Владимир Путин открыл Россию в Германии

Вчера в Берлине президент России Владимир Путин открыл Год России в Германии. По мнению специального корреспондента Ъ АНДРЕЯ Ъ-КОЛЕСНИКОВА, церемония открытия получилась нескучной благодаря обилию оговорок и тому обстоятельству, что немецкий язык — не чужой для Владимира Путина.
       Открытие Года России в Германии происходило в Берлинском концертном зале. Санкт-Петербургский симфонический оркестр под управлением Михаила Плетнева долго, в полном составе сидя на сцене, ожидал появления федерального президента Германии Йоханнеса Рау, а потом и Владимира Путина. А первым из интересующих журналистов людей появился министр иностранных дел Германии Йошка Фишер, только что вернувшийся из Мюнхена, где, как известно, позволил себе повысить голос на министра обороны США Дональда Рамсфельда (см. стр. 11). Йошка Фишер все еще был неулыбчив и крайне сосредоточен. Впрочем, увидев министра иностранных дел России Игоря Иванова, он просто расцвел. Вот кого он был рад видеть! Да, господину Фишеру теперь надо ценить хорошее отношение к себе. Не так уж много друзей у него осталось, да и те тают.
       Президент Рау так заторопился на трибуну, что забыл на стуле текст своей речи, но не возвращаться же. "Уважаемые дамы и господа! Я рад приветствовать вас..." — заявил он и, пока переводили, сделал знак потихоньку передать ему текст. Все эти манипуляции не остались незамеченными, в зале засмеялись. Но господин Рау показал себя с лучшей стороны:
       — Вот видите,— воскликнул он,— все вы могли убедиться, что я умею выступать и без бумажки.
       Фраза осталась без перевода, но Владимир Путин заразительно улыбнулся, невольно продемонстрировав знание немецкого языка. (В дальнейшем он делал это сознательно.)
       Но оказалось, что и по бумажке у президента Германии читать не получается. Так, он сказал, что ему крайне запомнился один вечер в этом концертном зале, в 1990 году, когда отмечали десятилетие Германии. Господа с мест его поправили: "Наверное, в двухтысячном?" "А я как сказал? В девяностом? Нет-нет. Десять лет свободы замолчать нельзя!"
       То есть опять президент Рау, можно сказать, выкрутился.
       Отдельно и подробно он высказался о Сталинградской битве. Господин Рау обратил внимание на то, что Владимир Путин, будучи на днях в Волгограде, почтил память немцев, павших в Сталинградской битве. Тогда, в Волгограде, не всем нашим ветеранам это понравилось, но было ясно, что это сделано в рамках подготовки к поездке в Германию. Здесь эти слова, конечно, услышали и оценили по достоинству.
       — Мы всегда расширительно толкуем наши культурные связи,— сказал Владимир Путин, выступая после федерального президента.— Вот видите, на трибуне, где я выступаю, написано на немецком: "Немецко-российские культурные встречи, 2003-2004 годы". А в русском переводе цифры другие: 2002-2004.
       Переводчик, не ожидавший экспромта, неточно передал слова президента. Владимир Путин с явным удовольствием поправил его на немецком. Зал был в полном восторге. Взаимные оговорки сделали свое дело. Дальше можно было с сознанием выполненного долга слушать симфоническую музыку, что оба президента и делали в течение следующего часа.
       После концерта Владимир Путин не спешил уходить. Он окунулся в самую гущу деятелей культуры и провел в ней минут 40. Общение было интенсивным. На некоторых участников встречи оно произвело неизгладимое впечатление. С одним таким человеком мне удалось поговорить. Хартмут Никиг работает председателем Немецкой ассоциации преподавателей русского языка и литературы и является энтузиастом идеи русских культурных центров в Германии, которых до обидного мало. А конкуренция иностранных языков в Германии, по его словам, велика. Французы, например, действуют в этом направлении все более агрессивно и изощренно. Господин Никиг наконец решил тоже так действовать. Сначала он написал письмо российскому президенту. Ответ пришел из Росзарубежцентра. Поскольку в письме господин Никиг, чтобы быть конструктивным, просил только денег на открытие таких центров, а всю организацию брал на себя, то ему сразу ответили, что денег нет и не будет.
       Тогда он дождался, пока супруги Путины приедут с неофициальным визитом в Магдебург, и поговорил с женой российского президента. Поскольку он и у нее попросил денег, то и она ему сказала, что денег нет. Но он все-таки попросил уточнить у мужа. Господин Никиг никак не мог поверить, что в России ни у кого нет денег.
       И вот вчера в концертном зале господин Никиг снова встретился с семьей Путиных. Людмила Александровна в это время разговаривала с президентом Рау. Он рассказывал ей про новый музей, который только что открылся в Берлине, и она уже предложила господину Рау найти время съездить туда. Но тут господин Никиг спросил ее, удалось ли ей поговорить с мужем насчет денег. Господин Никиг признался, что на этих словах президент Рау незаметно для госпожи Путиной с силой дернул его за рукав. Супруга российского президента растерянно призналась, что забыла.
       — Но вы можете сделать это прямо сейчас,— стал настаивать немец,— а то это сделаю я.
       Но и эта угроза не подействовала. А она не была пустой: еще через мгновение он разговаривал с президентом России.
       — На немецком? --- спросил я его.
       — Нет,— обиделся господин Никиг.— С русскими людьми я разговариваю на русском.
       — И как?
       — Боюсь, он меня не до конца понял.
       — То есть не сказал, что даст денег?
       — Не сказал,— грустно закончил свою историю господин Никиг.
       Ну конечно. Надо было на немецком говорить. Шансов на понимание было бы, на мой взгляд, больше.