Периодизация этапов реформирования местного самоуправления в постсоветской России

Вопросы конституционного права

УДК 342.25

ПЕРИОДИЗАЦИЯ ЭТАПОВ РЕФОРМИРОВАНИЯ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ В ПОСТСОВЕТСКОЙ РОССИИ

© Выштыкайлова А. А., 2009

В настоящей статье рассматривается один из вариантов периодизации этапов реформирования местного самоуправления в постсоветской России. На примере трансформации правового статуса главы муниципального образования показана эволюция взаимоотношений государства и местного самоуправления.

Ключевые слова: периодизация; глава муниципального образования; реформа местного самоуправления.

Судя по вниманию, уделяемому вопросам истории правового регулирования местного самоуправления многими исследователями (В. А. Баранчиков, В. И. Васильев, И. В. Выдрин, А. Н. Костюков, Н. В. Постовой, К. Ф. Шеремет, Е. С. Шугрина и иные), данная тема представляется актуальной для современного муниципального права России. Очевидно, это обусловлено необходимостью целостного восприятия местного самоуправления в его историческо-правовом контексте, а также важностью проведения анализа трансформации отдельных его институтов, выявления тенденций развития и, соответственно, выработки предложений по совершенствованию действующего законодательства.

Попытки периодизации реформ местного самоуправления неоднократно предпринимались многими учеными-правоведами. Представляется возможным согласиться с позицией Е. С. Шугриной [1], что наиболее детально классификация периодов реформ местного самоуправления разработана К. Ф. Шереметом, выделяющим четыре этапа становления российского местного самоуправления [2]:

• 1-й этап (апрель 1990 — сентябрь

1993 гг.) — принятие первых актов СССР и РСФСР о местном самоуправлении, отмена союзных и российских актов о местных Советах народных депутатов, развитие процесса формирования местного самоуправления, установление федеративным догово-

ром основ разграничения компетенции между Российской Федерацией и ее субъектами, начало усиления исполнительных органов местного самоуправления;

• 2-й этап (октябрь 1993 — октябрь

1994 гг.) — этап «президентских» реформ местного самоуправления;

• 3-й этап (ноябрь 1994 — август

1995 гг.) — период интенсивной разработки проектов Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации»;

• 4-й этап (с сентября 1995 г. — по настоящее время).

Вместе с тем при рассмотрении процесса трансформации такого института местного самоуправления, как глава муниципального образования, предпочтителен несколько иной подход. Не будет преувеличением сказать, перефразируя Евгения Евтушенко, что мэр в России — больше, чем мэр. В непростых условиях формирования российской государственности конца XX — начала XXI вв. становление местного самоуправления в целом происходило нелегко, а судьба центральной его фигуры — главы муниципального образования — складывалась особенно проблематично. Преобразования статуса главы муниципального образования безотрывно следовали за изменениями, происходившими с политическим обликом нашей страны. По словам С. И. Шишкина, «именно этот институт вынес на себе основную организационно-правовую, идеологическую и психологическую тяжесть при смене

парадигмы власти в 1993 г. и последующие годы» [3].

Несомненно, 90-е годы явились переломным периодом в жизни нашей страны и могут быть взяты за отправную точку отсчета. Однако не следует забывать, что современное местное самоуправление стоит на советских плечах. Предлагается обратиться к тому времени, когда местное самоуправление в нашей стране в большей степени можно было характеризовать как «местное управление», т. е. к советскому периоду. Приведенная временная система координат не выделяет этапы реформирования как таковые, но позволяет точечно проследить эволюцию института — от председателя исполкома до современного главы муниципального образования.

Кроме того, в рамках предлагаемой концепции особый интерес представляет исследование данного института через призму взаимоотношений уровней публичной власти, ведь, как известно, местное самоуправление не существует изолированно от государственной власти.

Итак, последнее десятилетие советской власти. В интересующий период, в соответствии с Конституцией СССР 1977 г. и Конституцией РСФСР 1978 г., структура местных органов государственной власти была представлена местным Советом народных депутатов (избираемым населением коллегиальным представительным органом, имевшим президиум, возглавляемым председателем и состоящим из депутатов), исполнительным комитетом (коллегиальным исполнительно-распорядительным органом, избираемым местным Советом; в состав комитета входили председатель, секретарь и члены исполнительного комитета) и отделами, управлениями (исполнительными органами, формируемыми местным Советом).

По мнению В. И. Васильева, «местные Советы были вообще безвластными органами, штампующими проекты решений, подготовленные исполкомами, их аппаратом и, в конечном счете, местными партийными органами, у которых советские органы были на побегушках» [4]. Исполкомы, в свою очередь, находились в системе «двойного подчинения», т. е. были подотчетны избравшему их местному Совету и исполкому вышестоящего Совета. Решения, принимаемые исполкомом, могли быть отменены вышестоящим исполкомом или соответствующим местным Советом. Руководители ис-

полнительных органов, хотя и утверждались Советами, на самом деле состояли в номенклатуре соответствующих партийных структур и без одобрения партийного аппарата не имели никаких шансов пройти на руководящие должности в советский аппарат. «Понятно, что для них указания вышестоящих органов и партийных комитетов имели несравненно больший авторитет и силу, чем решения “своего” Совета» [5]. В целом задача местных органов власти состояла в претворении в жизнь решений вышестоящих органов, и, одновременно, руководстве деятельностью нижестоящих Советов. Таким образом, единство системы базировалось на принципе «демократического централизма», и руководителю исполнительного органа на местном уровне отводилась роль «винтика» в громадной государственной машине.

С принятием первого советского закона о местном самоуправлении — Закона СССР от 9 апреля 1990 г. «Об общих началах местного самоуправления и местного хозяйства в СССР» [6], а затем Закона РСФСР от 6 июля 1991 г. «О местном самоуправлении в РСФСР» [7] — связывают появление в законодательстве термина «местное самоуправление», ранее употребляемого только в научной литературе, а также рождение нового субъекта местного самоуправления — главы местной администрации.

Глава местной администрации избирался сроком на пять лет путем всеобщих прямых и равных выборов на территории соответствующего Совета при тайном голосовании. Порядок проведения выборов главы местной администрации определялся законом. Установленный объем его полномочий (ст. 30 Закона РСФСР от 6 июля 1991 г. «О местном самоуправлении в РСФСР»), единоначальный принцип их осуществления позволяли позиционировать главу местной администрации в качестве высшего должностного лица местной власти. В законе была предпринята попытка сбалансировать полномочия представительного органа и исполнительного аппарата — широкий объем полномочий главы местной администрации как в единоличном руководстве деятельностью местной администрации, так и в решении хозяйственных вопросов на своей территории, сочетался с подконтрольностью его действий соответствующим Советам. Так, Совет был вправе отменить акты главы местной администрации, противореча-

щие законодательству и решениям Совета, принятым в пределах его компетенции. Совет утверждал структуру местной администрации и кандидатуры руководителей отдельных ее органов, заслушивал ежегодный отчет главы местной администрации о ее деятельности. По мнению Н. А. Емельянова [8], в тот период становление местного самоуправления в Российской Федерации сопровождалось переходом от исполко-мовско-коллегиальной формы исполнительной власти к принципу единоначалия в руководстве местным исполнительным аппаратом, полномочия единоличного главы местной администрации закреплялись как его собственная компетенция. Очевидным плюсом закона явился отказ от установления иерархической структуры управления на местах, от соподчиненности органов местного самоуправления разного уровня друг другу.

В силу политической ситуации, сложившейся осенью 1991 г., запланированные выборы глав местных администраций откладывались, и в соответствии с Указом Президента РСФСР от 25 ноября 1991 г. «О порядке назначения глав местных администраций» [9] вводился порядок назначения и смещения глав местных администраций вышестоящим руководителем исполнительной власти. Хотя указанный порядок предусматривал согласование кандидатуры с соответствующим Советом, оно носило формальный характер — требовалась поддержка более половины депутатов, присутствующих на сессии местного представительного органа; если кандидатура отклонялась, то она могла быть внесена повторно либо кандидат назначался на должность исполняющего обязанности главы местной администрации сроком на один год.

Таким образом, вновь формировалась жесткая вертикаль исполнительной власти, в которой главы местных администраций выступали зависимыми представителями государства на соответствующей территории, нежели субъектами местного самоуправления. Характерными элементами правового статуса главы местной администрации в данный период являлись назначаемость «сверху» и единоличность управления местной администрацией.

С роспуском местных Советов и передачей их функций местным администрациям после событий осени 1993 г. начинается реформирование общей системы власти. В со-

ответствии с указами Президента Российской Федерации от 26 октября 1993 г. «О реформе местного самоуправления» [10], от 22 декабря 1993 г. «О гарантиях местного самоуправления в Российской Федерации» [11] местную администрацию возглавлял назначенный вышестоящим руководителем исполнительной власти субъекта Российской Федерации глава местного самоуправления. Сконструированная законодателем фигура главы местного самоуправления сочетала в себе элементы как исполнительнораспорядительного, так и представительного характера, рождая полновластного «хозяина территории».

Глава местного самоуправления председательствует на заседаниях выборного представительного органа и является главой соответствующей администрации; подписывает решения представительного органа и обладает правом вето на эти решения; самостоятельно утверждает структуру местной администрации и руководит ею; вправе выносить на местный референдум проект положения (устава) о местном самоуправлении и т. д. Парадокс состоял также в том, что глава местного самоуправления и иные должностные лица местной администрации могли входить в состав представительного органа, что ранее не допускалось Законом РСФСР от 6 июля 1991 г. «О местном самоуправлении в РСФСР».

Роль представительного органа местного самоуправления заметно снижается — утрачены функции по его созыву на заседания постоянным председателем, который организовывал его работу и подписывал решения; важнейшие вопросы, такие как утверждение местного бюджета, расходование финансовых средств, установление (отмена) местных налогов и сборов, принимаются только по согласованию с главой местного самоуправления; представительный орган лишается права отмены актов главы администрации и выражения ему недоверия.

По существу, во взаимоотношениях с представительным органом утверждался приоритет главы местного самоуправления и местной администрации, сам же глава местного самоуправления субординационно встраивался в вертикаль власти; влияние глав субъектов Российской Федерации на глав местного самоуправления усиливалось. Как отмечает В. И. Васильев, «все эти меры, направленные на усиление роли мест-

ной администрации, были оправданы условиями острого противоборства различных групп политической элиты и ослабления центральной власти. Объективно же они уводили в сторону от строительства демократического реального местного самоуправления» [12].

Таким образом, в период «указного» регулирования главам местного самоуправления присущи назначаемость и обширная компетенция по осуществлению местного самоуправления. Правовой статус главы местного самоуправления приобрел многоплановый характер, так как содержал как исполнительно-распорядительную, так и представительскую функцию.

С принятием Конституции Российской Федерации и закреплением в ее положениях современных основ местного самоуправления необходимость осуществления дальнейшего конкретизирующего правового регулирования стала очевидна.

В развитие конституционной формулы о том, что «органы местного самоуправления не входят в систему органов государственной власти», Федеральный закон от 6 октября 1995 г. № 154-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» (далее — Закон № 154-ФЗ) ввел должность главы муниципального образования — выборного должностного лица местного самоуправления, не подчиненного региональной власти (хотя бы de jure).

Следуя логике законодателя, глава муниципального образования предполагался как усовершенствованный глава местной администрации с более широкими правами. Правовое положение главы муниципального образования формулировалось достаточно противоречиво — заявленный высокий статус дисгармонировал с необязательностью наличия данной должности в структуре органов местного самоуправления. Вопросы об учреждении, казалось бы, ключевой должности в муниципальном образовании, определении его компетенции, порядка замещения должности и иные вопросы его правового статуса являлись предметом уставного регулирования и зависели от воли непосредственно населения (в случае, если устав муниципального образования принимался на местном референдуме или в ином установленным законодательством порядке) или, что чаще имело место на практике, от решения представительного

органа муниципального образования. Суровая правда действительности показала, что расчет законодателя на инициативу населения в вопросах определения структуры органов местного самоуправления был неверен. «Наивное представление о способности населения, которое десятки лет воспитывалось в иерархической тоталитарной системе, не требовавшей от граждан особых размышлений о структуре власти и взаимоотношении ее ветвей между собой, не выдержало испытаний жизнью. В реальности этим процессом управляют, за редким исключением, главы муниципальных образований, получившие мощный властный и административный ресурс в период с 1993 по 1996 гг., когда местные Советы были распущены Указом Президента и в течение трех (кое-где и четырех) лет местное самоуправление осуществлялось единолично назначенными главами администраций» [13]. Таким образом, исход серьезнейшего вопроса функционирования системы органов местного самоуправления зачастую находился в зависимости от расстановки политических сил и даже личных взаимоотношений игроков, выступающих на арене местной власти.

Иного мнения придерживаются некоторые ученые (В. А. Баранчиков, А. М. Никитин), полагающие, что введение зависимости существования мэра от решения населения было призвано остановить нарастание тенденции усиления власти этого должностного лица, «уже не просто возглавившего деятельность по осуществлению местного самоуправления, но олицетворявшего всю местную власть» [14], а значит и снизит опасность его перерождения, не допустит того, что «местное самоуправление на мэрах начинается и на них же заканчивается» [15].

Основы правового статуса главы муниципального образования определялись Федеральным законом № 154-ФЗ (ст. 16, 18), который содержал отсылочную норму к Конституции Российской Федерации, законам субъектов Российской Федерации и уставам муниципальных образований. В соответствии с предоставленной компетенцией начинает развиваться региональное законодательство. Так, законы, регулирующие порядок проведения выборов глав муниципальных образований, на 1997 г. были приняты в 59 субъектах Российской Федерации. По состоянию на 1998 г. были избраны 96,61 % глав муниципальных обра-

зований, из них около 65 % — непосредственно населением, около 30 % — представительными органами местного самоуправления, а 1 % — сходами (собраниями) граждан [16].

По мнению Ю. А. Тихомирова, «в период, когда идет реформа местного самоуправления,... необходим авторитетный выборный руководитель, который мог бы объединить и возглавить деятельность по осуществлению местного самоуправления на территории муниципального образования. Именно такую должность предусматривает статья 16. Закона (имеется в виду Закон № 154-ФЗ. — Примеч. авт.), оставляя решение вопроса о целесообразности ее введения за самим муниципальным образованием» [17].

Несомненно, в условиях жесткой политической борьбы и попыток концентрации власти в те годы, советское наследие о «едином хозяине территории» пригодилось как никогда лучше. При выстраивании организационных моделей местного самоуправления фигура главы муниципального образования ставилась во главу угла, различий между данной должностью и должностью главы местной администрации не делалось. Одно лицо являлось сосредоточением местной власти — глава муниципального образования руководил местной администрацией, председательствовал в представительном органе, подписывал его решения. Уже после первых выборов органов местного самоуправления на основе новых законов в 1995—1998 гг., почти две трети (64,6 %) глав муниципалитетов вошли в состав представительных органов и стали председательствовать на их заседаниях. Фактически вся полнота власти сосредоточивается в руках одного лица. Это положение критиковалось российскими и зарубежными экспертами. «Когда глава администрации председательствует в совете, — свидетельствуют европейские эксперты, участвовавшие в реализации программы ТАСИС «Муниципальный менеджмент в Российской Федерации», — его роль очень сильна, и он главенствует и в совете, и в управлении. У рядовых членов совета не остается времени, чтобы хорошо ознакомиться с проблемами, по которым необходимо принимать решения. Глава в качестве председателя может осуществлять общее руководство обсуждением таким образом, что его точка зрения обычно одерживает

верх при любом голосовании. Это еще более облегчается тем фактом, что в большинстве советов нет каких-либо политических группировок. Как следствие, члены совета пассивны и их роль снижена, как и роль демократии на местах. Совет не способен контролировать главу администрации, поскольку в действительности глава администрации сам контролирует совет» [18].

Резюмируя, глава муниципального образования стал выборным лицом, но «двуликим»: одновременно руководящим единоначально местной администрацией и возглавлявшим представительный орган; главе муниципального образования законодательно гарантированы условия для беспрепятственного осуществления полномочий, защита прав, чести и достоинства; установлены пределы срока полномочий (не менее двух и не более пяти лет); регулирование значительного объема вопросов статуса главы муниципального образования (права, обязанности, гарантии деятельности и т. д.) отдано на откуп субъектам Российской Федерации.

Опыт правоприменения Закона № 154-ФЗ показал несовершенность разработанной конструкции — в условиях русского менталитета местная власть оказалась узурпирована главами муниципальных образований, монополизировавшими функции иных органов местного самоуправления и действующими практически бесконтрольно, что не могло не сказаться на эффективности управления.

Новой вехой в истории развития местного самоуправления стал Федеральный закон от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» (далее — Закон № 131-ФЗ), который исключил возможность создания подобных структур местного самоуправления.

В силу ст. 34 Закона № 131-ФЗ наличие в структуре органов местного самоуправления главы муниципального образования является обязательным. Федеральный законодатель усиливает роль и значение этой муниципальной должности и одновременно проводит четкие отличия в правовом статусе главы муниципального образования и главы администрации, закрепляя основные элементы правового статуса главы муниципального образования (ч. 2 ст. 36 Закона № 131-ФЗ), обязательные для муниципальных образований при определении и конкретизации в уставе муниципального обра-

зования правового положения главы муниципального образования:

1) должность главы муниципального образования всегда выборная;

2) избранный на муниципальных выборах глава муниципального образования может возглавлять только один из двух органов местного самоуправления: представительный орган или местную администрацию;

3) избранный представительным органом глава муниципального образования возглавляет только представительный орган муниципального образования;

4) глава муниципального образования независимо от способа его избрания не может одновременно возглавлять представительный орган и местную администрацию;

5) закрепляются особенности правового статуса главы муниципального района в зависимости от способа формирования представительного органа муниципального района.

В отличие от Закона № 154-ФЗ новый Федеральный закон значительно ограничил свободу законодателя субъекта Российской Федерации в осуществлении правового регулирования местного самоуправления. Статья 6 указанного Закона № 131-ФЗ устанавливает перечень полномочий органов государственной власти субъектов Российской Федерации в области местного самоуправления исчерпывающим образом. Регулирование организационных основ местного самоуправления и правового статуса главы муниципального образования (за исключением установления гарантий осуществления полномочий данного лица — ч. 5.1 ст. 40) в компетенцию субъекта Российской Федерации не входит. Представляется, что таким образом федеральный законодатель создает некоторую защиту местного самоуправления от вмешательства в ключевые вопросы его организации. Вместе с тем существует мнение, что субъекты Российской Федерации вправе в данном случае осуществлять опережающее правовое регулирование вопросов по предметам совместного ведения, неурегулированных федеральными законами, если законы субъектов Российской Федерации будут соответствовать Конституции Российской Федерации и федеральным законам. Как считает А. А. Сергеев, реализация указанного права не должна ставиться в зависимость от наличия в федеральном законе отсылочных норм [19]. Однако при определении организационных основ местного самоуправления согласиться с предлагаемой позицией затруднительно.

Определение компетенции главы муниципального образования является предметом уставного регулирования и зависит от его места в общей структуре органов местного самоуправления. В случае если он является главой местной администрации, то он наделяется властно-управленческими полномочиями по руководству всеми отраслями муниципального хозяйства, структурными подразделениями местной администрации; если председателем представительного органа — представительскими, нормотворческими и контрольными полномочиями. В любом случае глава муниципального образования обладает собственными полномочиями по решению вопросов местного значения.

Таким образом, на современном этапе развития местного самоуправления глава муниципального образования, являясь центральной фигурой, находится в сбалансированном положении по отношению к иным органам местного самоуправления, имеет собственную, исключительно ему присущую компетенцию, и избирается населением (напрямую или опосредованно). Права и обязанности главы муниципального образования, закрепляемые в уставе муниципального образования, предопределены положениями федерального законодательства, что не оставляет субъектам Российской Федерации былой свободы в регулировании правового статуса главы муниципального образования.

Исходя из положений Конституции Российской Федерации и Закона № 131-ФЗ, характер взаимоотношений глав муниципальных образований с государственной властью можно было бы определить как независимый и равноправный, если не принимать во внимание опасные тенденции развития российского законодательства, ориентированного на воссоздание единой вертикали власти.

Вопрос о порядке замещения должности главы муниципального образования ставился не единожды и всякий раз вызывал активную дискуссию. Идея отказа от выборов глав муниципальных образований и перехода к их назначению государственной вла-стью1, выраженная в законопроекте, внесенном в Государственную думу Федерального собрания Российской Федерации одним из депутатов, органично влилась в общее «вертикальное» настроение. Чудом данный законопроект не прошел дальше

первого чтения, и во фразе «выбирать нельзя назначать» запятую поставили после слова «выбирать». Законодательного закрепления возможности прямого воздействия органов государственной власти на местное самоуправление удалось избежать.

Не рассматривая в рамках настоящей статьи косвенные способы воздействия органов государственной власти на органы местного самоуправления (финансовые, административные, политические и т. д.), следует отметить, что анализ действующего законодательства позволяет выявить тенденцию по вовлечению органов местного самоуправления в выполнение не свойственных им государственных функций и выстраивание подчиненных отношений с органами государственной власти (например, при реализации национальных проектов, когда «вертикаль» безукоризненно работает), невзирая на разграничение полномочий и предметов ведения. Также знаковыми можно считать поправки в Закон № 131-ФЗ о проведении оценки эффективности деятельности органов местного самоуправления и соответствующий Указ Президента Российской Федерации от 28 апреля 2008 г. № 607 «Об оценке эффективности деятельности органов местного самоуправления городских округов и муниципальных районов», обязывающий глав местных администраций городских округов и муниципальных районов представлять в высший исполнительный орган государственной власти субъекта Российской Федерации доклады о достигнутых показателях (причем в муниципальном районе складывается интересная ситуация по сбору информации с глав поселений: вопрос о неподчи-ненности одного уровня местного самоуправления другому даже не поднимается). Подобное положение вещей не может не вызывать реминисценций из советского прошлого и позволяет, к сожалению, констатировать, что трудной и долгой была дорога председателя исполкома до главы муниципального образования, но идет он по замкнутому кругу и к одной цели — в вертикаль.

Учитывая изложенное, необходимость дальнейшего совершенствования правового регулирования статуса главы муниципального образования является очевидной. Ш

1. Шугрина Е. С. Муниципальное право : учебник. 2-е изд. М., 2000. С. 67.

2. Шеремет К. Ф. Становление правовой базы местного самоуправления в Российской Федерации / /

Местное самоуправление: современный российский опыт законодательного регулирования. М., 1998.

С. 6-38.

3. Шишкин С. И. О трансформациях статуса главы муниципального образования // Сиб. юрид. вестн. 1999. № 1. С. 21.

4. Васильев В. И. Муниципальное право России : учебник. М., 2008. С. 104.

5. Там же. С. 105.

6. Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1990. № 16. Ст. 267.

7. Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1991. № 29. Ст. 1010.

8. Емельянов Н. А. Местное самоуправление в России: генезис и тенденции развития : монография. М. ; Тула, 1997. С. 255.

9. Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1991. № 48. Ст. 1677.

10. Собрание актов Президента и Правительства Российской Федерации. 1993. № 44. Ст. 4188.

11. Там же. 1993. № 52. Ст. 5071.

12. Васильев В. И. Муниципальное право России : учебник. М., 2008. С. 131.

13. Основы Европейской хартии местного самоуправления : метод. пособие для вузов. М., 2000. С. 41.

14. Муниципальное право : учебник для вузов / под ред. А. М. Никитина. М., Закон и право, 2000. С. 189.

15. Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации // Рос. газ. 2000. 11 июля.

16. Постовой Н. В. Исполнительные органы и должностные лица местного самоуправления // Муниципальное право. 2003. № 7-8. С. 11-12.

17. Комментарий к Федеральному закону «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации». М., 1997. С. 85.

18. Васильев В. И. Местное самоуправление; закон четвертый // Журн. рос. права. 2004. № 1.

19. Сергеев А. А. Местное самоуправление в Российской Федерации: проблемы правового регулирования. М., 2006. С. 324.

ПРИМЕЧАНИЕ

1 А если точнее, то согласно законопроекту главы муниципального образования избираются только представительным органом местного самоуправления из своего состава с последующим утверждением высшим должностным лицом субъекта Российской Федерации, а в административных центрах субъектов Российской Федерации — с последующим утверждением Президентом Российской Федерации.

Local Self-government Reforming Stage Periodization in Postsoviet Russia

© Vyshtykaylova A., 2009

A variant of local self-government reforming stage periodization is concidered in the article. The evolution of government and local self-government relations is demonstrated with help of mayor's legal status transformation.

Key words: periodization; head of municipality; local self-government reform.