Немецкие модальные слова, маркирующие вторичность информации

УДК 803.0

Р. Д. Шакирова

НЕМЕЦКИЕ МОДАЛЬНЫЕ СЛОВА, МАРКИРУЮЩИЕ ВТОРИЧНОСТЬ ИНФОРМАЦИИ1

Аннотация. В статье рассмотрена эпистемическая функция немецких модальных слов angeblich и vorgeblich, которые применяются для маркирования знания «из вторых рук». Установлено, что при употреблении данных лексем источник информации остается имплицитным. Анализ показал, что для говорящего важнее указать на вторичность информации, в достоверности которой он сомневается, чем маркировать источник этой информации.

Ключевые слова: немецкий язык, модальное слово, наречие, эпистемический статус высказывания, вторичность информации, коммуникативная ситуация, источник информации, сомнение.

Abstract. This article deals with the epistemic function of the german modal words angeblich and vorgeblich which serve to convey the knowledge “of second hand”. It is stated that in the use of these lexemes the source of the information remains implicit. The analysis shows that for the speaker it is more important to mark the secondariness of the information the certainty of which he doubts than to indicate the source of this information.

Keywords: German language, modal word, adverb, epistemic status of a statement, secondariness of information, communicative situation, source of information, doubt.

Возрастание интереса лингвистики к когнитивным аспектам языка способствовало усилению ее внимания к проблеме знания и мнения, имеющей длительную традицию изучения в философии и логике. Широкое освещение концепт знания получил еще в аналитической философии (новом для философского мышления ХХ века течении), сторонники лингвистического направления которой исследовали разнообразные концепты на основе анализа употребления соответствующих слов в повседневной или обыденной речи.

Изучение корректности употребления выражения «Я знаю» с разными высказываниями позволило выдающемуся представителю этого философского направления, знаменитому австрийскому философу Л. Витгенштейну систематизировать в своей работе «О достоверности» высказывания, с которыми это выражение не может быть использовано. Речь идет, во-первых, о перцептивных высказываниях, сформулированных говорящим в момент его непосредственного наблюдения; во-вторых, о высказываниях, описывающих внутреннее состояние говорящего; в-третьих, о высказываниях, базирующихся на системе очевидностей, принятых в обществе, будь-то историческая очевидность или очевидность физических тел и т.д.; в-четвертых, о высказываниях, основанных на аналитических суждениях математики, логики и других наук, отличающихся точностью и очевидностью логического вывода [1, с. 324]. Такие высказывания можно считать эпистемически объективными в отличие

1 Исследование выполнено при финансовой поддержке Российского гуманитарного научного фонда в рамках научно-исследовательского проекта № 08-04-00047а («Эпистемический статус высказывания»).

от остальных, составляющих меньшую часть, высказываний, которые характеризуются субъективным эпистемическим статусом [2].

Параметры, позволяющие использование выражения «Я знаю» (в нашей терминологии речь идет о эпистемической субъективности высказывания), также были впервые рассмотрены в указанной работе Л. Витгенштейна [1]. Сюда относятся высказывания, по отношению к которым в равной степени возможно как знание, так и незнание, а также сомнение. Эти высказывания допускают вопрос «Каким образом ты это знаешь?» или «Откуда я это знаю?», другими словами, требуют уточнения источника информации.

Эпистемически субъективные высказывания строятся на основе «обыденных» знаний и базируются на чувственном восприятии действительности, выводном знании и знании «из вторых рук». В настоящей статье рассматриваются модальные слова (в дальнейшем МС) angeblich и vorgeblich, маркирующие знание «из вторых рук». В силу того, что говорящий не принимает непосредственного участия в процессе приобретения такого рода знания, его можно считать вторичным для говорящего. Однако знание «из вторых рук» занимает существенное место в познавательной деятельности. Добывая знания в ходе познания окружающего мира на базе сенсорной или мыслительной активности либо чужого знания, мы регулярно обмениваемся информацией с другими людьми. На протяжении всей жизни происходит пополнение фонда наших знаний либо в процессе повседневного межличностного общения, либо через средства массовой коммуникации и т.д. Знания, которые приобретаются самостоятельно в результате собственного перцептивного опыта или посредством анализа и синтеза новой информации, оказываются все же недостаточными для полноценной коммуникации, поэтому знания должны регулярно обогащаться. И действительно, они постоянно пополняются, порой даже не зависимо от нашего желания.

Приступая непосредственно к изучению МС, нельзя не отметить неоднозначность в трактовке отдельных моментов функционирования МС вообще и angeblich и vorgeblich в частности. Это касается в первую очередь частеречного статуса МС, а также места angeblich и vorgeblich по отношению к другим классам МС и др.

В лингвистической литературе можно выделить три подхода относительно позиции немецких МС среди других частей речи: 1) МС причисляются к частицам; 2) МС рассматриваются в составе наречий; 3) МС выделяются в самостоятельную часть речи. Известно, что слова объединяются в часть речи на основе общности морфологических, синтаксических и семантических признаков. Однако при более тщательном изучении критериев, которые позволяют отнести МС к частицам или наречиям, обнаруживается, что при этом игнорируется семантическая характеристика МС. Так, МС причисляются к группе частиц наряду с собственно частицами, предлогами, союзами, наречиями, междометиями на базе общности лишь одного признака - морфологической неизменяемости. Что касается отнесения МС к наречиям, то, безусловно, это мнение выглядит более убедительным в силу наличия таких общих признаков МС и наречий, как морфологическая неизменяемость, синтаксическая позиция в предложении, частичная общность словообразовательной модели (ziellos - zweifellos; stofiweise - moglicherweise), возможность омонимичного употребления. Но и здесь формальные грамматические признаки предопределяют место МС среди других частей речи.

В противовес наречиям, которые обозначают признак действия, МС передают субъективную оценку содержания всего высказывания. Согласно синтаксическим функциям дифференциация проходит по признаку принадлежности наречий к какому-либо одному члену предложения, тогда как МС относятся ко всей субъектно-предикативной основе предложения.

Основным отличительным синтаксическим признаком МС можно назвать как их способность к трансформации в сложноподчиненное предложение с дополнительным (dass-придаточное), так и обратную трансформацию таких предложений в простые предложения с МС. При этом в главном предложении употребляется лексическая единица, значение которой семантически связано с МС. В отличие от МС наречия не допускают такое перефразирование. Рассмотрим в этой связи ряд примеров: Vermutlich wuBte ich selbst nicht, warum ich mir von der Auskunft die Nummer meines Vaters geben lieB (I. Schulze) ^ Ich vermute, dass ich selbst nicht wusste, warum ich mir von der Auskunft die Nummer meines Vaters geben lieB; Nach dem Artikel hat er ... gehofft - vermute ich, dap... (I. Schulze) ^ Nach dem Artikel hat er vermutlich... gehofft, dass.

Кроме того, МС допускают ответную реплику на общие вопросы, образуя однокомпонентные предложения, в противоположность наречиям, которые могут употребляться лишь как ответ-реплика на частный вопрос. Следствием этого является недопустимость частного вопроса к МС. Например, на частный вопрос «Was durfen wir denn?» нельзя ответить «Naturlich», тогда как общий вопрос «Durfen wir das denn?» допускает ответ «Naturlich» (K. Wasserfall).

На наш взгляд, учет всех признаков как грамматического, так и семантического плана позволяет выделить МС современного немецкого языка в самостоятельную часть речи.

Относительно положения angeblich и vorgeblich среди других МС следует отметить, что в последнее время наблюдается единодушие во взглядах исследователей по этому вопросу. При классификации МС германисты прошлого не выделяли angeblich и vorgeblich в отдельную группу, рассматривая их совместно с МС, передающими оценку говорящего достоверности содержания высказывания: augenscheinlich, kaum, moglich, mutmafilich, offenbar, scheinbar, schwerlich, vermutlich, vielleicht, wahrscheinlich, wohl, zweifellos и др. [З, 4]. В более поздних исследованиях angeblich и vorgeblich отделяются от других МС. Так, Г. Хельбиг и А. Хельбиг [5] наряду с такими группами МС, как индикаторы достоверности, характеризующиеся признаком «эпистемиче-ский»; индикаторы гипотезы, характеризующиеся признаком «доксастиче-ский»; эмоции; индикаторы оценки, выделяют специальную группу МС, индикаторов дистанцирования, состоящую из angeblich, vermeintlich, vorgeblich.

В принципе точки зрения исследователей прошлого и настоящего не противоречат друг другу главным образом потому, что и в одном, и в другом случае, безусловно, выражается та или иная степень достоверности высказывания. Дифференциация детерминирована разными источниками информации об объективной действительности: в одном случае высказывание базируется на выводном знании, в другом - на знании «из вторых рук».

Говоря собственно о МС angeblich и vorgeblich, следует прежде всего отметить, что vorgeblich в современном немецком языке практически не используется. Вероятно, можно утверждать о переходе его в разряд устаревшей лексики. Наш иллюстративный материал содержит лишь два примера упот-

ребления МС vorgeblich. Речь идет о романах Г. Манна «Юность короля Генриха Четвертого» и П. Зюскинда «Парфюмер: история одного убийцы», в которых оно, по всей видимости, употребляется для придания исторической достоверности описываемой эпохе: Allerdings wollte sie ihn auch von Margot trennen. <.. .> Daher versuchte Sauves ihren zeitweiligen Gefahrten zu uberzeugen, sie hatte ihn von je geliebt - schon seit der ersten Begegnung im Garten. Der wird der meine, und ich gehore ihm ganz: dies hatte sie vorgeblich sogleich be-schlossen (T. Mann); Dort zundeten sie ein groBes Feuer an, vorgeblich aus AnlaB der Sonnenwende und zu Ehren des heiligen Johannes. (P. Suskind).

Любой язык, в том числе и современный немецкий, можно отнести в какой-то степени к диссипативным структурам или самоорганизующимся системам. Введение в широкий научный обиход термина «диссипация» связано с созданием теории открытых систем, разработкой особого типа динамических состояний, диссипативных самоорганизующихся структур, способствующих спонтанному возникновению «порядка из беспорядка». Самоорганизацию можно рассматривать как один из возможных путей эволюции языка. Некоторое звуковое и полное семантическое сходство слов angeblich и vorgeblich, а также необходимость исключения возможности паронимичес-кого употребления слов vorgeblich и vergeblich способствовали вытеснению лексемы vorgeblich МС angeblich. Поэтому в дальнейшем изложении мы будем опираться прежде всего на МС angeblich.

В противоположность другому маркеру знания «из вторых рук», конъюнктиву косвенной речи, включение МС angeblich в исходное высказывание не приводит к каким-либо существенным изменениям в его структурной организации. Например: Du warst doch angeblich Schauspielerin (J. Kuckart) ^ Du warst doch Schauspielerin. Думается, что основное преимущество МС angeblich перед конъюнктивом косвенной речи заключается в проявлении принципа экономии в языке при употреблении МС angeblich. Принцип экономии языковых средств связывали в первую очередь с тенденцией к экономии физиологических затрат, направленных на достижение удобств при произнесении звуков в потоке речи. Однако влияние этого принципа в наши дни наблюдается во всех сферах и областях языковой системы. Благодаря возможности устранения в высказывании вводящего компонента передающий существенно упрощает свое высказывание. Это позволяет ему более экономно и удобно передать чужую информацию, хотя нельзя не отметить при этом и некоторую ущербность МС angeblich. Вследствие отсутствия в поверхностной структуре высказывания вводящего глагола говорящий лишается возможности для обозначения временного соотношения между моментом речи «хозяина» информации и моментом передачи содержания его высказывания. В этом МС angeblich обнаруживает функциональную схожесть с инфинитивными конструкциями модальных глаголов sollen или wollen во вторичной функции, которые также относятся к маркерам вторичности информации. Аналогично МС angeblich они не имеют вводящего компонента и поэтому являются более удобной, но и одновременно ущербной моделью воспроизведения чужого утверждения. Например: Da sollen fast alle Eltern genickt haben (G. Grass) (Ср.: Da haben angeblich fast alle Eltern genickt).

При исследовании МС angeblich возникает неясность относительно источника информации. Как показывает языковой материал, «хозяином» информации может стать в одном случае сам персонаж художественного произ-

ведения, а в другом - неизвестные лица. Значительную роль при дифференциации субъекта речи получателем информации играет сопутствующий коммуникативный контекст. Так, в нижеследующем примере совершенно очевиден источник чужого утверждения - альпинист, слова которого воспроизводятся не только посредством МС angeblich, но также и с помощью презентно-го конъюнктива, а главное посредством прямой речи. Напомним, что прямая речь наравне с косвенной речью относится к средствам воспроизведения чужого утверждения: Wir holten unsere Mantel heraus und liefen im Gansemarsch zur Altstadt hinauf, Gabriela und der Bergsteiger vorneweg. Der war aufgebracht und bestand darauf, nach Assisi gefahren zu werden, das bei gutem Wetter angeblich von hier aus zu sehen sei. «Zum Greifen nah», hat er immer wieder gesagt (I. Schulze).

В другом коммуникативном контексте первичная констатация факта относится, вероятнее всего, к позвонившему человеку, но, во всяком случае, не к сыну Зердаля Толука Мурату: Am spaten Nachmittag klingelte das Telefon. Serdal Toluk nahm den Horer ab, aber sagte kein Wort. Er horte zu, nickte ein paar Mal und legte schlieplich auf. Sein Gesicht war jetzt ganz weip. <.> Nach einigen Minuten sagte er schlieplich: «Murat ist im Untersuchungsgefangnis. Und der Jun-ge, den er angeblich niedergeschlagen hat, ist der Schwerverletzte. Er liegt noch im Koma» (I. Heyne).

В следующем примере источником информации могут быть знакомые действующему лицу произведения люди, которые сообщили воспроизводимые сведения. Причем эти сведения, возможно, были высказаны окружающими неоднократно: Lydia fragt, ob ich jemanden kenne, der, wie wir, nichts erbt. «Denke schon», sage ich, werde jedoch unsicher. <...> Lydia weip von einer alleinstehenden Frau, die wegen der neuen Autobahnauffahrt bei Schmolln angeblich zwei Millionen fur ein Stuck Kartoffelacker bekommen hat (I. Schulze).

Другой пример иллюстрирует возможность совпадения субъекта речи с субъектом действия исходного высказывания: Die Schwestern Dengelmann setzten Holt... ein Fruhstuck vor... Und das, obwohl sie angeblich nicht wissen, wie sie mich ernahren sollen... (D. Noll) ^ .wir wissen nicht, wie wir dich ernahren sollen.

В отдельных ситуациях источник информации не определяется, воспроизводимые сведения можно приписать молве: Ganz wie es angeblich man-chen Mannern bei der sogenannten Liebe auf den ersten Blick geschieht, wo ihnen blitzschlagartig aufgeht, dass eine bisher nie gesehene Frau die Frau des Lebens sei, die sie besitzen und bei der sie bleiben werden bis ans Ende ihrer Tage (P. Suskind).

Вышеизложенное наводит нас на мысль о том, что для репродуцента не так важна ссылка на источник его сведений. Важно то, что говорящий сигнализирует о вторичности информации, в достоверности которой он сомневается.

Совершенно естественным является вопрос о степени сомнения говорящего, которая передается посредством МС angeblich. Если образно представить сомнение в виде шкалы, то посредством МС angeblich выражается достаточно высокая степень сомнения. Известно, что любая оценочная шкала применительно к языку имеет по крайней мере три зоны или ситуации: плохой, средний, хороший. Однако средняя или нейтральная позиция на шкале оценок обычно склоняется к зоне плохого. На это указывает Э. Сэпир, отме-

чая, что понятие «равный» больше тяготеет на шкале от «больше, чем» в сторону к «меньше, чем» [6, с. 62]. Такая же картина наблюдается при оценке степени сомнения говорящего в достоверности высказывания. Следующий пример наглядно иллюстрирует высокую степень сомнения, которая маркируется МС angeblich. Говорящий выражает свое отношение к воспроизводимому эксплицитно словами Alles Unsinn!: Die meisten Banken waren bei soge-nannten Objektschutzgesellschaften abonniert und liePen sich von diesen junge, spreizbeinige, muffig dreinschauende Kerle vor die Ture stellen, die nach wenigen Monaten... von anderen... Kerlen abgelost wurden - angeblich aus arbeitspsycho-logischen Grunden: Die Aufmerksamkeit eines Wachmanns, so hieP es, lasse nach, wenn er allzu lange an ein und demselben Ort Dienst tue. Alles Unsinn! Jonathan wusste es besser: Des Wachmanns Aufmerksamkeit erlosch schon nach Stunden (P. Suskind).

Важно отметить, что в современном немецком языке наблюдается функционирование МС angeblich для экспликации предположительной семантики. Иными словами, помимо маркирования вторичности сведения оно обозначает выводное знание. Данный факт необходимо, вероятно, рассматривать как результат эволюции значения МС angeblich. Не уточняя, какое значение МС angeblich первично, а какое можно рассматривать как следствие эволюции, отметим, что применительно к языку само понятие эволюции характеризуется не только сложностью своего процесса, но и имеет некоторые особенности. Как показывают наблюдения, развитие новых значений происходит на базе уже имеющихся, средства выражения некоторой категории приобретают новое значение или видоизменяют его главным образом в пределах своей изначальной категории. Функционирование МС angeblich подтверждает это наблюдение, поскольку в обоих значениях angeblich относится к маркерам субъективного эпистемического статуса высказывания. Приведем примеры функционирования МС angeblich для экспликации выводного знания: Vor nichts hat er mehr Angst als vor der Schlaflosigkeit. «Es ist unertraglich», sagte ich, «unertraglich». Angeblich horte er nichts, hob nur den Kopf ein bisschen und fragte: «Was denn?» einfach nur: «Was denn?» und drehte sich rum (I. Schulze); Zwar war ich in Bern nicht dabei, aber ubers Radio. erlebte ich den-noch Schafers Flanke in den ungarischen Strafraum. Ja, selbst heute... ist mir, als sehe ich, wie sich Helmut Rahn. im Lauf das Leder holt. Jetzt schiePt er aus dem Lauf, nein, umspielt er zwei Gegner. Aber ein Tor wird nicht gegeben. Kein Protest hilft. Angeblich stand der Honvedmajor im Abseits (G. Grass).

Итак, эпистемическая функция МС angeblich и vorgeblich заключается в том, что, не изменяя структурную организацию высказывания, они вносят существенное дополнение в план содержания высказывания, а именно: говорящий маркирует вторичность информации, в достоверности которой он сомневается. При этом сам источник сведения не представляет для него особого интереса, поэтому он не обозначается в высказывании.

Список литературы

1. Витгенштейн, Л. О достоверности I Л. Витгенштейн II Философские работы. -М. : Гнозис, 1994. - Ч. I. - С. 323-4G5.

2. Шакирова, Р. Д. Понятие эпистемического статуса высказывания и средства его актуализации в современном немецком языке I Р. Д. Шакирова I Филологические науки. - 2GG9. - № 2. - С. S9-97.

SS

3. Brinkmann, H. Die deutsche Sprache. Gestalt und Leistung: 2. neubearbeitete und erweiterte Aufl I H. Brinkmann. - Dusseldorf : Schwann, 1971. - 939 s.

4. Schmidt, W. Grundfragen der deutschen Grammatik. Eine Einfuhrung in die funkti-onale Sprachlehre I W. Schmidt. - Berlin : Volk und Wissen Volkseigener Verlag, 1965. - 323 s.

5. Helbig, G. Lexikon deutscher Modalworter I G. Helbig, A. Helbig. - Leipzig : Langenscheidt ; Verlag Enzyklopadie, 1993. - 3GG s.

6. Сэпир, Э. Градуирование II Лингвистическая прагматика: новое в зарубежной лингвистике I Э. Сэпир. - М. : Прогресс, 19S5. - Вып. XVI. - С. 43-7S.

Шакирова Резеда Дильшатовна

доктор филологических наук, доцент, заведующая кафедрой иностранных языков, Набережночелнинский государственный педагогический институт

E-mail: rez-shakirova@yandex.ru

Sharikova Rezeda Dilshatovna Doctor of philological sciences, associate professor, head of sub-department of foreign languages, Naberegny Chelny State pedagogical Institute

УДК 803.0 Шакирова, Р. Д.

Немецкие модальные слова, маркирующие вторичность информации / Р. Д. Шакирова // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Гуманитарные науки. - 2009. - № 3 (11). - С. 83-89.