Стихотворные вставки и их функции в «Книге о чалме» Хушхал-хана Хаттака

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 13. ВОСТОКОВЕДЕНИЕ. 2014. № 1

Я.И. Куницкая

СТИХОТВОРНЫЕ ВСТАВКИ И ИХ ФУНКЦИИ В «КНИГЕ О ЧАЛМЕ» ХУШХАЛ-ХАНА ХАТТАКА

Данная статья посвящена одной из сторон изучения ранней афганской литературы на языке пушту: вопросу функционирования поэтических вставок в первом сохранившемся до наших дней прозаическом памятнике, созданном на языке пушту, — «Дастар -нама», или «Книга о чалме», Хушхал-хана Хаттака (1613-1689). Задачей данной статьи является определение основных характеристик и функций поэтических вставок в тексте «Дастар-нама» и, следовательно, способов взаимодействия поэзии и прозы в едином художественном пространстве. Такая постановка проблемы представляется весьма актуальной, поскольку прозопоэтические произведения широко представлены во всех классических литературах Ближнего и Среднего Востока (арабской, персидской, турецкой и др.), а между тем вопрос о роли и назначении стихотворных вставок в прозе остается малоизученным. Таким образом, данная статья, анализируя материал афганской литературы, вносит вклад в формирование общего инструментального базиса для последующего анализа функционирования прозопоэтических средневековых сочинений.

Ключевые слова: литература адаба, прозопоэтические сочинения, ранняя афганская проза на пушту, стихотворные вставки в прозе.

This article is devoted to one of the aspects of Early Afghan Literature studies — functioning of poetic incorporation in the first extant prosaic literature work in Pashto — "Dastar-nama" or "Book of Turban" by Khushkhal-khan Khattak (1613-1689). The aim of the article is to define main characteristics and functions of poetic inserts in "Dastar-nama" and determine the means of interaction between prose and poetry in a single artistic space. Such problem definition is quite actual as prose-and-poetic works are widely spread in all classic literatures of the Middle East (Arabic, Persian, Turkish etc.) Still, the problem of poetic inserts' roles and objectives is insufficiently explored. Thus, this article analyzing the material of Afghan Literature contributes to the creation of instrumental basis for further medieval prose-and-poetic pieces' functioning analysis.

Key words: adab literature, prose-and-poetic works, early Afghan prose in Pashto, poetic inserts in prose.

«Дастар-нама», или «Книга о чалме», представляет собой назидательный трактат, посвященный описанию умений и качеств, которыми должен обладать истинный пуштун и идеальный правитель. Его основной задачей является создание базы для воспитания достойных членов пуштунского общества и последующих поколений

мудрых и сильных правителей. «Книга о чалме» — единственное прозаическое сочинение основателя национальной афганской литературы Хушхал-хана Хаттака (1613-1689). Однако данное произведение нельзя назвать чистой прозой, поскольку одной из важнейших его характеристик является наличие многочисленных стихотворных вставок, различающихся по своим характеристикам и функциям. Подобное соединение прозы и поэзии в целом является характерной чертой литературы в жанре адаба1, в котором написана и сама Книга.

Исследование природы прозопоэтического текста представляет собой особый интерес для литературоведения и затрагивается в нескольких исследованиях. Так, И.М. Фильштинский в своих монографиях по истории арабской литературы рассматривает «поэтические отрывки», помещенные в прозаических сочинениях. Однако его исследования проводятся, в первую очередь, с позиций источниковедения и истории поэзии. Фильштинский говорит об антологической роли стихотворных вставок, которые «служат автору источником сведений» и материала для сочинения, а также об их иллюстративной функции.

Другую классификацию стихотворных вставок, содержащихся в «Сире Пророка» Ибн Исхака — Ибн Хишама, предлагает А.Б. Ку-делин во введении к переводу «Великой битвы при Бадре». Выделяя поэтические элементы «Сиры», он включает в их число следующие типы:

«Стихи — внесюжетные элементы "Сиры"

1. Стихи — объект филологических рассуждений о спорном авторстве поэтических произведений

2. Стихи — генеалогические свидетельства

3. Стихи — филологические свидетельства

4. Стихи — топонимические свидетельства

Стихи — составной элемент сюжета

1. Стихи — квазиисторические свидетельства

2. Стихи — исторические свидетельства (отражение внутри-племенной и межплеменной борьбы; религиозная пропаганда и конфликты на религиозной основе и т. п.)»2.

Таким образом, видно, что в данной работе исследователь положил в основу описания типов поэтических вставок в «Жизнеописании Пророка» их содержание и отношение к основному сюжету.

1 Начиная с исламского времени под жанром адаба стали именовать комплекс знаний, которыми должен обладать образованный человек.

2 Ибн Исхак — Ибн Хишам. Жизнеописание пророка. Великая битва при Бадре. Предисловие А.Б. Куделина / Пер. с араб. А.Б. Куделина и Д.В. Фролова. М., 2009. С. 15-16.

Еще одной работой на близкую тему стала статья М.С. Налич «О поэтических вставках в "Жизнеописании Пророка" Ибн Ис-хака — Ибн Хишама»3. В ней автор также обращает внимание на практически полное отсутствие специальных работ по данному вопросу. Исследуя вопрос поэтической иллюстрации в рамках «Жизнеописания Пророка», М.С. Налич подчеркивает значимость данной проблематики не только для этого жанра, но и для арабской литературы вообще.

Несмотря на наличие ряда исследований в данном направлении, феномен «инкрустирования прозы поэтическими вставками» (выражение В.Б. Никитиной) описан недостаточно, особенно в рамках иранистики. В целом же нет ни одной монографической работы, посвященной проблеме поэтической иллюстрации в литературе адаба.

Существующая ситуация и предопределила выбор темы настоящей публикации. Основные вопросы, на которых сосредоточено внимание в статье, — это классификация поэтических вставок в «Дастар-нама», а также выявление функциональной основы их соединения с прозаическим текстом.

«Книга о чалме» содержит более 170 поэтических отрывков, присутствующих практически в каждой главе. В рамках одной главы Хушхал-ханом Хаттаком может быть помещено от одного до двадцати одного вставного стихотворения в зависимости от структуры и важности самой главы.

Наиболее обильно стихотворные вставки представлены во введении и заключении «Книги о чалме». Это объясняется многочисленностью тем и вопросов, которые задаются во вступлении и суммируются в завершении, и, как следствие, структурной сложностью этих разделов трактата. Помимо этого большим количеством поэтических отрывков снабжены основополагающие главы «Дастар-нама» (вторая и третья главы первой части), рассказывающие об овладении такими фундаментальными областями, как образование и грамотность. Эти области являются, по мнению Хушхал-хана, основой формирования единого языкового и культурного сообщества пуштунов, а их отсутствие — главным препятствием на пути к объединенному государству.

Во второй части «Книги о чалме» множеством стихотворных вставок снабжена пятнадцатая глава, рассказывающая о благих намерениях и ответственности за свои поступки. Содержание этой главы затрагивает множество тем, весьма популярных и активно обсуждавшихся в литературе мусульманского мира, что побудило

3 Налич М.С. О поэтических вставках в «Жизнеописании Пророка» Ибн Ис-хака — Ибн Хишама // Слово и мудрость Востока: литература, фольклор, культура: К 60-летию акад. А.Б. Куделина: Сборник статей. М., 2006. С. 25-29.

автора подчеркнуть ее основные положения стихотворными вставками.

Максимальное же количество поэтических отрывков присутствует в главе, посвященной одной из основополагающих категорий неписаного кодекса племенной чести афганцев (пуштунвалай) — храбрости или воинской доблести (шуджат). Помимо детального описания воинской доблести, смелости и приемов военного искусства, глава о храбрости содержит также повествование о народных поверьях, связанных с днями недели, датами месяца, сторонами света и т. д. Треть стихотворных вставок главы приходится именно на эту достаточно самостоятельную часть, что связано с фольклорными корнями данного материала. В соответствии с основной задачей закрепления и передачи потомкам накопленного опыта народные поверья облекаются в легкую для запоминания поэтическую форму:

Руба'и

На восток в понедельник и субботу лучше, братец, не ходи.

А на западе ждет тебя мститель в воскресенье и пятницу.

А во вторник и среду по предсказанию не ищи спасения на севере.

А в четверг, о счастливчик, не носи свои пожитки на юг4.

Кроме того, соединение описания афганских обычаев со стихотворными иллюстрациями на фарси (а также кораническими цитатами) отвечает еще одной задаче автора: «примирить» национальную племенную традицию с мусульманскими нормами поведения и включить ее, таким образом, в региональный культурный контекст.

Таким образом, многочисленность и разнообразие стихотворных вставок в «Книге о чалме» определяется необходимостью более четко структурировать материал, визуально выделить основные мысли автора и обеспечить их легкое запоминание. Данные цели автора определяют также и содержание поэтического материала, и формальные характеристики стихотворных вставок, и их положение в тексте.

По содержанию поэтические отрывки, включенные в «Книгу о чалме», так же разнообразны, как и стихотворения дивана Хушхал-хана Хаттака и сама «Дастар-нама». Они покрывают широкий спектр традиционных тематических блоков и относятся к таким областям поэзии, как тюремная и любовная лирика, исторические и политические стихотворения, философская и религиозная поэзия. Кроме того, встречаются отрывки, содержащие элементы суфийской и аскетической поэзии. Однако в подавляющем большинстве (более 80 случаев) стихотворные вставки относятся к дидактике, что обусловлено общими воспитательными и «просветительскими»

4 Khoshhaal Khan Khatak. Destaar Ыааша // РаБЫо 1о1апа. 1966. С. 49.

задачами произведения. Выделяется и религиозное содержание поэтических отрывков (около 30 случаев), связанное со стремлением Хушхал-хана «вписать» содержание «Дастар-нама» в контекст культуры ислама.

В «Книге о чалме» представлены также фрагменты, связанные с различными частями традиционной касыды, — присутствуют как вставки-порицания, так и отрывки, выдержанные в духе восхваления (мадх), как сюжетные стихи, так и описательные (васф). Кроме того, поэтические вставки различаются по степени украшенности стиля и количеству фигур и приемов. Так, советы и наставления житейского характера включают минимальное количество фигур, смысл в них выражен прямо. В то же время «Книга о чалме» содержит множество аллегорических стихотворных отрывков, значение которых передано с помощью различных речевых оборотов:

Бейт

Лев был закован в цепь каждую ночь,

А свободный он скитается по местам покинутых стоянок5.

Отдельным блоком стоят афоризмы — короткие емкие высказывания, передающие в сжатой форме основной смысл предшествующего отрывка или содержащие народную мудрость. Как правило, они заключены в форму бейта или мисра' (полустишие), а также часть из них обозначены автором как фард (отдельный бейт).

Помимо таких кратких отрывков, в «Книге о чалме» встречаются и другие жанровые формы стихотворных вставок: руба'и, газель, кыт'а, маснави6. За ними закрепляются, как правило, не только определенные структурные, но и содержательные характеристики. Четверостишия, руба'и, которые в персидской литературе служили формой для выражения любовной, мистической и философской тематикой, в составе «Книги о чалме» наполняются советами и наставлениями, что является, скорее всего, авторской инициативой самого Хушхал-хана. Кыт'а, «отрывки», представляют собой различные по длине и объему стихотворные вставки и тоже, в основном, имеют дидактическую направленность. Однако, в отличие от руба'и, они более сложны по образности и набору фигур, что определяет их более украшенный и высокий стиль. Газели, традиционно песенный жанр, посвящены любовной, элегической (тюремной) и чисто суфийской тематике, причем две из них помещены именно в главе о музыке. Стихотворения в рифмовке маснави, включенные в «Дастар-нама», рассказывают в основном о тех вопросах, о которых Хушхал-хан

5 Khoshhaal Khan Khatak. Op. cit. P. 119.

6 Руба'и, газель, кыт'а и маснави — жанровые формы арабского и персидского происхождения.

сложил и отдельные большие поэмы, такие как «Баз-нама», «Фирак-нама», «Сват-нама» и др.7

Тем не менее данные жанровые типы вставок составляют по количеству значительно меньше половины всех поэтических отрывков «Книги о чалме» (более 40 примеров из более чем 170). В подавляющем большинстве (125 примеров) стихотворные вставки занимают не более одного бейта, что объясняется стремлением автора запечатлеть в краткой рифмованной форме основные выводы и заключения для облегчения их запоминания.

Еще одной важной характеристикой поэтических вставок в «Дастар-нама» является их двуязычие: Хушхал-хан Хаттак «инкрустирует» прозу стихотворениями и на персидском языке, и на языке пушту. При этом наблюдается явное доминирование отрывков на персидском языке над таковыми на пушту: первые занимают более 80% всех стихотворных фрагментов. Это связано с общим функциональным разделением языков в «Книге о чалме»: в то время как пушту занимает место прозаического языка, персидский становится основным поэтическим языком, а арабский — языком ссылок на Священное писание и предание (Коран и хадисы).

В целом по содержанию поэтические вставки на пушту не отличаются от персидских: в подавляющем большинстве они носят назидательный характер, т. е. относятся к дидактике (панд ва насихат). Однако язык стихотворной вставки может выступать и в качестве индикатора её содержания. Так, большое число поэтических фрагментов, написанных на пушту, в отличие от вставок, сочиненных на персидском языке, относится к национальной проблематике или темам, широко представленным в творчестве самого Хушхал-хана.

Обращает на себя внимание и то, что единственным разделом «Дастар-нама», в котором отсутствуют персидские стихотворения, является восьмая глава первой части. Эта глава рассказывает о любимом досуге Хушхал-хана Хаттака — об охоте, и большая ее часть посвящена именно соколиной охоте, о которой впоследствии автором была составлена отдельная поэма в рифмовке маснави — «Баз-нама» («Книга о соколе»). Единственная поэтическая вставка помещена в конце главы — это достаточно длинный фрагмент в рифмовке мас-нави, описывающий различные типы соколов и способы их ловли. Наряду с несколькими стихотворениями из раздела касыд Дивана Хушхал-хана Хаттака, она стала одним из «кратких» черновиков поэмы о соколах.

Помимо авторских стихотворений, в «Дастар-нама» присутствует и одна заимствованная цитата. Ее выбор, видимо, связан с

7 В связи с тем, что на данном этапе исследования творчества Хушхал-хана Хаттака отсутствуют подробные аналитические работы о его поэмах-маснавм, данное предположение остается на уровне рабочей гипотезы.

тем, что одним из основных источников афганского писателя становится знаменитое сочинение Саади «Гулистан» («Сад роз»). В своей работе «Хушхал-хан Хаттак (1613-1689)» М.С. Пелевин указывает, что для Хушхала творчество поэтов-ширазцев Саади и Хафиза, а также автора XIV в. Камаля Худжанди было «вершиной искусства стихосложения»8. И до и после Хушхал-хана эти поэты, а особенно Саади, были очень любимы пуштунами (благодаря их тесным связям с могольской Индией). А дидактический «Гулистан», написанный рифмованной прозой с большим количеством стихотворных вставок авторского сочинения, был переведен на пушту сыном Хушхала Абд ал-Кадиром9. Вот цитата из «Гулистана» Саади, которую Хушхал-хан Хаттак включил в свой трактат:

Кыт'а10:

Разумному и мудрому мужу В наши дни потребно две жизни: Одна — чтобы набраться опыта, Другая — чтобы применить его к делу11.

Использование заимствованного материала в «Книге о чалме» обусловлено стремлением автора придать большую значимость своей мысли через обращение к авторитетному и широко известному литературному источнику.

В ходе анализа «Дастар-нама» были выделены следующие функции стихотворных вставок, их виды и подвиды:

1. Композиционная функция.

Весь прозаический текст «Дастар-нама» композиционно «размечен» поэтическими вставками: они выделены визуально, причем не только благодаря краткости стихов и их традиционному написанию в виде одного или двух столбцов, но и с помощью жанровых заголовков, которые встречаются в абсолютном большинстве стихотворных отрывков. Таким образом, многие главы делятся на отдельные смысловые сегменты: в стихотворениях, расположенных внутри текста главы, часто содержится основная мысль предыдущих рассуждений автора или, реже, переход к новой теме.

В главе десятой имеется и стихотворение, оформляющее ее концовку. Как правило, такая вставка содержит финальные выводы по проблематике главы, а также общие советы автора. Часто эти отрывки написаны на пушту, т. е. на языке, понятном всем со-

8 Пелевин М.С. Хушхал-хан Хаттак (1613-1689). Начало афганской поэзии. СПб., 2001. С. 178.

9 Там же. С. 178-179.

10 Кыта — «отрывок», стихотворная форма, в которой отсутствует рифмовка первых двух полустиший, характерная для таких форм, как касыда или газель. Рифмовка построена по системе ab, cb, db и т. д.

11 Khoshhaal Khan Khatak. Op. cit. P. 40.

отечественникам автора, что вновь подтверждает «практическую» функцию афганского языка, в отличие от эстетической функции, более проявляющейся в стихах на фарси.

Отметим, что ни одна глава «Книги о чалме» не начинается со стихотворения, что свидетельствует о второстепенной роли поэзии в трактате: во многих случаях стихи служат для подтверждения или закрепления мыслей, высказанных в прозе. Как правило, главы открываются цитатами из Корана и хадисов или прозаическими разъяснениями названия главы с упоминанием соответствующих ее теме норм ислама, что отвечает авторской задаче придания всему сказанному в книге статуса дозволенного и похвального с точки зрения веры.

1а. Моделирующая функция.

Это один из вариантов композиционной функции, относящийся только к началу произведения. Так, «Книга о чалме» открывается стихотворением, написанным на персидском языке.

В соответствии с традицией мусульманской культуры Хушхал-хан Хаттак во вводном стихотворении устанавливает определенную «систему координат» и включает созданный им трактат в мусульманский контекст, создавая на персидском языке словесную проекцию исламской модели мира:

Сотворил Он небеса, и скрижаль, и калам...

Благодаря Ему Адам возник из темной глины...

[Создал Он] сокровищницу любви, и это сокровище и справедливость

Вложил Он в грудь тварей земных.

Создал Он благородного Пророка...12

Вслед за славословием Богу Хушхал-хан во вводном стихотворении традиционно переходит к прославлению пророка Мухаммада, а затем праведных халифов. В последней строке «открывающего» стихотворения он упоминает свое имя.

Данная тематическая последовательность является традиционной для глав интродукции, открывающей персидские классические поэмы. На первом месте в этой цепочке всегда стояла глава, посвященная утверждению единобожия (таухид)13. Афганский автор перенес схему интродукции в прозаическое сочинение, а персидский язык и стихотворная форма, видимо, служили специфическим указанием на источник заимствования.

1б. Завершающая функция.

Помимо вступительного стихотворения, Хушхал-хан Хаттак вводит в свое прозаическое произведение и завершающий поэтиче-

12 Khoshhaal Khan Khatak.. Op. cit. P. 1.

13 Об этом см. подробно: Рейснер М.Л. «Утверждение единобожия» (таухид) в персидской классической литературе: от религиозного концепта к поэтической теме // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 13. Востоковедение. 2010. № 4. С. 3-16.

ский отрывок, но уже на пушту. В данном случае можно говорить об еще одном подвиде композиционной функции.

«Дастар-нама» завершается следующей кыт'а:

Эта книга, сочиненная Хушхалем на пушту,

Написана была для пуштунов.

Если история требует этого от меня,

Говорю, она закончена, расстаюсь с [этим] трудом14.

Финальное стихотворение указывает на главного адресата данного сочинения — афганцев — а также включает имя автора произведения, его «жанр» (книга) и подводит итоговую черту всему сочинению — как формально, так и содержательно.

2. Иллюстративная функция.

Под данной функцией подразумевается то, что авторская мысль получает свое развитие, подтверждение или завершение в стихотворной форме.

Так, например, рассуждая о важности не только самого знания, но и способов его применения, автор приводит в пример поэта, прославляющего правителя ради денег: «Он (подобный поэт) смешивает прекрасные запахи и ароматы знания с грязью и мусором».

Свое рассуждение Хушхал-хан продолжает в стихе:

Мисра15

Среди нечистот что пользы от запаха мускуса?16

2а. Разъяснительная функция.

Данная функция, как один из подвидов иллюстрационной, связана с использованием в «Книге о чалме» нескольких языков. Автор достаточно часто использует перевод стихотворной мысли, написанной на персидском языке, в прозу на пушту, или, наоборот, поясняет прозаическое рассуждение стихами.

Так, в главе о поэзии Хушхал-хан рассуждает о пагубности занятия стихотворством: «Как я могу прославлять это разрушительное и вредное для сердца искусство? Это огонь, который сжигает всё дотла. Это такое мощное создание, что выпивает всю кровь из сердца (печени).

Бейт

Каждый, кто присоединяет слово к слову,

Съедает каплю крови собственного сердца»17.

Переключаясь с языка на язык, Хушхал-хан Хаттак может также усиливать собственную мысль, обращаясь к авторитету персидской классической литературы, или, напротив, доносить пуштунам уже высказанную ранее идею на понятном им языке. Так, в главе о хра-

14 Khoshhaal Khan Khatak. Op. cit. P. 138.

15 Мисра — полустишие.

16 Khoshhaal Khan Khatak. Op. cit. P 18.

17 Ibid. P. 23.

брости вводится уже приведенная выше цитата из Саади, а сразу за ней следует ее перевод на пушту.

2б. Выделительная (акцентирующая) функция.

В отличие от разъяснительной под акцентирующей функцией имеется в виду не точный «перевод» той или иной мысли автора на другой язык, а ее иносказательное повторение. Такой прием позволяет автору подчеркнуть свою мысль и усилить ее значимость.

Так, к примеру, во введении Хушхал-хан говорит: «Достойных похвалы

качеств много, сколькими можешь овладеть, столько и приобретай... [Но]

вкусен [тот] кусок, [что] по размеру. Если тигриная доля подобна доле кошачьей, то это не разумно».

Затем эта же мысль дублируется иносказательно в стихотворении:

Каковы уста, такова и еда,

Каков стан, такова и одежда.

Если мало или велико,

Это все от невежества18.

Итак, стихотворные вставки содержательно упорядочивают «Книгу о чалме», делая произведение более легким для восприятия на слух и запоминания.

3. Эстетическая (украшающая) функция.

Хушхал-хан Хаттак воспринимает поэтическую речь как украшенную и этим отличающуюся от речи прозаической. С помощью стихотворных вставок автор стремится усилить художественную составляющую своего произведения, несмотря на его практическую доминанту. Стоит отметить, что такой принцип сочетания этических и эстетических задач характерен вообще для многих средневековых дидактических сочинений.

Примером реализации этой функции в «Книге о чалме» является маснави, которым завершается глава об искусстве охоты. В нем Хушхал-хан Хаттак живописует дорогую его сердцу соколиную охоту:

О, царские соколы Свата,

Чье оперение переливается разными красками!

Тот среди них, что большой (и здоровый),

[Годится] для Хушхал-хана...19

Эстетическая функция ряда стихотворных вставок в «Дастар-нама» особенно ясно видна при сравнении «Книги о чалме» с наиболее близким к ней с точки зрения жанра, формы, тематики и задач персидским дидактическим сочинением, известным как «Кабус-нама» (XI в.). Язык прозы обоих произведений во многом близок — достаточно сухой, простой, неукрашенный, т.к. это отве-

18 Ibid. P. 9.

19 Ibid. P. 35.

чало прагматическим задачам обоих авторов. Тем не менее именно включение большего количества поэтических отрывков и стихотворений позволяет Хушхал-хану в XVII в. создать стилистически более изысканное и изящное произведение.

Предпринятый анализ показал, что основными функциями стихотворных вставок в «Книге о чалме» являются композиционная, иллюстративная и эстетическая. При этом, существует также ряд их подвидов. Использование стихотворных вставок позволяет Хушхал-хану сформировать более четкую структуру сочинения, подчеркнуть важные мысли, разъяснить сложные суждения, выделить основные положения и украсить его.

Важно также подчеркнуть, что для сочинений адабной литературы и некоторых других жанров, содержащих вставные конструкции, подобные вставки часто выступают в качестве своеобразных маркеров жанра, отвечая за общую направленность произведения. Так, в персидских романических поэмах, в соответствии с наблюдениями М.Л. Рейснер, вставками становились газели, песни (суруд) или письма (нама)20. Не связанные прямо с сюжетом, они сильно влияли на романическую жанровую доминанту произведения. В «Дастар-нама» же вставные стихи определяют дидактическую направленность произведения, давая четкое представление об авторском замысле и целях сочинения.

Результаты проведенного анализа могут быть рассмотрены как первый этап в формировании научного инструментария, предназначенного для структуризации исследования природы прозопоэтиче-ских текстов, созданных в рамках мусульманской культуры.

Список литературы

Khoshhaal Khan Khatak Destaar Naama. Pashto tolana, 1966.

Бертельс Е.Э. Избр. труды. История персидско-таджикской литературы. М.,

1960.

Герасимова А.С., Гирс Г.Ф. Литература Афганистана. Краткий очерк. М., 1963.

Дроздов В.А. «Вставные газели» в классической персоязычной поэзии // Древний и средневековый Восток. Ч. 1. М., 1988. Ибн Исхак — Ибн Хишам. Жизнеописание пророка. Великая битва при Бадре. Предисловие А.Б. Куделина / Пер. с араб. А.Б. Куделина и Д.В. Фролова. М., 2009.

Кабус-нама / Пер., статья и прим. чл.-кор. АН СССР Е.Э. Бертельса. М., 1955.

20 См. об этом: Рейснер М.Л. Лирические вставки в персидском любовно-романическом эпосе Х1-ХШ вв.: генезис и жанровые функции // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 13. Востоковедение. 2013. № 1.

Налич М.С. О поэтических вставках в «Жизнеописании Пророка» Ибн Ис-хака — Ибн Хишама // Слово и мудрость Востока: литература, фольклор, культура: К 60-летию акад. А.Б. Куделина: Сборник статей. М., 2006.

Пелевин М.С. Хушхал-хан Хаттак (1613-1689). Начало афганской поэзии. СПб., 2001.

Рейснер М.Л. «Дидактика любви»: «десять писем» в поэме Гургани «Вис и Рамин» (XI в.) // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 13. Востоковедение. 2012. № 2.

Рейснер М.Л. Лирические вставки в персидском любовно-романическом эпосе XI-XIII вв.: генезис и жанровые функции // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 13. Востоковедение. 2013. № 1.

Рейснер М.Л. «Утверждение единобожия» (таухид) в персидской классической литературе: от религиозного концепта к поэтической теме. // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 13. Востоковедение. 2010. № 4.

Фильштинский И.М. История арабской литературы X-XVIII века. М., 1991.

Сведения об авторе: Куницкая Яна Игоревна, аспирант кафедры иранской

филологии ИСАА МГУ имени М.В. Ломоносова. E-mail: kiana_2000@mail.ru