Преднамеренное банкротство банков на современном этапе

Преднамеренное банкротство банков на современном этапе

А.Ю. Яковлев управляющий партнер юридической группы «Яковлев и Партнеры»

Анастасия Вячеславовна Рагулина, A.Ragulina@matec.ru

В течение 2014 года у семидесяти трех банков были отозваны лицензии. Основной причиной явилось неисполнение руководством и (или) собственниками этих банков федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, а также нормативных актов Центрального банка Российской Федерации (далее - Банк России). Причина отзыва 55 процентов лицензий -сомнительные операции, которые проводились в банках. Чаще всего такие действия руководства и (или) собственников банка сопровождались нарушениями Федерального закона от 7 августа 2001 года № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» и правил внутреннего контроля.

Для сравнения в 2013 году по причине совершения сомнительных операций был отозван 41 процент лицензий.

На «почетном» третьем месте среди оснований утраты лицензии банками - низкокачественные активы и высокорискованная кредитная политика.

Ни для кого не секрет, что подавляющее число банкротств банков, происходящих в нашей стране, можно отнести к числу криминальных, поскольку они обусловлены совершением преступных действий, а не объективными условиями рыночной экономики.

В настоящее время принято выделять три вида банкротства:

• криминальное;

• проектное;

• рыночное.

Наибольшую сложность вызывает разграничение первых двух видов банкротства.

Проектное банкротство, как правило, связано с чрезмерным риском кредитования одного заемщика. В практике встречаются две его разновидности.

Банкротство первой разновидности больше похоже на рыночное, чем на криминальное. Для наглядности рассмотрим ситуацию, при которой в недостаточно развитом регионе осуществляет свою деятельность единственный банк, не имеющий серьезных заемщиков. В этот банк приходят бизнесмены и говорят о возможности финансирования крупного проекта по строительству жилого комплекса. Соглашаясь на озвученное предложение, банк тем самым нарушает норматив Н6, установленный Инструкцией Банка России от 16 января 2004 года № 110-И (норматив максимального размера риска на одного заемщика, который ограничивает банк в суммах кредитования, выдаваемых одному лицу). Далее банк вынужден фальсифицировать отчетность в целях сокрытия этого факта от регулятора. Следует заметить, что такой проект отно-

сится к числу основных источников доходов банка. Он вынужден вкладывать в строительство все свои активы. Бизнес же добросовестно платит банку из собственных поступлений проценты до тех пор, пока не случится кризис.

Если будет установлено, что банк финансировал «внешний» бизнес, а не своих руководителей или учредителей, то его банкротство вряд ли следует считать криминальным. При несостоятельности такого банка определенные средства обязательно будут возвращены, например, за счет стоимости финансируемого объекта. Такие банкротства, очевидно, целесообразнее причислять к рыночным.

Несколько иначе следует расценивать ситуации, при которых, например, финансируемым за счет средств банка строительством фактически занимаются собственники банка. В этом случае именно они будут выгодоприобретателями финансируемого проекта, и решение вопроса о возврате денег при возникновении серьезных проблем в бизнесе будет полностью на их личном усмотрении. В подавляющем большинстве случаев собственники банка выбирают бизнес даже в ущерб банку. В подобных случаях несостоятельность кредитной организации приобретает криминальный характер.

Криминальное банкротство, в свою очередь, делится на два подвида:

• административно наказуемое;

• уголовно наказуемое.

При обнаружении признаков уголовно наказуемого банкротства возбуждается уголовное дело, которое по общему смыслу должно завершаться вынесением обвинительного приговора.

Следует заметить, что преднамеренное банкротство может сопровождаться совершением таких преступлений, как присвоение и растрата или мошенничество. Впоследствии совершенное хищение может стать причиной банкротства банка. Однако в любом случае при таких обстоятельствах процедура банкротства выступает в качестве инструмента для передачи (переде-

ла) собственности, которым в полной мере пользуются для удовлетворения своих интересов недобросовестные руководители (собственники) хозяйствующих субъектов.

Возвращаясь к вопросу о разграничении рыночного и криминального банкротства, необходимо проанализировать признаки преступления, ответственность за которое установлена в статье 196 (далее - УК РФ). Лица, осуществляющие преднамеренное банкротство, посягают на законные интересы участников хозяйственной деятельности, индивидуальных предпринимателей и коммерческих организаций и причиняют им вред.

В проекте постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях, связанных с банкротством» содержится положение, согласно которому в качестве потерпевших по уголовным делам о преднамеренном банкротстве могут выступать:

• хозяйственное товарищество или общество как собственник переданного и приобретенного им имущества;

• Российская Федерация в лице органов государственной власти Российской Федерации и государственной корпорации по атомной энергетике «Росатом» как собственник имущества федерального государственного унитарного предприятия, основанного на праве хозяйственного ведения;

• субъект Российской Федерации в лице органов государственной власти субъекта Российской Федерации как собственник имущества государственного унитарного предприятия субъекта Российской Федерации, основанного на праве хозяйственного ведения;

• муниципальное образование в лице органов местного самоуправления как собственник имущества муниципального унитарного предприятия, основанного на праве хозяйственного ведения;

• кредиторы юридических лиц и индивидуальных предпринимателей (в значении понятия, предусмотренного статьей 2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». -Прим. авт.).

В указанном проекте отмечается, что если в обвинительном заключении по уголовному делу о преднамеренном банкротстве отсутствуют данные о потерпевшем, то это исключает возможность вынесения судом решения по такой категории дел.

Объективную сторону преднамеренного банкротства образует совершение руководителем или учредителем (участником) юридического лица либо гражданином, в том числе индивидуальным предпринимателем, действий (бездействия), заведомо влекущих неспособность юридического лица или гражданина, в том числе индивидуального предпринимателя, в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если эти действия (бездействие) причинили крупный ущерб (статья 196 УК РФ).

В соответствии с частью 2 статьи 2 Федерального закона от 25 февраля 1999 года № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» кредитная организация считается неспособной удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязанности не исполнены ею в течение четырнадцати дней после наступления даты их исполнения и (или) стоимость имущества (активов) кредитной организации недостаточна для исполнения ее обязательств перед кредиторами и (или) обязанности по уплате обязательных платежей.

Преступления, ответственность за которые установлена в статье 196 УК РФ, имеют достаточно сложный механизм. Конечная цель преднамеренного банкротства - не

столько сам факт признания лица банкротом, сколько распределение отторгаемых от юридического лица материальных ценностей с применением установленной процедуры и последствий банкротства.

Как определить наличие у банка риска банкротства, в том числе преднамеренного?

Существуют два признака, позволяющие сделать вывод о наличии такого риска.

Первый признак - недостаточность стоимости имущества. При ее определении в расчет принимается балансовая стоимость активов и обязательств, а из балансовой стоимости активов вычитается величина недосозданного резерва на возможные потери. Так определяется справедливая стоимость имущества. Полученная разница между этой стоимостью и размером обязательств дает реальное представление о финансовом положении банка на момент рассмотрения заявления о признании его банкротом. Превышение размера обязательств над справедливой стоимостью имущества банка может свидетельствовать о наличии признаков преднамеренного банкротства.

Вторым признаком, указывающим на банкротство банка, является наличие картотеки неисполненных платежей. Следует заметить, что этот признак не всегда свидетельствует о неисполнимости исполнения банком обязательств в полном объеме, это может лишь подтверждать невозможность либо нежелание своевременного исполнения таких обязательств. Кроме того, в подавляющем числе случаев рассматриваемый признак банкротства является вторичным по отношению к недостаточности стоимости имущества.

В ряде случаев недостаточность стоимости имущества может образоваться задолго до отзыва у банка лицензии и признания его банкротом. Лицами, виновными в возникновении такой ситуации, могут быть руководители и (или) собственники банка, которые в течение длительного периода времени практически уже не осуществляли свои полномочия или исполняли их ненад-

лежащем образом, а реальное финансовое положение банка скрывалось посредством искажения финансовой отчетности. В связи с этим для привлечения лица к уголовной ответственности в соответствии с частями 1 и 2 статьи 196 УК РФ возбуждение в арбитражном суде производства по делу о несостоятельности (банкротстве) такого банка не является обязательным. В пользу этого положения можно привести два аргумента. Во-первых, в диспозиции нормы о преднамеренном банкротстве отсутствует указание на возникновение признаков несостоятельности (банкротства) в качестве последствий совершенного деяния, во-вторых, там не обозначено условие о возбуждении в арбитражном суде дела о несостоятельности (банкротстве) или принятии арбитражным судом решения о признании должника банкротом. Это подтверждается сложившейся судебной практикой.

Так, отклоняя доводы надзорной жалобы, осужденной Ш. о том, что решением арбитражного суда о признании банка «И» несостоятельным (банкротом) не установлены признаки фиктивного и преднамеренного банкротства банка, суд надзорной инстанции исходил из того, что для привлечения к уголовной ответственности по статье 196 УК РФ не требуется решение арбитражного суда о признании должника банкротом. Признаки преднамеренного банкротства устанавливаются посредством проведения соответствующей экспертизы или иной финансовой (бухгалтерской) аудиторской проверки. Неспособность юридического лица в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей может быть установлена без решения арбитражного суда о банкротстве.

Для понимания сущности преднамеренного банкротства необходимо установить временной отрезок, в пределах которого осуществляются действия, его образующие. Такие действия могут осуществляться как на этапе, предшествующем возбужде-

нию дела о банкротстве, так и непосредственно в ходе процедур банкротства (за исключением конкурсного производства). Также необходимо определить временной период, в течение которого банк утратил возможность в полном объеме удовлетворить требования кредиторов.

Согласно Временным правилам, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 года № 855, при выявлении признаков преднамеренного банкротства финансовое положение банка должно изучаться в динамике за предшествующий двухлетний период проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства. В этих Правилах установлено, что срок проведения проверки обстоятельств банкротства банка конкурсным управляющим составляет два года. Государственной корпорацией «Агентство по страхованию вкладов», которое в силу закона является конкурсным управляющим подавляющего большинства кредитных организаций, по результатам таких проверок составляется заключение о наличии либо отсутствии признаков преднамеренного банкротства. Следует отметить, что такое заключение необходимо для принятия решения о возбуждении уголовного дела по статье 196 УК РФ.

Исследование динамики финансового положения банка позволяет выявить момент причинения ему ущерба, приведшего к возникновению признака банкротства, установить, кем и в результате каких операций он был нанесен. Динамика финансового положения банка выстраивается посредством определения на протяжении всего проверяемого периода доли «безнадежной» задолженности в составе активов банка. В расчет берутся обязательства всех «технических» заемщиков, то есть заемщиков, не ведущих реальную хозяйственную деятельность. Периодическое погашение ссуд всех «технических» должников не является основанием для их отнесения в иную категорию в случае, когда в динамике об-

щий размер безнадежной задолженности не уменьшался вплоть до отзыва у банка лицензии. Затем размер этой задолженности вычитается из стоимости имущества (активов) банка. Выявленная величина и является реальной стоимостью активов банка, что позволяет сделать вывод о наличии реальной возможности выполнения банком его обязательств либо об отсутствии такой возможности.

Как известно, баланс банка включает активы и пассивы. Активы (имущество) состоят из денежных средств, основных средств и имущественных прав. Если денежные средства банка существуют в наличной форме, то они должны находиться в кассе, а если в безналичной, то на корреспондентских счетах, открытых в Банке России и (или) других кредитных организациях. Денежные средства на балансе отражаются по их номинальной стоимости.

Основным активом банка являются имущественные требования к третьим лицам, как правило, права требования по предоставленным кредитам и приобретенным векселям (далее - ссудно-вексельная задолженность). Они являются главным источником доходов банка и одновременно влекут за собой наибольший риск финансовых потерь. На балансе ссудно-вексельная задолженность отражается по балансовой стоимости, которая равна сумме остатка задолженности.

Пассивы банка (то есть его обязательства) в основном состоят из капитала банка и средств, привлеченных от третьих лиц. При этом капитал банка включает совокупность уставного капитала и иных собственных средств банка, в том числе прибыли и фондов. Привлеченные же средства чаще всего представлены депозитами и остатками на счетах клиентов.

Правилами бухгалтерского учета установлено, что активы банка должны быть равны его пассивам. Именно такое равновесие является гарантией исполнения обязательств банка за счет его имущества в случае ликвидации. Собственники банка

в случае его ликвидации (банкротства) также являются кредиторами и получают удовлетворение за счет имущества, оставшегося после расчетов с другими кредиторами.

Располагая средствами, которые были внесены собственниками в уставный капитал, а также средствами, привлеченными от третьих лиц, банк размещает большую часть этих денег в виде ссуд, векселей, основных средств. Оставшиеся денежные средства размещаются на счетах, а также находятся в кассе. Ссуды и векселя необходимы банку, поскольку именно они позволяют ему извлекать доходы, достаточные для ведения хозяйственной деятельности, выплаты процентов по привлеченным ресурсам и уплаты дивидендов. Что же касается основных средств, то они позволяют оптимизировать расходы и снизить возможные финансовые риски. Денежные средства на счетах и в кассе нужны для осуществления расчетных операций. В тех случаях, когда происходит частичная утрата стоимости имущества, она должна компенсироваться капиталом банка.

Действия, результатом которых может стать недостаточность стоимости имущества для удовлетворения требований кредиторов банка, условно можно разделить на два вида:

1) действия по искусственному созданию обязательств перед третьими лицами, например выдача третьему лицу собственного векселя без получения оплаты за него либо путем его оплаты за счет средств, выданных в качестве заведомо невозвратного кредита. В результате такой операции обязательства кредитной организации возрастают, а соответствующее увеличение активов не происходит, либо оно происходит за счет не имеющих реальной стоимости «технических» активов;

2) действия, в результате которых имевшиеся на балансе ликвидные активы заменяются на не имеющие стоимости (именно такие активы называют техническими). В качестве примера можно приве-

сти оформление заведомо невозвратного кредита неплатежеспособному заемщику (в том числе приобретение векселя такого лица) и последующее получение выданных в качестве кредита денежных средств из кассы или перечисление их в пользу клиента другой кредитной организации либо погашение этими средствами ссудной задолженности платежеспособных должников. Результатом таких действий становится замена ликвидных активов на «технические» активы. В качестве таковых могут выступать:

• фактически отсутствующие денежные средства в кассе или на корреспондентском счете в другой кредитной организации, фактически не принадлежащие банку основные средства;

• кредиты и векселя лиц, которые распоряжаются полученными средствами в интересах руководителей банка без намерения их вернуть («технические» ссуды);

• «технические» ценные бумаги, приобретенные у лиц, не имевших эти ценные бумаги в собственности, либо ценные бумаги, биржевые котировки которых искусственно завышены.

«Приобретение» технических активов может происходить двумя способами:

• через «потребительский» вывод активов;

• через финансирование какого-либо собственного проекта (например строительство завода).

При выдаче «технического» кредита стоимость активов банка сокращается ровно на размер этого кредита. Если его сумма не превышает размера капитала банка и стоимости оставшегося «качественного» имущества, достаточного для удовлетворения требований третьих лиц, то банк не будет признан банкротом, а имущественный ущерб будет причинен только его собственникам. В таких случаях в действиях руководителя и (или) собственника банка отсутствуют признаки состава преступления, ответственность за которое предусмотрена

в статье 196 УК РФ. Однако при наличии определенных условий подобные деяния могут приобрести форму хищения (присвоение, растрата), если будет установлено противоправное, безвозмездное отчуждение вверенного имущество в пользу третьих лиц либо в свою пользу.

Так, А. и Б. были осуждены за растрату в особо крупном размере, совершенной организованной группой лиц. Преступление было совершено при следующих обстоятельствах.

Б., являясь клиентом Банка «П» (далее -Банк), в период с июля по сентябрь 2011 года приобрел контрольный пакет акций Банка, оформив его на доверенных физических лиц И., С., Д., Ш., Л., которые находились с ним в личных и финансовых взаимоотношениях, и тем самым стал фактическим собственником Банка. В апреле 2014 года Б., располагая сведениями о затруднительном финансовом положении Банка, выразившемся в невозможности надлежащего исполнения обязательств перед клиентами, осознавая неизбежность предстоящего банкротства, создал организованную группу, в которую вовлек председателя правления Банка, старшего вице-президента и руководителя кредитного комитета А.

На А. возлагались функции по оказанию интеллектуальной помощи и документальному обеспечению рассматриваемого преступления в связи с наличием у него особых знаний в области финансов, что должно было помочь придать преступным действиям видимость законности. При этом А., руководствуясь корыстными мотивами, занимался поиском юридических лиц для заключения с ними фиктивных сделок, тем самым придавая преступным действиям правомерный вид. В этих целях А., имея умысел хищения принадлежащих Банку денежных средств путем растраты, вступил в преступный сговор с одним из работников ООО «И» и генеральным директором ООО «Ю».

Не позднее 15 апреля 2014 года Б. приступил к непосредственной реализации

задуманного. Согласно разработанному плану Б. совместно с А. и остальными соучастниками намеревался совершить хищение денежных средств, принадлежащих Банку, в особо крупном размере. Указанные денежные средства были вверены входящим в группу лицам в силу их должностных обязанностей. Действия совершались путем растраты в пользу работника ООО «И» в результате заключения от лица Банка фиктивных договоров, выгодоприобретателем по которым должно было выступать подконтрольное соучастникам ООО «Ю».

Б. подписал изготовленные А. договор и акт приема-передачи векселей с ООО «Ю» о покупке у указанного общества 18 векселей, выпущенных ООО «ПГ». Эти векселя были авалированы Банком, хотя А. заведомо знал об их необеспеченности. Также А. было подготовлено письмо, адресованное ООО «И», о списании с лицевого счета Банка денежных средств в пользу ООО «Ю» по указанному договору. Затем А. по заранее достигнутой с соучастниками договоренности направил подписанные Б. документы по договору в ООО «И» для списания с лицевого счета Банка денежных средств в счет оплаты приобретенных векселей в пользу ООО «Ю», которое также имело лицевой счет в ООО «И». В дальнейшем работники ООО «И», будучи неосведомленными о преступных намерениях участников организованной группы, на основании представленных документов в тот же день произвели списание денежных средств с лицевого счета Банка и их зачисление на лицевой счет ООО «Ю», открытый в ООО «И», после чего все участники организованной группы получили реальную возможность распоряжаться похищенными денежными средствами 1.

Следует отметить, что как только сумма невозвратных кредитов превысит капитал, возникает недостаточность стоимости имущества для удовлетворения требований кредиторов в полном объеме, и тогда в дей-

ствиях руководителя и (или) собственника банка обнаруживаются как признаки хищения, так и признаки преднамеренного банкротства.

При исследовании настоящей темы неизбежно возникает вопрос, как квалифицировать нанесение ущерба непосредственно банку и нанесение ущерба кредиторам.

Так, например, ущерб был нанесен банку в период с января по февраль. В первом месяце этот ущерб наносится фактически самому банку, а во втором - уже начинают ущемляться интересы кредиторов. В случае если все эти действия были совершены одним лицом либо группой лиц с единым умыслом, то в их действиях сдержатся как признаки состава хищения, так и признаки состава преднамеренного банкротства.

Приведем пример.

В ходе проверки было установлено, что на начало августа 2011 года в Банке «М» (далее - Банк) имелся признак банкротства - недостаточность стоимости имущества для исполнения обязательств перед кредиторами в полном объеме. В период с августа по сентябрь указанного года финансовое положение Банка существенно ухудшилось, размер недостаточности стоимости имущества на первое сентября увеличился в два раза. Далее финансовое положение Банка существенно не менялось. Однако в период с 1 июня по 9 августа 2013 года размер недостаточности имущества увеличился на сорок пять миллионов рублей.

Как показал анализ деятельности Банка, причиной ухудшения его финансового положения в указанные периоды явились действия по выдаче технических кредитов юридическим лицам «Р» и «А» и перечислению денежных средств в пользу юридического лица «К». В результате совершения указанных действий Банку причинен ущерб в размере около ста шести миллионов рублей. Договоры о выдаче технических кредитов были подписаны от имени Банка председа-

1 В настоящее время дело рассматривается в суде.

телем правления и главным бухгалтером. Кроме того, решения о выдаче кредитов одобрялись правлением Банка, в состав которого наряду с указанными лицами входил совладелец Банка. Договор, на основании которого произведено перечисление денежных средств в пользу юридического лица «К», не обнаружен.

Члены правления Банка, обладая информацией о его финансовом положении и качестве его активов, не могли не осознавать, что совершенные ими действия заведомо влекут причинение Банку ущерба и его неспособность в полном объеме удовлетворить требования кредиторов.

Таким образом, в действиях указанных лиц по безвозмездному обращению имущества Банка в пользу третьих лиц, а, возможно, и в свою пользу, заведомо влекущих неспособность Банка удовлетворить требования кредиторов в полном объеме, имеются признаки совокупности преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 160 и статьей 196 УК РФ.

Кроме того, в состав участников и руководителей юридических лиц, сделки с которыми существенно ухудшили финансовое положение Банка, входили лица, являющиеся учредителями и руководителями ряда других юридических лиц, прямо или косвенно связанных с Банком. Это обстоятельство может свидетельствовать о том, что указанные лица являются конечными выгодоприобретателями по совершенным руководителями Банка действиям, повлекшим ухудшение финансового положения Банка 2.

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что действия, влекущие неспособность банка в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в любом случае, независимо от способов совершения таких действий, заключаются в фактическом отчуждении имущества кредитной организации - должника. Это может явиться результатом совершения убыточных сделок,

необоснованных расходов, заведомо невыгодного кредитования.

Банк, как и любой другой субъект предпринимательской деятельности, обладает большой свободой действий. Он может предоставлять кредиты, заключать сделки. Таким образом, банк, совершая внешне абсолютно законные действия, при наличии определенных условий действует в ущерб кредиторам.

Как известно, любая сделка может привести к убыткам, однако существуют признаки, позволяющие отнести ее к числу убыточных. О прибыльности либо убыточности сделки можно судить только исходя из анализа наличия экономического смысла такой сделки, а также посредством сопоставления ее размеров с имущественным состоянием и доходами кредитной организации, например, если затраты заведомо больше доходов, но рассчитаны на меньший доход в сравнении с затратами. К убыточным сделкам следует отнести и договоры на оказание различных услуг по явно завышенным ценам (например услуги инкассации, программного обеспечения, охраны). В любом случае необходимо установить, что совершенные сделки стали причиной изменения финансового состояния банка, привели к неспособности банка удовлетворить требования кредиторов. Отдельно следует определить соответствие условий сделок, заключенных (исполненных) банком, конкретным рыночным условиям и, наконец, решить вопрос о том, могло ли исполнение сделки привести к иному результату.

Кроме убыточных сделок, к деяниям, предусмотренным статьей 196 УК РФ, можно отнести понесенные банком издержки, то есть всевозможные расходы, если они не соответствуют имущественному положению и повлекли создание или увеличение неплатежеспособности. Однако временное превышение расходов предпринимателя над его доходами еще не дает основание

В настоящее время дело находится на рассмотрении в суде.

2

полагать, что в его действиях содержится состав преступления, ответственность за которое предусмотрена в статье 196 УК РФ. Расходы должны быть столь значительными, что впоследствии их невозможно будет возместить за счет имущества должника.

К необоснованным расходам, например, можно отнести необычайно высокие затраты на рекламу, покупку или прокат дорогих автомобилей, разного рода представительские расходы и т. д.

При совершении преступления, ответственность за которое предусмотрена в статье 196 УК РФ, могут быть использованы различные схемы, смысл которых в основном сводится к провоцированию процедуры банкротства, возможности приобрести активы банка за бесценок.

По конструкции объективной стороны состав преступления, ответственность за которое установлена в статье 196 УК РФ, является материальным. Такое преступление считается оконченным с момента причинения крупного ущерба.

Именно общественно опасное последствие позволяет отграничить преступное деяние от административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена в части 2 статьи 14.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Ущерб, причиненный преднамеренным банкротством, влекущий уголовную ответственность, заключается в уменьшении стоимости и размера имущества юридического лица или собственника имущества государственного (муниципального) унитарного предприятия на сумму, превышающую один миллион пятьсот тысяч рублей. Ущерб признается крупным, если после завершения конкурсного производства сумма неудовлетворенных имущественных требований кредиторов превышает один миллион пятьсот тысяч рублей.

Когда ущерб причиняется нескольким кредиторам, его размер составляет сумма ущерба, причиненного каждому потерпевшему, поэтому при его определении не-

обходимо установить круг потерпевших, время причинения ущерба, конкретные события и действия, приведшие к возникновению банкротства банка.

Как уже отмечалось, в отдельных случаях действия по преднамеренному банкротству могут быть сопряжены с мошенничеством.

Так, приказами Банка России у Банка «Э» (далее - Банк) была отозвана лицензия на осуществление банковских операций и назначена временная администрация по его управлению.

Каждый банк является участником системы страхования вкладов. В связи с этим Агентство по страхованию вкладов обязано выплатить каждому вкладчику Банка из фондов обязательного страхования вкладов денежные средства в размере, установленном Федеральным законом от 23 декабря 2003 года № 177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации».

В ходе деятельности временной администрации были выявлены совершенные руководителем и сотрудниками Банка действия, направленные на незаконное получение страхового возмещения из фондов обязательного страхования вкладов.

По состоянию на начало ноября 2012 года размер обязательств Банка перед физическими лицами составлял одну сумму, однако начиная с этого момента в электронную базу данных Банка стали вноситься записи о якобы заключенных договорах вкладов (счетов) с физическими лицами и внесения последними в качестве пополнения вкладов (счетов) в кассу Банка наличных денежных средств в суммах, близких к лимиту страхового возмещения.

Всего за месяц внесено около полутора тысяч таких записей, в результате чего размер обязательств Банка перед физическими лицами значительно увеличился. Операции выполнялись в определенные дни в нескольких подразделениях Банка. При этом в другие дни в тех же подразделениях не было оформлено ни одной операции.

Предписанием Национального Банка одной из республик в Банке с декабря указанного года введены ограничения на привлечение денежных средств физических лиц во вклады. В период действия ограничений в электронную базу Банка продолжали вноситься записи о якобы совершенных операциях по «пополнению» счетов и вкладов физических лиц. В результате размер обязательств Банка перед физическими лицами был значительно увеличен.

С конца декабря предписанием Национального Банка введен запрет на привлечение денежных средств физических лиц во вклады и на счета. Однако, несмотря на установленный запрет, в период новогодних каникул в электронную базу данных Банка были внесены около шестисот записей о совершении приходных операций по вкладам и счетам физических лиц на достаточно внушительную сумму. Следует заметить, что эти записи вносились задним числом, с указанием предшествующих введению запрета дат.

Таким образом, в результате совершения указанных действий в течение двух месяцев были созданы обязательства Банка перед почти одиннадцатью тысячами физических лиц на общую сумму, превышающую семь миллиардов рублей.

Отметим, что общий объем обязательств перед физическими лицами всех имеющих право на привлечение средств физических лиц банков, зарегистрированных в республике, по состоянию на октябрь 2012 года составлял около двенадцати миллиардов. Таким образом, в течение двух месяцев в Банк поступили денежные средства в размере, превышающем 57 процентов от суммы всех ранее сформированных в республике вкладов.

Становится очевидным, что фактически никакие денежные средства в кассу Банка так называемыми вкладчиками не вносились, сотрудники Банка лишь отражали соответствующие проводки в его электронной базе. Об этом свидетельствует и то, что руководством Банка временной администра-

ции какие-либо документы (договоры вклада, досье клиентов, приходные кассовые ордера и другие бухгалтерские документы), связанные с «принятыми» Банком вкладами, не передавались. По всей видимости, их просто не успели подготовить (сфальсифицировать) ввиду их большого количества.

Представляет интерес и то, что в один из нерабочих праздничных дней в электронную базу Банка были внесены записи о пополнении счетов подавляющего числа сотрудников Банка с назначением платежа «годовая премия за 2012 год» на достаточно крупную сумму. Эти записи также были внесены задним числом.

Помимо действий по фальсификации фактов «внесения» денежных средств во вклады, руководством Банка совершены действия, направленные на сокрытие фактического отсутствия «поступивших» в кассу Банка денежных средств.

В обозначенный период в базу данных Банка внесены сведения о якобы произведенной выдаче крупных кредитов юридическим лицам, последующем переводе денежных средств со счетов заемщиков на счета физических лиц и получении последними денежных средств из кассы Банка. При этом имеются все основания полагать, что заемщики являются «техническими» (не ведущими реальную хозяйственную деятельность).

Этот вывод основан на том, что в большинстве случаев какие-либо операции по их счетам, кроме получения кредита и перечисления денежных средств в пользу физических лиц, не производились. В этот же период якобы было выдано большое количество кредитов физическим лицам, которые также «получали» кредитные средства наличными из кассы Банка.

Между тем в ходе проводимой в январе 2013 года в Банке инспекционной проверки была обнаружена недостача отраженных в его бухгалтерском учете наличных денежных средств в размере около двух миллиардов рублей. Установленное обстоятельство

также свидетельствует о том, что руководителями и работниками Банка сознательно вносились в электронную базу данных Банка противоречащие фактическому положению дел сведения о «наличии» денежных средств в кассе Банка с целью подтверждения фактов «внесения» этих средств в качестве пополнения вкладов и счетов физических лиц.

Своевременное выявление незаконных операций, неправомерно сформированные обязательства перед физическими лицами не включены временной администрацией в реестр обязательств Банка перед вкладчиками, выплата страхового возмещения в их адрес не производится 3.

Отметим, что Министерство финансов Российской Федерации подготовило проект поправок в Федеральный закон от 23 декабря 2003 года № 177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации», в соответствии с которым не подлежат возмещению со стороны государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» депозиты, открытые в течение одного месяца до отзыва у банка лицензии во время наличия в нем картотеки непроведенных платежей длительностью более трех дней. При этом проектом предусматривается, что не будут возмещаться лишь вклады, которые были сформированы путем перевода средств с ранее открытых в этом же банке вкладов физических лиц, размер которых превышает сумму страхового возмещения (700 тысяч рублей; в настоящее время эта сумма увеличилась в два раза), и счетов юридических лиц (не страхуемых государством). Однако до настоящего времени указанные изменения законодателем не приняты.

Совершить преднамеренное банкротство может руководитель или учредитель банка. Под руководителем банка понимается единоличный исполнительный орган или руководитель коллегиального исполнительного органа, осуществляющий дея-

тельность от имени банка без доверенности, через которое банк приобретает права и принимает на себя гражданские обязанности, а также лицо, фактически исполняющее обязанности руководителя банка.

Под учредителем банка понимается лицо, принимавшее участие в образовании банка, имеющее обязательственные права в отношении его либо вещные права на его имущество, обладающее правом давать обязательные для банка указания или иным образом определять его действия (например лицо, имеющее в собственности или доверительном управлении контрольный пакет акций), либо через которое в предусмотренных законом случаях банк может приобретать гражданские права и принимать на себя гражданские обязанности.

Как следует из проекта постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях, связанных с банкротством», если неправомерные действия при неправомерном банкротстве совершены лицом, выполняющим управленческие функции в банке, то содеянное полностью охватывается статьей 196 УК РФ и не требует дополнительной квалификации по статье 201 УК РФ. В качестве примера можно привести неправомерный созыв собрания акционеров, единоличное распределение прибыли по фондам и распоряжение ими и т. д.

В каждом конкретном случае преднамеренного банкротства необходимо установить полномочия субъекта в части распоряжения имуществом банка и заключения значимых юридических сделок. Для осуществления преднамеренного банкротства банка, как правило, требуется принятие организационных решений и совершение сделок, которые согласно учредительным документам и требованиям законодательства не могут быть произведены без разрешения органа управления (совета учредителей, собрания акционеров и т. д.), поэтому

3 В настоящее время дело находится на рассмотрении в суде.

такое преступление может быть связано с совершением действий, направленных на захват власти в органах управления.

Особое внимание следует обращать на реальность осуществления управленческой деятельности лицами, числящимися руководителями банка, и подлинность их подписей. Иногда реальным руководителем банка может быть его собственник. Этот факт можно установить исходя из расписок, писем, актов регистрации и даже из информации, содержащейся в социальных сетях. Так, например, был установлен конечный бенефициар по делу Первого Республиканского Банка.

Далее необходимо проанализировать вопрос о пределах имущественной ответственности лиц, фактически контролирующих банк, по его обязательствам. Пункт 2 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) устанавливает принцип «анонимности», согласно которому учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ или другим законом.

Таким образом, лица, контролирующие банк, могли безнаказанно выводить активы из него, тем самым причиняя убытки, но формально не являясь ответственными за такие действия. В связи с этим постепенно действие принципа анонимности стало ограничиваться. Прежде всего это коснулось норм, предусматривающих ответственность за доведение до банкротства, вывода активов, правил деофшоризации, раскрытия информации о конечных бенефициарах в налоговых целях.

Определенный интерес представляет вопрос о возможности привлечения лиц, называемых конечными бенефициарами, к субсидиарной ответственности по долгам обанкротившегося банка (пункт 3 статьи 56 ГК РФ, статья 10 Федерального закона

от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статья 14 Федерального закона от 25 февраля 1999 года № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций»). Исходя из смысла указанных нормативных правовых актов руководители обанкротившегося банка, учредители (участники), а также члены совета директоров (наблюдательного совета) могут стать субъектами субсидиарной ответственности.

Так, например, Агентство по страхованию вкладов, которое является конкурсным управляющим «Межпромбанка», подало в арбитражный суд Москвы иск о привлечении к субсидиарной ответственности руководства и собственника «Межпромбанка» Сергея Пугачева.

Субсидиарный характер ответственности означает, что требования к лицу, которое несет субсидиарную (дополнительную) ответственность, могут быть предъявлены только после требования о погашении долгов к основному должнику (пункт 1 статьи 399 ГК РФ). В указанном случае основной должник - банк, признанный банкротом.

Поскольку для применения субсидиарной ответственности необходимо отсутствие возможности исполнения обязательств основным должником, она используется только в рамках такой процедуры банкротства, как конкурсное производство, а вопрос о применении этой ответственности поднимает конкурсный управляющий, а не сами кредиторы. Такой вывод следует исходя из анализа норм пункта 5 статьи 129, пункта 5 статьи 50.21 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996 года № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Необходимым условием предъявления требований к субъектам субсидиарной ответственности в рамках процедуры бан-

кротства является завершение продажи имущества банка. Это нужно для того, чтобы установить разницу между размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и денежными средствами, вырученными от продажи имущества должника (см. пункт 5 статьи 129 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», абзац 1 пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 декабря 2004 года № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Сумма превышения требований кредиторов над денежными средствами, вырученными от продажи имущества должника, как раз и составляет размер требований кредиторов, которые за счет имущества юридического лица - банкрота удовлетворены быть не могут и, соответственно, предъявляются субъектам субсидиарной ответственности.

В контексте исследуемой темы особый интерес представляет установление причинной связи между поведением руководителя (учредителя) банка и его банкротством. Выявить такую связь не так просто, поскольку к банкротству банк приводит целый комплекс причин. Соответственно, прежде всего необходимо провести экономический и юридический анализы совершенных банком сделок за длительный период времени. Например, наличие внешних признаков банкротства банка может длительное время маскироваться за счет постоянного привлечения денежных средств в размере, необходимом для исполнения распоряжений клиентов.

Так, при выявлении обстоятельств банкротства ООО «КБ «Содбизнесбанк» было установлено, что за два года до отзыва у банка лицензии одним из руководителей банка были приобретены векселя организаций, не осуществляющих предпринимательскую деятельность и не имеющих имущество для погашения собственных обязательств. Общий объем таких векселей составил около

60 процентов от активов банка, что привело к появлению у банка «отрицательного» капитала и недостаточности имущества для исполнения своих обязательств. В течение последующих двух лет банк скрывал свою финансовую несостоятельность, меняя одни неликвидные активы на другие по стандартной схеме - приобретенные векселя продавались подставным юридическим лицам, не осуществляющим предпринимательскую деятельность. Полученные денежные средства выдавались в виде кредитов другим таким же подставным юридическим лицам, которые впоследствии погашали свою задолженность перед банком денежными средствами, полученными от этого же банка. При этом платежеспособность банка поддерживалась за счет агрессивной кампании по привлечению денежных средств (преимущественно во вклады).

Для того чтобы привлечь к субсидиарной ответственности должностных лиц банка, необходимо доказать их вину в доведении его до банкротства. Как известно, вина -это психическое отношение лица к совершенному им противоправному деянию. В статье 401 ГК РФ содержится правило, согласно которому лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Также в этой статье указывается, что бремя доказывания отсутствия вины возлагается на лицо, нарушившее обязательство. Однако здесь следует заметить, что в случаях рассмотрения исков Агентства по страхованию вкладов к должностным лицам банков о привлечении их к субсидиарной ответственности по его долгам бремя доказывания виновности указанных должностных лиц возлагается на истца в силу нормы Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливающей, что каждый из участников арбитражного процесса должен доказать обоснованность своих требований. Выполнение этой задачи

затруднительно. Например, в случае приобретения банком векселей подставных юридических лиц Агентству следовало бы доказать, что факт отсутствия какой-либо деятельности векселедателя известен сотрудникам банка, совершившим сделку.

Формирование кредитной политики банка входит в компетенцию коллегиального исполнительного органа - совета директоров или общего собрания участников (акционеров) банка. Все решения, принимаемые им, обязательны к выполнению. Однако установить степень вины каждого из членов такого органа невозможно.

К субсидиарной ответственности могут быть привлечены только руководители банка, члены совета директоров и лица, имеющие право давать обязательные для банка указания. Однако на практике установить, что соответствующие указания были даны именно названными лицами, почти невозможно, поскольку в большинстве своем они имеют устную, а не письменную форму.

Письменные распоряжения дают, как правило, председатель правления и его заместители. Последние, являясь руководителями кредитной организации в соответствии с Федеральным законом от 2 декабря 1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности», ГК РФ и уставами банков, не обладают полномочиями представлять интересы юридического лица без доверенности, выданной председателем правления.

В тех случаях когда на кредитных договорах есть визы ответственных сотрудников банка, председатель правления не несет ответственности за выдачу заведомо безнадежных кредитов. Если будет установлено, что председатель правления банка вообще не подписывал кредитные договоры, то это может свидетельствовать о том, что он либо не знал об их существовании, либо он таким образом пытался уйти от ответственности.

Не вызывает сомнений то, что председатель правления банка должен контролировать его деятельность, в первую очередь отслеживая его финансовое положение.

Председатель правления почти всегда возглавляет кредитный комитет, состоящий из подчиненных ему лиц. В то же время он обязан подчиняться решениям этого органа, поэтому не может нести ответственность за действия, совершенные во исполнение принятых кредитным комитетом решений.

Сложности в установлении лица, виновного в преднамеренном банкротстве, возникают и в том случае, если в банке была уничтожена вся документация, в том числе кредитные договоры.

Поскольку несостоятельность (банкротство) заключается в неспособности должника удовлетворить требования кредиторов, необходимо установить, какие именно действия руководителя (учредителя) привели к причинению крупного ущерба. Руководитель (учредитель) банка несет субсидиарную ответственность только в размере убытков, причиненных его поведением или поведением работников банка, выполнявших обязательные для них указания.

Случаи привлечения к субсидиарной ответственности руководителей, учредителей, собственников банка достаточно редки.

Если представить, что 90 процентов от активов банка составляет ссудно-вексельная задолженность, выданная юридическим лицам, не имеющим штата, не сдающим отчетность, отсутствующим по месту регистрации и т. д., учредителем которых является физическое лицо, одновременно выступающее учредителем еще пятисот таких же контор, давно потерявшее паспорт и не имеющее понятия ни о каких юридических лицах, зарегистрированных на его имя, то это - явный случай наличия у банка технических сделок. Однако суды в действиях руководителя банка, который довел его до банкротства, совершая технические сделки, как правило, не усматривают ничего криминального, поскольку, как обычно пишется в мотивировочной части решения, такие действия законом не запрещены. В основу судебного решения ложится единственный довод: у этих юридических лиц идеальная кредитная история (о том,

как банк создает своим «техническим» заемщикам идеальную кредитную историю, упоминалось ранее).

Остается неясным, почему выдача технических кредитов фирмам-однодневкам не рассматривается судом в качестве неправомерных действий, при этом не оцениваются мотивы руководителя банка, принявшего решение об их выдаче. Судебная практика исходит из того, что заведомая невозвратность кредита не доказана. Суды считают, что председатель правления вообще не должен нести ответственность за выдачу кредита, поскольку он, подписывая договор кредитования, действует по указанию кредитного комитета - органа, сформированного самим председателем правления, собранного из подчиненных ему в рамках трудового законодательства сотрудников, нижестоящих по своему служебному положению.

Как следует из содержания ГК РФ, юридическим лицом управляет единоличный исполнительный орган. Нормы, утверждающие обратное, в российском законодательстве в настоящее время не существуют.

В кредитный комитет входят начальники отделов, несущие ответственность в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации в размере своего оклада, поэтому взыскивать с менеджеров «среднего звена», например, по 15 тысяч рублей представляется нецелесообразным, учитывая то, что в банке недостаточность имущества для удовлетворения требований кредиторов составляет, к примеру, 30 миллионов или миллиардов рублей.

Справедливым будет отметить, что не все судьи занимают подобную позицию. Например, Федеральным арбитражным судом Московского округа решения с описанными мотивировками, как правило, отменяются, а дела возвращаются на новое рассмотрение. В настоящее время существуют дела, которые рассматриваются по третьему кругу, так как качество вынесенных, в том числе повторно, решений не устраивает кассационный суд.

Деятельность банка осуществляется посредством действий многих физических лиц (руководителей и иных сотрудников организации), а к уголовной ответственности можно привлечь только руководителя банка или его учредителей.

Если сравнить понятие лиц, осуществляющих в банке административно-хозяйственные и организационно-распорядительные функции, и понятие руководителя банка, то станет очевидным, что в круг первых входят не только руководитель банка, но и лица, возглавляющие подразделения, коллективные органы управления кредитной организации.

В связи с этим представляется целесообразным признать субъектами преступления, ответственность за которое установлена в статье 196 УК РФ, лиц, имеющих право давать обязательные для должника указания или возможность иным образом определять действия должника. Тогда к уголовной ответственности можно было бы привлекать, во-первых, лиц, наделенных полномочиями по распоряжению имуществом организации на основании решений собрания участников (общего собрания акционеров) и доверенностей, выданных исполнительным органом, а во-вторых, членов совета директоров банка.

В заключение сформулируем вопросы, ответов на которые в настоящее время не существует:

• можно ли не привлекать к ответственности лицо, которое подписало кредитные договоры банка с «техническими» заемщиками, если банк вообще не исполняет требования кредиторов?

• следует ли «закрывать глаза» на действия лица, купившего вексель фактически не существующего должника, зарегистрированного по несуществующему адресу и обязанного платить?

• как обратиться в суд с иском об ответственности за приобретение такого векселя, если срок платежа по векселю еще не наступил?

ЛИТЕРАТУРА

1. О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма : Федеральный закон от 7 августа 2001 года № 115-ФЗ.

2. Об обязательных нормативах банков (вместе с «Методикой расчета кредитного риска по условным обязательствам кредитного характера», «Методикой расчета кредитного риска по срочным сделкам», «Методикой определения синдицированных кредитов», «Методикой определения уровня риска по синдицированным кредитам»): инструкция Центрального банка Российской Федерации от 16 января 2004 года № 110-И.

3. Уголовный кодекс Российской Федерации : Федеральный закон от 13 июня 1996 года № 63-ФЗ.

4. О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях, связанных с банкротством : проект постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

5. О несостоятельности (банкротстве) : Федеральный закон от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ.

6. О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций : Федеральный закон от 25 февраля 1999 года № 40-ФЗ.

7. Об утверждении Временных правил проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства : постановление Пра-

вительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 года № 855.

8. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях : Федеральный закон от 30 декабря 2001 года № 195-ФЗ.

9. О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации : Федеральный закон от 23 декабря 2003 года № 177-ФЗ.

10. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) : Федеральный закон от 30 ноября 1994 года № 51-ФЗ.

11. О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации : постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996 года № 6/8.

12. О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) : постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 декабря 2004 года № 29.

13. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации : Федеральный закон от 24 июля 2002 года № 95-ФЗ.

14.О банках и банковской деятельности : Федеральный закон от 2 декабря 1990 года № 395-1.

15. Трудовой кодекс Российской Федерации : Федеральный закон от 30 декабря 2001 года № 197-ФЗ.