Складоход

Наталья Ульянова

С ЛУНОй У СЕРГЕЯ МАЛЬЦЕВА НЕ выШЛО: ПРОЕКт ЛУНОхОДА «СЕЛЕНОхОД»,

над которым он в составе группы энтузиастов работал несколько лет, не нашел спонсора и был свернут. зато для интеллектуальных автопилотов, разработкой которых занимается мальцев, нашлось

КУДА БОЛЕЕ ПРОЗАИЧЕСКОЕ ПРИМЕНЕНИЕ — НА ЗЕМЛЕ. ЕГО РОБОтЯГАЧИ

и робопогрузчики предназначены для автоматизации склада.

Собственный склад компания Сергея Мальцева RoboCV арендовала не так давно. Не для того, чтобы хранить что-то, а в качестве испытательного полигона для складского транспорта, который стартаперы оснащают интеллектуальными автопилотами. Сюда же, в «полевые условия», перебралась и вся команда разработчиков, оставив обжитой офис в технопарке «Сколково». Модельный склад, имитирующий настоящий, еще предстоит дооборудовать стеллажами и паллетами. «Тягач, который занимается перевозкой тележек с грузом, мы уже роботизировали, — говорит Мальцев. — Сейчас занимаемся более сложной техникой, которую в мире еще никто не оборудовал автопилотами в «продуктовом» виде. Например, погрузчиками, отвечающими за перемещение грузов в горизонтальной плоскости, а также узкопроходными штабелерами, которые умеют ставить паллеты на высоту 5-10 метров».

Весной прошлого года команде RoboCV дважды повезло: почти синхронно у стартапа появились и первый заказчик, и первый инвестор. Российский фонд LETA Сар^1 вложил в развитие проекта $500 тыс., а представительство Samsung в нашей стране заказало автопилот для шести тягачей. Это позволило очень быстро преодолеть путь от прототипа до коммерчески применимого образца. «Все сложилось на редкость удачно, — говорит Мальцев. — Свой автопилот мы изначально ориентировали на автопром, но чувствовали, что именно направление складской техники постепенно начинает обретать черты реального рынка. И как раз получили подтверждение тому в виде первого заказа!»

Робототехникой Сергей Мальцев занимается давно и целенаправленно. В 2004 году он окончил факультет ВМК в МГУ (программирование — его вторая специальность, по первой он инженер-механик) и стал искать для себя профессиональное применение в сфере своих робототехнических интересов. Работодателей с таким профилем в то время не оказалось даже на горизонте, так что пришлось искать приемлемую замену. Таковой стала компания, занимавшаяся разработкой компьютерных игр. При чем здесь роботы? «И компьютерные игры, и роботы нуждаются в искусственном интеллекте, — объясняет Мальцев. — Используются похожие алгоритмы. Эти технологии изначально стали складываться в робототехнике, но потом получили мощный толчок к развитию именно в компьютерных играх. И теперь вы видим, как они успешно «мигрируют» обратно — в робототехнику». В профессиональном смысле компьютерным играм Сергей Мальцев отдал должное: например, популярная игра «Карибский кризис» — в том числе и его рук дело.

Впрочем, и сам Мальцев «мигрировал» обратно в робототехнику довольно быстро — вскоре устроился на работу в НИИ, который разрабатывал роботизированные системы для военных — вроде робота-рыбы. Там все было примерно то же: искусственный интеллект, алгоритмы технического зрения, распознавание объектов. Вот только ограничений для полета инженерной мысли было слишком много — а ведь хотелось создавать роботов самого разного назначения. Подспудно он не переставал искать бизнес-идею для собственного проекта. «Хотелось найти нишу, в рамках

которой можно было бы развивать бизнес в настоящем времени, не дожидаясь, пока накопится необходимый опыт, — говорит он. — Ниша должна была быть довольно зрелой, но еще не занятой».

Идею, в какую сторону двигаться, подсказало участие в проекте изучения Луны «Селеноход», в котором Мальцев занимался созданием автопилота для лунохода. Проект в 2007 году запустила группа российских энтузиастов для участия в конкурсе Google Lunar X Prize с призовым фондом в $30 млн. Премия полагалась командам разработчиков, которые создадут луноход с заданными техническими характеристиками. Российская команда построила

На рынке «безводительских» решений для автотранспорта много серьезных игроков. это и Google с «гугломобилем», и крупные автоконцерны, тягаться с которыми стартапу из России не хватит ресурсов. Зато сегмент складской техники — свободная ниша с платежеспособным спросом, в которой можно оттачивать автопилотные

технологии

макет лунохода массой 5 кг и даже испытала его весной 2013 года на американской базе MRDS, где ландшафт напоминает лунный. Но денег на постройку летного образца ($1 млн) не нашлось, и в конце прошлого года российская команда отозвала свою заявку на участие в конкурсе.

Интеллектуальные автопилоты и показались Сергею Мальцеву идеальной нишей. Кстати, некоторые коллеги по проекту «Селеноход» впоследствии влились в команду RoboCV.

Грант на создание опытного образца автопилота удалось получить от фонда «Сколково». Разработанную систему установили на модели автомобиля, который периодически испытывали прямо в коридорах технопарка «Сколково». Сейчас это уже экспонат, «припаркованный» на полке в офисе компании, — память о стадии НИОКР.

«Сначала у меня были скорее абстрактные идеи, связанные с автопилотами, однако со временем появилось более глубокое понимание рыночных ниш, — рассказывает основатель RoboCV. — Стало понятно,

что есть автомобильный рынок, для которого автопилот является безусловной перспективой. Однако этот рынок пока не готов к массовым внедрениям, с ним можно подождать. Зато сегмент складской техники как раз начинает формироваться».

Так получилось, что российское представительство Samsung уже давно подыскивало решение, которое позволило бы заменить складских работников автоматической техникой. По словам предпринимателя, компания искала автопилотируемые системы и в других странах, но в результате остановилась на партнерстве с RoboCV. «Пока в мире всего три компании реализуют аналогичные проекты для складских единиц, — рассказывает Сергей Мальцев. — Западные производители предлагают похожие системы, но совсем за другие деньги. Кроме того, они сами тоже только в начале пути и пока не готовы работать на географически отдаленных рынках. При этом конкуренты в основном реализуют свои проекты для относительно несложной техники — вроде тех тягачей, которые мы роботизировали для «Самсунга». А вот продуктовыми разработками, связанными с более сложной техникой (это как раз то, за что мы сейчас вплотную взялись), насколько я знаю, никто еще не занимается».

Многие стартапы характеризуются большой мобильностью. RoboCV здесь не исключение. Получив заказ на разработку, эта команда быстро снялась с места, собрала все оборудование и почти в полном составе переехала на четыре месяца в Калужскую область, где расположен завод Samsung. «Мы сняли дачу рядом и стали ходить на завод, как на работу, практически без выходных, — вспоминает Мальцев. — Родственники нас почти не видели. Стояла задача быстро довести автопилот до промышленного образца. Успели — благодаря энтузиазму команды и тесному взаимодействию с заказчиком. Проект, на который у конкурентов уходили годы, мы сделали за несколько месяцев!»

Первый тестовый заказ состоял из шести тягачей, которые было необходимо научить перемещаться в автоматическом режиме со склада на производство и обратно. Сейчас участие человека требуется только для того, чтобы прицепить к тягачу тележку с грузом. «И эту операцию тоже можно было бы автоматизировать, но это слишком удорожало бы проект, — говорит Мальцев. — Пришлось бы создавать механизмы, позволяющие закреплять тележку». Следующие 15 единиц техники, которые предстоит оснастить автопилотами, будут более сложными и самостоятельными. «Вся техника, — поясняет разработчик, — принадлежит «Самсунгу». Мы занимаемся только разработкой автопилотов, устанавливаем на их технику свои компьютеры, программное обеспечение и датчики. То есть делаем из обычных машин роботов».

Заказы на «модернизацию» складской техники RoboCV получила еще от нескольких крупных международных компаний. Пока интерес к автопилотам проявляют в основном иностранцы, что объясняется не только их инвестиционными возможностями. Просто робототехнику разумно внедрять только там, где все процессы максимально организованы и стандартизированы.

Интеллектуальные автопилоты — продукт, масштабировать производство которого при росте числа заказов не сложно. Ведь это программное обеспечение и импортные комплектующие, которые производятся массово. Производство тех нескольких плат, которые компания сейчас делает самостоятельно, легко можно передать на аутсорсинг. «Заниматься производством «коробочек» мы, скорее всего, не будем, — объясняет Мальцев. — А развитие своего направления связываем с производителями складской техники. Хотелось бы, чтобы наша система в конце концов стала частью конвейерного производства. Мы уже проводим переговоры с различными производителями складской техники, в частности из Германии. Это наиболее перспективный и довольно реалистичный путь развития бизнеса».

Управлять техникой, которая стала вдруг роботами, не сложно. Режимов работы всего два. Первый — автономный, когда автопилот подключается к контроллеру борта складской единицы и системе WMS (ее использует большинство крупных компаний). Эта система формирует и отправляет заявки в складской терминал, только теперь за их выполнение отвечают не люди, а роботы, к которым напрямую приходит информация. Оператору остается лишь следить из своего офиса за уровнем заряда аккумулятора, состоянием техники, а также принимать отчеты о проделанной работе. При желании можно также наблюдать за происходящим на экране монитора — хотя бы для того, чтобы еще раз убедиться: то, что еще совсем недавно воспринималось бы как кадры фантастического фильма, стало обыденностью.

Второй режим — ручной, аналогичный работе техники до роботизации. Дело в том, что роботы пока способны выполнять только стандартные операции. Поставить паллету нестандартных габаритов в нестандартное место, проехать по новому маршруту или протиснуться сквозь узкий проход без риска что-то задеть они пока не могут. «Мы над этим работаем и 90% всех рутинных транспортных операций в ближайшее время сможем автоматизировать, — говорит Мальцев. — Но о полной автоматизации можно будет говорить лишь лет через десять. Пока роботы могут работать только в компаниях, где операции превратились в рутину и человеческий фактор только несет в себе риск сбоя налаженных процессов».

Человеческий фактор на складе всегда создавал проблемы. Особенно в России, где низкий уровень безработицы и высокий — воровства. «Простые, обыденные операции на складе конвертируются в низкую зарплату и непре-

стижную работу, на которую могут согласиться только га-старбайтеры, — уверен глава RoboCV. — Роботы полностью снимают эту проблему. Кроме этого, они не подвержены усталости — а значит, могут работать круглосуточно, чего не скажешь о человеке. С точки зрения стабильности выполнения операций роботы также более надежны. Автоматизированные системы все время начеку, они постоянно себя диагностируют». По подсчетам Мальцева, такие системы должны окупиться за два года.

Впрочем, российский рынок автопилотов слишком мал для того, чтобы стартаперы могли себе позволить им ограничиться. По подсчетам RoboCV, в складском сегменте отечественный рынок занимает всего 2-3% от мирового (к 2020

году он должен достигнуть круглой суммы в $1 млрд) — а значит, в скором времени разработчикам придется расширять свой бизнес в других странах. «Конечно, на такие серьезные рынки, как Британия, мы выходить не торопимся, — говорит предприниматель. — Географическая близость к клиенту на начальном этапе становления компании в нашем бизнесе критична. Поэтому пока мы ориентируемся в основном на рынки СНГ, Восточной Европы и Азии. Думаю, что в этих регионах у нас есть шанс побороться за долю в 30%».

В скором времени компания рассчитывает вернуться и на автомобильный рынок, с которого она в свое время начинала. По словам Сергея Мальцева, несмотря на перспективность, автопилотируемые автомобили — не самое близкое будущее. Рынок автопилотов сначала возникнет в сегменте грузовой техники на закрытых территориях, и только какое-то время спустя они заменят человека за рулем легкового транспорта. «Практически все разработчики, — говорит Мальцев, — обещают, что к 2030 году такие системы станут реальностью. И мы тоже в своих планах ориентируемся  на эти сроки».

Мобильность — главное оружие стартапера. Получив свой первый заказ от Samsung, команда RoboCV почти в полном составе переехала в Калужскую область, чтобы быть ближе к складу заказчика. Благодаря этому путь от прототипа до промобразца удалось пройти за четыре месяца