Деятельность Лугининых на Урале в XVIII веке

Вестник Челябинского государственного университета. 2010. № 15 (196).

История. Вып. 40. С. 42-47.

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЛУГИНИНЫХ НА УРАЛЕ В XVIII ВЕКЕ

Статья посвящена истории заводского хозяйства Лугининых. Л. И. Лугинин заложил его основу в 1768 г., купив Златоустовский и Саткинский заводы. В 1777 г. им был основан Миасский медеплавильный завод, а его потомки построили Артинский и Кусинский заводы. Семья владела Златоустовскими заводами на протяжении 30 лет, до 1799 г.

Ключевые слова: история металлургической промышленности Урала, Златоустовские заводы, Лугинины.

Благодаря многообразию исследований, посвященных истории уральской промышленности, как в рамках советской, так и современной российской историографии, создается иллюзия исчерпанности этой области исторического знания, что, однако, не соответствует действительности. Одна из проблем, требующих дополнительного изучения - это история Златоустовского производственного комплекса в последней трети ХУШ в. и роль семьи Лугининых в его формировании и становлении. Эта тема уже частично рассмотрена в исследованиях ряда авторов. В большей степени данные по истории заводского хозяйства Лугининых представлены в исследованиях советских историков С. П. Сигова, П. Г. Любомирова. Д. Кашинцева, Н. И. Павленко. К современной историографии можно отнести исследование Н. М. Кулбахтина, посвященное, в большей степени, анализу этнического фактора развития южноуральского промышленного субрегиона. Кроме того, неверным было бы обойти вниманием обобщающую работу уральских краеведов З. И. и Г. Ф. Гудковых1. Богатый фактический материал представлен и в энциклопедических изданиях2. Однако во всех указанных работах эта тематика была лишь одним из аспектов комплексного исследования с более широкой проблематикой.

Усиление роли антропологического фактора в процессе реконструкции исторической действительности требует новых подходов к изучению уже известного исторического материала. Формационный подход, принятый в советской историографии, основное внимание уделял, прежде всего, изучению генезиса производственных сил, роли масс, коим приписывалась значение основного субъекта истории, при этом игнорировалась роль отдельных личностей. Акцентируя внимание

на экономических факторах, советские историки за рамками исторических исследований оставляли социально-культурные и политические мотивы, которые зачастую имели превалирующее значение для инициирования исторических процессов. Для рассмотрения исторической ретроспективы развития заводского хозяйства Лугининых с учетом всех возможных факторов, на взгляд автора, необходимо использовать модернизационную парадигму, которая учитывает все многообразие сфер человеческого бытия и их влияние на направленность и интенсивность исторических процессов. В данной статье автор, в отличие от предшествующих исследований, в которых в большей или меньшей степени рассматривалась история заводского хозяйства Лугининых, ставит цель реконструировать исторический объект на основе теории модернизации. Модернизация рассматривается как процесс, посредством которого традиционные, аграрные общества трансформируются в современные индустриальные3.

В 60-е гг. ХУШ в. на Урале появился новый заводовладелец - Ларион Иванович Лугинин. Его деятельность началась не с постройки новых заводов, а с приобретения действующих предприятий. Капиталы, вложенные им в новую сферу деятельности, были получены от торговых операций, а территория распространения его интересов выходила далеко за границы Уральского региона.

В одном из донесений Л. И. Лугинин сам говорил о происхождении своих капиталов: «Покойный отец мой, тульский купец Иван Лугинин, с самого начала заведения С-Петербурга, потом и я с ним вместе производили знатную торговлю при сем Санкт-Петербургском, так и при всех других портах и пограничных местах...». Н. И. Павленко установил, что годовой торговый оборот

Л. И. Лугинина превышал 600 тыс. р. Ларион Иванович, таким образом, входил в число десяти крупнейших торговцев России4. В течение 1760-70-х гг. у него практически не было конкурентов по суммарной стоимости товаров, проходивших через Петербургский порт.

О весе и авторитете тульского первой гильдии купца в сфере торговли говорит тот факт, что он часто привлекался к работе различных комиссий, занимающихся разработкой торгового законодательства, как при Елизавете Петровне, так и при Екатерине II5. Работа в государственных комиссиях имела свои преимущества, поскольку протекционистская политика государства в отношении торговли предоставляла определенные выгоды тем из купцов, кто в большей степени содействовал государственной политике.

В условиях модернизационной трансформации правительство нуждалось в сильной развитой промышленности и создавало условия для вложения в нее частных средств. Этот источник доходов в условиях благоприятной промышленной политики правительства был наиболее доходным и окупаемым, при этом не столь рискованным, как международная торговля. Поэтому Л. И. Лугинин вложил часть своих средств в металлургическую промышленность Южного Урала, купив два действующих завода. «Богатства, накопленные Лугининым во внешней торговле, позволили ему в 1769 г. почти одновременно издержать на приобретение двух расположенных недалеко друг от друга заводов 270 тыс. р. За Златоустовский завод В. М. Мосолова он заплатил 85 тыс. р.»6.

ПриэтомдоговоропокупкеЗлатоустовского завода включал несколько условий: Мосолов пожелал стать «компанейщиком» купца, внеся пай в 5 тыс. р.7 Он не должен был участвовать в управлении заводом, а получал лишь часть дохода от производства, а именно по 500 р. в год, то есть 10 % от суммы, которую внес в качестве пая при приобретении у него этого предприятия. Подобная ситуация сохранялась до тех пор, пока это устраивало Мосолова, при желании он или его наследники после его смерти могли в любое время потребовать всю сумму, теряя право на получение процентов. Помимо этого, с 1771 г. Л. И. Лугинин должен был ежегодно поставлять Мосолову 6000 пудов златоустовского железа в Алексино по цене ниже рыночной «гуртовой» то есть со скидкой в 5 коп. с каждого пуда, либо дол-

жен был заплатить ему вместо этого 300 р. Помимо этого, «ежегодно, да для продажи того железа в городе Туле во всяком ряду в пристойном месте дать ему Василию лавку, а буде он Ларион, показанной лавки ему Василию ежегодно давать не будет, то должен он Ларион и наследники его, каждой год на наем вместо оной лавки, давать ему Василию по 10 рублей в год»8. Таким образом, помимо ежегодных денежных дивидендов, обязательных поставок железа, Лугинин обеспечивал бывшего владельца Златоустовского завода торговым местом на тульской ярмарке.

Практически одновременно Л. И. Лугинин заплатил за Троице-Саткинский завод барона Александра Сергеевича Строганова 185 тыс. р. «По оборудованию оба завода были примерно равноценными предприятиями - они имели по две домны, молотов на Златоустовском заводе было 8, на 4 меньше, чем на Троицко-Саткинском, но Троицко-Саткинский завод был оборудован только одной медеплавильной печью, а Златоустовский - шестью»9.

Таким образом, 27 марта 1768 г. Лугинин стал владельцем Златоустовского завода, а

17 июня 1768 г. - Троице-Саткинского10. Эти предприятия были достаточно крупными, особенно Златоустовский завод. «По своей производственной мощности он уступал на Урале лишь Нижне-Тагильскому заводу Демидовых»11. Два завода, принадлежащие в прошлом разным владельцам, но расположенные в достаточной близости друг другу, стали основой для создания единого производственного комплекса.

После покупки двух мощных железоделательных заводов Ларион Лугинин сразу приступил к расширению своего промышленного хозяйства. В ноябре 1770 г. он обратился в Берг-коллегию за разрешением на постройку на р. Кусе, в 25 верстах от Златоустовского завода, одной или двух домен и «столько молотов, сколько оная река Куса в действии содержать может». А в 1773 г., накануне восстания под предводительством Е. Пугачева, Лугинин обратился в Берг-коллегию с просьбой разрешить ему вместо медеплавильных печей на Златоустовском и Саткинском заводах построить самостоятельный медеплавильный завод на р. Миассе12. Это было необходимо. поскольку медеплавильные печи на заводах из-за недостатка воды часто простаивали. Кроме того, вновь открытые медные рудники располагались в большом расстоянии от за-

водов12. Однако эти планы не суждено было осуществить своевременно, чему помешали события 1773-1775 гг. и разрушение заводов в ходе восстания под предводительством Е. Пугачева. Данные экспертов и очевидцев однозначно свидетельствуют о практически полном разрушении обоих купленных Лугининым заводов. Можно сказать, что в 1774-1776 гг. заводы были построены заново, при этом первоначально Лугинин просил разрешение разрушить медеплавильные печи на Златоустовском и Саткинском заводах, однако после восстания Пугачева необходимость в этом отпала, так как эти печи были разрушены и заводчик не стал их восстанавливать, а сразу приступил к строительству

13

заменяющего их медеплавильного завода13. Таким образом, вложив собственные и полученные от правительства дотационные средства, Лугинин построил в середине 1770-х гг. три металлургических предприятия: обновленные Златоустовский и Саткинский заводы и совершенно новое предприятие - Миасский завод.

Первые четыре медеплавильные печи Миасского завода были задуты 12 августа 1777 г. Это предприятие находилось в 40 верстах к северо-востоку от Златоуста и 140 верстах от Троицка. На новом предприятии было

4 медеплавильные печи, в 1779 г. было пущено еще 2. В конце ХУШ в. на заводе было уже

2 плавильные фабрики с 8 печами, «шплей-зофенная» фабрика с 4 горнами и 1 расковочным молотом, одна лесопильная мельница. Завод входил в разряд крупных медеплавильных предприятий.

Перенос медеплавильных печей на новое предприятие увеличил их производительность. Кроме того, упразднение медеплавильного производства на Златоустовском и Саткинском заводе способствовало экономии гидравлической энергии и увеличивало производительность доменных печей.

22 декабря 1783 г. Л. И. Лугинин получил разрешение Пермского наместнического правления на постройку молотового завода. Артинский молотовый завод построили на р. Арте, в 2-3 верстах от впадения ее в р. Уфу, в даче Саткинского завода. Завод был пущен в 1787 г.14 Он находился далеко от рудников, поэтому не имело смысла возводить на нем домну. Завод стал железоделательным, молотовым. Чугун для переделки везли со Златоустовского, Саткинского и Кусинского

заводов. Попытки найти железную руду вблизи завода, что способствовало бы строительству домны, не увенчались успехом. Это ставило Артинский завод в прямую зависимость от других предприятий Златоустовского ком-плекса15.

Пятый завод, Кусинский доменно-молотовый, был построен на р. Куса, правом притоке р. Ай. Строительство завода началось в 1788-1789 гг. при жизни Л. И. Лугинина, но его наследники не спешили или не смогли сразу пустить Кусинский завод и плавку чугуна на нем начали лишь в 1797 г.16 Таким образом, приобретя два крупных металлургических предприятия, Л. И. Лугинин построил еще два завода и начал строительство третьего предприятия, однако закончить строительство Кусинского завода ему было не суждено, он умер в 1789 г.

Л. И. Лугинин принимал личное участие в управлении предприятиями, непосредственно сам назначал приказчиков, стремился приобретать новые территории к заводским дачам, решал вопросы с пополнением рабочей силы

- один из самых острых вопросов промышленного Урала. Одной из особенностей южноуральского субрегиона была, даже в рамках ущемленного в этом отношении Урала, постоянная нехватка рабочих рук на промышленных предприятиях. Освоение Южного Урала началось позже остальных субрегионов, когда щедрость правительства на раздачу приписных крестьян резко сократилась, а приобретение крепостных представителями недворянского сословия было запрещено, каждому из купцов - заводчиков приходилось самостоятельно решать эту проблему, в меру своих сил и финансовых возможностей. С целью приобретения работных людей к заводам купец Л. И. Лугинин приобрел еще три завода в Нижегородской губернии. Чугунские и Корельский заводы не представляли для заводчика производственной ценности, хотя в отчете Берг-коллегии он заявлял о своем намерении поставлять на них чугун для выработки железа со своих южноуральских заводов. Но дальность расположения указанных предприятий друг от друга ставит под сомнение целесообразность подобного решения. Становится очевидным, что эти заводы были необходимы Лугинину в связи с нехваткой рабочих рук на его предприятиях. Это подтверждает и просьба Л. И. Лугинина в Государственную Берг-коллегию разрешить ему перевести с

этих предприятий мастеровых и работных людей с семьями на его Оренбургские заво-ды17. Чугунские и Корельский заводы так и не были восстановлены. Мастеровые и работные люди с этих предприятий были переселены на другие заводы Л. И. Лугинина и прикреплены к ним безвозвратно. Укомплектовав все три своих предприятия, Лугинин продолжил расширять свой промышленный комплекс за счет постройки новых заводов.

После смерти Л. И. Лугинина все его состояние перешло его вдове Татьяне Терентьевне Лугининой. Но она пережила своего мужа лишь на несколько месяцев. У нее остались три прямых наследника: Иван, Ларион и Николай Максимовичи Лугинины. «Все имущество Л. И. Лугинина, доставшееся его внукам <...> оценивалось в 2477375 рублей»18. Стоимость промышленных предприятий составляла 60 % от общего состояния Л. И. Лугинина. Имущество было завещано братьям для совместного владения. Однако они еще не достигли совершеннолетия и не могли вступить в полноправное владение своим наследством. До достижения ими требуемого для вступления в права наследования возраста им был назначен опекун - муж их тетки по отцовской линии Анны Ларионовны

- Московский именитый гражданин Петр Михайлович Гусятников19. Кроме него опекуном братьев Лугининых стал генерал-губернатор Калужский и Тульский Михаил Никитич Кречетников. Деятельность заводов полностью передавалась в руки опекунов, от них зависело принятие решения даже по самым незначительным вопросам20. В июне 1793 г. на просьбу братьев Ивана, Лариона и Николая Лугининых из Московской дворянской опеки поступил указ о назначении старшего брата Ивана Максимовича Лугинина, достигшего к тому времени совершеннолетия, «над общественном имении опекуном а к Лариону Максимовичу и Николаю Максимовичу попечителем»21.

Первое время по вступлении в наследство братья Лугинины не принимали участия в управлении предприятиями, кроме того они практически не бывали на заводах22. Вскоре в управлении заводами начал принимать непосредственное участие средний брат Ларион Максимович Лугинин. Он занимался производственными вопросами, решал текущие проблемы и постоянно проживал на Златоустовском заводе. Но в конце 1794 г.

Л. М. Лугинин умер23. Его братья Иван и Николай Лугинины остались единственными наследниками состояния своего деда, но интереса к управлению промышленными предприятиями у них не было. Это сказывалось на доходности заводов. Практически с самого начала нахождения Златоустовских заводов во владении наследников Л. И. Лугинина существовала постоянная нехватка наличных денежных средств. Отчеты о состоянии предприятий на момент их продажи Государственному ассигнационному банку говорят о запущенности заводов, о долгом отсутствии необходимых технических модернизаций и просто планового ремонта имеющейся техники. В запустении были не только производственные постройки, но и жилые помещения служителей, мастеровых и работных людей, господский дом и даже церковные сооружения24. Земский исправник Михайлов проезжая по территории заводов в своем отчете писал, что «как дороги так и по них лежащие чрез реки и топи мосты на-ходются в весьма худом положении так что недовольно не только ночью но и днем проезды иметь весьма опасно»25. Уже после продажи Лугиниными своих предприятий, за ними остался крупный долг по невыплате подушных денег за крепостных крестьян и оброка с доменных печей в размере 18897 р. 53

коп.26

Сначала братья Лугинины владели всем имуществом нераздельно, но 12 января 1797 г. они разделили имущество и заводы. Поскольку заводские округа «являли собой особый вид “нераздельной” собственности, введенный законом 1762 г.»27, то все заводы вместе со всеми казенными и партикулярными долгами достались в наследство только одному из братьев - Ивану Лугинину. Унаследованные долги могли быть заплачены из заводских доходов в короткие сроки, но кредиторы постоянно требовали возврата долгов. Эти выплаты можно было произвести только за счет отдачи необходимого для действия заводов капитала.

Несмотря на все попытки вывести предприятия из кризиса, в 1798 г. заводы были проданы А. А. Кнауфу. «“Комиссионер” купца коммерции советник И. А. Карелин произвел оценку сделки в июле 1798 г., и по ней уже было выплачено владельцу 400 тыс. р., когда 20 мая 1799 г. по высочайшему повелению Златоустовские заводы неожиданно по-

ступили в собственность Государственного ассигнационного банка»28.

В сентябре 1800 г. Златоустовский, Саткинский, Кусинский и Артинский заводы были отданы в аренду А. А. Кнауфу. В даче Миасского завода было найдено золото, и предприятие перешло в собственность государства.

Таким образом, модернизация в России, связанная с инициирующей ролью государства и приоритетным положением промышленного сектора, создавала благоприятные условия для вложения частных капиталов в те сектора экономики, которые способствовали укреплению обороноспособности страны (оружие, металл, парусина). В этих благоприятных экономических условиях было создано заводское хозяйство Лугининых. Большое значение для развития уральской металлургии в целом и Златоустовских заводов в частности играла неравномерность модернизационных субпроцессов. Явный приоритет индустриальных факторов при отсталости социальноэкономических составляющих модернизаци-онного процесса создавал негармоничную модель производственной системы. В рамках этой модели достаточно быстро развивающееся на протяжении ХУШ в. (благодаря реформам Петра I) промышленное производство сосуществовало с основанным на внеэкономическом принуждении крепостным трудом работных заводских людей и всесторонней, порой невозможно мелочной опекой государства - инициатора и главного проводника всех российских модернизаций. Это создавало благоприятные условия для проявления различных кризисных ситуаций. Многое в развитии производства зависело от роли самих заводчиков от их предпринимательских способностей и умения вовремя обеспечить свои предприятия необходимыми ресурсами, гарантировать их бесперебойное производство. Этим характеристикам в семье Лугининых соответствовал основатель заводского хозяйства Ларион Иванович, однако, отсутствие энтузиазма в управлении предприятиями его наследников, стагнация промышленного хозяйства привела к банкротству заводчиков и продаже предприятий. Первое время после смерти Лариона Ивановича в силу инерционности заводское хозяйство по-прежнему функционировало, хотя темпы его развития затормозились. Кроме того, к этому времени стали проявляться первые признаки кризиса.

«К концу века были задействованы практически все сырьевые и энергетические мощности края, что предопределило прекращение строительства новых предприятий и обозначило спад в развитии отрасли»29. Это ужесточило борьбу между заводчиками за владение промышленными предприятиями и принадлежащими к ним территориями. Наступал период жесткой конкуренции, в котором могли выжить лишь профессиональные управленцы, заинтересованные в доходе собственники предприятий. Наследники Лариона Лугинина к этой категории заводовладельцев не относились.

Примечания

1 Сигов, С. П. Очерки по истории горнозаводской промышленности Урала. Свердловск, 1936; Любомиров, П. Г. Очерки по истории металлургической промышленности в России. Л., 1937; Кашинцев, Д. История металлургии Урала. М. ; Л., 1939. Т. 1; Павленко, Н. И. История металлургии в России ХУШ в. Заводы и заводовладельцы. М., 1962; Гудкова, З. И. Из истории южноуральских горных заводов ХУШ-Х1Х вв. / З. И. Гудкова, Г. Ф. Гудков. Уфа, 1993. Ч. 2; Кулбахтин, Н. М. Горнозаводское строительство на башкирских землях в ХУШ веке : дис. ... канд. ист. наук. Уфа, 1997.

2 Металлургические заводы Урала ХУ11-ХХ вв. : энциклопедия. Екатеринбург, 2001; Златоустовская энциклопедия. Златоуст, 1997; Челябинская область : энциклопедия. Челябинск, 2004.

3 См.: Побережников, И. В. Переход от традиционного к индустриальному обществу : теоретико-методологические проблемы модернизации. М., 2006.

4 Павленко, Н. И. Указ. соч. С. 259.

5 Козлова, Н. В. Российский абсолютизм и купечество в ХУШ в. : 20-е - начало 60-х гг. М. : Археогр. центр, 1999. С. 209.

6 Павленко, Н. И. Указ. соч. С. 261.

7 РГАДА. Ф. 271. Оп. 1. Д. 1289. Л. 595.

8 ОГАЧО. Ф. И-227. Оп. 1. Д. 15. Л. 11.

9 Павленко, Н. И. Указ. соч. С. 261.

10 ОГАЧО. Ф. И-227. Оп. 1. Д. 15. Л. 9 об.

11 Кулбахтин, И. Н. Наказы народов Башкортостана в Уложенную комиссию 1767-1768 гг. / И. Н. Кулбахтин, Н. М. Кулбахтин. Уфа, 2005.С. 31.

12 Павленко, Н. И. Указ. соч. С. 261.

13 ОГАЧО. Ф. И-227. Оп. 1. Д. 27. Л. 2, 2 об.

14 РГАДА. Ф. 271 Оп. 1. Д. 1167. Л. 451-456 об.

15 ОГАЧО. Ф. И-227. Оп. 1. Д. 105. Л. 3, 3 об.

16 РГАДА. Ф. 271. Оп. 1. Д. 1313. Л. 142, 143.

17 РГАДА. Ф. 271. Оп.1. Д. 340. Л. 7.

18 Павленко, Н. И. Указ. соч. С. 264.

19 ОГАЧО. Ф. И-227. Оп. 1. Д. 72. Л. 7.

20 ОГАЧО. Ф. И-227. Оп. 1. Д. 80. Л. 15.

21 ЗАО. Ф. И-66. Оп. 1. Д. 5. Л. 36.

22 ОГАЧО. Ф. И-227. Оп. 1. Д. 83. Л. 22.

23 ОГАЧО. Ф. И-227. Оп. 1. Д. 85. Л. 3 об.; Д. 86. Л. 4; Д. 96. Л. 7 об.

24 ОГАЧО. Ф. И-227. Оп. 1. Д. 105. Л. 19 об. -21 об.; Д. 130. Л. 698-721 об.

25 ЗАО. Ф. И-66. Оп. 1. Д. 20. Л. 52, 53.

26 ОГАЧО. Ф. И-227. Оп. 1. Д. 32. Л. 49 об.

27 Неклюдов, Е. Г. Проблема «многовладения» в практике уральских заводчиков в первой половине XIX века // Россия между прошлым и

будущим. Исторический опыт национального развития : материалы Всерос. науч. конф., посв. 20-летию Ин-та истории и археологии УрО РАН. Екатеринбург, 2008. С. 260.

28 Неклюдов, Е. Г. Кнауф и его кредиторы : первый опыт иностранного предпринимательства в горнозаводской промышленности Урала / Е. Г. Неклюдов, А. А. Купец // Изв. Урал. гос. ун-та. 2004. № 31. С. 86.

29 Запарий, В. В. Основные этапы развития черной металлургии Урала, ее современное состояние и перспективы на будущее // Уральская провинция в системе регионального развития России : исторический и социокультурный опыт : материалы Всерос. науч. конф., посв. 300-летию г. Каменск-Уральского. Екатеринбург, 2001. С. 201.