Предметный мир в пространстве культурологии: философский анализ

УДК 130.2 : 62

М. А. Коськов

Предметный мир в пространстве культурологии: философский анализ

В статье раскрывается понимание предметного мира в рамках антропологии, археологии, этнографии; анализируются аксиологический, историко-эстетический и семиотический подходы к его исследованию. Делается вывод о необходимости философского осмысления эволюции мира предметов и ставится задача построения общей модели предметного мира.

The article deals with an understanding of the objective world in anthropology, archaeology, ethnography, axiological analyses, historical, aesthetic and semiotic approaches to its study. It shows the necessity of philosophical understanding of the evolution of the world of objects and poses the problem of constructing a general model of the objective world.

Ключевые слова: предметный мир, культурология, культура, семиотика, антропология, эстетика, костюм.

Key words: world of objects, cultural, culture, semiotics, anthropology, aesthetics, costume.

Предметный мир в самом широком смысле слова - совокупность всех форм структурно организованной материи: естественных - в природе, искусственных - в культуре. Обобщённый объект нашего рассмотрения - вещи и сооружения, созданные человеком для выполнения разнообразных функций. Эту совокупность артефактов также называют предметной средой, материальной культурой, «второй природой» или предметной культурой (каждое из приведенных понятий имеет свои нюансы и свои более широкие смыслы). Названный объект и его фрагменты рассматриваются множеством естественных, технических, гуманитарных и общественных наук в самых разных срезах. При этом каждая дисциплина имеет свою плоскость рассмотрения общего объекта - свой предмет. В результате бесчисленные источники, сливаясь в реки, образуют сегодня океан информации, не имеющий четких очертаний. Данное обстоятельство делает такие односторонние представления не только обрывочными, но зачастую и деформированными.

Построение общей модели предметного мира - функция философии, ее практического крыла. Это крыло с античных времен простиралось над областями социальной философии и теоретической социологии, этики,

© Коськов М. А., 2012

политологии и т. п. Однако его прикосновения к миру предметов были весьма мимолетными. Приблизительные представления о сущности материальной культуры, достигнутые философией, когда она была, по выражению Аристотеля, «сама себе госпожой», вовсе ушли из поля ее интересов, когда она оказалась в роли «служанки богословия». В XV и XVI вв. философия постепенно выходит из монашеской кельи на белый свет. В предметной проблематике следует отметить особый интерес мыслителей к соотношению пользы и красоты, сохраняющийся и по сей день. Капитальным вкладом классической философской мысли в понимание мира искусственно созданных предметов явились суждения о его осмысленной целесообразности, об отражении в нем родовой сущности человека, о языке предметных форм, о формировании человека посредством предметного окружения. Философы анализируют эстетическое и утилитарное начала искусственно созданных предметов и отмечают, что представление о голой утилитарности как таковое сформировалось лишь в XIX в. Изначально понятие о назначении вещи органично вплеталось в образ, который она несла. В самой основе того, что мы сегодня называем «художественным образом» вещи, лежат конкретные, семантически значимые представления о ее сущности, смысле, роли в человеческой жизни. Эти понятия постоянно усложняются, включая в себя новые элементы.

На уровне конкретных наук предметный мир зачастую выступает в качестве основного объекта исследования, в частности, в сферах социального, гуманитарного, технологического знания. В названных широких сферах к нему обращаются различные дисциплины, причем каждая из них рассматривает этот общий объект по-своему, имея особый предмет рассмотрения. Нас прежде всего интересуют исследования предметов в дисциплинах культурологического поля. Что же это за поле? По убеждению одного из корифеев отечественных исследований культуры

Э. В. Соколова, «сегодня мы не имеем еще единой культурологии, а имеем множество культурологических теорий» [7, с. 8], «сегодня систематизация обширного культурологического материала возможна лишь в виде некоторой «мозаики» теорий...» [7, с. 268]. Тем не менее, большинством специалистов культурология интерпретируется как комплексная дисциплина, даже выходящая за рамки теории, изучающая культуру во всей совокупности ее проявлений. Л.Н. Коган использует понятия комплекса культурологических наук: культурология «синтезирует и интегрирует их. И философия, и теория, и история, и социология культуры выступают ее составными частями» [2, с. 22] С. Н. Иконникова еще более расширяет это представление. Для нее культурология - дисциплина, «возникающая на “пересечении” или стыке таких наук, как история, этнология, философия, социология, семиотика, искусствознание и др. Она . имеет свой предмет исследования» [1, с. 74].

Мысли по поводу составных частей культурологии, как бы объединяемых ею, представляются лишь мечтаниями. Такие «глыбы», как история культуры, социология культуры, этнография и т. д., являются самостоятельными сложившимися науками, которые по отношению к культурологии выступают не как части или разделы, а как источники, поставляющие материал для осмысления и раскрытия общих закономерностей устройства, функционирования и развития культуры в целом или ее фрагментов. В этом, видимо, и состоит предмет культурологии как философской науки, о котором упомянула С. Н. Иконникова.

Под таким углом зрения мы и обращаемся к наукам, так или иначе изучающим предметный мир. Здесь существует ряд исследовательских срезов: исторический, информационный, философский, аксиологический, эстетический, этический и т. п., многие из которых пересекаются, перетекают друг в друга.

К широкому философскому взгляду на созданную человеком предметную среду ближе других антропология - сегодня столь же всеобъемлющая и многогранная дисциплина, как и культурология. Последний представитель британской классической антропологии и пионер современной научной антропологии Дж. Фрезер своей концептуальной интерпретацией широчайшего материала доказал, что первичные потребности человека удовлетворяются посредством изобретений, орудий, оружия и других материальных приспособлений в руках группы сотрудничающих индивидов, которые живут и работают вместе, опираясь на традиции. Фрезер развивал эволюционные взгляды на культуру. Немецкий географ и этнолог Ф. Ратцель сделал главным объяснительным принципом диффузию - таким термином начали обозначать передачу культурных признаков от одной общности к другой. Профессор Э. Хантингтон из Йейла развил экологический подход и неоспоримо доказал, что климат и природные ресурсы окружающей среды налагают глубокий отпечаток на историю и развитие культуры, существующей в данных природных условиях. Наконец, выдающийся британский антрополог Б. Малиновский обосновал функциональный взгляд на сущность культуры, увидев в ней не просто совокупность составляющих ее элементов, а систему, соответствующую фундаментальным природным потребностям человека.

Среди дисциплин, изучающих материальную культуру в историческом срезе, прежде всего, должна быть названа археология. Сложившись как наука в XIX в., она все глубже проникает в толщу времен, проясняя представления об ушедших цивилизациях. Сегодня перед учеными все неотступнее встает задача осмысления и систематизации накопленного гигантского материала, его научного сопоставления и обобщения, выявления закономерностей предметогенеза как части культурогенеза. Решение подобной задачи требует философско-культурологического подхода.

Вторая историческая дисциплина, тесно связанная с археологией, но познающая предметную культуру народов мира преимущественно путем изучения непосредственного бытования, экономического уклада, живой деятельности, традиций, обычаев, верований и т. п. - этнография. В основе этнографических исследований лежит деление на этносы, нации, народности. В этих работах детально рассматривается история объекта, часто его описание переплетено с историей ритуалов, обычаев и с фольклорным материалом. В подобных работах содержится информация о национальном характере, мировоззрении, отраженном в объекте. Материальные памятники в этнографии уже не являются единственным объектом изучения. Упомянутый бытовой контекст позволяет полнее ощутить их значение, ставя в центр внимания духовную и художественную культуру, фольклор, нормы поведения, обычаи, обряды и т. д.

Немецкий этнограф Юлиус Липс в своей книге «Происхождение вещей» настойчиво проводит мысль о фундаментальном значении для дальнейшей цивилизации изобретений первобытной эпохи [4]. Он не ставил перед собой задачи выявлять какие-либо закономерности и даже не употреблял этого слова. Тем не менее, в созданном им широком историческом полотне внимательный, вооруженный представлением о дальнейшем движении событий, нацеленный на закономерности глаз их улавливает. Перечислим основные из них.

1. Сходство различных регионов по орудийным способам реализации жизненных функций: добывания пищи, освоения водной стихии, создания и совершенствования одежды и т. п.

2. Повсеместная постепенность переходов к более сложным системам предметного обеспечения жизни. Эта форма существования выстраивается в характерной последовательности: собирательство -мотыжное земледелие - одомашнивание скота - плужное земледелие -ремесло.

3. Зарождение элементов последующей эпохи в недрах предыдущей.

4. Взаимовлияние культур, неотвратимое распространение достижений, например, производства тканей, бумаги, обработки кожи.

5. Поливариантность морфологического воплощения объектов единого назначения в зависимости от особенностей природных условий и наличного материала. Эта закономерность особенно четко проступает при обращении к жилищу различных народностей, а также их костюму.

6. Поливариантность способов реализации трудовых процессов: добывания огня, производства сосудов, плетения, ткачества и т. п.

7. Имитация в новых материалах привычных форм. Это, по-видимому, «универсальный закон» инерции в производственной жизни.

8. Живучесть типового решения отработанных веками предметов: ручных инструментов, мебели, посуды, элементов одежды и обуви.

Таким предстает этнографический материал под философско-культурологическим углом зрения. Выявленные закономерности позволяют полнее представить общую картину эволюции предметного мира.

Историко-эстетический подход имеет своей целью описание фактов прошлого, предметов той или иной эпохи. Среди таких работ можно назвать несколько фундаментальных всеобъемлющих трудов, прежде всего, капитальное исследование известного в конце XIX в. немецкого ученого Ф. Готтенрота «Иллюстрированная история материальной культуры», - своеобразный атлас, наглядно демонстрирующий взаимозависимость, неразрывность культурных традиций во времени и пространстве, пути их взаимообогащения в процессе исторического развития. Еще ранее в таком же духе сравнительный обзор осуществил профессор Берлинской академии художеств Герман Вейс в обстоятельном труде «Всеобщая история мировой культуры». Интересно, что под культурой автор понимал не философию, искусство и науку, а исключительно то, что мы именуем предметной культурой. Среди современных исследований назовем работу М.Н. Мерцаловой «Костюм разных времен и народов» [6]. Эти работы построены на обширном историческом материале и содержат описания предметности отдельных эпох и наций, подкрепленные многочисленными иллюстрациями. Работа Мерцаловой признана среди специалистов самым полным и глубоким трудом в отечественной науке, посвященным истории костюма. Исследовательница отдала всю жизнь этой проблематике, книга постоянно редактировалась и дополнялась. Однако в этом грандиозном труде нет выходов из исторической плоскости в теоретическую, что весьма характерно.

В обширнейшей сфере исторического рассмотрения предметного мира значительное место занимают дисциплины, изучающие его отдельные мощные пласты: история ремесел, история интерьера, история прикладного искусства и т. п. Как в исследовательской, так и в музейной практике эти пласты предметной культуры в целях изучения дробятся, конкретизируются по различным основаниям.

Теоретическая проблематика затронута в учебнике для вузов под редакцией Т.В. Козловой. В специальном разделе «Процесс формообразования в костюме» автор справедливо заявляет, что этот процесс «включает в себя интуитивный композиционный поиск и логическое формообразование, которое опирается на общие закономерности целостного строения формы, на принципы гармонии связей элементов формы...» [3, с. 107]. Казалось бы, задача теории и состоит в том, чтобы выявить эти закономерности и принципы. В данном направлении делается определенный шаг, автор утверждает, что на форму объекта «влияют уровень производства, социальный заказ, географические условия и климат». Однако это весьма общее утверждение вызывает буквально обвал резонных вопросов: почему влияют именно эти факторы? Все ли определяющие факторы названы? Как соотносятся названные факторы, напри-

мер, географические условия и климат? Как понимать «социальный заказ», что здесь подразумевается? Что значит «целостное строение формы», «принципы гармонии» и «общие закономерности», каковы эти закономерности и принципы? Автор ограничивается глубокомысленными рецептами: «Единственно правильным может считаться подход к анализу свойств и форм костюма в его временном развитии как к частному случаю развития общих законов вселенной», «путь их познания -это отыскание общего в конкретном единичном. Поэтому форма должна рассматриваться на уровне системности и целостности» [3, с. 108]. Подобные рецепты порождают новый обвал вопросов: каково «развитие общих законов вселенной»? Что значит «на уровне системности и целостности»? Как понимать «отыскание общего в конкретном единичном»? И т. п.

Таким образом, в научной литературе отсутствует, казалось бы, основная сущностная плоскость рассмотрения объектов, раскрывающая различные методы формирования вещей, методы в философском смысле как совокупности исходных принципов. А ведь эти методы различны и зависят они, по-видимому, не столько от эпохи или региона, материала или конструкции, сколько от каких-то иных причин. И понимать существо этих методов очень важно, так как именно они определяют характер формирования объекта и оптимальную позицию его оценивания.

Данная проблематика косвенно затрагивается в социологическом срезе исследований элементов предметной среды. Здесь в центре внимания оказываются вопросы потребностей общества, социального заказа и, соответственно, принципов формирования продукции. Эта проблематика особенно актуализировалась в связи с развитием дизайна как проектирования товаров в условиях жесткой конкуренции. Она профессионально рассматривается в работах К.М. Кантора, В.И. Тасалова, В.Л. Глазычева и других отечественных специалистов. С критическими суждениями о так называемом «коммерческом дизайне» в обществе потребления неоднократно выступали западные авторы, в том числе В. Папанек, Т. Мальдонадо, Дж. Нельсон, Ж. Бодрийяр. Однако в задачу названных авторов входило раскрытие социально-экономических пружин рыночного механизма, но не проникновение в существо процессов формирования вещи.

Социальную психологию интересуют процессы, происходящие с уже готовой вещью в разных ситуациях ее пересечения с различными группами потребителей, манипулирование потребностями и т. п. Все исследования в этой сфере обращены к непосредственной связи костюма и человека-покупателя.

В последние годы XX в. появляются работы семиотического плана, в которых содержатся попытки познать язык вещи с целью создания или изменения имиджа её обладателя. Присутствие в предметах информационной или семиотической функции осознано человечеством очень давно. Смысл этого явления внятно наметил Г егель в идеях о наложении чело-

веком на внешние предметы «печати своей внутренней жизни», о символическом языке, выражающем дух эпохи. По мнению А.Ф. Лосева, «.присмотревшись ближе к окружающей нас действительности, к нашему взаимному общению и ко всей создаваемой нами жизни, мы без труда заметим, что все области действительности и жизни буквально наполнены бесчисленным числом разнообразных смыслов» [5, с. 335]. Большая группа исследователей обращается к костюму как к знаковой системе. Р. Барт в своей работе «Основы семиологии» рассматривает костюм как один из нелингвистических языков. Однако язык предметных форм принципиально отличается от вербального. Он бесконечно более сложен, поскольку включает ряд слоев (структурный, пластический, ритмический, цветовой и т. д.), которые оперируют не определенными понятиями, а впечатлениями, ассоциациями; они подвижны, субъективны. Наконец, они «звучат» не последовательно, как в речи, а одновременно и в самых разных соотношениях, создавая бесчисленные полифонические образы.

По существу, в данном аспекте для создания элементов предметной среды важны два вопроса: что следует выражать языком предметных форм в каждом конкретном случае, и как это делать оптимальным образом, какими средствами и приемами? Внятных ответов на эти вопросы теория пока не дает, и практика решает их интуитивно, как и тысячи лет назад. Кстати, и оценивание выразительности продуктов предметосози-дания также остается интуитивным (хотя уже назрело время ввести в этот аморфный процесс рациональный элемент).

Так мы подошли к следующему срезу в исследованиях - аксиологическому. Из всего круга ценностных отношений в мире предметов основными являются утилитарное и эстетическое. Причем последнее оказалось в центре аксиологической рефлексии теоретиков дизайна. Так, проблема эстетической ценности вещей рассматривалась в работах А. Иконникова, К. Кантора, М. Федорова, С. Xан-Магомедова и многих других. Практика предметной деятельности и экспертизы ждет от теории ответа прежде всего на исходный вопрос о надежной основе, стержне оценочной деятельности - составе и взаимосвязи оцениваемых свойств объекта, т. е. о структуре критериев оценки. Однако исследования и здесь, как и во всех рассмотренных направлениях, не дают выходов в практику создания предмета, а также его оценивания, не обнажают системы закономерностей, требований, принципов, критериев.

Представленный «эскизный» обзор позволяет заключить, что сегодня не существует теории предметного мира в строгом смысле этого слова. Поэтому весьма актуальными оказываются попытки наметить основы такой теории: раскрыть сущность предмета как феномена культуры, закономерности его формирования и пути приложения полученных выводов к социальной практике его проектирования и оценивания.

Список литературы

1. Иконникова С.Н. Культурология в системе гуманитарных наук: междисциплинарные связи // Гуманитарий. - №1. - СПб., 1995.

2. Коган Л.Н. Теория культуры. - Екатеринбург, 1993.

3. Козлова Т.В. Основы теории проектирования костюма. - М., 1988.

4. Липс Ю. Происхождение вещей. Из истории культуры человечества / под ред. Е.В. Смирницкой. - М., 1995.

5. Лосев А.Ф. Философия. Мифология. Культура. - М., 1997.

6. Мерцалова М.Н. Костюм разных времен и народов. В 4-х т. - М.: Академия моды, 1993 - 2001.

7. Соколов Э.В. Культурология. - М., 1994.