Грамматика немецкой косвенной речи: выражение относительного будущего

ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

УДК 43.5 ББК 81.432.4-2

Е.В. Боднарук

грамматика немецкой косвенной речи: выражение относительного будущего

В статье анализу подвергаются грамматические средства выражения относительного будущего в немецкой косвенной речи. Производится бинарное деление форм в зависимости от особенностей их семантики. Выявляются и анализируются факторы, обусловливающие выбор синонимичных грамматических форм со значением «следование» в художественном и публицистическом дискурсе.

Ключевые слова: косвенная речь, относительное значение «следование», публицистический и художественный дискурс, индикатив и конъюнктив, факторы, влияющие на выбор форм.

E.V. Bodnaruk

grammar of the german indirect speech: expression of the relative future

Grammatical means of expression of the relative future in the German indirect speech are analyzed. The binary division of the forms depending on the characteristics of their semantics is made. The factors, that are relevant for the choice of synonymic grammatical forms with the semantics "forthcoming events" in the fictional and the publicistic discourse, are revealed and analyzed.

Key words: indirect speech, relative meaning "forthcoming events", fictional and publicistic discourse, indicative and conjunctive forms, factors, which influence the choice of the forms.

Под косвенной речью (далее - КР) мы в понимаем передачу внешней речи другого лица, а также своей собственной речи, имевшей место ранее или воображаемой. Передача речи другого лица является при этом базовой составляющей КР. При передаче чужой речи обычно происходит упоминание ее источника (т.е. производителя речи). В этой связи КР входит в сферу действия эвиденци-ального значения.

Для грамматического оформления косвенной речи в немецком языке используются как формы конъюнктива, > так и формы индикатива. Формы наклонений имеют в КР относительное упо-о требление, т.е. выражают одновремен-^ ность, предшествование или следование ш относительно момента высказывания

производителя речи (и безотносительно к моменту речи репродуцента).

Следует отметить, что для выражения значения «следование» в немецкой КР используется наибольшее количество грамматических форм. Для систематизации данных средств разделим их условно на две группы в зависимости от особенностей семантики. Выделим группу форм со значением «простое следование» (относительное будущее) и группу форм со значением «завершенное следование» (относительное предбудущее). Арсенал форм, которые могут быть использованы для выражения значения следования в немецкой косвенной речи, составляют какформы конъюнктива I и II, так и формы индикатива.

«Простое следование» «Завершенное следование»

Футур I конъюнктива Футур II конъюнктива

КондиционалисI КондиционалисII

Презенс конъюнктива Перфект конъюнктива

Претерит конъюнктива Плюсквамперфект конъюнктива

Презенс индикатива Перфект индикатива

Футур I индикатива Футур II индикатива

С целью выявления особенностей функционирования, а также определения частотности данных грамматических форм в речи, мы подвергли анализу тексты трех художественных произведений (Hein Ch. Landnahme. Roman. Suhrkamp, 2005; Kehlmann D. Ruhm. Ein Roman in neun Geschichten. Rowohlt, 2010; Noll I. Ehrenwort. Roman. Diogenes, 2012) и трех периодических изданий (Frankfurter Allgemeine Zeitung от 23. 07. 2011; Der Spiegel (№ 45) от 7. 11. 2011; Süddeutsche Zeitung от 23-24. 07. 2011.), из которых методом сплошной выборки были извлечены высказывания с КР со значением «следование».

Эмпирические данные анализа текстов художественного (корпус примеров № 1 - 297 единиц) и публицистического дискурса (корпус № 2 - 305 единиц) свидетельствуют о том, что формы конъюнктива являются основными средствами выражения относительного будущего. Доля индикативных форм составила в текстах прессы около 30%, в текстах художественной литературы - около 15%.

Наиболее частотными грамматическими средствами со значением следования оказались в корпусе № 1 кондициона-лис I (33%), презенс конъюнктива (27%) и футур I конъюнктива (16%). Менее частотными были формы презенса индикатива (12%), претерита конъюнктива (9%) и футура I индикатива (3%).

В корпусе № 2 самыми частотными были презенс конъюнктива (25%), презенс индикатива (24%) и футур I конъюнктива (20%). За ними по частотности следуют кондиционалис I (14%), прете-рит конъюнктива (9%) и футур I индикатива (7%). Все перечисленные формы являются носителями значения «простое следование».

Значение «завершенное следование» представлено в корпусе № 1 формами плюсквамперфекта конъюнктива (около 2%) и перфекта конъюнктива (0,3%), в корпусе № 2 формами перфекта конъюнктива (0,3%) и футура II конъюнктива (0,3%). Специфика данного значения, вызванная наличием в структуре выражающих его форм причастия II, а в семантике аспектуальной характеристики «завершенность», обусловила их крайне низкую частотность. Часть форм - кондиционалис II, перфект и футур II индикатива - и вовсе не была обнаружена в обоих корпусах примеров.

Некоторые расхождения в частотности форм вызваны особенностями сравниваемых дискурсов. Так, КР в текстах прессы можно считать трансформой прямой речи (ПР). Поскольку презенс в ПР часто выражает будущее, он - при благоприятных условиях контекста - оказывается востребованным и в КР, причем как в конъюнктиве, так и в индикативе. В свою очередь футур I - как наиболее независимая от условий футурального контекста форма - предпочтителен для подчеркивания перспективы будущего.

В художественной литературе КР не является трансформой ПР. Она служит замыслу автора произведения, выполняя разнообразные функции (от средства варьирования при выборе видов речи до характеристики персонажа и его роли в произведении). В художественной речи грамматические формы чаще используются согласно предписаниям грамматик (этим, видимо, объясняется более высокий процент форм конъюнктива именно в художественном дискурсе), а также с учетом основного плана авторского повествования. Поскольку основным планом повествования в подвергнутых анализу

ф

Ei >

ю

о

X -О

си IS

о о

X I-

о

X

ф

X го

-О

СО

т

ф

^ о

X

X

ф

ей о о

>s

о ^

ф ф

X

го

S

н го

го

>

Q. ГО X

ч о

LQ

m uJ

произведениях является претеритальный план, значительной частотностью характеризуется в них кондиционалис I. Высокую частотность демонстрируют также формы презенса и футура I конъюнктива, что свидетельствует об их конкуренции (по аналогии с конкуренцией в ПР).

Конкуренция форм презенса и футу-ра I (как конъюнктива, так и индикатива) имеет место не только в текстах художественных произведений, но и в текстах прессы. Перечислим некоторые наиболее значимые признаки конкуренции данных форм в КР. Презенс, будучи зависимым от футурального контекста, используется чаще при одном из следующих условий: а) от предельных глаголов; б) в сопровождении темпоральных указателей будущего; в) при наличии формы футура в соседнем предикате; г) после вводящего КР компонента с проспективной семантикой (типа versprechen «обещать», ankündigen «возвещать, объявлять» и др.). Формы футура, будучи в меньшей степени зависимыми от футурального контекста, тем не менее встречаются в КР несколько реже форм презенса (особенно это касается индикативных форм). Это объясняется наличием ограничений в использовании футура. Так, только презенс может быть употреблен после предикатов воли-тивного типа и в некоторых типах придаточных предложений. В форме презенса обычно употребляются пассивные формы и т.д. [1, с. 102].

Определенная конкуренция наблюдается и между формами кондиционалиса I и претерита конъюнктива. Кондициона-лис в целом используется чаще претери-та в значении следования, поскольку данное значение является основным для названной формы в КР. Кроме того, в лингвистической литературе уже давно отмечается общая тенденция к увеличению доли конструкции würde+инфинитив I в речи [4, с. 1785].

Формы кондиционалиса I призваны выполнять в КР функцию заменителей амбивалентных, а также неупотребительных либо устаревающих форм (как презентных, так и претеритальных). Эта же функция, но в меньшем объеме, свойственна и претериту. Установлено,

что амбивалентными являются обычно формы презенса конъюнктива 1 л. ед. ч., 1 и3 л. мн. ч., а также все формы претерита слабых глаголов. Данные нашего эмпирического анализа свидетельствуют, однако, о том, что и кондиционалис I и претерит конъюнктива употребляются не только в функции замены.

Кондиционалис I и претерит конъюнктива отличаются от презенса и футу-ра I тем, что могут передавать значения, относящиеся к области ирреальности, т.е. выражать, к примеру, ирреальное условие или ирреальное желание. В данных значениях они используются и в ПР. Стоит, однако, отметить, что претерит конъюнктива чаще встретился в нашем эмпирическом материале при передаче высказываний с ирреальным значением, чем кондиционалис I:

Sie hat sich schon überlegt, wie das wohl wäre, wenn sie dem Mann wieder begegnen würde. Sie weiß nicht, wie sie reagieren würde. - Она уже размышляла о том, что было бы, если бы она вновь встретила того мужчину. Она не знает, как бы она среагировала [8, c. 11].

Вместе с тем формы кондициона-лиса I и претерита конъюнктива могут быть использованы и для передачи тех же значений, которые характерны для презенса и футура, т.е. выражать значение следования:

Als das Wasser zu sieden begann, sagte ich zu ihm, ich würde nun das Wasser einlassen, er könne sich fürs Bad fertig machen. - Когда вода начала кипеть, я сказала ему, что налью воду, а он может готовиться к принятию ванны [5, c. 102].

An insgesamt drei Standorten <...>, sagt RAG-Direktor Peter Fischer, wäre der Bau solcher Pumpspeicherkraftwerke in den nächsten Jahren möglich. - Всего на трех станциях <...>, говорит директор РАО Петер Фишер, - в ближайшие годы будет возможно строительство таких насосно-аккумулирующих электростанций [3, c. 150].

Примечательно, что данные формы в обоих корпусах примеров обычно не выражают сомнения репродуцента речи относительно достоверности воспроизводимого сообщения. В этой связи мы со-

гласны с О.И. Москальской, писавшей о нейтральности форм конъюнктива в отношении степени достоверности передаваемого посредством КР высказывания [6, с. 117]. Функцию передачи сомнения берут на себя, как правило, лексические или даже паралингвистические средства, но не грамматические формы.

На выбор форм в КР оказывают влияние и факторы более общего характера, в той или иной мере регулирующие селекцию не только форм со значением следования, но и форм со значением одновременности и предшествования. К таким факторам можно отнести следующие:

а) наличие / отсутствие вводящего КР компонента:

При отсутствии в высказывании с КР вводящего компонента принято говорить о так называемой независимой (или свободной) КР, которая может быть оформлена как одно предложение или как цепочка предложений. В ней для выражения следования используются преимущественно формы конъюнктива (как в текстах прессы, так и в художественной литературе), среди которых превалируют формы презентного плана (презенс и футур I). Довольно часто в свободной косвенной речи встречается и кондици-оналис I, значительно реже - претерит конъюнктива. Остальные формы конъюнктива употребляются крайне редко:

Sie gab ihm die Nummer vom Rettungsdienst und versprach, sofort zu kommen. Falls man den Opa in ein Krankenhaus bringe, solle Max mitfahren und sie per Handy informieren. Sie würden sich dann in der Klinik treffen. Она дала ему номер службы спасения и пообещала тотчас прийти. Если дедушку повезут в больницу, Макс должен поехать вместе с ним и проинформировать ее по мобильному телефону. Они тогда встретятся в клинике [7, с. 23];

б) семантика вводящего КР компонента и его временная форма:

Следует отметить, что после глаголов знания и мнения в нашем материале чаще использовались формы индикатива (презенс и футур I), а после наречия so, характерного для текстов прессы, встретились преимущественно формы конъюнктива. После глаголов говорения

могут быть использованы любые формы со значением следования.

В текстах прессы определенное влияние на выбор форм оказывает и временная форма вводящего компонента. Так, форма кондиционалиса I употреблялась в них чаще после прете-ритального ввода, в то время как формы презенса и футура I индикатива использовались преимущественно после презентного ввода. Остальные формы не обнаружили особой зависимости от временной характеристики вводящего КР компонента.

В художественном произведении вводящие КР лексические единицы вписаны в общий план повествования. Обычно авторская речь/речь повествователя оформляется претеритальными формами (претеритом, реже - плюсквамперфектом):

Man sehe sich ja am Abend wieder, vertröstete sie ihn. - Ведь вечером они увидятся вновь, обнадежила он его [7, c. 223];

в) союзный / бессоюзный тип придаточного предложения с КР:

Индикативные формы преимущественно используются при союзном вводе, в то время как формы конъюнктива возможны и при союзном, и при бессоюзном вводе.

Обращает на себя внимание тот факт, что формы футура I конъюнктива и индикатива встречаются в придаточных предложениях с ограниченным количеством средств связи. Кроме того, средства связи, с которыми коррелируют формы футура (союзы dass и ob, относительные местоимения der, die, das, а также относительные вопросительные местоимения), являются очень охватными с точки зрения их семантики. Такого рода средства связи обычно не имеют ограничений в сочетаемости с временными формами.

Um 18 Uhr tritt Westerwelle im ThomasDehler-Haus auf und sagt, dass er beim Parteitag im Mai nicht erneut als Parteichef antreten werde. - В 18 часов Вестервелле выступает в доме Томаса Делера и говорит, что на съезде партии в мае он не станет повторно исполнять обязанности лидера партии [3, c. 35].

ф

Si

ю

о

X .0

си IS

о о

X I-

о

X

ф

и

го

.0

CÛ

т

ф

>s о

X

X

ф

CÛ

о о

>s

о ^

ф

S ф

X

ГО

S I-

го

го

Несколько более широкую сочетаемость с типами придаточных предложений демонстрирует кондиционалис I. Но в целом, с точки зрения возможности употребления в придаточном предложении, он очень близок к футуру.

Формы презенса и претерита употребляются, в свою очередь, в большем числе типов придаточных предложений. Они используются также в условных придаточных, придаточных цели, времени и причины. Известно, что данные типы придаточных предложений (за исключением каузальных придаточных предложений) отличаются ограниченной сочетаемостью с временными формами:

Der Tübinger Oberbürgermeister Boris Palmer sagte: Wenn sich die Mehrheit für den Ausstieg ausspreche, gebe es „die Dynamik, um das Projekt noch zu kippen". - Обер-бургомистр Тюбингена Борис Палмер сказал: «Если большинство выскажется за выход, появится "еще динамика, для того, чтобы сорвать проект"» [3, c. 44].

г) коммуникативный тип придаточного предложения:

Несмотря на то, что посредством КР можно передать любое исходное высказывание, а значит отразить и речевые намерения продуцента речи, в теории КР принято выделять три основных вида КР, соответствующие трем типам предложения по цели высказывания, это - косвенное сообщение, косвенный вопрос и косвенное побуждение.

Явные ограничения в использовании грамматических форм демонстрируют

лишь косвенные побуждения. Чаще всего они оформляются посредством модальных глаголов (которые не учитывались нами при количественных подсчетах в рамках данного исследования). Однако, возможно оформление косвенного побуждения и без участия модальных глаголов. Косвенное побуждение может условно подразделяться на косвенное требование и косвенную просьбу, для выражения которых в таких случаях может быть использован только презенс конъюнктива или индикатива:

Косвенное требование: Sie wollen, dass die Gemeinschaft der Völker ihr Territorium als Staat anerkennt. - Они хотят, чтобы Содружество наций признало их территорию государством [8, с. 9].

Косвенная просьба: Der arme Kerl war unschl ssig und bat nochmals, dass ich ihm etwas gebe. - Бедный парень был растерян и попросил еще раз, чтобы я ему что-нибудь дала [5, c. 285].

Из-за сложности селекции форм в косвенной речи для выражения того или иного относительного значения Й. Буша и И. Цох высказали довольно скептическую точку зрения о том, что в немецком языке не существует четких правил для выбора синонимичных форм в КР [2, c. 39]. Проведенным исследованием мы попытались преодолеть подобного рода скептицизм, определив ряд факторов, являющихся релевантными для выбора грамматических форм при выражении значения «следование» в немецкой косвенной речи.

Библиографический список

1. Боднарук Е. В. Средства выражения относительного будущего в косвенной речи [Текст] / Е.В. Боднарук // Известия Волгоградского государственного педагогического университета. Серия «Филологические науки». - Волгоград, ВГСПУ, 2014. - № 5(90). - С. 100-105.

2. BuschaJ., Zoch I. Der Konjunktiv. Leipzig, Berlin, München, Wien, Z rich, New York: Langenscheidt, Verlag Enzyklopädie, 1995.

3. Der Spiegel. - 7.11.2011. - № 45.

4. Grammatik der deutschen Sprache / Zifonun, G. Hoffmann, L. Strecker B. (Hg.). - Berlin, New York: de Gruyter, 1997. - Bd. 3. - P. 1684-2565.

5. Hein Ch. Landnahme. Suhrkamp Verlag Berlin. -2005.

6. Moskalskaja, O.I. Grammatik der deutschen Gegenwartssprache. - М: Akademia, 2004. [In Russian].

7. Noll I. Ehrenwort. Diogenes Verlag AG Zurich, Switzerland. - 2012.

8. Süddeutsche Zeitung. - 23-24. 07. 2011.

Referencеs

1. Bodnaruk E.V. Expressive means of relative future in indirect speech. Izvestia Volgogradskogo gos. ped. un-ta. Seria «Filologicheskie nauki». 2014. № 5(90). P. 100-105. [in Russian]

2. Buscha J., Zoch I. Der Konjunktiv. Leipzig, Berlin, München, Wien, Zürich, New York: Langenscheidt, Verlag Enzyklopädie, 1995.

3. Der Spiegel. № 45. 7.11.2011.

4. Grammatik der deutschen Sprache / Zifonun, G. Hoffmann, L. Strecker B. (Hg.). Berlin, New York: de Gruyter, 1997. Bd. 3. P. 1684-2565.

5. Hein Ch. Landnahme. Suhrkamp Verlag Berlin, 2005.

6. Moskalskaja O. I. Grammatik der deutschen Gegenwartssprache. M: Akademia, 2004. [in Russian].

7. Noll I. Ehrenwort. Diogenes Verlag AG Zurich, Switzerland. 2012.

8. Süddeutsche Zeitung. 23-24.07.2011.

Сведения об авторе: Боднарук Елена Владимировна,

кандидат филологических наук, доцент кафедра немецкой и французской филологии,

Северный (Арктический) федеральный университет им. М.В. Ломоносова, г. Архангельск. Ктай: bodnaruk@rambler.ru

Information about the author: Bodnaruk Elena Vladimirovna,

Candidate of Philology, associate Professor, The Department of German and French Philology,

Northern (Arctic) Federal University named

after M.V. Lomonosov,

Archangelsk.

E-mail: bodnaruk@rambler.ru

УДК 42-3 ББК 81.432.1-33

Л.С. Великоредчанина

роль фразеологизмов в создании когезии в англоязычных художественных текстах

В данной статье поднимается вопрос об участии фразеологических единиц в создании коге-зии в англоязычных художественных текстах. Автором рассматривается, диктемы какого типа могут соединяться фразеологизмами, приводятся примеры как контактной, так и дистантной когезии. Особое внимание уделяется механизмам осуществления когезии при помощи фразеологизмов как в монологических, так и в диалогических текстах.

Ключевые слова: текст, художественное произведение, фразеологизм, когезия, когерентность, диктема.

L.S. Velikoredchanina

the role of idioms in the creation of cohesion within english-language fictional texts

The article raises a question of the participation of idioms in the creation of cohesion within English-language fictional texts. The author analyzes what types of dictemes can be connected by idioms and gives examples of both contact and distant cohesion. Special attention is paid to the mechanisms of the creation of cohesion with the help of idioms both in monologic and dialogic texts.

Key words: text, work of fiction, idiom, cohesion, coherence, dicteme.