Лексико-грамматические особенности паронимов в научном тексте

«номинация» мы употребляем в широком смысле, как «обозначение всего отражаемого и познаваемого человеческим сознанием, всего сущего или мыслимого: предметов, лиц, действий, качеств, отношений, событий, эмоций, переживаний» [3. С. 314-315]) функции. Книжные фразеологизмы в законах и иных нормативно-правовых актах выполняют также смыслообразующую функцию.

Следует отметить, что в разговорной речи фразеологизмы вносят в текст присущую им образность и выразительность, однако в юридическом дискурсе эта особенность не всегда проявляется. Частотность использования фразеологизмов в юридической практике объясняется тем, что они «закреплены в сознании носителей языка в качестве элементарных коммуникативных единиц» [9. С. 104].

В юридическом дискурсе фразеологизмы являются своеобразным коммуникативным посредником между различными коммуникантами. Употребление разговорных фразеологизмов в протоколах допроса и очной ставки основывается на сходстве фонда общих знаний адресанта и адресата, а также опирается на способность адресата понимать текст.

В целом, фразеологизмы являются важным структурно-семантическим компонентом юридического дискурса, на их основе вытраивается корпус внешней и внутренней институциональной коммуникации, определяются установки и нормативные положения.

Список литературы

1. Архангельский, В. Л. Устойчивые фразы в современном русском языке: Основы теории устойчивых фраз и проблемы общей фразеологии. Ростов н/Д : Изд-во Ростов. ун-та, 1964.

2. Верещагин, Е. М. Лингвострановедческая теория слова / Е. М. Верещагин, В. Г. Костомаров. М. : Рус. яз., 1980.

3. Гак, В. Г. Языковые преобразования. М. : Языки рус. культуры, 1998.

4. Гришин, И. П. Сборник образцов уголовно-процессуальных документов / И. П. Гришин, В. С. Журило. М. : Юриспруденция, 2000.

5. Гудков, Д. Б. Теория и практика межкуль-турной коммуникации. М. : Гнозис, 2003.

6. Жуков, А. В. Переходные фразеологические явления в русском языке. Новгород : НовГУ им. Ярослава Мудрого, 1996.

7. Жуков, В. П. Русская фразеология. М. : Высш. шк., 1986.

8. Крикманн, А. А. Опыт объяснения некоторых семантических механизмов пословицы // Па-ремиологические исследования : сб. ст. М. : Наука, 1984. С. 149-179.

9. Савенкова, Л. Б. Русская паремиология: семантический и лингвокультурологический аспекты. Ростов н/Д : Изд-во Рост. ун-та, 2002.

10. Телия, В. Н. Русская фразеология. Семантический, прагматический и лингвокультурологический аспекты. М. : Языки рус. культуры, 1996.

Вестник Челябинского государственного университета. 2011. № 33 (248). Филология. Искусствоведение. Вып. 60. С. 46-49.

Е. Н. Демидова

ЛЕКСИКО-ГРАММАТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ПАРОНИМОВ

В НАУЧНОМ ТЕКСТЕ

В статье рассматриваются факторы, причины и особенности реализации паронимии в научном тексте. Выявляются лексико-грамматические характеристики единиц, образующих паронимические пары.

Ключевые слова: научный текст, паронимия, паронимическая модель, структурные варианты прилагательных.

Фундаментальные научные труды по паро- М. С. Панюшевой (1968), Н. П. Колесникова

нимии в отечественном языкознании относят- (1971), Н. А. Янко-Триницкой (1979), продолжа-

ся к 60-90-м гг. XX в. Современные исследо- ют изучать различные аспекты паронимии в об-

ватели, опираясь на работы О. В. Вишняковой щеупотребительном языке: в контексте лингво-

(1974, 1981, 1984), Ю. А. Бельчикова (1968), дидактики (А.А. Терещенкова), теории культуры

речи (Л. А. Жданова, И. Н. Кузнецова, В. С. Пономарева), с позиций межъязыкового взаимодействия (Е. В. Федорчук, А. В. Потанина). Особо следует выделить работы Т. И. Веракши (2000) и О. В. Вишняковой (1984), в которых паронимия рассматривается как системное языковое явление наряду с синонимией, омонимией и вариантностью.

Если паронимия в общеупотребительном языке — достаточно подробно изученный феномен, то причины и особенности паронимических замен в научной речи исследованы слабо. Вместе с тем, по мнению ряда ученых — С. В. Гринева (1993), И. С. Куликовой и Д. В. Салминой (2002),

Н. А. Шурыгина (2005), Е. И. Головановой (2007) и др. — неразграничение лексики со сходным морфемным составом и разной семантикой в сфере науки требует пристального внимания лингвистов. Исследование паронимии в научной речи значимо не только с теоретических позиций, но и в практическом плане — для устранения случаев ошибочного использования членов паронимического ряда.

Прежде всего необходимо уточнить понятие паронимии по отношению к научному тексту. В лингвистике наименование паронимы традиционно употребляется в широком и узком значении: в первом случае паронимами называют вообще всякие близкие по звучанию слова (Н. П. Колесников, Ж. Марузо), во втором — только семантически близкие однокоренные слова ( Ю. А. Бельчиков, О. В. Вишнякова). Широкое понимание паронимов (с возможностью окказионального смешения слов вплоть до созвучий типа легальный — лояльный, стерильный — стиральный и пр.), на наш взгляд, оправданно по отношению к общеупотребительному языку. При изучении научной речи наиболее приемлемо узкое понимание этого явления. Кроме того, в научном тексте явление паронимии, как правило, связано с лексемами, которые в обычной речи полными паронимами не являются.

Проводимое нами исследование пароними-ческих замен в научных текстах, выходящих на правах рукописи или в авторской редакции (т. е. без профессиональной редакторской правки), показало, что чаще всего это явление связано с употреблением слов, семантическое размежевание объема значений которых в естественном языке не завершено полностью (что и приводит, по-видимому, к их сближению в сознании авторов [3. С. 75]). К примеру, прилагательное лирический в 1-м и 2-м своих значениях может вступать в синонимические отношения с прила-

гательным лиричный (лирическое настроение — лиричное настроение) [2. С. 268], однако употребление этого же прилагательного в 3-м значении не допускает замены его коррелятом без изменения смысла, ср. лирический тенор — терм. разновидность высокого мужского голоса, лиричный тенор — характеристика высокого мужского голоса с точки зрения его выразительности.

Поскольку научный текст характеризуется повышенной требовательностью к точности словоупотребления (от этого зависит адекватность его декодирования), свободная взаимозамена между членами паронимического ряда здесь нежелательна. На невозможность подобных замен в терминологических сочетаниях указывают Л. К. Граудина и В. А. Ицкович [4. С. 417], а также авторы «Словаря паронимов русского языка» Ю. А. Бельчиков и М. С. Панюшева [2. С. 88, 176].

Рассмотрим лексико-грамматические особенности паронимов, функционирующих в научных текстах по филологии, исходя из того, что разница в значении слов каждой пары определяется их морфемным составом и грамматическими характеристиками. Исследуемые пары паронимических единиц выделены методом сплошной выборки из авторефератов кандидатских и докторских диссертаций, сборников статей, изданных по материалам конференций, а также из лингвистических словарей.

Как и в общеупотребительном языке, в научных текстах наибольшее количество случаев паронимии связано с использованием прилагательных. Подавляющее большинство последних образовано от иноязычных основ при помощи продуктивных в сфере научной речи суффиксов: -ическ-/-н- (синхронический — синхронный), -ическ-/-ичн- (антонимический — антонимич-ный), -н-/-ивн (дискурсный — дискурсивный), -ев/ -н (однокорневой — однокоренной), -н-/ -уальн-(концептный — концептуальный) и др.

Рассмотрим паронимическую модель прилагательных с суффиксами ивн-/-онн-, образованных от существительных на -ция (информативный — информационный, декларативный — декларационный и т. д.). Перед нами тип относительных прилагательных со значением «относящийся к.., свойственный, являющийся тем, что названо мотивирующим словом». Большая часть слов этой группы выступает в качестве синонимов или даже вариантов, четко разграничивающихся носителями языка паронимов среди них немного. Однако именно варианты и синонимы являются основными источниками паронимии. Так, в русском языке немалое число

прилагательных на -ический/-ичный, образованных от одних и тех же корней, еще в XIX-XX веках употреблялись как варианты, а в настоящее время использование их в одном и том же контексте недопустимо: технический — техничный, симпатический — симпатичный и т. д. «Признанных» паронимами, т. е. зафиксированных в специализированных словарях, всего 4 пары прилагательных: декоративный — декорационный, демонстративный — демонстрационный, информативный — информационный [2], адаптативный — адаптационный [5], однако в научных текстах их количество гораздо больше. Ср.: интегративный — интеграционный, перцептивный — перцепционный, коррелятивный — корреляционный, детерминативный — детерминационный, диссимилятивный — дис-симиляционный и т. д.

Одним из факторов, способствующих развитию дополнительных значений у бывших вариантов, является использование лексем либо в узкоспециальных разделах наук, либо в различных науках. Группа слов, которая является частью узкого раздела той или иной науки и употребляется только в пределах своей области, долгое время сохраняет способность к свободной взаимозамене в любых контекстах. Например, по данным «Словаря лингвистических терминов» О. С. Ахмановой, в отношения тождества вступают термины-прилагательные аппозитивный — аппозиционный, демаркационная (функция) — демаркативная (функция), ситуативный — ситуационный) [1]. Термины, используемые в разных сферах, чаще развивают вторичные значения и закрепляются за определенными контекстами, в которых свободная взаимозамена исключена. Например, так произошло с терминами коммуникативный — коммуникационный, которые широко используются в научных трудах по журналистике, комму-никативистике, лингвистике и т. д. По данным упомянутого выше «Словаря лингвистических терминов» [1. С. 200], они являются вариантами. Между тем Н. В. Муравьева, отмечая, что «прилагательное коммуникативный происходит от англ. communicative, которое является многозначным: 1) общительный, разговорчивый; 2) коммуникационный [Большой англорусский словарь. М., 1979. Т. 1. С. 287]», пишет: «Очевидно, что эти значения тяготеют к разным смыслам слова “коммуникация”: второе значение в большей степени характеризует коммуникацию как процесс в целом, а первое — коммуникацию в узком смысле, как собственно кон-

такт, даже скорее такую разновидность контакта, как диалог. Поэтому, строго говоря, при переводе на русский язык, необходимо было использовать два слова — “коммуникационный” (в широком смысле) и “коммуникативный” (в узком смысле)» [6].

Другим фактором, способствующим расхождению значений слов, считающихся вариантами, являются изменения, которые затрагивают лексико-грамматические характеристики лексем. Например, некоторые относительные прилагательные с суффиксом -ивн- развивают качественное значение, т. е. получают возможность обозначать признак, который может проявляться в большей или меньшей степени, например, информативный текст — текст насыщенный информацией (более или менее информативный текст). Кроме того, подобного рода прилагательные выражают внутренние характеристики предмета или явления, выделяют его по некоторым содержательным особенностям.

Прилагательные с суффиксом -онн- продолжают оставаться относительными и имеют более широкое значение «относящийся к тому..., содержащий то, что названо мотивирующим словом», например, информационный — относящийся к информации, сообщающий о чем-либо. Подобные прилагательные в большинстве случаев характеризуют предмет, явление с какой-либо внешней стороны (связь предметов в пространстве, их отнесенность к одной и той же категории, классу и т. д.). Сравните:

Декларативный // Декларационный

Декларативный. 1. Имеющий форму декларации (во 2 знач.), торжественный. Д. тон. 2. Чисто словесный, внешний. Обещания носят д. характер.

Декларационный. 1. Соотносящийся по знач. с сущ.: декларация (1,2), связанный с ним.

2. Свойственный декларации (1,2), характерный для нее.

Демонстративный // Демонстрационный

Демонстративный. 1. Вызывающий, подчеркнуто выраженный. 2. Основанный на демонстрации, публичном показе чего-л..; сопровождаемый демонстрацией чего-л.

Демонстрационный. Предназначенный, служащий для демонстрации, публичного показа чего-л.

В первом случае делается акцент на содержательных характеристиках явления, позволяющих рассматривать его в определенном ракурсе, но необязательно относить к самостоятельному классу объектов. Данные характеристики

являются для рассматриваемого явления второстепенными, не столь существенными. Во втором — подчеркивается отнесенность предмета или явления к определенному предмету или явлению (а именно — к декларации, демонстрации и т. п.).

Таким образом, в современных научных текстах функционируют сходные по семантике прилагательные, которые постепенно превращаются из структурных вариантов в разные по значению слова. В отдельных случаях эти изменения фиксируются словарями, т. е. становятся общепризнанными, и случаи ошибочного употребления подобных слов единичны. Однако чаще всего изменения в значении соотносительных единиц осознаются слабо, разница между ними становится очевидной лишь при использовании этих слов в определенных контекстах. При этом наблюдается большое количество случаев ошибочных взаимозамен, что обусловлено отсутствием словарных толкований либо их недостаточной четкостью. Между соотносительными прилагательными, которые являются в настоящее время вариантами, развитие расходящихся значений потенциально возможно. И об этом необходимо помнить, поскольку подобные единицы впоследствии могут закономерно преобразоваться в паронимы.

Чаще всего разногласия и сомнения в правильности употребления возникают по отношению к тем словам, которые, несмотря на допустимость взаимозамены в некоторых контекстах, отличаются друг от друга лексико-грамматическими характеристиками, как например, качественные и относительные прилагательные, что отражается на их семантике в составе терминов и на ограничении сочетаемости.

Список литературы

1. Ахманова, О. С. Словарь лингвистических терминов. 3-е изд., стер. М. : КомКнига, 2005.

2. Бельчиков, Ю. А. Словарь паронимов русского языка / Ю. А. Бельчиков, М. С. Панюшева. М. : АСТ : Астрель, 2004.

3. Вишнякова, О. В. Паронимия в русском языке : монография. М. : Рус. яз., 1984.

4. Грамматическая правильность русской речи. Стилистический словарь вариантов / Ин-т рус. яз. им. В. В. Виноградова РАН; Л. К. Граудина, В. А. Ицкович, Л. П. Катлинская. М. : Астрель : АСТ, 2004.

5. Красных, В. И. Толковый словарь паронимов русского языка. М. : АСТ : Астрель, 2003.

6. Муравьева, Н. В. Язык конфликта [Электронный ресурс]. иЯЬ: http://www.rusexpert.ru/ Ьоок^Ла^/сойей.Мт

Вестник Челябинского государственного университета. 2011. № 33 (248).

Филология. Искусствоведение. Вып. 60. С. 49-52.

У. А. Жаркова

ВОПЛОЩЕНИЕ ЗНАКОВОЙ ПРИРОДЫ ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОГО ИСКУССТВА В ИСКУССТВОВЕДЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ

В статье обосновывается правомерность вычленения стратегии интерпретации в искусствоведческих текстах, описываются способы ее вербализации на разных уровнях репрезентации иконическо-го знака.

Ключевые слова: искусствоведческий дискурс, стратегия, иконический знак.

Когда произведения искусства становятся предметом произведений вербальных, совокупность, взаимодействие и функционирование последних становится особым видом дискурса — искусствоведческим. Термин «искусствоведческий» представляет собой аллюзию к названию науки об искусстве, но, безусловно, следует при-

знать, что научные тексты из указанной предметной области формируют лишь одно из микрополей искусствоведческого дискурса, сосуществующее с текстами разной прагматической природы — рекламными, публицистическими, биографическими и т. д. И тем не менее название типа дискурса как нельзя более точно отражает