Европейская философия права (XIII-XIX вв. )

Стрелецкий Яков Ильич,

кандидат философских наук, доцент, г Краснодар, профессор кафедры философии и социологии Краснодарской академии МВД России

ЕВРОПЕЙСКАЯ ФИЛОСОФИЯ ПРАВА

I ^ ЭПОХУ Средневековья все духовное Ь^^ производство имело своей основой схоластику - официальную философию католической церкви. И философия права не составляет в этом плане исключения. Наиболее полно эта методология проявилась в творчестве самого известного христианского мыслителя Ф.Аквинского (1226-1274 гг.).

Фома Аквинский разработал особую теорию закона, согласно которой все законы связаны между собой нитями субординации. Источником всех законов выступает «вечный закон» - универсальные нормы, общие принципы управления Вселенной. Этот закон заключен в Боге, тождественен ему Следующий закон, по Аквинскому, это «естественный закон», который является по своей сущности отражением «вечного закона» в человеческом сознании. «Естественный закон» предписывает людям стремиться к самосохранению и продолжению рода, обязывает искать истину (Бога) и уважать достоинства людей. Особый закон - «позитивный», который силой и страхом принуждает людей избегать зла и достигать добродетели. В отличие от других законов «позитивный» закон может менять свое содержание в зависимости от времени (исторических обстоятельств) и пространства (географии государства). Наконец, еще один вид закона - «божественный». Он дан в Библии и необходим, с одной стороны, потому, что «позитивный» закон не способен полностью освободить общество от зла. С другой стороны, этот закон необходим, чтобы помочь людям прийти к единому представлению о правде.

Он содержится в Библии.

Концепция права Аквинского простроена на фундаменте этики. Право выступает у него сферой правды, справедливости. Вслед за римскими юристами он считал справедливостью постоянное стремление воздавать каждому свое. Действие, воплощающее подобное стремление и уравновешенное с другим действием, есть право. При этом, если уравнивание совершается в соответствии с их внутренней природой, - это сфера естественного права. Если же уравнивание совершается в соответствии с человеческими установлениями, то имеет место право позитивное. Здесь, как и в теории закона, настойчиво проводится мысль о том, что правовым является действие, соответствующее естественному праву, т.е. Божественной воле. Совершенно другой подход к трактовке правовой проблематики характерен для мыслителей Нового времени. Среди таковых выделим в первую очередь Ф. Бэкона.

Френсис Бэкон (1561 - 1626) - выдающийся английский философ-материалист исследовал природу человека и общества с позиций эмпиризма. Поэтому его философско-правовая проблематика имеет вполне земные, природные, естественные основания. Так, проблема «всеобщей справедливости» имеет своей методологией не волю Бога, а волю человека - юридические принципы и источники. «В гражданском обществе, - писал он, - господствует или закон, или насилие. Но насилие иногда принимает обличье закона, и иной закон больше говорит о насилии, чем о правовом равенстве. Таким образом, существует три источника несправедливости:

насилие, как таковое, злонамеренное коварство, прикрывающееся именем закона, и жестокость самого закона»1.

Бэкон проводит различие между законом «по существу», т.е. справедливым законом, включающим в себя принцип «правового равенства» и формальным законам, т.е. законом лишь по форме, названию, по «обличью» - насильственным, несправедливым, антиправовым законом. При этом если вторые противны человеческой природе, то первые соответствуют ей, ибо «люди обладают уже от природы некоторыми нравственными понятиями, сформированными под влиянием естественного света и естественных законов, такими, как добродетель, порок, справедливость, несправедливость, зло»2. Здесь, по существу, речь идет о различии права и закона.

Бэкон, исходя из природной, естественной (а значит, и справедливой) природы закона, характеризовал его в качестве «якоря для государства», «главной силы и орудия» для достижения «счастья граждан», процветания общества и прочности устоев власти. Философ признает, что большинство законов неспособны к выполнению этих целей. «Поэтому, - пишет он, - мы хотим по мере наших возможностей показать, что некоторые законы должны стать своего рода «законами законов», и определять, что в каждом отдельном законе хорошо и пло-хо»3. Под этими «законами законов» имеется в виду теория, учение о законе.

Особое внимание обращает Бэкон на качество закона, четко формулирует требования, которым он должен соответствовать. «Закон можно считать хорошим в том случае, - пишет философ, - если смысл его точен, если требования его справедливы, если он согласуется с формой государства, если он рождает добродетель в гражданах»4. Таким образом, базой, методологией бэконовской философии права выступает не только различие между правом и законом, но и ориентация закона на реалии социальной жизни, на его позитивную роль для общества и личности.

Проблемы государства и права нашли свое дальнейшее развитие в творчестве известного английского философа Томаса Гоббса (1588 - 1679). Исходным в его учении является противопоставление двух состояний общества - естественного и гражданского (государственного). Полагая, что «природа создала людей равными в отношении физических и умственных способностей»5, Гоббс доказывал, что такое равенство означает тождество возможностей вредить друг другу. С другой стороны, в природе самого человека, по Гоббсу, заложены три причины войны (соперничество, недоверие и любовь к славе), которые приводят к тому, что естественное со-

стояние оказывается всеобщей непрекращающейся войной. «Отсюда, очевидно, - пишет он, - что пока люди живут без общей власти, держащей всех их в страхе, они находятся в том состоянии, которое называется войной, и именно в состоянии войны всех против всех»6.

В изображаемом Гоббсом естественном состоянии нет общей власти. А там, где нет общей власти, замечает он, нет и закона, где нет закона, там нет справедливости. Здесь отсутствуют также собственность, владение, различие между моим и твоим. Каждый в естественном состоянии имеет право на все, - в этом и состоят его естественное право и естественная свобода. Гоббс определяет естественное право следующим образом: «Естественное право - есть свобода всякого человека использовать свои собственные силы по своему усмотрению для сохранения своей собственной природы, т.е. собственной жизни, и, следовательно, свобода делать все то, что по его собственному суждению и разумению является наиболее подходящим для этого средством»7.

Политические и правовые учения французского Просвещения. Французское Просвещение представляет собой широкое и мощное движение, которое сформировалось во второй четверти XVIII в. Оно не было лишь политическим или философским явлением, хотя философия, в частности материалистическая, играла в нем исключительную роль. Просвещение объединяло всех прогрессивно мыслящих представителей формирующегося «третьего сословия»: естествоиспытателей, творческую интеллигенцию, политических деятелей рождающейся буржуазии, юристов, философов и т.д. Оно было широко ориентировано на критику всего, что было связано с существованием тогда во Франции феодального устройства общества.

Социальный и нравственный идеал Просвещения сводился к стремлению утвердить на земле «царство разума», в котором люди будут совершенным во всех отношениях, восторжествует гармония интересов свободного индивида и справедливого общества, гуманизм станет высшей нормой социальной жизни. Очень многие из них основные свои надежды на пришествие «царства разума» связывали с вытеснением из массового сознания влияния религии, с ликвидацией реакционных феодально-аристократических установлений, нравов, традиций. План осуществления этого идеала предусматривал энергичное распространение рационального знания, преодоление темноты и невежества, внедрение в общественную жизнь ценностей, базирующихся на уважении человеческого достоинства. Исключительно важная роль отводилась процессу политического, морального и эстетического воспитания индиви-

1 Бэкон Ф. Соч., М., 1971. т. 1. С. 413.

2 Там же. С. 539.

3 Там же. С. 430.

4 Бэкон Ф. Соч. М., 1971. Т. 1. С. 476.

5 Гоббс Т. Левиафан. М. 1936. С. 113.

6 Там же. С. 115.

7 Гоббс Т. Левиафан. М., 1936. С. 117.

117

да, привития ему потребностей в добре, истине, красоте, качеств истинного человека и гражданина.

В XVN-XVШ вв. Просвещение и создаваемая им в обществе идейно-нравственная атмосфера оказывали значительное влияние на содержание развития науки о государстве и праве. Наиболее известными мыслителями в этой области стали Ф. Вольтер, Ш. Монтескье и Ж.Ж. Руссо.

Франсуа Вольтер (1694 - 1778) - один из главных вдохновителей и признанных лидеров европейского Просвещения. Жизненное начало всякой свободы он видел в свободе совести и слова. Поэтому Вольтер с присущим ему темпераментом и сарказмом обрушился на католическую церковь, которая, по его мнению, выступает главным противником свободы. Вместе с этим следует подчеркнуть, что Вольтер не выступал против религии, как таковой. Свобода у него, в первую очередь - свобода личности, индивида, частная свобода, а не свобода общества в целом. Весьма глубокой была оценка Вольтером свободы труда - характерного знамения нового времени. Эта свобода дает право каждому «продавать свой труд тому, кто за него дает наибольшую плату, ибо труд есть собственность тех, кто не имеет никакой собственности»1.

Подлинная свобода, по убеждению Вольтера, проявляется в том, что люди перестают быть формально зависимыми друг от друга. Это, однако, совсем не равносильно воцарению хаоса в обществе, возникновению беспорядочных столкновений в нем автономных воль. Отношения зависимости, определенной связанности действий индивидов остаются. Но теперь такие отношения приобретают совсем другой смысл. «Свобода, - писал Вольтер, -состоит в том, чтобы зависеть только от закона»2. Так прорастала на французской почве ставшая позже весьма известной и популярной на Западе идея «господства права».

Весьма содержательной и социально значимой является идея Вольтера о том, что свобода должна быть дополнена и подкреплена равенством. Равенство людей понимается им в строго политико-юридическом смысле:

- обретение всеми людьми одинакового статуса гражданина;

- одинаковая зависимость всех граждан от закона;

- одинаковая защита их законом.

Такое равенство в его трактовке весьма ценно и социально ожидаемо, желанно. Однако сторонником имущественного равенства Вольтер не был. Свои представления о свободе и равенстве Вольтер использовал в предложениях по реформированию феодального общества:

уничтожение сословных привилегий;

упразднение церковных судов;

замена аристократии бюрократией на ключевых государственных постах.

Он требовал справедливого судопроизводства с широким участием адвокатов в процессе, отмены пыток и т.п. Надежды на проведение таких реформ он возлагал на сильную и просвещенную государственную власть. В зависимости от исторической эпохи государство, полагал Вольтер, может выступать в разных организационных формах. Однако симпатии его на стороне просвещенной монархии. Вместе с этим Вольтер признает и республику, которая по его мнению, более всего приближает людей к их естественному состоянию. Власть в республике направляется волею законов, выносимых всеми. Основными социально-политическими и правовыми принципами учения Вольтера является свобода, собственность, законность и гуманизм.

Шарль Монтескье (1689 - 1755) - один из ярких представителей французского Просвещения, выдающийся юрист и политический мыслитель. Основная работа Монтескье - «О духе законов», (1747), в которой автор предпринял плодотворную попытку постижения сущности и логики развития позитивных законов. Методологией анализа «духа законов» выступает набирающий силу рационализм. «Законы, говоря вообще, - пишет Монтескье, - есть человеческий разум, поскольку он управляет всеми народами земли, а политические и гражданские законы каждого народа должны быть не более как частными случаями приложения этого разума»3.

Понятие «дух законов» опирается на характерные для естественно-правовых учений об объективной справедливости, которая предшествует позитивному закону, а не впервые создается им. «Законам, созданным людьми, - подчеркивает Монтескье,- должна была предшествовать возможность справедливых отношений. Говорить, что вне того, что предписано или запрещено положительным законам, нет ничего ни справедливого, ни несправедливого, значит, утверждать, что до того, как был начертан круг, его радиусы не были равны между собою»4.

Правовой смысл «духа законов» по-разному проявляется в различных формах права (естественном, церковном, международном, государственном, гражданском, семейном и т.д.) с учетом их отношения к различным разрядам вопросов, входящих в «область их постановлений». «Существуют, следовательно, - пишет Монтескье, - различные разряды законов, и высшая задача человеческого разума состоит в том, чтобы точным образом определить, к какому из названных разрядов по преимуществу относятся те или иные вопросы, подлежащие определению закона, дабы не внести беспорядка в те начала, которые должны управлять людьми»5. Наряду с анализом «закона вообще», Монтескье иссле-

1 Цит. по кн.: История политических и правовых учений: Учеб. для вузов / Под ред. В.С. Нерсесянца. М., 1966. С. 279.

2 Там же.

3 Цит. по кн.: История политических и правовых учений. С. 164.

4 Там же. С. 558.

5 Цит. По кн.: История политических и правовых учений. С. 559. _118

дует закон конкретно. Так, перечисляя законообра-зующие факторы, он обращает внимание на характер и свойства народа, которым должен соответствовать закон, устанавливаемый для данного народа. Более того, по Монтескье, законы должны соответствовать не только форме правления в государстве, но и таким его характеристикам как положение и размеры, климат, качество почвы, образ жизни населения, его численность, богатство, нравы, обычаи и т.д.

Специальное внимание Монтескье уделяет проблеме соотношения закона и свободы. Он различает два вида законов о политической свободе. Один определяет отношение к государству, второй -к гражданину Без сочетания этих двух аспектов политическая свобода остается неполной, нереальной и необеспеченной. Она остается таковой, если не исключена возможность злоупотребления властью. Чтобы этого не произошло, считал Монтескье, власть в государстве необходимо разделить на законодательную, исполнительную и судебную. Разделение и взаимное сдерживание властей являются главным условием обеспечения политической свободы. При этом Монтескье подчеркивает, что свобода состоит не в том, чтобы действовать произвольно, безгранично. «Свобода, - читаем в работе «О духе законов», - есть право делать все, что дозволено законом. Если бы гражданин мог делать то, что этими законами запрещается, то у него не было бы свободы, так как его то же самое могли бы делать и прочие граждане»1.

Политическая свобода в ее отношении к отдельному гражданину заключается, по мнению Монтескье, в безопасности гражданина. Рассматривая средства обеспечения такой безопасности, он придает особое значение доброкачественности уголовных законов и судопроизводства. Политическая свобода граждан в значительной степени зависит от соблюдения принципа соответствия наказания преступлению. Свобода, полагал французский мыслитель, пиршествует там, где уголовные законы налагают кары в соответствии со спецификой самих преступлений: наказание здесь зависит не от произвола и каприза законодателя, а от существа дела.

Особое внимание Монтескье уделяет способам составления законов, законодательной технике. Закон, по его мнению, должен быть умеренным, сжатым и простым. Законы не должны давать возможность различного их толкования, не должны содержать исключений, их мотивировка должна быть солидной, им должна быть присуща «совершенная непорочность». Учение Монтескье о «духе законов» и разделении властей оказало существенное воздействие на всю последующую политико-правовую мысль во Франции и за ее пределами.

Жан Жак Руссо (1712 -1778) - один из ярких и

оригинальных мыслителей во всей истории общественных и политических учений. Его социальные и политико-правовые взгляды изложены во многих произведениях. Главный источник социального зла, в том числе и преступности, Руссо усматривал в социальном неравенстве, которое он понимал как неравенство имущественное. Неравенство между людьми, полагал он, не существует изначально. «Какими могут быть путы зависимости между людьми без имущества?» Этим вопросом мыслитель обосновывает свою точку зрения: главной причиной социального неравенства выступает частная собственность. «Сколько преступлений, войн, убийств и ужасов не коснулось бы человечества, - восклицает Руссо, - если не было бы частной собственности, если бы люди согласились с тем, что плоды принадлежат всем, а земля никому»2.

Чтобы предотвратить «ужаснейшие смуты», «захваты богатых, разбои бедных», короче, хаос в обществе, люди, полагал Руссо, вынуждены будут договариваться о необходимости образования государства, которое защитит гражданина. Теория общественного договора Руссо предполагает также и реализацию свободы. «С общественным договором человек теряет свою собственную свободу и неограниченное право на все, что его искушает и чего он может достичь. Обретает он, однако, гражданскую свободу и право собственности на все, что он имеет»3. Гражданская свобода, которую человек обретает посредством общественного договора, является, по Руссо, свободой высшего типа по сравнению со свободой естественной, «ибо побуждение лишь одних желаний является рабством, но послушание закону, который мы сами установили, является свободой»4.

Общественное соглашение, по словам Руссо, дает государству неограниченную власть над своими членами. Эту власть, направляемую общей волей, он именует суверенитетом. «Сувереном», единственным правителем общества, возникающего на основе «общественного договора», Руссо считает «объединенный народ». Только такой суверен выгоден всем, он является гарантом правильного и полезного развития всех членов общества. При этом у Руссо под народом подразумеваются все участники общественного соглашения, а не какой-то особый слой общества.

Весьма ценны мысли Руссо о соотношении законодательной и исполнительной власти через призму суверенитета народа. Так, законодательная власть, как собственно суверенная государственная власть, может и должна, по Руссо, осуществляться только самим народом - сувереном непосредственно. Что же касается исполнительной власти, то она не может «принадлежать всей массе народа», а создается в качестве посредника между подданными

1 Монтескье Ш. Избр. Произв. М., 1955. С. 289.

2 Цит. по кн.: История философии в кратком изложении. М.: Мысль, 1994. С. 439.

3 Там же. С. 440.

4 Цит. по кн.: История философии в кратком изложении. М.: Мысль, 1994. С. 440.

119

и сувереном. Исполнительная власть уполномочена сувереном приводить в исполнение законы и поддерживать политическую и гражданскую свободу Устройство исполнительной власти должно быть таково, чтобы оно всегда было готово жертвовать правительством для народа, а не народом для правительства.

В зависимости от того, кому вручена исполнительная власть (всем, некоторым, одному), Руссо различает такие формы правления, как демократия, аристократия и монархия. Однако при любой из этих форм правления суверенитет и законодательная власть принадлежат народу Примечательной является мысль Руссо о том, что демократическая форма правления более всего пригодна для малых государств, аристократическая - для средних, а монархическая - для больших. При этом всякое правление посредством законов Руссо считает республиканским.

Особое внимание Руссо уделяет анализу проблемы закона и процесса законотворчества. Он различает четыре рода законов: политические, гражданские, уголовные и законы четвертого рода, «наиболее важные из всех» - общественное мнение, нравы, обычаи. Цель всякой системы законов - свобода и равенство. Свобода, подчеркивает Руссо, вообще не может существовать без равенства.

Как и Монтескье, Руссо говорит о необходимости учета в законах своеобразия географических факторов страны, занятий, нравов народа и т.д. Законы - необходимое условие нормального функционирования общества, но их создание - дело великое и трудное. Оно требует больших знаний, разума и воли. Поэтому, считает Руссо, нужна «наука о Законодателе». Последнего мыслитель сравнивает с механиком - изобретателем машины, а правителя -с рабочим, который лишь собирает и запускает ее. Законодательную власть Руссо характеризует как «сердце Государства». Своей концепцией о законе как выражении общей воли, о народном суверенитете, месте и роли законодательной власти, теорией общественного договора и принципами организации государства Руссо оказал огромное влияние на дальнейшее развитие государственно-правовой мысли и социально-политической практики.

Учение Канта и Гегеля о государстве и праве. Свои политико-правовые взгляды И. Кант (1724 -1804, Кенигсберг) изложил главным образом в трудах: «Идеи всеобщей истории с космополитической точки зрения», «К вечному миру», «Метафизические начала учения о праве». Рационалистический подход к праву и государству, разрабатывавшийся многими предшествующими мыслителями, получает в его произведениях дальнейшее развитие и глубокое философское обоснование. Более того, по мнению известного исследователя философии пра-

ва С.С. Алексеева, «именно Канту принадлежит в полной мере в науке неоцененная заслуга наиболее философски фундаментального, строго научного, «математически» точного обоснования необходимости, неустранимой закономерности права в обществе, в жизни людей...»1.

Философия права, по Канту, - это априорная система права, вытекающая из разума. При этом априорные веления (максимы) разума выступают как категорические императивы (безусловные требования) морального и правового аспектов. Всеобщий правовой категорический императив Кант формулирует так: «Поступай внешне так, чтобы свободное проявление своего произвола было совместимо со свободой каждого, сообразной со всеобщим законом»2. Или иными словами: поступай так, чтобы ты относился к человечеству и в своем лице, и в лице любого другого как к цели и никогда только как к средству. Соблюдение требований «категорического императива» возможно тогда, когда индивиды в состоянии свободно следовать голосу разума.

Кант, конечно, понимал, что фактически далеко не каждый использует индивидуальную свободу только для реализации «категорического императива», сплошь и рядом она перерастает в произвол. Совокупность условий, ограничивающих произвол одного по отношению к другим посредством объективного общего закона свободы, Кант называет правом. Отсюда право призвано регулировать внешние поступки людей, а мотивы этих поступков исследует мораль. Вместе с этим право имеет и «моральную обязанность» - обеспечить морали те социальные условия, которые обеспечили бы ей нормальное функционирование, полную реализацию свободы индивида. Значит свобода, по Канту, представляет не просто простор для желаемого действия каждого, а такое явление, которое сообразно с разумностью, самой возможностью проявления творческой, созидательной активности человека. Поэтому не случайно подмечено, что «Кант оказался первым из немецких мыслителей, который определил право не просто через понятие юридической свободы, но через понятие свободы именно в философском смысле»3. Свобода в этом смысле выступает как основополагающий элемент человеческого бытия и как источник восходящего развития человечества. Не случайно Гегель выделил именно философский - новый, оригинальный момент кантовс-кой мысли, что «прирожденное право только одно-единственное: свобода - единственное первоначальное право, присущее каждому человеку в силу его принадлежности к человеческому роду»4. «Прирожденно» - значит данное самой природой.

Из этой философии гуманистического права Кант выходит на решение проблемы соотношения права и власти. Даже в наши дни его слова звучат

1 Алексеев С.С. Философия права., М., 1998. С. 91.

2 Кант И. Основы метафизики нравственности. Критика практического разума. Метафизика нравов. СПб., 1995. С. 286.

3 Баскин Ю.Я. Очерки философии права. Сыктывкар, 1996. С. 17.

4 Кант И. Соч.: В 6 т. М., 1964. Т.4. С.147.

современно, актуально, оригинально: «право человека должно считаться священным, каких бы жертв ни стоило это господствующей власти. Здесь нет середины и нельзя измышлять среднее между прагматически обусловленного права (нечто среднее между правом и пользой); всей политике следует преклонить колени перед правом ,..»1, «природа хочет, чтобы право получило в конце концов верховную власть»2.

Характеризуя свою эпоху как «век Просвещения», Кант определял последнее как «выход человека из состояния своего несовершеннолетия», понимаемого как «неспособность пользоваться» своим умом «без руководства со стороны кого-то другого». Основной же целью раскрепощения человеческих умов Кант считал самостоятельность мысли «относительно лучшего составления законодательства» и ее права «откровенно критиковать существующее законодательство».

Ранее уже подчеркивалось, что Кант доказывал возможность достижения вечного мира посредством реализации шести условий. К этим условиям Кант добавлял ряд «внутренних условий», среди которых особо выделяются такие, «где власть принадлежит не людям, а законам»3. Следует отметить, что Кант связывал вечный мир не только с установлением республиканского устройства во всех государствах, но и с обеспеченностью в каждом из них внутреннего мира. Трактуя экономические отношения в государствах как основанные на частной собственности, Кант был убежден, что при этом конфликтность человеческих интересов может посредством права приводиться к определенной согласованности, исключающей необходимость обращения к силе для разрешения противоречий.

Проблему происхождения государства Кант решает в духе Руссо, т.е. выступает сторонником договорной теории. Однако Кант придает ей глубокое рационалистическое и правовое обоснование. Отправной пункт кантовского анализа - естественное состояние общества, которое базировалось на «праве силы». Осознание людьми необходимости обуздать свои эгоистические склонности, уважение к естественному праву побуждает их отказаться от состояния «войны всех против всех» и образовать гражданское правовое общество. Благодаря действию разума, указывал Кант, результат получается такой, как если бы у людей «эгоистических склонностей не было совсем». Заостряя эту мысль, Кант писал, что «проблема создания государства разрешима, как бы шокирующе это ни звучало, даже для дьяволов (если только они обладают рассудком)»4. В осмыслении людьми гибельной перспективы без права и государства Кант видел выражение того, что

«разум может использовать механизм природы как средство для того, чтобы осуществить свою собственную цель - предписание права - и этим способствовать внешнему и внутреннему миру и обеспечить его, поскольку это зависит от государства»5.

Кант заявлял, что величайшая проблема для человеческого рода, разрешить которую его вынуждает природа, - это достижение «всеобщего правового гражданского общества». Такое общества, по мнению Канта, предполагает:

• освобождение от «опекунства» со стороны духовенства и предоставление им права самостоятельно судить о религии;

• «устройство в каждом государстве должно быть республиканским», с равенством всех перед законом;

• монарх во главе республики должен руководствоваться общей волей граждан, которую наиболее полно и адекватно выражают не избираемые населением делегаты, а философы, мыслители.

В 90-е гг. философ решительно осудил революции, особенно такие «цареубийственные», как английская середины XVII в. и французская конца XVIII в. Он писал, что «против законодательствующего главы государства нет правомерного сопротивления народа», нет «никакого права на возмущение, еще в меньшей степени - на восстание и в наименьшей степени - права посягать на его особу ... Малейшая попытка в этом направлении составляет государственную измену, и такого рода изменник может караться только смертной казнью за попытку погубить свое отечество ...»6.

Правда, категоричность этого суждения смягчалась кантовским обоснованием необходимости лояльности населения страны в отношении победоносной революции. Таким образом, убеждение в нежелательности революции и призыв не совершать ее сочетается у Канта с указанием на обязательность принятия свершившихся революций. Этим он старался предостеречь общество от гражданской войны. В истинной республике, даже во главе с монархом, считал Кант, должны править общеобязательные законы, а входящим в правительство людям надлежит лишь обеспечить их неукоснительное соблюдение. Республиканизм, подчеркивал Кант, «есть государственный принцип отделения исполнительной власти (правительства) от законодательной ...»7. Однако идея разделения власти не означает у Канта равновесия власти государственной, исполнительной и судебной, а предполагает подчинение последней - второй, а второй - первой. Условием справедливости «всеобщего правового гражданского общества» выступает взаимосвязь свободы с наказанием. Справедливое гражданское

1 Кант И. Сочинения на немецком и русском языках. М., 199. С. 461.

2 Кант И. Соч.: В 6 т. Т.6. С. 286.

3 Там же. Т.4. С. 283.

4 Кант И. Соч.: В 6 т. Т.4. С. 286.

5 Там же.

6 Там же. С. 242.

7 Кант И. Указ соч. Т.6. С. 269.

121

устройство, полагал Кант, это такое общество, в котором максимальная свобода под законами сочетается с «непреодолимым принуждением». Такое общество должно иметь закон, который определил бы границы закона для всех.

Такая граница очерчена Кантом при анализе им проблемы суверенитета государства. Так, выдвигая и отстаивая идею народного суверенитета, т.е. требование участия народа в установлении правопорядка путем принятия конституции, философ одновременно накладывает вето на право народа обсуждать вопрос о происхождении власти. Более того, Кант, выдвинув принцип суверенитета народа, тут же урезает свою демократию делением всех граждан на активных и пассивных. К последним он относит тех, кто добывает средства к существованию только выполняя волю других, т.е. кто лишен собственности. Такие граждане лишаются избирательного права.

Таким образом, Кант, следуя духу времени и своему собственному, одним из первых подверг глубокому теоретическому осмыслению проблему философии права с позиций последовательного рационализма, рассматривая ее в тесной взаимосвязи со свободой и моралью. Содержание правовых взглядов Канта позволяет отнести его к одним из ранних идеологов реформизма. Современный читатель не может не удивляться поразительной прозорливости этого философа при анализе им проблем войны и мира, сущности права, принципов законодательства, прав человека и др. К реализации некоторых из них человечество только приступает.

Особое внимание проблемам государства и права уделил Г. Гегель (1770-1831). Эти проблемы анализируются им во многих работах, но наиболее концентрированно и системно - в «Философии права» (1820) - одном из самых выдающихся произведений политико-правовых учений. Философия права - важная составная часть всей гегелевской системы философии. В предисловии к «Философии права» подчеркивается, что основная задача философии права - познание государства и права, а не указание на то, какими они должны быть. Предметом гегелевской философии права оказывается идея права. «Философская наука о праве, - отмечает он, - имеет своим предметом идею права - понятие права и его осуществление»1.

Право, по Гегелю, состоит в том, что наличное бытие вообще есть «наличное бытие свободной воли»2. Исходным пунктом в гегелевском конструировании системы права как царства реализованной свободы является свободная воля. Свобода составляет сущность и определение воли подобно тому, как тяжесть составляет основное определение тела. Воля без свободы - пустое слово: «Воля

1 Гегель Г. Философия права. М., 1990. С. 59.

2 Там же. С. 89.

3 Гегель Г. В. Ф. Сочинения. В 14 т. М.-Л.,1929-1958. Т. 7. С. 49.

4 Гегель Г.В.Ф. Философия права. М., 1990. С. 249.

5 Там же. С. 98.

6 Там же. С. 108.

истинна, когда волит свободу»3. По Гегелю, свободное - и есть воля, поскольку для него мышление и воля отличаются друг от друга не как различные способности, а лишь как два способа - теоретический и практический - одной и той же способности мышления.

Понятие «право» употребляется в гегелевской философии права в следующих основных значениях:

• право как свобода;

• право как ступень свободы;

• право как закон («позитивное право»).

Законы, справедливо считает Гегель, могут

появляться лишь в условиях довольно развитой жизни общества, когда достигнут определенного уро-веня образования, культуры. Варвары не обладают этими достоинствами цивилизации и поэтому ими управляют влечения, нравы, чувства. Объективная действительность права, по Гегелю, состоит в том, что оно, во-первых, знаемо и, во-вторых, имеет всеобщую силу.

Идею свободы на ступени появления позитивного права Гегель обозначает как «право в себе»; путем законодательствования это «право в себе» формируется как закон. Превращение «права в себе» в закон придает праву форму всеобщности и подлинной определенности. «Благодаря тому, что право положено и знаемо, все случайное, связанное с чувствами, мнениями, формой лишения, сострадания, корыстолюбия, отпадает, и, таким образом, право лишь теперь обретает свою истинную определенность и свою честь»4.

В гегелевском учении основными ступенями развития понятия права являются: абстрактное право, мораль, нравственность. Абстрактное право представляет первую ступень в движении понятия права от абстрактного к конкретному. Это право абстрактно свободной личности. Абстрактное право имеет тот смысл, что вообще в основе права лежит свобода отдельного человека, личности. Личность, по Гегелю, подразумевает правоспособность. Поэтому «веление права гласит: будь лицом и уважай других в качестве лиц»5.

Свою реализацию свобода личности находит в праве частной собственности, которая, в противоположность общности имущества, содержит в себе момент разумности. Гегель обосновывает формальное правовое равенство людей: люди равны именно как свободные личности, равны в одинаковом праве на частную собственность, но не в размере владения частной собственностью. Поэтому «утверждение, будто справедливость требует, чтобы собственность каждого была равна собственности другого, ложно, ибо справедливость требует лишь того, чтобы каждый человек имел собственность»6. Спра-

ведливость, о которой пишет Гегель, требует, строго говоря, не того, чтобы «каждый человек имел собственность», а лишь того, чтобы каждый человек имел право на собственность.

Важным моментом гегелевского учения об абстрактном праве является положение о неправде (простодушная правда, обман, принуждение и преступление). Преступление - это сознательное нарушение права как права, и наказание поэтому является, по Гегелю, не только средством восстановления нарушенного права, но и правом самого преступника, уже заложенным в его деянии - поступке свободной личности. Снятие преступления через наказание приводит, по гегелевской схеме конкретизации понятия права, к морали.

Мораль, как вторая ступень развития понятия права, означает дальнейшее движение свободы субъекта на пути к своей подлинной реализации в объективном мире. Для абстрактного права безразличны внутренний принцип и намерение лица. Лишь на ступени морали приобретают значение мотивы, умысел и цели поступков субъекта. С моральной точки зрения человек свободен от внешних определений. «Ценность человека определяется его внутренним побуждением, и тем самым точка зрения моральности есть для себя сущая свобода»1.

Гегель выступает против вторжения во внутреннее убеждение человека и насилия над ним. Государственные законы, подчеркивает он, не могут простираться на умонастроение, ибо в области морали субъект существует для себя самого, и насилие здесь не имеет смысла. Лишь в поступке субъективная воля достигает объективности и, следовательно, сферы действия закона; сама по себе моральная воля ненаказуема.

Как абстрактное право, так и мораль являются лишь двумя односторонними моментами, которые приобретают свою действительность лишь в нравственности - третьей ступени развития понятия права. Нравственность, в отличие от абстрактного права и морали, уже не абстрактна, а конкретна, действительна и проявляется в виде семьи, гражданского общества и государства.

Государство, по Гегелю, есть идея разума, права и свободы. Оно, будучи разумным, есть «действительность нравственной идеи». Однако действительным, согласно Гегелю, можно считать лишь то, что является одновременно и необходимым и разумным. Разумное государство основано на разделении властей и представляет собой монархию. Тремя различными властями в государстве, по Гегелю, являются: законодательная власть, правительственная власть и власть государя, т.е. монарха. Такое подразделение властей в государстве выступает «гарантией публичной свободы»2.

Положения Гегеля о разумной сущности государства дополняются теистической риторикой: «существование государства - это шествие Бога в мире...»; «мы должны поэтому почитать государство как некое земное - божественное существо ...»3. Тем не менее Гегель был решительным противником тех, кто пытался доказать, что «религия есть основа государства». Гегель был убежден, что наука «имеет свое местопребывание» не в церкви, а в государстве. При этом уважение к государству лучше всего обеспечивается «с помощью философского усмотрения его сущности». Целью государства является, по Гегелю, «счастье граждан».

Важно отметить, что суверенитет государства Гегель связывал с необходимостью личности монарха, причем наследственного, который «благодаря физическому рождению предназначен быть монархом». По поводу последнего положения К. Маркс иронически заметил: «Гегель доказал, что монарх должен родиться, в чем никто не сомневается, но он не доказал, что рождение делает его монархом»4. Утверждение о монархе как носителе государственного суверенитета было выдвинуто Гегелем в противовес революционному учению Руссо о суверенитете народа. По Гегелю, народ без монарха есть «бесформенная масса». Поэтому в разумном государстве «абсолютно решающим моментом» является монарх.

К принципиальным аспектам гегелевской концепции относится обоснование правомерности политического неравенства, которое Руссо охарактеризовал как величайшее зло цивилизации. С точки зрения Гегеля, требование политического равенства - это «рассудочные абстракции», которые не дают возникнуть государственному устройству и правительству или их разрушают. Гегель усматривает высокую разумность и высшую справедливость в том, что «вместе с государством наступает неравенство». В обществе, полагал он, правомерен и необходим только один вид равенства- граждан перед законом.

Не могут не заинтересовать современного читателя и мысли Гегеля в отношении свободы слова и общественного мнения. Отстаивая свободу слова, Гегель определил ее как «принцип современного мира», который, однако, не следует толковать как вседозволенность, при которой возможно «оскорбление чести индивидуумов, клевета и хуление правительства ...»5. Общественное мнение Гегель считал правомерным удовлетворением потребности граждан в политической активности. Однако к содержанию общественного мнения он относился пренебрежительно, считая, что оно еще не есть критерий того, «что на деле нужно». С этим, видимо, трудно спорить.

Не обходит Гегель своим вниманием и проблему сословной структуры общества. Здесь он вы-

1 Гегель Г.В.Ф. Философия права. С. 156.

2 Там же. С. 309.

3 Гегель Г.В.Ф. Соч.: в 14 т. т.7. С. 280, 294.

4 Маркс К., Энгельс Ф. соч. 2-е изд. т.1. С. 256.

5 Гегель Г.В.Ф. Указ. соч. т. 7. С.338, 340.

123

деляет земледельческое сословие, причем без его дифференциации на классы помещиков и крестьянства. Правда, Гегель намекает все-таки на порабощенное положение «субстанционного сословия» (крестьянства), которое зависимо, готово «терпеть и склонно к подчинению». Второе сословие - промышленное, которое делится на занятых в ремесленном, фабричном производстве и в торговле. При этом он подчеркивал, что «индивидуум в промышленном сословии должен надеяться на себя», отсюда - чувство собственного достоинства и потребность в правопорядке. Чиновничество составляет у Гегеля «среднее сословие». Это вышедшие из народа образованные люди, находящиеся на государственной службе. Они - «главная опора государства». Выделяет Гегель и «бедный класс», низкий уровень жизни которого вызывает у него «потерю чувства права и чести».

Стремясь затушевать социальные противоречия, Гегель одновременно признавал, что значительная часть населения нищает, происходит «опускание жизни массы людей ниже уровня существования», а в «немногих руках» концентрируется «чрезмерное богатство». Тем не менее он решительно отверг путь решения этих противоречий социальной революцией, равно как социалистическую перспективу развития общества. По Гегелю, «частная собственность должна одержать верх», а коммунистические принципы - это «пустая поверхностная рассудочность»1.

«Гражданское общество» в понимании Гегеля - это опосредованная трудом система потребностей, покоящаяся на господстве частной собственности и всеобщем формальном равенстве людей. Такого общества не было в древности и в средние века, оно возникло лишь в современном мире и связано с утверждением буржуазного строя. На ступени гражданского общества еще не достигнута подлинная свобода, так как стихия столкновения частных интересов ограничивается властью. Гражданское общество разрывается противоречиями, а поэтому необходимыми здесь являются и правосудие, и полиция, и корпорация. Последняя разумна, ибо объединяет людей по их знаниям, интересам. «Наряду с семьей, - считает Гегель, - корпорация составляет второй существующий в гражданском обществе нравственный корень государства»2.

С противоречиями гражданского общества могут справиться правосудие и полиция, которые отстаивают «всеобщий интерес»3. Отвергая голое насилие, Гегель признает за членом гражданского общества как право искать суда, так и обязанность предстать перед судом, получить свое спорное право лишь посредством суда. Судопроизводство должно быть публичным. Эта публичность соответствует как праву отдельной личности, так и интересам

всех. Гегель отстаивает, наряду с публичным судопроизводством, также и суд присяжных. При отсутствии такого суда члены гражданского общества ставятся в положение чужих в отношении права и подпадают под опеку и некоторого рода крепостную зависимость от замкнутого сословия юристов.

Философия права Гегеля содержит критику деспотизма и беззакония. Он не признает форму правления, не опирающуюся на конституцию и гражданские законы. При подобном правлении уголовная юрисдикция оказывается в руках чиновников правительства, обвиняемый лишается права иметь защитника, отсутствует объективное следствие и суд.

С антифеодальных, гуманистических позиций исследует Гегель и проблемы уголовного права и процесса, преступления и наказания. Критикуя феодальную конституцию, он отстаивает человеческое достоинство преступника, требует гласности, публичности в исполнении наказания. Деспотизму удобнее убивать в темноте, нежели публично. В государствах, где судьба человека решается судом, «у гражданина есть право требовать, чтобы его осудили те, кто ему равны». Гегель при этом имеет в виду суд присяжных.

Итак, философско-правовое учение Гегеля, как и его философия в целом, самобытно по своему содержанию и оригинально по своей форме. Своей демократической и гуманистической сущностью оно оказало заметное влияние на дальнейшее развитие историко-правовой мысли.

Марксистская концепция философии права в Западной Европе разрабатывалась К. Марксом (1818-1883) и Ф. Энгельсом (1820-1895). Методологию этого учения в философском плане составил материализм, а в политическом - идея насильственной социалистической революции, ликвидации частной собственности, уничтожения эксплуатации человека человеком и установления диктатуры пролетариата.

Право и государство, согласно марксистскому учению, являются надстроечными явлениями, обусловленными базисными, т.е. производственными экономическими отношениями. Отсюда ликвидация частной и установление общественной собственности на средства производства меняют характер производственных (базисных) отношений и «автоматически ликвидируют и буржуазное государство (гражданское общество) и его орудие - право. Как справедливо отмечает академик В.С. Нерсесянц, «в контексте такого историко-экономического материализма и в целом социальной философии марксизма право как обусловленная надстроечная форма не имеет собственной сущности, собственной истории. Уничтожение собственности, по существу, предопределяет и судьбу права»4.

Однако ликвидация частной собственности

1 Там же. С. 69, 75.

2 Гегель Г.В.Ф. Философия права. С. 227.

3 Гегель Г.В.Ф. Указ. соч. С. 329.

4 Нерсесянц В.С. Философия права: Учеб. для вузов. М., 1999. С. 113.

посредством установления диктатуры пролетариата и обобществление средств производства еще не обеспечивает коммунистического равенства. Последнее, по учению марксизма, будет достигнуто при полном коммунизме. При социализме, т.е. на первой фазе коммунизма, распределение благ осуществляется по труду. Здесь еще сохраняется «буржуазное» право. Оно, в силу различных (индивидуальных) способностей людей, «есть неравное право для неравного труда... Поэтому оно по своему содержанию есть право неравенства, как всякое право»1. Только при полной победе коммунизма, когда отпадет необходимость контроля за мерой труда и мерой потребления, вместе с отмиранием государства отмирает и право.

В марксистской философии права разрабатывается и проблема соотношения свободы и закона. Так, молодой Маркс, критикуя прусское законодательство, соглашаясь с гегелевской трактовкой права как идеи свободы, противопоставляет разумное право существующим законам. Разумное право предполагает «закон свободы, который становится сознательным государственным законом»2. Свобода - это необходимое, естественное, нормальное состояние человеческой жизни, несвобода - ненормальное, больное состояние3.

В отличие от произвола в форме закона подлинный закон выражает свободу в ее сути. «Юридически признанная свобода, - замечает Маркс, - существует в государстве в форме закона»4. Государственное установление мер, исходящих из несвободы и ущемляющих свободу, представляют собой, по Марксу, злоупотребление в форме закона5. Это уже не подлинный закон, а бесправие и произвол в форме закона. Критикуя такой произвол, Маркс замечает: «Законодатель же должен смотреть на себя как на естествоиспытателя. Он не делает законов, он не изобретает их, а только формирует, он выражает в сознательных положительных законах внутренние законы духовных отношений»6.

С этих естественно-правовых позиций Маркс определяет действительный позитивный закон как всеобщее и подлинное выражение правовой природы вещей. «Правовая природа вещей, - замечает при этом он, - не может поэтому приспособиться к закону - закон, напротив, должен приспособиться к ней»7. Когда же критерием закона является не объективная природа вещей и не объективные внешние действия, а намерения и тенденции, тогда подобные законы предстают как средства самого ужасного терроризма и «юрисдикции подозре-

ния»8. Такой произвольный закон, «закон, карающий за образ мыслей, не есть закон, изданный государством для его граждан. Это - закон одной партии против другой»9.

Метод материалистического понимания истории позволил основоположникам марксизма предложить оригинальную трактовку закономерностей доклассовой и государственной стадии развития человечества, происхождения таких важнейших общественных явлений, как семья, род, частная собственность государство. Эти и другие проблемы достаточно подробно анализирует Энгельс в работе «Происхождение семьи, частной собственности и государства». Вслед за американским ученым Морганом Энгельс делит развитие человеческого общества на три этапа: дикость, варварство и цивилизация. За основу этой классификации взят материалистический принцип - развитие производительных сил. В русле этой методологии, согласно Энгельсу, развивалась и семья.

Особую роль в классовом расслоении общества сыграло общественное разделение труда. Так, первое крупное разделение общественного труда -выделение пастушеских племен - привело к образованию класса свободных и рабов; второе - отделение ремесла от земледелия - привело к разделению самих свободных на класс имущих и класс неимущих. К этим двум крупным разделениям труда эпохи варварства эпоха цивилизации присоединила третье - создала класс, занимающийся только обменом продуктов - класс купцов. Цивилизацию всегда, отмечал Энгельс, сопровождало открытое или замаскированное рабство. Трем эпохам цивилизации - античному миру, феодализму и капитализму - соответствуют и три формы порабощения: рабство, крепостное право и наемный труд.

В этой работе Энгельс писал также об исторически обусловленном характере государства - оно исчезнет с такой же неизбежностью, с какой и возникло. «Теперь, - утверждал он, - мы приближаемся быстрыми шагами к такой ступени развития производства, на которой существование этих классов не только перестало быть необходимостью, но становиться прямой помехой производству. Классы исчезнут так же неизбежно, как неизбежно они в прошлом возникли. С исчезновением классов исчезнет неизбежно государство. Общество, которое по-новому организует производство на основе свободной и равной ассоциации производителей, отправит всю государственную машину туда, где ей будет тогда настоящее место: в музей древностей, рядом с прялкой и бронзовым топором»10.

1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., 2-е изд. Т. 19. С. 19.

2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. т. 1. С.63.

3 Там же. С. 64.

4 Там же. С. 62.

5 Там же. С. 63.

6 Там же. С. 162.

7 Там же. С. 122.

8 Там же. С. 14.

9 Там же. С. 15.

10 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 21. С. 173.

125

Методологией партийности пронизано и ленинское учение о государстве и праве, которое продолжает и развивает идеи К. Маркса и Ф. Энгельса. «Государство, - пишет В.И. Ленин, - есть продукт и проявление непримиримости классовых противоречий. Государство возникает там, тогда и постольку, где, когда и поскольку классовые противоречия объективно не могут быть примиримы. И наоборот: существование государства доказывает, что классовые противоречия непримиримы1. Государство как политическая надстройка над экономическим базисом классово-антагонистического общества, независимо от того, к какому типу оно принадлежит и в какой форме выступает, всегда является диктатурой господствующего класса, орудием подавления эксплуатируемых им классов.

Такова, по Ленину, сущность и буржуазного государства, которое в ходе пролетарской революции необходимо сломить. Безусловной ломке подлежит военно-бюрократический аппарат - армия, полиция, суд, все репрессивные институты и учреждения. Часть старой государственной машины победивший пролетариат сохраняет и ставит на службу революционному преобразованию общества.

Победивший в ходе социалистической революции пролетариат создает государство диктатуры пролетариата, ибо развитие коммунизма «идет через диктатуру пролетариата и иначе идти не может, ибо сломить сопротивление эксплуататаров-капи-талистов больше некому и иным путем нельзя»2.

Развивая идеи Маркса и Энгельса об отмирании государства, В.И. Ленин, во-первых, уточняет, что

отмирать может только социалистическое государство и, во-вторых, выделяет предпосылки такого отмирания. В ряду последних - экономические: реализация коммунистического принципа распределения (от каждого по способностям - каждому по потребностям) и социальные: уничтожение классов, развитие социалистической демократии, рост сознания масс.

Трактовка В.И. Лениным проблем права основана на рассмотренных выше взглядах на право Маркса и Энгельса, которые тоже построены на методологии классового принципа. Последний предполагает ликвидацию всех форм права, всех законов «эксплуататорского общества», отражающих интересы «господствующего класса». Это, во-первых. Во-вторых, диктатура пролетариата - это власть, неограниченная законом. Она «имеет право» во имя победы коммунизма идти на любые шаги, на любые акции ради торжества светлых идей всеобщего счастья. В-третьих, социалистическое государство создает в своих интересах новое - «революционное право», которое по мере приближения коммунизма будет отмирать, отдавая свои функции морали. Только из этих положений видно, что марксистско-ленинская теория права оригинальна, специфична. Как отмечает профессор С.С. Алексеев, «Маркс и его последователи вопреки общепринятым представлениям вполне могут быть названы создателями особой философии права, противостоящей философии, рожденной эпохой и французской революцией, - коммунистической философии права»3.

1 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 33. С. 7.

2 Там же. С. 88.

3 Алексеев С.С. Философия права. М., 1998. С. 156.