Правовая аргументация и ее значение в легитимации государственной власти

А.С. Прудников, Ю.А. Иванченко

Прудников Анатолий Семенович - доктор юридических наук, профессор, ученый секретарь Московского университета МВД России;

Иванченко Юрий Александрович - инспектор ученого совета Московского университета МВД России

Правовая аргументация и ее значение в легитимации государственной власти

В настоящее время проблема эффективности государственной власти является одной из основных проблем, стоящих перед современными государствами, в условиях, когда провозглашаемые ценности постепенно утрачивают свое значение в обществе, что в свою очередь обусловливает усиление нигилистических тенденций. При этом эффективность государственной власти зависит не только от реформационных процессов, но и от того, насколько этой власти доверяет население. Если эффективность государственного аппарата напрямую обусловлена доверием народа, тогда он получает обоснованную возможность применять организационный компонент власти.

Без согласия подвластных властвование становится неустойчивым и со временем все более эфемерным. Причем одни авторы признают исключительно добровольность признания государственной власти1, другие считают добровольность несущественным признаком в силу того, что признание зачастую бывает вынужденным2. Действительно, субъект государственной власти далеко не всегда может рассчитывать на добровольное подчинение ему. В данном случае властные отношения носят характер асимметрически структурированной связи и предполагают неравенство между субъектом и объектом власти3. Государственная власть основана на господстве одних, чья властная воля доминирует, и подчинении других, на которых она направлена. В результате в обществе возникает потребность в обосновании необходимости существования государственной власти в сфере властного принуждения и регламентированного насилия4. Это следствие неравенства сторон властных отношений и несовпадения их интересов, которое неизбежно заставляет субъекта власти прибегать к принуждению. А всякое насилие нуждается в оправдании, то есть если субъект государственной власти приобретает возможность принуждать, применять насилие, то добиться признания такого права означает приобрести легитимный статус. При этом попытки обоснования государственной власти приводят к вопросу ее аргументации в контексте взаимодействия власти и общества, в ходе которого происходит постоянная переоценка взаимных статусов и обязательств.

Аргументация как способ рационального обоснования является одним из основных методов в юридической практике. Особенностями аргументации как вида человеческой деятельности является ее рациональный характер, социальная и диалогическая обусловленность, знаковая форма выраже-ния5. Процесс обоснования государственной власти со стороны общества включает множество различных форм: правовую, политическую, идеологическую, социальную, экономическую, моральнонравственную и т. д. Аргументация государственной власти представляет собой многогранный и непрерывный процесс, в котором каждая из форм аргументации с одной стороны тесно связана с другими, а с другой, смена их приоритетности и значимости определяют динамику этого процесса.

Сегодня роль правовой аргументации государственной власти возрастает в силу того, что неправовые формы постепенно утрачивают свое легитимационное значение и выступают в качестве управления. Роль правового начала как формального резко возрастает. Право, являясь средством обеспечения доверия общества к государственной власти, закрепляет критерии правовой обоснованности управления обществом с одной стороны и гарантии социально-правовой защищенности с другой. Каждая норма, по сути, имеет некоторое легитимационное содержание, зачастую просто оправдывая государственную власть. Таким образом, право обеспечивает ожидания общества от государственной власти, особо нуждающейся именно в правовой аргументации в отличие от других социальных властей, а правовые формы на сегодняшний день являются наиболее предпочтительными по сравнению с другими формами аргументации.

1 См., например: Шабров О.Ф. Политическая власть, ее эффективность и легитимность. - М., 2002. - С. 122.

2 См.: Ледяева О.М. Понятие власти. Власть многоликая. - М., 1992. - С. 26.

3 См.: МассингО. Господство // Полис. - 1991. - № 6. - С. 107.

4 Ачкасов В.А. Легитимность власти в постсоциалистическом российском обществе. - М., 1996. - С. 5.

5 См.: Лисанюк Е.Н. Аргументация в нормативных контекстах: подходы и проблемы // Коммуникация и образование: Сборник статей / Под ред. С.И. Дудника. - СПб., 2004.

Если подойти к аргументации как виду человеческой деятельности, очевидно, что убеждение является, по-видимому, лишь промежуточной задачей по отношению к принятию решения на основе принятого или отвергнутого в ходе аргументации мнения о государственной власти. На современном этапе основной задачей общей теории аргументации является исследование идеальных моделей рациональной аргументации государственной власти, в том числе рациональных критериев ее приемлемости, относящихся к различным сферам. Поэтому правовая аргументация рассматривается не только как частный вариант применения общей теории, но и как сфера действия особых институциональных норм и критериев, а именно, закона и права, институтов власти и правоприменения1.

С точки зрения логики правовое рассуждение есть часть аргумента. При этом аргументы считаются достаточными, если они дедуктивно обоснованны. Поэтому дедуктивная обоснованность выступает необходимым условием для рациональной обоснованности правовой аргументации. Важность критерия логической обоснованности состоит в том, что гарантией приемлемости заключения является правильность самого вывода и приемлемость посылок. В соответствии с логическим подходом к правовой аргументации, требование логической обоснованности вытекает из юридического требования, что юридическое решение должно основываться на общих нормах закона. Таким образом выполняется и моральный принцип универсализации.

Ряд авторов рассматривают аргументацию государственной власти как общественное отношение между обладателями власти и подвластными и как процесс, в ходе которого власть становится оправданной и законной в глазах подвластных. Так, Е.В. Реутов рассматривает процессуальную составляющую аргументации как систему, состоящую из следующих элементов: нетранслируемая официально цель, выраженная в сохранении стабильности политических институтов; результат, выраженный в достижении полной или частичной легитимности. Концепт легитимации, который характеризует динамический аспект легитимности, с одной стороны, представляет собой процесс приобретения властью легитимного статуса посредством определенных практик, направленных на агентов, располагающих ресурсами легитимации, на ценности, являющиеся основаниями легитимации, и на институты, посредством которых легитимация осуществляется. С другой стороны, легитимация предполагает явный или латентный процесс оценивания власти сообществом, который также выражен в ценностях массового сознания, функционировании институтов легитимации и действиях социальных агентов2.

Если рассматривать аргументацию как отношение, то она, скорее всего, представляет собой обмен специфическими ресурсами, обусловленными рядом оснований. Так, ценностное основание аргументации базируется на представлениях общественного сознания о месте, которое власть занимает в жизни общества. Инструментальное основание базируется на целях, которые ставят перед собой индивиды и группы, исходя из наиболее актуальных в данный момент социальных интересов. Институциональное основание рассматривается как согласие населения с институциональными основами власти - выборами, местным самоуправлением и т. д. Индикаторами этой аргументации являются: оценка эффективности деятельности отдельных властных институтов, индекс доверия политическим институтам, личное участие в функционировании институтов. Процедурное основание предполагает признание существующих правил игры на политическом поле. В основе процедурного основания аргументации лежит массовое признание возможности добиваться реализации своих интересов посредством легальных процедур. Персональное основание определяется степенью персонификации власти в массовом сознании, где критериями являются показатели доверия и одобрения деятельности в системе региональной и местной власти.

Необходимым основанием для теоретического осмысления процесса и результата аргументации государственной власти (легитимации) является построение ее модели. В научной литературе выделяется два варианта аргументации, проводимой государственной властью. Один вариант - когда государственная власть проводит политику, служащую интересам народа. Если она, используя веские аргументы, реализует программу в расчете на укрепление своей легитимности, то это не противоречит идее легитимности. Не противоречит ей и соответствующее информационное обеспечение таких мер накануне их реализации и после их осуществления. Политика легитимации власти как приобретение признания, доверия проводится государством через систему социализации личности, сферы воспитания, образования, культуры. Это вполне естественно, так как власть способствует формированию культуры населения, его информированности и законопослушания.

Второй вид аргументации - управление политическим сознанием населения, используя разнообразные формы воздействия, исходя из собственных целей. Для этого систематически отслеживается состояние и динамика общественного настроения, организуются соответствующие пропагандистские компании, проводится политика социального маневрирования. Современные социологи, акцентирующие

1 См.: Лисанюк Е.Н. Аргументация в нормативных контекстах: подходы и проблемы // Коммуникация и образование: Сборник статей / Под ред. С.И. Дудника. - СПб., 2004. - С. 216.

2 См.: Реутов Е.В. Легитимация региональной власти в Российской Федерации: структура и практики. - Белгород, 2007. - С. 10.

внимание на негативных проявлениях современной демократии, отмечают, что кризис института демократии носит сегодня не частный, а системный характер, в частности обусловленный превращением гражданского общества в общество массового потребления. Динамика воздействия на социальные процессы, истоки демократии сегодня шире и глубже за счет прогресса технических средств управления массовым поведением1. В этой среде зачастую власть применяет аргументы популизма, направленные на обеспечение популярности среди населения путем необоснованных обещаний, лозунгов и т. д. В результате подобной аргументации человек - объект воздействия - воспринимает предлагаемую ему объектом воздействия цель как истину, не подлежащую сомнению. Человек отождествляет себя с харизматическим лидером, что является высшей формой легитимации.

Уровень легитимности власти определяется, прежде всего, наличием и эффективностью каналов трансляции социальных ожиданий и оценок в отношении власти. Существование общественного признания государственной власти невозможно без каналов легитимации - средств выражения поддержки или критики власти. Наиболее значимыми каналами являются выборы, референдумы, социологические опросы и т. д. Каналы легитимации представляют собой способность двух субъектов коммуникации находить и устанавливать конкретные действия как отвечающие либо не отвечающие данным критериям. Вместе с тем, необходимо осознавать, что и чрезмерная рационализация механизмов легитимации власти ошибочна, так как в каждом сообществе соотношение власти и населения специфично в силу фактора политико-исторической традиции, а также отношения в обществе не только рациональны, но и иррациональны. По причине этого легитимность власти нетождественна ее эффективности2.

В научной литературе в качестве основного критерия легитимности используется критерий применения властью насилия. Но при этом необходимо иметь в виду различия в политической культуре обществ и различную степень легитимации насилия в политическом сознании. Другим критерием легитимности власти является степень соответствия функционирования власти сформированным в обществе нормам - как формальным, так и неформальным. Сложность использования данного критерия состоит в многообразии и противоречивости норм. Следование таким нормам, как правило, вряд ли может расцениваться как показатель легитимности по причине того, что эти нормы устанавливаются государством и не всегда могут поддерживаться обществом. В условиях институционализации демократических процедур электоральная активность может служить критерием легитимации.

Согласно диалектическому подходу, критерии рациональности определены в рамках теоретической модели правовой аргументации. Наличие такой теоретической модели делает возможным рациональную реконструкцию правовых аргументов в целях критического анализа аргументов. Одна из основных черт такой модели - асимметричность, которая обеспечивает первоначальный этап дискуссии. Симметричность означает либо согласие, либо абсолютное разногласие, то есть в обоих случаях дискуссия невозможна3. Приемлемость нормативной аргументации определяется на основе трех критериев: формального, материального и процедурного. Такие критерии приемлемости по существу ближе материальным аспектам оценки нормативной аргументации. К последней традиционно относятся несколько типов процедур. Прежде всего, аргумент должен основываться на действующей норме закона. Основными проблемами в этом аспекте считаются необходимость интерпретации нормы закона таким образом, чтобы требуемое правило логически следовало из нее, а также идентификация того, что считается в данном случае нормой закона, только норма, действующая в рамках существующего кодекса, или, помимо этого, действующая на основе прецедента. При этом в первом и во втором случаях процедура обоснования аргумента через норму закона является логической.

Таким образом, право непосредственно утверждает условия аргументации государственной власти, определяя свое значение в этом процессе как коммуникативной системы между органами государственной власти и гражданского общества (правовая аргументация). Однако правовые нормы зачастую имеют весьма неоднозначный статус и не всегда способствуют аргументации властных структур. Поэтому важно определить их место и роль в процессе обоснования того или иного явления государственной власти. Дело в том, что право по своей сути призвано влиять на характер и уровень эффективности государственной власти и функционально способствует формированию доверия к ней. Это проявляется, на наш взгляд, прежде всего, в процессе селективного формирования органов государственной власти и назначения государственных должностей, например президента, судебных органов, путем установления сроков, профессиональных цензов и т. д.

1 См.: СкиперскихА.В. Легитимация политической власти в России в условиях становления и развития федеративных отношений: Дис... канд. полит. наук. - Елец, 2003 - С. 26.

2 См.: Реутов Е.В. Легитимация региональной власти в Российской Федерации: структура и практики. - Белгород, 2007. - С. 12.

3 См.: Лисанюк Е.Н. Аргументация в нормативных контекстах: подходы и проблемы // Коммуникация и образование: Сборник статей / Под ред. С.И. Дудника. - СПб., 2004. - С. 221.

То есть право используется не только как средство легитимации (узаконения) государственной власти, но еще и устанавливает особые правила, например, отбора на замещение государственных должностей. Кроме того, право устанавливает формы контроля в различных сферах за соблюдением органами государственной власти интересов личности и общества в целом, что в конечном итоге является необходимым аргументом как предпосылкой формирования доверия населения к власти.

В этом ключе необходимо иметь в виду, что любая система, в том числе и государственная власть, стремится к самодостаточности, у нее на определенном этапе функционирования появляются собственные интересы, которые вначале отличаются от интересов тех структур, которые эту систему создали, а затем начинают отличаться от интересов государства, от интересов общества. Для того чтобы эти явления не происходили, необходимы всевозможные правовые формы контроля как аргументы государственного порядка.

Кроме того, в аргументационном процессе в отношении государственной власти право выступает инструментом обеспечения подлинного представительного характера законодательного органа. В этом находят свое проявление правовые основания народовластия, характеризующие полновластие народа, признание его единственным источником власти, а также свободное осуществление им этой власти в соответствии с его суверенной волей и коренными интересами.

Другим проявлением правовой аргументации государственной власти является ограничение власти в межличностных сферах. В данном случае речь идет о невмешательстве власти в свободную экономику, в межличностные отношения и т. д. Такая правовая гарантированность и провозглашение некой самостоятельности и независимости от государства, по нашему мнению, является одним из правовых средств обеспечения доверия к государственной власти. Таким образом достигается две цели: с одной стороны, обеспечиваются и гарантируются права и свободы, с другой - создается правовая основа для доверия властным институтам.

Конкретными организационными формами субъектов аргументации выступают, например, Центризбирком, электорат, субъекты социального контроля за деятельностью государственной власти (Общественная палата). Все они в современном демократическом правовом государстве не могут быть вне права. Их организационная структура предусматривается правом, и таким образом они приобретают формально- правовой характер.

В заключение следует отметить, что во всей системе социальной регуляции общественных отношений только право предстает в качестве официально выразителя государственной воли. Однако в процессе функционирования социальных систем присутствует ряд противоречий между деятельностью органов государственной власти, стремящихся к самовоспроизводству и к наибольшей свободе в принятии решений, и сущностным содержанием самой правовой установки, которая не может не ограничивать такие устремления. Именно сущностное определение характера процессов функционирования правовой системы - правовая аргументация может предстать в качестве эффективного средства разрешения противоречий между объективными законами развития общества и легитима-ционной оценкой деятельности органов государственной власти.