Названия мошкары в русских народных говорах

УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ ПЕТРОЗАВОДСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА

Ноябрь,№ 7

УДК 81'286+81'373.222

Филологические науки 2014

АЛЕКСАНДР АЛЕКСАНДРОВИЧ ПОПОВ

аспирант кафедры русского языка филологического факультета, Петрозаводский государственный университет (Петрозаводск, Российская Федерация) popof@list.ru

НАЗВАНИЯ МОШКАРЫ В РУССКИХ НАРОДНЫХ ГОВОРАХ

Энтомологическая лексика относится к старейшим участкам языковой картины мира и отражает как архаичные, так и современные языковые процессы. Цель данной работы - описание названий мошкары в русских народных говорах в ареально-этимологическом аспекте. В задачи исследования входит: выявление лексического состава, этимологический анализ, определение географической принадлежности слов и картографирование. Материал отобран из картотеки «Лексического атласа народных говоров», а также из основных областных словарей русского языка. На основе материала составлена лексико-словообразовательная карта названий мошкары. Лексический состав семантической группы ‘мошкара’ в русских народных говорах насчитывает около 60 единиц (включая словообразовательные варианты). Большая часть этих слов относится к 5 корневым группам. Доминирующее положение занимают лексемы с корнем мошк-, отмеченные практически повсеместно. Родственные им названия с мушк- преобладают в псковских, кировских и нижегородских говорах. Лексемы с корнем комаш- в русских народных говорах встречаются преимущественно на территории юго-восточной диалектной зоны. В архангельских, кировских и уральских говорах отмечены слова с корнем слеп-. Для говоров Обонежья и Поморья характерно бытование слов, так или иначе связанных с прибалтийско-финскими языками, - это энтомосемизмы кигачи, тигачи, чигач, седоха, сидала и их лексико-словообразовательные варианты.

Ключевые слова: диалектная лексика, названия насекомых, энтомосемизмы, лингвистическая география

Названия насекомых часто становятся объектом лингвистических исследований, поскольку энтомологическая лексика относится к «старейшим участкам языковой картины мира» [2; 24] и, как следствие, отражает и архаичные, и современные языковые процессы.

Энтомосемизмы изучаются в различных аспектах. Для данного исследования особенно важен лингвогеографический аспект. В ДАРЯ включена карта ‘названия муравьёв’ [1], ОЛА содержит 6 лексико-словообразовательных карт, репрезентующих названия ‘муравей’, ‘кузнечик’, ‘божья коровка’, ‘бабочка’, ‘стрекоза’, ‘светлячок’ [7]. Работы С. А. Мызникова [4], [5], [6], Ю. А. Кривощаповой [3], Н. М. Бунько отражают современный этап в изучении энтомосемизмов.

Названия мошкары следует отличать от названий гнуса. Слова со значением ‘гнус’ являются общими названиями всех кусающихся насекомых отряда двукрылых (Diptera): гнус ‘летающие кровососущие насекомые (комары, мошки, слепни)’ (МАС, I; 321). Наименования со значением ‘мошка, мошкара’ - это названия одного из видов насекомых (семейство Simu-liidae): мошка ‘мелкое двукрылое насекомое’, мошкара ‘мошки’ (МАС, II; 306).

Цель настоящей работы - описание названий мошки, мошкары в русских народных говорах в ареально-этимологическом аспекте. В задачи входит: выявление лексического состава, этимо-

логический анализ, определение географической принадлежности слов и картографирование.

Материал отобран из картотеки «Лексического атласа народных говоров» и корпуса основных известных диалектных словарей русского языка. Привлекались также данные из словарей запад-но- и южнославянских, прибалтийско-финских языков, этимологических словарей, атласов и отдельных публикаций (монографий, диссертаций, статей).

1. Название мошка (праслав. *тъ§ъка), мошкара (мошк + ар-а) является производным с суффиксом -ъкъ от праслав. *тъха (ЭССЯ, XXI; 17], (Фасмер, II; 667). В свою очередь, праслав. *тъха является расширением на -а первоначального и.-е. mus- ‘муха’. О. Н. Трубачев отмечает: «Широта семантического охвата корня и.-е. *mus- заставляет склониться к мысли, что в основе номинации лежит название по цвету (‘сероватое’, ‘сероватая’), широко использованное затем в качестве метафорического обозначения мелких вредителей самого разного рода» (ЭССЯ, XX; 211). Рефлексы и.-е. *mus- на русской почве проявляются в словах мошка, муха, мышъ, мох.

Относительно этимологии наименования муха ‘муха’ единого мнения не существует. Так, И. П. Петлева рассматривает 3 возможных признака, лежащих в основе номинации: 1) особенность поведения (жужжащее насекомое),

© Попов А. А., 2014

58

А. А. Попов

2) особенность питания (жалящее насекомое),

3) особенность цвета (сероватое насекомое) (ЭССЯ, XX; 172).

1.1. Лексема мошкара и другие наименования с корневой основой мошк- обладают наиболее широким ареалом, охватывающим все восточнославянские языки: русск. мошкара ‘мошки’ (МАС, II; 306), укр. мошкара ‘мошки’ (СУМ, IV; 815), белорус. мошка, машкара, машкгра, машката, машата ‘мошки’ (ЭСбМ, VII; 76; VI; 284).

На территории русских говоров имеют широкое распространение: лексемы мошкара Повсем., мошкарьё Остр.1 Пск., Фурман., Пестяк. Иван., Байк., Махн., Реж., С.-Лог. Урал., Санчур., Ар-баж., Совет. Киров., Шаркан. Удмурт., мошкарнЯ Белом. Карел., Сланц. Ленингр., Октябр., Судис-лав. Костром., Гд., Кр., Локн., Холм. Пск., Сонк., Зубц. Твер., Ковр. Влад., Кедом. Ряз., Клим. Брян., Дмитров., Глушков., Обоян. Курск., Свеч., Нолин., Совет. Киров., Суксун. Перм., Завьял. Удмурт., Караидел., Альшеев. Башк., мошкот-нЯ Совет., Б.-Солдат. Курск., мошкар и мошкарь Печ., Гд., Н-Рж. Пск., Бутк. Урал., мошкарнЯ га Гд. Пск., мошкарушка Кар. Пск., мошка Режев. Свердл., мошкар Моск., мошкарйна Хв. Новг., мошкота К.-Г. Волог., Гарин. Свердл., Екатер. Сарат., Тимск. Курск., Богуч. Ворон., Волгодон. Рост., Костром., Сиб., мошкарнЯк, собир. ‘мошкара, комары, слепни’ Медв. Карел., Сланц. Ленингр., Гд., Беж., Остр., Н-Рж., Локн. Пск.

Вариант кошмара, собир. ‘мошкара’ Жиздр. Калуж., Павл. Нижегор. является, видимо, результатом метатезы от мошкара. Но нельзя исключать и связи с лексемой кошма ‘множество, тьма’ Юрьев. Влад. (СРНГ, XV; 152).

1.2. Наименования с корнем мушк- распространены довольно широко, с преобладанием в псковских, кировских и нижегородских говорах: мушкара, собир. ‘мошкара’ Пуд. Карел., Ки-риш. Ленингр., Нерехт. Костром., Палк., Остр., Гд., Стр., Печ., Порх., Пуст. Пск., Ок. Новг., На-гор., Слобод., Котельн., Кумен., Богород., Пи-жан., Лебяж., Санчур. Киров., Южск. Иванов., Ардат., Шатк., Лукоян., Вознес. Нижегор., Арх. Башк., Ряз. Ряз., Ромодан., Торб. Морд., Арсен. Тул., Новос. Орл., Воткин. Удмурт., Красноу-фим. Свердл., Куедин. Перм., Моск., Калуж., Ворон., Краснояр., мушкар ‘мелкое насекомое, мошка’ Котел., Санчур. Киров., мушкарй ‘мошки, комары’ Вожгал. Киров., мушкары ‘мошки’ Вят., мушкарьё ‘мошкара’ Кириш. Ленингр., Порх. Пск., мушкарйца, собир. ‘мошкара, комары’ Слобод., Нагор. Киров., мушкварнЯг ‘мошки’ Пуст. Пск.

1.3. Слова с корнем мух-, которые также родственны названиям с корнями мошк-//мушк-, в значении ‘мошка, мошкара’ встречаются в вологодских, белозерско-бежецких и пудожских говорах: мухарица ‘мелкое летающее насекомое;

мошка’ Ник. Волог., мухарьё, собир. ‘мошкара’ Череп. Волог., мухташка ‘мошка’ Пуд. Карел. Ср. также укр. диал. мухар ‘комар’, польск. muchar ‘комар’ (ЭССЯ, XX; 173).

Другая ступень чередования, представленная ст.-слав. мшица ‘комар’, известна всем славянским языкам, а также находит соответствия в других индоевропейских языках (ЭССЯ, XXI; 15).

2. Названия с корнем комаш- в значении ‘ мошкара’ в русских народных говорах встречаются преимущественно на территории юго-восточной диалектной зоны: комашнЯ Мышк. Яросл., Ко-нак. Твер., Клим. Брян., Хохол., Бобр., Вороб., Подгор. Ворон., Выксун. Нижегор., Шентал. Самар., Самойл. Сарат., Жирн., Город., Калач. Вол-гогр., Ракит., Яков. Белгор., Тимаш. Краснодар., широко известно в курских, ростовских и русских говорах Башкирии, комашки ‘мелкие летающие насекомые’ Бобр. Ворон., Тимск., Обоян. Курск., Тимаш. Краснодар. В южнорусских говорах, украинском и белорусском языках для названия комашка актуально также значение ‘всякое насекомое’, ‘муравей’: комашка ‘всякое мелкое насекомое’ Ряз., Ставроп., ‘муравей’ Ряз., комашнЯ ‘муравьи’ Курск., комаха ‘насекомое’, обл. ‘муравей’ (УРС; 361), камашка ‘муравей’ (ЭСБМ, IV; 220).

Р. В. Болдырев выдвигает версию об этимологической связи комаха, комашка ‘насекомое’, ‘муравей’ с праслав. *кот-аг-ъ (русск. комар); предполагается также вторичное сближение с укр. мураха, мурашка ‘комар’ (ЭСУМ; 532). Мнение Р. В. Болдырева кажется убедительным, особенно если учитывать, что авторы ЭССЯ в статье *котагъ делают выводы о первоначальном неразличении названий ‘комар’ и ‘мошка, муха’ (ЭССЯ, X; 170).

3. В архангельских, кировских и уральских говорах отмечены слова с корнем слеп-: слепйца, собир. ‘мошкара’ Кушвин. Свердл., слепуха ‘мелкая мошка’ Пинеж. Арх., слепнЯ, собир. ‘мошки’ Малмыж. Вят., Киров., Североурал. Свердл. Подобные словообразования в славянских диалектах обычно используются для образования названий со значением ‘овод’, ‘слепень’. Ср.: слепень ‘двукрылое насекомое, самка которого питается кровью животного и человека’ (МАС, IV; 135), слепец ‘слепень, овод’ Калуг., Влад., Брян., Ряз., Яросл., Волог., Карел., Арх., Перм., Свердл., Тю-мен., Новосиб., Кемер., Прииртышье, Краснояр. (СрНг, XXXVIII; 263), слтень ‘двукрылое насекомое, самка которого питается кровью животных и людей’ (СУМ, IX; 361), сляпень, обл. слятца ‘слепень’ (РБС; 371). Можно предположить, что в основе семантики данных названий лежит признак, связанный с особенностями поведения, ‘ослеплять, слепить’, поскольку такие мелкие насекомые, как мошки, и вообще большая часть гнуса при передвижении образуют

Названия мошкары в русских народных говорах

59

рой и вызывают помеху, «ослепляют» («Сле-пуха - мелкая така мошка, все в глаза лезут, не можно глаз открыть» Пинеж. Арх. (СРНГ, XXXVIII; 269)).

4. Лексемы с основой солодух- ‘мошка, мошкара’ известны ладого-тихвинским и вологодским говорам: солодуха ‘мошка’ Чуд. Новг., Ленинград., солодушка, собир. ‘мошкара’ Хар. Волог., солодуга ‘мошкара’. Мотивация названия, по Ю. А. Кривощаповой, основывается на свойстве насекомых «лететь на сладкое» [3; 158].

5. Преимущественно русским говорам Карелии и севернее, мурманским говорам известны названия с корнем кигач-//тигач-//цигач-: кигач, кигачи, кигача ‘мошкара’ Медв., Пуд. Карел. тигач, тигача, тигачи ‘мошкара’ Прион., Медв., Пуд., Сегеж. Карел., Выт. Ленингр., тягач ‘мелкое насекомое наподобие комара с остро жалящим хоботком’ Кем., Белом., Прион., Сегеж. Карел., Терск. Мурман., чигач ‘очень мелкая мошка’ Кем., Белом., Лоух. Карел., Терск. Мурман., чигала ‘мошка’ Пуд. Карел., Карг. Арх., цигала Пуд. Карел., Карг. Арх., цигачи ‘комары’ Лоух. Карел. Ср. также кижи ‘моль’ Волог., кижмар, собир. ‘мошка, мошкара’ Пуд. Карел.

С. А. Мызников, вслед за М. Фасмером, отмечает прибалтийско-финское происхождение лексем с корнем кигач-//тигач-//цигач-. Вариант кигач «связан с ливвиковским диалектом карельского языка, где имеет место употребление tihi и kihi, а вариант тигачи восходит к карельсковепсским этимонам. <...> Звуки [ч], [ц] в начале слова восходят к мягкому [т’]» [4; 203-204], [6; 127], (Фасмер; 229).

6. Представляют интерес с этимологической точки зрения энтомосемизмы с корнем сетох-// седох-//ситох-//содох-//сидал-, зафиксированные в архангельских говорах: седоха ‘мелкая мошка’ Плес. Арх., сидала ‘мошка’ Олон., сидола ‘мошкара’ Плес. Арх., ситоха ‘мошкара’ Плес. Арх., сетоха ‘мелкие, кусающиеся мошки, наподобие комаров’ Карг. Арх., сетнюха ‘мошка, гнус’ Онеж. Арх., содоха Олон.

Словоформы с сит-//сид- обнаруживают этимологическую связь с прибалтийско-финской лексикой. В финском языке встречаем syoda ‘есть, поедать’, ‘ кусаться’, ‘ искусать’ (БФРС; 611), в карельском suojtit ‘глисты’, ‘мошкара’, suvvti ‘есть, кушать’, ‘кусать (о насекомых)’ (СКЯМ; 358), syoptiltiin’i ‘мошкара’ Калев., Вокнав., Ке-стен., syobtiltiin’e Тунгуда Белом., syyvti ‘есть’ Мендус. Медв., Поросоз. Суоярв., ‘вредить, портить’ cakatyn’n’titi syodii ‘комары совсем закусали’ (ССКГК; 280).

С. А. Мызников предполагает наличие связи между названиями сидола и чигала [6; 127].

7. В ярославских и псковских говорах отмечены названия с корнем бекас- ‘мелкие насекомые, мошки’: бекасик Рост., Яросл. Яросл., бекас

‘насекомое’ (Бикас - пративна мошка, кусуча) Вл. Пск. Слова с корнем бекас- бытуют и в другом значении: бекасик, шутл. ‘вошь’ Рост. Яросл., см. также бекёска ‘клоп’ Онеж. Арх.

С лексемой бекас связано название пикас ‘комар’ Чуд. Новг. Мена б //п (звонкий // глухой) в данном случае не является регулярным явлением.

8. Наименование жигалица ‘мелкая мошка’ Пуд. Карел. входит в круг лексем с корнем жиг- ‘кровососущее насекомое’: жигалка ‘оса’ Арх., жигачка ‘слепень’ Тихв. Ленингр., жигуль ‘комар’ Пуд. Карел., жигун ‘насекомое, которое жалит, кусает’ Шадр. Перм., ‘слепень’ Гд. Пск., жигунок ‘слепень’ Вл. Пск., жигалка ‘небольшое кровососущее насекомое’ Осташк., Пенов. Твер.

9. Энтомосемизм живчик, собир. ‘мошкара’ Межд. Волог. связан с названиями с корнем жив-, имеющими чаще более общее значение: живчик ‘мелкое насекомое, чаще водяное’ Мез., Кон., Онеж. Арх., живуля ‘кровососущее насекомое (блоха, вошь, клоп)’ Волог., живот, собир. ‘слепни, комары, оводы и т. п.’ Новорж. Пск., живулька ‘водяной жук’ Пинеж. Арх., ‘вошь’ Онеж. Арх., ‘таракан’ Кадн. Волог., живья, собир. ‘живые существа, в том числе очень мелкие (земноводные, насекомые, черви)’ Дн. Пск.

10. Зафиксированы и единичные названия: белокрътка ‘мелкое насекомое, мошка’ Пуд. Карел., муега, собир. Сямж. Волог., мулега, собир. Баб. Волог. (ср. мольга, собир. ‘мелкие насекомые’ Ярц. Смол.), соймы, мн. ‘мошкара’ Медв. Карел., тушка ‘рой комаров, мошкары’ Терск. Мурман., тюбушка Выт. Волог., чесла Пуд. Карел.

Подводя итоги, необходимо отметить, что лексический состав семантической группы ‘мошкара’ в русских народных говорах насчитывает около 60 единиц (включая словообразовательные варианты). Большая часть этих слов относится к 5 корневым группам. На карте (см. рисунок), составленной на основе имеющихся материалов, наглядно представлено противопоставление ареалов основных дериватов. Доминирующее положение занимают лексемы с корнем мошк-, отмеченные практически повсеместно. Родственные им названия с мушк- преобладают в псковских, кировских и нижегородских говорах.

Лексемы с корнем комаш- в русских народных говорах встречаются преимущественно на территории юго-восточной диалектной зоны. В архангельских, кировских и уральских говорах отмечены слова с корнем слеп-.

Для говоров Обонежья и Поморья характерно бытование слов, так или иначе связанных с прибалтийско-финскими языками, - это энто-мосемизмы кигачи, тигачи, чигач, седоха, сидала и их лексико-словообразовательные варианты.

60

А. А. Попов

СПИСОК СОКРАЩЕНИИ

БФРС - Вахрос И., Щербаков А. Большой финско-русский словарь. 7-е изд., стереотип. М.: Живой язык, 2007. 816 с. МАС - Малый академический словарь: В 4 т. / Под ред. А. П. Евгеньевой. Изд-е 3-е, стереотип. М.: Русский язык, 19851988.

Названия мошкары в русских народных говорах

61

РБС - Русско-белорусский словарь: В 3 т Т 3. Минск: БелЭн, 2002. 800 с.

СКЯМ - Словарь карельского языка (ливвиковский диалект) / Сост. Г. Н. Макаров. Петрозаводск: Карелия, 495 с.

СРНГ - Словарь русских народных говоров / Гл. ред. Ф. П. Сороколетов. Вып. 1-46. М.; Л.; СПб.: Наука, 1965-2013.

ССКГК - В. П. Федотова, Т П. Бойко. Словарь собственно карельских говоров Карелии. Петрозаводск, 2009. 350 с.

СУМ - Словник украгньско! мови: В 11 т. Ки!в: Наукова думка, 1970-1980.

УРС - Украинско-русский словарь: В 4 т. Т. 2. Киев: Изд-во АН УРСР, 1958. 768 с.

Фасмер - Фасмер М. Этимологический словарь русского языка: В 4 т. Т 2. 4-е изд., стереотип. М.: АСТ, 2004. 671 с.

ЧРС - Чешско-русский словарь: В 2 т. М.; Прага, 1976.

ЭСБМ - Этымалапчны слоуник беларускай мовы. Т. 1-11. Минск: АН БССР, Беларуская навука, 1978-2006.

ЭССЯ - Этимологический словарь славянских языков. Праславянский лексический фонд / Под ред. О. Н. Трубачева. Вып. 1-38. М.: Наука, 1972-2012.

ЭСУМ - Етимолопчний словник украшско! мови: В 7 т. Т 2. Кшв: Наукова думка, 1985. 571 с.

ПРИМЕЧАНИЕ

1 Здесь и далее географические пометы даются в соответствии с обозначениями, принятыми в словарях-источниках. Материал из картотеки ЛАРНГ оснащается пометами, используемыми в СРНГ.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Диалектологический атлас русского языка: Центр Европейской части России. Вып. III. Ч. I. Лексика. Карты. М.: Наука, 1997. 374 с.

2. Корнилов О. А .Языковые картины мира как производные национальных менталитетов. Изд. 2-е, исправ. и доп. М.: ЧеРо, 2003. 349 с.

3. Кривощапова Ю. А .Русская энтомологическая лексика в этнолингвистическом освещении: Дисс. ... канд. фи-лол. наук. Екатеринбург, 2007. 252 с.

4. Мызников С . А .Русские говоры Обонежья. Ареально-этимологическое исследование лексики прибалтийскофинского происхождения. СПб.: Наука, 2003. 540 с.

5. Мызников С . А . Лексика финно-угорского происхождения в русских говорах Северо-Запада: этимологический и лингвогеографический анализ. СПб.: Наука, 2004. 492 с.

6. Мызников С . А . Атлас субстратной и заимствованной лексики Северо-Запада. СПб.: Наука, 2007. 395 с.

7. ОЛА - Общеславянский лингвистический атлас. Серия лексико-словообразовательная. Вып. 1. Животный мир. М.: Наука, 1988. 188 с.

Popov A. A., Petrozavodsk State University

NAMES OF MIDGES IN RUSSIAN FOLK DIALECTS

Entomological vocabulary refers to the oldest parts of the linguistic world-image and reflects both archaic and modern linguistic processes. The purpose of this paper is to describe the names of midges in the Russian folk dialects from areal-etymological approach. The objectives of the study include: identification of lexical structure, etymological analysis, determination of geographical origin of the words and mapping. The matter is selected from the card-index of “Lexical Atlas of Russian folk dialects”, as well as main regional dictionaries of the Russian language. The lexical and derivational map of the names of midges is made up on the basis of the following matter. The lexical structure of the ‘midges’ semantic group in Russian folk dialects has about 60 units (including derivational variants). Most of these words refer to five root groups. The lexical units with the root мошк- dominate among them and are marked almost everywhere. The names with мушк- related to them prevail in Pskov, Kirov, and Nizhniy Novgorod dialects. The lexical units with the root комаш- in Russian folk dialects can be found mainly in the south-eastern dialect area. Words with the root слеп- are marked in Arkhangelsk, Kirov , and Ural dialects. It is significant for dialects of Obonezhje and Pomorje to possess words that are somehow connected with the Baltic-Finnish languages - these are so-called entomosemizmy (the names of insects) кигачи, тигачи, чигач, седоха, сидала and their lexical-derivational variants.

Key words: dialectal vocabulary, the names of insects, linguistic geography

REFERENCES

1. Dialektologicheskiy atlas russkogo yazyka: Tsentr Evropeyskoy chasti Rossii. Vyp. III. Ch. I. Leksika. Karty [Dialectological atlas of Russian language. The Center of the European part of Russia Vol. III. Part I. Vocabulary. Maps]. Moscow, Nauka Publ., 1997. 374 p.

2. Kornilov O. A. Yazykovye kartiny mira kak proizvodnye natsional’nykh mentalitetov [Language world models as derivatives of national mentalities]. Moscow, CheRo Publ., 2003. 349 p.

3. Krivoshchapova Yu. A.Russkaya entomologicheskaya leksika v etnolingvisticheskom osveshchenii: Diss. ... kand. filol. nauk [The Russian entomological lexis in ethnolinguistic representation. PhD. filolog. sci. diss.]. Ekaterinburg, 2007. 252 p.

4. Myznikov S. A.Russkie govory Obonezh’ya. Areal’no-etimologicheskoe issledovanie leksiki pribaltiysko-finskogo proiskhozhdeniya [Russian dialects of Obonezhie. Area etymological vocabulary study of Finno-Ugric origin]. St. Petersburg, Nauka Publ., 2003. 540 p.

5. Myznikov S. A. Leksika finno-ugorskogo proiskhozhdeniya v russkikh govorakh Severo-Zapada [Lexis of Finno-Ugric origin in Russian dialects of the North-West]. St. Petersburg, Nauka Publ., 2004. 492 p.

6. Myznikov S. A. Atlas substratnoy i zaimstvovannoy leksiki Severo-Zapada [Atlas of the substrate and unoriginal lexis of the North-West]. St. Petersburg, Nauka Publ., 2007. 395 p.

7. Obshcheslavyanskiy lingvisticheskiy atlas. Seriya leksiko-slovoobrazovatel’naya. Zhyvotnyy mir [The Slavic linguistic atlas. Lexical-derivational series. Animal world]. Vol. 1. Moscow, Nauka Publ., 1988. 188 p.

Поступила в редакцию 21.08.2014