Отражение элементов демократии, дипломатии и международных отношений на примерах этнонимов кыргызского героического эпоса «Манас»

_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» №02-2/2017 ISSN 2410-700Х_

Буурабия А.Шайжигитова,

соискатель, Институт языка и литературы им. Ч. Айтматова НАН Кыргызской Республики

ОТРАЖЕНИЕ ЭЛЕМЕНТОВ ДЕМОКРАТИИ, ДИПЛОМАТИИ И МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ НА ПРИМЕРАХ ЭТНОНИМОВ КЫРГЫЗСКОГО ГЕРОИЧЕСКОГО ЭПОСА «МАНАС»

Аннотация

Анализируя различные стороны связей между этнонимами эпоса «Манас», приводятся примеры проявления и развития демократии, дипломатии и международных отношений в жизни кыргызского народа. Показывается, что кыргызский народ всегда стремился жить, уважая достоинство свое и других народов (этнонимов), строить отношение с другими на основе взаимного уважения и добрососедства.

Ключевые слова

Эпос «Манас», этноним, демократия, дипломатия, международное отношение.

Buurabiya A. Shayzhigitova,

competitor, Institute of Language and Literature named of Ch. Aitmatov National Academy of Sciences of the Kyrgyz Republic

REFLECTION ELEMENTS OF DEMOCRACY, DIPLOMACY AND INTERNATIONAL RELATIONS BY THE EXAMPLE OF THE ETHNONYM KYRGYZSKOGO HEROIC EPIC "MANAS"

Abstract

By analyzing the various aspects of relations between the ethnonyms of the epic "Manas", are examples of symptoms and the development of democracy, diplomacy and international relations in the life of the Kyrgyz people. It is shown that the Kyrgyz people have always tried to live by respecting the dignity of their own and other people (ethnonyms), to build relationships with others based on mutual respect and good neighborliness.

Keywords

The epic "Manas", ethnonym, democracy, diplomacy and international relations.

Главный редактор серии «Эпос народов СССР» А.Петросян в своей заметке «Вместо введения» [1, с.7] написал: «Историческая особенность появления и многовекового существования «Манаса» заключается в том, что он, по существу, заменил собой летопись жизни киргизского народа и многие формы его духовной культуры». Далее эту свою мысль А.Петросян подтверждает следующим образом [1, с.9]: «Академик В.В. Радлов характеризовал киргизский эпос «Манас» как поэтическое отражение всей жизни и всех стремлений народа. Известный казахский ученый Чокан Валиханов, первым изложивший на страницах русской печати сюжеты этого памятника в «Очерках Джунгарии», отмечал, что «Манас» - это энциклопедическое собрание всех киргизских мифов, сказок, преданий, приведенное к одному времени и сгруппированное около одного лица - богатыря Манаса. Образ жизни, обычаи, нравы, география, религиозные и медицинские познания киргизов и международные отношения их нашли себе выражение в этой огромной эпопее».

Исследователи, отмечая историческое значение киргизской эпической поэзии, пишут, что ни одна работа современных авторов об истории духовной жизни киргизов, об их нравах, обычаях, верованиях, а также об экономической жизни и законодательства киргизского общества не обходится без обращения к «Манасу».

Глубокое исследование этнических связей на основе этнонимов эпоса «Манас» проводил известный

_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» №02-2/2017 ISSN 2410-700Х_

кыргызский историк, профессор И.Б.Молдобаев [2, 3]. Во «Введении» своей монографии [3, с.7] он отметил, что малоисследованным является вопрос дипломатии в эпосе «Манас». Анализ известных работ (см., например, [2-5]) показывает, что слабо исследованы и такие вопросы, как демократия и международные отношения на основе этнонимов эпоса «Манас». Эти же вопросы совсем плохо изучены и на базе этнонимов кыргызских героических эпосов «Семетей», «Сейтек», т.е. второй, третьей частях трилогии «Манас». Конечно, полный разбор трилогии «Манас» по каждым из этих вопросов (демократия, дипломатия, международное отношение) - это нелегкое дело, требующее много времени и сил. Мы же взялись за написание настоящей статьи, чтобы привести некоторые примеры, показывающие актуальность разработки этих вопросов, анализируя материалы эпоса «Манас» - главной книги трилогии «Манас», используя книги [1, 6-9].

Заметим также, что в [3, с.91] И.Б.Молдобаев подчеркнул: «Изучение этнонимов в свою очередь сыграет добрую службу при исследованиях этногенетических и этнических контактов кыргызов с народами довольно обширной территории ».

Отметим также, что результаты наших исследований могут повлиять на уточнение истории и социально-культурно-политической ситуации в азиатской части Земного шара примерно в X-XI веках нашей эры, поскольку исторические документы Китая доказывают, что эпосу «Манас» более 1000 лет.

Отметим, что ранее писали этноним «киргиз», а после паспада СССР вместо «киргиз» мы стали писать «кыргыз». В нашей работе употребляются оба записи в зависимости от использованных источников и времени.

В заметке «Вместо введения» [1, с.7] А.Петросян также отметил: «Сюжетообразующие события в эпосе - это главным образом столкновения киргизских племен с чужеземными захватчиками, взаимный угон табунов, жестокие поединки враждующих богатырей, многодневные походы, победы и поражения, торжественные многолюдные поминки и народные праздники. Главный мотив, пронизывающий обширное повествование трилогии ( «Манас», «Семетей», «Сейтек» ), - стремление киргизских племен к сплочению в единый народ, к достижению независимости и могущества ».

Ознакомление с сюжетами книг [1, 6-9] наводит на мысль: В условиях кочевой жизни, когда не определены четкие границы территорий, которыми владеют определенные этнонимы (племена, роды, нации и другие общности людей), во многих случаях действовал, несомненно, принцип «сила есть - ума не надо». Тем не менее одна только физическая сила еще не достаточно для управления сородичами из своих племен и для строения добрых дружеских отношений между ближними и дальними соседями, состоявших из своих и других племен и родов.

Заметим, что в то время кыргызы жили на Алтае в окружении калмаков из шести племен, часто враждовали с ними, т.к. они находились под владением кытайского Эсен-хана.

На простом языке демократия - это коллективное решение, учет мнений других. Примеров проявления демократии в эпосе «Манас» великое множество. Первым примером, где явно присутствуют элементы демократии - это избрание 15 летнего юного Манаса ханом. Ниже приведем его краткое содержание [1, с. 389-396].

15 летний юноша Манас обращается отцу - баю Джакыпу: «Отец, если согласие будет твое, то из всех жеребчиков, которые предназначены для войны, из всех кобылок, которые предназначены для жертвы во испрошение добра, из косяка Камбарбоза ([1, с. 530]: Камбарбоз - жеребец-производитель, вожак табуна, лучший среди коней. По существовавшему обычаю, такой жеребец выбирался хозяином из табунов в качестве священного коня, якобы приносящегося счастье, изобилие) ты вели трех трехлеток изловить. Я оседлаю коня, своих товарищей верхом посажу, по прямой дороге поскачем мы. Дальняя охота - это долгий путь, буду участвовать в дальней охоте, привыкну под открытым небом жить». На что отец сказал: «Милый мой, надежда моя, благоразумнее будь! Если понадобиться, то Камбарбоза вместе со всем косяком угони. Сколько нужно коней, столько и бери, для тебя собрано все добро, надежда моя». Из косяка Камбарбоза велел он поймать пятерых и отдал. На трех Манас товарищей посадил, двух неоседланных держа в поводу, вслед за своими товарищами поспешил и их нагнал. Манас и их товарищи прибыли в долину Чаркастан (эпический топоним). После некоторого времени у них состоялся такой разговор: «В долине Чаркастан мы

_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» №02-2/2017 ISSN 2410-700Х_

сегодня переночевали в шестой раз, мы здесь делали разные дела: Спускали собак, выпускали ловчих птиц, добывали много шкур волков и лисиц. Нас 84 здесь, назвать бы нам одного своим тюре! (Вот так появилась идея избрания тюре - предводителя). Назвав его тюре, зарезали бы и съели его коня ([1, с. 522]: Возможно, здесь отражен древний обычай: избираемый предводителем дружины должен был забить своего коня для угощения всех воинов), на белый потник усадить бы его ([1, с. 522]: У кочевых тюркских народов избираемого родового правителя сажали на белый войлок или, как в данном случае, на белый войлочный потник). Сделать бы его владыкой, ханом, сделать бы его повелителем! Исполняли бы все, что скажет он, одного из восьмидесяти четырех попробуем-ка правителем избрать! Что, если окажем ему честь?! «Это наш повелитель», - говоря, исполняли бы все, что накажет он». Самому старшему, наверное, двадцать пять, а самому младшему - пятнадцать лет, вот так совещались они. «Не будем потом говорить, что все было просто на охоте, не будем обманывать хозяина, съев его коня. Не будем потом говорить, что находились в степи, не будем, съев коня отказываться хозяина ханом признать, сделав ханом, сделав тюре, сделав почитаемым человеком его, окажем ему уважение и почет, когда вернемся к народу своему, скажем: «Это наш хан». Возвеличив, окажем ему почет, когда приедем к народу своему, скажем: «Это наш бек». Если есть щедрый, пусть зарежет коня, если кто скуп, пусть оставит его себе. Если есть радушный, пусть зарежет коня, если кто жадный, пусть оставит его себе! Не скажем: «Ради шутки мы съели коня». Не скажем: «Без народа был у нас разговор», не откажемся от обещания своего, не отступимся от этих слов. Кто отступится от этих слов, пожалеет об этом потом!». Так сидели, рассуждая и в шутку, и всерьез, походные юрты рядом друг с другом стоят, довольные, пребывают в веселье они. Сказал один: «Все вы - баев сыновья, а не можете решиться зарезать коня. Уважаемых биев вы сыновья, а жметесь из-за одного коня - не можете себя показать. Те, что думают большого достичь, не отказывайтесь зарезать коня. Те, что хотят избранными стать, не ленитесь зарезать коня. Из тех ребят, у кого крутой нрав, из уверенных в себе - самые старшие из вас достигли двадцати пяти лет, а самым младшим из вас около пятнадцати лет. Лучшие знатные юноши, не жмитесь из-за одного коня!». Разделились юноши по десять человек, виднеются восемь их походных юрт. «Выходите от каждого рода, - он (мое: ответственный за выборы) сказал, - слушайте то, что говорю». Маджику, что был от манджу :[1, с. 534]: В эпосе манджу - название рода калмаков или народа, иногда страны, где живут калмаки; калмак - этноним): «Будь главой!» - сказали, все настаивали на том. Тот юноша им сказал: Я отказался от клича своего ([1, с. 522]: Выражение означает, что герой, перейдя в другой род, взял боевой клич этого рода, отказавшись от своего прежнего родового клича), когда мы алтайцами были окружены, я нукером Манаса стал». Не согласился он зарезать коня, а другие юноши горят желанием зарезать какого-нибудь коня. Подумав: «Назарбек, сын Ошпура (мое: он от кыпчаков; кыпчак - этноним), может, он место хана займет?», сказали ему: «Зарежь коня!». Когда сказали ему так, ответил он: «Еще когда было мне восемь лет, я Манасу место уступил». Был там с Алтая киргиз Айнакул, отца его звали Саламат. Сказали: «Зарежь ты своего коня», настаивали все на том. «Сам я Манаса страшусь, скажу многим из вас: храбрость и силу его своими глазами видал, есть же разум у меня! Если бы согласились все сделать Манаса нашим тюре - у меня теперь большое желание такое есть». Сказали: «Это не просто - быть тюре! Сын Айдаркана, храбрец Кёкчё (мое - он казах, казах - этноним), ты своего коня зарежь, сделаем ханом тебя». Тогда промолвил Кёкчё: «Да покарает духи предков всех вас! Шесть дней пробыли мы в степи, видно, все вы поддаетесь напасти - желанию поесть!. Из-за разговоров, что в шутку ведут, разве только бестолочь зарежет своего коня, из-за разговоров, что попусту ведут, разве только глупец зарежет своего коня!. Голодны ли, сыты ли вы - обойдитесь сегодня как-нибудь. Если нет крупных кииков здесь, набейте горных индеек и дичь. Если иного не найдется ничего, набейте косуль или что-то еще, если уж совсем ничего не сможете отыскать, то возвращайтесь в родные места». Сказал так богатырь Кёкчё. Услышав эти его слова, Аскара сын Джагабы разгневался вдруг: «У подножия Алтайских гор - на Сары-Арке летняя стоянка у вас, правите многочисленными казахами, предок ваш - Барак-хан, дед ваш - Камбар-хан, твой родной отец - Айдаркан, среди молодых людей ты - тот, о ком как о достойном думают все, ты же не из бедняков. Пусть бы кто другой так поступал, тебе же это не к лицу. В скупости своей на скот - вот в чем счастье ты нашел! Не сбивая других, перестань напраслину нести», - такой дал ему грубый отпор Джагабы. «Раз уж я вношу разлад и если ты нажил даровой скот, мой Джагабы, раз уж хочешь назло мне поступить,

_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» №02-2/2017 ISSN 2410-700Х_

зарежь ты своего коня, - не говори высокомерных слов», - сказал и тут же умолк Кёкчё. Сыну Кюльдюра по имени Чалы сказав: «Ты зарежь своего коня», стали упрашивать его все до одного. Отвечал: «Когда вышел на нас Незкара (мое: его называют иногда ханом манджу (этноним), иногда китайским ханом), когда страх меня обуял, Манасу сподвижником я стал, зарезать своего коня, выдвинуться в ханы вдруг - сейчас не в силах я». Все отступились от него. «От тыргоотов ты, Деркенбай, у каждого хоть один годовалый жеребенок есть, тыргоотами именуют большой народ ([1, с. 538]: Тыргоот - одна из этнических групп западных ойратов, тюркоязычные народы именовали их «калмак»), много у вас храбрецов. Калдаем ([1, с. 530]: Калдай - в эпосе чиновник, занимающий высокое положение; важная персона у калмаков и кытаев) был твой дед, что, если ты зарежешь своего коня? Настала очередь твоя, - говорят, - что, если ты будешь народом управлять?» - говорили и настаивали и старшие, и младшие - все. «Стать правителем возможностей у меня нет, не в такой силе я, чтобы почести принимать», - вот как он сказал. Есть еще один из народа тыргоот, сказали: «Сын Ангира Коной, хорошо бы тебе зарезать своего коня! Особая благодать снизойдет на тебя»,- теперь до него очередь дошла. «Никогда не зарежу своего коня!» - стал он твердить, не успели еще и обратиться к нему.

Когда отказались, не дали согласия все, очередь до Манаса дошла. Сказали: «Из восьмидесяти четырех ты, оказывается, младше всех, скот ваш не перечесть, от народа благословение получи. Окажем почести, правителем сделаем тебя, дай согласие на то, о чем говорим. Из рода киргизов предок твой, у бая Джакыпа ты - самый дорогой, юный Манас, ну что же ты? Почему бы тебе своего коня здесь не зарезать для нас? Отец твой богат, почему бы тебе не принять благословение от нас?». Такие сказали слова, когда услышал это храбрец Манас, начал говорить: «Многие здесь из разных племен, есть аргыны из алачей ([1, с. 524]: алач - племенной союз, куда входили киргизы и казахи), от алчинов здесь Коджо, и еще мудрейшие есть. Недостойно вас всех резать коня, чтобы ханом стать, - да слыханное ли это дело?! Ища кииков, охотясь на зверей, на склоны Чаркастана вы пришли, раз уж вы сильно желаете насытиться мясом коня, лучше уж мне не ездить на коне, приведите и повалите его -зарежу я своего Аккулу. Разве Аккула дороже, чем жизнь? Если вы голодны, я найду, как ваши жизни спасти. Приведите же сюда и зарежьте Аккулу. «Не зарежет он своего коня», - пусть такая мысль не приходит вам». Сказал это Манас,

Вот так Манас согласился резать своего коня Аккулу, но так как Аккула был тощим, по предложению Чегебая - товарища Манаса, резали белого четырехлетнего жирного коня Манаса из тех, которых Манас выпросил у своего отца. Съели мясо, удовольствие получив. И хотя пытался он сбежать, но юношу Манаса-тигра окружили и схватили они, и хотя он говорил: «Оставьте!», Манаса они привели и, на белый потник усадив, радостно шумя, крича: «Наш хан», ханом провозгласили. И действительно, остальные 83 стали слушаться его. В свою очередь храбрый Манас сказал: «Раз уж стал ханом ваш Манас, он не таков, чтобы в действии пребывать».

Из процесса избрания юного Манаса ханом можем сделать такой вывод: Никто не стал незамеченным, спросили каждого из 84 о том, что «не хочет ли быть тюре?». Поэтому выборы хана прошли без обиды, в полном соответствии с «Положением о выборе хана - зарезать своего коня и угостить всех». Следовательно, юный Манас вполне законно, справедливо избран ханом. Не это ли проявление демократии?!

После избрания ханом юного Манаса произошли разные схватки с представителями и воинами Эсен-хана и народу живущему на Алтае стало тревожно жить. И пришло время избрать настоящего хана народа живущего на Алтае. Это уже второй пример проявления демократии, что подробно отражено в [1, с. 410418].

Стали собирать народ. Однажды: «Из всех жеребчиков, которые предназначены для войны, из всех кобылок, которые предназначены для жертвы во испрошение добра, - из косяка Камбарбоза изловить девять, привести и всех забить повелел, повелел соорудить в земле очаги, из народа, что на Алтае жил, ни одного рода не пропустив, - всех призвал к себе Манас. «На Алтае живущий народ, - он сказал, -собравшись все до одного, ответьте мне, сколько вас?». Собрался весь народ: тут и мангулы из чужих племен, тут и разумный Джайсан-храбрец, тут и беки Кюльдюр и Калдар, из манджурского края тут и юноша бек Маджик, тут, как всегда, и старик Дёгён. Здесь помимо них алтайцы остальные есть. Тут и

_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» №02-2/2017 ISSN 2410-700Х_

алчины, уйшюни, найманы, тут от аргынов Каракоджо. Среди абаков тут богатырь Айдаркан. От киргизов -Саламат, от кыпчаков - красноречивый Таз, тут сын Ногоя - бай Джакып, от нойгутов - Акбалта, от тоту прибыл бий Токтоо. От локушей - Омурзак, от узбеков - Дамулда, красноречивый острослов Абдылда, свой сородич Акымбек. «Призадумайтесь, смельчаки, недруги стоят со всех сторон, нечестивцы проявят вражду», - говоря в беспокойстве мечется Бердике. «Пусть высокородные придут», - сказал бай Джакып. Бай Джакып во главе стариков - самые мудрые это все, собравшись вместе, сидят. Велел угощение подавать, заговорил старик Джакып: «К хану (мое: Эсен-хану) враждебность проявили мы, к падишаху непочтение проявив, калмаков, что на Алтае живут, большую часть изгнали мы. Из Кангая прибыл аил, шиберцы ([1, с. 540]: в эпосе представители какого-то рода), что вдоль Ангира живут. Люди, посмотрите-ка вы: все нечестивцы стали врагами нам. Готовыми не быть нам нельзя никак, киргизам, казахам - тюрок сыновьям, думаю я, несдобровать. Уничтожат нас, и потомства не оставим мы, как бы нам несчастья не познать! Не станем в безмятежности пребывать! Если все скопом нападут, не наделали бы нам беды!... Кытаи, чтоб им погибель найти, похоже, не дадут нам житья». Сказав это, бай Джакып замолчал. Сидевшие люди выслушали его слова, посоветовались между собой. Кто-то припомнил битву, что была с Незкарой, и как пришли одиннадцать послов, как они сказали: «Уничтожим вас!», как с войском из девятисот воинов, в сторону Алтая держа путь, силач Нуукер приходил, как Манас с ребятами в битве их победил,что из алтайских калмаков немало ушло в сторону Анджу ([1, с. 526]: в эпосе название страны или города, где живут кытаи), жалобы их до хана дошли. А Джакып, всем, кто там был, добавил забот. Он сказал: «Если власти нет, дело на лад не пойдет, народ не преуспеет сам по себе, без предводителя благоденствия нет, когда беспорядок - изобилия нет, у кого есть хан, тот в беду не попадает, если человек вооружен, не узнает горя он. Если нет пастбищ, нет и скота, если кытаи скопом нападут, не оставят нас в живых. Если нет простолюдинов, то и бека нет, не годится без дела лежать. Если нет черни, то и хана нет, если нет тела, то нет и души, вокруг нас только враги, если нас растопчет враг, не останется ни души. Если вы думаете о спасении жизни своей, то изберите хана себе!... Одного из вас, кто нравом тверд, давайте беком выберем, народ об этом оповестим, одного из вас, в ком доблесть есть, давайте ханом провозгласим, народ об этом оповестим. Если нечестивцы нападут, хорошенько все вооружась, выступим против них». Сказал так бай Джакып, рядом с ним - старик Акбалта, и тут же Бердике. Все люди, загалдели, зашумели: «Хорошие слова!». Сказали: «Если подумать, много предстоит хлопот, хвала ему - правильно все, что сказал бай Джакып. Есть немного алтайцев среди нас, немало кангаев здесь, есть предводитель от манджу. От тыргоотов тысяча семейств, от казахов, что состоят из трех племен, никто не остался - все они здесь. И сорокаплеменные киргизы есть, и ферганцы ([1, с. 539]: Ферганцы - в эпосе люди, живущие в Ферганской долине) - все здесь. Ну-ка, выходи, наш хан, - тот человек, что готов на чыгым! ([1, с. 522]: «Чыгым» -«расход», «убыток». Здесь имеется в виду, что человек, избранный ханом, должен быть готовым ради общего блага понести любой расход: оказать помощь роду, попавшему в беду или затруднение, обеспечить вооружением и продовольствием воинов в походе и.т.п.). Ну-ка, подтянитесь все! Из вас правдивый, который не лжет, удалой, который ходит в поход, - пусть на ханство выйдет один такой, кто в единоборстве с врагом силен, кто в сражении с врагом смел, кто остр на слово и красноречив, кто знает, в чем власти смысл!». Все: и старшие, и младшие - высказались так. Выжидая, советуясь между собой, так стояли люди все. А те восемьдесят четыре, что охотились, поглядев на народ, сказали: «Что вас поставило в тупик?» -так спросили они у людей. «Мы на охоту ходили все, нет среди нас подобных вам седобородых стариков. Мы не знаем всех вас, наш же хан уже провозглашен!» Тут сказал юноша Айнакул: «О народ! - Белого четырехлетка, на котором ездил Чеге, мы забили в степи и юношу, чье имя Манас, ханом избрали себе... Избранный нами хан вашим верхам и низам, и старикам, и молодым не подойдет ли?» Вот какие слова всему народу сказал Саламата сын Айнакул... Зашумели и молодые, и старики, говоря: «Манас нашим ханом стал!», загудел весь народ, все были довольны тем. Вдруг Камбар стал попрекать Кёкчё: «Лучше б не родиться тебе! С самого рождения твоего разве недоставало чего-то тебе? Одного двухлетка ты пожалел, стало известно пароду всему, то, что ты скупой, - он сказал, - ханскую власть взял киргиз,казахи же остались ни с чем, вы вместе с твоим отцом всегда дороже человека считаете скотину, а ведь это животное! - Тот, кого бог счастьем наделил, -Манас зарезал скотину - коня, весь народ, что в затруднении

_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» №02-2/2017 ISSN 2410-700Х_

был, вон ханом его избрал!» - говоря, сокрушался Камбар-хан, было при этом столько людей! «Вы все присутствуете здесь - если есть такой, кто сожалеет, если есть такой, кто не хочет Манаса ханом избрать, пусть тут же выйдет и скажет о том. Пусть не пожалеет ваш аил потом, назвав Манаса и ханом поставив его, потом не затевайте ссор. От всех родов присутствуете вы здесь, «ханом его не мы сделали», не говорили бы, не сожалели бы в душе!» - сказал эти слова Акбалта, громко народу сообщил. Но тут же вдруг юноша - лев Манас к собравшимся подошел: «У меня старшего брата нет, если смерть придет, спасения от нее нет, младший брат мой еще мал, вы все мудрейшие богатыри, мне есть, что вам сказать. В богатстве недостатка у меня нет, если свалится на мою голову беда, чтобы вызволить меня из беды, у родичей моих силы нет, у состарившегося Джакыпа нет силы доблесть проявить. Казахи, киргизы - родня, кто пожелает ханом стать, пусть выйдет, если решился на то, из-за того что в степи я зарезал коня, из-за того что там провозгласили ханом меня, не стану я своей выгоды искать, чтобы большой позор не принять на себя. Здесь калмаки, мангулы здесь, здесь казахи, киргизы здесь, кангаи с тыргоотами здесь, пусть станет ханом тот, кто решится на то. Меня же пусть освободят», - такие слова произнес юный Манас. Все в замешательство пришли, сказали: «Правильные твои слова, но ты самый подходящий, чтобы ханом сделал тебя народ». Большинство захотело так, а что до всех остальных, то каждый не хотел, чтобы ханом стал другой. «В походе - удачи у храбреца, как бы то ни было, а бай Джакып владеет богатством большим. Если молод еще его сын, если не желает Манас ханом быть, хоть и состарился Джакып, давайте его ханом изберем. Юного Манаса-леопарда, кто проявит доблесть перед врагом, давайте батыром изберем», - вот что пришло некоторым на ум, большинство поддержало их... «Давайте хана поднимем - того человека, кого ханом избрали мы» - зашумели люди. Белый войлок в шесть кулачей, расстелили они, Джакыпа с седеющей бородой Акбалта и Бердике, взяв под руки, повели, все потащили к войлоку его. Сказав: «Не поднимайте меня», заговорил разумный Джакып: «Хоть и много было у меня добра, в душе у меня была сильная печаль, люди, видели же вы - много я плакал, что ребенка нет, только это и было у меня на уме, бесчисленных моих богатств совсем и не видел я, плакал из-за того, что ребенка нет. Словами: «Будь ханом», когда я уже стар, не тревожьте меня, раз при мне сын - опора моя, когда годами я уже стар, не вводите меня в грех. У хана много дел, говорите вы: «Будь ханом сам вместо сына своего!» - какие неладные это слова! Если и вправду хотите меня, то поставьте сына моего!», - сказал это бай Джакып и громко заплакал, не смог удержать он обильных слез. Казахи и киргизы окружили его, калмаки и мангулы все вместе на белый войлок бая Джакыпа усадили, богатыря Манаса, сына его, на белый войлок вместе с ним посадили. Множество людей подняли их. Когда ступили они семь шагов «хватит, ребята, хватит!» -сказав, почтенный старец Джакып на землю сошел. Юного Манаса одного подняло множество людей, и все, кто собрались, семь раз по кругу обошли. Люди из родственных аилов, говоря: «Мы желание исполнили свое», загалдели все, передали Манасу ханскую власть, сказали: «Вот ханский венец» - на голову Манаса - храбреца надели шапку с джыгой ([1, с.528]: Джыга - высокая ханская шапка с венцом (джыгой) обычно из меди, который служил особым знаком отличия человека, имевшего высокий сан). Тогда поразмыслил Джакып, повелел забить девяносто кабылиц - он устроил той на девять дней, высоко подняв алое знамя, еще от деда Манаса - Ногой хана оставшееся Джакыпу.

Отметим, что ([1, с.528]: «Данное описание избрания Манаса ханом целиком соответствует древнему кочевническому обряду. Оно изображается в рамках эпической традиции тюркоязычных народов: созыв всех сородичей и почтенных гостей; избрание хана заканчивается девятидневным тоем».

Из этого процесса избрания Манаса ханом видно, что избрание хана прошло вполне демократическим путем, во-первых, слова бая Джакыпа о необходимости избрания хана - предводителя пришлись по душе всем присутствующим (здесь идет разговор об идее избрания хана и Джакып советуется с людьми из своего окружения, он хочет узнать мнение других - это уже отвечает принципам демократии), во-вторых, спросили же: «Кто желает быть ханом?». Узнали мнение каждого, кто присутствовал.

Здесь следует добавить, что как известно Манас стал надежной опорой, заботливым и щедрым вождем кыргызских племен. Эти качества Манаса подтверждаются во многих эпизодах эпоса «Манас». В условиях жизни кочевника каждому хотелось жить мирно и в безопасности. Поэтому не только кыргызские племена, но и другие (даже враждебные) стали подтянуться Манасу великодушному (в книгах 1-4 эпоса

_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» №02-2/2017 ISSN 2410-700Х_

«Манас» ярко видны примеры, подтверждающие великодушность Манаса). Об этом свидетельствует и книга «Манас великодушный» [10], написанная С.Липкиным.

Отметим, что еще одним примером проявления демократии является выбор богатыря на куреш (единоборство с поясами) с кара кытаем Джолоем во время «Поминки по Кёкётёю» (Кокотою). Это отражено в [7, с.393-407]. Кратко так: Кошой обратился со словами: «Может ты будешь выходить на арену для куреша с Джолоем» многим кыргызам, казахам, и другим. (Это тоже элемент демократии).

Заметим, что элементы дипломатии присутствуют во всех человеческих отношениях. Дипломатия требует, чтобы отношения во всех областях жизни были взаимоприемлемы, а именно взаимовыгодными. Дипломатия базируется на принципах взаимоуважения. А этого достичь в условиях кочевой жизни трудно, не всегда удается. Иногда требуется идти на уступки ради спокойствия нации, племени и других общностей людей. Порою придется применить физическую силу и силу ума. Все это и другие моменты широко отражены в эпосе «Манас».

Отметим также, что в дипломатии и международных отношениях явно присутствуют элементы этики, т.е. принцип «уважение достоинства других в любой ситуации, т.е. в любых условиях следует оставаться человеком достойного уважения». В условиях кочевой жизни не всегда соблюдаются принципы этики. Еще неоспоримо, что в международных отношениях не обойтись без дипломатии.

Следует подчеркнуть, что в любых событиях, происходящих между кыргызами и других племен, несомненно присутствуют элементы дипломатии и международных отношений. Приведем примеры.

В [1, с.291] говорится, что: «... Калмаки из шести родов охраняли выпас свой, по тридцать кобылиц и по пять коней как плату за пастбище им отдаю - и этого мало оказалось им, стали угонять моих лощадей, -так сказал бай Джакып». Из этого явствует, что киргизы, проживая на Алтае, находились на земле, где хозяйничали калмаки, и им платили за аренду пастбище по договору. Это - пример международного отношения.

Приглашение гостей - своих сородичей и соседей из других племен на той (пиршество) в честь рождения сына бая Джакыпа и названия его Манасом [1, с.291-273], приглашение гостей близких и дальних на «Поминки по Кокотою» [7] - это яркие примеры дипломатии и международных отношений. Здесь заметим, что в процессе приглашения гостей на «Поминки по Кокотою» явно нарушен принцип этики, когда Манас советует Бокмуруну (сыну Кокотоя): Скажи: «Умер хан - мой отец», передай народу эту весть,., «тому, кто не придет, голову отсеку», скажи, «прикончу того», скажи. Вели так с угрозой говорить, человека-посредника своего.». Вот таким образом всех гостей оповестил юный Айдар и на «Поминки по Кокотою» собралось множество представителей дружеских и враждебных племен. На поминке было много мероприятий (стрельба по джамбы, скачки конные, куреш, поединок с пиками, саблями и.т.д.) и только финал был несовсем дружеским. Нам кажется, что главная причина - это нарушение этики, приглашение гостей без разбора, всех подряд.

Примером дипломатии может служить «Сватовство и женитьба Манаса на Санирабиге (впоследствии ставшая Каныкей) [8, с.567, 597-653]: Прибыв в Бухару, встретившись с бухарским ханом Атемиром, бай Джакып сказал: «Что прибыл я именно сюда, таков всевышнего Аллаха указ. От лета сгорая, зиму ищу, в эту сторону направился я, для сына своего невесту ищу. Много земель повидал, а девушки не приглянулись мне, не нашел девушку, что пришлась бы по душе. Приглянулось мне ваше дитя. Если всевышним богом предопределено, если скажете, что согласны, наш хан, сыну моему подходит она - возьмем мы ваше дитя».

Другим примером дипломатии служить следующий эпизод [6, с.115]: «На земле он (Конурбай) лежал, кровью землю орошал. А вороной его конь боевой, знаменитый Алгара, преданнейший друг его, топтался там вокруг него и, глядя на хозяина, ржал в большом испуге, отчаянно ржал. Однако великий воитель Манас, киргизских племен предводитель - Манас, победитель врага своего, простаком себя тут показал: Конурбаева коня добычею себе не взял, не повел за собой в поводу, попал из-за этого позже в беду !». Это было во время «Поминки по Кокотою». Манас показал свою дипломатичность, т.к. Конурбай и другие были гостями, приехавшие на поминки по Кокотою.

Нам кажется, что тему настоящей статьи, нужно продолжать, поскольку она весьма актуальна и глубоко современна.

_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» №02-2/2017 ISSN 2410-700Х_

Список использованной литературы:

1. Манас. Киргизский героический эпос. Книга 1: Пер. с киргизского А.С.Мирбадалевой, Н.В.Кидайш -Покровской. - М.: Наука, 1984. - 544 с.

2. Молдобаев И.Б. Отражение этнических связей киргизов в эпосе «Манас». - Фрунзе: Илим, 1985. - 111 с.

3. Молдобаев И.Б. «Манас» - историко-культурный памятник кыргызов. - Бишкек: Кыргызстан, 1995. -312 с.

4. Мусаев С.М. Киргизский народный эпос «Манас» // Манас. Киргизский героический эпос. Книга 1. - М.: Наука, 1984. - С. 420-442.

5. Каратаев О. Кыргыз этнонимдер сeздYГY. - Бишкек: Кыргызско-Турецкий университет «Манас», 2003. -249 с. (На кыргызском языке).

6. Манас. Эпизоды из киргизского народного эпоса: Пер. С. Липкина и Л. Пеньковского. - М.: Гос. изд-во хужод. лит., 1960. - 312 с.

7. Манас. Киргизский героический эпос. Книга 3: Пер. с киргизского А.С.Мирбадалевой, Н.В.Кидайш -Покровской. - М.: Наука, 1990. - 512 с.

8. Манас. Киргизский героический эпос. Книга 2: Пер. с киргизского А.С.Мирбадалевой, Н.В.Кидайш -Покровской. - М.: Наука, 1988. - 688 с.

9. Манас. Киргизский героический эпос. Книга 4: Пер. с киргизского А.С.Мирбадалевой, Н.В.Кидайш -Покровской. - М.: изд-во «Наследие» ИМЛИ РАН, 1995. - 768 с.

10.Липкин С. Манас великодушный. - М.: Советский писатель, 1947.- 229 с.

© Шайжигитова Б.А., 2017