Королевство Арагон в системе англо-французских противоречий XIII в

Г.А. Агапов

КОРОЛЕВСТВО АРАГОН В СИСТЕМЕ АНГЛО-ФРАНЦУЗСКИХ ПРОТИВОРЕЧИЙ XIII в.

Цель статьи - выяснить роль и место королевства Арагон в системе англо-французских противоречий XIII в. Практически полное отсутствие работ на русском языке по истории средневекового Арагона делает представления о европейской дипломатии XIII в. неполными. Данная работа призвана отчасти восполнить этот пробел. Роль королевства Арагон будет рассмотрена на фоне борьбы за наследство Фридриха II Штауфена.

Ключевые слова: Арагон, Средиземноморье, Штауфены, папство, Карл Анжуйский, Сицилия.

Рассмотрение роли и места королевства Арагон в системе англо-французских противоречий XIII в. представляется чрезвычайно важным для понимания причин, побудивших это пиренейское государство принять участие в крупнейшем военно-политическом конфликте Средневековья - Столетней войне.

Несмотря на важность данной темы, количество посвященных ей работ нельзя назвать большим. В основном литература по данной проблеме представлена работами англо- и испаноязычных авторов. В большинстве своем они датируются серединой и второй половиной ХХ в. Многие из них выполнены на очень высоком уровне, но базировались на традиционных подходах. Например, до сих пор основной монографией по проблемам, связанным с борьбой вокруг сицилийского наследства Фридриха II Штауфена, является книга С. Рансимена1. Из работ, посвященных истории Арагона, отметим работу Д. Шнейдмана, посвященную подъему Арагона во второй половине XIII в.2 Кроме того, общие сведения содержатся в главных обобщающих англоязычных трудах по истории Испании - книгах

© Агапов Г.А., 2013

Д. О'Каллахена3 и Д. Хиллгарта4. Работы конца XX в. представляют собой скорее краткое изложение событий, чем проблемные монографии. Для примера укажем на работу ведущего английского испаниста Д. Абулафии, посвященную общей истории Средиземноморья5. Отметим также новую биографию одного из главных действующих лиц, Карла Анжуйского, принадлежащую перу Ж. Данбэбин6.

Испаноязычная историография, как нам представляется, больше ориентирована на рассмотрение проблем, связанных с Реконкистой и внутренним развитием королевства Арагон. Основные материалы общего характера содержатся в соответствующем томе общей истории Испании под редакцией Менендеса-Пидаля7. Из монографической литературы отметим испанский перевод книги Ф. Джиунты, посвященной роли Арагона в средиземноморском регионе8. Ситуацию же в отечественной историографии можно охарактеризовать как историографический вакуум. Единственным исследованием по истории Арагона является диссертация Е.А. Рад-зиховской, посвященная франко-арагонским взаимоотношениям, и статьи, принадлежащие перу того же автора9. В остальном единственным источником информации для читателя, не владеющего иностранными языками, остается история Испании, написанная Р. Альтамира-и-Кревеа, которая является памятником историографии еще XIX в. Таким образом, проблему, рассматриваемую в данной статье, нельзя отнести к широко исследуемым.

Решение любой проблемы, безусловно, требует обращения к соответствующим источникам. В данном случае материалами послужили три из четыре так называемых «Великих каталанских хроник». Первая из этих хроник описывает правление короля Хайме I10. Она анонимна, хотя традиция приписывает ее создание самому королю Хайме. Две другие имеют авторов - Рамона Мунтанера11 и Бернара Дескло12. Оба автора были современниками описываемых событий, что придает хроникам большую информативность. При создании статьи использовался материал международных договоров, в частности договора в Корбейле 1259 г. Рассматривая события итальянской истории, мы обращались к материалу «Новой хроники, или Истории Флоренции» Джованни Виллани13.

Первый тесный контакт Арагона с Францией был связан с альбигойской ересью и борьбой вокруг владений графа Тулузско-го, покровителя альбигойцев. Вмешательство в эту борьбу короля Педро II, тесно связанного с Тулузским домом (сестры короля были женами графов Раймунда VI и его сына14), было обусловлено не только защитой прав его свойственника. Под угрозой оказывались его собственные запиренейские владения: графства Руссильон

и Сердань, а также сеньория Монпелье, приобретенная благодаря удачному браку15. Гибель короля Педро II в битве при Мюре в 1213 г. означала прекращение участия Арагона в борьбе за территории и влияние в Южной Франции. В пору малолетства нового короля Хайме I проводить предыдущую политику было некому, а начало самостоятельного правления ясно показывало, что политика будет вестись в совершенно ином направлении. Показателем является отсутствие в Арагоне реакции на Договор в Мо 1229 г., чрезвычайно унизительный для Раймунда VII.

Для отказа от противостояния с Францией было несколько причин. Во-первых, общеэкономический подъем XIII в. обеспечил возникновение феномена шампанских ярмарок, доступ на которые был чрезвычайно важен для арагонского купечества. Учитывая выгодное положение Арагона и увеличение спроса в Европе на предметы роскоши с Востока, торговля во Франции могла обеспечить гораздо большие прибыли, чем борьба за земли, бывшие объектом пристального внимания со стороны Капетингов, проводивших политику централизации. К тому же на ярмарках не только велась посредническая торговля, но и вывозились местные арагонские товары16. Во-вторых, успехи Реконкисты, особенно битва при Лас-Навас де Толоса, существенно ослабили мусульманские тайфы. Успехи Арагона, такие как завоевание Валенсийской тайфы и, что особенно важно, Балеарских островов, значительно усиливали арагонское присутствие в Средиземноморье. Эти завоевания обусловили несколько главных тенденций развития королевства Арагон в XIII в.: активную борьбу за лидерство в Средиземноморье, за обеспечивающий наибольший доход контроль над торговыми путями и противостояние арагонских грандов королевской политике, которая лишала их главного - новых земельных пожалований на отвоеванных у мусульман территориях. Эта борьба, которая пришлась на вторую половину XIII в., была невозможна без урегулирования спорных вопросов во взаимоотношениях с Францией. Требовалось решить главный на тот момент вопрос о статусе запиренейских владений короля Хайме I. Договор в Корбейле 1258 г. закреплял status quo: права арагонской короны на эти территории были признаны законными и справедливыми, в то же время стороны отказывались от взаимных претензий: Людовик IX - от прав на территории бывшей испанской марки, а Хайме I - от дальнейшего расширения своих владений17. В целом благоприятные отношения были скреплены династическим браком: дофин Филипп получил в жены Изабеллу Арагонскую18.

Борьба за господство в Средиземноморье во второй половине XIII в. чрезвычайно обострилась из-за смерти Фридриха II Гоген-штауфена. В эту борьбу были вовлечены не только его наследники, но и ведущие пиренейские государства, Арагон и Кастилия, а также Англия и Франция. Разумеется, свою роль в этой борьбе играло и папство, тем более что эта борьба довольно скоро приняла весьма опасный для него оборот. К 1258 г. победителем из борьбы между наследниками Фридриха II вышел его незаконнорожденный сын Манфред. Не последнюю роль в его победе сыграли возможности и связи клана Ланца, его родственников по материнской линии. Поддержка клана Ланца имела и оборотную сторону. Манфред был вынужден вмешаться в борьбу между итальянскими гвельфами и гибеллинами, что сразу сделало его врагом Святого престола. Незамедлительно начались интриги папы Александра IV против Ман-фреда19. Формальный статус Сицилийского королевства - папский лен, позволял передать его новому держателю, однако всем было ясно, что фактически такой лен придется завоевывать силой. В борьбе против Манфреда на стороне Папы выступил английский король Генрих III, принявший корону для своего сына Эдмунда. В этом, как кажется, авантюрном шаге четко видны две причины, побудившие короля принять предложение папы. Во-первых, курией было использовано прямое давление. Принесенный ранее Генрихом крестоносный обет был использован папой для выполнения сицилийского проекта, что в немалой степени способствовало падению Генриха III, так как сборы, проводимые папскими агентами в Англии, вызвали бурю недовольства как среди простолюдинов, так и среди английских баронов. Вторая причина видится нам в развитии англо-французских противоречий. Потеря многих исконных владений Плантагенетов делала противостояние с Францией очевидным. Недостаток сил, да и невозможность открытой войны, означали, что будет избран другой путь для борьбы. Как представляется, замысел Генриха III состоял в том, чтобы окружить Францию кольцом враждебных государств, подконтрольных Плантаге-нетам. В связи с этим также следует рассматривать и английское вмешательство в борьбу за корону Священной Римской империи. Недостаток средств и позиция английских баронов привели к провалу этих планов и падению Генриха III в результате баронской войны и поражения при Льюисе в 1264 г.

Неспособность помешать возвышению Манфреда привела к очень опасной для папства ситуации. Победа при Монтаперти в 1260 г. привела к гегемонии гибеллинов в Италии, а папские владения оказались в итоге окружены владениями Манфреда. Папе Ур-

бану IV оставалось искать нового союзника против Манфреда. Закономерным выглядит его союз с Карлом Анжуйским, одним из богатейших людей своего времени. Помимо собственных обширных владений, Карл мог полагаться на помощь брата - Людовика IX, который всегда был рад помочь Святому престолу. Помимо могущества, выбор Папы (в миру Жака Панталеона) диктовался еще и симпатией к уроженцу французских областей. Расчет Папы оказался верным: в битвах при Беневенто и Тальякоццо войска Карла Анжуйского сокрушили Манфреда и Конрадина, внука Фридриха II, вторгнувшегося в Италию из немецких земель. Триумф Карла Анжуйского означал попытку реализации давних планов по созданию его персональной «империи», включавшей в себя не только территории Франции и Сицилии, но также и на Балканах и даже завоевание Константинополя. Эти планы встретили неодобрение со стороны папы Григория X, который стремился наладить отношения с восточными христианами20. Его смерть в январе 1276 г. облегчила положение Карла Анжуйского, тем более что в дальнейшем никто из Пап не правил больше года. Реализация проектов Карла Анжуйского требовала огромных денег, которые методично взыскивались с населения Сицилии и других областей.

Постепенно нараставшее недовольство правлением французов, притеснения и реквизиции продовольствия выразились в итоге в мощном восстании 14 мая 1282 г., известном как «Сицилийская вечерня»21. Разом перечеркнувшее все планы Карла Анжуйского, оно к тому же вовлекло его в полномасштабную войну с Арагоном. Собственных сил, пусть и весьма значительных, для противостояния было недостаточно, поэтому в конфликт была втянута и собственно Франция во главе с королем Филиппом III, племянником Карла. Для восставших сицилийцев единственным шансом на спасение было обращение за помощью в Арагон, к королю Педро III. Между Арагоном и Сицилией существовали давние и тесные связи, еще со времен Фридриха II. Сам Фридрих был женат на Констанции Арагонской22, а Педро III получил в жены дочь Манфреда Констанцию Сицилийскую23. Но у короля Арагона имелись и другие претензии к Карлу Анжуйскому. Жена Карла, Беатриса Прованская, унаследовала графство Прованс от своего отца Раймунда-Беренгария целиком, без выделения долей трем другим сестрам. Обойденным чувствовал себя и отец Педро III, Хайме I, ведь граф Прованский был его двоюродным братом. Так что претензий к Карлу у Педро III было достаточно и без очевидного посягательства на наследство его жены. Своевременная помощь от Арагона спасла восставших сицилийцев, но выбить Карла с юга Аппенинского по-

луострова пока было нереально. Словом, предстояла большая война. Война, которая не могла быть разрешена традиционным для рыцарей способом - поединком отрядов24.

В большой войне Карл Анжуйский использовал своих главных союзников - папу Мартина IV и Филиппа III. Папу Мартина удалось уговорить объявить против Арагона крестовый поход, а французский король предоставил большую армию и сам отправился в поход. Смерть самого Карла Анжуйского накануне экспедиции в Арагон не означала отмены похода. В данном случае говорить приходится о полноценном противостоянии Арагона с Францией, а не с державой Карла Анжуйского. Успехом для Франции стало известие о безопасном проходе через запиренейские владения короля Майорки25, но в целом поход закончился полным провалом. Французские войска были разбиты в горных проходах, а сам король Филипп III скончался во время эпидемии. Для всех было очевидно, что необходима передышка, тем более что новый король, Филипп IV, был известен как противник похода. Фактически переговоры велись между тремя сторонами: Арагоном, Францией и наследником Карла Анжуйского Карлом II Салернским. Посредником между сторонами выступил английский король Эдуард I. Вмешательство Плантагенета может выглядеть несколько неожиданным, но тем не менее оно вполне логично и объяснимо. Его правление в истории Англии известно как череда военных походов против шотландцев и валлийцев. Эти войны требовали самого пристального внимания и больших расходов. Очевидно, что в этих условиях управление континентальной частью державы Планта-генетов и ее судьба были очень важными. Невозможность играть активную роль в европейской политике требовала курса на консервацию существующей структуры, известной стабильности, позволяющей избежать борьбы вокруг континентальных владений. Помимо стремления избежать опасности для владений Плантаге-нетов во Франции, пусть и потенциальной, король Эдуард стремился и приобрести антифранцузски настроенного союзника, одновременно ослабив Францию. Своеобразным препятствием было, однако, нахождение Карла Салернского в арагонском плену26. За предоставление свободы он был готов на очень большие уступки, с которыми вряд ли согласились бы во Франции. На переговорах в Конфранке Эдуарду I для достижения мира пришлось согласиться с тем, что он внес бы соответствующие денежные суммы и предоставил необходимых заложников на время выполнения условий мира в случае, если бы этого не смог сделать Карл Салернский27. На этом же этапе можно констатировать крупный успех Эдуарда I:

мир, казалось, был достигнут, а король Альфонсо III был обручен с английской принцессой.

Смерть Альфонсо III перечеркнула все надежды на мир. Новый король, Хайме II, передал Сицилию своему брату Федериго, а сам умудрился поссориться с папой, отказавшись возвращать Балеар-ские острова Хайме II Майоркскому. До избрания Папой Римским Бонифация VIII в Ватикане царил хаос, а без санкции папы любые переговоры были бессмысленны. Казалось, переговоры в Ананьи, проведенные уже при папе Бонифации в 1295 г., могут положить конец почти полувековой смуте, однако условия мирного договора категорически не устроили Федериго, который должен был вернуть Сицилию, а сам в качестве компенсации получал право на завоевание Константинополя, которым теоретически владела его новая жена Екатерина де Куртенэ. Для всех, в том числе и для самого Федериго, было очевидно, что новое завоевание Константинополя невозможно. Отказавшись покидать Сицилию, он объявил собственному брату войну, которая была недолгой ввиду явного превосходства Арагона на море. Разгромив брата, Хайме II отчетливо понимал, что урегулирование сицилийского вопроса, притом на долгое время, совершенно необходимо. Война, длящаяся почти 20 лет, истощила Арагон. К тому же требовали урегулирования и другие вопросы - в частности взаимоотношения с Майоркой, Кастилией. Так же необходимо было подавить недовольство арагонской знати, протестующей против политики короля.

Окончательное разрешение сицилийского вопроса обычно датируют 1302 г. - заключением Кальтабеллотского мирного договора. В целом, условия договора были благоприятными для Федери-го - он сохранял Сицилию за собой, но с условием, что после его смерти она вернется к наследникам Карла Анжуйского. Его брак с Екатериной де Куртенэ был расторгнут, а его новой женой стала Алиенора, дочь Карла Салернского28. Непродуманная экспедиция Роберта, брата Алиеноры, позволила не выполнять пункт о возврате Сицилии. Фактическим же итогом борьбы стало то, что Сицилия стала частью арагонской средиземноморской державы, ее оплотом.

Анализируя внешнеполитическое развитие Арагона в XIII в., хотелось бы отметить следующее. Отказ от борьбы в Южной Франции позволил Арагону скопить достаточно сил для развития решающего успеха в деле Реконкисты - битвы при Лас-Навас де Толоса. Экспансия, проводимая в первой половине XIII в., особенно захват Балеарских островов, обозначила цель и главный вектор развития Арагона - создание средиземноморской империи. Рубежная дата, 1250 г., означала и начало чрезвычайно важной борьбы

за наследство Фридриха II, борьбы в Средиземноморье и немецких землях империи. В этой борьбе королевство Арагон вступило во взаимодействие с двумя ведущими государствами Западной Европы - Англией и Францией. Наличие больших спорных территорий обусловило складывание англо-французских противоречий, сыгравших огромную роль в истории и цивилизации Средневековья. На данном этапе исторического развития эти противоречия не могли быть разрешены в форме прямого вооруженного конфликта. Борьба между Плантагенетами и Капетингами выражалась пока в попытках посадить на вакантный престол нужного кандидата. Таким образом, борьба Арагона за лидерство в Средиземноморье на-ложилась на борьбу между Англией и Францией. Итогом данного процесса стало охлаждение некогда благоприятных отношений с королевством Капетингов, усиление английского присутствия в Арагоне. Отметим, что и в дальнейшем в Арагоне будут предприниматься шаги, имеющие явно антифранцузскую направленность. Например, будут отсутствовать гонения на тамплиеров, инициированные Филиппом IV. Обозначенные выше тенденции в средиземноморской политике Арагона, продолжение борьбы за лидерство и конкуренция с королевством Майорка обнаружатся и в XIV в. Кроме того, более тесная связь с Англией и Францией проявится в том, что королевство Арагон примет участие в Столетней войне и будет рассматриваться как один из ее участников.

Примечания

1 Runciman S. The Sicilian Vespers: A History of the Mediterranean World in the Later Thirteenth Century (рус. перевод: Рансимен С. Сицилийская вечерня. История Средиземноморья в XIII веке. СПб.: Евразия, 2007).

2 ShniedmanJ.L. The rise of the Aragonese-Catalan empire. 1200-1350. N. Y.; L., 1970.

3 O'Callaghan J.F. A history of medieval Spain. Ithaca: Cornell univ. press, 1975.

4 HillgarthJN. The Spanish kingdoms. 1250-1516. Oxford: Clarendon press, 1976.

5 Abulafia D. The western Mediterranean kingdoms, 1200-1500. N. Y.: Longman, 1997.

6 Dunbabin J. Charles I of Anjou: power, kingship and state-making in thirteenth-century Europe. N. Y.: Longman, 1998.

7 Historia de España. T. 13: La expansión peninsular y mediterránea (c. 1212 -c. 1350). Vol. 2: El Reino de Navarra. La Corona de Aragón. Portugal. Madrid: Espasa-Calpe, 1990.

8 Giunta F. Aragonesas y catalanes en el Mediterraneo. Barcelona: Ariel, 1989.

9 Радзиховская Е.А. География арагоно-французской торговли во второй половине XIII - начале XIV в. // Общество и государство в древности

и Средние века. M.: Изд-во M^, 1984; Она же. Торговые отношения королевства Арагон с Францией во второй половине XIII - начале XIV в. (по данным арагоно-каталанских таможенных тарифов) // Проблемы истории античности и Средних веков. M.: Изд-во M^, 1983.

10 Historia del rey de Aragon Don Jaime I, el conquistador. Valensia, 1848.

11 Muntaner R. Cronica. Ontario, 2000.

12 Desclot B. Chronicle of the reign of king Pedro III of Aragon. A. D. 12761285. Princeton: Princeton univ. press, 1928.

13 Виллани Д. Новая хроника, или История Флоренции. M.: Наука, 1997.

14 Семенов И.С. Европейские династии. M.: Инфра-M, 2006. С. 95.

15 Historia del rey de Aragon Don Jaime I, el conquistador. P. 17.

16 Радзиховская Е.А. Торговые отношения королевства Арагон с Францией... С. 73.

17 Treaty of Corbeil.

18 Семенов И.С. Указ. соч. С. 331.

19 McBrien R. The pocket guide to the Popes. N. Y.: Harper Collins, 2006. P. 206.

20 Отражением этой политики Папы стала Лионская уния, заключенная в 1274 г.

21 Desclot B. Op. cit. P. 53.

22 Семенов И.С. Указ. соч. С. 1046.

23 Там же.

24 Xотя такая попытка и была предпринята, однако по нелепой случайности не было оговорено точное время поединка, а только место - Бордо, владения английского короля. В итоге каждая из сторон объявила о своей победе. См.: Muntaner R. Op. cit. P. 116.

25 По завещанию короля Xайме I, его держава была разделена на две части. Часть, состоящая из Балеарских островов и запиренейских владений, обычно называется королевством Mайорка. См.: Hillgarth J.N. Op. cit. P. 251.

26 В который он попал во время неудачной морской экспедиции еще при жизни отца.

27 Рансимен С. Указ. соч. С. 317.

28 Семенов И.С. Указ. соч. С. 993.