Правовое обеспечение деятельности судебных следователей в Российской империи

УДК 342.56

ПРАВОВОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СУДЕБНЫХ СЛЕДОВАТЕЛЕЙ В РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ

Т.Б. Каховская, Н.И. Петренко

На основе анализа нормативных актов, принятых в ходе судебной реформы 1864 г., определяются основы правового статуса судебного следователя как ключевой процессуальной фигуры при проведении предварительного следствия. Особое внимание уделено требованиям к кандидатам на должность следователя и их процессуальным полномочиям.

Ключевые слова: судебный следователь; полиция; прокуратура; суд; предварительное следствие.

T.B. Kakhovskaya, N.I. Petrenko. LEGAL SUPPORT OF ACTIVITY OF INVESTIGATORS IN THE RUSSIAN EMPIRE

On the basis of the analysis of the regulations adopted during judicial reform of 1864 the bases of legal status of the investigator, as key procedural figure are defined when carrying out preliminary investigation. The special attention is paid to the requirements to candidates for a position of the investigator and their procedural powers.

Keywords: investigator; police; prosecutor's office; court; preliminary investigation.

Согласно Указу Правительствующего Сената от 16 июня 1860 г в уездах и городах империи были учреждены должности судебных следователей для ведения предварительного и формального следствия. По «Учреждению судебных установлений» 1864 г. производство следствия по делам о преступлениях и проступках производили судебные следователи, состоявшие членами окружного суда и осуществлявшие деятельность в назначенных для них участках (ст. 79 УСУ) [12].

К кандидатам на следственные должности предъявлялись довольно высокие требования. Претендовать на должность судебного следователя могли только русские подданные не моложе двадцати пяти лет. Обязательным требованием было наличие высшего юридического образования, опыта практической работы в судебной системе не менее четырех лет и письменного «удостоверения» председателей судов и состоящих при них прокуроров о том, что кандидат обладает достаточными познаниями по ведению следствия (ст. 205). Также допускалось занятие должности лицами, имевшими трехлетний стаж работы в судебных органах, в должности не ниже секретаря окружного суда или присяжного поверенного, со стажем работы не менее десяти лет и имевшим аттестаты советов присяжных поверенных и свидетельства о том, что они точно, исправно и безукоризненно исполняли свои обязанности [10].

Не имели права занимать должность следователя лица, состоящие под следствием или судом; по решению суда заключенные в тюрьму

или подвергнутые более строгому наказанию; не оправданные судом по делам, влекущим за собой применение в качестве санкции тюремного заключения или более строгого наказания; исключенные из службы по суду или из духовного ведомства за пороки и из общественных и дворянских собраний по приговорам; несостоятельные должники и состоящие под опекой за расточительство (ст. 201, 202).

Такие требования позволяли обеспечить формирование достаточно профессионального корпуса следователей. Допуск к замещению следственных должностей лиц, имеющих практический опыт, обусловливался, видимо, как и в случае с мировыми судьями, дефицитом кандидатов с высшим юридическим образованием. Наряду с профессиональными требованиями учитывались, что не менее важно, и такие качества кандидатов, как дисциплинированность, умение четко и грамотно выполнять возложенные поручения.

В случае крайней необходимости допускалась ротация следователей с одного участка на другой. Делалось это по предложению прокурора и по постановлению общего собрания отделений окружного суда, утверждавшегося затем министром юстиции.

Судебные следователи за упущения по службе, за которые в «Уложении о наказаниях» предусматривались взыскания (п. 2-6 ст. 262), а также вычет из времени службы и проступки, предусмотренные учреждением и уставами уголовного и гражданского судопроизводства (ст. 263), привлекались к дисциплинарной от-

ветственности. Дисциплинарное производство возбуждалось по определению суда или по предложению министра юстиции не позже года со времени совершения проступка. Взыскания (п. 4, 6, ст. 262) накладывались только судом и включали в себя: предостережение, замечание, выговор без занесения в послужной список, вычет из жалования на основании ст. 413-415 «Уложения о наказаниях», арест на срок до семи дней, перемещение на нижестоящую должность (ст. 262) [8].

Если при рассмотрении дела в дисциплинарном порядке выявлялись признаки состава преступления, то дисциплинарное производство прекращалось, а материалы передавались в суд для уголовного преследования по правилам Установлений уголовного судопроизводства (ст. 292).

Судебный следователь, подвергшийся три раза в году дисциплинарным взысканиям строже предостережения и замечания, за вновь после этого допущенные нарушения (хотя и за них полагалось только дисциплинарное взыскание) привлекался уже к ответственности по суду, который при определении наказания руководствовался ст. 455 «Уложения о наказаниях» [6].

Основаниями для увольнения следователей со службы являлись:

- личное прошение об отставке;

- неявка в срок без уважительной причины лица, назначенного на должность. Увольнение производилось после обсуждения причин неявки на общем собрании суда (ст. 228);

- тяжелая болезнь, не позволяющая в течение года выходить на службу. В этом случае председатель окружного суда письменно уведомлял следователя о необходимости оставить службу. Если в течение двух недель после уведомления не последовало прошения об увольнении, то он увольнялся со службы без личного прошения (ст. 229).

Увольнение следователя производилось только по решению общего собрания окружного суда, после заслушивания объяснений увольняемого и заключения прокурора. Увольняемые имели право обжаловать представление в двухнедельный срок со дня его объявления [9].

Весь процесс предварительного следствия, который составлял основную обязанность судебного следователя, достаточно детально регулировался вторым разделом «О предварительном следствии» Устава уголовного судопроизводства [7].

Согласно гл. 1 «О лицах, участвующих в производстве предварительного следствия»

следственные действия производились по преступлениям и проступкам судебными следователями при содействии полиции, под надзором прокуроров и их товарищей.

В предварительном расследовании выделяли две части - дознание и собственно предварительное следствие [1]. Ряд ученых (О.Е. Кута-фин, В.М. Лебедев, Г.Ю. Семигин) совершенно обоснованно отмечают, что Устав уголовного судопроизводства (далее - УУС) аморфно и нечетко отделял друг от друга дознание и предварительное следствие как по существу, так и по форме. Дознание, отмечают они, если следовать УУС, поглощалось предварительным следствием [5]. По сути, дознание являлось составной начальной стадией проведения предварительного следствия, его неотъемлемым элементом, роль которого была достаточно важной для ведения в последующем следствия в целом. Это также подтверждает то, что они имели «...одну и ту же цель в установлении признаков преступления и по возможности в открытии виновника преступного деяния» [1].

Роль полиции в предварительном следствии определялась в специальном отделении «Участие полиции в производстве предварительного следствия» раздела «О предварительном следствии» УУС. Чины полиции должны были сообщить в течение суток судебному следователю, прокурору или его товарищу о всех происшествиях, в которых содержатся признаки преступления или проступка (ст. 250 УУС), за исключением случаев, когда дело подсудно мировым судьям.

О.Е. Кутафин и другие, выделяя ст. 252, 253, подчеркивают, что в случае отсутствия судебного следователя или прокурора, либо «... что самое важное», далее цитируется из УУС: «...когда признаки преступления и проступка сомнительны или когда о происшествии, имеющим такие признаки, полиция известится по слуху (народной молве), или из источника не вполне достоверно...», то «...тогда и полиция должна была производить дознание» [5, с. 601]. В данном случае это справедливо, если формально следовать букве закона, но изучение реальных дел, проводимых судебными следователями, показывает, что дознание производилось не только в указанных в ст. 252-253 случаях, а практически постоянно, особенно при совершении тяжких преступлений. Об этом, в частности, свидетельствуют архивные материалы деятельности судебных следователей Чебоксарского, Цивильского и Ядринского уездов Казанской губернии.

Нужно учитывать и следующий факт, что значительное количество преступлений попа-

дали под ст. 253, так как совершались тайно и «к расследованию их часто прибегают по неопределенным и неясным намекам, слухам и предположениям, основательность и достоверность которых, прежде чем они сделаются предметом формального производства, должна подлежать проверке», т.е. дознанию [11, с. 864].

Следует также отметить, что оценивая роль дознания в предварительном следствии, зачастую сведения, полученные в ходе него, в частности, допроса обвиняемого и свидетелей, были достаточно полными и затем могли в почти неизменном виде фигурировать в протоколе следователя, акте прокурора, протоколе рассмотрения дела судебной палатой.

Материалы дознания могли являться основанием для начала предварительного следования либо оставления происшествия без последствий, ибо ".. .дознание в уголовном процессе служит не только почвой для него [уголовного процесса], но и поводом к нему. Первые моменты предварительного следствия обыкновенно посвящены проверке того, что дало дознание и «...суд не может принять исследование в свои руки, не имея в виду виновника совершенного преступления», важную роль в выявлении которого и предотвращении уклонения его от суда играла полиция [11, с. 864]. Она принимала меры к пресечению уклонения подозреваемого от следствия в случае, когда:

1) подозреваемый застигнут при совершении преступного деяния или после него;

2) на него укажут потерпевшие или очевидцы;

3) будут найдены следы преступления на подозреваемом или в его жилище;

4) вещественные доказательства принадлежат подозреваемому или оказались при нем;

5) он предпринял покушение на побег или пойман во время него или после него;

6) подозреваемый не имеет места постоянного жительства или оседлости [7].

Полицейские обязаны были в случае совершаемого в их присутствии или уже совершенного преступления для закрепления его следов до прибытия следователя на место происшествия производить осмотр, освидетельствование, обыск и выемки. Допрос обвиняемых и свидетелей производил только следователь (ст. 258 УУС), по прибытии которого чины полиции должны были передать ему все материалы по делу.

Таким образом, судебные следователи принимали непосредственное участие в дознании, во всяком случае «по горячим следам», и утверждение, что судебный следователь дознаний не производил, что «...дознание являлось

в пореформенном уголовном судопроизводстве сугубо факультативной стадией, имевшей место при «неуверенности» полиции в преступном характере деяния или отсутствии поблизости судебного следователя...», не совсем соответствует положениям Учреждения судебных установлений и реальной практике проведения дознаний [5, с. 602-603].

Должностные обязанности и «степень власти» судебных следователей регламентировались вторым определением гл. 1 раздела «О предварительном следствии». Согласно ему судебное следствие начиналось только при наличии законного и достаточного основания для его производства, о чем судебный следователь должен был известить прокурора, предпринимая необходимые меры для проведения следствия (ст. 262-264).

Следователь при собирании доказательства преступления должен быть беспристрастным и учитывать все обстоятельства дела. Для обеспечения компенсации от нанесенного обвиняемым вреда или убытков он накладывал арест на его имущество (ст. 265-268).

Судебный следователь и полиция активно взаимодействовали в процессе проведения предварительного следствия. Он имел право поручать чинам полиции проведение дознания и сбор различных справок, а также при необходимости мог требовать содействия в проведении следственных действий от должностных лиц гражданского и военного ведомства и «окольных» людей

Допускался отвод судебного следователя в случае, если:

- он, его жена, родственники всех степеней родства и усыновленные «имеют участие в деле» [12, с. 178];

- он являлся свидетелем по делу или же имел отношение к нему, исполняя до этого другие должностные обязанности;

- он являлся опекуном лица, имеющего от-

ношение к делу, или один из них управляет делами другого;

- следователь или жена являются наследниками лица, участвующего в деле или имеют с одним из них тяжбу.

При наличии вышеперечисленных обстоятельств следователь был обязан сам устраниться от следствия и доложить об этом в окружной суд, произведя только неотложные действия по делу (ст. 274-275). Таким образом полностью исключались конфликт интересов и любые родственные, деловые и процессуальные связи следователя с лицами, в отношении которых он проводил предварительное следствие.

Предварительное следствие осуществлялось под надзором прокуратуры согласно определению третьему: «Существо обязанностей и степень власти прокурора и их товарищей», в соответствии с которым прокуроры и их товарищи сами не производили следствия, а давали по нему поручения следователям. Они имели право присутствовать при всех следственных действиях, предъявлять законные требования следователю, которые были обязательны для исполнения (ст. 278-281).

Судебный следователь должен был сообщать прокурору о возникших препятствиях при исполнении его требований, а также информировать о взятии под стражу обвиняемого либо о причинах, из-за которых тот не взят под стражу или освобожден из под стражи (последнее касалось лиц, подозреваемых в преступлениях, влекущих наказание с лишением всех прав состояния или потерей всех особенных прав и преимуществ).

Лишение всех особенных, как лично, так и по состоянию присвоенных прав производилось при наказании ссылкой на житье и заменяющих ее наказаний, а для дворян, священнослужителей, монахов и почетных граждан, обвиненных в имущественных преступлениях, - и к тюремному заключению [11].

Судебный следователь мог не выполнить требование прокурора или его товарища о задержании обвиняемого, который был оставлен на свободе или освобожден из-под стражи, если он «...не навлекает на себя достаточного подозрения в преступлении.», за которое полагалось лишение вышеуказанных прав, но должен был доложить об этом суду. Прокурор имел право требовать дополнительного следствия по сделанным им указаниям, даже если судебный следователь считал следствие законченным. Следователь не мог прекратить следствие в связи с отсутствием подозреваемого либо когда обвиняемый скрылся от суда и следствия. Только суд мог прекратить предва-

рительное следствие. Разрешение на приостановление его производства, при отсутствии достаточных, по мнению судебного следователя, оснований, он запрашивал у суда через прокурора или его товарища.

Согласно положению «Об условиях производства предварительного следствия» судебный следователь по закону обязан был приступить к следствию в следующих случаях, когда:

- преступление было совершено на его участке;

- преступное деяние совершено в другом месте, но выявилось на его участке;

- на его участке находился обвиняемый или подозреваемый, совершивший преступное деяние вне этого участка [12].

При проведении следствия следователь должен был производить необходимые действия не только на своем участке, но и на тех, куда вели следы совершенного преступления (ст. 290-294).

Законными поводами к производству судебного следствия являлись (ст. 297):

- обращения частных лиц с заявлениями и жалобами;

- сообщения полиции, учреждений и должностных лиц;

- явка с повинной;

- возбуждение дела прокурором;

- возбуждение дела самим судебным следователем, если он «.застигнет совершающееся преступление или только что совершившееся преступление» [14, с. 151].

Анонимки, «подметные письма» не являлись поводом к началу следствия, но если они содержали сведения, указывающие на важные «злоумышления», представляющие угрозу для общества, то проводился полицейский розыск или дознание, которые могут повлечь начало следствия (ст. 300). Заявления и прошения, как в письменной, так и в устной форме, должны были приниматься как полицией, так и судебными следователями и прокурорами в любое время. При допросе заявителя об обстоятельствах происшествия он предупреждался об ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Следователь должен осматривать место преступления, а также местность и предметы вокруг него, делая в случае необходимости измерения и чертежи [7]. При необходимости, когда для выяснения обстоятельств дела необходимы были сведения специалистов в науке, медицине, искусстве, ремесле и других сферах для производства осмотров и освидетельствований, следователи привлекали специалистов -«сведущих людей» (врачей, фармацевтов, про-

фессоров, учителей, художников, казначеев, техников, ремесленников и др.). При возникновении сомнений в правильности заключения одних «сведущих людей» следователь имел право обратиться к другим. Оценка причиненного ущерба производилась ценовщиками или другими лиц, которые могли определить реальную стоимость похищенного или поврежденного имущества [7].

Судебные врачи привлекались для осмотра покойников, телесных повреждений и оценки состояния здоровья потерпевшего либо преступника. При необходимости могли приглашать и несколько врачей. В случае сомнения в обоснованности заключения или разногласия среди врачей, судебный следователь обращался в врачебную управу, которая решала возникший вопрос, требуя дополнительных сведений от врачей либо назначая переосвидетельствование.

Дела в отношении психически больных с заключением врача следователь передавал в прокуратуру. Прокуратура выносила свое заключение, и материалы производства направлялись в окружной суд. Судебное преследование в отношении такой категории обвиняемых могло быть прекращено решением окружного суда или судебной палаты.

При производстве следственных действий в необходимых случаях приглашались не менее двух понятых из числа проживающих рядом хозяев домов, лавок, промышленных и торговых заведений, управляющих и поверенных, землевладельцев, волостных и сельских должностных лиц и церковных старост. В экстренных случаях могли привлекаться другие лица, которые пользовались общественным доверием. Неявка по неуважительным причинам в качестве понятого или специалиста наказывалась штрафом в размере 25 руб.

Специальный раздел «Учреждения судебных установлений» регламентировал действия судебного следователя по поиску вещественных доказательств совершенного преступления. Обыски и изъятия с этой целью производились при понятых и хозяине дома или помещения либо при его ближайших родственниках. При обысках в учреждениях или церковных помещениях приглашалось непосредственное начальство, в ведении которого находилось помещение. Закон допускал даже обыски в царских дворцах, правда, с разрешения придворного начальства [7].

При выемке документов подозреваемого нельзя было предавать огласке сведения, не относящиеся к следствию. Изымать разрешалось только необходимые по делу бумаги. Вещественные доказательства пронумеровывались и

описывались в протоколе, запечатывались и приобщались к делу. Вещественные доказательства, которые невозможно было унести с места преступления (кровь на полу и стенах, здания, деревья и пр.), необходимо было оградить от их уничтожения или изменения, путем опечатывания и выставления охраны. Хозяевам взятых вещественных доказательств судебный следователь должен был дать по их требованию расписку [7].

Вызов обвиняемого производился письменной повесткой. Неграмотным содержание повестки разъяснялось при свидетелях. Вызываемый должен был дать подписку в получении повестки, а при его отсутствии она вручалась кому-либо из домашних или же хозяину дома, дворнику, полицейскому служителю либо сельскому начальнику. Обвиняемый должен был явиться лично в назначенный срок, а в случае неявки - представить объяснение о ее причинах. Законными причинами неявки к следователю являлись:

- лишение свободы;

- непреодолимые препятствия - мор, нашествие врагов, разлив рек и др.;

- внезапное разорение в результате несчастного случая;

- болезнь вызываемого;

- смерть близких родственников или их смертельная болезнь;

- неполучение повестки или несвоевременное ее вручение [12].

Проведение следственных действий, привод обвиняемого и взятие его под стражу предписывалось производить только днем и без оскорбления личности обвиняемого. Привод к следствию в качестве обеспечительной меры применялся вне зависимости от звания, чина или каких-либо преимуществ подозреваемого. Обвиняемый, до взятия его под стражу, мог содержаться под домашним арестом. Если лицо не могло явиться к следователю по уважительным причинам, то он сам должен по необходимости посетить обвиняемого либо отсрочить явку. Допрос обвиняемого должен был производиться немедленно и не позднее суток с момента его явки или привода. Если производство допроса задерживалось более чем на сутки, то полиция составляла протокол, который приобщался к делу, и сообщала обвиняемому о причинах его задержания.

Следователь не имел право добиваться признания обвиняемого с помощью угроз, каких-либо обещаний или ухищрений [12]. При допросе лица, не владеющего русским языком, приглашался переводчик. Повторный допрос, без особой необходимости, запрещался. Закон

требовал при проведении допроса учитывать возраст обвиняемого, особенно в тех случаях, когда он мог влиять на «.вменение ему содеянного в вину или на определение ему наказания» [12, с. 161].

Для пресечения уклонения обвиняемого от следствия судебный следователь имел право применять следующие меры:

- отобрать вид на жительство или взять подписку, обязывающую явку к следствию и запрещающую покидать место жительства;

- отдать обвиняемого под особый надзор полиции;

- отдать его на поруки;

- взять с него залог;

- подвергнуть его домашнему аресту или взять под стражу [12].

При избрании меры пресечения учитывались тяжесть совершенного преступления, собранные улики против него, сокрытие следов преступления, а также положение обвиняемого в обществе, его возраст, пол, состояние здоровья. Предусматривалось взятие обвиняемого на поруки с внесением денежного залога. В случае если обвиняемый совершал побег и не являлся на следствие и суд, часть залога выплачивалась в качестве компенсации потерпевшему, оставшаяся сумма использовалась на устройство мест заключений [12].

При вызове и допросе свидетелей действовали следующие правила: свидетели допрашивались по месту производства следствия, причем, если они по уважительным причинам не могли явиться на допрос, то следователь должен был допросить их по месту жительства и в удобное для них время. Рекомендовалось вызывать их на допрос в нерабочее время. За неявку без уважительных причин свидетели подвергались штрафу в размере до 50 руб. При повторной неявке они принудительно «приводились к следствию» (ст. 438) [12, с. 163]. Однако если в двухнедельный срок свидетели предоставляли документы либо иные свидетельства, подтверждающие уважительный характер неявки к следователю, то они освобождались от наказания. Свидетели допрашивались порознь, вопросы и ответы должны были формулироваться четко и кратко. Обвиняемый мог опровергать свидетельские показания и просить, чтобы следователь задал свидетелю новые вопросы.

В ходе предварительного следствия «о каждом из главных действий.» составлялись отдельные протоколы, включающие в себя основные данные: кто, когда, где и какие конкретно следственные действия произвел, что в

результате их обнаружено, кто находился при них, понятые, сведущие люди, а также какие ими были высказаны замечания и возражения [12]. Протокол подписывался всеми присутствующими лицами. За неграмотных подписывались лица, которым они доверяли. При отказе от подписи, причина его указывалась в протоколе. Подчистки в протоколе и постановлении следователя не допускались.

После окончания предварительного следствия следователь по просьбе обвиняемого знакомил его с материалами дела, объявлял о завершении следствия всем участвующим в нем и направлял дело прокурору или его товарищу [12].

Законодательство закрепляло право граждан обжаловать действия правоохранительных органов в случае нарушения или «стеснения» прав граждан. Жалобы, как словесные, так и письменные на действия полиции подавались прокурору, на судебных следователей - окружному суду. Письменные жалобы лиц, содержащихся под стражей, должны были отправляться по принадлежности в течение трех дней, жалобы на лишение свободы - в течение суток и рассматриваться судом «в первый присутственный день» - в распорядительном заседании [12]. Лицо, подавшее жалобу, имело право присутствовать на заседании суда и устно давать объяснения по ней. Перед вынесением решения по жалобе в суде заслушивалось заключение прокурора. Если суд находил основания для передачи начатого следствия другому следователю, то в определении указывались те следственные действия, которые признавались недействительными. Их должен был снова провести другой следователь. Постановление суда объявлялось подателю жалобы безотлагательно.

Судебный следователь являлся одной из ключевых фигур в системе органов, противодействующих уголовной преступности, поэтому власти предъявляли особые требования к кандидатам на эту должность. Анализ процессуального законодательства позволяет констатировать, что его деятельность на всех этапах проведения предварительного следствия была достаточно четко регламентирована и базировалась на принципах законности, гуманизма, разумной репрессии и формального равенства граждан перед законом.

Список литературы

1. Викторский С.И. Русский уголовный процесс. М., 1911.

2. ГИА ЧР. Ф. 129. Оп. 1. Д.4. Дело №545. О умершей мещанской жены Анны Герасимо-

102

Вестник Российского УНИВЕРСИТЕТА КООПЕРАЦИИ. 2014. №3

вой Цыгановой от побои, нанесенные мужем ее Ядринским мещанином Михаилом Андреевичем Цыгановым.

3. ГИА ЧР. Ф. 338. Оп. 1. Д. 3.

4. ГИА ЧР. Ф. 338. Оп. 1. Д. 2.

5. Кутафин, О.Е., Лебедев В.М., Семигин Г.Ю. Судебная власть в России. История. Документы. М.: Мысль, 2003. Т. III. 829 с.

6. О порядке дисциплинарного производства // Российское законодательство Х-ХХ вв. Судебная реформа. М.: Юрид. лит. 1991. Т. 8. 495 с.

7. О предварительном следствии // Российское законодательство Х-ХХ вв. Судебная реформа. М.: Юрид. лит. 1991. Т. 8. 495 с.

8. Об ответственности должностных лиц судебного ведомства // Российское законодательство Х-ХХ вв. Судебная реформа. М.: Юрид. лит. 1991. Т. 8. 495 с.

9. Об увольнении и перемещении должностных лиц судебного ведомства // Российское законодательство Х-ХХ вв. Судебная реформа. М.: Юрид. лит. 1991. Т. 8. 495 с.

10. Об условиях для занятия должностей по судебному ведомству // Российское законодательство Х-ХХ вв. Судебная реформа. М.: Юрид. лит. 1991. Т. 8. 495 с.

11. Толковый словарь русского языка / под ред. Б.М. Волина и Д.Н. Ушакова. М., Т. II. 1933.

12. Учреждение судебных установлений // Российское законодательство Х-ХХ вв. Судебная реформа. М.: Юрид. лит. 1991. Т. 8. 495 с.

13. Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона. СПб., Т. ХХУ. 1898.

14. Этнографический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона. СПб., Т. ХА. 1893.

КАХОВСКАЯ Татьяна Борисовна — кандидат исторических наук. Россия Чебоксары. E-mail: n.petrenko@rucoop.ru

ПЕТРЕНКО Николай Иванович - доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой теории и истории государства и права. Чебоксарский кооперативный институт (филиал) Российского университета кооперации. Россия. Чебоксары. E-mail: pr.petrenko@ mail. ru

KAKHOVSKAYA, Tatyana Borisovna - Candidate of Historical Sciences. Russia. Cheboksary. E-mail: n.petrenko@rucoop.ru

PETRENKO, Nikolay Ivanovich - Doctor of Jurisprudence, Professor, Head of the Department of the Theory and History of State and Law. Cheboksary Cooperative Institute (branch) of Russian University of Cooperation. Russia. Russia. Cheboksary. E-mail: pr .petrenko@mail.ru

УДК 346.91

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЗАЩИТЫ ПРАВ ГРАЖДАН ПРИ БАНКРОТСТВЕ ЗАСТРОЙЩИКА

А.А. Лебедева, О.В. Ефимов

Посвящено исследованию проблемы защиты прав граждан при банкротстве застройщиков. Рассмотрены права участников строительства на передачу жилого помещения или денежную компенсацию в зависимости от типа возводимого объекта.

Ключевые слова: застройщик; банкротство; защита; процесс по делу о банкротстве застройщика.

A.A. Lebedeva, O.V. Efimov. ACTUAL PROBLEMS OF PROTECTING CITIZENS' RIGHTS IN BANKRUPTCY PROCESS OF A BUILDER

The article is devoted to the study of the problem of law protection of citizens because of the bankruptcy of a builder. The rights of participants of construction for transfer of premises or monetary compensation depending on type of a constructed facility are considered.

Keywords: builder; bankruptcy; protection; bankruptcy process of a builder.

Конституция Российской Федерации в устанавливает конституционную гарантию числе основных прав граждан Российской - «Никто не может быть произвольно лишен Федерации определяет право на жилище и жилища» [1].