Закрыто дело о крушении вертолета, в котором погиб Игорь Есиповский

Сибирское управление следственного комитета России закрыло дело о гибели в авиакатастрофе в мае 2009 года иркутского губернатора Игоря Есиповского и трех человек из его сопровождения. Вертолет Bell 407, на котором глава региона возвращался с медвежьей охоты, задел деревья и рухнул в тайге. Дело прекращено в связи со смертью пилота, бывшего военного летчика Виктора Кунова, чья «профессиональная неподготовленность», по мнению специалистов, стала причиной катастрофы. Об этом „Ъ“ сообщил заместитель руководителя второго следственного отдела окружного управления Владимир Ануфриев.

Дело по факту катастрофы было возбуждено по ч. 3 ст. 263 УК РФ — нарушение правил безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта. По словам г-на Ануфриева, отрабатывая версии о причинах падения вертолета, следствие убедилось в том, что он был технически исправен. В конце 2008 года Bell после капитального ремонта в сервисном центре MotorFlug Baden-Baden GmbH (Германия) был направлен в Иркутск для нужд губернатора. Хранился вертолет в ангаре Иркутского авиационного завода. За три дня до крушения Федеральное агентство воздушного транспорта выдало на вертолет сертификат летной годности сроком действия на два года. Не подтвердилась и «погодная» версия падения вертолета. Причиной крушения, по версии Межгосударственного авиационного комитета, а также следствия, стали «профессиональная неподготовленность» Виктора Кунова к полетам на Bell и его «неправильное решение на выполнение несанкционированного полета ночью, что не позволяло визуально определять положение и высоту препятствий». Как указано в материалах дела, следствием ошибочных действий Кунова стало «столкновение воздушного судна с деревьями, вершины которых были выше основного лесного покрова». Следствие выяснило, что Кунов выполнял полет, замещая пилота Владимира Жиделева. Кунов, как установила проверка, имел просроченное с октября 2007 года свидетельство пилота коммерческой авиации 2-го класса и свидетельство пилота-любителя, также действительное по октябрь 2007 года. За день до трагедии под контролем пилота Жиделева Кунов совершил пару полетов над окрестностями Иркутска. Следователи сочли, что поскольку авиатор Кунов не работал в системе воздушного транспорта, то его нельзя и считать субъектом преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 263 УК РФ. Обвинение квалифицировало его действия как причинение смерти по неосторожности двум и более лицам (ч. 3 ст. 109 УК РФ) и прекратило дело «в связи с гибелью лица, подлежащего привлечению к уголовной ответственности». По словам г-на Ануфриева, длительность расследования была связана с необходимостью сложных экспертиз.

Сибирское следственное управление направило нынешнему губернатору Иркутской области Дмитрию Мезенцеву представление с требованием принять меры к устранению нарушений порядка организации и выполнения полетов с представителями высших лиц субъектов РФ. По мнению следователя Ануфриева, администрация региона нарушила нормативные акты уполномоченных ведомств, в том числе указания Восточно-Сибирского межрегионального территориального управления воздушного транспорта. В них, в частности, перечислены авиакомпании и типы воздушных судов для авиаперевозок глав субъектов, определен порядок подготовки экипажа и рейса, выполнения полета. В этих документах тип вертолета, потерпевшего катастрофу, не значился, сотрудником соответствующих авиакомпаний пилот Кунов не являлся.