2016. 01. 046. Гукосьянц О. Ю. К вопросу о лингвистических маркерах гендерной идентичности женщин в англоязычных чатах и блогах и механизмах самопрезентации женщин в англоязычной компьютерно опосредованной коммуникации // полит. Лингвистика = polit. Linguistics. - Екатеринбург, 2014. - вып. 2 (48). - С. 212-222

3) культурная многослойность;

4) транснациональная идентичность, которая выражается в возможности обретения новой идентичности при сохранении исходной.

Н.Н. Германова (038) объясняет разное отношение к литературному языку и эволюцию представлений о языковой правильности тем, что формирование литературного языка и распространение его норм через социальные институты являются способом формирования различных типов этнокультурной и социокультурной идентичности, востребованных в разные исторические эпохи (038, с. 18). Это положение демонстрируется на примере истории стандартного английского языка. Что касается современного состояния англоязычного пространства, то автор утверждает, что для данного этапа характерен отказ от жесткой нормированности - говорящему предлагается самостоятельно конструировать свою идентичность в зависимости от индивидуальных склонностей и особенностей коммуникативной ситуации.

М.В. Томская (042), анализируя идентичность ученого, обнаруживает, что доминирующая профессиональная идентичность, которая в научном дискурсе тесно связана с понятием «статус эксперта», не свободна от влияния гендерной, этнической и возрастной идентичностей.

М.В. Томская

2016.01.046. ГУКОСЬЯНЦ О.Ю. К ВОПРОСУ О ЛИНГВИСТИЧЕСКИХ МАРКЕРАХ ГЕНДЕРНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ ЖЕНЩИН В АНГЛОЯЗЫЧНЫХ ЧАТАХ И БЛОГАХ И МЕХАНИЗМАХ САМОПРЕЗЕНТАЦИИ ЖЕНЩИН В АНГЛОЯЗЫЧНОЙ КОМПЬЮТЕРНО ОПОСРЕДОВАННОЙ КОММУНИКАЦИИ // Полит. лингвистика = Polit. linguistics. - Екатеринбург, 2014. -Вып. 2 (48). - С. 212-222.

Ключевые слова: гендерная идентичность; гендерный маркер; чат; блог; механизм самопрезентации.

Статья написана на материале 750 мужских и 750 женских контекстов из англоязычных блогов и чатов, отобранных путем сплошной выборки.

Под гендерной идентичностью понимается «результат сложного взаимодействия биологических, социальных и психологических (собственно личностных) факторов... Это - многокомпонентное образование, включающее гендерные представления, гендерную самооценку и гендерные планы и структуры поведения» (с. 212).

О.Ю. Гукосьянц систематизирует ряд «традиционных» особенностей женской речи, на которые указывают ведущие зарубежные и отечественные лингвисты-гендерологи (Н. Хенли, Б. Торн, Р. Лакофф, П.М. Смит, Дж. Холмс, Т. Эккес, Е.И. Горошко, Е.В. Куницына), и анализирует, насколько каждая из указанных особенностей актуальна для компьютерно опосредованной коммуникации, протекающей в реальном времени.

По данным проанализированной литературы, типичными для «женской» речи считаются:

1) рифмованные прилагательные, например, pretty-witty «довольно остроумный», itsy-bitsy «пустячный»);

2) наречия, оканчивающиеся на -ly, например, lovely «чудесно», beautifully «прекрасно»);

3) герундиальные конструкции, например, Failing is a better learning (Терпя неудачи и совершая ошибки, лучше усваиваешь);

4) модальные слова, например, clearly «явно», obviously «очевидно», apparently «по-видимому»);

5) модальные глаголы в форме претерита: might «мог бы», could «мог», would «было бы» и др;

6) оценочные прилагательные, например, we have a beautiful, nice, caring and lovable nurse here... «у нас здесь прекрасная, хорошая, заботливая и милая няня...»;

7) конструкции типа I wonder if «интересно, если», It seems to me «мне кажется», I wouldn't mind «я был бы не против»;

8) частично десемантизированные интенсификаторы, способствующие гиперболизации высказывания, например: awfully pretty «ужасно красивая», awfully «жутко»;

9) вежливые слова, извинения, просьбы, например, Excuse me for entering your manly world but I have a question «Простите меня за вторжение в ваш мужской мир, но у меня есть вопрос».

Однако анализ, проведенный автором статьи, показал, что не все выделенные лингвистами-гендерологами особенности «женской» речи могут быть гендерными маркерами в компьютерно-

опосредованной коммуникации, поскольку употребляются как женщинами, так и мужчинами. Это касается, например, рифмованных прилагательных, претеритных форм модальных глаголов, выражений I теап «я считаю», конструкции I wonder if, It seems to me, I wouldn't mind etc., а также сложных предложений с сочинительной связью.

Кроме того, были обнаружены существенные различия в речевом поведении женщин в блогах и чатах. Так, в чат-коммуникации наречия, оканчивающиеся на -ly, пассивные конструкции, метафоры, разделительные вопросы, модальные слова не могут считаться гендерными маркерами женской речи, в то время как в блогах данные особенности характерны именно для речи женщин и тем самым являются гендерными маркерами.

Выделенные О.Ю. Гукосьянц лингвистические маркеры в речи женщин - пользователей чатов и блогов сгруппированы в ген-дерно маркированные механизмы самопрезентации, используемые в дискурсе.

С точки зрения автора, к женским механизмам самопрезентации в блогах относятся:

1) «непрямое побуждение», смягчение категоричности высказывания, маркерами чего являются наречия, оканчивающихся на -ly; модальные слова; выражения I mean, I think, I suppose, You know и т.д.; конструкции I wonder if, It seems to me, I wouldn't mind и т. д.; глаголы в пассивном залоге; вопросительные конструкции для выражения побуждения к действию с отсутствием собственно глагола в повелительном наклонении;

2) сокращение дистанции с собеседником, установка дружеского контакта, маркерами чего являются эллиптические конструкции; вежливые слова, извинения, просьбы; герундий;

3) избегание конфликта, реализуемое путем игнорирования собеседника.

В чат-коммуникации ситуация выглядит несколько иначе. Несмотря на то что некоторые механизмы самопрезентации женщин те же самые, что и в блогосфере, они отличаются набором маркеров. Так, чаты характеризуются:

1) сокращением дистанции с собеседником, установкой дружеского контакта, маркерами чего, в отличие от блогов, являются

выражения I mean, I think, I suppose, You know и т.д.; конструкции I wonder if, It seems to me, I wouldn't mind и т.д.;

2) избеганием конфликта, что в чатах реализуется путем апеллирования к администратору.

Кроме того, количество механизмов самопрезентации в чатах заметно сокращается, например, «непрямое побуждение», смягчение категоричности высказывания не являются актуальными для данной разновидности интернет-коммуникации.

Различия названных механизмов автор объясняет как психологическими особенностями, так и техническими условиями общения (необходимостью мгновенной реакции, краткостью реплик, отсутствием времени на их обдумывание в чатах).

По мнению О.Ю. Гукосьянц, у женщин и мужчин различается сам стиль ведения беседы: коммуникация у женщин характеризуется фатической направленностью. Реплики и вопросы они воспринимают не как источник информации, а как средство для продолжения разговора, т.е. для женщин характерно общение ради общения, тогда как для мужчин - общение ради получения информации и самоутверждения.

М.В. Томская

2016.01.047. ТЕРЕНТИЙ Л.М. ДИПЛОМАТИЧЕСКИЙ ДИСКУРС КАК ОСОБАЯ ФОРМА НАУЧНОЙ КОММУНИКАЦИИ // Вопр. психолингвистики. - М., 2015. - № 2 (24). - С. 166-185.

Ключевые слова: дипломатический дискурс (непубличный); научный дискурс; институциональная коммуникация; нормы коммуникации; истина vs. правда.

В статье исследуются сходства между одной из разновидностей дипломатического дискурса, а именно непубличного дипломатического дискурса, и научной коммуникации. Л.М. Терентий исходит из того положения, что специфика видов дипломатического общения определяется его коллективным агентом, направленностью деятельности агента на ту или иную аудиторию и целью деятельности в той или иной ситуации.

Агентом дипломатического дискурса могут быть публичные лица (руководители государств, послы, министры, специальные представители), целью которых является выражение позиции своей