Новые песни старых клавиш

По-настоящему выдающиеся поп-артисты всегда выступают так, чтобы, если среди тысяч поклонников в зале найдется несколько человек, которые слышат эту музыку впервые, им тоже понравилось. Слушать каждый новый альбом Depeche Mode стоит именно с такой позиции — как будто ты никогда про эту группу ничего не знал. Ясно, что в России принять такую точку зрения сложно. Здесь Depeche Mode входят в тройку самых любимых народом групп наряду с The Beatles и Deep Purple. Но самое чистое впечатление от "Sounds Of Universe" можно составить, только отринув весь свой опыт общения с музыкой, который у отечественных меломанов в последние 20, а то и 25 лет соотносится в той или иной степени с группой Depeche Mode. В противном случае есть риск погрязнуть в бесконечных сравнениях с предшествовавшими "Sounds Of Universe" работами и в спорах о том, "те" ли Depeche Mode все еще или уже "не те".

Исходя из "Sounds Of Universe", Depeche Mode — это популярная музыка, которую делают полные страсти люди при помощи машин. Старые аналоговые синтезаторы напоминают о 1980-х, когда в Англии было принято развлекать по полной, не считая при этом публику быдлом. Шедшие плечом к плечу поп-группы Pet Shop Boys, Depeche Mode и связанные с "депешами" кровными узами Erasure при помощи точно таких же синтезаторов придумали поп-лексикон, который взял на вооружение весь мир. При этом каждая из этих трех групп осталась замкнутой системой, ни разу не вырядившись в чужие одежды. Альбом "Sounds Of Universe" — об этом. Записывая сольные альбомы, Дэйв Гэан и Мартин Гор могли адаптировать себя к нуждам индастриала или же эстрадной песни. Но в рамках Depeche Mode они лишь раз поддались мощному влиянию извне — в середине 1990-х, попав под обаяние американского альтернативного рока, — но даже тогда им удалось создать нечто целиком свое. "Sounds Of Universe" — гармонично сложенный альбом Depeche Mode, стопроцентно отрабатывающий все стандартные положения, от самого нехарактерного для остального альбома стартового сингла (несправедливо раскритикованная песня "Wrong") до электронного госпела "Come Back" и непременной баллады с голосом Мартина Гора ("Jezebel"). Это в США звезда рок-н-ролла может ради прикола записать альбом с Тимбалендом. В Англии на такие номера соглашаются только полные лузеры вроде Duran Duran.

Решив всерьез раскочегарить старые клавишные, Depeche Mode отодвинули в тыл гитары, которые всегда составляли противовес рвущему крышу голосу Дэйва Гэана. Оттого, например, в не самой выдающейся с мелодической точки зрения песне "In Sympathy" кажется, что господин Гэан надрывается впустую. Возможно, поэтому в беспроигрышном медленном номере "Little Soul" господин Гор в конце все же ставит гитарный восклицательный знак. Так или иначе, альбом "Sounds Of Universe" сообщает все, что нужно знать о Depeche Mode. И если представить себе молодого индивидуума, для которого это — первый альбом группы, поводов подсесть на всю жизнь здесь предостаточно. Причем неважно, строит ли субъект свои предпочтения на мелодических достоинствах музыки, на ее ритмической сути или на саунде.

Если же искать на альбоме, рассказывающем все о Depeche Mode, песню, которая одна рассказала бы все то же самое, то это, вероятно, "Perfect": средней длины ритмический шаг, гитарный объем, футуристические синтезаторы, потрясающие стихи, щемящий лиризм, гиперсексуальность и ощущение законченной истории.

Mike Patton "Crank: High Voltage Soundtrack"

Почитаемый многими за гения неутомимый вокалист и продюсер Майк Паттон в этом году успел привести поклонников в восторг новостью о воссоединении группы Faith No More — принципиально важного состава альтернативного рока. Группа отправится в турне летом. А пока господин Паттон сделал еще один шаг в сторону мейнстрима — написал музыку к большому голливудскому фильму. Певец трудится не покладая рук: в год обычно выходит две-три пластинки с этим голосом, как задействованным в его собственных проектах, так и украшающим записи друзей. Но за 12 лет, отделяющие распад Faith No More от воссоединения группы, Майк Паттон никогда не был так массированно предъявлен массам, как после выхода второго "Адреналина". На пластинке 32 коротких пьесы: инструментальные номера с оглядкой на классический нуар, гитарная жесть с замогильным воем для самых адреналиновых сцен, этника, крунерские штрихи словно из старого радиоприемника, горловое пение и битбокс, он же — "игра на губах". Динамика экспериментов господина Паттона, как всегда, граничит с истерикой и бредом. С атмосферой фильма — совпадение полное.

Narkotiki "Планета Любовь"

В первых же строках первой же песни своего дебютного альбома московские люди под названием Narkotiki признаются, что "это дискотека в стиле 1990-х" и заявляют: "у меня есть Sega Mega, и моя судьба — тусить". Когда Narkotiki заводят разговор о 1990-х, то речь идет не о гранже и не о классическом техно, а о постманчестерских группах "кислотного рока" вроде The Shamen, Pop Will Eat Itself, Jesus Jones или EMF. Агрессивный танцевальный вал группа нагружает остроумными и лишающими всякого сопротивления речевками про жизнь юношества, для которого название группы — не отвлеченное понятие. В устах рэперов эти криминальные истории, наверное, звучали бы более веско и художественно, а Narkotiki в первую очередь заботятся о том, чтобы было весело, и добиваются стопроцентного успеха. Местами эти стихи близки самым легкомысленным эпизодам творчества "Кирпичей", что-то можно было бы найти у Дельфина. Но в песнях группы Narkotiki полно приятно щекочущей необязательности, и при этом случайные каламбуры и рифмы так часто бьют точно в цель, что в светлом будущем этой затеи сомневаться не приходится.

http://www.myspace.com/narkotiki

Patrick Watson "Wooden Arms"

Скрывать родство своей музыки с Radiohead и Sigur Ros канадский автор-исполнитель Патрик Уотсон не пытается, но его новый диск, идущий следом за принятым на ура критикой и блогерами "Close To Paradise" (2006), от откровенных эпигонов отличает важное конструктивное достоинство: используя выточенные англичанами и исландцами детали, он почти не повторяет их композиторских приемов. Мелодика у него — скорее от североамериканского нео- и антифолка, он, безусловно, одного поля ягода с Энтони и Суфьяном Стивенсом и слушает тех же пианистов, что и Регина Спектор. Место, которое у Bon Iver занимает надрыв и построковые ритмические периоды, Патрик Уотсон отдает пасторальным оркестровкам и пастушьим колокольчикам. Выделка у этих песен настолько благородная, что хочется каждый звук попробовать на ощупь. Произведение под названием "Beijing" аранжировано с такой любовью и тщательностью, что дух перехватывает. А в титульном номере "Wooden Arms" к трезвому осознанию масштаба господина Уотсона добавляется детская радость — песня аранжирована с прозрачным намеком на "Dance Me To The End Of Love" Леонарда Коэна.

http://www.myspace.com/patrickwatson

Brainstorm "Шаг"

Первый альбом латышей Brainstorm, записанный специально для России, оказался и самым экспериментальным в истории группы. Иначе говоря, "стать ближе русскому слушателю" для Рейнарса Кауперса и компании вовсе не обязательно значит "понравиться программным директорам радиостанций". Непросто признать в песне "Только бы ты на меня посмотрела" людей, услаждавших когда-то наш слух хитом "Maybe". Эффектный клип на этот изломанный, с неочевидной логикой синти-поп срежиссировал барабанщик группы. Фирменный мелодизм Brainstorm никуда не делся, но аранжировочные решения настолько разнообразные и изобретательные, что пластинка в целом выглядит шагом прочь как от традиции европейского поп-рока, так и от российских радиоформатов. Brainstorm прыгнули выше головы: не побоялись усилить градус социальности в текстах (лучший — "Про гуру"), взяли в союзники латышского хип-хопера Густаво, его братьев по оружию из "Касты", а также госпел-хор и турецкие струнные и упаковали результат в обложку с иллюстрациями художника Отто Зитманиса. Получился лучший альбом группы и важнейшая для сегодняшнего постсоветского пространства запись.

http://www.myspace.com/brainstormsite