Обсуждаем статью «Теория»

ЭПИСТЕМОЛОГИЯ & ФИЛОСОФИЯ НАУКИ, Т. IV, № 2

дай

осуждаем статью «Теория»

В. П. Филатов

Теории играют огромную роль в познании. Даже начало науки, ее выделение из мифологических представлений и рецептурного знания обычно связывают с появлением первых теорий. Между тем дать достаточно полное описание типов теорий, их строения и функций непросто. Это связано, прежде всего, с многообразием форм теоретического знания, с тем, что слово «теория» имеет широкий спектр значений. Наряду с такими теориями, как механика Ньютона, электродинамика Максвелла или теория относительности Эйнштейна, которые обладают всеми атрибутами развитого теоретического знания (систематичностью, внутренней непротиворечивостью, наличием общих законов и т. п.), существуют «доктрины», «учения», «концепции», которые также обычно называются «теориями» или «теоретическими подходами». Так, например, мы говорим о теории врожденных идей Декарта, теории архетипов Юнга или теории справедливости Ролза.

Поэтому перед тем, кто пишет статью о теориях или собирается рассказывать об этом предмете студентам или аспирантам, встает проблема: ограничиться лишь строгими теориями математики и точных наук или же учитывать, что реально существует градация теоретического знания, и иметь в виду и менее стройные теории, существующие в социальных и гуманитарных науках.

Для классической эпистемологии идеалом теории выступала аксиоматизированная теория типа геометрии Евклида. В 1930-50-е гг. Р. Карнап, К. Гемпель, Э. Нагель и другие представители логического позитивизма проделали беспрецедентную по тщательности и систематичности работу по изучению структуры научных теорий, выбрав в качестве образца и главного предмета анализа физические теории.

В отечественной эпистемологии и философии науки серьезные исследования природы научных теорий ведутся с 1960-х гг. За это д. время вышло немало хороших работ, посвященных структуре и функ-с£ циям теорий, соотношению теоретического и эмпирического знания1. Ф _

О) 1 См.: Баженов Л. Б. Строение и функции естественнонаучной теории.

С, М., 1978; Мамчур Е. А. Проблема выбора теории. М., 1975; Швы-рев В. С. Теоретическое и эмпирическое в научном познании. М., 1978; Меркулов И. П. Метод гипотез в истории научного познания. М., 1984; X Овчинников Н. Ф. Принципы теоретизации знания. М., 1996; Степин В. С. (й) Теоретическое знание. Структура, историческая эволюция. М., 2000.

Сак экономисты объясняют. М., 2004; Экономическая теория // Панорама

шьная теория // THESIS. Т. II. Вып. 4. Научный метод. 1994; Демьян-

¡1 II!

Но и в этих исследованиях проявляется явный крен в сторону ана-за естественнонаучных теорий. В качестве исключения здесь можно помнить работы Э.В. Ильенкова, посвященные методу восхождения абстрактного к конкретному как форме построения теории, примерной К. Марксом в «Капитале». Однако это лишь один из возмож-.ix способов теоретизации социального знания. В XX в. в экономикой науке, социологии, лингвистике, социальной антропологии юизошел значительный теоретический прогресс, были выработаны 'бсгвенные подходы к построению теорий, учитывающие своеобра-е социально-гуманитарного знания2. Как представляется, эпистемо-»гический анализ этого значительного и интересного материала most дать более широкое и сбалансированное представление о сущно-и теоретического знания.

Ниже предлагается подборка из трех статей. Нам показалось ин-:ресным взять статью М.В. Поповича и В.Н. Садовского из старой 1титомной «Философской энциклопедии» (публикуется в сокраще-ш, М., 1970). Этот текст, с одной стороны, демонстрирует, что и ждцать с лишним лет назад был достаточно высокий уровень пони-ания теоретического знания, с другой - может оттенить то новое, го появилось за прошедшее время. Статья А.Л. Никифорова привле-1ет ясностью изложения. Чтобы восполнить отмеченный выше про-;л в освещении природы социальных теорий, мы сочли целесо-эразным поместить краткое реферативное изложение фрагмента о юриях в социологии из фундаментального учебного пособия одного з крупнейших социологов современности Э. Гидденса (Социология. 1., 1999).

Гидденс объясняет теоретический плюрализм социальных наук, тсутствие в них единой «теоретической перспективы» сложностью и ногообразием человеческого поведения как предмета социальных исциплин. Несколько иное объяснение этому явлению дает извест-ый американский социолог Р. Мертон, подчеркивая различие в том, ак старые теории встраиваются в актуальное знание в естественных и оциальных науках. Он отмечает: «Положение в физических и биоло-ических науках в значительной степени отличается от положения в бщественных науках, особенно от положения в социологии. Если, апример, физику как физику нет нужды самому знать «Начала» Нью-она или биологу как биологу читать и перечитывать «Происхождение идов» Дарвина, то социолог именно как социолог, а не только историк социологии, имеет веские причины изучать работы Вебера, Дюрк-ейма, Зиммеля и для их усвоения обращаться время от времени к

>аботам Гоббса, Руссо, Кондорсе или Сен-Симона (...) Это свидетель- х

,г/

—--Ф

" См., например: Блауг М. Методология экономической науки, или

О

1кономической мысли конца XX столетия. В 2 т. Т. 1. СПб., 2002; Соци- ЗС

сов В. 3. Доминирующие лингвистические теории в конце XX века // X Язык и наука конца 20 века. М., 1995.

М. В. ПОПОВИЧ, В. Н. САДОВСКИЙ

ствует о том, что физические и биологические науки значительно более, чем социальные, преуспели в искусстве восстановления релевантного кумулятивного знания прошлого и инкорпорирования его в более поздние формулировки. Этот процесс забвения через инкорпорацию пока еще редкость в социологии. В результате этого своевременно невосстановленная информация продолжает оставаться в дисциплине и успешно используется для обоснования начал новых направлений»''.

М. В. Попович, В. Н. Садовский

Теория — форма научного знания о некоторой совокупности объектов, представляющая собой систему взаимосвязанных утверждений и доказательств и содержащая методы объяснения и предсказания явлений данной предметной области. В этом смысле теория противопоставляется эмпирическому знанию и отличается от него, во-первых, достоверностью содержащегося в ней знания, обеспечиваемой получением этого знания в соответствии с существующими научными стандартами и выражающейся в его внутренней непротиворечивости, реализации его проверки на истинность и т. д.; во-вторых, тем, что теория дает обобщенное описание исследуемых в ней явлений, фор-:; мулирование в ее рамках общих законов, которые не только описывают определенный круг явлений, но и дают их объяснение и содер-¡.¡р жат возможность предсказания новых, еще не изученных фактов; в-1Й| третьих, выделением в составе теории множества исходных утвер-ждений и множества утверждений, получаемых из исходных путем вывода, доказательства, причем сам процесс доказательства подчиняется особым логическим закономерностям, которые формулируются для данной теории или для определенного класса теорий. Благодаря этим особенностям теория отличается от других форм знания тем, что в ней возможен переход от одного утверждения к другому без непосредственного обращения к опыту; в этом, в частности, коренится источник предсказательной силы теории.

В истории философии термин «теория» долгое время употреблялся в широком смысле, в контексте анализа общей структуры человеческого познания. Обсуждение проблем теории в узком смысле начинается с XVIII в. (А. Фергюсон, И. Кант) и приобретает интенсивный характер с конца XIX в. в связи с появлением современных средств логического анализа. При этом проблема познавательной ценности х' теорий рассматривается в русле различных концепций гносеологии (Мах, Джемс, Пирсон, Оствальд, Пуанкаре, Дюгем, Гуссерль и др.), ^ второй большой круг вопросов связан с анализом логической струк-О туры теории (эта проблематика особенно широко разрабатывалась в 5 рамках неопозитивизма).

3 Cm.: Merton R. On Theoretical Sociology: Five essays, old and new. N. Y., 1967. P. 34-35.

В строении теории можно выделить следующие основные компоты: 1) исходную эмпирическую основу теории, в которую входит )жество зафиксированных в определенной отрасли науки фактов, 'веденных экспериментов, которые хотя и получили уже некоторое [сание, но еще ждут своего объяснения и теоретической интерпре-ии; 2) исходную теоретическую основу - множество допущений, :тулатов, аксиом, общих законов теории; 3) логику теории - мно-;тво допустимых в рамках теории правил логического вывода и :азательства; 4) совокупность выведенных следствий, теорем, ут-ждений с их доказательствами - наибольшая по объему часть тео-I, которая и выполняет основные функции теоретического знания, тавляя «тело» теории.

Эта общая структура по-разному выражается в разных типах тео-1. Один из наиболее широких классов научных теорий составляют юательные теории (их иногда называют эмпирическими). Таковы 1ЛЮЦионная теория Дарвина, физиологическая теория И. П. Павло- ',

различные психологические и лингвистические теории. Такие тео-\ непосредственно описывают определенную группу объектов; их гирический базис обычно весьма обширен, сами же они решают :жде всего задачу упорядочивания относящихся к ним фактов. Об- ,

е законы, формулируемые в теории этого типа, представляют со- ' ' > 1 генерализацию эмпирического материала и вводятся не в началь- > | х пунктах теории, а в зависимости от потребностей ее развертыва- ' I. Эти теории формулируются в обычных естественных языках с ^влечением лишь специальной терминологии соответствующей тасти знания. В них обычно не формулируются явным образом !,1 1вила используемой логики и не проверяется корректность прово-мых доказательств. Описательные теории носят по преимуществу 1ественный характер, что определяет их ограниченность, связанную евозможностью количественно охарактеризовать то или иное явление. Второй тип теорий - математизированные теории. В математиче-ж модели конструируется особый идеальный объект, замещающий федставляющий некоторый реальный объект. Математизированные зрии наиболее специфичны для современного теоретического зна-я. Их ценность повышается в связи с тем, что нередко используе-1е в них математические модели допускают не одну, а несколько терпретаций, в том числе и объектов разной природы (например, дели управления запасами, созданные в исследовании операций, с вным успехом применяются к процессу получения и использования оротного капитала, найму и обучению рабочей силы, анализу пер-ектив расширения производств, мощностей и т. д.). Но и математи- Лх рованные теории не связаны с эксплицитным заданием их логики. ¡^ ирокое использование в этих теориях математических средств вы- ф игает сложную проблему их интерпретации (ее решение в самих Ц-эриях, как правило, не содержится) и ведет к тому, что вопрос об их ¡5 основании может быть решен при условии решения вопроса об X основанности используемых в них разделов математики. ^

Задача обоснования математики и других формальных наук при- I ла к построению теорий третьего типа - их можно назвать дедук- уЦ)

М. В. ПОПОВИЧ, В. Н. САДОВСКИЙ

тивными теоретическими системами. Первой такой системой явились «Начала» Эвклида, построенные с помощью аксиоматического метода. Исходная теоретическая основа таких теорий формулируется в их

Ш начале, и затем в теорию включаются лишь те утверждения, которые могут быть получены логически из этой основы. Все логические сред-I' ства, используемые в этих теориях, строго фиксируются, и доказа-

р| тельства теории строятся в соответствии с этими средствами. Дедук-Й тивные теории строятся обычно в особых формальных языках. Обла-Р! ' дая большой общностью, такие теории, вместе с тем, остро ставят проблему их интерпретации, которая является условием превращения формального языка в знание в собственном смысле слова. В современной науке наиболее распространены следующие виды дедуктив-ных теорий. 1) Аксиоматические, когда ряд предложений теории принимается без доказательства (аксиомы), входящие в них понятия являются неопределяемыми в данной теории, а все остальное знание выводится из аксиом по заранее формулируемым логическим правилам. Успешное применение аксиоматической теории в конечном счете обосновывает истинность ее аксиом. 2) Конструктивные, когда сводят до минимума принимаемые без доказательства утверждения, и все объекты и утверждения теории вводят лишь на основе конструирования, реально осуществляемого или возможного на основе имеющихся средств. 3) Гипотетико-дедуктивные, которые удовлетворяют всем принципам аксиоматического построения, но, кроме того, некоторому множеству утверждений теории дается непосредственная эмпирическая интерпретация, а остальные утверждения получают косвенную интерпретацию благодаря своей логической связи с первыми (этот вид широко применяется при построении теорий в областях зна-ния, основанных на опыте и эксперименте).

Строго построенные дедуктивные теории удовлетворяют всем требованиям, предъявляемым теоретическому знанию современной логикой и методологией науки. Однако существуют принципиальные трудности создания таких теорий, определяемые границами возможной формализации их предмета. Поэтому для теоретического воспроизведения сложных развивающихся объектов действительности используются другие методы, объединяющие в себе описательные, модельные, строго дедуктивные и иные компоненты

Кроме приведенной, существуют и другие схемы классификации теорий. Одна из них основана на различении теорий по степени их «закрытости». «Закрытые» теории формулируются таким образом, что имеется ограниченное число исходных утверждений и все остальные утверждения теории могут быть получены из исходных с помощью некоторых правил вывода (аксиоматическая теория). Для достаточно Ф богатых теорий нельзя построить полностью формализованной ак-0 сиоматической системы, так как в них всегда имеются содержагельно-ц истинные, но алгоритмически не разрешимые (в рамках данной тео-| рии) высказывания. В «открытых» теориях не налагаются никакие ЗГ ограничения на число исходных высказываний; по достижении неко-Ж торой степени развития они могут быть переформулированы в «за-.11 крытые» теории. Распространенная классификация теорий по пред-

гным областям представляет часть более общей проблемы класси-кации наук. Иногда теории делят на объясняющие и описывающие 5номенологические): первые характеризуют в понятиях закономер-:ти некоторой области мира, а вторые только дают формальный тарат, позволяющий делать предсказания о вероятности наступле-я некоторых фиксируемых в чувственном опыте событий. Как и все угие, эта классификация условна.

Во всех классификациях теорий так или иначе выступает тот факт, э и с формальной, и с содержательной стороны теория существенно ирается на внетеоретические средства. Этот факт наиболее иссле-ван с точки зрения отношения теоретического и эмпирического ания или, иначе, соотношения «языка теории» и «языка наблюде-я», системы теоретических объектов и системы эмпирических объ-гов. Основная проблема состоит здесь в том, что построение теоре-ческого объекта предполагает не только отвлечение от некоторых эрон действительности, но и приписывание объекту таких свойств, торые заведомо отсутствуют у реальных предметов (например, от-тствие протяженности у точки в математике). Опираясь на эту не-ждественность теоретических объектов с предметами внешнего фа, неопозитивисты пытались найти способы сведения выражений ории к выражениям, сформулированным на «языке наблюдения», -шить проблему эмпирической интерпретации теорий. Однако эти •пытки приводили к выводу, что «сопоставима с опытом» путем ин-рпретации лишь небольшая часть теоретических объектов. Это об-оятельство истолковывалось как свидетельство произвольности оретических конструкций, а теория квалифицировалась как «чис-ш» язык, не имеющий объективного содержания. Но такое истолко-щие базируется на рассмотрении «языка теории» в духе классиче-:ого формализма как чисто знаковой формализованной системы, .фажения которой могут получать познавательное значение только ггем эмпирической интерпретации. Ограниченность такого подхода ,ша доказана в ходе развития логики и метаматематики. Неудачу этериели и попытки построить «язык наблюдения» как формальный 1алог «языка теории».

Иной подход к проблеме «теория-опыт» основан на отказе от редположения о существовании особого «языка наблюдения». В гом случае данные наблюдения и эксперимента должны быть сфор-улированы на каком-либо ином языке и либо включаются в теорию в ачестве выводимых в ней следствий, либо служат дополнительными сходными утверждениями. Проблема установления познавательного тчения терминов «теории» уподобляется в результате проблеме пе-евода их на некоторый «понятный» язык. ^

Важно отметить, что теоретические объекты неопределимы сред- ф гвами данной теории; постулаты об их существовании и наиболее Б» ущественных свойствах принадлежат к внетеорегическим средствам. щ [ри определении смысла терминов, обозначающих индивидные объ- ЗС кты теории, иногда считают, что этот смысл полностью задается ^ равилами употребления терминов. Однако это слишком сильное до- I .ущение. Практически смысл таких терминов задается путем наложе-

1 !

I !!

11;;

А. Л. НИКИФОРОВ

ния некоторых ограничений на интуицию (например, при характеристике материальной точки в механике ей «отказывают» в свойстве протяженности). Постулирование некоторых особых свойств индивидов в теории принадлежит к тем «онтологическим гипотезам», которые принимаются при построении каждой теории (хотя обычно суще-|1Й ство этих гипотез становится ясным лишь в достаточно зрелой теории) и, более широко, во всяком человеческом мышлении.

Проблема истинности или ложности утверждения внутри теории эквивалентна проблеме его доказуемости или опровержимости; исключение может быть сделано для утверждений, недоказуемых и неопровержимых в теории, несмотря на их содержательную истинность; но для таких утверждений надо искать доказательства в более богатых системах, чтобы принимать их в качестве гипотез. Что же касается теории в целом, то она как таковая ничего не говорит о своей истин->„ ности; теория истинна, если она обладает предсказательной силой, а И1' установление этого обстоятельства — дело не самой теории, а практики.

Анализ логической структуры теорий и исследования процесса их построения показали, что нельзя создать «логику открытий», приводящую к автоматическому построению теорий. Поэтому главная задача анализа теории состоит в выработке логических стандартов теоре-цй тического знания, реализуемых затем в конкретных науках. При этом |р||] наряду с анализом «готового» знания логика переходит к изучению генезиса знания и путей его использования, т. е. наряду с логикой теории исследуется и логика развития теории: условия выдвижения определенной системы абстракций (онтологических гипотез), составляю-I щих основание теории и определяющих ее эвристические возможности и границы; факторы, вызывающие необходимость фундаментальной перестройки основных понятий и даже логических принципов теории; причины и условия «миграций» отдельных положений и компонентов отвергнутой или устаревшей теории в новых системах знания и т. д.

А. Л. Никифоров

Теория — наиболее развитая форма организации научного знания, дающая целостное представление о закономерностях и существенных связях изучаемой области действительности. Примерами таких теорий являются классическая механика Ньютона, теория биологической эволюции Дарвина, электромагнитная теория Максвелла, квантовая механика, хромосомная теория наследственности и т. п.

Наука включает в себя описания фактов и экспериментальных данных, гипотезы и законы, классификационные схемы и т. п., однако только теория объединяет весь материал науки в целостное и обозримое знание о мире. Поскольку для построения теории предварительно должны быть накоплены определенные данные об исследуемых объектах и явлениях, постольку теории появляются на достаточно зрелой стадии развития научной дисциплины. Так, люди уже давно были зна-

лы с некоторыми электрическими явлениями, однако первые тео-1 электричества появились лишь в середине XVIII в. На первых эах, как правило, создаются описательные теории, дающие лишь ¡тематическое описание и классификацию исследуемых объектов, течение длительного времени теории биологии, включая теории шюции Ламарка и Дарвина, были описательными: они описывали и 1ссифицировали виды растений и животных и их происхождение, блица химических элементов Менделеева представляла собой сис-латическое описание и классификацию элементов. И это вполне гественно. Приступая к изучению некоторой области явлений, уче-е должны сначала описать эти явления, выделить их признаки, 1ссифицировать их по группам. Лишь после этого становится воз-жным более глубокое исследование по выявлению причинных свя-I и открытию законов.

Высшей формой развития науки считается объяснительная теория, ющая не только описание, но и объяснение изучаемых явлений. К строению именно таких теорий стремится каждая научная дисцип-на. Иногда в наличии подобных теорий видят существенный при-ак зрелости науки: дисциплина может считаться подлинно научной пько тогда, когда в ней появляются объяснительные теории. ,»

Развитая объяснительная теория имеет дедуктивную структуру. :нованием теории служит набор исходных понятий (величин) и 'ндаментальных принципов (постулатов, законов), включающих лько исходные понятия. Именно этот базис фиксирует тот угол зре-[я, под которым рассматривается реальность, задает ту область, ко-рую охватывает теория. Исходные понятия и принципы выражают новные, наиболее фундаментальные связи и отношения изучаемой и ¡ласти, которыми определяются все остальные ее явления. 1|||

Со времен Евклида дедуктивно-аксиоматическое построение зна- ¡¡!| [я считалось образцовым. Объяснительные теории следуют этому ¡разцу. Однако если Евклид и многие ученые после него полагали, о исходные положения теоретической системы представляют собой моочевидные истины, то современные ученые понимают, что такие :тины найти нелегко, и постулаты их теорий служат не более чем >едположениями о глубинных причинах явлений. История науки ша достаточно много свидетельств наших заблуждений, в связи с :м основоположения объяснительной теории рассматриваются как шотезы, истинность которых еще нуждается в доказательстве. По-ому ныне в эмпирических науках основной считается гипотетико- 1 . ;дуктивная модель объяснительной теории. щЩ)

В научном познании гипотетико-дедуктивный метод построения юрий получил распространение в XVII -XVIII вв., когда были дос- ^ 1гнуты значительные успехи в изучении механического движения ф :мных и небесных тел. Первые попытки применения этого метода ^ >1ли сделаны в исследованиях Галилея. Теория механики Ньютона щ 1кже представляет собой гипотетико-дедуктивную систему, посылка- X и которой служат основные законы движения. Успех гипотетико- ^ здуктивного метода в области механики и влияние идей Ньютона обу- X ювили широкое распространение этого метода в точном естествознании. Щ)

А. Л. НИКИФОРОВ

Ф

С логической точки зрения теория как гипотетико-дедуктивная система представляет собой иерархию гипотез, степень абстрактности и общности которых увеличивается по мере удаления от эмпирического базиса. На вершине располагаются гипотезы, имеющие наиболее общий характер и поэтому обладающие наибольшей логической силой. Из них как посылок выводятся гипотезы более низкого уровня. На самом низшем уровне системы находятся гипотезы, которые можно сопоставлять с эмпирическими данными. В современной науке многие теории строятся в виде гипотетико-дедуктивной системы.

Такое построение научных теорий имеет большое методологическое значение в связи с тем, что оно не только дает возможность исследовать логические взаимосвязи между гипотезами разного уровня абстрактности, но и позволяет осуществлять эмпирическую проверку научных теорий. Гипотезы самого низкого уровня проверяются путем сопоставления их с эмпирическими данными. Если они подтверждаются этими данными, то это служит косвенным подтверждением и гипотез более высокого уровня, из которых логически выведены первые гипотезы. Наиболее общие принципы научных теорий нельзя непосредственно сопоставить с действительностью, поскольку они, как правило, говорят об абстрактных или идеальных объектах. Чтобы соотнести общие принципы с действительностью, нужно с помощью длинной цепи логических выводов получить из них следствия, говорящие уже не об идеальных, а о реальных объектах. Эти следствия можно проверить непосредственно. Поэтому ученые и стремятся придавать своим теориям структуру гипотетико-дедуктивной системы.

Исходные понятия и принципы теории относятся не непосредственно к реальным вещам и событиям, а к некоторым абстрактным объектам, в совокупности образующим идеализированный объект теории. В классической механике им является система материальных точек; в молекулярно-кинетической теории - множество замкнутых в определенном объеме хаотически соударяющихся молекул, представляемых в виде абсолютно упругих шариков, и т. п. Эти объекты не существуют сами по себе в реальности, они являются мысленными, воображаемыми объектами. Однако идеализированный объект теории имеет определенное отношение к реальным вещам и явлениям: он отображает некоторые абстрагированные от них или идеализированные свойства реальных вещей. Таковы идеальный газ, абсолютно твердое тело, рынок совершенной конкуренции и т. п. Заменяя реальные вещи идеализированными объектами, ученые отвлекаются от второстепенных, несущественных свойств и связей реального мира и выделяют в чистом виде то, что представляется им наиболее важным. Идеализированный объект теории намного проще реальных предметов, но именно это позволяет дать его точное математическое описание. Когда астроном исследует движение планет вокруг Солнца, он отвлекается от того, что планеты — это целые миры, имеющие богатый химический состав, атмосферу, ядро и т. п., и рассматривает их как просто материальные точки, характеризуемые лишь массой, расстоянием от Солнца и импульсом, но как раз благодаря этому упро-

гнию он и получает возможность описать их движение в строгих тематических уравнениях.

Идеализированный объект теории служит для теоретической ин-рпретации ее исходных понятий и принципов. Понятия и утвержде-[я теории имеют только то значение, которое придает им идеализи-•ванный объект. Это объясняет, почему их нельзя прямо соотносить эеальными вещами и процессами.

В исходный базис теории включают также определенную логику -1бор правил вывода и математический аппарат. Конечно, в болыпин-ве случаев в качестве логики теории используется обычная класси-:ская двузначная логика, однако в некоторых теориях, например, в •антовой механике, порой обращаются к трехзначной или вероятно-ной логике. Теории отличаются также используемыми в них мате-1тическими средствами. Таким образом, основание гипотетико-:дуктивной теории включает в себя набор исходных понятий и жнципов, идеализированный объект, служащий для их теоретиче-;ой интерпретации, и логико-математический аппарат. Из этого ос-звания дедуктивным путем получаются все другие утверждения тео-ш - законы меньшей степени общности. Ясно, что и эти утвержде-1я говорят об идеализированном объекте.

Вопрос о том, включаются ли в теорию эмпирические данные, ре-'льтаты наблюдений и экспериментов, является дискуссионным. По нению одних исследователей, факты и экспериментальные данные :жат вне теории, не зависят от нее, а связь между теорией и фактами ;уществляется посредством особых правил эмпирической интерпре-щии. Противоположная позиция состоит в том, что научные факты ;жат в рамках теории и детерминируются ею. Причем эта зависи-ость может быть настолько велика, что каждая теория создает свои гецифические факты. В каждой из этих позиций есть рациональное ;рно. Можно согласиться с тем, что факты в определенной мере не 1висят от теории, и именно поэтому для теории важно соответство-зть фактам и иметь фактуальное подтверждение. Независимые от ;ории факты ограничивают произвол ученых в создании новых тео-ий и могут заставить их изменить или отбросить противоречащую актам теорию. Нельзя отрицать и того, что теория влияет на наше осприятие мира и на формирование фактов, что факты «теоретиче-ки нагружены». Вместе с тем отрицание всякой устойчивости фактов

0 отношению к теории равносильно устранению их значения для роцесса научного познания. Слабость отмеченных крайних позиций бусловлена тем, что здравые идеи, лежащие в их основе, абсолюти-ируются и выражаются с излишней резкостью.

Бесспорно, теория оказывает влияние на факты. Теория задает начение терминов, с помощью которых описываются факты, и в зна-ительной степени детерминирует смысл фактуальных предложений. 1а основе теоретических представлений создаются приборы и инст-ументы для исследования определенных аспектов действительности.

1 этом проявляется влияние теории на материально-практическую торону факта. Навязывая субъекту определенную концептуальную етку, способы абстрагирования и конструктивизации действительно-

I Зак. 939 1 77

сти, теория изменяет его чувственный опыт и заставляет воспринимать мир специфическим образом. В этом смысле теория оказывает влияние на все компоненты факта. Однако все это не ведет к полной «теоретической нагруженности» факта. Хотя теория оказывает влияние на материально-практический компонент факта, в создании этого компонента участвуют, во-первых, другие теории, а во-вторых, технические и практические знания людей. Через посредство материально-практической стороны факта в его лингвистический компонент включаются понятия других теорий и той части обыденного языка, которая относится к практической деятельности. Из этого следует, что лингвистический компонент факта включает в себя понятия трех видов: понятия данной теории, понятия других теорий и обыденного языка. Это позволяет говорить о существовании в науке некоторого специфического фактуального языка, который, однако, не может рассматриваться как чисто эмпирический язык, который пытались выделить логические позитивисты.

К основным функциям теории относят описание, объяснение и предсказание. Теория дает описание некоторой области явлений, определенных объектов или аспектов действительности. В силу этого теория может оказаться истинной или ложной, т. е. описывать реальность адекватно или искаженно. Теория должна объяснять известные факты, указывая на те существенные связи, которые лежат в их основе. Наконец, теория предсказывает новые, еще не известные факты: явления, эффекты, свойства предметов и т. п. Обнаружение предсказанных теорией фактов служит подтверждением ее плодотворности и истинности. Расхождение между теорией и фактами или обнаружение внутренних противоречий в теории дает импульс к ее изменению -к уточнению ее идеализированного объекта, к пересмотру, уточнению, изменению ее отдельных положений, вспомогательных гипотез и т. п. В отдельных случаях эти расхождения приводят ученых к отказу от теории и к замене ее новой теорией.

э. гидденс

В социологии, как и в других социальных дисциплинах, имеется множество различных теоретических подходов. Причина этого вполне объяснима: теоретические споры трудно разрешить даже в естественных науках, социология же сталкивается с затруднениями особого порядка, вызванными тем, что предметом изучения является человеческая деятельность, ч*^ Существует различие между теоретическим подходом и теориями.

Теоретический подход задает общую ориентацию относительно Ф предмета исследования. Теории имеют более направленную фокусировку и представляют собой попытки истолкования и объяснения оп-Е; ределенных наборов социальных обстоятельств или явлений. Обычно Зй они возникают как часть процесса исследования и, в свою очередь, -у ставят проблемы, которым посвящается исследовательская деятель-I ность. Примером может служить теория самоубийства, разработанная (14) Дюркгеймом.

В разнообразных областях исследовательской деятельности, в ко-рых работают социологи, создана масса теорий. Некоторые из них 'строены чрезвычайно тщательно, иногда даже представлены в ма-матической форме, хотя это более распространено в экономике, чем социологии. Мнения о том, насколько социологам полезно и жела-льно заниматься широкомасштабными теоретическими изыскания-I, различны. Р. Мертон, например, настаивал, что социологам сле-ет концентрировать свое внимание на том, что он называл теориями еднего уровня, и не пытаться создавать грандиозные теоретические емы в духе Т. Парсонса. Теории среднего уровня достаточно спе-ализированы, что делает возможной их прямую эмпирическую про-рку. В то же время они обладают той мерой общности, которая по-эляет им охватить весьма широкий круг явлений. В качестве приме-можно привести теорию относительной депривации. Согласно этой эрии оценка людьми условий их существования зависит от того, с м они себя сравнивают. То есть, чувство депривации не связывается прямую с уровнем материального благополучия того или иного ин-вида. Семья, живущая в небольшом доме в бедном районе, где льшинство находится в таких же условиях, будет чувствовать себя нее обездоленной, чем те, кто живет в таком же доме в богатом артале.

11

!

Чем выше уровень обобщения теории, тем труднее проверить ее лирически. Однако очевидной причины ограничения социальных Ш™ эрий «средним уровнем» не существует. Об этом свидетельствует имер теории, созданной М. Вебером в работе «Протестантская эти-и дух капитализма». С помощью этой теории М. Вебер предложил ъяснение очень общей и важной проблемы: почему современный питализм возник и получил столь мощное развитие на Западе и ни-з больше.

Ядром теории Вебера является утверждение, что установки, кото-ми определяется дух капитализма, имеют религиозное происхож-ние. Христианство в целом способствовало воспитанию подобного ровоззрения, но главной движущей силой оказалось влияние про-;тантизма - в особенности такой его разновидности, как пурита-зм. Вебер показал, что в протестантской среде успех на профессио-пьном мирском поприще, сопровождаемый материальным благопо-чием, стал основным знаком избранности. В результате у прокатов возник мощный импульс к экономическому успеху. Тем не нее он сопровождался стремлением вести скромную и экономную [знь, как и подобает верующему. Пуритане считали роскошь злом, этому стремление к приобретению богатства сочеталось у них со зогим стилем жизни. ¡¡^

Теория Вебера критиковалась с самых разных сторон. Некоторые ф ) критики доказывали, что тот взгляд на мир, который он называет ¡^ ухом капитализма», можно заметить уже в культуре итальянских эговых городов, задолго до того, как впервые услышали о кальви- ЗС зме. Другие считали, что ключевое для Вебера понятие «профессия !Е|> < призвание», которое он связывал с протестантизмом, уже сущест- I вало в католицизме. И все же главные положения теории Вебера до

1

ш #

сих пор принимаются очень многими, а предложенные им идеи и ныне остаются столь же оригинальными и содержательными, как в то время, когда он сформулировал их впервые. Если Вебер прав, то современное экономическое и социальное развитие в первую очередь сложилось под влиянием, которое на первый взгляд представляется относительно далеким, — влиянием набора религиозных идеалов.

Эта теория, как и другие важные достижения теоретической мысли в социальных науках, соответствует ряду важных критериев теоретической работы. Во-первых, она контринтуитивна - предлагает интерпретацию, расходящуюся с предложениями здравого смысла. Таким образом, данная теория предполагает новое видение решаемых ею вопросов. Большинство авторов до Вебера не придавали должного значения тому, что религиозные идеалы могли играть фундаментальную роль в возникновении капитализма. Во-вторых, эта теория не является ни чисто «структурной», ни чисто «индивидуальной». Развитие капитализма в ней объясняется как непреднамеренное следствие того, к чему стремились предприниматели-пуритане, — жизни в полном соответствии с божественной волей. В-третьих, эта теория придает смысл явлению, которое в другом контексте представлялось бы весьма загадочным: желанию вести скромную жизнь одновременно при большом стремлении к богатству. В-четвертых, эта теория способна объяснить обстоятельства, выходящие за рамки ее начальных задач. Вебер подчеркивал, что он лишь пытался проследить генезис современного капитализма. Тем не менее есть основания предполагать, что ценности, сопоставимые с ценностями пуританизма, могут проявиться и в других ситуациях успешного капиталистического развития. В-пятых, хорошей теории недостаточно быть только справедливой. Она должна быть плодотворной в отношении новых идей и стимулировании дальнейшей исследовательской работы. В этом плане теория Вебера оказалась чрезвычайно удачной: она стала своеобразным трамплином для огромного количества последующих теорий и исследований.

Оценка теорий и особенно теоретических подходов в социологии — сложная задача. Теоретические дебаты по определению более абстрактны, чем дискуссии эмпирического характера. Тот факт, что в социологии не существует доминирующего теоретического подхода, может показаться признаком ее слабости, но это ни в коем случае не так. Наоборот, столкновение соперничающих теоретических подходов и теорий является выражением жизнеспособности социологии и спасает ее от догматизма. Человеческое поведение — явление сложное и многоплановое, и вероятность того, что одна-единственная теорети-Ф ческая перспектива может охватить все его аспекты, чрезвычайно ма-ла. Отсутствие единства в теоретической мысли является богатейшим источником идей, полезных для любого исследователя. Оно стимули-X рует наше воображение, столь важное в процессе социологической ^ деятельности. X

@ Подготовлено при поддержке РФФИ, грант № 04-06-80259а