Античная мифология в иллюстрациях Аркадия Амирханова: к проблеме синтеза в пермской книге

Филология

Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского, 2012, № 1 (2), с. 28-31

УДК 75.056

АНТИЧНАЯ МИФОЛОГИЯ В ИЛЛЮСТРАЦИЯХ АРКАДИЯ АМИРХАНОВА:

К ПРОБЛЕМЕ СИНТЕЗА В ПЕРМСКОЙ КНИГЕ

© 2012 г. Н.С. Бочкарева

Пермский госуниверситет

nsbochk@mail.ru

Поступила в редакцию 09.12.2011

Анализируется взаимодействие текста и иллюстрации в книге Н.А. Куна «Легенды и мифы Древней Греции», оформленной в Пермском книжном издательстве в 1990 г. художником А. Амирхановым.

Ключевые слова: античная мифология, синтез искусств, пермская книга, иллюстрация.

В 1960-1990-х гг. в Перми работало много талантливых художников, оставивших свой след в искусстве книжной иллюстрации [1; 2]. К младшему поколению этой замечательной плеяды пермских иллюстраторов принадлежит Аркадий Амирханов (род. в 1952 г.), чьи иллюстрации к «монологам» Шекспира [3], пермским фельетонам и страшным сказкам получили широкую известность и удостоены высоких наград [4].

В конце 1980-х А. Амирханов принял участие в оформлении серии «Юношеская библиотека», выходившей в Пермском книжном издательстве с 1978 по 1994 гг.: «...рисованные шмуцтитулы, 8-10 штриховых полосных иллюстраций, многокрасочные форзацы и обложки, целлофанированные переплеты с прямым корешком» [5, о. 84-85]. В 1990 гг. в этой серии была переиздана книга Н.А. Куна «Легенды и мифы Древней Греции» с иллюстрациями А. Амирханова [6].

Удивительна популярность книги Н.А. Куна, завершенной в 1914 г., изданной при жизни автора в 1922 и 1937 гг. и с 1940 г. регулярно переиздающейся [7]. Подавляющее большинство последних изданий мифов Древней Греции используют в оформлении произведения античного искусства (в основном скульптура и вазопись) и живописи Нового времени (от итальянского Возрождения до английских прерафаэлитов). К оригинальным работам относятся живописные иллюстрации Анны Власовой [8]. Аркадий Амирханов в своих графических иллюстрациях опирался на классическую традицию от античной вазописи до иллюстраций Дмитрия Бисти к эпическим поэмам «Энеида» (1971) Вергилия, «Илиада» (1977) и «Одиссея» (19781979) Гомера [9].

На обложке пермского издания книги

Н.А. Куна изображена битва Геракла с Лер-

нейской гидрой. Выбор героя, известного своими многочисленными подвигами, вероятно, связан с тем, что книга адресована юношеству. Г е-роический пафос подчеркивается цветовым решением обложки, напоминающим краснофигурные композиции на черном фоне на древнегреческих вазах. Светотень усиливает экспрессию, чему способствует и выбор сюжета: извивающаяся девятиглавая гидра и шкура льва, эффектно обрамляющая тело героя (развевающаяся грива, свисающие лапы). У Куна это шкура не немейского, а киферонского льва: Еще юношей Геракл убил грозного киферонского льва, жившего на вершине гор, и снял с него шкуру. Эту шкуру он накинул, как плащ, на свои могучие плечи. Лапы он связал у себя на груди, а шкура с головы льва служила ему шлемом [6, с. 112].

Амирханов обыгрывает классическую композицию (см. реконструкцию метоп храма Зевса в Олимпии [10, с. 278]), но искусно обвивает ноги и руки героя змеями, используя эффект знаменитой эллинской скульптуры «Лаокоон». Как и античные художники, пермский иллюстратор изображает момент, когда Лернейская гидра («чудовище с телом змеи и девятью головами дракона») обвилась хвостом вокруг ног Геракла и старалась свалить его. Как непоколебимая скала стоял герой и взмахами своей тяжелой палицы одну за другой сбивал головы гидры [6, с. 114]. Амирханов вместо «тяжелой палицы» изображает меч, хотя в «Мифологической библиотеке» Аполлодора тоже указывается «дубина»: ...Геракл, сбивая дубиной ее [Гидры] головы, ничего не мог с ней сделать: вместо каждой сбитой головы вырастали немедленно две [11, с. 34]. Зато в пересказе А.И. Немировского указан именно «меч»: «Сбив мечом одну из голов, он сразу же заме-

тил, что на ее месте выросли две новые» [12, с. 186].

Меч Гераклу подарил Гермес, лук и стрелы -Аполлон, золотой панцирь сделал ему Гефест, а Афина сама соткала для него одежду [6, с. 112]. При этом Геракл сам «сделал себе огромную палицу из вырванного им с корнями в Немейской роще твердого, как железо, ясеня» [6, с. 112]. Эту палицу изобразил античный художник на терракотовом рельефе 1-11 вв. «Геракл сражается с Лернейской гидрой» [10, с. 279]. На рисунке Амирханова отрубленным змеиным головам, позе героя и всему его облику воина больше соответствует меч, а не палица. Над заголовком художник изобразил стрелу, обвитую змеей (можно предположить, что стрела проткнула змею, но изящество изображения подчеркивает его условность).

На другой иллюстрации [6, с. 7] Амирханов изображает Геракла с луком со стрелами и палицей в руках, тем самым противопоставляя его воинам с копьями и щитами (сравните изображение Геракла в вазописи Евтония [10, с. 279283]). Художник и здесь искусно соотносит детали композиции: руки, ноги, лица, жесты. Поразив не крайнего, а следующего за ним воина стрелой в лоб и расположив по направлению его падения палицу Геракла, рука которого закрывает голову стоящего с краю, Амирханов добивается эффекта динамического слияния воинов (тот же эффект используется им на обложке при изображении змеи, обвивающей тело Геракла и исчезающей за ним). Львиные хвост и грива в сочетании со стройным телом героя придают его облику изящество зверя.

К сожалению, видимо, при верстке книги в типографии были перепутаны иллюстрации к первому и второму разделам первой части «Боги и герои». В результате нарушилось не только гармоническое соответствие проанализированной выше иллюстрации с Гераклом [6, с. 7] и виньетки ко второму разделу [6, с. 62], на котором изображены воины и меч в руке одного из них, но и сюжетная логика: Геракл попал в раздел «Боги», а Зевс - в раздел «Герои».

По замыслу художника, мотив змеи должен соединять виньетку к первому разделу [6, с. 6] и иллюстрацию с Зевсом [6, с. 63], перекликаясь с обложкой, форзацем и фронтисписом. На виньетке изображен профиль, обрамленный извивающимися змеями: возможно, это грозная богиня мщения Эриния, с бичами и змеями преследующая преступника, находясь на службе у властителя подземного царства Аида [6, с. 15]. На иллюстрации изображена битва Зевса с сыном Геи-Земли и мрачного Тартара - ужасным

чудовищем Тифоном: Громадный, с сотней драконьих голов, поднялся Тифон из недр земли <...> Но смело ринулся на Тифона Зевс-громовержец, и начался бой. Опять засверкали молнии в руках Зевса, раздались раскаты грома [6, с. 10].

Змеиные головы Тифона на иллюстрации [6, с. 63] «вырастают» из земли, подобно воинам, выросшим из зубов дракона и изображенным на иллюстрации к разделу «Аргонавты» [6, с. 187]. По поручению Эета Ясон засевает поле зубами убитого Кадмом дракона [6, с. 206]: На поле показалось из земли острие копья, за ним другое, еще и еще, и все поле покрылось как бы медной щетиной. Зашевелилась земля, и из нее показались шлемы и головы воинов. Вот уже покрылось все поле воинами в блестящих доспехах [6, с. 207]. Именно этот эпизод изображает на иллюстрации Амирханов, добавляя на другой странице разворота виньетку с изображением корабля аргонавтов.

Примечательно, что в истории Кадма повторяется мотив воинов, вырастающих из зубов дракона: Едва посеял он зубы змея, как - о чудо! - из земли показались сначала острия копий; вот поднялись над пашней гребни шлемов, затем головы воинов, их плечи, закованные в панцири груди, руки со щитами, наконец вырос из зубов дракона отряд вооруженных воинов [6, с. 103]. Но если Ясон вступает с воинами в битву, Кадм позволяет им сразить друг друга в междоусобной борьбе, а пятеро оставшихся в живых заключают братский союз и становятся помощниками Кадма. В битве со змеем Кадм прикрыт, как панцирем, львиной шкурой (сравните с Гераклом), опоясан мечом и держит в руке копье [6, с. 102].

За убийство змея, посвященного богу Аресу, Кадм и его жена превращаются в змей. Таким образом, «змеиный» мотив, появляющийся на шмуцтитуле ко второй части («Древнегреческий эпос»), косвенно связан с иллюстрацией к первому разделу «Аргонавты» этой части. На указанном шмуцтитуле [6, с. 185], как и на фронтисписе, изображена девушка с факелом в руке на колеснице, запряженной змеями: На чудесной колеснице, запряженной крылатыми змеями, Триптолем по велению Деметры облетел все страны и всюду научил людей земледелию [6, с. 47]. На колеснице Деметры, запряженной крылатыми змеями, богиня плодородия посылает с вестями и дриад [6, с. 48]. На форзаце изображена богиня с копьем и щитом, сидящая на коне с хвостом змееобразной формы вместо задних конечностей (вероятно, это морской конь гиппокам).

Музыкальная тема появляется на шмуцтитуле к первой части, где изображен сатир, играющий на флейте. Несмотря на звериные черты (козлиные рога, мохнатые ноги и раздвоенные копыта), облик сатира отличается изяществом (одухотворенный профиль, развевающиеся волосы, тонкие руки с длинными пальцами). Это впечатление усиливается изображением изогнутых ветвей тростника, выполненных в точечной манере.

Иллюстрации ко второму и третьему разделам второй части объединены образом хитроумного Одиссея. К «Троянскому циклу» Амирханов выбирает эпизод из «Илиады» Гомера, когда Одиссей с друзьями выходят из чрева деревянного коня (на иллюстрации они спускаются по лестнице из квадратного люка). На соседней странице на виньетке изображен конь и воин (вероятно, Одиссей). Виньетка и иллюстрация прекрасно дополняют друг друга, но для юного читателя их связь раскроется только после прочтения книги: Осторожно, стараясь не шуметь, вышли из коня греки, и первыми Одиссей с Эпеем. Рассыпались по погруженным в сон улицам Трои воины. Запылали дома, кровавым заревом освещая гибнущую Трою [6, с. 317]. С этим эпизодом связана и история уже упоминаемого нами Лаокоона, задушенного вместе со своими сыновьями двумя чудовищными змеями: Быстро плыли они к берегу, извиваясь бесчисленными кольцами своего тела на волнах моря [6, с. 316].

Виньеткой к разделу «Одиссея» служит изображение сирены с развевающимися волосами и крыльями за спиной, а для иллюстрации выбран эпизод из «Одиссеи» Гомера, когда странствующий герой и его спутники выкалывают единственный глаз циклопу Полифему: «...схватили мы заостренный конец бревна, разожгли его на костре и выжгли им глаз циклопу» [6, с. 343]. Этой иллюстрации Амирханова придают гротескность, с одной стороны, профиль головы циклопа с открытым глазом (хотя по сюжету Полифем спит), в который направлено острие горящего бревна, с другой стороны, ритм ног и рук воинов, несущих это бревно, их одежда и выражение лица.

Иллюстрации к двум последним разделам второй части посвящены соответственно Оресту, убившему свою мать, и Эдипу, убившему своего отца. Раздел «Агамемнон и его сын Орест» предваряет на виньетке изображение колесницы со змеями [6, с. 382], созвучное изображению на иллюстрации [6, с. 383] «неугомонных богинь мщения» Эриний, преследующих Ореста: Вокруг их голов извивались

ядовитые змеи, очи их сверкали страшным гневом. Затрепетал Орест. Он чувствовал, как понемногу омрачается его рассудок <... '> Гонимый мстительными Эриниями, измученный скитаниями и горем, дважды бежит Орест к святилищу Аполлона в Дельфах [6, с. 387-389]. Символическое изображение этого святилища на возвышении указывает на его расположение на горе Парнас.

«Фиванский цикл» сопровождается иллюстрацией эпизода «Эдип перед Сфинксом» [6, с. 393]: Сфинкс был ужасным чудовищем с головой женщины, с туловищем громадного льва, с лапами, вооруженными острыми львиными когтями, и с громадными крыльями <...> Всех путников, проходивших мимо, заставлял Сфинкс отгадывать загадку, но никто не мог этого сделать, и все гибли мучительной смертью в железных объятиях когтистых лап Сфинкса [6, с. 395]. Гротескное изображение чудовища и его жертв предваряет иллюстрации Амирханова к пермскому изданию страшных сказок [13]. В руках у Эдипа щит и меч, хотя Кун упоминает только посох [6, с. 394]. На виньетке к пятому разделу второй части [6, с. 392] изображена голова погибшего воина в обрамлении меча, звезды и лавровой ветви. Так обозначенный мотив погребения становится центральным в войне между сыновьями Эдипа («Семеро против Фив», «Антигона»).

Подведем итог. Пермский художник в 1990 г. создал целостный визуальный образ книги Н.А. Куна «Легенды и мифы Древней Греции», искусно используя возможности черно-белой графики и добавляя красный цвет на обложку и форзац. Этот же принцип Амирханов использовал в 1988 г., оформляя в той же серии «Юношеская библиотека» сборник избранных произведений Дж. Г. Байрона под общим названием «Паломничество Чайльд-Гарольда» [14]. Интересно, что на обложке и иллюстрациях к этой книге тоже присутствуют мотивы и образы античной мифологии.

Учитывая восприятие юных читателей, Амирханов в книге Н.А. Куна уделил большое внимание образам могучего Геракла и хитроумного Одиссея, посвятив каждому по два изображения. Еще на двух иллюстрациях, композиционно связанных друг с другом, изображены верховный бог Зевс и предводитель аргонавтов Ясон. Две последние иллюстрации посвящены Оресту и Эдипу - героям, особенно популярным у психоаналитиков [15, с. 384-385]. Все оформление книги пронизано мотивами змеи (судьбы) и оружия (борьбы), венчающими обложку. К сожалению, сюжетно-стилистическое

единство книги оказалось частично нарушено верстальщиками.

Список литературы

1. Власова О. Искусство художников книги //

Художники Перми: сборник очерков / Сост.

Н. Казаринова. Пермь: Перм. кн. изд-во, 1981. С. 131-162.

2. Бочкарева Н.С., Табункина И.А. Диалог писателей и художников на страницах пермской детской книги «Оляпка» // Вестник Пермского университета. Российская и зарубежная филология. 2010. Вып. 6 (12). С. 196-202.

3. Бочкарева Н.С. Шекспир в пермской книжной миниатюре // Синтез в русской и мировой художественной культуре. М.: МГПУ, 2011 (в печати).

4. Барклянский С. «В тени медовых лип» // Перм. новости. 1996. 11 дек. С. 6.

5. Аверина Н.Ф. История пермской книги. Изд. 2, испр., электронная версия. Пермь, 2001. Раздел 1953-1988.

6. Кун Н.А. Легенды и мифы Древней Греции / худож. А. Амирханов. Пермь: Перм. кн. изд-во, 1990. 426 с.

7. Потапова Н. Николай Альбертович Кун / Нижегородский университет, № 2 (2017), февраль 2004.

иКЬ: http://icsfi.unn.runnet.ru/gazeta/gazeta-2-2017-

imdaty.htm.

8. Кун Н.А. Мифы Древней Греции / Илл. А. Власовой. М.: Эксмо, 2009. 240 с.

9. Покатов В. Ксилографии Дмитрия Бисти. 5

дек. 2010. иКЬ: http://izknig.livejournal.com/22992.

html?thread=57296.

10. Мифы народов мира: Энциклопедия в 2 т. М., 1991. Т. 1. 671 с.

11. Аполлодор. Мифологическая библиотека / Пер., ст., прим., указ. В.Г. Бохурович. М.: Наука, Ладомир, 1993. 216 с.

12. Немировский А.И. Мифы Древней Эллады. М.: Просвещение, 1992. 318 с.

13. Тихов В. Страшные сказки, рассказанные дедом Егором, крестьянином бывшего Чердынского уезда Пермской губернии / Худож. А. Амирханов. Пермь: Урал-Пресс, 1993. 227 с.

14. Байрон Дж.Г. Паломничество Чайльд-Гарольда / Пер. с англ.; сост., послесл. и коммент. Г. Усова; худож. А. Амирханов. Пермь: Кн. изд-во, 1988. 400 с.

15. Фрейд З. Художник и фантазирование: Пер. с нем. / Под ред. Р.Ф. Додельцева, К.М. Долгова. М.: Республика, 1995. 448 с.

ANTIQUE MYTHOLOGY IN ARKADY AMIRKHANOV’S ILLUSTRATIONS:

ON THE PROBLEM OF SYNTHESIS IN A PERM BOOK

N.S. Bochkareva

We examine the interrelation of text and illustrations in The Legends and Myths of the Ancient Greece by N.A.Kun published by the Perm Publishing House in 1990. The design of the book was done by A.Amirkhanov.

Keywords: antique mythology, synthesis of arts, Perm book, illustration.