Музыка попала под протест

Каждые выходные в столичном парке Горького проходят давно запланированные фестивали со странными и смешными названиями, связанными с едой. В последние недели, отмеченные повышенной протестной активностью, у них появилось определение «фестиваль-спойлер». Борис Барабанов рассказывает о том, как участие в фестивалях еды стало маркером социальной активности для музыкантов.

Владимир Шахрин оказался под прицелом общественного мнения

Фото: Петр Кассин, Коммерсантъ / купить фото

Год назад неравнодушные меломаны, склонные наделять своих любимых музыкантов суперспособностями и сверхкачествами, активно обсуждали участие и неучастие музыкантов в фестивале «Нашествие» в контексте присутствия на нем выставки достижений военной техники. Тогда музыканты «соскакивали» один за другим, выяснив, что обещания организаторов обойтись без танков не выполнены, и это было важной темой СМИ и фанатских сообществ в соцсетях. Списки отказников обсуждали не менее активно, чем украинскую базу «Миротворец». В 2019 году «Нашествие» обошлось без танков и приобрело гораздо более рок-н-ролльного союзника в лице «Роскосмоса», но этому факту уделялось гораздо меньше внимания, чем нескольким предшествующим «милитаристским» фестивалям. Так устроено информационное пространство. О хорошем обычно говорят меньше и без охоты.

На фоне активизации протестных движений летом 2019 года внимание публики снова сконцентрировалось на том, чью сторону заняли те или иные российские музыканты.

Несмотря на все разговоры о том, что в цифровую эру музыканты перестали быть героями и медиумами и отошли на задний план, уступив место блогерам и персонажам компьютерных игр, то, что мы наблюдаем сейчас, ничем не отличается от ситуации 30-летней давности.

«Каждый в душе — Сид Вишес, а на деле — Иосиф Кобзон»,— пел Константин Кинчев ровно 30 лет назад, разделив музыкантов на лагеря и закрепив за ними роли. Да и публике, наблюдающей за людьми в телевизоре (а теперь в мониторе), так удобнее. Вот одни, вот другие. И когда кто-то вдруг не соответствует привычной роли, это производит эффект разорвавшейся бомбы.

Все дискуссии последних недель можно свести к двум эпизодам.

Группа «Чайф» вместе со «Сплином», Uma2rman и Светланой Сургановой выступила 3 августа в парке Горького на фестивале «Шашлык Live», от участия в котором отказались «Ногу свело!» и Алексей Кортнев. Любители моментально наклеивать и так же моментально сдирать ярлыки немедленно обвинили лидера «Чайфа» Владимира Шахрина в предательстве идеалов рок-н-ролла. К тому же перед неравнодушными комментаторами он в этом году уже один раз проштрафился — когда высказался в поддержку строительства храма в сквере в родном Екатеринбурге.

Выступление поп-певца Егора Крида было заявлено на фестивале Meat & Beat, который проходил в парке Горького 10 августа. В те же часы, что и митинг за честные выборы и против полицейского произвола на проспекте Сахарова, в котором приняли участие «Кровосток», Ic3peak и Фейс. Присутствию Крида на афише никто не удивился. А вот когда после фестиваля в его Instagram появилась крайне жесткая оценка действий правоохранительных органов на митинге, а точнее избиения девушки людьми при исполнении, это произвело впечатление на многих. Более того, господин Крид (настоящее имя — Егор Булаткин) в своем сообщении отметил, что хочет найти садиста-правоохранителя. То есть артист, имеющий десятимиллионную армию подписчиков в соцсети, фактически выступил с угрозами в адрес стражей порядка. В комментариях и на своих площадках не так агрессивно, но похожим образом высказались его коллеги по эстрадному цеху — Яна Рудковская, Екатерина Варнава, Сергей Лазарев.

Егор Крид оказался под прицелом общественного мнения

Фото: Петр Кассин, Коммерсантъ

Предложение о выступлении 3 августа в парке Горького поступило группе «Чайф» до первого митинга 27 июля, то есть до того, как обстановка в городе стала накаляться. И группа от него отказалась, так как на этот день у нее был назначен концерт в Мытищах. Но через несколько дней оказалось возможным изменить график таким образом, чтобы выступить в один день в двух местах — и в парке, и в Мытищах. Судя по комментариям Владимира Шахрина и его коллег, группа не отслеживала обстановку в Москве настолько, чтобы точно определить момент, когда выступление на шашлычном фестивале стало «зашкваром», и понять идеологическую разницу между «Шашлыком» и, например, «Пикником "Афиши"», проходившим в тот же день. Можно сколько угодно упрекать их в том, что их радары настроены недостаточно точно. И конечно, высказанное господином Шахриным в «Российской газете» соображение о том, что, если бы на улицы вышли врачи или шахтеры, он был бы со своим народом, не выдерживает никакой критики, ведь сталкивает лбами разные социальные группы.

Согласиться можно в одном: вряд ли найдется много людей, для которых концерт в парке с довольно рядовым составом участников может стать серьезной альтернативой твердому решению идти протестовать. Даже если так считают городские власти.

Демарш Егора Крида стал сенсацией уже потому, что всех поп-артистов скопом принято считать людьми, поддерживающими власть, готовыми плясать под дудку продюсеров и не имеющими четких политических убеждений. В этом году Егор Крид был участником целого ряда скандалов. Он в последний момент отказался выйти на сцену на фестивале русской поп-музыки в Дубае, оформил окончательный разрыв с продюсерским центром Тимати Black Star, дал интервью Юрию Дудю и выпустил хит «Сердцеедка». Егор Крид находится на новом витке карьеры, и ему явно нужны «инфоповоды». Хейтеры уже успели упрекнуть его в том, что, резко высказавшись о жестокости на митинге, он «проехался на хайпе». Но если вступиться за девушку и обратить внимание 10 млн подписчиков на произвол представителей власти, то что плохого в таком хайпе. Где здесь «зашквар»? И кому должен был присягнуть на верность Крид перед тем, как опубликовать свой пост, чтобы его слова приняли за чистую монету?

От того, что «Чайф» выступил на фестивале «Шашлык Live», люди не перестанут петь под гитару «правда, вот был армейский дружок — уехал». От того, что Крид вступился за девушку в сети, песня «Сердцеедка» не стала гениальной. Самое циничное отношение к действиям музыкантов последних недель такое: они — лицедеи, их работа — развлекать за деньги и каждый из них был на своем месте. При этом каждый из них, как и каждый из нас, имеет право на эмоции и может комментировать события в самой резкой форме. Или отказываться принимать в них участие. Или прийти на митинг, а потом поехать вести давно запланированный фестиваль, как сделал 10 августа Юрий Дудь. Это тоже выбор. Для большинства же комментаторов и Егор Крид, и «Чайф», и «Сплин», и Дудь, и Фейс — персонажи сериала, который можно смотреть, сидя у мониторов. Эти комментаторы по-прежнему с наслаждением делят артистов на сидов вишесов и иосифов кобзонов. Так просто удобнее.

Фотогалерея

1 / 45