Специфика партийного механизма идеологической и мобилизационной поддержки властного курса в России

Анна АНУФРИЕВА

СПЕЦИФИКА ПАРТИЙНОГО МЕХАНИЗМА ИДЕОЛОГИЧЕСКОЙ И МОБИЛИЗАЦИОННОЙ ПОДДЕРЖКИ ВЛАСТНОГО КУРСА В РОССИИ

Статья посвящена анализу партийных механизмов идеологической и мобилизационной поддержки властного курса в современной России. На основе ряда критериев автор рассматривает особенности реализации этих функций различными партийными структурами в контексте процессов постсоветского политического развития и структурирования партийнополитической системы.

The article is devoted to the analysis of party mechanisms of ideological and mobilization support to the authority course in modern Russia. On the basis of some criteria the author considers the features of realization of these functions by various party structures in the context of post-Soviet political development and party-political system’s structuring.

Ключевые слова:

политический процесс, избирательный процесс, «партии власти»; political process, electoral process, «parties in power».

АНУФРИЕВА

Анна

Алексеевна —

соискатель кафедры

политических

наук Поволжской

академии

государствеииой

службы

им. П.А. Столыпина

апи/пта_а.а

@таИ.ги

В современной России в условиях незавершенного демократического транзита и слабоструктурированной партийной системы функцию идеологической легитимации властного курса реализовывали так называемые «партии власти». Исследователи причисляют к этой группе партийных организаций структуры, специально созданные исполнительной властью для обеспечения своего участия в парламентских кампаниях, формирования устойчивого представительства в законодательных органах1.

А. Соловьев в качестве особенности отечественной партийнополитической системы отмечает множественность существующих в ее рамках партийных институтов, которые «играют» на стороне власти2. В частности, политолог выделяет, как минимум, три разновидности таких партийных объединений:

• проправительственные партии — структуры, играющие роль политической опоры власти, но сохраняющие при этом политический статус посредников в отношениях с обществом;

• «партии власти» — организационные структуры, которые в целях сохранения политической поддержки правительства (президента) помимо мобилизации граждан собственными средствами активно используют помощь со стороны государства в виде разнообразных финансовых, административных и прочих ресурсов;

• правящие партии — организации, получившие возможность определять курс государственной политики, соединившие свои возможности с ресурсами государства, но сохранившие при этом функциональные очертания партийной организации;

• административные партии — непосредственная форма кадрового, ресурсного, функционального позиционирования исполнительной власти на партийном рынке при наличии внешне вполне респектабельных форм партийной организации.

Несмотря на различные источники возникновения, кадровый состав, ресурсный потенциал, все эти структуры в рамках партий-

1 Голосов Г., Лихтенштейн А. «Партии власти» и российский институциональный дизайн: теоретический анализ // Полис, 2001, № 6; Седых Н.Н. «Партии власти» как особое явление политической жизни современной России // Власть, 2003, № 12.

2 Соловьев А.И. Традиции и новации российского партогенеза: современные практики // Партии и партийные системы в современной России и послевоенной Германии : сборник материалов российско-германского круглого стола. — М.-Ростов н/Д, 2004, с. 152-153.

но-политической системы, по сути, ориентированы на реализацию одной единой задачи — обеспечения представительства правящей элиты в лице органов исполнительной власти в механизмах гражданского представительства. С этой точки зрения деятельность этих структур направлена не столько на выполнение типичных партийных функций, связанных с агрегацией и артикуляцией общественных инициатив и интересов, сколько на обеспечение процессов консолидации правящего слоя, презентацию его социально-экономических и политико-идеологических ориентиров, мобилизацию вокруг них электората.

В постсоветский период в России отчетливо просматриваются три этапа использования партийных механизмов для легитимации и идеологической поддержки правящего курса: либеральный (1993—1995), право- и левоцентристский (1995—2003), центристский (2003—2009). Условно они ограничены рамками различных парламентских кампаний федерального уровня, в которых президентская власть и государственная бюрократия принимали активное участие.

Первый (либеральный) этап органично связан с выборами депутатов Государственной Думы первого созыва, в ходе которых правящая элитная группа опиралась на группу либеральных партийных структур — движение «Выбор России» Е. Гайдара, Партию российского единства и согласия (ПРЕС) С. Шахрая и Российское движение демократических реформ (РДДР) Г. Попова и А. Собчака.

С точки зрения своего формата эти партийно-политические структуры могут быть отнесены к разряду проправительственных организаций, которые должны были стать опорой исполнительной власти на парламентских выборах 1993 г. Идеологическое обеспечение и легитимацию реформаторского курса в этот период обеспечивал избирательный блок «Выбор России». Как отмечается в исследовательской литературе, в качестве основы для формирования блока «Выбор России» была выбрана не идея противостояния «коммунистической угрозе», бывшая актуальной до августа 1991 г., а более насущный вопрос — поддержка начавшихся в стране экономических преобразований1.

ПРЕС сконцентрировала свою деятельность на проблемах территориального устройства государства, предлагая в программных документах модель «федерации сильных регионов». РДДР весьма активно продвигало идею ограничения полномочий представительной власти и ее невмешательства в деятельность исполнительной власти, а также проект «народной приватизации» как альтернативы приватизации «номенклатурной», проводимой правительством Е. Гайдара2.

Радикальное позиционирование и либеральная идентификация в рамках партийно-политического спектра не принесли значительных бонусов исполнительной власти. Фрагментированность либерального сектора, связанная с политическими амбициями отдельных политических деятелей, комплексом внутренних противоречий по вопросам экономического и политического развития и низким уровнем партийной дисциплины, серьезно ограничила электоральные возможности и мобилизационный потенциал проправительственных структур.

На выборах в Государственную Думу первого созыва в совокупности либеральные пропроавительственные организации получили 91 депутатский мандат. «Выбор России» в результате выборов получил 15,51% голосов избирателей и обеспечил победу своих представителей в 24 одномандатных округах. ПРЕС по результатам голосования в общефедеральном округе получила 6,73% голосов, 4 кандидата от партии победили в одномандатных округах. РДДР набрало на выборах 4,1% голосов и не получило представительства в Государственной Думе, обеспечив только представительство пятерых своих кандидатов, одержавших победу в одномандатных округах.

Второй этап использования партийных механизмов для легитимации и идеологической поддержки правящего курса характеризуется активной деятельностью по созданию и продвижению собственных партийных проектов. При этом партийная инженерия властных структур приобретает иной формат позиционирования в рамках партийно-политического спектра и становится менее идеологизированной. В процессе партийного строительства за

1 Коргунюк Ю.Г. Становление партийной сис- 2 Политические партии России: программные

темы в современной России. — М., 2007. документы политических партий. — М., 1994.

основу была взята центристская политическая ориентация. В ходе парламентских кампаний 1995 и 1999 гг. правящая элита сделала ставку на альянс право- и левоцентристских партийных структур. На выборах в Государственную Думу второго созыва были сформированы правоцентристский избирательный блок «Наш дом

— Россия», преобразованный впоследствии в движение, и левоцентристский блок Ивана Рыбкина. Спустя четыре года, на выборах в Государственную Думу третьего созыва, роль «правого центра» играло движение «Единство», «левого центра»

— объединение «Отечество — Вся Россия». По своему характеру и принципам формирования все эти структуры можно отнести к разряду «партий власти». Все они создавались «сверху», с опорой на административные и кадровые ресурсы исполнительной власти.

В исследовательской литературе в качестве особенности процесса формирования центристских «партий власти» в 1990-е гг. указывалась их идеологическая бесцветность1. В этих условиях, отмечают

В. Лапкин и В. Пантин, российский центризм выступает, скорее, инструментом консолидации «политического класса» вокруг государства, безотносительно к тому, насколько такого рода консолидация отвечает интересам и потребностям российского общества2.

Тем не менее слабо выраженные тенденции идеологического позиционирования центристских «партий власти» в партийно-политическом спектре не помешали им стать весьма успешными электоральными мобилизационными площадками. Если НДР и блок Ивана Рыбкина не смогли улучшить в 1995 г. результаты либеральных проправительственных партий, то

1 Голосов Г. Идеологическое развитие партий и поля межпартийной конкуренции на думских выборах 1995 года в России // Мировая экономика и международные отношения, 1999, № 3; Ильин М. Природа и смысл центристской политики // Власть, 1999, № 8—9; Рябов А. «Партия власти» в политической системе современной России // Формирование партийно-политической системы в России. — М., 1998; Громов В.Н., Титаренко В.А. Теоретико-методологические основания анализа центристского политического пространства в современной России. — Тамбов, 2005.

2 Лапкин В., Пантин В. Ценностные размежевания и социально-политическая дифференциация в современной России // Мировая экономика и международные отношения, 2000, № 4.

«Единству» и ОВР в 1999 г. удалось впервые в постсоветской истории сформировать в Государственной Думе устойчивое пропрезидентское представительство3.

В рамках третьего этапа отчетливо просматривается усиление тенденций деидеологизации властного партийного строительства. Роль главного представителя интересов правящей элитной группы с парламентских выборов 2003 г. выполняет партия «Единая Россия», сформированная по принципам широкого «политического центра» и отстроенная по принципам административной партийной структуры.

В своих программных документах4 «Единая Россия» позиционирует себя как центристская сила. При этом отмечается, что центризм, которым руководствуются «единороссы» — это не идеология в привычном смысле этого слова, а прагматическая политическая позиция, т.е. способность решать реальные проблемы реальных людей. Ценностная основа «Единой России» широка. В списке декларируемых политических ценностей значатся порядок, законность, благосостояние, ответственность, профессионализм, развитие, справедливость. В целом, «Единая Россия» формально занимает либерально-государственническую ценностную нишу в российском партийно-политическом спектре. При этом государство в программе партии выступает средством общенациональной консолидации, наиболее совершенным инструментом решения самых острых общественных проблем. В свою очередь, экономическое развитие страны мыслится «единороссами» только в условиях цивилизованного рынка, т.е. рынка, существующего по прозрачным, незыблемым и обязательным для всех правилам. Участие государства в управлении экономикой требуется для обеспечения единства экономического пространства и регулирования базовых отраслей экономики и поддержки инфраструктуры.

Трудности идеологического позиционирования «Единой России» отчетливо проявились на IX съезде, на котором было принято решение о создании на базе «партии власти» трех дискуссионных площа-

3 Выборы депутатов Государственной Думы, 1995: электоральная статистика. — М., 1996; Выборы депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, 1999: электоральная статистика. — М., 2000.

4 http://www.edinros.ru/

Таблица 1

Особенности партийного механизма идеологической и мобилизационной поддержки властного курса в постсоветский период

Период Характер партийной структуры Идеологическое обеспечение Позицио- нирование Мобили- зация

1993-1995 Проправительственные партии Высокое Идеологическое Средняя

1995-2003 «Партии власти» Низкое Техническое Средняя

2003-2009 Административная партия Низкое Техническое Высокая

док — Центра социально-консервативной политики, Либерально-консервативного клуба политического действия «4 ноября» и Государственно-патриотического клуба.

Участие «Единой России» в парламентских кампаниях было очень результативным. В 2003 г. на выборах в Государственную Думу четвертого созыва «единороссы» убедительно победили со своим списком в общефедеральном округе, получив 37,57% голосов избирателей, а после подведения результатов в одномандатных округах получили конституционное большинство в нижней палате. В 2007 г. на очередных парламентских выборах «Единая Россия» также добилась конституционного большинства в Государственной Думе, получив 315 депутатских мандатов.

Особенности партийного механизма идеологической и мобилизационной поддержки властного курса в постсоветский период можно проследить на основе ряда критериев и обобщить их в табл. 1.

Таким образом, в качестве выводов можно представить два тезиса.

1. В постсоветский период правящая элита активно использовала партийные механизмы для идеологического обеспечения и мобилизационной поддержки своей деятельности. По своему формату

партийные структуры, которые были вовлечены в этот процесс, мало соответствовали образу традиционной политической партии, поскольку они не были ориентированы на выполнение типичных партийных функций, а создавались с одной целью — обеспечить представительство правящей элиты в лице органов исполнительной власти в механизмах гражданского представительства.

2. В процессе партийного обеспечения процессов консолидации правящего слоя, презентации его социально-экономических и политико-идеологических ориентиров, мобилизации вокруг них электората отчетливо просматривается ряд тенденций. В качестве базовых трендов можно выделить последовательную тенденцию снижения уровня идеологического обеспечения деятельности «партий власти», устойчивый рост их мобилизационных возможностей и отказ от радикализма в партийно-политическом позиционировании. При этом высокие показатели электоральной поддержки «партии власти» напрямую являлись следствием технического формата позиционирования в партийно-политическом спектре и низкого уровня идеологического обеспечения партийного строительства.