Шанхайская организация сотрудничества: экономические взаимоотношения стран Центральной Азии и Китая

предпринимательства с государственными, правоохранительными и контролирующими органами.

Только за последний год упразднены 65 видов разрешительных процедур. Существенно упрощены процедуры регистрации субъектов предпринимательства, подключения их к инженернокоммуникационным сетям, таможенного оформления экспортных товаров. Введен порядок, запрещающий проведение плановых налоговых проверок субъектов малого бизнеса в течение трех лет с момента их регистрации. Установлен новый, более совершенный, открытый и прозрачный механизм государственных закупок, при котором предпочтение отдается субъектам малого бизнеса. Начался поэтапный перевод всех субъектов малого бизнеса и частного предпринимательства на электронную систему

сдачи налоговой и финансовой отчетности. В настоящее время субъекты малого бизнеса и частного предпринимательства представляют только одну форму упрощенной статистической отчетности на ежеквартальной основе, а финансовая отчетность представляется один раз в год. Свыше 78 % субъектов предпринимательства сдают налоговую отчетность в электронном виде.

Структурным преобразованиям экономики, повышению деловой активности и финансовой устойчивости хозяйствующих субъектов способствовала проводимая рациональная налоговая политика, направленная, в первую очередь, на сокращение налогового бремени. Так, в 2011 году совокупное налоговое бремя по сравнению с 1991 годом снизилось почти в 2 раза - с 41,2 до 22 % к ВВП (см. рис.).

В ВВП

Налоговая нагрузка

1993 1996 2000 2005 2009 2010 2011

Динамика роста ВВП и снижение налогового бремени

Росту инвестиционной деятельности хозяйствующих субъектов способствовало снижение в 2012 году с 6 до 5% ставки единого налогового платежа для микрофирм и малых предприятий, что позволило направить около 80,3 млрд. сум высвободившихся средств на технологическое обновление производства и внедрение новой современной техники. Минимальная ставка налога на доходы физических лиц снижена с 10 до 9 %, что, в первую очередь, должно существенно повлиять на повышение доходов населения.

Развитие конкуренции предполагает рост числа рыночных игроков, которые расширяют сегменты рынка и формируют новые элементы конкурентной среды. К важнейшим из них в условиях переходной экономики относится приватизация государственной собственности.

Данный процесс в Узбекистане носит многоэтапный характер, каждый этап основывается на соответствующей модели и правовой базе. На первых этапах приватизационного процесса преобладающим являлся частичный выкуп на основе «поточного» метода с использованием индсайдеровской модели корпоративного управления и создания правовой

базы для функционирования принципиально новых институтов регулирования. Он заключался в преобразованиях управляющих структур - министерств, новых акционерных обществ в ассоциации, холдинги и так далее, деятельности инфраструктуры для свободного «перелива» акционерного капитала. Последующие этапы в целом были направлены на качественные изменения в структуре собственности, связанные с дерегулированием микроуровневых процессов. Изменяется и сама модель приватизации, от стандартных схем переходят к индивидуальным методам, учитывающим особенности финансового состояния, возможности реструктуризации и перепрофилирования.

На нынешнем этапе приватизации приоритетом остается широкое развитие частного предпринимательства, создание предприятий, основанных на частной собственности, в том числе в результате приватизации государственного имущества, и на этой основе значительное повышение доли частного сектора в структуре экономики.

В связи с этим важнейшими задачами современного этапа дальнейшего углубления рыночных

реформ и либерализации экономики в Узбекистане определены:

- кардинальное улучшение делового климата в стране, создание благоприятных условий для ускоренного развития предпринимательской деятельности, повышение доли частной собственности в развитии экономики за счет совершенствования законодательно-нормативной базы защиты прав предпринимателей, ликвидации бюрократических барьеров, сокращения и упрощения регистрирующих и разрешительных процедур, совершенствования налогового и таможенного администрирования, системы учета и отчетности;

- дальнейшее углубление конкуренции на внутреннем рынке, создание для всех субъектов предпринимательства, независимо от форм собственности и организации их деятельности, равных условий ведения бизнеса, широкого доступа на рыночных принципах к материально-сырьевым и кредитным ресурсам, государственным закупкам, тендерным торгам на реализацию продукции и осуществление подрядных работ.

Список литературы:

1. Каримов И. А. Мировой финансово-экономический кризис, пути и меры по его преодолению в условиях Узбекистана. - Ташкент: Узбекистан, 2009. - 48 с.

2. Каримов И. А. Концепция дальнейшего углубления демократических реформ и формирования гражданского общества в стране / Доклад Президента Республики Узбекистан Ислама Каримова на совместном заседании Законодательной палаты и Сената Олий Мажлиса Ре-

спублики Узбекистан. - Ташкент, 2010 [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.press-service.uz.

3. Постановление Президента Республики Узбекистан «О дополнительных мерах по стимулированию внедрения инновационных проектов и технологий в производство» от 15.07.2008 г. № ПП-916 [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.press-service.uz.

4. Промышленность Узбекистана. Статистический сборник. - Ташкент, 2009. - 113 с.

5. Промышленность Узбекистана. Статистический сборник. - Ташкент, 2012. - 128 с.

List of literature:

1. Karimov I.A. Global financial-economic crisis, ways and measures to overcome it in the conditions of Uzbekistan. - Tashkent: Uzbekistan, 2009. - 48 p.

2. Karimov I.A. Concept of the further deepening of democratic reforms and civil society in the country Report of the President of the Republic of Uzbekistan Islam Karimov at the joint session of Legislative chamber and Senate of Oliy Majlis of the Republic of Uzbekistan. - Tashkent, 2010 [Electronic resourse]. - URL: http://www.press-service.uz.

3. Decree of the President of the Republic of Uzbekistan «On additional measures to stimulate innovative projects and technologies in production» dated 15.07.2008 № PP-916 [Electronic resourse]. - URL: http://www. press-service.uz.

4. Industry of Uzbekistan. Statistical collection. - Tashkent, 2009. - 113 p.

5. Industry of Uzbekistan. Statistical collection. - Tashkent, 2012. - 128 p.

Хаджиева Г. У.

кандидат экономических наук, доцент, ведущий научный сотрудник Института востоковедения Комитета науки Министерства образования и науки Республики Казахстан,

Казахстан, г. Алматы

УДК 339.9

ШАНХАЙСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СОТРУДНИЧЕСТВА: ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ВЗАИМООТНОШЕНИЯ СТРАН ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ И КИТАЯ

В статье рассматривается ряд особенностей, характеризующих экономические взаимоотношения стран Центральной Азии и Китая в формате Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Отмечается, что в сфере экономики потенциал сотрудничества стран-участниц не менее обширен, чем в вопросах обеспечения

безопасности. В первую очередь, это относится к таким направлениям, как торгово-экономические связи, инвестиционное сотрудничество, развитие транспортного сообщения и транзитного потенциала. Однако, оценивая соответствие тенденций развития ШОС национальным интересам центральноазиатских партнеров, автор обращает внимание на некоторые внутренние противоречия Организации. Они связаны, прежде всего, с асимметричностью государств-участников по своему экономическому потенциалу и уровню конкурентоспособности, а именно между крупнейшей экономикой мира - КНР и молодыми центральноазиатскими республиками. Китайская сторона является основным инициатором проектов экономического сотрудничества, укрепления и развития взаимодействия в области энергетики, транспорта, коммуникаций, активно продвигает предложение по созданию зоны свободной торговли. Тем не менее, несмотря на определенные результаты в этих сферах, конкретное взаимодействие между КНР и отдельными странами региона пока нельзя назвать равноправным и взаимовыгодным, способствующим комплексному развитию центральноазиатских государств.

Ключевые слова: Шанхайская организация сотрудничества, Центральноазиатский регион, Казахстан, Китайская Народная Республика, Российская Федерация, региональная безопасность, конкурентоспособность, торгово-экономические отношения, иностранные инвестиции, энергетические ресурсы, инфраструктурные проекты, интеграция.

THE SHANGHAI COOPERATION ORGANIZATION: ECONOMIC RELATIONS BETWEEN THE COUNTRIES OF CENTRAL ASIA AND CHINA

This paper examines a number of features that characterize the economic relations in Central Asia and China in the SCO. It is noted that the economic potential of the cooperation of the participating countries is no less extensive than the potential of security. First of all, this applies to such areas as trade and economic ties, investment cooperation, the development of transportation, and transit potential. However, in assessing the conformity between the development tendencies of SCO and national interests of Central Asian partners, the author draws attention to some of the internal contradictions of the Organization. They are associated primarily with the asymmetry of participant states' economic potential and the level of competitiveness. That is between the largest economy in the world the PRC and the young Central Asian republics. The Chinese side is the main initiator of projects of economic cooperation, strengthening and development of cooperation in the field of energy, transport, communications, actively promoting a proposal for a free trade zone. However, despite some results in these areas, the interaction between China and the individual countries of the region can not be called an equal and mutually beneficial, promoting the complex development of the Central Asian states.

Key words: Shanghai Cooperation Organization, the Central Asian region, Kazakhstan, Chinese Republic, the Russian Federation, regional security, competitiveness, trade and economic relations, foreign investment, energy resources, infrastructure projects, integration.

Перешагнув свой первый, десятилетний юбилей, Шанхайская организация сотрудничества подводит итоги результатов своей деятельности, оценивает степень соответствия тенденций ее развития национальным интересам государств-членов, выявляет внутренние противоречия и оптимальные для всех участников ШОС пути дальнейшего развития организации.

За время своего функционирования Шанхайская организация сотрудничества прошла непростой период становления и доказала, что является действительно уникальным механизмом координации совместной деятельности, призванным обеспечить интересы шести равноправных партнеров.

Позиции Шанхайской организации сотрудничества в жизни стран Центральной Азии становятся все более весомыми и постепенно охватывают ключевые области жизнедеятельности региона. При этом в формате данной структуры предпринимают-

ся вполне практические шаги к тому, чтобы ШОС стала интегрирующим фактором, обеспечивающим главные условия для социально-экономического прогресса Центральноазиатского региона - его безопасность и возможности для эффективного взаимодействия стран-участниц.

Для Китая ШОС является первой и единственной на данный момент региональной интеграционной структурой многостороннего взаимодействия, инициатором создания которой в рамках «шанхайского процесса» был сам Китай, что объясняло повышенное внимание руководства страны к структурному оформлению ШОС и развитию сотрудничества в ее рамках. Возникновение данной организации было вызвано стратегической необходимостью для КНР проводить многостороннюю дипломатию в условиях активизации своих новых конкурентов в борьбе за энергоресурсы и рынки сбыта в Центральной Азии.

Интересы Китая в ШОС определяются его общими внешнеполитическими приоритетами: обеспечением благоприятной международной обстановки для развития и модернизации КНР; предотвращением попыток сдерживания роста мощи КНР; диверсификацией доступов Китая к энергетическим ресурсам Центральной Азии. КНР крайне заинтересована в сохранении Центральной Азии в качестве стабильного стратегического тыла, а также важного экономического фактора для развития своих западных провинций. Именно этим задачам подчинены действия Китая в ШОС.

На сегодняшний день в деятельности ШОС все больше усиливается акцент на экономику. Никто из участников ШОС не может отрицать значимость экономического потенциала организации. Однако именно КНР выступает в качестве главной силы в продвижении экономического сотрудничества в рамках ШОС. В конце 2003 года китайский экс-премьер Вэнь Цзябао предложил создать зону свободной торговли в рамках ШОС, на что другие страны отреагировали негативно. Несмотря на это страны согласились в течение последующих 20 лет поэтапно прийти к свободному передвижению товаров, услуг, технологий и капиталов на внутрирегиональном уровне и впоследствии построить на этой основе зону свободной торговли в рамках ШОС [1].

В активизации торгово-экономических отношений на центральноазиатском направлении заинтересованы все участники интеграционного объединения. Снятие ограничений на пути трансграничного перемещения товаров, услуг, факторов производства должно способствовать усилению конкуренции, снижению цен, улучшению качества продукции, стимулированию инвестиций, формированию разделения труда на субрегиональном уровне и в целом повышению эффективности экономик. Однако не решенным остается вопрос о правилах конкурентной борьбы и о степени открытости рынков торговых партнеров. Необходимо иметь в виду, что Китай объективно располагает рядом существенных преимуществ по сравнению с другими участниками ШОС и всячески стремится закрепить их. Ведь вне сырьевых отраслей даже такой крупный центральноазиатский партнер, как Казахстан, малоконкурентоспособен с КНР. Учитывая низкую конкурентоспособность экономик государств Центральной Азии в мировом масштабе, можно сказать, что увеличение экономического влияния Китая несет определенные вызовы сбалансированности их экономического развития.

Можно выделить некоторые особенности, характеризующие экономические взаимоотношения стран Центральной Азии и Китая в формате ШОС.

Во-первых, рост экономического присутствия

Китая в регионе, в том числе объемов товарооборота, в последние годы приобретает все более устойчивый характер. За первое десятилетие 21-го века суммарный объем товарооборота Китая со странами Центральной Азии увеличился примерно в 13 раз. Это во многом связано с успешной торговой политикой КНР, ростом экономического потенциала Синьцзян-Уйгурского автономного района КНР и тем фактом, что экономики стран Центральной Азии не способны конкурировать с китайскими производителями.

Во-вторых, характерной особенностью экономических, в том числе торгово-экономических, отношений между КНР и странами Центральной Азии является их неравномерность. На сегодняшний день из центральноазиатских участников ШОС наиболее высокий объем товарооборота наблюдается между Китаем и Казахстаном (81 %), значительно меньший с Узбекистаном (11,4 %) и достаточно низкие - с Кыргызстаном и Таджикистаном (по 3,6 %).

В-третьих, приняв ряд важных документов, в которых намечены планы развития многостороннего экономического сотрудничества и механизм их реализации, государства - члены ШОС не пошли дальше этого. Следует признать, что на протяжении более 10 лет после создания Организации ни один масштабный проект совместной экономической деятельности ШОС в должной мере не реализуется. К исключениям можно отнести два проекта по строительству современных автодорог. Отчеты же о расширении экономического взаимодействия в основном содержат данные о росте двустороннего сотрудничества [2, с. 97].

В-четвертых, хотя в торговле между КНР и странами Центральной Азии прослеживается устойчивая тенденция увеличения объемов двустороннего товарооборота, в то же время нынешний формат экономического взаимодействия между Китаем и государствами региона можно охарактеризовать лишь как взаимодополняемый, но отнюдь не как взаимовыгодный. Стратегически важные и относительно дешевые сырьевые ресурсы стран Центральной Азии идут в обмен на более дорогостоящую готовую продукцию из КНР. Это свидетельствует об устойчивой тенденции постепенного превращения Центральной Азии в сырьевой придаток экономики Китая. Как представляется, в условиях глобализации и изменения характера международной конкуренции центральноазиатским странам, так и не сумевшим создать сбалансированные национальные экономики и сформировать эффективный экономический блок, может быть отведена только такая ниша.

В-пятых, динамика изменения структуры центральноазиатско-китайской торговли за период существенной ее интенсификации свидетельствует

о том, что сырьевая ориентация экономик государств

Центральной Азии постепенно усиливается. Как представляется, дальнейшая консервация сырьевой ориентации экономик стран региона будет вести к деградации и отмиранию целого ряда перерабатывающих отраслей промышленности. Это, в свою очередь, будет снижать шансы всех центральноазиатских государств по преодолению фрагментации регионального экономического пространства. Известно, что у государств, занимающихся преимущественно экспортом сырьевых ресурсов, объективно мало стимулов для форсирования интеграционных процессов [3].

В-шестых, особую значимость для КНР представляют энергетические ресурсы стран Центральной Азии. Расположение Центральноазиатского региона в непосредственной близости от границ Китая предоставляет последнему уникальную возможность транспортировать углеводороды по наземным трубопроводам. Центральная Азия в силу своего транзитного потенциала может претендовать на ощутимые дивиденды, используя экономический потенциал ШОС для реализации проектов в транспортном секторе. Полномасштабное осуществление проектов в сфере транзитных перевозок позволит обеспечить приток китайского капитала в национальные энергетические комплексы стран региона, а также диверсифицировать основные маршруты доставки энергоресурсов на мировые рынки. Транспортный потенциал Центральноазиатского региона не исчерпывается только трубопроводной поставкой энергоносителей. В перспективе Китай рассчитывает использовать данный регион в качестве эффективного транспортного коридора, обеспечивающего сухопутный выход в Иран и Турцию, а также в Россию и далее к товарным рынкам Евросоюза. Таким образом, развитие транспортной инфраструктуры Центральной Азии откроет новые инвестиционные и интеграционные возможности региона и значительно повысит его геополитическое и геоэкономи-ческое значение.

В-седьмых, усиление экономического присутствия КНР в Центральной Азии происходит более высокими темпами, нежели восстановление экономических связей Российской Федерации с государствами региона. Особенно это заметно в сферах торговли и финансовой активности. Логично предположить, что в случае выхода на проектную мощность системы нефте- и газопроводов из Центральной Азии в КНР масштаб экономического присутствия России и Китая в центральноазиатских государствах с очень высокой долей вероятности кардинально изменится в пользу Китая.

В-восьмых, стратегический подход правительства КНР к инвестиционным проектам в Центральной Азии характерен, прежде всего, тем, что, нара-

щивая свои капиталовложения в соседних странах, Китай дает импульс к интенсивному развитию своей собственной экономики. То, что КНР выделяет льготные кредиты центральноазиатским странам, отнюдь не является простой благотворительностью. Инвестиционные ресурсы идут на финансирование крупных проектов, реализация которых непосредственно завязана на производственные мощности в самой КНР. Освоение природных ресурсов Центральной Азии, сооружение там широкоразветвленной транспортно-коммуникационной инфраструктуры позволяет китайскому правительству загружать долгосрочными заказами свой машиностроительный комплекс, а также на долгие годы плотно привязывать эти страны к китайской технологической идеологии.

Необходимо подчеркнуть, что финансовые ресурсы предоставляются Китаем на исключительно льготных условиях и только под обязательство использовать китайское оборудование и технику с привлечением для их обслуживания и эксплуатации специалистов из КНР. Например, Государственный банк развития Китая выделил Казахстану инвестиционный кредит на сумму 200 млн. долларов на строительство Мойнакской ГЭС. При этом в качестве генерального подрядчика комплекса работ по ее проектированию и строительству «под ключ» китайская сторона определила собственную международную корпорацию водного хозяйства и энергетики [4].

Безусловно, казахстанская экономика нуждается в зарубежных, в том числе китайских, инвестициях. Казахстан и дальше будет продолжать серьезную работу по привлечению иностранных инвестиций. Но с принятием нового фундаментального документа развития страны - Стратегии «Казахстан - 2050» меняются принципы инвестиционной политики. Самым главным принципом становится прагматичный подход к зарубежным инвестициям, основанный на прибыльности и отдаче от инвестиций.

«Мы должны привлекать инвесторов только на условиях поставки в нашу страну самых современных технологий добычи и переработки. Мы должны разрешать инвесторам добывать и пользоваться нашим сырьем только в обмен на создание новейших производств на территории нашей страны» [5, с. 3]

- такова задача новой инвестиционной политики Казахстана, поставленная Президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым.

В итоге экономическое присутствие Китая в Центральной Азии представляется неоднозначным. С одной стороны, Китай добился значительных успехов в плане проникновения в ключевые отрасли экономик стран региона. С другой стороны, это не привело к формированию равноправных и взаимовыгодных экономических отношений между Китаем и государствами региона, не способствовало

комплексному развитию центральноазиатских государств, в том числе укреплению их экономической безопасности.

Характер дальнейшего экономического присутствия Китая в регионе и формат центральноазиатско-китайских экономических отношений во многом зависят от того, будет ли возрождена региональная интеграция в Центральной Азии. Должно сформироваться мощное политико-экономическое объединение самих центральноазиатских стран, которое даст возможность развивать региональную экономику, иметь свой важный голос в принятии решений, касающихся Центральноазиатского региона, и создать интегрированную систему региональной безопасности.

Таким образом, анализ развития экономического сотрудничества стран - участниц ШОС показал наличие значительного потенциала для дальнейшего роста и углубления взаимодействия, возможности не только распространения интеграции на все новые области, но и ее качественного улучшения, перехода к более высоким формам интеграционного строительства. Развитие подобных механизмов положительно скажется на внутреннем структурировании самой ШОС.

Выявленные противоречия и проблемы потребуют дальнейшего поиска общих позиций, точек сближения и паритетов как крупных региональных держав (Китай и Россия), так и стран Центральной Азии, расположенных между ними, к тому же являющихся зоной их особых интересов. Только при достижении сбалансированности национальных интересов всех стран-участниц реализация важных многосторонних торгово-экономических, инвестиционных, инфраструктурных проектов в формате ШОС способна позитивно повлиять на решение насущных социально-экономических проблем и обеспечение региональной безопасности на обширном центральноазиатском пространстве.

Список литературы:

Х.Мадиев Е. Перспективы ШОС: взгляд из Центральной Азии [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.easttime.ru.

2 Лукин А.В. ШОС: почему буксует многостороннее экономическое сотрудничество? / Тезисы докладов XVIII Международной научной конференции «Китай, китайская цивилизация и мир. История, современность, перспективы» (Москва, 21-23 октября 2009 г.). Часть I. - М.: ИДВ РАН, 2009. - 282 с.

3 Парамонов В. Экономическое присутствие России и Китая в Центральной Азии / Доклад на VIII Мировом конгрессе Международного совета по центрально- и восточноевропейским исследованиям, г. Стокгольм (Швеция), 26-31 июля 2010 г. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: www.ceasia.ru.

4. Foreign Market Access Report // Chinese Ministry of Commerce. August 2008.

5. Послание Президента Республики Казахстан -Лидера нации Н.А. Назарбаева народу Казахстана. Стратегия «Казахстан - 2050»: новый политический курс состоявшегося государства // «Казахстанская правда» от 15.12.2012 г., № 437-438 (27256-27257).

List of literature:

1 Madiyev E. Is the Prospects of the SCO: a view from Central Asia is a resource [Electronic resourse]. - URL: http://www.easttime.ru

2. Lukin A.V. SCO: why is stalled multilateral economic cooperation? // Abstracts of the XVIII International scientific conference on «China, Chinese civilization and the world. History, the present, prospects» (Moscow, 21-23 October 2009) I. Part. - М.: FEBRAS, 2009. - 282 p.

3. Paramonov V. Century, the Economic presence of Russia and China in Central Asia / Presentation at the VIII world Congress of the International Council for Central and East European studies, Stockholm (Sweden), 26-31 July 2010 [Electronic resourse]. - URL: www. ceasia.ru.

4. Foreign Market Access Report // Chinese Ministry of Commerce. August 2008.

5. The message of the President of the Republic of Kazakhstan - the Leader of the nation N.A. Nazarbayev of Kazakhstan. Strategy «Kazakhstan-2050» new political course of the established state // Kazakhstanskaya pravda 15.12.2012, № 437-438 (27256-27257).