«А к чему тогда есть претензии?»

2 декабря в Мещанском суде Москвы состоялось 21-е заседание по делу «Седьмой студии». Показания дали пять свидетелей защиты: директор театра «Балет Москва» Елена Тупысева и хореограф Анна Абалихина, работавшие на «Платформе» кураторами, хореограф Иван Естегнеев, видеоинженер проекта Ольга Дмитриева, а также дизайнер «Гоголь-центра» и «Платформы» Наталья Шендрик. Они описали техническую сторону работы проекта.

21-е заседание по делу «Седьмой студии». Главное

Защита представила пять свидетелей, каждый из которых в разное время работал на «Платформе». Они описали, на что приходилось тратить деньги в ходе работы, рассказали о своих зарплатах и гонорарах, а также способах их перечисления.
Директор театра «Балет Москва» Елена Тупысева на «Платформе» курировала современный танец. Она сообщила, что размер гонорара «не помнит точно», но он составлял около 300 тыс. и выдавался ей наличными. Тупысева также перечислила мероприятия, в постановке которых принимала участие, и отметила, что для некоторых из них было необходимо специальное оборудование.
Хореограф Иван Естегнеев сообщил, что за проект «Диалоги» получил порядка 400 тыс. руб., и гонорары получал безналично на счет ИП. «Платформу» он описал как «грандиозный проект, без которого — если говорить, например, про современный танец,— очень многие процессы, которые помогают нам жить сейчас, не запустились бы».
Куратор «Платформы» Анна Абалихина сказала, что гонорар получала наличными, собственного ИП на момент работы на «Платформе» не имела.
Видеоинженер «Платформы» Ольга Дмитриева рассказала, что аппаратуру и коммуникации часто приходилось «переносить с одного места на другое» — техника быстро изнашивалась, поэтому ее приходилось обновлять. Дмитриева пояснила, что чаще всего писала заявления на оборудование, но иногда покупала его сама, а потом предоставляла чек, и ее траты компенсировались. По ее словам, на проекте «старались снимать каждое мероприятие». Свидетель также сообщила, что за все полученные за работу деньги она расписывалась в ведомости.
Дизайнер «Платформы» Наталья Шендрик рассказала, что у проекта были свои афиши, программки, сувенирная продукция, а также уникальные изображения для социальных сетей проекта.

15:20. После заседания адвокат Поверинова спрашивает, не планируется ли перенести заседания в более просторный зал — нынешний, 409-й, вмещает в себя около 15 человек.

— Перенесем ближе к концу,— отвечает судья.

— А конец — это когда? — спрашивает Поверинова.

В зале смеются.

— Скоро,— отвечает судья.

15:15. Заседание закончено. Следующее заседание состоится завтра в 13:00. В среду, 4 декабря, заседания не будет.

15:15. На вопрос о том, как выглядели афиши и программки и где они печатались, Шендрик отвечает, что афиши были цветными и «хорошими» по качеству, а программки необходимо было сделать быстрее, поэтому они были черно-белыми. Печатались афиши в салоне «Идея Принт» на заводе Арма. Была, по словам свидетеля, и сувенирная продукция.

Вопросов к Шендрик больше нет. Защита на сегодня закончила представлять свидетелей.

15:08. В зал пригласили следующего свидетеля защиты — Наталью Шендрик, она дизайнер в «Гоголь-центре» и преподаватель в Высшей школе экономики. Шендрик знает Малобродского и Серебренникова, с Итиным и Апфельбаум она знакома не была. Она рассказывает, что на «Платформу» дизайнером ее позвал Серебренников. Зарплата, по ее словам, составляла 25 тыс. руб., на работу ее брал Малобродский.

Свидетель поясняет, что делала афиши, программки, изображения для социальных сетей.

— Нужны были расходные материалы? — спрашивает Карпинская.

— Конечно, их печатали в типографии.

О том, кто именно этим занимался, кроме Вороновой и Акежевой, Шендрик не знает.

— Сколько примерно это стоило?

— Я не знаю, я не занималась финансами.

15:03. Вопросы задает Софья Апфельбаум. Она спрашивает, как проходили медиафестивали, отмечая, что, судя по тому, что она видела, это были наиболее трудозатратные мероприятия, в том числе для вида деятельности, которым занималась Дмитриева, «с километрами проводов». Дмитриева подтверждает это. По ее словам, в некоторых случаях арендовали дополнительные проекторы и другое оборудование.

Прокурор Олег Лавров уточняет, каким образом заявки формировались и одобрялись по содержанию. Свидетель не знает. Она отмечает, что провода и прочее необходимое оборудование получала у технического директора «Платформы» Назарова.

Свидетеля Дмитриеву отпускают.

14:49. — Вы видели, как с вами в кассе другие люди получают зарплату? — спрашивает Карпинская.

— Да.

Дмитриева говорит, что был определенный день, в который она и ее коллеги по технической части получали зарплату.

— У вас были ночные смены, переработки? — спрашивает Поверинова.

— Были ночные смены, переработки, то есть (оплачивалось.— “Ъ”) в зависимости от объема работы, по договоренности с нами.

Свидетель подчеркивает, что за все деньги она расписывалась.

14:45. — Мы старались снимать каждое мероприятие. Может быть, какие-то не снимали, потому что просто не получалось,— рассказывает Дмитриева об объемах работы.

— А зачем вы их снимали? — спрашивает Карпинская.

Свидетель поясняет, что это разовые и уникальные мероприятия, их нужно было как-то фиксировать.

Адвокат Ирина Поверинова спрашивает, какое оборудование Дмитриевой было необходимо для работы. Свидетель говорит, что у «Платформы» среди прочего было два проектора, однако на вопрос Повериновой об их стоимости ответить не может. По словам Дмитриевой, для «Метаморфоз» приобретался отдельный экран, однако его стоимости она тоже не знает.

14:35. Свидетель отмечает, что ресурсы оборудования быстро истощались: аппаратуру необходимо было часто переносить с одного места на другое, что вело к ее быстрому износу. Это, по словам Дмитриевой, вело и к временным, и к финансовым затратам.

Дмитриева рассказывает, что чаще всего писала заявления на оборудование, но иногда и покупала сама, а потом предоставляла чек, и ее траты компенсировались.

— А вы получали зарплату? — спрашивает Карпинская.

— Да.

— Сколько?

— Около 50 тысяч. Сначала была одна сумма, потом из-за плотности графика ее повысили. 50-60 тысяч.

— Вы расписывались за нее?

— Да, в ведомости.

14:28. Перерыв закончен. Вызывают свидетеля защиты Ольгу Дмитриеву. Она знакома с Кириллом Серебренниковым и Алексеем Малобродским. Вопросы задает адвокат Карпинская, спрашивает, чем и когда свидетель занималась на «Платформе». «Я работала видеоинженером. С ноября 2011-го по сентябрь 2014-го года. Занималась обеспечением видеоконтента»,— отвечает Дмитриева.

13:34. Свидетеля отпускают. В заседании объявляют перерыв до 14:00.

13:34. Вопросы задает прокурор Михаил Резниченко. Уточняет, как была оформлена Абалихина на «Платформе». Свидетель говорит, что не помнит, а ИП в момент работы только оформляла.

13:33. В качестве свидетеля приглашается одна из кураторов «Платформы» Анна Абалихина. Она рассказывает, что являлась куратором направления танца в 2013—2014 годах. «Куратор — человек, который формирует репертуар, приглашает артистов, готовит постановки»,— поясняет она. На некоторых проектах Анна Абалихина работала приглашенным хореографом.

На вопрос защиты о гонораре она отвечает, что получала 300 тыс. руб. за каждый год курирования. Деньги, по ее словам, выплачивались наличными.

— Вам известно, кто составлял сметы? — спрашивает Карпинская.

— Полагаю, исполнительный продюсер.

— Кто это?

— При мне была Дарья Коваль и Екатерина Воронова.

13:27. У представителя Минкульта Людмилы Смирновой Карпинская уточняет, есть ли у министерства претензии к постановкам, к которым причастен свидетель. Представитель отвечает, что к этим — нет.

— А к чему тогда есть претензии? — спрашивает адвокат Карпинская.

— Ответ получен, к этим мероприятиям претензий нет,— говорит судья.

Свидетеля отпускают.

13:25. Ксения Карпинская спрашивает, насколько важна для свидетеля работа с «Платформой».

— Это грандиозный проект, без которого — если говорить, например, про современный танец — очень многие процессы, которые помогают нам жить сейчас, не запустились бы,— говорит Естегнеев.

— Как часто вы используете ИП в своей работе?

— Регулярно. Это самая удобная форма.

На вопрос прокурора о размере гонорара Естегнеев отвечает, что за проект «Диалоги» получил порядка 400 тыс. руб. Затем перечисляет прочие, менее крупные проекты.

13:21. Вызывают нового свидетеля, хореографа Ивана Естегнеева. Вопросы задает Ксения Карпинская.

Естегнеев рассказывает, что на «Платформу» его впервые пригласила Тупысева, в первый сезон работы проекта. «Я выступал как сопродюсер, помогал организовать процесс как хореограф и руководитель, деньги мне поступали безналично на ИП от "Седьмой студии"»,— уточняет свидетель.

13:08. Защита уточняет, знала ли Тупысева Масляеву. Свидетель говорит, что не знала лично, но могла видеть на «Винзаводе». У обвинения нет вопросов. Свидетеля отпускают.

13:07. Вопросы продолжает задавать обвинение.

— Ваше участие в качестве куратора современного танца было документально оформлено?

— Скорее всего были договоры, но точно я этого не помню.

— У кого получали гонорар?

— У Малобродского.

13:06. Вопросы задает прокурор Резниченко. Спрашивает, чем занимались подсудимые на «Платформе».

— Серебренников — локомотив проекта, ответственный за художественную часть. Наши отношения строились так: Кирилл Семенович предлагал тему, а мы, кураторы, пытались ее развить. Итин был директором юрлица, которму представлял средства Минкульт, но на «Платформе» я в основном взаимодействовала с Кириллом Серебренниковым. Малобродский был генеральным продюсером, курировал исполнительных продюсеров и административный персонал, решал текущие вопросы, связанные с проведением мероприятий,— рассказывает Тупысева. — Софья Апфельбаум работала в Министерстве культуры — не помню точного названия департамента. Она не была связана с «Платформой».

— Вам достоверно об этом известно? — уточняет судья.

Свидетель не может дать точного ответа.

13:00. — Как продавались билеты на проводимые «Платформой» мероприятия? Были ли бесплатные билеты в кассе «Винзавода»? — продолжает спрашивать Карпинская.

— Как правило, были платные, бесплатные — на дискуссии, паблик-токи, мастер-классы. <...>

— Какова была цель «Платформы»?

— Это был проект визионерский. Кирилл — художник, который предугадал будущее театра — междисциплинарность. На тот момент было много молодых специалистов, и целью «Платформы» было развивать направления, которым не было места на традиционных площадках.

Теми наработками, которые были на «Платформе», пользуются много институций государственных — центр Мейерхольда, театр «Балет Москва», Электротеатр… — рассказывает Тупысева.

12:53. Ксения Карпинская спрашивает о количестве постановок, Елена Тупысева перечисляет мероприятия. Адвокат уточняет, что включали в себя расходы. «Гонорары хореографам и исполнителям, художникам по декорациям и костюмам, сами выступления…» — перечисляет Тупысева. На вопрос о том, нужно ли танцорам специальное оборудование и делались ли специальные декорации, она отвечает, что периодически это было необходимо: «Зачастую нужен балетный линолеум, предполагающий балетное покрытие. На "Истории солдата" в том числе был такой пол».

12:51. Вопросы свидетелю задает адвокат Ксения Карпинская. Спрашивает, чем свидетель занималась на «Платформе». «Кирилл Семенович пригласил меня в качестве куратора первого сезона в современном танце»,— рассказывает Елена Тупысева. Она уточняет, что была куратором с сентября 2011-го по июль 2012-го года. На вопрос, какой гонорар у нее был и как она его получала, Тупысева отвечает, что «не помнит точно, но в размере около 300 тысяч, наличными».

12:33. Судья Олеся Менделеева начинает заседание. В зал приглашается свидетель Тупысева Елена Михайловна — директор театра «Балет Москва». Судья спрашивает, знает ли свидетель подсудимых, свидетель отвечает, что знает всех.

12:31. «А как же мы без трансляции сегодня»,— вздохнул кто-то, оглядевшись и не увидев корреспондента “Ъ” Романа Дорофеева, бессменного слушателя всех заседаний по делу "Седьмой студии". Роман Дорофеев заболел. Но трансляция будет.

12:23. Свободных мест на скамейках почти нет. Собрались все, кроме судьи.

12:18. В 12:15 участников и слушателей начали пускать в зал.

Все слушания по делу «Седьмой студии»

Фотогалерея

1 / 14

Фигурантами по делу проходят пять человек. Среди них — режиссер Кирилл Серебренников, директор Российского академического молодежного театра (РАМТ) Софья Апфельбаум, бывший директор «Гоголь-центра» Алексей Малобродский, экс-гендиректор «Седьмой студии» Юрий Итин и продюсер Екатерина Воронова (находится в международном розыске). Их обвиняют в хищении не менее 133 млн руб., выделенных на проект «Платформа» с 2011 года по 2014 годы. Все фигуранты отрицают вину.