Правовые аспекты защиты арбитражными судами публичных интересов по экономическим спорам, стороной в которых являются органы государственного и муниципального управления

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2008. № 3 (16). С. 33-41. © Т.И. Отческая, 2008

УДК 347.918

ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ ЗАЩИТЫ АРБИТРАЖНЫМИ СУДАМИ ПУБЛИЧНЫХ ИНТЕРЕСОВ ПО ЭКОНОМИЧЕСКИМ СПОРАМ, СТОРОНОЙ В КОТОРЫХ ЯВЛЯЮТСЯ ОРГАНЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО И МУНИЦИПАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ

Т.И. ОТЧЕСКАЯ

Освещены интересные моменты, характеризующие активность и эффективность участия органов государственного управления и муниципальных органов в защите публичных интересов по делам, рассматриваемым в арбитражных судах.

Процессуальный институт защиты публичного интереса - это общая процессуальная форма, которую можно обнаружить не только в гражданском, арбитражном, но и в уголовном и в других разновидностях юрисдикционного процесса. Она является основой деятельности Конституционного Суда РФ в рамках конституционного судопроизводства.

По мнению А.В. Кряжкова, «в Конституции РФ Конституционный Суд находит выражение публичного интереса, ложащегося в обоснование его решений» [1].

Анализируя законодательство, упоминающее в той или иной форме этот новый процессуальный институт, Е.А. Уксусова отмечает, что «защите подлежат такие охраняемые законом права, как право на благоприятную среду обитания, право на получение достоверной информации о состоянии окружающей среды, право на качественные и безопасные для жизни и здоровья товары (работы, услуги), право на достоверную рекламную информацию и другие» [2].

Приведенный перечень объектов защиты с очевидностью свидетельствует, что процессуальная форма защиты интересов неопределённого круга лиц (а в нашем понимании - частного случая защиты публичного интереса) является институтом не только гражданско-процессуального права, но и любого юрисдикционного процесса (уголовного, административного, арбитражного).

Подробный анализ процессуальных особенностей не индивидуальной, а «группо-

вой» защиты интереса осуществляется в настоящее время в основном представителями науки гражданского процессуального права.

В частности, Н.С. Батаевой в 1999 году защищена диссертация на тему «Судебная защита прав и интересов неопределённого круга лиц» [3].

В 2001 году вышла в свет монография Г.О. Аболонина «Групповые иски» [4]. Прямо в качестве «объекта защиты» публичный интерес называет Т.В. Сахнова [5].

Развёрнутую классификацию исков «по характеру защищаемых интересов» предлагает профессор В.В. Ярков. Обращая внимание на целый комплекс особенностей и классификационных признаков, он выделяет: личные иски, иски в защиту публичных и государственных интересов, иски в защиту прав других лиц, иски в защиту прав неопределённого круга лиц (групповые иски), косвенные (производные) иски [6].

По мнению А. В. Кряжкова, «конструкция "государственные и общественные интересы" представляется неточной. В ней заключено, с одной стороны, разделение и, с другой стороны, противопоставление названных групп интересов: государственных и общественных... было бы целесообразно употребить "публичные интересы"» [7].

Ю.А. Тихомиров считает, что публичноправовой спор является как бы этапом в процессе развития юридической коллизии [8].

Это установленная законом процедура рассмотрения уполномоченными органами

притязаний субъектов права по поводу их интересов, актов и действий публичного характера.

Представляется, что в таком определении содержится несколько взаимосвязанных элементов, с помощью которых можно установить признаки публично-правовых споров и их предмет.

Это отношения, во-первых, по поводу осуществления публичной власти в широком смысле, т. е. деятельности органов государственной власти и муниципального управления, а также функционирования институтов прямой демократии.

Во-вторых, отношения, связанные с участием граждан в управлении государственными и общественными делами.

В-третьих, отношения по поводу обеспечения и защиты публичных интересов, включая «перерастание» частных интересов в общественные.

В судах Российской Федерации, в том числе, в арбитражных, наработан определённый опыт рассмотрения публично-правовых споров.

Эти споры подразделяются на следующие категории:

- о недействительности актов органов государственной власти и муниципального управления;

- о компетенции государственных органов и должностных лиц;

- по поводу защиты интересов государства.

Одним из широко распространённых публичных споров является признание актов государственных органов и органов местного самоуправления недействительными. Соответствующие процедуры применяются в рамках разных видов судопроизводства.

Так, ст. 13 ГК РФ устанавливает, что ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный акт может быть признан судом недействительным, если он не соответствует закону или иным правовым актам и нарушает гражданские права и законные интересы граждан и юридических лиц.

В рамках арбитражного судопроизводства допускается признание недействительными только ненормативных актов государ-

ственных и иных органов по тем же основаниям - п. 1 ст. 10 Федерального конституционного закона «Об арбитражных судах в Российской Федерации» [9].

В рамках конституционного судопроизводства Конституционный Суд РФ разрешает дела о соответствии Конституции РФ федеральных законов и иных нормативных актов, включая внутрифедеральные договоры.

Широкими функциями в этом вопросе обладают органы прокуратуры. Согласно ст. 22 и 23 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», прокурор опротестовывает противоречащие закону правовые акты, обращается в суд или арбитражный суд с требованием о признании таких актов недействительными; вносит представление об устранении нарушений закона.

Прокурор приносит протест на противоречащий закону правовой акт в орган или должностному лицу, которые издали этот акт, либо обращается в суд в порядке, предусмотренном процессуальным законодательством [10].

В соответствии со ст. 53 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ), государственным органам и органам местного самоуправления предоставлено право обращения с исками или заявлениями в арбитражный суд в защиту публичных интересов.

В соответствии с п. 5 ст. 200 АПК РФ, обязанность доказывания соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативному акту возлагается на орган или лицо, которые приняли акт.

Вместе с тем, это не освобождает прокурора либо иного заявителя, в том числе госорган, орган муниципального управления, представлять доказательства в обоснование заявленных требований по данным делам.

Интересным в практике Арбитражного суда Западно-Сибирского округа было дело, когда госорган «убедил прокурора» защитить в суде «публичные интересы», но, к сожалению, они оба - прокурор и Управление природных ресурсов Минприроды Российской Федерации по Республике Алтай - не представили достаточных доказательств в обоснование своих требований.

Так, первый заместитель прокурора Республики Алтай в интересах Российской Феде-

рации в лице Управления природных ресурсов и охраны окружающей среды Министерства природных ресурсов Российской Федерации по Республике Алтай и Республики Алтай в лице Правительства Республики Алтай обратился в Арбитражный суд Республики Алтай к администрации города Горно-Алтайска и к индивидуальному предпринимателю В.В. Маскайкину о признании незаконными и недействительными постановлений администрации города Горно-Алтайска № 31/33 от

12.03.2002, № 32/38 от 18.03.2003 с момента их издания и обязании администрации города Горно-Алтайска ликвидировать сборный магазин по улице Проточная, 14/1.

В обоснование заявленных требований прокурор сослался на то, что при вынесении указанных постановлений допущены нарушения норм природоохранного законодательства: земельный участок передан в аренду и на нём разрешено строительство магазина в водоохранной зоне без получения застройщиком В.В. Маскайкиным лицензии на водопользование. При этом не проводилась экологическая экспертиза и отсутствовала утвержденная проектно-сметная документация.

Решением от 28.10.03 Арбитражного суда Республики Алтай заявленные требования прокурора удовлетворены в полном объёме.

Суд мотивировал данный вывод тем, что оспариваемые акты нарушают права и интересы жителей Республики Алтай на благоприятную окружающую среду, интересы Республики Алтай и Управления природных ресурсов как собственников водных объектов. Суд сделал вывод, что при осуществлении строительства сборного магазина были нарушены требования ст. 12 Федерального закона Российской Федерации «Об экологической экспертизе» и ст. 27, 80, 145 Водного кодекса Российской Федерации, ст. 37 Федерального закона Российской Федерации «Об охране окружающей среды».

Постановлением от 26.12.2003 г. апелляционной инстанции Арбитражного суда Республики Алтай решение суда первой инстанции было отменено и принят новый судебный акт. В удовлетворении заявления прокурора о признании недействительными названных постановлений и обязании ликвидировать сборный магазин по улице Проточная, 14/1, было отказано.

Апелляционная инстанция, отменяя решение суда первой инстанции, исходила из того, что, согласно ч. 3 ст. 56 Градостроительного кодекса Российской Федерации, «представление земельных участков в городских и сельских поселениях осуществляется в соответствии с земельным законодательством».

Доказательств того, что земельный участок для осуществления строительства В.В. Маскайкину незаконно выделен в пределах прибрежной защитной полосы реки Улалушка, суду не было представлено.

Кассационная инстанция признала правомерным выводы суда апелляционной инстанции по делу, так как изготовленные В.В. Маскайкиным план благоустройства территории и план организации рельефа с обозначением земляных работ были согласованы с отделом коммунального хозяйства администрации, с отделом архитектуры и градостроительства города Горно-Алтайска и с Комитетом природных ресурсов Республики Алтай.

Как правило, всякому иску (заявлению) прокурора предшествует обращение гражда-нина-предпринимателя либо юридического лица в прокуратуру; проведение прокурором соответствующей проверки либо проведение плановой проверки по конкретному вопросу; выявление при этом нарушений законодательства, принятие мер прокурорского реагирования по ним. Если выявленные нарушения закона не устранены, прокурор обращается в арбитражный суд.

В данном случае прокурор реагировал на выявленные им нарушения по строительству, осуществляемому В.В. Маскайкиным в русле протоки и прибрежной полосе реки Улалуш-ка, протестом, который был отклонён главой администрации города Горно-Алтайска. Это явилось основанием для обращения прокурора с заявлением в арбитражный суд.

Однако прокурором по делу не представлено достаточных доказательств в обоснование своих требований. Не были представлены необходимые доказательства по заявленному требованию и Управлением природных ресурсов Минприроды Российской Федерации по Республике Алтай. Это явилось основанием к отказу в удовлетворении поданного заявления.

Возможность обращения в суд в защиту публичных интересов вытекает из ряда законов, где для защиты публичных интересов используется термин «защита интересов неопределённого круга лиц». В частности, это законодательство о рекламе, защите конкуренции, об инвестиционных фондах, охране окружающей среды, о защите прав и законных интересов инвесторов на рынке ценных бумаг, санитарно-эпидемиологическом благополучии населения и др.

Обращение государственных или иных органов в суд на основании указанного законодательства может быть вызвано нарушением прав отдельного лица или широкого круга лиц, однако подобные иски представляют собой защиту публичных интересов. Защита прав (интересов) отдельного лица или широкого круга лиц имеет по таким делам значение для общества в целом (неопределённого круга лиц).

Проанализировав 46 дел, рассмотренных в 2007 году Федеральным арбитражным судом Западно-Сибирского округа, в которых заявителями и истцами выступали органы государственного и муниципального управления, можно сделать вывод, что эти обращения носили самый разнообразный характер.

По одному делу муниципальное учреждение взыскивало через суд долги по арендной плате.

Так, муниципальное учреждение «Комитет по управлению муниципальным имуществом города Бийска» (далее - Комитет) обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Компания «Соль» о взыскании 293 481 рубля 31 копейки задолженности по арендной плате за период с февраля 2004 по май 2006 г., 52 498 рублей 79 копеек пени за период с февраля 2004 по июнь 2006 г., а также расторжении договора от 11.04.2000 аренды земельного участка и обязании ответчика освободить занимаемый земельный участок, передав его арендодателю по акту.

Требование арендодателя было мотивировано ненадлежащим исполнением арендатором обязанности по внесению арендной платы более двух кварталов, что по условиям договора аренды является основанием для его расторжения и возврата земельного участка.

Решением суда первой инстанции от

23.10.2006 иск удовлетворён. Сделан вывод об отсутствии доказательств оплаты арендатором аренды и использования земельного участка не по целевому назначению. Суд указал на незаключенность договора от

29.04.2003 купли-продажи объекта недвижимого имущества, расположенного на арендованном земельном участке.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 19.01.2007 решение суда оставлено в силе, поскольку материалами дела подтвержден вывод о ненадлежащем исполнении арендатором обязательства по внесению арендной платы, а также о незаключе-нии договора купли-продажи недвижимого имущества.

Удовлетворяя требования Комитета о взыскании задолженности по арендной плате и пеней, суд правильно исходил из положений ст. 614 Гражданского кодекса Российской Федерации об обязанности арендатора своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату) и условий договора аренды, зарегистрированного в установленном порядке.

Вместе с тем правоотношения сторон по аренде земельного участка являлись предметом рассмотрения в Арбитражном суде Алтайского края, который решением от

31.08.2004 по другому делу взыскал с ООО «Компания «Соль» 79 371 рубль 75 копеек задолженности по арендной плате за период с февраля по июль 2004 г. и 3 134 рубля 75 копеек пеней за период с февраля по август 2004 г.

В этой связи требование истца о повторном взыскании в судебном порядке арендной платы и пени за эти периоды, в силу ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд признал злоупотреблением правом.

Поскольку при рассмотрении этой части иска суд первой инстанции нарушил нормы процессуального права и повторно рассмотрел данное требование, обжалуемое решение в этой части судом кассационной инстанции отменено, производство по делу в этой части прекращено в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 150 АПК РФ.

Подлежащая взысканию задолженность ООО «Компания «Соль» по арендной плате

за оставшиеся периоды составила 214 109 рублей 56 копеек, а сумма пеней - 49 364 рубля 04 копейки.

Учитывая ненадлежащее исполнение арендатором условий договора о внесении арендной платы за весь указанный Комитетом период с 10.02.2004 по 31.05.2006, подтверждённое в том числе вступившим в законную силу решением суда от 31.08.2004, требование о расторжении этого договора правомерно удовлетворено судом на основании ст. 619 ГК РФ с учётом положений п. 3.1 договора.

С учётом изложенного суд кассационной инстанции решение суда от 23.10.2006 и постановление суда апелляционной инстанции от 19.01.2007 отменил в части взыскания с ООО «Компания «Соль» 79 371 рубля 75 копеек задолженности по арендной плате за период с февраля по июль 2004 г. и 3 134 рублей 75 копеек пени за период с февраля по август 2004 г.

Производство по делу в этой части требования муниципального учреждения «Комитет по управлению муниципальным имуществом города Бийска» прекращено.

В остальной части решение суда от

23.10.2006 и постановление суда апелляционной инстанции от 19.01.2007 по этому делу оставлены без изменения.

Анализ действующего законодательства позволяет сделать вывод о том, что публичные интересы всегда затрагиваются при разбирательстве, в частности, следующих категорий дел:

- о признании нормативных правовых актов недействующими;

- о нарушениях законодательства о рекламе или конкуренции;

- о защите жизни и здоровья населения;

- о праве на благоприятную окружающую среду;

- о нарушении бюджетного законодательства;

- о формировании бюджета внебюджетного фонда, обеспечивающего финансирование пенсионных выплат населению;

- о нарушении законодательства о государственном регулировании тарифов на электрическую и тепловую энергию;

- о неприменении последствия признания недействительными (ничтожными) сде-

лок, противоречащих основам правопорядка или нравственности в силу ст. 169 ГК РФ;

- о несостоятельности (банкротстве).

Государственные органы нередко требуют в судах возврата ошибочно уплаченных денежных средств, перечисление которых сами же и провели.

Так, Комитет по культуре администрации Локтевского района Алтайского края обратился в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 13 по Алтайскому краю об обязании возвратить ошибочно перечисленную сумму страховых взносов в размере 46 232 руб.

Решением от 05.12.2006 Арбитражного суда Алтайского края требования удовлетворены.

Как следует из материалов дела, Комитет по культуре администрации Локтевского района Алтайского края, в связи с ошибочной уплатой страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации (указание неверного кода бюджетной классификации), обратился в налоговый орган с заявлением от 07.07.2006, в котором просил произвести зачет ошибочно уплаченных страховых взносов на финансирование страховой и накопительной частей трудовой пенсии в общей сумме 46 232 руб.

Налоговый орган письмом отказал в зачете ошибочно уплаченных страховых взносов, ссылаясь на отсутствие правовых оснований.

Считая данный отказ незаконным, Комитет по культуре администрации Локтев-ского района Алтайского края обратился в арбитражный суд.

Согласно ст. 2 Федерального закона от 15.12.2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», правоотношения, связанные с уплатой обязательных платежей на обязательное пенсионное страхование, в том числе в части осуществления контроля за их уплатой, регулируются законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, если иное не предусмотрено данным законом.

В соответствии с положениями ст. 25 закона № 167-ФЗ, контроль за уплатой страховых взносов на обязательное пенсионное страхование осуществляется налоговым органом в порядке, определяемом законода-

тельством Российской Федерации, регулирующим деятельность налоговых органов.

Пунктом 1 ст. 13 Федерального закона № 167-ФЗ предусмотрено право пенсионного органа осуществлять возврат страховых взносов страхователям лишь в случае, если невозможно установить, за каких застрахованных лиц указанные платежи уплачены.

Иных полномочий органов Пенсионного фонда Российской Федерации по возврату (зачету) страховых взносов законодательно не установлено.

Указанным Федеральным законом не установлен порядок зачета либо возврата сумм излишне уплаченных страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, в связи с чем к данным правоотношениям применяются положения п. 7, 9 ст. 78 Налогового кодекса Российской Федерации (НК РФ).

Федеральные органы государственной власти (их территориальные органы) наделяются полномочиями администратора доходов бюджетов в соответствии с приложением 11.1 к Федеральному закону от 15 августа 1996 года № 115-ФЗ «О бюджетной классификации Российской Федерации».

Возврат плательщикам излишне уплаченных (взысканных) сумм осуществляется органами Федерального казначейства на основании платежных поручений и распоряжений вновь утверждённых администраторов поступлений в бюджет о возврате денежных средств плательщику.

Поскольку администратором поступлений по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование в Российской Федерации, зачисляемым в Пенсионный фонд Российской Федерации на выплату страховой и накопительной частей трудовой пенсии, является Федеральная налоговая служба Российской Федерации, возврат (зачет) ошибочно уплаченных денежных средств в Пенсионный фонд Российской Федерации может осуществляться налоговыми органами в порядке ст. 78 НК РФ, и в данном случае у налогового органа отсутствовали основания для отказа в проведении зачёта или возврата.

В этой связи суд кассационной инстанции 9.04.2007 признал законным состоявшееся по делу решение от 5.12.2006.

Арбитражные суды, рассматривая заявления госорганов и органов муниципального

управления, в соответствии со ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, принимают меры к полному и всестороннему исследованию представленных доказательств, но нередко этих мер оказывается недостаточно, чтобы удовлетворить поданное заявление.

Практика свидетельствует о неединичных случаях, когда органы государственного пожарного надзора привлекают к административной ответственности виновных юридических лиц.

Так, отдел Государственного пожарного надзора по муниципальному образованию «Пуровский район», г. Тарко-Сале, обратился в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Янгпур», п. Пурпе, о привлечении к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Решением арбитражного суда от

26.07.2007 общество привлечено к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в виде штрафа в сумме 40 000 рублей.

В апелляционном порядке законность и обоснованность решения не проверялись.

Из материалов дела следует, что

13.06.2007 Госпожнадзор провел мероприятие по контролю за противопожарным состоянием объектов в отношении общества, эксплуатирующего резервуарный парк хранения нефти на дожимной насосной станции на Известинском месторождении, расположенном в Пуровском районе. По результатам проверки Госпожнадзор составил протокол об административном правонарушении от

14.06.2007 № 372 и вынес определение от

14.06.2007 о передаче материалов дела об административном правонарушении по признакам ч. 2 ст. 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении общества для рассмотрения по подведомственности в арбитражный суд. Основанием для привлечения общества к административной ответственности по

ч. 2 ст. 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях является эксплуатация им пожароопасного производственного объекта (парка хранения

нефти на дожимной насосной станции на Известинском месторождении) без лицензии на эксплуатацию пожароопасного производственного объекта.

Арбитражный суд первой инстанции, исследуя названные положения закона, пришел к выводу, что деятельность общества по эксплуатации парка хранения нефти на до-жимной насосной станции на Известинском месторождении подпадает под определение эксплуатации пожароопасного объекта и подлежит лицензированию, и привлек общество к административной ответственности.

Арбитражным судом установлено, что во время проведения Госпожнадзором контрольных мероприятий на Известинском месторождении общество не представило разрешение (лицензию) на эксплуатацию пожароопасного производственного объекта (парка хранения нефти на дожимной насосной станции).

В соответствии с ч. 2 ст. 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, административным правонарушением признаётся осуществление предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии), если такое разрешение (такая лицензия) обязательно (обязательна).

Из п. 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» следует, что, в силу ч. 2 ст. 2.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, юридическое лицо привлекается к ответственности за совершение административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

Суд не исследовал вопрос о виновности общества, о том, принимались ли им меры по соблюдению норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответст-

венность по ч. 2 ст. 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Оспариваемое постановление о привлечении общества к административной ответственности ограничено установлением объективной стороны правонарушения и не содержит описания и характеристики виновности общества, в связи с чем вина его не исследована и субъективная сторона правонарушения не установлена.

Таким образом, правонарушение вменено обществу без надлежащего установления субъективной стороны состава правонарушения, что является безусловным основанием для отмены постановления о привлечении общества к административной ответственности и назначении наказания.

Материалами дела подтверждается, что начиная с 10.07.2006 общество принимало меры по получению лицензии на эксплуатацию пожароопасных объектов (л.д. 50-58). Однако только в соответствии с приказом МЧС России от 31.10.2007 № 568 обществу предоставлена лицензия на осуществление деятельности по эксплуатации пожароопасных производственных объектов, что следует из уведомления о предоставлении лицензии.

Кроме того, срок для привлечения к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, согласно ч. 1 ст. 4.5 настоящего Кодекса, составляет два месяца с момента обнаружения административного правонарушения. Протокол об административном правонарушении составлен 14.06.2007, т. е. срок давности привлечения общества к административной ответственности истек.

В силу п. 6 ст. 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, одним из обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, является истечение срока давности привлечения к административной ответственности.

В соответствии с абзацем 4 п. 18 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.01.2003 № 2 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правона-

рушениях», учитывая, что данные сроки не подлежат восстановлению, суд в случае их пропуска принимает решение об отказе в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности.

С учётом изложенного, арбитражный суд кассационной инстанции пришел к выводу без направления дела на новое рассмотрение принять по нему новый судебный акт.

Отделу Государственного пожарного надзора по муниципальному образованию «Пуровский район», г. Тарко-Сале, в удовлетворении требования о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Янг-пур», п. Пурпе, к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях отказано.

Интересным представляется дело, по которому государственный орган отстаивал в арбитражном суде своё право по договору поручительства.

Комитет по финансам и казначейству администрации Нефтеюганского района обратился в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа с иском к Ханты-Мансийскому окружному фонду регионального развития и открытому акционерному обществу «Ханты-Мансийский банк» о признании недействительным договора поручительства от 23.09.2002 № ДП-13-25/58, заключенного между ответчиками, и применении последствий недействительности ничтожной сделки.

В обоснование иска комитет ссылался на ст. 166, 168, 362, 390, 421, 980-982 ГК РФ.

Решением от 17.11.2005, оставленным без изменения постановлением от 20.01.2006, Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа в иске комитету отказал.

Не согласившись с принятыми арбитражным судом решениями, истец обратился в суд кассационной инстанции с кассационной жалобой.

Как установлено арбитражным судом, обратившись с иском о признании совершенной ответчиками сделки поручительства недействительной в соответствии со ст. 168 ГК РФ, комитет считал, что спорная сделка грубо нарушает интересы общества, противоречит принципам и системе ценностей

общества, а также указывал основания её недействительности - несоответствие договора поручительства № ДП-13-25/58 от

23.09.2002, заключенного банком-кредито-ром с фондом, пункту 8.5 кредитного договора № 13-25/58 от 04.06.2002, в котором содержалось указание на другой договор поручительства № П-13-25/58 от 04.06.2002, где поручителем по этому кредитному обязательству выступал комитет. Иных оснований недействительности сделки исковое заявление комитета не содержало. В качестве применения последствий ничтожной сделки истец просил арбитражный суд произвести одностороннюю реституцию и не обязывать банк возвращать фонду сумму 65 000 000 руб., которая фактически была перечислена последним за администрацию Нефтеюган-ского района по соглашениям от 05.06.2002 и № Ю01-4-01/769 от 19.12.2001.

Рассматривая заявленные требования, арбитражный суд правомерно отклонил ссылку комитета на соглашения от 19.12.2001 и 05.06.2002, поскольку участвующие по настоящему делу лица (комитет, фонд, банк) не являлись участниками названных соглашений, а также ни в самих соглашениях, ни в кредитном договоре, ни в договорах поручительства, которые были предметом исследования по настоящему делу, не содержалось ссылок на взаимосвязанность соглашений с кредитным договором и договорами поручительства.

При этом суд установил, что в качестве обеспечения возврата кредита по кредитному договору № 13-25/58 от 04.06.2002 между банком и фондом 23.09.2002 был заключен договор поручительства № ДП-13-25/58, по условиям которого фонд принял на себя перед банком-кредитором, в соответствии с правилами ст. 361-367 ГК РФ, безусловное обязательство нести солидарную ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по возврату кредита заемщиком-комитетом, во исполнение этих обязательств фонд в качестве поручителя в счет погашения части кредитного долга заемщика (комитета) 24.09.2002 перечислил банку сумму 65 000 000 руб. Оснований для признания заключенной ответчиками по настоящему делу сделки поручительства арбитражный суд не нашел, поскольку она

не противоречит названным выше статьям ГК РФ, который не содержит запрета, ограничивающего количество поручителей, выступивших в обеспечение одного и того же кредитного обязательства, и суд кассационной инстанции не нашел оснований для переоценки этих выводов арбитражного суда. Заключенный ответчиками 23.09.2002 договор поручительства содержал ссылку на кредитный договор № 13-25/58 от 04.06.2002, письменная форма договора соответствовала требованиям, установленным для данного вида договоров, договор был подписан со стороны банка и поручителя исполнительным органом этих юридических лиц и содержал все существенные условия, определяющие объём принятых на себя поручителем обязательств.

Оспаривая договор поручительства за

23.09.2002, истец не представил арбитражному суду договор поручительства за

04.06.2002, на который имелась ссылка в кредитном договоре, арбитражный суд не имел возможности проверить доводы истца о том, что такой договор действительно сторонами заключался.

Суд кассационной инстанции признал необходимым отметить ошибочность доводов истца о том, что договор поручительства является приложением к кредитному договору. В силу положений ГК РФ поручительство является одним из способов обеспечения исполнения гражданско-правовых обязательств, причём специфика правоотношений по договору поручительства состоит в его акцессорном характере по отношению к обеспечиваемому обязательству (например, основному кредитному). Договор поручительства заключается по правилам гл. 28 ГК РФ, в то время как правоотношения по кредиту регулируются гл. 42 названного кодекса.

При таких обстоятельствах у Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа не было оснований для удовлетворения исковых требований комитета, поскольку не имелось оснований для признания спорной сделки недействительной в соответствии со ст. 168 ГК РФ.

При нарушении судебным актом норм материального законодательства по выше указанным категориям дел всегда нарушаются публичные интересы. Поэтому при неправильном применении норм права по данным категориям дел судебный акт может быть отменен или пересмотрен ввиду нарушения единообразия в толковании и применении норм права (п. 1 ст. 304 АПК РФ) и одновременно нарушения публичных интересов (п. 3 ст. 304 АПК РФ).

1. Кряжков А.В. Публичный интерес: понятие, виды и защита // Государство и право. - 1999.

- № 10. - С. 98.

2. Уксусова Е. Дела о защите прав неопределённого круга лиц // Российская юстиция. - 1997.

- № 11. - С. 42.

3. Батаева Н.С. Судебная защита прав и интересов неопределённого круга лиц: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 1999.

4. Аболонин Г.О. Групповые иски. - М., 2001.

5. Сахнова Т. В. Публичный интерес - предмет судебной защиты? // Российский юридический журнал. - 1998. - № 3. - С. 76.

6. Решетникова И.В., Ярков В.В. Гражданское право и гражданский процесс в современной России. - М., 1999. - С. 137.

7. Кряжков А.В. Указ. соч. - С. 94.

8. Тихомиров Ю.А. Юридическая коллизия. -М.: Манускрипт, 1994.

9. Обзор судебной практики по рассмотрению споров, вытекающих из административных правоотношений // Вестник ВАС РФ. - 1997.

- № 8. - С. 68-74.

10. Стуканов А. Надзор за исполнением законов органами административной юрисдикции // Законность. - 1998. - № 2. - С. 42.