«Постоянно советская сторона делала значительные уступки. . . ». Политика ядерного разоружения М. С. Горбачева. 1985-1991 гг

УДК 94

М.ф. Полынов

«постоянно советская сторона делала значительные уступки...». политика ядерного разоружения м.с. Горбачева. 1985-1991 гг.

Рассматривается политика М.С. Горбачева в области ядерного разоружения, содержание его переговоров в этой области с представителями США Р. Рейганом в 1985 г. в Женеве и в октябре 1986 г. в Рейкьявике, Дж. Бушем в июле 1991 г. Значительное внимание уделено анализу переговоров Горбачева по вопросу о ракетах средней и малой дальности, неадекватных уступках советского лидера, который он делал американцам ради подписания договора о ликвидации этого класса ракет. Отмечается также, что и договор, подписанный 31 июля 1991 г. о сокращении стратегических баллистических вооружений, основывался на советских уступках.

Ключевые слова:

баллистические стратегические ракеты, Дж. Буш, Вашингтон, М.С. Горбачев, Женева, Москва, Перестройка, ракеты средней и меньшей дальности, Р. Рейган, Рейкьявик, советско-американские переговоры, ядерное оружие.

В период Перестройки М.С. Горбачев уделял чрезвычайно большое внимание проблемам ядерного разоружения. Уже в первой своей официальной речи на посту Генерального секретаря ЦК КПСС он говорил: «Никогда прежде над человечеством не повисала столь страшная угроза, как в наши дни... Мы хотим действительного и крупного сокращения накопленных вооружений, а не создания все новых систем оружия, будь то в космосе или на Земле» [17].

Необходимость ядерного разоружения диктовалась не только снижением напряженности между СССР и США, а также НАТО и Варшавским договором, конфронтация между которыми особенно сильно обострилась в период размещения в 1978-1983 гг. советских ракет СС-20 на территории СССР и американских «Пер-шинг-2» и крылатых ракет на европейском континенте, но и прагматическими интересами: надо было экономить финансовые и материальные ресурсы для осуществления политики ускорения социально-экономического развития страны.

Активизация политики Горбачева в области разоружения объяснялась также стремлением советского руководства не допустить реализации программы стратегической оборонной инициативы США (СОИ), которая предполагала создание противоракетного оружия в космосе с целью нанесения безответного ядерного удара. В американской печати создали впечатление, что в создании СОИ достигнут значительный прогресс, чего на самом деле не было [21, с. 392] .

Однако у руководства СССР отсутствовало реальное представление о степе-

ни разработанности этой программы. Об этом свидетельствуют воспоминания министра иностранных дел Э.А. Шеварднадзе: «... с Горбачевым много размышляли о том, сможет ли Советский Союз долгое время выдерживать гонку вооружений и, прежде всего, соревнование в области СОИ» [22, с. 143-148].

Шеварднадзе утверждал, что «подсчеты показали, что через некоторое время американцы могут эту систему создать, и поэтому "мы с Горбачевым окончательно определились: надо любой ценой искать общий язык с американцами"» [22, с. 143-144].

Отсутствие реалистического представления о СОИ (а на тот момент оно было явно преувеличенным) оказало известное влияние на формирование внешнеполитической стратегии Горбачева. Отношениям с Соединенными Штатами он начинает придавать первостепенное значение, а по проблемам разоружения его инициативы сопровождались, как правило, уступками.

В области внешней политики первой практической инициативой Горбачева стал односторонний отказ от размещения ракет в Чехословакии и ГДР. «Уже в начале апреля (1985 г. - М.П.), благодаря решительной поддержке М.С. Горбачева, было принято отвергавшееся ранее предложение о прекращении дальнейшего развертывания советских ракет СС-20» [1, с. 55]. Мораторий был объявлен 7 апреля 1985 г. [15].

Серьезное внимание проблемам сокращения стратегических вооружений и СОИ уделялось на встрече между М.С. Горбачевым и президентом США Р. Рейганом в Женеве 19-21 ноября 1985 г. На ней обсуждался вопрос о 50-ти процентном сокра-

о

щении стратегических наступательных вооружений.

Принципиальная дискуссия между ними произошла по вопросу о соответствии СОИ советско-американскому договору по ПРО 1972 года. Горбачев доказывал, она противоречит содержанию этого договора, Рейган же занимал противоположную позицию.

По стратегическим вооружениям никаких договоренностей добиться не удалось. Главная причина срыва договоренностей заключалась в том, что Горбачев ставил сокращение стратегических ядерных вооружений в зависимость от отказа США от СОИ. Рейган, однако, был против такого подхода. Он не отказывался от дальнейшей разработки СОИ [4, кн. 2, с. 17].

Вместе с тем, в принятом совместном заявлении было выражено стремление «предотвратить гонку вооружений в космосе и прекратить ее на земле, ограничить и сократить ядерные вооружения и укрепить стратегическую стабильность» [18].

Вторая встреча с Р. Рейганом состоялась в Рейкьявике 11-12 октября 1986 г. К этому времени Горбачев окончательно вывел за пределы советско-американских переговоров по ядерному разоружению соответствующие вооружения Великобритании и Франции. Он был готов идти и на другие уступки. В необходимости такой тактики генсек убеждал членов советского руководства. На заседании группы по подготовке к встрече на высшем уровне он говорил: «Чтобы качнуть Рейгана, мы должны ему что-то дать... если наши предложения будут вести к ослаблению безопасности США, ничего у нас не выйдет. Никогда американцы на это не пойдут» [2, с. 79, 81]. А на заседании Политбюро 8 сентября Горбачев убеждал: «Сверхзадача - сорвать новый этап гонки вооружений... Если нам навяжут второй этап гонки, мы проиграем» [2, с. 83]. Под вторым этапом гонки вооружений генсек имел ввиду разработку СОИ.

Горбачев запугивал членов советского руководства СОИ, хотя уже тогда было известно, что она является мифом. Но он продолжал верить в реальность этого оружия. И в Рейкьявик ехал для того, чтобы ценой крупных советских уступок заставить отказаться Рейгана от СОИ [11, с. 85]. Позднее советник президента США по вопросам национальной безопасности Р. Макфарлейн отмечал, что СОИ представляла собой блеф, суть которого заключалась в том, чтобы «распустить на полную катушку создание ПРО под аккомпанемент пропагандистских фанфар», а затем,

«когда запрещение ПРО становится целью советской политики», пойти на это, «но в обмен на существенное сокращение или запрещение тяжелых МБР», по которым СССР далеко опережал США [5, с. 36].

В Рейкьявике уже в первый день переговоров договорились «сократить на 50 процентов... ракеты наземного базирования, ракеты подводных лодок и ракеты на стратегических бомбардировщиках», «ликвидировать ядерных ракеты средней дальности (РСД) в Европе» [8, с. 86]. Быстрая договоренность по этим вопросам была достигнута, потому что со стороны советского лидера имели место серьезные уступки. Член американской делегации Дж. Мэтлок писал: «Постоянно советская сторона делала значительные уступки в вопросах разоружения... Горбачев принял предложения США о 50-ти процентном сокращении тяжелых советских ракет наземного базирования, основательную инспекцию на местах...» [13, с. 76]. Это подтверждает и советский дипломат О.А. Гриневский: «Сокращались на 50 процентов тяжелые МБР - СС-18 (с 308 до 154). Для США это было главное, так как подобных ракет у них не было» [5, с. 474].

На второй день переговоров, 12 октября, Горбачев внес предложение о полном уничтожении в течение 10 лет, к 1996 г. всего ядерного оружия СССР и США. Американский президент с этой инициативой был согласен [9, с. 75]. Заметим, что Политбюро не наделяло Горбачева полномочиями для ведения переговоров о полном уничтожении советского ядерного потенциала.

Однако Рейган не шел на компромисс по вопросу о СОИ, по-прежнему рассматривая ее как важный фактор давления на СССР. «Именно она заставила Советский Союз и в Женеве и в Исландии вернуться к переговорам по ограничению вооружений», - отмечал он [16, с. 290]. Несогласие американского президента отказаться от СОИ означало автоматическое аннулирование всех договоренностей на этой встрече в области ядерного разоружения.

После Рейкьявика Горбачев на первый план стал выдвигать проблему ликвидации советских и американских ракет средней дальности в Европе. 1 марта 1987 г. он выступил с заявлением о готовности заключить по данному классу ракет отдельное соглашение, причем сделать это безотлагательно. Генсек перестал увязывать уничтожение ракет средней и малой дальности в Европе с американской программой СОИ и сокращением стратегических баллистических ракет.

В апреле 1987 г. проблема ликвидации ракет средней дальности обсуждалась во время визита в Москву госсекретаря США Дж. Шульца. «По ракетам средней дальности, - заверил Горбачев Шульца, - мы внесли предложения, в которых стремились максимально пойти вам навстречу» [10, с. 183]. Помимо этих ракет предметом переговоров Дж. Шульца с Шеварднадзе и Горбачевым являлись также ракеты меньшей дальности (от 500 до 1000 км). Госсекретарь достаточно легко и быстро добился от советской стороны согласия на включение советской тактической ракеты «Ока» (СС-23), имевшей дальность полета до 400 километров, в будущий договор.

«Вот так, - отмечает известный советский дипломат Г.М. Корниенко, - к приятному удивлению американцев, почти походя, ни за понюх табака была отдана наша ракета Ока» [12, с. 306].

Для того времени эти ракеты были самыми современными в мире, обладающими высокой точностью попадания. Америка подобной системы тогда не имела, поэтому ставила задачу лишить Советский Союз этого оружия. Дж. Шульц, зная увлеченность Горбачева и Шеварднадзе вопросами ядерного разоружения, успешно этим воспользовался.

В Министерстве обороны СССР (особенно министр обороны С.Л. Соколов), были категорически против подобных планов. «Военные справедливо настаивали, - пишет А.Ф. Добрынин, - что наши ракеты не подпадают под соглашение, хотя американцы стремились их включить в соглашение» [7, с. 656]. Но под давлением МИД СССР и при поддержке Горбачева военные вынуждены были согласиться на включение ракеты «Ока» в будущий Договор по ракетам средней и меньшей дальности (РСМД), но при условии, что уничтожению подлежат все ракеты с дальностью не от 500, а от 400 до 1000 километров. Тем самым, с точки зрения МИДа, наряду с ликвидацией нашей ракеты «Ока» будет поставлена преграда для создания модернизированной американской ракеты «Лэнс-2» с дальностью 450-470 километров. Однако такая компенсация являлась на самом деле неадекватной, поскольку американская ракета «Лэнс-2» находилась еще на стадии лабораторных исследований, а советская «Ока» не только производилась, но сотни ракет уже находились на вооружении и обошлись они стране в миллиарды рублей [7, с. 657].

А.Ф. Добрынин позднее обращал внимание на то, что подобное решение не было санкционировано Политбюро, членов кото-

рого генсек поставил в известность только после принятия решения по этому вопросу. «Горбачев предпочел преподнести все дело на Политбюро как совершившийся факт в качестве завершающего "компромисса", открывшего дверь подписанию соглашения с США... Многие члены Политбюро не знали толком, что эта за ракета СС-23, так как Горбачев говорил о ней скороговоркой» [7, с. 657]. Известный специалист по международной политике Анат.А. Громыко подчеркивал, что после XXVII съезда и переизбрания на нем Горбачева на пост генсека Горбачев и Шеварднадзе, ответственный за внешнюю политику, «одну за другой делали Западу уступки без каких-либо выгод для Советского Союза» [6, с. 113].

Вскоре Горбачеву представился повод избавиться от противников его политики среди военного руководства. 28 мая 1987 г. на Красной площади летчик-любитель гражданин ФРГ Матиас Руст посадил спортивный самолет. Горбачев и министр обороны С.Л. Соколов в это время находились в Берлине на совещании глав государств Варшавского договора. Самостоятельно, без приказа из Кремля, военные не решились сбивать самолет. Они не знали, как это скажется на международном положении СССР.

Горбачев, однако, использовал это событие как повод для того, чтобы расправиться с военными, которые к некоторым его внешнеполитическим инициативам, особенно в области ядерного разоружения, относились скептически.

По свидетельству В.М. Фалина, «генеральный искал в ту пору безотказный предлог, позволявший ему взнуздать и засупонить военных... И вдруг как "манна небесная" - М. Руст. Нежданный и столь желанный подарок» [19, с. 127]. На заседании Политбюро 30 мая 1987 г. Министерство обороны было подвергнуто суровой критике. Говоря о полете Руста, Горбачев сознательно сгущал краски: «Это удар по руководству страны и по всей политике. И встает вопрос не только об ответственности, но и об укреплении министерства обороны» [2, с. 189]. Не все члены Политбюро, очевидно, вникали в мотивы, которыми руководствовался Горбачев при решении этого вопроса. С.Л. Соколов на этом же заседании подал в отставку. Через 15 минут, после небольшого перерыва, новым министром обороны был назначен генерал армии Д.Т. Язов [2, с. 189].

В тот же день, по свидетельству его помощника А.С. Черняева, М.С. Горбачев доверительно сказал ему: «Теперь умолкнут кликуши насчет того, что военные в оппо-

о

зиции к Горбачеву, что они вот-вот скинут его, что он на них все время только и оглядывается» [20, с. 707] . Вскоре началась чистка военного руководства. За короткий промежуток времени, по данным самого Горбачева, «на пенсию отправили 1200 генералов» [4, кн.1. с, 358] .

Новый министр обороны Д.Т. Язов «вопросами переговоров с американцами по разоруженческим проблемам не занимался и вообще был далек от этого... Язов вообще был гораздо более податлив и послушен, чем Соколов», - отмечал А.Ф. Добрынин [7, с. 659] .

8 декабря 1987г. во время официального визита М.С. Горбачева в США был подписан Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (РСМД). В соответствии с Договором, уничтожению подлежали все ракеты этого класса наземного базирования обеих стран в течение трех лет. Со стороны Советского Союза ликвидации подлежали 826 ракет средней дальности, США - 689; меньшей дальности - соответственно 926 и 170 ракет [3, с. 57]. Таким образом, СССР должен был ликвидировать 1752 ракеты средней и меньшей дальности, США - 859. Сокращение составило 2,3 : 1, то есть более двух советских ракет пришлось на одну американскую, а по ядерным боеголовкам соотношение было еще более неравным - 4 : 1, поскольку 650 советских ракет типа РСД-10 «Пионер» (СС-20) имели по три боеголовки.

Уничтожению подлежали не только сами ракеты, но и все опытные образцы, а также вся научно-техническая документация. Договор предусматривал механизм контроля сторонами за его соблюдением. Производство таких ракет в дальнейшем запрещалось.

Американские ракеты средней дальности - «Першинг-2», малой дальности -«Першинг-1А» и крылатые ракеты наземного базирования убирались с территории ФРГ, Великобритании, Италии, Бельгии, Нидерландов; советские же ракеты средней дальности находились только на собственной территории, а ракеты малой дальности - в ГДР и ЧССР.

Это было первое в истории реальное уничтожение целого класса ядерных вооружений (4% совокупного ядерного потенциала СССР и США). Сдвиг в этой области произошел в значительной мере потому, что Горбачев принял принцип асимметричных сокращений и, кроме того, перестал увязывать этот вопрос с проблемой СОИ, что устраивали США.

Подписанный договор был не многосторонним, а двусторонним, то есть он

касался только двух стран - СССР и США. В нем не были записаны обязательства по аналогичным сокращениям со стороны третьих стран, которые таким оружием обладали, что в случае военной угрозы открывало возможность стратегической уязвимости СССР с их стороны и снижало вероятность симметричного ответа.

После вашингтонского визита Горбачев стремился наращивать советско-американское взаимодействие. «Надо сохранять высокую переговорную динамику в вопросах разоружения. Мы жизненно заинтересованы во внешнеполитическом обеспечении перестройки», - наставлял он на заседании Политбюро 25 февраля 1988 г. На этом же заседании генсек поднял вопрос о СОИ. «Что такое СОИ - блеф или реальность? Точный ответ на этот вопрос позволит нам выработать и единственно правильную политику» [2, с. 290] .

Обратим внимание на то, что в течение трех лет, в 1985-1987 гг., у генсека была совершенно другая позиция по этому вопросу. Он считал, что СОИ представляет большую опасность для Советского Союза и добивался, чтобы США отказались от этой программы. Теперь же, когда стало совершенно ясно, что серьезной опасности она не представляет, Горбачев все еще точно не знает, СОИ - «блеф или реальность»?

В самих США особых иллюзий в отношении СОИ уже не питали. В 1988 г. Бюро технологических оценок Конгресса США пришло к заключению, что СОИ «не будет сделано в обозримом будущем». Бюро подготовило специальный доклад, содержащий 900 страниц, который был опубликован в том же году [15].

После подписания Договора по РСМД Горбачев настойчиво добивался подписания договора по сокращению стратегических наступательных ядерных вооружений. Как выше уже было подчеркнуто, этот вопрос являлся предметом серьезных переговоров в Женеве и Рейкьявике с Рейганом. Однако потребовалось еще шесть лет, чтобы согласовать условия будущего договора. Договор о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-1) был подписан в Москве 31 июля 1991 г. двумя президентами - М.С. Горбачевым и Дж. Бушем. Сокращению подлежала вся триада стратегических ядерных сил: межконтинентальные баллистические ракеты (МБР), баллистические ракеты на подводных лодках (БРПЛ) и тяжелые бомбардировщики стратегической авиации (ТБ). По договору каждая сторона должна была сократить общее количество боезарядов стратегиче-

ских вооружений до 6 тысяч единиц, при Количество носителей ядерного ору-

этом число боезарядов на МБР и БРПЛ жия (средства доставки к цели) суммарно

ограничивалось уровнем в 4900 единиц. В для каждой стороны определялось в 1600

соответствии с ним СССР должен был со- единиц, а число ядерных боеголовок - не

кратить число боезарядов на МБР с 6595 до более 6000. Горбачев пошел навстречу аме-

3028 единиц, а на стратегических подвод- риканцам и по вопросу о БЖРК - Боевом

ных лодках - с 2810 до 1872 единиц; США железнодорожном ракетном комплексе,

соответственно с 2450 до 1444 единиц и с принятом на вооружение в 1987 г. Комплекс

5056 до 3456 единиц. Таким образом, СССР представлял собой уникальное ядерное

по двум носителям сокращал 4505 боеголо- оружие. Он мог перемещаться на большие

вок, а США - только 2606 боеголовок. расстояния по железной дороге и был мас-

По инициативе американцев Горбачев кирован под железнодорожный поезд, что

пошел на ограничение советских «тяжелых затруднял его поиск противником. Теперь

ракет», вызывавших наибольшую обеспо- же, согласно договору, он был ограничен в

коенность США. Их предельная числен- передвижениях и размещался в Костромс-

ность не должна была превышать 154 еди- кой, Пермской и Новосибирской областях.

ницы, на них запрещалось устанавливать В годы Перестройки в области ядер-

более 1540 боеголовок. Под данную кате- ного разоружения были достигнуты ог-

горию подпадали советские ракеты СС-18 ромные практические результаты. Уже к

«Сатана», составлявшие основу советских июню 1991 г. в СССР и США были уничто-

ядерных сил. Их число сокращалось ровно жены ракеты средней и малой дальности.

наполовину - с 308 до 154 единиц. В струк- Впервые в истории был подписан договор

туре американских ядерных сил ведущая о значительном сокращении стратегиче-

роль принадлежала атомному подводному ских ядерных ракет. Но это во многом

флоту, который и после сокращений оста- было следствием односторонних уступок,

вался практически без изменений. сделанных М.С. Горбачевым.

Список литературы:

[1] Ахромеев С.Ф., Корниенко Г.М. Глазами маршала и дипломата. Критический взгляд на внешнюю политику СССР до и после 1985 года. - М.: Международные отношения, 1992. - 318 с.

[2] В Политбюро ЦК КПСС... По записям бесед Анатолия Черняева, Вадима Медведева, Георгия Шахназарова (1985-1991). - М.: Горбачев-Фонд, 2008. - 800 с.

[3] Визит Генерального секретаря ЦК КПСС М.С. Горбачева в Соединенные Штаты Америки. 7-10 декабря 1987 года. Документы и материалы. - М.: Политиздат, 1987. - 120 с.

[4] Горбачев М.С. Жизнь и реформы. В 2 кн. - М.: Новости, 1995. - Кн. 1. - 597 с.; Кн. 2. - 656 с.

[5] Гриневский О.А. Перелом. От Брежнева к Горбачеву. М.: Олма-Пресс. Образование, 2004. - 624 с.

[6] Громыко Анат.А. Андрей Громыко. В лабиринтах Кремля. Воспоминания и размышления сына. -М.: ИПО «Автор», 1997. - 254 с.

[7] Добрынин А.Ф. Сугубо доверительно. Посол в Вашингтоне при шести президентах США (19621986 гг.). - М.: Автор, 1997. - 688 с.

[8] Запись второй беседы М.С. Горбачева с Р. Рейганом (днем 11 октября) 1986 г. // Мировая экономика и международные отношения. - 1993, № 5. - С.81-90.

[9] Запись четвертой беседы М.С. Горбачева с Р. Рейганом // Мировая экономика и международные отношения. - 1986, № 8. - С. 68-78.

[10] Из беседы с Дж. Бушем Москва, 14 апреля 1987 года // Отвечая на вызов времени. Внешняя политика перестройки: документы и материалы. - М.: Весь мир, 2010. - 944 с.

[11] История международных отношений. Т.3 / Под общ. ред. А.В. Торкунова, М.М. Наринского. - М.: Аспект Пресс, 2012. - 552 с.

[12] Корниенко Г.М. Холодная война. Свидетельство ее участника. - М.: Олма-Пресс, 2001. - 552 с.

[13] Мэтлок Дж. Смерть империи. Взгляд американского посла на распад Советского Союза / Пер. с англ. - М.: Рудимино, 2003. - 579 с.

[14] Островский А.В. Глупость или измена. Расследование гибели СССР. - М.: Крымский мост. - 9Д-Фо-рум, 2011. - 864 с.

[15] Правда. - 1985, 8 апреля.

[16] Рейган Р. Откровенно говоря. Избранные речи / Пер. с англ. - М.: Новости, 1990. - 398 с.

[17] Речь Генерального секретаря ЦК КПСС товарища М.С. Горбачева на Пленуме ЦК КПСС 11 марта 1985 года // Известия. - 1985, 12 марта.

[18] Совместное советско-американское Заявление // Правда. - 1985, 22 ноября.

[19] Фалин В.М. Конфликты в Кремле. - М.: Центрполиграф, 1999. - 393 с.

[20] Черняев А.С. Совместный исход. Дневник двух эпох. 1972-1991 годы. - М.: РОССПЭН, 2010. - 1047 с.

[21] Швейцер П. Победа. Роль тайной стратегии администрации США в распаде Советского Союза и распаде социалистического лагеря. - Минск: Авест, 1995. - 392 с.

[22] Шеварднадзе Э.А. Я 12 раз встречался с Рейганом один на один // Международная жизнь. - 2005, № 12. - С. 143-148.