2005. 03. 011-014. Экспортные маршруты и транспортировка каспийской нефти и газа

региона осуществляется через российскую систему нефте- и газопроводов («Транснефть», «Газпром»).

Какие перспективы стратегического партнерства России и Запада в ЦА? Диалог относительно конкретных мер по противо-действию исламскому экстремизму не вызывает особых надежд из-за общего ухудшения российско-американских отношений. Москва настаивает на временном характере стратегического присутствия США в ЦА, хотя после их ухода могут возникнуть внутрире-гиональные конфликты или обострится угроза с юга. Из-за этого поднимается вопрос о вкладе в стабилизацию региона ОБСЕ и даже НАТО наряду с региональными организациями - ОДКБ и ШОС. «Хотя перспективы полномасштабного стратегического партнерства невелики, у России и Запада сохраняются общие интересы в противодействии угрозам безопасности в Центральной Азии. Это обеспечивает базу для ограниченных отношений сотрудничества и доверия, которые будут основаны на прежних достижениях периода кампании США в Афганистане» (с. 293).

С.И.Кузнецова

2005.03.011-014. ЭКСПОРТНЫЕ МАРШРУТЫ И ТРАНСПОРТИРОВКА КАСПИЙСКОЙ НЕФТИ И ГАЗА.

2005.03.011. ТЕВЗАДЗЕ З. Экспортные маршруты и проблемы транспортировки каспийской нефти и газа // Центр. Азия и Кавказ. - Luleä, 2004. № 1. - C. 104-118.

2005.03.012. HOWARD Ch. Future prospects of the Caucasian energy and transportation corridor. The role of the Caucasian energy corridor in the European energy security // Georgian econ. trends. - Tbilisi, 2002. - N 3. - P. 8590.

2005.03.013. ЕГОРЯН Р., ОГАНЕСЯН М., МАНВАЛЯН А. Казахстан: состояние и перспективы транспортных коридоров // Центральная Азия и Кавказ. - Luleä, 2003. - № 3. - С. 170-178.

2005.03.014. ПРЕЙГЕР Д., МАЛЯРЧУК И., ГРИНКЕВИЧ Т. Украина, Россия и страны Центральной Азии: проблемы сотрудничества в газовой сфере // Ibid. - 2004. - № 1. - C. 118-I26.

З. Тевзадзе (Научно-исследовательский институт социально-экономических и региональных проблем при Министерстве экономики Грузии, Тбилиси) (011) считает, что выход на мировой рынок новых нефте- газодобывающих государств каспийского региона существенно обострит конкуренцию между крупнейшими экспортерами нефти и газа

Ближнего и Среднего Востока (БСВ) и Россией. Издержки на создание трубопроводного транспорта, морских терминалов и танкерного флота -главная проблема при освоении новых месторождений. На основе соглашений о разделе продукции созданы консорциумы: Азербайджанская международная операционная компания (AMOK) разрабатывает месторождение Азери-Чираг-Гюнешли, а три консорциума работают в Казахстане - Тенгиз-Шевройл, Карачаганакская интегрированная организация (КИО) и Казахстанская северокаспийская операционная компания Аджип КСО.

В 2002 г. океанскими танкерами была перевезена почти вся экспортированная в мире нефть - около 1,9 млрд. т (55% добычи). Самыми «узкими местами» при морских перевозках являются проливы - Ормузский (750 млн. т нефти в год), Малаккский (500 млн. т), Баб-эль-Мандебский (150 млн. т), турецкие проливы (80 млн. т), Суэцкий (150 млн. т) и Панамский (50 млн. т) каналы (011, с. 105, 106). Перебои в пропуске судов приводят к резким колебаниям цены на нефть и потенциальной угрозе срыва снаб-жения нефтью. Трубопроводы не могут служить альтернативой и используются лишь при транспортировке по суше от месторождений к морским терминалам.

Каспийский регион в принципе не станет «вторым Персидским заливом». Тем не менее он имеет мировое значение, поскольку прогнозируется устойчивый рост спроса на нефть; наибольший спрос на каспийскую нефть ожидается в странах Западной Европы, особенно в связи с ожидаемым истощением запасов в Северном море. Перспективны для каспийской нефти и рынки США и Китая.

Ныне нефть региона направляется транзитом в основном по территории России к портам Черного и Балтийского морей и в Восточную Европу по трубопроводам. Эффективные схемы ее транспортировки на мировой рынок отсутствуют. Необходимо строить магистральные трубопроводы, но при этом придется использовать для транзита две, три и более стран. С середины 90-х годов соперничают две концепции направления экспорта каспийских энергоносителей -горизонтального и вертикального потоков, т.е. на запад и восток или на север и юг. Первое направ-ление - это проекты нефтепроводов Баку -Супса, Баку - Тбилиси - Джейхан (БТД) и Казахстан - Китай, газопроводов Баку - Тбилиси - Эрзерум и Туркмения - Афганистан - Пакистан - Индия. Второе направление предусматривает увеличение пропускной способности нефтепроводов через Россию в балтийском и черноморском

направ-лениях. Приоритеты России в настоящее время заключаются в привлечении экспортного потока каспийской нефти в свои трубопроводы, что позволит контролировать его с целью получения экспортной прибыли и политических дивидендов и от стран-производителей, и от потребителей нефти.

Определенные перспективы имеет южное направление каспийской нефти. Северные провинции Ирана испытывают существенный дефицит энергии, и Казахстан в обмен на свою нефть, поставленную на север Ирана, получает эквивалентное количество нефти в Персидском заливе. Но если объемы таких поставок превысят спрос североиранских НПЗ и нефть Казахстана пойдет дальше Тегерана на юг, то это создаст ненужную Ирану конкуренцию и может подтолкнуть к ограничению импорта казахстанской нефти.

Весьма перспективно для экспорта казахстанской нефти восточное направление, учитывая постоянно растущую потребность Китая. В настоящее время Казахстан доставляет нефть в Китай по железной дороге. Подготовлен проект нефтепровода, по которому казахстанская нефть пойдет прямо в Китай, а при постройке ответвления на юг и в Индию. Тем самым Китай получил бы альтернативу поставкам из стран БСВ, откуда сейчас он получает 40% всей закупаемой нефти. Однако в Китае спрос на нефть наблюдается в основном в восточных областях, куда прокладывать нефтепровод экономически невыгодно, но если можно будет раздробить его на несколько более мелких, экономически самостоятельных участков главной китайской трубы, то магистраль из Казахстана в Китай может оказаться экономически эффективной. Перспективы китайского направления значительно повысятся в случае увеличения ресурсной базы китайских компаний в Казахстане: две ведущие китайские компании выразили желание купить долю в 1,2 млрд. долл. в проекте разработки офшорного месторождения Кашаган (011, с. 111).

В рамках западного направления наиболее предпочтительны трубопроводы Баку - Супса и БТД. По соглашению, права на владение и пользование (но не отчуждение) трубопроводом Баку - Супса принадлежат AMOK сроком на 30 лет. Основной недостаток этого маршрута - ограниченная пропускная способность турецких проливов и невозможность использовать в них крупные танкеры. Трубопровод БТД свободен от этих недостатков, пуск его намечен на 2005 год, однако высказываются мнения о его нерентабельности и высокой стоимости

сооружения. Но эти аргументы не подкреплены экономическими расчетами и носят в основном политический характер. Анализ показывает, что наименьшие издержки при поставках в Европу и США достигаются при использовании трубопровода БТД в сочетании с танкерами определенного класса, и БТД окупится через шесть лет. Целесообразно продление БТД до порта Актау для доставки на внешние рынки и казахстанской нефти, что повысит эффективность БТД. Дополнительные выгоды от магистрали БТД появятся и при сокращении транспортных издержек, получателями выгод станут AMOK и государственные бюджеты. Кроме того, БТД сработает как мультипликатор для капитало-вложений - каждый доллар инвестиций в строительство и эксплуатацию нефтетранспортных систем увеличивает ВВП страны на такую же сумму и обеспечивает 0,5-2% дополнительного роста, а мультипликатор занятости существенно (иногда в десятки раз) превышает величину мультипликатора ВВП (011, с. 116). (Это объясняется весьма низкой зарплатой в транзитных странах). Таким образом, эффективно привлекая капитал в транспортную инфраструктуру, а также способствуя их перераспределению в пользу сопряженных отраслей, БТД инициирует мощные мультипли-кационные эффекты.

Однако Баку угрожает «голландская болезнь», и возникает проблема, как избежать ситуации, когда преуспевающий сырьевой сектор становится причиной нарушения макроэкономического равновесия, искажения обменного курса национальной валюты, что тормозит инвестиции в несырьевые отрасли экономики. Чтобы избежать этого, в 1999 г. в Азербайджане основан Государственный нефтяной фонд, в котором накапливаются валютные поступления от нефтяных компаний. Их объем уже достиг 800 млн. долл., из которых часть выделена на финансирование строительства трубопровода (011, с. 117).

Существенные выгоды от БТД получат и западные страны: снизятся цены на нефть в Южной Европе, и частично она вытеснит менее качественное северо- и западноафриканское и российское сырье, уменьшится зависимостъ США от импорта ближневосточной нефти. Таким образом, «реализация БТД поможет формированию диверсифицированных и взаимозаменяемых источников добычи, потребления и маршрутов транспортировки энергоресурсов Каспия» (011, с. 117).

За последние несколько лет, пишет Ч. Ховард (Европейское управление делами «Бритиш Петролеум» /БП/, Брюссель) (012), БП стала крупнейшей нефтяной компанией в США и в крупных и малых странах Европы. Энергоносители поступают в Европу из России, Алжира и с БСВ и, наконец, из каспийского региона. В Европе все больше осознается его значение для европейской экономики и безопасности. Во-первых, это отражает фундаментальную смену мировой перспективы после 11.9.2001 г. Во-вторых, события после 11 сентября сконцентрировали внимание на обеспечении безо-пасности мирового энергетического снабжения. Растет понимание того, что Каспий и Центральная Азия (ЦА) становятся важным новым источником энергии на мировом рынке. Это также помогает сфокусировать внимание в Европе на региональной безопасности.

В связи с этим проект БТД очень своевременный. В Европе опубликован ряд докладов об энергетической безопасности, из них следует, что ЕС сейчас импортирует 70% потребляемой сырой нефти и около 40% газа; к 2030 г. эти цифры вырастут до 90 и 70% соответственно (012, с. 86). Европе необходимо разнообразие поставщиков нефти, чтобы гарантировать бесперебойное ее поступление по конкурентной цене.

Каспийская нефть может обеспечить около 25% мирового увеличения нефтяного спроса в следующем десятилетии. Проект БТД позволяет обеспечить ее поставки на мировой рынок, минуя Босфор.

Реализация этих возможностей зависит от политической воли европейских правительств, а также от информации и того, как будут складываться их отношения с США и Россией.

Сотрудники Центра стратегических исследований в Ереване Р. Егорян и М. Оганесян и Ереванского университета А. Манвелян (013) обсуждают четыре проекта глобальных стратегических коридоров на евроазиатском пространстве: северный, центральный, южный и по направлению «Север - Юг». Три коридора пройдут через страны ЦА, среди которых Казахстан претендует на самую важную роль. Он стремится усилить свой транзитный потенциал, чтобы действующая инфраструктура была эффективной и привлекательной для соседей. Для этого важно определить самые главные авто- и железнодорожные магистрали по направлениям «Запад - Восток» и «Север - Юг», чтобы привести их техническое состояние в соответствие с международными стандартами.

Преимущество Казахстана в том, что через его территорию проходят глобальные евро-азиатские транспортные коридоры и они притягивают к нему другие государства. Через Казахстан могут пройти три таких коридора: Северный - трансазиатская железно-дорожная магистраль, соединяющая Китай через Казахстан с Россией и странами Европы; Южный - из Японии, Кореи, стран ЮВА и Китая через Казахстан в ЦА, далее через Иран в Турцию и Европу; Центральный - из Японии, Кореи, стран ЮВА и Китая через Казахстан в ЦА или через Каспийское море в республики Закавказья и через Черное море (проект «ТРАСЕКА») или через Армению (проект «КХАШМЕРИК») в Турцию и далее в Европу и Среди-земноморье. Через Казахстан проходят и два коридора, связывающие ЦА и Россию: один с ее европейской частью, другой - с азиатской. Несмотря на то, что страны ЦА стремятся развивать контакты с южными соседями и странами Персидского залива, коридоры, связывающие их с Россией, еще не одно десятилетие будут важны для всей ЦА. Основную долю транзитных грузов сегодня перевозят по северному коридору, он - главное звено, связывающее рынки Китая и России.

Глобальные тенденции развития рынков показывают, что стратегическими коридорами для Казахстана являются железнодорожные и автомобильные коридоры-перекрестки в направлениях «Север - Юг» и «Запад - Восток». Они важны на только потому, что «пропустят» почти весь транзитный грузопоток, идущий через Казахстан, но и потому, что станут основными коммуника-циями, способствующими его социально-экономическому развитию. Помимо того, что они связывают все 14 областей республики, они полностью могут обеспечить перевозки из Казахстана во все страны ЦА, в республики Закавказья, в Россию и Китай, а также транзитные перевозки между рынками южноазиатских стран, России, Закавказья, Европы, стран бассейна Индийского океана, Аравийского моря и Северной Европы. Эти коридоры включают в себя главные авто- и железнодорожные маршруты республики. «В XXI в. эти железно-дорожные и автомобильные коридоры-перекрестки будут играть главную стратегическую роль в развитии страны, так как по ним пройдут основные пассажирские, а также транзитные грузопотоки в соседние государства» (013, с. 176).

Основной грузооборот приходится на железные дороги, они перевозят преимущественно насыпные и наливные грузы: зерно, уголь, руды, нефть и нефтепродукты и др. Основной торговый транзит -

грузопотоки между ЦА и Россией, странами СНГ и Азии, особенно с Китаем. Грузоперевозки между Европой и Азией через Казахстан развиты пока еще недостаточно. Международные пере-возки по железным дорогам составляют 40-50% общего грузопотока страны. Автомобильные дороги пока еще слабы, но являются важным и перспективным звеном транспортной системы страны. В общем объеме международных грузопотоков на автомобильный транспорт приходится не более 5%, из них 94% - в страны СНГ. Главное направление государственной политики в развитии этой сферы - реконструкция автодорожной сети с привлечением капитала извне. Значительную роль в казахстанском экспорте играют морские перевозки. Ожидают, что после реконструкции порта Актау объем транзитных грузопотоков возрастет.

На официальном уровне стратегически важные коридоры пока не определены, но Казахстан - узловое звено транспортных артерий региона, и он более других стран ЦА подвержен воздействию глобализации.

Сотрудники Национального института проблем междуна-родной безопасности (Киев) Д. Прейгер, И. Малярчук и Т. Гринкевич (014) считают, что Туркмения, Узбекистан и Казахстан станут важнейшими поставщиками энергоносителей в Европу наряду с Россией. У них есть выход на российскую газотранспортную систему (ГТС) и возможность интегрироваться в украинскую ГТС. При этом важнейшей артерией может служить система трубопроводов Средняя Азия - Центр, способная подавать в северо-западном направлении до 60 млрд. куб. м газа в год. Ее пропускную способность планируется довести до 70 млрд. (014, с. 118).

Зависимость стран ЕС от единственного поставщика вынуж-дает их искать альтернативных партнеров и маршруты. ЕС решил в 2004 г. ограничить поставки с территории России по долгосрочным контрактам, а с 2005 г. европейский газовый рынок либерализуется и, следовательно, на него смогут выйти и другие производители. В связи с этим ожидается, что Россия попытается создать международную организацию типа газовой ОПЕК. Эту идею поддерживают ряд стран ЦА, Алжир и Иран. Альтернативными поставщиками газа в ЕС могут быть североафриканские страны, Иран и Ирак. В этом случае востребованной может оказаться ГТС Украины, пропускная способ-ность которой сейчас используется примерно на 60-70%, и резерв мощности в западном направлении оценивается в 50 млрд. куб. м газа в год (014, с. 119, 120). При этом ей придется конкурировать с другими транзитными государствами - Белоруссией, Польшей, Турцией, Балканскими странами.

Украина уже увеличивает пропускную способность своей ГТС, осуществляет модернизацию и расширение сети, чтобы допол-нительно прокачивать до 40 млрд. куб. м в год. В 2002 г. транзит газа через украинскую ГТС составил 121,4 млрд. куб. м, в том числе в страны Европы (помимо СНГ) - 106 млрд. куб. м (014, с. 121). По оценкам, европейской экономике в 2010 г. понадобится 610-640 млрд. куб. м по сравнению с нынешними 450 млрд.; к 2010 г. Западная Европа будет импортировать 205-220 млрд., а к 2020 г. - 270-300 млрд. куб. м газа и Центральная Европа - 84-94 млрд. и 114-130 млрд. куб. м соответственно. Ожидается, что в ближайшие 7-10 лет добыча газа на североморском месторождении упадет, Норвегия и Великобритания смогут обеспечить максимум 28% европейских потребностей (в 2002 г. они обеспечили 34%). Европа будет нуждаться в дополнительных 76-106 млрд. куб. м газа. Существенная часть импорта будет поступать из России и ЦА.

В России практически монополистом на рынке газа является Газпром. Он может увеличивать экспорт газа как из собственных ресурсов, так и путем реэкспорта из ЦА. В этом последнем варианте скрыты некоторые угрозы для Москвы при выполнении ею своих долгосрочных обязательств по поставкам газа, и они будут усиливаться по мере повышения доли газа ЦА в общем росте российского экспорта.

Украине следует принимать меры для вывода страны в ранг самостоятельного игрока на европейском газовом рынке: вести активные переговоры как с потенциальными поставщиками газа в республику, так и с его потребителями в Европе. Преимущества украинской ГТС в ее тесной связи с системами соседних стран - Польши, Белоруссии, Румынии, Молдовы, Венгрии, Словакии, а через них она интегрируется в общеевропейскую ГТС. Это может быть использовано при поставках российского, центрально-азиатского, а в перспективе и каспийского газа в Европу.

Крупнейший в ЦА производитель газа - Туркмения продает свой газ через Россию и Украину с правом реэкспорта, и Газпром заинтересован в расширении пропускной способности газовых сетей в западном направлении, прежде всего через Украину, и это соответствует национальным интересам Киева. Он уже длительное время пользуется услугами Газпрома при закупках газа в Туркмении и намеревается приобретать его и в других странах ЦА, а затем, возможно, и в Иране. Украина заключила с Туркменией договор о поставках в 2002-2006 гг. 250 млрд. куб. м газа (014, с. 123). В 2003 г. Туркмения добыла около 80

млрд. куб. м газа (по другим источ-никам - 67,6 млрд.), к 2010 г. этот показатель может увеличиться до 120 млрд.; на экспорт намечено в 2005 г. отправить 75 млрд., а к 2010 г. - 100 млрд. куб. м. Но пропускная способность двух туркменских трубопроводов ограничена, износ фондов достигает 72-87%, они нуждаются в существенных инвестициях (014, с. 124). Туркмения рассматривает проекты транскаспийского и трансафган-ского трубопроводов. В реализации последнего заинтересованы также Афганистан и Пакистан. Но пока не решены проблемы финансирования. Что касается транскаспийского трубопровода, то возникли экологические проблемы. Кроме того, не решен вопрос о статусе Каспийского моря.

Важным партнером Украины может стать Казахстан. Он планирует довести добычу газа до 50-70 млрд. куб. м к 2010 г. Через Газпром Украина имеет возможность активизировать сотрудничество и с Узбекистаном, который занимает третье место по запасам газа среди стран СНГ и восточноевропейских стран; он заинтересован в расширении пропускной способности газовых магистралей и строительстве новых как в северном, так и в южном направлении. В перспективе возможно сотрудничество Киева и с Тегераном по перекачке его природного газа в Европу через украинскую территорию.

С.М.Макарова

2005.03.015. СУЮНБАЕВ М. ЦЕНТРАЛЬНАЯ ЕВРАЗИЯ: В ПОИСКАХ УТРАЧЕННОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ // Центр. Азия и культура мира - Centr. Asia a. culture of peace. - Бишкек, 2003. - № 1-2. -С. 54-60.

Автор (Академия управления при президенте Киргизии) напоминает, что, в отличие от своих азиатских соседей (Иран, Китай, Индия и Пакистан), регион почти полтора столетия подвергался интенсивной русификации, имевшей скорее положительные, чем отрицательные последствия. В последнее десятилетие русификация сменилась вестернизацией.

Перспективы экономического развития региона требуют интеграции, ибо его совокупный экономический и человеческий потенциал меньше, чем у Ирана. На самом же деле, во-первых, интеграции не было в советский период (она была с Москвой, а не между республиками), во-вторых, в президентских республиках передача части полномочий оказывается труднее, чем в парла-ментских (например, в Европе). Наконец, формирование государ-ственности стран региона