О некоторых концептуальных положениях развития отечественного уголовного законодательства

4.13. О НЕКОТОРЫХ КОНЦЕПТУАЛЬНЫХ ПОЛОЖЕНИЯХ РАЗВИТИЯ ОТЕЧЕСТВЕННОГО УГОЛОВНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

Иванцова Н.В., д.ю.н., профессор кафедры уголовноправовых дисциплин

ФПУ ЧФ НА МВД России Перейти на Главное МЕНЮ Вернуться к СОДЕРЖАНИЮ

Специалисты в области уголовного права справедливо отмечают, что «самой большой бедой действующего уголовного кодекса стало разрушение его системности»1. А ведь создание нового уголовного кодекса происходило с использованием принципов системного подхода.

В конце 80-ых годов прошлого века были разработаны концептуальные начала будущего уголовного законодательства, что позволило основную часть задач, поставленных перед разработчиками проекта уголовного закона, успешно решить. К числу решенных задач следует отнести:

1. Отказ от классового подхода при решении вопросов уголовной ответственности, от идеологизации уголовно-правовых норм и институтов, признание принципа приоритета общечеловеческих ценностей и последовательное проведение его в уголовном законодательстве.

2. Признано главным направлением уголовной политики максимальное обеспечение безопасности личности, ее прав и свобод, подтверждена недопустимость ограничения естественных прав и свобод граждан.

3. Уголовное законодательство частично было приведено в соответствие с международными соглашениями.

4. Большая часть мелких преступлений декриминализирована.

5. Проведена депенализация ряда преступлений.

6. Часть норм, препятствующих становлению и развитию рыночной экономики, была устранена.

7. В уголовном законе нашел свое воплощение принцип равенства всех форм собственности и их одинаковой уголовно-правовой защиты.

8. Были расширены возможности поощрительных норм.

Вступивший в силу 1 января 1997 г. уголовный закон в основном удовлетворял требованиям времени. Однако стабильным этот закон стать не смог. Революционные события 90-ых годов существенно изме-

1 Голик Ю., Коробеев А., Мысловский Е. Может ли испытывать «симптомы кризиса» то, чего не существует? // Уголовное право. 2007. № 1. С. 138.

нили политическую, экономическую, социальную, духовную жизнь страны. Новые общественные отношения требовали и требуют новых норм права, которые бы охраняли эти отношения от деяний, причиняющих им существенный вред, препятствующих поступательному развитию всех социальных институтов. Отсюда и большое количество изменений, которые были внесены в УК РФ за истекшие 11 лет его существования (более 600 изменений и дополнений).

В современных условиях требуется переосмысление отдельных институтов уголовного права. Движение по этому пути должно осуществляться в следующих направлениях.

Следует провести тщательный анализ норм уголовного права и норм смежных отраслей права, чтобы исключить рассогласованность между ними. К примеру, в УПК РФ предусмотрено существенное снижение санкции за преступления небольшой, средней тяжести и тяжкие по причине признания вины подсудимым (ст. 316 ч. 7 УПК РФ - не свыше двух третей максимального срока или размера наказания). В уголовном законе нет такого положения. А ведь в данном случае речь идет о правилах назначения наказания, которые устанавливаются не процессуальным законом, а материальным.

В уголовный закон введена категоризация преступлений, с которой связаны различного рода уголовноправовые последствия (условно-досрочное освобождение, погашение судимости, определение вида рецидива и т.п.). В нормах УПК РФ законодатель порой игнорирует категории преступлений. Так, при определении подсудности дел мировому судье взята за основу не категория преступлений, а максимальный срок наказания в виде лишения свободы, не превышающий трех лет2 (ч. 1 ст. 31 УПК РФ). В то же время при решении вопроса о применении принудительных мер медицинского характера учитывается деяние небольшой тяжести (ст. 443 ч. 2 УПК РФ), хотя в уголовном законе речь идет о преступлениях небольшой тяжести.

В уголовном законе не предусмотрена уголовная ответственность юридических лиц. В то же время за административные правонарушения могут нести ответственность и юридические лица. Так, за нарушение экологических правил, не повлекших вредных последствий, юридическое лицо несет административную ответственность по ст. 8.2, 8.3 Кодекса РФ об административных правонарушениях. А за нарушение таких же норм, повлекших общественно опасные последствия или создавших угрозу их причинения, уголовная ответственность предусмотрена только для физических лиц. Доказать вину конкретного физического лица за экологическое правонарушение достаточно сложно. Целесообразнее в таких случаях наказать юридическое лицо.

2 Почему именно трех, а не двух или четырех, остается только догадываться.

Иванцова Н.В.

ОТЕЧЕСТВЕННОЕ УГОЛОВНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

Необходимо мелкие преступления перевести в разряд уголовных проступков. Для этого дополнить УК РФ разделом об уголовных проступках. Такое решение вопроса позволит переводить преступления в разряд проступков в случае понижения уровня их общественной опасности. Это создаст гарантии того, что деяния, представляющие общественную опасность, но «не заслуживающие» быть в числе преступлений, не «повиснут в воздухе», как это произошло в 2003 г. в связи с декриминализацией деяний, причиняющих вред средней тяжести по неосторожности. Эти деяния были ненаказуемы ни по какому закону в период с декабря 2003 г. по апрель 2005 г.

Требуется «ревизия» санкций норм уголовного закона на предмет их соответствия целям, стоящим перед уголовным наказанием. Справедливо отмечается, что система санкций в УК РФ нередко противоречит интересам охраны личности и общественной безопасности3. Так, в санкциях, изложенных в ч. 2 ст. 115 и ч. 2 ст. 116 УК РФ (составы с отягчающими обстоятельствами), наказание в виде обязательных работ более строгое, нежели в санкциях, изложенных в частях первых этих же статей (составы без отягчающих обстоятельств).

Да и сама система наказаний нуждается в существенной реконструкции. На наш взгляд, не способствуют в полной мере решению задач уголовного права положения закона о дополнительных наказаниях. Законодатель идет по пути уменьшения количества дополнительных наказаний, тем самым лишая суды возможности при назначении наказания максимально его индивидуализировать и, в конечном счете, достичь целей, сформулированных в ст. 43 УК РФ. Введение в уголовный закон таких дополнительных наказаний, как возложение обязанности загладить причиненный вред, лишение родительских или опекунских прав, некоторых политических прав позволит судам более гибко индивидуализировать наказание, назначаемое осужденному в целях его исправления и предупреждения совершения новых преступлений. Очевидным пробелом в законодательстве является отсутствие в УК РФ положений о порядке назначения дополнительных наказаний:

- при неоконченной преступной деятельности,

- при любых видах рецидива;

- при сочетании совокупности преступлений и совокупности приговоров4.

Общеизвестно, что судебная практика является механизмом обратной связи, позволяющим проверить качество решений законодателя. О качестве отдельных законодательных решений говорить не приходится. В части 1 ст. 38 УК РФ названы цели задержания лица, совершившего преступление. Эти цели объеди-

3 Побегайло Э. Кризис современной российской уголовной политики //Уголовное право. 2004. № 4. С. 114.

4 Комарова Л. Р. Основные и дополнительные виды наказаний (проблемы их систематизации): Дис... канд. юрид наук. - Казань, 2007. - С. 11-13.

нены соединительным союзом и в единый обязательный признак. Первая цель - задержание для доставления органам власти. Вторая цель - пресечение возможности совершения им новых преступлений. А как правоприменителю оценить ситуацию, в которой задерживаемый в момент пресечения его преступных действий будет убит задерживающим. Доставление задерживаемого в этом случае исключается, а значит, поведение задерживающего выходит за рамки обстоятельства, исключающего преступность деяния.

Вызывает возражение точка зрения законодателя, выраженная в части 2 ст. 40 УК РФ, согласно которой всегда преодолимо психическое насилие, применяемое к лицу, в результате чего оно причиняет вред правоохраняемым интересам. Разновидностью психического насилия является гипноз. Общеизвестен случай, когда великий маг СССР В. Мессинг по приказу И. Сталина и под наблюдением комиссии НКВД путем психического воздействия на служащего банка получил от того в обмен на чистый лист бумаги 100 тыс. руб. Вряд ли обоснованно в такой ситуации говорить о возможности со стороны служащего банка преодолеть мощное гипнотическое воздействие. Представляется, что законодатель более взвешенно должен был подойти к вопросам установления правовых норм о психическом принуждении как обстоятельстве, исключающем преступность деяния.

Особо следует остановиться на тех составах насильственных преступлений, на которые распространяются положения ст. 27 УК РФ. Законодатель указал, что преступление признается умышленным даже в тех случаях, если в результате умышленно совершенного преступления причиняются тяжкие последствия, которые по закону влекут более строгое наказание и которые не охватывались умыслом лица. Однако включение в норму об умышленном преступлении последствия (смерти), к которому виновное лицо относится неосторожно, привело к полному отсутствию однообразия в законодательных формулировках, и соответственно, в судебной практике.

Во-первых, в одних насильственных преступлениях указано такое последствие как смерть, причиненная по неосторожности, в других, сходных по признакам объективной стороны, - нет. Например, в массовых беспорядках (ст. 212 УК РФ), в диверсии (ст. 281 УК РФ) отсутствует такое квалифицирующее обстоятельство, как причинение смерти по неосторожности, а в террористическом акте (ст. 205 УК РФ) оно указано.

Во-вторых, признак «причинение смерти по неосторожности» в ряде норм расположен совместно с признаками, которые вменяются лицу только при умышленном к ним отношении, например, с такими как посягательство на объекты использования атомной энергии либо с использованием ядерных материалов (ч. 3 ст. 205 УК РФ), организованная группа (ч. 3 ст. 126, ч. 3 ст. 127 УК РФ), общеопасный способ (ч. 3 ст. 127-1 УК РФ). В этом случае нарушается

принцип дифференциации уголовной ответственности.

В-третьих, усиление ответственности за причинение смерти по неосторожности в составах насильственных преступлений поставило в неравные условия тех, кому вменяются эти преступления, а также тех, кто привлекается к ответственности за причинение смерти по неосторожности (ст. 109 УК РФ). Основной состав преступления, предусмотренного ст. 109 ч. 1 УК РФ, предусматривает наказание в виде лишения свободы до 2 лет, а причинение смерти двум и более лицам - до 5 лет (ст. 109 ч. 2 УК РФ). При похищении человека причинение смерти по неосторожности максимально наказуемо до 20 лет лишения. Основной состав похищения предусматривает до 8 лет лишения свободы, следовательно, ответственность за причинение смерти по неосторожности усилена с 2 лет до 12 лет (20-8). Для сравнения вспомним, что убийство без отягчающих обстоятельств наказывается лишением свободы до 15 лет.

В-четвертых, включение признака причинение смерти по неосторожности в особо квалифицированные составы насильственных преступлений создает вынужденный перекос в правоприменительной практике, нарушающий принцип справедливости. Если лицо совершило преступление, предусмотренное п. «в» ч. 2 ст. 126 УК РФ, то ему может быть назначено наказание в виде лишения свободы до 15 лет. Насилие, опасное для жизни или здоровья, о котором идет речь в п. «в» ч. 2 ст. 126 УК РФ, может повлечь такое последствие, как тяжкий вред здоровью. С позиции статьи 111 УК РФ умышленно причиненный тяжкий вред влечет наказание в виде лишения свободы до 8 лет. Получается, что особо квалифицирующим обстоятельством (причинение смерти по неосторожности при похищении человека) признается обстоятельство, в 4 раза менее опасное, чем квалифицирующее (причинение тяжкого вреда здоровью при применении насилия, опасного для жизни или здоровья похищенного человека).

Как выйти из этой правовой ситуации? Считаю, что неосторожное отношение к преступным последствиям должно быть исключено из составов насильственных преступлений. Соединение в едином преступлении двух самостоятельных преступлений (неосторожного и умышленного) не только размывает институт множественности преступлений, нарушает принцип дифференциации уголовной ответственности, но и отрицательно влияет на складывающуюся правоприменительную практику. Если судьи будут назначать наказание ближе к минимальному порогу санкции, то скопление наказаний у одной границы будет вести к рассогласованности санкций.

Вызывает возражение новая редакция ч. 1 ст. 17 УК РФ, дополненная положением о том, что нет совокупности преступлений, когда совершение двух или более преступлений предусмотрено статьями Особенной части в качестве обстоятельства, влекущего более строгое наказание. К таким обстоятельствам следует отнести обстоятельства, изложенные в ст. 105 ч. 2 п. «в» (похищение человека, захват заложников), п. «з» (разбой, вымогательство, бандитизм), п. «к» (изнасилование, насильственные действия сексуального характера). Исходя из указанного выше положения, убийство, сопряженное с вымогательством, подлежит квалификации только по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Однако при такой квалификации не происходит полной оценки преступного поведения, а значит, не может быть назначено справедливое наказание.5 Кроме того, если в ходе судебного разбирательства дела будет установлено, что совершено не убийство, а причинена по неосторожности смерть, то необходимо изменить квалификацию на статью 109 УК РФ. Но при этом нельзя будет осудить виновного за вымогательство, так как в ходе предварительного следствия обвинение по статье о вымогательстве не предъявлялось.

Перейти на Главное МЕНЮ Вернуться к СОДЕРЖАНИЮ

5 Справедливости ради, следует отметить, что суды квалифицируют такие случаи по совокупности преступлений, но такая квалификация противоречит букве закона.