Лампочка Филипса

ФОТО: РГАКФД\РОСИНФОРМ

В предреволюционной России даже заводы с русским названием и русским хозяином были, как правило, построены на иностранные деньги (на фото: Николай II осматривает АО "Брянский завод", 1915)

       Все уже настолько привыкли к безуспешным попыткам российских властей заманить к себе западный капитал, что забыли о тех временах, когда от иностранных капиталистов в России не было отбоя.

В конце XIX века Россия была поистине любимицей иностранного капитала. Гужон и Брокар считались ведущими русскими предпринимателями. В рассказах Антона Чехова главными героями постоянно являлись французы и немцы, работающие на российских предприятиях, принадлежащих их соотечественникам. Если героем рассказа оказывался русский, то он заходил в магазин, где приказчиком оказывался француз или немец. Русские купцы, конечно, существовали. Но они почему-то особенно разбогатели именно в 1890-1900-е годы, когда, по западным оценкам, российский внешний долг увеличился на 1 млрд рублей. Именно в это время Россия зафиксировала рубль в "золотом" валютном коридоре. Вряд ли произошел грандиозный расцвет золотодобычи, скорее всего, рубль просто был обеспечен западными кредитами в золоте, а русские купцы ловко распоряжались этими кредитами. Иностранные экономисты вполне серьезно рассуждали, что через несколько десятилетий Россия станет первой страной мира по уровню промышленного развития.
       Самые передовые технологии использовались именно на российском рынке. Достаточно вспомнить историю голландской компании Philips. Сначала она пыталась наладить продажу новомодных ламп накаливания (для производства которых, собственно, и была создана в 1891 году) на немецком и британском рынках. Но потом выяснила, что лучше всего торговать в России, потому что в отличие от Германии и Великобритании русские не имели газового освещения и от масляных ламп были готовы перейти сразу к электрическим. Сын основателя компании Антон Филипс направился в Россию и за неделю продал половину того, что Philips выпускала тогда в год. Через директора петербургской электростанции он познакомился с распорядителем двора, и разговор c ним принес Филипсу заказ на 50 тыс. ламп. Когда он телеграфировал об этом в Голландию, там засомневались, не лишний ли один из нулей. Ответ был: "Fifty thousand, fuenfzig Tausend, cinquante mille". Завод пришлось расширять. Потом Филипс постоянно бывал в России, и русские начали звать его Антоном Федоровичем.

ФОТО: РГАКФД\РОСИНФОРМ

Большевики тоже рассчитывали на иностранный капитал (на фото: Феликс Дзержинский подписывает концессионный договор с японцами). Но иностранный капитал не рассчитывал на советскую власть — не

Все это кончилось с началом первой мировой войны: европейские страны и США уже не думали о том, чтобы вкладывать куда-либо деньги, а для Германии Россия вообще стала врагом, так что о немецких инвестициях и речи не шло. После революции Россия отказалась возвращать западным кредиторам долги, а многочисленные предприятия иностранных инвесторов национализировала. Впрочем, Владимир Ленин так привык к тому, что Россия неплохо живет на иностранные деньги (тем более что сам долгое время жил за границей), что немедленно захотел вернуть иностранный капитал. Слово "концессия", которое в большевистские времена стало трактоваться буквально, как временная уступка мировой буржуазии, превратилось едва ли не в главный лозунг советской России. Достаточно вспомнить, что Ильф и Петров, описывавшие конец 1920-х годов, называли Остапа Бендера и Ипполита Воробьянинова концессионерами, хотя ничего концессионного в поиске на паевых началах бриллиантов госпожи Петуховой не было. А лесообрабатывающий концерн "Геркулес", где работал Александр Корейко, судя по роману "Золотой теленок", только и занимался сотрудничеством с немцами.

ФОТО: РГАКФД\РОСИНФОРМ

Ливадийский дворец, летняя резиденция императора Николая II, был устроен по последнему слову техники. Когда спустя несколько десятилетий там проходила Ялтинская конференция, главы ведущих мировых держав смогли своими глазами увидеть, на что русские капиталисты потратили иностранные деньги

Впрочем, никаких особенных успехов в привлечении иностранного капитала не наблюдалось. Собственно, даже точно не известно, сколько было в большевистские времена концессий. По одним данным, к 1928 году, когда в советской России в наибольшей степени увлекались связями с иностранцами, западному капиталу было предоставлено 144 концессии. По другим данным, концессий было 113. Существуют также отчеты о том, что к этому времени существовала 61 концессия союзного значения и 53 — республиканского. Имеются официальные данные о том, что 40 концессий было отдано германскому капиталу, 20 — британскому, 15 — американскому, шесть — норвежскому и пять — польскому. Власти очень гордились тем, что иностранный капитал дает большую пользу народному хозяйству: в 1927 году концессионеры производили 40% советского марганца, 35% золота, 22% белья и одежды. Все это, конечно, очень скромно — белья и одежды иностранные капиталисты в дореволюционной России производили гораздо больше. Но тут уж ничего не поделаешь. Дело не только в том, что Запад был крайне разочарован невыплатой долгов и национализацией предприятий. Просто в 1920-1930-е годы все страны готовились к новой мировой войне и избегали не только прямых иностранных инвестиций, но и обычной внешней торговли.
       После второй мировой войны Иосиф Сталин уже не вспоминал о дореволюционных временах и западный капитал в СССР не приглашал. Сотрудничество с иностранными капиталистами возродилось только в 1970-е годы, когда в СССР было некуда девать нефтедоллары. Например, финская фирма Nokia в советские времена, повторив русский опыт Philips, поставила в СССР телефонную аппаратуру уплотнения (благодаря которой русские до сих пор говорят по городским телефонам) и очень расширила свои финансовые возможности и производство. Конечно, до прямых иностранных инвестиций дело тогда не доходило. Только в 1990-е годы Россия решила всеми силами добиваться любви западного капитала. Но оказалось, что у инвесторов появились два новых любимца — Китай и США. Сейчас любимец остался только один: в прошлом году Китай вышел на первое место в мире по привлечению прямых иностранных инвестиций ($53 млрд). У США после их бухгалтерских скандалов оказалось всего $30 млрд, а у России — меньше $3 млрд. Теперь Россия снова вспоминает о концессиях, но прежнюю любовь вернуть не так-то просто. Военный ХХ век все испортил.

СЕРГЕЙ МИНАЕВ