Общая институциональная модель развития экономики России

ОБЩАЯ ИНСТИТУЦИОНАЛЬНАЯ МОДЕЛЬ РАЗВИТИЯ ЭКОНОМИКИ РОССИИ

Усик Нина Ивановна

доктор экономических наук, профессор. Санкт-Петербургский государственный университет низкотемпературных и пищевых технологий, заместитель декана по научной работе факультета экономики и экологического менеджмента г. Санкт-Петербург, Россия. E-mail: eif1511@yandex.ru

Аннотация. Представленная нам статья характеризует состояние рынка в России. По мнению автора статьи, основой институциональной модели развития экономики страны является государство, которое является институтом управления и регулирования. Также в статье раскрывается значение конкуренции и принцип ее экономической координации.

Ключевые слова: конкуренция; развитие; институт; институциональная среда; институциональная модель

Код УДК: 330.342.4

Annotation. The article under consideration describes the state of the market in Russia. From the author's point of view a state is the basis of the institutional model of the economic development of the country. The state is an institution of governance and regulation. The importance of competition and the principle of its economic coordination are also highlighted in the article.

Keywords: competition; development; institution; institutional environment; institutional model

Рынок в современной интерпретации представляет собой институт с функциями координации, поскольку это социальный институт, сформированный частично социальными соглашениями и отношениями власти [1, с. 38; 2, с.63].

Рыночный сектор не способен регулировать социальную и экологическую сферы, поэтому его «провалы» координирует государство в соответствии с законами и нормами. Но государство своей политикой для исправления «провалов» рынка может вызвать новые неблагоприятные последствия и проблемы, что приводит к «провалам» политики. В России уход государства из экономики уже породил ухудшение ситуации в социальной сфере. Средний и крупный бизнес не участвует в решении социальных вопросов, касающихся ведомственного жилищного фонда, в том числе общежитий, детских дошкольных учреждений, домов отдыха, спортивных залов и т. д. В результате экономика развивается крайне медленно.

Рынок и его инфраструктура проявляются через институты: кредитно-денежную систему, товарные биржи, конвертируемость валют и т. д. В настоящее время эти институты приобрели, в основном, глобальный характер [3, а53]. Финансовый кризис подтвердил, что рыночная экономика на конкурентной основе не исключает управления и регулирования. Государство выступает институтом управления обществом в целом в зависимости от поставленных целей. Оно является субъектом управления или регулятором, осуществляющим управление в случаях, когда необходимо вмешиваться в функционирование объекта, реализующего некоторую цель. Примером служит

Европейская Комиссия, которая не вмешивается в антиконкурентную деятельность стран-членов Европейского Союза (ЕС) до тех пор, пока факт нарушений не касается экономической ситуации в ЕС в целом. Следует отметить, что в ЕС структуры надзора, в большей степени остались национальными.

Осмысливая современные представления о рынке, Чарльз Хэнди отмечает: «Ни Адам Смит, ни (за редким исключением) его последователи не считали, что задачи государства следует полностью отдать на откуп рынку. Начать с того, что функционирование рыночной системы регламентировано законами и механизмами, проводящими их в жизнь. Никто всерьез не считает, что полицией и судами должны руководить частные коммерческие предприятия. Тем не менее, мода на приватизацию предполагает, что рыночная философия должна быть внедрена во все без исключения сферы жизни» [4, с. 169]. Он также утверждает, что у рынка есть свои пределы, свои непредвиденные последствия, так как рынок представляет собой лишь механизм, а не философию. Рыночные законы не действуют там, где результат не имеет денежного выражения, где предложение ограничено или действует распределительная система. Это так называемые «провалы рынка». Применение конкурентного механизма, основанного на критерии меньших затрат (конкурентная цена), к социальным институтам не гарантирует наилучших результатов, ведь самая дешевая школа или больница еще не обязательно лучшая.

Социальная рыночная экономика является либеральной концепцией, отличающейся от классического либерализма принципом экономического соревнования, согласно ортолиберализму В. Ойкена, когда экономический порядок с рамочным планированием гарантирует соревнование, приближающее рыночное хозяйство к модели совершенной конкуренции, исключая возможность установления власти над рынком со стороны монополий и картелей [5, с. 566]. Но ее социальная направленность должна быть обеспечена целенаправленным вмешательством извне, носящим характер регулирования со стороны государственной экономической политики, корректирующей «провалы» рынка.

Хозяйственная деятельность человека определяется различными целями и интересами. Если цель хозяйства, ориентированного на прибыль, - доход ради личного или коллективного обогащения, то этот мотив становится господствующим структурным принципом. Возникают факторы объективной необходимости и принуждения, источник которых лежит не в рациональной структуре хозяйственной деятельности как таковой, а в доминировании мотива обогащения и в соответствующем ему хозяйственном механизме: «Тогда соревнование в условиях рыночной экономики из стимула и регулятора экономического производства и потребления легко вырождается в агрессивную, безудержную конкуренцию, решающим фактором которой оказываются не способности и упорство, а, прежде всего, экономическое господство на рынке, благоприятствующее образованию блоков. Так возникает система принуждения, избежать которого, не подвергая себя риску экономического ущерба или даже катастрофы, отдельные субъекты экономики не в состоянии» [там же, с. 88].

А. Рих отмечает, что очень часто эту систему принуждения воспринимают как объективную закономерность, хотя, в большинстве случаев, это не что иное, как сумма привычек, правил, соглашений, которые могут быть изменены. Деловое принуждение может быть обусловлено определенными, лежащими в основе хозяйственной структуры и политики, ценностными ориентирами, при изменении которых экономическое принуждение ослабевает или устраняется [там же, с. 89]. На самом деле такое принуждение отражает внутренние противоречия, служащие источником прогрессивного развития общества и отражающие системный подход на диалектической основе.

Ю.М. Осипов отмечал чрезвычайно важное обстоятельство, связанное с существованием в российской экономике проблемы взаимосвязи рыночной трансформации и глобализации, в рамках которой отрабатывается системообразующая роль финансового капитала. Эта проблема, по его,

мнению связана с тем, что западная наука ошибочно формирует хозяйство не ради производства или потребления, а ради денег. Поскольку это противоречит целям развития государств, то приводит к кризисам. Он считает, что наступила эпоха глобальной финансовой ренты [6, с. 26].

Очевидно, что для развития экономики России необходима общая институциональная модель. Она базируется на совокупности конституирующих и регулирующих принципов В. Ойкена (1947), означающих законодательно закрепленные нормы и правила хозяйствования, изменяющиеся под воздействием результатов реализации установленных целей. Конституирующие принципы нацеливают политику государства на роспуск или ограничение экономических властных группировок; политико-экономическая деятельность государства должна быть направлена на создание форм экономического порядка, а не на регулирование экономического процесса. Если государство диктует валютный курс или устанавливает уровень заработной платы, то оно вовлекается в борьбу заинтересованных группировок [7, с. 60, 426]. Регулирующие принципы определяют роль правительства в защите конкуренции. Эти принципы согласуются с принципами разделения властей. Указанное положение вещей отражало этап развития стран в 1950-х годах ХХ века. В настоящее время все национальные экономики переплетены различными кооперационными (корпоративными) взаимосвязями, образуя глобальную экономическую систему.

Кроме координирующих и регулирующих принципов для формирования общей институциональной модели важным является принцип экономической координации конкуренции в рыночной среде. Научные споры о роли модели совершенной конкуренции в рыночной экономике ведутся и по сей день. Такое положение определяется различными научными школами. Но все учёные сходятся в одном - без конкуренции нет развития экономики. Что механизм конкуренции содержит в себе силы саморазрушения, как и Й. Шумпетер, подтверждал А. Рих, который считал конкуренцию принципом координации деятельности, выдвигаемую реальной рыночной экономикой 1980-х годов: «Речь идет о сохранении такой конкуренции, при которой обеспечивается получение прибыли как результат активной предпринимательской деятельности, учитывающей интересы всех, но которая действенно препятствует при этом извлечению доходов, обусловленных не предпринимательской активностью, а властью моды, рынком, объективно направленных на сдерживание конкуренции или даже на полное ее исключение из экономической деятельности» [5, с. 475]. Его выводы согласуются с оптимумом по Парето: ничье благосостояние не может быть улучшено без ухудшения благосостояния кого-либо другого. Предложенный Парето критерий благосостояния означает такую ситуацию, когда некоторые люди выигрывают, но никто не проигрывает.

А. Рих считает, что: «система координации рыночной экономики лишь в малой степени удовлетворяет требованиям полной конкуренции; столь же мала вероятность ее фактического существования при нынешних технико-экономических условиях. Это вовсе не значит, как часто утверждают, что конкуренция вообще исчерпала себя как принцип экономической координации. Ведь даже в предельном случае, при наличии абсолютной монополии, когда прямые конкуренты отсутствуют, конкуренция сохраняется, по крайней мере, в рамках ограниченного бюджета потребителя» [там же, с. 469].

Современная конкуренция - прежде всего борьба за техническое лидерство, за приоритет в открытии новых рынков и в преобразовании старых, стремление, возможно более точно, угадать направление изменений в потребительских вкусах и предпочтениях и максимально воплотить их в своих продуктах. Это конкуренция особого типа - «инновационная» конкуренция, главной задачей которой является не вытеснение соперника с уже занятых им позиций, а попытка опередить его в чем-то новом, более перспективном [8, с. 20].

Поэтому Ф. Хайек и предложил определение конкуренции как процесса, посредством которого люди получают и передают знания. Она ведет лишь к лучшему использованию способностей

и знаний, рассеянных среди миллионов. Ценность конкуренции, по его мнению, состоит именно в том, что, будучи процедурой открытия, она непредсказуема. В противном случае в ней не было бы никакой необходимости [9, с. 50].

Дальнейшее развитие этих взглядов Ф. Хайека осуществил Тайичи Сакайя, обративший внимание на придание конкурентами своей продукции новой формы созданной знанием стоимости и сделавший такой вывод: «неизбежным следствием подобной конкуренции станет появление системы, которая будет обеспечивать все большую диверсификацию видов продукции наряду с тенденцией к сдерживанию расходов, связанных с их разработкой. Столь острая конкурентная борьба, скорее всего, породит такие условия, при которых «бум» в сбыте того или иного популярного товара или технического новшества будет становиться все короче и короче» [10, с. 351]. Исходя из такого предположения, можно сделать вывод о сокращении жизненного цикла потребительского товара.

П. Друкер, отец менеджмента, еще в 1964 г. писал также о значении знания, когда ни результаты, ни ресурсы не существуют внутри самого бизнеса: «Бизнес можно определить как процесс, который превращает внешние ресурсы, а именно знание, во внешние результаты -экономические ценности» [11, с. 14].

Кроме того, в современной экономике прослеживается следующая закономерность. Чем разнообразнее на рынке определенный продукт, тем сложнее заменить его конкурирующим товаром и тем самым, следовательно, больше и власть их производителя над рынком. Возникает так называемая экономика предложения, когда могут модифицироваться лишь незначительные детали, а представляемые на рынке в целом однородные товары создают впечатление их неоднородности. Такая конкуренция получила название конкуренции замещения.

То, что конкуренция, как принцип экономической координации, не исчерпала себя, подтверждается с точки зрения постиндустриального общества, когда сфера услуг составляет более половины хозяйственной деятельности, где монополизация крайне затруднена.

Общая институциональная модель действует на основе комплекса условий, организующих экономическую деятельность в России. Данная модель функционирует посредством:

• институционального механизма ограничения экономической власти элит, использующей методы внерыночного принуждения, что ограничивает конкуренцию и снижает эффективность;

• создания условий для превращения краткосрочных капиталов в долгосрочные;

• выработки принципов поддержания конкурентоспособности для применения технологических и нетехнологических конкурентных преимуществ.

Реализация этой институциональной модели осуществляется через формируемые нормы и правила, отражающие ограничения - формальные (законодательство, регулирующие правила, вводимые властными структурами, изменения в Конституции) и неформальные (нормы, соглашения, личные стандарты честности).

Общая институциональная модель ставит преграды перерастанию идеи эффективности рыночной экономики в идеологию тотального рыночного общества. Вместе с тем, существование некоторых монополий является неизбежным, поскольку дублирование таких объектов, как трубопровод, линия электропередачи, железнодорожные и автомагистрали или занимающаяся исследованиями клиника, привели бы к неоправданным расходам. Стоимость привлекаемых дополнительно ресурсов превысила бы потенциальную выгоду от наличия конкуренции. В таких ситуациях главную роль играет регулирующий орган, призванный обеспечить то, чтобы данный объект был доступен всем желающим по разумной цене (социальный аспект). Однако

регулирующие органы не вездесущи и не всезнающи. Принадлежащая им самим монополия на власть и так не всегда используется честно. Кроме «провалов» рынка появляются «провалы» политики.

Компенсация так называемых «провалов» рынка и экономической политики. Например, современный рынок России не может обеспечить стабилизацию уровня цен, и без вмешательства государства инфляция будет расти и дальше. Кроме этого, существуют такие отрасли экономики, в которые частный капитал не «идет». Это особенно характерно для России, где становление рынков было связано с получением сверхприбылей для частных компаний (топливно-энергетический комплекс, оптовая и розничная торговля и др.). Никто, кроме государства, не может обеспечить импульс развития инфраструктуры на бескрайних просторах России, фундаментальных исследований, доведения получаемых результатов до уровня коммерческого использования, освоение космоса и т. п. Обеспечить инвестиционный климат в масштабах всей России может только государство путем создания институтов (в пределах отрасли это могут и компании-лидеры) и т. д.

Проведение определенного курса развития. Придать заданную общую направленность экономике рыночный механизм не может. Достаточно вспомнить, к чему пришла стихийная российская экономика к середине 1990-х годов: олигархический раздел рынков, стагнация всех основных отраслей, снижение жизненного уровня, автаркизация регионов и неуправляемость экономики в целом. Сейчас в России утвержден план развития до 2020 г. на инновационной основе.

Самосохранение, защита государства. Как правило, государства не осознают этой цели, но от этого она не исчезает. Функции государства в России состояли на первом этапе, в переходе от командной к рыночной экономике, в создании институтов (структур) по координации деятельности субъектов создаваемых рынков товаров и услуг. Затем наступило время создания условий для формирования конкурентной среды. Государство - социальный институт управления обществом, возникающий в результате консолидации человеческого сообщества, его правил, норм общения, убеждений и верований относительно самих себя и мира. Лучше сказать не институт, а совокупность социальных институтов.

Мы можем сделать вывод о наступлении новой эпохи, характеризующейся четвертым этапом эволюции принципа координации в экономике, осуществляемой конкуренцией. Первый этап представлял собой так называемую «невидимую руку» рыночной координации А. Смита (Великобритания) и выражался в снижении издержек массового производства координируемых рынком вертикально специализированных промышленных предприятий.

Второй этап Альфред Чандлер (1977) назвал зримой рукой иерархической координации, использующей организационные инновации команды менеджеров США.

Третий этап - решение проблемы путем совершенствования внутренней организации фирмы, а не производительности (снижении издержек). Такая позиция противоречит сложившемуся в 1990-е годы в США и Великобритании представлению об экономике, как объекте политики управления спросом центрального правительства.

Мы выделяем четвертый этап, основанный не на получении конкурентных преимуществ путем снижения издержек (первый и второй этапы) или получении стратегических преимуществ путем постоянного усовершенствования производственного процесса и продукта (третий этап), а путем использования системы экономической координации, в которой реализуется механизм согласования интересов бизнеса и целей развития общества.

ЛИТЕРАТУРА

1. Доклад о мировом развитии 2003 года. Устойчивое развитие в меняющемся мире. Преобразование институтов, рост и качество жизни: пер. с англ. - М.: Весь Мир, 2003. - 280 с.

2. Бест Майкл Х. Новая конкуренция. Институты промышленного развития: пер. с англ. / Майкл Х. Бест. - М.: Теис, 2002. - 356 с.

3. Усик Н.И. Проблемы управления и регулирования в экономике России / Н.И. Усик // Проблемы теории и практики управления. - 2008. - № 12. - С. 53-60.

4. Хэнди Ч. Алчущий дух. За гранью капитализма: поиск цели в современном мире. Новая постиндустриальная волна на Западе: антология / Ч. Хэнди; под ред. В. Л. Иноземцева. - М.: Academia, 1999. - С. 166-184.

5. Рих А. Хозяйственная этика / Артур Рих; пер. с нем. Е.М. Довгань; отв. ред., авт. вступ. ст. и коммент. В.В. Сапов. - М.: Посев. Рос. фил., 1996. - 810 с.

6. Осипов Ю.М. Экономика в лучах философии хозяйства / Ю.М. Осипов // Философия хозяйства. - 2003. - № 2.- С. 9 - 42.

7. Ойкен В. Основные принципы экономической политики / Вальтер Ойкен; пер. с нем. Л. А. Козлова, Ю.И. Куколева; общ. редакция Л.И. Цедилина, К. Херрманн-Пиллата; вступ. ст. О.Р. Лациса. - М.: Прогресс, 1995. - 493 с.

8. Японская экономика в преддверии XXI века : (становление конкурент. корпоратив.-гос. капитализма) / [С.В. Брагинский и др.]; АН СССР, Ин-т мировой экономики и междунар. отношений. - М.: Наука, 1991. - 405 с.

9. Хайек Фридрих Август фон. Познание, конкуренция и свобода: антология соч. / Фридрих Август фон Хайек; под ред. Д. Антисери, Л. Инфантино. - СПб.: Пневма, 1999. - 287 с.

10.Сакайя Т. Стоимость, создаваемая знанием, Или история будущего / Т. Сакайя // Новая постиндустриальная волна на Западе: антология / под ред. В. Л. Иноземцева. - М.: Academia, 1999. - С. 361.

11.Друкер П. Эффективное управление: экономические задачи и оптимальные решения: пер. с англ. / Питер Друкер. - М.: Гранд: Фаир-пресс, 2003. - 284 с.