И сбоку вентиль

На этой неделе начнется строительство газопровода South Stream в Европу. К моменту пуска эта труба, на которую "Газпром" потратит свыше €27 млрд, может оказаться ненужной рынку — гарантий спроса на новый российский газ в ЕС нет. Однако Россия готова заплатить эту цену ради укрепления контроля над Украиной.

Церемония начала строительства South Stream состоится 7 декабря под Анапой. На нее лично должен прибыть президент Владимир Путин. Участие главы государства объясняется тем, что речь идет не о рядовой стройке. South Stream для Кремля — один из главных энергополитических проектов десятилетия.

О необходимости строительства South Stream впервые заговорили в 2005 году. Как и в случае с недавно пущенным Nord Stream ("Власть" рассказывала об этом событии 8 октября в материале "В Европу прорубить трубу"), этот проект стал ответом на многочисленные газовые войны с Украиной, которая имеет монополию на транзит российского газа в Европу: из 150 млрд кубометров годового экспорта через нее проходит 100 млрд.

В начале 2000-х Москва и Киев активно обсуждали идею создания консорциума, который управлял бы газотранспортной системой (ГТС) Украины. Предполагалось, что ею будут владеть "Газпром" (поставщик ресурсов), НАК "Нафтогаз Украины" (обеспечивает транзит) и несколько крупных европейских компаний, представляющих потребителей. Главным пунктом соглашения должна была стать передача ГТС в собственность консорциуму. Однако затем грянула "оранжевая революция", Леонид Кучма и его преемник Виктор Янукович потерпели поражение. О передаче ГТС в собственность структуре с участием "Газпрома" новые власти в Киеве во главе с президентом Виктором Ющенко слышать уже не захотели, а вскоре начались и газовые войны. Именно эти события, вспоминает собеседник "Власти" в Кремле, дали толчок для принятия стратегического решения — Москва решила строить трубы в обход нынешних транзитных стран.

Первоначально в качестве альтернативы ГТС обсуждалась возможность строительства второй ветки Blue Stream в Турцию, но, учитывая не очень успешный опыт первой ветки (она оказалась недозагруженной) и опасения ЕС по поводу возможного превращения Турции в страну--монополиста на транзит газа в Европу с территории бывшего СССР, от идеи отказались в пользу South Stream. В 2007 году меморандум о строительстве новой трубы подписали "Газпром" и итальянская Eni. С тех пор проект перестал быть российско-итальянским, сейчас акционерами компании-оператора South Stream Transport AG (зарегистрирована в Нидерландах) являются "Газпром" (50%), Eni (20%), французская EDF и немецкая Wintershall (владеют по 15%).

South Stream должен стать самым дорогим и крупным из всех построенных и запланированных трубопроводных проектов в истории путинской России. Труба протянется из Джубги по дну Черного моря. Основная нитка газопровода пойдет на север Италии в Травизио через Болгарию, Сербию, Венгрию и Словению (предусмотрен отвод на Хорватию). Протяженность ее составит 2355 км, из которых 900 км — морской участок, 1455 км — сухопутный. Еще две нитки пойдут из Болгарии через Сербию и Венгрию в австрийский Баумгартен — крупнейший газовый хаб в центре ЕС. Последняя ветка с территории Болгарии уйдет на юг, через Грецию по дну Адриатического моря в итальянский Отранто. Наконец, предусмотрена еще одна труба, которая будет идти по дну Черного моря и выходить на территории Румынии, а затем уже в Сербии пристыковываться к остальным ниткам газопровода.

Мощность South Stream составит 63 млрд кубометров в год, хотя до 2009 года планировалась вдвое меньше. Ввод первой нитки мощностью 15,5 млрд кубометров газа запланирован на конец 2015 года, начало поставок — на первый квартал 2016 года. Вывести газопровод на полную мощность планируется в 2018 году.

Сколько будет стоить это хозяйство, доподлинно никому не известно. В октябре в "Газпроме" оценивали проект в €15,5 млрд. Но после ряда "уточнений" цифра выросла до €16-17 млрд. В монополии вполне официально признают, что окончательная стоимость может быть еще больше. Валерий Нестеров из Sberbank Investment Research указывает, что еще примерно €10 млрд "Газпрому" придется потратить на расширение единой системы газоснабжения России на подходах к Анапе, чтобы обеспечить возможность прокачки требуемого объема газа. Таким образом, весь проект будет стоить почти €27 млрд.

Битва с партнерами

Затраты на собственно строительство — лишь часть расходов, которые понесет "Газпром" для того, чтобы South Stream стал реальностью. Для прокладки сухопутной части проекта Россия подписала межправительственные соглашения с Болгарией, Сербией, Венгрией, Грецией, Словенией, Хорватией и Австрией. По морской части пришлось договариваться с Турцией. И почти каждое соглашение стоило "Газпрому" болезненных уступок, вздыхает собеседник в правительстве.

Одним из самых сложных партнеров была Турция, говорит источник "Власти", близкий к переговорам. Склонить страну к проекту не удавалось несколько лет. В 2009 году к переговорам подключился тогдашний вице-премьер по энергетике Игорь Сечин, который взамен на согласие властей Турции предлагал самые разные варианты. Например, Москва согласилась на строительство нефтепровода Самсун--Джейхан, который бы позволил Турции зарабатывать на транзите, притом что Самсун--Джейхан был прямым конкурентом лоббируемого Москвой проекта нефтепровода Бургас--Александруполис. Тем не менее с выдачей разрешения на прокладку трубы в своей эксклюзивной экономической зоне на Черном море Анкара тянула до ноября 2011 года. "Сразу было понятно, что турки, обещавшие быстро дать разрешение, обманут. Для них история с South Stream и коммерческая, и политическая,— рассказывает собеседник "Власти" в Кремле.— С одной стороны, они хотели скидок. С другой, использовали переговоры с нами для давления на Европу по своим вопросам — от вступления в ЕС до прокладки альтернативного трубопровода Nabucco". Москва испробовала различную тактику уговоров вплоть до угроз вообще отказаться от прокладки трубы и взамен строить на черноморском побережье РФ заводы по сжижению газа. В конце концов Турция все же согласилась, правда, в обмен на уступки в поставках газа по Blue Stream. "Уступки эти очень сложные, касаются в том числе объемов и цен, и просчитать их тяжело",— говорит собеседник "Власти". Помимо скидок на газ турецкая госкомпания Botas получила снижение минимального обязательного уровня отбора газа без штрафных санкций (take or pay).

Из стран, где труба будет проходить по земле, больше всех проблем было с Болгарией, вспоминает собеседник "Власти". Лишь 15 ноября 2012 года главе "Газпрома" Алексею Миллеру удалось договориться с властями страны. Причем концерну тоже пришлось помочь болгарской экономике, снизив цены на свой товар. Взамен на согласие участвовать в проекте South Stream Болгария получила скидку 20% на газ с 1 января 2013 года, хотя монополия рассчитывала скинуть лишь 11%. Также София получила возможность закупать газ напрямую (до этого поставки шли через СП). Как заявлял Миллер, цена газа для Болгарии будет одной из самых низких, притом что страна закупает ежегодно около 3 млрд кубометров. "Газпром" возьмет на себя и социальные обязательства перед страной, например будет спонсировать футбольный клуб "Левски", который пополнит футбольную империю монополии наряду с российским "Зенитом", германской "Шальке" и сербской "Црвеной Звездой".

"Оценить реальный масштаб всех льгот, обещанных странам за участие в проекте, сейчас невозможно, поэтому, какова окончательная цена South Stream, вопрос открытый",— подводит неутешительный итог топ-менеджер "Газпрома".

Битва с Европой

Помимо тяжелых переговоров с будущими партнерами все эти годы "Газпрому" противостоял еще один мощный игрок — собственно ЕС, а вернее, его управляющий орган Еврокомиссия. Брюссель давно называл чрезмерную зависимость Европы от российского газа угрожающей (хотя в газовом балансе ЕС "Газпром" не доминирует, см. график на стр. 43), а потому неформально старался препятствовать проекту South Stream, и прежде всего с помощью поддержки проектов-конкурентов. Главным из них был Nabucco.

Идею строительства трубы, которая бы доставляла газ в сердце Европы из Каспийского региона в обход России, главы пяти энергетических компаний (австрийская OMV, венгерская MOL, болгарская Bulgargaz, румынская Transgaz, турецкая Botas и немецкая RWE) родили в 2002 году. Протокол о намерениях они подписали в октябре в Вене, а название проекта дала опера Джузеппе Верди, которую энергетики слушали в тот вечер в Венской опере. Первоначально труба протяженностью почти 3 тыс. км и мощностью до 32 млрд кубометров газа в год должна была идти из Ирана в тот же Баумгартен, куда придет South Stream. Карта с иранским маршрутом газопровода долгое время украшала и сайт проекта. Однако из-за сложных отношений с Ираном по поводу его ядерной программы (подробнее о ней см. материал "Подружиться с Тегераном") от этого источника было решено отказаться. В качестве альтернативы европейцы рассматривали поставки из Азербайджана с шельфового месторождения Шах-Дениз, из северного Ирака, из Египта (через территорию Израиля) и даже из Туркмении (с помощью Транскаспийского трубопровода, который предлагалось протянуть из Туркмении в Азербайджан по дну Каспия).

Брюссель поддерживал проект словом и делом. Глава Еврокомиссии Жозэ Мануэл Баррозу не раз говорил, что только Nabucco сможет обеспечить энергобезопасность ЕС, поскольку позволит Европе выйти на альтернативных поставщиков газа. Еврокомиссия быстро предоставила существующей на бумаге трубе статус приоритетного проекта ЕС, что позволяло участникам консорциума получить деньги из бюджета Евросоюза, привлечь льготное финансирование, а также получить поблажки в вопросах регулирования. Когда в 2009 году в Турции при участии Баррозу было подписано межправительственное соглашение по Nabucco, казалось, что труба будет построена быстрее South Stream.

Этого не случилось. Отчасти виной тому — удорожание проекта, его стоимость выросла с прогнозных €8 до €20 млрд. Но главная причина — за прошедшее с тех пор время Nabucco так и не получил своей ресурсной базы. Поставки из северного Ирака оказались слишком рискованными, а Анкара не захотела поддерживать иракских курдов, покупая их газ. Вариант с Египтом тоже отпал из-за "арабской весны", войны в Сирии и обострения противоречий между Каиром и Тель-Авивом. Транскаспийский газопровод построен не был из-за жесткой позиции России по поводу раздела Каспия. А последняя надежда Nabucco, Азербайджан, теперь отдает предпочтение другим проектам.

Сейчас в Европе активно обсуждается трансадриатический газопровод ТАР, строительство которого должно начаться в конце года и завершиться в 2015 году. Предполагается, что труба пройдет через Азербайджан, Грузию, Турцию, Грецию и Албанию до Италии. Мощность TAP составит 10-20 млрд кубометров, в проекте участвуют швейцарская EGL, норвежская Statoil и германская E.ON. Еще один вариант — совместный проект Азербайджана и Турции Trans Anadolu Pipeline (TANAP). Он во многом напоминает Nabucco, но дешевле и компактнее (мощность — 16 млрд кубометров в год). Главное преимущество этого проекта в том, что у него есть готовая ресурсная база — Шах-Дениз, а также крупный участник: совладельцем проекта может стать британская BP, которая является оператором Шах-Дениза.

Впрочем, российские чиновники убеждены, что South Stream конкуренты не страшны. "Все другие проекты — они бумажные, как долгое время был South Stream. Но теперь наша труба стала реальностью, а другие — нет. От нее никуда не деться",— говорит источник "Власти" в российском правительстве.

Битва за Украину

В том, что South Stream действительно построят (хотя бы первую нитку), уже не сомневаются самые давние скептики. Зато его экономическая целесообразность вызывает не меньшие, а, пожалуй, даже большие вопросы, чем пять лет назад. Руководство "Газпрома" на протяжении предыдущих лет твердило, что South Stream строится для транспортировки новых объемов газа на европейский рынок. Но вопрос о том, будет ли Европа к моменту пуска South Stream нуждаться в больших объемах газа из РФ, остается открытым.

"Прогнозировать сейчас темпы роста спроса на газ очень сложно,— говорит аналитик Sberbank Investment Research Валерий Нестеров.— "Газпром", скорее всего, ориентируется на рост спроса со стороны промышленных потребителей, например электростанций, которые должны перейти с угля и мазута на газ". Кроме того, есть намерения Германии отказаться от атомной энергетики, а также заявленные ЕС цели сократить выбросы углекислого газа в атмосферу. Это означает, что ЕС будет наращивать потребление газа — самого экологичного из углеводородов. Но не факт, что спрос будет удовлетворяться именно за счет продукции "Газпрома".

По подсчетам Нестерова, в 2011 году спрос на экспортный газ в Европе составлял около 500 млрд кубометров. При самом радужном сценарии потребности в газе в десятилетней перспективе вырастут максимум на 10-15% в год, то есть до 550-575 млрд кубометров газа. Сейчас "Газпром" поставляет в Европу около 150 млрд кубометров. После завершения South Stream и Nord Stream (с учетом двух построенных и двух планируемых ниток) мощности по транспортировке газа в ЕС могут превысить 350 млрд кубометров в год. Сейчас доля "Газпрома" на рынке постепенно падает из-за последствий "сланцевой революции", роста поставок СПГ и общей установки ЕС снижать энергетическую зависимость от РФ. Скорее всего, монополии придется и дальше идти на ценовые уступки, что может сделать новые трубопроводные проекты нерентабельными, отмечает Нестеров.

Объяснение столь странного поведения госкомпании может быть только одно — "Газпром" создает резервные мощности для того, чтобы иметь возможность свести к нулю транзит газа через Украину. В последнее время газпромовские менеджеры высказывают эту идею, уже особо не стесняясь. А 22 ноября на встрече с президентом Белоруссии Александром Лукашенко Алексей Миллер заявил, что монополия вложит около $2 млрд в модернизацию белорусской газотранспортной системы, за счет чего поставки российского газа в ЕС по этому направлению вырастут на 30% — до 60 млрд кубометров. Учитывая, что в прошлом году "Газпром" установил полный контроль над "Белтрансгазом", в случае строительства Nord Stream и South Stream монополия сможет перекинуть прокачиваемые сейчас через Украину 100 млрд кубометров на другие направления и вообще прекратить транзит через ГТС страны, лишив Киев ежегодного дохода в $3 млрд. Это может подорвать неустойчивую украинскую экономику, а значит, сделать Киев сговорчивым по целому ряду вопросов — от вступления в Таможенный союз до передачи "Газпрому" контроля над вожделенной ГТС. Похоже, именно ради достижения этих целей "Газпром" готов вкладывать миллиарды в трубу, которая может никогда не окупиться.