Метафизические основания человеческого бытия

ФИЛОСОФИЯ

Н. А. ТЕЛЬНОВА

МЕТАФИЗИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО БЫТИЯ

В современную эпоху глобальных перемен особое значение приобретают фундаментальные ценностные основания общества и культуры, предполагающие гармонию, меру и равновесие бытия человека и его конструктивной деятельности в мире. М. Шелер, осмысливая способы преодоления кризиса европейской культуры, пришел к мысли о том, что только пробуждение чувства ценности в сознании индивидов может способствовать возрождению и обновлению современного общества. Смена идейных установок и ценностных приоритетов в сознании человека является главным условием цивилизационной трансформации. Социокультурная реальность обладает изменчивыми формами, что актуализирует проблему поиска и обретения абсолютных ценностей, которые придают целостность способам деятельности людей и их отношению к миру.

Метафизические конструкции, обращаясь к предельным и всеобъемлющим основам всего сущего, восполняли пробел в знании, заполняли смысловой вакуум, конституировали целостную картину мира и полноту духовной жизни человека. Многие действия человека могут быть убедительно объяснены, если прибегнуть к метафизическим понятиям. Человеческий поиск предстает как поиск максимальных возможностей самоосуществления, обеспечения жизни в наличных условиях и за их пределами в мире желаний, усилий, смыслов и ценностей, в конечном итоге, выступая как поиск судьбы.

Метафизичность человеческого бытия обнаруживает лежащее в его основе фундаментальное различие (несоответствие, зазор) между сущим миром реальных человеческих проявлений и чем-то, что «выше» сущности и «за» сущим, т.е. трансцендентным миром. Это различие не только свойственно человеку, но является определяющим его событием. Трансцендентная сфера образуется за счет онтологиза-

ции предпосылок познания и универсальных характеристик мира. Достаточно развитое человеческое сознание носит метафизический характер в том смысле, что оно стремится с достаточной определенностью выработать и оформить (кодицировать и рационализировать) некие принципы, понятия, нормы, позволяющие ему ориентироваться в сложной пространственновременной системе социальных процессов.

При размышлении о сущности и назначении человека в философию прочно вошла идея трансцендирования, его восхождения к высшим началам через прорыв естественного миропорядка. Человек получил новый онтологический статус, потенциальную возможность неограниченного совершенствования; его трансцендентные возможности оказались непредставимыми. Открылась новая глубина в человеческом сознании и самосознании. Транс-цендирование - это не просто выход за границы и переход к новым целям, а особая форма преодоления любой ограниченности по отношению к более высокому уровню личностного развития.

Очевидная неисчерпаемость человека говорит о его сверхсистемной метафизической природе. Контакт человека с над-временным миром ценностей, который осваивается им, делает его трансцендентным субъектом, обитающим в метафизической реальности. В этом качестве сущность человека может быть описана через комплекс взаимосвязанных аксиологических категорий. Смысложизненные ценности выступают в качестве регулятивного принципа, который должен всегда присутствовать в мыслительном пространстве духовного бытия, охватывающего бесконечно новые возможности человека. Они являются важнейшим фактором формирования личностной структуры, который интегрирует различные пласты бытия человека в единую систему, обеспечивает обретение им собственной смысловой ниши и сохранение самотождественности в потоке разнообразных внешних детерминаций.

Метафизический подход к исследованию человека подразумевает интеграцию

объективно существующих жизненных форм, в рамках которых он формируется, и его культурно обусловленных структурных и типологических особенностей. В пространстве культуры человек преодолевает конечность и ограниченность своего индивидуального опыта через расширение его до всеобщих форм бытия. Созданный человеком мир культурных артефактов обладает определенной степенью онтологической автономии, предстает в виде самостоятельной реальности, которой приписывается надэмпирическое происхождение и сверхчеловеческое содержание. Так образуется идеальный комплекс норм, схем, представлений, претендующий на роль единого ценностного языка и критерия достойной жизни, исходной точки опоры для самосовершенствования человека.

Культура аккумулирует смыслы, которые в своей сущности являются идеальным материалом для самоорганизующихся систем, в том числе и человеческого бытия. Э. Левинас определял культуру как «смысл, приходящий к бытию»1. Идея изначального существования смыслов принадлежит Платону, открывшему метафизический элемент культуры. Культурный процесс - это процесс творческий; основу его составляют символизация и трансцен-денция. Культура есть проявление символического мышления, в котором обнаруживается и проявляется способность человека рефлексивно осмыслить, одухотворить и наделить ценностным смыслом акты и результаты своей деятельности.

Приобщаясь к символически-смысло-вой сфере культуры, человек тем самым вбирает в себя весь универсум, тотальность человеческого опыта, преодолевает, благодаря этому, рестриктивный характер своего существования и доводит бытие до полноты самопроявления. Культура как символическая реальность соединяет ступени человеческого прохождения по истории, увязывает все стороны человеческой деятельности в единый жизненный мир, формирует и цементирует коммуникативные связи между людьми, компенсирует недостающие звенья самоидентификации человека. Мир человеческой

1Левинас, Э. Философское определение идеи культуры / Э. Левинас // Глобальные проблемы и общечеловеческие ценности. М., 1990. С. 89.

культуры создается из откликов и сопричастности одного человека на духовную активность и напряженные усилия другого. Культура организуется как встреча идей, как со-творчество личностей, раскрывающих и конституирующих ее аксиологическую символику.

В культурном пространстве происходит процесс формирования целостного человеческого универсума, воплощающего в себе всю полноту всеобщезначимых смыслов и способов отношения к миру и выступающего непосредственным носителем свойственных ему устремлений к тотальному охвату бытия и реализации собственных предельных оснований (способности к труду, общению, рефлексивному сознанию). Культурное самоосмысление человека способствует развертыванию подлинных масштабов всех форм его бытия и становлению целостной сущности, объемлющей многообразные онтологические статусы человеческой жизнедеятельности и вводящей их в общую перспективу «тотального» развития человека как родового существа (принадлежность к роду в итоге ориентирует на причастность к миру).

В смысловом поле культуры симметричные и упорядоченные структуры действуют как идеальный принцип трансцен-дирования, обеспечивая полагание и группировку различных оппозиций, осуществление изоморфной корреляции эмпирически разрозненных феноменов и формирование нового смысла в результате их взаимодействия. В этой перспективе культурные феномены являются универсальной аналогией компенсаторному механизму самоидентификации человека.

Система смыслов выступает как творчески организованный мир, «метаполе». Смысл можно определить как «полноту значений» ценностного понятия, которое достигается через описание конституирующих его актов. Смысл выявляет качественную специфику обозначаемой ценности, ее целевое назначение и социальное измерение. Осмысление играет важную роль в процессе взаимопонимания людей, трансляции накопленных ценностей в социокультурном пространстве, опосредует референтные связи и определяет границы и истинное значение сферы ценностных объектов. Смысл - организующее начало человека. Он создается и проясняется через коммуникативные акты вза-

имодействия людей, благодаря которым становится выражением коллективного опыта, помещенного в культурную сферу. Это онтологически выраженная реальность культуры, где виртуально спрессованы, слиты воедино все те возможности, многообразие которых развертывается в ее пространстве. Отвечая своим бытием на иное бытие, человеческая сущность не совпадает с собой, напряженно изменяет свой смысл.

Поиск смысла человеческой жизни -ценностная проблема, вокруг которой концентрировались все другие. Постигая смысл своего индивидуального существования, человек втягивается в процесс постижения общего смысла жизни, культурных ценностей. На самом высоком уровне ценностей находится то самодостаточное и абсолютное, что осмысливаемо без апелляции к чему-то относительному и ограниченному. Нравственное действие, например, ценно само по себе и может придать смысл чему-то другому. Любовь к Родине, родителям, детям, Богу - это самоочевидно и доказательству не подлежит.

Выделяют следующие структурные компоненты смысла жизни как целостного феномена: познавательный, содержащий в себе знания о сущем, приобретенные в процессе индивидуального опыта и исторической практики; ценностный, ориентирующий среди множества целей и идеалов деятельности; оценочный, в котором присутствует указание на значимость свершающегося индивидуального бытия.

Смысл жизни оправдывает и преодолевает конечность существования человека и поддерживает целесообразность его деятельности. По смыслу жизни, который является идеальной существенной сферой бытия, можно определить характер, индивидуальную судьбу, историю развития личности. Он опосредованно и виртуально присутствует в каждом значимом действии и событии, не дается человеку целиком и потому носит некий метафизический характер, ускользая от четкой категориальной определенности. «Смысл же человеческой жизни, во всяком случае, должен быть чем-то, на что человек опирается, что служит единой, неизменной, абсолютно прочной основой его бытия»1.

1 Франк, С.Л. Смысл жизни / С.Л. Франк // Вопр. философии. 1990. № 6. С. 81.

Человек - это место прояснения смысла мира. Истина бытия - концентрированное выражение смысла, порожденного человеком. Смысл жизни - это вектор, в направлении которого происходит индивидуальная самореализация, ее способы выступают как формы объективации обретенного смысла. «Нет такой вещи, как универсальный смысл жизни, есть лишь уникальные смыслы индивидуальных си-туаций»2. Человек сохраняет и содержит в себе все локальные состоявшиеся жизненные переживания, через которые пропускаются последующие психические акты и внешние события. Смысл жизни носит информационный характер, но не сводится к суммарному итогу значений отдельных событий, а переживается, созидается, осваивается и утверждается каждым в реальном процессе своей жизни.

«Смысл жизни» - дескриптивный концепт, задающий активный характер человеческой деятельности, расширяющий ее пространство до трансцендентных высот, ориентирующий субъекта на поиск и рецепцию высших нравственных ценностей. Смысл жизни вырастает из аксиологического отношения, т.е. опосредованного духовной свободой отношения человека к своему бытию, к многообразию его конкретных наличных проявлений (желания, цели, ожидания, планы), выраженных в когнитивной форме (идеалы, ценности, оценки). Смысл жизни предстает в качестве фундаментального атрибута человеческого бытия, ценностную основу которого составляют объективно значимая и лич-ностно переживаемая целенаправленность жизнедеятельности.

Смысл жизни выступает как обобщенное смысловое образование системы личностной мотивации и целеполагания. Целью человека можно считать реализацию им своего назначения, достижение высших смыслов бытия, связанных с формированием человеческого достоинства и самоценности личности. Смысл жизни человека заключается в том, чтобы прожить свою жизнь согласно человеческой сущности, что возможно через приобщение к трансцендентным ценностям как смыслообразующим идеям его бытия. Смысл есть субъективная соотнесенность ситуации с

2 Франкл, В. Человек в поисках смысла /

В. Франкл. М., 1990. С. 288.

высшими ценностями, которые соединяют воедино судьбу человека с целостностью общества и истории. Высшие смыслы -это необходимые условия и ориентиры человеческого самоосуществления; они постулируются независимо от того, существуют или нет в действительности.

Культурный контекст соткан из символов, опосредующих взаимодействия людей, условия их жизни. В этом опосредовании действий человека, в несводимо-сти их к детерминации объективных условий заключается общее основание свободы. В мире культуры реализуется позитивное содержание человеческой свободы, и «каждый шаг вперед на пути культуры был шагом свободы»1. Свобода выступает в качестве условия осмысления и гаранта постижения смысла мира.

Интерпретация и постижение бесконечного мира конечным субъектом возможны только с какой-то ограниченной пространственно-временными рамками позиции, с определенной точки зрения. Не существует раз и навсегда данного смысла (или отношения); он каждый раз заново конституируется свободным усилием субъекта. Восприятие элемента (отдельно взятого действия) определяется характером целого (контекстом его бытия), поэтому отдельно взятое действие не способно задать и раскрыть всю палитру возможных решений проблемы выбора. Свобода - это выбор себя, своей позиции, своего бытийного статуса. Она связана с расширением горизонта своего отношения к миру и к себе, с возможностью «вписывания» себя в более полный контекст бытия.

Степень человеческой свободы определяется через совокупность независимых возможных вариаций тех параметров, которые описывают ее состояние. Количество конструктивных требований, определяющих цель субъекта действий, не может быть больше числа степеней его свободы, а значит, и числа параметров состояний. Степень наличной свободы принимается в качестве меры реализации индивидуальности. Об увеличении степеней свободы, появлении новых размерностей бытия современного человека свидетельствует актуализация его личностного начала, психической сферы, которая арти-

1 Энгельс, Ф. К жилищному вопросу / Ф. Энгельс // Соч. 2-е изд. / Ф. Энгельс, К. Маркс. Т. 18. С. 116.

фицируется (становится предметом особого внимания) и «присваивается» (становится достоянием индивидуального, а не социального субъекта). Истинно свободный человек должен иметь возможность не просто проявлять свои сущностные свойства, но и всесторонне развивать их, совершенствовать на духовной основе.

В плане индивидуального самоопределения человека свобода осмысливается как процесс его выхождения за пределы принципиально отличной от него наличной ситуации посредством познания ее и творческого преобразования. Более высокая степень свободы человека связана с конструктивным возвращением к реальному бытию, которое уже не пугает его своими герметичными и непроницаемыми свойствами и с которым он может вступить в коммуникативные отношения.

Свобода осваивается не через проективно-конструктивное отношение к внешней реальности в его абсолютном смысле (как обладание, контроль, власть), а мыслится как установление оптимальной формы связи с миром, взаимосогласованных, равноправных отношений человека с природными процессами и с другими людьми. Свободное самоосуществление человека выражается в условиях его коммуникативной связи с другими людьми, в процессе которой он «выходит из себя» и становится самим собой. Человек в своей практической жизни «рассматривает другого человека не как осуществление своей свободы, а, наоборот, как ее предел»2. Свободная деятельность есть взаимная и равноправная деятельность индивидов, которые, стремясь к достижению частных целей, остаются в рамках легитимности, проявляют уважение к правам и достоинству друг друга.

Достижение состояния устойчивого равновесия возможно лишь через реализацию свободной деятельности. Принцип свободного взаимодействия элементов по-лисубъектной социальной системы, которая приспосабливает свои решения к многообразию и динамизму человеческой повседневности, позволяет обнаружить оптимальное для ее воспроизводства и совершенствования состояние. Свободные феномены, по определению, содержат в себе

2 Маркс, К. К еврейскому вопросу/ К. Маркс// Соч. / К.Маркс, Ф.Энгельс Т. 1. С. 401.

(или сами устанавливают) причины своего существования, при этом определенным образом вписываясь в существующую реальность. Основным в данном случае является вопрос о границе, мере действий, которая должна переживаться не как ограничение, а как освобождение, переход в новое пространство бытия, к новым личностным проявлениям.

В силу своего промежуточного, «срединного» положения между сущим и тем, что присутствует за сущим, т.е. должным или бытием как таковым, человек выступает как мера. Мера есть то, чем держится самообособляющийся человек, пребывающий в мире сущего и одновременно стремящийся превзойти его. Он соразмеряет обнаруживающееся отличие сущего и бытия и как таковой впервые только и рождается в сфере усилия из события этого различения. Но для того, чтобы осуществилось соединение различного, должно быть свободное пространство, в котором соединение могло бы исполниться.

Мера выражает качественное количество, фиксирующее своеобразие человеческого бытия, сферу его сущности. Она выступает как индикатор и определитель свойств и качеств предметов, общности и особенности явлений, своеобразия и продуктивности человеческой жизнедеятельности. Мера есть интервал или диапазон, в границах которого человеческое бытие, изменяясь, сохраняет свое единство и самоидентичность. Протагор определял человека как меру всех вещей, подчеркивая тем самым, что система мер не есть жесткая необходимость, предопределяющая судьбу индивида, который не подчиняется внешним масштабам, а сам считается критерием социальных институтов и задает себе норму. Ощущение «мерности» человеческого существа проходит через всю европейскую философскую традицию: от понимания Протагором человека как единицы соразмерности бытийствующих вещей до выросших из представлений о человеке как субъекте «мере разума» Л. Фейербаха и Марксовой «мере приро-ды»1 . В учении о середине, мере выражено стремление обосновать гармоничность че-

1 Маркс, К. Экономическо-философские рукописи 1844 года / К. Маркс // Соч. / К. Маркс, Ф. Энгельс/ Т. 42. С. 94.

ловека и преодолеть внутренние коллизии его бытия.

Знание о «мерах» человека заставляет по-новому взглянуть и на процедуру эвальвации мира. Аппликация меры к миру человека оказывается вопросом о специфических мерах человеческой деятельности, соответствующих мерам, согласно которым существуют природные системы; их несовпадение породило совокупность экзистенциальных вопросов бытия человеческой цивилизации. Проблемой становится сама возможность установления некоторой теоретически обосновываемой и контролируемой всеобщим образом меры. Чисто прагматический, объективированный подход к внешнему миру или другому человеку означает неспособность субъекта перейти с уровня функции на уровень сущности и обрести целостность. Одно дело, когда вещи измеряются «частичным», «односторонним» человеком, другое - целостным и всесторонне развитым, который воспринимает мир качественно иначе. Вопрос о системной мере есть вопрос о мере объекта, который выступает в качестве элемента некой целостности.

Подлинная свобода в ограничении не нуждается; разрушающее воздействие оказывают негативные стороны ее континуума, перерастающие в произвол. Чем больше у человека степеней свободы, тем трудней найти ему точку равновесия. Это равновесие помогают ему найти ценностные ориентации. Ценности - это важнейший, глубинный стабильный пласт сознания; здесь через выбор абсолютов и святынь реализуется человеческая свобода. Свобода предполагает наличие аксиологических оснований выбора, достаточно развитых и осознанных ценностных ориентиров; она выступает результатом «разрешающей способности» сознания устанавливать меру и критерии действий. Опыт свободы возможен при условии направленности человека на идеальные ценности, приближаемые посредством осуществления реальных ценностей. В способности осуществлять свободу выражается духовность человека, составляющая основу его индивидуальной целостности. Человек как духовное существо отличается от других живых существ своим свободным существованием и внутренней способностью смотреть на все как бы со стороны, оценивать все опосредствующим образом и владеть своими побуждениями.

Свобода выступает одной из универсальных характеристик человеческого бытия, проявлением его целостности и выражает способность человека овладевать условиями своего существования, преодолевать зависимости от внешних сил социального и природного характера, самостоятельно совершать выбор своих действий и отвечать за их последствия.

Ценностное отношение есть опосредованное духовной свободой отношение человека к той части объективной реальности, которую он познает, осваивает возможным для него способом, использует в своих интересах и потребностях, через которую осмысливает свою жизнь, судьбу человечества и получает моральное удовлетворение. Ценности, выступая в роли компаса, ориентируют человека в пространстве культуры; свобода же необходима для того, чтобы повернуть человека по направлению к ценностям.

Ценности объективируются в культуре и трансцендируются в ней как предельные смысловые и инвариантные основания человеческого мышления и деятельности. Ценности фиксируют некое идеальное состояние человека, задающее мировоззренческую и онтологическую перспективу жизни. Любые «ценностные качества определяются деянием, они не пребывают “в себе”»1. Ценности культуры, образуя своеобразный «культурный континуум», являются трансцендентным инобытием целостности человеческого универсума. «Культурные ценности, сросшиеся и воплощенные в тотальностях жизненных форм и жизненных историй, пронизывают ткань повседневной коммуникативной практики, в которой выражается экзистенция и обеспечивается тождественность действующих субъектов Культурные ценности тоже трансцендируют фактический ход действий; уплотняясь, они образуют исторические и биографические узлы ценностных ориентаций»2.

Внутренняя целостность и логическая завершенность определенного состояния сочетаются с его принципиальной открытостью и гибкостью, дающей возможность

1 Столович, Л.Н. Красота. Добро. Истина: (Очерки истории эстетической аксиологии)/ Л.Н. Столович М., 1994. С. 14.

2 Хабермас, Ю. Моральное сознание и коммуникативное действие /Ю. Хабермас. М., 2000. С. 268.

творческой интерпретации и самопрояв-ления в сфере действительности. Всякая сущность в онтологическом смысле есть незамкнутость, открытость всему другому; она отрицает, утверждает и превосходит себя. Будучи абсолютной и бесконечной в своих проявлениях, сущность порождает каждый раз определенный смысл, но всегда остается больше себя и этого смысла. Объективации внутреннего мира неизбежно ограничены, ибо не способны выразить всей сложности и творческой многозначности живой субъективности. Самый обыкновенный молоток с гвоздями, по меткому замечанию Г. Гегеля, вызывает большее удивление, чем все чудеса природы, потому что он - результат самоидентичности, сознательной духовной деятельности человека.

Основой самоидентификации человека выступает его собственный опыт, в котором сочленяются важные восприятия в личностном пространстве и времени, упорядочиваются акты значимых действий в личностную историю, соединяются уникальные, жизненные ситуации. Все, что мы называем миром вне нас, является таковым, поскольку становится достоянием нашего внутреннего опыта. Каждый воспринимает существующую полноту и красоту в той мере, в какой то и другое содержится в нем самом. Принципиальная открытость жизненных переживаний и личного опыта неизведанному сочетается со способностью человеческой психики воспроизводить типичные схемы и формы мышления и поведения. В индивидуальном опыте человек осознает границы своих возможностей и чувственного восприятия и одновременно открывает в себе способность к преодолению замкнутой сферы собственного бытия и трансцен-дированию, выхождению за ее границы к всеобщему универсальному опыту. Опыт выступает как результат рефлексии человека над условиями собственной жизнедеятельности и выражается в переживании, которое имеет аксиологическую тональность и соединяет в себе индивидуально-непосредственные и тотально-всеобщие формы бытия.

Процесс обретения индивидом самоидентификации происходит в пространстве личностного самосознания. В развитом самосознании, т.е. осознании человеком своего тела, мыслей и чувств, своих ценностей и смысла бытия, отношения к

другим, положения в мире и обществе, проявляются его самобытная природа и сущностные атрибуты. Благодаря самосознанию человек освобождается от непосредственной привязанности к сущему и как мыслящее существо возвышается до уровня свободного субъекта, вокруг которого центрируется мир. Самосознание, существуя как нечто единое с целостным потоком сознания, выступает в качестве его своеобразного центра. Р. Декарт и И. Кант тесно связывали единство, интегрированность и неповторимость личности с единством ее самосознания. Декарт зафиксировал сферу возросшего самосознания человека, которой придал статус самодосто-верности и изначальной определенности. Рефлексия становится способом поддержания целостности человека и способствует объективации внутренних переживаний, оптимизируя взаимообмен между его внутренним и внешним миром.

Самосознание выступает как культурный феномен, позволяющий человеку сохранять устойчивые формы поведения, соответствующие принятым ценностям, осуществлять самооценку и нести ответственность за совершаемые действия. Структуры самосознания способствуют стремлению человека к целостности своих проявлений. Они выполняют ряд функций: могут мотивировать, т.е. побуждать к определенной деятельности, участвовать в целеобразовании, воспрещать те или иные действия, детерминировать отношение к окружающим, определять стиль и характер общения с ними, влиять на развитие личности, выступать формой самоконтроля в различных формах самопрояв-ления и служить обоснованием приобщения субъекта к другим людям. На формирование самосознания человека влияют социокультурные формы его бытия, сообщество людей, характер взаимодействия с окружающим миром, совместная деятельность и общение с другими; оно также генетически связано с отношением к себе с точки зрения другого. «Всякая личность целостна в том смысле, что присущие ей жизненные проявления не изолированы, а находятся во взаимной связи и в своей совокупности образуют человеческую индивидуальность как нечто обособленное, относительно самостоятельное»1.

1 Афанасьев, В.Г. Системность и общество /

В.Г. Афанасьев. М., 1980. С. 313.

Высшим проявлением самосознания является самопознание, процесс которого заключается в узнавании того, что накоплено в социальной памяти и требует актуализации в связи с новыми социокультурными явлениями. Самопознание, выступая как экзистенциальная рефлексия человека, осмысление им духовной жизни, ментальное умозрение с целью самосовершенствования и полного самоопределения, предполагает целостность человеческого бытия, определенную самодостаточность индивидуальной жизни. Самопознание есть путь к самоопределению, которое схематично можно описать как движение в нескольких смысловых пространствах - ситуативном, детерминированном сложившимися обстоятельствами; социальном, обусловленном локальной целью; культурном, придающем собственной деятельности значение культурной ценности; экзистенциальном, означающем контакт человека с надвременными сущностями, которые присваиваются им в процессе активного творчества.

Человеческое бытие - это мир, в котором господствуют высшие уровни духовности личности (саморефлексия, ответственность, совесть), являющиеся неопределенными с точки зрения пространственно-временных характеристик, или точно фиксированных мерок, и опосредованно связанные с внешними объективированными формами социального мира. Они сами определяют способы и стереотипы восприятия внешней реальности. Степень развития личности, ее самосознание и духовный рост связаны с усложнением действия опосредованных психологических процессов - мышления, воображения, совести, благодаря чему открываются возможности для проективного отношения человека к своей индивидуальной истории, осуществления свободного выбора и решения смысложизненных проблем.

Речь идет о наличии некой неизменной душевной субстанции, выражающей глубинную сущность человека и способствующей сохранению устойчивости личностных форм проявления. Это есть некий внутренний экзистенциальный образ, который является гарантом человечности, помогающим личности самоидентифици-роваться, модифицируя способы поведения; коррелировать и приводить в соответствие социальные нормативы и лично-

стные идеалы; синтезировать социальные и индивидуальные формы сознания; удерживать человека в рамках социально допустимых форм поведения; вырабатывать механизм внутренней защиты, посредством которого личность индивидуальным образом преодолевает жизненные коллизии, совершает выбор и проявляет тотальность единичного существования. Целостность и себетождественность поддерживаются особым механизмом внутреннего Я, который обеспечивает «психологическую защиту» человека в сложных конфликтных ситуа-циях1 . Для поддержания своей целостности в условиях изменяющейся внешней среды и внутренних трансформаций человек должен уметь сохранить свой духовный «онтологический круг», свою особую организацию, обеспечивающую его устойчивость и развитие.

Каждый разумный человек имеет свой смысловой центр, вокруг которого организуются его мысли, чувства, переживания и поступки и который придает человеческому бытию индивидуальную значимость, качественную определенность и внутреннюю целостность. «Человек не может жить без прочного доверия к чему-то несокрушимому внутри себя»,- писал Ф. Кафка2. Человек обладает ценностной структурой бытия, одухотворяющей его тело и выводящей индивида в незримую бесконечность исторического развития.

Метафизическая сущность человека -это тот пласт бытия, который «выпадает в осадок», «проходит сквозь пальцы», когда мы пытаемся ухватить его с помощью научно-логических средств познания и уложить в понятия. Эти нерефлексивные модусы человеческого существования, которые экзистенциализм возвел в ранг абсолютных оснований бытия, лежат в основе всех интерпретаций объективной реальности, моральных действий и оценок. Личностное бытие есть сложный мир, недоступный для анализа и дискурсивно невыразимый. Неповторимость и потому несводимость индивидуальных свойств ни к чему другому не позволяет выразить сущность человека средствами логическо-

1 Бассин, Ф.В. О «силе» «Я» и «психологической защите» / Ф.В. Бассин // Вопр. философии. 1969. № 2. С. 118-125.

2 Цит по: Батищев, Г.С. Введение в диалектику творчества / Г.С. Батищев. СПб., 1997. С. 410.

го мышления. «Иначе говоря, если специфика человека подвергается элиминации путем чисто научного анализа и объяснения, тем самым бросается вызов самому существованию человека как человека»3.

Истинный подход к осмыслению метафизической сущности человека - это попадание в саму структуру его бытия, в которую нельзя проникнуть через простое накапливание знаний. Это такая «область бытия, в которой объективная, надындивидуальная реальность дана нам в форме реальности, присутствующей в нас самих, изнутри с нами сращенной и нам раскры-вающейся»4. Бытие приобретает статус целостности благодаря допущению некоего сверхъестественного «остатка», непостижимого глубинного слоя, предохраняющего его от распада. Его можно описать через такие метафизические характеристики, которые нельзя однозначно привязать к какому-то конкретному уровню бытия (творчество, свобода, долг, ответственность, смысл и т.д.), помогающие преодолеть ограниченность человеческой реальности, разворачивающие ее в открытость бытия, придающие функциональным уровням экзистенциальный, а не субстанциальный характер, устанавливающие общий темп развития элементов, создающие определенный горизонт «предпонимания» мира. Герменевтическое «предпонимание» и связанный с ним базис несомненности выступают в качестве онтологического постулата и означают глубинную интуицию бытия, предшествующую мысли; специфический способ существования человека как понимающего модуса бытия. «Единственный путь для нас к этому последнему, примиряющему единству ведет через непосредственное самобытие, через углубление в мир внутренней жизни»5.

Мир метафизических ценностей нормализует и регулирует человеческое отношение к предметному миру. Ценностносмысловое поле («метаполе») понимается как матрица всех биосоциодуховных значений и символически установленная связь

3 Агацци, Э. Человек как предмет философии / Э. Агацци // Вопр. философии. 1989. № 2. С. 34.

4 Франк, С. Духовные основы общества /

С. Франк. М., 1992. С. 72.

5 Франк, С. Непостижимое. Онтологическое введение в онтологию религии /С. Франк // Соч./

С. Франк. М., 1990. С. 436.

различных кругов человеческого бытия; оно содержит в себе все возможные состояния человеческой реальности, которые в его контексте приобретают глубинное и возвышенное значение. Нельзя быть моральным или совестливым лишь наполовину и в определенное время, и по каким-то причинам. Метафизические понятия обладают целостной природой и неизмеримым качеством.

Человек соотнесен с высшими ценностями, и они существуют для него, если возникают на волне внутреннего движения его души. Контакт человека с над-временным миром ценностей, который осваивается им, делает его метафизическим субъектом. Глубокая мысль, понимание, со-страдание, со-творчество - все то, что имеет метафизическую ценность, происходят благодаря способности человека организовать и собрать определенным образом свое бытие.

Погруженность человека в события трансцендирования, связанная с духовными актами самоидентификации и направлением энергии на фундаментальные предикаты наличной реальности, позволяет иметь дело с бесконечно глубоким, вневременным и внепространственным содержанием, составляющим основу собственно человеческого бытия. Измененное посредством духовной процедуры, оно расширяет свои пространственно-временные диапазоны, увеличивая тем самым синер-гийные свойства и творческие возможности человека.

Только в тех особых случаях, когда человек попадает в специфический мир сущностных измерений (совести, добра, истины и красоты), он прикасается к иному измерению бытия, где все состояния и акты уникальны, непередаваемы в опыте, по-рождаемы интенсивностью трансцендентного усилия. Метафизическая целостность сама по себе завершена, не знает измерения, не имеет увеличивающейся глубины или ширины, не обладает свойствами развивающейся реальности (идеи, как показал Платон, непреходящи и неизменяемы, не отражают конкретной реальности, не сводимы ни к мысли, ни к миру) и в каждый момент самодостаточна и самоценна.

Человеческая сущность проявляется в постоянной неудовлетворенности фактической реальностью, ощущением несоот-

ветствия наличного бытия и духовного мира. Созданные в творческом акте ценности и смыслы человек должен уметь удержать через непрерывное трасцендент-ное усилие, самосозидание. Древние греки говорили, что нельзя прилечь и заснуть на сделанном вчера. Каждый в своем опыте заново проходит путь человечества, воссоздает чувство любви или страдания и проживает их в индивидуальном порядке так, как никто до него не проживал. «Каждый из нас находится как раз посреди этого мира, каждый является центром бесконечности»1. Человек живет так, будто обладает бессмертием: он включает в свои цели, планы и действия элементы вечности и абсолютности, стремясь к тому, что в реальности обрести невозможно. При анализе метафизической сферы бытия внимание обращается не на отдельные элементы, а на процессуальность как ее подлинную основу; не на фактичное положение вещей, а на их перспективность: сущность человека неисчерпаема, о ней можно говорить только с точки зрения проективности.

Метафизический подход к исследованию человеческого бытия может рассматриваться не в качестве способа выявления и уточнения его границ или специфической формы существования, а как некое творческое порождающее начало, внутренне присущее человеку, как регулятивная идея. Речь идет об определяющих наше бытие предельных образованиях, через осмысление которых онтология открывает самое сокровенное и важное для человека. Приобщение к метафизическому миру ценностей есть способ подлинного существования человека, который, осуществляясь, обеспечивает ему как «посреднику» между различными сферами бытия единственную, отвечающую его призванию возможность - быть человеком.

Необходимым условием функционирования жизнедеятельности людей и важнейшим детерминантом их универсального со-бытия в мире является широкое использование и совершенствование опосредованных форм человеческого взаимодействия (моральных норм, духовных ценностей, культурных схем и типов трансля-

1 Маритен, Ж. Краткий очерк о существовании и существующем / Ж. Маритен// Проблема человека в западной философии. М., 1988. С. 233.

ции опыта), замещающих непосредственные контакты людей и выступающих трансцендентным инвариантом целостности человеческого универсума. Нравственно-духовные и культурные ценности, ориентация на которые обеспечивает оптимальное соответствие стабильности социального бытия, многообразия культур и свободы духовного развития личности, предстают в качестве негэнтропийного фактора и универсального аналога компенсаторному механизму самоидентификации человека.

Основные аксиологические концепты, выступая в качестве универсальных форм проектирования жизненных устремлений человека в будущее, обретают содержательный смысл только в метафизическом контексте его бытия. Специфика основных метафизических идей (свобода, духовность, смысл жизни) состоит в их самоценном смысловом концепте, который содержит в себе не конечный результат, а бесконечный процесс обретения человеком свободы, смысла, духовности. Ориентация на абсолютные ценности создает предельное многообразие культур и достаточную свободу личностного самоопределения.

И. В. ПОЛЕЩУК (Минск) ЛЕВИНАС И ФИЛОСОФИЯ РЕЛИГИИ

Как известно, история метафизики окончилась в связи с понятием о «смерти Бога» и была в конце концов замещена философией религии, которая и существует под знаком смерти Бога. Возникает вопрос: возможно ли вообще вернуться к понятию Бога как некой трансценденции и в какой области знания это может быть осуществимо? Задача такого проекта заключается в том, чтобы найти такой смысл, который смог избежать какого бы то ни было метафизического определения. На наш взгляд, такую возможность предоставляет феноменология религии.

Философские проекты, посвященные феноменологии религии в целом, разделены нами на две группы - философия Л. Дюпре и работы Дж. К. А. Смита. Од-

нако можно отметить, что за последние десять лет интерес к этой области философии значительно снизился. Это можно объяснить тем, что, стремясь определить, как объекты религиозного опыта объективно конституируются в сознании, феноменологи религии попытались сделать невозможное - объективировать и конституировать то, что не может быть объективировано и конституировано. Согласно Дюпре, в рамках феноменологии онтологическая проблема может быть решена в том случае, если феноменология примет во внимание «нередуцируемость трансце-дентного в ноэме так же, как и в ноэзисе религиозного акта»1. В религиозном опыте, как и во всяком другом, то, что мы испытываем, есть проекция нашего собственного сознания. Тогда возникает вопрос, чем религиозный опыт отличается от обычного опыта? Согласно Дюпре, субъект в дополнение к трансцендентальной редукции совершает еще и хенологи-ческую, цель которой состоит в том, чтобы «изолировать внутри самого субъекта Абсолют, из которого субъект черпает свой проективный импульс»2. Хенологическая редукция не приводит к познанию Абсолюта, но, скорее, изолирует его в сознании. Для Дюпре вопрос заключается не в том, чтобы разместить трансцендентное в имманентном. Совершенно очевидно, что хенологическая редукция, в отличие от редукции, предложенной Гуссерлем, не приводит к знанию об объекте. Если эйдетическая редукция раскрывает сущность вещи как таковой, то хенологическая утверждает непознаваемость того, что делает опыт в первую очередь религиозным. Согласно Дюпре, в изолированном Абсолюте, хе-нологическая редукция обнаруживает тот факт, что ноэма религиозного опыта есть на самом деле импульс, исходящий от Абсолюта, и поскольку феноменология приводит к пониманию этого импульса, она также приводит к понимаю самого религиозного опыта. Однако можно сказать, что Дюпре на самом деле отдалился от истинного религиозного объекта в сторону трансцендентного импульса.

1 Dupre, L. Phenomenology of Religion; Limits and Possibilites, America Catholic Philosophical Quarterly/L. Dupre.1992. V. 66. P. 175-188 (1).

2 Dupre, L. Ibid/ P. 183.