Личные неимущественные родительские права и обязанности: направления эволюции института в Российской правовой системе в IX-XX веках

УДК 347.634/637

Н.С. Нижник *, Н.А. Бурданова* *

Личные неимущественные родительские права и обязанности: направления эволюции института в российской правовой системе в IX-XX веках

В статье дается характеристика основных этапов становления и развития института личных неимущественных родительских прав и обязанностей в отечественной правовой системе в условиях Древнерусского государства, политической раздробленности XII—XV вв., в Московском государстве, Российской империи и советской России. Особое внимание обращено на изменение в контексте эволюции российской истории содержания личных неимущественных родительских прав и обязанностей; правил определения субъектов личных неимущественных родительских прав и обязанностей; прав и обязанностей родителей на воспитание; образование; присвоение ребенку имени, отчества и фамилии; защиту прав и законных интересов ребенка, а также на модели разрешения конфликтов, связанных с осуществлением личных родительских прав и обязанностей, на разных этапах отечественной истории.

Ключевые слова: история семейного права России, родители, ребенок, личные неимущественные родительские права и обязанности, право родителей на воспитание детей; право родителей на образование детей; присвоение ребенку имени, отчества и фамилии; право родителей на защиту прав и законных интересов ребенка, церковные суды, совестные суды, смирительные дома.

N.S. Nizhnik*, N.A. Burdanova**. Personal non-parental rights and responsibilities: the direction of evolution institute in the russian legal system in IX-XX centuries. The article describes the main stages of formation and development of the institution of moral parental rights and responsibilities in the domestic legal system in terms of the ancient Russian state, political fragmentation XII-XV centuries. In Muscovy, the Russian Empire and Soviet Russia. Particular attention is paid to the change in the context of the evolution of Russian history of moral content of parental rights and responsibilities; rules of moral subjects of parental rights and responsibilities; rights and responsibilities of parents in education; education; assignment baby name, middle name and surname; protection of the rights and legitimate interests of the child , as well as models of conflict resolution related to the implementation of personal parental rights and responsibilities at different stages of the country's history.

Keywords: Russian history of family law, parents, child, moral parental rights and responsibilities, the right of parents to raise children; right of parents to educate children; assignment baby name, middle name and surname; the right of parents to protect the rights and legitimate interests of the child, the ecclesiastical courts, conscientious courts strait home.

Актуальность вопросов правового регулирования отношений в сфере осуществления личных неимущественных родительских прав и обязанностей обусловлена тяжелой демографической ситуацией в современной России [29], сложной социально-экономической обстановкой, критическим снижением уровня родительской ответственности. Низкая стабильность браков, частое раздельное проживание супругов ввиду трудовой миграции [30, с. 113-124], внутрисемейные конфликты и насилие в семье приобрели размеры, вызывающие опасения за будущее страны. Стабильно высокое число дел, возникающих из брачно-семейных отношений, переданных на рассмотрение судов Российской Федерации (около 5 %) подтверждает эту тревогу [26, с. 53]. Только в 2011 г. федеральными судами был рассмотрен 90 341 спор [32], связанный с осуществлением личных неимущественных родительских прав и обязанностей, т.е. более 90 тыс. детей стали участниками семейных конфликтов [13]. За 2012 г. аналогичный показатель составил 51 212 дел (снижение численного показателя связано, увы, не со смягчением остроты проблемы, а с общим снижением количества судебных дел) [27]. Однако уже за первое полугодие 2013 г. он составил 51 367 дел [30]. Санкт-Петербург не составляет исключения: в 2013 г. судами первой инстанции в Санкт-Петербурге было рассмотрено 1239 дел об ограничении, лишении родительских прав и восстановлении в родительских правах, по которым прокурор вступил в процесс для дачи заключения [31, с. 76].

Стремительными темпами растет количество случаев умышленного уклонения родителей от осуществления возложенных на них обязанностей. Судами Российской Федерации ежегодно рассматривается более 60 тыс. дел о лишении родительских прав, причем по одному делу нередко

* Нижник, Надежда Степановна, профессор кафедры теории государства и права, Санкт-Петербургский университет МВД России, доктор юридических наук, кандидат исторических наук, профессор. Адрес: Россия, 198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1. Тел.: 744-70-76. E-mail: n.nishnik@bk.ru.

** Бурданова, Наталия Анатольевна, помощник судьи, Санкт-Петербургский городской суд, соискатель кафедры теории государства и права. Адрес: Россия, 198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1. Тел.: 8 (921) 563-68-63. E-mail: burdanova_na@mail.ru.

* Nizhnik, Nadezhda Stepanovna, professor of the department of theory of state and law, St.-Petersburg University of the Ministry of Internal Affairs of Russia, doctor of juridical sciences, candidate of historical sciences, professor. Address: Russia, 198206, St.-Petersburg, Pilot Pilyutov str., 1. Ph.: 744-70-76. E-mail: n.nishnik@bk.ru.

** Burdanova, Natalia Anatolievna, assistant of judge, Saint-Petersburg city court. Address: Russia, 198206, St.-Petersburg, Pilot Pilyutov str., 1. Ph.: 8(921)5636863. E-mail: burdanova_na@mail.ru. © Нижник Н.С., Бурданова Н.А., 2014

привлекаются оба родителя [26 с. 53]. Примерные расчеты Санкт-Петербургского государственного учреждения «Семья», проведенные в ходе аналитической работы совместно с Санкт-Петербургским городским судом в 1996-1998 гг., показывали, что в Санкт-Петербурге в год на 620 семей с детьми возбуждается 1 судебный иск о лишении родительских прав. При этом среди ответчиков, которых лишили родительских прав, в 24,5 % случаев лишают прав обоих родителей, в 39,5 % - отца, в 36 %

- мать [20, с. 3]. По информации Санкт-Петербургского городского суда, тенденции социального сиротства сохраняются: подавляющее число исковых требований о лишении родительских прав (более 90 % дел) подтверждаются в ходе судебного разбирательства [13]. Асоциальное поведение родителей приводит к беспризорности несовершеннолетних, распространение которой в России приобретает опасные масштабы. В 2013 г. на 10 % возросло количество выявленных прокуратурой Санкт-Петербурга нарушений законов о несовершеннолетних (23 055). Перед Губернатором Санкт-Петербурга было инициировано принятие правового акта, регламентирующего создание в Санкт-Петербурге Единого банка данных семей, находящихся в социально опасном положении [19, с. 51-53].

Трансформация общественных отношений требует новых подходов к определению сущности семьи и обусловливает необходимость современной интерпретации базовых понятий, отражающих отношения родителей и детей и проблемы их правового регулирования. Исследование ценностных приоритетов, определяющих сущность и содержание осуществления личных неимущественных родительских прав и обязанностей, а также анализ организационных и функциональных аспектов механизма их реализации представляется весьма своевременным и востребованным направлением научных разработок в системе историко-теоретических и отраслевых юридических наук.

Личные неимущественные родительские права и обязанности представляют собой систему неотчуждаемых прав, являющихся одновременно обязанностями перед обществом и государством, с одной стороны, и перед ребенком - с другой, которыми наделяются биологические и (или) социальные родители как субъекты личных неимущественных родительских правоотношений, не связанных с имущественными.

На различных этапах исторического развития отечественной правовой системы источниками правового регулирования отношений, связанных с осуществлением личных родительских прав и обязанностей, выступали обычай, нормы церковного права, нормативные правовые акты. Обычай являлся исторически наиболее ранним источником права, применялся для регулирования отношений между родителями и детьми в Киевской Руси, сохранял свое значение в период политической раздробленности и во времена Московского государства. С XVIII в. начался процесс вытеснения обычая нормативным правовым актом, к XIX в. обычай окончательно утратил свое значение как формально-юридический источник личных неимущественных родительских прав и обязанностей. Нормы церковного права стали занимать главенствующее положение в области регулирования личных неимущественных родительских прав и обязанностей после Крещения Руси. По мере усиления государственной власти в Московском государстве и Российской империи к концу XIX в. церковно-правовые нормы перестали рассматриваться как источник личных неимущественных родительских прав и обязанностей. Первые нормативные правовые акты, регулировавшие правоотношения между родителями и детьми, относились к XVII в. и закрепляли нормы, фрагментарно регулировавшие отношения в этой сфере. По мере укрепления нормативного правового акта в качестве основного источника, в российской правовой системе личные родительские права и обязанности получили законодательную регламентацию. Правда, ни один акт дореволюционного законодательства не был специально посвящен правовому регулированию отношений, возникавших при осуществлении личных неимущественных родительских прав и обязанностей. В советской России содержание личных неимущественных родительских прав и обязанностей находило отражение в нормах правовых актов, в их толковании высшими судебными органами.

При определении субъектов личных неимущественных родительских прав и обязанностей биологический подход дополнялся социальным [25, с. 340-344]. Наиболее древней связью с детьми из родителей обладала мать. Ключевым фактором для оформления устойчивой правовой связи между обоими родителями и ребенком послужило укрепление союза мужчины и женщины

- брака. В языческой Руси родителями признавались мужчина и женщина, заключившие брачный союз в соответствии с обрядами, а также лица, не состоявшие в браке, но признавшие ребенка [25, с. 62-63]. Мать могла являться единственным родителем в случае, если она не оставила ребенка без попечения, но не состояла в браке, и отец ребенка не подтвердил отцовство. После Крещения Руси и присвоения церковью права регулирования брачно-семейных отношений родителями, имеющими полный объем правомочий, признавались только мужчина и женщина, заключившие церковный брак. Правоотношения возникали по поводу детей - законнорожденных лиц, независимо от пола и возраста. Женщина, прижившая ребенка вне брака, признавалась матерью, но признание ее матерью не влекло возникновения родительских прав и обязанностей в полном объеме. Практически до середины XIX в. основными тенденциями развития института родительских прав и обязанностей были усиление зависимости детей от родителей и закрепление неравного объема прав отца и матери [16, с. 235].

После трансформаций политико-правовой системы российского государства в Октябре 1917 г. родительскими правами наделялись супруги, заключившие брак по установленным в советском праве нормам, а также другие мужчины и женщины, указанные в качестве родителей в актовой записи о рождении ребенка. При определении отца как субъекта личных неимущественных родительских прав и обязанностей советский законодатель отдавал приоритет социальному критерию родительства. В соответствии с нормами советского семейного права в 1917-1944 гг. [5; 6; 7; 8] могло быть признано как любое лицо, являвшееся биологическим родителем, так и несколько лиц, становившихся социальными родителями, невзирая на

отсутствие у некоторых из них генетической связи с ребенком. С 1944 г. по 1968 г. отцом мог быть записан как биологический родитель, так и социальный отец в зависимости от того, вступал ли он в брак с матерью ребенка [9; 10]. Биологический родитель, не находившийся в браке с матерью, исключался из числа субъектов. В 1968 г. были разрешены установление и оспаривание отцовства с приданием социальному родительству приоритетной значимости [11; 12]. При отсутствии совместного проживания с матерью и воспитания ребенка биологическое родство отца и ребенка правового значения не имело.

Среди личных неимущественных родительских прав и обязанностей одним их основных являлось воспитание детей, институционализация которого происходила поэтапно: 1) 1Х-Х вв.: в условиях языческой Руси воспитание заключалось в объяснении детям меры должного и дозволенного и формировании поведения, соответствующего этим нормам, в закреплении в поведении детей безусловного уважения родительской власти; 2) X-XVI вв.: права и обязанности родителей по воспитанию детей были дополнены необходимостью приучения детей к соблюдению церковных правил и устройством их дальнейшей супружеской жизни [21; 22; 24]; 3) 1551 г. - XVIII в.: осуществление личных неимущественных прав и обязанностей родителей в Московском государстве после принятия Стоглава стало обеспечиваться мерами принудительного воздействия светской власти [4, с. 253-403], при этом состав правомочий свидетельствовал о сохранении приоритета религиозного воспитания детей, который был дополнен правом родителей отдавать детей в монастырь; 4) XVIII в. - Октябрь 1917 г.: в Российской империи произошло усечение компетенции церкви в регулировании осуществления личных неимущественных родительских прав и обязанностей и увеличение роли государства, которое обеспечивало безусловную охрану родительской власти с учетом сословной организации общества [17, с. 36-39]; 5) Октябрь 1917 г. - 1926 г.: антирелигиозная политика советской власти привела к снижению роли церкви как субъекта регулирования личных неимущественных отношений, возникавших в связи с осуществлением родительских прав и обязанностей [8; 18, с. 197-223]. Определение религии ребенка относилось к числу родительских прав и обязанностей, но не имело юридического значения. Законодательное закрепление концептуального положения о приоритете интересов ребенка обусловило активное участие государства в воспитании детей, при котором производился контроль осуществления родителями личных неимущественных родительских прав и обязанностей с одновременным лишением родителей прав и обязанностей по распоряжению судьбой детей, в т.ч. брачной; 6) 1926-1991 гг.: укрепление норм советского права исключило церковь из состава субъектов правового регулирования личных неимущественных родительских прав и обязанностей, в связи с чем определение религии детей перестало относиться к числу личных неимущественных родительских прав и обязанностей [12; 18, с. 197-223]. Принимаемые в годы советской власти нормативные правовые акты увеличивали объем обязанностей родителей по воспитанию детей, к которым добавились физическое и нравственное развитие ребенка, непосредственное воспитание, достигаемое путем личного общения, приучение к соблюдению правил поведения в социалистическом обществе. Процесс непосредственного воспитания и воспитательные меры должны были осуществляться родителями в установленных законодателем пределах, без ущерба для ребенка; применение домашнего наказания было запрещено.

В результате ретроспективного анализа развития системы прав и обязанностей родителей в отечественной политико-правовой системе обнаруживалась тесная связь прав и обязанностей родителей по воспитанию детей с их правами и обязанностями по образованию детей. В эволюции их содержания можно выделить несколько этапов: 1) ¡Х-ХУН вв.: права и обязанности по образованию детей осуществлялись родителями самостоятельно путем обучения сыновей ремеслу, а дочерей - ведению домашнего хозяйства, религиозное образование давалось родителями с участием церкви, включая обучение в церковно-приходских школах [1]; 2) XVIII в. - Октябрь 1917 г.: ограничение роли церкви в регулировании общественных отношений в условиях абсолютной монархии, формирование системы светских образовательных учреждений, сохранявших сословный принцип получения образования (обучения) нашли отражение в законодательном закреплении обязанности родителей по образованию детей: юношей родители были вправе и обязаны по достижении надлежащего возраста определить в службу или в промысел соответственно своему состоянию [3; 4]; 3) Октябрь 1917 г. - 1991 г.: церковь утратила свою роль в образовании детей, был окончательно ликвидирован сословный принцип образования, введен государственный контроль образования, широкое развитие получила сеть всеобщих образовательных учреждений, обеспечение обучения детей в которых стало обязанностью родителей [7; 8; 11; 12]. В СССР смешанный частно-публичный характер личных неимущественных родительских прав и обязанностей обусловил нормативное закрепление обязанностей родителей по подготовке ребенка к общественно полезному труду.

Личные неимущественные права и обязанности по присвоению ребенку имени, отчества и фамилии принадлежали родителям с древнейших времен и прошли различные этапы эволюции содержания: 1) К-Х вв.: в условиях язычества законность рождения значения не имела, важен был лишь факт признания ребенка родителями; права и обязанности родителей по присвоению имени и фамилии не ограничивались; 2) X в. - Октябрь 1917 г.: в условиях господства христианства дети, рожденные вне брака родителей, не могли получить фамилию семейства - юридическое свидетельство приобретения взаимных прав и обязанностей с родителями; 3) Октябрь 1917 г. - 1991 г.: законность рождения перестала обусловливать наступление юридических последствий, в связи с чем личные неимущественные родительские права и обязанности по присвоению имени, отчества и фамилии ребенка утратили свое значение и ограничивались непосредственным указанием сведений в актовой записи о рождении ребенка.

Права и обязанности родителей по защите прав и законных интересов ребенка (представительство) с IX в. по 1917 г. включали в себя права и обязанности по защите физического

состояния детей, распоряжению свободой, общественному устройству по мере взросления, охрана родительской власти носила безусловный характер. В годы советской власти понимание прав и законных интересов ребенка трансформировалось и приобрело ориентацию на обеспечение ребенку наиболее комфортных условий для полноценного развития. Законное представительство интересов детей стало осуществляться исключительно в целях защиты их прав и законных интересов и рассматривалось как право и одновременно обязанность родителей.

Осуществление личных неимущественных прав и обязанностей родителем, проживавшим отдельно от ребенка, в Древней Руси, Московском государстве и Российской империи не имело специального нормативного регулирования, т.к. объем личных неимущественных правомочий родителей и порядок их реализации не зависели от совместного проживания с ребенком [15, с. 102-105]. В советской России была произведена отмена церковных ограничений расторжения брака, формально признана возможность раздельного проживания родителей, однако до 1969 г. специальная регламентация данных прав отсутствовала. В Кодексе о браке и семье РСФСР были закреплены специальные нормы для защиты прав отдельно проживавшего родителя, касающиеся личного общения родителя и ребенка, их регулярных встреч, проведения совместного отдыха, получения родителем сведений из лечебных и образовательных учреждений, решение вопросов воспитания и образования ребенка [12].

Личные неимущественные права требования выполнения детьми неимущественных обязанностей по отношению к родителям в российском праве развивались поэтапно: 1) в Древней Руси дети были обязаны повиноваться воле родителей, уважать родительскую власть, что подразумевало оказание почтения во внутрисемейных отношениях и при внешнем общении, соблюдение общественного порядка с целью поддержания положительного мнения о семье. Мерой обеспечения выполнения детьми обязанностей по отношению к родителям являлось применение домашних исправительных мер. Телесные наказания детей выступали правом и одновременно обязанностью главы семейства; 2) в ХП-ХШ вв. в светском законодательстве получили нормативное закрепление запрет убийства детей в ходе воспитания и смертельное наказание детей за ослушание родителям; 3) в Московском государстве родители имели право и были обязаны требовать от детей послушания при реализации воспитательных действий и наказывать детей за проступки; жаловаться на родителей детям запрещалось; 4) в Российской империи (XVIII в. -1917 г.) родители имели право и были обязаны приучать детей к послушанию, применять с воспитательными целями домашнее наказание, а при его неэффективности обращаться либо в совестные суды для помещения детей без судебного разбирательства в смирительные дома, либо в суды для привлечения детей к уголовной ответственности за неповиновение родительской воле [14, с. 13-14]. В результате революций 1917 г. произошла кардинальная трансформация политико-правовой системы отечественного государства, которая привела к возникновению у детей права требования выполнения родителями личных неимущественных родительских обязанностей и утрате родителями аналогичных прав требования в отношении детей.

Разрешение конфликтов, возникавших в связи с осуществлением личных неимущественных родительских прав и обязанностей, на различных этапах государственно-правового развития производилось с участием различных государственных и церковных органов: 1) 1Х-ХУ1 вв.: регулирование отношений, возникавших при осуществлении личных неимущественных родительских прав и обязанностей, относилось к юрисдикции церковных судов; 2) 1551 г. - вторая половина XVIII в.: юрисдикция церковных судов ограничивалась юрисдикцией светских судов в разрешении дел о преступлениях родителей и детей; 3) 1775-1866 гг.: Екатериной II все дела, связанные с осуществлением личных неимущественных родительских прав и обязанностей, были переданы на рассмотрение совестных судов; 4) 1866 - 1917 гг.: нормативное закрепление получила подведомственность дел общим судам; 5) 1917-1926 гг.: рассмотрение дел осуществлялось местными судами; 6) 1926-1991 гг.: в советском праве было закреплено существование нового субъекта данных правоотношений - органов опеки и попечительства, осуществлявших контрольные функции по отношению к родителям. Государственные суды общей юрисдикции по-прежнему сохраняли свою компетенцию в разрешении споров.

Модели разрешения конфликтов, связанных с осуществлением личных родительских прав и обязанностей, на разных этапах отечественной истории были различны: 1) в досоветской России семейные конфликты между родителями и детьми разрешались путем применения домашних исправительных мер, в административном порядке, при рассмотрении гражданского дела, в рамках уголовного судопроизводства. За невыполнение обязанностей по отношению к родителям дети могли быть привлечены к уголовной ответственности, а родители - за причинение вреда здоровью детей. Гражданско-правовые последствия наступали при возникновении споров между родителями о месте жительства ребенка и возврате его от других лиц. Административное наказание и домашние исправительные меры накладывались на детей за невыполнение обязанностей по отношению к родителям; 2) в советской России при разрешении конфликтов, связанных с осуществлением личных неимущественных родительских прав и обязанностей, государство вставало на защиту более слабой стороны - ребенка. При решении вопросов отобрания детей и лишения родительских прав применялась первая модель разрешения споров. Она подразумевала исключительно судебный порядок производства, носила публично-правовой характер за счет участия государственных органов прокуратуры и органов опеки и попечительства. Дела возбуждались государственными, общественными органами, родителями, иными лицами и всегда преследовали целью исключительно защиту ребенка. К остальным спорам применялась вторая модель разрешения конфликтов. С ее помощью разрешались вопросы определения места жительства ребенка, осуществления родительских прав родителем, проживавшим отдельно от ребенка, устранения препятствий к осуществлению родительских прав, дачи имени и

фамилии ребенку, возврата ребенка. Заявителями выступали родители, споры могли разрешаться не только судом, но и в альтернативном внесудебном порядке органом опеки и попечительства.

Сохранение традиций нормативного регулирования обеспечивалось путем применения единых принципов правового регулирования отношений, возникавших при осуществлении личных неимущественных родительских прав и обязанностей: 1) IX в. - 1917 г.: важнейшим принципом осуществления личных неимущественных родительских прав и обязанностей являлся приоритет защиты интересов родителей в сравнении с интересами детей (он обусловливал неравенство прав и обязанностей участников отношений). Его следствием выступал второй принцип - невмешательство государства в процесс воспитания детей и осуществления родителями иных личных неимущественных родительских прав и обязанностей (он порождал фактически неограниченный характер родительской власти и доминировал в Древней Руси и Московском государстве). И, наконец, третий принцип - правовая охрана сословной организации общества (принцип замкнутости социальных групп) через осуществление личных неимущественных родительских прав и обязанностей (определял границы осуществления личных неимущественных родительских прав и обязанностей и приобрел наибольшее значение в Российской империи). Формирование указанных принципов происходило под влиянием различных факторов, прежде всего

- исторически сложившего семейного уклада, политической воли верховных правителей, экономико-социального устройства общества. Принципы находили отражение в формально-юридических источниках права, от норм обычного права в Киевской Руси и до положений Свода законов Российской империи; 2) 1917-1991 гг.: произошло кардинальное изменение целенаправленности нормативного регулирования правоотношений от приоритета разрешения вопросов внутри семьи и безусловной защиты родительской власти к охране интересов детей и рассмотрению споров вне семьи в советском государстве. Личные неимущественные родительские обязанности родители несли перед детьми и одновременно перед социалистическим обществом. Невыполнение родительских обязанностей приводило к наступлению юридической ответственности, применение которой обеспечивалось принудительным воздействием государственных органов.

Современные государственные меры направлены на поддержку семьи, материнства и отцовства в соответствии с нормами, провозглашенными Конституцией Российской Федерации. Эффективность решения задач в этой области зависит и от использования актуального опыта, накопленного на различных этапах исторического развития российского государства. Для регулирования личных неимущественных родительских прав и обязанностей в 1775 г. по указанию Екатерины II были созданы совестные суды, применявшие примирительные процедуры. Сегодня на решение вопросов таким же способом направлен закон о применении процедуры медиации в судах Российской Федерации. В XVIII в. для разрешения конфликтов между родителями и детьми были учреждены смирительные дома - тюрьмы, куда детей помещали без судебного разбирательства по ходатайству родителей. Это

- единственный в русской истории пример, когда разрешение конфликтов в сфере осуществления личных неимущественных родительских прав и обязанностей осуществлялось принудительной силой государства в административном порядке. В настоящее время планируется второй - создание системы ювенальной юстиции. И хотя совестные суды не смогли начать свою работу во всех губерниях Российской империи, а смирительные дома были упразднены в XIX в., идеи, использованные при их создании, оказались востребованными в XXI в.

Личные родительские права и обязанности на всех этапах исторического развития отечественного государства предполагали наличие комплекса взаимосвязанных правомочий родителей и детей в рамках семейства и общества в целом. В качестве структурно-функциональных элементов механизма реализации родительских правоотношений выступали судебные органы, осуществлявшие на всех этапах истории российской государственности защиту прав участников общественных отношений в этой сфере. Исследование ценностных приоритетов, определяющих содержание и процесс осуществления личных неимущественных родительских прав и обязанностей, а также анализ организационных и функциональных аспектов механизма их реализации представляется весьма своевременным и востребованным направлением научных исследований в историко-теоретических и отраслевых юридических науках.

Трансформация отношений в обществе третьего тысячелетия требует новых подходов к пониманию сущности семьи и обусловливает необходимость современной интерпретации базовых понятий, отражающих отношения родителей и детей и проблемы их правового регулирования с учетом необходимости преемственности традиций и актуализированной части истории российской политико-правовой системы.

Список литературы

1. Соборное Уложение 1649 года // Полное собрание законов Российской империи, с 1649 года. [Собрание 1-е] : В 45 т. (далее - ПСЗ РИ). - Т. I. - СПб.: Тип. II Отделения Собственной Его Императорского Величества Канцелярии, 1830. - № 1.

2. Стоглав // Российское законодательство Х-ХХ веков : В 9 т. - Т. 2: Законодательство периода образования и укрепления Русского централизованного государства. - М.: Юридическая литература, 1985.- С. 253-403.

3. Учреждения для управления губерний Всероссийской империи // ПСЗ РИ. - Т. XX. - № 14392.

4. Свод законов Российской империи. - Т. X. - Ч. 1: Гражданские законы. - СПб., 1878.

5. Декрет от 18 декабря 1917 г. «О гражданском браке, о детях и о введении книг актов гражданского состояния» // Собрание узаконений Российской Советской Федеративной Социалистической Республики (далее - СУ РСФСР). - 1917. - № 11. - Ст. 160.

6. Декрет от 19 декабря 1917 г. «О расторжении брака» // СУ РСФСР. - 1917. - № 10. - Ст. 152.

7 Кодекс законов об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском праве от

22 октября 1918 г. // СУ РСФСР. - 1918. - № 76. - Ст. 818.

8. Кодекс законов о браке, семье и опеке от 19 ноября 1926 г. // СУ РСФСР. - 1926. - № 82. -Ст. 612.

9. Указ Президиума Верховного Совета Союза Советских Социалистических Республик от 8 июля 1944 г. «Об увеличении государственной помощи беременным женщинам, многодетным и одиноким матерям, усилении охраны материнства и детства, об установлении почетного звания "Мать героиня" и учреждении ордена "Материнская слава" и медали "Медаль материнства"» // Ведомости Верховного Совета Союза Советских Социалистических Республик (далее - ВВС СССР). - 1944. -№ 37. - Ст. 411.

10. Указ Президиума Верховного Совета Союза Советских Социалистических Республик от 14 марта 1945 г. «О порядке применения Указа Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 г. в отношении детей, родители которых не состоят между собой в зарегистрированном браке» // ВВС СССР. - 1945. - № 15. - Ст. 157.

11. Основы законодательства Союза Советских Социалистических Республик и союзных республик о браке и семье, утвержденные Законом Союза Советских Социалистических Республик № 2834^П от 27 июня 1968 г. // ВВС СССР. - 1968. - № 27. - Ст. 241.

12. Кодекс о браке и семье Российской Советской Федеративной Социалистической Республики, утвержденный Законом РСФСР от 30 июля 1969 г. // ВВС РСФСР. - 1969. - № 32. - Ст. 1086.

13. Аналитические материалы о положении детей в Санкт-Петербурге [Электронный ресурс] // Санкт-Петербургское государственное учреждение социальной помощи семьям и детям «Региональный центр "Семья"». - Режим доступа: http://www.homekid.ru/childinspb/index.html (дата обращения: 10.04.2014).

14. Бурданова, Н. А. О судопроизводстве по жалобам родителей на детей в Российской империи // Современные проблемы юридической науки : материалы VII Международной научно-практической конференции молодых исследователей. Юридический факультет Южно-Уральского государственного университета, 5-6 мая 2011 г. : В 2 ч. - Ч. I. - Челябинск: Цицеро, 2011.

15. Бурданова, Н. А. Правовое регулирование отношений, возникающих между родителями и детьми при раздельном проживании родителей: историко-правовой аспект // Общество. Среда. Развитие. - 2010. - № 3.

16. Бурданова, Н. А. Регламентация семейных правоотношений в контексте эволюции правовой системы России [выступление на Всероссийской научно-теоретической конференции «Правовая система России: традиции и инновации» 25-27 апреля 2013 г., Санкт-Петербургский университет МВД России] // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. 2013. № 3 (59).

17. Бурданова Н. А. Родительские права и обязанности: содержание и законодательное закрепление в Российской империи // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. - 2011. - № 7 (13). - Ч. II.

18. Бурданова, Н. А. Традиции правового регулирования отношений в сфере реализации личных родительских прав и обязанностей: сущность и осуществление в советской России // Актуальные проблемы теории и истории государства и права // Труды кафедры теории государства и права Санкт-Петербургского университета МВД России / науч. ред. Н. С. Нижник. - СПб.: Астерион, 2012.

19. Информационно-аналитические материалы «О состоянии законности и правопорядка в Санкт-Петербурге и работе органов прокуратуры в 2013 г.». - СПб., 2014.

20. Методические рекомендации по рассмотрению споров о воспитании детей. Подготовлены СПб ГУ «Семья», Санкт-Петербургским городским судом. - СПб., 1999.

21. Нижник, Н. С. Защита интересов несовершеннолетних в России. - Челябинск, 2000.

22. Нижник, Н. С. Правовое регулирование брачно-семейных отношений в русской истории (IX - нач. XX века). - СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России, 2002.

23. Нижник, Н. С. Правовое регулирование семейно-брачных отношений в русской истории. - СПб.: Юридический центр Пресс, 2006.

24. Нижник, Н. С. Регулирование отношений в сфере семьи и брака в Северо-Западной Руси в XII-XV вв. // Памятники российского права : В 35 т. - Т. II: Памятники права удельной Руси : учебно-научное пособие / под общ. ред. Р. Л. Хачатурова. - М.: Юрлитинформ, 2013.

25. Нижник, Н. С., Бурданова, Н. А. Критерии определения субъектов родительских правоотношений: биологический и социальные подходы // Правовой статус и правосубъектность лица: теория, история, компаративистика : материалы VIII международной научно-теоретической конференции. Санкт-Петербург, 14-15 декабря 2007 г. / под общ. ред. Р. А. Ромашова, Н. С. Нижник: В 2 ч. - Ч. I. - СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России, 2007.

26. Обзор судебной статистики о деятельности федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей в 2012 г. (рассмотрение гражданских дел) // Российская юстиция. - 2013. - № 8.

27. Отчет о работе судов общей юрисдикции первой инстанции о рассмотрении гражданских дел за 12 месяцев 2012 года [Электронный ресурс] // Судебный департамент при Верховном суде Российской Федерации: офиц. сайт / URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item=1309 (дата обращения: 10.04.2014).

28. Отчет о работе судов общей юрисдикции первой инстанции о рассмотрении гражданских дел за первое полугодие 2013 года [Электронный ресурс] // Судебный департамент при Верховном суде Российской Федерации: офиц. сайт / URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item=2040 (дата обращения: 10.04.2014).

29. Рождаемость, смертность и естественный прирост [Электронный ресурс] // Федеральная служба государственной статистики Российской Федерации. - URL: http://www.gks.ru/wps/wcm/ connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/population/demography/# (дата обращения: 10.04.2014).

30. Российский статистический ежегодник. 2012 : статистический сборник. - М.: Росстат, 2012.

31. Сведения об основных показателях работы прокурора и органов следствия, дознания за 2013 год (в сравнении с аналогичным периодом 2012 г.) - СПб., 2014.

32. Судебный департамент при Верховном суде Российской Федерации [Электронный ресурс].

- URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item=951 (дата обращения: 10.04.2014).

Literature

1. Sobornoe Ulozhenie 1649 goda // Polnoe sobranie zakonov Rossiyskoy imperii, s 1649 goda. [Sobranie 1-e] : V 45 t. (dalee - PSZ RI). - T. I. - SPb.: Tip. II Otdeleniya Sobstvennoy Ego Imperatorskogo Velichestva Kantselyarii, 1830. - № 1.

2. Stoglav // Rossiyskoe zakonodatelstvo H-HH vekov : V 9 t. - T. 2: Zakonodatelstvo perioda obrazovaniya i ukrepleniya Russkogo tsentralizovannogo gosudarstva. - M.: Yuridicheskaya literatura, 1985.- S. 253-403.

3. Uchrezhdeniya dlya upravleniya guberniy Vserossiyskoy imperii // PSZ RI. - T. XX. - № 14392.

4. Svod zakonov Rossiyskoy imperii. - T. X. - Ch. 1: Grazhdanskie zakonyi. - SPb., 1878.

5. Dekret ot 18 dekabrya 1917 g. «O grazhdanskom brake, o detyah i o vvedenii knig aktov grazhdanskogo sostoyaniya» // Sobranie uzakoneniy Rossiyskoy Sovetskoy Federativnoy Sotsialisticheskoy Respubliki (dalee - SU RSFSR). - 1917. - № 11. - St. 160.

6. Dekret ot 19 dekabrya 1917 g. «O rastorzhenii braka» // SU RSFSR. - 1917. - № 10. - St. 152.

7 Kodeks zakonov ob aktah grazhdanskogo sostoyaniya, brachnom, semeynom i opekunskom prave

ot 22 oktyabrya 1918 g. // SU RSFSR. - 1918. - № 76. - St. 818.

8. Kodeks zakonov o brake, seme i opeke ot 19 noyabrya 1926 g. // SU RSFSR. - 1926. - № 82. - St. 612.

9. Ukaz Prezidiuma Verhovnogo Soveta Soyuza Sovetskih Sotsialisticheskih Respublik ot 8 iyulya 1944 g. «Ob uvelichenii gosudarstvennoy pomoschi beremennyim zhenschinam, mnogodetnyim i odinokim materyam, usilenii ohranyi materinstva i detstva, ob ustanovlenii pochetnogo zvaniya "Mat geroinya" i uchrezhdenii ordena "Materinskaya slava" i medali "Medal materinstva"» // Vedomosti Verhovnogo Soveta Soyuza Sovetskih Sotsialisticheskih Respublik (dalee - VVS SSSR). - 1944. - № 37. - St. 411.

10. Ukaz Prezidiuma Verhovnogo Soveta Soyuza Sovetskih Sotsialisticheskih Respublik ot 14 marta 1945 g. «O poryadke primeneniya Ukaza Prezidiuma Verhovnogo Soveta SSSR ot 8 iyulya 1944 g. v otnoshenii detey, roditeli kotoryih ne sostoyat mezhdu soboy v zaregistrirovannom brake» // VVS SSSR.

- 1945. - № 15. - St. 157.

11. Osnovyi zakonodatelstva Soyuza Sovetskih Sotsialisticheskih Respublik i soyuznyih respublik o brake i seme, utverzhdennyie Zakonom Soyuza Sovetskih Sotsialisticheskih Respublik № 2834-VII ot 27 iyunya 1968 g. // VVS SSSR. - 1968. - № 27. - St. 241.

12. Kodeks o brake i seme Rossiyskoy Sovetskoy Federativnoy Sotsialisticheskoy Respubliki, utverzhdennyiy Zakonom RSFSR ot 30 iyulya 1969 g. // VVS RSFSR. - 1969. - № 32. - St. 1086.

13. Analiticheskie materialyi o polozhenii detey v Sankt-Peterburge [Elektronnyiy resurs] // Sankt-Peterburgskoe gosudarstvennoe uchrezhdenie sotsialnoy pomoschi semyam i detyam «Regionalnyiy tsentr "Semya"». - Rezhim dostupa: http://www.homekid.ru/childinspb/index.html (data obrascheniya: 10.04.2014).

14. Burdanova, N. A. O sudoproizvodstve po zhalobam roditeley na detey v Rossiyskoy imperii // Sovremennyie problemyi yuridicheskoy nauki : materialyi VII Mezhdunarodnoy nauchno-prakticheskoy konferentsii molodyih issledovateley. Yuridicheskiy fakultet Yuzhno-Uralskogo gosudarstvennogo universiteta, 5 6 maya 2011 g. : V 2 ch. - Ch. I. - Chelyabinsk: Tsitsero, 2011.

15. Burdanova, N. A. Pravovoe regulirovanie otnosheniy, voznikayuschih mezhdu roditelyami i detmi pri razdelnom prozhivanii roditeley: istoriko-pravovoy aspekt // Obschestvo. Sreda. Razvitie. - 2010. - № 3.

16. Burdanova, N. A. Reglamentatsiya semeynyih pravootnosheniy v kontekste evolyutsii pravovoy sistemyi Rossii [vyistuplenie na Vserossiyskoy nauchno-teoreticheskoy konferentsii «Pravovaya sistema Rossii: traditsii i innovatsii» 25-27 aprelya 2013 g., Sankt-Peterburgskiy universitet MVD Rossii] // Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta MVD Rossii. 2013. № 3 (59).

17. Burdanova N. A. Roditelskie prava i obyazannosti: soderzhanie i zakonodatelnoe zakreplenie v Rossiyskoy imperii // Istoricheskie, filosofskie, politicheskie i yuridicheskie nauki, kulturologiya i iskusstvovedenie. Voprosyi teorii i praktiki. - 2011. - № 7 (13). - Ch. II.

18. Burdanova, N. A. Traditsii pravovogo regulirovaniya otnosheniy v sfere realizatsii lichnyih roditelskih prav i obyazannostey: suschnost i osuschestvlenie v sovetskoy Rossii // Aktualnyie problemyi teorii i istorii gosudarstva i prava // Trudyi kafedryi teorii gosudarstva i prava Sankt-Peterburgskogo universiteta MVD Rossii / nauch. red. N. S. Nizhnik. - SPb.: Asterion, 2012.

19. Informatsionno-analiticheskie materialyi «O sostoyanii zakonnosti i pravoporyadka v Sankt-Peterburge i rabote organov prokuraturyi v 2013 g.». - SPb., 2014.

20. Metodicheskie rekomendatsii po rassmotreniyu sporov o vospitanii detey. Podgotovlenyi SPb GU «Semya», Sankt-Peterburgskim gorodskim sudom. - SPb., 1999.

21. Nizhnik, N. S. Zaschita interesov nesovershennoletnih v Rossii. - Chelyabinsk, 2000.

22. Nizhnik, N. S. Pravovoe regulirovanie brachno-semeynyih otnosheniy v russkoy istorii (IX - nach. XX veka). - SPb.: Sankt-Peterburgskiy universitet MVD Rossii, 2002.

23. Nizhnik, N. S. Pravovoe regulirovanie semeyno-brachnyih otnosheniy v russkoy istorii. - SPb.: Yuridicheskiy tsentr Press, 2006.

24. Nizhnik, N. S. Regulirovanie otnosheniy v sfere semi i braka v Severo-Zapadnoy Rusi v XII-XV vv. // Pamyatniki rossiyskogo prava : V 35 t. - T. II: Pamyatniki prava udelnoy Rusi : uchebno-nauchnoe posobie / pod obsch. red. R. L. Hachaturova. - M.: Yurlitinform, 2013.

25. Nizhnik, N. S., Burdanova, N. A. Kriterii opredeleniya sub'ektov roditelskih pravootnosheniy: biologicheskiy i sotsialnyie podhodyi // Pravovoy status i pravosub'ektnost litsa: teoriya, istoriya, komparativistika : materialyi VIII mezhdunarodnoy nauchno-teoreticheskoy konferentsii. Sankt-Peterburg, 14-15 dekabrya 2007 g. / pod obsch. red. R. A. Romashova, N. S. Nizhnik: V 2 ch. - Ch. I. - SPb.: Sankt-Peterburgskiy universitet MVD Rossii, 2007.

26. Obzor sudebnoy statistiki o deyatelnosti federalnyih sudov obschey yurisdiktsii i mirovyih sudey v 2012 g. (rassmotrenie grazhdanskih del) // Rossiyskaya yustitsiya. - 2013. - № 8.

27. Otchet o rabote sudov obschey yurisdiktsii pervoy instantsii o rassmotrenii grazhdanskih del za 12 mesyatsev 2012 goda [Elektronnyiy resurs] // Sudebnyiy departament pri Verhovnom sude Rossiyskoy Federatsii: ofits. sayt / URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item=1309 (data obrascheniya: 10.04.2014).

28. Otchet o rabote sudov obschey yurisdiktsii pervoy instantsii o rassmotrenii grazhdanskih del za pervoe polugodie 2013 goda [Elektronnyiy resurs] // Sudebnyiy departament pri Verhovnom sude Rossiyskoy Federatsii: ofits. sayt / URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item=2040 (data obrascheniya: 10.04.2014).

29. Rozhdaemost, smertnost i estestvennyiy prirost [Elektronnyiy resurs] // Federalnaya sluzhba gosudarstvennoy statistiki Rossiyskoy Federatsii. - URL: http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/ rosstat/ru/statistics/population/demography/№ (data obrascheniya: 10.04.2014).

30. Rossiyskiy statisticheskiy ezhegodnik. 2012 : statisticheskiy sbornik. - M.: Rosstat, 2012.

31. Svedeniya ob osnovnyih pokazatelyah rabotyi prokurora i organov sledstviya, doznaniya za 2013 god (v sravnenii s analogichnyim periodom 2012 g.) - SPb., 2014.

32. Sudebnyiy departament pri Verhovnom sude Rossiyskoy Federatsii [Elektronnyiy resurs]. - URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item=951 (data obrascheniya: 10.04.2014).

УДК 341.234 Н.С. Нижник*

Славянский анклав лужицких сербов:

опыт сохранения статуса национального меньшинства

В статье идет речь о лужицких сербах (сорбах, вендах) - славянском населении Германии, официально признанном в ФРГ национальным меньшинством. Сегодня сорбские корни имеют около 60 тыс. немецких граждан, из которых 20 тыс. живут в Нижней Лужице (Бранденбург) и 40 тыс. в Верхней Лужице (Саксония). Они обладают уникальными культурой, языком, историей, сохранить которые в условиях государственно организованного общества в XXI в. становится все сложнее.

Ключевые слова: полабские славяне, лужицкие сербы, сорбы, венды, ФРГ, Нижняя Лужица, Верхняя Лужица, национальное меньшинство, правовой статус национального меньшинства, Домовина, Сербский институт.

* Нижник, Надежда Степановна, профессор кафедры теории государства и права, Санкт-Петербургский университет МВД России, доктор юридических наук, кандидат исторических наук, профессор. Адрес: Россия, 198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1. Тел.: 744-70-76. E-mail: n.nishnik@bk.ru.

* Nizhnik, Nadezhda Stepanovna, professor of the department of theory of state and law, St.-Petersburg University of the Ministry of Internal Affairs of Russia, doctor of juridical sciences, candidate of historical sciences, professor. Address: Russia, 198206, St.-Petersburg, Pilot Pilyutov str., 1. Ph.: 744-70-76. E-mail: n.nishnik@bk.ru.

© Нижник Н.С., 2014