«Он никогда не лжет»...

В этом году день рождения поэта и государственного деятеля Петра Вяземского (он создатель Русского исторического общества) совпадает со 150-летием самого РИО. Как соединить служение державе и музе, размышляет наш постоянный автор

1 / 6

П.А. Вяземский
С историей надлежит обращаться добросовестно, почтительно и с любовью

Календарь истории на даты неисчерпаем. Их такое множество, что в хронике событий легко затеряться дням рождения тех, кто не только создавал эту историю сам, но и успел стать ее певцом, и летописцем, и хранителем. В этом месяце тоже есть такая дата — 23 июля, день рождения князя Петра Андреевича Вяземского, выдающегося поэта и государственного деятеля, основателя Русского исторического общества (РИО).

Его биография говорит сама за себя. Воспитанник Карамзина, друг Пушкина и Жуковского, он участвовал в Бородинском сражении в качестве адъютанта генерала Милорадовича, был награжден орденом. А уже оказавшись в когорте самых популярных поэтов, сочувствовал декабристам, резко отзывался об их казни, прошел через опалу. Прошел, находясь на службе у государства... Этот поворот в своей судьбе Вяземский тоже совершил сам и, думаю, вполне осознанно. По-видимому, хотел реализовать на ней все возможности, данные образованному и честному человеку.

Да, не всеми соратниками он был тогда понят, а после не раз оставлял неблагодарное литературное поприще, уходил и в отставку. Но и годами находясь "меж двух огней", имел безупречную репутацию. За верную службу был награжден множеством орденов — российских и зарубежных. А за блестящие стихи обрел звание "остроумнейшего", а затем и "увенчанного лаврами певца".

Наконец, это ему в 1866 году просвещенные люди страны доверили руководить созданным Русским историческим обществом. Только через несколько лет оно было титуловано как Императорское, а в списке председателей появилось имя выдающегося историка из царской семьи — великого князя Николая Михайловича. Все это было уже накануне революции, после которой работа общества была фактически свернута.

Российское историческое общество удалось восстановить только в 2012-м, в Год российской истории. За это время сделано очень многое, всего и не перечислить. В числе прочих дел не была забыта и хроника жизни дореволюционного РИО, а полтора месяца назад был широко отмечен его 150-летний юбилей. Однако до сих пор не воздано должное тем, кто стоял у истоков общества, и в первую очередь первому председателю, князю Петру Вяземскому. Поэтому в начале августа в новом здании современного РИО состоится презентация необычного выставочного проекта. Выставка будет небезынтересна для всех, кто любит и историю, и поэзию. Проект назван интригующе — "Сундук Вяземского". Его идея и реализация принадлежат сотрудникам Государственного литературного музея. Именно из сундука, вернее, из дорожного ларца Петра Андреевича будут извлечены домашние реликвии разных поколений славного русского семейства Вяземских, в том числе вещи его отца, Андрея Ивановича, и жены, княгини Веры Федоровны.

Биография князя Вяземского — уникальный пример того, как жизнь в искусстве может быть переплетена с биографией государственника и подлинного знатока истории. В последнем нет ничего удивительного: ведь опекуном и "вторым отцом" Вяземского был Карамзин, автор "Истории государства Российского". Думаю, отсюда же, из истории, он получил такое знание политики и понимание национальных интересов.

На Юге меркнул день, у нас он рассветал.
Там предрассудков меч и светоч возмущенья
Грозились ринуть в прах святыню просвещенья.
Убежищем ему был Север...

В его стихах главным была мысль, а в работе — честь...

Однако "не увлекайтесь современностью!" — призывал еще столетие назад Петр Андреевич, ибо "сокровища веков" и современны, и долговечны. И добавлял: "Переправляйте их в русскую мысль, в русскую речь". Почему?.. Видимо, потому что без знания истории трудно стать настоящим ученым и деятелем культуры. Это подтверждает и жизнь самого Вяземского, сочетавшего в себе, казалось бы, очень разные умения и таланты.

Так, служа переводчиком, он успел перевести с польского стихи своего друга Адама Мицкевича, а с французского — один из обсуждаемых во времена Александра I проектов Конституции. Кстати, уже тогда прорабатывался вопрос о народном представительстве, и задолго до первого заседания Государственной думы Вяземский писал о двухпалатном российском парламенте...

Работая в Министерстве финансов, он досконально изучил внешнюю торговлю, а в какой-то период даже возглавлял банк. Находясь же на посту товарища (заместителя) министра народного просвещения, представил царю свои предложения о реформе цензуры. И настаивая на ней, просил назначить главным цензором порядочного и образованного человека.

Что ж, к таковым относился и он сам. В его стихах главным была мысль, а в работе — честь...

Вяземский прекрасно знал и мировую историю. Сам он по делам службы много ездил по миру, вплоть до самого завершения своей служебной карьеры, когда стал членом Государственного совета. Последние годы его жизни были отмечены "все более и более мрачным взглядом на мир, с которым у автора все меньше и меньше общего". Так говорит о нем Бродский. И не случайно добавляет: "Вяземского исключительно интересно читать, потому что он никогда не лжет". Напомню и слова великого Пушкина: "Счастливый Вяземский, завидую тебе".

Прямая речь

«Он всегда отстаивал частную волю»

О деталях и смыслах выставки, посвященной Петру Вяземскому, "Огоньку" рассказал директор Государственного литературного музея Дмитрий Бак

Выставка предметов, хранящихся в собрании Литературного музея и относящихся к семейству князей Вяземских, приурочена к 150-летию со дня основания Российского императорского исторического общества. Петр Андреевич Вяземский был его первым председателем. Выставка представляет нам личность Вяземского как бы на стыке двух полей: бытового и социального. С одной стороны, будут представлены предметы из знаменитого дорожного ларца Вяземского, которым он пользовался в своих многочисленных поездках. На выставке будут вещи, принадлежавшие не только Петру Андреевичу, но и его отцу и супруге. В том числе и вещи из усадьбы Вяземского — это место плавно переводит нас на другой круг — государственного служения и общественной работы Вяземского. Нам важно показать, что, с одной стороны, Вяземский — друг Пушкина, поэт-романтик, в каком-то смысле даже бунтарь, человек непокорный, всегда отстаивавший свою частную волю. С другой — человек, до какого-то момента состоявший на государственной службе, сенатор, заместитель министра народного просвещения. Мы хотим показать, что отношения художника и власти не всегда носят конфликтный характер. Не всегда интерпретируются только с точки зрения противостояния и несогласий.

Имя Вяземского не отделимо от Исторического общества, он был одним из его учредителей. Это связано с изменением отношения к собственной истории в России XIX века. В этом веке было два этапа работы с прошлым. Первый — это карамзинский. Хотя книга Карамзина "История государства Российского" была в свое время бестселлером, одновременно она стала и частью государственной политики по реконструкции прошлого. Вообще, в это время историческая тема имеет очень высокий статус в литературе и в обществе, вспомним "Бориса Годунова" Пушкина или "Тараса Бульбу" Гоголя. Второй этап — середина XIX века и это уже немного другое время. Прошлое уходит из эпицентра внимания крупнейших писателей — Достоевский, Гончаров, Толстой, все крупные романисты в основном пишут уже о современности. Прошлое становится уделом преимущественно беллетристики. От периода романтического увлечения прошлым России государство перешло к более широкой политике осознания прошлого. Но это вовсе не было канонизацией прошлого. Мы знаем, что среди главных целей, которые ставило перед собой Русское историческое общество, была именно публикация исторических источников.

Цитаты

«Вот он, вот он, русский бог»

Судьбы отечества и жизнь сердца — два главных мотива поэзии Вяземского

***

<...>
Бог метелей, бог ухабов,
Бог мучительных дорог,
Станций — тараканьих штабов,
Вот он, вот он, русский бог.
Бог голодных, бог холодных,
Нищих вдоль и поперек,
Бог имений недоходных,
Вот он, вот он, русский бог.
Бог грудей и ... отвислых,
Бог лаптей и пухлых ног,
Горьких лиц и сливок кислых,
Вот он, вот он, русский бог.
Бог наливок, бог рассолов,
Душ, представленных в залог,
Бригадирш обоих полов,
Вот он, вот он, русский бог.
К глупым полон благодати,
К умным беспощадно строг,
Бог всего, что есть некстати,
Вот он, вот он, русский бог.
<...>

***

<...>
Здесь у подножья алтаря,
Там у престола в вышнем сане
Я вижу подданных царя,
Но где ж отечества граждане?
Для вас отечество — дворец,
Слепые властолюбья слуги!
Уступки совести — заслуги!
Взор власти — всех заслуг венец!
<...>

***

Бесконечная Россия,
Словно вечность на земле!
Едешь, едешь, едешь, едешь,
Дни и версты нипочем!
Тонут время и пространство
В необъятности твоей.
<...>

***

Жизнь мысли — в нынешнем;
а сердца жизнь — в минувшем.

***

Жизнь наша в старости — изношенный халат:
И совестно носить его, и жаль оставить;
Мы с ним давно сжились, давно, как с братом брат;
Нельзя нас починить и заново исправить.
<...>

***

Я жить устал, я прозябать хочу.