«Письма к Луначарскому» В. Г. Короленко: приемы эпистолярной полемики

Вестник Волжского университета имени В.Н. Татищева № 4 (17) 2014

УДК: 8Р2

ББК: 83.3(2Рос=Рус)6

Шалимова Е.В.

«ПИСЬМА К ЛУНАЧАРСКОМУ» В.Г. КОРОЛЕНКО: ПРИЕМЫ ЭПИСТОЛЯРНОЙ ПОЛЕМИКИ

Shalimova E. V.

THE "LETTERS TO LUNACHARSKY" V.G. KOROLENKO: EPISTOLARY CONTROVERSY TECHNIQUES

Ключевые слова: публицистические письма, коммуникативная стратегия, презентация, манипуляция, конвенция, полемика, В.Г. Короленко.

Key words: journalistic letters, communication strategy, presentation, manipulation, convention, controversy, V.G. Korolenko.

Аннотация: в статье рассматриваются особенности «писем вождю», дистанционной полемики и проявление коммуникативных стратегий в отечественной публицистике послереволюционного периода ХХ века. Автором осуществляется попытка выявить средства реализации данных стратегий в текстах «Писем к Луначарскому» В.Г. Короленко 1920 года.

Abstract: the article considers features of «letters to leader», remote controversy and the manifestation of communication strategies in the national opinion journalism of the post-revolutionary period of the twentieth century. The author makes an attempt to identify how these strategies are implemented in the "Letters to Lunacharsky" V.G. Korolenko, 1920.

Введение

Письмо - это одна из основных форм установления диалога между людьми в обыденной жизни. В широком смысле оно понимается как послание от адресанта к адресату, содержащее определенную информацию. При анализе особенностей письма как жанра важно учитывать момент его перехода от разновидности личной переписки в статус публицистического. Такой статус письмо приобретает в случае, когда оно содержит социальную проблему и публикуется в печати или обнародуется (посредством распространения в списках). Из отечественной истории известны примеры личной и деловой переписки, имевшие важное общественное значение: переписка Ивана Грозного с князем Курбским (XVI в.); послания старца Филофея (XVI в.); Федора Карпова (XVI в.), протопопа Аввакума (XVII в.) и др. Жанровые особенности публицистического письма исследуются в работах таких современных теоретиков журналистики и публицистики, как А.И. Акопов, Л.Е. Кройчик, А.А.Тертычный1 и др. Они предлагают различать две основные группы писем: письма читателей и открытые письма2. В рамках нашего исследования представляет интерес жанр открытого письма. Акопов дает следующее его определение: «<...> это обращение по поводу важного общественного явления, острой проблемы, событий или фактов, могущих повлечь за собой опасные последствия, предназначенное для опубликования в печати»3.

Из всей массы открытых писем можно выделить группу, которая обладает рядом признаков:

1. Адресант - известная личность, адресат - политический деятель или человек, наделенный конкретными полномочиями;

2. Актуальность, насущность, социальная значимость поднимаемой проблемы;

3. Строгая аргументированность и убедительность письма. В таком случае позиция адресанта должна находить широкий отклик у читателя. Автор, учитывая, что письмо будет опубликовано и станет достоянием массовой аудитории, выступает адвокатом общественных интересов и рассчитывает на широкий резонанс.

Данную группу, вслед за исследователем Е.В. Суровцевой, уместно обозначить как «письма вождю»4. Суровцева, в свою очередь, опирается на текст А.И. Солженицына «Письмо вождям Советского Союза» (1973г.), на его основе предлагает использовать «письмо вождю» как отдельную жанровую единицу. Суровцева исследует широкий пласт писем русских писателей, адресованных представителям власти. Формулировку «письма вождю» вполне уместно использовать и в рамках нашего исследования, так как литературная деятельность зачастую тесно переплеталась с публицистической.

«Письма вождю» были особенно популярны в России, начиная с 1920-х годов, хотя возникли и сформировались намного раньше. Двадцатые годы - это время глобальных постреволюционных изменений в России, пожалуй, беспрецедентных по своим масштабам, со всеми острыми проблемами, которые повлек за собой мощный революционный процесс. Зачастую требовалось оперативное решение этих проблем от людей, наделенных властью, поэтому увеличивалось число обращений к ним, соответственно, возрастал поток «писем вождю». К данной форме письма обращались представители интеллигенции, чаще всего это были видные литераторы, публицисты, журналисты. Именно такие публицистические письма

1 См. Акопов А.И. Аналитические жанры публицистики. Письмо. Корреспонденция. Статья: учеб.-метод. пособие для студентов-журналистов. - Ростов н/Д.: Изд-во института массовых коммуникаций, 1996.; Кройчик Л. Е. Система журналистских жанров // Основы творческой деятельности журналиста: учебник для студ. вузов по спец. «Журналистика» / ред.-сост. С.Г. Корконосенко. - СПб.: Знание, СПбИВЭСЭП, 2000.; Тертычный А.А. Аналитическая журналистика: учеб. пособие для студентов вузов. - М.: Аспект Пресс, 2010.

2 См. Акопов А.И. Указ. соч. - С. 12; Кройчик Л.Е. Указ. соч. - С. 159.

3 Акопов, А.И. Указ. соч. - С. 18.

4 Суровцева, Е.В. использует формулировку «письма вождю» в следующих работах: «Жанр "письма вождю" в тоталитарную эпоху (1920-е - 50-е годы)» (М.: АИРО-ХХ1, 2008. 168 с.), «Жанр "письма вождю" в советскую эпоху (1950-е - 80-е гг.) (М.: АИРО-ХХ1, 2010. 128 с.).

ярко иллюстрируют общественно-политическую ситуацию в стране в этот период.

Письмо как диалоговая форма представляется нам в виде поединка адресанта и адресата или, говоря словами А.А. Тертычного, при написании «письма вождю» происходит «приглашение на открытую арену, где он [адресат] должен продемонстрировать на виду у всех не только свои профессиональные качества или свою власть, но и личное мужество, свой интеллект, нравственную стойкость. Естественно, не каждый способен выступить в роли рыцаря на турнире, лицом к лицу с оппонентом»5. Возлагая на себя роль оппонента, автор письма осознавал всю опасность «турнира» и предполагал возможность самых нежелательных для себя последствий. Однако авторитет адресанта и его вес в обществе, как правило, не позволял адресату проигнорировать письменное обращение и побуждал его выступить с ответом.

Шесть писем адвоката нации

В рассматриваемый нами период 20-х годов ХХ века продолжает формироваться практика письменного диалога с властью. Следует учитывать специфику данного периода. Это были годы диктатуры, которая не терпит ни малейшей критики режима. В таких условиях решиться на откровенный разговор с властью мог не каждый. Тем не менее можно назвать тех, кто взял на себя смелость вести переписку с представителями нового режима. Среди них особенно активно переписку с властью вел, например, М. Горький (его письма к В.И. Ленину, председателю совнаркома СССР А.И. Рыкову), свое мнение также высказывал журналист, писатель В.Г. Короленко (письма к наркому просвещения Луначарскому). В контексте рассматриваемого нами вопроса именно письма Короленко являются наиболее «социально заточенными» и максимально соответствуют, на наш взгляд, следующему принципу открытого письма: «<...>в тексте отчетливо прослеживается коммуникативная цепочка: автор - проблема - адресат. Персональная

адресность письма в сочетании с его проблемностью делает послание максимально

6

актуализированным» .

В первую очередь необходимо отметить личность самого автора писем. К 1920 году Короленко был широко известен как талантливый писатель, умудренный опытом

у

журналист и публицист, неоднократно выступавший в защиту народных интересов , воинствующий гуманист, получивший в народе звание «совести нации», адвоката, заступника. В таком статусе Короленко

7 июня 1920 года встретился с А.В. Луначарским на Украине, в Полтаве на митинге в городском театре. Луначарский в это время занимал пост народного комиссара просвещения. Короленко попросил Луначарского спасти от расстрела пятерых местных жителей. Нарком заверил, что сделает все возможное, но на следующий день Владимир Галактионович узнал, что расстрел все же состоялся. Также при встрече обсуждались проблемы политики советской власти, в результате чего Луначарский предложил следующий вариант продолжения разговора: «...он-де [Короленко] пришлет мне несколько писем, в которых откровенно изложит свою точку зрения на происходящие в России события, .я по получении писем посоветуюсь с ЦК партии, удобно ли их печатать, причем за мною оставалось право ответить на них теми аргументами, которые я найду подходящими» .

За период с 22 июня по 19 сентября 1920 года Короленко написал и отправил

5 Тертычный, А.А. Аналитическая журналистика: учеб. пособие для студентов вузов. - М.: Аспект Пресс, 2010. - С. 321.

6 Кройчик, Л.Е. Система журналистских жанров // Основы творческой деятельности журналиста: учебник для студ. вузов по спец. «Журналистика» / ред.-сост. С.Г. Корконосенко. - СПб.: Знание, СПбИВЭСЭП, 2000. - С. 159.

7 Цикл эссе «В голодный год», разоблачающий голод 1891-1892 гг.; «Мултанское дело» 1892 г.; «Сорочинская трагедия» 1906 г., обличавшая царских карателей; «Бытовое явление» 1910 г., в котором критиковались действия царского правительства после революции 1905 г. и др.

8 Луначарский, А.В. Силуэты. - М.: Мол. гвардия, 1965. - С. 101.

наркому просвещения шесть писем, в которых он систематично и обстоятельно выразил свою позицию относительно сложившейся обстановки в стране и жестоких действий властей. В каждом письме Короленко использовал определенные приемы убеждения адресата, чтобы вызвать ответную реакцию оппонента и вовлечь его тем самым в диалог. Необходимо учитывать, что та полемика, которую старался спровоцировать Короленко, носила характер дистанционной и осуществлялась в форме писем. Такие условия обуславливали специфические черты диалога, осуществляемого между адресантом и адресатом писем. Короленко использует ряд приемов эпистолярной полемики.

Публицист начинает свои обращения с фактического подтверждения беззакония, вседозволенности и противоречивости политики новой власти. Так, в начале первого же письма звучат следующие слова: «<...>кошмарный эпизод с расстрелами во время вашего приезда как будто лег между нами такой преградой, что я не могу говорить ни о чем, пока не разделаюсь с ним. Мне невольно приходится начинать с этого эпизода. Уже приступая к разговору с вами (вернее, к ходатайству) перед митингом, я нервничал, смутно чувствуя, что мне придется говорить напрасные слова над только что зарытой могилой. Но - так хотелось поверить, что слова начальника Чрезвычайной комиссии имеют же какое-нибудь основание, и пять жизней еще можно спасти. Правда, уже и по общему тону вашей речи чувствовалось, что даже и вы считали бы этот кошмар в порядке вещей... но... человеку свойственно надеяться... И вот, на следующий день, еще до получения вашей записки, я узнал, что мое смутное предчувствие есть факт: пять бессудных расстрелов, пять трупов легли между моими тогдашними впечатлениями и той минутой, когда я со стесненным сердцем берусь за перо. Только два-три дня назад мы узнали из местных "Известий" имена жертв»9. Далее Короленко подробно рассматривает ситуацию с расстрелами, произошедшими без выяснения виновности или невиновности попавших под пулю. В пяти последующих письмах также присутствуют конкретные примеры революционного произвола. Используя такой прием, Короленко формирует фактологическую основу своих текстов, делая их тем самым более доказательными и аргументированными.

Анализируя политическую ситуацию в стране, публицист сопоставляет беззаконие царского режима с аналогичным положением в постреволюционной России, замечая, что самодержавие порой было более лояльным: «При царской власти я много писал о смертной казни и даже отвоевал себе право говорить о ней печатно много больше, чем это вообще было дозволено цензурой. Порой мне удавалось даже спасать уже обреченные жертвы военных судов, и были случаи, когда после приостановления казни получались доказательства невинности, и жертвы освобождались (напр., в деле Юсупова), хотя бывало, что эти доказательства приходили слишком поздно (в деле Глускера и др.). Но казни без суда, казни в административном порядке - это бывало величайшей редкостью даже и тогда»10.

Помимо обращения к прошлому нашей страны, Короленко иллюстрирует текст своих писем примерами из опыта развитых стран Европы и Америки, пытаясь таким приемом подчеркнуть, что Россия была не готова к социалистической революции: «<... >мы не видим, что как раз те страны, где есть наиболее развитые объективные и субъективные условия, как Англия, Франция, Америка, отказываются примкнуть к социальной революции, тогда как, наоборот, Венгрия уже объявила у себя советскую республику <...>»11.

Указанные выше приемы свидетельствуют о тщательной проработке темы каждого письма и глубоком проникновении в суть проблем.

В своих посланиях Короленко обозначает главную для себя ценность -человеческую жизнь, которую непозволительно приносить в жертву политической идее: «Насколько мой слабый голос будет в силах, я до последнего дыхания не перестану

9 Короленко, В. Г. Письма к Луначарскому // Новый мир. - 1988. - № 10. - С. 199.

10 Короленко, В. Г. Письма к Луначарскому // Новый мир. - 1988. - № 10. - С. 199.

11 Короленко, В.Г. Указ. соч. - С. 202.

протестовать против бессудных расстрелов и против детоубийства» . Публицист тем самым обвиняет власть в истреблении своего народа, он говорит: «Вы допустите, вероятно, что я не менее любого большевика люблю наш народ; допустите и то, что я доказал это всей приходящей к концу жизнью... Но я люблю его не слепо, как среду, удобную для тех или других экспериментов, а таким, каков он есть в действительности» . Высказываясь так резко, Короленко пытается как можно больнее «задеть» своего оппонента, что тоже является способом пригласить адресата к разговору, спровоцировать полемику, пусть и в форме писем.

Перетекая из письма в письмо, эта тема присутствует во всех шести его текстах. Автор целенаправленно «бьет в одну точку», чтобы подвигнуть власти на ответные действия. Такой прием свидетельствует о четкой гражданской позиции адресанта и о его стремлении дойти до поставленной цели - подтолкнуть адресата к письменному ответу и главное - вызвать действенную реакцию.

Адресант - адресат: особенности диалога Короленко и Луначарского

В своих обращениях Короленко старался убедить Луначарского в необходимости поступательных и более гуманных действий в политике властей. Ситуация сложившегося спора, определенного противостояния между адресантом писем и адресатом способствует изучению коммуникативных стратегий ^здесь и далее курсив мой - Е.Ш.), выбранных Короленко для отстаивания собственной позиции.

В определении термина «коммуникативная стратегия» мы склонны согласиться с Ю.А. Мартыновой, придерживающейся следующей его трактовки: «концептуально положенное в технологии мировоззренческое намерение и его действенное осуществление касательно производства содержания коммуникационного процесса, то есть выбор того или иного коммуникативного пространства, той или иной среды коммуникации, того или

14

иного типа взаимодействия, того или иного места порождения смысла.» . Исследователи коммуникации выделяют, как правило, три основных типа коммуникативных стратегий - презентационный, манипуляционный и конвенциональный. Первый тип представляет собой пассивную коммуникацию, его задача заключается в сообщении знания. Манипуляционный тип является активным и подразумевает воздействие на адресата, несколько завуалированное управление его поведением и владение сложившейся ситуацией. Конвенциональный тип подразумевает осуществление интерактивной коммуникации и ориентируется на организацию диалога. Данный тип направлен на достижение договора и согласованного поведения между участниками установившегося общения.

Короленко организовал изложение своих взглядов на современность таким образом, что мы можем выявить в письмах наличие всех трех стратегий. Автор удачно сочетал их, усиливая тем самым убедительность шести эпистолярных посланий. Публицист осознавал, что его письма будут прочитаны высокопоставленным государственным деятелем, а именно наркомом просвещения тех лет. Политический и социальный статус Луначарского обязывал Короленко отнестись к процессу написания писем с особой ответственностью. Поэтому в текстах наблюдается стройная композиция, логичный и обоснованный ход мысли.

Первое, на что мы обращаем свое внимание при анализе писем, - это регулярное, систематичное обращение публициста к личности адресата, его действиям и поступкам: «Я, конечно, не забыл своего обещания написать обстоятельное письмо <. ..> Но вот кошмарный эпизод с расстрелами во время вашего приезда <.> Уже приступая к разговору с вами <.> И

12 Короленко, В.Г. Указ. соч. - С. 203.

13 Короленко, В.Г. Указ. соч. - С. 208.

14 Мартынова, Ю.А. Анализ коммуникативных стратегий в общественно-публицистическом дискурсе // Известия Саратовского ун-та. Т. 9. Сер. Социология. Политология, вып. 2. - С. 97.

вот, на следующий день, еще до получения вашей записки <...>»15. Частая апелляция к собеседнику, а также указание на его присутствие в тексте писем активизирует внимание последнего и способствует организации процесса самоанализа в сознании адресата. Данный прием можно отнести к манипуляционной стратегии. С его помощью публицист ненавязчиво сигнализирует Луначарскому о причастности наркома просвещения к описываемым послереволюционным действиям и о необходимости изменения происходящего в стране. Короленко пытается управлять ходом мысли потенциального собеседника и побуждать его к корректировке политики властей.

Закрепление личных рассуждений публициста и отстаивание собственной позиции происходит за счет обилия аргументов, примеров из истории и апелляции к авторитетам прошлого. Для Короленко важно убедить в своей правоте конкретную личность -Луначарского, поэтому публицист каждое письмо начинает с яркого события, недавнего происшествия: «Это второе письмо я начну с конкретного примера. Так мне легче. Я не политик, не экономист. Я только человек, много присматривавшийся к народной жизни и выработавший некоторое чутье к ее явлениям. В 1893 году я был на всемирной выставке в Чикаго. Приготовления к выставке и сама выставка привлекли в Чикаго массу рабочего люда.»16. Подобный прием относится к презентационному типу коммуникативных стратегий. Наглядное представление конкретных событий, знакомство с ними адресата выполняют первостепенную задачу данной стратегии - сообщение знания. Несмотря на то, что презентационная стратегия относится к разряду пассивных, однако в письмах Короленко она работает на подкрепление двух других стратегий.

Б.И. Есин справедливо отмечает: «Короленко никогда не доказывал "общих" истин, подобно тем, что гонения пагубны, что смертная казнь, война - явления недостойные современного ему общества. Он отталкивается каждый раз от фактов, конкретных случаев и представлял их на суд публики как большую общественную проблему» . Также ученый приходит к выводу, что публицисту присущи «мощный фундамент фактического материала, строгая логика аргументации, апелляция к принципам и законам, тон сдержанного исследования при накале общественной ситуации»18.

Для придания основательности своим письмам Короленко обращается к мировому опыту, например: «Вообще все это мрачное происшествие напоминает общественный эпизод Великой французской революции. Тогда тоже была дороговизна. Объяснялось это также самым близоруким образом - происками аристократов и спекулянтов - и возбуждало слепую ярость толпы»19. И подобным замечаниям публициста сложно возразить.

При анализе любого публицистического текста важно и его словесное наполнение, ведь у каждого пишущего оно абсолютно индивидуальное. У Короленко в посланиях наркому просвещения встречается обилие местоимений, которое объясняется изложением позиции

публициста перед конкретной личностью: «я не забыл», «мое желание», «свои взгляды», «нам

20

приходится», «мне казалось, что с вами.» и т.д.

У Короленко особенно превалирует концептуальная лексика, обозначающая приметы времени: это в основном политические и экономические понятия той эпохи (граждане, большевики, партия, пролетариат, социализм, капитал, революция и т.п.). Употребление таких слов обусловлено наличием потенциального адресата, который ждет конкретики от собеседника, выступающего на страницах писем. Приметы эпохи помогают реализовать конвенциональный тип стратегии, который подразумевает установление диалога, приход к общему компромиссу.

15 Короленко, В.Г. Письма к Луначарскому // Новый мир. - 1988. - № 10. - С. 199.

16 Короленко, В.Г. Указ. соч. - С. 201.

17 Есин, Б.И. В.Г. Короленко и права личности, свобода печати / Б.И. Есин // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 10, Журналистика. - 2002. - № 5. - С. 10.

18 Есин, Б.И. Указ. соч. - С. 10.

19 Короленко, В.Г. Письма к Луначарскому // Новый мир. - 1988. - № 10. - С. 200.

20 Короленко, В.Г. Указ. соч. - С. 201.

Один из визуальных манипуляционных приемов, действующих, возможно, даже на

подсознание адресата - использование кавычек. Короленко прибегает к кавычкам, стараясь на

письме обозначить свое недоверие некоторым понятиям, указать на их обманчивость:

«Высказывать откровенно свои взгляды о важнейших мотивах общественной жизни давно

стало для меня, как и для многих искренних писателей, насущнейшей потребностью. Благодаря

21

установившейся ныне "свободе слова" этой потребности нет удовлетворения» . Отчасти употребление кавычек помогает сформировать интонацию и позицию Короленко в письменном послании.

Аналогичными средствами, влияющими на интонационное оформление мыслей автора,

являются восклицательные, вопросительные предложения, а также многоточия. Короленко

при работе над письмами понимал, что не стоило пестрить восклицаниями и вопросами.

Подобные приемы насыщают текст экспрессией, заглушая размеренную логику письменного

выступления. Короленко лишь изредка ставит перед Луначарским вопросы, провоцируя его тем

самым на диалог: «Можно ли думать, что расстрелы в административном порядке могут лучше

нормировать цены, чем гильотина?»22. И в таких случаях вновь имеет место конвенциональный

тип стратегии. Короленко нередко прибегает к многоточию в конце каждого из высказанных

им тезисов, выражая свое недоумение и оставляя почву для размышлений Луначарскому:

«Правда, уже и по общему тону вашей речи чувствовалось, что даже и вы считали бы этот

23 о

кошмар в порядке вещей... но... человеку свойственно надеяться...» . За счет многоточий создается эффект недосказанности изложения, что в свою очередь способствует манипуляции собеседником.

Таким образом, мы обозначили основные средства, за счет которых В.Г. Короленко в своих публицистических письмах активно применял три ведущие коммуникативные стратегии. Каждая стратегия была направлена на реализацию определенных задач адресанта. Короленко с помощью писем пытался добиться от Луначарского не только обстоятельных ответов, но и решений, касающихся улучшения жизни населения. В результате нашего исследования можно предположить, что публицист абсолютно точно использовал обозначенные выше стратегии и убедительно выразил свою позицию по отношению к негуманным действиям властей, ведь А.В. Луначарский, получив серию писем, так и не решился ответить ни на одно из них.

Заключение

Все шесть писем были получены наркомом, что подтверждают научные изыскания: «В действительности Короленко отправлял письма Луначарскому оказией, и все они были вручены его секретарю. Луначарский же не только не ответил, но и не подтвердил получение»24. Такая реакция наркома, на наш взгляд, объясняется его нежеланием ввязываться в серьезнейшую политическую дискуссию, которая могла бы иметь нежелательные для режима последствия. Надежды Короленко на опубликование его посланий к наркому в центральной прессе не оправдались, но своего читателя письма все же нашли. По замечанию

А.В. Храбровицкого, «письма получили распространение в списках, а в 1922 году были

25

выпущены в Париже издательством "Задруга"» . В России же печатная версия этих писем вышла в свет лишь спустя шестьдесят восемь лет после написания, в 1988 году, в журнале «Новый мир».

Сегодняшняя социально-политическая ситуация не сильно отличается от той, в которой

21 Короленко, В.Г. Указ. соч. - С. 199.

22 Короленко, В.Г. Указ. соч. - С. 200.

23 Короленко, В.Г. Указ. соч. - С. 199.

24 Комаров, С.А. Русская документальная проза 1917-1920 годов («Несвоевременные мысли» А.М. Горького, «Окаянные дни» И.А. Бунина, «Письма к Луначарскому» В.Г. Короленко): дис. ... канд. филол. наук / С.А. Комаров. - Херсон, 2005. - С. 160.

25 Храбровицкий, А.В. Комментарии // Новый мир. - 1988. - № 10. - С. 218.

приходилось работать Короленко, и «письма вождю» не утратили своей актуальности спустя почти век. Так, довольно известный современный публицист А.В. Минкин в газете «Московский комсомолец» более десяти лет ведет собственную рубрику «Письма президенту», в которой обращается напрямую к главе российского правительства с рядом вопросов, связанных с текущей действительностью. Он обозревает актуальные события, демонстративно высказывает претензии к властям, критикует и высмеивает определенные их решения и действия. Такое смелое поведение Минкина объясняется отсутствием цензуры и демократизацией политического режима. Формально тексты Минкина позиционируются как письма, адресованные главе государства, в действительности они рассчитаны в первую очередь на массового читателя «Московского комсомольца» и представляют собой журналистские обозрения. Название рубрики Минкина - это скорее способ привлечь внимание аудитории к проблемам текущей действительности, нежели реальное обращение к президенту.

Таким образом, жанр письма является одной из удобных форм дистанционной полемики. «Письмо вождю», входя в категорию открытых писем, имея адресанта и получателя (под которыми подразумеваются масштабные личности), в контексте актуальной проблемы обладает колоссальным эмоциональным воздействием и представляет собой один из важнейших публицистических жанров. Попытки вступить в письменную полемику с властью, приглашение к разговору всегда вызывают неподдельный интерес у читателя, даже если адресат на данное приглашение не отвечает. Диалоговый потенциал, заложенный в «письмах вождю», несет особую ценность для общества, желающего разобраться в окружающей действительности.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Акопов, А.И. Аналитические жанры публицистики. Письмо. Корреспонденция. Статья: учебно-методическое пособие для студентов-журналистов. - Ростов н/Д.: Изд-во института массовых коммуникаций, 1996. - 89 с.

2. Есин, Б.И. В.Г. Короленко и права личности, свобода печати // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 10, Журналистика. - 2002. - № 5. - С. 6-10.

3. Комаров, С.А. Русская документальная проза 1917-1920 годов («Несвоевременные мысли» А.М. Горького, «Окаянные дни» И.А. Бунина, «Письма к Луначарскому» В.Г. Короленко): дис. ... канд. филол. наук / С.А. Комаров. - Херсон, 2005. - 223 с.

4. Короленко, В.Г. Письма к Луначарскому // Новый мир. - 1988. - № 10. - С. 198218.

5. Кройчик, Л.Е. Система журналистских жанров // Основы творческой деятельности журналиста: учебник для студ. вузов по спец. «Журналистика» / ред.-сост. С.Г. Корконосенко. - СПб.: Знание, СПбИВЭСЭП, 2000. - 272 с.

6. Кудинова, Л.В. Автор-текст-аудитория: проблемы диалога в публицистике: дис. ... канд. филол. наук. - Воронеж, 2009. - 156 с.

7. Лазутина, Г.В. Основы творческой деятельности журналиста: учебник для студентов вузов.- 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Аспект Пресс, 2006. - 240 с.

8. Луначарский, А.В. Силуэты. - М.: Мол. гвардия, 1965. - 545 с.

9. Мартынова, Ю.А. Анализ коммуникативных стратегий в общественно-публицистическом дискурсе // Известия Саратовского ун-та. Т. 9. Сер. Социология. Политология, вып. 2. - С. 96-101.

10. Тертычный, А.А. Аналитическая журналистика: учеб. пособие для студентов вузов. - М.: Аспект Пресс, 2010. - 352 с.

11. Храбровицкий, А.В. Комментарии // Новый мир. - 1988. - № 10. - С. 218.

12. Щелкунова, Е.С. Публицистический текст в системе массовой коммуникации: специфика и функционирование: дис. ... канд. филол. наук. - М., 2005.