Санкции косметического масштаба

США в очередной раз расширили список граждан и компаний, против которых действуют антироссийские санкции. На этот раз основной мишенью черного списка стали судостроение и Керченский мост, а секторального — компании группы «Газпром». Однако Белый дом остается верен политике «угрожающей сдержанности». Расширение списка мало что меняет для попавших в него компаний, и, как и прежде, ключевые для экономики США и Евросоюза структуры, например, сам «Газпром», остаются фактически неприкосновенными.

Об очередном значительном расширении санкционного списка российских граждан и компаний, а также ряда должностных лиц самопровозглашенных Донецкой и Луганской народных республик (ЛНР и ДНР) сообщил Минфин США. Он опубликовал список из 17 физических лиц и почти сотни организаций, пояснив, что задача расширения — пресечь «уклонения от действия санкций, а также других действий, связанных с конфликтом на Украине». Американская сторона подчеркивает, что публикация последовала за продлением до 31 января 2017 года секторальных санкций в отношении РФ со стороны ЕС, вступивших в силу 2 июля.

Как заявили “Ъ” в посольстве США в Москве, «нынешнее действие властей США связано с необходимостью обеспечить эффективность и целостность существующего санкционного режима». «Задача — пресечь попытки обойти существующие санкции, усилить действие санкций и предоставить дополнительную информацию частным компаниям с тем, чтобы они неукоснительно соблюдали действующие ограничения,— заявили “Ъ” в посольстве.— Данное действие также демонстрирует приверженность США увязать санкции в отношении России с полным выполнением Минских договоренностей и окончанием оккупации Крыма». Привязка срока действия санкций к выполнению Минских договоренностей фигурирует и в публикации Минфина США. Там отмечается, что ведомство намерено сохранять ограничительные меры, «пока Россия не выполнит полностью свои обязательства по Минским соглашениям, включая всеобъемлющее прекращение огня, вывод всех вооружений и военного персонала и восстановление контроля Украины над территорией в рамках границ, признанных международным сообществом».

Президент Украины Петр Порошенко на своей странице в Facebook выразил удовлетворение решением США: «Искренне благодарен американским партнерам за этот важный шаг солидарности с Украиной. Россия, как государство-агрессор, должна почувствовать цену за грубое нарушение международного правопорядка — оккупацию чужой территории, разворачивание гибридной войны в центре Европы и убийство тысяч невинных людей. Рассчитываем, что наши партнеры из Евросоюза поддержат эту логику и секторальные санкции против России будут продолжены, а в случае эскалации конфликта — усилены».

Заход с флангов

Если год назад ключевой и самой громкой мишенью санкционных уточнений Белого дома стала «Роснефть» и ее дочерние структуры, на этот раз США впервые всерьез обложили «Газпром». Однако ситуация выглядит почти анекдотически — как будто Вашингтон сделал все, чтобы сохранить лицо, но не повредить всерьез российской монополии.

До сих пор «Газпром» попадал только под секторальные санкции, связанные с добычей нефти на шельфе, в Арктике и из сланцевых залежей. Прямые финансовые санкции были введены против «Газпром нефти», кроме того, секторальные санкции были распространены на разрабатываемое «Газпромом» Южно-Киринское месторождение на шельфе Сахалина, хотя формально оно является газовым и слишком мелководным, чтобы попадать под исходные формулировки санкций.

Теперь же под финансовые санкции попали все ключевые дочерние структуры концерна, кроме тех, что связаны с поставками газа за рубеж или привлечением зарубежного финансирования. Так, под санкциями оказались основные добычные предприятия, например «Газпром добыча Уренгой» и «Газпром добыча Ноябрьск», все крупнейшие трансгазы и обслуживающие активы, такие как «Газпром комплектация», «Газпром геологоразведка» и «Газпром флот».

Кроме того, в списке оказались «Газпром капитал» (привлекает рублевые займы), «Газпром переработка», «Газпром межрегионгаз», а также ООО «Ачим девелопмент» (СП с немецкой Wintershall) и ООО «Газпром Русская» (проектная компания строительства морской части «Турецкого потока»). При этом против самой материнской компании санкции так и не были введены.

Иными словами, запрет на финансирование в долларах на срок более 60 дней введен для тех структур, которые и так не работают в долларах и не привлекают финансирование самостоятельно («Ачим девелопмент» немцы финансируют в евро). При этом ни одна трейдерская или сбытовая структура «Газпрома» за рубежом, как и европейские SPV-компании концерна, не попали под санкции. В санкционном списке только австрийский трейдер Centrex, который входит в группу Газпромбанка и продает незначительные объемы газа. То есть «Газпром», как и прежде, сможет привлекать долгосрочное финансирование, в том числе и в долларах.

«Эти санкции никак ни повлияют на бизнес-процессы, возможно, вырастут транзакционные издержки»,— полагает один из источников “Ъ”, отмечая, что в ряде случаев потребуется более сложное оформление проектного финансирования. Но фактически санкции бессмысленны, пока не распространяются на сам «Газпром». Когда в 2015 году власти США включили в список ключевые дочерние структуры «Роснефти», это было призвано бороться со схемами обхода санкций, но при этом сама компания уже находилась под ними.

Если экономическое значение этих мер для «Газпрома» невелико, то психологический эффект может быть более существенным. «Как нарочно, опубликовали перед форумом во Владивостоке»,— указывает собеседник “Ъ”, близкий к «Газпрому». Другой источник “Ъ” отмечает, что дальше власти США не могли зайти, поскольку еще в 2014 году была достигнута договоренность с европейцами о том, что санкции не поставят под угрозу газоснабжение ЕС. «Это демонстрация политического давления, связанная в том числе с Nord Stream 2»,— полагает он.

В самом «Газпроме» обновленный санкционный список не комментируют, но неделю назад монополия сообщала, что ее совет директоров рассматривал влияние западных санкций на группу и «меры реагирования». В «Газпроме» подчеркивали, что смогли «минимизировать возможные негативные последствия» и санкции «не имеют критического значения для текущей деятельности». В общем объеме закупок группы, уверяли в монополии, доля иностранного оборудования составляет около 5%, также она «имеет свободный доступ к международным рынкам капитала, способна привлекать средства на приемлемых условиях, расширяет перечень используемых финансовых инструментов, диверсифицирует источники заимствований, в том числе за счет расширения сотрудничества с азиатскими кредитными организациями».

Структуры non grata

Формально сама жесткая часть списка — это SDN List. В него попадают юрлица и физлица, чьи активы замораживаются, и гражданам США запрещается осуществлять с ними транзакции. Санкции осложняют российским компаниям, попавшим под них, например, заказывать оборудование за рубежом. Так, глава «РусГидро» Николай Шульгинов в интервью “Ъ” говорил о проблемах с поставками, вызванных санкциями, в частности подрядчики столкнулись с санкциями, в результате чего ключевое оборудование для Якутской ГРЭС-2 не было поставлено в срок.

В новый перечень SDN попали ключевые участники проекта строительства Керченского моста. Это заказчик строительства — ФКУ Упрдор «Тамань», распоряжающийся деньгами, выделенными на строительство моста в рамках ФЦП «Социально-экономическое развитие Республики Крым и города Севастополя до 2020 года». Также в черном списке оказался генподрядчик ООО «СГМ-Мост» (структура «Стройгазмонтажа» Аркадия Ротенберга), работающий с ФКУ в рамках подписанного в феврале 2015 года госконтракта общим объемом 223,1 млрд руб. Также в SDN List включен субподрядчик строительства Керченского моста — «Мостотрест», ранее принадлежавший Игорю Ротенбергу и купленный в апреле 2015 года НПФ «Благосостояние». В марте «Мостотрест» заключил с генподрядчиком контракт на выполнение работ стоимостью 96,9 млрд руб. Также в список попал проектировщик моста — институт «Гипростроймост» (Санкт-Петербург), занимающийся проектированием этого объекта, и ФАУ «Главгосэкспертиза», согласовывающее строительство. В «Главгосэкспертизе» от комментариев воздерживаются. Источник в экспертном сообществе, впрочем, отмечает, что, в отличие от коммерческих организаций, включенных в список, «Главгосэкспертиза» не имеет права не рассматривать поступающие обращения, поскольку ее услуги регулируются законодательством.

В СГМ и «Мостотресте» не комментируют вопрос санкций. В инфоцентре «Крымский мост» “Ъ” заверили, что санкции не повлияют на строительство, подчеркнув, что «подрядчик располагает всеми необходимыми ресурсами для своевременной реализации данного проекта».

Также в список попали группа «Совфрахт-Совмортранс» и входящие в нее компании, обеспечивающие транспортные и логистические услуги в регионе. В «Совфрахте» “Ъ” сообщили, что изучением вопроса занимаются юристы, воздержавшись от других комментариев. В списке оказались судостроительные и судоремонтные компании региона — центр судоремонта «Звездочка»

Список в радость

Среди граждан, оказавшихся в SDN-листе, должностные лица в органах власти Крыма, а также самопровозглашенных ДНР и ЛНР. Например, в списке встречаются имена замкомандующего корпусом минобороны ДНР Эдуарда Басурина, министра обороны ДНР Владимира Кононова, министра финансов ЛНР Евгения Мануйлова, министра связи ДНР Виктора Яценко, бывшего министра юстиции ЛНР Александра Шубина, заместителя прокурора ЛНР Заура Исмаилова и других. Среди попавших в список российских должностных лиц оказались постоянный представитель Крыма при президенте РФ Георгий Мурадов, два заместителя совета министров Крыма Михаил Шеремет и Дмитрий Полонский, начальник управления ФСБ по Крыму Виктор Палагин, руководитель следственного управления Следственного комитета по Крыму Михаил Назаров, и несколько крымских министров.

Опрошенные “Ъ” новые фигуранты списка этому факту оказались, как обычно, рады. Первый вице-премьер Крыма Михаил Шеремет узнал, что попал в санкционный список Минфина США от журналистов. «США сегодня недружественная нам страна, которая пытается сделать все для того, чтобы ослабить Россию. Если меня внесли в этот список, значит, я вношу лепту в укрепление нашего государства. Воспринимаю это как награду»,— заявил “Ъ” Михаил Шеремет. Он заверил, что не имеет счетов за границей и посещать США не собирался. «Я восхищен их действиями, и других слов у меня нет,— признался “Ъ” Эдуард Басурин.— У меня никогда не было счетов в банках США, я сам никогда там не был и не собирался туда ехать, какой смысл американцам вводить санкции против человека, который не имеет к США никакого отношения, я не очень понимаю».

Министр экономического развития Крыма Валентин Демидов новость о его включении в санкционный список назвал ожидаемой и счел это подтверждением, что приносит пользу Крыму: «Для любого крымчанина попасть под санкции США — это почетно. Друзья и коллеги меня сегодня только поздравляли». Министр топлива и энергетики Крыма Светлана Бородулина сказала “Ъ”, что включение в санкционный список США никак не влияет на ее жизнь: впереди у министерства много работы, для обеспечения жизнедеятельности региона в отопительный сезон, «что гораздо важнее санкций». «Первое сообщение о санкциях я получила от мужа. Он написал, что за меня горд»,— сказала Светлана Бородулина.

Работа над уточнениями

Прочие компании, фигурирующие в обновленном санкционном списке, в основном попадают под уже знакомую прошлогоднюю схему — это дочерние структуры банков и концернов, уже давно находящихся под санкциями, то есть поименование является чистой формальностью. В основном на этот раз речь идет о дочерних структурах Газпромбанка и Банка Москвы.

Так, под секторальные санкции попал крупнейший российский медиахолдинг «Газпром-медиа». Он управляет телеканалами НТВ, ТНТ, «Матч ТВ», «Пятница», ТВ-3 и др., радиостанциями «Эхо Москвы», «Авторадио», «Юмор FM» и др., кинокомпанией «Централ Партнершип» (ЦПШ), издательством «7 дней» и др. Выручка «Газпром-медиа» в 2015 году составила 73,6 млрд руб. В пресс-службе «Газпром-медиа» сообщили, что холдинг уже попадал под подобные санкции, так как является дочерней компанией "Газпромбанка". «Никаких новых условий, влияющих на ведение бизнеса, не появилось. Единственное, что изменилось — "Газпром-медиа" назвали по имени. Уверены, что такое признание со стороны Министерства финансов США повлияет на узнаваемость бренда и увеличит охват наших каналов, вещающих на зарубежную аудиторию», — сообщили в пресс-службе.

Попадание в черный, а не секторальный список могло быть куда более болезненным, потому что фактически запретило бы американским компаниям вести дела с холдингом. Основную выручку он зарабатывает на телерекламе, а «рекламные бюджеты сосредоточены в руках пяти крупнейших международных корпораций», говорил в интервью “Ъ” в октябре 2015 года глава «Газпром-медиа» Дмитрий Чернышенко: «Очень не хотелось бы, чтобы мы с этим столкнулись. Учитывая высокую зависимость нашего рекламного рынка от западного рекламодателя, любой демарш может сказаться очень болезненно, если не сказать хуже».

В 2014 году в черный список попал бизнесмен Юрий Ковальчук и связанный с ним банк «Россия». Связанная с господином Ковальчуком кипрская компания Telcrest владела блокпакетом в американской CTC Media, из-за санкций та заморозила дивиденды для Telcrest на специальном счете. Близость к структурам господина Ковальчука крупнейшего селлера телерекламы Vi также вызвала вопросы у американских рекламодателей. Взаиморасчеты с компаниями, к которым имеет отношение банк «Россия», обсуждал комитет при Ассоциации коммуникационных агентств России. Он попросил крупнейшие телекомпании и селлеров раскрыть структуру собственности «в связи с введением международных санкций». Но в Vi банку «Россия» принадлежало только 16%, и западные рекламодатели продолжили с ним работать.

Тем не менее в 2014 году Coca-Cola отзывала рекламу с двух каналов «Национальной медиагруппы» (НМГ, чьи собственники пересекаются с акционерами банка «Россия») и «Звезды» Минобороны, после на каналах НМГ перестала размещаться Google. Как говорил в интервью “Ъ” экс-председатель совета директоров рекламной группы Publicis Media Russia Сергей Коптев, это не было связано с санкциями. «Тогда рекламодатели и агентства проводили много превентивной работы: посылались запросы, приходили ответы, составлялись юридические заключения. К счастью, все это оказалось ненужным»,— говорит он.

Аналогичная ситуация с другими дочерними структурами Газпромбанка, а также БМ-банка (экс Банка Москвы). Среди структур Газпромбанка под санкции попали компании группы ОМЗ, включая чешскую Skoda JS a.s., а также ОАО «Криогенмаш» и ЗАО «ПО “Уралэнергомонтаж”», холдинговая компания по добыче природных ресурсов на новых рынках GPB Global Resources, GPB-DI Holdings Limited (занимается инвестициями в нефтехимический, энергетический, телекоммуникационный сегменты рынка), а также ряд компаний в финансовой сфере. «Все эти структуры де-факто и ранее находились под секторальными санкциями США, в силу того что Газпромбанк владеет в их капитале долей, превышающей 50%. Таким образом, сегодняшнее сообщение Казначейства США ничего не меняет в фактическом положении вещей ни для ГПБ, ни для упомянутых предприятий»,— сообщили в Газпромбанке. Санкции в отношении структур БМ-банка также технические, так как в мае Банк Москвы был реорганизован: его хорошие активы перешли к материнскому ВТБ, а так называемое наследство Бородина (Андрей Бородин — бывший глава и совладелец Банка Москвы) осталось на балансе правопреемника — БМ-банка — для выполнения плана финансового оздоровления. В пресс-службе ВТБ от комментариев отказались.

Нелинейные последствия

В целом по состоянию на 1 сентября в SDN списке США уже находятся 128 физических лиц и 82 компании. Еще 232 организации — под секторальными санкциями. Управляющий партнер адвокатского бюро «Бартолиус» Юлий Тай полагает, что расширение списка секторальных санкций на компании, входящие в группу лиц с теми, кто уже находился в списках, может быть связано с закрыванием дыр. «Вероятно, были случаи, когда напрямую упомянутые компании обходили запреты через свои дочерние структуры, в результате было решено наложить ограничения и на “дочки”. А лишение доступа к долгосрочному кредитованию — тот механизм, который Штатам проще всего администрировать и легче отследить»,— говорит он. В первую очередь, отмечает юрист, последствия введения санкций выразились в несовершении российскими компаниями из списка множества сделок, которые сорвались из-за запретов и ограничений.

В то же время, добавляет партнер юридической фирмы Baker & McKenzie Владимир Хвалей, наложение секторальных санкций на европейские дочерние структуры российских компаний может иметь для них более серьезные последствия. «Любой крупный европейский банк является международным, он имеет отделения, филиалы, в том числе и в США. Если он выдаст долгосрочный кредит, например, австрийской или чешской компании, находящейся под американскими санкциями, то потенциально его могут наказать. Поэтому перед этим он будет тщательно оценивать свои риски и может даже отказаться кредитовать компанию из списка во имя собственной безопасности и во избежание возможных штрафов»,— полагает господин Хвалей. Он рассказывает, что азиатские, например сингапурские, банки, когда к ним обратились российские компании, оказавшиеся в санкционном списке США, не торопились давать им кредиты и далеко не все согласились их выдать, потому что они понимали, что иначе это отразится на их работе со Штатами. Юлий Тай уточняет, что включение в список иностранных компаний может повлечь претензии их других акционеров или даже клиентов, которые не находятся под санкциями и могут обжаловать попадание его в санкционный лист, если введенный запрет нарушит их права.