Принцип презумпции невиновности при особом порядке судебного разбирательства

ТРИБУНА МОЛОДОГО УЧЕНОГО

Принцип презумпции невиновности при особом порядке судебного разбирательства

ХРОМОВА Наталия Михайловна,

младший научный сотрудник отдела уголовного и уголовно-процессуального законодательства; судоустройства ИЗиСП

Презумпция невиновности — общепризнанный в демократическом обществе правовой принцип, который предусмотрен в международном, конституционном и национальном отраслевом правовом регулировании: в ст. 11 Всеобщей декларации прав человека 1948 г., ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г., п. 2 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г., ст. 49 Конституции РФ, а также в ст. 14 УПК РФ. Конституция РФ и УПК РФ закрепили, что обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда; обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность, а обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, т. е. все сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого.

Этот принцип определяет характер отношений между государством, его органами, должностными лицами и гражданами, с одной стороны, и лицом, против которого выдвинуты обвинения в преступлении, — с другой1.

Итак, назначение презумпции невиновности состоит в процессуаль-

1 См.: Научно-практический комментарий к уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. В. М. Лебедева. М., 2010. С. 72.

ном сдерживании субъектов уголовного судопроизводства, ведущих производство по делу, а также любых иных лиц в отношении обвиняемого (подозреваемого), что обеспечивает всестороннее и полное исследование обстоятельств дела, исключает обвинительный уклон, защищает права лица, привлеченного к уголовной ответственности2.

Европейский суд по правам человека рассматривает презумпцию невиновности еще и как один из элементов права на справедливое правосудие. К примеру, в решении от 27 февраля 1980 г. по делу «Девеер против Бельгии» отмечается: «Презумпция невиновности, воплощенная в п. 2 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, является наряду с другими правами составным элементом понятия справедливого судебного разбирательства по уголовным делам»3.

Таким образом, презумпция невиновности является гарантией справедливого правосудия по уголовным делам и должна обеспечиваться не только в суде, но и на досудебных стадиях процесса4. Следует отметить, что ст. 14 УПК РФ текстуально относит презумпцию невиновности только к обвиняемому, однако ее положения

2 См.: Уголовно-процессуальное право: учебник / отв. ред. П. А. Лупинская. М., 2010. С. 266.

3 Eur. Court H. R. Deweer v. Belgium, Judgement of 27 Feb. 1980. Series A. No. 35. P. 30. Para. 56. Русский перевод см.: Европейский Суд по правам человека. Избранные решения: в 2 т. Т. 1. М., 2000. С. 315.

4 См.: Комментарий к Конституции Российской Федерации / под ред. В. Д. Зорькина. М., 2011. С. 442.

в равной степени распространяются и на подозреваемого — лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело и которое задержано по подозрению в совершении преступления либо к которому до предъявления обвинения применена мера пресечения или же которое уведомлено о подозрении в совершении преступления, так как он обладает теми же процессуальными правами, что и обвиняемый (ст. 46 УПК РФ). Однако этим законодательная регламентация презумпции невиновности не исчерпывается. Многие положения как Общей, так и Особенной части УПК РФ обусловлены действием именно этого принципа и представляют собой различные формы его проявления в уголовном судопроизводстве (например, ч. 4 ст. 302, ч. 5 ст. 348 УПК РФ).

Нарушением названного конституционного принципа может явиться заявление должностного лица о виновности лица в совершении преступления при отсутствии обвинительного приговора суда. Только в момент вступления в законную силу обвинительного приговора суда осужденный может считаться виновным в совершении преступления и подвергаться мерам уголовного наказания, и до этого момента любые публичные утверждения о виновности лица будут являться нарушением принципа презумпции невиновности. ЕСПЧ в решении по делу «Аллене де Рибемон против Франции» рассмотрел вопрос о соотношении презумпции невиновности со свободой выражения своего мнения, предусмотренной ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Суд подчеркнул, что «статья 6 (п. 2) Конвенции о защите прав человека не может препятствовать властям информировать общественность о ведущихся уголовных расследованиях, но она требует, чтобы власти делали это сдержанно и деликатно, как того требует уважение презумпции невиновности»5.

5 Eur. Court H. R. Allenet de Ribemont v. France. Русский перевод см.: Европейский

Об уважении и о недопустимости нарушения принципа презумпции невиновности напомнил в 2011 г. Президент РФ Д. А. Медведев, отметив, что считает «абсолютно недопустимым, когда еще до проведения всех следственных процедур, а также подготовки обвинительного заключения, отправки его в суд и вступления в законную силу обвинительного приговора суда кто-либо объявляет о раскрытии преступления»6, и «ни в коем случае нельзя делать выводы о виновности или невиновности людей до объявления приговора суда, это абсолютно очевидная вещь, а тем более давить на следствие, привлекая средства массовой информации. Это недопустимо»7.

Согласно позиции ЕСПЧ нарушением принципа презумпции невиновности является и тот факт, что судья при рассмотрении уголовного дела исходил из убеждения или предположения о том, что инкриминируемое деяние совершено обвиняемым. В деле «Аллене де Ри-бемон против Франции» ЕСПЧ подчеркнул, что принцип презумпции невиновности нарушается, если суд объявит обвиняемого виновным, в то время как его виновность не была предварительно доказана. Таким образом, с презумпцией невиновности также связано правило о том, что признание обвиняемым своей вины не может быть положено в основу обвинительного приговора, если его виновность не подтверждена всей совокупностью доказательств по делу (ч. 2 ст. 77 УПК РФ). Часть 4 ст. 302 УПК РФ указывает, что об-

Суд по правам человека. Избранные решения: в 2 т. Т. 2. М., 2000. С. 87.

6 Александр Бортников и Александр Ба-стрыкин доложили Президенту о ходе расследования теракта в Домодедове. URL: http://президент.рф/news/10221#sel=3:27,3: 66;4:36,4:40.

7 Координационное совещание руководителей правоохранительных органов. URL: http://xn--d1abbgf6aiiy.xn--p1ai/ news/10397.

винительный приговор может быть постановлен только в том случае, если выводы суда о виновности подсудимого полностью подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. Кроме того, из содержания презумпции невиновности следует, что подозреваемый или обвиняемый не обязаны доказывать свою невиновность; бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения (ч. 2 ст. 14 УПК РФ).

Содержание требования «доказанности вины обвиняемого» как необходимого условия опровержения презумпции невиновности в отношении конкретного лица раскрыто ЕСПЧ в решении по делу «Бар-бера, Мессеге и Ябардо против Испании», где подчеркнуто, что по смыслу п. 2 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод доказательства, положенные в основу вывода суда о виновности обвиняемого, должны соответствовать как требованию достаточности, так и убедительности8. Следовательно, презумпция невиновности предполагает, что виновность обвиняемого должна быть доказана без неустранимых сомнений достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств. Именно поэтому все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого (ч. 3 ст. 49 Конституции РФ, ч. 3 ст. 14 УПК РФ). Кроме того, п. 4 постановления Пленума ВС РФ от 29 апреля 1996 г. № 1 (в ред. от 6 февраля 2007 г.) «О судебном приговоре» говорит о неукоснительном соблюдении принципа презумпции невиновности; в пользу подсудимого толкуются не только неустранимые сомнения в его виновности в целом, но

8 Eur. Court H. R. Barbera, Messegue and

Jabardo v. Spain. Judgment of 6 Dec. 1988.

Series A. No. 146.

и неустранимые сомнения, касающиеся отдельных эпизодов предъявленного обвинения, формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств.

Итак, Конституция РФ и УПК РФ подчеркивают, что вина должна быть доказана в предусмотренном федеральным законом порядке, а это предполагает соблюдение права на защиту и предоставление других процессуальных гарантий обвиняемому.

УПК РФ 2001 г. ввел новую процедуру — особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением (гл. 40). Особый порядок уголовного судопроизводства представляет собой упрощенную форму судебного разбирательства, предназначенную для рассмотрения уголовных дел, в которых нет спора относительно содержания и объема обвинения, так как обвиняемый заявляет о своем согласии с обвинением. Принципиальным в характеристике особого порядка судебного разбирательства является стремление законодателя создать необходимую систему гарантий прав и законных интересов обвиняемого и других заинтересованных участников процесса.

Однако следует заметить, что особый порядок небезупречен с позиции соблюдения презумпции невиновности. Кроме того, не менее важным моментом является гарантия вынесения судом законного, обоснованного и справедливого приговора, несмотря на упрощенность процесса.

Согласно ч. 1 ст. 314 УПК РФ обвиняемый вправе при наличии согласия государственного или частного обвинителя и потерпевшего заявить о согласии с предъявленным ему обвинением и ходатайствовать о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства по уголовным делам о преступлениях, наказание за которые, предусмотренное УК РФ, не превышает 10 лет лишения свободы.

Как говорилось выше, признание вины не может быть положено в основу обвинительного приговора, а основным условием для применения особого порядка судебного разбирательства является заявление обвиняемого о согласии с предъявленным ему обвинением, а не признание вины.

В связи с этим следует разграничивать понятия «согласие обвиняемого с предъявленным обвинением» и «признание им своей вины». Однако в настоящее время единого подхода к пониманию этих категорий нет, что вызывает некоторые сложности в применении гл. 40 УПК РФ.

Рассмотрим названные понятия подробнее.

Вина — это психическое отношение лица к совершенному им общественно опасному деянию, предусмотренному уголовным законом, и его последствиям9. Признать лицо виновным — значит установить, что оно совершило преступление либо умышленно, либо по неосторожности. Следовательно, доказывание умышленного или неосторожного характера совершенного преступления является формой познания судом реального факта. Познание этого факта осуществляется путем оценки собранных по делу доказательств, относящихся ко всем обстоятельствам совершенного преступления. Отметим, что проблема вины является одной из сложнейших в теории уголовного права10.

Доказательственное значение имеет не сам факт признания или отрицания обвиняемым своей вины, а та конкретная информация об обстоятельствах, имеющих значение для дела. Виновное лицо фактически может признавать свою вину относи-

9 См.: Уголовное право России. Части Общая и Особенная: учебник / под ред. А. И. Ра-рога. М., 2010. С. 88.

10 Подробнее об этом см.: Развитие уголовного законодательства Российской Федерации: учеб.-практ. пособие / отв. ред. В. П. Ка-шепов. М., 2007. С. 92.

тельно того или иного совершенного им деяния, но не во всех случаях обвиняемый может осознавать квалификацию преступления.

Диспозиция ст. 314 УПК РФ говорит о согласии обвиняемого с предъявленным обвинением, а не о признании им вины.

Кроме того, в п. 5 постановления Пленума ВС РФ от 5 декабря 2006 г. № 60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел» разъясняется, что под обвинением, с которым соглашается обвиняемый, следует понимать фактические обстоятельства содеянного обвиняемым, форму вины, мотивы совершения деяния, юридическую оценку содеянного, а также характер и размер вреда, причиненного деянием.

Таким образом, согласие обвиняемого с предъявленным обвинением не требует обязательного признания им вины и означает, что он не оспаривает предъявленное ему обвинение.

Однако в научных кругах существуют различные мнения по вопросу «признания вины» и «согласия с предъявленным обвинением» в особом порядке. Одни авторы считают, что «признание вины» и «согласие с обвинением» — это тождественные понятия. К примеру, А. Халиков отмечает, что «при особом порядке априори считается вина обвиняемого доказанной»11. Такой же позиции придерживается и О. А. Глобенко, по мнению которой «согласие с обвинением в таком случае — не что иное, как признание вины...»12 и «заявление можно рассматривать как признание вины, где изложение обстоятельств совершения деяния заменяет согласие со сведениями, составляю-

11 Халиков А. Вопросы, возникающие при особом порядке судебного разбирательства // Российская юстиция. 2003. № 1.

12 Глобенко О. А. Показания обвиняемого в современном российском уголовном процессе: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2007. С. 15.

щими содержание доказательств, на которые опирается обвинение»13. О. В. Гладышева, Н. В. Редькин обращают внимание на то, что в соответствии с практикой применения особого порядка принятия судебного решения «согласие с обвинением», о котором говорится в гл. 40 УПК РФ, правоприменитель приравнивает к признанию подсудимым вины: «В случае, когда обвиняемому предъявляется обвинение органами предварительного расследования и он соглашается с обвинением, это означает, что он признает себя совершившим определенное преступле-ние...поэтому говорить о том, что обвиняемый может согласиться с обвинением, не признавая своей вины в совершенном преступлении, будет несколько некорректно»14.

Другие авторы считают, что признание обвиняемым своей вины должно являться обязательным условием для применения особого порядка принятия судебного ре-

шения15.

Следует согласиться с мнением А. Н. Чашина, рассматривающего признание обвиняемого своей вины только как психическое отношение к совершенному деянию и его послед-

13 Глобенко О. А. Понятие «показания обвиняемого»: расширенное толкование // Юридический мир. 2007. № 7.

14 Гладышева О. В., Редькин Н. В. Особый порядок судебного разбирательства в системе уголовного судопроизводства Российской Федерации. М., 2008. С. 88.

15 См.: Александров А. С. Основания и условия для особого порядка принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным обвинением // Государство и право. 2003. № 12; Дубовик Н. В. «Сделка о признании вины» и «особый порядок»: сравнительный анализ // Российская юстиция.

2004. № 4; Петрухин И. Л. Роль признания обвиняемого в уголовном процессе // Российская юстиция. 2003. № 2; Андросенко Н. Признание вины в совершении преступления как условие принятия процессуальных решений по УПК Российской Федерации // Российский следователь. 2007. № 23.

ствиям, а согласие с предъявленным обвинением — как отношение того же участника уголовного процесса к зафиксированному в процессуальных документах варианту утверждения стороны обвинения о совершении этим лицом преступления. Такого же мнения придерживается и Д. П. Великий, говоря о том, что признание вины и согласие с обвинением — разные действия обвиняемого, имеющие неодинаковое значение. Признание своей вины содержит элемент покаяния, стремление примириться с обществом, потерпевшим, характеризует личность обвиняемого и в определенных случаях может служить обстоятельством, смягчающим ответственность16.

Мы поддерживаем позицию второй группы авторов. Обвиняемый может отрицать юридическую оценку своих действий как преступных, но подтверждать действия, образующие состав преступления. Однако он может признать себя виновным, хотя его действия не образуют состав преступления, т. е. согласиться не с каждым предъявленным ему обвинением. Согласие с предъявленным обвинением не содержит элементов вины, оно лишь констатирует предъявленное органами предварительного расследования обвинение. Поэтому считаем возможным внести изменение в ч. 1 ст. 314 УПК РФ касательно установления такого дополнительного основания для применения особого порядка принятия судебного решения, как признание обвиняемым своей вины в совершении преступления.

Третья группа авторов полагает, что согласие с обвинением возможно и без признания вины. К примеру, по мнению Л. А. Воскобитовой, «обвиняемый заявляет только о том, что не

16 См.: Чашин А. Н. Особый порядок судебного разбирательства в уголовном процессе. М., 2011. С. 13; Великий Д. П. Особый порядок судебного разбирательства: теория и практика // Журнал российского права. 2005. № 6.

оспаривает предъявленного обвинения, но не более того»17. А. А. Шмар-дин и М. С. Бурсакова считают, что само по себе формальное признание вины не несет никакой доказательственной информации и ничего не дает в практическом плане, т. е. обвиняемый, согласившийся с обвинением, может и не признать своей вины18.

На наш взгляд, с позицией третьей группы авторов согласиться нельзя, так как такой подход противоречит презумпции невиновности, из смысла которой берет свое начало аксиома о том, что недоказанная вина равна доказанной невиновности.

Также заслуживает внимания то обстоятельство, что заявление ходатайства обвиняемым о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства является его правом, а не обязанностью, т. е. обвиняемый может признать свою вину, но от рассмотрения дела в особом порядке, предусмотренном гл. 40 УПК РФ, отказаться. Однако возможна и обратная ситуация. Как следует из буквального толкования ч. 1 ст. 314 УПК РФ, обвиняемый может заявить ходатайство о рассмотрении уголовного дела в особом порядке и о согласии с предъявленным обвинением, но свою вину не признать. Таким образом, согласие с предъявленным обвинением не связано с позицией обвиняемого относительно фактических обстоятельств дела, и он может вообще не давать показаний, но при этом не спорить с обвинением.

Между тем из смысла ч. 3 ст. 314 УПК РФ следует, что судья вправе усомниться в доказанности и обоснованности обвинения, а также в доб-

17 Воскобитова Л. А. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации. М., 2004. С. 540.

18 Шмардин А. А, Бурсакова М. С. К во-

просу о правовой природе особого порядка судебного разбирательства и проблемах

его совершенствования // Российский судья. 2005. № 10.

ровольности согласия с ним, и тогда особый порядок судебного разбирательства не должен применяться19. При этом как ходатайство обвиняемого, так и мнение других участников судопроизводства не является обязательным для судьи, в чьем производстве находится уголовное дело. Кроме того, согласие с предъявленным обвинением должно быть полным и, соответственно, не может быть согласием лишь в определенной части обвинения.

Итак, законодатель не требует выяснения мотивов согласия с обвинением, т. е. неважно, что побуждает обвиняемого к такому согласию.

Реализация принципа презумпции невиновности при рассмотрении уголовного дела в порядке, установленном в гл. 40 УПК РФ, связана также с участием в этом процессе органов предварительного расследования.

У названных органов имеется определенная заинтересованность в рассмотрении дел в особом порядке, что связано со стремлением провести расследование с минимальными затратами процессуальных средств. Самый быстрый способ раскрытия преступления — это признание обвиняемого в совершении преступления, т. е. получение прямого обвинительного доказательства. Вследствие этого следователь не обращает внимания на противоречия иным доказательствам, имеющимся в уголовном деле.

В соответствии с ч. 5 ст. 316 судебное следствие при особом порядке судебного разбирательства не проводится, судья не исследует и не оценивает доказательства в общем порядке. Отсюда можно сделать вывод о том, что определенная (а возможно, и большая) часть функции разрешения уголовного дела фактически переходит к органам, осуществляющим досудебное производство,

19 См.: Уголовно-процессуальное право / под общ. ред. П. А. Лупинской. М., 2005. С. 538.

поскольку в судебном заседании суд лишь проверяет соблюдение всех формальностей, но не исследует доказанность обвинения20.

Вместе с тем положения УПК РФ не освобождают судью, рассматривающего уголовное дело в порядке гл. 40 УПК РФ, от необходимости тщательного изучения вне рамок судебного заседания всех материалов дела с целью вынесения справедливого приговора по нему, а также проверки обоснованности предъявленного органами предварительного расследования обвинения. Такое законодательное закрепление служит одним из регуляторов роли органов предварительного расследования при применении особого порядка судебного разбирательства. Поэтому в ходе предварительного расследования следователь (дознаватель) обязан не ограничиваться наличием признания обвиняемым вины и согласия с обвинением, а подкрепить это доказательствами совершения обвиняемым преступления. Тем более, как указывалось выше, обвиняемый вправе оспаривать предъявленное обвинение, и тогда в соответствии с ч. 6 ст. 316 УПК РФ судья будет обязан вынести постановление о прекращении особого порядка судебного разбирательства и назначении рассмотрения уголовного дела в общем порядке.

Суд, не исследуя фактических обстоятельств дела, лишен возможности проверить обоснованность и доказанность предъявленного обвинения. Как следует из п. 2 и 3 названного постановления Пленума ВС РФ «О судебном приговоре», приговор должен быть основан лишь на тех доказательствах, которые в соответствии со ст. 240 УПК РФ были непосредственно исследованы в судеб-

20 См.: Безруков С. С. Принцип презумпции невиновности в условиях реформирования уголовно-процессуального законодательства // Бюллетень Международной ассоциации содействия правосудию. 2011. № 1. С. 16.

ном заседании. Кроме того, должны получить оценку все рассмотренные в судебном заседании доказательства, касающиеся выводов суда. Приговор соответствует фактическим обстоятельствам дела в том случае, если в его основе лежат выводы, базирующиеся на достоверных доказательствах, которые стали предметом изучения в судебном заседании.

Так, ч. 1 ст. 240 УПК РФ закрепляет правило о непосредственном исследовании всех доказательств по уголовному делу, призванное обеспечить прямое, свободное от субъективного влияния лиц, производивших предварительное расследование, восприятие судом обстоятельств дела. Таким образом, непосредственное исследование доказательств в судебном заседании служит важным условием их единообразного восприятия судом. Однако в соответствии с ч. 5 ст. 316 УПК РФ судья не проводит исследование и оценку доказательств. Вместо этого он исследует обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, а также обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание. По мнению некоторых авторов, в предварительной оценке материалов имеются опосредованные элементы исследования и собирания доказательств, поскольку судья, изучая и оценивая доказательства для проверки обоснованности обвинения, проводит их исследова-ние21 по материалам дела.

Из вышеизложенного возникает еще один вопрос реализации принципа презумпции невиновности при особом порядке рассмотрения уголовного дела, и касается он постановления приговора.

Как уже отмечалось, приговор должен соответствовать фактическим обстоятельствам дела и осно-

21 См.: Дзюбенко А. А. Особенности собирания и исследования судом доказательств при рассмотрении уголовных дел в особом порядке // Мировой судья. 2005. № 11.

вываться на достоверных доказательствах, которые стали предметом изучения в судебном заседании, каким бы сокращенным оно ни было. Вместе с тем пределы прав суда в приговоре о виновности обвиняемого ограничиваются рамками, определенными обвинительным заключением (актом). Следует отметить, что в соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор может быть постановлен только в том случае, если выводы суда о виновности подсудимого подтверждаются совокупностью исследованных доказательств, а признание подсудимым своей вины, если оно не подтверждено совокупностью других собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств, само по себе не может служить основанием для постановления обвинительного приговора (ч. 2 ст. 77, ч. 1 ст. 88, ст. 220, ст. 307 УПК РФ).

Таким образом, если у суда возникнут сомнения в точности квалификации и достаточности доказательственной базы, суд обязан принять решение о прекращении особого порядка и назначить новое заседание в общем порядке с тем, чтобы у других участников процесса была возможность высказать свое мнение по существу обвинения. Однако УПК РФ не предусматривает подобных изъятий из ст. 240 и 302 применительно к гл. 40. При этом ч. 1 ст. 240 УПК РФ содержит оговорку, в соответствии с которой суд может постановить приговор без непосредственного исследования в судебном заседании доказательств по уголовному делу, если обвиняемый ходатайствует об этом, согласившись с предъявленным обвинением, а суд считает обвинение обоснованным и подтвержденным собранными по делу доказательствами.

Между тем анализ доказательств и их оценка судьей в приговоре не отражаются. Часть 8 ст. 316 УПК РФ поясняет, что описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание

преступного деяния, с обвинением в совершении которого согласился подсудимый, а также выводы суда о соблюдении условий постановления приговора без проведения судебного разбирательства. Кроме того, при вынесении приговора вопросы доказанности события преступления, причастности подсудимого к преступлению и его виновности также не требуют разрешения, поскольку предполагаются уже доказанными.

Как упоминалось выше, судья может исследовать обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, и обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а следовательно, отразить их в описательно-мотивировочной части приговора.

Приговор, постановленный в особом порядке, как правило, воспроизводит обвинительное заключение (акт), с которым согласился подсудимый и в котором приводятся основания и условия применения особого порядка. На наш взгляд, такой подход существенно противоречит одному из важнейших конституционных принципов — презумпции невиновности, так как суд основывается не на доказанности обвинения в судебном заседании, а на материалах, представленных органами предварительного расследования.

В заключение отметим, что особый порядок принятия судебного решения входит в противоречие с презумпцией невиновности и ограничивает ее реализацию. Применением упрощенных процедур22 не может быть оправдано нарушение требо-

22 Федеральным законом от 29 июня 2009 г. № 141-ФЗ УПК РФ дополнен гл. 401 «Особый порядок принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве», регулирующей особенности не только судебного разбирательства, но и досудебного производства по уголовному делу. Строгое соблюдение всех требований этой главы является обязательным усло-

ваний каких-либо принципов уголовного процесса, в особенности презумпции невиновности.

Библиографический список:

Eur. Court H. R. Deweer v. Belgium, Judgement of 27 Feb. 1980. Series A. No. 35. Para. 56. Русский перевод см.: Европейский Суд по правам человека. Избранные решения: в 2 т. Т. 1. М., 2000.

Александров А. С. Основания и условия для особого порядка принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным обвинением // Государство и право. 2003. № 12.

Андросенко Н. Признание вины в совершении преступления как условие принятия процессуальных решений по УПК Российской Федерации // Российский следователь. 2007. № 23.

Безруков С. С. Принцип презумпции невиновности в условиях реформирования уголовно-процессуального законодательства // Бюллетень Международной ассоциации содействия правосудию. 2011. № 1.

Великий Д. П. Особый порядок судебного разбирательства: теория и практика // Журнал российского права. 2005. № 6.

Воскобитова Л. А. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации. М., 2004.

Гладышева О. В., Редькин Н. В. Особый порядок судебного разбирательства в системе уголовного судопроизводства Российской Федерации. М., 2008.

Глобенко О. А. Показания обвиняемого в современном российском уголовном процессе: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2007.

вием вынесения законного, обоснованного и справедливого приговора.

Глобенко О. А. Понятие «показания обвиняемого»: расширенное толкование // Юридический мир. 2007. № 7.

Дзюбенко А. А. Особенности собирания и исследования судом доказательств при рассмотрении уголовных дел в особом порядке // Мировой судья. 2005. № 11.

Дубовик Н. В. «Сделка о признании вины» и «особый порядок»: сравнительный анализ // Российская юстиция. 2004. № 4.

Комментарий к Конституции Российской Федерации / под ред. В. Д. Зорькина. М., 2011.

Научно-практический комментарий к уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. В. М. Лебедева. М., 2010.

Петрухин И. Л. Роль признания обвиняемого в уголовном процессе // Российская юстиция. 2003. № 2.

Развитие уголовного законодательства Российской Федерации: учеб.-практ. пособие / отв. ред. В. П. Кашепов. М., 2007.

Уголовное право России. Части Общая и Особенная: учебник / под ред. А. И. Раро-га. М., 2010.

Уголовно-процессуальное право / под общ. ред. П. А. Лупинской. М., 2005.

Уголовно-процессуальное право: учебник / отв. ред. П. А. Лупинская. М., 2010.

Халиков А. Вопросы, возникающие при особом порядке судебного разбирательства // Российская юстиция. 2003. № 1.

Чашин А. Н. Особый порядок судебного разбирательства в уголовном процессе. М., 2011.

Шмардин А. А., Бурсакова М. С. К вопросу о правовой природе особого порядка судебного разбирательства и проблемах его совершенствования // Российский судья. 2005. № 10.