«Банки будут конкурировать уровнем сервиса»

Прошедший год был крайне непростым для банковского сектора: пандемия COVID-19, самоизоляция, сокращение рабочих мест. Однако по итогам года корпоративно-инвестиционный бизнес банка «Открытие» продемонстрировал рост по всем основным показателям. Об основных тенденциях на рынке банковского обслуживания корпоративных клиентов, планах по развитию бизнеса в интервью «Деньгам» рассказала старший вице-президент банка «Открытие» Екатерина Чиркова.

Старший вице-президент банка «Открытие» Екатерина Чиркова

Фото: Александр Казаков, Коммерсантъ

— В 2020 году корпоративный кредитный портфель банка вырос на 13% и превысил 1 трлн руб. Какие шаги способствовали достижению такого результата?

— Я бы выделила два основных фактора, благодаря которым мы не только смогли сохранить лояльность действующих клиентов, но и привлечь новых.

Во-первых, в условиях пандемии мы сумели достаточно оперативно уйти на удаленку и организовать эффективную работу в новом режиме — это коснулось не только внутрибанковских рабочих процессов, но и взаимодействия с клиентами. В целом переход на дистанционное обслуживание произошел быстро и достаточно плавно, так что многие клиенты даже не заметили.

Во-вторых, банк оставался открытым и предсказуемым. Мы сразу говорили клиентам, что даже с учетом ухудшения экономической ситуации действующие проекты продолжаем финансировать и не меняем по ним условия. Но при этом скорректировали подход к оценке рисков новых проектов. Благодаря этим решениям мы выполнили все обязательства, которые у нас были до «коронакризиса», а также смогли изменить фокус и структуру проектов, которые реализовывали в течение 2020 года.

— Насколько сильно вы ужесточали требования, предъявляемые к новым проектам?

— Все зависело от отрасли, от того, как мы оценивали ситуацию, складывающуюся в ней. В одних отраслях мы ужесточали условия, например вводили надбавки для учета кредитного риска, а в других мы, наоборот, ослабляли требования. Ужесточения коснулись таких отраслей, как добыча угля, авиаперевозки, коммерческая недвижимость, общественное питание, геологоразведка. При этом ослабления коснулись онлайн-компаний, продуктового ритейла, фармацевтики, так как понимали, что их услуги точно будут пользоваться спросом и компаниям потребуются дополнительные средства.

— Принимал ли банк участие в господдержке компаний из секторов, пострадавших из-за коронавируса?

— У нас было не очень много заемщиков из отраслей, которые сильно пострадали от локдауна, и, да, все они получили поддержку в той или иной форме, как правило за счет государственных программ.

Банк «Открытие» в целом, являясь активным участником всех государственных программ стимулирования инвестиционной активности и субсидирования, реализовал за минувший год более таких 100 проектов на сумму порядка 85 млрд руб. Это и кредитование системообразующих предприятий, и программы Минпромторга, Минэкономразвития, Минсельхоза, Минстроя, РЭЦ и других ведомств.

— Какие сектора экономики активно привлекали финансирование на инвестиционную деятельность?

— В основном это крупнейшие компании, в частности предприятия химии и нефтехимии. Компании из этих отраслей понимают, что надо идти глубже в переработку, что даст большую стабильность денежных потоков и повысит рентабельность. Кроме того, за прошлый год мы профинансировали несколько проектов по строительству ветропарков с Фондом развития ветроэнергетики, комплекс по переработке отходов группы «Эколайн», завершение строительства ГОК «Наседкино», расширение мощностей птицеводческого направления группы агропредприятий «Ресурс» и много проектов по строительству жилья в разных регионах страны.

— Как изменилась за прошедший год структура корпоративного портфеля банка?

— Структура портфеля стала более равномерной. Раньше большую долю портфеля занимала нефтегазовая отрасль, на остальные сектора приходились заметно меньшие доли. Кроме того, из-за высокой доли оборотного кредитования в портфеле его отраслевая структура была очень волатильной. Например, в один квартал на ритейл могло приходиться 10% портфеля, а в другом —ноль, так как на фоне изменения процентной политики в банках компании сектора могли закрыть кредиты у нас и уйти в другой банк. Такое положение дел, конечно, не очень удобно для управления. Поэтому весь минувший год мы старались стабилизировать портфель, сделать его более длинным и равномерно разложенным по отраслям. В результате к концу 2020 года доля кредитов компаниям жилищного сектора, химической отрасли, агропромышленного комплекса, золотодобычи выросла за год в среднем на 2–6 процентных пункта по каждой отрасли. Сокращение доли кредитного портфеля произошло в лесной и бумажной промышленности, добыче полезных ископаемых, арендной недвижимости.

—Какова сейчас ситуация у банка с NPL?

— В 2020 год мы вошли с достаточно свежим корпоративным кредитным портфелем, в котором почти не было отраслей, сильно подверженных негативному воздействию пандемии. В нескольких кейсах у клиентов возникали сложности — это гостиницы, бизнес-центры, но все непростые ситуации мы разрешили комфортно для каждой из сторон. Поэтому просрочка в нашем портфеле не появилась.

— Насколько смешанная бизнес-модель, которая сочетает классические банковские услуги с инвестиционно-банковским бизнесом, работает в текущих кризисных условиях?

— У нас в один блок входит не только корпоративный и инвестиционный бизнес, но и управление частным капиталом. На сегодняшний день, как мне кажется, смешанная бизнес-модель является наиболее эффективной для банка. Если посмотреть на рынок, чистых инвестиционных банков почти не осталось. А банки, ориентированные только на классический бизнес, имеют ограничения по доходности, так как ограничены в возможностях продуктового предложения. Инвестбанковское направление хорошо дополняет классический банковский бизнес, что позволяет, с одной стороны, предлагать клиентам максимально широкую и актуальную линейку продуктов, а с другой — дает возможность банку нарастить доходы и стабилизировать клиентскую базу.

— Какие направления инвестиционного бизнеса помимо хеджирования рисков были востребованы корпоративными клиентами?

— Одним из наиболее востребованных для корпоративных клиентов продуктов инвестиционного бизнеса стали сделки на рынке долгового капитала. Компании, воодушевленные снижением ключевой ставки ЦБ, активно рефинансировали старые займы и привлекали новые. За год мы поучаствовали в размещении порядка 50 облигационных выпусков трех десятков эмитентов, и те ставки, которые они получили, уже сейчас кажутся невероятными.

— С учетом начавшегося ужесточения денежно-кредитной политики интерес клиентов к долговому рынку снизился?

— С начала года активность эмитентов снизилась, но все равно сохраняется на высоком уровне. Клиентов по-прежнему привлекают уровни ставок, доступные на долговом рынке. Даже с учетом роста с начала года ставки остаются заметно ниже значений начала 2020 года. К тому же в условиях ухудшения конъюнктуры на зарубежных рынках из-за возросших санкционных рисков внутренний рынок остается безальтернативным. На сегодняшний день привлечение ресурсов в рублях и заключение сделки синтетического хеджирования в долларах дает возможность получить долларовые ставки ниже, чем ставки на рынке еврооблигаций.

— В последние годы банк «Открытие» активно развивал проекты государственно-частного партнерства. Какие проекты оказались наиболее успешными?

— В связи с тем, что у нашего банка широкое региональное покрытие, один из фокусов развития нашего бизнеса — финансирование проектов, направленных на улучшение региональной инфраструктуры. Мы активно участвуем в проектах в социальной и транспортной сфере, здравоохранении и образовании. Из реализованного в прошлом году я бы выделила два наиболее знаковых проекта. Во-первых, организацию первого в России выпуска социальных облигаций для реализации проекта создания образовательных и культурных объектов в Якутии. Во-вторых, кредитование строительства Центра ядерной медицины в Бурятии. На сегодняшний день сложно сказать, насколько проекты будут успешными, так как они пока находятся в стадии строительства, потом еще будут входить в эксплуатационную фазу. И только после этого можно будет оценить, удались они или нет, но мы, безусловно, на это рассчитываем.

— А что в части набирающего популярность во всем мире тренда на финансирование устойчивого развития?

— Все больше людей и компаний начинают задумываться об устойчивом развитии, о влиянии жизнедеятельности человека на атмосферу. Конечно, можно жить здесь и сейчас, зарабатывать, игнорируя социальные, экологические и корпоративные факторы, а можно попытаться построить что-то, что минимизирует вред для нас самих, для наших детей и будущих поколений. Поэтому, на наш взгляд, устойчивое развитие важно. Именно поэтому мы пошли и в ветроэнергетику, переработку мусора в прошлом году и активно продолжаем двигаться в этом направлении в 2021-м.

— Расскажите о последних таких проектах.

— В апреле совместно с ВЭБ.РФ и Сбербанком мы сформировали крупный синдикат на финансирование строительства первого в России зеленого электрометаллургического комплекса ОМК «Эколант» в городе Выксе Нижегородской области. Это будет первый не только в России, но и в Европе крупный сталелитейный комплекс полного цикла по экологичным технологиям с минимальными выбросами и вредом для населения.

Весной же банк предоставил кредит дочерней компании госкорпорации «Росатом» — «Аккую Нуклеар» — на строительство АЭС в Турции на специальных условиях, предусматривающих выполнение проектной компанией обязательств в области устойчивого развития. При выполнении требований законодательства Турции по соблюдению экологических норм процентная ставка для заемщика понижается.

— Что может способствовать более активному развитию «зеленого финансирования» в России?

— В первую очередь изменения в регулировании. Это касается как критериев отнесения проектов к зеленым, так и господдержки, включая возможность для банков снижать нормативы обязательного резервирования и нагрузку на капитал по таким кредитам. Это позволит компаниям реально привлекать более дешевое финансирование под зеленые проекты и повысит заинтересованность банков в выдаче таких кредитов.

— В условиях массовой самоизоляции многие банки активно развивали дистанционные каналы взаимодействия с клиентами, в том числе корпоративными. Какие шаги были сделаны в этом направлении в банке «Открытие»?

— В эпоху цифровой трансформации банки конкурируют между собой не ставками, а уровнем сервиса, доступным в дистанционных каналах. Поэтому в этом направлении мы очень сильно продвинулись. В частности, был сделан абсолютно новый интернет-банк «Открытие-Бизнес онлайн» для корпоративных клиентов, отвечающий современным стандартам безопасности и быстродействия. Он не только расширил возможности для клиентов, но и сделал работу комфортнее и понятнее. Новый интернет-банк позволяет работать в любом современном браузере, импортировать и экспортировать большие объемы документов, что важно для крупных компаний. А единое окно позволяет бухгалтеру работать без переключений со счетами сразу нескольких компаний.

В этом году мы продолжим расширять функционал дистанционного банковского обслуживания, в том числе в части внешнеэкономической деятельности компаний. В ближайшее время внедрим автоматизированную проверку корректности заполненных реквизитов через IBAN. Это позволит значительно снизить количество ошибок при вводе банковских реквизитов, а также убережет деньги от зависания на счетах иностранных банков-контрагентов. Наряду с ВЭД будем развивать сервисы ежедневного обслуживания клиентов. Ставим задачу наладить систему так, чтобы ее можно было гибко подстроить под запросы любого клиента.

— Расскажите о стратегических задачах развития вашего блока на этот год?

— Как и прежде, мы будем фокусироваться на ограниченном круге приоритетных отраслей и комплексном отраслевом продуктовом предложении, которое включает кредитные, транзакционные и инвестиционные решения. Мы не хотим быть лучшими во всех отраслях, так как понимаем, что это невозможно. Поэтому будем концентрироваться на финансировании химического и нефтехимического секторов, металлургической и добывающей промышленности, жилищного строительства, транспорта и инфраструктуры, а также пищевой промышленности и сельского хозяйства. При этом акцент делаем на более долгосрочном финансировании и инвестиционных продуктах. В частности, продолжим активно предлагать кастомизированные решения для сглаживания волатильности рынка, снижения процентных, валютных и ценовых рисков. Ожидаем роста клиентской базы преимущественно за счет интернализации расчетов действующих клиентов, увеличения уровня кросс-продаж, в том числе в рамках группы «Открытие».

— Какого роста кредитного портфеля стоит ждать в этом году?

— Размер капитала банка ставит ограничения на рост портфеля, поэтому по итогам года рассчитываем получить прирост на уровне 7–10%.