Секонд-хенды сыграли на кризисе

Продажи в секонд-хендах выросли в два раза. В таких магазинах россияне стали одеваться с уходом иностранных производителей. Комиссионные точки оказались бенефициарами кризиса — многие бренды теперь доступны только там. “Ъ FM” выяснил, что происходит на вторичном рынке одежды: продажи выросли во всех сегментах — от тех, где торгуют на развес, до люксовых, где зарабатывают миллионы. С покупателями и продавцами общался Иван Корякин.

Фото: Ирэн Майорова, Коммерсантъ

Классические секонд-хенды, где цена за килограмм и динамические скидки — чем ближе новый еженедельный привоз, тем дешевле «старая коллекция» — никуда не делись. Они только завоевали уважение в глазах аудитории, понимающей в осознанном потреблении. Вот и москвичка Елизавета на днях благополучно закупилась в одном из столичных секондов: «Я себе нашла пару замечательных платьев и рубашку с вышивкой, это все стоило 3 тыс. Скорее всего, в магазине, если бы я покупала такую новую рубашку, она бы стоила примерно столько же».

Собеседница “Ъ FM” полагает, что с уходом масс-маркета в секонд-хендах ее будут видеть чаще. В самих магазинах подержанной одежды признают, что клиентов стало больше. Но и цены выросли, рассказал “Ъ FM” владелец секонд-хенда «Ничего подобного» Олег Марковский: «Масс-маркеты, где люди могли за небольшие деньги приобрести товары, закрылись. В основном это, конечно, брендовая одежда, цены были подняты на 20-25%. Сейчас стоимость обратно не опустились, но на 7-8%, наверное, снизились».

Не все секонды одинаковые — есть винтажные магазины, как, например, FreakFrak — один из старейших в городе. Там покупателей тоже стало больше — приходят те, кто предпочитает что-нибудь дизайнерское, говорит владелица магазина Ирина Гетманова. Но есть проблема — одежду закупали за границей: «Сейчас с этим плохо, но у нас есть свои очень серьезные запасы, потому что я всегда работала не сиюминутно: вошли в моду плащи, тренчи, мы их привезли. Будем искать какие-то альтернативные возможности, потому что, конечно же, у нас в основном западная одежда».

В более дорогом сегменте, который перепродает уже люксовые бренды, спрос еще выше. Ведь сумка от Prada за 100 тыс. руб., которую ни отличить от новой, — это еще и предмет инвестиций. И в Москве об этом знают, говорит соосновательница и операционный директор ресейл-проекта TheCultt, где продают бывшие в употреблении люксовые аксессуары, Мария Манаева. В марте оборот платформы по сравнению с февралем вырос вдвое: «Рубль сильно ослаб, да и в целом в стране было очень много разговоров о дефолте.

Была паника, люди старались избавиться от рублей и активно вкладывались в товары люкс-сегмента, так как это, и правда, хорошая возможность сохранить свой капитал.

Сумки определенных брендов — Chanel, Louis Vuitton, Hermes — всегда можно продать по цене, приближенной к цене бутика».

Люксовые бренды вообще ушли из России — их теперь иначе, как через ресейл, и не достать. Но и в этом сегменте есть сложности: продажи хоть и выросли вдвое, но закупать стало сложнее, особенно духи, рассказала “Ъ FM” основательница проекта Relove Марина Романова: «Люди боятся сдавать парфюмерию, потому что они беспокоятся, что бренды в России будут отсутствовать очень долгое время. Духи сдают достаточно неохотно, при этом их очень быстро покупают — мы успеваем продавать буквально за один-два дня».

То же самое и с одеждой — покупать стали активнее, а вот свои вещи продавать не торопятся. Но это типично для кризиса — в 2014 году было то же самое, говорит основательница Second Friend Store Анна Любан: «Входящий поток вещей снижается, и в этот раз тоже наблюдается падение процентов на 30. Это объяснимое поведение — люди придерживают вещи, кто-то думает о том, что он это еще поносит, то есть активнее люди продавать не стали».

К слову, в пандемию дорогой секонд-хенд был одним из немногих сегментов люксового рынка, который сохранил рост. Это тренд — люди стали проще относиться к вторичному потреблению. А тем, кто пока не стал, новый кризис, возможно, выбора не оставит.