Люди, часы, мануфактуры, идеи

Люди, часы, мануфактуры, идеи

Часовой салон Geneva Watch Days

В августе 2020 года Geneva Watch Days стал первым часовым офлайн-событием после локдауна. Но и на четвертый год своего существования салон не потерял ни смысла, ни оригинальности, а только нарастил и то и другое.

За прошедшие годы стало окончательно ясно, что новый салон нашел свое место, решительно его занял, а в швейцарском часовом мире возникло некое равновесие. С одной стороны, есть масштабная часовая выставка Watch & Wonders, где в одном месте собраны большие бренды, а с другой — камерный салон Geneva Watch Days. Тут нет единого огромного пространства для всех, и каждый бренд выбирает тот формат, который ему нравится: cьют в одном из гранд-отелей на набережной, собственный женевский магазин или даже собственную мануфактуру. И это создает совершенно иную атмосферу — более камерную и куда более легкую и свободную.

Geneva Watch Days нашел не только формальное/форматное отличие от W&W, но и содержательное — условия участия тут куда более демократичные, что позволяет собирать кроме больших брендов — основателей салона все больше и больше независимых мануфактур и независимых часовщиков: это уникальное предложение GWD, притягивающее всех, кто действительно увлечен часами. Не могу не добавить, что давно не видела такой легкой и веселой обстановки, какая была в этот раз под белым шатром Rotonde du Mont-Blanc на самой набережной. Днем там проводили пресс-конференции и аукционы (цюрихский аукционный дом Ineichen с часами Konstantin Chaykin и совместный Geneve Watch Days с аукционным домом Phillips и Bacs & Russo для студентов Школы часового искусства Женевы), а вечером — вечеринки; на финальной, часового журнала Revolution, в очереди к вагончикам с бургерами (важная женевская институция The Hamburger Foundation) и мороженым выстроились CEO больших брендов, независимые часовщики, пиарщики, журналисты, блогеры — все разговаривали и разглядывали, что у кого на запястье.

Конечно, как всегда на любом салоне, тут становятся видны тренды — например, очевидная мода на композиты, где углеводородные волокна смешивают с другими материалами, чтобы получить необычную фактуру и цветосочетания, и вообще концентрация на работе с новыми материалами, которая раньше была прерогативой определенных брендов, а сейчас захватила всех. Или по-прежнему длящаяся тенденция к минимизации корпусов: 42 мм, ставшие в какой-то момент стандартом, уже кажутся большими, а 45 — так и вовсе огромными. А также очевидное увлечение экспериментальными формами корпусов, отличными от круга. Определился и цвет сезона — а в часах вообще цветовая гамма невелика — темно-зеленый. Но про все это — на примере конкретных часов.

Большие бренды

Начнем с углеводородных волокон. Главной премьерой Bvlgari стали новые Octo Finissimo — нет, пока не было никаких новых моделей за пределами тех восьми рекордов тонкости, которые эти часы поставили в 2014-м, изменивших ход часовой истории Bvlgari и ставших отдельным феноменом в индустрии. Но две из тех восьми моделей — те, что сейчас названы Octo Finissimo CarbonGold Automatic и Octo Finissimo CarbonGold Perpetual Calendar — показали в совершенно новом материале, и это как раз углеводородное волокно с вкраплениями золота. Первые, автомат, в 2017 году получили Grand Prix d’Horlogerie de Geneve как лучшие мужские часы, а вторые, самый тонкий вечный календарь, взяли в 2021-м там же главный приз, «Золотую стрелку». Только тогда они были из титана, с которого коллекция Octo Finissimo и начиналась,— а сейчас из карбона антрацитового цвета, в котором вспыхивают золотые блики, и это сделало их не только суперлегкими, но и супернеобычными. Смена материала — не просто эстетическое решение: она влечет за собой решения технические, потому что нельзя просто так поменять титан на карбон. В новой версии некоторые детали были сделаны из литого золота, например мосты.

У Bvlgari на этом салоне было больше всех новинок — они среди его зачинателей и они самая мощная тут компания. Не премьера GWD, но премьера этого лета, тоже привезенная в Женеву,— новые летние Bvlgari Aluminium и конкретно Bvlgari Aluminium Match Point Edition. И это как раз тот самый красивейший зеленый, который мы вам обещали,— тут это цвет темно-зеленой живой изгороди. В работе над этими часами принимал участие теннисист Андрей Рублев, и зеленый, как говорят, был в том числе и его выбором (во что легко поверить, глядя на его рыжие волосы и зеленую форму). Кроме того, этот 40-мм автомат с окошком даты на серебристо-белом циферблате — destro, то есть заводная головка у него слева, чтобы при игре она не врезалась в запястье. А зеленый тут — каучук на безеле и на ремешке, который вместо традиционной имеет застежку на липучке Velcro. И маленькие детальки — зеленое люминесцентное покрытие на метках и стрелках, желто-зеленая, в цвете теннисного мячика, секундная стрелка и алюминиевый футляр, обтянутый тем самым материалом, из которого эти мячи делают. А Рублев не только снялся в рекламе этих часов, но и реально выходил в них на корт.

Собственно, две эти модели — Octo Finissimo и Bvlgari Aluminium, находящиеся по разным полюсам часового мира Bvlgari, и определяют сегодня его конфигурацию: от простых, недорогих, но современных с точки зрения дизайна и материала — до суперсложных, очень дорогих и тоже подчеркнуто современных, но строящих эту современность на другом уровне и для других клиентов.

1 / 9

Мир женских часов Bvlgari выглядит иначе: тут, в отличие от мужских, у них выдающаяся история, и самая ее легендарная часть — это, конечно, Serpenti, 75-летие которых отмечают в этом году. А это значит, что без новых Serpenti было никак — и это Serpenti Misteriosi, в которых стоит новый мануфактурный калибр Bvlgari Piccolissimo BVL100, самый маленький, как подчеркивают в Bvlgari, из имеющихся сегодня на рынке круглых механизмов. Именно он теперь станет флагманским для всех ювелирных механических часов Bvlgari. Если нажать на язычок змейки, то крошечные механические часы из ее пасти вынимаются, и при желании их можно заменить на такого же размера кварцевые.

Piccolissimo BVL100 стоит и в другой ювелирной часовой новинке Bvlgari, Monete Catene. Это две пары так называемых часов с секретом, и тут это монеты, закрывающие циферблат. Три римские монеты — серебряный денарий с профилем императора Каракаллы в Monete Catene и две серебряные монеты с профилями его родителей, императора Септимия Севера и жены его Юлии Домны, в Monete Catene Dual Time. Две — потому что время в двух часовых поясах показывают тут два циферблата (со стрелками разного цвета), а значит, стоят два Piccolissimo. Ну и это часы-манжета в стиле бруталистких прямоугольных часов Bvlgari 1970-х, которые декорированы цепями, еще одним историческим мотивом Bvlgari. Собрать всю императорскую семью вместе в одной ювелирной витрине — это остроумно, к тому же Каракалла Bvlgari не чужой, мозаики его терм дали им декоративный мотив Diva.

Эффектные часы — с точки зрения материала, дизайна, сугубо технических решений, вообще концепции — показал еще один большой бренд, Ulysse Nardin, и это Blast Free Wheel Marquetry. Тут пропета настоящая ода кремнию, знаковому материалу для Ulysse Nardin, кремниевые компоненты появились у них еще в 2001 году, в их знаменитых «фриках», но в Blast Free Wheel Marquetry кремний буквально везде. В них стоит мануфактурный калибр UN-176 с фирменными кремниевыми пружиной и балансом, разработка последнего заняла два года. Но самый видимый эффект — циферблат, выложенный кремниевой мозаикой маркетри, над которым парит будто бы разъятый на части механизм — колеса, турбийон, заводной барабан и индикатор семидневного запаса хода. Мозаика сама по себе отдельное произведение metiers d’art: 103 синие кремниевые пластины, хрупкие и сложные в обработке, чьи поверхности взаимодействуют так, что циферблат выглядит трехмерным. Для всей этой работы потребовался 45-мм корпус из белого золота, отделанный гранями под отрицательным углом, поддерживающими мотив маркетри. И даже на задней крышке стоит кремниевая пластина.

1 / 2

Сложно сказать, к какой именно группе относится Jacob & Co — независимая современная ювелирная компания, уделяющая сейчас много внимания развитию своих часов и достигшая на этом пути определенных результатов,— но по ее стилю и размаху мы склонны тоже отнести ее к большим брендам. В Женеве они показали одни часы The World Is Yours Dual Time Zone — и тут Джейкоб Арабо, король кэмповой часовой эстетики, обошелся практически без всякого кэмпа. Видимо, потому что тут задействована история целой семьи: в 13 лет Яков Арабов, который потом станет Джейкобом Арабо, получил от своего отца часы Wakmann со вторым часовым поясом, и на их позолоченном циферблате были выгравированы Европа и Америка. Часы эти до сих пор хранятся в семье и связывают три ее живых поколения — Низона, Джейкоба и его сына Бенджамина. На память об этих часах и этой связи Jacob & Co сделала золотые 43-мм часы-автомат с функцией второго часового пояса, на циферблате которых тоже одна часть карты мира, с Америкой, а другая, с Евразией, Африкой и Австралией,— на золотой задней крышке. Два вспомогательных циферблата с часовыми поясами, в центре — счетчик маленькой секундной стрелки в виде розы ветров. Особый момент, который подчеркивают в Jacob & Co, состоит в том, что The World Is Yours показывают время в обеих зонах с указанием часов и минут, и каждая может быть установлена с точностью до минуты — поэтому страны с необычным смещением времени UTC, например Индия, могут точно отображать как местное, так и домашнее время. Корпус, ремешок, задняя крышка, безель, стекло — все изогнуто или вогнуто, повторяя очертания земной поверхности, особенно эффектно это видно на выпуклом циферблате, где разница между самой низкой и самой высокой точкой поверхности составляет 3,7 мм. Очертания континентов сделаны высокоточным лазером, а фактура — с помощью специально изготовленной пресс-формы. Океаны и моря вручную покрываются голубым лаком — и это заставляет вспомнить сочетание лазури и золота на куполах узбекских мечетей, но еще точнее на родину семьи Арабовых указывает логотип на задней крышке, помещенный примерно в том месте, где расположен Узбекистан.

Исторические мануфактуры

Работа исторических мануфактур — это всегда напряжение, которое создается в поле между наследием и современными задачами, и зависит она от того, как они определяют свое место в этом поле. Например, одна из самых старых и заслуженных, Zenith (он же и большой бренд), существующая с 1865-го, посвятила последние несколько лет как раз поиску этого места. В результате вся работа с новым и высокотехнологичным сосредоточилась в коллекции DEFY, а классическое наследие, которому возвращают его исторический облик, в коллекции Chronomaster, ну и все вместе связывает великий зенитовский механизм хронографа El Primero в его разных итерациях.

Коллекция DEFY, посвященная высокочастотной точности, была представлена DEFY 21 Chroma II. И тут высокоточный отсчет времени связали с движением цветовой волны по спектру, и получился высокочастотный хронограф в 44-мм корпусе из черной или белой керамики с яркими цветовыми акцентами. В черной версии это оранжевый и зеленый, а в белой — голубой и розовый, но и там и там по окружности открытого циферблата, по концам стрелок и даже по самому механизму развернут весь цветовой спектр, составляя цветосочетания с разными элементами на циферблате,— и даже каждый мост выполнен в разных цветах, в соответствии с оттенком часовых меток. Сзади можно увидеть работу автоматического хронографа El Primero 21 с высокой частотой хода 1/100 секунды. И белых, и черных часов выпустят по 500 экземпляров.

С другой стороны выступает Chronomaster Original With А Black Tricolour Dial с черным циферблатом и тремя разноцветными счетчиками хронографа. Он воплощает ту работу, которую Zenith сейчас ведет со своей классикой: это современная версия Zenith A386 1969 года выпуска, одного из первых образцов исторических часов El Primero (с одноименным калибром внутри) в стальном 38-мм круглом корпусе. Черный циферблат здесь впервые — традиционно циферблат был кремовым с тремя счетчиками серого и синего оттенков. Но сейчас все части циферблата — колесико даты в окошке на 4:30 и две шкалы хронографа, 10-секундную и 1/10 секунды,— пришлось поменять с белого на черный и наоборот. Внутри стоит новое поколение высокочастотного автоматического хронографа El Primero с функцией хронографа на 1/10 секунды.

1 / 7

То, что показали Girard-Perregaux, прекрасно вписывается в тенденции, что мы обозначили выше: углеводородные волокна и зеленый цвет. Мануфактура существует с 1791 года, история ее за более чем два века кардинально менялась, но та коллекция, которую показывали в Женеве, одна из главных у GP, относится ко второй половине XX века, как и у многих других исторических мануфактур. Речь о Laureato, представленной в 1975 году и названной в честь знаменитого фильма Майка Николса «Выпускник» («Il Laureato») с Дастином Хоффманом в главной роли. Это было время великих стальных часов на интегрированных стальных браслетах — «королевские дубы» Audemars Piguet, «наутилусы» Patek Philippe, «инженеры» IWC,— и «лауреаты» идеально вставали в этот ряд. Женевская премьера GP из линии Laureato Absolute, посвященной современным высокотехнологичным материалам,— Laureato Absolute 8Tech. Их 44-мм корпус как раз и сделан из карбона, вернее, это композит из углеродного волокна с титаном, а 8Tech – название технологии изготовления этого композита, чья волнистая фактура напоминает рисунок дамасской стали. На сером циферблате три счетчика хронографа и окошко даты, а внутри — мануфактурный автоматически калибр GP03300–1058 с запасом хода в 46 часов.

Ну а то, что связано с зеленым цветом, строго говоря, не премьера GWD, но премьера лета — и тоже была привезена в Женеву. И это опять «лауреаты» — Laureato Green Ceramic Aston Martin Edition, длящийся уже некоторое время совместный проект Girard-Perregaux и Aston Martin. Сделаны эти часы из керамики в изумительном зеленом оттенке British Racing Green, одном из самых красивых цветов на свете, который тут назван Aston Martin Racing Green. И теперь перед нами универсальная коллекция в двух размерах — 38 и 42 мм, то есть на любые запястья и любой гендер.

Независимые часовщики

Работа независимых часовщиков всегда в той или иной мере связана с поиском и освоением новых материалов, как и вообще новых форм всего, это такой часовой авангард. Но даже найти новые формы обработки уже известного материала — повод для гордости. Так, Макс Бюссер, основатель MB&F и один из самых ярких независимых часовщиков, представил на GWD последнюю версию «часовой машины» — Horological Machine No.9 Sapphire Vision, или коротко HM9 Flow. Это не новая модель — она была впервые представлена в 2019 году и посвящена авиации 1940–1950-х годов с ее аэродинамической стилистикой, а в 2021-м появились прозрачные Sapphire Vision, открывающие весь блеск сложнейшего механизма с двумя независимыми балансовыми колесами. Суть же тут в том, что сапфировое стекло не плоское или даже куполообразное, как обычно, но со сложными изгибами, напоминающее авиационную кабину; обрабатывать его гораздо сложней, и потерь тут гораздо больше. В нынешних сапфировых моделях HM9-SV, выпущенных по пять штук каждая, добавлена оправа либо из желтого золота — и там стоит механизм зеленого цвета с обработкой green-CVD, либо из белого золота в сочетании с голубым механизмом blue-CVD.

De Bethune, основанная арт-коллекционером и антрепренером Дэвидом Занеттой и часовщиком в четвертом поколении Дени Флажоле, показала новую версию своей главной модели DB28 — DB28XP Kind Of Blue. Получился гибрид легендарной ультратонкой DB28XP и ее хайтек-версии DB28 Kind Of Blue — фирменные подвижные ушки, сажающие часы как влитые практически на любое запятые, очень узнаваемый дизайн и исключительный синий вороненого титана, материала 43-мм корпуса, который получается в результате естественного окисления. Титановый же циферблат с золотыми стрелками, механизм DB2115v12 с ручным заводом и шестидневным запасом хода, прозрачная задняя крышка.

А еще Дэвид и Дени показывали не женевскую, но тоже совсем недавнюю премьеру, и это идеально простые — по-дебетюновски, конечно,— часы из того же семейства, DB28xs Starry Seas. Их образ — звездное небо (которое вообще тут так любят), отражающееся на морской поверхности, созданной с помощью иррегулярного гильоше на титане, вокруг него покрытое серебром кольцо с арабскими часами и минутами, все просто, никаких дополнительных функций. Полированный титановый корпус диаметром 38,7 мм — и в De Bethune говорят, что не просто уменьшают диаметр с прежних 39 мм, но начинают новую главу, содержание которой, надеюсь, мы скоро узнаем.

Замечательная мануфактура Urwerk интересуется новыми материалами, но еще больше новыми концептами — индикации времени, формы корпуса, соединения разных техник и пр. Про UR-100V Stardust Мартин Фрай и Феликс Баумгартнер, основатели Urwerk, говорят, что их занимала звездная пыль, из которой состоит все: «Вселенная как целое состоит из звездных частиц, что делает неизбежным их присутствие во всех окружающих нас формах материи. В необработанном или преобразованном виде, от углерода до ограненных алмазов, от железной руды до стали, звездная пыль вездесуща»,— говорит дизайнер Фрай. Воплотили они этот концепт очень эффектным образом, соединив свою обычную брутальную эстетику стального корпуса с нежнейшим бриллиантовым паве, которое называется Snow Setting, предполагающим камни одинаковой круглой огранки, но разного размера. Получилось неожиданно — практически тяжесть и нежность, такой вот образ звездного неба над нами, который часовщик Феликс Баумгартнер называет упорядоченным хаосом: 400 бриллиантов (VVS1, цвет D), около 1,9 карата чистого углерода. Часовые функции тут тоже с астрономическим уклоном: блуждающий указатель часа вверху под полусферическим хрустальным стеклом и два счетчика в выемках по обе стороны от сателлитной опоры. В первой — счетчик километров, указывающий расстояние, которое проходит Земля, вращаясь вокруг своей оси за 20 минут, то есть 555 км. Во второй — указатель пройденного Землей за тот же промежуток времени расстояния вокруг Солнца, а именно — 35 740 км.

1 / 9

Константин Чайкин, главный русский независимый часовщик, член Академии независимых часовщиков (Academie Horlogere des Createurs Independants, AHCI), и его мануфактура Konstantin Chaykin привезли в Женеву своего нового «ристмона» — антропоморфного монстра Kolobok, которым открывается новая серия русских ристмонов. Корни этой истории уходят в 1990-е, когда до нас дошел смайлик. Чайкин думает, что его прообраз и есть Колобок, самое простое, самое схематичное и самое всеобще антропоморфное изображение. Внутри часового колобка — то есть в стальном 40-мм корпусе — стоит калибр К.18–20 с автоматическим заводом на базе модифицированного швейцарского ETA 2892-A2, дополненного надстройкой мануфактурного производства, через стекло на задней крышке виден золоченый ротор, собранный из 15 деталей. На втором изображены солнце, избушка и березка. Циферблат-колобок покрыт несколькими слоями лакового градиента, к которому добавлена перламутровая пудра, чтобы создать эффект круглой поверхности с запеченной корочкой. Глаза колобка — это указатели часов и минут, а широко растянутый в улыбке рот — не только указатель фаз Луны, как обычно у чайкинских ристмонов, но и указатель дней недели — и это иконки героев сказки: Дед, Бабка, Заяц, Волк, Медведь, Лиса и сам Колобок, а кто из них будет обозначать первый день недели, можно выбрать (лично мне кажется, что на роль понедельника отлично подходит Волк).

Часовой менеджер и дизайнер Иван Арпа всю свою карьеру положил на то, чтобы удивлять и делать так и то, как и что не делает никто. Конечно, это прежде всего распространилось на материалы и формы, вернее, параметры: он использовал для своих корпусов разнообразные немыслимые камни, какие-то неведомые сорта дерева, хитроумным способом обработанные металлы. Его собственная марка ArtyА чего уже только не показывала, и вот на этот раз она представила вполне вроде бы уже принятую штуку — корпус из сапфира. Однако у Tiny Purity Tourbillon NanoSaphir Chameleon это не просто сапфир, но NanoSaphir Chameleon, высокотехнологичный поликристаллический тонированный синтетический сапфир со специальной нанообработкой. Фокус же в том, что надеваешь ты на руку янтарного цвета часы, любуешься механизмом сквозь абсолютно прозрачный со всех сторон корпус, разглядываешь турбийон, а потом подносишь руку к лампе, и они из янтарных становятся маркерно-зелеными, или из желтых — фуксийно-розовыми, или из аквамариновых — ярко-голубыми. И все — детский восторг и невозможно оторваться. Простой и прямой прием — но вполне действенный. Ну и сверх того — та самая минимизация: если Purity Tourbillon был в 46-миллиметровом корпусе, то Tiny Purity Tourbillon поставили в 39 мм, и он стал отлично сидеть на женской руке.

Независимые марки

Найти новый интересный материал и суметь с ним справиться — это удача, но сделать так, чтобы он ассоциировался именно с твоим брендом, удача еще большая. Руководящий возрожденной исторической мануфактурой H. Moser & Cie. Эдуард Мейлан так примерно и сделал. Год назад на Watch & Wonders они показали довольно радикальный концепт — Streamliner Flyback, корпус и браслет которых были сделаны из Vantablack, самого черного материала, который состоит — вновь! — из углеродных нанотрубок и поглощает 99,965% света. Это был прототип, его показывали в витрине на фоне, сделанном все из того же Vantablack, и выглядел он настоящий черной дырой, откуда выступали только стрелки,— но носить его было нельзя. И вот сейчас в Женеве представили пару реальных часов — Endeavour Tourbillon Concept Vantablack и Endeavour Centre Seconds Vantablack. В основе их облика — контраст ультрачерного циферблата с корпусом и стрелками из красного золота. К этому добавляется безупречно выверенная композиция всех частей циферблата. В Endeavour Tourbillon Concept Vantablack турбийон на 6 часах будто бы висит в абсолютной черноте, где нет ничего, кроме золотых стрелок, даже часовых индексов. Внутри — калибр HMC 804 с автоподзаводом и двойной пружиной, созданной на мануфактуре. В Endeavour Centre Seconds Vantablack на циферблат добавлены индексы, тоже из красного золота, а внутри стоит калибр HMC 200 с автоподзаводом. Диаметр корпуса обеих часов — 40 мм, то есть они для всех, кто горячо любит часовой минимализм.

После того как создатели Greubel Forsey Робер Гребель и Стивен Форси отошли от дел, для мануфактуры настал новый этап, и он связан с расширением круга клиентов, то есть превращением сложнейших коллекционных часовых моделей основателей в часы для жизни. Balancier Convexe S2 в этот раз представили в новом, меньшем по размеру корпусе из — да, конечно,— углеводорода, или карбона, и в новом размере 41,5 мм. Новый корпус изогнут со стороны циферблата и с обратной стороны, что дало практически безупречную посадку, но эти изменения задали новый дизайн колесу баланса, которое теперь установлено под углом 30 градусов.

1 / 11

Новый карбоновый корпус появился и у Double Balancier Convexe, самой, наверное, известной модели Greubel Forsey с двойным балансом,— их диаметр теперь 42,5 мм. Эти часы показали в двух версиях: у первых на верхний мост, где находится указатель запаса хода, нанесено зеленое с синим оттенком покрытие, равно как на платину и фланец. У вторых, черных, углеродные волокна образуют однородную текстуру, и на ее фоне выделяется механизм с ручной отделкой, зеркальной полировкой, входящими углами, сатинированными поверхностями и изогнутыми стрелками с люминесцентными наконечниками. Каждой версии выпустят по 22 штуки.

Из независимых исторических мануфактур еще отметим Czapek и их новинку Place Vendome Complicite, созданную совместно с немецким часовщиком Бернхардом Ледерером. Сложность этих часов в их самобалансирующемся механизме с двумя регуляторами, и эти регуляторы радуют нас прямо со стороны циферблата под сапфировым стеклом. Механизм, главная гордость этой модели, вообще красиво открыт с разных сторон — и его архитектура восхитительна. Place Vendome вспоминают потому, что стрелки тут соотносятся друг с другом как Вандомская колонна и ее тень. Есть две версии — Harmony Blue (глубокий синий цвет с корпусом из розового золота) и Stardust (нежный серый с корпусом из белого золота). Диаметр — 41,8 мм, завод — ручной, запас хода — 72 часа, количество — 50 экземпляров в каждом цвете.

Из неожиданных — или не очень ожидаемых — впечатлений надо назвать SUB 300 Beta Sharkhunter, новые часы культового дайверского бренда Doxa, известного своими большими, тяжелыми и брутальными моделями. И вот в Женеве представили часы не столько для погружений, сколько для обычной жизни — и даже жизни офисной, что уж совсем невиданно и неслыханно для Doxa. Кроме того, это полностью черные часы из матовой черной керамики, а вращающийся безель, заводная головка и часовые метки из 18-каратного золота 3N — и это совсем не типично для Doxa с ее яркими оранжевыми, голубыми и пр. часами. После премьеры фанаты Doxa моментально пришли в растерянность и сильное возбуждение.

Gerald Charles — бренд, непосредственно связанный с легендарным часовым дизайнером Джеральдом Джентой. Довольно эксцентричная форма их корпуса прежде казалась избыточной и несовременной, но сейчас, на фоне нынешних формальных поисков, в том числе и геометрии корпуса, они начинают выглядеть все более и более любопытно. И даже их женевская новинка Maestro 8.0 GC Sport Squelette In Grade 5 Titanium с левой заводной головкой — скелетон с избыточно причудливой архитектурой механизма — вызывала живой интерес у часовой публики.

И закончим часовым заводом Raketa, показавшим среди прочих переизданные часы «Русский код». Это часы, которые движутся против, а не по часовой стрелке — именно так, говорят на заводе «Ракета», движутся планеты в Солнечной системе, и это правильное астрономические движение. В центре циферблата находится Земля, вокруг которой, также против привычного хода, вращается секундная стрелка — Луна. Обратный ход стрелок, подчеркивают их создатели, обозначает связь «Ракеты» с космосом: часовой бренд был создан в 1961 году в честь полета Гагарина, на заводе в Петродворце делали часы для космонавтов и часы, посвященные космосу. В нынешнем стоит полностью мануфактурный калибр с автоподзаводом 2615R — инженеры часового завода «Ракета» поменяли ход его стрелок, изменив конструкцию двух важнейших элементов механизма: заводного барабана и узла хода. Что тут можно сказать? Это часы с особым путем стрелок, в самой концепции которых есть какая-то пленительная абсурдность. Ну и, конечно, время, идущее вспять,— это очень актуальный сегодня для нас сюжет.

Подписывайтесь на канал Weekend в Telegram