Не хуже, а непонятнее

Опубликованный в среду, 19 октября, Банком России выпуск бюллетеня «О чем говорят тренды» фиксирует по данным на 12 октября новое расширение границ возможного в экономике на момент частичной мобилизации. Сентябрьское торможение летнего восстановления по первым данным усилилось, а неопределенность его влияния и продолжительности на модели аналитиков ЦБ де-факто не позволяет пока с определенностью трактовать их результаты. Контраст коротких восстановительных трендов с усилением среднесрочной неопределенности, которую усугубляет структурная перестройка спроса, усиливается.

Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ

«К концу месяца экономическая динамика начала несколько ухудшаться. Экономика столкнулась с новыми шоками предложения и спроса, к которым ей дополнительно придется адаптироваться» — так описывают аналитики ДИП ЦБ события, происходившие в РФ накануне и после объявления частичной мобилизации, вызвавшей сокращение рынка труда и вхождение компаний в период нестабильности,— данные Росстата фиксировали начало процесса в августе (см. “Ъ” от 29 сентября).

Описывая состояние рынков на этот момент, аналитики Банка России отмечают: сентябрь принес разворот ценовой динамики по широкому кругу товаров и услуг (чему способствовали разовые проинфляционные факторы — удорожание зарубежного туризма, связи и стоимости полиса ОСАГО) и ускоренное окончание «плодоовощной» дефляции.

В итоге цены с учетом сезонности повысились впервые с мая: их общий уровень в сентябре вырос на 3,4% месяц к месяцу (м/м) после снижения на 0,6% в августе (на 11% в услугах, на 0,9% м/м на непродовольственные товары и на 0,4% на продовольствие).

Постепенно затухает влияние еще одного сильного дезинфляционного фактора — укрепления рубля в апреле—июне, и стабилизация курса к концу года может свести его на нет, «что при прочих равных условиях способно вызвать ускорение роста цен», отмечают в ДИП. О возможном сохранении инфляционного давления на повышенном уровне (выше 4%) свидетельствует и оценка трендовой инфляции: в сентябре ее значение составило 8,7% после 8,8% в августе.

Недельный рост цен в начале октября замедлился (до 0,02% на неделе с 11 по 17 октября, по оперативным данным Росстата, после 0,03% и 0,07% в предыдущие недели), однако и здесь в ДИП отмечают вероятную краткосрочность этого явления, так как соцвыплаты и стабильные доходы могут разогнать потребление, что при сохранении ограничений предложения «предполагает проинфляционный фон на горизонте ДКП».

В итоге на протяжении сентября инфляционное давление усиливалось, а одновременное сокращение потребительского спроса и предложения «усложнило прогнозирование их совокупного влияния на дальнейшие темпы роста потребительских цен», отмечает бюллетень. Этому усложнению в «Трендах» посвящен отдельный раздел — он описывает «структурную перестройку спроса», вызванную уходом с российских рынков западных компаний, как де-факто отказ потребителей от импортозамещения в группах товаров, где он был наиболее массовым (одежда, мебель, телефоны, бытовая техника, автомобили). «Устойчивая динамика доходов будет способствовать нарастанию инфляционного давления в непродовольственном сегменте даже при сдержанных объемах расходов на них», а перенаправление расходов на другие категории (например, услуги) «могут провоцировать дополнительный рост цен и в этих сегментах», предполагают аналитики ДИП. И это только один из проинфляционных рисков, затрудняющих среднесрочное прогнозирование.

Влияние частичной мобилизации и возросшей неопределенности на потребительский и инвестспрос, на предложение кредитов и спрос на них, а также на рынок труда, зарплаты и доходы населения «еще предстоит оценить», констатируют аналитики.

В ЦБ уточняют, что эти факторы «могут оказаться в целом как дезинфляционными, так и проинфляционными и, более того, их направленность может изменяться на разных временных горизонтах».

Описывая «новую реальность», аналитики ЦБ отмечают успех в рамках первичной адаптации компаний к ней в вопросах логистики, удержание уровня производства в нефтедобыче и нефтепереработке и сохранение объема работ в строительстве, что «обеспечило стабилизацию и даже некоторый рост экономической активности летом». Однако спад экономической активности и дефицит кадров на рынке труда долгосрочно угрожают торможением роста производительности, а «основной негативный эффект внешних ограничений в нефтяной отрасли и на поставки инвестиционных и высокотехнологичных товаров, по-видимому, впереди». В ДИП его ждут с конца 2022 года, и «до этого времени переход российской экономики к устойчивому росту вряд ли произойдет».