На Украину взглянули с другой стороны

Угрозы немедленного нападения России на Украину нет. По крайней мере, так считают в Евросоюзе. Как сообщил глава европейской дипломатии Жозеп Боррель, повода для эвакуации дипломатов из Киева нет. Премьер-министр Великобритании Борис Джонсон тоже поделился оптимистичной оценкой, заявив, что открытого военного столкновения можно избежать. Иначе ситуация вокруг Украины воспринимается в США. Там обсуждают поставки вооружений и новые санкции против Москвы. “Ъ FM” поговорил с американскими специалистами и выяснил, каким они видят разрешение конфликта. Подробности — у Ивана Якунина.

«Россия сейчас не имеет намерений идти на деэскалацию»,— эта цитата пресс-секретаря Пентагона Джона Кирби наиболее точно описывает то, как Запад воспринимает угрозу российского вторжения на территорию Украины. Собеседники “Ъ FM” не пришли к единому мнению, чего ждать от российских войск. Бывший советник Республиканской партии в Сенате Джеймс Джатрас лишь зафиксировал, что сейчас ситуация напряжена до предела:

«Я бы оценил уровень опасности в восемь-девять баллов из 10. Мы не знаем, что в голове у каждой из сторон. Но очевидно, что тут хватает поводов для импульсивных решений. Сейчас мы видим череду взаимных обвинений, и на таком фоне легко представить, что что-то может произойти. К тому же опыт показывает, что, если Россия решит вторгнуться на Украину, она сделает это, невзирая на угрозу санкций».

Такую точку зрения разделяют не все. Именно поэтому Вашингтон подготовил к переброске в Восточную Европу 8,5 тыс. солдат и официально разрешил Литве, Латвии и Эстонии поставить на Украину новое вооружение. Согласование потребовалось потому, что Stinger и Javelin, о которых идет речь, произвели в США. Бригадный генерал в отставке Питер Звак рассказал, для чего нужны эти системы:

«Это летальное оборонительное, я подчеркиваю, оборонительное вооружение. Это означает, что если границу вдруг не прорвут российские танки и броневики, то Javelin использоваться не будет.

Stinger — тактическая противовоздушная установка малой дальности. Она создана, чтобы защищать пехоту от низколетящих бомбардировщиков.

Их передают Украине, потому что существует риск нападения на их территорию. И если это случится, что будет крайне плохой идеей, Stinger заставят пилотов вести себя внимательнее, потому что никто не хочет, чтобы их самолет сбили. И, кстати, это оружие недавно модернизировали».

Кроме того, сохраняется угроза многочисленных санкций. Здесь, кстати, у Вашингтона нет консенсуса. Госсекретарь Энтони Блинкен говорит, что санкции должны оставаться на бумаге, поскольку при их введении сразу теряется предупреждающий эффект. Республиканцы отвечают, что действовать нужно сейчас, потому что партнерам не помогут никакие ограничения, если российские танки уже будут в Киеве. Американский дипломат Джон Хербст, который работал на Украине несколько лет, нашел компромиссное решение:

«Я думаю, было бы разумно ввести одно серьезное ограничение прямо сейчас в качестве предупреждения и сигнала России: если она все-таки отправит войска на Украину, последуют и другие санкции, которые причинят больше урона. Например, можно добавить в черный список один крупный российский банк или ограничить экспорт технологий в Россию. Буквально пары позиций будет достаточно, чтобы президент все понял. Думаю, если американская дипломатия будет действовать активнее в сочетании с союзниками по НАТО, шансы на то, что Кремль введет войска, значительно снизятся».

Тем временем Россия продолжает отрицать любые планы военных операций на чужой территории. При этом весь этот конфликт начался после того, как Москва потребовала у Вашингтона письменные гарантии нерасширения НАТО на восток. А в противном случае обещала военно-технический ответ. Директор департамента международных отношений Института Брукингса Майкл О’Хэнлон, впрочем, патовой эту ситуацию не считает:

«Мне кажется, совокупность сдерживающих факторов, минимальное доверие Западу со стороны Путина и дипломатическая работа могут разрешить этот кризис. Я, например, не думаю, что Украина и Грузия должны быть в НАТО. Но при этом, если мы хотим создать альтернативную архитектуру мировой безопасности, их надо учесть при планировании. А для этого нужно, чтобы Россия покинула Донбасс. В общем, нам есть что обсудить. И это вряд ли получится, когда все тычут друг в друга оружием. Если тихо поговорить за закрытыми дверями, тогда у нас появится шанс. Хотя, конечно, в каком-то смысле решение за президентом».

Владимир Путин тем временем 24 января звонил на Кубу — обсуждал с президентом Мигелем Диас-Канелем Бермудесом вопросы стратегического партнерства. На прошлой неделе такой же разговор у него состоялся с давним союзником из Венесуэлы Николасом Мадуро.