2012. 02. 009. Смит г. , Шнейдер А. Критикуя модели эмоциональности. Smith H. , Schneider a. Critiquing models of emotions // sociological methods a. research. - L. , 2009. - Vol. 37, n 4. - p. 560-589

СОЦИОЛОГИЯ ЭМОЦИЙ

2012.02.009. СМИТ Г., ШНЕЙДЕР А. КРИТИКУЯ МОДЕЛИ ЭМОЦИОНАЛЬНОСТИ.

SMITH H., SCHNEIDER A. Critiquing models of emotions // Sociological methods a. research. - L., 2009. - Vol. 37, N 4. - P. 560-589.

Авторы статьи Герман Смит (Университет Миссури - Сент-Луис, США) и Андреас Шнейдер (Техасский технологический университет, США) представили результаты первой эмпирической проверки четырех теорий, касающихся природы человеческих эмоций, применив более 2000 статистических тестов, нацеленных на проверку пяти гипотез. В начале статьи авторы характеризуют основные научные подходы к изучению эмоций, раскрывают понятия первичных и вторичных эмоций. Далее описываются основные теории, на основе которых формулируются пять гипотез. Затем авторы описывают использованные методы и анализируют полученные результаты (с. 560).

Смит и Шнейдер отмечают, что научные теории эмоций на сегодняшний день являются столь многочисленными, что целесообразно разделить их на три группы: детерминистские (большей частью несоциологические); социально-конструктивистские; интер-акционистские. К детерминистскому подходу авторы относят биологические и некоторые психологические теории. Например, теорию Ч. Дарвина. Он считал эмоции универсальными реакциями, которые в ходе эволюции достались человеку от животных1. Современный вариант этой теории можно найти у П. Экмана и

1 Darwin Ch. The expression of the emotions in man and animals. - N.Y.: Appleton, 1896.

И. Розенберга1. В биологических теориях эмоции делятся на первичные, или универсальные, и вторичные, которые, как правило, игнорируются в рамках данного подхода. Эти теории основаны на измерении физиологических состояний, например состояния сердечно-сосудистой системы, поскольку предполагается, что телесные ощущения связаны с базовыми эмоциями, такими как гнев (anger), отвращение (disgust) и др. В этих теориях, по мнению авторов статьи, смешиваются физиологические ощущения и чувственные компоненты эмоций. Такого рода теории утверждают, хотя и без эмпирических подтверждений, что эмоции работают независимо от познавательных процессов. Отличие этого подхода от двух основных социологических подходов к изучению эмоций (инте-ракционистского и конструктивистского) состоит в том, что он предполагает рассмотрение эмоций как непроизвольных реакций, возникающих в социальных взаимодействиях. В социально-конструктивистских и интеракционистских теориях утверждается, что эмоции могут носить произвольный и осознанный характер, а социальная структура часто служит причиной эмоциональных откликов. В рамках интеракционистского подхода предполагается, что эмоции возникают в социальных взаимодействиях, индивиды оценивают уместность или неуместность тех или иных эмоций, что способствует их дальнейшему проявлению. Представитель данного подхода Т. Кемпер утверждал, что другие люди и их действия больше, чем физическое состояние человека, вызывают эмоции. Кроме того, эмоции способствуют поддержанию и изменению социальных отношений2.

Сторонники конструктивистского подхода выступают против того, чтобы считать эмоции иррациональными вспышками чувств. Эмоции интерпретируются ими как имеющие когнитивные компоненты, которые обуславливают рациональное поведение. Конструктивисты рассматривают обширный класс человеческих эмоций,

1 Ekman P., Rosenberg E. What the face reveals: Basic and applied studies of spontaneous expressions using the facial action coding system (FACS). - N.Y.: Oxford univ. press, 1997.

Kemper T.D. A social interactional theory of emotions. - Maiden (MA): Wiley, 1978.

являющихся следствиями социальных отношений1. И конструктивисты, и интеракционисты проводят различия между такими группами эмоций, как универсальные / неуниверсальные, первичные / вторичные / третичные, базовые / небазовые, и принимают их, с точки зрения авторов, без должного скептицизма. Более того, до сих пор не проводилось эмпирической проверки существования различий между универсальными и другими эмоциями. В данной статье авторы впервые представляют результаты эмпирической проверки нескольких главных предположений относительно природы эмоций в разных культурах. Ученые использовали данные, основанные на соизмеримых словах, выражающих эмоции. Эти данные были собраны среди американцев, канадцев, немцев, японцев и жителей Тайваня (с. 561-562).

В повседневной жизни существует множество определений эмоций. Слова, относящиеся к эмоциям, становятся просто новыми обозначениями для индивидуального опыта в новых социальных ситуациях. Но это не отражает интерсубъективную природу эмоций, поскольку, как пишут авторы, эмоции должны включать в себя определенное число сигналов для коммуникации и упрощать сложный человеческий опыт. Авторы статьи следуют концепции, которую выдвинули Дж. Клор и его коллеги2. Согласно этой позиции, необходимо ограничить количество эмоций в соответствии со словами, описывающими внутренние эмоциональные состояния. Многие теоретики продолжают включать термины, не отвечающие этому стандарту. Например, следующие слова продолжают путать со словами, обозначающими подлинные эмоции: убежденность (assertion), месть (vengeance), сонливость ((feeling) sleepy), предчувствие (anticipation) и др.

1 Hochschild A.R. Emotion work, feeling rules and social structure // American j. of sociology. - Chicago (IL), 1979. - Vol. 85, N 3. - P. 556-557; Thoits P.A. Emotional deviance: Research agendas // Research agendas in the sociology of emotions / Ed. by T.D. Kemper. - Albany: SUNY press, 1990. - P. 180-203; Lively K.J., Heise D.R. Sociological realms of emotional experience // American j. of sociology. -Chicago (IL), 2004. - Vol. 109, N 5. - P. 1109-1136.

Clore G.L., Ortony A., Foss M.A. The psychological structure of the affective lexicon // J. of personality a. social psychology. - Wash., 1987. - Vol. 53, N 4. -P. 751-766.

Существует много мнений по поводу количества эмоций, которые считаются универсальными или первичными в эволюционном смысле. Наименьшее количество определил А. Сроуф - три эмоции: удовольствие, страх и гнев, а наибольшее - К. Изард -11 эмоций: удовольствие, страх, гнев, презрение, удивление, отвращение, стыд, робость, горе, чувство вины и заинтересован-ность1. Если данные эмоции являются универсальными, то они являются врожденными. Но необходимо доказать, что эмоции встроены в эволюцию нервной системы человека. П. Экман, с точки зрения авторов, привел убедительные эмпирические доказательства, что семь эмоций являются первичными, поскольку для них существуют универсальные лицевые выражения, они не зависят от значений слов, которыми их обозначают, и не всегда поддаются контролю со стороны индивида. Это гнев, презрение, отвращение, страх, радость, грусть и удивление. Эти эмоции соответствуют выбранной авторами концепции Клора и его коллег (см. выше), поэтому, с их точки зрения, являются кандидатами на статус первичных эмоций для настоящего эмпирического исследования.

Вместе с тем авторы стремились исследовать и получить эмпирическое подтверждение или опровержение моделей эмоциональности, которые определяют и объясняют объем значений слов, описывающих эмоции. Многие слова, обозначающие эмоции, нельзя адекватно перевести на языки других культур, поэтому в исследовании должны использоваться слова, которые поддаются прямому и обратному переводу на языки разных культур. Для этого авторы выбрали слова, подходящие для всех пяти культур, а также четыре универсальные эмоции, отвечающие этим условиям, - радость, страх, гнев и грусть. Кроме того, авторы стремились совместить выводы Экмана с социологическим измерением эмоций, которое в свое время было представлено в рамках интеракционистской традиции, - измерение оценки, силы и активности эмоции

1 Sroufe A.L. The coherence of individual development: Early care, attachment and subsequent developmental issues // American psychologist. - Wash., 1979. -Vol. 34, N 10. - P. 834-841; Izard C.E. Innate and universal facial expressions: Evidence from development and cross-cultural research // Psychological bull. - Wash., 1994. - Vol. 115, N 2. - P. 288-299.

(evaluation, potency, activity - EPA), или так называемый аффективный рейтинг1 (с. 563-564).

Далее авторы задаются вопросом: если количество универсальных эмоций колеблется в диапазоне от 5 до 10, то сколько существует других эмоций? В английском языке есть множество описывающих эмоции слов, сопоставимых с большинством современных языков. Клор и его коллеги нашли 234 английских слова, обозначающих эмоции, однако многие из этих слов заменяют друг друга - например, существует целое семейство слов для обозначения гнева, которые трудно разграничить. Поэтому авторы отобрали около 100 слов из списка Клора и его коллег, которые обозначают эмоции и охватывают практически всю область смысловых значений. Таким образом, маловероятно, что фактическое число различимых человеческих эмоций может быть больше 100. Кроме того, около 90% слов из этого списка были адекватно переведены на немецкий, японский и китайский языки (с. 564).

Далее авторы рассуждают о том, как можно отделить первичные и вторичные эмоции на практике, приводят примеры известных теоретических концепций и формулируют гипотезы. Поскольку универсальные эмоции являются врожденными, а вторичные эмоции возникают в процессе социализации, в процессе развития самосознания в рамках данной культуры, то надежное измерение

1 Этот подход к измерению эмоций появился в теории аффективного контроля Д. Хейза, центральной проблемой которой является управление идентичностью. Хейз стремится найти универсальные механизмы конструирования личностной идентичности в связи с возникновением эмоций. До исследований Хейза эмоции в психологии имели два измерения: приятные и неприятные; напряженные и расслабленные. Хейз предложил третье измерение - сила эмоции. Отсюда представители теории аффективного контроля стали оценивать эмоции в трехмерном пространстве: оценка «хорошо» / «плохо»; сила и активность (пассивность) - EPA. Например, гнев обладает большей силой, чем страх. Ученые обнаружили, что позитивные эмоции не дифференцируются по силе, являются полновластными. Эта модель работает в основном для выделения негативных эмоций в процессе управления идентичностью. Также Д. Хейз и его коллеги разработали теорию, в которой главным является то, как люди определяют ситуации с помощью языка. Идентичность состоит из сознательных оценок и эмоций по поводу других и самого себя в данной ситуации. Именно в этом случае эмоции или аффекты измеряются с помощью EPA или аффективного рейтинга эмоции. См.: Turner J.H., Stets J.E. The sociology of emotions. - Cambridge: Cambridge univ. press, 2005. - Прим. реф.

универсальных эмоций должно показывать гораздо меньшую вариативность этих эмоций внутри и между культурами, чем у вторичных эмоций. В связи с этим авторы формулируют свою первую гипотезу: кросскультурная и внутрикультурная вариативность стандартного отклонения и средних для аффективного рейтинга должна быть значительно меньше среди универсальных, первичных, или базовых, эмоций, нежели среди сложных вторичных эмоций. Это не означает, что внутри культуры интерпретация эмоций будет одинакова для всех тестируемых; главное, что вариативность первичных эмоций внутри культуры будет меньше, чем вторичных. Следующая проверка достоверности разделения на первичные и вторичные эмоции проводится с помощью тестирования сходства коннотативных значений силы, активности и оценки (EPA). Вторая гипотеза: евклидово расстояние между культурами должно быть значительно меньше по рейтингу силы, активности и оценки (EPA) для универсальных, первичных, или базовых, эмоций, нежели для вторичных или третичных эмоций (с. 565).

Основные теории эмоций содержат предположения о том, откуда берутся сложные, или вторичные, эмоции, и используют простую аналогию смешивания цветов (palette theories). В них утверждается, что сложные, или вторичные, эмоции образуются путем сочетаний первичных эмоций - как цвета, смешиваясь, образуют новый цвет. Р. Плутчик предложил модель эмоционального колеса, в основе которого лежат восемь универсальных, или базовых, эмоций, которые, смешиваясь, образуют более сложные эмо-ции1. Если смотреть по часовой стрелке, начиная с 12 часов, это -одобрение, удивление, страх, печаль, отвращение, надежда, гнев и радость. Однако многие слова из модели Плутчика уже не принимаются как обозначения определенных эмоций, поэтому авторы статьи изменили модель Плутчика и исключили слова «одобрение» и «надежда»2.

1 Plutchik R. The emotions: Facts, theories and a new model. - N.Y.: Random house, 1962; Plutchik R. Emotion: A psychoevolutionary synthesis. - N.Y.: Harper & Row, 1980; Plutchik R. Emotions and life: Perspectives from psychology, biology and evolution. - Wash.: American psychological association, 2002.

Ortony A., Clore G.L., Collins A. The cognitive structure of emotions. - N.Y.: Cambridge univ. press, 1988.

Третья гипотеза авторов содержит несколько субгипотез и основана на теории Плутчика. Гипотеза 3а: эмоции, расположенные на 180 градусов друг от друга на колесе эмоций Плутчика (страх - гнев; грусть - радость), должны показывать наибольшее несходство в трех измерениях аффективного рейтинга (EPA) независимо от культуры (с. 566).

Сложные эмоции в модели Плутчика возникают согласно следующим правилам: первичные эмоции формируются из соединения универсальных эмоций, расположенных на воображаемом колесе. Иначе говоря, наибольшее сходство должно быть между следующими эмоциями: одобрение - удивление, удивление -страх, страх - печаль, печаль - отвращение, отвращение - надежда, надежда - гнев, гнев - радость, радость - одобрение. Вторичные эмоции являются составными функциями своих близких соседей -тех эмоций, которые стоят рядом на колесе эмоций, например: трепет = удивление + страх. Третичные эмоции образуются от эмоций, расположенных через единицу (например, чувство вины образуется посредством соединения радости и страха). Таким образом, авторы формулируют еще три гипотезы. Гипотеза 3b: соединение следующих пар первичных эмоций образует следующие вторичные эмоции: гордость = гнев + радость; трепет = удивление + страх; раскаяние = печаль + отвращение. Гипотеза 3c: соединение следующих пар первичных эмоций образует следующие вторичные эмоции: разочарование = удивление + печаль; стыд = страх + отвращение. Гипотеза 3d: соединение следующих пар первичных эмоций образует следующие третичные эмоции: возмущение = гнев + удивление; зависть = грусть + гнев (с. 567).

От модели Р. Плутчика авторы переходят к проверке предположений Т. Кемпера и Дж. Тернера, теории которых объясняют, как появились вторичные эмоции из небольшой группы универсальных эмоций1. По Кемперу, первичные эмоции - это страх, гнев, подавленность и радость-удовлетворение. Список Тернера включает «удовлетворение-радость», «страх», «гнев» и «разочарование-грусть» (satisfaction-happiness, fear, anger, disappointment-sadness).

1 См.: Kemper T.D. How many emotions are there? Wedding the social and the autonomic components // American j. of sociology. - Chicago (IL), 1987. - Vol. 93, N 2. - P. 263-289; Turner J.H. Toward a general sociological theory of emotions // J. for the theory of social behavior. - Springfield (IL), 1999. - Vol. 29, N 2. - P. 132-162.

Если эти предположения верны, то статистическая проверка должна показать намного меньшее стандартное отклонение и схожие средние внутри культур и между культурами для первичных эмоций в отличие от вторичных. Кроме того, тесты должны показать, что евклидово расстояние для вторичных эмоций больше, чем для первичных. Кемпер также считает, что некоторые сложные эмоции образуются на основе первичных эмоций. Например, ребенок должен научиться ассоциировать гордость с радостью его родителей, когда у него все получается в школе. Отсюда авторы формулируют гипотезу 4а: аффективные рейтинги должны быть подобными для стыда и гнева, гордости и радости, так как они связаны друг с другом посредством социализации.

Кемпер, так же как и Плутчик, предполагал, что некоторые вторичные эмоции - это сложные комбинации определенных первичных эмоций. Авторы формализуют предположение Кемпера в гипотезу 4Ь: комбинации страха и подавленности образуют тревогу, ревность или зависть; страх и радость образуют трепет; гнев и радость - презрение. Тернер следовал в своих рассуждениях за Плутчиком и Кемпером и утверждал, что вторичные эмоции возникают в результате сочетания первичных эмоций. Авторы сократили его перечень для того, чтобы выделить эмоции, которые согласуются с упомянутой выше дефиницией Клора и его коллег: радость, страх, гнев и грусть. Если предположение Тернера о формировании первичных эмоций верно, то должна подтверждаться гипотеза 4с: комбинации первого порядка должны образовывать определенные вторичные эмоции: радость + страх образуют гордость или трепет; радость + гнев образуют спокойствие, зависть или ревность; радость + грусть образуют уныние; гнев + грусть образуют злобу, подавленность, зависть, неудовлетворенность или недовольство; грусть + страх образуют раскаяние (с. 567-568).

П. Джонсон-Лейрд и К. Оутли, сторонники позиции Экмана, считали, что существует пять универсальных эмоций (радость, печаль, страх, гнев и отвращение); они являются «базовыми формами», и никакое другое эмоциональное состояние не может быть сведено к более семантически фундаментальному. Эти базовые эмоции имеют две коммуникативные функции. Первая, внутренняя, позволяет мозгу «обходить» сложные мыслительные процессы. Вторая, внешняя, дает индивидам набор простых сигналов для

коммуникации, причины которых не осознаются1. А. Ортони и Дж. Клор не согласны с тем, что данные пять эмоций являются семантически базовыми и что критерий подсознательного знания о причинах является необходимым: «Я чувствую Х (базовая эмоция), но я не знаю почему». Эти ученые убеждены в необходимости кросскультурных исследований2. Авторы статьи провели первую кросскультурную проверку семантической универсальности пяти базовых эмоций, предполагая, что каждая базовая эмоция подразумевает семейство связанных с ней эмоций, эмпирически проявляющихся как кластеры. В связи с этим авторы осуществили исследование слов, обозначающих эмоции, которые являются общими для всех пяти культур. Гипотеза 5: кластерный анализ должен показать, что слова, выражающие эмоции, должны естественным образом распределиться по пяти эмоциональным кластерам, строго соответствующим радости, печали, страху, гневу и отвращению, независимо от культуры или субкультуры (пола респондента) (с. 568-569).

Далее авторами описываются использованные методы сбора информации. Авторы использовали лексикон из 99 эмоций, который был составлен Р. Морганом и Д. Хейзом для проверки аффективного рейтинга этих эмоций3. Для каждой из пяти культур авторы попытались перевести все 99 слов, обозначающих эмоции, с американского английского. В канадский вариант вошли 99 эквивалентных терминов. 11 из этих слов, описывающих эмоции, нельзя было адекватно перевести на японский язык, например: «убитый горем», «нетерпеливый», «безумный» (heartbroken, impatient, mad). В итоге японский словарь эмоций включал 88 слов. Шесть из 99 американских слов не имели аналогов в китайском языке, например: «раздраженный», «напуганный», «растроганный» (irritated, scared, touched). Самое большое число трудностей возникло с немецким словарем эмоций, но не по причине трудности перевода:

1 Johnson-Laird P.N., Oatley K. The language of emotions: An analysis of a semantic field // Cognition a. emotion. - L., 1989. - Vol. 3, N 2. - P. 81-123.

2

Ortony A., Clore G.L. Emotions, moods and conscious awareness // Ibid. -P. 125-137.

3

Morgan R., Heise D.R. Structure of emotions // Social psychology quart. -Evanston (IL), 1988. - Vol. 51, N 1. - P. 19-31.

было обнаружено только 66 слов, обозначающих эмоции, из списка Моргана-Хейза (с. 569-570).

Пять инструментов сбора данных были размещены в Интернете1. На экране появлялись на нужном языке словесные эквиваленты «чувств». Специальная программа отслеживала аффективный рейтинг каждой эмоции. Были использованы биполярные шкалы, полученные в ходе психометрического изучения семантического дифференциала для японцев и китайцев, а также отдельные шкалы для немцев на основе работ Ч. Осгуда2. Поэтому на экране были показаны в случайном порядке биполярные концы каждой шкалы. На каждой шкале было отмечено девять позиций, для обозначения которых в каждом языке и для каждого из трех измерений аффективного рейтинга EPA были найдены эквивалентные названия: «нейтрально» = 0, «слегка» = 1, «весьма» = 2, «чрезвычайно» = 3, «беспредельно» = 4.3. Каждое испытание проходили минимум 30 мужчин и 30 женщин. Это были студенты, которые заполняли компьютерный вопросник за небольшое вознаграждение. Авторы в каждом случае использовали небольшую выборку, полагая, что для данного исследования не требовалось большой случайной выборки, поскольку акцент делался не на различиях между большими популяциями, а на интерсубъективных культурных различиях. Таким образом, было рассчитано стандартное отклонение для всех пяти культур (с. 570-574).

После описания метода Г. Смит и А. Шнейдер проводят анализ полученных данных. Для проверки первой гипотезы о различиях внутри культур был использован тест Левена, сравнивалось частичное стандартное отклонение суммарно для универсальных и вторичных эмоций. В результате первая гипотеза однозначно не подтвердилась. Также не подтвердилась вторая гипотеза, универсальные и вторичные эмоции оказались неразличимыми в кросс-культурной перспективе. Третья гипотеза и несколько субгипотез были сформулированы для проверки модели Р. Плутчика. Гипотеза 3а о том, что пары эмоций страх - гнев и печаль - радость должны показывать максимальные различия по аффективному рейтингу

1 Affect control theory: Rate EPA. - Mode of access: http://www.indiana. edu/~

socpsy/ACT/SDscale.html

2

Osgood C.E., May W.H., Miron M.S. Cross-cultural universals in affective meaning. - Urbana: Univ. of Illinois press, 1975.

независимо от культуры, опять-таки не подтвердилась. Для проверки гипотез 3в и 3с был использован регрессионный анализ, и они тоже были опровергнуты, поскольку оказалось, что гнев не влияет на чувство гордости, радость не имеет значения для чувства презрения и т.д. Гипотеза 3d предполагала, что некоторые эмоции связаны посредством процессов обучения. По логике Т. Кемпера, чувство стыда и гнев, гордость и радость должны иметь примерно равные аффективные рейтинги, однако результаты исследования не подтвердили данную гипотезу, эти эмоции не оказались психологически схожими. Кроме того, чувства стыда и гнева не ассоциируются семантически в каждой из пяти выбранных культур (с. 575576).

В ходе проверки гипотезы 4а одного измерения евклидовых расстояний оказалось достаточно, чтобы ее опровергнуть. Гипотеза на основании концепции Тернера о том, что страх и депрессия образуют тревогу, а страх и радость образуют трепет, проверялась с помощью регрессионного анализа. Модели показали зависимость тревоги от страха и подавленности, а также трепет оказался связанным с подавленностью и радостью. Тем не менее не обнаружилось влияния силы радости или подавленности на силу чувства трепета в четырех культурах. То же самое можно сказать про страх и подавленность. Таким образом, гипотеза 4Ь также не подтверждается. Для проверки гипотезы 4с было составлено 90 регрессионных уравнений в результате перебора всех измерений. Только три из 90 регрессий оказались статистически значимыми, поэтому ученые опровергли и гипотезу 4с. Итак, гипотезы от 1 до 4 не получили эмпирического подтверждения (с. 577).

Гипотеза 5 подразумевала, что существует пять семантических семейств, соответствующих универсальным эмоциям - радости, грусти, страху, гневу и отвращению. Для проверки гипотезы применялся кластерный анализ. Если предположить, что универсальный набор первичных эмоций существует, выделенные кластеры не должны перекрываться. Таким образом, пять универсальных эмоций должны отображаться в пяти различных кластерах и не содержать других первичных эмоций в каждом из них. Поскольку не все эмоции были представлены в пяти странах, анализ проводился на 53 словах, выражающих эмоции. Во всех пяти странах, с учетом субкультур, выраженных принадлежностью к различному полу,

эмоция радости явилась основой кластера, в который не входила ни одна из четырех эмоций, определенных как первичные. Все остальные первичные эмоции находились с другими первичными эмоциями в одном кластере в одной или нескольких культурах. При этом внутри каждой культуры различия были меньше, чем среди различных культур. Таким образом, Гипотеза 5 была отвергнута на том основании, что выделенные пять семантических семейств, обозначающих эмоции, не проявились при кросскультур-ном исследовании (с. 578-580).

Вслед за анализом полученных данных авторы статьи переходят к обсуждению различных социологических теорий, раскрывающих причины возникновения эмоций. В связи с этим авторы ставят следующий вопрос: что обусловливает возникновение и выражение различных эмоций? С точки зрения авторов, социологи имеют в своем арсенале больше средств для ответа на этот вопрос, чем традиционные биологические и психологические теории. Отправной точкой для многих социологических исследований послужила теория статуса и власти Т. Кемпера. Он смог связать врожденные автономные эмоциональные реакции со статусным положением индивида и обладанием властью на микроуровне социальной структуры. Когда индивид понимает, что обладает большей властью в данной ситуации, то он переживает радость или чувство безопасности. Когда индивид видит, что другие индивиды превосходят индивида по уровню обладания властью, он ощущает страх и тревогу. Достижение индивидом высокого статуса активирует чувство гордости, в свою очередь потеря статуса из-за действий других индивидов способствует возникновению у него чувства гнева. Главная сила данной теории, по мнению авторов, заключается в том, что она совместима с классическими теориями Дж. Г. Мида, Ч. Кули и Э. Гофмана, а также с более современными теориями - например, теорией аффективного контроля и теорией эмоционального менеджмента К. Лайвли и Д. Хейза (см. выше). Одним из недостатков этой теории является то, что в ней рассматривается небольшое число эмоций: только 15 из выбранного списка слов, описывающих эмоции. Другая слабость этой теории проявляется в том, что причинами возникновения описываемых Кемпером эмоций являются не только статусные и властные позиции (с. 581582).

В некоторых современных теориях делается попытка понять причины возникновения эмоций на основе их общей валентности -с помощью измерения их негативного и позитивного характера. Исследования эмоций в рамках теорий обмена демонстрируют, что позитивные и негативные аффекты сигнализируют о будущем отношений, либо о том, что угрожает отношениям. Теории управления идентичностью пытаются объяснить причины негативных эмоций, особенно гнева, которые совместимы с упомянутыми выше теориями Д. Хейза и К. Лайвли, и связывают эмоциональный опыт с разнообразными социально-структурными, ситуационными и личностными переменными. Более скромные попытки предпринимаются в исследовании отдельных эмоций, таких как замешательство, чувства стыда и вины, чувство любви. Однако все перечисленные теории не выстраиваются в общую социологическую теорию эмоций, которая, с точки зрения авторов, должна отвечать следующим критериям. Эта теория должна предоставить факты, совместимые с современными эволюционными, биологическими или психологическими теориями эмоций; описать набор подлинных эмоций; сформулировать фальсифицируемые гипотезы для проверки других теорий эмоций; поддаваться одновременно количественной и качественной проверке, а также кросскультурному исследованию, и быть применимой в других культурных пространствах; инкорпорировать или, по крайней мере, артикулировать стандартные предположения (например, влияние статуса, власти, ролевой и когнитивной оценки, правил чувствования, влияние культурных стандартов, идентичности и механизмов приписывания). С точки зрения авторов, именно в рамках теории аффективного контроля Д. Хейза проводятся первые серьезные эмпирические исследования, удовлетворяющие этим критериям (с. 582-583).

Таким образом, результаты проведенного авторами кросс-культурного исследования эмоций позволяют утверждать, что классификация эмоций на первичные и вторичные неоправданна. Полученные данные свидетельствуют о том, что так называемые универсальные, базовые, или первичные, эмоции, даже если они являются врожденными, статистически неразличимы. Также не получили эмпирического подтверждения теории смешивания эмоций. Авторы надеются, что их исследование, в результате которого не подтвердились все гипотезы, касающиеся основной классификации

2012.02.010-012

эмоций, будет способствовать развитию новых теоретических моделей и исследовательских стратегий изучения эмоций.

И.И. Будашова, О А. Симонова

2012.02.010-012. КОНЦЕПЦИЯ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО ТРУДА АР. ХОХШИЛЬД: СОВРЕМЕННЫЕ ДИСКУССИИ. (Сводный реферат).

2012.02.010. BROOK Р. The alienated heart: Hochschild's «emotional labour» thesis and the anticapitalist politics of alienation // Capital a. class. - L., 2009. - Vol. 33, N 7. - P. 7-31.

2012.02.011. BROOK P. In critical defense of «emotional labour»: Refuting Bolton's critique of Hochschild's concept // Work, employment a. society. - L., 2009. - Vol. 23, N 3. - P. 531-548.

2012.02.012. BOLTON S.C. Getting to the heart of the emotional labour process: A reply to Brook // Ibid. - P. 549-560.

Пол Брук (Манчестерский университет, Великобритания) делает попытку соотнести концепцию эмоционального труда А.Р. Хохшильд с теорией отчуждения К. Маркса, а также рассмотреть ее в более широком теоретическом контексте. Выход в свет книги Хохшильд «Управляемое сердце: Коммерциализация человеческих чувств» (1983)1 вызвал заметный общественный резонанс, поскольку эта книга имеет политическую и антикапиталистическую направленность, утверждает Брук. В книге Хохшильд были поставлены вопросы коммерциализации эмоций и распространения идеологии потребления. Эта книга положила начало целой серии исследований феномена эмоционального труда. Автор анализировала труд стюардесс, в результате чего появилось целое направление по изучению труда в сфере услуг (например, сиделки и няни). В некоторых статьях предлагается взгляд на проблему, отличный от точки зрения Хохшильд, либо расширяющий границы ее теории; предлагаются и новые понятия.

По мнению Брука, критика слишком обобщила идеи А. Хох-шильд, что повлекло за собой неверные выводы. Дело в том, что автор «Управляемого сердца» рассматривает только два типа от-

1 Hochschild A.R. The managed heart: Commercialization of human feeling. -Berkeley: Univ. of California press, 1983.