Вина как условие ответственности во внедоговорных обязательствах по законодательству Российской Федерации

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

Вестн. Ом. ун-та. 2010. № 3. С. 210-214.

УДК 348

Е.Л. Невзгодина

Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского

ВИНА КАК УСЛОВИЕ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ВО ВНЕДОГОВОРНЫХ ОБЯЗАТЕЛЬСТВАХ ПО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Исследуется сущность вины как условия гражданско-правовой ответственности применительно к деликтным обязательствам, рассматриваются случаи «безвинов-ной» ответственности.

Ключевые слова: ответственность, вина, виновное причинение вреда, безвиновная ответственность, внедоговорные обязательства.

Субъективным условием гражданско-правовой ответственности за причинение внедоговорного вреда является вина причинителя вреда, кроме тех случаев, когда ответственность за причиненный вред наступает в силу закона независимо от наличия вины (случай).

В общей теории права вина рассматривается как психическое отношение субъекта ответственности к своему действию (бездействию) в форме умысла или неосторожности.

Согласно п. 1. ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, не исполнившее обязательство либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. В этой же статье определяется суть вины: лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. В силу п. 2 ст. 1064 ГК РФ, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (кроме случаев, когда в силу закона вред возмещается и при отсутствии вины).

Таким образом, по общему правилу, ответственность наступает при наличии вины, и вина применительно к внедоговорным обязательствам по возмещению вреда выражается в непринятии всех возможных мер для того, чтобы не причинить вреда имуществу или личности другого субъекта гражданского права, в непроявлении той степени заботливости и осмотрительности, которую следовало ожидать в данных обстоятельствах от причинителя вреда (или/и лица, ответственного за причиненный вред).

© Е.Л. Невзгодина, 2010

Если наличие, размер вреда и причинную связь между поведением ответчика и причиненным вредом должен доказать истец, то вина причинителя вреда презюми-руется: причинив вред, он предполагается виновным, пока не докажет обратное. Таким образом, бремя доказывания отсутствия вины причинителя вреда или лица, ответственного за причинение вреда другим лицом, в причинении вреда лежит на должнике - и это принцип гражданского права (п. 2 ст. 401 ГК РФ, п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

В случаях, прямо предусмотренных законом, ответственность за причинение вреда наступает независимо от наличия вины причинителя, т. е. даже при отсутствии вины - например, ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности (ст. 1079 ГК РФ). Здесь правильнее было бы говорить не об ответственности, а о риске несения неблагоприятных последствий деятельности, связанной с повышенной опасностью для окружающих.

Владелец источника повышенной опасности отвечает за вред, причиненный потерпевшему, независимо от того, виновно он причинил этот вред или случайно (например, прохожий поскользнулся и упал на проезжую часть под колеса такого источника - автомашины). Но три других условия ответственности - вред, причинная связь между деятельностью, причинившей вред, и вредом и противоправность причинения вреда - должны быть налицо.

Ответственность независимо от наличия вины не безгранична, она может наступать при отсутствии вины только за простой (обычный) случай. Если же владелец источника повышенной опасности докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего, он освобождается от ответственности за причиненный даже повышенноопасной деятельностью вред.

Так, если поезд или автобус накроет оползень при отсутствии возможности его предвидеть и предотвратить (непреодолимая сила), потерпевшие пассажиры не смогут получить возмещения вреда от перевозчика (транспортной организации), а могут рассчитывать только на страховые выплаты (хотя бы по обязательному страхованию) и на помощь государства, которое, в принципе, тоже в данном случае ничего не обязано.

Если гражданин умышленно кидается под колеса автобуса, поезда с целью самоубийства, то вред ему причиняется исключительно в результате его умысла - и ответственность владельца исключена (п.1 ст. 1079 ГК РФ). Это частный случай общего правила, предусмотренного в п. 1 ст. 1083 ГК РФ, согласно которому любой вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит.

В этих случаях причинная связь между повышенно-опасной деятельностью и возникшим вредом имеет место, однако в силу наличия особых обстоятельств - непреодолимой силы или умысла потерпевшего, и, соответственно, причинитель вреда освобождается от ответственности.

Представляется, что в самом широком смысле слова, т. е. в конечном счете, умысел потерпевшего, ставший единственной причиной причинения ему вреда (независимо от того, причинен вред источником повышенной опасности или без такового), охватывается понятием случая как обстоятельства, которое нельзя было предвидеть и предотвратить при данных конкретных обстоятельствах.

Непреодолимая сила по ст. 202 и 401 ГК РФ - это обстоятельство (событие или действие) - чрезвычайное и непредотвратимое при существующих обстоятельствах (стихийные бедствия). Непреодолимая сила иначе часто именуется (особенно в гражданско-правовых договорах) как форсмажорные обстоятельства.

В теории и на практике в настоящее время наметилась тенденция отождествления понятий «форс-мажор» и «непреодолимая сила». В судебных решениях, равно как и в текстах конкретных договоров в сфере предпринимательства, эти понятия тоже, как правило, не разграничиваются. Более того, анализ отдельных законодательных актов (например, п. 6 ст. 8 Федерального закона «О закупках и поставках сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия для государственных нужд») приводит к выводу, что и законодатель не видит между ними разницы. Однако ГК РФ не известен термин «форс-мажорные обстоятельства», и представляется правильной позиция тех авторов, которые полагают, что данные понятия не тождественны и что термин «форс-мажорные» обстоятельства, не адекватный по содержанию понятию «не-

преодолимая сила», уместен лишь по отношению к договорным обязательствам [1].

Четкое разграничение содержания указанных терминов, которое целесообразно было бы взять на вооружение и практикующим юристам, и законодателю, содержится в Большом юридическом словаре, где форс-мажор применительно к гражданскому праву трактуется как возникновение чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств, последствием которых становится невыполнение условий договора. В результате форс-мажора одна из сторон договора невольно становится причинителем убытков другой стороне. В общем виде форс-мажор можно разделить на непреодолимую силу и юридический форс-мажор. К общему принципу определения непреодолимой силы можно отнести объективный и абсолютный характер обстоятельств, т. е. действие факторов, ставшее препятствием исполнению обязательств, должно не только касаться причинителя вреда, но и распространяться на всех. К юридическому форс-мажору относятся решения всех государственных органов (запрет импорта или экспорта, валютные ограничения и др.), забастовки, войны, революции и т.п.

Таким образом, в виде общего правила в ГК РФ закреплен принцип ответственности за вину, а как исключение - и за невиновные действия (обычный, или, что то же, простой случай). Одновременно в ГК РФ предусмотрена в качестве общего правила презумпция вины лица, причинившего вред: причинитель вреда освобождается от обязанности возмещения вреда (от ответственности), если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 3 ст. 1064 ГК РФ).

Следует отметить, что понятие непреодолимой силы и соотношение её с обычным случаем является традиционно дискуссионным в теории права и, как следствие, неоднозначно трактуется в судебной практике при разрешении конкретных гражданско-правовых споров (и прежде всего - арбитражных) [2].

Не вдаваясь в дискуссионный характер этой проблемы, отметим, что распространенная в последнее время слишком широкая трактовка содержания термина «непреодолимая сила» в качестве всевозможных препятствий в общественных отношениях, не связанных с виновным поведением субъектов права (террористические акции, техногенные катастрофы, забастовки,

народные волнения и др.), влечет к размыванию данного понятия.

Представляется правильной позиция тех авторов, которые трактуют непреодолимую силу как «извне пришедшее событие, объективный характер которого указывает на независимость этого события от воли и поведения человека (как сторон обязательства, так и третьих лиц), а также не является свойством деятельности сторон»

[3], и соответственно «легальным критериям и сути непреодолимой силы отвечают стихийные бедствия природного характера, т. е. катастрофические явления и процессы природы (землетрясения, наводнения, ураганы, сели и пр.), в наступлении которых не имеет места антропогенная деятельность»

[4]. Такое понимание сущности непреодолимой силы соответствует пониманию её и И.А. Покровским, признававшим таковой лишь несчастье стихийное, чрезвычайное, которое никакая человеческая сила предотвратить не может [5], и А.Х. Гольмсте-ном, полагавшим, что законодательство признает непреодолимую силу случайностью высшей категории, никакими средствами не отвратимой [6].

Применительно же к случаю, который в ряде случаев не освобождает причинителя вреда от ответственности, то это - «событие, которое могло бы быть, но не было предотвращено ответственным за это лицом лишь потому, что его невозможно было предвидеть и предотвратить ввиду внезапности наступления» [7].

Что касается вины причинителя, то таковая в гражданском праве может быть в форме умысла, грубой или простой неосторожности. Форма вины причинителя вреда, как правило, не имеет значения для возмещения имущественного вреда - он возмещается в полном объеме. При этом если в принципе суд вправе уменьшить подлежащий возмещению вред, причиненный гражданином, с учетом его (причинителя) имущественного положения, то только не в случае умышленного причинения им вреда (п.3 ст. 1083 ГК РФ).

Кроме того, степень вины причинителя вреда должна учитываться при определении судом размера денежной компенсации морального вреда - в тех случаях, когда моральный вред компенсируется по принципу вины (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Причинение вреда потерпевшему может быть обусловлено и виной самого по-

терпевшего. Если его вина имела форму умысла, то, как уже отмечалось, причинитель вреда всегда освобождается полностью от ответственности.

Если вина потерпевшего имела место в форме простой неосторожности, то она не учитывается и вред возмещается на общих основаниях, т. е. такая простая неосторожность потерпевшего не влечет ни освобождения причинителя от ответственности, ни уменьшения размера его ответственности. Объясняется это тем, что к поведению потерпевшего в обязательствах из причинения вреда, для которого вред зачастую сваливается как снег на голову, нельзя предъявлять те же требования, что и к поведению кредитора в договорных обязательствах, в которых каждый - и должник, и кредитор - всегда призван быть начеку, просчитывать всё наперед и соблюдать даже элементарную осторожность.

Что же касается грубой неосторожности потерпевшего, содействовавшей возникновению или увеличению причиненного ему вреда, то в тех случаях, когда причинитель отвечает только за виновное причинение вреда, вина потерпевшего в форме грубой неосторожности, - в зависимости от соотношения степени вины потерпевшего и причинителя, - влечет уменьшение судом ответственности причинителя вреда. Когда же причинитель отвечает независимо от вины (например, при причинении вреда источником повышенной опасности), то при отсутствии вины причинителя и при наличии грубой неосторожности потерпевшего размер возмещения должен быть уменьшен либо в возмещении вреда может быть вовсе отказано, если законом не предусмотрено иное (п. 2. ст. 1083 ГК РФ).

А иное предусмотрено в той же ст. 1083 ГК РФ: если вред причинен жизни или здоровью гражданина, то размер возмещения при отсутствии вины причинителя и наличии грубой неосторожности потерпевшего подлежит лишь уменьшению. Полный же отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается.

При этом и уменьшить можно только размер упущенной выгоды, т. е. утраченный на будущее в связи с потерей трудоспособности и потому подлежащий возмещению причинителем заработок потерпевшего. Что же касается возмещения возникших у потерпевшего расходов на восстановление здоровья (лечение, протезиро-

вание, усиленное питание и др. - п. 1 ст. 1085 ГК РФ), то эти расходы (реальный ущерб) не подлежат уменьшению при их возмещении причинителем даже при наличии грубой неосторожности потерпевшего (п. 2 ст. 1083 ГК РФ). Кроме того, вина потерпевшего не учитывается и, соответственно, причиненный вред возмещается в полном объеме, когда вред причинен смертью кормильца, а также при возмещении расходов на погребение (п. 2 ст. 1083 ГК РФ). И наконец, судебная практика исходит из того, что вина потерпевшего не учитывается при возмещении вреда несовершеннолетним потерпевшим.

В юридической литературе применительно к вине должника высказано мнение о том, что в гражданском праве вину должника в форме грубой неосторожности практически невозможно отграничить от умышленной вины (при одновременном определении умышленной вины как намеренных действий либо бездействия, а неосторожности - как непроявления должником необходимой степени заботливости и осмотрительности в обычной или грубой форме) [8].

Где грань между обычной и грубой неосторожностью потерпевшего? Грубая неосторожность выражается в игнорировании наиболее простых правил, запретов, когда потерпевший явно должен был предвидеть возможные негативные последствия, например, переход улицы на красный свет при интенсивном движении транспорта и наличии подземного перехода, особенно если потерпевший при этом находился в состоянии алкогольного опьянения. Таким образом, грубая неосторожность имеет место при непроявлении потерпевшим хотя бы минимальной степени осмотрительности, заботливости, какую можно было ожидать от данного потерпевшего, непринятии им очевидных мер для предотвращения вреда.

Следует отметить, что при определенных обстоятельствах поведение потерпевшего нельзя считать упречным (умышленным или неосторожным), хота он и знал о том, что систематически подвергается воздействию вредоносных факторов, неотвратимо причиняющих вред его здоровью или даже жизни. Например, выброс на предприятии вредных для организма веществ во много раз превышает предельно допустимые нормы. Потерпевший, работая в та-

ких условиях, вынужден с этим мириться, так как ему больше негде работать, а иных законных способов добыть средства к существованию у него нет. Бесспорно, что при решении вопроса о возмещении ему вреда, причиненного профессиональным заболеванием легких, ни о какой вине потерпевшего и речи быть не может. Зато вина работодателя здесь явная, что служит дополнительным основанием возмещения им вреда в полном объеме и привлечения его к ответственности за нарушение правил по охране труда и техники безопасности (вплоть до уголовной).

Правило о презумпции вины причинителя вреда полностью распространяется и на те случаи, когда речь идет об ответственности организации (юридического лица). Юридическое лицо не может действовать иначе, чем путем действий (поведения) её работников, соответственно, вина юридического лица в причинении вреда -это вина её работников при исполнении ими своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Действия работников должника по исполнению его обязательства считаются действиями должника (ст. 402 ГК РФ), поэтому в таких случаях тоже следует исходить из презумпции вины организации (п. 2 ст. 401 и п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Причем вина юридического лица нередко выражается в во вредоносных виновных действиях не одного работника, а ряда или многих из таковых, иногда входящих в различные структурные подразделения данного юридического лица (например, отдел материально-технического снабжения принял недоброкачественное сырье, производственный цех изготовил из него продукцию, отдел технического контроля дал

«добро» на реализацию продукции, в результате чего потребителю причинен вред).

Сказанное об условиях гражданско-правовой ответственности организации за вред, причиненный ее работником, распространяется в силу ст. 1068 ГК РФ и на случаи причинения вреда работником какого-либо гражданина (например, индивидуального предпринимателя, использующего наемную рабочую силу, или гражданина, который пользуется услугами наемного шофера, сторожа, садовника и т. д.), и на случаи причинения вреда участниками (членами) хозяйственных товариществ и производственных кооперативов при осуществлении предпринимательской, производственной или иной деятельности товарищества или кооператива.

ЛИТЕРАТУРА

[1] См.: Лапаева О. Форс-мажор в теории и на практике // ЭЖ-Юрист. 2007. № 9. Март.

[2] Наиболее обстоятельный анализ понятия «непреодолимая сила» в соотношении со смежными понятиями в современной юридической литературе дан в монографии Е.С. Ка-плуновой (См.: Каплунова Е. С. Непреодолимая сила и смежные с ней понятия. Новокузнецк, 2004).

[3] Там же. С. 68.

[4] Там же. С. 163.

[5] См.: Покровский И. А. Основные проблемы гражданского права. М. : Статут. 1998. С. 291.

[6] См.: Мейер Д. И. Русское гражданское право : в 2 ч. Ч. 1. По исправленному и дополненному изданию 1902 года. М. : Статут, 1997. С. 216.

[7] Гражданское право : в 2 т. Т. 1. Учебник / отв. ред. проф. Е.А. Суханов. 2-е изд., перераб. и доп. М. : Изд-во БЕК, 2000. С. 451.

[8] См.: Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Книга первая. М., 1999.

С. 758.