Языковая ситуация и языковая политика в Швейцарии

УДК 81'272

ЯЗЫКОВАЯ СИТУАЦИЯ И ЯЗЫКОВАЯ ПОЛИТИКА В ШВЕЙЦАРИИ

© 2016

Воловикова Марина Левоновна, кандидат педагогических наук, доцент, доцент кафедры лингвистики и профессиональной коммуникации Южный федеральный университет

Аннотация. В современном языкознании особую актуальность приобрело социолингвистическое изучение языковой ситуации и языковой политики в Российской Федерации и других странах. Компаративные исследования такого рода открывают путь к пониманию сущности цивилизационных изменений, влияющих на формирование языкового ландшафта в России и за ее пределами. Традиционные устоявшиеся культурно-языковые связи и паттерны внутри отдельных государств трансформируются под натиском глобализации, распространения английского как глобального языка международного общения, миграции населения. Актуальным представляется обращение к опыту Швейцарии, которая в течение столетий поддерживала идеи культурного плюрализма и языкового разнообразия. В настоящий момент эта страна также испытывает на себе влияние современных тенденций, радикально меняющих ее культурно-языковые связи. В статье приводится синопсис исследований, затрагивающих исторические основы швейцарского многоязычия, связь языкового и культурного разнообразия с формированием швейцарской национальной идеи и системой образования, указываются особенности швейцарской языковой политики (языковая территориальность, языковая свобода, дополнительность). Отдельное внимание уделено вопросу распространения английского языка. Автор делает вывод, что в Швейцарии, как и во многих других странах, происходит переход от языков, основанных на культурном прошлом, к языкам, несущим сугубо функциональное коммуникативное значение. Современная швейцарская языковая политика поддерживает устойчивое сосуществование всех национальных языков, но препятствует их реальному диалогу. Поэтому необходимы изменения языковой политики, которые учитывали бы насущные потребности и языковой состав общества, а также современные общемировые тенденции.

Ключевые слова: языковая ситуация, языковая политика, многоязычие, глобальный английский, лингва франка, социолингвистика, сравнительное языкознание, глобализация, языковая территориальность, языковая свобода, дополнительность, плюрализм, разнообразие, коммуникация.

LANGUAGE SITUATION AND LANGUAGE POLICY IN SWITZERLAND

© 2016

Volovikova Marina Levonovna, candidate of pedagogical sciences, associate professor, associate professor of the chair of linguistics and professional communication Southern Federal University

Abstract. Sociolinguistic study of the language situation and language policy in the Russian Federation and other countries has become a relevant trend in modern linguistics. Comparative research of this kind opens the way to understanding the essence of civilization changes that influence the formation of linguistic landscape in Russia and abroad. Traditional well-established cultural and linguistic ties and patterns within nation-states have transformed under the pressure of globalization, the spread of English as a global language of international communication and migration. It is important to study the experience of Switzerland, which for centuries has supported the ideas of cultural pluralism and linguistic diversity. Currently, the country is also influenced by modern trends which radically change its cultural and linguistic ties. The article presents a synopsis of studies involving historical basis of Swiss multilingualism. The relationship of linguistic and cultural diversity with the formation of the Swiss national idea and the education system, it also indicates the main features of the Swiss language policy (Language Territoriality, Language Freedom and Subsidiary). Special attention is paid to the issue of spreading English language. The author concludes that in Switzerland, as well as in many other countries, there is a transition from languages based on the cultural past, to the languages that bear a purely functional communicative value. Modern Swiss language policy supports sustainable coexistence of all national languages, but prevents their dialogue. That demands and change of language policies, taking into account the urgent needs and linguistic composition of society, as well as modern global trends.

Keywords: language situation, language policy, multilingualism, global english, lingua franca, sociolinguistics, comparative language studies, globalization, language territoriality, language freedom, subsidiary, pluralism, diversity, communication.

В современном языкознании особую актуальность приобрело социолингвистическое изучение языковой ситуации и языковой политики в Российской Федерации и других странах (Н.Н. Трошина [1], В.М. Алпатов [2], К. Штейнке [3] и др.). В России функционирует большое количество языков (более 270 по последней переписи населения 2010 года) [4]. При этом до сих пор до конца не определен правовой статус языков, не решены проблемы обеспечения и защиты языковых прав многочисленных речевых коллективов, существующих на территории России, не выработано однозначное отношение к процессам миграции, распространения английского языка и другим аспектам глобализации (Л.Н. Васильева [5], Д.А. Мачинская [6]). В различных странах и языковых сообществах языковые проблемы решаются по-своему, в зависимости от существующей языковой ситуации, общественно-политической обстановки и исторического контекста, тем не менее, анализ положительного опыта, накопленного в других странах, может быть конструктивно использован для решения национально-языковых противоречий в нашей стране. В этой связи актуальным

представляется обращение к опыту европейских государств, в частности, Швейцарии. В настоящее время Европа и Россия переживают сложные политические и культурные процессы, в которых язык играет заметную роль, при этом традиционная этническая и языковая модель общества претерпевает существенные изменения. Причиной этому являются интеграционные тенденции в экономике, политике и культуре, которые поддерживаются новыми достижениями в коммуникативных технологиях; а также усиление процессов межкультурного и межъязыкового диалога.

Многоликий культурный ландшафт Европы породил разнообразие подходов к решению проблем многоязычия и сохранения культурно-языкового баланса, одним из уникальных подходов может считаться опыт государства Швейцария, которую иногда называют «чудом единства в многообразии», страной, в которой четыре разных языка столетиями сосуществуют в мирном симбиозе. Ряд исследований подробным образом останавливался на изучении исторических основ швейцарского многоязычия (F. Grin [7], L. Pap [8]). Исторически Европа

развивалась в свете принципа локализма и существования национальных государств. В XIX в. и 1-ой половине XX в. происходил процесс создания государств-наций, становления их национальных индивидуальностей, в которых первостепенную роль играли национальные территориальные языки, через языковое единство формировавшие единство национальное. Согласно исследованиям, в то время были широко распространены политико-философские теории, в рамках которых государство, нация и язык - суть одно целое, национальный язык - это символ и составная часть национальности, а также важный фактор определения гражданственности. В идеальной модели государства-нации, созданной в XIX в., языковые, культурные, религиозные и политические границы совпадали, а все граждане говорили на одном национальном языке (A. Caviedes [9]). Так возник принцип языковой территориальности, который «поддерживал сохранение национальных языков стран-членов Европы и относительно стабильную языковую и этническую идентификацию культурных групп» (М.Л. Воловикова [10, с. 114]). Другими авторами рассматривался феномен развития национального швейцарского мифа, согласно которому Швейцария возникла как союз миролюбивых и независимых кантонов, объединившихся ради сохранения свободы (D. Froidevaux [11]). Рост Швейцарии действительно происходил через постепенное присоединение других территорий, искавших независимости от более сильных и агрессивных государств (Австрия, Франция и др.) и в результате объединившихся в государство, состоящее из непохожих языковых сообществ и религий. Такова легенда происхождения нации, согласно которой изначально швейцарскому национальному характеру были свойственны миролюбие и независимость, хотя, на самом деле отношения между кантонами были далеки от идеальных.

В работах Т.Б. Крючковой [12], E. Kuzelewska [13] и R. Berthele [14] рассматриваются особенности швейцарской языковой политики, которая направлена на гарантию языкового плюрализма и устранение дискриминации групп, говорящих на 4 национальных языках, в то же время способствуя сохранению традиционного территориального деления языков. Действия органов власти в Швейцарии организованы таким образом, чтобы гарантировать относительное равновесие традиционных языковых групп в своих подразделениях. Федеральные законы и официальные документы должны публиковаться на всех официальных языках. При этом если федеральные власти сосредоточены на гарантии равноправного употребления официальных языков на федеральном уровне, то законодательство кантонов больше стремится защищать права языковых меньшинств.

В области исследований языкового образования обращают на себя внимание исследования F. Grin и B. Korth [15], а также отчеты швейцарского координационного центра образовательных исследований [16], в которых отмечена тенденция изменения привычных основ многоязычного образования в Швейцарии в связи с растущей важностью изучения английского языка, который начинает заменять собой языки национальных меньшинств.

Однако несмотря на значительную изученность различных аспектов швейцарского многоязычия (исторических, образовательных, правовых и пр.) все еще недостаточно исследований, в которых современная языковая ситуация и языковая политика в этой стране рассматривались бы с учетом современных глобальных тенденций, таких как распространение английского языка и процессы унификации, влияющих на укорененность культурно-языковых моделей поведения. Целью статьи является социолингвистический анализ исторического контекста развития многоязычия в Швейцарии и его современного состояния.

Швейцария в ее нынешнем виде была образована с принятием первой Федеральной Конституции 1848 г.,

официально установившей 3 государственных языка. Эту страну традиционно приводят в пример, когда речь идет об успешном применении идей культурного плюрализма и многоязычия на практике. Ядром швейцарской государственности считается мультилингвизм, сутью национального Я - лингвистическое и культурное разнообразие. Особенностью швейцарской государственной языковой модели является то, что лингвистические границы не совпадают с границами политическими, экономическими и религиозными, в отличие от многих других многоязычных стран. Она состоит из 17 немецко-говорящих кантонов, четырех франкоговорящих кантонов и одного итало-говорящего. Три кантона имеют два официальных языка (немецкий и французский) и один кантон - три языка (немецкий, ретороманский и итальянский) (Т. Фляйнер [17]). Из 7 млн. населения Швейцарии 63.3 % граждан считают основным языком немецкий, 22.7 % - французский, 8.1 % - итальянский и 0.5 % - ретороманский, 20.9 % швейцарцев считают основным какой-то другой язык, последний параметр существенно увеличился за последние 15 лет и является достаточно высоким по мировым меркам (Languages and religions - Data, indicators. Swiss Statistics [18]). Несмотря на официальное многоязычие, в Швейцарии существуют очень жесткие лингвистические границы и практически нет билингвизма на местном уровне. Таким образом, в каждой отдельной территории говорят на одном доминирующем языке. Только 6 % швейцарцев действительно двуязычны, в большинстве это дети из семей с разными лингвистическими корнями (U. Durmiller [19]).

Существуют 3 базовых принципа языковой политики Швейцарии - дополнительность, языковая территориальность и языковая свобода. Принцип дополнительности гласит, что кантоны суверенны, и делегируют лишь часть своих полномочий федеральному правительству. Государственной языковой политики, как в Канаде, практически нет, а образование и местная языковая политика находятся целиком в ведении местных властей.

Территориальность - это неписаный конституционный принцип, согласно которому кантоны вправе охранять свою языковую однородность. К примеру, во фран-коговорящей части Швейцарии не разрешено образование на немецком языке и наоборот. К преимуществам данной системы можно отнести долгое время сохраняющуюся языковую стабильность, мирные отношения, возможность для каждого языкового сообщества самому решать вопрос об официальном языке, к недостаткам -языковые барьеры между различными группами населения. Правительство пыталось решить данную проблему через обязательное изучение второго и иногда второго и третьего языка. Однако исследования показывают, что швейцарцы не достигают высокого уровня владения вторым и третьим официальными языками и редко общаются с их носителями (Ф. Грин [7]).

Языковая свобода - еще один неписаный конституционный принцип, необходимый для соблюдения других конституционных принципов, таких, как свобода слова. Он предполагает свободу использования любого языка в частной жизни, включая бизнес.

Принципы территориальности и языковой свободы все больше начинают противоречить друг другу, так как сейчас в Швейцарии, как и во всем мире, происходит рост мобильности населения, миграции из одной языковой области в другую, которые становятся более пестрыми по лингвистическому составу. Одним из основных катализаторов изменений является высокий уровень мобильности человеческих ресурсов и рост этнического разнообразия и миграции внутри Евросоюза. Данные явления неизбежно сопровождаются ростом языкового многообразия и формированием чрезвычайно сложной языковой ситуации, в которой принципы территориальности и языковой свободы все больше начинают противоречить друг другу. В первой половине XXI в. очевидным становится кризис традиционной швейцарской

национально-языковой модели. Так, на ретороманском сейчас говорит меньше людей, чем на испанском, португальском или английском языках, особенно это касается урбанизированных областей. Исследования показывают резкое падение знания официальных языков среди населения, одновременно с ростом популярности английского языка, который все больше становится языком общения между различными лингвистическими регионами страны. Вместо обучения официальным языкам государства кантоны увеличивают долю английского языка в образовании за счет других официальных языков, в частности французского. Происходит постепенное размывание языковых границ, переход от языков, основанных на культурном прошлом, к языку, несущему сугубо функциональное коммуникативное значение. Проблемы глобализации и социально-экономического расслоения общества указывают на необходимость более активной роли федеральных властей в изменении языковой политики, особенно в сфере образования, которое не всегда удовлетворяет современным нуждам населения, в частности, растущей потребности в изучении английского языка, который все еще является только вторым или третьим языком, предлагаемым в школе.

Глобальное и региональное влияние английского языка стало заметным с 60-х гг. XX вв., в настоящее время из иностранного он постепенно превращается в дополнительный язык, осуществляющий функции общемирового «лингва франка» (Воловикова М.Л. [20]). Английский язык для швейцарцев — это язык экономики, бизнеса и науки, он широко используется в университетах как язык научного общения и преподавания, особенно в немецкоязычной части страны. В официальном образовании английский стоит на третьем месте, в италоязычных областях - на четвертом, неофициально - на втором месте, особенно среди молодежи. Можно предположить, что распространение английского языка в стране и за ее пределами будет стимулировать процессы общения и взаимопонимания внутри страны, а также между Швейцарией и всем миром, и послужит сохранению традиционной модели, так как английский язык является этнически нейтральным и не влияет на расстановку сил среди четырех национальных языков. Однако есть и противники распространения английского языка в Швейцарии, от которых звучат призывы к борьбе за чистоту и сохранение традиционных языков по примеру Франции, имеющей обширный опыт планирования языковой политики.

Итак, на сегодняшний день в Швейцарии, как и во многих других странах, происходит переход от языков, основанных на культурном прошлом, к языкам, несущим сугубо функциональное коммуникативное значение. Современная швейцарская языковая политика поддерживает устойчивое сосуществование всех национальных языков, но препятствует их реальному диалогу. Поэтому необходимы изменения языковой политики, которые учитывали бы насущные потребности и языковой состав общества, а также современные общемировые тенденции.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Языковая ситуация в Европе начала XXI века: Сб. обзоров / РАН. ИНИОН. Центр гуманит. науч.-информ. исслед. Отд. языкознания; Отв. ред. Трошина Н.Н. М., 2015. 179 с.

2. Алпатов В.М. Языковая политика в России и мире // Языковая политика и языковые конфликты в современном мире: Междунар. конф., М., 16-19 сент. 2014. С. 11-24.

3. Штейнке К. Глобализация - регионализация и лингвистика: Пер. с нем. // Глобализация - этнизация: Этнокультурные и языковые процессы. М., 2006. Кн. 1. С. 249-258.

4. Владение языками населением Российской Федерации // Всероссийская перепись населения 2010 г. URL: http://www.gks.ru/free doc/new site/perepis2010/

croc/perepis_itogi1612.htm (дата обращения: 11.09.2016).

5. Васильева Л.Н. Регулирование прав национальных меньшинств и коренных малочисленных народов: опыт Российской Федерации // Журн. рос. права. 2005. № 6. С.153-158.

6. Мачинская Д.А. Законодательное регулирование языков национальных меньшинств (народов) в Российской Федерации // Известия Московского государственного технического университета МАМИ. -2014. Т. 5. - № 1. - С. 204-209.

7. Grin, F. (1998). Language policy developments in Switzerland: needs, opportunities, priorities for the next few years. Revue suisse de science politique, 3, 108-113.

8. Pap, L. (1990). The language situation in Switzerland. Lingua, 80 (2-3), 109-148.

9. Caviedes, A. (September 2003). The Role of Language in Nation-Building within the European Union. Dialectical Anthropology, 27(3), 249-268.

10. Воловикова М.Л. Плюралингвизм (многоязычие) как основа европейского языкового образования // Гуманитарные и социально-экономические науки. 2006. № 2. С. 113-115.

11. Froidevaux, D. (1997). Construction de la nation et pluralisme suisses: idéologie et pratiques. Revue suisse de science politique, 3, 29-58.

12. Крючкова Т.Б. Законодательное регулирование языковой жизни Швейцарии // Решение национально-языковых вопросов в современном мире. Под ред. акад. Е.П. Челышева. М., СПб: Златоуст, 2003. С. 377-389.

13. Kuzelewska, E. (2016). Language policy in Switzerland. Studies in logic, grammar and rhetoric, 45 (58) DOI: 10.1515/slgr-2016-0020 https://www.degruyter.com/ downloadpdf/j/slgr.2016.45.issue-1/slgr-2016-0020/slgr-2016-0020.xml

14. Berthele, R. (2016). Demography vs. Legitimacy: current issues in Swiss language policy. In P. ROnAn (Ed.), Perspectives on English in Switzerland. Cahiers de l'ILSL 48, 27-51. https://www.unil.ch/clsl/files/live/sites/clsl/files/ Sommaire%20Cahier%20no%2048.pdf

15. Grin, F., Korth, B. (2005). On the reciprocal influence of language politics and pedagogy: the case of English in Switzerland. Language Policy, 4, 67-85.

16. Swiss Education Report 2014. Swiss Coordination Centre for Research in Education. Available from: http:// skbf-csre.ch/fileadmin/files/pdf/bildungsmonitoring/Swiss_ Education_Report_2014.pdf (date of access: 20.08.2016).

17. Фляйнер Т. Швейцария: субсидиарность, этническое и культурное разнообразие // Материалы международной научно-практической конференции «Федерализм: российское и швейцарское измерения» (Казань, 22-23 июня 2001 года). URL: http://www. Kazanfed.ru/actions/konfer2 (дата обращения: 10.09.2016).

18. Languages and religions - Data, indicators. Swiss Statistics. Available from: http://www.bfs.admin.ch/bfs/por-tal/en/index/themen/01/05/blank/key/sprachen.html (date of access: 12.09.2016).

19. Durmiller, U. (1997). Changing patterns of multilin-gualism - from quadrilingual to multilingual Switzerland. Zurich: ProHelvetia.

20. Воловикова М.Л. Английский язык как современный лингва франка // Гуманитарные и социально-экономические науки. 2006. № 1. С. 155-158.