Особенности эмоционального интеллекта и субъективного благополучия российских и китайских студентов

УДК 159

ОСОБЕННОСТИ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО ИНТЕЛЛЕКТА И СУБЪЕКТИВНОГО БЛАГОПОЛУЧИЯ РОССИЙСКИХ И КИТАЙСКИХ СТУДЕНТОВ

Т.С. Пилишвили, Ю.А. Дюкарева

Аннотация. В данной статье приведены результаты исследования, нацеленного на выявление особенностей эмоционального интеллекта и субъективного благополучия российских и китайских студентов. Актуальность темы исследования заключается, во-первых, в фундаментальной задаче психологии, изучении характера стремления человека к достижению внутренней гармонии и эффективному взаимодействию в социуме, что приобретает еще большую значимость в современном мультикультурном мире. Во-вторых, - в прикладной задаче психологической науки, которая обусловлена высокой динамикой российско-китайских отношений, в частности, - студенческой мобильностью, что влечет за собой необходимость в грамотном психологическом сопровождении иностранных студентов в вузах.

Авторами теоретически обоснована и эмпирически подтверждена гипотеза о том, что показатели эмоционального интеллекта и субъективного благополучия российских и китайских студентов различаются. Эмпирическая проверка гипотезы проведена на российских и китайских студентках Российского университета дружбы народов. В проведённом исследовании были использованы методы: а) психодиагностической оценки эмоционального интеллекта и субъективного (психологического) благополучия; б) сравнительного (U-критерий Манна-Уитни) и факторного анализа с вращением Varimax в SPSS Statistics 20.0.

В результате проведенного исследования между российскими и китайскими студентами были выявлены статистически значимые различия по ряду показателей эмоционального интеллекта и субъективного благополучия. Результаты данного исследования могут быть использованы при работе с учащимися высших учебных заведениях для более эффективной организации психолого-педагогического сопровождения студентов в процессе обучения, а также в консультационной практике при работе с учащимися разных национальностей.

Ключевые слова: эмоциональный интеллект, субъективное благополучие, психологическое благополучие, российские студенты, китайские студенты.

FEATURES OF EMOTIONAL INTELLIGENCE AND SUBJECTIVE WELL-BEING OF RUSSIAN AND CHINESE STUDENTS

T. Pilishvili, Yu. Dyukareva

Abstract This article presents the results of a study aimed to determine the features of emotional intelligence and subjective well-being of Russian and Chinese students. The research topic study is relevant, firstly, because of the fundamental task of psychology - studying the nature of an individual's pursuit of inner harmony and effective interaction in society, which become ever more important in the modern multi-cultured society. Secondly, the relevance of the study is accentuated by the applied task of psychology - working with the growing dynamism of Russian-Chinese relations, showcased by high student mobility that necessitates the establishment of effective inter-cultural relations and an adequate psychology-based framework for handling foreign students in Russian universities.

The authors theoretically substantiated and empirically confirmed the hypothesis that the indicators of emotional intelligence and subjective well-being of Russian and Chinese students differ. An empirical test of the hypothesis was conducted on Russian and Chinese students of the Peoples' Friendship University of Russia. In the study, the following methods were used: a) psychodiagnostic evaluation of emotional intelligence and subjective (psychological) well-being; b) comparative (MannWhitney U-test) and factor analysis with Varimax rotation in the SPSS Statistics 20.0.

As a result of the study, the specific features of emotional intelligence and subjective well-being of Russian and Chinese students have been revealed. The results of this study can be used when working with students of higher educational institutions for more effective organization of psychological and pedagogical support of students in the learning process and in consulting practice when working with students of different nationalities.

Keywords: emotional intelligence, subjective well-being, psychological well-being, Russian students, Chinese students.

Введение. Научный интерес к исследованию эмоционального интеллекта (ЭИ) как отдельной от интеллекта в общем понимании категории появился относительно недавно. Не существует единой точки зрения на понимание природы эмоционального интеллекта, но можно выделить два основных подхода.

К первой группе подходов относятся смешанные модели (Д. Гоулмен, Р. Купер, Н. Шутте, К. Петридес, Э. Фёрнхем, частично Р. БарОн и Д.В. Люсин), в которых под эмоциональным интеллектом понимается сложное сочетание когнитивных и личностных характеристик, присущих каждому конкретному человеку. В

данных моделях измерение эмоционального интеллекта производится посредством опросников, представляющих собой самоотчет.

С другой стороны, выделяются модели способностей (Дж. Мейер, Д. Карузо и П. Сэловей), которые представляют эмоциональный интеллект на пересечении эмоциональной и познавательной сфер. Сторонники данной модели рассматривают эмоции как инструмент для достижения целей. Модели способностей предполагают измерение ЭИ посредством эмоционально-ориентированных задач, предполагающих наличие верных и неверных ответов.

Мы согласны с рядом авторов, которые рассматривают эмоциональный интеллект как «интегральную категорию в структуре интеллектуальной и эмоционально-волевой сферы личности, определяющую успешность деятельности, а также процессов внутриличностного и межличностного взаимодействия, представляющую собой совокупность таких сущностных признаков, как способность к пониманию и управлению собственными эмоциями и эмоциями других людей, эмоциональную осведомленность, эмпатию и способность к самомотивации» [1, с.48].

Тема субъективного благополучия (СБ) становится все более актуальной и популярной в связи со стремлением человека к внутренней гармонии в быстроразвивающемся мире. В современной науке также не существует единого мнения по поводу субъективного благополучия. Можно выделить два исторически сложившихся подхода к изучению СБ.

С одной стороны, это гедонистический подход (N. Bradburn, E. Diener, R.E. Lucas, S. Oishi и др.), в рамках которого Э. Динер создал трехстороннюю модель субъективного благополучия. В ее основе лежат три различных, но часто связанных компонента благополучия: частый позитивный аффект, нечастый негативный (которые относятся к эмоциональным реакциям) и когнитивные оценки, такие, как удовлетворенность жизнью [8].

С другой стороны, стремясь расширить гедонистический подход, К. Рифф разработала эвдемонистический подход (A.S. Waterman, R. Ryan, E. Deci, C. Ryff и др.), в котором подчеркивается необходимость реализации собственного потенциала и удовлетворения личностных потребностей в переживании СБ.

Мы рассматриваем субъективное благополучие в рамках эвдемонистического подхода, развиваемого П.П. Фесенко, как «...интегральный показатель степени

направленности человека на реализацию основных компонентов позитивного

функционирования, а также степени реализованности этой направленности, субъективно выражающейся в ощущении удовлетворённости собой и собственной жизнью» [5, с.4]. Так, мы не сводим субъективное благополучие до простого доминирования позитивных эмоций в жизни человека, а рассматриваем данное понятие в широком, интегративном понимании, и поэтому в данном исследовании считаем понятия субъективного и психологического благополучия

взаимозаменяемыми.

Кросс-культурные исследования

эмоционального интеллекта являются актуальным направлением в изучении ЭИ. В данной области исследованиями занимались Г. Хофстеде, П. Экман, Д. Мацумото, Д.В. Люсин, Н.И. Анфимова и др. Как было отмечено ранее, когнитивная и эмоциональная сферы связаны в той или иной мере, и, как показывают исследования А.Ардила, культура дает нам конкретные модели для мышления и чувств, а язык и, в частности, письменность определяют концептуализацию мира и стратегию мышления [7]. Так, российские студенты используют фонографическую, алфавитную письменность, а китайские студенты - логографическую, иероглифическую, противопоставляемую

фонограмме. В восточных культурах, в частности, изучаемой нами китайской культуре, приоритетным стилем взаимодействия является эмоционально-нейтральный, предполагающий контроль эмоций в общественном поведении [6].

Несмотря на то, что универсальность выражения базовых эмоций является доказанным фактом, существуют межкультурные различия в уровне согласованности при дифференциации эмоций, что может быть следствием оказания влияния социокультурных параметров [2]. Так, проведенное исследование культурно-интеллектуальных особенностей распознавания эмоций по лицевой экспрессии на примере российских и азиатских студентов выявило, что российские студенты лучше, чем азиатские, распознают лицевые экспрессии, что, по мнению авторов, связано с большей открытостью и опытом общения российских студентов [3].

Имеются данные ряда работ, посвященных субъективному благополучию,

свидетельствующие о важной роли социокультурных и контекстуальных факторов (Э. Динер, Ш. Оиши, К. Рифф, Г. Триандис, С. Любомирски, К. Шелдон, И.А. Джидарьян и др.). Например, У. Шиммак, Э. Динер, Ш. Оиши

предложили «интегральную» модель, в которой культурная ориентация «коллективизм-индивидуализм» выступает посредником между гедоническим балансом и удовлетворенностью жизнью [10].

Е.М. Су и Дж. Ку предоставляют свидетельства того, что люди в более индивидуалистических культурах склонны оценивать свое СБ более высоко по сравнению с людьми в более коллективистских культурах [11]. Эти данные согласуются с проведенными ранее исследованиями Э. Динера, Ш. Оиши, Е.М. Су и Г. Триандиса. Так, по мнению авторов, в западных культурах предикторы благополучия включают в себя элементы, поддерживающие личную независимость и самовыражение; в то время как в восточных культурах они фокусируются на взаимозависимом «я», неотделимом от значимых других.

В специфической среде международно-ориентированных вузов исследование особенностей эмоционального интеллекта и субъективного благополучия обусловливается не только фундаментальной, но и прикладной задачей психологии, связанной с тематикой стран приема и созданием оптимальных условий для увеличения числа вузов-партнеров УШОС.

Мы предположили, что существуют специфические особенности эмоционального интеллекта и субъективного благополучия российских и китайских студентов. В частности, имеется общее у обеих групп, выражающееся в самомотивации, эмпатии, позитивных отношениях, личностном росте, самопринятии, интегративных уровнях эмоционального интеллекта и субъективного благополучия; и специфическое, заключающееся в показателях автономии, осознании и управлении своими чувствами и эмоциями, а также в распознавании эмоций по лицевой экспрессии. Также нами предполагалось, что люди с более высокими показателями эмоционального интеллекта лучше определяют эмоции по лицевой экспрессии.

Методы и выборка исследования. Эмпирическую основу исследования составили

студенты Российского университета дружбы народов. Всего в исследовании приняли участие 129 студентов: 65 российских (32 мужчины и 33 женщины) и 64 китайских (32 мужчины и 32 женщины) студентов в возрасте от 18 до 24 лет; средний возраст составляет 21 год. Исследование проводилось на базе РУДН.

Психодиагностический инструментарий включил в себя следующие методики: методика оценки эмоционального интеллекта Н. Холла; методика диагностики эмоционального интеллекта (МЭИ) М.А. Манойловой. Помимо самооценочных опросников, для исследования эмоционального интеллекта, в частности - для определения способности распознавать эмоции по лицевой экспрессии - использовались 24 фотографии лиц, выражающих базовые эмоции молодых мужчин и женщин европейского, азиатского и африканского происхождения из международной базы данных Montreal Set of Facial Displays of Emotion (MSFDE). Для изучения особенностей субъективного благополучия был использован опросник «Шкала психологического благополучия» К. Рифф (в адаптации Шевеленковой-Фесенко).

Все методики, предъявляемые китайским студентам, были представлены на русском и китайском языках. Перевод методик на китайский язык осуществлялся посредством двойного перевода при помощи 3 экспертов, владеющих русским и китайским языками.

Математико-статистическая обработка

данных была произведена посредством сравнительного (U-критерий Манна-Уитни) и факторного анализов с вращением Varimax в SPSS Statistics 20.0.

Результаты исследования и их обсуждение. Для оценки различий особенностей эмоционального интеллекта и субъективного благополучия между выборками российских и китайских студентов был проведен сравнительный анализ посредством

непараметрического U-критерия Манна-Уитни.

Выявленные значимые различия

представлены в таблице 1.

Таблица 1. - Статистически значимые результаты сравнительного анализа особенностей субъективного благополучия российских и китайских студентов посредством П-критерия Манна-Утни

Шкала Подгруппа студентов Средний ранг U Манна-Уитни Уровень значимости

Осознание своих чувств и эмоций Российские студенты 76,20 1352 0,001

Китайские студенты 53,62

Продолжение таблицы 1

Управление своими эмоциями Российские студенты 56,34 2643 0,008

Китайские студенты 73,80

Управление своими чувствами и эмоциями Российские студенты 76,41 1338,5 0,000

Китайские студенты 53,41

Общий уровень ЭИ Российские студенты 74,82 1441,5 0,003

Китайские студенты 55,02

Выраженность внутриличностного аспекта ЭИ Российские студенты 77,78 1249 0,000

Китайские студенты 52,02

Распознавание эмоций по лицевой экспрессии Российские студенты 78,27 1217,5 0,000

Китайские студенты 51,52

Автономия Российские студенты 75,78 1379 0,001

Китайские студенты 54,05

Цели в жизни Российские студенты 72,55 1589 0,021

Китайские студенты 57,33

Как видно из таблицы 1, в результате сравнительного анализа российских и китайских студентов были выявлены значимые различия по ряду показателей.

Китайские студенты более высоко, чем российские, оценивают свою эмоциональную отходчивость, выражающуюся в показателе «управление своими эмоциями», что соответствует идеям даосизма о том, что в любой ситуации необходимо быть предельно беспристрастным, сохранять покой и созерцать происходящие сами собой изменения.

Российские респонденты выше, чем китайские, оценивают показатель «управление своими чувствами и эмоциями», означающий понимание и управление своими эмоциональными процессами, а также возможность использовать эмоции для достижения целей.

Различия в сходных по звучанию показателях «управление своими эмоциями» Н. Холла и «управление своими чувствами и эмоциями» М.А. Манойловой, выражающих принципиально разные значения, могут быть связаны с разными интерпретациями авторами данных шкал.

Российские студенты выше, чем китайские, оценивают понимание своих внутренних состояний, способность позитивно повлиять на эффективность общения, а также в большей мере сосредоточены на своих внутренних переживаниях и удовлетворены составляющими своего эмоционального интеллекта в целом. Это может быть связано с тем, что китайские студенты больше ориентированы на других людей и их эмоциональные состояния в процессе взаимодействия.

Успешность распознавания лицевых экспрессий российскими студентами может быть связана с их большей открытостью и опытом общения, а китайские респонденты более закрыты и менее включены в межэтническое взаимодействие [3, с.170]. Кроме того, более высокий уровень распознавания эмоций других людей у российских студентов может быть связан с тем, что русская культура является «глазеющей», а китайская - «застенчивой», в связи с чем российские студенты могут быть более внимательными и чувствительными к выражениям лица. Вопреки нашим ожиданиям, коэффициент ранговой корреляции Спирмена не показал значимых корреляций данной методики из базы MSFDE с показателями других используемых нами методик на эмоциональный интеллект, кроме показателя «выраженность межличностного компонента ЭИ» методики М.А. Манойловой в выборке российских студентов. Таким образом, вопрос о связи самооценочных методик и заданий на распознавание лиц по фотографиям, предполагающих наличие верных и неверных ответов, требует дальнейшего исследования.

Российские студенты являются более независимыми и способными самостоятельно регулировать свое поведение при помощи внутреннего контроля. Согласно многим данным, в том числе индексу Г. Хофстеде [9], Китай -коллективистская страна, а Россия - более индивидуалистская. Это также подтверждает российский специалист в области Китая А.А. Маслов, говоря о том, что сознание китайцев является группо-ориентированным, что означает, что китайские студенты воспринимают себя и выстраивают свое поведение через призму

оценки их группой, а проявление индивидуальности и новаторства не приветствуется. Это связано с особым, исторически сложившимся типом самооценки китайских студентов [4].

У российских респондентов более выражены наличие цели в жизни и чувство направленности по сравнению с китайскими студентами. Различия могут быть связаны с данными измерения «избегание неопределенности» Хофстеде. Так, высокий уровень избегания неопределенности российских студентов (и низкий уровень китайских) может объяснять стремление российских студентов контролировать свое будущее посредством постановки целей в жизни и направленности на их достижение.

Кроме того, общее и специфическое эмоционального интеллекта и субъективного благополучия российских и китайских студентов было выявлено при помощи факторного анализа.

В выборке российских студентов было выявлено 3 фактора. Первый фактор, который мы условно назвали «фактором психологического благополучия при осознанном управлении своими эмоциями и средой», включил в себя следующий набор переменных:

«психологическое благополучие» (0,938), «управление своими чувствами и эмоциями» (0,793), «эмоциональная осведомленность» (0,603), «управление средой» (0,543). Второй фактор, «фактор открытости новому опыту и реалистичности взглядов на жизнь при выраженном внутриличностном аспекте ЭИ и самопринятии», содержит следующие переменные: «человек как открытая система»

(0,867), «выраженность внутриличностного аспекта эмоционального интеллекта» (0,834), «общий уровень эмоционального интеллекта» (0,815), «личностный рост» (0,718), «самопринятие» (0,601), «управление своими эмоциями» (0,588). Третий фактор в выборке российских студентов, «фактор позитивных отношений при наличии целей в жизни и достаточной самомотивации», включил в себя следующие переменные: «позитивные отношения» (0,971), «цели в жизни» (0,784), «самомотивация» (0,736).

В выборке китайских студентов также было выявлено 3 фактора: первый фактор, названный нами «фактором открытости новому опыту и реалистичности взглядов на жизнь при ее осмысленности, управлении средой и автономии», включил в себя следующие переменные: «осмысленность жизни» (0,896), «человек как открытая система» (0,742), «управление средой» (0,610), автономия (0,523). Второй фактор, «фактор позитивных отношений с другими при достаточном уровне эмпатии и эмоциональной осведомленности», определяется переменными: «эмпатия» (0,780), «позитивные отношения» (0,749), эмоциональная

осведомленность (0,726). Третьим был выделен «фактор психологического благополучия при отсутствии автономии»; он включил в себя переменные «психологическое благополучие» (0,696) и «автономия» (-0,593).

Обобщим ключевые различия между двумя группами испытуемых, выявленные в результате факторного анализа, см. таблицу 2:

Таблица 2. - Результаты факторного анализа особенностей эмоционального интеллекта и субъективного благополучия российских и китайских студентов

Выборка российских студентов Выборка китайских студентов

Фактор психологического благополучия при осознанном управлении своими эмоциями и средой Фактор психологического благополучия при отсутствии автономии

Фактор открытости новому опыту и реалистичности взглядов на жизнь при выраженном внутриличностном аспекте ЭИ и самопринятии Фактор открытости новому опыту и реалистичности взглядов на жизнь при ее осмысленности, управлении средой и автономии

Фактор позитивных отношений с другими при наличии целей в жизни и достаточной самомотивации Фактор позитивных отношений с другими при достаточном уровне эмпатии и эмоциональной осведомленности

Так, российским студентам для более высокой оценки субъективного благополучия необходимо осознавать и понимать свои внутренние состояния с целью управления своими чувствами и окружающим миром, в том числе используя представляющиеся им возможности. Китайские же студенты оценивают свое психологическое благополучие при

восприятии себя частью целого, в котором все должно быть согласованным.

У российских студентов степень сформированности внутриличностного аспекта, а также позитивное принятие себя играют важную роль в функционировании как открытой системы, способствуя при этом их личностному росту. Китайские респонденты лучше усваивают новую

информацию и интегрируют аспекты своего жизненного опыта при наличии осмысленности прошлого и настоящего, что помогает респондентам эффективнее использовать имеющиеся возможности и самостоятельно регулировать свое поведение.

Для российских студентов в ощущении направленности жизни и в позитивных отношениях с окружающими важна способность организовывать себя посредством произвольного управления своими эмоциями. Китайские студенты более удовлетворены отношениями с другими людьми и в большей мере заботятся об их благополучии при достаточной компетентности в понимании эмоций других людей и в осведомленности о своем внутреннем состоянии.

Заключение. Таким образом, общим для российских и китайских студентов является оценка ими своего субъективного благополучия в целом, позитивных отношений с другими, управления средой, личностного роста, самопринятия, баланса аффекта, осмысленности жизни, показателя «человек как открытая система», самомотивации, эмпатии и умения воздействовать на эмоциональные состояния других людей (выражающегося в показателях

«распознавание эмоций других людей» и «управление чувствами и эмоциями других людей»). Специфическим для данных групп является более высокая оценка российскими студентами автономии и целей в жизни, осознания своих чувств и эмоций и управления ими (т.е. выраженности внутриличностного аспекта ЭИ), общего уровня эмоционального интеллекта, распознавания эмоций по лицевой экспрессии. Китайские студенты выше оценивают свою эмоциональную отходчивость, выражающуюся в показателе «управление своими эмоциями».

Следовательно, исходя из всего перечисленного, можно сделать вывод о подтверждении нашей гипотезы.

Результаты проведенного исследования планируется использовать в межкультурном тренинге с участием обеих групп на базе Кабинета психологической поддержки РУДН с целью повышения эмоционального интеллекта и субъективного благополучия российских и китайских студентов через повышение навыка управления своими чувствами и эмоциями посредством аутогенных тренировок, повышение эмоциональной осознанности, эмпатии, внутреннего контроля и оптимистичности.

Литература:

1. Давыдова Ю.В. Эмоциональный интеллект: сущностные признаки, структура и особенности проявления в подростковом возрасте: дис. ... канд. психол. наук: 19.00.01 / Ю.В. Давыдова. - М., 2011.

2. Дюкарева Ю.А. Особенности эмоционального интеллекта у российских и китайских студентов / Ю.А. Дюкарева // Психологическая наука и практика / Материалы Международной молодежной конференции молодых ученых (Москва, РУДН, 15-16 ноября 2018 г.); под ред. С.И. Кудинова, О.Б. Михайловой, С.С. Кудинова. - Москва: РУДН, 2018. -С. 265-269.

3. Карабущенко Н.Б. Культурно-интеллектуальные особенности распознавания лицевой экспрессии представителей других этносов / Н.Б. Карабущенко, А.В. Иващенко, Е.М. Хворова, С.Н. Разумова // Российский психологический журнал. -2017. - Т. 14. - № 3. - С. 169-189.

4. Маслов А.А. Наблюдая за китайцами. Скрытые правила поведения / А.А. Маслов. - М.:. Рипол-классик, 2010. - 288 с.

5. Фесенко П.П. Осмысленность жизни и психологическое благополучие личности: автореф. дис. ... канд. психол. наук / П.П. Фесенко. - Москва, 2005. -24 с.

6. Этнопсихология и практическая психология формирования межкультурной компетентности: материалы Международной научно-практической конференции / под ред. А. Д. Карнышева. - Иркутск.: Репроцентр, 2013. - 358 с.

7. Ardila Alfredo. Historical Development of Human Cognition: A Cultural-Historical Neuropsychological Perspective (Perspectives in Cultural-Historical Research).: Springer, 1st ed. 2018 edition.

8. Diener E. Subjective well-being // Psychological Bulletin, 1984. - Vol. 95(3). - P. 542-575.

9. Hofstede G., Hofstede G.J., & Minkov M. Cultures and organizations: Software of the mind. Revised and Expanded 3rd Edition. New York: McGraw-Hill, 2010.

10. Schimmack U., Diener E., Oishi S. Life-satisfaction is a momentary judgment and a stable personality characteristic: The use of chronically accessible and stable sources // Journal of Personality, 2002. - No 70. - P. 345-385.

11. Suh E.M., Koo J. Comparing subjective well-being across cultures and nations: the "what" and "why" questions. In Michael Eid & Randy J. Larsen (ed.). The Science of Subjective Well-Being. New York: Guildford Press, 2008. - Pp. 414-430.

Сведения об авторах:

Пилишвили Татьяна Сергеевна (г. Москва, Россия), кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии и педагогики Российского университета дружбы народов, e-mail: pilishvili_ts@pfur.ru

Дюкарева Юлия Алексеевна (г. Москва, Россия), магистр 1 курса кафедры психологии и педагогики Российского университета дружбы народов, e-mail: yuliya.dyukareva@mail.ru

Data about the authors:

T. Pilishvili (Moscow, Russia), Candidate of Psychological Sciences, Associate Professor of Psychology and Pedagogy Department of RUDN University, e-mail: pilishvili_ts@pfur.ru

Yu. Dukareva (Moscow, Russia), 1st-year master's student of Psychology and Pedagogy Department of RUDN University, e-mail: yuliya.dyukareva@mail.ru