Инвестиции с надежностью

В текущей экономической ситуации в России риски дестабилизации невелики, однако во многих секторах наблюдается кризис, который власти не готовы "залить" деньгами. Такую точку зрения высказали эксперты на конференции "Точки роста: перспективы российской экономики и будущее рубля", которая состоялась в октябре при поддержке ИД "Коммерсантъ" в Санкт-Петербурге. Аналитики поделились собственным взглядом на проблемы российской экономики и рассказали, какими сейчас финансовыми инструментами имеет смысл пользоваться, чтобы заработать.

Главный экономист ПФ "Капитал" Евгений Надоршин уверен, что в ближайшее время российскую экономику не ждут большие потрясения по причине проблем федерального бюджета, так как политика властей очень осторожна: они стремятся сбалансировать бюджет всеми силами и не наращивать госдолг. Причем даже балансировать бюджет на горизонте десяти ближайших лет нужды нет: даже если удерживать дефицит на уровне 3%, несмотря на впечатляющий рост платежей по его обслуживанию (с 143,1 млрд рублей в 2007 году до 1,704 трлн рублей в 2025 году), в относительном выражении госдолг и стоимость его обслуживания останутся довольно скромными по меркам 1990-х и начала 2000-х годов. "Текущее отношение публичного долга к ВВП в России — в 2015 году чуть менее 15% по данным МВФ — оставляет очень большое пространство по его наращиванию без заметного ухудшения кредитных метрик федерального бюджета. Позиции России здесь выглядят чрезвычайно комфортными на фоне многих развитых и развивающихся стран: Индии, Китая, Бразилии, Мексики, Испании. А преобладающий сейчас консервативный подход в фискальной политике с вероятностью очень близкой к ста процентам гарантирует комфортные позиции в глазах возможных кредиторов как сейчас, так и в 2020-м, а также в 2025 году", — считает господин Надоршин.

Основную угрозу дестабилизации госфинансов господин Надоршин связывает с высокой стоимостью обслуживания долга. Но, по его прогнозам, даже если резервный фонд в России будет использован за два года, госдолг при удержании 3% дефицита в 2017-2025 годах составит около 28% ВВП, что будет приблизительно вдвое ниже, чем уровень дефолта 1998 года. "Чтобы уровень госдолга достиг тех же относительных значений, что и в 1998 году, ежегодный дефицит должен быть не ниже 7%, чего в истории России с 1996 года точно никогда не наблюдалось", — считает господин Надоршин.

Территориальный директор "БКС Премьер" Вадим Исаков выделяет факторы российской экономики, влияющие на поведение инвесторов. "В последнее время мы видим, что произошли достаточно серьезные изменения — в частности, ставки по валютным депозитам в России упали до менее чем 2%. По рублевым депозитам тенденция точно такая же. При этом Центробанк, скорее всего, продолжит снижать ключевую ставку в 2017 году по мере снижения инфляции, что сделает депозиты еще менее привлекательными. Я не исключаю, что ставки по ним упадут до 6%. Российский инвестор не привык к таким условиям — он привык к состоянию рантье, когда за счет текущей доходности по депозитам можно обеспечивать свои текущие потребности. Это повышает популярность альтернативных финансовых инструментов. Частные инвесторы в основном выбирают защитные продукты и низкорисковые стратегии. К примеру, при сопоставимых рисках структурные продукты с полной защитой могут приносить доходность, адекватную уровню инфляции", — говорит господин Исаков.

Внешние факторы, которые, по мнению господина Исакова, могут потенциально повлиять на настроения инвесторов и стоимость активов, это "президентские выборы в США; встреча стран ОПЕК в Вене в конце ноября, где договоренность о заморозке добычи нефти и ее конкретные условия должны быть официально закреплены; прогнозируемый рост активности сланцевых компаний; действия ФРС США по ужесточению монетарной политики". "Кроме того, для РФ сохраняются геополитические риски, связанные с гражданскими конфликтами в Украине и Сирии", — добавил он.

Рецессия продолжается

Господин Надоршин отмечает, что власти, преследуя лишь цель — сбалансировать бюджет в среднесрочной перспективе, не имеют стратегии выхода и готовности "залить" кризис деньгами, который действительно наблюдается в подавляющей части остальной экономики. По оценкам эксперта, с 2008 года значимо в структуре ВВП выросло только потребление домохозяйств и экспорт сырья, что компенсировало провал инвестиций, который начался даже до санкций из-за оттока из страны частного капитала. По оценкам ПФ "Капитал", с 2007 по 2016 год включительно чистый отток превысит $650 млрд. Но рост за счет потребления оказался неустойчив: в первом квартале 2015 года начался спад — самый тяжелый для домохозяйств с середины 1990-х годов. Это подтверждает динамика реально располагаемых доходов у населения, которые в 2016 году снизятся на такую же величину, как и, к примеру, розничная торговля (около -4%). "С конца весны 2014 года розница росла только непродовольственными товарами: многие "инвестировали" в товары или скупали то, что, как они боялись, исчезнет с полок, а продажи продуктов питания уже не росли. С 2014 года торговля двигалась только вниз. В ближайшее время снижение доходов будет дополнено ростом безработицы в ряде сегментов, что не позволит розничной торговле начать расти в 2016-м и, возможно, в 2017 году", — прогнозирует господин Надоршин.

Впрочем, крупнейшие российские ритейлеры продолжают зарабатывать, несмотря на снижение покупательской активности на рынке. X5 Retail Group (объединяет продовольственные сети "Пятерочка", "Перекресток", "Карусель") в третьем квартале 2016 года отчиталась, что темп роста чистой розничной выручки увеличился до 30,2% год к году, до 254 млрд рублей. При этом основной вклад в рост выручки X5 произошел благодаря росту торговой площади почти на 40%. У крупнейшего российского ритейлера "Магнита" выручка, хоть и растет, но меньшими темпами — на 13,76% в третьем квартале, до 267,3 млрд рублей.

В добывающей и обрабатывающей отраслях деловая активность ниже докризисных уровней: при этом если первая хотя бы вырастет в 2016 году приблизительно на 2%, вторая упадет, несмотря на определенное импортозамещение, на 1%. Господин Надоршин констатирует, что пропорционального "живительного" эффекта от значительной девальвации рубля в прошлом году, которая выгодна прежде всего производителям в промышленности и экспортерам, не произошло. Подвело и импортозамещение, так как к масштабным поставкам на экспорт большинство производителей оказались не готовы. "Единое экономическое пространство не компенсирует ограничений доступа на внешние рынки, а внутренний, который сжимается из-за рецессии, не позволяет нарастить выпуск", — отмечает эксперт. По его мнению, проблемы в обрабатывающей промышленности давят на энергетику, и по итогам 2016 года промпроизводство может не выйти из "минуса", даже если добыча полезных ископаемых будет расти.

По данным Минэнерго РФ, за год с сентября 2015 года добыча сырой нефти выросла на 3,5% (585,9 млн тонн), угля — на 2,2% (419 млн тонн), выработка электроэнергии — на 1,8% (1,147 трлн кВт ч). Стоит отметить, министр энергетики Александр Новак в прошлом месяце говорил, что заморозка нефтедобычи благотворно скажется на ситуации в этой сфере экономики.

По мнению господина Надоршина, относительно комфортно себя ощущают сектора, в сумме не превышающие 25% ВВП, такие как сельское хозяйство, IT, туризм. Впрочем, он уверен, что снижение реальных доходов населения дополнит подросшую безработицу, что не позволяет сфере услуг расти в 2016 году и в 2017 может тоже стать основной причиной рецессии.

В очень плохом положении оказался банковский сектор. "Ухудшение качества кредитного портфеля наложилось на нерешенные проблемы, накопленные банками с кризиса 2008-2009 годов. Попытка "отыграться" в сегменте потребительского кредитования к концу 2014 завершилась значительным объемом плохих потребительских кредитов на балансах. Резкое повышение ставок Центробанка в том же 2014 году сделало многие выданные кредиты даже надежным, платежеспособным заемщикам корпоративного сектора убыточными", — считает господин Надоршин. На ситуацию негативно влияет и массовый отзыв лицензий у банков (только в 2015 году у семи банков из первой сотни ЦБ отозвал лицензии и в 2016 году этот процесс продолжается), так и санкции, которые заметно ухудшили положение многих крупных участников, лишив их длинных пассивов.

Однако и в этой ситуации есть исключения. В сентябре глава Сбербанка Герман Греф отчитался премьер-министру Дмитрию Медведеву, что за восемь месяцев получил рекордную прибыль за все годы существования банка — по данным отчетности РСБУ, это 322,8 млрд рублей. "[Это] кажется, с одной стороны, удивительным в очень непростой год, но, с другой стороны, это некий результат предыдущих лет инвестирования и сокращения издержек", — заявил тогда господин Греф.

По мнению Вадима Исакова, из секторов экономики уверенно себя чувствуют промышленное производство, сектор сельского хозяйства, строительство, а аутсайдерами пока остаются автомобилестроение и металлургия.

Альтернатива становится актуальной

Эксперты считают, что инвестировать с прибылью можно всегда, а на фоне снижения ставок по вкладам наиболее актуальными являются альтернативные финансовые инструменты, такие как облигации федерального займа (ОФЗ) или еврооблигации.

"Сейчас есть возможность покупать различные финансовые инструменты рынка на индивидуальный инвестиционный счет (ИИС), получая возмещение оплаченного налога на свои сбережения. Разберем ситуацию: вы открываете ИИС и покупаете на него ОФЗ. Это самый надежный инструмент из тех, что у нас есть. По обязательствам ОФЗ отвечает Минфин, соответственно, правительство Российской Федерации. Если покупать ОФЗ под 8% и делать это в течение нескольких лет, то фактически с нулевым риском можно получить доходность от 20%", — говорит господин Исаков.

По его словам, не менее надежный инструмент — еврооблигации. "Это долг российских компаний, номинированный в валюте. В 95% случаях он выпускается в долларах, соответственно, обязательство погасить этот долг абсолютно. Преимущества еврооблигаций — ликвидность, надежность, простота", — полагает господин Исаков. Но стоит заметить, что у еврооблигаций низкая доходность (около 4%), а также минимальный порог для покупки составляет $100 тыс.

С аналитиком согласен Евгений Надоршин, впрочем, он отмечает, что диверсификация рисков, в частности, снижение российского риска в портфеле инструментов — небесполезный шаг.