ф. 11. Оп. 1.

Секретариат являлся как бы сердцевиной аппарата ЦК. Все сколько-нибудь значимые вопросы состояния Русской Православной Церкви и возможные пути подавления ее деятельности обсуждались на Секретариате. В Секретариате концентрировались все материалы, интересующие ЦК и необходимые для проработки вопроса и подготовки соответствующего постановления ЦК КПСС; в частности, в повестку дня заседания Секретариата вносились все вопросы, касающиеся ужесточения политики государства в отношении Русской Православной Церкви. Материалы Секретариата представлены постановлениями, протоколами и материалами к ним. В отличие от материалов Президиума (Политбюро) постановления Секретариата ЦК КПСС существуют как самостоятельный вид документа и тоже различаются на «заседанческие» и «голосованные».

Между секретарями ЦК КПСС существовало жесткое распределение сфер деятельности, поэтому каждый секретарь ЦК мог в пределах своей компетенции решать вопрос в оперативном порядке, не вынося на обсуждение других секретарей. На записке отдела, который он курировал, секретарь ставил резолюцию «Согласен». Такая записка приобретала характер постановления и именовалась «Записка Отдела ЦК КПСС с согласием секретарей ЦК», иногда для краткости -«Записка с согласием». Протоколы Секретариата также разделяются на «заседанческие» и «голосованные». В первых к номеру присоединяется литера «с», например «СТ 20/15с», во втором случае присоединяется литера «г» или «гс» - «СТ 20/15 гс».

Данный фонд в настоящее время еще практически не рассекречен и доступен только сотрудникам архива.

К счастью для исследователей, в январе 1958 г. в целях «разгрузки» Секретариата ЦК КПСС была создана Комиссия по вопросам идеологии, культуры и международным связям, председателем которой был назначен секретарь ЦК КПСС М.А. Суслов. Первое заседание Идеологической комиссии ЦК КПСС состоялось 14 января 1958 г., последнее было проведено 13 марта 1961 года. С 14 марта по 31 октября 1961 г. Комиссия не заседала, т. е. вопросы решались путем голосования, «вкруговую». Всего Комиссией было оформлено 59 протоколов и материалы к ним. Каждый протокол оформлялся в самостоятельное дело. Материалы к протоколам хранятся отдельно, но сохранен принцип «протокол-дело».

Основная часть материалов Комиссии рассекречена и доступна исследователям. Не рассекреченные материалы в основном содержат документы конфиденциального характера, которые в читальный зал архива не выдаются. Однако и рассекреченный массив содержит

очень важную информацию, иллюстрирующую процесс формирования жесткого контроля деятельности РПЦ. «Мирное» наступление на Русскую Православную Церковь, декларируемое в программных документах КПСС, в основе своей имело совершенствование глобальной системы антирелигиозной пропаганды, охватывавшей все сферы жизни общества. Однако, как об этом свидетельствуют документы, государство в первую очередь интересовали церковные доходы. Для пополнения государственного бюджета создавался механизм легального изъятия церковных средств, якобы «законным», а по сути, грабительским путем.

В фонде Комиссии содержится также значительная группа документов о международной деятельности Русской Православной Церкви, так как именно через нее проходили все дела, связанные с выездом за границу представителей Московской Патриархии. По каждому выезжающему имеется подборка материалов, где помимо обычных документов, анкеты, биографии и т. д. содержится резюме о возможности выезда данного лица. Комиссия принимала также и специальные постановления, согласно направлению своей деятельности, которые публиковались в печати как постановления ЦК КПСС.

Основной массив документов до истории Русской Православной Церкви содержится в фонде «Аппарат ЦК КПСС»17.

Аппарат состоял из отделов по руководству какой-либо сферой жизни общества, а также отраслью экономики. Количество отделов и их структура находились в прямой зависимости от задач, которые партия признавала в данный период важными. Так, одной из основных идеологических задач во второй половине 1950-х - начале 1960 гг. была борьба с религией. Руководство в стране пропагандой, в первую очередь атеистической, и всеми учреждениями идеологического профиля осуществляли Отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС и Отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС по РСФСР. В декабре 1962 г. эти отделы были упразднены, а их функции переданы Идеологическому отделу ЦК КПСС, Идеологическому отделу ЦК КПСС по промышленности РСФСР и Идеологическому отделу ЦК КПСС по сельскому хозяйству РСФСР. После 1964 г. остался только Идеологический отдел ЦК КПСС18.

Следует отметить, что если в делопроизводстве высших и центральных органов КПСС отложились в основном документы директивного и организационно-распорядительного характера, то в делопроизводстве самого аппарата ЦК КПСС преобладают отчетно-ин-

17 Там же. Ф. 5.

18 Там же. Ф. 5. Оп. 55.

формационные документы: отчеты, докладные записки, информационные письма, сводки, справки, обзоры. Значительный массив источников составляет переписка ЦК КПСС, в том числе с Советом по делам Русской Православной Церкви и Московской Патриархией.

Кратко характеризуя содержание документов названной группы, следует отметить разнообразие ее тематики. В отчетно-информационных документах с мест содержатся сведения о мероприятиях, проводимых в рамках «антирелигиозной кампании», и результатах оной, а также ответной реакции верующих, которая порой доходила до крайних форм протеста.

Совет по делам Русской Православной Церкви регулярно информировал ЦК КПСС о нарушениях законности в отношении верующих, однако основной акцент при этом делался не на реакции простого народа, а на настроениях духовенства. Особенно пристальное внимание уделялось высшему священству. Большая группа документов носит устойчиво-формулярный заголовок «О настроениях патриарха Алексия», что свидетельствует о «пристальном» наблюдении не только за поведением, но даже мыслями высшего священноначалия19.

Особый интерес представляет отложившаяся в фонде группа подлинных, в отдельных случаях имеются даже рукописные автографы, писем Патриарха Алексия Первому секретарю ЦК КПСС Н.С. Хрущеву и Председателю Совета по делам Русской Православной Церкви Г.Г. Карпову. В них Патриарх указывает на фактические нарушения «свободы совести» в СССР, нарушения законодательства в отношении Русской Православной Церкви и пытается добиться личной аудиенции у Хрущева для решения жизненно важных для Церкви вопросов20.

Оценка государственной политики в отношении Русской Православной Церкви дана в записке Совета по делам Русской Православной Церкви в ЦК КПСС от 16 декабря 1959 г., озаглавленной «О настроениях патриарха Алексия и о вопросах, которые он намерен поставить на приеме у Н.С. Хрущева». В ней Г. Карпов с явной тревогой информирует ЦК КПСС, что митрополит Николай от своего лица и от имени Патриарха заявил, что «идет физическое уничтожение церкви и религии» и «сейчас это поставлено шире и глубже, чем даже в 20-х годах...»21.

В развернувшейся борьбе против Русской Православной Церкви не остался в стороне и Комитет государственной безопасности

19 См., например, Ф. 5. Оп. 30. Д. 289. Л. 181-185.

20 См., например, Ф. 5. Оп. 30. Д. 289. Л. 192.

21 Там же. Л. 181-182.

СССР, регулярно направлявший в ЦК сводки о религиозных настроениях в обществе. При этом власть более всего интересовали настроения в среде интеллигенции, что заставляло КГБ СССР держать под особым контролем именно этот социальный слой22.

В аппарате ЦК отложились не только документы, поступившие непосредственно в ЦК КПСС или в Совет по делам Русской Православной Церкви (который также пересылал важные документы в ЦК КПСС), а даже и внутрицерковные документы, например копии циркуляров патриарха Алексия епархиальным архиереям. Больше того, во многих докладных записках Совета по делам Русской Православной Церкви в ЦК КПСС приводились выдержки из личных писем Патриарха23. Создается впечатление, что личная переписка Патриарха также находилась под контролем соответствующих органов.

Как отмечалось выше, основной массив документов по истории Русской Православной Церкви сосредоточен в Идеологическом отделе ЦК КПСС. Однако они отложились и в материалах других отделов ЦК КПСС. Например, документы о международных связях Русской Православной Церкви, ее участии в «борьбе за мир» имеются в материалах Международного отдела ЦК24. Вопросы преподавания атеизма в школах, средних и высших учебных заведениях, издания учебников по атеизму, создания кружков антирелигиозной пропаганды отражены в материалах Отдела науки и высших учебных заведений ЦК25 и Отделе науки и культуры ЦК26.

Приступая к ознакомлению с документами функциональных отделов ЦК, необходимо, на наш взгляд, сначала обратиться к материалам Общего отдела ЦК27. Основными функциями Отдела являлись: обеспечение оперативной деятельности секретарей ЦК КПСС без участия отделов ЦК; организация и контроль за ведением делопроизводства в аппарате ЦК и местных парторганизаций.

Документация Общего отдела является ключом к изучению документов ЦК КПСС. В составе его материалов: проекты постановлений и докладов на пленумах ЦК КПСС; проекты совместных постановлений ЦК КПСС, в том числе и в отношении Русской Православной Церкви; записки и справки секретарей ЦК КПСС; стенограммы совещаний в ЦК КПСС по вопросам идеологии; аналитические обзоры писем, поступивших в ЦК, в том числе и от верующих. В архиве Об-

22 См., например, оп. 93. Д. 126. Л. 85.

23 См., например, оп. 16. Д. 704. Л. 85—93.

24 Там же. Ф. 5. Оп. 28.

25 Там же. Оп. 35.

26 Там же. Оп. 17.

27 Там же. Оп. 30.

щего отдела отложились информационные записки Совета по делам Русской Православной Церкви, направленные в ЦК КПСС, например: «О православных монастырях в СССР» от 4 августа 1953 г.28; «О встрече в феврале 1955 г. с патриархом Алексием» от 12 марта 1955 г.29; «О состоянии здоровья Патриарха Алексия» от 18 апреля 1957 г.30; «О реагировании Патриарха Алексия по отдельным вопросам, характеризующим его как руководителя церкви» от 19 апреля 1955 г.31 и многие другие.

Почти на всех документах имеются резолюции и пометы секретарей ЦК КПСС, что позволяет проследить, какова была судьба конкретного документа: был ли он доложен по инстанции, и по нему были приняты соответствующие оргвыводы, а возможно, и конкретные меры, или он был просто сдан в архив. Практически все документы Общего отдела рассекречены.

Подводя итог краткому обзору состава и содержания документов ЦК КПСС по истории Русской Православной Церкви, еще раз подчеркиваем их важность как исторического источника для воссоздания достоверной и полной картины тяжелого периода испытаний. Документы ЦК позволяют проследить весь механизм выполнения государственной задачи, в данном случае, задачи фактически полного уничтожения Православной Церкви. Выявив всю тематическую подборку документов по всем названным структурам ЦК КПСС, мы можем реконструировать работу государственной машины от момента инспирированного «сигнала» к концентрации необходимой информации, собираемой по всем центральным и региональным ведомствам. Готовый комплекс информации, с сопроводительной аналитической запиской позволял вынести вопрос на обсуждение, по итогам которого готовилось решение, оформляемое как директивный документ, имевший силу закона. Далее на места поступали конкретные указания по применению этого нормативного документа. Регионы же информировали центральную власть о мерах по претворению в жизнь полученных директив и последствиях проводимых мероприятий. Все это в целом дает возможность воссоздать достоверную и достаточно полную картину политики КПСС по отношению к Русской Православной Церкви за период 1952-1964 годов.

Документы ЦК КПСС организационно-распорядительного характера, поступавшие, в частности, в Совет по делам Русской Православной Церкви, сохранились в составе фонда, в настоящее время

28 Там же. Д. 10.

29 Там же. Д. 93.

30 Там же. Д. 240.

31 Там же. Оп. 16. Д. 704. Л. 85-93.

хранящегося в Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ). Однако полной картины они не дают, поскольку исходя из сказанного выше, это только верхушка айсберга, так как процесс обсуждения, подготовки, корректировки решений, и т. д. и т. п. происходил «наверху», вне этого учреждения.

Остается пожелать, чтобы процесс рассекречивания документов, который в настоящее время практически приостановился из-за отсутствия необходимых средств, сдвинулся с мертвой точки и дал возможность исследователям получить доступ ко всем фондам архива, хранящим материалы по истории Русской Православной Церкви.

Studying sources from the former Russian Communist Party Archives concerning History of the Russian Orthodox Church in the second half of the 1950s — at the beginning of the 1960s

M. E. Kolesova

The article is devoted to some questions of the new-type sources studies on History of the Russian Orthodox Church that became available at the end of the XX c. Introduction to the science of a great deal of documentary materials makes it necessary to further develop and revise the methods of the critical analysis of the documents, i.e. to further develop the science of sources studies. The article gives a short historic essay on sources studies as a scientific branch in Russia

On the basis of the criteria of authenticity, completeness and accuracy, the author of the article shows the importance of the former archives documents of the Central Committee of the CPSU as a source on History of the Russian Orthodox Church. Features of the composition and contents of the funds which are of interest to the researchers of contemporary History make it possible to highlight some issues which can’t be studied without resorting to the documents from the Russian state archives of Contemporary History (the former CPSU Central Committee archives).