В. В. Андреев и его влияние на оркестровое исполнительство на русских народных инструментах Урала и Челябинской области

СЛОВО СОИСКАТЕЛЮ УЧЕНОЙ СТЕПЕНИ

УДК 785

В. И. Лавришин

В. В. АНДРЕЕВ И ЕГО ВЛИЯНИЕ НА ОРКЕСТРОВОЕ ИСПОЛНИТЕЛЬСТВО НА РУССКИХ НАРОДНЫХ ИНСТРУМЕНТАХ УРАЛА И ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ

Рассказывается о влиянии В. В. Андреева на становление и развитие на Урале оркестрового исполнительства на русских народных инструментах. Речь идет о гастрольной поездке Великорусского оркестра народных инструментов на Урал, а также об учениках великого дирижера, продолжателях его дела.

Ключевые слова: оркестровое исполнительство, русские народные инструменты, В. В. Андреев, В. Е. Авксентьев, В. В. Знаменский

The article narrates about V. V. Andreev's influence on formation and development of orchestral performance on Russian folk instruments of the Ural and Chelyabinsk region. It says about the tour of Velikorusskiy orchestra of folk instruments to the Ural, and also about students of the great conductor, about the continuators of his mission. Keywords: orchestral performance, Russian folk instruments, V. V. Andreev, V. E. Avksentiev, V. V. Znamenskiy

Совсем недавно в 2011 г. мы отметили 150-летие со дня рождения В. В. Андреева, основателя Великорусского оркестра народных инструментов, благодаря которому была создана «новая область музыкального творчества - народно-инструментальное искусство письменной традиции - явление уникальное не только в отечественной, но и во всей мировой музыкальной культуре, так как представляет собой особый сплав элементов фольклорного и профессионально-академического искусства» [2, с. 11].

«Именно он (В. В. Андреев. - В. Л.) явился родоначальником профессионального пути развития жанра, и в частности профессиональной школы игры на балалайке, профессиональных оркестров русских народных инструментов» [2, с. 28]. В. В. Андреев и его сподвижники не только смогли усовершенствовать балалайку и домру, доведя их до уровня полноценного инструмента, но и своей просветительской деятельностью способствовали повсеместному распространению исполнительства на русских народных инструментах по всей России и далее по всему миру.

Значительную роль В. В. Андреев сыграл в становлении и развитии на Урале оркестрового исполнительства на русских народных инструментах, об этом мы и хотели бы рассказать в данной статье.

С Уралом прежде всего связана гастрольная поездка Великорусского оркестра под руководством В. В. Андреева на Северный и Уральский фронт в ноябре 1918 г., посвященная годовщине Октябрьской революции. Она закончилась трагично для его создателя, но, судя по отзывам слушателей концертов, сыграла значительную роль в развитии народных инструментов на Урале, приобщив огромную массу его жителей к народному искусству, продемонстрировав огромные возможности оркестра русских народных инструментов не только как музыкальных инструментов, но и идеологического оружия, способного, по словам председателя Кушвинского совдепа А. С. Майданова, «показать потомству, что можно воевать и простой русской балалайкой» [6, с. 47].

На Уральском фронте концерты оркестра состоялись в Перми, Чусовом, Бисере, его самой северо-восточной точкой стал г. Кушва (ныне город Свердловской области). Повсюду оркестр имел необычайный успех. О восторженном приеме оркестра свидетельствуют сохранившиеся в архиве В. В. Андреева письма и другие документы командования частей и подразделений Красной Армии. В них бойцы, коман -диры и политработники выражали не только благодарность за присылку оркестра, но и просили признать его Советским государственным оркестром.

146

Во время уральской поездки андреевцам пытались создать наиболее комфортные условия, предоставив «мягкие, но сильно потрепанные вагоны». Однако оркестр должен был выступать в поистине «фронтовых» условиях. Как правило, помещения, где выступали артисты, были неотапливаемые, музыканты с огромным мужеством преодолевали эти обстоятельства. Вот как об этом вспоминает участник оркестра П. И. Алексеев: «... Вечером состоялся концерт в неотапливаемом дощатом сарае... В то время уже была зимняя, морозная погода. Слушатели были в теплых пальто, так как температура в помещении не превышала наружной. Желая показать слушателям все, как на “настоящем” концерте, первые номера программы Андреев провел в одном костюме. Спохватившись, кто-то догадался накинуть на плечи дирижера шубу и надеть на голову шапку. Но, видимо, это было уже поздно и бесполезно. В. В. Андреев простудился и после концерта занемог» [2, с. 258].

У исследователей творчества В. В. Андреева до сегодняшнего дня имеются противоречивые мнения о месте его последнего концерта. Одни считают, что он состоялся на Северном фронте в Няндоме, другие - в Перми, а третьи -в г. Кушве. Вот как описывает последнее выступление П. И. Алексеев: «На следующий день, вернувшись в Няндому, мы дали в станционном клубе концерт для железнодорожников и местного населения. Это выступление было последним. В последний раз стоял он перед оркестром, в последний раз держал в руках свою дирижерскую палочку» [2, с. 259]. Согласно Журналу регистрации концертов оркестра В. В. Андреева, эта дата приходится на 10 ноября 1918 г.

Б. Б. Грановский же указывает, что последний концерт состоялся 29 ноября 1918 г. в Пермском военном госпитале [2, с. 273]. Уместно предположить, что все-таки последний концерт состоялся в Перми, ибо сам П. И. Алексеев и его друг И. М. Синицин, навестив В. В. Андреева, «нашли его в сносном состоянии, не вызывавшем, казалось, опасения» [2, с. 260]. Зная огромную преданность В. В. Андреева своему делу, его беззаветное служение народным инструментам, здесь вполне уместно согласиться с

Б. Б. Грановским, предположив, что Василий Васильевич выступил с оркестром, когда тот возвратился из Кушвы. Как подтверждают многочисленные документы, концерты Великорусского оркестра на Уральском фронте проходили под управлением А. В. Ленеца, которого В. В. Андреев назначил вместо себя, а сам по распоряжению комиссара оркестра Резникова остался в Перми под наблюдением медсестры, о чем свидетельствовал в своих воспоминаниях

A. Г. Шагалов [2, с. 155]. (На сегодня каких-либо документов подтверждающих участие

B. В. Андреева в концерте Великорусского оркестра в г. Кушва не имеется.)

К сожалению, поездка на Северный фронт сильно подорвала состояние здоровья

B. В. Андреева, и спустя несколько недель после своего прибытия в Санкт-Петербург он скончался в ночь с 25-26 декабря 1918 г. Однако во время уральского турне прозвучали его знаменитые слова, являющиеся наказом для продолжателей его дела: «Я удовлетворен результатами своего многолетнего труда. Я работал для народа, от него я взял его простые, забытые инструменты и ему вернул их вот в этом красивом виде (показав рукой на инструменты) и так прекрасно звучащие. Все это, - произнес он в заключение, - ваше, народное. Владейте же разумно им!» [2, с. 259].

В. В. Андрееву всю свою жизнь приходилось бороться с непониманием значения народных инструментов и их особой важности в деле пропаганды классического и народного искусства как со стороны власти, так и со стороны коллег по «музыкальному цеху». Несмотря на признание в России и за рубежом, некоторые музыканты по-прежнему относились холодно и недоверчиво к творческой деятельности коллектива. Так, известный дирижер

C. А. Кусевицкий говорил о том, что «не стоит навязывать эти инструменты (домру и балалайку) народу, который уже теперь охотно слушает концерты симфонического оркестра» [6, с. 40].

Помимо этого турне В. В. Андреев оказал значительное влияние непосредственно на первых организаторов исполнительства на народных инструментах на Урале, которые лично были с ним знакомы. В частности, на Владимира

147

Васильевича Знаменского, организатора профессионального исполнительства на русских народных инструментах на Урале, который, обучаясь в Санкт-Петербурге и являясь солистом Екатеринбургского театра оперы и балета, после встреч с В. В. Андреевым «зажегся его идеями» и в дальнейшем в течение 45 лет возглавлял отдел народных инструментов Свердловского музыкального техникума; Василия Евгеньевича Авксентьева - основателя первого Сибирского великорусского оркестра и впоследствии организатора оркестра в сто человек на Челябинском тракторном заводе. В том, что они связали свою судьбу с народными инструментами проявилась еще одна очень яркая черта В. В. Андреева - умение убедить и заразить своими идеями не только простых слушателей, но и состоявшихся музыкантов. Как подтверждают многочисленные источники, после общения с В. В. Андреевым многие академические музыканты становились его сторонниками.

Сначала В. Е. Авксентьев и В. В. Андреев были знакомы заочно, по переписке. Вскоре после организации первого Сибирского великорусского оркестра (1910 г.) Василий Евгеньевич решился послать В. В. Андрееву свое переложение для квартета домр русской народной песни «Утес Стеньки Разина». Андреев не замедлил с ответом, его очень заинтересовал оркестр. В своих письмах выдающийся музыкант советовал продолжать в оркестре теоретические занятия, развивать репертуарную политику, просил сообщать данные о появлении в регионе других великорусских оркестров. Такое отношение именитого деятеля к сибирякам вызвало дружный энтузиазм внутри коллектива, желание более активно пропагандировать народно-инструментальное искусство. Даже после отъезда братьев Авксентьевых из Красноярска связи с Андреевым продолжались. Так в 1913 г., когда в Петербурге отмечалось 25-летие творческой деятельности В. В. Андреева, красноярский оркестр посвятил этому событию специальный музыкальный вечер, где прозвучали произведения юбиляра; оркестранты отправили в столицу телеграмму с преподнесением В. В. Андрееву звания почетного члена первого Сибирского великорусского оркестра.

«.Андреев подогревал наш энтузиазм, мы же в свою очередь воодушевляли других и крепили в них веру в новое, глубоко народное дело» [2, с. 251].

Непосредственное знакомство В. Е. Авксентьева с В. В. Андреевым состоялось чуть позже, в 1914 г., когда он после ранения был эвакуирован в Санкт-Петербург. Однажды в госпиталь, где лечился В. Е. Авксентьев, были присланы пригласительные билеты на концерт В. В. Андреева. После первого отделения полный сомнений В. Е. Авксентьев оправился за кулисы, однако, узнав о его приходе, «знаменитый музыкант не вышел, выбежал из артистической.» Расспросив в антракте о ранении, состоянии здоровья, а затем и о красноярском оркестре, Василий Васильевич взял обязательство с Василия Евгеньевича непременно посетить его на квартире (на Мойке), где также располагался «штаб» оркестра, велась вся творческая деятельность. Это было началом «учебы» В. Е. Авксентьева у В. В. Андреева, продолжавшейся несколько месяцев в 1914-1915 гг.

По словам В. Е. Авксентьева, «ознакомление с работой оркестра Андреева за короткий срок дало мне больше, чем я узнал бы при других обстоятельствах в течение нескольких лет.» [2, с. 252].

На репетициях В. Е. Авксентьев наблюдал за составлением и разучиванием репертуара: «Составляя репертуар по преимуществу из небольших произведений, он (В. В. Андреев. - В. Л. ) тщательно шлифовал их, доводя исполнение до высокого художественного совершенства» [2, с. 253].

Энтузиазм музыкантов, изумительная дисциплина и профессиональное мастерство оркестра не могли не поражать: «. В крепких руках Андреева слаженность исполнения достигала такой степени совершенства и единства - метроритмического, динамического, аго-гического, что оркестр представлял как бы один инструмент, на котором искусно играл виртуоз-дирижер.» [2, с. 253].

После репетиций Андреев, как правило, беседовал со своим учеником, «живо и талантливо» делился секретами дирижерского мастерства, приводил примеры из концертной практи-

148

ки. Одними из главных методических принципов и установок В. В. Андреева были дисциплина (умело «пригнанная», чтобы не ощущалась ее ограничительная сущность), любовь к делу и вера в успех. Как писал В. Е. Авксентьев: «Мне не стоило труда убедиться в правильности суждений Андреева, ибо пред моими глазами была самая вразумительная, живая иллюстрация его мысли - андреевский коллектив. На всю жизнь остались в моей памяти беседы с Андреевым, его вдохновенная, страстная вера в свое дело, великая преданность музыке, русскому искусству» [2, с. 254].

Эта преданность делу В. В. Андреева во многом помогла преодолеть последующее ли-холетие в судьбе В. Е. Авксентьева: плен и скитание по лагерям Австрии и Дании. Лишь в 1920 г. он через Норвегию и США обратно вернулся в Красноярск, чтобы возродить свой первый Сибирский великорусский оркестр. Однако он просуществовал недолго, и в начале 1920-х гг. В. Е. Авксентьев вместе с братом Григорием оказался в Ростове-на-Дону, где организовал оркестры, преподавал в музыкальном училище. Надо отметить, что брат был постоянным спутником В. Е. Авксентьева, особенно при организации больших оркестров. В первом Сибирском великорусском оркестре он являлся одним из учредителей, а также исполнителем на малой домре [1, с. 285].

В 1938 г. В. Е. Авксентьева как бывшего царского офицера и проживавшего за границей вновь арестовывают и отправляют в конц -лагерь в Горьковскую область. Только в 1942 г. он направляется на поселение в Башкирию, а оттуда в Москву, где сначала работает помощником художественного руководителя оркестра им. Н. П. Осипова, а затем переводится в хор им. Пятницкого.

В 1945 г. постановлением Комитета по делам искусств В. Е. и Г. Е. Авксентьевы командируются в Челябинск «для организации при ДК Тракторного завода большого оркестра русских народных инструментов» [1, с. 47]. С их приездом собственно начинается история становления академического направления в оркестровом исполнительстве на народных инструментах в Челябинской области. Созда-

ется знаменитый большой оркестр Тракторного завода.

Таким образом, можно смело утверждать, что В. В. Андреев, передав свой огромный опыт в короткий срок В. Е. Авксентьеву, подготовил его к профессиональной работе, тем самым оказав значительное влияние на развитие народно-оркестрового исполнительства на Урале. А этот опыт В. Е. Авксентьев успешно применил не только в Челябинске, но и во многих городах России: Ростове-на-Дону,

Красноярске, Москве - словом, повсюду, где он создавал свои уникальные коллективы.

Еще одна, на наш взгляд, не менее важная ниточка связывает В. В. Андреева и Урал -это творческие контакты его с основоположником профессионального исполнительства на народных инструментах В. В. Знаменским.

Знакомство В. В. Андреева и В. В. Знаменского практически совпадает со временем знакомства В. В. Андреева с В. Е. Авксентьевым. В 1914 г. по окончании Петербургской певческой школы, где В. В. Знаменский осваивал скрипичный альт, он поступает на юридический факультет Петербургского университета, продолжая работать в малых симфо-ническах оркестрах и концертных группах в качестве солиста-певца. Надо сказать, что он обладал прекрасным лирико-драматическим тенором, что стало причиной его поступления в Петербургскую консерваторию на факультет вокала.

Как известно, общественная жизнь накануне революции была «буквально насыщена идеями демократизации, и отсюда повышенный интерес ко всему народному, русскому, в том числе и к народным инструментам» [7, с. 1], а в музыкальных кругах Петербурга начала века имя В. В. Андреева было неотделимо от понятий народная культура, народное исполнительство. Поэтому неудивительно, что, будучи сту-дентом-вокалистом и собираясь в будущем стать профессиональным певцом, В. В. Знаменский осваивает мандолину и домру. В эти годы он знакомится с В. В. Андреевым, консультантом народного оркестра, в котором играл В. В. Знаменский. Тогда же к нему приходит и горячая любовь к русским народным инстру-

149

ментам и народной музыке, впоследствии определившая его дальнейшую судьбу» [7, с. 1].

Конечно же, на судьбу В. В. Знаменского повлиял и еще один факт: это потеря голоса из-за сильной простуды, когда он в течение трех суток пробирался по заснеженному лесу, через вражеские заслоны, спасая секретные штабные документы. Кстати, став бойцом железнодорожного батальона Красной армии, он воевал в гражданскую как раз в тех местах, где проходило уральское турне андреевского коллектива. Однако им не суждено было тогда встретиться, ибо В. В. Андреев был болен и остался в Перми.

Прослужив пять лет в частях Красной армии, В. В. Знаменский отравляется в Тюмень, организовав там первую музыкально-художественно-промышленную школу в 1923 г., а в 1930 г. приказом Уралоно переводится из Тюмени в Свердловск в музыкальный техникум для организации здесь класса, а затем и отделения народных инструментов. Вот здесь-то и пригодились все те знания, которые он получил в Петербурге у самого В. В. Андреева, унаследовав его беспредельную преданность народно-инструментальному искусству. Эту любовь к народным инструментам он щедро воспитывал в своих учениках, став родоначальником профессионального исполнительства на русских народных инструментах Урала.

«В 1939 году при его участии было открыто обучение студентов-народников и в высшем звене музыкального образования, в Свердловской консерватории (впоследствии УГК им. М. П. Мусоргского), где В. В. Знаменский вел класс домры» [5, с. 5]. Являясь бессменным заведующим отдела народных инструментов Свердловского музыкального техникума (впоследствии музыкального училища им. П. И. Чайковского), В. В. Знаменский воспитал целую плеяду талантливых учеников, среди которых особняком стоят имена С. Я. Садакова и И. Г. Минина, которых можно смело назвать «творческими внуками» самого В. В. Андреева.

Создание в 1945 г. братьями Авксентьевыми оркестра тракторостроителей дало мощный толчок развитию оркестрового исполнительства на Южном Урале, особенно в Челябинской области, которое с этого периода ста-

ло интенсивно развиваться благодаря деятельности уже их воспитанников в лице Сергея Яковлевича Садакова (возглавившего оркестр тракторостроителей после отъезда из Челябинска братьев Авксентьевых) и Ивана Григорьевича Минина, основателя не менее знаменитого в 40-50-е гг. XX в. оркестра магнитогорских металлургов, «отца всех магнитогорских народников», так в шутку называли Ивана Григорьевича его питомцы.

Именно первые воспитанники В. В. Знаменского: С. Я. Садаков и И. Г. Минин - стали основоположниками академического направления на струнно-щипковых инструментах, начав практически одновременно в Челябинске и Магнитогорске в конце 1940-х гг. подготовку струнников на отделах народных инструментов в Челябинском музыкальном училище им. П. И. Чайковского и Магнитогорском музыкальном училище им. М. И. Глинки.

Во многом благодаря им в Челябинской области сначала в сфере любительского исполнительства создается в 1950-1960-е гг. огромное количество оркестровых коллективов, ставших базой подготовки профессиональных кадров народников, следствием чего стало появление высокопрофессиональных учебных коллективов в средних и высших учебных заведениях в 70-80-х гг. прошлого века.

А уже воспитанники учебных коллективов дали основу для организации в области и Уральском регионе ряда профессиональных оркестров русских народных инструментов в конце 1980-х - начале 1990-х гг.

Не случайно главный дирижер Национального оркестра народных инструментов России им. Н. П. Осипова народный артист России, профессор Н. Н. Калинин и заслуженный деятель искусств России, доктор искусствоведения, профессор РАМ им. Гнесиных М. И. Имханиц-кий в своих выступлениях и статьях довольно высоко оценивают уровень оркестровой культуры на народных инструментах именно в Челябинской области: если это касается сферы любительского творчества, то это - оркестры Дворца культуры тракторостроителей, Дворца культуры металлургов (г. Челябинск), неоднократные лауреаты всероссийских и всесоюзных

150

конкурсов; далеко за пределами области известны успехи учебных коллективов победителей всероссийских конкурсов оркестров Челябинской государственной академии культуры и искусств, Южно-Уральского института музыки им. П. И. Чайковского, Магнитогорской консерватории им. М. И. Глинки. В сфере профессиональной деятельности - это непременно государственный оркестр «Малахит». Сегодня в области успешно функционируют пять профессиональных оркестров.

Весьма впечатляюще выглядит челябинская дирижерская школа, это воспитанники ассистентуры-стажировки Российской академии музыки (РАМ) им. Гнесиных: заслуженный артист России, профессор, заведующий кафедрой оркестрового дирижирования этого вуза Б. С. Ворон; заслуженный деятель искусств России, основатель Уральского государственного оркестра народных инструментов Л. П. Шкарупа; народный артист России, заведующий кафедрой народных инструментов и оркестрового дирижирования Челябинской государственной академии культуры и искусств, профессор, художественный руководитель и главный дирижер государственного оркестра «Малахит» В. Г. Лебедев; заслуженный деятель искусств России, профессор, художественный руководитель и дирижер молодежного русского оркестра «Челябинск» Челябинской государственной академии культуры и искусств

В. И. Лавришин; воспитанник Уральской консерватории, заслуженный артист России, профессор, художественный руководитель и дирижер оркестра Южно-Уральского института искусств им. П. И. Чайковского А. Д. Бакланов; воспитанники Уфимской академии искусств и ассистентуры-стажировки Новосибирской и Казанской консерваторий: заслуженный артист России, доцент, руководитель оркестра Магни-

тогорской консерватории им. М. И. Глинки

С. А. Брык; заслуженный артист России, заведующий кафедрой народных инструментов МаГК им. М. И. Глинки, художественный руководитель муниципального оркестра «Калинушка» г. Магнитогорска, профессор П. А. Цокало. Всех этих музыкантов объединяет то, что они сформировались как музыканты в Челябинской области и их смело можно отнести к этой школе.

Естественно, столь высокий уровень оркестрового исполнительства был определен поис-тине титанической деятельностью основоположников оркестрового исполнительства на Урале В. В. Знаменского, В. Е. и Г. Е. Авксентьевых, а также их последователей С. Я. Садакова и И. Г. Минина, на которых, без сомнения, оказал значительное влияние В. В. Андреев. И если

В. В. Знаменский и В. Е. Авксентьев были непосредственно знакомы с ним, то остальные неоднократно подчеркивали, что являются его учениками и последователями. Так Г. Е. Авксентьев непосредственно не был знаком с В. В. Андреевым, однако в своей книге «За дирижерским пультом» очень подробно описывает свой визит перед войной в Санкт-Петербург и встречи с последователями В. В. Андреева: Ф. А. Нима-ном, Н. П. Приваловым, а также композитором, ректором консерватории А. К. Глазуновым и огромное значение этих встреч в творческой судьбе этого энтузиаста и организатора оркестрового дела в России и на Урале.

Таким образом, можно с уверенностью констатировать, что В. В. Андреев оказал значительное влияние на профессиональное исполнительство на народных инструментах Урала, а его славные традиции сегодня с успехом развивает не одно поколение народников, берущих начало от его непосредственных учеников В. В. Знаменского и В. Е. Авксентьева.

1. Аверин, В. А. Таланты народные / В. А. Аверин. - Красноярск, 1998.

2. Андреев, В. В. Материалы и документы / сост., текстологическая подготовка и примечания Б. Грановского. - М., 1986.

3. Грановский, Б. Б. В. В. Андреев в 1917-1918 годах / Б. Б. Грановский // Материалы и документы. - М., 1986.

4. Имханицкий, М. И. Идеи В. В. Андреева в наши дни // Народник. - М., 2010. - № 4.

5. Кафедра народных инструментов Уральской консерватории / под ред. Ш. С. Амирова, А. Б. Бызова, В. А. Романько, М. И. Уляшкина. - Екатеринбург, 2009. - С. 5.

6. Моисеева, Т. Последний период творческой деятельности В. В. Андреева. Концертное турне по Уралу // Народноинструментальное исполнительства Урала и Сибири: межвуз. сб. ст. - Челябинск, 2005. - Вып. 2.

7. Мулинцевы, С. и И. Из истории народно-инструментального исполнительства в Екатеринбурге / С. и И. Мулинце-вы. - Екатеринбург; Уральский рабочий, 1996.

Сдано 19.10.2012

151