По ком звонит телеком?

По ком звонит телеком?

Александр Сахаров

директор по развитию финансовых сервисов компании «ВымпелКом»

Антон Арнаутов

– Доброе утро, страна! В эфире передача «Утро с банкиром», традиционно оптимистический утренний эфир про самое веселое в нашей жизни: курсы валют, банки, крушение бирж и так далее. И у нас сегодня в гостях Александр Сахаров - директор по развитию финансовых сервисов компании «ВымпелКом», прошу любить и жаловать. Александра я знаю уже, как мне кажется, сто лет, хотя недавно задумался: что я про тебя знаю? Знаю, что ты клёвый парень, что тебя любят все банковские айтишники, что ты отлично катаешься на горных лыжах и очень здорово разбираешься в финансовых сервисах и в IT. А как, собственно, ты к этому пришел? Я помню, что ты был чуть ли не одним из самых молодых IT-директоров банков крупных. Расскажи немножко свою историю.

Александр Сахаров

– Всем привет. Давно про себя не рассказывал. Закончил я МехМат в Москве и работал программистом первые два года, а потом, в 25лет, был консалтинг, аксенчер. Мне очень повезло, потому что было такое время, когда первые проекты по трансформации банков начались, и один из крупнейших проектов был «Альфа Банк Экспресс». Это было полное переформатирование старых отделений «Альфа Банка», таких классических, больших.

Антон Арнаутов

– Это когда они открыли красивые такие аквариумы.

Александр Сахаров

– Первые, да. Приехали люди, заказали красивый дизайн, переформатировали и стали думать о том, как вообще клиенты ходят, как их обслуживать, и это была такая глубокая трансформация «Альфа Банка», которая, в общем, на сегодняшний день сохранилась. Просто слово «Экспресс» в какой-то момент исчезло.

Антон Арнаутов

– А красота осталась.

Александр Сахаров

– А краснота осталась.

Антон Арнаутов

– «Краснота осталась» - хорошо.

Александр Сахаров

– Проект был большой, трехлетний, там участвовали все, я был в составе аксенчер, отвечал как раз за айтишную составляющую. Была сильная команда: Маккинзи, Михаил Шавольный и все, кто сегодня возглавляют телеком, там тоже были. Разбежались по индустрии, по индустриям разным.

Антон Арнаутов

– Вообще так симптоматично, что они из банка разбежались не в банки.

Александр Сахаров

– Ну, вот я вспоминаю эту команду, это была действительно плеяда звезд, которые сейчас в разных индустриях находятся – кто в банках, кто в телекоме, кто в страховании, кто где. Потом в страховой индустрии как консультант поработал хорошо, мы писали IT-стратегию для «Ингосстраха». Было с очень глубоким погружением, то есть это был не проект для галочки, это всегда было так: надо было пережить то, что происходит, очень глубоко погрузиться во все системы, и мы всегда оставляли те системы, которые были, казалось, на замену, самописные. На тот момент выяснялось, что самописные системы самые лучшие, и до сих пор «Ингосстрах» на них работает. А после этого, в 25 лет, я присоединился к банку, который сейчас называется «Открытие», а тогда он назывался «Русский Банк Развития». Я IT-департамент возглавлял.

Антон Арнаутов

– В 25 лет? Это почти как рассказывают: «Мой дедушка в 25 лет командовал эскадроном».

Александр Сахаров

– Тогда время такое было.

Антон Арнаутов

– Как тебе доверили вообще серьезное дело? Тебе, двадцатипятилетнему пацану?

Александр Сахаров

– У меня был хороший опыт за плечами – аксенчер, большие проекты, «Альфа Банк». На самом деле опыта-то хватало, нужен был опыт управления людьми, а собственно знаний…

Антон Арнаутов

– Об этом мы с тобой обязательно поговорим. Ладно, доверили тебе.

Александр Сахаров

– Да, важно что – было интересное время, банк пришлось полностью менять. Это был классический такой банк девяностых, и его нужно было превратить в современный банк, как мы его сегодня понимаем: запустить малый и средний бизнес, реформировать розницу, кредитный конвейер, как мы сегодня это понимаем, интернет-банкинг, мобильный банкинг, который уже начал появляться. И тоже была очень интересная команда из разных мест, и сейчас эта команда тоже – кто в ВСВ, кто в государстве. Тоже было такое время, когда собрались интересные люди и были интересные проекты. А после этого я еще поработал в страховании.

Антон Арнаутов

– Так, слушай, я смотрю, у тебя богатая биография в 25 лет. Я подозреваю, что тебе сегодня не 27, поэтому давай оставшийся период быстренько проскачем. Чем ты еще занимался? Это нужно, чтобы наши слушатели понимали, на основании чего ты делаешь выводы свои глубокомысленные.

Александр Сахаров

– Потом с нуля построил страховую компанию за три года - «КИТ Финанс Страхование». Мы пытались построить первое в России direct insurance (вместе с нами запускался «Интач Страхование» и «Ренессанс», мы втроем вышли на этот рынок) – классические продажи полисов через агентов заменить на digital-сервис. В 2010 году мы его продали в «Либерти», теперь он называется «Либерти Insurance», это крупнейшая страховая группа мира. В общем, успешный проект, стартап. После этого был мой собственный стартап, финтеховский - digital-платежи. Немножко еще поработал в «Сбербанке» по развитию digital-платежей, вообще digital-продаж страховых сервисов, после этого присоединился к «ВымпелКому» развивать финансовые сервисы. Мне повезло, у меня индустрии банковская с глубоким погружением, страховая с глубоким погружением, немножко финтеха и телеком. Я теперь считаю, что я работал в телекоме, это интересный опыт.

Антон Арнаутов

– Действительно, интересно. Для меня наиболее интересны три темы, о чем мы с тобой начали говорить. Во-первых, как ты научился управлять людьми. Что ты вынес для себя, начав в 25 лет управлять людьми и сейчас управляя им в течение такого времени – мы это оставим на закуску. Второе: я так понимаю, что ты всё-таки проектный менеджер при всём при том. То есть это не та история, когда человек приходит в Японии в какую-нибудь корпорацию «Datsun», потом через сорок лет уходит на заслуженную пенсию. У тебя было несколько проектов. Интересно именно выстраивание проекта. Сейчас все бредят проектами: Agile, Scrum, Kanban, такие модные слова всякие разные. Хотя в разговоре, например, с Мартином Пилецки, с IT-директором «Альфа Банка», он сказал крамольную вещь, что всё это не так важно, важны скорее люди и умение с ними взаимодействовать (смотри пункт первый, о чём мы говорили). Ладно, начнем мы с конца, с телекома: почему вас, целую группу таких, можно сказать, звезд молодых банкинга, занесло в телеком, именно финансовые сервисы телекомовские? Насколько сейчас телеком становится, действительно, игроком на финансовом, на банковском рынке? Или это всё-таки скорее экзотика для телекома?

Александр Сахаров

– Нет, телеком осознанно идет в разные направления. Это прямо стратегия всех телеком-компаний мира. Телеком понимает свои преимущества, он понимает, что человек держит в руке телефон чаще, чем что-либо еще.

Антон Арнаутов

– Или два телефона, как у тебя вон лежат, насколько я вижу.

Александр Сахаров

– Да, или два телефона. И это как раз то преимущество, которое позволяет очень много чего сделать в этом мире. Это устройство, к которому мы подсоединены, которое меняет не только нашу жизнь, но еще этим телеком может воспользоваться и изменить себя, изменить индустрию полностью, в частности, изменить финансовые сервисы. Как мы знаем, раньше банкинг был скучный, и поход в банк – это, собственно, не самое приятное занятие из тех, которые можно представить. «Альфа Банк» один из первых понял, что банк нужно делать более дружелюбным, а у телекома эта возможность делать мир более дружелюбным наиболее развита. Еще есть соцсети, сейчас у телекома другие конкуренты в этом, но всё-таки телефон мы держим в руках очень крепко, надежно, и у телекома есть понимание, что это его преимущество.

Антон Арнаутов

– Я помню, что Владимир Ленин говорил, что надо захватить банк, телеграф, телефон – он как-то объединял тоже эти понятия. Но всё-таки, кроме того, что мы держим телефон в руке… Ну, замечательно, держим его и держим. Какое это отношение имеет к финансовым сервисам?

Александр Сахаров

– А финансовые сервисы – это такие сервисы, которые, раз ты начал ими пользоваться от какого-то провайдера, какого-то банка, тебе их сложно поменять. Это очень важная составляющая. Если ты телефонного провайдера сегодня можешь поменять достаточно просто, то сменить банк, к которому ты привязал свои карточки, карточки детей, семьи, на которые получаешь зарплату, получил кредиты, совершаешь денежные переводы… Ты, во-первых, много доверия к этому испытываешь. Ты выстроил отношения и не хочется оттуда уходить, потому что ты уже попробовал, тебе удобно, тебе не хочется это всё заново переводить, менять и по-новому вообще переосмысливать свое отношение к тому, чем ты пользуешься в качестве финансовых сервисов. Телеком это хорошо понимает. Прежде всего, это удержание клиентов, но еще и неплохой доход - «Билайн» зарабатывает… Я вчера специально посмотрел, как банки отчитались...

Антон Арнаутов

– А, я понял! Вы завидуете банкам, потому что между банками не так легко перепрыгивать, как стали прыгать туда-сюда-обратно абоненты, когда разрешили, наконец.

Александр Сахаров

– Конечно, да.

Антон Арнаутов

– Я наблюдал в ленте: «Ой, счастье, счастье, я перескочил из МТС в «Билайн»! Счастье, счастье, я перескочил из «Билайна» в МТС!» Причем соседние посты. Как-то сейчас немножко улеглись эти страсти. Я понял, этот свитч с банками более сложен психологически для человека, и вы их хотите привязать к себе.

Александр Сахаров

– Для телекома это две стратегические вещи: первая – это, собственно, удержание, второе – это развитие собственных сервисов и дополнительный существенный заработок к тому, что есть. Для телекома это очень важно, ведь связь становится как бы commodity – есть связь и есть: когда не работает – плохо, а когда работает, то мы ее, в принципе, не замечаем. Теряется бренд, теряется привязанность, компания становится уязвимой. Необходимо выстроить новый совершенно lifestyle, чтобы я осознавал, что я – часть «Билайна», как клиент. Надо находить новые ниши.

Антон Арнаутов

– Ох, это та история с lovemark, то есть маркой моей мечты, любви и так далее? Замечательно. Ладно, предположим, что это действительно так. Понятно, для чего это нужно телекому. А что телекомы могут дать клиентам, чего не могут или что плохо дают банки? Ты почему-то сказал, что телекомы более дружественные. В чем это выражается, как ты считаешь?

Александр Сахаров

– Мне удалось поработать и в банке, и тут, и я могу сказать, что с таким вниманием к клиентскому сервису, как внутри телекома, в России нет ни одного банка. Вообще в мире нет ни одного банка.

Антон Арнаутов

– Внимание в чем выражается?

Александр Сахаров

– Внимание выражается прямо в деталях. Каждую неделю мы смотрим на количество негативных и позитивных отзывов, количество рекомендаций, проблем, сбоев, какие проблемы в колл-центре, какие процессы у нас выстроены эффективно, неэффективно. То есть такой уровень замера качества, положительных и отрицательных отзывов, который есть в телекоме – такого уровня в банкинге нет, понимания того, как должна выглядеть digital-витрина, чтобы люди пользовались.

Антон Арнаутов

– Digital-витрина – это в смысле сайт какой-то?

Александр Сахаров

– Это либо сайт, либо мобильное приложение. Уровень понимания, как вообще люди живут, чем они дышат и что для них важно в телекоме выше на порядок, чем в банке. В «Facebook» или у «Яндекса» еще выше - они лучше знают, как построить.

Антон Арнаутов

– То есть если взять цифровую шкалу, то «Facebook» – это будет где-то десять, телеком –где-то восемь, условно говоря. Я имею в виду, что самые продвинутые, самые передовые – это интернет-компании, телекомы, а банки где-то там, уже подальше. Про страховые я вообще молчу.

Александр Сахаров

– К клиенту самые близкие сегодня – это поисковики и соцсети, потом телеком. Телеком в явном виде не может читать, но он знает, так или иначе, с какой скоростью в среднем ты передвигаешься по Москве, отсюда знает, есть у тебя автомобиль или нет, он знает твои маршруты, ездишь ты за границу или нет, сколько в среднем ты проводишь времени на работе. То есть, это гораздо более качественное понимание того, как и чем живет клиент.

Антон Арнаутов

– Слушай, наличие всей этой груды знаний, которые действительно у вас есть (я в этом не сомневаюсь), не означает, что вы умеете этим пользоваться. Понимаешь, ведь это обычный разговор сейчас, когда заходит речь о big data (знаешь, так торжественно): «big data, у нас есть big data!» Она есть, да, но не факт, что вы ею умеете пользоваться. Вы действительно используете это? Вы научились анализировать, что-то из этого вытаскивать для своего бизнеса?

Александр Сахаров

– Да. Я не буду, конечно, всего раскрывать, я просто пример приведу. «Билайн» в этом году летом запускал конкурс на набор сотрудников подразделения big data, и достаточно было посмотреть на те задачки, которые ставятся на интервью: чтобы понять задачку, надо было обладать высшим математическим образованием, причем закончив недавно. Я вот, честно сказать, старался понять - не понял до конца, потому что уровень постановки задачи такой.

Антон Арнаутов

– Это на сотрудника?

Александр Сахаров

– На сотрудника big data. Это я к чему рассказываю? К тому, что реально ведется огромная работа, и мы действительно ведем, получаем хорошие результаты по сегментации базы, по пониманию, что происходит. Мы запускаем большое количество кампаний, которые event based – то есть заехал ты в аэропорт, тебя приветствуют дома.

Антон Арнаутов

– Ой, непрерывно спамят же. Я через гору переезжаю обычно, мне каждый раз…

Александр Сахаров

– «Добро пожаловать в Швейцарию»?

Антон Арнаутов

– Да, «Добро пожаловать в Австрию» – «В Швейцарию», «В Австрию» – «В Швейцарию».

Александр Сахаров

– Но это самый простой пример, а ведь таким образом можно продавать страховки, например, или говорить тебе о том, что у тебя оптимальный или неоптимальный тариф, или что у тебя интернет более дорогой или дешевый. В общем, на самом деле здесь очень много возможностей для продаж и для качественного обслуживания. У банка такого нет. Банк может тебе сказать, что вашу карту заблокировали, потому что вы в Таиланде оказались, например.

Антон Арнаутов

– Ну да, или сначала упорно предлагать мне кредит, а потом, когда у меня вдруг закончится карточка, через неделю мне сообщить об этом. Я помню, да. О'кей, хорошо, ладно, вы умные. Что сейчас конкретно? Сколько ты проработал в «Билайне», кстати?

Александр Сахаров

– Почти год, у меня как раз контракт заканчивается годовой. Вообще, год для телекома в нынешнем состоянии, мне кажется, большой срок, потому что действительно большие изменения происходят.

Антон Арнаутов

– Что удалось запустить? Только не о намерениях давай, а о реальности, ты же проектный менеджер.

Александр Сахаров

– Мы в этом году получили даже награды. Странный продукт для телекома, но он важный, он у всех есть – собственная банковская карточка.

Антон Арнаутов

– Банковская карточка «Билайн»? А у вас есть банковская лицензия?

Александр Сахаров

– У нас нет банковской лицензии, у нас есть партнер, который нам в этом помогает, но это полноценно наш продукт - карта «Билайн». Мы получили две премии: «Финансовый товар года» и «Сustomer experience world». Именно поэтому у меня два телефона, кстати, потому что «Сustomer experience world» мы получили за первое в России внедрение NMC-платежей. То есть карточка у меня в кармане лежит, телефон я подношу к терминалу, ввожу пин-код карточки, и платеж происходит. Это первое в России такое. С нами еще «Евросеть» запустилась с похожим продуктом. Это пример того, как телеком меняет банковские процессы.

Антон Арнаутов

– Я понимаю, что мы с тобой сейчас разговариваем, вроде мы друг друга понимаем, но я не очень уверен, что нас понимают наши слушатели и зрители, потому что там всё дело, как ни странно, в цифрах. Помнишь, одна хорошая компания - «Диасофт» - проводила встречу IT-директоров. Ты вышел, все так сидят, слушают, а когда ты начал цифры называть, я смотрю – что-то разговоры прекратились, начали слушать. Давай о циферках. Ну, подумаешь, карта, еще одна карта, выдает оператор карты. Во-первых, сколько?

Александр Сахаров

– Уже больше полумиллиона за год работы.

Антон Арнаутов

– Полмиллиона карт.

Александр Сахаров

–Да. Причем мы их не раздаем вот так вот, они у нас активные, это карты, которыми люди пользуются. Про карту можно много разговаривать, лучше всего попробовать, потому что в этом основная суть. Чтобы получить карту, нужно три минуты. Карта класса «MasterCard World» - это категория выше, чем «Gold», с соответствующей программой лояльности, одним из лучших интернет-банков, который летом станет еще лучше, и к ней привязаны кредитные и депозитные программы разных банков. В этом уникальность на рынке – вы можете, пользуясь нашей картой, брать кредиты в разных других банках.

Антон Арнаутов

– Фактически, телекомы (вы в данном случае) становитесь таким агрегатором для банков, правильно я понимаю?

Александр Сахаров

– Да. Мы для наших клиентов выбираем лучшее, что есть на рынке, и они могут пользоваться тем, что рынок предлагает, а мы им как бы quality insurance дополнительный обеспечиваем.

Антон Арнаутов

– Слушай, а зачем эти сложности? Ведь у клиента и так есть деньги на счету, ну, платил бы он. Зачем все эти карты? Он же может просто деньгами со счета платить, по идее.

Александр Сахаров

– Я еще пару слов про цифры скажу, а потом вернусь про счет. Я вчера просто глянул на статистику, которую ЦБ опубликовал, - отчетность банковскую по доходности, по прибыльности.

Антон Арнаутов

– По прибыльности банков.

Александр Сахаров

– Да. Мы в топ-15 уже входим.

Антон Арнаутов

– Это за год?

Александр Сахаров

– Да, за 2015 год. Если взять только финансовые сервисы, мы только на рознице. Банки отчитываются по полной, мы занимаемся только розницей сегодня. До малого и среднего бизнеса еще надо дойти, но мы только на рознице уже входим в топ-15.

Антон Арнаутов

– За год в топ-15 –да, это, в общем-то, круто, но не надо забывать, что у вас клиентская база…. сколько приблизительно сейчас общая телекомовская?

Александр Сахаров

– Там по-разному можно считать, но треть населения.

Антон Арнаутов

– Треть населения страны?

Александр Сахаров

– Плюс-минус.

Антон Арнаутов

– Плюс-минус, да? Понятно. Такой вдруг появился маленький банчок, с потенциальными его клиентами.

Александр Сахаров

– Нашими клиентами. Карт, я сказал, у нас всего полмиллиона, а зарабатываем мы как не на полумиллионе карт, поэтому как раз все остальные наши клиенты пользуются мобильным телефоном или лицевым счетом мобильного оператора в качестве своего банковского счета.

Антон Арнаутов

– А это разрешено?

Александр Сахаров

– Да, это разрешено, но это не называется банковским счетом, это называется мобильная коммерция. Самый простой пример – парковки в Москве. Нас только в Москве смотрят?

Антон Арнаутов

– Нет, почему? Это ж интернет. Я думаю, что включая Аляску.

Александр Сахаров

– Благодаря правительству Москвы теперь все москвичи знают, что такое мобильная коммерция, потому что иначе за парковку не заплатить. Все, кто играют в онлайн-игры и все, кто пользуются сетями – там куча платных сервисов. «Билайн» в этом году второй в мире, кто запустил платеж с мобильного телефона внутри App Store. То есть уже с декабря этого года внутри App Store можно платить не только картой, как раньше, а можно с телефона.

Антон Арнаутов

– Смотри, если говорить о банках и телекомах, не так давно (собственно, вчера) расшифровывал одну очень интересную встречу с Петром Авеном - одним из создателей «Альфа Банка», и там как раз был мой вопрос: «Все сейчас говорят, что кредитная модель банкинга уходит, и банки должны сконцентрироваться на комиссионных продуктах – так ли это?» Он подчеркнул, что нет, ни фига (он сказал гораздо более культурно), банки как зарабатывали на кредитовании основные деньги, так и будут зарабатывать. Когда ты говоришь, что вы, телеком, идете в финансовые сервисы, в банкинг, ты говоришь о платежных сервисах или о кредите тоже?

Александр Сахаров

– Абсолютно согласен с Петром Олеговичем, именно в этом и заключается системная история, что банки никогда не умрут, потому что кредитная составляющая – это лицензированная деятельность, закрепленная за банками. Мы никогда не сможем быть настолько точны. Телеком никогда не сможет быть настолько умным, чтобы правильно управлять кредитным риском, и у него нет для этого регуляторов и законодательной базы, поэтому банки никуда не денутся, если будут заниматься кредитованием. А вот всякими транзакционными историями может заниматься кто угодно – от «Яндекса» и «Google» до телекома, и мы, как телеком, видим эту возможность забрать на себя значимую долю этих операций. Мы сегодня, «Билайн» – три процента рынка денежных переводов в СНГ. Приближаемся.

Антон Арнаутов

– То есть платежи, переводы, remittance основной.

Александр Сахаров

– Если посмотреть на картину денежных переводов, можно увидеть, что банки там занимают далеко не лидирующие позиции.

Антон Арнаутов

– Знаешь, у меня к тебе два вопроса еще про банки и телекомы. Про телеком, который хочет стать банком, я слышу уже достаточно давно. Я старательно читал какое-то время иностранную прессу (потом, правда, наверное, не так старательно - занимаюсь всякой административной работой замечательной) - немного я видел примеров, когда телекомы создавали успешные банки. Может, ты меня опровергнешь, может, у тебя есть какие-то кейсы мировые, когда телеком пришел в банкинг, создал банк и этот банк – вау! – успешен. Я не буду называть неуспешные кейсы, но они есть, в том числе и в России. Это первый вопрос. Второй вопрос про карточки. Вот ты рассказывал сейчас упоительно про карточку, а многие говорят, что карточка как форм-фактор вообще должна умереть, что достаточно будет этого вашего умного кусочка.

Александр Сахаров

– Что ж все такие кровожадные - все должны умереть?

Антон Арнаутов

– Ну, я же из СМИ! Что интересует людей – секс, насилие и всё прочее.

Александр Сахаров

– Да, по порядку.

Антон Арнаутов

– Про секс или про насилие?

Александр Сахаров

– С конца начну – карточка, конечно, умрет, но куда она умрет? Никуда. Это всё равно что банкноты умрут. Конечно, она не умрет, она изменится, их будет меньше, благодаря развитию NMC-технологий мы будем ее реже доставать из кошелька, просто реже, потому что можно будет телефон поднести. Существенно реже.

Антон Арнаутов

– Когда еще научитесь защищать.

Александр Сахаров

– На самом деле защиты в телефоне больше, чем защиты на кусочке пластика, который легко копируется. Я до сих пор помню, как на магнитофоны катушечные переписывали карточки, магнитные полосы. Конечно же, карточка уйдет на второй план, не будет так часто доставаться из кармана, как сегодня, и вообще войдет в общую концепцию так называемого электронного кошелька. «Электронный кошелек» не в том понимании, как мы сегодня привыкли, как наши коллеги «WebMoney» и так далее, а это некоторое электронное приложение, в котором как в портмоне лежат твои карточки, права, скидочные карточки, иногда какой-нибудь страховой полис - вот электронный кошелек. Это некоторое мобильное приложение, в котором лежат твои карточки, ты их реже достаешь, но, тем не менее, они у тебя есть, потому что человеку приятно, чтобы было разнообразие.

Антон Арнаутов

– Хорошо. То есть карточки будут, как винил. Знаешь, у меня недавно был Булад Субанов, который запостил у себя первую свою карту (это была еще карта «Инкомбанка», страшная такая, но это еще те годы). Человек будет с гордостью показывать коллекционеру карточек: «Вот у меня карта», а большинство будет просто пользоваться телефоном.

Александр Сахаров

– Удобно же. Я вот сам пользуюсь. Во-первых, карточки надо доставать из кошелька, а телефон поднес – и всё. Второй вопрос – ты спрашивал меня про…

Антон Арнаутов

– Про успешные кейсы world wide. За рубежом есть успешные кейсы, многие же объявляли – «Оrange Тelecom», еще кто-то, я уж не помню, американские операторы.

Александр Сахаров

– Я объясню. На самом деле успешных кейсов много, просто успешные люди отличаются от неуспешных людей тем, что неуспешные люди очень много говорят, а успешные сделали и…

Антон Арнаутов

– Помалкивают.

Александр Сахаров

– И помалкивают.

Антон Арнаутов

– И деньги зарабатывают.

Александр Сахаров

– И деньги зарабатывают.

Антон Арнаутов

– Понятно. Приведи какой-то пример.

Александр Сахаров

– Даже у наших акционеров, «ВымпелКома», есть два успешных проекта. Один акционер, «Telenor», в одной из стран Восточной Европы сделал с нуля банк, который ТОП-2 банк в стране стал в течение полутора лет.

Антон Арнаутов

– Именно как телеком?

Александр Сахаров

– Телеком просто купил лицензию и сделал банк. Нигде об этом не кричит, никому не рассказывает.

Антон Арнаутов

– На конференциях не рассказывает.

Александр Сахаров

– На конференциях не рассказывает. Но если приехать в эту страну, можно понять, что другого банка, кроме как банка с брендом телекома, больше нет. Также у нас в рамках группы есть в Пакистане успешнейший проект по денежным переводам а-ля «M-Pesa», про которую все говорят, но «M-Pesa», извините меня, 90% рынка как оператор держал и обладал огромным административным ресурсом, а у нас чисто коммерческая история и 70 % рынка денежных переводов с совершенно нормальной, не завышенной, клиентской комиссией, и успешный проект.

Антон Арнаутов

– Хорошо, о'кей.

Александр Сахаров

– Но это как бы два примера, а если хорошо поискать… Моё отношение такое: как Мартин Пилецки сказал, тут чисто execution и здравый смысл. Если есть какая-то мысль, хорошая команда и желание что-то сделать, то обычно получается, если это не воздушные замки.

Антон Арнаутов

– Успех – это execution и здравый смысл?

Александр Сахаров

– Да. А у кого что-то не получилось в этой жизни, в том числе ничего не получилось, – это не значит, что ничего не надо делать. Совершенно понятна системная opportunity , которая есть и которой многие уже воспользовались. Можно очень много говорить, что много у кого не получилось, но обычно так в жизни и бывает – много у кого что-то не получается, а у кого-то что-то получается.

Антон Арнаутов

– Хорошо. О'кей, поверили, что есть успешные кейсы, когда именно телекомы создают именно банки, но я точно знаю, что есть другие успешные кейсы, когда несколько телекомов в одной стране плюс еще банки объединились и создали общую, например, платформу для мобильных платежей – общий стандарт, или общий стандарт NMC, или еще что-нибудь такое общее. Сейчас можно и Венгрию вспоминать, и, насколько я помню, Польшу, - там еще есть кейсы. А насколько это реально у нас и насколько это востребовано?

Александр Сахаров

– Надо поменять местами эти вопросы, и становится всё на свои места. Если это востребовано, если это нужно людям, то это сразу становится реальностью в один момент, и это происходит везде, в любой из индустрий. Если люди поняли, что им нужны карточки, значит, возникают какие-то ассоциации, которые начинают регулировать, и в конце концов появляется платежная система какая-то. Если люди (вот мы сегодня) начали пользоваться мобильными платежами и начали их развивать, мы как операторы видим, что нам сложно донести мысль, что это удобнее, чем банк. Нам поодиночке сложно донести.

Антон Арнаутов

– Ну, да.

Александр Сахаров

– У нас куча совместных проектов. У «Билайна» есть дочерняя компания «RURU», которую я сейчас возглавляю, – мы продаем мобильную коммерцию всех трех операторов. У каждого оператора есть такая компания, мы друг друга в этом поддерживаем в плане того, что системно объясняем совершенно одинаковыми словами, что наши инструменты удобнее, безопаснее и проще. Объединение происходит совершенно естественным путем. Это не картельный сговор, это просто единая логика в создании продукта. Конечно, можно всякие примеры приводить, когда это анонсировалось на конференциях, но опять про разговоры – можно выйти проанонсировать что-то на конференции, можно его не анонсировать.

Антон Арнаутов

– Можно не анонсировать, тихо работать. То есть картельные сговоры происходят тихо. Спасибо. Это была шутка, не дай господь, кто-то всерьез воспримет все мои дурацкие шутки. Смотри, есть тема, которая для меня крайне серьезна, шутить на нее я совершенно не склонен – это тема всяких разных инноваций, что называется, финтеха так называемого. Во-первых, насколько вам вообще интересен финтех и инновации, насколько вы смотрите в эту сторону, в том числе насколько вы готовы работать с какими-то стартапами и что вам в этом плане интересно, как телекому?

Александр Сахаров

– Я всё-таки тут как частное лицо, я свое мнение буду говорить, потому что в такой крупной компании, как «ВымпелКом», много народу работает и много разных позиций. Мое мнение: ты не будешь развиваться, если не будешь думать о будущем, не будешь пробовать, в принципе. А как пробовать? Пробовать можно на свои деньги, но это достаточно затратно. Много кто попробовал на свои деньги и сегодня подсчитывает убытки, ходит и рассказывает, что финтеха нет, или финтех плохой и ни у кого ничего не получилось. На самом деле есть совершенно профессиональный инструмент – это венчурные фонды, которые профессионально следят за всем, что происходит, и можно видеть record того, что есть – это как раз способ образования себя. То есть если ты хочешь поменять индустрию и заняться чем-то новым – еще Стив Джобс любил на эту тему поговорить – конечно, в первый раз у тебя получится не очень хорошо, но всё равно ты начнешь. В первый раз у тебя ничего не получится, второй раз у тебя получится лучше, потому что это новая для тебя индустрия, и чтобы делать аккуратные шаги, нужно, на мой взгляд, работать плотно с венчурными фондами, которые профессионально смотрят на эту индустрию, следят за всеми стартапами, и можно видеть, какой стартап удачный и почему, посмотреть отчетность.

Антон Арнаутов

– Ой, согласился бы я с тобой, если бы не знал российские реалии, где венчурные фонды точно не смотрят в сторону финтеха.

Александр Сахаров

– Я не говорю про Россию вообще в этом случае, потому что Россия сегодня… Если мы говорим про образование, всегда нужно выходить за рамки того, где ты находишься, поэтому я говорю про мировые венчурные фонды. Я не говорю только про Европу или только про Америку, нужно полностью диверсифицировать подход - работать с американскими, европейскими и азиатскими компаниями. В Азии происходит очень много интересного, гораздо больше населения, совсем другое потребление и там много чему можно научиться.

Антон Арнаутов

– Ой, ладно. Это «ой» было по поводу того, что хочешь, не хочешь – надо учиться в Азии, в Америке, в Европе (что ты там еще называл?), в Австралии, но придется искать рецепты для России. Мы с тобой этим тоже как раз займемся.

Александр Сахаров

– Я рассказал теоретическую часть, а практическую… То, что есть я, сотрудник «ВымпелКома», занимающийся финансовыми сервисами внутри «ВымпелКома» – это как раз доказательство того, что к венчурным проектам есть интерес.

Антон Арнаутов

– Да, согласен. Так вот, смотри, обычно, когда говорят о различиях между теми или иными отраслями, обращают внимание на внешние форм-факторы. Условно говоря, что связь – это телефоны, вышки, еще что-то, а банки – это такие большие здания с сейфами и так далее. Главное, наверное, не в этом. Главное, наверное – это внутренние различия. Прыгая, переходя из отрасли в отрасль, ты почувствовал какие-то внутренние различия именно в корпоративной культуре, в принципах управления?

Александр Сахаров

– Да, очень. Наверное, это для меня большая часть образования моего собственного - как культурно вообще отличаются банкинг и телеком. Всё это совершенно разные индустрии с совершенно разным управленческим подходом. Если банки уже зрелые, они наелись уже этих историй с бурным ростом и бурным падением, очень аккуратно себя ведут, и даже Олег Тиньков, который заявляет, что он агрессивно себя ведет, на самом деле очень вдумчиво и аккуратно планирует свою политику и стратегию, то в телекоме пока еще, слава богу (на самом деле, это большое преимущество телекома) есть еще этот предпринимательский огонек, когда есть драйв и хорошее настроение от работы.

Антон Арнаутов

– Еще здоровый авантюризм присутствует.

Александр Сахаров

– Да, хорошее настроение от работы царит. Когда приходишь на работу в банк, немного скучно сейчас, а когда приходишь в офис телекома, - так или иначе улыбаешься.

Антон Арнаутов

– Я понял тебя. А помимо улыбок – мы говорим об организации IT-систем, например. По своему складу карьеры ты к IT должен быть неравнодушен. Чем отличается банковское IT от телекомовского IT с точки зрения культур, систем, людей?

Александр Сахаров

– Телеком сложнее. Это гораздо более требовательная история.

Антон Арнаутов

– Ух, ты! Вот это на тебя сейчас обиделись банковские айтишники. Сложнее телеком, несмотря на весь комплайенс?

Александр Сахаров

– А что такое комплайенс? Комплайенс – это просто отчетность. Я извиняюсь, но это просто грамотно построенная система отчетности – комплайенс. А в телекоме у тебя разговор. У тебя в секунду соединений там…

Антон Арнаутов

– А, там быстрее и больше всего просто происходит.

Александр Сахаров

– Это полноценный онлайн. Если в банкинге в онлайне работают только банковские карты и больше ничего…

Антон Арнаутов

– То есть у вас нет закрытия банковского дня в телекоме, ты хочешь сказать, когда всё отрубается и подсчитывается?

Александр Сахаров

– Вот как раз закрытие банковского дня – это большая тема для разговора, это не такая сложная процедура, как в онлайне 24/7 поддерживать всю страну или 50 миллионов соединений.

Антон Арнаутов

– О'кей. Ты вообще там имел возможность посмотреть, как устроено IT?

Александр Сахаров

– Конечно, я там плотно работал. Давно уже ушли те времена, когда бизнес и IT как-то противопоставлялись друг другу, эта дискуссия уже давно закрыта. IT сегодня в полной мере…

Антон Арнаутов

– Да, в некоторых банках, которые мы даже сегодня называли, они сидят принципиально в разных зданиях, которые находятся в разных частях Москвы. Я не буду даже называть.

Александр Сахаров

– Но их руководство сидит в одинаковых зданиях.

Антон Арнаутов

– О'кей, принято. Хорошо, в наше время стираются эти рамки, грани, хотя сидят они в разных зданиях часто. У вас не так (я имею в виду – в телекоме)? Насколько получили распространение все эти модные веяния а ля Agile, Scrum, Kanban?

Александр Сахаров

– Я вот тоже повинюсь, я в названиях плохо ориентируюсь (хотя, конечно, скромничаю). Я специально это говорю с тем, что прежде всего здравый смысл должен быть. Никогда не нужно отрываться от земли, то есть делать проекты ради того, чтобы они были Agile, смысла нет. Есть смысл делать проекты для того, чтоб был результат. А когда есть здравый смысл, тут же возникает ситуация, что ты не можешь себе позволить делать проект два года - у тебя количество изменений внутри проекта выходит такое, что ты не можешь написать сначала документ, а потом два года ждать, пока его сделают. Поэтому и появляется Agile, он же не появляется, потому что кто-то решил, что это лучше. Потому что на здравом смысле это понятно, но у тебя в реализации столько новых изменений приходит, что ты не способен. Система 2.1 становится настолько сложной и отличающейся от 2.0 и столько времени утекает, что смысла в проекте не остается. Поэтому и появляются новые всякие идеи о том, как сделать проект быстрее. Это здравый смысл. Здравый смысл и осознание результативности – то, что проект должен быть результативным.

Антон Арнаутов

– Слушай, здравый смысл – это наше всё, в этом я с тобой полностью согласен. Я когда-то даже мечтал написать такую книжку - «Маркетинг здравого смысла» называлась бы. Конечно, как всегда, ничего не успеваешь. Наверное, я близок был когда-то к маркетингу и понимал, что там не хватает не столько креативности, столько того, о чем мы с тобой говорим. В управлении проектами – то же самое.

Александр Сахаров

– То же самое.

Антон Арнаутов

– Кстати, про управление проектами, заканчивая нашу передачу уже почти: я, наверное, не случайно обозвал тебя проектным менеджером - у тебя был один проект, другой, третий, четвертый, пятый. Какие ты для себя, может быть, главные принципы вынес из этого, какие-то выводы для себя сделал – как управлять проектами, как управлять людьми в проектах?

Александр Сахаров

– Честность. То есть если ты честен с людьми и даже честно на них можешь ругаться или похвалить – это видно, и люди начинают верить в то, что они делают. А если ты честен с людьми и с самим собой, то первый вопрос, на который ты должен ответить: «А зачем это всё происходит?».

Антон Арнаутов

– То есть? В чем смысл этого проекта?

Александр Сахаров

– Да.

Антон Арнаутов

– Слушай, но многие проекты по определению бессмысленны - они делаются просто, чтобы деньги заработать.

Александр Сахаров

– Если деньги заработать, то это смысл. Просто есть многие проекты, в которых вообще смысла нет (такими проектами мне повезло не заниматься), а когда есть понимание, зачем ты что-то делаешь, то и команда сразу начинает объединяться вокруг этой идеи. Если идеи даже сразу и непонятны, ты честно говоришь: «Ребята, мы не знаем, давайте мы сначала поймем, что и как мы будем делать», то и команда начинает в ответ быть более откровенной. Если есть в команде люди, которые не понимают, что они делают – значит, что-то не так. Это первая мысль.

Антон Арнаутов

– Как вообще можно делать проект, если ты не понимаешь на самом деле? Вот ты начинаешь проект, ты не понимаешь, каким будет, условно говоря, мир тогда, когда ты его будешь заканчивать. Всё же меняется по ходу дела. Ты же не можешь сейчас написать план от пункта А до пункта В.

Александр Сахаров

– Не могу, да. Никто не может. В этом и заключается жизнь.

Антон Арнаутов

– Ну, а как? Признаваться, что ты неправильно план написал?

Александр Сахаров

– Сегодня многие винят телеком в отсутствии единой стратегии, именно в том, как развивать финансовый сервис, вообще в отсутствии стратегии. Наверное, это правда - стратегии как таковой нет. Многие говорят, что ничего не получилось и не получится. Но есть совершенно системные тектонические основы, которые нельзя игнорировать. Если ты их игнорируешь, не замечаешь, в конце концов, на твоем месте может возникнуть вулкан и тебя унесет. Как любой исследователь в лесу, ты смотришь, куда дует ветер, какие облака, высоко или низко летят синицы, и прокладываешь дорогу себе. Другой вопрос, что ты можешь слепо идти, ни о чем не думая, а можешь смотреть и думать – думать, что тебя ждет, системно предсказывать, что будет впереди – взять с собой, например, теплую одежду, зная, что будет снег, или переобуть зимнюю резину перед зимним сезоном. Можно этого не делать, и в конце концов понять, что зря ты не переобулся в зимнюю резину всё-таки.

Антон Арнаутов

– Теперь личный вопрос. Многие мои знакомые, тоже талантливые проектные менеджеры, видя, какая у нас тут турбулентность установилась, сейчас ищут для себя какие-то возможности либо поучиться где-нибудь за рубежом, либо вообще переехать на какой-нибудь новый проект, но расположенный где-нибудь в более теплом климате, в Пало-Альто, например. Если честно, как ты себя видишь в дальнейшем: здесь бороться с турбулентностью и прокладывать тропы или ты собираешься тоже куда-нибудь сейчас?

Александр Сахаров

– У меня контракт с «ВымпелКомом» заканчивается, и я имею возможность для себя подумать. На самом деле, сложный выбор. То, что происходит в Европе – на мой взгляд, ничего интересного не происходит. То, что происходит в Азии и в США – большое количество интересных возможностей, и сегодня для любого российского профессионала хорошее время посмотреть, что происходит и там тоже. Я для себя решение буду принимать в течение следующих нескольких месяцев - торопиться здесь смысла нет. В России сегодня тоже происходит много чего интересного, системных вещей, поэтому я, честно сказать, буду рассматривать возможности как внутри телекома, как внутри «ВымпелКома», так и вне России.

Антон Арнаутов

– Ой, всё-таки я бы предпочел, чтобы ты остался внутри, потому что с тобой, во-первых, приятно разговаривать. Я надеюсь, что мы с тобой когда-нибудь вместе прокатимся - сезон в разгаре, снега полно. Передача наша заканчивается, нам осталось только поблагодарить наших слушателей и зрителей за внимание. Всем хорошего снега, хороших проектов и интересной работы где бы то ни было – в России, за рубежом, в онлайне. С добрым утром!

Александр Сахаров

– Всего доброго.