Закрытие православных храмов в 19581960-е гг. Как фактор репрессивной антирелигиозной политики советского государства (на примере Ростовской области)

УДК 93/94

ЗАКРЫТИЕ ПРАВОСЛАВНЫХ ХРАМОВ В 1958-1960 гг. КАК ФАКТОР РЕПРЕССИВНОЙ АНТИРЕЛИГИОЗНОЙ ПОЛИТИКИ СОВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВА

А.В. Шадрина

DOI 10.18522/2072-0181-2018-93-1-29-33

Политика советского государства в отношении религиозных организаций остается одной из актуальных проблем российской истории на протяжении более 20 лет. Это обусловлено как продолжающимся осмыслением данной проблемы, так и ее недостаточной изученностью. Сегодня одним из наименее исследованных остается период, получивший в историографии наименование «хрущевской оттепели», ознаменовавшей последний этап борьбы с религией на территории СССР.

Историография государственно-церковных отношений эпохи «хрущевской оттепели» обширна. Она представлена как работами 1950-х гг., целью которых было создание идеологической базы борьбы с религией с точки зрения научного атеизма [1, 2], так и современными исследованиями, в которых затрагиваются различные аспекты проблемы. Так, в работах Т.А. Чу-маченко проанализированы причины, по выражению автора, «антирелигиозной и антицерковной вакханалии» конца 1950 - первой полвины 1960-х гг. [3, с. 89] и их правовая база [3-5]. Особое внимание исследователь уделяет истории основания и работе такого органа как Совет по делам Русской православной церкви при Совете министров (Совете народных комиссаров) СССР, чьей задачей было проведение в жизнь меняющейся политики относительно религиозных организаций [6, 7]. Обобщающие характеристики эпохи содержат исследования М.В. Шкаровского [8, 9] и Л.И. Сосковец [10]. Анализу направлений и методов антирелигиозной работы в 19501980-е гг. на региональном материале посвящены исследования А.А. Слезина [11], Э.З. Шаки-ровой [12], О.Ю. Редькиной [13, 14], М.И. Соколовой [15-17] и Л.В. Табунщиковой [18].

Анализ упомянутых исследований позволил выявить следующие особенности развития

Шадрина Алла Валерьевна - кандидат исторических наук, научный сотрудник Южного научного центра РАН, 344006, г Ростов-на-Дону, пр. Чехова, 41, е-mail: shadrina@ ssc-ras.ru.

государственно-церковных отношений в эпоху «хрущевской оттепели». Великая Отечественная война для религиозных организаций СССР стала временем, принесшим ослабление государственного прессинга и изменение законодательства, давшего право на открытие церквей и молитвенных домов всех конфессий. Так, после принятия 28 ноября 1943 г. постановления СНК СССР «О порядке открытия церквей», к 1958 г. численность действующих храмов Русской православной церкви составила 13 414 [5, с. 140, 142]. По завершении Великой Отечественной войны партийная элита СССР неоднократно выражала неудовольствие изменением положения религиозных организаций [4, с. 139-140; 5, с. 82]. Следствием этого, после неудачных попыток ужесточения церковной политики в 1949 и 1954 гг. [5, с. 144], стала «новая церковная политика» эпохи «хрущевской оттепели», соответствовавшая задачам строительства коммунизма, поставленным после развенчания культа личности Сталина [3, с. 82]. Правовой базой готовящихся изменений стали: постановление ЦК КПСС от 4 октября 1958 г. «О записке отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС по союзным республикам «О недостатках научно-атеистической пропаганды»»; постановление Совета министров СССР от 16 октября 1958 г. «О налоговом обложении доходов предприятий епархиальных управлений, а также доходов монастырей» и постановление «О монастырях в СССР». Целью указанных постановлений в первую очередь был подрыв материальной базы Русской православной церкви [5, с. 145].

После принятия соответствующих законов, советское правительство развернуло впечатляющую по масштабам борьбу, имевшую два выраженных направления: разрушение Церкви изнутри за счет увеличения налогов, сокраще-

Alla Shadrina - Southern Scientific Center RAS, 41 Chekhov Avenue, Rostov-on-Don, 344006, е-mail: shadrina@ssc-ras.ru.

ния доходности, изменения механизмов внутри-церковного управления [5, 146], дискредитации духовенства [9, с. 371], и усиление антирелигиозной пропаганды среди населения. В череде антицерковных акций закрытие церквей мыслилось, во-первых, как метод ограждения населения от религиозной пропаганды и, во-вторых, как финальный аккорд в борьбе с религией, базирующийся на визуальном восприятии: нет церкви - нет религии, поскольку именно церковные здания были, по выражению Т.А. Чума-ченко, «самым наглядным свидетельством жизнедеятельности Русской православной церкви» [3, с. 86]. Повсеместное закрытие храмов в СССР началось в 1959 г., т.е. через год после введения в действие «новой церковной политики».

Процесс закрытия православных храмов в Ростовской области в 1958-1960-е гг. как фактор репрессивной антирелигиозной политики советского государства и особенности реализации «новой церковной политики» в 1950-1960-е гг. в этом регионе ранее не изучались, что делает актуальным рассмотрение данной проблемы, в том числе определение количества закрытых в 1958-1960-х гг. церквей, причины и методы их закрытия, а также результаты данного этапа репрессивной политики.

Следует оговорить хронологические рамки исследования. Нижняя граница - 1958 г. -обусловлена устоявшимся в историографии годом начала реализации «новой церковной политики», направленной на разрушение Русской православной церкви. Этот период завершился 1964 г. - годом отставки Н.С. Хрущева с должности первого секретаря ЦК КПСС, однако с его отставкой антицерковные акции не закончились, хотя их интенсивность значительно снизилась, в частности, закрытие церквей в Ростовской области продолжилось до 1968 г., что обусловило верхнюю границу хронологических рамок.

Источниковая база настоящего исследования основана на делопроизводстве уполномоченных Совета по делам Русской православной церкви (с 1965 г. Совета по делам религий) при Совете министров СССР по Ростовской области (Фонд Р-4173 Государственного архива Ростовской области). В основу исследования положен комплекс ранее не введенных в научный оборот выписок из протоколов заседаний Совета по делам Русской православной церкви при Совете министров СССР; решений местных органов власти о закрытии церквей и молитвенных домов; переписка уполномоченных по Ростовской области с Советом по вопросам закрытия

церквей и снятия с регистрации религиозных обществ. Данные документы входят в состав комплекса регистрационных дел православных церквей Ростовской области - всего 236 единиц хранения [19, 20].

В Ростовской области, где были успешно реализованы все направления антирелигиозной репрессивной политики, процесс закрытия церквей проходил в соответствии с общесоюзным, но отличался некоторыми особенностями. Так, за время Великой Отечественной войны в Ростовской области было открыто 240 храмов [21, с. 174], причем в 1941 г., по сведениям, представленным уполномоченным Совета по делам Русской православной церкви по Ростовской области, действовала только 1 церковь [19, д. 2, л. 1], по косвенным данным - 6 [21, с. 172]. Начиная с 1943 г., тем же уполномоченным было зарегистрировано 236 храмов [19, 20]. После стихийного открытия, их закрытие началось уже в 1945 г. и продолжалось вплоть до «хрущевской оттепели». С 1945 по 1957 гг. в Ростовской области из 236 действующих храмов была закрыта 31 церковь (15 %) [19, д. 58, 60, 61, 63-67, 69-85, 91, 279]. В 1958 г. действующими числилось 205 церквей [19, 20]. Причины закрытий, датированных 1945-1957 гг., были двоякого рода: либо религиозная община занимала помещение, ранее принадлежавшее колхозу (а еще ранее - приходской церкви) [19, д. 60, л. 65; д. 61, л. 39; д. 69, л. 33], либо снималась с регистрации «как фактически не функционирующая более полугода», как правило, по причине отсутствия священника [19, д. 70, л. 44; д. 73, л. 63; д. 100, л. 92]. Во втором случае с ходатайством о снятии с регистрации такого религиозного общества выступал председатель местного исполкома.

Начиная с 1959 г., в Ростовской области началось массовое закрытие православных храмов. Инициатива закрытия исходила либо от уполномоченного по делам Русской православной церкви по Ростовской области, обращавшего внимание районных комитетов партии и исполнительных комитетов на необходимость усиления борьбы с религией, либо от местных органов власти. Пиком данного процесса были четыре года - с 1959 по 1964. Из 205 оставшихся действующими после закрытия в 1945-1957 гг. храмов в 1959 г. была закрыта 31 церковь (15 %); в 1960 - 53 (25 %); в 1961 - 17 (8 %); в 1962 - 22 (11 %). С 1963 по 1969 гг. количество закрытых храмов значительно сократилось. За этот период было закрыто 20 храмов (10 %). Для сравнения, до революции в распоряжении Русской

православной церкви имелось 77 767 культовых зданий; в 1961 г. их число составляло 13 008, а в 1968 г. осталось 7 420 [10, с. 31]. В РСФСР в 1959 г. было закрыто 364 православных храма; в 1960 г. - 1398, в 1961 - 1423, в 1962 -1569 [9, с. 399].

Статистика показывает следующие результаты: в Ростовской области в 1943 г. наибольшее количество храмов было открыто и зарегистрировано в Азовском (24), Белокалитвенском (10), Красносулинском (12), Матвеево-Курганском (10), Неклиновском (14), Тарасовском (12) районах и г. Ростове-на-Дону (10). Это объясняется тем, что большая часть данных районов была населена коренным малороссийским населением, отличавшимся от казачьего повышенной религиозностью. В результате реализации «новой церковной политики» в Азовском районе из 24 храмов остались действующими только 4; в Бе-локалитвенском из 10 - 3; в Красносулинском из 12 - 3; в Матвеево-Курганском из 10 - 2; в Неклиновском из 14 - 5; в Тарасовском из 12 - 1. В Ростове-на-Дону из 10 храмов остались действующими только 4. В 1969 г. наибольшее количество действующих церквей (по 4) осталось в городах Ростове-на-Дону и Таганроге, в Азовском и Октябрьском районах. В 15 районах Ростовской области осталось по одной действующей церкви, в 19 районах - ни одной. Всего из 205 храмов на протяжении 1959-1969 гг. было закрыто 143 церкви (69,7 %) [19, 20]. Из оставшихся 62 церквей на протяжении 1970-х гг. были закрыты еще несколько храмов [19, 20].

Поскольку идеологический подход к борьбе с религией «в первой половине 1960-х гг. приобрел характер политической войны» [5, с. 147], небезынтересны причины закрытия церквей, выдвигавшиеся как местными органами власти, так и уполномоченным Совета по делам Русской православной церкви (по делам религий) по Ростовской области. Так, в 1959 г. основными причинами назывались: отсутствие священника и распад общины - 9 случаев [19, д. 92, л. 121; д. 100, л. 120; д. 124, л. 145; д. 195, л. 135; д. 214, л. 134; д. 279, л. 96.]; изъятие под учебно-производственные мастерские школы и спортзал -7 случаев [19, д. 106, л. 116; д. 115, л. 104; д. 116, л. 162; д. 118, л. 118; д. 127, л. 138; д. 129, л. 116; д. 265, л. 253]; распад общины - 3 [19, д. 99, л. 84; д. 111, л. 115; д. 196, л. 50]; отсутствие священника, малочисленность общины -3 [19, д. 213, л. 103; д. 238, л. 89; д. 265, л. 114]; аварийное состояние молитвенного здания -2 [19, д. 95, л. 169; д. 261, л. 97]; изъятие цер-

ковного здания под сельский клуб [19, д. 282, л. 101], под расширение школы [19, д. 176, л. 198] и под планетарий (Новочеркасск) [19, д. 88, л. 187].

В 1960 г. поводы для закрытия церквей остались прежними с незначительными вариантами: изъятие под учебно-производственные мастерские школы и спортзал - 15 случаев [19, д. 89, л. 202; д. 96, л. 65; д. 105, л. 109; д. 113, л. 158; д. 122, л. 118; д. 197, л. 247; д. 199, л. 45; д. 181, л. 117; д. 201, л. 78; д. 202, л. 92; д. 227, л. 143; 19, д. 107, л. 106]; аварийное состояние молитвенного здания - 13 [19, д. 93, л. 80, 85; д. 94, л. 103; д. 104, л. 86; д. 114, д. 112; д. 177, л. 188; д. 183, л. 335; д. 184, т. II, л. 87; д. 200, л. 79; д. 217, л. 134; д. 256, л 129.]; передача под сельский клуб - 6 [19, д. 97, л. 129; д. 108, л. 129; д. 228, л. 106; д. 280, л. 232]; отсутствие помещения для молитвенных целей - 5 [19, д. 98, л. 137; д. 102, л. 95, 96; д. 183, л. 83; д. 247, л. 151; д. 250, л. 110]; распад общины - 1 [19, д. 204, л. 123]. В Новочеркасске Вознесенский войсковой собор был передан под музей атеистической пропаганды [20, д. 57, л. 251]. В хуторе Роги религиозная община была снята с регистрации «за самовольное расширение молитвенного дома» [19, д. 269, л. 174]. Начиная с 1962 г., причины закрытия становятся менее разнообразными: в 1962 г. из 22 церквей 19 были закрыты «как прекратившие свою деятельность»; в 1964 г. по той же причине были закрыты 4 из 5 храмов.

Как видно, причины закрытия церквей на протяжении 1958-1960-х гг. были однотипными, демонстрировавшими идеологический подход, и сформулированными внешней заинтересованной стороной. Религиозные общины, как правило, ставившиеся в известность о закрытии храма post factum, во многих случаях, несмотря на вынесенное Советом по делам религий постановление, предпринимали отчаянные и заведомо неудачные попытки отстоять свой храм.

Процесс закрытия церквей в Ростовской области носил не только массовый, но и повсеместный характер. Особенное внимание уделялось районам, где отмечалась повышенная религиозность населения, что свидетельствовало о целенаправленной работе, проводившейся как областными, так и районными органами власти.

Завершающий этап репрессивной антирелигиозной политики советского государства в 1958-1960-х гг. дал впечатляющие результаты. Помимо закрытия 69,7 % церквей, благодаря частой смене священников и передаче с 1961 г. контроля финансовой деятельности в ведение

церковного совета, внутренняя жизнь приходов была разбалансирована. Это выразилось в значительном количестве жалоб прихожан, которые подшивались по мере появления с начала 1960-х гг. к регистрационным делам церквей, оставшихся открытыми; в привлечении советских местных органов власти к решению внутренних конфликтов и т.д. После завершения эпохи «новой церковной политики» в Ростовской области, как и в других регионах СССР, подавляющее большинство населения демонстрировало устойчивую индифферентность по отношению к Церкви. Проявлявшийся же в дни церковных праздников (Рождество Христово, Пасха) интерес воспринимался в большей степени как повод для развлечения, нежели как показатель религиозности. В результате уничтожения храмовых зданий Ростовская область лишилась значительного числа памятников архитектуры XIX - начала XX вв., в том числе памятников деревянного зодчества. К сожалению, статистический анализ этих данных невозможен, поскольку архитектура уничтоженных в тот период церквей не учитывалась.

ЛИТЕРАТУРА

1. Кругляков С.Н. О преодолении церковных пережитков в СССР. М.: Мысль, 1958. 167 с.

2. Крупницкий Г.П. Государство и религия. Сталинград: Обл. книж. изд-во, 1959. 156 с.

3. Чумаченко Т.А. Государство и Русская православная церковь в 1958-1964 годах: новая политическая война с религией, церковью и верующими // Вестник Челябинского государственного университета. 2014. № 19. Право. Вып. 39. С. 82-90.

4. Чумаченко Т.А. К вопросу об отставке Г.Г. Карпова с должности председателя Совета по делам Русской православной церкви при Совете министров СССР // Вестник Челябинского государственного университета. 2008. № 18. С. 138-144.

5. Чумаченко Т.А. Правовая база государственно-церковных отношений в 1940-е - первой половине 1960-х годов: содержание, практика применения, эволюция. // Вестник Челябинского государственного университета. 2008. № 18. С. 138-149.

6. Одинцов М.И., Чумаченко Т.А. Совет по делам Русской православной церкви при СНК (СМ) СССР и Московская патриархия: эпоха взаимодействия и противостояния. 1943-1965 гг. СПб.: Российское объединение исследователей религии, 2013. 348 с.

7. Чумаченко Т.А. Государство, православная церковь, верующие. 1941-1961 гг. М.: «АИРО-XX», 1999. 248 с.

8. Шкаровский М.В. Русская православная церковь и Советское государство в 1943-1964 годах.

От «перемирия» к новой войне. СПб.: Изд. объединение ДЕАН+АДИА-М, 1995. 216 с.

9. Шкаровский М.В. Русская православная церковь при Сталине и Хрущеве. Государственно-церковные отношения в СССР в 1939-1964 годах. М.: Крутицкое патриаршее подворье, 1999. 400 с.

10. Сосковец Л.И. Положение Русской православной церкви в период «хрущевской оттепели» // Вестник Томского государственного университета. Сер. История. 2011. № 4. С. 29-35.

11. Слезин А.А. Тайные методы борьбы с религией в Тамбовской области на рубеже 1950-1960-х гг. // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. В 2 ч. Ч. 2. 2013. № 9. С. 169-172.

12. Шакирова Э.З. Работа партийных организаций КПСС с верующими в середине 1950-х - 1980-е годы (на материалах Оренбургской, Челябинской, Курганской и Куйбышевской области // Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 37. История. Вып. 36. С. 142-150.

13. Редькина О.Ю. Религиозная ситуация в регионе в 1917-1986 гг.: по материалам архивов Волгоградской области // Государство и религиозные организации Нижней Волги и Дона в XX веке: сб. док. и материалов: каталог культовых зданий / Сост. О.Ю. Редькина, Т.А. Савина; под ред. М.М. Заго-рулько. Волгоград: Издатель, 2002. С. 9-62.

14. Редькина О.Ю. Сталинградские благочиния в годы «оттепели» (1954-1964) // Очерки по истории Волгоградской епархии Русской православной церкви. Волгоград: Издатель, 2003. С. 287-315.

15. Соколова М.И. Сталинградская епархия в 19531964 годах: по материалам Центра документации новейшей истории Волгоградской области // Вестник Волгоградского государственного университета. Сер. 4, История. 2011. № 1. С. 47-51.

16. Соколова М.И. Религиозная ситуация в Сталинградской области в годы «хрущевской оттепели» по материалам городской и областной периодики // Вестник Волгоградского университета. Сер. 4, История. 2009. № 1. С. 29-34.

17. Соколова М.И. Судьба православного духовенства в Астраханской и Сталинградской епархии во второй половине 1950-х годов // Вестник Волгоградского университета. Сер. 4, История. 2010. № 2. С. 105-111.

18. Табунщикова Л.В. Отношения между государством и церковью в период хрущевской «оттепели» (на примере Ростовской области) // Гуманитарные и социально-экономические науки. 2011. № 4. С. 68-71.

19. Государственный архив Ростовской области (далее - ГАРО). Ф. Р-4173. Оп. 4. Д. 56-129, 175-282.

20. ГАРО. Ф. Р-4173. Оп. 6. Д. 1-15, 35-38, 45, 51-52, 54-55, 57-65, 72, 77-83, 87-91, 95-121, 121-130, 134-141, 147-172, 177-180, 185-189.

21. Табунщикова Л.В. Количественный анализ открытия православных храмов и молитвенных домов на оккупированной территории Ростовской области в годы великой Отечественной войны // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. В 3 ч. Ч. 1. 2015. № 10. С. 172-174.

REFERENCES

1. Kruglyakov S.N. Opreodolenii tserkovnykhperezhit-kov v SSSR [Overcoming the remnants of the Church in the USSR]. Moscow, Mysl', 1958, 167 p.

2. Krupnitskiy G.P. Gosudarstvo i religiya [State and religion]. Stalingrad, Stalingrad Region Book Publishing House, 1959, 156 p.

3. Chumachenko T.A. Vestnik Chelyabinskogo gosu-darstvennogo universiteta, 2014, no. 19, issue. 39, pp. 82-90.

4. Chumachenko T.A. Vestnik Chelyabinskogo gosudarstvennogo universiteta, 2008, no. 18, pp. 138-144.

5. Chumachenko T.A. Vestnik Chelyabinskogo gosudarstvennogo universiteta, 2008, no. 18, pp. 138-149.

6. Odintsov M.I., Chumachenko T.A. Sovet po delam Russkoy pravoslavnoy tserkvi pri SNK (SM) SSSR i Moskovskaya patriarkhiya: epokha vzaimodeystviya i protivostoyaniya. 1943-1965 gg. [The Council for Russian Orthodox Church at SNK (CM) of the USSR and the Moscow Patriarchate: the era of cooperation and confrontation. 1943-1965]. St.-Petersburg, Russian Association of religious scholars, 2013, 348 p.

7. Chumachenko T.A. Gosudarstvo, pravoslavnaya tserkov', veruyushchie. 1941-1961 gg. [The State, the Orthodox Church, believers. 1941-1961 gg.]. Moscow, «AIRO-XX», 1999, 248 p.

8. Shkarovskiy M.V Russkaya pravoslavnaya tserkov' i Sovetskoe gosudarstvo v 1943-1964 godakh. Ot «peremiriya» k novoy voyne [Russian Orthodox Church and the Soviet state in the years 19431964. From a truce to a new war]. St.-Petersburg, DEAN+ADIA-M, 1995, 216 p.

9. Shkarovskiy M.V Russkaya pravoslavnaya tserkov' pri Staline i Khrushcheve. Gosudarstvenno-tserkovnye otnosheniya v SSSR v 1939-1964 godakh [Russian Orthodox Church under Stalin and Khrushchev. Church-state relations in the USSR in 19391964]. Moscow, Krutitskoe patriarshee podvor'e, 1999, 400 p.

10. Soskovets L.I. Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo universiteta. Ser. History, 2011, no. 4. pp. 29-35.

11. Slezin A.A. Istoricheskie, filosofskie, politicheskie i yuridicheskie nauki, kul'turologiya i iskusstvove-denie. Voprosy teorii i praktiki, 2013, ch. 2, no. 9, pp. 169-172.

12. Shakirova E.Z. Vestnik Chelyabinskogo gosudarstvennogo universiteta, 2009, no. 37. History, issue. 36, pp. 142-150.

13. Red'kina O.Yu. Religioznaya situatsiya v regione v 1917-1986 gg.: po materialam arkhivov Volgo-gradskoy oblasti [Religious situation in the region in 1917-1986: on materials of archives of the Volgograd region]. In: Gosudarstvo i religioznye organizatsii Nizhney Volgi i Dona v XX veke: sb. dok. i materi-alov: katalog kul 'tovykh zdaniy [State and religious organizations of the Lower Volga and don in the 20th century]. Compilers O.Yu. Red'kina, T.A. Savina. Ed. by M.M. Zagorul'ko. Volgograd, Izdatel', 2002, pp. 9-62.

14. Red'kina O.Yu. Stalingradskie blagochiniya v gody «ottepeli» (1954-1964) [the Stalingrad of the deanery in the years of «thaw» (1954-1964)]. In: Ocherki po istorii Volgogradskoy eparkhii Russkoy pravo-slavnoy tserkvi [Essays on the history of the Volgograd diocese of the Russian Orthodox Church]. Volgograd, Izdatel', 2003, pp. 287-315.

15. Sokolova M.I. Vestnik Volgogradskogo gosudarstvennogo universiteta, Ser. 4. History, 2011, no. 1, pp. 47-51.

16. Sokolova M.I. Vestnik Volgogradskogo gosudars-tvennogo universiteta, Ser. 4. History, 2009, no. 1, pp. 29-34.

17. Sokolova M.I. Vestnik Volgogradskogo gosudars-tvennogo universiteta, Ser. 4. History, 2010, no. 2, pp. 105-111.

18. Tabunshchikova L.V. Gumanitarnye i sotsial'no-ekonomicheskie nauki, 2011, no. 4, pp. 68-71.

19. Gosudarstvennyy arkhiv Rostovskoy oblasti [State archive of the Rostov region], F. P-4173, Op. 4, D. 56-129, 175-282.

20. Gosudarstvennyy arkhiv Rostovskoy oblasti [State archive of the Rostov region], F. P-4173, Op. 6, D. 1-15, 35-38, 45, 51-52, 54-55, 57-65, 72, 77-83, 87-91, 95-121, 121-130, 134-141, 147-172, 177-180, 185-189.

21. Tabunshchikova L.V. Istoricheskie, filosofskie, politicheskie i yuridicheskie nauki, kul 'turologiya i iskusstvovedenie. Voprosy teorii i praktiki, 2015, no. 10, ch. 1, pp. 172-174.

Публикация подготовлена в рамках реализации государственного задания ЮНЦ РАН на 2018 г., № 00-18-09, № госрегистрации 01201354248.

5 февраля 2018 г.