О поступательном характере исторического движения экономической мысли

Экономичeский вестник Ростовского государственного университета ❖ 2006 Том 4 № 3

О ПОСТУПАТЕЛЬНОМ ХАРАКТЕРЕ ИСТОРИЧЕСКОГО ДВИЖЕНИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ МЫСЛИ

В.А. КАРДАШ

доктор экономических наук, профессор Кисловодский институт экономики и права

По-видимому, считается, что поскольку экономическая теория по уровню обобщения и научной абстракции не уступает философии, то она сама себя может обслуживать как философия. Иначе не объяснить того факта, что, в отличие, скажем, от математиков и физиков, экономисты мало усилий прилагали и прилагают к общенаучному, философскому осмыслению области своей научной деятельности. Между тем «взгляд» с общей позиции, безусловно, необходим для закрепления целостности и самобытности любой ветви познаний природы, человека и общества, для выделения специфики предмета, метода и целей научного поиска. Попытки сделать это «мимоходом», которые по необходимости предпринимаются в учебной литературе, да и содержание солидных трудов по экономической теории демонстрируют исключительные нечеткости и разночтения в определении исходных позиций и начал экономической науки. Даже по объекту и предмету исследований не определены четкие границы экономической теории с прикладными экономическими дисциплинами, с социологией, с экономической и социальной политикой, с экономической историей. Нет сколько-нибудь согласованного упорядочения наработок в истории экономической мысли. В лучшем случае экономические теории и концепции классифицируются по принципу выделения мало связанных друг с другом школ и влияния общественно-исторических условий на эволюцию экономических учений. На такой основе невозможно дать сравнительную оценку той или иной экономической теории (если не считать прецедента силового навязывания пресловутого «эталона» марксистской экономической теории). Отсутствуют ориентиры, позволяющие с единой методологической позиции определить место и вклад в приращение экономических знаний отдельных, порой весьма глубоких и оригинальных, экономических идей и целых направлений. В этой ситуации простая накопленная сумма экономических концепций, идей и методологических подходов определяется как богатство экономических знаний [18].

В наших исследованиях мы исходим из своей общей позиции и своего видения начальных основ и тенденций развития экономической науки [7, 10].

С нашей точки зрения, достаточно специфическим, обособленным представляется объект экономических исследований. Это ложный материально-духовный мир, структурно-функциональное единство которого обеспечивается исторически обусловленной системой организационно-правовых институтов, выражающих систему взаимодействующих интересов относительно производства, распределения, обмена и потребления материальных благ.

Предметом исследований экономической теории являются законы формирования структуры и законы динамики экономических систем, а также сущностные факторы, определяющие структуру и процессы их функционирования и развития. По своей роли в экономических процессах все множество сущностных факторов подразделяется на 3 группы: материально-вещественные, организационно-регулирующие и поведенческие. В экономических процессах производства, распределения, обмена и потребления все эти сущностные факторы взаимодействуют, формируя структуру и механизмы движения экономических систем. Так, в процессах производства материально-вещественные факторы в форме природных ресурсов и средств производства определенным образом организуются и регулируются в соответствии с требованиями технологии процессов. На выходные результаты этих процессов существенно влияет дефицитность материально-вещественных факторов. В конечном же счете эти результаты полностью зависят от поведения непосредственных исполнителей и определяются интересами, мотивами их действий и взаимодействий, которые, в свою очередь, могут управляться внешними механизмами стимулирования или подавления.

Факторы, воздействующие на экономические процессы, мы назвали сущностными факторами (СФ), подчеркнув этим их глубинное, сущностное содержание. Если их воздействия рассматривать «извне» процессов, то они выступают как внешние факторы, определяющие структуру и динамику процессов. Если же их воздействия рассматривать «изнутри» процессов,

© Кардаш В.А., 2006

то они представляются как сущности, определяющие внутренний механизм самоорганизации и саморазвития.

В экономических процессах производства, распределения, обмена и потребления материальных благ материально-вещественные СФ извне определяются как производительные силы и потребительские материальные блага. Внутренняя же их сущность заключается в том, что они в качестве материально-вещественной формы собственности экономических субъектов участвуют в постоянном движении, эволюции экономических отношений.

Организационно-регулирующие СФ извне видятся как воздействия различных внешних по отношению к экономическим процессам сил. Изнутри процессов они выступают как элементы механизма самоорганизации и саморегулирования.

Поведенческие СФ внешне выступают как массовые проявления воздействий субъектов на процессы производства, распределения, обмена и потребления благ. Изнутри они представляются как движущие силы конфликтно-компромиссного взаимодействия интересов в экономических процессах.

Адекватным сложности объекта и предмета исследований в экономике мы признаем общий метод — метод системной диалектики.

Системная методология делает акценты на внутренней структуризации предметов и явлений, на их целостности и целенаправленности движения, определяя тем самым их место и роль в среде и относительно других предметов и явлений. Диалектическая методология настроена на раскрытие внутренних причин движения предметов и явлений материальных, духовных и общественных миров. Системно-диалектическая методология, синтезируя представления предметов и явлений с позиций системности и диалектики, позволяет изучать их движения в условиях сохранения сущностных системных свойств и выполнения целевых системных функций (это наглядно демонстрируют имитационные схемы системной динамики Форрестера [15]).

Системная диалектика раскрывает источники внутренней «энергии», которая приводит в движение системы различной природы, не нарушая, а закрепляя их целостность и функциональную целенаправленность. Поэтому только системной диалектике под силу задачи глубокого исследования законов формирования структуры и динамики предметов и явлений сложных миров.

В этой связи следует отметить гениальное прозрение К. Маркса, который в условиях, когда еще не сложилась теория систем в современном ее виде, применил в своих экономических исследованиях не просто диалектический, а именно системно-диалектический метод [11].

Целью теоретико-экономических исследований является раскрытие сущности экономических процессов и познание экономических законов, управляющих процессами. Поскольку эти процессы связаны с системой взаимодействующих интересов относительно материальных благ, то ключевой проблемой экономической науки является поиск способов количественного выражения, измерения и соизмерения ценности благ с позиций интересов к ним экономических субъектов. Тогда статика и динамика состояний экономических систем описываются стоимостным выражением совокупностей материальных благ, распределенных в соответствии с реализацией интересов субъектов экономики. На этой количественной основе можно строить методы анализа и объяснения, прогнозирования и управления экономическими процессами.

Как следует из структурно-логической схемы, наша классификация экономических теорий исходит из принципа определяющей общенаучной основы, на которой базируются исследования данного этапа истории науки. Эта классификация не соответствует традиционным их подразделениям на школы и общественно-исторические этапы. Она позволяет обнаружить закономерную направленность эволюции экономической мысли от акцентирования материально-вещественной составляющей экономических процессов к приоритету «одушевленной» организационно-управленческой их сущности, а затем и к главенству «очеловеченной» поведенческой их сущности. С позиции философии можно констатировать, что с очевидностью проявилась тенденция развития экономической мысли от механистического к системно-диалектическому пониманию сущности экономических процессов. В связи с этим отметим, что, несмотря на современные тенденции сплошной автоматизации и информатизации экономических процессов в результате научно-технического прогресса, их главной сущностью остается экономическая деятельность людей с их взаимодействующими интересами, подчиненная закону экономических компромиссов. Исторически эволюционирует не сама природа человеческих материальных интересов, а их внешние проявления, формы и механизмы обобщения интересов и соответственно — системы экономических институтов, которые выражают эти обобщенные интересы.

Хотя уже в XIX веке вполне отчетливо заявила о себе школа маржинализма (О. Курно, У. Джевонс, К. Менгер, Л. Вальрас), большинство экономических теорий вплоть до второй половины XX века продолжало опираться на общенаучные принципы формирования усредненных характеристик массовых явлений в согласии с линейной парадигмой кинетики и статистической физики. Отсюда развивались различные подходы к определению средних стоимостных оценок благ, в том числе — марксистская трудовая теория стоимости. Усредненный экономический анализ с применением стоимостных показателей, отражающих средние условия протекания экономических процессов, не позволял выработать действенные механизмы организации и уп-

Экономичeский вестник Ростовского государственного университета ❖ 2006 Том 4 № 3

Экономичeский вестник Ростовского государственного университета ❖ 2006 Том 4 № 3

Характерные особенности экономических концепций и их преемственность

Общеметодологическая база экономических исследований

Общенаучные представления об объектах и методическом арсенале исследований

Структурно-логическая схема. Общенаучные основы направленного движения экономической мысли

равления этими процессами. Социально-экономические интересы в обществе представлялись в сильно агрегированном виде, например как сословные или классовые интересы, согласование которых можно описывать с помощью натурально-стоимостных балансов распределенных благ.

Предельный экономический анализ утверждается в экономической науке как ведущее направление только со второй половины ХХ столетия благодаря открытию линейного программирования и титаническим усилиям лидера экономико-математической школы Л.В. Канторовича [4, 3]. В основе предельного экономического анализа лежит общенаучный подход, используемый в математике, физике, технике и других науках для отыскания экстремальных состояний процессов при ограничениях. Будучи примененным в экономике, он позволяет получать системы дифференциальных предельных оценок экономических факторов и благ, ориентирующих носителей экономических интересов на выбор наилучших организационно-управленческих решений согласно заранее фиксированным критериям в условиях ограниченных ресурсов [4]. Организационно-регулирующая парадигма в экономике закрепилась на общенаучной базе кибернетических идей.

В разрабатываемых на этой основе концепциях оптимального функционирования экономики [17; 16; 14] предполагается, что априори задаваемые целевые критерии как раз и выражают согласованные обобщенные интересы экономических субъектов, которые остается только максимально удовлетворить путем выбора оптимальных управляющих решений.

Но уже в недрах концепций с акцентом на материально-вещественной сущности экономических процессов зрело понимание фундаментальной роли поведенческих факторов. К. Маркс, исследуя законы исторической эволюции общественно-экономических формаций, ведущую роль отводил производительным силам, в соответствии с которыми формировались и определяли движение экономической системы производственные отношения [11]. Однако обобщенные, сильно агрегированные усреднением, экономические интересы рассматривались им только как антагонистические классовые интересы.

Развивая теорию оптимального функционирования экономики, Л.В. Канторович и его ученики убедительно доказали непродуктивность концепции усредненного экономического

анализа. Но они уже ясно понимали и ограниченность подхода к моделированию экономического механизма как исключительно внешнего регулятора, воздействующего на экономику с готовым критерием оптимальности ее функционирования и развития. Академик С. Шаталин в своей научной и общественно-политической деятельности настойчиво призывал учитывать и использовать в оптимальном управлении мотивацию непосредственных работников, создавать механизмы стимулирования необходимых действий на основе учета материальных и духовных интересов экономических субъектов [17, 16]. Глубокое понимание исключительной важности поведенческой сущности экономических процессов выражено в одном замечании, высказанном еще в 1977 году в программной статье Л.В. Канторовича и М.К. Гавурина [5]: «На очереди анализ моделей со сложными системами интересов».

Чувствительность математического мышления к глубинным проблемам бытия привела математиков ВЦ АН СССР еще в 70-е годы прошлого столетия к идеям моделирования иерархических систем взаимодействия обобщенных интересов, описания процессов «конфликты — сотрудничество» и механизмов стимулирования в экономике [12; 2; 1]. Эти же идеи лежат в основе формальных построений в книге фон Неймана и Моргенштерна [13].

Наша концепция конфликтно-компромиссного экономического анализа [9; 6; 8] акцентирует внимание на поведенческих сущностных факторах экономики, определяющих эндогенный экономический механизм. Поведение экономических субъектов реализуется в процессах экономических отношений и определяется направленностью и силой их материальных интересов [10]. Конфликтно-компромиссная парадигма объясняет двойственную природу реального механизма экономических отношений. Глубокий диалектический анализ природы экономических отношений содержится в работах К. Маркса. Однако, великолепно владея диалектическим методом, он оказался в конечном счете непоследовательным диалектиком из-за идеологической предвзятости. Чтобы «снаряд пущенный в голову буржуа», наверняка поразил обреченную цель, ему пришлось представлять экономические отношения в историческом аспекте несколько утрированно: преувеличить их конфликтную сторону для периода капитализма и рафинировать компромиссную составляющую — для утопического коммунистического общества.

Наша позиция состоит в том, что любой экономический мир как цельная, целенаправленная, эволюционирующая система подчиняется фундаментальному закону экономических компромиссов [10, 6]. Суть закона состоит в том, что коллизии экономических отношений разрешаются путем компромиссов разнонаправленных интересов, в результате чего формируется система обобщенных социально-экономических интересов, представляемых социально-экономическими институтами.

Однако экономическая реальность такова, что во все времена действие объективного закона экономических компромиссов в значительной степени подавляется чужеродными для экономического организма силами, искажающими естественный ход экономических процессов. Это силы нелегального бизнеса, криминала, диктата монополий, тотального государственного регулирования [14]. В условиях такой деформации приоритетов материальных интересов экономическая теория, следующая в фарватере текущей экономической политики без научно обоснованных ориентиров, не только малопродуктивна, но и небезвредна своей склонностью к апологетике. Классический пример тому — политическая экономия социализма.

Наш метод компромиссного анализа рыночной экономики базируется на показателях, выражающих состояние компромиссной согласованности (равновесия) интересов субъектов в рыночных сделках [7, 8]. Вместе с тем теория рыночных компромиссов демонстрирует действие закона экономических компромиссов лишь в сфере рыночных отношений. На очереди создание теории социально-рыночных компромиссов, включающей в рассмотрение наряду с рыночными коалиционные компромиссы интересов, представляемых иерархически организованной системой социально-экономических институтов. Такая завершенная теория конфликтно-компромиссной экономики и вытекающие из нее модели со сложными системами интересов помогли бы нам разобраться в ключевой проблеме экономической науки: в какой степени, когда и как оправдано внедрение грубых инструментов внешнего регулирования экономики в живую ткань причудливых переплетений экономических интересов в живом экономическом организме.

ЛИТЕРАТУРА

1. Ватель И.А., Ерешко Ф.И. Математика конфликта и сотрудничества. М.: Знание. 1989.

2. Гермейер Ю.Б. Игры с непротивоположными интересами (теория принятия решений при неполном единстве) М: Изд-во. МГУ. 1972.

3. Канторович Л.В. Человек и ученый. В 2-х томах/ Редакторы-составители В.Л. Канторович, С.С. Кутателадзе, Я.И. Фет. Новосибирск: Изд-во. СО РАН. Филиал «Гео». 2004.

4. Канторович Л.В. Экономический расчет наилучшего использования ресурсов. М: Изд-во. АН СССР. 1961.

5. Канторович Л.В., Гавурин М.К. Математика и экономика — взаимопроникновение наук // Вестник Ленинградского университета. 1977. № 13. Серия: математика, механика, астрономия.

6. Кардаш В.А. Исчисление рыночных компромиссов// Обозрение прикладной и промышленной математики. 2004. Т. 11. Вып. 1.

Экономичeский вестник Ростовского государственного университета ❖ 2006 Том 4 № 3

Экономичeский вестник Ростовского государственного университета ❖ 2006 Том 4 № 3

7. Кардаш В.А. Компромиссный анализ рыночной экономики. Ростов-на-Дону: Изд-во. СКНЦ ВШ. 2002.

8. Кардаш В.А. Концептуальные и конструктивные основы компромиссно-равновесной системы цен // Экономическая наука современной России. 2004. № 2.

9. Кардаш В.А. Новая концепция общего равновесия рыночных экономических систем // Новые технологии в управлении, бизнесе и праве: Труды III Международной конф., г.Невинномысск, 30 мая. 2003 г. Невинномысск: ИУБИП. 2003.

10. Кардаш В.А. Системная диалектика экономических отношений // Экономический вестник Ростовского государственного университета. 2004. Том 2. № 3.

11. Маркс К. Капитал. Т. 1,2 М: Политиздат. 1978.

12. Моисеев Н.Н., Гермейер Ю.Б. О некоторых задачах теории иерархических систем управления Сб. // Проблемы прикладной математики и механики. М: Наука. 1971.

13. Нейман Дж., Моргенштерн О. Теория игр и экономическое поведение. М.: Наука. 1970.

14. Федоренко Н.П. Россия. Уроки прошлого и лики будущего. М: ЗАО «Изд-во. Экономика». 2000.

15. Форрестер Д. Мировая динамика. М.: Наука, 1978.

16. Шаталин С.С. Жизнь, не похожая ни на чью. М.: Изд. дом «Экономическая газета». 2004.

17. Шаталин С.С. Функционирование экономики развитого социализма. М: Изд-во МГУ. 1982.

18. Ядгаров Я.С. История экономических учений: Учебник для вузов. М: ИНФРА-М. 2000.