Метафизическая интерпретация акторно-сетевой теории и ее ограничения

УДК 141.113

С.С. Астахов*

метафизическая интерпретация акторно-сетевой теории и ее ограничения

В статье рассмотрена проблема метафизической интерпретации акторно-сете-вой теории (ANT), предложенной Г. Харманом, проанализирована теория актантов. Автор показывает, как критика реляционизма ведет к трансформации понятия актанта, а также исследует три ограничения, задающие перспективу ANT как теоретической метафизики.

Ключевые слова: философия науки, метафизика, акторно-сетевая теория.

Metaphysical interpretation of actor-network theory and its limitations. SERGEY S. ASTAKHOV

The article considers the problem of the metaphysical interpretation of actor-network theory (ANT), developed by G. Harman, and analyses the theory of actants. The author shows how the criticism of relationalism leads to the transformation of actant concept and explores three limitations that define ANT as theoretical metaphysics.

Keywords: philosophy of science, metaphysics, actor-network theory

Междисциплинарные обмены нередко связаны с серьезными рисками. И именно в такой среде часто возникают новые, нетривиальные концептуальные решения. Один из ярких примеров за последние десятилетия - это актор-но-сетевая теория (actor-network theory, далее -ANT), появившаяся в сфере исследований науки и технологий (science and technology studies, далее - STS). Созданная в 1980-е гг. в Горной школе Парижа, она воплотила в жизнь уникальный синтез антропологии, социологии, семиотики и онтологических построений А.Н. Уайтхеда, Ж. Делеза, М. Серра и И. Стенгерс. Благодаря таким работам, как "Пастеризация Франции" [10] и "Нового времени не было" [4] ANT стала важным проводником метафизики в социальных исследованиях науки [6].

Однако что именно это значит, и о какой метафизике идет речь? Ведущие авторы направления часто обращаются к понятийным ресурсам

современной онтологии1, но при этом статус собственно философской составляющей в их текстах недостаточно определен: Б. Латур, признанный лидер ANT, на протяжении тридцати лет постоянно колеблется между философией, антропологией и социологией как претендентами на обобщающий дисциплинарный дискурс для всего подхода. Акторно-сетевой анализ находится в ситуации, когда отношения между философским знанием и социальными науками устанавливается заново. Один из способов изучить эту ситуацию состоит в том, чтобы понять, как метафизика пытается переописать и даже присвоить ANT для собственных целей. Наиболее распространенная в настоящее время метафизическая интерпретация ANT была разработана Г. Харманом. Харман известен как один из четырех ведущих представителей так

1 В этой статье термины "онтология" и "метафизика" используются как синонимы [2, с. 438].

* АСТАХОВ Сергей Сергеевич, аспирант Школы философии факультета гуманитарных наук Национального исследовательского университета - «Высшая школа экономики». E-mail: joiceastachow@mail.ru © Астахов С.С., 2015

118 гуманитарные исследования в восточной сИБИрИ и на дальнем востоке • № 3 • 2015

называемого "спекулятивного реализма", автор нескольких книг по ключевым сюжетам мысли XX века. Для нас важно, как эклектичная неоднородная теория переформулируется под давлением интереса к философской онтологии.

Метафизическая интерпретация разворачивается преимущественно в книге «Государь сетей: Бруно Латур и метафизика» [8]. Хотя к ANT причисляют и таких теоретиков, как М. Каллон, Дж. Ло, А. Мол, Харман разбирает только лату-рианскую версию теории2. Далее мы выделим специфические черты метафизики ANT (с точки зрения Хармана) и выясним, как выстраивается новый подход и какие ограничения лежат в его основе. Концепция объектно-ориентированной онтологии Хармана затрагивается лишь в той степени, в которой это необходимо для анализа идей Латура. Вначале мы представим его очерк теории актантов, затем рассмотрим, как в ходе критике реляционизма трансформируется понятие актора. В завершение будут выделены три ограничения, задающие перспективу ANT как теоретической метафизики.

Метафизическая реконструкция ANT

ANT существует во множестве трактовок, и образ подхода в рамках "поворота к материальности" [1] будет отличаться от его интерпретации в прагматической социологии [3] или как теории технонауки. Для Хармана концепция Латура - это теория акторов2.

Основу теории актантов составляет понятие ирредукционизма. Акторно-сетевой анализ формировался в ситуации противостояния социального конструктивизма и физикализма. Стремясь преодолеть редукционистскую методологию обоих направлений, Латур выдвинул следующее положение: "Ничто само по себе не является редуцируемым или нередуцируемым к чему-либо еще" [10, p. 158]. Этот принцип, принцип ирредукции, совмещает две как будто бы противоречивые интуиции. С одной стороны, ни одна сущность не должна сводиться к другой. Религиозные феномены не должны редуцироваться к социальным факторам, культурные феномены - к экономическим

2 Его критический комментарий строится преимущественно вокруг монографических работ Латура, начиная с "Пастеризации Франции" и заканчивая "Пересборкой социального" [5].

3 Харман использует термины "актор" и "актант" как эквивалентные. В собственной концепции, объектно-ориентированной онтологии, он предпочитает термин "объект", который отсылает к любого рода акторам, не только к неодушевленным предметам.

закономерностям, психологические явления - к нейрохимическим процессам в мозге. В то же время, всегда можно попытаться построить подобные объяснения, однако тогда нужно показывать, как одно превращается в другое, как устанавливаются цепочки эквивалентностей [8, p. 15]. Двойственность ирредукционизма ложится в основу всех дальнейших разработок по теме агентности в ANT.

Если принять этот принцип, то любые акторы должны рассматриваться как равные друг другу -как человеческие, так и нечеловеческие. Латур отказывается от целого ряда таких антропоцен-тричных терминов, как «субъект», «индивид», «агент». В результате из семиотики А.Ж. Грей-маса им было позаимствовано более нейтральное выражение «актант». Когда мы отказываемся от редукции как ведущего метода объяснения, предметная сфера анализа расширяется за счет артефактов, животных и машин. Все актанты оказываются на едином онтологическом уровне. Харман называет это моделью метафизического равенства.

Ирредукционизм требует последовательной анти-эссенциалистской позиции: у актантов не должно быть сущностной глубины и производной от нее поверхности. Соответственно, в ANT нет места категории потенциальности: у актантов нет резерва свойств и отношений, который они могут использовать в будущем. Если бы подобный резерв был, то взаимодействия, в которые вступит некоторый актант в будущем, были бы уже вложены в него изначально. Если потенциальности нет, то актанты существуют только здесь и сейчас, полностью развернув свои различия в настоящее. Такая абсолютная конкретность позволяет говорить, что актант представляет собой событие. Харман называет эту черту ANT актуализмом. Если быть точнее, актанты могут пониматься либо как события, либо как траектории [8, p. 65]. События всегда абсолютно конкретны, происходят только здесь и сейчас. Будучи точечными, они не могут длиться и в этом смысле заперты в своих "локациях". Траектории же наоборот, соединяют места и мгновения, они длительны и подвижны.

Когда ни у одного актора нет запаса специфических свойств, которые он мог бы предъявлять, а мог бы и затаить - все его различия на поверхности. Соответственно, один актант не может быть сильнее, могущественнее другого, исходя из собственных различий. Единственный способ стать сильнее - заключать союзы: чем больше связей, чем больше союзов - тем сильнее он становится.

Взаимодействие между актантами Латур описывает с помощью понятия перевода, или медиации. Как несводимые, они отделены друг от друга онтологическими разрывами. Но, как сводимые актанты, они могут объединяться с помощью локального перевода. Подвергая критике субстанци-онализм, Латур заменяет идею субстанции идеей черного ящика. Черный ящик - это сильный актант, настолько прочно и надежно установленный, что нам не важно, какие процессы происходят у него "внутри". Внутренние свойства в оптике ANT - это, как ни странно, те же внешние союзы актанта: если актант закрепился в сети, то они отходят на второй план и становятся незаметными, невидимыми.

С точки зрения Хармана, Латуру также удается преодолеть противопоставление микро- и макрофеноменов [8, p. 15-16], принципиальное для социальной теории: в ANT как большие, так и малые акторы действуют на одном уровне. Атомы и молекулы - такие же действующие лица, как и Deutsche Bank и Олимпийские игры 1976 г.

Критика реляционизма

При изложении теории актантов Харман использует интересный метод: он выключает Лату-ра из актуального для него контекста STS и современной социальной теории, чтобы поместить его в центр своеобразного коллажа на тему истории метафизики. Для Хармана важно, что проблема коммуникации (в том или ином ракурсе) ставилась Декартом, Аль-Ашари и Аль-Газали, Н. Мальбраншем и Ж. Кордемуа. Впоследствии Юм и Кант свели все богатство этого проблемного поля к коммуникации между человеком и миром.

Латур, вслед за А.Н. Уайтхедом, заново обращается к проблеме коммуникации. Оба автора выступают как реляционисты, но для Уайтхеда Бог все еще остается универсальным посредником. Латур же решает проблему коммуникации, не делегируя способность опосредования ни божеству, ни человеческому разуму. Тот разрыв, который Кант видит между человеком и миром, у Латура оказывается разрывом между любыми актантами в принципе. И если для Мальбранша единственным посредником был Бог, то в акторно-сетевом анализе каждый актор может связывать других, и процесс этот, успешный или нет, всегда разворачивается локально. Окказионализм Латура локален и секулярен. И именно локальный окказинализм Харман считает главными достижениями Латура как метафизика.

Корреляционизм

и ретроактивная теория времени

Харман убедительно показывает, что реляци-онизм Латура не основан на принципе "anything goes" [8, p. 22; 13, p. 79]. Отказ от корреспондент-ной теории истины не ведет к отрицанию реализма. Актанты реально сопротивляются друг другу, переводы могут быть эффективнее и хуже. Так, чем сильнее и успешнее актант, тем лучше он умеет действовать на дистанции. Если цель действия на расстоянии - мобилизовать некоторого актанта, при этом сохранив его стабильность и обеспечив его комбинируемость с другими действующими силами, то нарушение этих критериев сводит на нет любой перевод. В свое время Пастеру пришлось приложить немалые усилия, чтобы выделить микробов из среды и перенести в лабораторию. Харман называет эту черту акторно-сетевой теории реализмом отношений, или реляционным реализмом. Как признается комментатор, именно Латур сделал возможным его собственный проект, объектно-ориентированной онтологию. Однако этот факт не мешает ему разворачивать масштабную критику акторно-сетевой теории.

В своем анализе он опирается на понятие "кор-реляционизма". Этот термин предложил К. Мейяс-су, и Харман понимает его так: "Корреляционист утверждает, что мы не можем мыслить ни людей в отрыве от мира, ни мир в отрыве от людей, но можем мыслить лишь первичную корреляцию или соотношение между ними"4 [8, p. 122]. Принципиальный вопрос для Хармана заключается в том, является ли акторно-сетевой анализ корреляцио-нистским?

Основное направление критического удара приходится на теорию времени Латура. Еще в "Ирредукциях" время определялось как результат борьбы и переговоров актантов [10, p. 164165]. Прежде всего, это означает, что временной порядок определяется после испытаний сил. Если бы не серия микробиологических экспериментов Пастера, нельзя было бы говорить о существовании и определенном наборе свойств микробов до необходимых испытаний, до полноценного включения их в технонаучные сети. Иными словами, микробы как сущности были сконструированы в лаборатории в конкретное время, но таким образом, что после открытия их существование было ретроспективно распространено на прошлое. "... на вопрос: всегда ли существовали микробы? дается симметрический ответ: всегда после 1864 г." ([11, p. 173], цит. по [6]). Харман называет это ре-

4 Перевод текста 6-й главы пока не опубликован и был любезно предоставлен автору А. Морозовым.

троактивной теорией времени: получается, что Пастер в 1864 г. производит 1861, 1862 и 1863 гг. с новым элементом - микроорганизмами.

Главный недостаток ретроактивной теории связан с различением реляционизма и корреляци-онизма. Латур как исследователь науки и технологий сконцентрировался на человеческой деятельности. Без собранных Пастером сетей микробы не проявили бы свою природу, не вступили бы в соответствующий порядок отношений. Получается, что исследователь сконструировал их ех шЫ1о [8, р. 125]. Но это очевидным образом противоречит амбициям ANT наделить не-человеков агентно-стью, способностью действовать вопреки людям и даже без их присутствия! Тогда не может идти речи ни о какой демократии сущностей, и из-за тезиса о ретроактивности подход оказывается кор-реляционистским.

Но Харман тут же доказывает, что корреляци-онизм обнаруживается в ANT лишь в некоторых случаях. Корреляционисты исходят из наличия зоны человека и зоны мира [8, р. 124], в то время как Латур не позволяет в принципе различать эти сферы. Далее, в логике ANT присутствие человека совершенно не обязательно для существования и взаимодействия не-человеческих актантов. Они могут быть связаны сами по себе. Харман указывает на понятия артикуляции и пропозиции, разработанные Латуром и позволяющие трансформировать ретроактивную теорию времени.

Пропозиции - это не языковые выражения, а то, что "позволяет сущностям изменять их определения в течение события" [7, р. 141]. Каждый актант в собственной актуальной событийности представляет собой пропозицию. Связь между двумя пропозициями Латур обозначает как артикуляцию, в том смысле, что если две пропозиции, два события-актанта, вступают в отношение, они начинают выражать друг друга сильнее. При этом пропозиции могут быть артикулированы сильнее и слабее, и артикуляция никогда не возникает из ниоткуда, всегда отсылая к предшествующим артикуляциям и пропозициям. По Харману, до экспериментов французского ученого существовали слабые пропозиции, которые он называет "пре-Пастером" и "пре-микробами". Открытия Пастера и были новыми артикуляциями, изменившими онтологический статус как исследователя, так и бактерий. Он не изобрел новую сущность, он лишь связал уже существовавшие явления с большим числом актантов. Данный аргумент ослабляет тезис о ретроактивности: настоящее может лишь ре-артикулировать прошлое, но не изобретать. Кроме того, и пропозиции, и артикуляции

могут разворачиваться без наблюдателя, только среди не-человеков. Корреляция актанта и его союзников не совпадает с корреляцией человека и мира, поэтому корреляционизм не имеет решающего значения в работах Латура.

Защитив теорию от обвинений в корреляци-онизме, комментатор еще сильнее подчеркивает ее реляционизм. Примат отношений ведет не только к отказу от потенциальности и актуализ-му, возникает дополнительные угроза для и без того несовершенной теории времени. Для полностью актуализированной сущности неясен источник будущих изменений. В эссенциализме таким источником выступает ядро потенциальности, но для латуровских актантов источник должен быть актуальным! Как замечает Харман, "проблема не в том, что они [Латур и мегарики] защищают примат актуального над потенциальным, а в том, что они отождествляют актуальное и реляционное. Только не-реляционная версия актуальности (а не потенциальности, которая напрочь реляционна) может объяснить изменение или движение" [7, р. 130]. Чтобы актант мог переходить от одного набора союзов к другому, ему нужен какой-то нереляционный способ освобождения от старых отношений для перехода к новым. При этом он должен сохранять частичное тождество, не испаряться при расторжении союзов, иначе невозможно перемещение в новые ситуации.

От актанта к объекту

Кроме слабой теории времени, в ANT есть другое уязвимое место, привлекшее внимание Хармана, - понятие перевода. Пастер, проводя исследования возбудителей сибирской язвы, оказался посредником между движением гигиенистов и микробами. Но что или кто является посредником между, с одной стороны, Пастером и движением гигиенистов, а с другой стороны, между Пастером и микробами? В первом случае можно говорить, к примеру, о секретаре, ведущем переписку и устраивающем встречи; во втором случае лабораторное оборудование будет переводчиком между ученым и микроорганизмами. И так - до бесконечности. Оказывается, что между актантами нет непосредственной связи - всегда возникает новый посредник, происходит открытие нового черного ящика. С точки зрения социологии науки, замечает Харман, эта проблема может быть оставлена без внимания [7, р. 146]. В реальной научной деятельности бесконечного регресса не происходит. Но для метафизика, пытающегося разобраться, как взаимодействуют актанты, это не может быть оправданием. Любая цепочка опосредований должна, в

конечном счете, приводить к непосредственному контакту двух актантов, иначе агентность растворяется в бесчисленных медиаторах. Харман считает, что у Латура нет решения, и сам предлагает такой вариант: непосредственный контакт между двумя актантами происходит на внутренней стороне (актуальное нереляционное ядро) третьего. Он называет это замещающей причинностью.

Харман последовательно выделяет разные сегменты теории актантов. Латур не корреляционист, но в его построениях есть значительные корреля-ционистские фрагменты. Он реляционист, но в более поздних работах [12] возникают неожиданные интуиции, идущие в разрез с реляционной моделью актанта. Таково, в частности, понятие плазмы.

Плазма представляет собой все, что находится вне или между связями сети. Согласно С. Л. Стар [13], технонаучные сети - это, среди прочего, сети стандартизации. Соответственно, в плазму попадают все нестандартизованные данные, необработанные феномены, все, что не может быть мобилизовано ученым для исследований [5, с. 336]. Она есть не что иное, как резерв сети, который оказывается источником "как внезапных, так и более постепенных изменений в сети" [8, p. 134]. Для Хармана сама идея плазмы выражает метафизичекое ограничение реляционизма. Актанты в сети не полностью совпадают со своими союзами, они еще и подключены к резервуару неизвестной, несвязной множественности.

Критика ретроактивной концепции времени приводит Хармана к идее актуального ядра сущности. Тем самым, он признает первый разрыв в акторе, или уже в объекте5, - между актуальным ядром и актуальными внешними отношениями. Затем, оставляя ядро нетронутым, он разделяет внешние отношения на те, без которых объект не может существовать, и те, без которых он может обойтись. Первые обозначаются как союзы между компонентами актанта, "домашние" отношения [8, p. 135], вторые - как союзы с другими актантами. Ядро не сводится к сумме компонентов, оно представляет собой нечто большее. Получается трехчастная модель актанта, и Харман, опираясь на идеи Гуссерля, добавляет также различие качеств от отношений. Объект становится четырехчастным или четверичным.

Ограничения

метафизической интерпретации

Теперь посмотрим, как Харман конструирует образ метафизики ANT и какие ограничения встроены в его интерпретацию. Как мы уже замечали раннее, Латур изолируется от актуальных

5 Харман постепенно переходит от словаря ANT к словарю объектно-ориентированной онтологии.

дебатов в STS и социальной теории и переносится в центр авторской версии истории европейской метафизики наравне с такими философами, как Аристотель, Кант, Хайдеггер, Уайтхед. Вместе с тем, он не столько даже упрощает, сколько игнорирует собственный сложный контекст развития ANT. К примеру, теория актантов излагается без отсылок к семиотике, а специфика идей Латура была бы яснее, если бы его работы были сопоставлены с текстами таких исследователей, как Дж. Ло, А. Мол и Э. Пикеринг. Далее, хотя обзор работ Латура дан в хронологической последовательности (От "Пастеризации Франции" к "Пересборке социального"), теория актантов представлена как нечто целое и единое, без экскурсов в ее историю. Возникает впечатление, что за почти тридцать лет ANT не претерпела особых изменений, что неверно.

Это связано с первым ограничением метафизической интерпретации ANT - деконтекстуа-лизацией. Деконтекстуализация, упрощая концептуальную фактуру теории, отделяет ANT от обстоятельств собственного возникновения. Онтология, разработанная для описания изменчивых и неопределенных социальных процессов, сама оказывается дистанцированной от непосредственных условий своего функционирования.

Второе ограничение - актуализм. Харман показал, что актант может быть описан либо как дискретное событие, либо как траектория. И если событие точечно и полностью развернуто в настоящее, то траектория требует концепта длительности, сохранения и передачи своего рода онтологической инерции. Во втором случае нельзя говорить об абсолютной конкретности актанта, поскольку он сам перемещается между мгновениями и принадлежит не только настоящему. Актуализм - не единственная возможность для ANT. В качестве альтернативы можно рассматривать понятие виртуальности Делеза. Харман хотел бы представить акторно-сетевой анализ как теорию онтологически дискретного мира, в котором господствует принцип абсолютной конкретности и нет места виртуальности [9, p. 101]. Им руководит желание найти в объектах источник актуальной глубины и таким образом обосновать собственный проект. Но Латур говорит о концепте виртуальности как средстве для схватывания актантов как траекторий, актантов как векторов [9, p. 105-106].

Третье ограничение связано как с пониманием локальности, так и с проблемой бесконечного регресса. Харман подчеркивает, что при «демократии уровней» размеры актантов не имеют значения. В рамках ANT могут рассматриваться как электроны, так и международные организации.

Вместе с тем, акторно-сетевая теория - это локальный окказионализм. И каждая локальность представляет собой особый разрыв между актантами, который преодолевается с помощью посредника и процедур перевода. Но что такое локальность? Имеется в виду область физического пространства или нечто иное? Каковы предельные размеры локальности? Если допустимо исследовать взаимосвязь электронов и международных банков, какова должна быть локальность, чтобы объединить таких разномасштабных актантов? На эти вопросы Харман не дает ответа. Он, по-видимому, теряет из виду «этнографическую чувствительность» акторно-сетевого подхода.

Особое значение для интерпретации имеет проблема бесконечного регресса. Это один из аргументов против всей актантной концепции, на нем основана теория замещающей причинности у Хармана. Удивительным образом рассмотрение проблемы оказывается подчинено устаревшему различению между теорией и эмпирией. Когда исследователь пытается обнаружить новый актант между двумя уже данными, он пытается открыть новый черный ящик. Согласно Харману, между двумя актантами всегда можно найти третьего, и так запускается дурная бесконечность. Но, как отмечалось выше, с ней имеет дело только метафизик-теоретик А^Г [8, р. 146], для эмпирика-социолога же вопрос о бесконечной опосредованности медиации нерелевантен: исходя из практических соображений, он всегда может остановить исследование, чтобы не впасть в опасные рекурсии. Это разделение позволяет Харману не учитывать, что каждый шаг по пути бесконечного регресса будет становиться все сложнее и сложнее. Сопротивление актантов будет расти, а за ним и цена проблематизации новых черных ящиков. Вопрос заключается в том, на каком основании Харман пренебрегает понятиями сопротивления и цены в метафизической интерпретации? Если бесконечного регресса нет, а есть растущее противодействие со стороны сети, которое тормозит рекурсию, то нарушается ход аргументации Хармана. Различие теории и эмпирии лишь скрывает всю нетривиальность проблемы. Переход от актор-но-сетевой теории к объектно-ориентированной

онтологии становится не столь очевидным.

* * *

Определенным успехом интерпретации Хармана оказался анализ различных концептуальных напряжений внутри ANT: между корреляциониз-мом и реляционизмом, между ретроактивной теорией времени и учением о пропозициях, между

понятиями события и траектории. Взгляд на ак-торно-сетевой анализ как на локальный окказионализм заинтересовал самого Латура [9, р. 42]

Однако проект Хармана потерпел две серьезные неудачи. Первая неудача заключается в том, что объектно-ориентированная онтология была не готова к сложной взаимосвязи концептуальных и исследовательских практик, характерных для многих работ Латура и его соавторов. В результате среди проработанных спекулятивных аргументов в лучших традициях континентальной философии возникает дихотомия теории и эмпирии, преодоление которой лежит в основе STS.

Вторая неудача состоит в том, что Харман не нашел равновесия между установкой на деконтек-стуализацию и открытостью к другим интеллектуальным средам. Как следствие, его теоретическая реконструкция ANT оказалась закрыта от влияний извне. Из его анализа практически невозможно ничего узнать о взаимоотношениях социальной теории, антропологии, STS и философии в текстах Латура.

Таким образом, Харман выстраивает образ ANT как теоретической метафизики, поддерживая различие эмпирического и теоретического в своем описании онтологии Латура. Три выделенных ограничения определяет направление аналитических усилий Хармана: выделяя и одновременно игнорируя "эмпирическую" сторону ANT, он отбирает те фрагменты теории, которые соответствуют задаче обоснования объектно-ориентированной онтологии, в частности, модели четверичного объекта. Перед глазами читателя разворачивается удивительная картина: "чистая" (вернее, очищенная) метафизика эклектичной междисциплинарной теории.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Вахштайн В.С. Возвращение материального. «Пространства», «сети», «потоки» в акторно-се-тевой теории // Социологическое обозрение, 2005. Том 4(1). С. 94-115.

2. Доброхотов А.Л. Избранное. М.: Издательский дом «Территория будущего», 2008.

3. Ковенева О.В. Французская прагматическая социология //Социологический журнал. 2008. №1. С. 5-21.

4. Латур Б. Нового времени не было. Эссе по симметричной антропологии. СПб.: Изд-во Европейского ун-та в Санкт-Петербурге, 2006.

5. Латур Б. Пересборка социального: введение в акторно-сетевую теорию. Пер. с англ. И. Полонской. М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2014.

6. Столярова О.Е. Социальный конструктивизм: онтологический поворот (послесловие к статье Бруно Латура) // Вестник Московского университета, 2003. Серия 7: Философия. № 3. С. 39-51.

7. Столярова О.Е. Надежда Пандоры: очерки по поводу реальности исследований науки // Энциклопедия эпистемологии и философии науки. М.: Канон+, 2009. C. 552-554.

8. Harman, G., 2009. Prince of networks: Bruno Latour and metaphysics. Melbourne: Re.press.

9. Latour, B., Harman, G. and Erdelyi, P., 2011. The prince and the wolf: Latour and Harman at the LSE. Winchester: Zero Books.

10. Latour, B., 1988. The pasteurization of France. Cambridge: Harvard University Press.

11. Latour, B., 1999. Pandora's hope: Essays on the reality of science studies. Cambridge: Harvard University Press.

12. Latour, B., 2005. Reassembling the social: an introduction to actor-network theory. Oxford-New York: Oxford University Press.

13. Star, S.L., 1991. Power, technology and the phenomenology of conventions: on being allergic to onions. In: Law, J. ed., 1991. Sociology of monsters. London: Routledge, pp. 26-56.

REFERENCES

1. Vakhstain,V.S.,2005. Vozvrashсhenie materiaTnogo. «Prostranstva», «seti», «potoki» v aktorno-setevoi teorii [The return of material. ''Spaces'', ''networks'', ''fluids'' in actor-network theory], Sotsiologicheskoe obozrenie, Vol. 4

2. Dobrokhotov, A.L., 2008. Izbrannoe [Selected works]. Moskva: Izdatelskii dom "Territoriya budushchego".

3. Koveneva, O.V., 2008. Frantsuzskaya pragmaticheskaya sotsiologiya [French pragmatist sociology], Sotsiologicheskiy zhurnal, no. 1, pp. 5-21.

4. Latour, B., 2006. Novogo vremeni ne byilo. Esse po simmetrichnoy antropologii [We have never been modern. An essay on symmetrical anthropology]. Sankt-Peterburg: Izd-vo Evropeyskogo un-ta v Sankt-Peterburge.

5. Latour, B., 2014. Peresborka sotsialnogo: vvedenie v aktorno-setevuyu teoriyu [Reassembling the social: an introduction to actor-network theory]. Moskva: Izd. dom Vyisshey shkolyi ekonomiki.

6. Stolyarova, O.E., 2003. Sotsialnyiy konstruktivizm: ontologicheskiy povorot

7. Stolyarova, O.E., 2009. Nadezhda Pandory: ocherki po povodu realnosti issledovaniy nauki [Pandora's hope: essays on the reality of science studies]. In: Entsiklopediya epistemologii i filosofii nauki. Moskva: Kanon, pp. 552-554.

8. Harman, G., 2009. Prince of networks: Bruno Latour and metaphysics. Melbourne: Re.press.

9. Latour, B., Harman, G. and Erdelyi, P., 2011. The prince and the wolf: Latour and Harman at the LSE. Winchester: Zero Books.

10. Latour, B., 1988. The pasteurization of France. Cambridge: Harvard University Press.

11. Latour, B., 1999. Pandora's hope: Essays on the reality of science studies. Cambridge: Harvard University Press.

12. Latour, B., 2005. Reassembling the social: an introduction to actor-network theory. Oxford-New York: Oxford University Press.

13. Star, S.L., 1991. Power, technology and the phenomenology of conventions: on being allergic to onions. In: Law, J. ed., 1991. Sociology of monsters. London: Routledge, pp. 26-56.