Вербализация эмоций человека в зеркале антонимии (на материале английского языка)

Вестник Челябинского государственного университета. 2010. № 4 (185). Филология. Искусствоведение. Вып. 40. С. 156-159.

Т. В. Семёнова

ВЕРБАЛИЗАЦИЯ ЭМОЦИЙ ЧЕЛОВЕКА В ЗЕРКАЛЕ АНТОНИМИИ

В статье рассматривается лексическая манифестация эмоций в английском языке, представленная в оппозиции, и раскрывается функция эмосемы как идентифицирующего предиката. Предложенная в статье семантическая оппозиция, отображающая основные чувства-антагонисты, подтверждает свой универсальный характер для народов мира.

Ключевые слова: эмоции, лексикология, эмотивная лексика, эмосема, денотация, коннотация, антонимия.

В современном мире, заполненном разного рода информацией, феномен ‘эмоции’ приобретает всё новые оттенки. Человеку XXI века доступны разнообразные формы общения, поэтому изучение эмоций и их вербализации как составляющей межкультурной коммуникации представляется нам весьма актуальным и важным. Исследование лексической репрезентации эмоций, на наш взгляд, имеет особую ценность, так как способствует пониманию национальных особенностей в рамках интеграции мировых процессов.

Неоспоримым является тот факт, что эмоции являются одним из основных и всепроникающих аспектов человеческого опыта. Люди испытывают широкий диапазон эмоций: от спокойного удовлетворения при выполнении сравнительно обыденной задачи до восхищения при рождении ребенка.

Определяя, что есть эмоции, в научной литературе признается тезис о том, что эмоции

- одна из форм отражения, познания и оценки объективной действительности. Это базисное положение у всех исследователей имеет общее уточнение: эмоции - особая, своеобразная форма познания и отражения действительности, т. е. в них человек выступает одновременно и объектом, и субъектом: эмоции связаны с потребностями, лежащими в основе мотивов его деятельности1. Кроме того, в эмоциях человек проявляется одновременно в разных своих ипостасях, т. е. как существо мыслящее, чувствующее и материально-телесное. Сегодня нерасторжимость эмоционального и рационального, эмоционального и физиологического в реальной жизни прослеживается особенно ярко. Поэтому наряду с терминами эмоциональное мышление, эмоциональная память, введёнными В. И. Шаховским, появляются новые, такие как эмоциональный интеллект2.

Таким образом, основная сложность изучения языка эмоций объясняется сложностью и уникальностью самого объекта изучения. Эмоции связаны исключительно с человеком, они составляют с ним нерасторжимое, хотя и не всегда соблюдаемое единство. А в языке эмоции имеют двоякий способ обнаружения. Во-первых, они проявляются в языке как эмоциональное сопровождение, эмоциональная окраска, возникающая в результате прорыва в речи говорящего его эмоционального состояния в виде эмоциональных оценок. Во-вторых, эмоции отражаются языковыми знаками как объективно существующая реальность, подобно любой другой конкретно наблюдаемой реальности.

Поэтому, учитывая наличие в эмоциональном опыте человечества группы ведущих универсальных эмоций, можно сказать, что существуют универсальные эмотивные смыслы и в лексической семантике, что обусловлено семантикой отражения, ибо опыт человечества в познании эмоций, как и какого-либо другого фрагмента мира, закрепляется в языковых единицах.

Исходя из вышесказанного, мы считаем важным определить основные лексикологические понятия, которые позволяют осветить проблему вербализации эмоций наиболее полно.

Итак, традиционно эмотивная лексика изучается с учётом таких категорий, как оце-ночность, экспрессивность, образность, причём связи её с оценкой оказываются наиболее тесными. И хотя эмоциональность и оценоч-ность - категории взаимосвязанные, характер их взаимосвязи является дискуссионным. Существует несколько точек зрения, так, например, В. И. Шаховский рассматривает оценоч-ность и эмоциональность как нерасторжимое

единство3. Е. М. Вольф, наоборот, разводит компоненты ‘эмоциональность’ и ‘оценоч-ность’, определяя их как часть и целое4. При этом сопряжение эмоций и оценки является плодотворным и актуальным и сегодня.

Однако мы соглашаемся с общепризнанным положением о том, что эмотивная лексика включает в своё значение оценочный компонент и что оценочная структура различных классов эмотивной лексики неодинакова, которое подтверждается фундаментальными исследованиями В. Н. Телии5.

Для дальнейшего рассмотрения проблемы лексической манифестации эмоций необходимо отметить, что традиция научного описания выделяет принципиально различные два класса эмотивной лексики. Так называемая лексика эмоций включает слова, предметнологическое значение которых составляют понятия об эмоциях (sorrow, joy). К эмоциональной лексике относят эмоционально окрашенные слова, содержащие чувственный фон, ореол. С точки зрения В. И. Шаховского, только эмотивы (в его понимании - экспрессивная лексика, выражающая эмоции) являются собственно эмотивной лексикой, так как «именно в ней осуществляется семантическая категоризация эмоций, именно она формирует лексический фонд эмотивных средств языка»6.

Для наиболее полного анализа вербализации эмоций мы опираемся на концепцию Л. Г. Бабенко, в которой семантическая категоризация эмоций осуществляется, прежде всего, при рассмотрении лексики, называющей эмоции, потому что в ней эмотивные смыслы эксплицитны, более устойчивы и стабильны и предлагается называть всю совокупность средств, обозначаемых этими двумя класса-

к,-

ми, эмотивной лексикой-.

В современной лексикологии для описания эмотивной лексики служит категория эмотивности. В. И. Шаховский уточняет, что эмоции - это категория психологическая, а эмотивность - языковая8.

При исследовании эмотивной лексики мы полагаем необходимым определить сущность эмотивного значения, которое тесно связано с пониманием категории эмотивности. В научной литературе выделяют узкое понимание эмотивного значения, когда оно рассматривается как способ выражения эмоций говорящего и охватывает соответственно междометия и эмоционально окрашенную лексику9. Наше

понимание эмотивности соответствует концепции Л. Г. Бабенко, согласно которой эмо-тивное значение - это значение, в котором каким-либо образом представлены (выражены или обозначены) эмотивные смыслы10. Эти смыслы могут быть полностью равны лексическому значению слова (как у междометий), могут быть коннотативными (как у экспресси-вов) или могут входить в логико-предметную часть значения (эмотивы-номинативы).

Одним из ключевых понятий для более детального рассмотрения проблемы лексической репрезентации эмоций является понятие эмосемы. В. И. Шаховский, который впервые ввёл понятие эмосемы, определяет её как специфический вид сем, соотносимых с эмоциями говорящего и представленных в семантике слова как совокупность семантического признака ‘эмоция’ и семных конкретизато-ров11. Мы исходим из определения, представленного Л. Г. Бабенко, которая добавляет, что сема эмотивности может отображать эмоциональный процесс относительно любого лица: говорящего, слушающего или какого-либо третьего лица12.

Как известно, исследование мира человека, его эмоциональных состояний и их лингвистической манифестации даёт возможность создавать языковую картину мира, которая способна меняться и дополняться новыми красками. Однако основные краски неизменны, поэтому мы представляем лексику эмоций, зафиксированную в словаре.

Согласно лингвистической традиции, выделяют два макрокомпонента в модели лексической семантики: денотацию и коннотацию. Мы рассматриваем денотацию как часть лексической семантики, многокомпонентную, иерархически организованную, содержащую информацию о разнообразных фактах деятельности, в том числе и информацию о человеческих эмоциях. Таким образом, вслед за Л. Г. Бабенко, мы считаем, что денотатом может быть и такая не всегда наблюдаемая сущность, как эмоция12.

По определению В. Н. Телии, коннотация

- периферийная часть лексического значения, многокомпонентная, как и денотация, факультативная, содержащая информацию о личности говорящего, в том числе и о его эмоциональном состоянии13. При таком осмыслении коннотации эмоциональный смысл - один из компонентов коннотации. Обычно содержание коннотации связывают с категориями

экспрессивности, образности, оценочности и эмоциональности.

Определяя характер взаимоотношений денотации и коннотации, мы основываемся на утверждении, что денотация имеет доминирующее, ядерное положении, а коннотация -зависимое, периферийное.

Эмотивные смыслы гибки и вариативно отражаются в лексической семантике14, поэтому мы извлекаем из словаря лексику, которая объективирует эмоции в языке (эмотивы-номинативы) и в которой сема эмотивности заключена в денотативной сфере значения.

В исследовании Л. Г. Бабенко подтверждается, что исходные эмотивные смыслы совпадают с набором основных эмоций (кроме чувства вины) и относятся к разряду универ-сальных15.

Известный американский психолог К. Из-ард включает в мотивационную систему человека 10 фундаментальных эмоций: интерес, радость, удивление, горе, гнев, отвращение, презрение, стыд и вину (interest, joy, astonishment, sorrow, anger, aversion, contempt, shame, guilt)16.

Базисные эмотивные смыслы пронизаны антонимическими связями: interest - indifference; joy - sorrow; anger - composure; fear -boldness; wonder - indifference; shame - honour; aversion - love11.

В научной литературе характеристика антонимов делится на парадигматическую и синтагматическую.

Как отмечает Ю. Д. Апресян, парадигматические свойства антонимов описываются следующем образом: антонимы имеют противоположные или обратные, но не противоречащие значения18. При этом Л. А. Новиков дополняет, что в традиционном представлении антонимам свойственна семантическая общность, которая проявляется в том, что они

19

выражают одно и то же «родовое понятие»19. Также семантическую общность, свойственную антонимам, подчеркивает Н. М. Шанский20, который определяет её как «соотносительность значений». По Д. Н. Шмелеву21, такого рода общность проявляется в принадлежности антонимов к одной «лексикосемантической парадигме».

Давая определение синтагматическим свойствам антонимов, В. Н. Комиссаров22 в качестве обязательного признака отмечает хотя бы частичное совпадение сочетаемости, то есть возможность хотя бы частичной взаимозамены в одном и том же контексте.

Основываясь на вышеизложенном, мы анализируем словарные дефиниции по модели, предложенной Л. Г. Бабенко, где сема эмо-тивности, выступая в статусе категориальнолексической семы, выполняет функцию идентифицирующего предиката и представляет собой аналитическое сочетание «понятие о чувстве + конкретное наименование какого-либо чувства»23:

joy «a deep feeling or condition of happiness or contentment»

sorrow «the characteristic feeling of sadness, grief, or regret»;

fear «a feeling of distress, apprehension, or alarm»

boldness (confidence) «a feeling of trust in a person or thing, self-assurance»;

aversion «extreme dislike, a feeling of antipathy or disinclination»

love «a strong feeling of affection, warmth, fondness, and regard towards a person or

thing»24.

Таким образом, словарные дефиниции, представленные в оппозиции лексем, содержат родовое понятие: «понятие о чувстве», благодаря которому сближаются и противопоставляются по конкретному наименованию какого-либо чувства.

Опираясь на теорию антонимии Ю. Д. Апресяна, в которой представлены две идеи: 1) связь антонимии и отрицания и 2) семантической ассиметричности антонимов, мы анализируем представленные в оппози-

25

ции эмотивы-номинативы25.

Итак, по Ю. Д. Апресяну, такой тип антонимических отношений определяется как различие на отрицание26:

joy « a deep feeling or condition of happiness or contentment, not sadness», sorrow «the characteristic feeling of sadness, grief, or regret, not happiness»;

fear «a feeling of distress, apprehension, or alarm, not confidence»

boldness (confidence) «a feeling of trust in a person or thing, self-assurance, not fear»;

aversion (hatred) «extreme dislike, a feeling of antipathy or disinclination, not affection» love «a strong feeling of affection, warmth, fondness, and regard towards a person or thing, not dislike».

The silent river that had known her sorrow and her joy21.

I have seen her in her grief and I have seen her in her joy28.

...some men whom they have chosen for love and hatred29.

And you shall discover in these creatures... not human love, but only the most profound and limitless hatred of mankind30

Суммируя вышеизложенное, мы можем заключить, что семантическая оппозиция представленных эмотивов-номинативов носит универсальный характер для народов мира. Исходные эмотивные смыслы, отображающие основные эмоции человека, являются универсальными, а их лексическая репрезентация имеет национальную специфику, которая отражается в словаре.

Подводя итог, мы можем сказать, что эмоции являются важнейшей стороной человеческого существования. А само богатство мира эмоций отражается в мире языка и речи. Уникальность эмоций обнаруживается в многообразии языковых средств их выражения, где ведущая роль принадлежит лексике. И хотя эмоции человека - это экстралингвистиче-ские сущности, лексическая манифестация, отображающая их в языке, представляет национальные особенности. Необходимость дальнейшего углублённого изучения проблемы вербализации эмоций, представленной в оппозиции, имеет особую значимость, так как помогает лучше понять национальный характер и создать многоликую картину мира.

Примечания

1 См.: Изард, К. Э. Психология эмоций. СПб. : Питер, 2008. 464 с.

2 См.: Шаховский, В. И. Категоризация эмоций в лексико-семантической системе языка. Воронеж : Изд-во ВГУ, 1987. 250 с.

3 Там же. С. 125

4 См.: Вольф, Е. М. Функциональная семантика оценки. М. : Эдиториал. УРСС, 2002. 210 с.

5 См.: Телия, В. Н. Коннотативный аспект семантики номинативных единиц. М. : Высш. шк., 1986. 240 с.

6 Шаховский, В. И. Категоризация эмоций... С. 100.

- См.: Бабенко, Л. Г. Лексические средства обозначения эмоций в русском языке. Свердловск : Изд-во Урал. ун-та, 1989. 184 с.

8 См.: Шаховский, В. И. Категоризация эмоций. С. 89.

9 Там же. С.45.

10 См.: Бабенко, Л. Г. Лексические средства обозначения эмоций. С. 67.

11 См.: Шаховский, В. И. Категоризация эмоций. С. 67.

12 См.: Бабенко, Л. Г. Лексические средства обозначения эмоций. С. 23.

13 См.: Телия, В. Н. Коннотативный аспект семантики. С. 56.

14 См.: Шаховский, В. И. Категоризация эмоций. С. 78.

15 См.: Бабенко, Л. Г. Лексические средства обозначения эмоций. С. 35.

16 См.: Изард, К. Э. Психология эмоций. С. 90.

17 The Penguin Dictionary of English Synonyms and Antonyms // еd. Rosalind Fergusson. L. : Penguin Books, Ltd. 1992. 442 p.

18 См.: Апресян, Ю. Д. Избранные труды : в 2 т. Т. I : Лексическая семантика. М. : Вост. лит., 1995. С. 286.

19 См.: Новиков, Л. А. Избранные труды. Т. 1 : Проблемы языкового значения. М. : РУДН, 2001.С. 125.

20 См.: Шанский, Н. М. Лексикология современного русского языка. М. : Высш. шк., 1964. С. 145.

21 См.: Шмелев, Д. Н. Очерки по семасиологии русского языка. М. : Высш. шк., 1964. С. 145.

22 См.: Комиссаров, В. Н. Словарь антонимов современного английского языка. М. : Меж-дунар. отношения, 1964. С. 7.

23 См.: Бабенко, Л. Г Лексические средства обозначения эмоций. С. 25.

24 Collins English Dictionary. L. : Harper Collins Publishers, 2006. 560 p.

25 См.: Апресян, Ю. Д. Избранные труды. Т. 1. С. 286.

26 Там же. С. 287.

27 См.: Комиссаров, В. Н. Словарь антонимов современного английского языка. С. 64.

28 Там же. С. 59.

29 Там же. С. 68.

30 Там же. С. 68.