По «Добрыне» по здорову

Банкам-кредиторам бывшей группы «Добрыня», скорее всего, не удастся добиться взыскания долгов более чем на 800 млн руб. через банкротство с ее бывших учредителей. Один из бывших топ-менеджеров группы Константин Окунев вышел из процедуры личного банкротства по причине отсутствия средств. Трое бывших учредителей компаний холдинга «Добрыня», проходящие процедуру реализации имущества, имеют похожую ситуацию. По словам экспертов, взыскать задолженности с этих физлиц у банков вряд ли получится — у них фактически нет этих средств.

Арбитражный суд Пермского края 3 августа определил завершить процедуру реализации имущества в отношении оппозиционного политика Константина Окунева, признанного банкротом. Согласно определению суда, опубликованному 4 августа, к господину Окуневу будут применены правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований, не заявленных в процедуре наблюдения и реализации имущества.

По оценке финансового управляющего должника Александра Демина, возможность формирования конкурсной массы исчерпана, так как имущества для пополнения конкурсной массы должника не имеется. Господин Демин подтвердил „Ъ-Прикамье“, что стоимость активов, находящихся во владении должника, незначительна. Отметим, из наиболее крупных активов господина Окунева была дебиторская задолженность на 625,4 тыс. руб. Он был признан банкротом 21 октября 2016 года. Сумма требований кредиторов составила 861,4 млн руб. основного долга и 33,7 млн руб. финансовых санкций, — эти долги теперь будут списаны.

Константин Окунев о судебном решении высказался на своей странице в Facebook, отметив, что уже неделю пребывает «в хорошем расположении духа». «Пермский арбитражный суд освободил-таки меня от обязательств по поручительствам перед некоторыми финансовыми институтами Российской Федерации. Те, кто понимает, что банкротство — это процедура финансового оздоровления, надеюсь, разделят со мной мою радость. Те же, для кого банкротство — что-то пугающее своей неизвестностью, пусть почитают юридическую практику и иные документы об инструментах финансового оздоровления юридических и физических лиц», — прокомментировал решение господин Окунев.

Руководитель банкротной практики Группы правовых компаний «Интеллект-С» Ольга Жданова пояснила, что у банкрота может остаться текущая задолженность и задолженность по субсидиарной ответственности. Кредиторы могут взыскивать их в самостоятельном порядке, но это, по оценке специалиста, «безнадежные действия». «Кредиторы вряд ли могут на что-то претендовать. Рассчитывать, что должник после процедуры банкротства начнет скупать какое-либо имущество, не приходится», — поясняет госпожа Жданова.

Бывшие совладельцы и топ-менеджеры компаний, входивших в ГК «Добрыня» (Алексей Смердов, Эдуард Катаев и Николай Михалев), сейчас находятся в процедуре реализации имущества. Они также были признаны банкротами в разное время в 2016 году. По мнению Ольги Ждановой, физлица с большой долей вероятности также выйдут из банкротств. Отчеты о реализации их имущества суд рассмотрит 21 августа. Еще один бизнес-партнер — Александр Шураков проходит процедуру реструктуризации долгов, первый из двух этапов личного банкротства, когда еще можно избежать продажи имущества.

«Добрыня» была в Перми первой продуктовой сетью под единым брендом. К 2013 году ритейлерская сеть насчитывала 18 магазинов (13 в Перми и 5 в крае). Однако в 2014 году ОАО «Пермский хладокомбинат „Созвездие“» заявило о долге «Добрыни» в 22 млн руб. за поставленные товары и обратилось в суд. В сети сочли этот иск попыткой недружественного поглощения. Весной 2015 года суд признал банкротом ЗАО «Добрыня», головную компанию сети.

Заявление о банкротстве всех пяти физлиц подало ПАО АКБ «Авангард». Бизнесмены вместе с Константином Окуневым являются поручителями по кредиту в размере 257,1 млн руб., взятым ООО «Компания „Пивооптторг“». Еще до введения процедуры банкротства Константин Окунев утверждал в суде, что денег от продажи здания ТЦ «Разгуляй», находящегося в залоге у кредитного учреждения, хватит на покрытие этого долга. В мае 2017 года за 266 млн руб. в рамках банкротства «Пивооптторга» здание приобрело ООО «Агентство по недвижимости и жилищному строительству».

Долг Алексея Смердова, как и Эдуарда Катаева и Николая Михалева, включенный в реестр кредиторов, на данный момент составляет порядка 900 млн руб. Наиболее крупное требование у аффилированного лица Сбербанка — ООО «СБК Уран» — более 600 млн руб. Третьим по сумме требований является банк «ВТБ 24».

Согласно материалам дела, активов трех должников не хватит на покрытие и малой доли задолженности. На последних собраниях кредиторов в июне, которые проводил финансовый управляющий Александр Демин, было решено не включать в конкурсную массу доли в обществах ГК «Добрыня» — их рыночная стоимость, по мнению управляющего, также незначительна. Ранее Александром Деминым был составлен список активов Алексея Смердова, стоимость которых не превышала 257 тыс. руб. Имущество Эдуарда Катаева, которое можно реализовать, имеет стоимость менее 100 тыс. руб. (в том числе два автомобильных прицепа), а из активов Николая Михалева, также не оказавшихся ценными для кредиторов, помимо долей в обществах «Актив» и «Добрыня-Строй», выявлены две 1/9 доли в земельных участках площадью 398 и 5867 кв. метров.

В марте пермский арбитраж по заявлению трех бизнесменов исключил из их массы суммы, равные прожиточному минимуму, а также предметы обихода, а именно, у Николая Михалева предметы мебели, вешалку для одежды, ковер, газовую плиту, у Алексея Смердова — телевизор «Sony», холодильник «Мир», телефон сотовый «Nokia», кресло-кровать, стул. Из конкурсной массы Эдуарда Катаева, помимо мебели, исключили электрический чайник и зеркало. Трое должников, указано в материалах дела, имеют постоянное место работы в ЗАО «Меркадо» (входило в ГК «Добрыня», является владельцем небольшой доли ТЦ «Разгуляй»), их ежемесячная зарплата не превышает 30 тыс. руб.