Графика и м видина из коллекции п в иванова в собрании Приморской государственной картинной галереи

А.А. Даценко

ГРАФИКА И.М. ВИДИНА ИЗ КОЛЛЕКЦИИ П.В. ИВАНОВА В СОБРАНИИ ПРИМОРСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ КАРТИННОЙ ГАЛЕРЕИ

Павел Владимирович Иванов (1905-1982) московский художник, чья юность прошла во Владивостоке. Внук известного моряка-мичмана Ильи Иванова, верного помощника Г.И. Невельского, первого жителя Матросской слободки и улицы Ивановской, родился во Владивостоке в 1905 г. Отец художника, Владимир Ильич Иванов, был железнодорожным служащим, мать учительницей.

Уже во время учебы в средней школе П. Иванов проявил себя как активный общественник: руководил драматическим и изобразительным кружками, был редактором стенной и живой* газет, занимался шефской работой в клубе железнодорожников станции Владивосток. По окончании школы работал художником в клубе шахты № 2 Сучанских рудников. Затем стал художником в Летнем театре оперетты на станции 19-я Верста. Принимал активное участие в работе «ПРИМГУБКОМПОМГОЛА»**, был членом «ПОМГОЛА», РАБИСа***, организатором школьного городского театра. В 1925 г. П.В. Иванова направили в Москву в художественный институт ВХУТЕМАС****, где он поступил на живописный факультет. Его учителями были профессора С.В. Еерасимов, P.P. Фальк, П.П. Кончаловский, В.А. Фаворский, Д.Н. Кардовский, А.Д. Древин, Д. П. Штеренберг и другие замечательные художники. В 1930 г. П.В. Иванов окончил ВХУТЕМАС-ВХУТЕИН*****, получил диплом и звание художника станковой живописи. С тех пор жизнь художника была связана со столицей, но Павел Иванов никогда не забывал о Владивостоке, где жил, учился, познакомился с художниками, приобщившими его к искусству.

Рисунки, плакаты, акварели художников, которые жили и работали во Владивостоке в первые годы советской власти, Павел Владимирович начал собирать давно. «Вначале это было просто как личная память о своих учителях, а потом возникло желание рассказать об их жизни, судьбе людям. Работая в архивах и библиотеках, я убедился, какой большой вклад внесли эти люди в развитие искусства в Приморье», вспоминал впоследствии Иванов [1, с. 3]. Он вел переписку с художниками (Вацлавом Фиалой, Еленой Афанасьевой, Василием Баталовым, Александром Степановым и др.), кропотливо собирал биографические данные о них, подбирал работы с целью последующей передачи их в музей Владивостока. Так, в письме к А. Е. Степанову от 20 января 1970 г. Иванов пишет: «Не знаю, сумею ли я сделать это (написать о художниках Владивостока 20-х гг. А.Д.) Но все же

* Живая газета — концертное выступление самодеятельных артистов со сценками на злободневные сюжеты.

** «ПРИМГУБКОМПОМГОЛ» — Приморский губернский комитет помощи голодающим. *** РАБИС — Всесоюзный профессиональный союз работников искусств.

**** ВХУТЕМАС — Высшие государственные художественно-технические мастерские (Москва). ***** ВХУТЕМАС был переименован во ВХУТЕИН — Высший государственный художественно-технический институт.

Даценко Алена Алексеевна — главный хранитель, Приморская государственная картинная галерея.

взялся. Что-то останется. Никто ничего не помнит. Я составил предварительные краткие творческие биографии и послал в музеи Иркутска, Владивостока (и кажется, Новосибирска). Иркутск и Владивосток откликнулись. Их это заинтересовало. Я намерен передать ряд работ П. Любарского в Владив. музей и Иркутск, музей» [2].

Коллекция поступила в ПГКГ в 1972 г. после масштабной выставки, которую П.В. Иванов организовал в выставочных залах Приморского отделения СХ в августе того же года. Выставка была посвящена 50-летию освобождения Владивостока от интервентов и белогвардейцев, называлась «Художники Владивостока первых лет Советской власти», состояла из собранных художником рисунков, этюдов, эскизов, репродукций, фото и др. документов 1918-1928 гг.

Работы к выставке собирались художником в течение нескольких лет, были сделаны творческие биографии ведущих художников, пояснения, комментарии, где рассказывалось о художественной жизни Владивостока в первые советские годы. На выставке проводились встречи со зрителями, беседы с показом цветных диапозитивов. Выставка вызвала большой интерес у приморских зрителей и нашла отклик в печати, радио, телевидении. Газета «Московский художник» в ноябре 1972 г. писала: «Экспозиция явилась результатом многолетнего кропотливого собирательского труда московского художника П.В. Иванова, уроженца Владивостока <...>. Любовно собраны П.В. Ивановым фотопортреты дальневосточных художников, биографические сведения о них <...>. Многолюдно было и на вечере, на котором П.В. Иванов поделился своими воспоминаниями о В. Баталове, И. Вицине, Д. Бурлю-ке и других художниках <...>. Новым для многих, особенно молодых слушателей, был увлекательный рассказ о группе «Творчество», объединившей под руководством Н. Асеева, С. Третьякова, Н. Чужака молодые литературные и художественные силы края» [3, с. 2].

Павел Иванов передал в дар 190 графических и живописных произведений [4]. Условно коллекцию можно разделить на две группы: 1 московские художники (И. Лу-комский, Л.С. Полянская, П.И. Львов, Д. Рубинштейн и др.), 2 художники, работавшие на Дальнем Востоке в 1910-1920 гг. (П.В. Любарский, И.М. Вицин, Ж. Молло, П.И. Львов, В. А. Баталов, П.В. Иванов и др.). Что касается графики приморских художников 20-х гг. это рисунки, эскизы плакатов и росписей, рисунки для журналов «Костер», «Горе пахаря», «Тайфун», газеты «Красное знамя», эскиз театрального костюма к пьесе Луначарского «Иван в раю», эскиз праздничного оформления вокзала, разнообразные по технике исполнения (тушь, карандаш, гуашь, перо, литография, линогравюра) и по темам (портреты-наброски, бытовые и пейзажные зарисовки).

Особое место среди графики приморских художников 20-х гг. составляют работы первого учителя П. Иванова, И.М. Видина (1889-1925). О нём Иванов оставил очень теплые воспоминания: «Это был оригинальный, большой художник, поставивший искусство на службу революции. Мне посчастливилось помогать ему, когда он расписывал читальню партийного клуба. <...> Эта работа в то время произвела на всех большое впечатление» [5, с. 3]. (Время не сохранило роспись). Сохранившиеся эскизы плакатов И.М. Видина пример агитационно-массового, или агитационно-пропагандистского искусства, откликающегося на политическую или общественную «злобу дня». Представленные в коллекции семь эскизов плакатов-лозунгов, которыми украшали улицы Владивостока, выполнены Видиньтм доходчивым и одновременно экспрессивным образным языком, вплоть до своего рода идейно-художественной агрессивности. Они как нельзя лучше отвечали плану монументальной пропаганды, возглавившему общий курс советского искусства первых лет Октября, где приоритетное значение отводилось его агитационным функциям и формам.

Эскизы-плакаты:

1. «Мы комсомольцы. Мы резерв партии. Мы идем на смену старикам»;

2. «Первая попытка международной торговли без помощи буржуазии»;

3. «Кооперативы позволяют брать товар непосредственно из рук производителя помимо буржуазии»;

4. «Из глубины лесов приветствуем праздник мирового пролетариата»;

5. «Рабоче-крестьянский капитал раздавит международный капитализм»;

6. «Мьт не дадим советскую промышленность слопать мировому капитализму»;

7. «Задача рабочих и крестьян сделать из беспризорных детей достойных граждан трудовой республики»

воплощены художником в ясной и лаконичной форме. Новое время требовало от ху-дожников-новаторов новых идей. Реалистическое искусство после революции ассоциировалось с Императорской академией художеств, чтобы быть современным и созвучным революции, необходимы были новые формы изображения, противоположные академическим. Контрастные сочетания синего, красного, зеленого, черного цветов необычайно выразительны. Стилизованные, динамичные, повышенно-экспрессивные фигуры образуют устойчивую композицию, прямолинейность и безапелляционность лозунгов провоцируют реакцию зрителя, тем самым отвечая сложившемуся специфическому художественному языку агитационно-пропагандистского искусства. Стилистически эскизы плакатов близки творчеству пролетарских художников революционного Петрограда и Москвы, активно занимающихся оформлением первых пролетарских праздников и «массовых действ», а также росписями «агитационных» поездов, пароходов, трамваев, зданий*. Выполненные по эскизам Вицина плакаты украшали фасады общественных зданий Владивостока вокзала, банка, редакций газет и др.

Выше уже говорилось, что И.М. Вицин осуществил декоративно-монументальную роспись в Губпартклубе. После этого знаменательного события во Владивостоке среди молодых художников Приморья началась волна увлечения росписью зданий [6, с. 3]. Среди работ И.М. Вицина, переданных П.В. Ивановым в дар галерее, сохранились два эскиза росписей, первый под названием «Суд Париса», второй без названия. В эскизе «Суд Париса» Вицин прекрасно воплощает соотношение античного образца и современного представления.

Также в коллекции есть рисунки для журнала «Костер» («КИМ и мы наши во всем мире») и для газеты «Красное знамя» («Как царь говорил с народом»),

И.М. Вицин известен и как театральный художник (работал в театре «Золотой Рог»), сохранился исполненный им эскиз театрального костюма к пьесе Луначарского «Иван в раю». Известно, что 20-е годы внесли в искусство сценического оформления огромное количество новаций. Наиболее полно на сцене воплотился кубофутуризм с его новыми возможностями решения сценического пространства и принципиально новыми театральными формами. Теперь в основе сценического сюжета лежало не драматургическое, а пластическое действие. Именно футуризм с его идеей скорости выражал динамизм современности, ставший основой театральной постановки. Напряженно структурированное пространство эскиза, четкая геометричность выразительного силуэта, выраженный ритм движения и монументальность фигуры характерны для единственной сохранившейся театральной работы И.М. Вицина из собрания галереи.

* Известно, что в 1918 г. И.М. Видин работал в Культурно-просветительской коммуне Гвардейских московских полков, которые располагались в Петрограде, возможно, там он и познакомился с художниками, оформлявшими Петроград в первые годы революции.

Виктор Говорков, будучи школьником, расписал школу, где учился, Павел Иванов тоже расписал свою школу на ул. Посьетской.

И.М. Видин был одним из ведущих художников по оформлению города Владивостока, оформленные им спектакли имели большой успех у публики. Можно предположить, что художник занимался и живописью, но время не сохранило его живописных произведений. Хранящиеся сегодня в собрании галереи работы И.М. Вицина это бесценный дар благодарного ученика и настоящего патриота своего города. Сегодня без коллекции графики приморских художников 20-х гг. П.В. Иванова история развития одного из сложнейших и интересных периодов в приморском искусстве была бы неполной.

Список литературы

1. Память далеких лет // Красное знамя. 1972. № 239.

2. Архив ПГКГ. Письмо П.В. Иванова к А.Е. Степанову от 20.01.1970.

3. Художественная жизнь Владивостока в первые годы Советской власти// Московский художник. 1972. № 41.

4. Дарственная П.В. Иванова не сохранилась. Работы с 1972 г. по 1988 г. находились на временном хранении в ПГКГ. В 1988 г. протоколом фондо-закупочной ко-

миссии ПКГ № 9 от 07.09.1988 г. работы приняты на постоянное хранение и распределены по фондам. В основной фонд вошли 117 предметов, в научно-вспомогательный - 73 предмета.

5. Память далеких лет //Красное знамя. 1972. № 239. С.З. (Читальная партийного клуба находится в помещении нынешнего Дома пионеров. Роспись не сохранилась).

6. Память далеких лет // Красное знамя. 1972. № 239.

Н. А. Прантенко

ПРИРУЧИВШИЙ БАБОЧКУ...

На протяжении семи лет я ездила на этюды с известным художником, профессором живописи и рисунка, преподавателем Дальневосточной государственной академии искусств В. А. Гончаренко. Для меня общение с художником, своего рода хранителем традиций русской живописной классики, оказало влияние на процесс приобретения практического изобразительного опыта и на формирование собственных убеждений и взглядов.

Однажды на пленэре стала свидетелем необычного случая. Это было на полуострове Песчаном, Вениамин Алексеевич писал этюд. В момент, когда он на мгновение отнял от холста руку с мастихином, на указательный палец вдруг села бабочка. Профессор по инерции продолжил движение бабочка не улетала; он остановился, замер, и замерли вокруг ученики. Кто-то побежал за фотоаппаратом бабочка все еще не улетала! Казалось, художник ее приручил. Второй раз бабочка, чем-то даже похожая на первую, залетела в мастерскую и села на картину, висевшую на стене. Знак ли судьбы или мис-

Прантенко Надежда Александровна — художник, заведующая научно-просветительским отделом, Приморская государственная картинная галерея.