Пол дела

На женщин-исследовательниц приходится всего 13 процентов заявок на патенты в мире, сообщают эксперты. Что это, гендерные предрассудки, биологическая предопределенность или причуды статистики? Во взрывоопасной теме разбирался «Огонек».

В точных науках женщин и правда меньше, чем мужчин. Споры о причинах продолжаются

Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ / купить фото

Провокационное исследование, проведенное Ведомством по интеллектуальной собственности Великобритании (IPO), сразу привлекло внимание СМИ — тема полового дисбаланса сейчас на пике моды. Его авторы обработали огромный массив данных (в частности, всемирную базу патентов Patstat) за последние 20 лет и сразу удивили: сегодня доля женщин-изобретателей составляет всего 12,7 процента. За указанный период этот показатель удвоился, но все еще крайне мал.

Теперь подробнее. Данные экспертов открывают поразительную картину: ну, например, магистратуру сегодня заканчивает больше женщин, чем мужчин. Однако дальше, с развитием научной карьеры, происходит резкая смена полюсов: до степени PhD (приблизительный аналог российского кандидата наук) добирается уже больше мужчин, чем женщин. Затем различия становятся еще заметнее: среди научных сотрудников оказывается около 70 процентов мужчин и всего 30 процентов женщин. Ну а статус изобретателя и вовсе получают лишь редкие представительницы слабого пола.

Судите сами: среди командных заявок на патенты число исключительно женских команд колеблется в районе 0,3 процента. Единичных женских патентов чуть больше — около 5 процентов.

Интересно посмотреть на географические различия — здесь у российской науки есть повод для гордости.

Согласно предыдущему исследованию IPO, где о страновых различиях говорилось подробнее, именно Россия лидирует по показателю женщин-изобретательниц (их у нас 15,02 процента).

Для сравнения: в Советском Союзе этот показатель равнялся 10,73 процента. На втором месте в общемировом рейтинге Китай с 11,47 процента. В США при этом лишь 6,84 процента женщин-изобретательниц, а Япония и вовсе в антилидерах — там их 3,15 процента.

Еще один любопытный срез проблемы: наибольший вклад женщины внесли в биотехнологии, фармацевтику и органическую химию, в остальных областях науки их участие не так заметно. Почему? Ответ исследователей на первый взгляд прост: в целом в области естественных наук, технологий, инженерии и математики (STEM) представительниц прекрасного пола просто не хватает — они реже выбирают соответствующие дисциплины в школах и университетах и составляют лишь 22 процента от всей рабочей силы, занятой здесь.

Ну а данные, недавно приведенные в авторитетном журнале Nature, довершают неутешительную картину: женщины-ученые (речь шла про США) в среднем получают на 18 процентов меньше мужчин, причем самый большой разрыв — в физике и астрономии (54 тысячи долларов в год против 89 тысяч соответственно).

В чем подоплека происходящего? Речь о пресловутой гендерной дискриминации? Или правы те, кто утверждает, что математика с физикой не для девочек?

Вопрос взрывоопасный: напомним, что пару лет назад компания Google уволила одного из сотрудников, который заявил, что работать в сфере IT женщинам могут мешать… биологические особенности. А некоторые ученые уже успели окрестить ссылки на нашу биологию нейросексизмом. Парадокс в том, что наука на этот счет тоже не дает однозначных ответов. Ну, например, считается, что у женщин больше гиппокамп (часть лимбической системы головного мозга, связанная, в частности, с памятью), чем у мужчин. Однако недавнее исследование, проведенное в Университете медицины и науки им. Розалинд Франклин, вроде бы это не подтверждает… Кому верить?

— С человеком вообще довольно сложно, ведь из всех животных он рождается наиболее незрелым. Таким образом, колоссальное влияние на наследственные, биологически обусловленные задатки оказывают среда, родители,— говорит доктор биологических наук и старший научный сотрудник лаборатории сравнительной генетики поведения Института физиологии им. И.П. Павлова РАН (Санкт-Петербург) Дмитрий Жуков, автор книги «Стой, кто ведет» (о биологии поведения человека).— Теперь возьмем животных, например мышей-полевок. Над ними ставились эксперименты по перекрестному воспитанию: у одной матери забирали потомство и отдавали другой. Затем ученые пытались понять, что больше себя проявит — биологическая наследственность или эффект «воспитания». Так вот в результате экспериментов выяснилось, что моногамность одного из видов полевок обусловлена биологически. А вот агрессивность, к примеру, не наследуется.

Как отмечает эксперт, о человеке мы сегодня можем судить как раз по таким вот опытам — на животных. Ну, например, самцы обычно лучше ориентируются в трехмерном пространстве, они же лучше справляются со стрессом, чем самки, и это в полной мере относится к людям. Что, впрочем, вовсе не означает, будто женщины не могут быть штурманами — человек, помимо прочего, еще и самое обучаемое животное из всех.

Что же касается гендерного дисбаланса в науке, то здесь, по мнению Дмитрия Жукова, тоже можно найти свои объяснения.

— Замечательный психолог Карен Хорни первой отметила, что стратегия поведения женщины — это минимизация возможного проигрыша,— объясняет он.— Напротив, стратегия мужского поведения — максимизация возможного выигрыша. Проигрыш мужчины (грубо говоря, его гибель) не повредит общей популяции, так как рост популяции зависит от количества женских особей (скорость роста популяции прямо пропорциональна количеству женских особей). И в то же время ни одна женщина не должна быть «потеряна». Вот и получается, что долгие века эволюции закрепили основную стратегию женского поведения — минимизацию риска. Ну а всякая научная и изобретательская деятельность — занятие рискованное. Это, впрочем, лишь одно из возможных объяснений.

Интересно, что многие эксперты, с которыми говорил «Огонек», признают: власть стереотипов при всем этом тоже отрицать нельзя. И напоминают об исследовании микробиолога Джо Ганделсман из Йельского университета, которая поставила простой эксперимент. Она разослала одинаковое резюме на вакансию заведующего лабораторией от лица женщины и мужчины. Выяснилось: мужчину возьмут на работу с большей вероятностью, чем женщину, его компетенции оценивают выше, а платить, соответственно, готовы больше. И здесь уж точно биология ни при чем.

Экспертиза

Наука различий

— Правда ли, что у мозга есть пол?

— Никто не отменял половой диморфизм (то есть генетические и анатомические различия.— «О»): в целом мозг у женщин легче, чем у мужчин, даже если учитывать массу тела, это было установлено еще век назад. Причем разница может достигать от 30 до 250 граммов — у разных народов по-разному. Есть структуры, которые подвержены этому диморфизму, и в самом мозге, например сосцевидные тела в лимбической системе. Это древние центры, которые определяют нейрогормональные основы поведения. Недавнее исследование, проведенное в моей лаборатории, показало наличие таких различий и их связь с женской физиологией.

Сергей Савельев, палеоневролог, доктор биологических наук, профессор, заведующий лабораторией развития нервной системы Института морфологии человека РАМН

Самое важное: женский мозг работает по-другому, он заточен на репродуктивный процесс. Напомню, что лобные доли возникли благодаря женщине, которой нужно было заботиться о потомках, их назначение — обеспечивать то, чтобы женщина делилась пищей с потомками. Мужчинам эти лобные доли достались в качестве бонуса, это вообще чисто человеческие области, у приматов их либо нет, либо они плохо выражены. Так вот мужчины стали использовать их для творчества. Оказалось, это огромный ресурс! Изобретение бумаги, пороха, автомобиля и так далее — все это так или иначе связано с работой лобных долей…

В целом женский мозг надежнее, и, напротив, мужской мозг более изменчив, а значит, уязвим. Вообще ненадежность морфогенеза приводит к тому, что половина мужских зародышей погибает, это и есть плата за гигантскую изменчивость. Однако она же помогает мужчинам лучше адаптироваться, справляться с кризисами.

— Насколько эти биологические различия влияют на нашу социальную жизнь?

— Основной фактор — не половой диморфизм, а индивидуальная изменчивость нашего мозга. Она просто огромна!

Индивидуальная изменчивость перекрывает и половую, и расовую, и этническую. Причем по многим структурам мозг одного человека может отличаться от мозга другого в 40 раз! О каком половом диморфизме в этом случае может идти речь?

— Существует стереотип, что в точных науках доминируют мужчины и вообще, что с какими-то вещами они справляются лучше…

— Наш мозг сложился 150–200 тысяч лет назад, во времена, когда никаких наук еще не существовало, так что о прямой связи говорить странно. Конечно, надо смотреть, кто и к чему лучше приспособлен. В абстрактных вещах, вроде математики или физики, больше мужчин, однако и здесь можно вспомнить Софью Ковалевскую. В филологии или биологии, напротив, больше женщин. Мне кажется, брать науки в целом вообще глупо. Работник, сливающий две пробирки в одну, тоже в каком-то смысле занимается наукой, но это не значит, что он двигает ее вперед.