Точка обсчета

За первые две недели августа официальная инфляция составила 0,2%. Обозреватель "Власти" Сергей Минаев считает, что российский потребительский рынок в очередной раз провалил антиинфляционный план и продемонстрировал свои странности.

Даже удивительно, насколько упорно российская инфляция отказывается поддаваться уговорам властей. Только один раз, в 2003 году, инфляция уложилась в заранее запланированные рамки — тогда это были 12%. Больше такого не случалось. При этом власти всегда до последнего отказываются признать невыполнение плана — мол, мало ли что случится в дальнейшем. Может быть, цены начнут падать, как в августе 2005 года, когда дефляция составила 0,2%. В августе нынешнего года, однако, никакой дефляции не произошло — напротив, цены за две первые недели выросли на 0,2%, соответственно, инфляция с начала года составила уже 6,8%. Если считать, что до конца августа цены больше не вырастут, то для выполнения плана в 8% годовых остается 1,2% и четыре месяца. То есть в среднем цены должны расти всего на 0,3% в месяц — и это в условиях, когда уже не сошлешься на сезонное подешевение овощей и фруктов. В прошлом году, когда в последние четыре месяца действительно произошло замедление роста цен, они все равно выросли за это время на 1,9%. Так что традиционное невыполнение годового антиинфляционного плана можно считать уже случившимся.

При этом граждане не скрывают, что не верят официальной статистике. Опросы показывают, что потребители оценивают рост цен с начала года в 25%. На самом деле эти субъективные ощущения граждан находят и официальное подтверждение. По данным Росстата, цена минимального набора продовольственных продуктов в среднем в России в июле составила 1726,5 рубля, увеличившись за месяц на 3,6%, а с начала года — на 17,1%. В Москве эта цена составила 2121 рубль и за месяц увеличилась на 5% (с начала года — на 19,9%). Так что граждане, говоря об инфляции в России, прежде всего оценивают подорожание простейших продовольственных товаров вроде хлеба или картофеля (только за июль хлеб в России в среднем подорожал на 7,2%, а картофель — на 19,9%).

Полагая официальные данные об инфляции заниженными, граждане, видимо, не знают, что по официальной методике Росстата при подсчете индекса потребительских цен считается, что в структуре потребительских расходов населения доля продовольственных товаров составляет только 40,21%, при этом на хлеб приходится всего 2,23%, а на плодоовощную продукцию, включая картофель,— 3,83%. Главными статьями продовольственных расходов считаются мясопродукты (10,28%) и алкогольные напитки (6,63%). Так что радикальное подорожание хлеба и картофеля относительно мало влияет на официальную инфляцию. Что касается непродовольственных товаров, то методика Росстата также предполагает относительно небольшие расходы граждан на бензин — всего 2% всех потребительских расходов. По официальным данным, с мясом и алкоголем в расходах российских граждан сравнимы разве что жилищно-коммунальные услуги (8,83% всех расходов), а также одежда и белье — 5,27% расходов.

Надо заметить, что российский потребительский рынок не только отличается безобразно высокой по меркам индустриальных и развивающихся стран инфляцией, но и вообще производит странноватое впечатление. Кажется, ушли в прошлое надежды, что бурное развитие частной торговли и конкуренция заставят работников прилавка отказаться от советского хамства и хоть как-то проявлять интерес к покупателям и своей работе. Напротив, типичным работником прилавка сейчас является скучающая продавщица, которая с пресыщенным видом смотрит куда-то в пространство, а к покупателям относится с откровенной враждебностью. Ни о каких улыбках и речи не идет. В ассортименте продаваемых товаров продавщица не только не разбирается, но и не желает разбираться. В злобных беседах с покупателями продавцы демонстрируют такое косноязычие, что возникает сомнение, умеют ли они вообще членораздельно разговаривать. Разнообразие предлагаемого ассортимента достигло такого уровня, что примерно одинаковое тряпье можно приобрести по ценам, различающимся в десятки раз, так что по одежде совершенно непонятно, каковы доход и социальный статус российского потребителя. Различие между московским и общероссийским потребительскими рынками также следует признать сильно преувеличенным. В Москве полно супермаркетов, где не только все продавцы, но и подавляющее большинство покупателей не являются москвичами, а произведенные в Москве или Московской области товары почти отсутствуют (в частности, черный хлеб оказывается выпеченным за многие сотни километров от места продажи).

Так что удивляться не следует. Почему бы охамевшим работникам прилавка не повышать цены на товары, которые в общем-то стоят гроши? Ведь чем дешевле товар, тем меньше чувствуется его подорожание. Почему бы покупателям, обалдевшим от нелюбезности продавцов и низкого качества предлагаемых товаров, не согласиться заплатить повышенную цену? Ведь главное — поскорее завершить сам процесс покупки. Тем более что и деньги постоянно дешевеют — надо же их куда-то девать. Власти, со своей стороны, всегда могут указать, что делают все для борьбы с инфляцией. В частности, Центробанк пытается сдержать рост цен с помощью повышения номинального курса рубля. А то, что бороться не всегда удается, можно объяснить объективными причинами. Сейчас, например, временно не до укрепления рубля, так как из-за мирового кредитного кризиса происходит отток капитала из России.