Государства Балтии в ЕС (2004—2019): социальное измерение

Владислав Воротников Александра Носатова

Государства Балтии в ЕС (2004-2019): социальное измерение

Аннотация. Статья посвящена анализу основных итогов членства государств Балтии (Латвии, Литвы, Эстонии) в Европейском союзе через призму массового сознания. За пятнадцать лет участия в объединении эти страны достигли серьезных макроэкономических успехов, им частично удалось сократить отставание в уровне жизни от ведущих стран Союза. В государствах Прибалтики по-прежнему сохраняется один из самых высоких в ЕС уровней бедности и наблюдается значительная безработица, которые тем не менее сглаживаются массовой эмиграцией. В качестве основного достижения ЕС жители стран Балтии называют свободу перемещения, которая позволяет учиться и работать на территории всего Союза. Являясь преимуществом для простых граждан и снижая социальную напряженность, отток населения из Прибалтийских государств в долгосрочной перспективе несет существенную угрозу их социально-экономическому развитию. Несмотря на неоднозначность результатов полутора десятилетий членства в Европейском союзе, население стран Прибалтики оценивает большинство аспектов участия положительно, причем его ключевые институты пользуются гораздо большим доверием, чем национальные органы власти.

Ключевые слова: страны Балтии, Латвия, Литва, Эстония, демократический дефицит, Европейский союз, политика сплочения, трудовая миграция.

© Воротников Владислав Владиславович - кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Отдела исследований Центральной и Восточной Европы Института Европы РАН; доцент кафедры истории и политики стран Европы и Америки, старший научный сотрудник Центра европейских исследований Института международных исследований МГИМО МИД России. Адрес: Россия, 125009, Москва, ул. Моховая, д. 11, стр. 3. E-mail: vorotnikov.vladislav@gmail.com. Носатова Александра Юрьевна - студентка магистратуры МГИМО МИД России Адрес: Россия, 119454, Москва, проспект Вернадского, 76). E-mail: mcshane97.pm@gmail.com. Статья подготовлена при финансовой поддержке РФФИ в рамках проекта № 17-07-00016 "Россия и Центральная Европа: проблемы и перспективы взаимоотношений в условиях мирового политическо-го кризиса".

m

S

О

и

М О

1=

О

* Наступление круглых дат всегда благоприятствует анализу успехов

д и неудач за пройденный период. Отмечаемое в текущем году в постсо-° циалистических странах Центральной Европы пятнадцатилетие присо-о единения к евроатлантическим институтам является хорошим поводом й в очередной раз взглянуть на достижения и трудности на пути интегра-§ ции стран Балтии (Латвии, Литвы, Эстонии) в Европейский союз.

Едва получив фактическую и формальную независимость от Совет™ ского Союза, эти государства поставили перед собой цель присоединиться ^ к ЕС и НАТО. Причины, побудившие их выбрать по сути безальтернатив-^ ную внешнеполитическую и внешнеэкономическую ориентацию, носили комплексный характер, однако имели в своей основе в первую очередь ценностные, цивилизационные, геополитические мотивы. Оставаясь и по сей день в значительной мере постсоветскими (Вендина О., Колосов В., Себенцов А., 2016), Прибалтийские государства весьма остро реагируют на применение в отношении себя этого определения. Однако именно указанный статус имел особую значимость как для них самих, так и для Европейского союза, поскольку международно-правовое оформление «возвращения в Европу» бывших советских республик символизировало и окончательно закрепляло изменение баланса сил в восточноевропейском регионе.

Безусловно, при анализе транзита в странах Балтии большую роль играет то, через какую исследовательскую оптику рассматривать этот процесс. То, что российскими исследователями чаще всего оценивается как неудача, может рассматриваться прибалтийскими или другими западными экспертами как успех, и наоборот. Кроме того, взгляд на всемирно-исторический процесс и стратегическое целеполагание малых стран, безусловно, не может не отличаться от аналогичного в государствах более крупных, а тем более в великих державах. Выпадение из фокуса внимания этого ключевого обстоятельства нередко заводит исследователей в гносеологический тупик.

Вступление в ЕС, безусловно, стало мощным стимулом социально-экономических и политических трансформаций в странах Балтии, вместе с тем завышенные ожидания населения, как это часто бывает в случае фундаментальных, по сути, революционных изменений в обществе, через какое-то время неизбежно порождают фрустрацию. Целью этой статьи о является рассмотреть основные итоги членства стран Балтии в Европейском союзе через призму массового сознания. <

С ч

А

Помимо требуемых структурных изменений в экономике, которые всем странам бывшего социалистического блока требовалось пред-

* принять для вхождения в ЕС (Копенгагенские критерии), важнейшим д инструментом юридического оформления этого шага было проведение ° референдумов. Таким образом, поддержка не только политическим класса сом, но и большинством населения курса на евроинтеграцию изначально й была ключевым фактором этого процесса.

§ Первой (10—11 мая 2003 г.) референдум провела Литва. Если в 1999 г.

£3 поддержка членства в ЕС среди населения составляла только около 29%, ™ то опросы перед референдумом показывали уже результаты 65—70%. ^ Во многом этому способствовало то, что «за» агитировали все основные ^ политические партии. А действующий президент Р. Паксас даже облетел страну на самолете, самостоятельно выполняя на нем различные трюки и таким образом привлекая внимание населения к референдуму. В то же время кампания «против» была организована достаточно слабо и опиралась в основном на производителей молочных продуктов, на русскоязычных и крайних правых националистов (Майу^ L., ишкайе I., 2003). В результате Литва продемонстрировала убедительную победу сторонников европеизма: «за» проголосовало 89,95% пришедших на участки. В населенном преимущественно русскими и русскоязычными городе Висагинас, при явке на выборы практически вдвое ниже общегосударственной, «за» проголосовали 77,92%.

В Латвии и Эстонии опросы Eurobarometer, проведенные в мае 2003 г., показали, что только 47 и 42% опрошенных соответственно высказались за то, что их страны «выиграют от вступления в ЕС», тогда как 29 и 33% опрошенных придерживались противоположного мнения (Mikkel Е., Pridham G., 2004). Однако активная информационная кампания правящих правоконсервативных сил, при фактическом консенсусе мейнстримных политических партий (исключение составила только Центристская партия Эстонии; не поддерживали евроинтеграцию также ряд не определяющих политическую повестку дня крайне правых и левых партий), позволила добиться положительных результатов.

В Эстонии на референдуме, состоявшемся 14 сентября 2003 г., 64,06% (и 57% в русскоязычном регионе Ида-Вирумаа) проголосовавших отдали свой голос за вступление в ЕС. Наконец, в Латвии 20 сентября 2003 г. «за» проголосовали 66,97% пришедших на участки граждан, однако в восточ- < ных, граничащих с Россией и Белоруссией районах Латгалии поддержка о

была крайне низкой: Краславский район — 48,06% «за», 50,36% «против»; Лудзенский район — 49,54% «за», 48,74% «против»; Даугавпилсский район — 48,43% «за», 50,25% «против»; Резекненский район — 51,49% «за», ¡^ 47,19% «против». Причем, собственно, в региональных центрах — Дау-гавпилсе и Резекне — большинство населения проголосовало против — соответственно 67,24 и 55,72%.

А

* Сложившаяся ситуация была вполне предсказуема. Проводившиеся

д еще в 1995 г. опросы показали, что поддержка членства в ЕС среди обеих

° этнических групп (латыши и русские) была примерно одинаковой — «за» о были 70% латышей и 69% русских. При этом в октябре 2003 г., т. е. после й референдума, оказалось, что за евроинтеграцию выступают 57% латы-§ шей и только 20% русских (§йри1е I., 2004) (для сравнения: в Эстонии, по данным экзит-поллов, на референдуме вступление в ЕС поддержали £ 72,8% эстонцев и 56,2% русскоязычных ^кке1 Е., Pridham G., 2004)). ^ Объяснением этому может служить то, что по мере продвижения пере-^ говоров о вступлении, в ходе которых выяснилось нежелание Брюсселя вмешиваться в проблематику демократического дефицита в Латвии (проблема «неграждан», сокращение пространства использования русского языка), поддержка со стороны русских и русскоязычных жителей Латвии сократилась.

В целом референдумы в странах Балтии характеризовались небольшой поддержкой среди населения на начальном этапе, активной кампанией «за» с задействованием административного ресурса крупнейшими политическими силами, с высоким процентом голосов «против» в русскоязычных районах стран и относительно невысокой явкой (Латвия — 71,49%, Литва — 63,37%, Эстония — 64,0%). Этим можно объяснять высокий процент сторонников европейской интеграции в Литве — русскоязычное население в ней значительно меньше, чем в Латвии и Эстонии. Неучтенным в этих странах остался, кроме того, голос так называемых неграждан, число которых в 2004 г. составляло в Латвии более 482 тыс. чел., в Эстонии — более 150 тыс. чел. Если по вопросу членства стран Балтии в НАТО Россия занимала резко отрицательную позицию, то относительно их вступления в ЕС российский подход был более нейтральным. Одним из определяющих его факторов были ожидания, что Брюссель окажет давление на прибалтийские столицы в вопросе ликвидации института «негражданства», однако, как показали прошедшие пятнадцать лет, эти надежды не оправдались. Институт массового безгражданства сохраняется и по сей день: 224 670 чел. (11,43%) — в Латвии и 76 148 чел. (5,9%) — в Эстонии.

Наибольшие опасения, связанные с членством в Евросоюзе, возникали у жителей прибалтийских государств в связи с возможной негативной о динамикой экономического роста, а также с необходимостью передачи части суверенитета наднациональным органам. Одним из основных аргументов противников евроинтеграции стало то, что недавно вышедшим 5

А

из СССР странам Балтии не следует так скоро входить в новый Союз. Последнее и по сей день остается частью в основном маргинального правого и крайне правого дискурса. Исключение составляет Эстония, где вошед-

m 2 о

о

и

1= О

Таблица 1. Поддержка существования Экономического и валютного союза и единой валюты -евро

Страна 2011 г. 2012 г. 2013 г. 2014 г. 2015 г. 2016 г. 2017 г. 2018 г.

ЕС 53 53 52 56 56 58 61 62

Латвия 42 35 53 74 72 78 76 81

Литва 46 43 40 63 67 67 68 67

Эстония 64 69 76 83 82 81 84 85

Источник. Standard Eurobarometer Autumn (2011-2018).

шая в правительство в 2019 г. Консервативная народная партия Эстонии (EKRE), хотя и не ставит под вопрос членство страны в этом объединении, тем не менее жестко выступает против его федерализации.

Интересным в этой связи представляется и то, что позднее, в процессе вхождения в «ядро» ЕС (core states), т. е. вступления в Экономический и валютный союз (ЭВС) и введения единой европейской валюты (Эстония — 2011 г., Латвия — 2014 г., Литва — 2015 г.), правящие элиты вновь столкнулись с общественной оппозицией. Так, накануне введения евро в Латвии этот шаг поддерживали только 20% жителей страны1, в Литве — 41%2, в Эстонии — 25%3. Граждане этих стран опасались возможного роста цен, а также «утраты национальной идентичности». При этом после присоединения к зоне евро, по данным Eurobarometer, поддержка ЭВС и единой валюты в странах Балтии существенно выросла и находится в основном значительно выше среднего показателя по ЕС-28 (см. табл. 1).

Стоит отметить, что в целом евроскептические настроения не нашли существенной поддержки в странах Балтии, они достаточно слабо институционализированы, хотя и характерны для массового сознания (усилились в последние несколько лет под влиянием миграционного кризиса) (Воротников В.В., 2017). В партийно-политической сфере не существует такой политической силы, программа которой вобрала бы весь спектр евроскептических взглядов (вплоть до выхода из ЕС). К примеру, из доклада Европейской комиссии «География недовольства» следует, что

1 Опрос: в Латвии стало больше евроскептиков / Dienas Bizness. - URL http://rus.db.lv/ nachalo/obschestvo/opros-v-latvii-stalo-bol-she-evroskeptikov-56365 (дата обращения:

23.04.2019).

2 Apklausa: Lietuvos gyventojai j eurq ziuri palankiau nei pries metus / Verslo zinios. -05.06.2014 - URL: http://vz.lt/archive/article/2014/6/5/apklausa-lietuvos-gyventojaM-eura-ziuri-palankiau-nei-pries-metus (accessed 23.04.2019).

3 Estonians never wanted the euro / Euobserver.com. - 05.01.2011. - Mode of access: http:// euobserver.com/opinion/31595 (accessed: 23.04.2019).

к

<

и <

• Таблица 2. Явка на выборах в Европейский парламент в 2004-2019 гг.

о

о

и

Страна 2004 г. 2009 г. 2014 г. 2019 г.

ЕС 45,6 43,2 42,5 50,6

Латвия 40,9 53,7 30,2 33,5

Литва 48,4 20,9 47,4 52,9

Эстония 26,8 43,9 36,5 37,6

1= О

Латвия, Литва и Эстония являются одними из стран, граждане которых реже всего голосуют за партии, выступающие против евроинтеграции. В приведенном в нем списке «Топ-40 главных евроскептических партий» государства Балтии не представлены вообще4.

Ввиду небольшого населения страны Балтии имеют незначительное представительство в рамках Европейского парламента (ЕП): Литва — 11 мест (в 2004 г. было 13), Латвия — 9 мест и Эстония — 6 мест. Однако, возможно, именно сохраняющийся еще со времен вступления в ЕС умеренный евроскептицизм определяет невысокую явку населения на выборах в ЕП, причем даже относительно высокие цифры чаще всего не должны вводить в заблуждение: как правило, вместе с общеевропейскими в странах проходят выборы национальные — президентские (в Литве), парламентские или местные (см. табл. 2). Парадоксальным образом это недоверие к власти и неверие в возможность влиять на процесс принятия политических решений на уровне ЕС соседствуют (как будет показано ниже) со значительной общественной поддержкой курса на евроинтегра-цию, а также с общей положительной оценкой европейских институтов и в целом основ, составляющих так называемую европейскую идею.

Действительно, как показывают опросы Евробарометра, население в странах Балтии ощущает демократический дефицит и не верит в возможность влиять на общеевропейские процессы (см. табл. 3). Это, однако, вряд ли стоит рассматривать как исключительно особенность прибалтийских государств, поскольку консоциативная модель функционирования < Европейского союза, где основные политические решения являются о следствием консенсуса элит, рассматривает демократический дефицит как естественное, но неизбежное ее следствие, которое невозможно из- <

The Geography of EU discontent (WP 12/2018) // European Commission. - Luxembourg: Publications Office of the European Union, 2018. - URL: https://ec.europa.eu/regional_policy/ sources/docgener/work/2018_02_geog_discontent.pdf (accessed: 23.04.2019).

4

А

о

о

и

1= О

Таблица 3. Ощущение демократического дефицита

Страна Ответ 2004 г. 2009 г. 2014 г. 2018 г.

ЕС «скорее согласен» 39 38 40 49

«скорее не согласен» 52 53 53 47

Латвия «скорее согласен» 17 14 21 26

«скорее не согласен» 69 78 68 63

Литва «скорее согласен» 33 29 29 35

«скорее не согласен» 46 56 56 54

Эстония «скорее согласен» 21 28 24 22

«скорее не согласен» 71 66 60 68

Источник. Standard Eurobarometer Autumn

жить без демократизации системы всего объединения (Chryssochoou D.N., 2001: 134). Более того, преобладание в структурах ЕС исполнительской элиты, не заинтересованной в появлении единого социокультурного сообщества, способного воздействовать на повестку интеграции, и тесное взаимодействие национальной и европейской бюрократий мешают гражданам четко установить, кто из политиков или иных администраторов ответственен за принятие конкретных политических решений (Стрежнева М.В., 1999: 32).

Вместе с тем характерной особенностью стран Балтии является относительно высокий уровень доверия населения к институтам ЕС, причем в Латвии и Литве он, как правило, еще и значительно выше, чем показатель доверия к собственным национальным органам власти (см. табл. 4).

По данным доклада «Европейцы в 2019 году»5, в Латвии «доверяют» ЕС 46% опрошенных (против 38%, выбравших вариант «не доверяю»), в Литве — 63% и в Эстонии — 50%. В то же время 65% латышей и 56% литовцев не доверяют своему правительству, а в случае парламентов эти значения достигают соответственно 72 и 74%. Тем не менее в сравнении

5 Europeans in 2019. Special Eurobarometer 486 // European Commission. - March 2019. -URL: http://ec.europa.eu/commfrontoffice/publicopinion/index.cfm/Survey/getSurveyDetail/

instruments/SPECIAL/surveyKy/2225 (accessed: 23.04.2019).

к

А

^

С

А

m 2 о

Таблица 4. Уровень доверия ЕС, правительству и парламентам национальных государств

(Респондентам задавался вопрос: «Насколько Вы доверяете определенным институтам. Для каждого из нижеследующих институтов ответьте доверяете ли Вы ему или нет»).

Страна Латвия Литва Эстония ЕС

Ответ 2012 2014 2016 2018 2012 2014 2016 2018 2012 2014 2016 2018 2012 2014 2016 2018

u Доверяю 38 46 45 49 49 59 55 65 46 52 44 53 33 37 36 42

Ш Не доверяю 47 36 40 32 37 25 29 21 38 18 36 25 57 50 54 48

Парламент Доверяю 13 22 21 21 13 17 22 16 29 39 34 44 28 30 32 35

Не доверяю 82 68 75 66 81 76 70 80 65 42 56 42 66 62 62 58

о CÛ ь .о Доверяю 17 28 32 31 21 32 29 28 35 51 37 54 27 29 31 35

m го С^ 1= Не доверяю 77 64 62 58 73 60 61 66 60 32 52 32 68 65 64 59

Источник. Standard Eurobarometer Autumn

с данными 2014 г.6 можно отметить небольшой рост доверия к национальным институтам, поскольку тогда более 80% латышей и литовцев и 55% эстонцев заявили о недоверии к национальным парламентам, а недоверие к правительству отметили более 75% латышей и литовцев и 51% эстонцев.

Респондентам в рамках исследования был также задан вопрос о том, что лично для них означает членство в ЕС. 64% латышей, 74% литовцев и 76% эстонцев заявили, что для них это в первую очередь свобода передвижения («свобода путешествовать, учиться и работать») в рамках всего Европейского союза. Второе, третье и четвертое места в их ответах заняли наличие единой валюты — евро (25% латышей, 23% литовцев и 43% эстонцев), поддержание мира (21% латышей, 26% литовцев, 23% эстонцев) и культурное разнообразие (25% латышей, 33% литовцев, 26% эстонцев).

6 Europeans in 2014. Special Eurobarometer 415 // European Commission. - March 2014. -URL: http://ec.europa.eu/commfrontoffice/publicopinion/index.cfm/Survey/getSurveyDetail/ instruments/SPECIAL/yearFrom/2014/yearTo/2019/surveyKy/2039/p/2 (accessed:

23.04.2019).

о

о

и

1= О

Несмотря на общий рост благосостояния и качества жизни населения как следствия проводимой в ЕС политики сплочения (см. табл. 5), свобода передвижения, обучения и трудоустройства на пространстве Европейского союза неспроста занимает, с точки зрения простого жителя стран Балтии, первую строчку в числе основных положительных характеристик ЕС.

Для Латвии, Литвы и Эстонии проблема массовой эмиграции и ползучей депопуляции приобрела в последние десятилетия стратегическое значение. Только по официальным данным, за 15 лет население государств Прибалтики сократилось: в Латвии — на 15,66%, в Литве — на 17,8%, в Эстонии — на 3,04%. При этом чистый отток населения вследствие миграционных процессов составил в Латвии более 225 тыс. чел., в Литве — 428 тыс. чел. и в Эстонии — 6,7 тыс. чел. (см. табл. 5). Эстония, как видно из приводимых цифр, успешнее справляется с соответствующими проблемами (хотя с 1991 по 2019 г. ее население также сократилось — с 1 567 749 до 1 324 820 человек, т. е. на 15,5%). Вместе с тем столь незначительная цифра не должна вводить в заблуждение, поскольку приводимая ниже таблица показывает только зарегистрированные миграционные потоки, тогда как и в эстонском случае число незарегистрированных трудовых мигрантов за прошедшие годы может оцениваться не менее чем в 100—120 тыс. человек. Кроме того, основным пунктом

Таблица 5. Некоторые показатели качества экономического развития в странах Балтии

Страна ВВП на душу населения по ППС

2004 г. 2018 г. 2004 г. 2018 г. 2005 г. 2018 г. 2004 г. 2018 г.

Латвия 10,3 21,7 45,8 70 46,3 28,4 0,788 0,847

Литва 11,0 24,9 48,9 81 41,0 29,62017 0,798 0,858

Эстония 12,2 25,1 54,0 81 25,9 24,4 0,814 0,871

ЕС 22,5 30,9 100 100 25,7 22 42017 - -

А

с

о

к

А

^

С ч

А

Источники. Данные по ВВП по ППС и количество жителей стран Балтии, находящихся в условиях риска бедности или социальной исключенности - Eurostat database (URL: https://eceuropa.eu/eurostat/data/database);

данные по ИЧР - UN Human Development Report (URL: http://www.hdr.undp.org/en/data).

гл 2 о

о

и

1= О

назначения для эстонских мигрантов является Финляндия (благодаря ее географической и этнокультурной близости), а потому миграция часто носит временный характер и именно поэтому отсутствует практическая необходимость в ее регистрации.

Таким образом, своеобразное «голосование ногами» показывает, что население стран Балтии на уровне практических действий положительно

Таблица 6. Внешняя

Страна Латвия Литва Эстония

я я я

Год Эмиграция Иммиграция Нетто-миграци

2004 20 167 4 844 -15 323 37 691 5 553 -32 138 2 927 1 097 -1 830

2005 17 643 6 691 -10 952 57 885 6 789 -51 096 4 610 1 436 -3 174

2006 17 019 8 212 -8 807 32 390 7 745 -24 645 5 527 2 234 -3 293

2007 15 463 7 517 -7 946 30 383 8 609 -21 774 4 384 3 741 -643

2008 27 045 4 678 -22 367 25 750 9 297 -16 453 4 406 3 671 -735

2009 38 208 3 731 -34 477 38 500 6 487 -32 013 4 658 3 884 -774

2010 39 651 4 011 -35 640 83 157 5 213 -77 944 5 294 2 810 -2 484

2011 30 311 10 234 -20 077 53 863 15 685 -38 178 6 214 3 709 -2 505

2012 25 163 13 303 -11 860 41 100 19 843 -21 257 6 321 2 639 -3 682

2013 22 561 8 299 -14 262 38 818 22 011 -16 807 6 740 4 098 -2 642

2014 19 017 10 365 -8 652 36 621 24 294 -12 327 4 637 3 904 -733

2015 20 119 9 479 -10 640 44 533 22 130 -22 403 13 003 15 413 2 410

2016 20 574 8 345 -12 229 50 333 20 162 -30 171 13 792 14 822 1 030

2017 17 724 9 916 -7 808 47 925 20 368 -27 557 12 358 17 616 5 258

2018 15 814 10 909 -4 905 32 206 28 914 -3 292 10 476 17 547 7 071

I 346 479 120 534 -225 945 651 155 223100 -428 055 105 347 98 621 -6 726

Источники. Статистические ведомства Латвии, Литвы и Эстонии

* оценивает результаты вступления своих государств в Европейский союз, д активно пользуясь одним из наиболее значимых достижений европей-

о

ской интеграции — свободой перемещения в рамках объединения. Для о самих же прибалтийских экономических систем проблема оттока насей ления усугубляется тем, что эти страны покидают в основном люди наи-§ более трудоспособного и социально перспективного возраста (от 25 до 44 лет), которые впоследствии забирают с собой и членов семьи, а это еще ™ больше снижает размеры и качество человеческого капитала в государ-^ ствах. Хотя это позволяет уменьшать уровень социально-политической ^ напряженности (в особенности в период кризисов, как, например, было в 2008—2009 гг., когда безработица, в особенности молодежная, начала принимать угрожающие масштабы — см. табл. 7, 8), отток населения

Таблица 7. Уровень безработицы в странах Балтии

Год 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018

ЕС" 9,2 9,1 8,3 7,2 7,0 9,0 9,6 9,6 10,4 10,8 10,2 9,4 8,6 7,6 6,8

Латвия 11,7 10,0 7,0 6,1 7,7 17,5 19,5 16,2 15,0 11,9 10,8 9,9 9,6 8,7 7,4

Литва 10,9 8,3 5,8 4,3 5,8 13,8 17,8 15,4 13,4 11,8 10,7 9,1 7,9 7,1 6,2

Эстония 10,1 8,0 5,9 4,6 5,5 13,5 16,7 12,3 10,0 8,6 7,4 6,2 6,8 5,8 5,4

" Статистические показатели даются с учетом изменения состава ЕС: в 2004-2006 гг. - 25 в 2007-2013 гг. - 27 и в 2014-2018 гг. - 28 государств. Таблица 8. Уровень молодежной безработицы в странах Балтии

Год 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018

ЕС" 18,9 18,9 17,5 15,8 15,9 20,3 21,3 21,7 23,2 23,6 22,2 20,3 18,7 16,8 15,2

Латвия 20,0 15,1 13,6 10,6 13,6 33,3 36,2 31,0 28,5 23,2 19,6 16,3 17,3 17,0 12,2

Литва 21,8 15,8 10,0 8,4 13,3 29,6 35,7 32,6 26,7 21,9 19,3 16,3 14,5 13,3 11,1

Эстония 23,9 15,1 12,1 10,1 12,0 27,4 32,9 22,4 20,9 18,7 15,0 13,1 13,4 12,1 11,9

"Статистические показатели даются с учетом изменения состава ЕС: в 2004-2006 гг. - 25, в 20072013 гг. - 27 и в 2014-2018 гг. - 28 государств.

<

Источник. Eurostat database

* снижает объемы налоговых поступлений, что свою очередь затрудняет g осуществление социальных выплат. Таким образом, Латвия, Литва и Эсто-° ния столкнулись со своеобразным «парадоксом», «замкнутым кругом» — о массовая эмиграция снижает уровень социальной напряженности, но ее >s последствия создают предпосылки для неё.

g С учетом прагматичного настроя современной молодежи, что характерно не только для стран Балтии, но и в целом для всего постсовет™ ского и постсоциалистического пространства, и их большей ориентиро-^ ванности не на национальные ценности, а на достижение собственного

1Л

^ благополучия (получение хорошего образования, высокооплачиваемой работы, карьерные перспективы) возможность безвизового выезда на учебу также рассматривается как важное преимущество свободы передвижения в рамках ЕС. Так, количество абитуриентов из Латвии, поступивших в вузы стран ЕС (наибольшей популярностью пользуются вузы Германии, Финляндии, Швеции, Дании, Франции, Испании), увеличилось с 2004 по 2012 г. с 788 до 2 тыс. человек (The different faces.../ 2015: 226). Примерно аналогичная ситуация в Литве и Эстонии: европейские учебные заведения высшего образования там ежегодно выбирают соответственно примерно 2,5—3 тыс. и более 1 тыс. человек. (Для сравнения: в российских вузах в 2016/17 учебном году обучалось только 1474 студента из всех трех стран Балтии7.) Несмотря на реализуемые в Прибалтийских государствах меры по возвращению выпускников западных вузов, в реальности назад приезжают работать единицы, что также не способствует развитию качества человеческого капитала.

При реализуемой неолиберальной стратегии социально-экономического развития и существующей миграционной модели (нетто-экс-портеров рабочей силы) Европейская комиссия прогнозирует к 2060 г. снижение численности населения в Латвии на 30,7%, в Литве — на 38,1% (наибольшие показатели в ЕС), в Эстонии — на 17,2%. При этом заметно вырастет налоговая нагрузка на трудоспособное население, поскольку его численность сократится (в Латвии — с 66,6 до 55,7%, в Литве — с 67,0 до 56,5%, в Эстонии — c 66,0 до 54,9%), тогда как количество лиц в возрасте старше 65 лет вырастет: в Латвии — с 18,9 до 28,0%, в Литве — с 18,3 до 25,8%, в Эстонии — с 18,2 до 29,9% (The 2015 Ageing Report./ 3 2015: 22). Доклад ООН «Мировые демографические перспективы-2019» о подтверждает тенденцию, хотя дает несколько меньшие, но не менее угрожающие цифры. Прогнозируется, что в 2050 г. в Латвии будет проживать всего 1 479 млн человек (-22,45% по сравнению с 2019 г.) и в 2100 г. — ¡^

А

7 Экспорт российских образовательных услуг: Статистический сборник. Вып. 8 // Министерство образования и науки Российской Федерации. М.: Социоцентр, 2018. C. 41.

• 1 114 млн человек (-41,59%); в Литве — 2 121 млн человек (-23,16%) и 1 д 524 млн чел. (-44,79%) и в Эстонии — 1 158 (-12,67%) и 838 тыс. человек

о

о

и

(-36,81%)8.

§ Несмотря на доминирование на Западе неолиберальных полити-

ческих и социально-экономических практик, ключевыми критериями ™ успешности развития общества остаются уровень жизни и качество чело-

Ш

^ веческого капитала. Хотя по формальным критериям государства Балтии ^ за прошедшие полтора десятилетия членства в ЕС достигли значительных успехов, что было подтверждено их присоединением к Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), и им удалось частично сократить отставание от европейских лидеров, демографические проблемы, с которыми они столкнулись, являются ярким свидетельством тех трудностей, которые испытывают малые страны (малые открытые экономики) под воздействием процессов глобализации. Несмотря на предпринимаемые Брюсселем усилия по сглаживанию региональных социально-экономических диспропорций, в Латвии, Литве и Эстонии по-прежнему сохраняется один из самых высоких в ЕС уровней бедности и наблюдается значительная безработица, которые тем не менее сглаживаются массовой эмиграцией. Она, в свою очередь, является одной из главных проблем стран Балтии — свобода передвижения в пределах Европейского союза и Европейской экономической зоны привела к оттоку населения из Латвии, Литвы и Эстонии в страны с более высокими зарплатами и уровнем жизни. Приток квалифицированной рабочей силы, которая одновременно является носителем традиционных европейских ценностей, безусловно, выгоден странам-реципиентам. Однако, решая краткосрочные проблемы (т. е. снижая безработицу и социальную напряженность), он несет долгосрочную угрозу для стран Балтии — сокращение налоговых поступлений и в перспективе — трудности с выплатой пенсий и пособий стареющему населению этих стран.

При этом опросы общественного мнения показывают, что жители Латвии, Литвы и Эстонии в основном положительно оценивают различные аспекты членства своих стран в Европейском союзе и считают свободу 2 передвижения основным достижением. Исследования, проведенные «Ев- о робарометром», демонстрируют высокий уровень доверия в странах Балтии к Европейскому союзу и его ключевым институтам, но в то же время

World Population Prospects 2019. Data Booklet // United Nations, Department of Economic and Social Affairs. - URL: https://population.un.org/wpp/Publications/Files/WPP2019_ DataBooklet.pdf (accessed: 23.04.2019).

к

А

^

С

А

низкий — к собственным властям. Это должно стать важным сигналом для политического класса прибалтийских государств. Масштабы эмиграции, хотя и являются объективным показателем положительной оценки населением основных достижений от членства в ЕС, в то же время демонстрирует явные недостатки той социально-экономической модели, в рамках которой страны Балтии развиваются последние три десятилетия. Это обстоятельство ставит под вопрос, безусловно, не сам факт государственности стран Прибалтики, но качество этой государственности и их национального проекта, т. е. сохранения в долгосрочной перспективе той национальной (в первую очередь этнической) идентичности, что позиционируется на концептуальном уровне как основная цель государственной политики.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Вендина О., Колосов В., Себенцов А. Является ли Прибалтика частью постсоветского пространства? — М.: Ассоциация книгоиздателей «Русская книга», 2016. — 32 с. Воротников В.В. Страны Балтии в условиях Brexit: еврооптимизм vs евроскептицизм // Контуры глобальных трансформаций: политика, экономика, право. 2017. Т. 10. № 1. С. 122 — 140.

Стрежнева М.В. ЕС и СНГ: сравнительный анализ институтов. М., 1999. — 265 с. Chryssochoou D.N. Theorizing European Integration. - London: SAGE Publications, 2001. — 226 p. Mazylis L., Unikaite I. Referendum briefing No. 8. The Lithuanian EU accession referendum. 1011 May 2003 // European parties, elections and referendums network: EPERN Referendum Briefings. — Sussex European Institute, 2003. — Pp.1 — 11. Mikkel E., Pridham G. Clinching the "Return to Europe": The Referendums on EU Accession in Estonia and Latvia // West European Politics. — 2004. — 27:4. — Pp. 716—748. — DOI: 10.1080/0140238042000249958. Supule I. Velreiz par referendumu: etniska skelsanas balsojuma par Latvijas iestasanos ES. Petijumu rezultati / Baltijas Socialo zinatnu instituts. — 24.02.2004. — URL: http://providus. lv/article/velreiz-par-referendumu-etniska-skelsanas-balsojuma-par-latvijas-iestasanos-es-petijumu-rezultati (Accessed 23.04.2019). The 2015 Ageing Report. Economic and budgetary projections for the 28 EU Member States (2013—2060) // European Commission. — European Economy series, 2015, №3. — P. 22. — URL: https://ec.europa.eu/economy_finance/publications/european_economy/2015/pdf/ ee3_en.pdf (Accessed 23.04.2019). The different faces of "soft power": the Baltic States and Eastern Neighborhood between Russia and the EU // Ed. by T. Rostoks and A. Spruds. — Latvian Institute of International Affairs, 2015. — 256 p.

REFERENCES

Vendina O., Kolosov V., SebencovA. Javljaetsja li Pribaltika chast'ju postsovetskogo prostranstva? [Are the Baltic States Part of the Post-Soviet Space?] — M.: Associacija knigoizdatelej «Russkaja kniga», 2016. — 32 s. Vorotnikov V.V. Strany Baltii v uslovijah Brexit: evrooptimizm vs evroskepticizm [The Baltic States in the context of Brexit: Euro-optimism vs Euroscepticism]. In: Kontury global'nyh transfor-macij: politika, jekonomika, pravo. — 2017. — Tom 10. — Nomer 1. — S. 122—140.

2 о

о

и

1= О

к

А

^

С Ч

А

• Strezhneva M.V. ES i SNG: sravnitel'nyj analiz institutov [The EU and the CIS: Comparative Analysis m of the Institutions]. - M.: 1999. - 265 s.

o Chryssochoou D.N. Theorizing European Integration. — London: SAGE Publications, 2001. — 226 p. Z Mazylis L., Unikaite I. Referendum briefing No. 8. The Lithuanian EU accession referendum. 10—11 ° May 2003. In: European parties, elections and referendums network: EPERN Referendum

Briefings. — Sussex European Institute, 2003. — Pp.1 — 11. o Mikkel E., Pridham G. Clinching the "Return to Europe": The Referendums on EU Accession in m Estonia and Latvia. In: West European Politics. — 2004. — 27:4. — Pp. 716—748. — DOI:

m 10.1080/0140238042000249958.

w Supule I. Velreiz par referendumu: etniskä skelsanäs balsojumä par Latvijas iestäsanos ES. Peti-jumu rezultäti / Baltijas Sociälo zinätnu institüts. — 24.02.2004. — URL: http://providus.lv/ article/velreiz-par-referendumu-etniska-skelsanas-balsojuma-par-latvijas-iestasanos-es-pe-tijumu-rezultati (Accessed 23.04.2019).

The 2015 Ageing Report. Economic and budgetary projections for the 28 EU Member States (20132060) // European Commission. — European Economy series, 2015, №3. — P. 22. — URL: https://ec.europa.eu/economy_finance/publications/european_economy/2015/pdf/ee3_en.pdf (Accessed 23.04.2019).

The different faces of "soft power": the Baltic States and Eastern Neighborhood between Russia and the EU // Ed. by T. Rostoks and A. Sprüds. — Latvian Institute of International Affairs, 2015. — 256 p.

Baltic States in the EU (2004-2019): social dimension

Authors. Vladislav V. Vorotnikov, PhD (History), Leading Research Fellow, Department of Central and Eastern European studies, Institute of Europe RAS; Senior Research Fellow, Centre for European Studies, Institute for International Studies, MGIMO-University; Associate Professor, Department for European and American Studies, MGIMO-University; Address: 11-3, Mokhovaya str., Moscow, 125009, Russia; E-mail: vorotnikov.vladislav@gmail.com.

Alexandra Yu. Nosatova, MA Student, MGIMO-University; Address: Prospect Vernadskogo, 76, Moscow, 119454, Russia; E-mail: mcshane97.pm@gmail.com.

Abstract. The article is devoted to the analysis of the main results of the Baltic States' (Estonia, Latvia, Lithuania) membership in the European Union through the prism of public opinion. Within 15 years, these countries have achieved significant macroeconomic progress, but they have not been able to reduce the gap in living standards compared to the EU leaders. The Baltic States still witness one of the highest levels of poverty in the EU and rather high unemployment rates, however these problems are balanced with mass emigration. Citizens of the Baltic

countries name freedom of movement as the main achievement of the EU. It allows them to

<

study and work within the entire territory of the union. Whilst being an advantage for ordinary i= people and reducing social tension, the outflow of the population from the Baltic States poses " a significant threat to their socio-economic development in the long term. Despite the ambiguity of the results of the EU membership, the population positively assesses most aspects of <

participation, and the key EU institutions enjoy much more confidence than national authorities.

Key words: Baltic States, Estonia, Latvia, Lithuania, European Union, democratic deficit, Cohesion policy, labour migration.

4

А