Глобальные финансы и новые вызовы мировой экономики

2003 ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА Сер. 5. Вып. 1

МИРОВАЯ ЭКОНОМИКА

В.М. Шавшуков

ГЛОБАЛЬНЫЕ ФИНАНСЫ И НОВЫЕ ВЫЗОВЫ МИРОВОЙ ЭКОНОМИКИ

Теория глобализации еще находится в стадии своего становления.* Не завершен даже процесс формирования идеологии глобализации. Тем не менее уже выкристаллизовались три этапа глобализации: первый этап - 1980-е, второй - 1990-е годы, четвертый этап - начало XXI в. (события 11 сентября 2001 г. в США и введение с 1 января 2002 г. евро).

Первый этап был связан с представлением о финансовой глобализации как модели глобальной экономики в виде глобального рынка, построенного на основе мировых денег, единого эмиссионного центра и международных рынков.

Поскольку превращение доллара США в мировые деньги не состоялось, то на втором этапе (1990-е годы) центральная идея финансовой глобализации была связана с концепцией либерализации системы заимствований на международных рынках и преодоления тем самым монополии государства на проведение денежно-кредитной политики. Ядро глобализации отводилось международным рынкам, призванным объединить национальные рынки - в глобальный, национальные экономики - в глобальную.

*

Глобализация - гетерогенная форма (стадия) интеграционных процессов, охватывающих мировую экономику, политику, культуру, право, экологию, спорт, науку, технику и т.д. Наибольшее развитие глобализация полумила в мировой экономике. Ее сущность заключается в глубокой интеграции экономических связей и отношений стран и национальных рынков в целостную мировую экономику, проявляется в региональной интеграции (ЕС, АСЕАН, НАФТА) и в определяющей роли международных рынков сырья, денег, капитала и валюты. Количественные параметры глобализации состоят в двух-трехкратном превышении темпов роста международной торговли (6-9% против 3%) и движения капитала над динамикой мирового производства, в превышении объемов переданного (на основе лицензий, «know-how», продаж) производства над оборотами международной торговли (11 млрд против 7 млрд долл.).

Технологической основой глобализации являются авангардные отрасли информационных технологий и техники, которые позволяют связать национальные финансовые и товарные рынки, финансовый центр и периферию, проводить операции 24 часа в сутки.

Правовой основой глобализации является либеральное национальное законодательство большинства стран мира, разрешающее свободное движение капитала, операции капитального характера (лежащие в основе прямых и портфельных инвестиций), применение норм международного права, условий, процедур по торговым и финансовым сделкам.

ШАВШУКОВ

Вячеслав Михайлович

- д-р экон. наук, профессор кафедры экономической теории и экономической политики СПбГУ. В 1983 г. окончил аспирантуру экономического факультета ЛГУ, в 1989 г. - Школу ЕБРР. С 1983 г. по настоящее время - на преподавательской работе. В 1993 - 1998 гг. - начальник отделов рисков и рейтингов, организации работы на международных финансовых рынках ОАО «ПСБ». Сфера научных интересов - мировая экономика, глобальные финансы, международное банковское дело, операции на международных рынках денег и капитала. Автор более 50 научных работ.

© В.М. Шавшуков, 2003

Волна кризиса развивающихся рынков в 1997-2002 гг., прокатившаяся по странам ЮВА, России, Бразилии, Турции и Аргентине, и начало рецессии развитых экономик в 2000/2001 г. показали несостоятельность международных рынков в стремлении объединить мировое сообщество, породили новые узлы международных противоречий между национальным и глобальным, Севером и Югом, бедными и богатыми (так называемым «золотым миллиардом» и остальным миром) странами. Рыночный фундаментализм международных рынков способствовал переоценке как развивающихся рынков (проявилось в завышении спредов и недооценке рисков), так и развитых (многолетняя игра на повышение фондовых ценностей в секторе высокотехнологичных компаний), втянул финансовые активы частных инвесторов, банков, пенсионных и страховых фондов, промышленных компаний в спекулятивные игры на глобальном финансовом рынке. Коррекция рынков начала осуществляться в 2001 г. Новая тенденция окончательно сформировалась после атаки на ВТЦ в 2001 г.

В настоящее время формируется новый, третий этап финансовой глобализации. Его сущность выражается в подключении к потенциалу основных игроков мирового капитала (ТНК, ТНБ, глобальных инвестиционных и паевых фондов) международных финансовых организаций (МВФ, Мирового банка, ВТО, ББМР), а также международного военно-политического ресурса ООН, ЕС, АСЕАН, национальных государств. Целостность мирового сообщества на этом этапе предполагается достигнуть усилиями международных рынков, высококонцентрированного международного капитала, региональными экономическими объединениями (ЕС, АСЕАН, СНГ/ЕврАзЭС), международной политики и сильной внутренней политики государств. Толчком к формированию третьего этапа послужили создание широкой международной антитеррористической коалиции государств, национальных и международных организаций и финансовых институтов, а также отток из США капиталов зарубежных инвесторов, прежде всего арабских.

Наиболее развитой частью глобальной экономики являются глобальные финансы. Финансовый капитал исторически наиболее подвижен в своем стремлении к поиску наиболее доходных активов. Либерализация валютного законодательства большинства стран мира в 70-90-е годы XX в. способствовала переливу капитала из финансового центра на периферию и обратно. Глобальные финансы - это совокупность отношений по формированию обязательств и перераспределению активов на международных рынках денег, капитала и валюты, которые становятся центростремительной силой, втягивают в себя национальные рынки, определяют ценовые ориентиры, направляют потоки капитала в мировом масштабе.

Глобальная экономика является продуктом развития мировой экономики точно так же, как интеграция порождена процессами интернационализации экономических связей между государствами. Формой интернациональных (международных) связей исторически были

Отток капитала из американской экономики был обусловлен ее перегревом, многолетней переоценкой компаний высоких технологий и игрой на повышение основных игроков фондового рынка. В 2001 г. пузырь вздутой рыночной капитализаций лопнул, прокатилась волна банкротств, слияний, поглощений, громких судебных «антитрестовских» процессов (в частности, против «Майкрософт»), Но сокращение в 2001г. внутреннего спроса, накоплений, инвестиций, объемов продаж, прибыли корпораций, падение курсов акций и фондовых индексов, ослабление доллара не могло перерасти в глубокий кризис: ВВП США - это 30% мирового ВВП, американский рынок - самый емкий в мире, 50% фондовых ценностей имеют американское происхождение, техническую политику и международный рынок высоких технологий определяют компании США, основные производители и поставщики вооружений в мире также американские корпорации, наконец, американские ТНК, ТНБ и фонды являются ключевыми игроками международного финансового рынка и контролируют глобальные потоки капитала. Косвенные признаки преодоления рецессии обусловлены ростом производительности труда на 3% (111 кв. 2001 к III кв. 2002), розничных продаж на 0,7% (автомобилей на 1,9%), сокращением безработицы, откатом фондовых индексов на реальные позиции (DJIA с 11000 до 7700-8500 п., NASDAQ 100 с 2000 до 1150-1185 п.) и началом их нового восхождения, завершением полосы скандалов и разоблачений в финансовых компаниях и банках (cM.:MorrisonJ. U.S. Retail figures offer some hope for economy // The St. Petersburg Times. 2002. Nov. 15. P. 7).

торговля и финансы. Если, начиная со средних веков, банки создавали свои филиалы в других странах для финансирования международной торговли, а с конца XIX в. - «пошли» за рубеж (over seas) вслед за своими крупными промышленными и торговыми клиентами, то в конце XX в. они приступили к созданию всемирной сети (из филиалов и дочерних банков) для аккумуляции средств населения и компаний разных стран, и размещения их в наиболее доходные активы по всему миру.

Глобализация нацелена на придание миру целостности, большей стабильности, прочной взаимозависимости отдельных его частей, сегментов. В этих условиях прочность мира обусловлена не однополярностью (террористическая атака на Всемирный торговый центр в Нью-Йорке и Пентагон в Вашингтоне 11 сентября 2001 г. трагически показала остроту нового противоречия XXI в. между Югом и Севером, бедными и богатыми странами, которое заменило собой противоборство между Востоком и Западом),1 а многополярностью, выравниванием темпов и в перспективе уровней развития стран, коллективным решением проблем долгов, бедности развивающихся стран, преодоления пропасти между бедными и богатыми государствами, финансовым центром и финансовой периферий."

Если глобализация являет собой объективный процесс интеграции хозяйственных связей и отношений в планетарном масштабе, то пионерами, двигателем ее выступают мобильный финансовый капитал и ТНК. Объективно его плодами пользуются частные и институциональные инвесторы как в развитых, так и развивающихся странах. В 1990-е годы сложился примерный баланс потоков капитала между финансовым центром и финансовой периферией, но после трагических событий 11 сентября 2001 г. и начала рецессии в США резко сократились потоки капитала как в развивающиеся страны, так и в США. В первом случае на резкое снижение инвестиционной привлекательности развивающихся рынков повлиял возможный конфликт Север - Юг, а также необходимость западных компаний мобилизовать активы перед лицом экономического спада, во втором - плохие перспективы американской экономики, поиск более доходных и относительно стабильных рынков. Европейская экономика в инвестиционном выборе была сравнительно более привлекательна, что привело к переориентации мировых потоков капитала в страны ЕС, ставших одной из серьезных причин усиления евро по отношению к доллару США.

Среди сторонников глобализации (помимо глобальных инвесторов и фондов, ТНБ, ТНК) - эффективно работающие компании, завоевавшие доступ к емким экспортным рынкам. Ее противники чрезвычайно разнообразны. Кроме политически пестрых и шумных

Впервые процессы глобализации, как определяющей тенденции развития мировой экономики, начали обсуждаться на самом высшем международном уровне в 1993 г. на Всемирном экономическом форуме в Давосе. В 1995 г. здесь же публично заявили о себе ее противники, так называемые «антиглобалисты». Все эти годы не утихают споры между сторонниками и противниками новых процессов в мировой экономике. Этот стремительно расширяющийся конфликт по существу стал новым витком старых научных споров, равно и компромиссов экономической политики о свободе рынка, рыночной конкуренции, мере допущения государства и международных организаций к регулированию рынков.

В ХУН-ХУШ вв. переход к капиталистическому способу производства сопровождался созданием единого национального рынка. Процесс его утверждения был сопряжен с либерализацией экономических отношений, идеологически был сфокусирован на предоставление свободы рабочей силе как товару, свободы торговли, свободную рыночную конкуренцию, гражданские свободы, свободное движение рабочей силы и капитала. Формирование национального капиталистического рынка сломило межфеодальную раздробленность, создало прочный экономический каркас буржуазной государственности и буржуазной демократии.

Через 225 лет перед человечеством встали те же вопросы о свободе рынка и рыночной конкуренции, но уже не на национальном, а на международном уровне. Если формирование национального рынка и промышленная революция (индустриализация) сломили межфеодальную раздробленность и границы удельных (обособленных) феодальных собственников, то современные интеграционные процессы, международные рынки товаров, информации, услуг, рабочей силы, денег и капитала (все то, что составляет ядро глобализации процессов производства, обращения, обмена и потребления благ), преодолевая протекционистские барьеры, ломают национальные экономические границы, заставляют видоизменяться императивную природу государства.

своими акциями протеста радикальных групп и движений, существуют серьезные исследователи новых явлений, проблем и противоречий современной мировой экономики, которые порождены «глобальным монополизмом» ведущих ТНК, ТНБ и фондов.2 Построение глобальной экономики на принципах однополярного мира, пусть даже и эффективного с точки зрения транснационального бизнеса, вызывает протест правительств, политических партий и движений значительной группы развивающих стран. Глобализация, в основе которой лежит движение западного капитала, западных технологий, западного менеджмента, западной культуры на Восток и Юг, встречает сопротивление других цивилизаций. В основе противоречий национального и глобального - конфликт цивилизаций, пропасть в уровне развития производительных сил (аграрно-индустриальная стадия развития многих стран Африки, скотоводство и кочевой образ жизни невосприимчивы к продукции, благам и стандартам постиндустриальной стадии развития европейской-американской цивилизации), производственных отношений (раннекапиталистические экономические отношения переплетены феодальными, нередко реликтами рабовладельческих и первобытнообщинных социально-экономических отношений), уровне развития государственности и демократии. В этом столкновении цивилизаций не последнюю роль играет конфликт мировых религий.

Фактическими противниками глобализации являются и те неэффективные компании, собственники и менеджеры которых проиграли конкуренцию как в своем национальном сегменте рынка, так и международном. Их антиглобалистская позиция по форме является защитой экономических интересов предприятия и своей отрасли, а по сути, консервацией неэффективного менеджмента. Руководители таких компаний обычно апеллируют к профсоюзам и депутатам парламента. Лоббирование интересов таких компаний осуществляется с помощью внесения поправок в налоговое законодательство в направлении усиления государственного протекционизма национальных товаропроизводителей.

Глобализация расширяет рынки и свободу выбора, усиливает и раздвигает конкурентную среду, увеличивает емкость рынка, предъявляет принципиальные новые требования к собственникам и менеджменту. В условиях широкого тиражирования по всему миру современных технологий эффективное управление активами, производством, сбытом, логистикой, персоналом, качеством продукции и т.д. становится самым важным конкурентным преимуществом. В противном случае менеджеры и персонал компаний обречены пополнять ряды антиглобалистов.

Было бы неверно игнорировать противоречия и проблемы, находящиеся в самом существе происходящих процессов глобализации. Террористическая атака 11 сентября 2001 г. на Всемирный торговый центр (ВТЦ) в Нью-Йорке в концентрированно трагической форме высветила проблемы самой идеологии финансовой глобализации.

В экономическом смысле атака на ВТЦ не отличается от разрушительной атаки международных фондов и банков на валюты стран ЮВА в 1997 г., которая, подорвав инвестиционные ожидания, способствовала глубокому экономическому кризису региона. Трагические события 11 сентября 2001 г. стали кульминацией неких мировых финансовых процессов, развивавшихся в мире в течение последних 15-20 лет.

В 1990-е годы частный и институциональный инвестор из финансовых центров и периферии широко использовал потенциал финансовой глобализации. Каждый доллар, вложенный в глобальные или региональные инвестиционные фонды в различные финансовые инструменты со сроком погашения 3 и 5 лет, приносил в среднем в Азии (исключая Японию) по облигациям от 17 до 37% годовых, Латинской Америке соответственно 16-70, в Европе 14-30, в США от 15 до 34%; по акциям доходность была еще выше: диапазон в глобальном сегменте составлял от 10 до 96%, в Европе 13-121, США от 17 до 78%; на международном денежном рынке Европы доходность составляла 11-15%, в США 16-28, Латинской Америке 26-45% годовых.3 Но в конце 2001 г. (после известных событий 11 сентября) глобальные инвестиционные фонды стали отказываться выплачивать дивиденды и купоны,

суды завалены исками инвесторов о невыполнении фондами своих обязательств. Видимо, террористический удар наносился прежде всего по тем финансовым структурам, которые стали основными несущими конструкциями и проводниками финансовой глобализации.

Атака на ВТЦ подорвала инвестиционные ожидания точно так же, как атака фондов на финансовые рынки ЮВА. Схожесть последствий стала свидетельством некой системной ошибки в построении всей конструкции финансовой глобализации.

Существо идеи финансовой глобализации заключалось в объединении мировой экономики с помощью мировых денег. Это означало в конечном итоге ликвидацию национальных эмиссионных центров и создание Всемирного центрального банка. Несмотря на статус мировой резервной валюты, доллар до начала эпохи валютной либерализации (80-е годы XX в.) не являлся мировыми деньгами. На мировом рынке он обслуживал товарные потоки как платежное средство и являлся резервной валютой. Собственно деньгами доллар был на внутреннем рынке США.

Если деньги (кроме того, что они выступают как всеобщий товар-эквивалент, мерило стоимости блага, средство платежа, расчетов, накопления) являются некими долговыми государственными расписками, дающими право на получение доли ВВП, то подлинно мировая валюта должна предоставлять такое же право на соответствующую часть ВВП всех стран мира.* Доллар не имел такого права, и борьба за него означала бы разрушение экономических основ государственности. Поэтому двигателем финансовой глобализации по постепенному созданию мировых денег стала либерализация системы внешних заимствований, а ее механизмом - фондовый и денежный рынки.

Фондовая биржа предоставила возможность национальным компаниям осуществлять финансирование, минуя национальные банки. Акции (в отличие от денег) - это частные долговые обязательства. Они предоставляют право (несомненно, в случае решения собрания акционеров о направлении части прибыли на выплату дивидендов) на получение доли ВВП. Либерализация системы внешних заимствований позволила деноминировать акции не в национальной валюте, а в евро или азиатских долларах. Таким простым способом внутри государств фактически возникли параллельные национальному центральному банку эмиссионные центры.

В результате появления и расширения рынка евровалют (евродоллары занимают его основную долю) государства (в лице центральных банков и министерств финансов) лишились монополии на формирование денежно-кредитной политики. Национальные ресурсы по обслуживанию заимствований (в нашем случае их форма значения не имеет) оказались втянутыми в глобальную игру мирового финансового рынка по извлечению доходности для инвестора.

При этом реальная экономика, производящая блага, продолжала функционировать в правовом поле национального государства. Таким образом, в 90-е годы XX в. возник разрыв между реальным производством и денежным обращением. Первое оставалось в национальном правовом пространстве, второе регулировалось международным правом и обычаями международных рынков.

Торжество глобализации в планетарном масштабе было невозможно без разрешения этого противоречия. Поэтому международные финансовые организации начали работу по унификации государственных норм, стандартов, правил, налогов, пошлин ведения и учета бизнеса и торговли. Государства, подписывая международные соглашения о заимствованиях и входя в международные организации, тем самым отдавали часть своего суверенитета. Одновременно стал происходить скрытый передел национальных ресурсов в пользу гло-

Количество денег, необходимое для обеспечения национального процесса обращения товаров и услуг и калькулируемое по известной формуле И. Фишера МУ=Р(), не учитывает заимствований корпораций на международном рынке денег и капитала. С 2001 г. ЦБ РФ перешел с разрешительного на уведомительный характер таких заимствований. Существенный недостаток практики (особенно в свете планов Правительства РФ отказаться с 2007 г. от существующей практики валютного регулирования за движением капитала) заключается в том, что если не учитывать эти денежные средства, то это может способствовать росту инфляции в стране.

бальных паевых фондов и инвестиционных компаний, выражающих интересы миллионов инвесторов из десятков стран мира.

Основным игроком и локомотивом финансовой глобализации стали инвестиционный, банковский и промышленный капитал США. Поэтому глобализация мировой экономики усилила доллар, повысила его значение, вплотную приблизила к роли реальных мировых денег. В 80-90-е годы XX в. развивающиеся и переходные рынки выбросили на фондовый рынок огромные национальные ресурсы по очень низким ценам. Эти рынки на много лет стали растущими и привлекательными для инвестирования. Сначала они втянули в себя свободные банковские капиталы, затем частные сбережения домашних хозяйств США и Западной Европы. В эти же годы исключительную доходность демонстрировали высокотехнологичные компании, находящиеся в США, Европе, Японии, НИС ЮВА. Поэтому в мировой инвестиционный поток влились средства страховых компаний, пенсионных и паевых фондов.

Таким образом, международные финансовые рынки поглотили свободные ресурсы банков, сбережения населения, накопительные пенсионные и страховые счета, а также часть прибыли компаний. При этом основная доля принадлежала инвесторам США. В середине 1990-х годов различные фонды США контролировали международные потоки инвестиций в размере 20 трлн долл.

Финансовая глобализация не могла бы состояться, если бы не позволила мгновенно перебрасывать средства из одного сегмента мирового рынка в другой, из одной страны в другую, из одного финансового инструмента в другой. Технически и организационно это стало реальностью и делается трастовыми компаниями ради одной цели - максимизации доходности активов инвесторов, находящихся в десятках странах Европы, Северной Америки, Ближнего Востока, Японии, ЮВА.

К середине 1990-х годов были приобретены крупные (контрольные или блокирующие) пакеты акций компаний развивающихся и переходных стран, возникли долговые обязательства эмитентов из этих государств перед инвесторами на международных рынках денег и капитала. Ради сохранения высокой доходности инвестиционный капитал стал покупать будущую стоимость. Эта стратегия в равной мере относилась и к акциям высокотехнологичных компаний. В результате были переоценены рынки и компании как развивающихся, так и развитых стран. Инвесторы, несмотря на предостережения международных рейтинговых агентств, играли только на повышение. Закладывалась и многократно перепродавалась уже будущая стоимость. В 1999 г. годовой объем корпоративной прибыли компаний США относился к капитализации рынка ценных бумаг как 1 к 50. Тем самым рынок акций, невзирая на риски, «обещал» получение дивидендов в течение 50 лет.

Такой разрыв между реальными доходами и ожиданиями будущих прибылей должен был в конечном итоге привести к подрыву инвестиционных ожиданий. Этот подрыв обычно заканчивается бегством в наличность, драгоценные металлы (наиболее характерно для Франции) или в государственные ценные бумаги. Поскольку значительная доля финансовых активов в мире деноминирована в долларах США, то эмитент основной мировой валюты - ФРС - должен был увеличить государственный долг США, а страна - получить дешевые инвестиции и дешевую собственность, созданную на чужие деньги.

В 80-90-е годы XX в. американскую экономику спасал от наплыва иностранных инвестиций емкий внутренний рынок и стабильный экономический подъем. После полосы кризисов в странах ЮВА 1997 г., России 1998 г., Бразилии 1999 г. произошел отток капитала с финансовой периферии в финансовые центры. Основной поток «лишних денег» направился в США, и начиная с 1998 г. бюджет страны стал формироваться с огромным профицитом.

Этот «денежный пузырь» (не востребованные экономикой деньги) был опасен тем, что он образовался в реальном секторе экономики и грозил беспрецедентным для 1990-х годов ростом инфляции: начиная с Ш-1У кварталов 1997 г. в промышленности стали падать тем-

пы роста прибыли и инвестиций.4 Тем самым в США начал формироваться мотив подрыва инвестиционных ожиданий.

Самым простым выходом из ситуации мог быть возврат лишних денег обратно в развивающиеся рынки. Но финансовая периферия, помня роль фондов в обвале национальных валют и последствия ухода иностранного капитала в период кризиса 1997-1999 гг., выстроила защитные механизмы и не торопилась принять новый поток инвестиций. Кроме того, у доллара появился реальный конкурент - евро, опирающийся на экономический потенциал не одной страны, а ЕС. Если кризис в ЮВА 1997 г. отбросил НИС региона, а главное - ослабил йену и главного конкурента - Японию, то война в Югославии не подорвала позиции евро и кардинально не смогла усилить доллар.

Если до 11 сентября 2001 г. лишь складывался мотив подрыва инвестиционных ожиданий, то после трагических событий в ВТЦ это стало реальностью. Реальностью стало и вхождение ведущей мировой экономики в кризис. Его причины внутренние и внешние. США вынуждены были принять обратно потоки капитала из развивающихся рынков. Кризис важнейших его сегментов - ЮВА, Бразилия, Аргентина, Турция - существенно ослабил их инвестиционную привлекательность. Страны ЕС также находились в предстагнационном состоянии. ФРГ пока не оправдала надежды стать локомотивом европейского экономического сообщества. Единственным местом инвестиций оставались США. Но традиционный сектор экономики начал переживать спад, а компании высоких технологий были многократно переоценены и ожидалась существенная коррекция рынка на понижение.

Таким образом, в качестве первого промежуточного двадцатилетнего итога формирования системы глобальных финансов, международные рынки денег, капитала и валюты не удержали мировую экономику от полосы кризисов, породили новые формы международных противоречий - между национальным и глобальным.

Итак, финансовая глобализация на основе либеральной идеологии и международных рынков дала серьезный сбой. Рынки не смогли создать прочного каркаса мирового сообщества. Этнокультурная, религиозная, социально-экономическая и политическая гетерогенность стран Азии, Африки, Латинской Америки объективно препятствует глобализации мира на основе ценностей западной цивилизации - свобода и права человека, примат индивидуума и права над государством и исполнительной властью, демократия, смешанная социально-ориентированная экономика, сочетание свободы рынка, государственного регулирования и этики бизнеса. В этом состоит один из водоразделов между Югом и Западом. Противостояние между различными цивилизациями (постиндустриальной европейско-американской и феодально-индустриальной азиатско-африканской) начинается не на рынках сбыта и зонах (сферах) влияния, а в сознании людей. Западный капитал (ТНК, ТНБ, фонды) не знает, как решить это противоречие." Он обладает огромными ресурсами, организационными и техническими возможностями и опытом управления потоками капитала, производства, обращения товаров, услуг, информации, людей в глобальном масштабе. Но он не имеет собственных политических и идеологических институтов и традиционно пользуется государственными политическими и военными институтами.

Уже в 1999 г. на Всемирном экономическом форуме в Давосе осторожно был поднят вопрос о смене идеологии и политики глобализации. Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан сформулировал идею о необходимости заключения глобального соглашения о неких общих принципах взаимодействия мирового капитала и мирового сообщества.

Очевидно, либеральные принципы построения финансовой глобализации после кризисов 1997-1999 гг. и начала рецессии ЕС и США в 2001/2002 гг. оказались не совсем состоя-

В долгосрочном плане противоречие разрешимо в рамках региональных объединений на стыке цивилизаций. В этой связи Евразийское экономическое сообщество способно стать точкой динамичного экономического роста, одним из локомотивов глобальной экономики.

тельными и будут дополняться (или меняться) новыми идеями. На волне создания контртеррористической коалиции во главе с США на первый план выходят военно-политические принципы объединения мира. Война в Ираке 2003 г. стала тому ярким подтверждением.

Парадокс современной ситуации заключается в том, что недавно глобальные финансы заставили государства открыть национальные рынки международному капиталу, сегодня мировой капитал апеллирует к государству, нуждается в его помощи и получает ее.

В мировой экономике может сложиться новый инвестиционный порядок. Очевидно, будет упрощена система регулирования инвестиционными потоками. Из нее выведут средней руки фонды и инвестиционные банки. Они не будут допущены к принятию стратегических инвестиционных решений. В корпоративном секторе серьезно ограничат права, позиции и долю рынка мелких инвесторов и спекулянтов.

Эти новации будут направлены на снижение фактора неопределенности и рисков в глобальном движении крупного капитала. Для этого будут сокращать круг людей и компаний, принимающих инвестиционные решения. С чисто экономической точки зрения это не лучший путь, но он позволит задействовать политический потенциал международного сообщества и международных финансовых организаций для построения прогнозируемой глобальной экономики, такой экономики, в которой национальные финансовые рынки будут защищены от спекулятивных атак международных фондов и банков. В предстоящие 10-20 лет такая архитектура мировой экономики может быть создана, если ее несущие конструкции будут опираться не на идеи однополярйого мира (европейско-американская цивилизация) и Четвертой мировой войны (между Югом и Севером), а на построение многополярного мира.

Глобальная финансовая среда сформировалась в основных своих чертах в течение последних 20 лет и состоит из международных рынков денег, капитала и валюты.5

Дефиниции этих категорий достаточно условны. Строгость определений снижена из-за использования одних и тех же инструментов в «короткие», «средние» и «длинные» сроки, а также по причине широкого применения механизма возобновляемого кредита (Roll-over credit). В последнем случае производится техническое гашение кредита (иногда без возврата суммы долга на счет банка-агента) с одновременным предоставлением нового кредита, но уже на новых условиях (поэтому применяется плавающая процентная ставка с фиксацией на 1, 3, 6, 12 месяцев). Трансформация краткосрочной задолженности с помощью пролонгации (Extension) в среднесрочную меняет существо сделки: требования к заемщику, кредитный, валютный и страновой риски.

Международный денежный рынок — рынок как правило краткосрочных (до 360 дней) ссудно-заемных операций, включая МБК (межбанковские кредиты/депозиты). Участники денежного рынка — центральные и коммерческие банкк. Инструментами денежного рынка выступают межбанковские депозиты и краткосрочные ценные бумаги (коммерческие и казначейские векселя, депозитные сертификаты, краткосрочные муниципальные облигации), привилегированные акции с плавающей ставкой дивиденда, введенные в США в 1984 г. Наиболее распространенная форма МБК — синдицированное кредитование, позволяющее заемщику получить значительные суммы, а кредиторам снизить кредитный риск долей в синдикате. Процентные ставки денежного рынка определяются на каждый инструмент, но в качестве ценового ориентира используются четыре ставки LIBOR на U 3, 6, 12 месяцев — ставки предложения на лондонском межбанковском рынке депозитов, фиксируемой по рабочим банковским дням на 11 утра местного времени по усредненным ставкам National

*

Сразу после атаки на ВТЦ в США усилилось перераспределение имущественных отношений, ускорились процессы концентрации капитала путем слияний и поглощений. Государство начало аккумулировать все свободные средства домашних хозяйств в государственные облигации. Инвесторы стали уходить из корпоративных ценных бумаг в государственные, несмотря на то, что доходность по ним резко упала. Крупным компаниям в обход антимонопольного законодательства было разрешено выкупать собственные акции на фондовом рынке по заниженным ценам.