Научно-теоретическая эволюция концепций государственности: аналитический обзор основных исследований

Юлия ПИРУМОВА

НАУЧНО-ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ ЭВОЛЮЦИЯ КОНЦЕПЦИЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ: АНАЛИТИЧЕСКИЙ ОБЗОР ОСНОВНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ

В статье дается аналитический обзор основных научно-теоретических концепций государственности в совокупности ее сущности, структуры и содержания в трудах отечественных и зарубежных ученых в период развития цивилизации с VIII-IX вв. нашей эры.

The author gives the analytical review of the basic scientific-theoretical conceptions of statehood in aggregate of its essence, structure and content in works of domestic and foreign scientists in the period of civilization development from the 8th-9th centuries.

Ключевые слова:

вид, государство, государственность, инновационность, модель, модернизация, традиционность, эволюция; kind, state, statehood, innovativeness, model, modernization, traditionality, evolution.

Ставя перед собой задачу рассмотрения и анализа процесса научно-теоретической эволюции концепций государственности, прежде всего следует отметить, что отечественная государственно-политическая мысль развивалась в несколько иных условиях, чем западноевропейская. Изначально, т.е. в эпоху формирования первых русских государств в VIII-IX вв. н. э., на территории Руси сформировались государства с двумя типами систем государственной власти. Первой и наиболее распространенной системой являлась самодержавная княжеская власть, а второй — коллективная вечевая власть в Новгородской и Псковской феодально-демократических республиках.

Вся древнерусская литература, посвященная вопросам власти, была адресована именно князьям. Для удобства рассмотрения мы разделим ее на летописи, «жития» и «красноречия». Первая группа содержит летописи, вторая — жизнеописания знаменитых людей, третья — публицистические работы. К первой группе относится «Повесть временных лет». Основной текст ее был закончен к 1112 г., времени очень сложному для Руси, когда начиналась ее раздробленность. В этих условиях авторы летописи не видят иных форм выражения государственности, за исключением единоначальной княжеской, но жестоко осуждают усобицу и раздробленность, приведшую к упадку Руси.

Житийная литература представлена нам широко распространенным памятником — «Жития Бориса и Глеба». Автор этого литературно-художественного научного памятника видит в княжеской власти единственно приемлемую, а киевского князя на тот момент — посредником, соединяющим сущее и должное1.

«Красноречия» также были популярны в древней Руси. Их авторы неизбежно затрагивали и вопросы о государстве. В своем комплексе они также отстаивали единоличный подход к выражению государственности.

Дальнейшее развитие идеи взаимодействия властей на Руси происходило в эпоху Московского централизованного государства. Всю литературу этого периода, относящуюся преимущественно

1 Жития князей Бориса и Глеба // Памятники литературы древней Руси XI — начала XII веков. — М., 1978.

ПИРУМОВА

Юлия

Анатольевна — к.ю.н., заведующий лабораторией изучения

государственности МИИСП, г. Москва pirumova@list.ru

к XV—XVI вв., можно разделить на три группы: летописи, работы религиозных мыслителей и работы светских мыслителей. В эту эпоху основное внимание мыслителями уделяется не системе государственной власти и взаимоотношениям внутри нее, между ветвями, а личности единоличного властителя — олицетворению государственности как таковой. Здесь ко времени московского централизованного государства мы уже сталкиваемся с практически сложившейся традицией, которая в различных формах существует на протяжении длительного времени до сегодняшнего дня1.

Законченную форму этому направлению придал М.М. Погодин (1800—1875), первый профессор кафедры истории Московского университета. В своих «Исторических письмах и записках» он выводит в качестве основы государственности изначальное единение царя с народом, продолжающееся все столетия существования русского государства, отрицает наличие острых социальных противоречий в России. Из этого, по его мнению, следует отсутствие даже самой мелкой необходимости модернизации, хоть и в форме постройки системы разделения властей.

Эта же тенденция отражена и в работе Л.А. Тихомирова «Монархическая государственность». По его мнению, либерализм и коммунизм — «социальные миражи». Единственной истинной идеологией является традиционализм — особая идеология, нацеленная вовсе не на застой, а на развитие человечества, но на развитие, не отрекающееся от прошлого, а, наоборот, опирающееся на него2.

Первые идеи ограничения абсолютной монархии появляются в трудах князя М.М. Щербатова (1733—1780), где фактически сталкиваются две тенденции — традиционная российская и петровская реформаторская. Наиболее полное оформление они приобрели в работах П.Я. Чаадаева (1794—1856). В своих «Философических письмах», написанных в 1828—1830 гг., он широко показывает пороки российской действительности, осуждая власть за ее самодержавность и абсолютизм. Но, выделив пороки и аномалии русской дей-

1 Полное собрание русских летописей. — М.; Л., 1959—1989; Сокровища древнерусской литературы. - М., 1987.

2 Тихомиров Л.А. Монархическая государственность. — М. : Облиздат; ТОО «Алир», 1998.

ствительности, он не дает рецептов выхода из сложившегося положения, как другие западники, которые предлагали революцию и построение государства по образу западных.

Такие рецепты появились в тайных обществах декабристов. Они сформировались после заграничных походов русской армии в кампанию 1813—1814 гг., когда они познакомились с практикой и теорией разделения и взаимодействия властей в Западной Европе. Уже в 1820 г. на тайных совещаниях в Москве было проведено голосование, где большинство членов обществ высказалось за республику. Средством же перехода от самодержавной традиционной государственности к республиканской, модернизационной, однозначно была революция.

В отечественной науке одним из первых проблему государственности попытался осмыслить со строго рациональных позиций А.И. Герцен. Он фактически стал основоположником социокультурного подхода к рассмотрению вопроса государственности и обратил внимание на несоответствие понимания государственности широкими народными массами в нашей стране и аристократическим истеблишментом.

В этом же направлении проводил работу Б.А. Кистяковский. С одной стороны, он исследовал понимание государственности прогрессивными западными философами XVШ—XIX вв., такими как Д. Локк, Ш. Монтескье, Д. Дидро, Ж.-Ж. Руссо. Им, в частности, был сделан вывод относительно того, что государственность «есть система отношений, при которой все лица данного общества обладают наибольшей свободой деятельности и самоопределения», который, к сожалению, не обрел корней в правовой культуре России.

Еще более резкую отрицательную оценку получила категория государственности в размышлениях теоретиков народнического движения. Так, Н. Михайловский высказывался за полное отрицание современного ему понимания государственности как ограниченной и несправедливой в пользу лучшей и высшей государственности, свойственной «социалистическому общественному строю».

В свою очередь, Н.М. Коркунов, проводя анализ категории государственности, обратился к мнению известного отечественного юриста и государственного дея-

теля М.М. Сперанского, который хотя и не оперировал понятием как таковым, но четко увязывал его содержание с такими понятиями, как «правда» и «справедливость». По его мнению, только будучи основанным на этих понятиях, российское государство будет являться государством как таковым, где главенствует право, а не самовластье.

Наконец, фактически обобщая представленные выше точки зрения, Н.А. Бердяев сделал вывод о сущности дореволюционной государственности и отношении к ней общественного мнения. По его мнению, в России «греховными» почитались государство, право, традиционная мораль, ибо они оправдывали порабощение человека и народа.

Взгляды В.И. Ленина на категорию государственности сконцентрированы в работе «Государство и революция», написанной в 1917 г. В ней автор предлагает полный слом старой системы государственных институтов как олицетворения старой государственности, равно как и чуждой большевикам государственности буржуазной и передачу всей полноты их функций коммуне, которая должна стать олицетворением новой государственности — социалистической.

Традиционно в зарубежной науке теория государственности рассматривалась как объективная правовая теория. Ее возникновение относят еще к XVII в., когда на Западе было признано, «что сам король связан законом и что подданные короля должны иметь право, при определенных обстоятельствах, не подчиняться его повелениям, если они беззаконны». Государственность, исходя из этого, рассматривается как «нормативный порядок, который полностью возвышается над обществом, так же как Бог возвышается над миром».

Теоретический фундамент ее понимания был сформирован в работах Н. Макиавелли, Ш.Л. Монтескье, Ж.-Ж. Руссо, Т. Гоббса, Дж. Медиссона.

Никколо Макиавелли (1469—1527) воспринял и развил теорию государственности Полибия. В своем трактате «Государь» он видит единственной приемлемой формой абсолютную монархию со всеми признаками монархической государственности ей присущими.

Английский философ, основоположник доктрины либерализма Джон Локк (1632— 1704) видел основу государственности в

теории «естественного права на свободу». По сути своей эта концепция указывает только на необходимое условие государственности — законность политического руководства. Критерием этой законности и, как следствие, основой государственности выступает согласие тех, к кому обращены властные указания государства, выраженное в подчинении им. При этом многие исследователи считают, что на практике объем этого согласия должен быть минимальным, просто для обеспечения законности власти.

Теоретические построения Аристотеля стали основой для концептуализации государственности, осуществленной Ш.Л. Монтескье (1689—1755). В трактате «О духе законов», написанном в 1748 г., он вслед за Аристотелем проводит рассмотрение разных форм правления. Основным средством обеспечения законности в государстве, т.е. сути государственности как таковой, он видит реализацию принципа разделения властей, при котором верховенствует законодательная власть, принадлежащая народу. Народ, по мнению автора, должен вести все дела сам, а те, что не может, передавать в руки уполномоченных, им же и выбранных.

Социологический подход к формированию концепции государственности реализовался в трудах Жан-Жака Руссо (1712— 1778) — крупнейшего представителя французского Просвещения. В трактате «Об общественном договоре» (1762) источником власти в его концепции является народ, средством ее формирования (оформления государственной воли народа) — общественный договор.

Большое влияние на разработку концепции государственности оказал позитивноправовой подход. Центральной идеей этого подхода выступила идея естественного права, наиболее ярко выраженная в трудах С. Пуффендорфа и Г.В.Ф. Гегеля. Государственность в ракурсе этого подхода, несколько перефразируя слова Гегеля, «всегда по форме позитивна, установлена и дана верховной государственной властью»1.

1 Мектембаев А. Теория естественного права в политических концепциях // Проблемы теории права и государства, истории политико-правовой мысли : сборник работ учеников, друзей, коллег профессора Олега Эрнестовича Лейста / отв. ред. Н.Г. Беляева, А.А. Матюхин. Академия юриспруденции — Высшая школа права «Адилет». — Алматы: Эдиет, 2005, с. 168.

Современной основой восприятия государственности выступает Конвенция прав и обязанностей государства, подписанная в 1933 г. Фактически государственность в своем теоретическом виде воспринимается как позитивная правовая теория, сформированная для разведения собственно правового и политического компонентов учреждения государства1.

Современная иностранная наука обладает не менее, а во многом и более широким спектром анализа и осмысления вопросов государственности.

Обобщая существующие в современности подходы, необходимо отметить, что большинство исследователей традиционно сосредоточиваются на «идеальном типе» современной государственности, которая характеризуется полным внутренним и внешним суверенитетом, законной монополией на использование силы, сдержками и противовесами, которые ограничивают политическое правление и власть2.

В качестве фундамента такого подхода иностранные исследователи выделяют представление о двух типах государств — «эмпирическом» и «юридическом», каждому из которых соответствует свой собственный тип государственности. Отталкиваясь от признания только второго типа государства, большинство зарубежных исследователей считают само понятие государственности (statehood) только и исключительно легальной конструкцией, перенесенной в политологию из права.

Существует в этом направлении и другой подход, в рамках которого в основе государственности находится идеальное представление о государстве, но фундаментом выступают не две модели, а механизм реализации гражданских прав, в рамках построения которого возникновение государственности является одним из важнейших элементов.

В рамках этого позитивного подхода, свойственного, как видно, и праву, и политологии, существует трактовка категории государственности, более активно оспаривающая только юридическую ее интерпретацию. В рамках этого подхода исследователи прямо говорят о том, что в основе

1 Montevideo Convention on the Rights and Duties of States, 165 L.N.T.S. 19 (1933).

2 Governance without a State? Policies and Politics in Areas of Limited Statehood / T. Risse (ed.). — N. Y : Columbia UP, 2010.

государственности находятся критерии эффективности, а не легитимности и суверенитета.

Другим направлением исследований выступает «глобальное управление», возникновение которого широко обсуждается на международном уровне, сосредоточиваясь на модели «управления без правительства» и повышения частной власти в мировой политике. В соответствии с ним формируемая сегодня модель базируется на условии, что функционирующие государства способны осуществить и провести в жизнь глобальные нормы и правила. Другим направлением исследований выступает анализ неудавшихся, провальных попыток создания хрупких государств, основанных на преувеличенном восприятии государства как главного средства установления или восстановления политического и общественного строя.

Отдельным вопросом в области разработки вопросов государственности иностранными исследователями стали вопросы осмысления российской государственности, в т.ч. и на этапе существования СССР. Так, известный исследователь Д. Литтл фактически отождествлял в сути своей дореволюционную и большевистскую государственность, объясняя это тем, что «абсолютизм убеждений большевиков отражал уверенность, с которой Николай II и его предшественники убеждали себя в правильности их решений и их ролей. Здесь утверждался лишь один источник правды».

Несколько иную концепцию государственности, отличную от государственноправовой, предложили исследователи, приняв за основу совокупность характеристик гражданского общества, в числе которых гражданская вовлеченность, политическое равенство, солидарность, доверие и терпимость, наличие ассоциаций как социальных структур кооперации.

Наконец, известный исследователь Р. Пайпс разместил в основе своей инновационной модели государственности категорию собственности. Сутью его концепции государственности выступает гарантирование собственнику социальной роли равноправного партнера, что государство и обеспечивает, разделяя при этом сферу публичных (общественных, государственных) отношений и сферу отношений частных, личных.