Аммиак и метанол слили в уголовное дело

Как стало известно “Ъ”, на свободу из-под ареста вышел Александр Коренченко, фигурант новых эпизодов расследования хищений активов Тольяттинского азотного завода (ТоАЗ) — агрегата аммиака стоимостью около 2 млрд руб. и производства метанола, чья цена составляла как минимум 228 млн руб. По версии Следственного комитета России (СКР), это имущество было продано экс-руководителями и акционерами завода аффилированным с ними структурам и лицам по многократно заниженной стоимости, а господин Коренченко, выступая в некоторых сделках оценщиком имущества, способствовал им в этом. Сначала суд поместил его в СИЗО, но апелляционная инстанция сочла возможным применить к подследственному пока редко встречающуюся в судопроизводстве меру пресечения — запрет определенных действий.

Два уголовных дела, возбужденных ГСУ СКР по заявлениям миноритарных акционеров ПАО ТоАЗ в июле и августе этого года, стали частью масштабного расследования хищений на предприятии, которое СКР ведет с 2012 года. Его основными фигурантами являются владелец предприятия Владимир Махлай, его сын Сергей, бывший гендиректор завода Евгений Королев и два швейцарских партнера владельцев предприятия — руководитель компании Ameropa AG Андреас Циви и глава фирмы Nitrochem Distribution AG Беат Рупрехт. Все они находятся за границей, в 2014 году были заочно арестованы и объявлены в международный розыск. Отметим, что сейчас в Комсомольском райсуде Тольятти проходит заочный процесс по делу, в рамках которого они обвиняются в хищении выручки за продукцию предприятия в 2008–2011 годах, ущерб оценивается в 85 млрд руб.

В новых уголовных делах, возбужденных по ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество в особо крупном размере), речь идет о хищении имущества завода — агрегата аммиака №7 и участка земли с расположенными на нем объектами «производства метанола производительностью 450 тыс. тонн в год» стоимостью не менее 228,3 млн руб.

По версии следствия, вывод имущества предприятия осуществлялся путем заключения многочисленных сделок, в рамках каждой из которых продавалась лишь незначительная часть объекта или оборудования. Таким образом, предполагают правоохранители, злоумышленникам удавалось маскировать то обстоятельство, что продажа объектов производится по заниженной в десятки раз цене. Тот же агрегат аммиака в 2005 году, предположительно, был продан примерно за 100 млн руб., а производство метанола в 2010-м — за сумму около 130 млн руб. В обоих случаях от имени ТоАЗа договоры подписывали топ-менеджеры предприятия, а покупателем выступало ООО «Томет», принадлежащее офшорам, подконтрольным господам Махлаям и Циви. При этом в части мелких сделок якобы использовались подложные документы.

В рамках расследования в сентябре этого года был задержан Александр Коренченко, выступавший в некоторых сделках оценщиком имущества завода. Ему было предъявлено обвинение в двух эпизодах особо крупного мошенничества (ч. 4 ст. 159 УК РФ), а Басманный суд столицы санкционировал его арест. Защита с этим не согласилась и подала в Мосгорсуд апелляционную жалобу. В ней, в частности, говорилось, что суд первой инстанции надлежащим образом не проверил обоснованность подозрений причастности господина Коренченко к преступлениям, а также доводы защиты о нарушении норм закона, не допускающих возбуждения уголовного дела при истечении сроков давности. Доводы следствия о том, что обвиняемый может скрыться или иным образом помешать расследованию, по мнению защиты, носят предположительный характер. Кроме того, говорится в жалобе, райсуд не учел данных о личности обвиняемого, его возрасте и состоянии здоровья. Наконец, защита отметила, что суд первой инстанции, по ее мнению, ошибся, не квалифицировав действия подследственного как совершенные в сфере предпринимательства.

В результате Мосгорсуд решил меру пресечения господину Коренченко изменить. Подчеркнув, что при избрании меры пресечения райсудом не было допущено нарушений закона, которые повлекли бы за собой отмену судебного решения, апелляционная инстанция при этом отметила, что при рассмотрении ходатайства следователя суд первой инстанции «не дал должной оценки совокупности сведений о личности обвиняемого Коренченко», который ранее к уголовной ответственности не привлекался, а также «неизменно являлся в следственные органы для проведения следственных действий». Кроме того, решил Мосгорсуд, следствие не смогло убедительно мотивировать свое утверждение, что, не находясь в СИЗО, обвиняемый станет скрываться. Было принято во внимание и наличие у подследственного жилья в Москве.

В итоге Мосгорсуд решил освободить господина Коренченко из-под ареста и применил к нему пока редко встречающуюся в судебной практике ст. 105.1 УПК РФ (запрет определенных действий). В частности, Александру Коренченко запрещено покидать квартиру в Москве с девяти часов вечера до семи утра, общаться с «посторонними и участниками уголовного судопроизводства, за исключением защитника, а также близких родственников», пользоваться интернетом, почтой и телеграфом. Телефон разрешен только в случае вызова оперативных служб — медиков, спасателей, полицейских и т. п.— или для общения со следователем. О каждом таком звонке обвиняемый должен информировать контролирующее его подразделение ФСИН.

На днях Басманный суд столицы продлил действие новой меры пресечения подследственному до 12 марта.