Теоретико-методологические подходы отечественных ученых к исследованию предпринимательства: сущность, специфика и этапы развития российского предпринимательства

Социологические науки

УДК 316.4.051

Полутова Марина Александровна Marina Polutova

ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ ОТЕЧЕСТВЕННЫХ УЧЕНЫХ К ИССЛЕДОВАНИЮ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА: СУЩНОСТЬ, СПЕЦИФИКА И ЭТАПЫ РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА

THEORETIC-METHODOLOGICAL APPROACHES TO THE STUDY OF NATIVE SCHOLARS: SPIRIT OF ENTERPRISE, SPECIFICITY AND STAGES OF RUSSIAN ENTREPRENEURSHIP DEVELOPMENT

Рассмотрены представления отечественных исследователей о природе и специфике российского предпринимательства. В исторической ретроспективе выделены основные этапы развития российского предпринимательства: начиная с времен Киевской Руси и до периода «перестройки» в СССР и перехода от социалистического способа производства к рыночному развитию экономики. Проведен анализ особенностей правового, экономического и социального подхода отечественных ученых к сущности предпринимательской деятельности. Рассмотрены попытки российских исследователей развития теории предпринимательства в рамках синергетической экономической теории

Ключевые слова: купец, атрепренер, предприниматель, предпринимательская деятельность, бизнес, кооперация, новая экономическая политика, «теневая экономика», индивидуальная предпринимательская деятельность, синергетическая экономика, открытая система, самоорганизация, нелинейная динамика

The domestic researchers about the nature and specifics of Russian entrepreneurship are reviewed. In historical retrospect the main stages of development of Russian entrepreneurship are marked: starting from the times of Kiev Rus until the period of perestroika in the Soviet Union and the transition from socialist mode of production towards market economy. The analysis of the legal, economic and social approach to domestic researchers to business entities were carried out. The efforts of Russian researchers to develop theories of entrepreneurship within a synergetic combination of economic theory are discussed.

Key words: merchant, entrepreneur, entrepreneurship, business, cooperation, new economic policy, «underground economy», private entrepreneurship, synergetic economy, open system, self-organization, nonlinear dynamics.

Исследование теории развития русского и российского предпринимательства и его культурно-исторических предпосылок получило на современном этапе в России новый импульс, связанный с реформированием экономики и переходом к рыночной типу отношений.

Необходимо отметить, что условия развития предпринимательства в России существенно отличаются от западных, где принципы экономической свободы, конкуренции, частной собственности и индивидуализма стабильно формировались на протяжении столетий. В 1917 г. XIX в. из

российской жизни изъяли важнейший элемент экономического развития — практически ликвидирован слой предпринимателей, уникальных предприимчивых людей, которые сохраняя самобытные черты — русское национальное сознание и русскую культуру, являлись при этом профессиональными организаторами российской экономики.

Известный русский историк и экономист О.А. Платонов в своей работе «1000 лет русского предпринимательства» отмечает: «Возраст русского предпринимательства давно перевалил за тысячу лет. Его юбилеи можно было отмечать вместе с тысячелетием России, которое праздновалось в прошлом веке. Политическое освоение гигантских территорий, осуществляемое Российским государством, шло параллельно с их экономическим освоением русскими предпринимателями, тяжелым самоотверженным трудом» [1].

Не претендуя на полноту исторического исследования отечественного предпринимательства, первым этапом развития российского предпринимательства можно назвать времена Киевской Руси. Предпринимательство в этот период существовало в виде различных промыслов — звероловства и бортничества, лесного промысла, различных ремесел, а также в виде торговли смолой, воском, льном, коноплей, изделиями из кожи и металла и др., которая носила в значительной степени ярмарочный характер.

Уже в XI в. на Руси принят первый документ, регулирующий предпринимательскую деятельность и отношения между предпринимателями — кодекс «Русская Правда». В нем закреплено право неприкосновенности собственности и предусмотрена возможность банкротства.

Краткий исторический экскурс указывает на использование в Российском дореволюционном торговом законодательстве для названия человека, занимающегося предпринимательством, такие понятия как купец, торговец, негоциант. В соответствии с Этимологическим словарем русского языка. М. Фасмера слово «купец» происхо-

дит от старославянской формы «коупьць» и восходит к слову купить [2].

Купцом, с точки зрения торгового права, признавался тот, кто занимался производством торговых сделок в виде промысла от своего имени. В толковом словаре В.И. Даля (1863-1866) купец определен как «торговец, посадский, негоциант, торгующий чем-либо» [3], а в словаре Д.Н. Ушакова (1935-1940) — как «лицо, владеющее торговым предприятием, ведущее торговлю» [4].

Именно русских купцов можно назвать первыми массовыми представителями российского предпринимательства. Но говорить о том, что это понятие носило смысловую нагрузку, заложенную в дефинициях «предприниматель» и «бизнесмен», нельзя учитывая узость деятельности купца, связанной только с коммерцией. Как отмечает русский юрист Г.Ф. Шершеневич (1863— 1912) в работе «Торговое право», «с экономической точки зрения купец является посредником между производителем и потребителем. Его общественная роль заключается в распределении готовых продуктов между лицами, нуждающимися в них. В этом отношении купец противополагается сельскому хозяину, фабриканту, заводчику, ремесленнику, с одной стороны, с другой — потребителю» [5] .

На втором этапе своего развития в XVI в. в Московском государстве предпринимательство представляло собой достаточно развитый торгово-промышленный комплекс, подкрепляемый столичными промышленниками и купечеством, которые формировались в виде династий на протяжении нескольких сотен лет: Строгоновы, Морозовы, Демидовы, Прохоровы и др.

Анализируя характер русского предпринимательства, русский историк и экономист В.П. Безобразов выделяет следующие черты, ставшие фундаментом для развития русского предпринимательства и определявшие его успех более тысячи лет:

— чувство меры, которое уравновешивает все разнообразные душевные порывы, движение увлечения всяких других чувств и страстей, соразмеряет важность различ-

ных целей и силу наличных способов их достижения;

— практический расчет – умение сосредоточиться на ближайших и важнейших целях жизни и пожертвовать в момент действия всеми более отдаленными, менее необходимыми и менее достижимыми, хотя бы и самыми возвышенными целями;

— самообладание среди разнородных и противоположных потребностей жизни и стремления к их удовлетворению;

— трезвость характера, не позволяющая увлекаться никакими чувствами и страстями, удаляющими от раз поставленной задачи, от начатого предприятия;

— сила воли, непрерывно поддерживающая бодрость духа, не позволяющая предаваться излишнему самообольщению при успехе и излишнему унынию при неудаче, всегда дающая рассудку господство над порывами чувств [6] .

Третий этап развития российского предпринимательства связан с эпохой Петра I (конец XVII — первая четверть XVIII вв.), которая послужила мощным импульсом развития предпринимательской деятельности. «Сам Петр I, по существу, явился первым предпринимателем всей России, уже потому, что ему в полной мере были присущи основные качества предпринимателя, а его деятельность впитала в себя предпринимательские начала» — утверждает в своей книге американский ученый Р. Пайпс [7]. Петр I и поколение предпринимателей, порожденное им, заложили базис российского капиталистического торговопромышленного бизнеса, крепко увязанного с купечеством.

Период правления Екатерины II создает самые благоприятные условия для развития русского предпринимательства, и его можно классифицировать как четвертый этап. Екатерина II отменяет все возможные ограничения для предпринимательской деятельности, объявив, что теперь «всем подданным нашим к заведениям станов и рукоделий столь беспредельная от нас дана свобода, что не стесняются они уже ни частым на то испрошением дозволения, ни надзиранием за делом рук их, где собствен-

ная каждого польза есть лучшее и надежнейшее поощрение». Историки отмечают «исключительную яркость» этого периода по «необычайной интенсивности процесса индустриализации» и по роли в нем частного предпринимательства [1] .

Рассматривая историческую ретроспективу развития русского предпринимательства, исследователи широко используют понятия «предпринимательство» и «бизнес». Однако утверждение в категориальном значении этих понятий в России проходило очень непросто. Слово «предприниматель» в русском языке появилось позднее, чем слово «предприятие» — в словаре 1847 г. этого термина еще нет. Оно возникло в книжном русском языке не ранее 4050-х гг. XIX в. и образовалось под сильным влиянием французского термина — «enter-preneur».

Впервые это понятие появилось в словаре В. Даля 1857 г. и толковалось как «предприятчик, предприимщик, предприниматель; содержатель, устроитель, хозяин, основатель, заводитель, заводчик (дела), голова промысла» [8].

В журнально-публицистическом языке 50-х гг. XIX в. это слово звучало как неологизм. Например, В.П. Безобразов писал: «Нам уже не раз случалось употребить выражение «хозяин предприятия» вместо французского «антрепренер». Хотя и употребляется у нас слово «антрепренер», — но в нем есть что-то не только чуждое языку, но и чуждое экономическим условиям народной промышленности...» [9]. Как правило, это слово использовалось, когда говорили о какой-нибудь заморской затее для общественного увеселения, о театре, о кочую -щих труппах комедиантов, музыкантов, о чем-то непостоянном, случайном. Даже в словаре Д.Н. Ушакова 1989 г. выпуска понятие «антрепренер» трактуется еще как «частный театральный предприниматель» [10].

Понятие же «предприниматель» в тот период кажется исследователям слишком искусственным и книжным, не подходящим под экономические факторы страны, в народе используются такие названия пред-

принимателя, как подрядчик, барышник, хозяин. Эти слова содержат в себе многие характерные свойства, заключенные в словах «антрепренер» и «предприниматель», но отражают, как правило, какую-либо одну сторону экономической деятельности. Например, «подрядом» нельзя назвать способ работы любого предприятия, «барышничество» – представляет одну только коммерческую сторону деятельности предпринимателя, «хозяином» называют не только хозяина предприятия, но и наемного менеджера, руководящего деятельностью предприятия [11].

Пятым и самым благоприятным периодом развития отечественного предпринимательства, как свидетельствуют историки, был период с 1861 по 1917 гг. Столыпинская аграрная реформа 1861 г., а также готовность российского общества к преобразованиям, благодаря внутреннему и внешнему развитию, дали импульс широкому и интенсивному нарастанию предпринимательской активности.

По некоторым данным, к концу XIX в. предпринимательством в России занималось приблизительно 5 млн человек и существовало уже 1500 акционерных компаний. Основными организационными формами производственного предпринимательства в то время были кооперативы, товарищества и артели. В сельском хозяйстве, благодаря реформе, созданы крестьянские кооперативы, которые, однако, не достигли уровня, присущего фермерству.

С этим благоприятным для предпринимательства периодом связан интерес в 90-х гг. XIX в. ряда известных отечественных ученых к феномену «предпринимательство». В своих трудах они прямо или косвенно затрагивают некоторые вопросы теории предпринимательства, анализируют особенности развития рыночных отношений на российской почве, их этническую специфику, а также рассматривают проблемы в аграрном секторе экономики России. Изучение работ Н.А. Бердяева, С.Н. Булгакова, Н.Д. Кондратьева, П. Б. Струве, М.И. Туган-Барановского, С.Л. Франка, А.В. Чаянова и др. позволяет внести большую

ясность в понимание сущности предпринимательской деятельности в Российской Империи.

Например, в своей книге «Критические заметки к вопросу об экономическом развитии России» (1894) русский общественный и политический деятель, экономист и философ П.Б. Струве (1870-1944), анализируя причины тяжёлого положения русской деревни, полагал, что оно является следствием «недостаточной производительности всего народного хозяйства с его недостаточно развитым общественным разделением труда, его недостатком предпринимательского духа, его пережитками отсталых форм докапиталистических, экономических и общественных отношений» [12].

В 1900 г. русский философ С.Н. Булгаков (1871-1944) в труде «Капитализм и земледелие» не только поставил под сомнение правомерность применения марксистской доктрины к объяснению экономических процессов в аграрной сфере, но и пришел к выводу о том, что она не дает всеобъемлющей картины процессов социально-экономического развития общества: «...Я вынужден был признать, что аграрная эволюция совершенно не имеет предполагаемого и желаемого мною характера и принести дорогое верование в жертву научной истине. Я пришел к тому убеждению, что и экономическая доктрина Маркса не покрывает исторической действительности, которая по своей сложности не укладывается в какую-либо простую схему» [13].

Особо следует выделить работы украинского экономиста и историка М.И. Туган-Барановского (1865-1919) , в которых он формулирует закон инвестиционной теории циклов, разбивая развитие промышленного производства на фазы, а также глубоко изучает проблемы теории и практики кооперации, разработав ее основные принципы: материальная заинтересованность; добровольность; использование труда только членов кооператива [14].

И последователей его теории, русских и советских экономистов Н.Д. Кондратьева (1892-1938) и А.В. Чаянова (1888-1937), которые видели решение аграрного вопро-

са в России в социализации земли. По их мнению, сущность социализации состояла в уравнительном распределении земли: по трудовой, или по потребительской норме и в так называемой «моральной экономике». Развитие деревни и выход из кризиса ученые видели в создании кооперации, которую подразделяли на личную, общинную и артельную [15].

В целом предпринимательство во второй половине XIX – начале XX вв. получило в России наибольшие возможности развития. Однако противоречия общественной и экономической системы не могли оказать влияния на развитие предпринимательства. Попытки более энергично идти по пути реформ до такой степени изменили жизнь людей, что сообщество всей силой своих традиций и энергии «под корень уничтожило недостаточно прочные основания частного интереса и социальной независимости».

Предпринимательская деятельность и ее носители давали много поводов для недовольства, даже ненависти, со стороны других групп населения. Хотя можно говорить о том, что не сама предпринимательская деятельность, а условия, в которые она была поставлена в России, заставляли ее носителей обманывать, приспосабливаться, обходить закон, который все запрещает, – и все это в гораздо больших объемах, чем при нормальных экономических отношениях. Если бы капитализм развивался естественно и постепенно, он бы проникал в жизнь людей определенными привычками, этическими и профессиональными нормами, которые бы передавались из поколения в поколение. Такой постепенности не было отпущено России даже в самый благоприятный период истории предпринимательства.

Многие известные российские ученые этой эпохи также осуждали попытки российских социалистов и коммунистов изменить государственный строй в России, нарушив тем самым эволюционное развитие страны, и предупреждали о непоправимых последствиях для предпринимательской деятельности, экономики и всего общества в целом.

В этом отношении непреходящее значение имеют работы выдающегося русского философа С.Л. Франка (1877-1950), он проповедывал божественное единство и свободу личности, которые способствуют развитию предпринимательства, и негативно относился к социалистическому коллективизму: «Социализм в своем основном социально-философском замысле – заменить целиком индивидуальную волю волей коллективной... поставив на его место бытие «коллектива», как бы слепить или склеить монады в одно сплошное тесто «массы», есть бессмысленная идея, нарушающая основной неустранимый принцип общественности и могущая привести только к параличу и разложению общества» [16].

А также русского философа Н.А. Бердяева (1874-1948) , который в своих трудах выделяет характерные особенности русского коммунизма, который «. отрицает свободы человека, которые и раньше были практически неизвестны народу и были привилегией лишь верхних культурных слоев общества», и говорит о том, что это явление в значительной степени тормозит развитие экономической системы России [17].

Октябрьский переворот 1917 г. прервал естественный ход развития рыночной экономики в России, установив в стране жесткий контроль государства над экономическими отношениями. Особенностью этого периода явилось широкое вытеснение предпринимательства из экономической жизни страны, как противоречащего марксистским представлениям о коммунистическом обществе. Названия «кооператор» и «фарцовщик» воспринимались как ругательные и любая инициативная предпринимательская деятельность каралась законом.

Этот этап можно условно назвать шестым этапом развития предпринимательства. Говорить, что предпринимательские отношения в те годы не существовали совсем, будет неправильно, предпринимательской деятельностью продолжало заниматься немалое количество мелких и средних самостоятельных хозяев. Хотя монопольное положение государства, централизация,

лишение производителей самостоятельности и устранение конкуренции между ними — надолго отбросило страну, в отличие от всего цивилизованного мира, в развитии предпринимательства и вопросы теории предпринимательства надолго вышли из сферы внимания отечественных исследователей.

Как седьмой этап развития предпринимательства можно обозначить период Новой экономической политики (НЭП), проводившейся в СССР с 1920 г., который позволил на несколько лет возродить предпринимательство.

НЭП имела цель: восстановление народного хозяйства и последующий переход к социализму. Однако в концепции НЭПа возрождение предпринимательской деятельности рассматривалось как вынужденная необходимость, отступление перед капитализмом. В период НЭПа интересы государства, как никогда ранее, были четко сформулированы В.И. Лениным: «держать предпринимателей для своих целей, ... лишь в меру допустить развитие этих отношений, которые полезны и необходимы в обстановке мелкого производства, и чтобы контролировать эти отношения» [18].

Годы НЭПа создали благоприятные предпосылки для активизации частного предпринимательства, этому способствовали два обстоятельства: денационализация мелких предприятий и законодательное разрешение предпринимательской деятельности. С момента официального признания частных предпринимателей они весьма успешно стали конкурировать с государственными предприятиями. Небольшие производства позволяли гибко реагировать на изменения конъюнктуры рынка, ибо мелкий бизнес незамедлительно пользовался ошибками и трудностями госпредприятий.

Восьмой этап в истории отечественного предпринимательства был самым драматичным. Он охватил период, длившийся около 60 лет — с конца 1920-х гг. до второй половины 1980-х гг. Это период господства административно-командной системы, из легального сектора экономики предпринимательство практически было изгнано ( если не считать остатков индивидуально-

ремесленнической деятельности) и перешло на нелегальное положение, переместившись в теневую экономику. Став одной из составных частей этого сектора экономики, предпринимательская деятельность в меньших масштабах и с большей для себя опасностью все же продолжала свое существование.

Уйдя «в тень», предприниматели пытались реализовать свой коммерческий опыт через спекуляцию под вывеской колхозной или комиссионной торговли. На протяжении десятилетий «теневики» тем не менее весьма успешно конкурировали с государственным сектором.

И только в 1986 г. в бывшем СССР фигура предпринимателя впервые приобрела легальное признание после вступления в силу Закона СССР «Об индивидуальной трудовой деятельности» — начался девятый этап развития предпринимательства. Закон допускал «.индивидуальную трудовую деятельность в сфере кустарно-ремесленных промыслов, бытового обслуживания населения, а также другие виды деятельности, основанные исключительно на личном труде граждан и членов их семей». Это позволило советскому человеку работать «на себя», как декларировалось — для «более полного удовлетворения общественных потребностей в товарах и услугах, повышения занятости граждан общественно-полезной деятельностью, предоставления им возможности получения дополнительных доходов в соответствии с затратами своего труда» [19].

Затем в 1988 г. принят Закон СССР «О кооперации в СССР», разрешивший любую незапрещённую законом кооперативную производственную деятельность, в том числе торговлю. Новый закон о кооперации в СССР гарантировал кооперативам имущественную самостоятельность: «Кооперативу могут принадлежать здания, сооружения, машины, оборудование, транспортные средства, продуктивный и рабочий скот, производственная продукция, товары, денежные средства и иное имущество в соответствии с целями его деятельности» [20].

Это явление было признаком начала перестроечной «бизнес-революции». Однако формально бизнес продолжал оставаться «социалистическим» – все члены кооператива считались его владельцами, наемных работников, «отчужденных от средств производства», по закону там быть не могло.

И окончательно в 1991 г. Закон «О предприятиях и предпринимательской деятельности» наконец закрепил право граждан вести предпринимательскую деятельность как индивидуально – не применяя наемный труд, так и создавая предприятия с привлечением наемных работников [21].

Политическая и экономическая «оттепель» побудила к зарождению в середине 90-х гг. XX в. отечественной экономической социологии. На основе многочисленных переводов фундаментальных изданий известных западных авторов в отечественной науке начался новый этап осмысления дефиниций «предприниматель» и «бизнесмен».

Например, в «Энциклопедическом социологическом словаре» под редакцией Г.В. Осипова 1995 г. термин «предпринимательство» вообще отсутствует [22].

А в издании «Российской социологической энциклопедии» 1998 г. дано только очень обобщенное определение предпринимательства: «предпринимательство

представляет собой различные формы не запрещенной законом негосударственной хозяйственной активности во всех отраслях народного хозяйства» [23].

Однако можно констатировать, что за прошедшее десятилетие в российской обществоведческой науке сформировалось несколько подходов к феномену «предпринимательство». Четко детерминируются три основных подхода: правовой, экономический и социологический.

Одним из первых в российской науке сформировалось правовое обозначение предпринимательства. Это предопределено тем, что в связи с переходом страны на рыночную экономику необходимо было четко сформулировать смысл деятельности, за которую совсем недавно, в советское вре-

мя, предполагалась уголовная ответственность.

Российское законодательство в Гражданском кодексе Российской Федерации дает следующее определение понятия бизнеса и предпринимательства: «...самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от использования имущества, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке» [24].

Таким образом, в правовом аспекте понятие «предпринимательство» характеризуется следующими признаками: самостоятельность, предпринимательские риски и получение прибыли, но учитывает далеко не все существенные черты, выделенные зарубежными исследователями в контексте теории предпринимательства.

В Большом юридическом словаре определение практически идентично приведенному, лишь только расширено за счет уточнения, что «субъектами предпринимательской деятельности в РФ могут быть не ограниченные в своей дееспособности граждане РФ, иностранные граждане, лица без гражданства, а также российские и иностранные юридические лица. А также, что в РФ регулирование предпринимательства основывается на нормах гражданского права, в отличие от большинства зарубежных государств, где предпринимательство регулируют нормы торгово-хозяйственного права» [25].

Акцент правового определения смещен в законодательную сферу и подчеркивает необходимость регистрации предпринимательской деятельности и работы предпринимателей в правовом поле, т.е. с экономической и социологической точек зрения, необходимо отметить существенную «выхо-лощенность» определения, связанную с узким применением термина в юридической сфере.

Одно из наиболее универсальных определений предпринимательства в экономической трактовке предложил выдающийся

отечественный экономист, академик Л. И. Абалкин, который рассматривает его как «особый вид деятельности, имеющей ряд отличительных признаков: свобода выбора направлений и метода работы; самостоятельность в принятии решений; ответственность за принимаемые решения и их последствия, связанный с этим риск; ориентация на достижение коммерческого успеха, получения прибыли» [26].

В Большом экономическом словаре под ред. А.Н. Азриляна в приведенном определении подчеркивается инициативность предпринимательской деятельности, а также имущественная и юридическая ответственность: «...инициативная самостоятельная деятельность граждан, направленная на получение прибыли или личного дохода, осуществляемая от своего имени, под свою имущественную ответственность или от имени и под юридическую ответственность юридического лица» [27].

В Большом бухгалтерском словаре, также под ред. А.Н. Азриляна, выделяется такая черта предпринимательской деятельности, как инновационность и отмечены условия современной внешней среды, зачастую являющиеся неопределенными: «активный субъект рыночной экономики, обладающий всеми необходимыми качествами для создания новых комбинаций ресурсов и факторов производства с целью производства новых товаров и получения прибыли, действующий в условиях неопределенности и риска и несущий ответственность за самостоятельно принимаемые решения» [28].

В Современном экономическом словаре отмечена важность имиджевых и статусных индикаторов предпринимателей: «.предпринимательство преследует также цель повышения имиджа и приобретение особого статуса — статуса предпринимателя» [29].

Таким образом, можно утверждать, что в отечественной экономической теории набор характеристик этого феномена представлен значительно шире и значительно ближе к современным представлениям зарубежной теории предпринимательства.

В российской социологической науке категориальный аппарат теории предпринимательства, как отмечает известный российский социолог и экономист В.В. Радаев, и в настоящее время находится в стадии формирования и представляет собой «мир плохо расчлененных понятий» [30].

Основной набор признаков предпринимательства и структуру их иерархического взаимодействия предложил культуролог А.И. Агеев. Он считает, что предпринимательству присущи владение капиталом, соединение и комбинирование факторов производства, ориентация на извлечение прибыли, капитализация доходов, «включенность» в рыночные отношения, экономическая свобода и самостоятельность, принятие риска, инициативность и творчество, способность преодолевать сопротивление среды, особое управление производством [31].

В Российской социологической энциклопедии подчеркивается, что предпринимательство: «.исторически обусловлено и прямо зависит от многих, отнюдь не только экономических факторов. Но их основным источником является инициатива и созидательная энергия различных групп занятого населения. Заинтересованность и вовлеченность последних в предпринимательскую деятельность является главной предпосылкой успеха в развитии предпринимательства», т.е. авторами предпринята попытка перенести акцент с экономических факторов, влияющих на развитие предпринимательства, на социальные, такие как интерес, потребность и мотивация [32].

В специализированном антропологическом словаре Ю.Г. Волкова и В.С. Поликарпова предпринимательство трактуется как «.особая форма деятельности, которая протекает порой в сложных условиях, при мобилизации внутренних сил. .требует особых знаний и опыта, а также навыков регулирования эмоциональных состояний»

[33].

В определении сделан упор на эмоциональную сферу предпринимателя, на внутренних движущих силах деятельности и эмоциях, вызываемых этой деятельностью.

Еще один определяющий признак предпринимательства как особого вида социальной деятельности вводит социолог А. Б. Курлов, который считает, что «предпринимательство – деятельность субъекта, направленная на получение прибыли и, следовательно, реализацию личностных потребностей. Эти потребности удовлетворяются посредством производства новых организационных форм производства и применения новых технологий. Именно поэтому критерием предпринимательства является инновация в различных сферах хозяйствования» [34]. В данном определении во главу угла ставится реализация личных потребностей предпринимателя через инновации, как форма самовыражения, самоутверждения и самоактуализации.

Автор учебника по предпринимательству А.В. Бусыгин расширяет признаки предприимчивого человека до особого вида искусства, понимая под предпринимательством «...искусство деловой активности и мыслительный процесс; умение организовать собственный бизнес и достаточно успешно осуществлять функции, связанные с ним» [35].

Социально-философское определение феномена предпринимательства приводит в работе Н.В. Исаевой, которая считает, что предпринимательство представляет собой «...саморазвивающийся естественно-исторический процесс, обуславливающий возникновение и развитие новых видов общественно-значимой деятельности. Будучи экономическим выражением предприимчивости человека, реализуемой в виде его целенаправленной деятельности, возникая в ответ на объективные потребности общества в конкретных видах общественно-значимого труда, предпринимательство способствует совершенствованию его технико-технологического содержания, возвышению человеческих потребностей» [36]. Автор указывает на наличие синергетических характеристик в предпринимательской деятельности – саморазвитие и самоорганизацию, а также подчеркивает принципиальное свойство предпринимательства

– гуманизация, обогащение и возвышение человеческих потребностей.

Таким образом, можно констатировать, что, ожидая социального анализа феномена предпринимательства в социологическом подходе, т.е. раскрытия социальных императивов предпринимательской деятельности, мы действительно смогли выявить отдельные элементы такого анализа.

С 90-х гг. отечественными учеными также предпринимаются попытки подхода к экономике в рамках теории синергетики – новой ценностной системы мировоззрения на сущность экономических процессов, их движущую силу, закономерности проявления и реализации экономической энергии общества.

Основателем синергетического движения в России заслуженно считают советского учёного, специалиста в области математической физики, матмоделирова-ния и физики плазмы С.П. Курдюмова, под руководством которого с 1983 по 2001 гг. получен ряд фундаментальных научных результатов в нелинейной динамике и синергетике. Особое внимание в эти годы С.П. Курдюмов уделял приложению идей синергетики в таких областях как анализ исторических процессов, моделирование образовательных систем, стратегическое планирование и философские проблемы естествознания. С.П. Курдюмов утверждал, что: «у человечества нет времени нащупывать организацию мира методом проб и ошибок... мы должны вычислять и проектировать будущее опираясь на науку, на законы организации и самоорганизации» [37].

На фоне всеобщего интереса к новой системе мировоззрения, и под влиянием С.П. Курдюмова в России выросла целая плеяда ученых, демонстрирующих приверженность к синергетическому подходу в различных сферах человеческой деятельности: С.П. Капица, Г.Г. Малинецкий, Д.С. Чернавский, Е.Н. Князева и др., совместно с которыми, С.П. Курдюмов выпустил ряд работ, вызвавших большой интерес у научной общественности.

Необходимо отметить существенный вклад в разработку проблемы синергети-

ческих эффектов в экономике таких отечественных ученых, как В.Д. Аюров, Р.Н. Евстигнеев, Л.П. Евстигнеева, Б.Л. Кузнецов, В.П. Милованов, А.А. Мясников, Е.Г. Пугачева, Л.А. Серков, Г.П. Цибульский, и др.

Значительный вклад в экономическую синергетику внесли исследования известного экономиста Б.Л. Кузнецова, который, анализируя динамику экономических систем, выделил в отдельную группу экономические системы, обладающие способностью к самоорганизации, саморазвитию, характеризующиеся нелинейной динамикой развития и неравновесносным поведением в реальном масштабе времени, в отдельный класс систем.

В своих трудах Б.Л. Кузнецов обосновывает тезис о процессах синергии – кооперации, координации, согласовании как движущей силе развития экономических систем. В отличие от традиционных экономических теорий, которые утверждают, что только конкуренция является главной и едва ли не единственной движущей силой развития. А также исследует взаимопереходы «хаос-порядок» и «порядок-хаос», которые являются одной из ключевых проблем и объектов исследований в экономической синергетике [38].

В монографии В.П. Милованова представлены результаты исследования проблемы эволюции и самоорганизации неравновесных социально-экономических систем и подсистем и прослеживается возникновение структур в этих системах, рассматриваются вопросы рыночной динамики и ценообразования [39].

В работах Е.Г. Пугачевой выделяются определенные законы самоорганизации социально-экономических систем на микро-, макро- и мегауровнях. Используя предлагаемый аппарат, можно строить модели социально-экономических систем, в том числе для их реализации на компьютере и таким образом прогнозировать социально-экономические процессы, находить условия, которые позволят избежать нежелательных сценариев развития системы и, наоборот, приблизиться к желательным [40].

Так, в монографии В.Д. Аюрова рассматриваются философские и синергетические аспекты экономики, также автор анализирует синергетические закономерности проявления и реализации экономической энергии общества в освоении и преобразовании природных ресурсов [41].

Монография Л.А Серкова посвящена разработке и анализу концептуальных не-линейныех моделей социально-экономических систем с позиций синергетического подхода, в том числе моделей с детерминированным хаосом. Особое внимание уделено изучению самоорганизации исследуемых систем и формированию кластеров самоорганизации, что может быть полезным для разработки механизмов управления социально-экономическими системами на уровне отдельного предприятия и региона [42].

В книге Р.Н. Евстигнеева и Л.П. Евстигнеевой рассмотрено формирование экономики как синергетической системы. Проанализированы важнейшие составляющие экономической системы и исходя из потенциала нелинейного развития, предложена оригинальная концепция преодоления мирового финансового кризиса [43].

Монография А.А. Мясникова посвящена исследованию нерегулярных явлений в экономике. Автор показывает, что современная экономика проявляет многочисленные синергетические свойства, а изучение временных рядов экономических показателей дает возможность предположить высокую роль синергетических эффектов в формировании фактической траектории экономического развития. И делает вывод, что «синергетический эффект в экономике есть результат кооперативного действия элементов экономической системы, приводящий к изменению качественного состояния экономики и траектории ее развития, а равно – к удержанию экономики на устойчивой траектории развития, несмотря на экзогенные шоки и эндогенные флуктуации» [44].

Можно сделать вывод, что в настоящее время существует большой объем отечественных работ, авторы которых в той или иной мере прибегают к рассмотрению сине-

ргетических эффектов в экономике. Однако значительное количество русскоязычных работ страдает от ограниченности и однобокости методов, применяемых их авторами. Одна группа исследований представляет исключительно абстрактные математические модели и не содержит эмпирических свидетельств истинности таких моделей. Другая группа построена на словесном описании тех или иных нерегулярных явлений в экономике, основываясь на словесных умозаключениях, и не имеет проверки гипотезы с точки зрения математического содержания синергетических эффектов. Такая ситуация служит одной из причин весьма распространенного среди экономистов пессимизма в отношении синергетики как альтернативного подхода к исследованию экономических явлений.

Подводя итог сказанного, можно заключить, что становление предпринимательства в России представляло сложное и многогранное явление, состоящее из девяти этапов, причем каждый из них обладал своей спецификой:

– первый этап (XI в.) – период Киевской Руси, когда предпринимательство существовало в виде помыслов и торговли;

– второй этап (в XVI в.) – период существования Московского государства, когда предпринимательство представляло собой развитый торгово-промышленный комплекс, возглавляемый династиями промышленников и купечества;

– третий этап (конец XVII – первая четверть XVIII вв.) – период правления Петра I, который заложил основу российского капиталистического торгово-промышленного бизнеса, увязанного с купечеством;

– четвертый этап ( вторая половина XVIII в.) – период правления Екатерины II, который связан с интенсивным развитием частного предпринимательства и активизацией процесса индустриализации России;

– пятый этап (вторая половина XVIII и начало XIX вв.) – период проведения Столыпинской аграрной реформы 1861 г. и развития таких форм производственно-

го предпринимательства как кооперативы, товарищества и артели;

– шестой этап (первая четверть XIX в.) – период Октябрьского переворота 1917 г., в результате которого произошло вытеснение предпринимательства из экономической жизни страны на уровень частных мелких и средних самостоятельных хозяйств.

– седьмой этап ( вторая четверть XIX в.) – период Новой экономической политики (НЭП), проводившейся с 1920 г. и позволивший на несколько лет возродить предпринимательство в виде мелкого бизнеса.

– восьмой этап (вторая половина XIX в.) – период господства в стране административно-командной системы, длившийся около 60 лет, когда предпринимательство перешло на нелегальное положение, переместившись в теневую экономику.

– девятый этап (конец XIX в.) – период легализации предпринимательской деятельности, связанный с принятием правительством страны ряда законодательных актов, разрешающих индивидуальную трудовую деятельность, кооперативную деятельность и создание предприятий с привлечением наемных работников.

Также нам удалось рассмотреть процесс развития в российской науке дефиниции «предприниматель»: начиная с понятий «купец», «хозяин», «заводчик», использовавшихся для определения лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью в XI-XVIII вв., затем появлением в XIX в. в России понятия французского происхождения – «антрепренер» и первых попыток использования в русском литературном языке термина «предприниматель». И заканчивая, в середине 90-х гг. XX в., развитием современных трактовок понятий «предприниматель» и «предпринимательство», интерпретируемых с правовой, экономической и социологической точек зрения, необходимо отметить, что в правовом определении предпринимательства делается акцент на юридических моментах организации предпринимательской деятельности, экономическая трактовка термина предполагает наличие основных экономических

характеристик предпринимательства: собственность, прибыль, риски, управление, инновационность и т.д. Социальный же анализ феномена «предпринимательство» раскрывает предпринимательство через социологические категории: предпринимательский интерес, предпринимательская мотивация, предпринимательский имижд, самовыражение и самоутверждение через предпринимательскую деятельность и т.д.

Относительно развития экономической синергетики в России, несмотря на имеющиеся проблемы, можно констатировать, что синергетические положения находят все более широкое применение в экономической практике. Экономическая синергетика открывает новые окна возможностей в мир сложности, нелинейности, необрати-

Literatura-----------------------------------------

1. 1000 let russkogo predprinimatelstva: Iz isto-rii kupecheskih rodov / Sost. O. Platonova. M.: Sovre-mennik, 1995. 479 s.

2. Fasmer M. Jetimologicheskij slovar russkogo yazyka: v 4 t. / M. Fasmer. M.: Progress, 1986.

3. Tolkovyj slovar Dalya. [Jelektronnyj re-surs]. Rezhim dostupa: http://dic.academic.ru/dic.nsf/ enc2p/260226, svobodnyj. – Zagl. s jekrana. – Jaz. rus.

4. Tolkovyj slovar Ushakova. [Jelektronnyj resurs]. Rezhim dostupa:. http://dic.academic.ru/dic.nsf/usha-kov/846418, svobodnyj. – Zagl. s jekrana. – Jaz. rus.

5. Shershenevich G.F. Kurs torgovogo prava: Vvedenie. Torgovye deyateli. T. 1. 4-e izd. M., 2003. 480 s.

6. Bezobrazov V.P. Narodnoe hozyajstvo Rossii. T. 1. SPb., 1882. 633 s.

7. Pajps R. Rossiya pri starom rezhime. M., 1993. S. 281.

8. Dal V. Tolkovyj slovar zhivogo velikorusskogo yazyka (onlajn versiya). [Jelektronnyj resurs]. Rezhim do-stupa: http://www.classes.ru/all-russian/russian-dictio-nary-Dal.htm, svobodnyj. – Zagl. s jekrana. – Jaz. rus.

9. Bezobrazov V.P. O promyshlennyh predpriy-atiyah // Russk. vestnik. 1856. T. 2, kn. 2. S. 314-315.

10. Ushakov D.N. Bolshoj tolkovyj slovar sovre-mennogo russkogo yazyka (onlajn versiya). [Jelektronnyj resurs]. Rezhim dostupa: http://www.classes. ru/all-russian/russian-dictionary-Ushakov-term-919. htm, svobodnyj. – Zagl. s jekrana. – Jaz. rus.

11. O novyh issledovaniyah po istorii russkogo li-teraturnogo yazyka // Vinogradov V.V. Izbr. tr.: Isto-riya russk. liter. jaz. S. 253.

мости и разнообразия, и как отмечает С.П. Капица, выдающийся популяризатор междисциплинарного принципа развития науки: «Мы имеем счастье жить в сложном и удивительно нелинейном мире... Нелинейность знает огромное разнообразие поведения и богатство возможностей, — пороговые эффекты, неединственность решений, существование хаотических траекторий, парадоксальный «антиинтуитивный» отклик при изменении внешних воздействий» [37]. Придя в экономическую теорию из естественных наук, новый синергетический подход обогатил восприятие экономической реальности и обещает множество траекторий развития экономической мысли для преобразования мира к лучшему.

Literature

1. 1000 years of Russian Entrepreneurship: From the history of merchant birth / Comp. Oleg Platonov. Moscow: Contemporary, 1995. 479.

2. Fasmer M. Etymological dictionary of the Russian language: in the 4 vol. / M. Fasmer. Moscow: Progress Publishers, 1986.

3. Dictionary Dal. [Electronic resource].

Mode of access: http://dic.academic.ru/dic.nsf/

enc2p/260226, free. - Caps. screen. - Jaz. Rus.

4. Dictionary of Ushakov. [Electronic resource].

Access:. http: //dic.academic.ru/dic.nsf/usha-

kov/846418, free. - Caps. screen. - Jaz. Rus.

5. Shershenevich G.F The course of trade law: An Introduction. Trading figures. Vol. 1. 4th ed. Moscow, 2003. 480.

6. Bezobrazov V.P The Economy of Russia. Vol. 1. St. Petersburg., 1882. 633 p.

7. Pipes R. Russia under the old regime. Moscow, 1993. P.281.

8. Dal, Dictionary of the Russian Language (online version). [Electronic resource]. Mode of access: http://www.classes.ru/all-russian/russian-diction-ary-Dal.htm, free. - Caps. screen. - Jaz. Rus.

9. Bezobrazov V.P. About industrial enterprises/ / Russian. Bulletin. 1856. Vol. 2, Vol. 2. P. 314-315.

10. D.N. Ushakov Great Dictionary of Modern

Russian (online version). [Electronic resource]. Mode of access: http://www.classes.ru/all-russian/rus-

sian-dictionary-Ushakov-term-919.htm, free. - Caps. screen. - Jaz. Rus.

11. On the new research of the Russian literary language history / / V.V Vinogradov Fav. tr.: Russian History. liter. lang. P. 253.

12. Struve P.B. Kriticheskie zametki po voprosu ob jekonomicheskom razvitii Rossii. SPb., 1894. 304 s.

13. Bulgakov S.N. Kapitalizm i jekonomika: v 2-h t. SPb., 1900.

14. Tugan-Baranovskij M.I. Russkaya fabri-ka v proshlom i nastoyashhem. Istoriko-jekonomi-cheskoe issledovanie. T. I. Istoricheskoe razvitie rus-skoj fabriki v XIX veke. SPb.: Izd-vo O.N. Popovoj, 1900. 561 s.

15. Kondratiev N.D. Izbr. proizv.: v 2-h kn. – M., 1993.; Chayanov A.V. Krestyanskoe hozyajstvo. Izbrannye trudy. M.: Jekonomika, 1989. 492 s.

16. Frank S.L. Teoriya cennosti Marksa. M.,

1900.

17. Berdyaev N.A. Istoki i smysl russkogo kom-munizma. Parizh, 1955.

18. Lenin V.I. Poln. sobr. soch. T. 43. S. 222.

19. Zakon SSSR ot 19.11.1986 g. «Ob individu-alnoj trudovoj deyatelnosti».

20. Zakon SSSR ot 26 maya 1988 g. «O koopera-cii v SSSR».

21. Zakon RSFSR ot 1 yanvarya 1991 g. «O pred-priyatiyah i predprinimatelskoj deyatelnosti».

22. Jenciklopedicheskij sociologicheskij slovar / pod red. G.V. Osipova; Red. sost. A.V. Kabyshha. M.: ISPI RAN, 1995. 939 s.

23. Rossijskaya sociologicheskaya jenciklope-diya / pod red. G.V. Osipova. M.: NORMA-INFRA-M, 1998. 672 s.

24. Grazhdanskij kodeks Rossijskoj Federacii. Ch. 2 ot 26 yanvarya 1996 g. № 14-FZ.

25. Bolshoj juridicheskij slovar onlajn. [Je-

lektronnyj resurs]. Rezhim dostupa: http://la-

w-enc.net/word/predprinimatelskaya-deyatelnost-predprinimatelstvo-4746.html, svobodnyj. – Zagl. s jekrana. – Jaz. rus.

26. Abalkin L.I. Zametki o rossijskom predprini-matelstve. M.:1994. S.117.

27. Bolshoj jekonomicheskij slovar / pod red. A.N. Azrilyana. M.: Institut novoj jekonomiki, 1999. S. 735.

28. Bolshoj buhgalterskij slovar / pod red. A.N. Azrilyana. M.: Institut novoj jekonomiki, 1999. S. 574.

29. Rajzenberg B.A. Sovremennyj jekonomiche-skij slovar / B.A. Rajzenberg, L.Sh. Lozovskij, E.B. Starodubova. M.: INFRA-M., 2001. S. 300.

30. Stanovlenie novogo rossijskogo predprinima-telstva (socialnyj aspekt) / pod red. V.V. Radaeva. M.: Nauka, 1993. S. 34.

31. Ageev A.I. Predprinimatelstvo: problemy sob-stvennosti i kultury. M., 1991. S. 5.

32. Rossijskaya sociologicheskaya jenciklopediya / pod red. Osipova. M.: INFRA-M, 1998. S. 402.

33. Volkov Ju.G., Polikarpov V.S.Chelovek: Jenciklopedicheskij slovar. M.: Gardariki, 2000. S. 520.

34. Kurlov A.B Filosofiya predprinimatelstva. Ufa: Avto-proekt, 2000. S. 126.

35. Busygin A.V. Predprinimatelstvo. M., 2001. S. 13.

12. P.B Struve Critical Notes on the economic development of Russia. St. Petersburg., 1894. 304.

13. S.N Bulgakov Capitalism and the economy: in 2 volumes, St. Petersburg., 1900.

14. Tugan-Baranovsky, M.I Russian factory in the past and the present. Historical and economic study. Vol. I. The historical development of Russian factories in the XIX century. St. Petersburg.: Publishing House, ON Popova, 1900. 561 p.

15. N.D Kondratiev Fav. Mfr.: in 2 books. -M., 1993.; Chaianov A.V Peasant farming. Selected Works. Moscow: Economics, 1989. 492.

16. Frank S.L Marx's theory of value. Moscow,

1900.

17. Berdyaev N.A The Origin of Russian Communism. Paris, 1955.

18. V.I Lenin Full. Works. Vol. 43. P. 222.

19. The Law of the USSR of 19.11.1986 «On self-employment.»

20. Law of the USSR on May 26, 1988 «On Cooperation in the USSR.»

21. RSFSR Law of January 1, 1991 “On enterprises and entrepreneurship.”

22. Encyclopedic Dictionary of Sociology / ed. G.V Osipova, Ed. comp. A.V Kabyscha. Moscow: ISPI RAN, 1995. 939.

23. Russian sociological encyclopedia / ed. G.V Osipova. M. NORMAL-INFRA-M, 1998. 672.

24. The Civil Code of the Russian Federation. Part 2 on January 26, 1996 № 14-FZ.

25. Big legal dictionary online. [Electronic resource]. Mode of access: http://law-enc.net/ word/predprinimatelskaja-dejatelnost-predprin-imatelstvo-4746.html, free. - Caps. screen. - Jaz. Rus.

26. Abalkin L.I Notes on Russian business. M.: 1994. P.117.

27. Great economic dictionary / ed. A.N Azrilyana. Moscow: Institute of the New Economy, 1999. P. 735.

28. Large accounting dictionary / ed. AN Azrilyana. Moscow: Institute of the New Economy, 1999. P. 574.

29. Rayzenberg B.A Modern Dictionary of Economics / B.A Rayzenberg, L.S Lozovskiy, E.B Star-odubova. Moscow: INFRA-M., 2001. P. 300.

30. The formation of the new Russian business (social aspect) / ed. V.V. Radaeva. Moscow: Nauka, 1993. P. 34.

31. Agueyev A.I .Entrepreneurship: Issues of ownership and culture. Moscow, 1991. P. 5.

32. Russian sociological encyclopedia / ed. Osipova. Moscow: INFRA-M, 1998. P. 402.

33. Wolf Y.G., Polikarpov V.S.Chelovek: Encyclopedic dictionary. M. Gardariki, 2000. P. 520.

34. Kurlov Migdal philosophy of entrepreneurship. Ufa: Auto-draft, 2000. P. 126.

35. A. Gagarin Business. Moscow, 2001. C. 13.

36. Isaeva N.V. Socialno-jekonomicheskie pro-blemy razvitiya predprinimatelstva v period transfor-macii rossijskogo obshhestva: avtoref. diss. ... kand. so-col. nauk. Ufa, 2004. S. 5.

37. Kapica S.P., Kurdjumov S.P., Malineckij G.G.Sinergetika i prognozy budushhego. M.: Nauka, 1997.

38. Kuznecov B.L. Vvedenie v jekonomicheskuju sinergetiku. Nab. Chelny: Izd-vo KamPI, 1998. 304 s.

39. Milovanov V.P. Neravnovesnye socialno-je-konomicheskie sistemy: Sinergetika i samoorganiza-ciya. M.: Jeditorial URSS, 2001. 264 s.

40. Pugacheva E.G., Solovenko K.N. Samoorga-nizaciya socialno-jekonomicheskih sistem. Irkutsk: Izd -vo BGUJeP, 2003. 172 s.

41. Ajurov V.D. Sinergetika jekonomiki. M.: Izd -vo Mosk. gos. gornogo un-ta, 2005. 127 s.

42. Serkov L.A. Sinergeticheskie aspekty mode-lirovaniya socialno-jekonomicheskih processov. Ekaterinburg: IJeUrO RAN; Izd-vo AMB, 2008. 216 s.

43. Evstigneeva L.P., Evstigneev R.N. Jekonomi-ka kak sinergeticheskaja sistema. M.: LENAD, 2010. 272 s.

44. Myasnikov A.A. Sinergeticheskie jeffekty so-vremennoj jekonomike. Vvedenie v problematiku. M.: LENAND, 2011. 160 s.

Коротко об авторе_________________________________

Полутова М.А., канд. социол. наук, доцент, Забайкальский государственный университет polutovama@mail.ru

Научные интересы: социология труда, социология управления, социология предпринимательства

36. Isaev N.V. Socio-economic problems of entrepreneurship development in the transformation of the Russian society: Author. diss. ... Candidate. sotsol. Science. Ufa, 2004. P. 5

37. S.P. Kapitsa, Kurdyumov, Malinetskii G.G.Sinergetika and projections of the future. Moscow: Nauka, 1997.

38. Kuznetsov BL Introduction to the economic synergies. Neb. Chelny: Publishing House of the Cam-pi, 1998. 304.

39. Milovanov VP Nonequilibrium socio-economic systems: Synergy and self-organization. Moscow: Editorial URSS, 2001. 264.

40. Pugacheva E., Solov'enko KN Self-organization of social and economic systems. Irkutsk: By BSUEL, 2003. 172.

41. Ayurov VD Synergetic economy. Moscow: Mosk. State. Mining University Press, 2005. 127 p.

42. L.A. Serkov Synergetic aspects of modeling socio-economic processes. Yekaterinburg: IESD RAS Acad AMB 2008. 216.

43. Evstigneeva L.P., R.N. Yevstigneev Economics as a synergetic system. M. LENAD, 2010. 272 p.

44. Myasnikov A.A. Synergistic effects of the modern economy. Introduction to the issues. M. LENAND, 2011.160.

____________________ Briefly about the author

M. Polutova, Candidate of Sociological Sciences, associate professor, Transbaikal State University

Scientific interests: sociology of work, sociology of enterprise, sociology management