Общественно-политическая деятельность горской интеллигенции на Северном Кавказе в условиях русской революции 1917 г

УДК 93/94

А. Г. Кажаров, Т. С. Цолоев

ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ГОРСКОЙ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ НА СЕВЕРНОМ КАВКАЗЕ В УСЛОВИЯХ РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ 1917 г.

В данной статье проанализированы геополитические процессы, развернувшиеся на Северном Кавказе в условиях революции 1917 г Февральская революция оказала существенное влияние на ход и характер социально-исторического развития региона. Актуальными становятся вопросы трансформации национально-государственного и административно-территориального статуса горских народов в рамках нового Российского государства. Горская интеллигенция попыталась реализовать в регионе либерально-демократический потенциал русской революции. Она была ориентирована на укрепление основ российской государственности и поиск форм автономии горских народов в составе будущей Российской Республики. На достижение указанной цели была направлена деятельность созданной представителями горской интеллигенции организации - Союза объединенных горцев Северного Кавказа и Дагестана. Их мировоззренческие

установки получили политическое оформление на первом съезде горских народов в мае 1917 г., на котором были приняты основополагающие документы: Политическая программа и Конституция, а также резолюции по актуальным вопросам повестки дня. На этом съезде фактически было легитимировано вхождение народов Северного Кавказа в состав Российского государства. Горская интеллигенция способствовала укреплению власти Временного правительства. Ее представители вошли в состав российских органов власти и способствовали укреплению государственных структур в регионе. Провал либерально-демократического проекта привел к изменению позиции горской интеллигенции по вопросу о государственном единстве с Российским государством и потере ею политических перспектив в регионе.

Ключевые слова: революция, горская интеллигенция, Временное правительство, национальная автономия.

А. G. Kazharov, Т. S. Tsoloev

PUBLIC-POLITICAL ACTIVITY OF THE MOUNTAIN INTELLECTUALS IN THE NORTH CAUCASUS IN THE CONDITIONS OF THE RUSSIAN REVOLUTION OF 1917

This article analyzes ethnopolitical processes which were underway in the North Caucasus during the revolution of 1917. The February revolution had a significant impact on the course and nature of the socio-historical development of the region. The issues of transformation of the national-state and administrative-territorial status of the mountain peoples within the framework of the new Russian state are becoming topical. The mountain intellectuals tried to implement the liberal democratic potential of the Russian revolution in the region. It was aimed at strengthening the foundations of Russian statehood and the search for forms of autonomy of the mountain nations as the part of the future Russian Republic. The activity of the Union of United Mountaineers of the North Caucasus and Dagestan was aimed at achieving the stated goal. Their ideological attitudes received political registra-

tion at the first congress of the Mountain peoples in May 1917, at which the basic documents were adopted: the Political Program and the Constitution, as well as resolutions on topical issues on the agenda. At this congress, the entry of the nations of the North Caucasus into the Russian state was legitimized. The mountain intelligency helped to strengthen the power of the Provisional Government. Its representatives were part of the Russian government and contributed to the strengthening of state structures in the region. The failure of the liberal-democratic project led to a change of the position of the mountain intellectuals on the issue of state unity with the Russian state and the loss of its political perspectives in the region.

Key words: revolution, mountain intellectuals, Provisional government, national autonomy.

Исследование проблемы общественно-политической деятельности горской интеллигенции в условиях российской революции 1917 г., несомненно, имеет важное научное значение для понимания истоков, характера и направлений социально-исторического развития народов Северного Кавказа в новейшее время. Их деятельность в этот период была направлена на сохранение и укрепление российской государственности в регионе, решение национального вопроса и формирование национально-государственных основ социокультурного и политического развития горских народов в рамках нового Российского государства.

Февральская революция 1917 г. оказала самое непосредственное воздействие на формирование новой политической реальности на Северном Кавказе. Крушение Российского государства привело к серьезным потрясениям в регионе [6, с. 132]. Исторический контекст в этот период характеризовался усилением в общественно-политических процессах роли национальных элит, а также идей и политических структур, имевших региональный характер. Часть национальных деятелей сформулировала общегорские политические цели и задачи.

В марте 1917 г. горская интеллигенция объявила о создании Союза объединенных горцев Северного Кавказа и Дагестана и необходимости созыва съезда горских народов [24, с. 4]. Союз объединенных горцев не только включился в региональный политический процесс, но и во многом стал фактором его развития. Представители горской интеллигенции приняли активное участие в формировании органов власти и управления Временного правительства. Это было закономерным, продуманным и осознанным шагом политического позиционирования в новых политико-идеологических условиях. Горская интеллигенция попыталась реализовать демократический потенциал российской революции на Северном Кавказе.

Анализ национальных и политических взглядов представителей горской интеллигенции свидетельствует о том, что для них в основном были характерны пророссийские настроения. В частности, один из лидеров горского национального движения в условиях революции и гражданской войны П. Коцев писал, что воспринимал Россию как свое отечество [14, с. 182]. Это подтверждается и тем, что Союз объединенных горцев связывал решение национальных проблем горских народов с Учредительным собранием [30, л. 51].

Первый в истории горских народов съезд начал свою работу 1 мая 1917 г. во Владикавказе.

Были также представители народов Южного Кавказа. В работе съезда принимал участие М. А. Караулов, который еще в марте был назначен комиссаром Временного правительства в Терской области [28, с. 23]. Делегаты съезды обсудили весь комплекс актуальных вопросов, включенных в повестку дня [2, с. 37]. С точки зрения анализа национально-государственной составляющей политических процессов большой интерес вызывает тот факт, что на съезде обсуждался вопрос об автономии горских народов. Деятели Союза объединенных горцев были уверены в том, что новое российское государство предоставит всем народам право на самоопределение, самоуправление и автономию [24, с. 29].

В Политической программе отмечалась необходимость установления в России федеративной демократической республики. Было признано, что «для отстаивания в Учредительном собрании принципов федеративной республики и организации Кавказской Федерации требуется единение всех горцев не только Терской области, но и всего Кавказа, и союз всех народностей, стоящих за федеративную республику» [24, с. 50].

Многие исследователи горского национального движения считают, что весной 1917 г. горская интеллигенция предприняла попытку сформировать северокавказскую государственность, что выразилось, в том числе в создании Союза объединенных горцев. При этом большое значение придается принятию первым съездом Конституции и тому факту, что она была, по их мнению, представлена А. Ф. Керенскому и одобрена им [11, с. 17]. Однако анализ содержания Конституции не дает оснований делать вывод о том, что Союз объединенных горцев Северного Кавказа являлся формой государственности, а представители горской интеллигенции претендовали на государственную и политическую власть в регионе в этот период. Члены Союза не были готовы к такой ответственности.

Деятельность Союза объединенных горцев весной-осенью 1917 г. свидетельствует о том, что он зарекомендовал себя национально-политической организацией, твердо ориентированной на конструктивный и тесный диалог с органами власти нового Российского государства. Члены Союза объединенных горцев не только принимали непосредственное участие в конституировании органов власти Временного правительства на Северном Кавказе. Они являлись движущей силой проведения инициированных центральной властью решений в

регионе в составе ее областных и окружных структур.

П. Коцев стал председателем Терского областного гражданского исполнительного комитета, который, как указывалось в «Положении о временном самоуправлении Терской области», являлся «высшей исполнительной властью на Тереке» [5], а Б. Шаханов был старшим помощником комиссара Терской области [27, с. 69]. В состав Президиума комитета вошел также В.-Г. Джабагиев [19, с. 156].

П. Коцев заявил, что Терский областной гражданский исполнительный комитет в своих действиях целиком и полностью будет руководствоваться указами и распоряжениями Временного правительства [1, с. 45]. Таким образом, Союз объединенных горцев непосредственно способствовал укреплению позиций Временного правительства, а значит, новых общероссийских государственно-политических реалий на Северном Кавказе.

На первом съезде народов Северного Кавказа вопрос о горской автономии в рамках новой демократической России действительно звучал, но он не стоял в плоскости немедленной практической реализации, то есть провозглашения. Возможность ее формирования и функционирования напрямую связывалась с решением Учредительного собрания, и речь шла в большей степени о ее «даровании» центральной российской властью горским народам.

Союз объединенных горцев твердо и последовательно, вплоть до углубления кризиса осенью 1917 г., придерживался своей программной установки на сохранение целостности России и отстаивал необходимость ее федеративного переустройства [18].

Конституцию Союза объединенных горцев необходимо рассматривать в комплексе с другими документами, принятыми первым горским съездом: телеграммами, резолюциями, политической программой и т.д. Содержание телеграмм, отправленных от имени съезда в адрес лидеров Российского государства М. В. Род-зянко, Г. Е. Львова и Н. С. Чхеидзе, не оставляет сомнений в отсутствии сепаратистских или «автономистских» устремлений. Представители горской интеллигенции заверяли их в полной поддержке политики центральных органов власти [24, с. 33]. В резолюциях, принятых, в частности, 6 мая 1917 г., горский съезд признал необходимым «всемерно поддерживать все начинания Временного правительства России» [25, с. 158-160].

В первой Конституции целью Союза объединенных горцев объявлялось «обеспечение

мирного сосуществования всех народов Кавказа и России; защиту и упрочение свобод, завоеванных революцией; претворение в жизнь демократических принципов; защиту общих для всех горских племен политических, культурных и национальных интересов» [9, с. 74], но нигде не декларировалось, что он провозглашается национально-государственной автономией или независимой государственностью.

Отношение горского съезда к России было обозначено в принятой 7 мая Политической программе, в которой указывалось, что Союз «сознает себя нераздельной составной частью Великого Российского государства». В ней Временное правительство было названо «единственным носителем верховной власти в России» [24, с. 72]. Это было программной установкой, которая определяла содержание деятельности Союза объединенных горцев [13, с. 12].

Конституция, принятая на первом съезде народов Северного Кавказа, напоминает механизм институционализации национально-политической структуры, которую они не называли партией в силу негативного отношения к сути подобной организации. Они особо подчеркивали, что Союз объединенных горцев - организация непартийная [4, с. 129].

Весной-летом 1917 г. Союз объединенных горцев имел все возможности для реализации самостоятельных национально-политических, социально-экономических и идеологических проектов. Была возможность приобретения «государственных суверенитетов и независимости» [7, с. 36]. Серьезной политической силы противодействия в лице иных организаций регионального происхождения у горской интеллигенции в этот период не было. Временное правительство практически самоустранилось от организации власти в национальных округах Северного Кавказа [12, с. 6].

В таких условиях национально-государственные перспективы народов Северного Кавказа во многом были предопределены потенциалом и способностями представителей Союза объединенных горцев решать конкретные проблемы региона.

6 июля 1917 г. во Владикавказе произошел масштабный конфликт с участием казаков и ингушей, в ходе которого были убитые и раненые с обеих сторон. На заседании Владикавказского совета представители казаков выступили с открытым требованием «санкционировать поход казаков на Ингушетию» [16, с. 54].

Союз объединенных горцев попытался предложить действенный механизм разрешения ка-зачье-горских противоречий. Благодаря усили-

ям всех заинтересованных в мире политиков с 5 по 8 августа во Владикавказе прошел общий съезд ингушей, казаков Сунженского отдела и иногородних, живших на территории этого отдела и Назрановского округа, под председательством П. Коцева. Съезд принял решение судить преступников по шариату (в том числе убийц за кровную месть), образовать капиталы для удовлетворения потерпевших (но лишь при отделах), создавать смешанные комиссии по каждому случаю преступлений (по двое представителей от казаков и ингушей). Однако положение не изменилось: межэтнические столкновения еще более усилились [15, с. 31].

Пристального внимания требовал и земельный вопрос. Он был напрямую связан также с казачьим вопросом, что было продиктовано аграрно-колониальной политикой имперских властей, которые давали казакам, составлявшим около 20% населения, и русскому крестьянству значительные преимущества. Результатом такой политики стало земельное неравенство народов Северного Кавказа. Накануне Февральской революции 70-75 % казачьих хозяйств считались «зажиточными», 10-15 % - «маломощными», и лишь 5-10 % -«бедняцкими» [29, с.79].

В связи с этим после Февральской революции 1917 г. важным аспектом земельного вопроса в регионе стало требование о перераспределении земли между горцами и казаками. Необходимость решения земельного вопроса становилась определяющим фактором развития политической ситуации на Северном Кавказе. Но, «признавая в принципе, что земля должна принадлежать трудящемуся населению», первый горский съезд отложил решение данного вопроса до Учредительного собрания [25, с. 15].

Отсутствие понятной, реальной и результативной аграрной политики привело к сужению социальной базы Союза объединенных горцев [17, с. 184]. Укреплению его позиций не способствовало и начавшееся размежевание в среде горской общественности. Исламские круги Чечни и Дагестана вынашивали идею восстановить имамат - шариатское государство. Но обозначившийся раскол единого фронта горской интеллигенции, сформировавшийся после свержения российского самодержавия в условиях проведения и работы первого съезда народов Северного Кавказа, на этом этапе был приостановлен. В.-Г. Джабагиев впоследствии писал, что итогом второго съезда горцев была ликвидация попыток радикального крыла мусульманского духовенства «установить ша-

риатское управление с выборным имамом во главе» [32].

Таким образом, попытка создания теократического государства на Северном Кавказе в августе 1917 г. провалилась. Однако размежевание в среде горской этноэлиты было делом времени. Второй горский съезд показал глубину противоречий между духовенством и представителями интеллигенции.

Летом 1917 г. политическая ситуация в России начинает катастрофически ухудшаться. Временное правительство теряло свои позиции и на Северном Кавказе, что выражалось в изменении отношения к нему со стороны горской интеллигенции. Для исправления ситуации Временное правительство активизировало свою деятельность. Популярность лозунгов национального самоопределения, федеративного устройства России и областной автономии отразилась и в его политике. 11 июля оно образовало Особое совещание по разработке областной реформы для представления проекта Учредительному собранию [8, с. 17].

Это повлияло на позицию Союза объединенных горцев, который во время выступления генерала Л. Г. Корнилова в конце августа 1917 г. объявил о своей лояльности Временному правительству [21]. Комиссар Дагестанской области Б. Шаханов обратился к населению с воззванием, в котором заявил о безусловной поддержке А.Ф. Керенского [10]. На основании телеграммы, разосланной ЦК Союза объединенных горцев, комиссар Нальчикского округа Х. Чижоков сделал для населения объявление, в котором указывалось, что «комитет твердо стоит за завоевание революции...» [31, л. 17].

Союз объединенных горцев Северного Кавказа для решения существующих проблем приступил к формированию новых национально-политических структур. В сентябре 1917 г. состоялся съезд горских народов, который некоторые исследователи считают продолжением второго съезда, сорванного религиозными деятелями еще в августе.

Важное значение имеет отчетный доклад, сделанный Р. Х. Каплановым от имени Центрального комитета Союза объединенных горцев. В нем дан анализ деятельности со времени проведения Первого съезда народов Северного Кавказа. Докладчик затронул вопрос об «организации нашей территории в смысле обеспечения ее цельности и установления системы управления». Р. Х. Капланов подчеркнул, что национально-государственные вопросы, как это было определено еще на Первом съезде, будут решаться на Учреди-

тельном собрании. «И ввиду этого, - продолжил он, - мы не задавались мыслью о выделении всей нашей территории в особую единицу» [19, с. 139].

По докладу Б. К. Далгат «О сущности федерации и федеративной единице Кавказских гор», съезд постановил «избрать немедленно комиссию из семи лиц для выработки, до созыва Учредительного собрания, проекта Союзной Конституции Горцев Кавказа как федеративной единицы Русских Соединенных штатов» [23, с. 535].

Политические взгляды горской интеллигенции претерпели определенную эволюцию, но она еще не была готова на самостоятельные и радикальные шаги по формированию национальной автономии и связывала надежды на улучшение ситуации с Временным правительством и Учредительным собранием. Однако ситуация вышла из-под контроля как центральных, так и региональных органов власти и национально-политических структур. Горская интеллигенция попыталась найти выход в объединении с другими национально-политическими силами на Северном Кавказе. 20 октября 1917 г. был образован Юго-Восточный союз казачьих войск, горцев Кавказа и вольных народов степей, главной целью которого было объявлено «достижение скорейшего учреждения Российской Демократической Федеративной Республики с признанием членов союза отдельными ее штатами» [3, с. 9-13].

В объединенное правительство Юго-Восточного Союза во главе с атаманом Донского казачества А. М. Калединым от Союза объединенных горцев вошли В.-Г. Джабагиев и П. Т. Коцев. На заседании правительства 6 ноября 1917 г. было принято постановление: «Всю полноту местной государственной власти на территории Союза горцев Кавказа признать принадлежащей съезду делегатов ЦК объединенных горцев, а на территории Терского казачьего войска - Войсковому кругу и его правительству» [22, с. 16].

Падение Временного правительства не вызвало быстрых изменений в политической ситуации на Тереке [26, с. 18]. Россия, в том числе и Северный Кавказ, к этому времени уже вступила в полосу глубокого социально-экономического, политического, национального и идеологического кризиса. Поэтому свержение Временного правительства, ставшее следствием этого кризиса, не имело большого значения с точки зрения развития ситуации в регионе. Но наступил переходный период, когда институты либерально-демократической власти окончательно развалились, а процесс конструирования органов власти леворадикальных политических и национальных сил был далек от своего завершения.

Социально-политический контекст диктовал необходимость активной самостоятельной политической борьбы для реализации национально-государственного потенциала горской интеллигенции. Однако она слишком тесно была связана с политикой и идеологией Временного правительства и не была готова вести самостоятельную линию по существующему спектру проблем в регионе, в том числе по формированию горской государственности. После падения Временного правительства стало очевидно, что национальная автономия в составе российского государства по проекту Союза объединенных горцев не может быть реализована.

Таким образом, горская интеллигенция стала национально-политической силой, транслирующей государственно-политический проект российской либерально-демократической революции с учетом исторических и этнокультурных особенностей региона. Общенациональный политический и социально-экономический кризис, Октябрьская революция 1917 г. и приход к власти большевиков, а также начало гражданской войны заблокировали возможности мирного политико-идеологического оформления национально-государственных устремлений горских элит.

Источники и литература

1. Апшева М. И. Динамика национального самосознания кабардинцев (XX - начало XXI века). М.: ООО «Оргсер-вис-2000», 2009. 200 с.

2. Боров А. Х., Думанов Х. М., Кажаров В. Х. Современная государственность Кабардино-Балкарии: истоки, пути становления, проблемы. Нальчик: Эль-Фа, 1999. 184 с.

3. Владикавказская конференция Юго-Восточных областей 16-21 октября 1917 года. Владикавказ: [б.и.], 1917.

4. Габисов А. Г. История политических событий 1917-1920 гг. в национальных республиках Северного Кавказа: дис. ... канд. ист. наук. Владикавказ: СОГУ, 2003. 194 с.

5. Газета «Терский вестник». 1917. 25 мая.

6. Генерал А. И. Деникин. Очерки русской смуты. Продолжение // Вопросы истории. 1991. №7-8. С. 119-138.

7. Доного Х. М., Гусейнов Г. М. Последний военный губернатор Дагестанской области Владимир Викторович Ермолов (К 100-летию Февральской революции 1917 года) // Вестник Адыгейского государственного университета. 2017. №1(194). С. 33-40.

8. Жданова И. А. Проблема федеративного устройства государства в Февральской революции 1917 г. // Вопросы истории. 2007. №7. С. 17-29.

9. Исторический очерк о горских народах Кавказа в период мировой войны / сост. и вступительная статья А. Х. Кар-мова. Нальчик: Издательство КБНЦ РАН, 2006. 132 с.

10. К населению Дагестанской области // Голос Дагестана (Темир-Хан-Шура), 1917. 3 сентября.

11. Какагасанов Г. И. Первые съезды горцев Северного Кавказа и Дагестана // Сборник материалов научно-практической конференции на тему «История горских народов Кавказа (1917-1920) и независимая Горская республика 11 мая 1918 г.» (г. Махачкала, 18-19 мая 1992) / сост. Г.И. Какагасанов, Д.Ш. Халидов. Махачкала: Типография Дагестанского научного центра РАН, 1992. С. 11-23.

12. Кармов А. Х. В поисках решения общегорских проблем. Вместо предисловия // Материалы съездов горских народов Северного Кавказа и Дагестана. Нальчик: Издательский отдел КБ ИГИ, 2014. С. 5-24.

13. Кармов А. Х. От составителя // Исторический очерк о горских народах Кавказа в период мировой войны / сост. и вступит. статья А. Х. Кармова. Нальчик: Издательство КБНЦ РАН, 2006. С. 3-16.

14. Коцев П. Черкесы и воинская повинность // Адыгская публицистика конца XIX - начала ХХ века (Избранное) / сост. Р. Х. Хашхожева. Нальчик: ГП КБР «Республиканский полиграфкомбинат им. Революции 1905 г.», издательский центр «Эль-Фа», 2005. С. 181-184.

15. Кулумбекова А. К. Терское казачество в межнациональных отношениях на Северном Кавказе в 1917 г. // Вестник Владикавказского научного центра РАН. Т.13. Владикавказ: Владикавказский научный центр РАН, 2013. №1. С. 27-35.

16. Магомедов Ш. М. Октябрь на Тереке и в Дагестане. Махачкала: Дагестанское книжное издательство, 1965. 224 с.

17. Мамаев О. М. Аграрная политика Горского правительства в 1917-1919 годы // Известия Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена. 2008. №26(60). С. 181-184.

18. Матвеев В. А. Российское самоопределение и сепаратизм на Северном Кавказе в 1917 г. // Казачество и народы России: пути сотрудничества и служба России: материалы заочной научно-практической конференции. Краснодар: Кубанский государственный университет, 2008 URL: http://www.slavakubani.ru/history/1917-1920/rossiyskoe-samюopredelenie-i-separatizm-na-sevemom-kavkaze-v-1917-g/ (Дата обращения: 26.11.2017).

19. Материалы съездов горских народов Северного Кавказа и Дагестана 1917 года / сост., автор вступительной статьи А. Х. Кармов. Нальчик: Издательский отдел КБ ИГИ, 2014. 168 с.

20. Музаев Т. М. Союз горцев. Русская революция и народы Северного Кавказа, 1917 - март 1918 г. М.: Патрия, 2007. 520 с.

21. Объявление ЦК Союза объединенных горцев // Горская жизнь (Владикавказ), 1917, 31 августа.

22. Османов О. И. Возникновение, функционирование и ликвидация государственных образований на Северном Кавказе: исторический опыт: март 1917-апрель 1920 гг.: дис. ... канд. ист. наук. Владикавказ: СОГУ, 2014. 194 с.

23. Революционное движение в России в сентябре 1917 г.: Общенациональный кризис. Документы и материалы. М.: Издательство АН СССР, 1961. 631 с.

24. Союз объединенных горцев Северного Кавказа и Дагестана (1917-1918 гг.), Горская республика (1918-1920 гг.). (Документы и материалы). Махачкала: Институт истории, археологии и этнографии ДНЦ РАН, 1994. 440 с.

25. Тахо-Годи А. А. Революция и контрреволюция в Дагестане. Махачкала: Дагестанское государственное издательство, 1927. 236 с.

26. Ткачев Е. А. Терское казачество в годы революций и гражданского противостояния (1917-1923): участие, политические приоритеты, итоги: автореф. дис. ... канд. ист. наук. Пятигорск: ПГУ, 2005. 26 с.

27. Улигов У. А. Социалистическая революция и гражданская война в Кабарде и Балкарии и создание национальной государственности кабардинского и балкарского народов (1917-1936). Нальчик: Эльбрус, 1979. 354 с.

28. Филатова Ж. В. Трансформация органов местного управления и самоуправления в Ставропольской губернии и Терской области (март 1917 - март 1918 г.): автореф. дис. ... канд. ист. наук. Пятигорск: СКАГС, 2009. 29 с.

29. Филатова Ж. В. Трансформация системы органов местного управления и самоуправления в Ставропольской губернии и Терской области в марте-апреле 1917 г.: динамика и особенности преобразовательных процессов // Научные проблемы гуманитарных исследований. Пятигорск: Институт региональных проблем российской государственности на Северном Кавказе, 2009. №15. С. 78-86.

30. Центр документации новейшей истории Кабардино-Балкарской Республики (ЦДНИ КБР). Ф. 25. Оп. 1. Д. 38.

31. ЦДНИ КБР Ф. 25. Оп. 1. Д. 36.

32. Яндиева М., Газиков Б. Ингушская политическая публицистика 50-х гг. В.-Г. Джабагиев на страницах журнала «Свободный Кавказ» URL: https://ghalghay.com/2010/03/10/ (Дата обращения: 26.11.2017).

References

1. Apsheva M. I. Dinamika natsional'nogo samosoznaniya kabardintsev (XX - nachalo XXI veka) (Dynamics of national self-consciousness of Kabardians (XX - the beginning of the XXI century). Moscow: 0rgservis-2000, 2009. 200 p. (In Russian).

2. Borov A. KH., Dumanov Kh. M., Kazharov V. KH. Sovremennaya gosudarstvennost' Kabardino-Balkarii: istoki, puti stanovleniya, problem (Modern statehood of Kabardino-Balkaria: sources, ways of becoming, problems). Nal'chik: El'-Fa, 1999. 184 p. (In Russian).4

3. Vladikavkazskaya konferentsiya Yugo-Vostochnykh oblastey 16-21 oktyabrya 1917 goda (The Vladikavkaz Conference of the South-Eastern Regions on October 16-21, 1917). Vladikavkaz, 1917. (In Russian).

4. Gabisov A. G. Istoriya politicheskikh sobytiy 1917-1920 gg. v natsional'nykh respublikakh Severnogo Kavkaza (History of political events of 1917-1920. in the national republics of the North Caucasus). Vladikavkaz: NOSU Publ, 2003. 194 p.

5. Newspaper "Terskiy vestnik". 1917. 25 May. (In Russian).

6. General A. I. Denikin. Ocherki russkoy smuty. Prodolzheniye (Essays on the Russian Revolt. Continuation) // Voprosy istorii. 1991. No. 7-8. P. 119-138. (In Russian).

7. Donogo KH. M., Guseynov G. M. Posledniy voyennyy gubernator Dagestanskoy oblasti Vladimir Viktorovich Yermolov (K 100-letiyu Fevral'skoy revolyutsii 1917 goda) (The last military governor of the Dagestan region Vladimir Viktorovich Ermolov (To the 100th anniversary of the February Revolution of 1917) // Vestnik Adygeyskogo gosudarstvennogo universiteta. 2017. No. 1(194). P. 33-40. (In Russian).

8. Zhdanova I. A. Problema federativnogo ustroystva gosudarstva v Fevral'skoy revolyutsii 1917 g. (The problem of the federal structure of the state in the February Revolution of 1917) // Voprosy istorii. 2007. No. 7. P. 17-29. (In Russian).

9. Istoricheskiy ocherk o gorskikh narodakh Kavkaza v period mirovoy voyny (Historical essay on the mountain peoples of the Caucasus during the World War) / ed by A. KH. Karmov. Nal'chik: KBSC RAS publ., 2006. 132 p. (In Russian).

10. K naseleniyu Dagestanskoy oblasti (To the population of the Dagestan region) // Golos Dagestana (Temir-Khan-Shura). 1917. 3 September. (In Russian).

11. Kakagasanov G. I. Pervyye s»yezdy gortsev Severnogo Kavkaza i Dagestana (The first congresses of the mountaineers of the North Caucasus and Dagestan) // Sbornik materialov nauchno-prakticheskoy konferentsii na temu «Istoriya gorskikh narodov Kavkaza (1917-1920) i nezavisimaya Gorskaya respublika 11 maya 1918 g.» (g. Makhachkala, 18-19 maya 1992) / ed by G. I. Kakagasanov, D. SH. Khalidov. Makhachkala: DSC RAS publ., 1992. P. 11-23. (In Russian).

12. Karmov A. KH. V poiskakh resheniya obshchegorskikh problem. Vmesto predisloviya (In search of a solution to the problems common for mountain peoples. Instead of the preface) // Materialy s»yezdov gorskikh narodov Severnogo Kavkaza i Dagestana. Nal'chik: KB HIS publ., 2014. P. 5-24. (In Russian).

13. Karmov A. KH. Ot sostavitelya (From the author) // Istoricheskiy ocherk o gorskikh narodakh Kavkaza v period mirovoy voyny. Sost. i vstupit. stat'ya A. KH. Karmova. Nal'chik: KBSC RAS publ., 2006. P. 3-16. (In Russian).

14. Kotsev P. Cherkesy i voinskaya povinnost' (Circassians and military service) // Adygskaya publitsistika kontsa XIX -nachala KHKH veka (Izbrannoye) / ed by. R. KH. Khashkhozhev. Nal'chik: El'-Fa, 2005. P. 181-184. (In Russian).

15. Kulumbekova A. K. Terskoye kazachestvo v mezhnatsional'nykh otnosheniyakh na Severnom Kavkaze v 1917 g. (Terek Cossacks in interethnic relations in the North Caucasus in 1917) // Vestnik Vladikavkazskogo nauchnogo tsentra RAN. Vladikavkaz: Vladikavkazskiy nauchnyy tsentr RAN, 2013. T. 13. No. 1. P. 27-35. (In Russian).

16. Magomedov SH. M. Oktyabr' na Tereke i v Dagestane (October on the Terek and in Dagestan). Makhachkala: Dagestanskoye knizhnoye izdatel'stvo, 1965. 224 p. (In Russian).

17. Mamayev O. M. Agrarnaya politika Gorskogo pravitel'stva v 1917-1919 gody (Agrarian Policy of the Mountain Government in 1917-1919) // Izvestiya Rossiyskogo gosudarstvennogo pedagogicheskogo universiteta im. A. I. Gertsena. 2008. No. 26 (60). P. 181-184. (In Russian).

18. Matveyev V. A. Rossiyskoye samoopredeleniye i separatizm na Severnom Kavkaze v 1917 g. (Russian self-determination and separatism in the North Caucasus in 1917) / Kazachestvo i narody Rossii: puti sotrudnichestva i sluzhba Rossii: materialy zaochnoy nauchno-prakticheskoy konferentsii. Krasnodar: Kubanskiy gosudarstvennyy universitet, 2008 // URL: http://www.slavakubani.ru/history/1917-1920/rossiyskoe-samoopredelenie-i-separatizm-na-severnom-kavkaze-v-1917-g/ (Accessed: 26.11.2017). (In Russian).

19. Materialy s»yezdov gorskikh narodov Severnogo Kavkaza i Dagestana 1917 goda (Materials of congresses of the mountain peoples of the North Caucasus and Dagestan of 1917) / Sost., avtor vstupitel'noy stat'i A.KH. Karmov. Nal'chik: Izdatel'skiy otdel KB IGI, 2014. 168 p. (In Russian).

20. Muzayev T. M. Soyuz gortsev. Russkaya revolyutsiya i narody Severnogo Kavkaza, 1917 - mart 1918 g. (Union of Highlanders. The Russian Revolution and the Peoples of the North Caucasus, 1917 - March 1918). Moscow: Patriya, 2007. 520 p.

21. Ob»yavleniye TSK Soyuza ob»yedinennykh gortsev (Announcement of the Central Committee of the Union of United Highlanders) // Gorskaya zhizn' (Vladikavkaz), 1917, August 31. (In Russian).

22. Osmanov O. I. Vozniknoveniye, funktsionirovaniye i likvidatsiya gosudarstvennykh obrazovaniy na Severnom Kavkaze: istoricheskiy opyt: mart 1917 - aprel' 1920 gg. (The emergence, functioning and liquidation of state entities in the North Caucasus: historical experience: March 1917 - April 1920).Vladikavkaz: NOSU Publ., 2014. 194 p. (In Russian).

23. Revolyutsionnoye dvizheniye v Rossii v sentyabre 1917 g.: Obshchenatsional'nyy krizis. Dokumenty i materialy. (Revolutionary movement in Russia in September 1917: National crisis. Documents and materials). Moscow: SA USSR publ., 1961. 631 p. (In Russian).

24. Soyuz ob»yedinennykh gortsev Severnogo Kavkaza i Dagestana (1917-1918 gg.), Gorskaya respublika (1918-1920 gg.). (Dokumenty i materialy). (Union of United Highlanders of the North Caucasus and Dagestan (1917-1918), the Mountain Republic (1918-1920). (Documents and materials)). Makhachkala: DSC RAS, 1994. 440 p. (In Russian).

25. Takho-Godi A. A. Revolyutsiya i kontrrevolyutsiya v Dagestane. (Revolution and counter-revolution in Dagestan). Makhachkala: Dagestan state publishing house, 1927. 236 p. (In Russian).

26. Tkachev Ye. A. Terskoye kazachestvo v gody revolyutsiy i grazhdanskogo protivostoyaniya (1917-1923): uchastiye, politicheskiye prioritety, itogi: avtoref. (Terek Cossacks during the years of revolutions and civil confrontation (1917-1923): participation, political priorities, results). Pyatigorsk: PSU Publ., 2005. 26 p. (In Russian).

27. Uligov U. A. Sotsialisticheskaya revolyutsiya i grazhdanskaya voyna v Kabarde i Balkarii i sozdaniye natsional'noy gosudarstvennosti kabardinskogo i balkarskogo narodov (1917-1936) (Socialist revolution and civil war in Kabarda and Balkaria and the creation of national statehood of the Kabardian and Balkar peoples (1917-1936). Nal'chik: El'brus, 1979. 354 p. (In Russian).

28. Filatova ZH. V. Transformatsiya organov mestnogo upravleniya i samoupravleniya v Stavropol'skoy gubernii i Terskoy oblasti (mart 1917 - mart 1918 g.). (Transformation of local government and self-government bodies in Stavropol Gubernia and Terek region (March 1917 - March 1918). Pyatigorsk: SKAGS Publ, 2009. 29 p. (In Russian).

29. Filatova ZH. V. Transformatsiya sistemy organov mestnogo upravleniya i samoupravleniya v Stavropol'skoy gubernii i Terskoy oblasti v marte-aprele 1917 g.: dinamika i osobennosti preobrazovatel'nykh protsessov (Transformation of the system of local government and self-government bodies in Stavropol Gubernia and Terek region in March-April 1917: dynamics and features of the transformation processes) // Nauchnyye problemy gumanitarnykh issledovaniy. Pyatigorsk: Institut regional'nykh problem rossiyskoy gosudarstvennosti na Severnom Kavkaze, 2009. No. 15. P. 78-86. (In Russian).

30. Center for Documentation of Contemporary History of the Kabardino-Balkarian Republic (TSDNI KBR). F. 25. Inv. 1. D. 38. (In Russian).

31. TSDNI KBR. F. 25. Inv. 1. D. 36. (In Russian).

32. Yandiyeva M., Gazikov B. Ingushskaya politicheskaya publitsistika 50-kh gg. V.-G. Dzhabagiyev na stranitsakh zhurnala «Svobodnyy Kavkaz» (Ingush political journalism in the 50's. V.-G. Dzhabagiev in the pages of the magazine «Free Caucasus») URL: https://ghalghay.com/2010/03/10/ (Accessed: 26.11.2017). (In Russian).