Российский газ остался дорог Литве

Литва не смогла в суде добиться от "Газпрома" выплаты €1,4 млрд, которые она, по ее мнению, переплатила за поставки газа в течение восьми лет. Стокгольмский арбитраж решил, что ни одна из сторон не может доказать своих требований, а рассчитать возможный ущерб Вильнюса невозможно из-за слишком размытых формулировок в договорах между компаниями. Решение суда может быть на руку "Газпрому" при рассмотрении похожего иска со стороны украинского "Нафтогаза".

Стокгольмский арбитраж отказал Литве, требовавшей взыскать с "Газпрома" €1,4 млрд переплаты за поставленный в 2004-2012 годах газ. "Арбитраж не видит никаких нарушений в действиях российского концерна",— сказал министр энергетики страны Рокас Масюлис. Решение арбитража не подлежит пересмотру. По словам министра, страна разочарована решением, а в выводах арбитража говорится, что ни одна из сторон не доказала своих требований, не представила достаточно обоснованных аргументов и не смогла защитить свои позиции.

"Газпром" в 2004 году купил 37% литовской Lietuvos dujos (занималась импортом, транзитом, продажей и распределением газа) и обещал поставлять газ в страну по "справедливой цене", но затем, по оценке Вильнюса, в нарушение договора повысил цену. В октябре 2012 года Литва подала иск в Стокгольмский арбитраж, потребовав возврата переплаченных средств.

"Арбитраж утверждает, что "Газпром", поставляя газ Литве и управляя акциями Lietuvos dujos, находился в конфликте интересов,— сообщило Минэнерго Литвы.— Только из-за абстрактных условий договора купли-продажи акций Lietuvos dujos сложно доказать нарушения конкретного договора. Суд обратил внимание, что термин "справедливая цена" является слишком абстрактным, чтобы можно было оценить возможный ущерб". Кроме того, арбитры решили, что требование Вильнюса поставлять газ "по самой низкой цене" не имеет смысла. В "Газпроме" напоминают, что компания успешно завершила разбирательства в отношении Литвы по другим спорам в Стокгольмском арбитраже, литовских судах и суде ЕС.

Спор в арбитраже с правительством Литвы стал первым из череды жестких конфликтов "Газпрома" с покупателями из стран бывшего СССР, которых компания переводила на контракты, практически аналогичные контрактам с западноевропейскими покупателями. Когда в 2010-2011 годах все клиенты "Газпрома" стали настаивать на пересмотре контрактов из-за резко выросших цен на нефть, Прибалтика и Украина оказались в сложном положении — из-за устройства своих газотранспортных систем не имели других поставщиков газа и не могли добиться от "Газпрома" тех уступок, на которые он в конечном итоге шел в Западной Европе. Поэтому в 2014 году Литва запустила терминал по приему сжиженного газа, а Украина начала реверсные поставки из ЕС. При этом обе страны настаивают, что цены по контрактам с "Газпромом" были завышены, поскольку в Западной Европе газ был дешевле, хотя получать этот газ ни Литва, ни Украина не имели возможности.

Старший юрист юридической фирмы Norton Rose Fulbright Андрей Панов поясняет, что оспорить решение арбитража SCC Литва может в шведском апелляционном суде по месту вынесения решения: "Здесь очень узкий перечень оснований для отмены, например, процессуальные нарушения, но я сильно сомневаюсь, что арбитраж такие нарушения допустил". Юрист отмечает, что вердикт может улучшить позиции "Газпрома" в разбирательстве с "Нафтогазом Украины" в том же Стокгольмском арбитраже. Компании судятся с июня 2014 года, Украина хочет добиться возврата переплаты за газ с 2010 года (около $30 млрд), тогда как "Газпром" требует полной оплаты выбранных в 2014 году объемов и выполнения условия take-or-pay ($31,75 млрд). По данным "Ъ", основные условия контрактов с Литвой и Украиной (кроме конкретных параметров формулы цены) практически идентичны, они заключены по шведскому праву. "Если условия договоров "Газпрома" с Литвой и Украиной в части справедливой цены были одинаковыми, то решение Стокгольмского арбитража усиливает позицию "Газпрома" и дает ему шансы отбиться от похожих претензий",— считает господин Панов. Но, говорит он, арбитры даже в одном и том же арбитражном институте не обязаны руководствоваться решением по похожему делу, так что нельзя стопроцентно прогнозировать исход украинского спора.