Родительское отношение к ребенку с нарушениями психофизического развития

УДК 159.923.2

Ю. М. Миланич

Родительское отношение к ребенку с нарушениями психофизического развития

Статья содержит аналитический обзор результатов современных психологических исследований родительского отношения к детям с нарушениями психофизического развития. Представлены данные экспериментального изучения отношения матери к детям с общим недоразвитием речи, ДЦП и умственной отсталостью. Результаты эксперимента позволили обнаружить признаки противоречивости родительского отношения.

Current psychological research of parents' attitudes to children with psychophysical development disorders is considered. The article presents empirical research on attitudes of mothers to children with general underdevelopment of speech, cerebral palsy and mental retardation. It is shown that attitudes of mothers bare a conflicting character.

Ключевые слова: родительское отношение, дети с нарушениями психофизического развития, когнитивный, эмоциональный и поведенческий компонент родительского отношения, адаптация, отношение.

Key words: parents' attitude; children with psychophysical development disorders; cognitive, emotional, behavioral components of parental attitude; adaptation; attitude.

Актуальность проблемы родительского отношения к ребенку с нарушениями психофизического развития определена ролью семьи как источника развития, а также ее способностью создать благоприятные условия для максимально возможной коррекции отклонений в психическом развитии и интеграции ребенка в общество.

В психологии отношение рассматривается как компонент любого психического акта. С.Л. Рубинштейн отмечает: «Всякое действие человека исходит из тех или иных мотивов и направляется на определенную цель; оно разрешает ту или иную задачу и выражает определенное отношение человека к окружающему» [13, с. 21].

Сфера отношений человека имеет центральное значение для характеристики личности. В концепции В.Н. Мясищева психологическое отношение рассматривается как обобщенное внутреннее условие действий человека, содержащее тенденцию определенным

образом реагировать на объекты, явления, события. Согласно автору, отношения образуют систему с особой иерархией, которая определяет социальное функционирование и адаптацию личности. Нарушение целостности системы связывается с несогласованностью, наличием противоречивых отношений; нарушение отдельного отношения - с дисбалансом, противоречивостью и неадекватностью его компонентов [10].

Интерес к проблематике родительского отношения на протяжении развития психологической науки обусловлен его значением и для развития ребенка, и для развития самого субъекта отношения. Исследования в области детской психологии демонстрируют влияние данного феномена на становление самосознания, эмоциональ-

и и и и I и м

ной, волевой, коммуникативной и нравственной сфер детей. В семейной психологии и акмеологии подчеркивается, что освоение родительской роли является важнейшей задачей развития в период взрослости. Родительская позиция рассматривается как важный внутренний фактор полноценного формирования и функционирования личности матери и отца.

Положение В.Н. Мясищева [10] о трехкомпонентной структуре отношения находит свое отражение в описании аспектов родитель -ского отношения. Под когнитивным компонентом понимается образ ребенка. Эмоциональный компонент представлен спектром разнообразных чувств к нему. Поведенческий компонент проявляет себя в типе родительского воспитания, характере общения с ребенком [2].

Для любой семьи свойственна двойственность и противоречивость родительского отношения. По Э. Фромму, эти особенности связаны с наличием в личности родителя материнского и отцовского начал. Материнское - отвечает за безусловную любовь (родитель любит своего ребенка за то, что он есть). Отцовское - рождает обусловленную любовь (родитель любит за то, что ребенок оправдывает его ожидания). Е.О. Смирнова и М.В. Быкова [16] описывают противоречивость отношения к ребенку в виде сосуществования предметного и личностного начал. Личностное отношение выражено в безусловной, бескорыстной любви, сопереживании, сильной эмо-

циональной связи. Предметное задает контроль, направленность на формирование ценных, с точки зрения родителя, качеств, более или менее объективную оценку ребенка. Оно обусловлено ответственностью, которую родители несут за благополучие детей. Конкретные варианты отношений определяются относительной выраженностью и содержательным наполнением предметного и личностного начала. Позитивным признается уравновешенность в родительских позициях противоположных тенденций: к максимальной близости с ребенком для обеспечения безопасности, с одной стороны, и к предоставлению автономии, с другой.

Структура родительского отношения отличается динамичностью, которая обусловлена двумя факторами. С одной стороны, сдвиги отношения матери и отца задаются взрослением ребенка [16]. При этом адекватность возрастно-психологическим особенностям ребенка и задачам его развития определяет позитивное отношение. С другой стороны, изменения родительского отношения и

структуры личности в целом сопровождают процесс адаптации к

проблемным жизненным ситуациям [6, 15].

Адаптационную концепцию следует признать наиболее перспективной в исследовании специфики и этапов становления роди -тельского отношения в семье, воспитывающей ребенка с

нарушениями психофизического развития. Психическая адаптация представляет собой процесс установления оптимального соотношения личности и окружающей среды и предполагает построение психической деятельности, направленной на удовлетворение

потребностей и достижение значимых целей, с учетом требований среды [1]. В процессе адаптации личности в ходе активного взаимодействия происходят изменения в самосознании, саморегуляции, ролевом поведении, системе отношений.

Рождение ребенка с аномальным развитием описывается многими авторами как стрессовая ситуация, обусловленная блокированием значимых потребностей и целей родителя и определяющая существенное напряжение адаптационных ресурсов личности [3, 6, 7, 15]. Впоследствии родитель постоянно сталкивается с новыми сложными ситуациями, связанными с нарушением ребенка: про-

блемами принятия его родственниками, стигматизацией со стороны социума, ограничениями в социальном функционировании, высокими физическими и эмоциональными затратами в заботе о ребенке, материальными проблемами, невозможностью посещения ребенком обычного детского сада и школы, трудностями его профессиональной самореализации и создания семьи.

Чрезмерные требования к адаптационным ресурсам задают специфику различных компонентов родительского отношения в семьях, воспитывающих детей с аномальным развитием: восприятия ребенка, чувств к нему, типа воспитания. К настоящему времени описана феноменология родительского отношения в условиях различных вариантов дизонтогенеза.

Исследователи семьи умственно отсталого ребенка указывают на особое травмирующее влияние умственной неполноценности детей на психику родителей и широкий спектр негативных переживаний: депрессию, стыд, вину и гнев. Они вызываются осознанием необратимости аномалии и невозможности самостоятельной успешной жизни ребенка в обществе, его раздражающим поведением [8].

Показан противоречивый характер материнского отношения [5, 14]. Стремление во всем контролировать и опекать ребенка со -провождается раздражительностью, усталостью от контактов, желанием игнорировать кажущиеся примитивными интересы и потребности. По мнению Д.Н. Исаева [5], родителям сложно проявлять упорство в воспитании и тренировке умственно отсталого именно в силу противоречивого сочетания отвержения и сверхопе -ки. Проблемы воспитания проявляют себя на фоне нарушенных супружеских отношений.

В работе Л.М. Шипицыной [17] обнаружено доминирование авторитарной гиперсоциализации умственной отсталых детей родителями. Излишняя инфантилизация сына или дочери проявляется на фоне жесткого контроля. Приведены данные об особенностях родительского отношения в зависимости от степени интеллектуальной недостаточности и возраста ребенка. Родители детей с умеренной и тяжелой умственной отсталостью более склонны к установлению

симбиотических отношений. По мере взросления инвалида симбиотическая связь не ослабевает, а часто усиливается.

В научной литературе представлены некоторые психологические особенности родителей, воспитывающих детей с нарушениями слуха и зрения. Проблематика родительского отношения в этой категории семей определена особым коммуникативным барьером, сложностями взаимодействия взрослого и ребенка с сенсорным нарушением [7]. У людей, воспитывающих слепоглухих детей, описаны тягостные переживания, потребность в психологической помощи, противоречивость отношения к ребенку [3].

Ряд работ посвящен проблеме родительского отношения к ребенку, страдающему детским церебральным параличом. Позиция родителя в такой семье строится на фоне глубокого психологиче -ского неблагополучия, связанного с фиксацией на физической и психической беспомощности ребенка [7]. В большинстве семей наблюдается гиперопекающий стиль и воспитание в «культе болезни». Это способствует формированию эгоцентризма, тормозимых черт личности, нереальных планов на будущее, повышенной зависимости от взрослых, рентных установок [9]. Показано наличие двойственности родительского отношения в таких семьях, когда гиперопека, повышенный контроль на уровне сознания и поведения сочетается с эмоциональным отвержением ребенка на неосознаваемом уровне. По мере взросления ребенка с выраженной двигательной патологией и наличием видимых для окружающих дефектов исследователи наблюдают у родителей усиление признаков враждебности и избегания. Отмечается повышенная зависимость матери от мужа, дисгармония супружеских отношений [7].

Л.М. Колпакова [6] выделяет четыре группы матерей детей с ДЦП по уровню адаптивности. Первую составляют женщины с оптимальной адаптивностью, у которых с возрастом кроме адаптивного механизма «приспособление» появляется механизм «преодоление» трудных жизненных ситуаций в воспитании больного ребенка. Их личность представляет собой уравновешенную систему. Матери трех других групп отличаются признаками социально одобряемой ориентации и невростенических расстройств (вторая группа), тре-

вожно-фобических расстройств (третья группа), поведения по типу расстройств адаптации. Во второй группе отмечена доминирующая опека и симбиоз с ребенком; в третьей - снижение ответственности, активности и самоконтроля, в четвертой - тенденция к зависимости, жесткости установок и застреванию на аффекте. Структура личности этих женщин характеризуется меньшей интегрированностью.

Предметом научных исследований стали также особенности отношения к детям с аутизмом. Преобладающим типом воспитания в таких семьях является гиперопека. В связи с неудовлетворением потребности в эмоциональной близости с ребенком родитель находится в состоянии стресса. Он ощущает себя «эмоциональным донором», не получая при этом достаточного эмоционального отклика [7]. В качестве специфических эмоциональных состояний матерей исследователи выделяют тревогу, связанную с непредсказуемостью поведения ребенка, настороженность по поводу оценки социальным окружением [11, 15]. Высокий уровень напряжения взрослых связан с необходимостью воспитывать неконтактного ребенка в сочетании с усилиями по сохранению своего уровня адаптации. Детско-родительские отношения носят характер созависимости, что вызывает обострение психотравмы.

Работа Л.С. Печниковой [12] показала конфликтность родительского отношения к аутисту: на когнитивном уровне оценка является отвергающей или инфантилизирующей, а на эмоциональном - доминирует принятие.

Таким образом, психологические исследования демонстрируют признаки противоречивости родительского отношения к детям с нарушениями психофизического развития: ригидность, неспособность пластично изменяться с взрослением ребенка, дисбаланс между эмоциональным и поведенческим компонентами, между противоположными тенденциями к близости с ребенком и предоставления автономии. В то же время представлены данные о родителях, у которых отношение к ребенку может быть признано оптимальным, они обнаруживают достаточный уровень адаптивности и интегрированности личности [6, 15].

«Ничьей землей» в семейной и специальной психологии остаются психологические особенности семьи ребенка с речевой патологией. Остается открытым вопрос, насколько «особой» является семья «особого» с точки зрения речевого развития ребенка? Определяет ли своеобразие родительского отношения нарушение сына или дочери, которое не влечет за собой глубокой инвалидизации, серьезных изменений в социальном, экономическом пространстве семьи. Приведенное ниже исследование позволяет продвинуться вперед в анализе этой проблемы.

Изучалось материнское отношение к трем категориям детей: с общим недоразвитием речи, с детским церебральным параличом и умственной отсталостью, с нормальным психическим развитием. В исследовании принимали участие родители воспитанников ГДОУ Центр развития ребенка детский сад №5 Невского района Санкт-Петербурга: 20 матерей детей с ОНР второго и третьего уровней (первая экспериментальная группа), 18 матерей детей, имеющих ДЦП и умственную отсталость (вторая экспериментальная группа), 20 матерей дошкольников без отклонений в развитии (контрольная группа). В качестве психодиагностического инструментария были выбраны: Опросник родительского отношения (ОРО) (А.Я. Варга, В.В. Столин), «Анкета для выявления детей группы риска» (от 5 до 10 лет) (Л.В. Кузнецова).

Под когнитивным компонентом изучаемого феномена мы понимаем образ ребенка, важнейшими составляющими которого явля -ются представления об особенностях психики. Для изучения объективности представлений использовалась «Анкета для выявления детей группы риска». Она позволяет оценить следующие параметры:

• общий показатель развития;

• гиперактивность, двигательную расторможенность;

• социальную адекватность;

• эмоциональную устойчивость;

• умственное развитие.

• восприимчивость к педагогическим воздействиям.

На вопросы анкеты отвечали матери и воспитатели детей. Пе-

дагоги демонстрируют, на наш взгляд, более объективную картину психического развития дошкольников. Сравнение с ней дает возможность оценить степень адекватности когнитивного компонента родительского отношения.

Педагоги обнаружили более высокие оценки в первой экспериментальной и контрольной группах по сравнению с материнской оценкой. Однако при ОНР эта разница значимо выше по шкалам: «гиперактивность, двигательная расторможенность», «социальная адекватность» и «эмоциональная устойчивость». Значит в сравнении с матерями дошкольников с нормальным психическим развитием, представления о ребенке родителей детей с ОНР менее объективны. Так, переоцениваются признаки повышенной двигательной активности, расторможен ности и связанного с ними дефицита внимания, а возможности эмоциональной регуляции недооцениваются. Чаще ожидается от ребенка склонность к асоциальному поведению: нарушению дисциплины, агрессивности, неуправляемости.

Во второй экспериментальной группе, напротив, наблюдается завышение оценок параметров психического развития родителями по сравнению с характеристиками педагогов (исключение составляет лишь шкала «гиперактивность»). Такая неадекватность когнитив -ного компонента обусловлена действием отрицания, который мы описывали как ведущий механизм защиты матерей дошкольников с ДЦП ранее (Миланич Ю.М., 2005).

В нашем исследовании обнаруживалось не полное отрицание факта заболевания, а частично осознанное, временное или постоянное непризнание каких-то его аспектов. Так, женщина признает факт тяжелого расстройства, но мысль о том, что ребенок навсегда прикован к коляске, старается выбросить из головы. Матери учатся не замечать нездоровый интерес людей к детям, чувствуют подъем настроения, когда окружающие относятся к ним как здоровым. Отрицание, таким образом, позволяет воспринимать ребенка как обычного, но со своими особенностями. В то же время оно сопряжено с высокой внушаемостью, слабой самокритикой, аффективным поведением как способом привлечения внимания, что может нарушать адаптацию. Эта защита, позволяя женщине справляться с переживаниями в обычных условиях, теряет свою силу в

стрессогенных обстоятельствах. Психический дискомфорт усиливается и затрудняет мобилизацию женщины на решение проблем.

Информацию об интегральном эмоциональном отношении мы получаем с помощью шкалы «Принятие - отвержение» ОРО. По данной шкале не было выявлено высоких тестовых показателей во всех группах, что говорит об отсутствии явного отвержения. Однако в выраженности этого признака выделены различия. Матери детей с речевой патологией и ДЦП показали менее благоприятный характер отношений. Они чаще испытывают негативные эмоции в общении с дошкольником: раздражение, обиду, злость, проявляют плохую переносимость его общества. Женщины более склонны к ожиданию неуспехов, дурных наклонностей и проступков ребенка. Таким образом, матери детей экспериментальных групп при сравнении с жен -щинами, воспитывающими обычных детей, более склонны к эмоциональной дистанции с ребенком.

Представляется, что поведенческий компонент в большей степени отражают остальные шкалы ОРО: «Кооперация», «Симбиоз», «Авторитарная гиперсоциализация», «Маленький неудачник». По всем шкалам получены значимо более высокие показатели в экспериментальных группах.

Матери дошкольников с ОНР по сравнению с родителями детей с инвалидностью и нормальным развитием в большей мере стараются демонстрировать социально желательный образ родительского отношения - кооперацию. Она характеризуется умением встать на точку зрения ребенка, признавать его правоту в спорных вопро -сах, поощрением инициативы и самостоятельности, готовностью помочь. Здесь можно было бы признать воспитание детей с речевой патологией более благополучным по сравнению со сверстниками с нормальным развитием. Но анализ результатов по следующим шкалам выявляет противоположные тенденции.

Обе экспериментальные группы оказались более склонными к симбиозу с сыном или дочерью. Это указывает на стремление оградить от неприятностей, препятствие автономии, восприятие ребенка как беззащитного, слабого.

Последнее логично связано с тенденцией к инфантилизации (шкала «Маленький неудачник»). Матерям экспериментальных групп более свойственна недооценка личной и социальной состоя -тельности детей. Чувства, мышление и интересы представляются незрелыми с точки зрения возрастной нормы. Это оправдывает усиление контроля в воспитании, страх перед самостоятельностью.

Обнаружено стремление к авторитаризму в воспитании детей с ОНР. В этих семьях мы чаще будем наблюдать требования безоговорочного послушания, подавление воли, строгие наказания, пристальное внимание к социальным достижениям ребенка.

Таким образом, матери детей с нарушениями психофизического развития при сравнении с женщинами, воспитывающими обычных детей, демонстрируют своеобразие трех компонентов родительского отношения. Его противоречивость усматривается:

1) в искаженном когнитивном видении ребенка: у матерей де-тей-инвалидов уровень психического развития завышается, а матери детей с речевой патологией преувеличивают его проблемный характер;

2) в неуравновешенности противоположных воспитательных действий: попытка предоставить ребенку автономию, с одной стороны, и симбиоз, сверхконтроль, с другой (только у матерей детей с ОНР);

3) в проявлении воспитательных действий, характеризующихся движением «к ребенку» (кооперация, симбиоз, авторитарная гиперсоциализация у матерей первой экспериментальной группы, симбиоз - у матерей второй экспериментальной группы) на фоне недостаточно позитивной эмоциональной окраски отношения.

Анализ литературы и материалы нашего исследования позволяют заключить, что противоречивость родительского отношения более выражена в семьях, воспитывающих детей с нарушениями психофизического развития. При этом можно предположить, что мера дисбаланса компонентов отношения к ребенку не зависит от характера и степени его нарушений. Так, матери детей со слабовыраженным отклонением в психическом развитии (ОНР) продемонстрировали больше признаков противоречивости, чем женщины, воспитывающие детей с глубокой инвалидностью. Более гармоничный характер отношений к ребенку-инвалиду свидетельствует об активной адаптации к трудным жизненным ситуациям, связанным с воспитанием ребенка с неизлечимым заболеванием. Тот факт, что родитель берет на себя груз заботы и воспитания столь сложного ребенка, уже указывает на удивительную приспособляемость.

Список литературы

1. Березин Ф.Б. Психологическая и психофизиологическая адаптация человека. - Л.: Наука, 1988.

2. Бодалев А.А., Столин В.В. и др. Семья в психологической консультации: опыт и проблемы психологического консультирования. - М.: Педагогика, 1989.

3. Браун Н. Психологические факторы принятия себя родителями слепоглухих детей // Дефектология. - 1997. - № 6. - С. 81-86.

4. Горячева Т.Г., Солнцева И.А. Личностные особенности матери ребенка с отклонениями в развитии и их влияние на детско-родительские отношения // Психология семьи и больной ребенок: учеб. пособие: хрестоматия. - СПб.: Речь, 2007. - С. 223-233.

5. Исаев Д.Н. Умственная отсталость детей и подростков. Руководство. -СПб.: Речь, 2003.

6. Колпакова Л.М. Психологическая адаптивность и преодоление как необходимые условия качества жизнедеятельности человека // Вестник ЛГУ им. А.С. Пушкина. - Серия Психология. - № 4. - СПб., 2009. - С. 106-118.

7. Левченко И.Ю., Ткачева В.В. Психологическая помощь семье, воспитывающей ребенка с отклонениями в развитии: метод. пособие. - М.: Просвещение, 2008.

8. Майрамян Р. Ф. Особенности невротических расстройств в семьях умственно отсталых детей // III Всероссийский съезд невропатологов и психиатров: тез. докл. / под ред. В. М. Банщикова, Н. М. Шибанова. - М., 1974. - Т. 2. -С. 295-297.

9. Мамайчук И. И., Мартынов В. Л., Пятакова Г. В. Социально-

психологическое исследование семьи больных с детским церебральным параличом и психокоррекционная работа с родителями // Психологические исследования в практике врачебно-трудовой экспертизы и социально-трудовой реабилитации / ред. кол.: Н. Б. Шабалина, Т. А. Добровольская,

Л. А. Ширшова. М.: ЦИЭТИН, 1989. - С. 98-104.

10. Мясищев В.Н. Личность и неврозы. - Л.: Изд-во ЛГУ, 1960.

11. Никольская О.С., Баенская Е.Р., Либлинг М.М. Аутичный ребенок. Пути помощи. - М.: Теревинф, 2007.

12. Печникова Л.С. Материнское отношение к ребенку-аутисту в зависимости от наличия в семье здорового сибса // Социальное и душевное здоровье ребенка и семьи: защита, помощь, возвращение в жизнь: материалы Рос. науч.-практ. конф. - М., 1998. - С. 73-74.

13. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. - СПб.: Питер Ком, 1999.

14. Савина Е.А., Чарова О.Б. Особенности материнских установок по отношению к детям с нарушениями в развитии // Вопросы психологии. - 2002. -№6. - С. 15-22.

15. Селигман М., Дарлинг Р.Б. Обычные семьи, особые дети. - М.: Тере-винф, 2009.

16. Смирнова Е.О., Быкова М.В. Опыт исследования структуры и динамики родительского отношения // Вопросы психологии. - 2000. - № 3. - С. 3-14.

17. Шипицына Л.М. «Необучаемый» ребенок в семье и обществе. Социализация детей с нарушением интеллекта. - СПб.: Речь, 2005.