Проблема отцовства: традиции православной педагогической культуры и современность

1УДК 37.017.93 ББК 74.200.25

ПРОБЛЕМА ОТЦОВСТВА: ТРАДИЦИИ ПРАВОСЛАВНОЙ ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ И СОВРЕМЕННОСТЬ

С. Ю. Дивногорцева

Аннотация. В статье представлен взгляд на проблему отцовства в контексте православной педагогической культуры. Автор показывает актуальность традиционных представлений православной педагогики на роль отца в семье для решения современных проблем воспитания детей и юношества. Основная цель статьи - привлечь внимание родительской общественности и педагогического сообщества к проблеме отцовства как проблеме ответственности за духовное состояние и развитие семьи в целом и детей в ней. Автор статьи обращает внимание на такие важнейшие составляющие традиционного понимания отцовства в православной педагогической культуре, как личный пример жизни, духовная, опека, поддержание авторитета, любовь и бескорыстие, деятельностный подход в деле воспитания. Вывод, который сделан автором в конце статьи, - это уверенность в том, что традиционное для православной педагогической культуры понимание отеческого воспитания как наставничества, заботы и попечения способны преодолеть разрыв поколений, потерянность чувства сыновства в современных детях, вернуть в семейное общение доверительно-открытые отношения.

Ключевые слова: православная педагогическая культура, традиции воспитания, проблема отцовства.

THE PROBLEM OF PATERNITY: THE TRADITIONS OF ORTHODOX PEDAGOGICAL CULTURE AND MODERNITY

S. Yu. Divnogortseva

Abstract. The article presents a view on the problem of paternity in the context of Orthodox pedagogical culture. The author shows the relevance of traditional ideas of Orthodox pedagogy on the role of the father in the family for solving modern problems of the upbringing of children and youth. The main purpose of the article is to attract the attention of the parent and pedagogical community to the problem of paternity as a problem of responsibility for the spiritual state and development of the family as a whole and children in it. The author draws attention to such important components of traditional understanding of paternity in the Orthodox pedagogical culture as a personal example of life, spiritual care, maintenance of authority, love and unselfishness, activity approach in education. At the end of the article, the author concludes that the traditional understanding of paternal education in the Orthodox pedagogical culture as mentoring and caring is able to bridge the gap in generations, return to family communication trust and open relationship.

Keywords: Orthodox pedagogical culture, traditions of upbringing, the problem of paternity.

а ля современной культуры так называемой эпохи постмодернизма является характерным разрушение авторитета и авторитет, искажение представлений об отце, разрушение семьи и семейных отношений. Результатом данных тенденций становится постепенное исчезновение воспитания как явления, поскольку воспитание невозможно без семьи и авторитета взрослых. Такое положение дел глубоко противоречит традициям отечественной педагогической культуры, в которой, основанной на православном вероучении, семья характеризовалась иерархией отношений, предполагающей разумную дисциплину и послушание, взаимодополняемостью отцовского и материнского воспитания, духовной опекой отцом членов семьи.

На сегодняшний день детство стало настолько самоценным явлением, что вырастающие дети не спешат взрослеть, и это выражается как в их нежелании создавать семью, так и в измененном отношении к отцовству и материнству - они не осознают ответственности и не готовы к наставничеству в деле воспитания. Речь идет не об асоциальных семьях, но о вполне внешне благополучных, где с первого взгляда у детей есть контакт с родителями и даже некоторые общие интересы, в семье имеется материальный достаток, а детям предоставлена свобода действий, но присутствует отказ от доверительно-открытых отношений детей и родителей, нежелание или неумение детей доверять родителям, просить у них помощи и совета.

В истории семейного воспитания нашей страны долгое время идеал отношений взрослых и детей строился на авторитете родителей и воспитании в ребенке послушания. Ребенок, даже вырастая, обращался к взрослым за советом не по причине того, что решение какой-либо проблемы оказывалось ему не под силу, а потому, что искал наставничества. Это было добровольным ущемлением своей внешней свободы, которой так дорожит современный человек, но оно свидетельствовало о духовной зрелости человека. Именно таким образом, приучая к совету и наставничеству взрослых, воспитывали ребенка в православной педагогической культуре, реализуя на практике не столько материальную, сколько духовную опеку над

детьми. Так, уже в житии первого прославленного русского святого-страстотерпца князя Бориса есть удивительные слова, сказанные им по смерти его отца - святого равноапостольного князя Владимира: «Увы мне, свет очей моих, сияние и заря лица моего, узда юности моей, наставник неопытности моей! Увы мне, отец и господин мой! К кому прибегну, к кому обращу взор мой! Где еще найду такую мудрость и как обойдусь без наставлений разума твоего?» [1, с. 34]. Недаром русский историк М. И. Демков писал, что родительское начало управляло всем ходом воспитательного процесса русской жизни, уточняя, что это было начало или стихия родительской опеки, на котором держалась жизнь нашего общества, вырабатывалась стойкость народа, «наш нравственный и политический воздух» [2, с. 116].

На отца семейства возлагалась особая ответственность - он обязан был беречь телесную и душевную чистоту всех своих домашних, во всем быть их стражем, заботиться о них, как о частях своего духовного существа, потому что был связан с ними единой верой и должен был вести к Богу не себя одного, но всех их. Воспитание в послушании было не проявлением авторитаризма или эгоизма родителей, но следствием глубокого осознания ответственности отца за свое семейство, за своих детей как в жизни земной, так и вечной, которая для православных всегда была явлена. Эта ответственность воспитывалась благодаря учению Православной церкви, проповеди священнослужителей, чтению книг святых отцов, в частности Иоанна Златоуста, в творениях которого не раз упоминается о том, что отцы, которые не заботятся дать христианское воспитание своим детям, суть убийцы своих детей и даже хуже, поскольку ведут к погибели не только тело, но и душу. Говоря в том числе о необходимости наказаний, Иоанн Златоуст прежде всего настаивал на кротости и любви в деле семейного воспитания: «Кротость отца возбуждает уважение к нему в детях, кротость сына - в отце... Ничто так не привязывает членов семейства к дому, как постоянная скромность и любезная кротость отца в обращении со всеми домашними» [цит. по: 3, с. 9]. Святитель Василий Великий, говоря об обязанностях родителей, указывал, что они «должны воспитывать детей

в учении и наставлении Господнем с кротостию и долготерпением и, сколько зависит от них, не подавать никакого повода к гневу и скорби» [4, с. 293]. Именно о такого рода кротости, вспоминая своего отца, говорил преподобный Силуан Афонский (1866-1938): «Он никогда не раздражался, всегда был ровный и кроткий». В житии этого святого описывается случай, когда отцу необходимо было вразумить своего сына, но так, чтобы не обидеть и не смутить. Отец полгода терпел, ждал подходящей минуты, чтобы поправить сына с мягкой улыбкой [1, с. 342].

Осознание особой ответственности за вверенного отцу Богом ребенка приводила порой к достаточно жестким мерам воспитания. В православной педагогической культуре, в отличие от современной светской культуры, настаивается на необходимости наказаний для исправления греховной наклонности ребенка, но одновременно указывается, в частности у И. А. Ильина (в книге «Взгляд вдаль» в главе «Наказанное дитя»), что наказание само по себе является отрицательным явлением, сигналом тревоги для родителей о том, что у них есть такие промахи, ошибки и упущения, которые не должны иметь места. Воспитание наказанием, считал И. А. Ильин, - это несчастное воспитание, это постоянно тлеющая борьба, это тайная гражданская война в семье. Задачу родителей философ видел в том, чтобы осторожно, но действенно проникнуть во внутренний мир ребенка, «пробудить в нем самые благородные силы», апеллируя к добрым задаткам ребенка [5, с. 475]. Такой путь обращения к возвышенным чувствам в душе ребенка И. А. Ильин называет подлинно христианским. Не запугивание ребенка, но подлинная вера в него и его лучшие качества - вот основа духовного развития детей в семье, которая была принята нашими предками еще в первые века с момента Крещения Руси. Верой в сына, доверием к нему были проникнуты дошедшие до нас отеческие поучения - особый жанр педагогической литературы средневековья. Так, высокий нравственный идеал с подлинной христианской отеческой любовью к сыну описывает в своем «Поучении» Владимир Мономах: «О дети мои! Хвалите Бога! Любите также человечество... Страх Божий и любовь к человечеству есть основание добродетели... Не забывайте

бедных: кормите их и мыслите, что всякое достояние есть Божие и поручено вам только на время. Будьте отцами сирот; судите вдовии сами; не давайте сильным губить слабых. Не убивайте ни правого, ни виноватого. Не имейте гордости ни в уме, ни в сердце. Бойтесь всякой лжи, пьянства и любострастия, равно гибельного для тела и души. Леность - мать пороков: берегитесь ея. Человек должен всегда заниматься: в пути, и на коне, не имея дела, вместо суетных мыслей, читайте наизусть молитвы.» [6]. Сила подобного рода наставлений была такова, что их актуальность сохранялась еще много лет, и высокими истинами христианства, обращенными с любовью к своим детям и верой в их человеческое достоинство, были проникнуты «Отеческое завещание сыну» И. Т. Посошкова, «Духовная моему сыну» В. Н. Татищева и др.

Постепенно складывающийся со времени Крещения Руси семейный быт православного общества стал характеризоваться сильной властью отца, которого в то же время никак нельзя упрекнуть в равнодушии и незаинтересованности в деле воспитания своих детей, а также его высоким нравственным авторитетом. Безусловно, в практике воспитания всегда есть отступления и искажения идеала, в том числе превращения авторитета во власть слепого подчинения личности. Но носителем подлинного авторитета выступал тот, авторитет которого строился на доверии к нему, на вере в его авторитет, на его свободном принятии и признании. Это вера в человека, на которого стоит и можно положиться. И здесь возникает проблема отцовства как личного примера христианской жизни.

Признание авторитета вытекает только из свободы, предполагает свободу и основывается на вере в носимую человеком правду. Поэтому в деле воспитания кроме личного примера важен смысл жизненного существования отца и матери и положительная уверенность в жизни, которые они должны передать своим детям. Это особенно становится актуальным для современных родителей. Сегодня воспитывать ребенка труднее. Благодаря СМИ, телевидению, Интернету, рекламе на улице ребенок не может не встретиться с реальностью во всей ее порой неприглядной полноте. И то, как он будет к ней отно-

ситься, во многом зависит от примера взрослых в целом и его родителей в частности. Именно здесь возникает проблема отцовства как личного примера жизни, который взрослые должны подавать детям. Отец должен учить словом, должен уметь дать добрый совет, добрый пример жизни, поскольку это лучшее воспитательное средство. Но всего важнее то, что современному ребенку нужно свидетельство о том, что прежде всего его родители имеют смысл жизненного существования, идеал, положительную уверенность в жизни.

Но даже если им, родителям, есть куда и зачем вести по жизни ребенка, то все равно неизбежно возникает вопрос: за счет чего ребенок может усвоить те или иные истины, которые взрослый пытается до него донести? Только за счет качества отношений, в основе которых любовь и заинтересованность в ребенке, ответственность за его становление и развитие. Все это требует действия, поэтому родители, и отец в частности, всегда должны быть в действии - активными, полными инициатив. Если они не займут деятельностную позицию в деле воспитания, как правило, в этот процесс начинает вмешиваться окружающий мир, идеалы которого могут расходиться с приоритетами семьи. Каждый раз сталкиваясь с окружающей действительностью, прежде всего отец и, конечно же, мать должны не задавать себе и друг другу вопрос: «Что в этом плохого?», но думать над тем, что в этом (например, в том, что сейчас ребенок смотрит по телевизору, интернету и т. п.) хорошего. «Что хорошего?» - вот первый вопрос отца, критически подходящего к среде, где растет его ребенок. Но одновременно следующим важнейшим вопросом (без него нет смысла задавать себе первый вопрос) должен быть: «Что я хорошего могу предложить своему ребенку в данный момент?». Это важно потому, что если мы у ребенка что-либо «отнимаем», то в обязательном порядке должны предложить альтернативу, позитивную с нашей точки зрения, в том числе непременно важным было бы показать сыну мир мужских дел и обязанностей.

В то же время в деле воспитания важно не только постоянно что-то давать (хотя это и отличный пример для подражания), но и приучать заботиться о ком-то, в том числе о роди-

телях, с самого раннего возраста. Когда родители все отдают ребенку, своему кумиру, не научая его отдавать, и не заботятся друг о друге, они растят эгоиста с потребительской психологией. Воспитание требует, по словам прот. Глеба Каледы, не открытого кошелька, а открытого сердца, предполагающего в том числе и бескорыстие. В христианстве эта мысль обосновывается идеей о том, что родителям, в том числе приемным родителям, а также педагогам, Бог доверяет жизнь детей, а потому каждый из них должен мыслить и ощущать себя именно как нареченный отец - тот, кому вверено воспитание личности, раскрытие в ней образа Божия: «Только от осознания того, что каждый из нас является нареченным отцом, и от уверенности в том, что воспитание - второе имя милосердия, рождается бескорыстие, на котором созидается истинное отцовство и материнство. Иначе отцовство и материнство становятся чем-то двусмысленным - мечтой, реализация которой позволит нам осуществить наши неудовлетворенные и искаженные желания», - отмечает в своей книге известный христианский педагог Франко Нембрини [7, с. 161].

Наличие авторитета родителей создает педагогическую среду, возможность реализации поставленных целей и задач воспитания. Есть и еще важнейшая педагогическая функция авторитета - он является источником творчества для воспитанника; «авторитет сообщает силы, на которые без него человек не способен» [8, с. 48]. Это ощущение прилива сил, понимание того, что сами по себе дети не способны были бы видеть и понимать без авторитетного для них взрослого взгляда на мир. Так, детям нужны взрослые, чтобы разнообразить их игры, показать различные способы владения игрушками и их применения. В этом случае ребенок в дальнейшем будет способен проявлять больше творчества в игре. Аналогично важен авторитет взрослого, его опыт и умения в учебе ребенка.

О психологии авторитета взрослого с точки зрения православной педагогической культуры достаточно емко и точно написал прот. Василий Зеньковский. Психология авторитета для него -это психология влюбленности, не подавляющее, а окрыляющее человека чувство, духовное соединение с тем, кто авторитетен и даже более -один из вариантов переживания чувства «со-

борности» [8, с. 49]. В христианской семье авторитет отца ни в коей мере не призван подавлять ребенка и его волю, пренебрегать его внутренней свободой и ломать характер. Напротив, он призван воспитывать его стремление к внутренней свободе, выражающееся в свободном следовании по пути добра и нравственности.

Таким образом, сформировавшиеся в России за тысячелетие в контексте православной педагогической культуры традиции семейного воспитания, и в частности традиции отцовства, стали неотъемлемой частью цивилизационных ценностей русского общества. Только такая позиция - позиция любви и понимания ответственности отца за порученного ему Богом ребенка, поддержание признаваемого в свободном порядке авторитета родителя, бескорыстие и заинтересованность в ребенке, деятельностный подход к делу воспитания, осуществление не столько материальной, сколько духовной опеки членов своей семьи - способна возродить утрачиваемое нашим обществом понимание чувства сыновства, что является важнейшей составляющей духовной жизни личности.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Святые русской земли. - М., 2007. - 368 с.

2. Демков М. И. История русской педагогии. -М.: изд. авт., 1913. - Ч. 1. - 302 с.

3. Каптерев П. Ф. История русской педагогики: учеб. пособие для студентов высш. и сред. спец. учеб. заведений. - СПб.: Алетейя, 2004. - 559 с.

4. Василий Великий, архиепископ Кесарии Кап-падокийской. Творения: в 4 ч. - М.: Паломник, 1993. Ч. 3. - 332 с.

5. Ильин И. А. Собрание сочинений: в 10 т. -М.: Русская Книга, 1993-1999. - Т. 8. - 576 с.

6. Поучение Владимира Мономаха. - URL: http://www.pravoslavie.ru/archiv/monomah. htm (дата обращения: 27.08.2018).

7. Франко Нембрини. От отца к сыну / пер. с итал. - Киев: ДУХ I Л1ТЕРА; М.: Духовная библиотека, 2013. - 264 с.

8. Зеньковский В. В. Проблемы воспитания в свете христианской антропологии. - М.: Школа-пресс, 1996. - 271 с.

REFERENCES

1. Svyatye russkoy zemli. Moscow, 2007. 368 p.

2. Demkov M. I. Istoriya russkoypedagogii. Moscow: izd. avt., 1913. Part 1. 302 p.

3. Kapterev P. F. Istoriya russkoy pedagogiki: ucheb. posobiye dlya studentov vyssh. i sred. spets. ucheb. zavedeniy. St. Petersburg: Aleteyya, 2004. 559 p.

4. Vasiliy Velikiy, arkhiyepiskop Kesarii Kappad-okiyskoy. Tvoreniya: in 4 parts. Moscow: Palomnik, 1993. Part 3. 332 p.

5. Ilyin I. A. Sobraniye sochineniy: in 10 vols. Moscow: Russkaya Kniga, 1993-1999. Vol. 8. 576 p.

6. Poucheniye Vladimira Monomakha. Available at: http://www.pravoslavie.ru/archiv/monomah. htm (accessed: 27.08.2018).

7. Nembrini F. Ot ottsa k synu. Kiev: DUKh I LITERA; Moscow: Dukhovnaya biblioteka, 2013. 264 p.

8. Zenkovskiy V. V. Problemy vospitaniya v svete khristianskoy antropologii. Moscow: Shkola-press, 1996. 271 p.

Дивногорцева Светлана Юрьевна, доктор педагогических наук, зав. кафедрой педагогики и методики начального образования Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, профессор Кафедры педагогики Института «Высшая школа образования» Московского педагогического государственного университета

e-mail: sdivnogortseva@mail.ru

Divnogortseva Svetlana Yu., ScD in Education, Chairperson, Pedagogy and methodology of primary education Department, Saint Tikhon's Orthodox University; Professor, Pedagogy Department, Higher school of education, Moscow Pedagogical State University e-mail: sdivnogortseva@mail.ru