Глобальная наука

Глобальная наука

Татьяна Исаченко

доктор экономических наук, профессор МГИМО, член Координационного совета Лиги Преподавателей Высшей Школы

Юлия Белозерова:

Добрый день, приветствую вас на очередной программе «Интеллектуальный капитал» на радио Мediametrics, которая проводится Лигой преподавателей высшей школы в рамках проекта «Золотые имена высшей школы» при поддержке Фонда президентских грантов. И сегодня с вами в студии я, Юлия Белозерова, и наш уже постоянный гость, коллега и соратник Татьяна Михайловна Исаченко, профессор МГИМО, доктор экономических наук, член Координационного совета Лиги преподавателей высшей школы и член Организационного комитета проекта «Золотые имена высшей школы».

Татьяна Исаченко:

Спасибо большое, что пригласили, радио Мediametrics большое спасибо, это наш бесконечнj ценный ресурс, который позволяет нам осветить многие проблемы, обсудить многие проблемы с нашими коллегами, и поскольку современные технологии не имеют границ, мы привлекали коллег неоднократно из дальних регионов нашей страны. Поэтому большое спасибо и хозяевам данной студии, и Вам за приглашение. В нынешние времена, такие сложные, волатильные, взаимодействие профессионального сообщества и единомышленников как никогда важно и ценно для поддержки, для донесения мнений наших коллег из разных регионов нашей родины.

Юлия Белозерова:

Прошлая программа открывала сезон 2022 года, и мы с Еленой Вячеславовной Ляпунцовой тоже начали программу со слов о том, что ситуация не очень простая сейчас, и преподаватель находится на информационной передовой, когда ты заходишь в аудиторию, а студенты начинают задавать вопросы о современном состоянии, просят объяснить и дать прогнозы, какие-то экспертные оценки. Не все преподаватели могут ответить на поставленный вопрос, а как-то не принято оставлять вопросы без ответа. Если ты преподаешь математику, например, или русский язык, высокие материи, у тебя всегда есть возможность уйти в область своего предмета. Как быть экономистам, да еще и международникам?

Татьяна Исаченко:

Экономисты и юристы, я уже не говорю о политологах, оказались наиболее уязвимыми специальностями в данной ситуации. Но если рассуждать исключительно с экономической точки зрения, то все происходящие события, все принимаемые и непринимаемые меры имеют среднесрочные последствия. Ребята спрашивают, в глазах студентов ожидания, что нам сейчас все расскажет и объяснит преподаватель, но мы с ребятами договорились для себя, что мы сейчас собираем информацию, мы очень внимательно следим, потому что эксперты не имеют права не следить за поступаемой информацией, и какие-то экономические количественные оценки мы с ними сделаем чуть попозже.

Бесконечно волнуются студенты выпускных курсов, потому что им писать дипломные работы, и они должны проанализировать ситуацию, но материалы еще слишком недостаточные, мы стараемся объяснить это студентам, что на сегодняшний день у них достаточно официальной статистики, государственных международных организаций, которые все равно ведут статистику, для того чтобы отразить тенденции. Понятно, что нельзя не сказать о рисках, но при этом пока никто не может сейчас сделать каких-либо далеко идущих оценок.

Юлия Белозерова:

Наша программа посвящена глобальной науке и роли российских вузов в глобальном научном сообществе. У нас уже было несколько программ, которые с разных аспектов раскрывали этот вопрос, и в плане международного взаимодействия, и формирования профессионального научного сообщества, и стажировки, и международной программы, в какой-то степени уже эти вопросы были раскрыты, но сейчас у нас новые реалии. Если вернуться на некоторое время назад и попробовать проанализировать, какой опыт получила российская высшая школа от международного сотрудничества, какие основные глобальные тренды были?

Татьяна Исаченко:

Мы неоднократно в этой студии обсуждали международные программы, у меня лично была возможность поделиться опытом реализации международных программ, которые в моей альма-матер, в моем университете МГИМО реализовывались, и будем надеяться, что часть из них сохранит свое существование.

Любой опыт крайне полезен, это то, чему учит жизнь, что опыт полезен, опыт нужно и хорошо иметь, опыт всегда можно использовать, причем как позитивный, так и негативный, и опыт позволяет нам сделать сначала на локальном уровне для себя, для факультета, потом для университета, потом и для страны выводы на перспективу. Мне кажется, что если ретроспективно посмотреть на опыт российских университетов с точки зрения международного сотрудничества, то наше путешествие в мир было успешным, потому что когда мы переходили на Болонскую систему образования, когда мы интегрировались в международные научные проекты, нам прежде всего важно было понимать, как живет и как работает, какой стиль управления, и Вам, как управленцу, это хорошо известно, как специалисту по менеджменту, как взаимодействовать с коллегами из других деловых культур, из других культур в принципе. И международные программы дали нам более широкое видение как позитивных сторон, так и негативных. Всегда у любого явления есть плюсы и минусы международного сотрудничества.

Юлия Белозерова:

То есть мы где-то увидели те рычаги управления развития науки и образования в том числе, которые как опыт мы могли бы перенять. Если сейчас введенные санкции ограничивают возможность таких взаимоотношений научного международного сообщества, хотя всегда считалось, что образование и наука – сквозные области, которые вне политики, вне границ, вне каких-то конфессий, религиозных мировоззрений, они всегда стояли над теми вещами, которые разделяют людей, и объединяли, поэтому мы говорим всегда о глобальной научной среде. Но реалии таковы, что российские ученые не всегда теперь или, может быть, какое-то время не смогут поехать на стажировку куда-то или на какую-то международную конференцию, может быть, заочное участие будет основным видом участия в таких международных вещах, но ведь от такой ситуации потеряют не только российские вузы, та самая глобальная система тоже чего-то лишится?

Татьяна Исаченко:

Вы абсолютно правы, за прошедшие 30 лет, если так глубоко оценивать, более активно за 20 последних лет российские университеты стали важной частью глобального образовательного пространства. Мы для себя почерпнули очень много нового, но ведь и мы несли знания о российском рынке, я говорю со своей точки зрения, мы несли им информацию о своем бизнесе, мы несли информацию о том, как делать бизнес. Мой университет имеет много программ, которые готовят, и в частности я, будучи заместителем декана, в качестве профессора активно вовлечена в программу, которая объединяет 6 университетов. Это такой уникальный опыт, это университеты из самых разных стран, это и Европа, и Латинская Америка, и Россия, и Китай, представляете, какое многообразие и какими широкими знаниями обладали выпускники нашей программы, при том, что они учились только в трех университетах в течение двух лет магистерской программы, но профессора, которые читали лекции,

представляли все участвующие в консорциуме университеты. И для ребят это была возможность посмотреть, почувствовать, послушать, впитать культуру. У нас даже цикл лекций иностранных профессоров, когда мы приезжали к студентам, назывался «Экономика, политика и культура страны». Наши коллеги пишут сейчас нам, что они очень переживают сложившийся момент и со своей стороны надеются, что острая фаза пройдет, и мы вырулим на какую-то новую полосу. Что-то, наверное, придется начать с нуля, что-то придется переоценить, искать новых партнеров, но какие-то наработки у нас сохранились. Самое главное для нас, для преподавателей – у нас сохранились знания, мы почерпнули, мы знаем, и пока мы можем передавать эти знания, мы можем считать себя успешными преподавателями. Мы сможем донести то, что мы получили, для тех наших коллег и студентов, которые будут в течение определенного времени ограничены в возможностях, о которых Вы говорили.

Юлия Белозерова:

Многие российские вузы участвовали в глобальных программах академического обмена, как ERASMUS и другие, их достаточно много было. Есть ли смысл в создании подобных программ на другом уровне? В ERASMUS, скорее всего, не смогут российские университеты, по крайней мере в ближайшее время участвовать, я не знаю, что происходит с теми университетами, которые в настоящий момент находятся в программе, разрываются ли контракты или все-таки продолжают действовать, потому что здесь решение буквально на уровне каждого университета принимается и каждого руководителя программы. Но на будущее, о чем мы должны помечтать или к чему стремиться, как использовать этот опыт?

Татьяна Исаченко:

Я прокомментирую немножко про ERASMUS, будучи по основной специализации европеистом. Дело в том, что ERASMUS на вузы СНГ распространялся и тогда уже не полностью, потому что была программа ERASMUS для европейских университетов, университетов стран ЕС, и была ERASMUS+ для российских и вузов СНГ. На какой-то период с точки зрения взаимодействия с ERASMUS возможности будут ограничены, но возможность сотрудничества – это то, чего нам не хватает в рамках нашего пространства, об СНГ сейчас сложнее говорить, пространство ЕАЭС, Евразийского экономического союза, тем более, что образовательная составляющая там заложена. И если мы говорим о том, что любой опыт полезен, то мы должны обязательно сейчас, время диктует настоятельную необходимость сформировать какие-то программы аналогичного плана, что-то можно позаимствовать, что-то можно добавить свое, в рамках ЕАЭС, это действительно необходимо. Мы можем поругать себя, что мы в предыдущие годы приложили недостаточно усилий, но сейчас как раз тот очень хороший момент, когда и коллеги нуждаются в нас, и мы нуждаемся в них, в их экспертизе, в их знаниях, и я очень надеюсь, что мы со своей стороны, в данном случае я позволю себе сказать от имени Лиги преподавателей высшей школы, можем послужить мостиком, связующим звеном. Ведь ключевое слово создание, а создание всегда оставляет какую-то надежду на будущее и новые возможности.

Юлия Белозерова:

Но развитие может быть направлено на другие сферы. Если вернуться к тому, что делает Лига и какие исследования проводятся в рамках определения роли преподавателя в глобальном образовательном процессе, мы еще раз обратимся к результату работы 2021 года, это один из трудов, который вышел в начале 2022 года в издательстве Кнорус, монография «Традиции и инновации высшего образования в Российской Федерации: стратегическая роль преподавателя». Важно, что один из разделов как раз посвящен роли российских университетов в глобальной системе, и мы там анализируем, как те программы, которые были запущены на уровне государства, есть у нас три раздела, где описываем, анализируем достижения, смотрим, каким образом повлияли эти программы, запущенные на уровне государства, на изменение качества образования, на подходы к развитию науки. И в этом разделе можно увидеть аналитику – Татьяна Михайловна является соавтором этой монографии – того, как сменяли друг друга программы и стратегии. Мы проводим анализ результатов программы «5-100», кто-то ругает эту программу, кто-то говорит, что она имела позитивные последствия. Дальше мы перешли к новым программам: «Академическое лидерство», «Приоритет 2030». Как Вы считаете, что дало участие российских вузов, даже если взять программу «5-100», российским университетам, насколько успешной была эта программа?

Татьяна Исаченко:

Когда запускаются такие программы, как «5-100», «2030», они все-таки нацелены на долгосрочное развитие, и программа «5-100», тем более программа «2030» еще не дали нам полного видения тех горизонтов, которые мы получили в результате реализации или можем получить в результате реализации, я говорю про «2030». Все эти программы, при том, что всегда бюрократическая составляющая, ориентированы и включают в себя элемент поддержки государства, для вузов крайне важна поддержка государства, потому что даже в тех вузах, где есть платное обучение, все равно вузы не являются коммерческими структурами, это не бизнес, и для нас поддержка государства, понимание наших нужд, понимание наших задач, равно как и постановка новых задач, необычайно важны.

Это касается не только нашей страны, это тот международный опыт, который мы позаимствовали у наших коллег, все наши иностранные партнеры очень чувствительно относятся к включению в программы, аккредитационные системы, в программы финансирования государства, потому что все понимают, что воспитание молодых людей, подготовка кадров – это солидарная ответственность государства и образования. Поэтому если говорить об этих программах, вузам надо в них участвовать. Другое дело, что и участники, и грантодатели, назовем так государство и тех, кто отвечает за управление данными программами, должны сейчас переосмыслить некоторые формальные моменты и сделать так, чтобы вузам сейчас пришлось чуть-чуть полегче, учитывая, что нам очень и очень тяжело, мы смотрим в глаза нашим студентам, нашему будущему каждый день.

Юлия Белозерова:

Я напоминаю, что вы смотрите программу «Интеллектуальный капитал» на радио Мediametrics, программа Лиги преподавателей высшей школы, которая выходит в рамках проекта «Золотые имена высшей школы» при поддержке Фонда президентских грантов. И у нас в студии Татьяна Исаченко, доктор экономических наук, профессор МГИМО, и мы говорим о глобальной науке, о том, как изменилась эта сфера сегодня, какие есть перспективы для преподавателя.

Очень много звучит таких опасений – возвращение ситуации, связанной с железным занавесом в сфере науки, это возможно? Потому что если говорить о товарном обмене, то здесь очень много материального, а если мы говорим об информации, все-таки информационное поле, казалось по крайней мере, настолько сквозное, невозможно удержать информацию в рамках какой-то национальной границы или в рамках одного исследовательского коллектива. И очень долго вся глобальная наука шла к открытости, к ускорению обмена новыми достижениями, новыми открытиями. А мы же помним времена Советского Союза, когда тайными тропами ввозились в Советский Союз иностранные научные журналы, и невозможно было их ни найти, ни прочитать. И одновременно те исследования достижений, которые были внутри, результаты, статьи, открытия, патенты российских ученых сначала защищались внутри страны и только спустя какое-то время с разрешения первого отдела публиковались за рубежом. Не вернемся ли мы к такой ситуации, возможно ли говорить об ограничении доступа к научным знаниям?

Татьяна Исаченко:

Самое неблагодарное дело – это прогнозы, и прогнозы в острой фазе тем более неблагодарны. Угроза существует, если Вы спросите боюсь ли я этого – очень боюсь, потому что для специалистов по международной проблематике международная открытость и участие в глобальных процессах были решающим фактором нашего профессионального развития. На определенное время мы окажемся в ситуации ограниченных возможностей, это связано и с финансированием, и с финансовыми мерами, которые приняты по ограничению, это связано и с достаточно болезненным восприятием наших коллег всего происходящего. Давайте все-таки мы договоримся, что встретимся в этой студии через какое-то время и поднимем этот вопрос. Со своей стороны мы, преподаватели, не можем изменить что-то глобально сейчас, мне всегда казалось, что если ты не можешь изменить глобально, надо попробовать начать менять что-то в себе, в своей среде, на своем уровне, попробовать сделать что-то, что можешь делать именно ты. И если каждый человек предпримет какие-то шаги, то тогда все пойдут вперед.

Юлия Белозерова:

Я предлагаю обсудить такую тему, которая очень дискуссионная сегодня, это оценка эффективности научных исследований, которая очень долгое время насаждалась в том числе и программами, и оценкой эффективности вузов в виде цитирования в международных базах. Сейчас отмечается дискриминация российских ученых со стороны многих международных журналов, в том числе Web of science объявила об уходе с российского рынка. В этих условиях Правительство говорит о том, что необходимо перейти к действенной фазе разработки национальной системы оценки эффективности научной работы. Вы, как экономист, скажите, чем можно оценивать эффективность работы ученого, в каких показателях, кроме публикаций есть еще что-то?

Татьяна Исаченко:

Вы затронули очень болезненный вопрос для преподавательского сообщества, и здесь я буду не так мягка в своих суждениях. Признаюсь честно, что моя научная работа, аспирантское обучение началось еще в период существования Советского Союза, и я помню, для молодых аспирантов опубликоваться в журнале ВАК было огромной наградой, это было почетно, мы очень старались сделать свои публикации, написать работу таким образом, чтобы она была достойна журнала ВАК. Мое становление как преподавателя происходило тоже в условиях, когда публикация в журнале ВАК, Высшая аттестационная комиссия, была не апогеем, но высокой оценкой работы преподавателя.

Прошло очень много лет, я прекрасно помню свою первую публикацию, как я готовила ее, как я была горда собой, что у меня такая публикация прошла. Безусловно, ни один ученый – ни экономист, ни физик, ни лирик, как у нас принято говорить, не может существовать вне мировой науки, потому что сегодня нет как таковой национальной, сегодня слишком глобально взаимосвязанный мир. Но с точки зрения увлечения международными базами цитирования у нас произошел –наверное, это прозвучит резко – откровенный перекос. Я могу судить по вузу, в котором я преподаю и с которыми взаимодействую, на местах и по всей России. Во-первых, ни одна база цитирования не может являться исключительным и абсолютным показателем измерения эффективности преподавателя. Я рада, что у Вас на столе наши монографии, под эгидой Лиги преподавателей высшей школы были опубликованы две потрясающие монографии, которые начинаются со слов «Введение в профессию преподаватель вуза». Мы стараемся объяснять молодым преподавателям, что качество деятельности преподавателя – это его студенты, вот он, измеритель. Может быть, я покажусь кому-то сентиментальной, но когда я прихожу на какие-то профессиональные конференции, особенно если это круглые столы или конференции, организованные министерствами, ведомствами, и вижу своих выпускников, выступающих в качестве экспертов, – вот измеритель качества, оценка качества, шкала, сколько успешных выпускников, сколько выпускников помнят своего преподавателя по тому предмету, который стал впоследствии их жизнью.

Публикации в Scopus, Web of science, им было уделено слишком большое внимание. Что мы получили в итоге? Мы получили, что сегодня фактически все наши предыдущие публикации несколько утрачивают свое значение, мы получили достаточно грустное состояние с нашими ВАКовскими журналами, потому что мы фактически не поднимали свою науку. Российские ВАКовские журналы гонялись за авторами, это совершенно неправомерная ситуация. И самое главное, что мы получили очень опасную вещь, когда преподавателя ставят в достаточно сложную ситуацию, когда прохождение по профессиональному конкурсу, что мне всегда казалось достаточно диким, при наличии курсов, квалификации, наличии большого числа дипломников, аспирантов, выпускников на прохождение по конкурсу увязывалось с наличием публикаций в международных базах данных, это несправедливо к преподавателям и несправедливо по отношению к студентам, которых эти преподаватели учат, и пользуются популярностью их лекции и их знания. Когда любому человеку ставятся сложно выполнимые задачи, он начинает искать сложные пути реализации, и в результате всего этого мы получили, помимо того, что я сказала, пласт нечестной науки. Очень многие возникли структуры, которые предлагали публикации за плату, в некоторых журналах есть официальная плата. Коммерциализация этих процессов должна быть абсолютно исключена. Безусловно, можно было бы сохранять, я понимаю, что эконометрика сегодня и математические методы преобладают над оценочными суждениями, но если нужны эконометрические показатели, почему это не мог бы быть показатель агрегированный, учитывать и публикации в журналах международных баз данных, но все-таки чтобы большая доля принадлежала публикациям в российских журналах.

Юлия Белозерова:

В чем основная проблема была публикаций в журналах, входящих в международные базы цитирования?

Татьяна Исаченко:

Для многих ученых это в какой-то степени еще и передача знаний на не совсем равных условиях зарубежными коллегами, для меня это наиболее важный момент, это то, что мы потеряли свои журналы, очень много журналов просто исчезли с научного горизонта, потому что не выдержали сложившуюся экономическую ситуацию, и теперь нам надо фактически многие отечественные журналы продвигать с нуля. Мне кажется, акцент надо было сделать на другом, добиваться того, чтобы больше наших журналов были включены в какие-то международные, если уже международную науку действительно как-то развивать, то наши журналы продвигать в этих базах данных, а не заставлять преподавателей каким-то образом выкручиваться в сложившейся ситуации. Фактически были брошены и преподаватели, и журналы, и почему-то преподавателей это касалось, и многие научные исследователи были в какой-то степени брошены, и им приходилось решать проблему самостоятельно.

Юлия Белозерова:

Многие отмечали случаи, причем их достаточно много, дискриминации со стороны иностранных издательств по отношению к российским авторам, связанным с тем, что какие-то вопросы гуманитарных наук, которые специфичны для нашей страны, например, анализ российского законодательства, юристам очень сложно было опубликоваться, потому что это было неинтересно зарубежному читателю, зарубежному зрителю. Технические специальности, биология, медицина и генная инженерия – это то, что на острие актуальности научной деятельности и не имеет национальной характеристики или границы, были востребованы такие статьи и хорошо принимались. Гуманитариям было сложнее в данной ситуации, может быть, кто-то не дотягивал качеством, но я хочу поговорить о другом. Если мы говорим о национальной системе оценки результативности научной деятельности, и Вы уже сказали, что результативностью являются в том числе и те студенты, которые были подготовлены, публикации – это один из видов результата, потому что если мы говорим о фундаментальном исследовании, наверное, другого вывода, кроме как описание даже процесса этого исследования иногда и не получает ученый, отрицательный результат – тоже результат. Какие еще показатели эффективности науки могут быть вложены в эту национальную систему оценки?

Татьяна Исаченко:

Это трудный для меня вопрос, потому что я не владею в достаточной степени количественными методами, чтобы оценивать такие показатели, но это просто вопрос, который требует детального анализа с привлечением специалистов в области количественных методов оценки. Но одним из показателей эффективности и качества преподавателя, я бы употребила слово качество преподавателя, качество предоставляемой услуги, могут служить исследования выпускников, дипломные работы как аналитический труд, подготовленный под руководством. Давайте возьмем оценки, давайте посмотрим, как оценены были работы студентов и под каким научным руководством они были подготовлены, как преподаватель работает, как он увлекает студентов своей специализацией, сколько студентов привлечены на ту или иную специализацию, каждый вуз имеет свои особенности, и эти показатели должны изначально оцениваться и обсуждаться в рамках вуза.

Юлия Белозерова:

Интегральный подход должен быть, потому что ведь если мы возьмем результат научного исследования как оформление патента на изобретение, или какое-то рационализаторское предложение, или как результат внедрение в производство, но ведь здесь получается, что тот же ученый встает в позицию зависимости, с одной стороны, от наличия этого производства, есть ли производство, которое готово, и действует ли оно сейчас, готово ли оно вносить изменения в такой переходный период, когда нужно просто наращивать объемы, а не думать пока еще на этом этапе о каких-то внедрениях, изменениях и улучшениях, какие-то более насущные вопросы решать, то здесь необходимо более гибко, более мягко к этому подходить.

В завершении еще раз покажу два наших замечательных учебника, Татьяна Михайловна про них говорила, это учебник «Введение в профессию преподаватель высшей школы», Татьяна Михайловна выступала рецензентом этой работы. Первая часть посвящена профессиональной среде преподавателя,

один из разделов посвящен глобальному международному академическому сообществу, анализу. Вторая часть более прикладная, здесь рассказано о трудовых функциях преподавателя, профессиональных обязанностях, тех аспектах, которые связаны с квалификацией, с теми знаниями, которыми должен обладать преподаватель, для того чтобы выходить в аудиторию и вести свою работу. Скажите напутственные слова для начинающих преподавателей, для аспирантов, которые сейчас учатся, как они должны видеть себя в профессии в рамках того, что происходит сегодня в мире, ведь все потеряны в какой-то степени.

Татьяна Исаченко:

Преподавательская профессия очень сложная, потому что она в большей степени, чем любые другие профессии, виды работ требует очень глубокой эмоциональной и душевной отдачи. Мы не тот случай, когда рабочий день с 9 до 6, и в 6 часов вечера вы закрыли кабинет, офис, выключили компьютер и ушли. Мы вынуждены быть на связи с нашими студентами постоянно, но они эмоциональные, они растут, им нужен совет, и получается, что преподавательский рабочий день не имеет четко очерченных временных рамок. Студенты пишут в любое время, некоторые даже звонят в любое время, поэтому тот человек, который решает для себя, что он станет преподавателем, должен воспитать в себе прежде всего определенные человеческие качества, это любовь, глубочайшее понимание, умение выслушать, умение понять и очень деликатно продвинуть свою точку зрения, если ты не согласен со своим оппонентом, коим является студент в данной ситуации. Или наоборот, поддержать, потому что если в жестком споре с коллегой можно возразить более резко, студенту нельзя сказать – нет, это неправильно, я не согласен, это нужно сказать мягко. И самое главное, что это нужно объяснить обязательно, почему он не прав, что методически неверно в его рассуждениях.

Итак, первое – любовь, второе – понимание, третье – безграничное терпение, четвертое – это умение учиться самому, ведь преподаватель не истина в последней инстанции, он такой же ученик. И я скажу честно, я очень многому учусь от своих студентов и с точки зрения взгляда на знания, на события, уж как я многому у них научилась с точки зрения владения гаджетами, даже не стоит об этом говорить, они далеко продвинулись, нежели мы. Нельзя одну лекцию прочитать два раза, каждый раз, идя на лекцию, я сажусь готовиться к ней, и я ловлю себя на мысли, что я волнуюсь как в первый раз, хотя за плечами очень большой преподавательский опыт. И преподаватель должен знать и любить свой предмет, потому что это не тот случай, когда ребята, я поработал в логистической компании, я специалист по менеджменту, через какое-то время я ушел в машиностроительную компанию, а у молодежи сейчас очень модно менять компании часто. Здесь нельзя сказать, что я попреподавала экономику, потом немножко попреподавала химию, потом перестроилась на деловые культуры или кросс-культурный менеджмент. Это будет ваша жизнь, и вы должны прожить с этой наукой, с этой отраслью науки всю жизнь. Когда студенты видят, что вы любите свой предмет, я всегда студентам говорю – может быть, смешной момент внесу в наше сегодняшнее серьезное обсуждение: каждый преподаватель считает свой предмет абсолютно самым главным, и студентов это немножко смешит. Они говорят, что преподаватель физкультуры считает свой предмет самым главным, а мы экономисты-международники. Я всегда им говорю, что если преподаватель физкультуры считает свой предмет для экономистов-международников самым главным, я вас поздравляю, вам попался хороший преподаватель. Преподаватель должен считать свой предмет самым главным, отдавать себя всего, самоотдача – это наш девиз.

Юлия Белозерова:

И быть апостолом своей веры. Я анонсирую важное событие, которое сейчас происходит, это начало приема заявок на очередной этап нашего проекта, на всероссийский конкурс преподавателей высшей школы «Золотые имена высшей школы». Прием заявок будет осуществляться до 30 мая 2022 года, традиционно на нашем сайте professorstoday.org в подразделении, посвященном нашему проекту. У нас были какие-то интерпретации, дополнительные номинации, мы объявляли какие-то номинации, немножко меняли названия, но мы остановились на той оптимальной структуре, которая актуальна для деятельности преподавателя и действительно раскрывает трудовые функции. У нас есть 10 номинаций, посвященные науке, образованию, воспитанию, социальной работе, в том числе и международной деятельности, те достижения, которые есть, также представлены. Приглашаем к участию преподавателей и будем рады видеть в числе номинантов и победителей нашего конкурса. Очень важно, что конкурс является сердцем, но не основной целью всего проекта «Золотые имена высшей школы», наша задача выбрать лучших, для того чтобы транслировать потом их опыт, налаживать обмен знаниями в профессиональном сообществе и в результате приходить к повышению качества высшего образования. На этом разрешите откланяться, сказать до свидания и нашей аудитории, и гостье, надеемся, что Вы будете еще у нас в качестве гостя, и мы сможем проанализировать, имея больше информации, тренды, которые проходят в глобальном международном образовательном сообществе.

Татьяна Исаченко:

Спасибо большое, и позвольте пожелать всем по возможности мира, спокойствия и здоровья, потому что мы только справились со сложным заболеванием, но угроза все равно существует. Берегите себя и всего доброго.