Минздрав сужает «Круг добра»

Президентский фонд помощи детям с тяжелыми заболеваниями «Круг добра» вступил в полемику с Минздравом. Ведомство предлагает исключить экспертный совет фонда из процесса принятия решений о закупке лекарств и медизделий на десятки миллиардов рублей. Минздрав поясняет, что «приводит процедуру лекарственного обеспечения детей по линии "Круга добра" в соответствие с федеральным законодательством, делает ее более простой, быстрой и прозрачной, ориентированной целиком на интересы маленьких пациентов». В фонде уверены, что принятие поправок, напротив, приведет к общественному недовольству «ввиду непрозрачности процедуры закупок». В «Круге добра» дают понять, что деньги, направляемые на помощь детям, не являются частью программ госгарантий, то есть не входят в бюджет Минздрава, а потому контролировать их использование должны «общество и специалисты в области тяжелых жизнеугрожающих и орфанных заболеваний».

Председатель правления «Круга добра» Александр Ткаченко

Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ

Министерство здравоохранения России подготовило поправки к постановлению кабмина о работе президентского фонда помощи детям с тяжелыми жизнеугрожающими, в том числе редкими, заболеваниями «Круг добра». Документ проходит этап общественного обсуждения. Среди прочего Минздрав намерен исключить из процесса принятия решений о закупке лекарств экспертный совет фонда. Так, в проекте постановления отсутствуют упоминания об этой структуре за исключением одного пункта: его предложено созывать для оценки обоснованности применения «сложного вида медицинской помощи». Однако, подчеркивает председатель правления «Круга добра» Александр Ткаченко, понятие «сложного вида медицинской помощи» не раскрывается.

«Круг добра» создан 5 января 2021 года указом Владимира Путина. Цель — обеспечение лекарствами и медизделиями пациентов до 18 лет с редкими заболеваниями за счет увеличенного на 2% НДФЛ россиян, чей ежегодный доход превышает 5 млн руб. В 2021 году «Круг добра» закупил препараты для более чем 2,1 тыс. детей, из бюджета на это было зарезервировано 60 млрд руб., а фактически выделено 75 млрд руб. Фонд закупает в том числе незарегистрированные лекарства. До недавних пор самым дорогим из них был препарат для лечения спинальной мышечной атрофии золгенсма — 120 млн руб. за одну дозу.

Экспертный совет фонда насчитывает 27 человек: медики (в частности, главврач Морозовской детской больницы Валерий Горев, главврач Детской клинической больницы им. З. А. Башляевой Исмаил Османов, главный внештатный специалист по медицинской генетике Минздрава Сергей Куцев), общественные и религиозные деятели, представители благотворительных, научных и образовательных организаций. Совет во главе с президентом Центра детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Д. Рогачева Александром Румянцевым еженедельно рассматривает новые заявки на оказание медпомощи, обеспечение препаратами и медизделиями. Специалисты оценивают правильность назначенного федеральным консилиумом или врачебной комиссией лечения, включая оценку медицинских показаний и противопоказаний, а также дозировки и потребность в том или ином лекарственном средстве.

«Сейчас мы принимаем заявки на 2023 год, чтобы успеть закупить лекарства,— уточнил Александр Ткаченко. На прошлой неделе их было 200, на этой уже 500. Далее мы ожидаем 600–700 заявок еженедельно».

Медицинская оценка независимых и компетентных экспертов—членов совета, подчеркнул “Ъ” господин Ткаченко, обеспечивает правильность назначений, объективность и прозрачность работы. По его словам, хороших специалистов по редким заболеваниям в регионах пока немного. Поэтому нередко экспертный совет возвращает заявки в регионы из-за «недостаточной проработки анализа состояния пациента» или отсутствия всех необходимых медицинских обследований. Предложенные Минздравом поправки, предупреждает Александр Ткаченко, означают, что заявка, в каком бы виде она ни поступила, обяжет фонд совершать закупку, если в документах нет формальных ошибок.

«Круг добра», по словам его представителей, не участвовал в обсуждении поправок, более того, «по каким-то причинам министерство не считает необходимым делать экспертную оценку документов». «Но фонд не является организацией, деятельность которой рассматривается в рамках закона об охране здоровья граждан, и средства, которые фонд направляет на закупку лекарств и медизделий, не являются частью программ госгарантий (то есть не входят в бюджет Минздрава.— “Ъ”),— продолжает Александр Ткаченко.— Соответственно, решение о том, на закупку каких препаратов или изделий будут потрачены средства, направленные фонду, должно принимать общество, а также специалисты в области тяжелых жизнеугрожающих и орфанных заболеваний».

Опасность господин Ткаченко видит в том, что «в новой схеме любой врач в регионе будет принимать решение» на сотни миллионов рублей, не имея при этом необходимой квалификации.

Сроки принятия решений при этом удлинятся, прогнозирует руководитель «Круга добра», так как «из-за отсутствия контроля со стороны ведущих экспертов» ошибок в документах будет больше. Кроме того, продолжает он, появится общественное недовольство «ввиду непрозрачности процедуры». «Нельзя исключать, что врачи, подписывающие эти назначения, станут целевым объектом для попыток влияния со стороны фармпроизводителей»,— предполагает господин Ткаченко, имея в виду, что производители таким образом будут продвигать свои препараты.

Минздрав, напротив, заявляет, что предлагаемые изменения направлены на упрощение процедуры закупок и сокращение сроков получения дорогостоящих лекарств или медизделий. «В соответствии с законодательством лечение назначается лечащим врачом или специально собранным консилиумом, при этом экспертный совет фонда таковым не является,— подчеркнул в разговоре с “Ъ” помощник главы Минздрава Алексей Кузнецов.— Таким образом, проект постановления приводит процедуру лекарственного обеспечения детей по линии фонда "Круг добра" в соответствие с федеральным законодательством, делает ее более простой, быстрой и прозрачной, ориентированной целиком на интересы маленьких пациентов».

Отметим, работа фонда сейчас регулируется указом президента РФ и постановлениями правительства. Пункт 3 указа, в частности, регламентирует функции экспертного совета: «оценка наличия медицинских показаний и отсутствия медицинских противопоказаний для оказания медпомощи и обеспечения лекарственными препаратами, медицинскими изделиями и техническими средствами реабилитации».

«С одной стороны, в поправках Минздрава есть логика: раз есть решение консилиума, то, казалось бы, причем здесь экспертный совет? — комментирует документ независимый эксперт по госзакупкам Алексей Федоров.— С другой — предлагается убрать необходимый, на мой взгляд, инструмент валидации, которым, по сути, и является объединение медиков-общественников».

Однако, обращает внимание господин Федоров, в указе ясно выражена воля президента.

Председатель экспертного совета академик Александр Румянцев уверен, что поправки, предложенные Минздравом, будут критически оценены общественными, пациентскими организациями и профессиональным сообществом. Он называют работу фонда с орфанными пациентами эффективной и системной. В пример академик приводит ситуацию со спинальной мышечной атрофией (СМА): за полтора года фонд при участии экспертного совета не только обеспечил лечением всех детей, но и создал регистр больных СМА, расширив число известных пациентов с 800 до 1,2 тыс. Сейчас «Круг добра» контролирует 53 заболевания. Александр Румянцев подчеркивает, что в случае принятия поправок фонду придется учиться функционировать иначе и это «ухудшит наработанную в непростых условиях тактику».