О друзьях и коллегах-геологах в институте геологии

О ДРУЗЬЯХ И КОЛЛЕГАХ-ГЕОЛОГАХ В ИНСТИТУТЕ ГЕОЛОГИИ

В 1958 г. в стране произошли крутые изменения в отношении к геологической службе и геологам. Я в это время окончил Воронежский университет и приехал по направлению на работу в Ухту. Здесь только создавалась Ухтинская геолого-разведочная экспедиция, отметившая в этом году 50-летие со дня рождения. Одновременно в городе основали Лабораторию по испытанию строительного минерального сырья и заложили основу будущего вуза — индустриального института. Получился очень важный в промышленном отношении комплекс: экспедиция предназначалась для поисков и разведки месторождений полезных ископаемых, кадры специалистов для неё был призван готовить сначала Учебно-консультационный пункт, вскоре переросший в факультет при том же Московском институте нефтехимической и газовой промышленности, а затем и в Ухтинский индустриальный институт; лаборатория была готова испытывать строительные материалы месторождений, открытых геологами, и рекомендовать их к использованию в строительстве жилых и производственных помещений для растущего контингента работников и их семей. Наконец, в том же 1958 г. в Сыктывкаре на базе небольшого коллектива геологов А. А. Черновым был организован Институт геологии. Получился тот самый комплекс организаций, в котором обеспечивалась прямая связь производства (УГРЭ и лаборатория), образования (УКП— УИИ) и науки (Институт геологии Коми филиала АН СССР).

От взаимосвязи и взаимопонимания зависели будущие результаты. А взаимосвязь могла быть обеспечена только тесными контактами исполнителей всех этих ветвей комплекса. И они существовали на самом деле, что, безусловно, привело ко многим открытиям, плоды которых страна пожинает и сегодня.

Первым геологом института, с которым я познакомился, был О. С. Кочетков. Летом 1959 г. мы случайно встретились на р. Великой на Северном Тимане. Мы оба изучали россыпи: я по рекам Васькиной и Чёрной, он — по р. Великой. Выполняя большой переход в пос. Волонгу, мы с рабочим ночью остановились на ночлег в какой-то баньке на берегу реки. Из-

за позднего времени будить хозяев единственного дома не стали и устроились на полках бани. Утром в баню пришли двое мужчин и начали нас пытать: кто мы и откуда. Быстро разобрались что к чему, познакомились и успели обменяться мнениями о россыпепроявлениях на изученных площадях. Потом встретились через некоторое время в Сыктывкаре, и постепенно встречи стали учащаться, а обмен мнениями становился необходимостью. В 1968 г. Олег Сергеевич переехал в Ухту, в недавно созданный индустриальный институт, и научные связи ещё более укрепились, появились совместные работы по изучению кор выветривания и бокситов Тима-на. К этому времени коры выветривания на базальтах он обнаружил на Северном Тимане и на р. Шегмас, я — на Четласском Камне. В 1987 г. по его предложению я тоже перешёл на работу в индустриальный институт, где вместе с ним и продолжаем работать на одной кафедре. К прочим интересам прибавились геоэкологические проблемы. А началом нашего сотрудничества и дружбы стали Северный Тиман, Институт геологии и Ухтинская ГРЭ.

В 1960 г. В. Г. Чёрный задумал тематическую работу по металлогении Тимана и привлёк к ней меня. Опыта научных исследований такого рода у нас не было, и мы решили обратиться за помощью и консультациями в Институт геологии к опытному геологу Марку Вениаминовичу Фишману. Он встретил нас очень приветливо, поделился своим огромным

научным опытом, помог составить предварительный план работы. В тот приезд мы оказались у него на дне рождения и очень весело и непринуждённо провели вечер. После этого многие годы каждый приезд в институт знаменовался встречей с Марком Вениаминовичем. Он очень помог мне советами при написании книг по истории геологических исследований, посоветовал Кировское областное издательство, с которым я с его лёгкой руки сотрудничаю уже почти 10 лет. М. В. Фишман обладал широчайшими знаниями, он был настоящим эрудитом. Памяти его можно было позавидовать. Однажды мы с ним оказались в одной палате республиканского кардиоцентра, и за несколько дней он смог рассказать так много о своей жизни и работе, об уральских маршрутах и Новой Земле, о встречах с медведями и, конечно же, о геологии. При этом он называл номера обнажений, которые изучал десятки лет назад. Вспоминается, как в одну из последних встреч он высказывал горькое сожаление о том, что снизились требования к диссертациям, он это остро переживал, а на защитах диссертаций всегда был строгим и требовательным членом учёного совета. Горько сознавать, что Марка Вениаминовича нет с нами. Вечный ему покой и вечная память...

В середине 1970-х гг. я занимался полистной геологической съёмкой масштаба 1:50000 в центральной части Четласского Камня. В моей партии работал знаменитый уральский геолог Константин Александрович Львов, большой знаток докембрия Урала. Я и раньше увлекался проблемой стратиграфии докембрия, но после встречи с К. А. Львовым и его увлечённых рассказов мое желание окрепло и стало главным направлением моей работы. В это же время начал заниматься этой проблемой Всеволод Георгиевич Гецен. Общность проблем сблизила нас и усилила мою связь с Институтом геологии. Совместные обсуждения стратиграфических схем, их уточнение, применение геохимического метода стали нашими общими подходами к решению этой сложной задачи. Вместе готовились сначала к молодёжным научным конференциям, потом и к «взрослым», вместе работали в Республиканском совете молодых учёных и

создавали рабочую схему стратиграфии докембрия северо-востока европейской части СССР, вместе работали в Комиссии межведомственного комитета по стратиграфии докембрия и утверждали эту схему на заседании комитета в г. Ленинграде. Всеволод, ставший Оловянишниковым, очень рано и очень неожиданно скончался, но мы продолжаем пользоваться плодами его многолетних трудов и помним о нём.

Случайным оказалось и знакомство с Вячеславом Васильевичем Беляевым. Произошло это в конце 1960-х гг. в одной из гостиниц Москвы. Перед всесоюзным совещанием по корам выветривания нам были забронированы места в гостинице на ВДНХ СССР. Но к нашему приезду номера не освободились, и мы допоздна гуляли по вестибюлю в ожидании заселения (в те времена гостиничная проблема была весьма острой). Усевшись после очередной «прогулки» в кресла, разговорились: сначала обсуждали гостиничную проблему, потом выяснили, что мы «соседи» по республике. Вместе заседали на совещании, нашлись общие знакомые (О. С. Кочетков, М. В. Фишман, В. Г. Гецен и др.). А в 1970 г. Вячеслав Васильевич первым изучил минералогию открытых нами девонских бокситов. Он стал нашим соавтором статьи об этих бокситах. Защитив диссертацию по визейским бокситам Тимана, В. В. Беляев с головой окунулся в девонские. Я одно время руководил поисково-разведочными работами Чет-ласской партии, а он ежегодно при-

езжал к нам в кернохранилище и сутками сидел над ящиками с бокситовым керном. Его целеустремленность, обязательность, глубина исследований, доказательность и широта интересов принесли ему заслуженное уважение всех ухтинских геологов. Никто так глубоко не знал бокситовую проблему и не сделал так много в изучении минералогии бокситов, их геохимии, поведения в профиле выветривания и бокситах разных микроэлементов. Им выделены многие минеральные типы руд. А незадолго до своей кончины Вячеслав Васильевич посетил бокситодобывающий рудник, отобрал много новых интересных образцов бокситов, но, к сожалению, работа осталась незавершённой. Он много сил отдал науке, многого достиг, но ушёл слишком рано.

С Институтом геологии меня связывали и продолжают связывать коллеги и друзья, которые часто приходили на помощь в самых неожиданных случаях. Со многими мне доводилось обсуждать разные проблемы геологии и образования, делать какие-то работы, участвовать в различных мероприятиях.

Вспоминается непродолжительная совместная с Николаем Павловичем Юшкиным работа в Республиканском совете молодых учёных. Ещё тогда поражал его исключительно серьёзный подход к решению, казалось бы, обыденных проблем. Он отличался даже в молодые годы огромной трудоспособностью и любознательностью. Но поближе я узнал Николая Павловича гораздо позже, когда он стал директором института. Обширность его интересов, доброе отношение к своим подчинённым и простота в общении с сотрудниками и «посторонними» общеизвестны. Нет в республике, наверное, другой такой организации или учреждения, где бы было столько заслуженных работников республики и страны, где проводилось столько всевозможных конференций, семинаров, совещаний, чтений и других научных мероприятий и издавалось столько научных трудов. Это благодаря его усилиям и авторитету республиканские конференции превратились в прекрасно организованные съезды, а Институт геологии оснащён самой современной диагностической аппаратурой. Под руководством Н. П. Юшкина издаётся прекрасный ежемесячный

«Вестник Института геологии», а сам институт стал одним из крупнейших научных центров страны с огромным международным авторитетом. Я рад, что мне посчастливилось общаться, хотя и не так часто, как хотелось бы, с этим поистине крупнейшим учёным нашей страны.

Со многими другими учёными института мне довелось сотрудничать или просто общаться по разным вопросам.

Мне очень запомнились немногочисленные встречи с Александром Анатольевичем Беляевым, весьма широкообразованным человеком, энтузиастом -исследователем, увлечё нным и геологией, и музейным делом, и поэзией, и прозой. Это он вовлёк меня в литературную деятельность, можно сказать, привёл в «Альманах» и «прописал» в нём. Однажды мы встретились с ним в наших борах на грибной охоте, и после этого к нему тянуло как магнитом, каждая встреча оставалась надолго в памяти. К сожалению, его тоже уже нет, нелепая случайность поставила точку в его жизни.

С Эдуардом Степановичем Щербаковым я познакомился уже после его ухода из института, но общие проблемы по россыпям Тимана, условиям их формирования, особенностям минерального состава укрепили наше сотрудничество. Он сохранил и развил традиции Института геологии, которые хорошо усвоил за время работы в нём с 1959 по 1978 г. Эдуард Степанович отличается кропотливо-

стью исследования материала и надёжностью в дружбе. Он неоднократно приходил мне на помощь по разным проблемам. Несмотря на то, что сегодня Э. С. Щербаков трудится в пединституте, он тесно сотрудничает с Институтом геологии и поддерживает прочные связи с его учёными.

Остаются в моей благодарной памяти редкие встречи с Игорем Николаевичем Бурцевым, благожелательным добрым человеком и серьёзным учёным. Мне больше известны его исследования по титановым рудам Пижемского месторождения. Встречи с ним всегда приятны, он всегда готов оказать помощь и не оставит человека в беде.

Спасибо, Игорь Николаевич, за Вашу отзывчивость.

В 1982—1984 гг. я часто встречался с ныне покойным Борисом Исааковичем Гуслицером по проблемам обогащения мелкого россыпного золота среднетиманских проявлений. От него мною было получено много дельных советов. Он даже снабжал меня дефицитной научной литературой по россыпям. Борис Исаакович был увлечённым исследователем, не оставлял без внимания любую просьбу и всегда находил нужные слова и нужный совет.

Не могу не сказать несколько тёплых слов о Владимире Алексеевиче Дедееве. Познакомился я с ним тоже в полевых условиях, во время работы Комиссии межведомственного стратиграфического комитета по докембрию, которую он и возглавлял. На Среднем Тимане мы вместе с ним совершали маршруты по рр. Печорской Пижме и Бобровой, смотрели керн по скважинам на Косьюском участке. На побережье Белого моря под его руководством знакомились с вендскими отложениями, и вместе с Ю. Д. Смирновым жили сначала в одной палатке, а потом (в г. Архангельске) — в одном номере гостиницы. Он очень тонко понимал юмор, знал много анекдотов и интересных случаев и не давал скучать. В то же время он твёрдо вёл обсуждение проблем стратиграфии и во время экскурсии по обнажениям (особенно это проявилось в лагере в устье руч. Кислого на Среднем Тимане), и на заседании в г. Сыктывкаре. Под его уверенным руководством и только благодаря его твёрдости все участники комиссии, в конце концов, пришли к единому комп-

ромиссному мнению, закреплённому решением комитета. А завершение работы комиссии было отмечено «мальчишником» в его квартире. Владимир Алексеевич обладал удивительной коллекцией марок, был членом международного общества нумизматов. Рад, что смог подарить ему несколько гвинейских марок.

Приятны и интересны были мои встречи и беседы с Александром Ивановичем Елисеевым, часто заходившим по соседству в кабинет М. В. Фишмана и В. В. Беляева.

Всегда обстоятельны и содержательны рассказы Евгения Павловича Калинина, интересны его обзоры по публикациям в «Вестнике Института геологии». Я благодарен ему за организацию поездки в октябре 2008 г. к месту захоронения В. В. Беляева.

Почти 20 лет проработал в институте Вячеслав Васильевич Лихачев, мой земляк и выпускник моего родного Воронежского университета. Практически все эти годы он трудился вместе с В. В. Беляевым на тиманских бокситах, изучал поведение разных химических элементов в профиле выветривания на докемб-рийских сланцах и бокситах, чему и была посвящена его кандидатская диссертация. К слову сказать, по девонским бокситам Ти-мана защищены три диссертации — и все выпускниками Воронежского университета, причём с разрывом в 9 лет между защитами: 1970 г. — моя защита, 1979 г. — защита В. В. Лихачёва, 1988 г. — защита Б. А. Яцкевича.

Сотрудничество по россыпям Тимана и добрые отношения сложились у меня с Татьяной Петровной Майоровой. У неё я неоднократно получал дельные советы и по россыпям, и по образовательному процессу.

Много лет развивалось сотрудничество и с Александром Борисовичем Макеевым. Он тщательно изучал золото и платиноиды по нашим образцам и сам исследовал эти россыпи, особенно много внимания им было уделено уникальному полими-неральному месторождению (россыпи) Ичетъю.

Я благодарен за сотрудничество по алмазной тематике и по другим проблемам Александру Михайловичу Пыстину, с которым участвовали в создании двухтомника «Тиманский кряж» и издали учебное пособие по истории геологических съездов на пороге веков и продолжаем эту работу. Кстати, «Тиманский кряж» отредактирован и вскоре должен быть издан.

С Виталием Ивановичем Степаненко, детально изучившим карбона-титовый комплекс Среднего Тимана и его магматические комплексы, мы встречались «в полях» на Четласском Камне и многократно в стенах института. Доводилось получать ценные советы и помощь от него и в стенах Министерства природных ресурсов.

По «Тиманскому кряжу» довелось сотрудничать и с Владимиром Степановичем Цыганко, большим и глубоким знатоком тиманского девона. Его монография «Биогеографи-ческое районирование европейского Севера СССР (девонский период)» и

последующие публикации по девону Тимана широко используются тиман-скими геологами.

В последние годы у меня устано -вились хорошие деловые отношения с директором научного геологического музея им. А. А. Чернова Светланой Игоревной Плосковой, внимательным

и добрым человеком. Она очень увлечённый и ответственный исследователь, её консультации весьма полезны, а работы отличаются глубиной проработки.

Мне хотелось бы назвать и поблагодарить за доброе отношение и многих других учёных Института геологии. Среди них Валентин Леонидо-

вич Андреичев, руководитель группы изотопной геохимии, автор многих работ по геохронологии, Борис Алексеевич Голдин, Алексей Анатольевич Иевлев, «главный литератор» института, Лев Васильевич Махлаев, несколько лет возглавляющий Государственную комиссию по специальности «Прикладная минералогия, геохимия, петрология» в Ухтинском государственном техническом университете, Михаил Юрьевич Сокерин, Борис Андреевич Мальков, много лет работавший после Института геологии в нашем ухтинском вузе, Яков Элье-вич Юдович, принимавший участие в рассмотрении кандидатских диссертаций моих учеников В. А. Дудара и Е. Г.

Трофимовой, крупнейший геохимик нашей республики.

Хочу также отдать дань уважения памяти Бориса Андреевича Остащенко, непревзойдённого и неутомимого обогатителя, человека с тонким юмором, доброжелательного и общительного. Па-

мять о нём, как и о других ушедших коллегах и друзьях, всегда со мной.

За полвека работы в Республике Коми мне доводилось принимать участие в разных геологических исследованиях, которые проводились часто совместно с учёными Института геологии. Мы встречались в полевых условиях и лабораториях, на всевозможных конференциях, симпозиумах, семинарах и съездах в разных концах страны, на торжественных и юбилейных мероприятиях. В полевых условиях учёные института всегда показывали образцы упорного и творческого труда, в веселье тоже были безграничны и щедры. С ними легко работать и общаться.

'Иоуфрл&л&ю фруфЯый коллектий угёяых и сотруф -Ликой ‘М-Лсмимумл геологии с 50 -летием. '^.е-ллм фоб-рого уфоро&и#. Лл многие гофы, Нойых усаехой и открытий, флланейсиего рлу&имия- и со-вершеЛстМлШЯ- техники и технологии исслефойлЯий, благошмуги#. и большого сгл -й лиглой фи^Ли. Искренне Ваш А. Плякин

\ А

@е%егНа поуррлбё&ем

%&лНо$иі& с юбилеем.

"Желаем беїНой бодрости и молодости, л тлкфе семейного бллго4иолуш&{

✓ V

“ОиНу и ДлеКМНфрЛ СуХАре&иЪ с бракоосогетаШем! "Беллем сіастии&их и долгих лет

Ответственные за выпуск

И. И. Голубева, Н. Ю. Никулова

Подписано в печать 17.12.2008

Тираж 300

Редакция: 167982, Сыктывкар, Первомайская, 54

Тел.: (8212) 24-56-98 Факс: (8212) 24-53-46 Е-таі1: geoprint@geo.komisc.ru

.заказ 722