О звучности и благозвучии поэтической речи

Г.А. Пак

Барнаул

О ЗВУЧНОСТИ И БЛАГОЗВУЧИИ ПОЭТИЧЕСКОЙ РЕЧИ

В известной пушкинской антитезе стихи - проза отражена особая звуковая организация поэтической речи, в частности, ее звучность и благозвучие, отмеченные уже античными учеными. Так, в списке трудов Демокрита (ІУ-ІІІ вв. до н.э.) значится работа «О благозвучных и неблагозвучных буквах» [1]. По мнению Аристотеля (III век до н.э.), красота слова определяется его звучанием и значением [2].

Ж. Марузо понимает звучность как «степень воспринимаемости звука, т.е. ощущаемая интенсивность, которую не следует смешивать с действительной интенсивностью» [3].

Эвфония и звучность - понятия соотносительные, но не тождественные. В основе благозвучия как понятия оценочного и эстетического лежат соразменость и сообразность звучания и смысла.

О.С. Ахманова определяет звучность как «слышимость звука на большее или меньшее расстояние» [4].

Один из виднейших ее сторонников сонорной теории О. Есперсен (1860-1943) установил на фонемном уровне градацию звуков речи по степени их сонорности от наименее звучных - глухих смычных согласных до максимально сонорных - гласных нижнего подъема [5]. Взаимообусловленность силы звука и его полнозвучности отмечается в работе А.И. Томсона [6].

А.М. Пешковский все звуки речи делил на голосовые (гласные, сонорные и звонкие согласные) и безголосные (глухие согласные) и впервые вычислил процентное соотношение их в «Евгении Онегине» Пушкина, «Фаусте» Гете и «Божественной комедии» Данте, определив процент глухих согласных в первой тысяче звуков [7]. Он считал, что «в области звуков мы имеем ... блестящий пример проявления закона больших чисел и притом на ничтожном сравнительно материале» [8]. Подобный же статистический анализ на других текстах был проведен В.Г.Ветвицким [9] и М.М.Михайловым [10].

Заметим, что процент глухих согласных - это показатель «глухости» речи, поскольку остальные звуки существенно различаются по степени их сонорности: в звонких шум преобладает над голосом, в сонорных голос преобладает над шумом, в гласных же,

по существу, присутствует только голос.

На основе количественного соотношения двух типов звуков

A.M. Пешковский установил, что речь «Евгения Онегина» на 5,5% звучнее русской разговорно-литературной речи, а последняя по звучности уступает итальянской на 2% [11].

Об отношении А.С. Пушкина к звучности поэтической речи свидетельствует его замечание к 9 строфе стихотворения К.Н.Батюшкова «К другу»: «Звуки итальянские! Что за чудотворец этот Батюшков» [12].

Результаты, полученные на основе неполных выборок, по-видимому, будут недостоверными, если разные части текста не одинаковы по их звучности. Так, в первом четверостишии стихотворения М.Ю. Лермонтова «Русалка» всего 16 глухих согласных, а в последующих четверостишиях их соответственно 1917-34-26-27-16, поэтому сравнивать звучность первого четверостишия «Русалки» с «Божественной комедией» Данте малопродуктивно [13].

Для более точного измерения звучности воспользуемся градацией фонем по их сонорности, предложенной О. Есперсеном. Эта градация широко используется при определении слогораздела в русском языке, причем фонетисты ограничиваются лишь четырьмя степенями звучности, условно обозначая их цифрами 4-3-2-1, имея в виду соответственно гласные, сонорные, звонкие и глухие звуки.

Ж. Марузо, ссылаясь на А. Милле, вводит понятие «фония» для «обозначения единицы измерения, на которой базируется оценка степени слышимости фонемы» [14]. Очевидно, что сонорность по существу это свойство звука, в котором реализуется в речи фонема. Звучность мы определяем как отношение числа звуков к суммарной сонорности их в пределах анализируемого текста. Отметим, что числа

4, 3, 2, 1 указывают не на реальную величину звучности, а на различие фонем по степени их сонорности. Эти величины не вычислены, а заданы самими исследователями. Нам представляется, что подтвердить достоверность полученных результатов можно с помощью коэффициента звучности, под которым понимается отношение средней сонорности звука к средней длине слога. В этой формуле значение первого члена отношения, разумеется, предопределено заданными величинами, но средняя длина слога -величина, не зависящая от исследователя.

Звучность проявляется в речи, в которой наименьшей произносительной единицей является слог. Согласные, составляющие большинство звуков и большую часть звуковой фонации несамостоятельны в том смысле, что реализуются они

только в составе слога. Исходя из особой роли последнего в звуковой структуре речи в формулу коэффициента звучности введена средняя длина слога.

Статистическое обследование разных текстов показало, что коэффициент звучности прямо пропорционален средней сонорности звука и обратно пропорционален средней длине слога (см. Таблицы 1 и 2).

В языке слова не одинаковы по звучности. Ср. :ура (3,7), мрамор (3,3), всплеск (1,7), тсс (1,0), «сигнал бедствия» ау (4,0), у а (4,0).

В междометиях и звукоизобразительной лексике наблюдается фоно-семантическая взаимообусловленность, прямая зависимость смысла слова от его звучания, при этом особо важную роль играет тип гласного и конечного согласного в

звукоизобразительной корне. Ср. в русском языке подражания разным звучаниям: бух! бум! буль, булък, а также эмоциональноэкспрессивные различия в междометиях: эх, ах, ох, ух и т.п. В словах иного типа - номинативных нет подобной фоносемантической

взаимообусловленности.

Эвфония обычно понимается как «качество звуков, приятных на слух», а термин эвфонический применяется ко всему, что обладает приятным звучанием [15]. А.А. Реформатский отмечает, что «В русской поэтике к явлениям эвфонии относят: звукопись, аллитерации, ассонансы, звукоподражания, разные виды звуковых повторов (рифма, анафора) и т.д.» [16]. Ж.Марузо указывает, что «иногда стремятся отличить собственно фонетическую эвфонию от известной гармонии, которая является результатом соответствия в восприятии между звуками и выраженными понятиями» [17].

О соотношении языка и речи в аспекте исследуемой темы СП. Обнорский пишет: «Особенности звукового облика русского языка сообщают нашей речи черты благозвучности, музыкальности, мягкой тональности, высокой ритмичности - все то, что создает общее впечатление красоты языка» [18]. М.М.Михайлов считает, что благозвучие и музыкальность русской речи обусловлены внутренними свойствами самого языка - преобладанием открытых слогов, построенных по закону восходящей звучности; частой повторяемостью сочетаний голосовых согласных с гласными; разноместностью и подвижностью русского ударения, сообщающего речи ритмичность и гибкость; комбинаторными изменениями звуков; дифференциацией в языке твердых и мягких согласных; особой ролью носовых сонорных и плавного Л, вносящих в речь нежность и

музыкальность [19].

Можно отметить, что в «Медном всаднике» Пушкина только один стих не содержит сонанта («И где опустишь ты копыта?»), в остальных же стихах распределение сонорных колеблется в диапазоне от одного до 11 сонорных. См.: «Прозрачный сумрак, блеск безлунный» (11), «В волненье разных размышлений» (11), «На звере мраморном верхом» (10) и др.

Глухие щелевые согласные оценивались античными учеными как неприятные для слуха. Известны отношения к подобным звукам наших писателей-классиков. А.П.Чехов писал: «... следует избегать некрасивых, неблагозвучных слов. Я не люблю слов с обилием шипящих и свистящих, избегаю их». A.M. Горький также советовал «избегать свистящих и шипящих везде, где они не звукоподражательны». Последнее уточнение весьма существенно, рассмотрим ниже фонетические параметры стихотворения В. Брюсова «Шорох».

Шорох в глуши камыша. Шепот души заглуша, Шумом в глуши камыша,

Шелест, шуршанье вершин,

Шепот, смущенье и дрожь,

Шелестом вешних вершин,

Шум в свежей части лощин.

Ширью и тишью живешь,

Шорохом в чаще лощин.

Стихотворение организовано симметрично: все 9

семисложных стихов начинаются одним и тем же глухим согласным в позиции максимального звучания - перед ударным гласным. В каждом стихе последний ударный слог также содержит глухой шипящий III или Щ, встречаемость которых в 20 раз превышает вероятность их в русской речи. Но вместе с тем заметно высок процент сонорных согласных (21,2%) и открытых слогов (69,8%). В двух трехстишиях одни и те же рифмы (вершин - лощин), в которых разные ударные гласные Ы - И, что существенно уменьшает созвучие рифмующихся слов. Стержневые слова - шорох, шелест, шум, шепот, повторяющиеся дважды, этимологически восходят к звукоподражательным корням. Очевидно, что звучность рифм отходит на второй план, уступая место звукописи. Обычно звучность рифм выше звучности стиха (см. Таблицу 2), но в «Шорохе» соотношение обратное: 2,57- 2,70.

В.Г. Ветвицкий считает, что «русская художественная речь, особенно поэтическая, звучнее разговорной в среднем на 4-6 %» [20]. Рассмотрим исключение из этого правила.

АС Пушкин в качестве эпиграфа к повести «Метель» приводит отрывок из баллады Жуковского; рассмотрим четыре стиха:

Вдруг метелица кругом; Черный вран, свистя крылом,

Валит снег клоками;... Вьется над санями;

и часть текста из повести, где дано описание метели:

«Но едва Владимир выехал за околицу в поле, как поднялся ветер и сделалась такая метель, что он ничего не взвидел. В одну минуту дорогу занесло; окрестность исчезла во мгле мутной и желтоватой, сквозь которую летели белые хлопья снегу; небо слилося с землею» (V, 57).

В стихах глухие согласные составляют 23,9%, в прозе -18,8%; звучность этих стихов равна - 2,77, а прозы - 2,96, т.е. имеет место обратное соотношение. Очевидно, что благозвучие стихотворной речи определяется не только ее звучностью, но и другими эвфоническими свойствами.

Высокая звучность речи не всегда свидетельствует о ее благозвучии. О.С. Ахманова иллюстрирует неблагозвучие следующей фразой:

Дали ли лилии Лиде?

Звучность этой фразы очень высокая, она равна 3,4, но она неблагозвучна в силу соположенности пяти одинаковых слогов и шестикратного повтора одного и того же гласного и, что делает фразу труднопроизносимой, монотонной, неприятной для слуха.

Звукоизобразительные средства, вовлекаемые в структуру поэтической речи, можно подразделить на три типа:

1) звукоподражательные слова;

2) номинативные слова, используемые для создания звукописи;

3) звуковые метафоры.

Различение их важно для создания благозвучия, одним из фонических параметров которого является оптимальная (соразмерная) звучность.

Стихотворение В.В. Маяковского «Хорошее отношение к лошадям» начинается звукописью:

Били копыта. И далее: Ветром опита,

Пели будто: льдом обута,

— Гриб. улица скользила.

Грабь. Лошадь на круп

Гроб. грохнулась

Груб. - [21].

Рифмы «копыта - опита», «будто - обута», «груб - круп» связывают первую строфу с началом второй, дополняющей звукопись. Слова гриб, грабь, гроб, груб использованы как звукоизобразительные средства благодаря их фонетическому сходству: все они односложные

и начинаются консонантным сочетанием ГР, а оканчиваются глухим смычно-взрывным согласным; в строфе каждое из них представлено отдельной строкой, тем самым подчеркивая рубленость речи. Порядок этих слов в звукоизобразительном ряду существен: ударные гласные выстроены в определенной последовательности - от максимально высокого по тону и к наиболее низкому у. Просматривается звуковая перекличка этих слов - оценочно нейтрального гриб и ассоциативно однородных грабь, гроб, груб, сходных и по характеру звучности, которая возрастает в начале слова и резко падает к концу его: 2-3-4-1.

В «Медном всаднике» Пушкина, благодаря повторам консонантных сочетаний типа «смычный + боковой плавный сонант Л» (пл, тл, кл, рл), описание наводнения приобретает особую выразительность. См.:

Но силой ветра от залива Перегражденная Нева Обратно шла, гневна, бурлива,

И затопляла острова,

Погода пуще свирепела,

Нева вздувалась и ревела,

Котлом клокоча и клубясь... [III, 260]

Созвучные по консонантному звукосочетанию слова затопляла, котлом, клокоча, клубясь, бурлива пересекаются по смыслу и ассоциативно воспринимаются как члены одного смыслового ряда. Аллитерация звонкого щелевого в, осложненная ассонирующим а, в повторяющемся ва -слоге с наиболее звучным гласным, воссоздает вой ветра, усиливающего клокотание воды в бурлящей Неве.

Иная звуковая метафора представлена в первой строфе «Русалки» М.Ю. Лермонтова:

Русалка плыла по реке голубой,

Озаряема полной луной;

И старалась она доплеснуть до луны Серебристую пену волны [22].

Благодаря повтору плавного сонанта л в словах тыла, голубой, доплеснуть, полной луной, (пена) волны и пересечению их ассоциативных значений, возникают неожиданные вне поэтического контекста смысловые связи между этими словами.

Весьма интересно распределение в рифме ударных гласных. В поэме «Медный всадник» О встретилось в 176 рифмующихся строках (36,7%), А- 132 (27,5%), Э-77 (16,0%), И-40 (8,3%), У-35 (7,3%), Ы-20 (4,2%). Наиболее звучные А,Э, О составили 80,2%, а на остальные три гласных падает лишь 19,8%. В рифмах совпадают от двух до шести звуков: Нева - острова (2) честь - есть (3) блистало - прозвучало (3) чухонца - солнца (4) победных -медных (5) живые - сторожевые (5).

Перед ударным гласным в 43,2% случаев встречаются сонорные, звонкие - 32,5%, глухие -24,3%; в иных позиция соотношения этих звуков совершенно иные (см. Таблицу 2 [23]).

Таблица 1

Тексты [23] Средняя сонор- ность звука Средняя звучность рифмы Типы звуков в % %

Гласные Сонорн ые Звонкие Глухие

1 2 3 4 5 6 7

НХГ 2,94 3 .22 4 2.6 2 7.9 1 0.7 1 8.8

ЦС 2 .89 3 .00 4 1.9 2 2.3 1 8.2 1 7.6

ДП 2 .88 3 .04 4 1.5 2 5.00 1 3.7 1 9.8

Р 2 .85 2 .85 4 1.8 2 6.2 8 .8 2 3.2

в г 2 .88 3 .27 4 0.6 2 4.8 1 6,4 1 8.2

B M 2 .83 3 .18 3 9.9 2 4.3 1 4.7 2 1.1

ш 2 .70 2 .59 3 9.4 2 1.2 9 .4 3 0.0

Таблица 2

Тексты Число слогов Типы слогов в % % Длина слога Коэфф. звучности речи

открытые полуотк рытые Закрытые

0 1 1 1 2 13

ХГ 4 8.6 .5 1.9 1 .34 2 56 1.2

С 2 2.6 6.1 1.3 1 .39 2 02 1.2

П 12 5.0 8.2 .8 6 .41 2 95 1.1

79 4.5 5.1 0.4 1 .40 2 87 1.1

г 36 3.5 6.9 .6 9 .46 2 71 1.1

B 033 3.1 7.1 .8 9 .50 2 32 1.1

3 8.3 0.6 1.1 1 .53 2 67 1.0

ПРИМЕЧЛНИЯ

1. Лнтичные теории языка и стиля. М.-Л., 1936.

2. Там же. С. 157.

3. Марузо Ж. Словарь лингвистических терминов (перевод с франц. 3-го изд. Париж, 1951). М, 1960. С. 110.

4. Лхманова О.С. Словарь лингвистических терминов. М, 1966. С. 158.

5. См.: Зиндер Л.Р. Общая фонетика. Л.. 1960. С. 281.

6. Томсон Л.И. Общее языковедение. Одесса, 1910. С. 221.

7. Пешковский A.M. Десять тысяч звуков // Методика русского языка, лингвистика, стилистика, поэтика. Л., 1925. С. 181.

8.Там же. С. 168.

9.Ветвицкий В.Г. Занимательное языкознание. М.-Л., 1966.

10. Михайлов М.М. О благозвучии русской речи // Русская речь. 1968. № 2.

11.Пешковский A.M. Указ. соч. С. 181.

12.Пушкин Л.С. О литературе. М., 1962. С. 261.

13.Ветвицкий Л.Г. Указ. соч. С. 20.

14. Марузо. Ж. Указ. соч. С. 329.

15.Там же. С. 340.

16.Там же. С. 341.

17.Там же.

18.Обнорский С.П. Избранные работы по русскому языку. М., 1960. С. 274.

19.Михайлов. М.М. Указ. соч.

20.Ветвицкий Л.Г. Указ. соч. С. 19.

21.Маяковский В.В. Собр. соч.: В 6 т. 'Т. 1. М„ 1973. С. 398-399.

22.Лермонтов М.Ю. Собр. соч.: В 4 т. Т. 1. М.-Л., 1961. С. 394.

23.В таблицах 1 и 2 представлены результаты статистического анализа следующих текстов:

«На холмах Грузии лежит ночная мгла...» А.С.Пушкина (сокращенно: НХГ), «Царскосельская статуя» А.С.Пушкина (ЦС), «Дымом половодье Зализало ил...» С.А.Есенина (ДП), «Русалка» М.Ю.Лермонтова (Р), «Весенняя гроза» Ф.И.Тютчева (ВГ), Поэма А.С.Пушкина «Медный всадник» (МВ), «Шорох» В.Я. Брюсова (Ш).