2014. 04. 012. Марьянчик В. А. Аксиологичность и оценочность медиаполитического текста

направлена из прошлого в будущее, однако степень ориентации на будущее и роль других временных пластов значительно отличаются от культуры к культуре. Значимость концепта время находит отражение в том факте, что в большинстве европейских языков они имеет множество языковых репрезентаций. Так, например, в англоязычной культуре концепт время находит свое выражение в трех грамматических категориях глагола: времени, вида и временной соотнесенности, каждая из которых представляет свою специфическую интерпретацию данного концепта: категория времени выражает отношение действия к моменту речи, категория вида содержит в своей основе внутреннюю темпоральную интерпретацию действия по линии такого признака, как длительность (процессу -альность); в основе категории временной соотнесенности находится значение предшествования действия определенному моменту на временной оси или другому действию.

В исследовании показано, как благодаря этнокультурным факторам определяется выбор залоговых конструкций, а также синтаксическое построение предложения.

В «Заключении» приводятся выводы по работе.

Список литературы включает работы на русском, английском, французском языках.

М.Б. Раренко

КОММУНИКАЦИЯ. ДИСКУРС. РЕЧЕВЫЕ ЖАНРЫ

2014.04.012. МАРЬЯНЧИК В.А. АКСИОЛОГИЧНОСТЬ И ОЦЕ-НОЧНОСТЬ МЕДИАПОЛИТИЧЕСКОГО1 ТЕКСТА. - М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2013. - 272 с. - Библиогр.: с. 252-266.

Ключевые слова: медиаполитический текст; аксиологич-ность (ценностность); оценочность; оценки; аксиологическая структура текста; аксиологическая модель текста.

Монография, посвященная исследованию семантико-стилис-тических категорий аксиологичности и оценочности в медиаполи-тических текстах, состоит из введения, трех глав и заключения.

1 В заглавии представлена авторская орфография. - Прим. реф.

Во введении автор отмечает, что категории аксиологичности и оценочности являются взаимосвязанными и взаимодействующими, однако их необходимо разграничивать. В данной работе оценка характеризуется как ментальная операция, выраженная в форме оценочных языковых и текстовых единицах, - в лексике, в высказываниях, в текстах и в отдельных жанрах. Аксиологичность, или ценность, определяется как «единица, структурирующая картину мира. Она соотносится с речью и языком посредством лингвокуль-турных концептов, вербальных знаков этих концептов» (с. 6). Ценность служит основанием или объектом оценки, однако акт ценностного структурирования картины мира не сводится к оцениванию, и аксиологическая структура медиатекста не сводится к сумме оценочных средств. Медиаполитический текст особенно интересен в плане аксиологичности и оценочности, так как он образует центр медиадискурса и публицистического стиля и демонстрирует процессы соединения дискурсов.

В первой главе «Ценность как центральное понятие политической аксиологии» автор утверждает, что при разном понимании научной категории ценности привлечение лингвистических методов для решения проблем аксиологии неизбежно, поскольку все социальные, политические и культурные ценности опосредованы в языке.

В главе рассматриваются вопросы, связанные с квалификацией ценности как научной категории, - объективистское и субъективистское понимание ценностей, их классификация и иерархия, роль ценностей в культуре. Ценности формируются и функционируют в культуре, они являются ее мерилом и критерием при разграничении культур. Вместе с тем в культурном пространстве выделяются относительно самостоятельные области, такие как этнические и социальные ценности. Политические ценности, представленные в политическом дискурсе, включаются в группу социальных ценностей.

«Список» политических ценностей в культуре является открытым, их иерархия варьируется. На основе анализа текста Послания Президента Федеральному собранию (ноябрь 2008 г.) выявляется значимость новых для России начала XXI в. ценностных ориентиров - стабильности и глобализации. Понятие стабильности заменило традиционную советскую политическую идеологему

мир (во всем мире). Их ключевая роль подтверждается богатой контекстуальной синонимией (устойчивое развитие, стабилизация экономики, солидарность общества, цели неизменны, обеспечивается надежно; мировое сообщество, глобальная экономика, взаимосвязанный мир, единство разных культур и т.д.). Их антиподы (антиценности) выражены словосочетаниями пейоративного характера, аргументирующими необходимость стабильности и глобализации (глобальный кризис, международный хаос, кошмарить бизнес). Иерархия политических ценностей, выявленных в данном тексте, представлена в таблице (с. 49). Согласно выводам В. А. Марьянчик, на вершине аксиологической «пирамиды», смоделированной в тексте, находятся ценности жизнь и власть. Далее следуют собственно политические ядерные ценности - стабильность, глобальность, справедливость. Ниже располагаются терминально-инструментальные ценности, представляющие категории, которые являются и целью, и инструментом (например, общество, закон), и ценности, которым в тексте приписывается инструментальный статус. В их число попадают ценности, связанные с концептом 'человек' - семья, нравственность, здоровье, образование, культура, толерантность и др.

Во второй главе «Языковые механизмы оценочности и ак-сиологичности» анализируется взаимосвязь данных понятий по отношению к концепту, лексике, высказыванию и тексту (жанру).

В лингвистике исследование ценностей проводится посредством изучения научных конструктов - концептов. При лингво-культурологическом подходе концепт понимается как категория, реализуемая через отдельные единицы языка и речи, при этом только культурно-значимые слова признаются именами концептов, и ценностная составляющая признается обязательным компонентом семантической структуры концепта. Автор выделяет особую группу аксиологических концептов, определяя данный тип как «ментальный конструкт, сосредоточивающий в себе знания, представления, понятия о духовных ценностях - нравственных, эстетических, познавательных, религиозных (красота, свобода, праведность и грех, правда и истина и др.)» (с. 59). Такие концепты обычно вербализуются отвлеченными существительными, но «возможна и предметно-символическая вербализация: Москва, мать и др.» (там же). Разграничиваются категории аксиологических кон-

цептов и базовых концептов культуры - к последним относятся основные для лингвокультурной общности единицы картины мира, соотносимые с феноменами разной природы (огонь, интеллигенция, закон, авось). Ценность может быть представлена в языке и дискурсе как именем аксиологического концепта, так и ключевыми концептами культуры (интеллигенция) и ключевыми концептами дискурса (равенство, толерантность).

В политическом дискурсе ценностная сема часто представлена в идеологическом компоненте значения имени концепта, связанном с отношением общества и субъекта речи к актуальным социальным явлениями и вопросам, с политическими взглядами (выборы, партия, Соловки, права человека). Эти слова и устойчивые словосочетания являются идеологемами, в которых идеологическая информация содержится не в коннотации, а в денотативном ядре значения. Идеологемы (идеологические и лингвоидеологиче-ские концепты) обычно опираются на наивную картину мира, репрезентируют стереотипные социальные образы. При этом они являются аксиологическими, так как выстраиваются вокруг категорий добра и зла и апеллируют к пре-текстам. Они также характеризуются заданностью идеи, наличием регулярно ориентирующей и прескриптивной функций, поэтому на идеологемах выстраиваются политические мифы.

Оценка, будучи ментально-вербальным действием, включает процессы оценочной категоризации и оценочной концептуализации. Выделяется также категория оценочности, под которой понимается потенциал языковой единицы или высказывания, их «способность эксплицировать положительные или отрицательные свойства объекта, его фиксацию на оценочной оси, его место в аксиологическом поле» (с. 77). Ценность выступает базой для оценки: оценка есть интерпретация на основе принятой ценности. «Ценности и оценки объединяются в аксиологической функции -функции ценностного моделирования и оценивания мира. Аксиологическая картина мира совмещается с языковой картиной мира большей частью с помощью оценок, которые зафиксированы в языке и речи» (с. 80).

Оценочность лексем и синтаксем полностью выявляется только в рамках оценочного высказывания - обладающей предикативностью и пропозитивностью коммуникативной единицы, в ко-

торой отражается обозначаемая онтологическая ситуация. В.А. Марьянчик устанавливает степень выраженности оценки в зависимости от характера ее проявления в высказывании. Выделяются основные типы высказываний: 1) эксплицитные оценочные, в которых используется оценочно маркированная лексика и оценочные смыслы интерпретируются однозначно; 2) имплицитные оценочные, в которых происходит замена всех оценочных компонентов и которые, таким образом, «маскируются» под неоценочные. Между этими полюсами находятся высказывания, содержащие разную по степени выраженности косвенную оценку. В таких высказываниях один или несколько оценочных элементов заменяются автором и / или реализуются в подтексте, но общий оценочный вектор сохраняется, так как присутствуют единицы оценочной лексики.

Оценочный жанр определяется как «форма текста, в котором оценка является 1) ведущей функцией, 2) композиционным центром, 3) основной модальностью» (с. 133). Оценка может быть одним из главных критериев классификации медиаполитических текстов, например в их разделении на информационные, побудительные и оценочные. По мнению автора, в публицистическом дискурсе категория оценки формирует «жанровое поле» (с. 130), ядро которого представляют аналитические жанры, так как аналитика акцентирует оценочное отношение к ситуации, часто - в виде субъективной оценки. В приядерной зоне - побудительные жанры, в которых оценка выполняет аргументативную и регулятивную функции; дальше от ядра располагаются художественно-публицистические жанры, которым более свойственна имплицитная оценочность. На периферии оценочного поля находятся информационные жанры, в которых обычно моделируется нейтральность, объективность изложения.

Оценочные высказывания, реализующие оценку на уровне языковой формы, становятся в текстах центром, вокруг которого формируется фрагмент, обладающий субъективно-модальным значением. Это значение, в свою очередь, проецируется на смысл целого текста. Актуальным для изучения текстов в этом плане является также деление субъективной модальности на фразовую и текстовую, которые трактуются автором в соответствии с определением И.Р. Гальперина: фразовая модальность выражается грамматическими и лексическими средствами; текстовая, кроме этих

средств, появляется в распределении предикативных отрезков высказывания, в характеристике героев, в сентенциях и умозаключениях, а также в ряде других средств1.

В третьей главе «Аксиологическое моделирование медиапо-литического текста» исследуются особенности формирования аксиологического контекста и аксиологической композиции в данном типе текста. Автор придерживается точки зрения на медиадискурс как на стилистически многомерное явление. Медиадискурс не ограничивается публицистикой; публицистический текст также не ограничивается рамками массмедиа и медиаполитического дискурса: существует книжная публицистика разной тематической направленности - просветительской, религиозной, художественно-политической. Однако общность социальной природы публицистического и массмедиального текстов обусловливает наличие общих тематических и стилистических черт. Медиаполитический текст определяется в монографии как «продукт медиаполитического дискурса, формирующегося в результате наложения институциональных дискурсов. Медиаполитический текст, как правило, оформляется в рамках публицистического стиля (в информационном, аналитическом, художественно-публицистическом жанрах) и обладает соответствующими функционально-стилевыми признаками» (с. 144). Его основные функции следующие: конструирование политической реальности, информативная, воздействующая, манипу-лятивная, оценочная и функция аксиологического моделирования.

Оценочность является центральным, имманентным свойством медиаполитического текста, организующим вокруг себя другие его функционально-стилистические характеристики; она тесным образом связана с аксиологичностью. Под аксиологичностью понимается способность текста создавать, моделировать, корректировать и воспроизводить ценности и антиценности языковой картины мира автора и адресата. Вокруг этих категорий формируются такие важные для медиаполитического текста свойства, как объективность / субъективность, идеологизированность, диалогичность.

1 Гальперин И.Р. Текст как объект лингвистического исследования. - М., 2006. - 138 с.

Аксиологический контекст понимается в монографии как совокупность ценностных концептов и оценок, которые эксплициро-ванно или имплицированно представлены в тексте и воссоздаются в сознании автора и читателя в результате ассоциации фактуальной, концептуальной и подтекстовой информации с личным опытом.

Выявляя параметры аксиологической структуры текста и ее инвариантной модели, В.А. Марьянчик определяет первое из этих понятий как результат взаимодействия социально значимой информации, заложенной в тексте, авторской интерпретации фрагмента действительности и ценностной картины мира адресата. Аксиологическая модель медиаполитического текста, являющаяся результатом его научного исследования, также сохраняет черты индивидуальной интерпретации. Однако унифицированность компонентов структуры позволяет увеличить степень объективности анализа. В модель аксиологической структуры исследуемого типа текста включаются следующие компоненты: 1) аксиологический образ автора (нормы, стереотипы, ценности, идеалы, входящие в картину мира создаваемого в тексте образа автора и представленные на языковом уровне или на уровне подтекста; 2) аксиологический образ адресата (нормы и ценности, входящие в аксиологическую картину мира создаваемого в тексте образа адресата и также репрезентированные на языковом уровне или в подтексте); 3) ценностно маркированный сценарий (устойчивая последовательность эпизодов, действий участников описываемой ситуации / события, получивших в сознании носителей языка и культуры соответствующее имя и оценочный знак); 4) векторы оценки (суждения, мнения рационального или эмоционального характера, которые могут быть направлены как от автора, так и от адресата на персонаж или же от персонажа на автора или адресата текста); 5) персонажи - носители ценностей / антиценностей (образы политических персон или групп, за которыми закреплены в рамках данного сценария соответствующие мелиоративные или пейоративные роли) (с. 199-200).

Результаты анализа медиаполитических текстов приводят В. А. Марьянчик к определенным выводам относительно постоянства и активности компонентов их аксиологической структуры: 1) набор аксиологических компонентов в одном тексте может значительно различаться, постоянно присутствует только медиаполи-

тический сценарий, другие составляющие аксиологической структуры являются переменными; 2) наиболее активными из них являются ценностная структура образа автора и оценки автора; 3) тексты с нулевой реализацией аксиологической структуры не обнаружены, однако тексты, включающие все компоненты аксиологической структуры, также не были обнаружены. Такой результат свидетельствует о том, что «нейтральные» медиаполитические тексты представляют собой только гипотетический конструкт. Можно предположить, что создатели медиаполитического текста сознательно или подсознательно оценивают его воздействующий потенциал, при этом наиболее эффективной признается структура, включающая среднее число аксиологических компонентов, а более детальная реализация признается избыточной. Стилистические различия текстов, имеющих одинаковую или сходную модель аксиологической структуры, заключаются преимущественно в пункте вектора оценки. Это доказывает, что аксиологичность и оценочность медиапо-литических текстов подчинены целям воздействия на адресата.

Е.О. Опарина

2014.04.013. ИСАКОВА Л.Д. ХАРАКТЕРНЫЕ СВОЙСТВА ЛИНГВИСТИЧЕСКОГО ДИСКУРСА. - М.: ИПК МГЛУ «Рема», 2012. -96 с. - Библиогр.: с. 69-92.

Ключевые слова: лингвистический дискурс; речь; научный стиль.

В монографии рассматриваются особенности научной речи лингвистов - в устной и письменной формах - с разных сторон: фонетики, грамматики, лексики, стилистики, а также традиций научного изложения, проявления авторской индивидуальности.

Монография состоит из введения, трех глав, заключения, списка литературы; приводятся текстовые источники анализа научного стиля.

Научный дискурс постоянно находится в центре внимания исследователей, поскольку его создатели - люди интеллектуального труда, которые сознательно и целенаправленно используют языковые средства для выражения своих научных идей. В лингвистическом дискурсе обнаруживаются как черты научного стиля в целом, так и своеобразие именно лингвистического подстиля. Язык