У нас тут все настоящее: и дерево, и бронза, и "Мабетекс"

У нас тут все настоящее: и дерево, и бронза, и "Мабетекс"
       Вчера Генпрокуратура начала изымать документы у некоторых фирм, реконструировавших Кремль, и ряда структурных подразделений управления делами президента РФ (см. материал на стр. 1). О том, как проходила реконструкция Кремля, вызвавшая столько скандалов не только в России, но и за рубежом, рассказывает сам управляющий делами президента РФ ПАВЕЛ БОРОДИН, который очень гордится своей работой.

Концепцию подсказал президент
       Когда весной 1994 года было принято решение о размещении резиденции президента в здании бывшего Сената, встал вопрос о том, как проводить реконструкцию. То ли все перестраивать, то ли сохранить внутреннее убранство. Нужна была концепция. Ее-то и подсказал президент: все должно быть в "державном" стиле. И, кстати, сам Борис Николаевич сыграл в деле реконструкции огромную роль.
       Не будем забывать, что сам Ельцин — строитель. И в этом деле кое-что понимает. Вот сейчас многие ругаются, говорят: "Как же так, в стране много проблем, а Ельцин реконструирует Кремль". Знаете, поругаются, попопрекают, а в России останется часть ее культуры, ее достояние. И все Клинтоны всех времен и народов будут приезжать и все время гладить рукой восстановленное. Иногда и на колени вставать. Как Ширак, Коль и все остальные. Так что ему, Борису Николаевичу, это только плюс. Про это будут помнить и через 200 лет.
       Президент знал, чего хочет. Мы много раз представляли президенту всевозможные интерьеры, снимки, предложения по реконструкции... Он молча рассматривал, часто усмехался и заставлял делать новые. И когда уже в сентябре, по-моему, раз в 16-й или 17-й мы собрались вновь у него, он сказал так: "Ну давайте, Пал Палыч, соберите команду, езжайте в Санкт-Петербург, посмотрите Павловск, Царское Село, дом Юсуповых, Эрмитаж, все, что там есть. Сделайте эскизы, наброски, фильм, сами посмотрите. Посмотрите, что такое российская культура, что такое державность, государственность. Потом это дело мне все принесете".
       На это ушло около месяца работы, и когда уже в 21-й раз ему все это принесли, он прямо сказал: "Вот это для России. Теперь действуйте!" И мы 1 декабря 1994 года приступили к работе.
       То, что мы ему в конце концов принесли, было результатом огромной работы. Вдохновение мы черпали не только в России. Буквально в каждой зарубежной поездке, сопровождая Ельцина, я присматривался к убранству резиденций монархов и президентов. Мне довелось совершить с президентом более 20 вояжей. Я все смотрел — и Версаль, и Фонтенбло, и Букингемский дворец. Но ничего мне не нравилось, а после осмотра папского дворца в Ватикане я так прямо сказал: "Чистенько, но бедненько". Из этих поездок я вынес убеждение, что нужно как можно больше использовать натуральных материалов, мрамора, драгоценных древесных пород, металлов. И перещеголяли Ватикан.
       
Это у Клинтона все из пластика
       Подлинность мы сделали одним из основных наших девизов. Никаких подделок и имитаций. У нас все настоящее. Я водил Клинтона вместе с Борисом Николаевичем по зданиям Кремля, и знаете, мы прошли практически все три этажа, только не были в центре управления страной, и Клинтон каждое изделие трогал рукой и спрашивал: "Что это? Настоящее дерево? Не пластик? Настоящий камень, не пластик? Настоящая бронза? Настоящее золото?" На что я ему ответил, что у нас все настоящее: и дерево, и бронза, и президент. Это у них все пластик. После их последней реконструкции.
       В архитектурном отношении мы тоже решили вернуться к первоосновам — к Казакову. Ведь много чего с тех пор перестраивалось, и перестраивалось кое-как. Мы, естественно, советовались с историками. Бились и дрались за каждый сантиметр, чтобы все выглядело как при Казакове. Так что по сравнению с тем, что было при советской власти, изменения получились большие.
       Когда мы начинали работать, знали, что объем работы нам предстоит провернуть огромный. Семьдесят лет никто ничем в Кремле не занимался. Если четвертый корпус, другие здания в 30-х годах еще как-то подремонтировали, здание Верховного совета например, то первый корпус (Большой Кремлевский дворец) был в удручающем состоянии. Все прохудилось, буквально пришло в негодность. Там просто повесили панели ДСП и поменяли полы. Меня потом упрекали, что я при реконструкции какой-то ценный паркет куда-то продал. Не было там никакого паркета. Наверное, еще до меня его и вывезли.
       Чтобы как-то справиться с работой, много пришлось приглашать фирм. Девяносто девять. Листов вашей газеты не хватит, чтобы их опубликовать. Все общестроительные, телекоммуникационные и специальные работы выполняли, естественно, наши компании. Для изготовления мебели, деталей интерьера мы, конечно, привлекали иностранцев. У них в этом опыт большой. Работали и итальянцы, и швейцарцы, и австрийцы, но в очень ограниченном количестве. Они сроки умеют выдерживать, а с этим у наших — беда. Ну ничего, совместными усилиями справились.
       
Кабинета Сталина больше нет
       Здание Сената, например, вообще узнать нельзя. Первый этаж сделали чисто техническим, в нем находится центр управления страной. То есть президент имеет возможность, находясь там, связаться с любой точкой мира, любой точкой России, получить информацию, получить на дисплее изображение, схемы — все что хотите. Мы провели 56 видов телекоммуникаций. Тысячи километров специальной связи, труб, все самое современное, что только есть. Наш центр управления страной на порядок выше, чем центр управления в Белом доме у Клинтона. Мы брали вашингтонский за образец, но превзошли его. В таком виде он еще лет 50-60 будет лучшим в мире, и ничего в нем не нужно будет ремонтировать.
       Второй этаж — представительский. На втором этаже, кроме рабочих кабинетов, есть небольшой театр, мест на 30. Небольшой зал для приемов, есть выставка российских орденов и медалей, есть выставка гербов России, всех знамен. Но большинство залов первого корпуса сегодня, стыдно сказать, пустуют. Нет денег для того, чтобы их оснастить. У нас есть проект — создать что-то вроде картинной галереи, и как только деньги появятся, мы эту идею реализуем. Когда мы начинали реконструкцию, Ельцин давал указания, чтобы за исключением специальных зданий в этот первый корпус были допущены обыкновенные посетители, чтобы они могли увидеть удивительное творение архитектора Казакова. И то, что мы способны делать не хуже, чем раньше.
       И, наконец, третий этаж, более приватный, там президент проводит встречи с главами государств или небольшие приемы.
       Все здание выдержано в трех тонах. Первый этаж — в синих, второй — в красных и бордовых, третий — в салатных.
       Работа с президентскими апартаментами тоже была проделана огромная. Раньше в овальном официальном зале был зал совещаний, где заседал ЦК КПСС, проводились пленумы ЦК, где заседал Совмин. В анфиладе залов фактически ничего не было. Президентский кабинет до этого был кабинетом Горбачева, а еще раньше в нем был кабинет госчиновников, зампредсовмина какого-то. То есть ничего такого сверхъестественного... Место себе для кабинета президент Ельцин выбрал сам. И особо в детали оформления Борис Николаевич не вникал. Мы знаем вкус нашего шефа и сделали все как надо. Он только посмотрел общий дизайн, и все.
       У президента рабочий кабинет с приемной — кстати, не очень большой; небольшая комната отдыха, большой представительский кабинет, анфилада залов (их, по-моему, четыре), где проходят переговоры, пресс-конференции, встречи, делаются небольшие частные приемы, зал заседаний Совета безопасности, библиотека президентская, где собраны уникальные книги. Это все сохранилось с тех пор.
       Там, кстати сказать, все довольно скромно. Даже знаменитый на весь мир письменный прибор. Это весьма скромный зеленый малахит. Просто Ельцин уралец, и поэтому он малахит любит. Сделали ему еще и камин малахитовый, по старым чертежам восстановили. Камин-то искусственный, а малахит на нем природный. Ельцин остался очень доволен и многих поблагодарил. Строителей прежде всего. Субподрядчиков. Он ведь сам строитель, все понимает. Всех, кто занимался интерьерами, мебелью, поблагодарил Саутова из "Русских ремесел".
       Всех интересует, что сейчас на месте кабинета Сталина. Отвечаю: мы переделали все, кабинета Сталина больше просто не существует. Там служебные помещения.
       
Клевета
       При той огромной работе, которую мы выполнили, клеветой нас окатили сверх головы. Кто-то написал, что с рабочими не расплатились. Или вот "АиФ" писал, что мы торговали каким-то паркетом. Должен сказать, что во многих помещениях полы были деревянные и они были закрыты линолеумом.
       Или вот, говорят, что мы какие-то дубовые панели растащили. Вот Андрей Войков, он сейчас депутат городской Думы, можете у него спросить — он в этих дубовых панелях, которые были не дубовыми, а дээспэшными, сидел. Когда началась реконструкция, он специально приходил и говорил: "Только дубовую панель не трогайте!" Мы при нем специально одну панель сняли, а она рассыпалась. Так что это только слухи. У нас есть вся исполнительная документация, размеры, чертежи. Это все можно проверить. Это уже неоднократно Счетной палатой проверялось (а вы знаете, как Счетная палата "любит" президента). Это просто мифы, которые сегодня кто-то распускает.
       Мы ничего не боимся. Потому что мы ведем специальные работы под наблюдением Федеральной службы охраны, Федеральной службы безопасности России, службы охраны президента — у нас и так проверки день и ночь. Так что все истории о нарушениях просто некрасивая ложь.
       Уж сколько раз нас проверяли! Но ничего существенного, чтобы было бы связано с нарушением закона, за что привлекли бы к уголовной ответственности руководство, никто не нашел. Кроме того, мы обыкновенный федеральный орган. У нас есть какие-то поблажки, но мы бюджетная организация. Конечно, мы немного меньше платим налогов и нам разрешена коммерческая деятельность, но это все в пределах законов. И после кризиса мы остались без всего. Плюс учтите, что нам сегодня катастрофически задолжал бюджет. Государство не платит, и мы сегодня тоже берем кредиты и не можем отдать. Реконструкция-то Большого Кремлевского дворца обошлась в $179 млн. Многое, конечно, пришлось сделать и для города — Кремль-то стоит не на необитаемом острове. Но сегодня мы все сидим в глубокой яме. Большие были расходы. Так что какие уж там злоупотребления.
       
       Материал подготовили МАРИЯ Ъ-ГОЛОВАНИВСКАЯ и РОМАН Ъ-КОСТИКОВ