Вложить, не выбрасывать

Центр ГЧП изучил практику госконцессий на строительство инфраструктуры в мусорной отрасли, зафиксировав объем частных инвестиций в них в 227 млрд руб. на фоне расширения господдержки, а также описав ряд системных проблем, которые мешают концессионному финансированию строительства инфраструктуры, включая отсутствие комплексного подхода к ее планированию и низкую инвестпривлекательность муниципальных проектов. Участники рынка и эксперты, впрочем, сетуют, что данные исследования неполны, а выводы упоминают далеко не все «подводные камни» — так, проблема координации целей и инструментов для их достижения не решена даже в самом нацпроекте «Экология».

Фото: Игорь Иванко, Коммерсантъ

Центр ГЧП исследовал состояние концессий в управлении отходами — на 13 декабря 2022 года в РФ работало 117 ГЧП-проектов в обращении с ТКО на 252,8 млрд руб., из которых 226,8 млрд –— частные.

«В последние пять лет коммерческое закрытие проходило от 10 до 12 отраслевых проектов в год. 2022 год стал рекордным: 19 проектов на 43 млрд руб. общих инвестиций»,— замечают в центре, поясняя это появлением шести инструментов господдержки, пять из которых возвратные (типовые решения от Сбербанка, «Фабрики проектного финансирования» ВЭБ.РФ и «Российского экологического оператора», РЭО).

Невозвратный инструмент — новая программа софинансирования проектов по обращению с ТКО из бюджета (первые 7,9 млрд руб. направлены на строительство предприятий сортировки и обработки ТКО в Дагестане и Архангельской области). Также авторы обзора отмечают, что помимо технических проблем концессионного законодательства (центр участвовал в подготовке поправок совместно с РЭО) в регулировании «мусорных» концессий есть и системные — «отсутствие на региональном уровне комплексного подхода к планированию инфраструктуры», нехватка компетенций и «низкая инвестпривлекательность» муниципальных проектов.

Отметим, что ППК РЭО, ответственному за достижение наццелей в сфере обращения с ТКО, всего нужно найти 500 млрд руб. на их реализацию, на концессии из них приходится 350 млрд руб. При этом нацпроект «Экология» к 2024 году требует переработки 60% отходов и 100% их сортировки к 2030 году (но до сих пор непонятно, от собранных или образованных объемов считать доли) и снижения объема захоронения вдвое при росте на 50% утилизации. Эти же цели требуют, по оценкам ППК, создать и реконструировать мощности на 49,9 млн тонн в год по сортировке ТКО (90,7% потребности) и на 15,5 млн тонн в год — по утилизации (64,6%).

Глава института экологии Высшей школы экономики Борис Моргунов критикует работу центра, отмечая несогласованность данных:

«В исследовании представлен список из десяти крупнейших инвестпроектов. Из них лишь один в инвестстадии, остальные — в прединвестиционной. Соглашение подписано, но ни деньги еще не дошли, ни строительство не начато. С учетом нынешнего состояния экономики считать эти объекты реализуемыми, очень мягко говоря, некорректно».

Он также задается многочисленными вопросами к данным о работе механизма в регионах. Так, Дагестан получит мощности по сортировке 500 тыс. тонн ТКО и полигон на 300 тыс. тонн в год, в которые вложат 5,6 млрд руб. бюджетных средств, но эти мощности не соответствуют нормативам нацпроекта.

При таких нестыковках «концессии не решают проблему снижения полигонного захоронения и, наоборот, создают потенциальные проблемы (рекультивация полигонов) и нацелены на рост тарифа и развитие убыточной инфраструктуры»,— убежден и Содном Будатаров из лаборатории экономики замкнутого цикла ИГСУ РАНХиГС. «Обсуждать недостатки концессионного и тарифного законодательства можно, но сначала нужно определиться с тем, что непрозрачно: что и как будут обрабатывать объекты, сколько их будет, что будет на выходе, где посмотреть фактические результаты»,— заключает господин Моргунов.

У компаний, готовых инвестировать в управление отходами, отношение к концессиям также неоднозначное. «Когда приходит инвестор и начинает разговор про концессию, получается замкнутый круг: строить надо, но это приводит к росту тарифов. Поднимать тарифы руководители регионов часто не решаются. Обычным инвесторам, таким как мы, нужны доходность, гарантии выручки»,— рассказывал глава совета директоров группы компаний «Террикон» Петр Санников (см. “Ъ” от 17 июня). Не лучшим инструментом называет концессии и гендиректор «СимбЭК» Татьяна Большухина: «Вам ничего не принадлежит, но вы вкладываете свои деньги. Инвестпрограмма по Гражданскому кодексу имеет такую же юридическую силу. Область гарантирует и тут потоки отходов. Концессия то же самое, но объект принадлежит государству, и частникам это неинтересно»,— сетует она.