МЕЖДУ ЦЕНТРАЛЬНЫМ ДУХОВНЫМ УПРАВЛЕНИЕМ БУДДИСТОВ И ОБЪЕДИНЕНИЕМ БУДДИСТОВ КАЛМЫКИИ: БУДДИЗМ В КАЛМЫКИИ В 1988−1991 гг.

• ВЕСТНИК КАЛМЫЦКОГО УНИВЕРСИТЕТА •

УДК 94(47).084.9 ББК63.3(2)635

МЕЖДУ ЦЕНТРАЛЬНЫМ ДУХОВНЫМ УПРАВЛЕНИЕМ БУДДИСТОВ И ОБЪЕДИНЕНИЕМ БУДДИСТОВ КАЛМЫКИИ: БУДДИЗМ В КАЛМЫКИИ В 1988-1991 гг.

Э.П. Бакаева

Статья посвящена анализу статуса религиозных общин буддистов Калмыкии в период начального этапа возрождения религии в конце XX в. Показано, что буддисты Калмыкии не cчитали свои объединения региональным филиалом Центрального духовного управления буддистов СССР. В результате в 1991 г. было создано самостоятельное Объединение буддистов Калмыкии.

THE RELATIONS BETWEEN THE CENTRAL BUDDHIST BOARD OF THE USSR AND THE ASSOCIATION OF BUDDHISTS OF KALMYKIA: BUDDHISM

IN KALMYKIA IN 1988-1991

E.P.Bakaeva

The article is devoted to the analysis of the status of religious communities of Buddhists of Kalmykia during the initial phase of the revival of religion in the late twentieth century. The article explains the reasons why Buddhists of Kalmykia have not considered their community to be a regional branch of Central Buddhist Board of the USSR. As a result an independent Association of Buddhists of Kalmykia was created in 1991.

Ключевые слова: буддизм, Калмыкия, Бурятия, СССР, перестройка, Центральное духовное управление буддистов СССР, Объединение буддистов Калмыкии.

Keywords: Buddhism, Kalmykia, Buryatia, USSR, perestroika, Central Buddhist Board of the USSR, Association of Buddhists of Kalmykia.

В 1991 г. на I конференции буддистов Калмыкии и Астраханской области было принято решение о создании Объединения буддистов Калмыкии (ОБК). Прошло почти четверть века с момента его регистрации, но в научной литературе остаются недостаточно освещенными вопросы истории создания ОБК, в публикациях не рассматривался вопрос о статусе религиозной общины и хурула, а также то, находились ли они в ведении Центрального духовного управления буддистов (ЦДУБ) СССР до появления ОБК. Известно, что главой Элистинского хурула с 1989 г. до II Чрезвычайной конференции буддистов Калмыкии и Астраханской области, состоявшейся в 1992 году, являлся командированный ЦДУБ СССР бурятский лама Туван Дорж (Цымпилов В. Р.). Является ли данный факт свидетельством того, что Элистинская буддийская община и зарегистрированные вскоре после нее районные общины входили в ЦДУБ? Каково было состояние буддийской традиции в Калмыкии и что явилось причиной создания ОБК? Освещению этих вопросов посвящена настоящая статья, основанная на данных Национального архива Республики Калмыкия и материалах личного архива автора.

В литературе процессы, происходившие в первые годы возрождения буддизма в Калмыкии (1989-1991 гг.) после почти полувекового (с 1930-х гг. до 1988 г.) их отсутствия, кратко анализировались в одной из глав коллективной монографии

6

2015 г. №1

[9], отдельные вопросы развития буддийской традиции в этот период попутно освещались в статьях, посвященных другим вопросам [3, 4, 5, 6]. Отчасти вопрос о статусе буддийских общин затрагивался в нашей статье, посвященной ЦДУБ [7]. Но в поставленных выше вопросах пока нет ясности.

Неожиданно бурное возрождение буддизма в Калмыкии в конце 1980-х гг. после реализации в течение ряда десятилетий политики атеизации населения явилось свидетельством того, что религиозные традиции сохранялись в период депортации и ссылки в восточные районы страны, а также в период после восстановления автономной республики. Регистрация в 1988 г. в Элисте первой буддийской общины верующих стала закономерным результатом многолетних попыток легитимизировать буддийскую традицию в регионе. В молитвенном доме, открытом в одном из жилых домов г. Элисты (по ул. Герасименко, д. 38), арендованном общиной, службу провели приглашенные из Бурятии Дид хамбо-лама Эрдэм Цыбикжапов и Аюш лама. Остро стоял вопрос кадров, поскольку в молитвенном доме полагалось проводить регулярно богослужения, а представители старшего поколения калмыцких буддийских монахов, будучи в преклонном возрасте, уже не могли осуществлять функции штатных служителей культа. В создавшейся ситуации было принято решение о приглашении в Элисту лам из Иволгинского дацана Бурятии, которые были направлены руководством дацана в краткосрочные командировки. Однако прихожане обращались с просьбами о приглашении буддийского священнослужителя для постоянной работы, и вскоре на смену командированным на короткие сроки был приглашен для работы в течение трех лет лама Туван Дорж (Цымпилов В. Р.), а следом за ним - астролог Базарсада (Ламажапов В.). Направление на работу в Калмыкию рассматривалось как оказание поддержки в деле становления буддийской традиции в другом регионе. Так, дид-хамбо лама, ширээтэ лама Иволгинского дацана Дагба Очиров в интервью 21 июля 2011 г., отмечая помощь представителей ЦДУБ в возрождении буддизма в других регионах, говорил: «Многочисленный отряд наших лам: Базарсада Ламажапов, Туван Доржи Цымпилов, Мунко-Жаргал Чимитов, Солбон Бальжинимаев и другие - служили в Калмыкии в конце 80-х - начале 90-х годов» [11].

На начальном этапе перед буддийской общиной стояли важные вопросы -открытие постоянно действующего молитвенного дома и подготовка строительства хурула, приобретение культовых предметов и обеспечение религиозной литературой, подготовка кадров калмыцких священнослужителей и сохранение национальных традиций в буддийском культе и др.

Собрав необходимые средства, буддийская община г. Элисты приобрела для молитвенного дома здание (по ул. Лермонтова, 83) с цокольным этажом, где располагались помещения хозяйственного назначения; во дворе имелся небольшой жилой дом, в котором поселилась семья ламы Туван Доржа, а после получения им квартиры по решению горисполкома и по прибытии новых командированных -бурятские священнослужители.

В молитвенном доме на первом этаже был оформлен молитвенный зал. Часть культовых предметов была приобретена общиной при содействии командированных из Бурятии лам, другая часть появилась в результате пожертвований верующих, которые приносили семейные реликвии для вновь открывшегося храма. Так на алтаре молитвенного дома появились два изображения божества ЦаБан аав (Белый старец). В помещении при входе в молитвенный дом, приспособленном для ожидания индивидуального приема у ламы, также было размещено изображение Белого старца - картина работы одного из калмыцких художников. Таким образом, в оформлении молитвенного дома прослеживалась этническая специфика народного буддизма: ЦаБан аав у калмыков считался покровителем всего калмыцкого народа,

7

• ВЕСТНИК КАЛМЫЦКОГО УНИВЕРСИТЕТА •

особо почитаемым божеством. Молельное помещение было небольшим (около 20 кв.м.), однако для верующих открытие молитвенного дома являлось весьма значимым событием. Во-первых, основное значение для каждого из них состояло в доступности храма - теперь не было необходимости отправляться в дальний путь в Бурятию для совершения обрядов, и если в прошлые десятилетия единицы верующих направлялись в Иволгинский дацан, чаще всего за совершением обрядов после похорон родственников, то с началом служб в молитвенном доме обращение за совершением религиозных треб становилось возможным для всего населения и ежедневно. Во-вторых, в целом начинался новый период в жизни буддистов Калмыкии, открывающий неизвестные и радужные перспективы как для старшего поколения верующих, так и для представителей молодежи, у которых появлялась возможность получения религиозного образования в разных буддийских центрах, изучения восточных языков, прежде всего монгольского, тибетского, санскрита.

Одним из значимых вопросов, вставших перед каждым верующим, был вопрос об обеспечении предметами культа. Они имелись не в каждой семье: во многих случаях предметы культа были утрачены во время депортации или в сибирской ссылке, а в период после возвращения калмыцкого народа в родную республику и до начала 1990-х гг. религиозные предметы, производившиеся в мастерских при других центрах буддизма, в продаже отсутствовали. В этот период объединение местной промышленности КАССР «Калмыцкие умельцы» и хозрасчетный цех Калмыцкой государственной картинной галереи наладили выпуск сувенирной продукции с религиозной символикой (статуэток из гипса и алюминия), которая реализовывалась через торговую сеть. Верующие, приобретшие статуэтки божеств, стали обращаться в хурул для освящения изображений, но получали отказ. В связи со сложившейся ситуацией В. Р. Цымпилов (Туван Дорж) обратился к председателю художественного совета при Совете Министров КАССР Эрдни-Горяеву В. Э. просьбой запретить выпуск данной продукции, не имеющей, по его мнению, необходимого качества и не соответствующей буддийским канонам: «Считаем, что дальнейшее насыщение рынка этими «сувенирами» может служить еще одним источником возникновения межнациональных конфликтов» [1, л. 39]. И хотя до начала XX в. для калмыцкого буддийского изобразительного искусства была характерна некоторая фольклоризация образов, а также порой имело место некоторое отклонение от иконографических канонов, было принято решение о приостановлении выпуска продукции, а в дальнейшем предметы культа стали поступать из других регионов. В поселковых хурулах в начале 1990-х гг. еще имелись работы, сделанные самодеятельными мастерами, но в последующем они были полностью вытеснены продукцией, привозимой из Бурятии, Монголии, Индии. Таким образом, на начальном этапе возрождения буддизма в Калмыкии вопрос о возможном становлении производства предметов религиозного культа не был рассмотрен. В условиях последовавшего экономического кризиса и расширения мелкого торгового оборота в начале 1990-х гг. целая производственная ниша осталась свободной; на протяжении последующего периода вся продукция религиозного характера стала приобретаться в других буддийских центрах, что до настоящего времени определенным образом влияет на формирование представлений о едином каноне искусства буддизма, и вопрос об этнической специфике калмыцкого буддийского изобразительного искусства ныне может исследоваться лишь в историческом аспекте.

В 1989 г. в г. Элисту был приглашен для осуществления пастырского визита крупный религиозный и политический деятель, руководитель Азиатской буддийской конференции за мир (АБКМ) Кушок Бакула Ринпоче. Высокопоставленный религиозный деятель в буддийском мире почитался как перерождение архата Бакулы,

8

2015 г. №1

одного из 16 архатов, прямых учеников Будды Шакьямуни. С 1990 по 2000 гг. Кушок Бакула Ринпоче являлся официальным послом Индии в Монголии. Как отмечает М. Кожевникова, по свидетельству Сонама Ванчуга - секретаря Кушок Бакулы Ринпоче - в Монголии лама стал духовным учителем для политических лидеров из разных партий, «послужив примирению сторон и бескровному осуществлению смены режимов и правительств. Ринпоче посещал самые удаленные степные аймаки, привлекал помощь из-за рубежа и принес невероятно много пользы для монголов. Он чрезвычайно помог возрождению буддизма в целом, а, в частности, создал и открыл буддийский монастырь-университет Петуб в Улан-Баторе, заложив в нем образцовую монашескую общину» [10]. В Монголии священнослужитель поистине распространял дхарму и приобрел имя «Посол-Учитель». Впоследствии он был награжден Президентом Монголии орденом «Полярной Звезды».

«После перестройки Бакула Ринпоче первым провел службу в Петербургском буддийском храме, возвращенном буддийской общине, и первым посетил Калмыкию и Туву в 1989 г. после официального возрождения там буддизма» [10]. Таким образом, в июле 1989 г. впервые за многие десятилетия в Калмыкию прибыл столь высокопоставленный лама. Его сопровождали ламы из Иволгинского дацана во главе с его настоятелем Цодбо-ламой, а также представитель международного отдела ЦДУБ СССР Ю. Бухаев. Кушок Бакула Ринпоче провел ряд проповедей для верующих, встретился с общественностью и представителями руководства республики, освятил молитвенный дом, названный Элистинским (или Калмыцким) хурулом. Поскольку молельный зал не мог вместить всех желающих, решено было 22 июля устроить встречу в небольшом дворе молитвенного дома. Несмотря на отсутствие какой-либо информации в СМИ, на нее пришли сотни людей, которые заняли всю территорию перед несколькими частными домами, расположенными около хурула. Бакула Ринпоче разъяснял основополагающие буддийские положения, дал посвящение первым манджи (1-ая степень посвящения, тиб. генин), а также освятил место под строительство первого монастыря. После его визита на учебу в Монголию была отправлена группа из 6 молодых людей (завершивших образование, отслуживших в армии), затем Бурятию - группа из 7 человек.

С освящения в июле 1989 г. молитвенного дома Кушок Бакулой Ринпоче началась новая страница в истории калмыцкого буддизма. Молитвенный дом, называвшийся и ранее в среде верующих Элистинским хурулом, теперь стал восприниматься как настоящий храм, поскольку высокопоставленным буддийским учителем были проведены необходимые ритуалы. В связи с появлением храма община верующих буддистов-мирян перестала выполнять функции координирующего центра, был избран хурульный совет в составе Цымпилова В. Р. (Туван Доржа), называвшегося по его просьбе ширетуй-ламой (так называется настоятель храма в Бурятии) хурула, а также двух лам и двух наиболее активных членов общины.

«Ярким событием 1990 года стал второй визит в Калмыкию высокопоставленного священнослужителя Кушок Бакулы Ринпоче, во время которого состоялась церемония закладки «ова» на месте будущего строительства хурула. В ритуале приняли участие заместитель хамбо ламы из Бурятии Булган-лама, Доржи-лама из Монголии и другие религиозные служители» [8].

На волне процессов возрождения религии в среде верующих зародилась идея избрать буддийских священнослужителей в качестве народных депутатов, т.е. представителей мирян в законодательном органе власти. В целях реализации данной идеи группа активистов провела работу по выдвижению настоятеля храма В. Р. Цымпилова (Туван Доржа) кандидатом в депутаты, и он был избран благодаря поддержке верующих в марте 1990 г. депутатом Верховного Совета Калмыцкой АССР.

9

• ВЕСТНИК КАЛМЫЦКОГО УНИВЕРСИТЕТА •

Другой священнослужитель - Ринчен-Дагва (Чуматов В. О.) - был избран депутатом городского совета депутатов г. Элисты.

23 июня 1991 года состоялась Первая конференция буддистов Калмыкии и Астраханской области: за время, прошедшее после официального признания буддийской общины в г. Элисте, были зарегистрированы религиозные буддийские объединения в Каспийском и Юстинском районах республики и в Лиманском районе Астраханской области. Кроме того, еще в 4 населенных пунктах верующие ожидали регистрации общин, и их представители также прибыли на конференцию, организацией которой руководил Туван Дорж (Цымпилов В. Р.).

На конференции предполагалось принять Устав буддийского объединения в соответствии с решением Центрального духовного управления буддистов СССР. Главой буддистов Калмыкии в это время являлся лама Иволгинского дацана Туван Дорж, командированный в г. Элисту на три года, постоянно осуществлявший взаимосвязи с руководством ЦДУБ СССР, он же являлся председателем на заседании. На конференции было создано Объединение буддистов Калмыкии - централизованная организация буддистов, проживающих в Калмыкии и Астраханской области (так как среди делегатов были представители Лиманской общины). Впоследствии в Уставе ОБК (редакция от 29.04.2000 г.) было уточнено, что «централизованная религиозная организация является добровольным объединением буддистов Республики Калмыкия, образованным в целях совместного исповедания и распространения Учения Будды». Таким образом, в правовом документе было зафиксировано территориальное ограничение. Но в период проведения Первой конференции буддистов важным представлялось объединение всех калмыков-буддистов, в том числе проживавших на территории соседней области в районах, которые не были возвращены после восстановления автономии Калмыкии - тем более, что на территории республики в этот момент имелись только три религиозных объединения.

На форуме буддистов был рассмотрен вопрос о принятии Устава объединения, причем его участники объявили об отказе определения ОБК как регионального объединения, подчиненного ЦДУБ СССР, центр которого находился в Бурятии. Буддисты-миряне с уважением относились к настоятелю храма, тем не менее, они отказались принять предложение Туван Доржа о создании регионального объединения «всесоюзного» духовного управления буддистов, в которое на тот момент входили буддисты из Бурятии: две трети делегатов конференции проголосовали за создание самостоятельного, независимого от ЦДУБ СССР, объединения. Руководство ЦДУБ СССР, созданного в 1946 г., считало: определенный государством статус управления предполагает, что вновь появившиеся религиозные буддийские объединения должны входить в структуру данного духовного управления. Калмыцкие буддисты же стремились к самостоятельности и желали возродить характерную для этнической культуры религиозную обрядность, а также установить самостоятельные связи с буддийскими центрами зарубежья. Хотя, одна треть делегатов все же была согласна принять решение, которое было «спущено» из ЦДУБ СССР.

Принятию Устава Объединения буддистов Калмыкии, которое руководством ЦДУБ и Туван Доржем предполагалось зарегистрировать в качестве регионального объединения верующих буддистов, входящих в подчинение Центрального духовного объединения буддистов СССР, должно было предшествовать рассмотрение Устава ЦДУБ. Поэтому значимым моментом в исследовании причин отказа калмыцких буддистов в регистрации регионального отделения ЦДУБ СССР является анализ указанного документа. Устав ЦДУБ СССР [1, л. 71 -74] был принят на VIII съезде верующих и служителей культа в 1984 году, когда в Калмыкии еще не было зарегистрировано буддийское объединение и прием верующих, несмотря на запреты,

10

2015 г. №1

вели неофициально лишь несколько старых священнослужителей. Тугмюд-гавджи, сохранявший монашеские обеты и чаще других посещавший крупные события в Иволгинском дацане, умер раньше, в 1980 году. На съезде буддистов в 1984 г., насколько нам известно, не было представителей Калмыкии. Параграф 1 Устава ЦДУБ СССР гласил: «Центром религиозных объединений верующих буддистов, проживающих в Советском Союзе, является Духовное управление буддистов СССР с местопребыванием в Иволгинском дацане Бурятской АССР» [1, л. 71]. Поскольку к 1991 г. Устав ЦДУБ СССР уже действовал несколько лет, то вновь создаваемому религиозному объединению была уготовлена судьба принять как данность создавшуюся ситуацию, на которую повлияли ликвидация Калмыцкой АССР в 1943 г., насильственная депортация калмыцкого народа и активная советская антирелигиозная политика в 1960-80-е гг., когда после «хрущёвской антирелигиозной кампании» курс антицерковной политики активно проводился во всех регионах Советского Союза [12], а согласно Программе КПСС, принятой в 1961 г., - программе «строительства коммунизма» - религия считалась «пережитками капитализма в сознании и поведении людей», а борьба же против этих пережитков - «составной частью работы по коммунистическому воспитанию».

Но со второй половины 1980-х гг. в стране начались новые процессы, в результате перестройки жизнь страны кардинально изменилась, значимые трансформации произошли и в области религиозной политики, благодаря чему и начался процесс возрождения буддийских институтов в Калмыкии.

26 апреля 1991 г. Верховный Совет РСФСР принял Закон «О реабилитации репрессированных народов» (№1107-1), объявивший незаконными все принятые в их отношении репрессивные акты. Восстановление справедливости требовало принятия и следующего положения Закона: «в процессе реабилитации репрессированных народов не должны ущемляться права и законные интересы граждан, проживающих в настоящее время на территориях репрессированных народов». С учетом того, что до ликвидации калмыцкого Центрального духовного совета в начале 1930-х гг. он не был в подчинении бурятского ЦДС, изменение статуса религиозного объединения буддистов Калмыкии в 1991 г. могло быть воспринято как следствие всего «безрелигиозного» периода, в том числе и периода депортации и ссылки калмыцкого народа.

Кроме того, Устав ЦДУБ СССР гласил: «§2. Духовное управление буддистов СССР избирается на съезде представителей верующих и служителей культа. § 3. Съезды представителей верующих и служителей культа созываются по инициативе Духовного управления с согласия Совета по делам религий при Совете Министров СССР» [1, л. 71]. Следовательно, степень участия буддистов Калмыкии в организации духовной жизни согласно этому документу ставилась в зависимость от решения вышестоящей организации, кроме того, для принятия участия в заседании высшего органа ЦДУБ СССР представителям калмыцких буддистов нужно было бы вновь, как в годы отсутствия буддийских общин, отправляться в дальний путь в Бурятию, в Иволгинский дацан.

Необходимо отметить, что к 1991 г. Устав ЦДУБ СССР не был переработан в соответствии с преобразованиями, произошедшими в стране. По-прежнему основными задачами деятельности ЦДУБ СССР считались не распространение буддийского учения, а организация обрядов в храмах, а также (что являлось особенно важным при создании ЦДУБ СССР в 1946 г.) организация международной деятельности и содействие делу мира на земле: «Съезд представителей верующих и служителей культа рассматривает вопросы организации Духовного управления буддистов, проживающих в СССР, заслушивает и обсуждает отчетные доклады

11

• ВЕСТНИК КАЛМЫЦКОГО УНИВЕРСИТЕТА •

Духовного управления <...>. §7. Задачи Духовного управления следующие: а) организация и проведение специальных обрядов в буддийских храмах, согласно канонам буддизма; б) содействие единению, солидарности и братству буддистов во всех странах; в) организация обмена делегациями с буддистами зарубежных стран; г) расширение контактов и экуменического диалога с другими религиозными организациями на основе единого понимания святости всего живого и необходимости его защиты от ядерной катастрофы; д) сотрудничество с неправительственными организациями и движениями, выступающими за мир против гонки вооружений; е) приглашение зарубежных делегаций или отдельных зарубежных гостей должно быть оформлено решением Духовного управления буддистов СССР» [1, л. 71 -72]. В основополагающем документе не предусматривалась задача координации деятельности духовных центров страны, поскольку в момент его принятия таковым являлся лишь один; не оговаривалась необходимость организации работы религиозных центров в стране. Во всех канонических вопросах религиозные общины буддистов (в год принятия Устава - только бурятские) и служители храмов должны были руководствоваться указаниями Духовного управления (§ 17), а право принятия желающих стать ламами представлялось только Бандидо Хамбо-ламе - главе ЦДУБ СССР (§ 20), при этом совершение религиозных церемоний и обрядов среди верующих разрешалось лишь ламам, зарегистрированным в дацанах (§ 21) [1, л. 73]. Согласно же «Правилам внутреннего распорядка буддийского храма» [1, л. 75-77] право зачисления в штат священнослужителей предоставлялось лишь Духовному Управлению буддистов СССР, «которое определяет на основе священных канонов единые для всех лам правила поведения, их права и обязанности. Зачисленные в штат ламы постоянно проживают на территории храма. В случае необходимости выехать за пределы храма они обязаны получить письменное разрешение Совета храма с указанием цели и срока отлучки» [1, л.73].

Устав ЦДУБ СССР, принятый в 1984 году, не отражал изменения, произошедшие в стране, и его принятие буддистами Республики Калмыкия, где регистрация религиозного объединения стала реальностью лишь при новых создавшихся условиях, не было возможным. Объективные исторические условия не способствовали тому, чтобы мнение одного человека (настоятеля Элистинского хурула Туван Доржа), к которому уже имелся и ряд нареканий со стороны верующих, могло стать решающим в выборе - быть самостоятельным религиозным объединением калмыцких буддистов или стать региональным отделением ЦДУБ СССР, которое на правах первенства регистрации претендовало на эту роль.

Вопрос об оформлении Уставов религиозных объединений, входивших в ЦДУБ СССР, стал актуальным в 1991 г. в связи с укреплением международных связей и подготовкой визита верховного иерарха тибетского буддизма - Далай-ламы XIV Тензин Гьяцо. Принятие Устава по образцу Устава ЦДУБ СССР должно было способствовать завершению оформления статуса буддийского объединения Калмыкии как регионального отделения объединения буддистов страны.

Таким образом, в период с 1988 по 1991 гг. статус религиозных общин, появившихся в Калмыкии и Астраханской области, рассматривался неоднозначно. Духовное управление буддистов СССР считало вновь появляющиеся на территории страны общины входящими в его структуру и только не занималось своевременным оформлением документации. Представители же буддийских объединений в Калмыкии в большинстве своем не считали необходимым обязательное вхождение в ЦДУБ СССР.

Объединение буддистов Калмыкии было создано в 1991 г., а обязанности главы молитвенного дома с 1989 г. выполнял бурятский лама Цымпилов В. Р. В связи с этим

12

2015 г. №1

необходимо разрешить вопрос, входила ли буддийская община верующих г. Элисты в состав ЦДУБ СССР.

Официальный запрос от калмыцких буддистов о включении в ЦДУБ СССР не направлялся. По сведениям, которые нам сообщил Леонид Лукьянович Максимов, известный инженер, один из учредителей Элистинского казачьего общества, руководивший религиозной общиной в 1990-1991 гг., буддисты г. Элисты считали свое объединение самостоятельным, так как это было характерно всегда для калмыцкой буддийской церкви. Об этом же свидетельствует самый первый документ - постановление объединительного собрания буддистов от 13.10.1988 г., пункт 10 которого предусматривал обращение верующих Калмыкии «за помощью к буддийским управлениям МНР, Бурятии, а также к Управлениям православных церквей соседних областей...» [2, л. 36]. Несмотря на присутствие на этом собрании уполномоченного по делам религии Н. Н. Кекеева, постоянно работавшего в сотрудничестве с коллегой из Бурятии и знавшего, как именуется управление буддистов, в постановлении калмыцких буддистов определенно расставлены акценты: для них Иволгинский дацан являлся центром управления буддистов Бурятии, а не всего Советского Союза, что, в сущности, и было реальностью.

Кроме того, в 1989 г., когда по решению руководства Иволгинского дацана Цымпилов В. Р. должен был быть отозван из командировки в Калмыкию, члены элистинской общины заявили о том, что он является главой их молитвенного дома и отказались подчиниться решению бурятских лам, при этом ЦДУБ СССР не предпринял никаких ответных шагов. Особая ситуация сложилась тогда в связи с нарушением Цымпиловым В. Р. (Туван Доржем) «Правил внутреннего распорядка буддийского храма» [1, л. 75-77]: кроме положенного отпуска, он отсутствовал на работе в течение 78 дней, в связи с чем ЦДУБ СССР принял решение отозвать Цымпилова В. Р (Туван Доржа) из командировки в Калмыцкую АССР По данному поводу 15 декабря 1989 г. было созвано расширенное собрание религиозного общества буддистов г. Элисты и хурульного совета, на котором присутствовало 63 человека. Верующие обсудили отчет настоятеля Калмыцкого хурула Туван Доржа и решили: «1. Одобрить деятельность настоятеля за отчетный период и указать на отдельные недостатки в деятельности настоятеля в связи с вынужденным и необоснованным отсутствием на работе в течение 78 дней, сверх положенных отпуском; 2. Считать необоснованными причины сложения полномочий настоятеля (ширетуй-ламы) Калмыцкого хурула тов. Цымпилова В. Р.; 3. Не принимать сложения полномочий настоятеля и предложить т. Цымпилову В. Р. (Туван-Доржа) продолжить работу в Калмыцком хуруле в соответствии с его назначением на эту должность ЦДУБом с июля 1989 года сроком на 3 года; 4. Подготовить текст телеграммы в ЦДУБ на имя хамбо-Ламы Ж. Ж. Эрдынеева о принятых решениях на собрании и срочно отправить ее по назначению; 5. Выдвинуть т. Цымпилова В.Р. (Туван-Доржи) - ширетуй-ламу Калмыцкого хурула кандидатом в депутаты Верховного Совета Калмыцкой АССР. Председатель собрания Максимов Л. Л. Секретарь собрания Чуматов В. О.» [1, л.73]. Таким образом, буддийская община г. Элисты и хурульный совет противопоставили свое решение постановлению руководства из Бурятии, поскольку они не могли оставить молитвенный дом без ламы. Тем не менее, верующие на собрании высказывались и в плане указания на недостатки деятельности настоятеля, приступившего к обязанностям всего 5 месяцев назад и отсутствовавшего более двух месяцев «на работе».

Еще один момент в истории первой общины свидетельствует о ее самостоятельности. В 1990 г. руководство общины посетило монгольский буддийский

13

• ВЕСТНИК КАЛМЫЦКОГО УНИВЕРСИТЕТА •

центр и осуществило визит к Хамбо-ламе Гаадану с целью налаживания контактов буддистов Калмыкии с единоверцами в Монголии.

Таким образом, ЦДУБ СССР - официально зарегистрированная организация буддистов страны, - в 1991 г. осуществило попытку упорядочения структуры управления религиозными объединениями и храмами, а также принятия единых уставных документов. Но буддисты Калмыкии не считали свою общину находящейся в ведении ЦДУБ СССР, поэтому обоснованно приняли решение о создании самостоятельной централизованной организации. Верующие буддисты Калмыкии в качестве основных аргументов в пользу создания самостоятельного объединения буддистов выдвигали следующие факты: наличие самостоятельной системы управления верующими буддистами Калмыкии в дореволюционное время и функционирование самостоятельного Центрального Духовного Совета в Калмыкии наряду с ЦДС Бурятии в 1920-1930-х гг.

Список литературы

1. Национальный архив Республики Калмыкия (НА РК). Ф.Р-309. Оп.1. Ед.хр.

2174.

2. Национальный архив Республики Калмыкия (НА РК). Ф.Р-309. Оп.1. Ед.хр.

2175.

3. Бакаева Э.П. Буддизм в Калмыкии в 1957-1988 гг. // Память мира: историкодокументальное наследие буддизма. Материалы международной науч.-практ. конф. Москва, 25-26 ноября 2010 г. М.:РГГУ, 2011. С. 118-136.

4. Бакаева Э.П. Буддизм у калмыков на начальном этапе возрождения религии в конце XX в.: старые и новые символы (по дневниковым заметкам из личного архива) // Монголоведение. № 7. Элиста: КИГИ РАН, 2014. С. 167-177.

5. Бакаева Э.П. К этническим характеристикам калмыцкого буддизма: обряд «мацг» // Научная мысль Кавказа. 2011. №1. Ч.2. Ростов-на-Дону. С. 120-123.

6. Бакаева Э.П. Первый визит Далай-ламы XIV в Калмыкию (25- 30.07. 1991 г.): заметки по прошествии двадцати лет // Буддизм Ваджраяны в России: Исторический дискурс и сопредельные культуры. М.: Алмазный путь, 2013. С. 28-32.

7. Бакаева Э.П. Центральное духовное управление буддистов: представления и реальность // Вестник Калмыцкого института гуманитарных исследований РАН. 2012. №4. C. 34-44

8. Бакаева Э.П., Очирова Н.Г.Буддизм в Калмыкии в период после 1985 г. // История буддизма в СССР и Российской Федерации (1985-1999 гг.). М.: Фонд современной истории, 2010. 68-104.

9. История буддизма в СССР и Российской Федерации (1985-1999 гг.). М.: Фонд современной истории, 2010

10. Кожевникова М. Интронизация нового Бакулы Ринпоче: Ладак, 2010 [Электронный ресурс] // http://mk-site.spb.ru/mk/145/ (дата обращения 10.01.2015).

11. Махачкеев А. Особенности бурятского буддизма (21.07.2011) [Электронный ресурс] // URL: http://mardongblog.livejoumal.com/149385.htmI (дата обращения 10.01.2015).

12. Штырков С.А. Обличительная этнография эпохи Хрущева: большая идеология и народный обычай (на примере Северо-Осетинской АССР) // Журнальный клуб Интелрос «Неприкосновенный запас». 2009. №1. 2009 [Электронный ресурс] // http:// www.intelros.ru/readroom/nz/-63/3566-oblichitelnaja-jetnografija-jepokhi.html (дата обращения 10.01.2015).

14