Внутри учебника истории

На этой неделе Совет по внешней и оборонной политике в 30-й раз проводит ежегодную ассамблею. СВОП — одна из старейших НПО России, и дату планировали отметить празднично. Жизнь, однако, предложила другую повестку — вместо торжеств возвращение к истокам совета. Он появился на рубеже 1991–1992 годов, когда прежняя страна мучительно завершала свою историю, а вопрос, какой станет новая, оставался открытым. Целью было объединение интеллектуальных усилий всех, кому небезразлична судьба России, вне зависимости от взглядов и политических пристрастий.

Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

Сейчас государству и обществу предстоит решать похожие задачи. Прежде всего — необходимость консолидации для созидания другой реальности. Та, что возникла за тридцать лет, завершена. Президент России подчеркивает, что у российского руководства не было выбора,— события зимы и весны 2022 года стали неизбежным упреждением. Как бы то ни было, это «отсутствие выбора» стало как раз очень четким выбором — в пользу отказа от пути развития, избранного на предыдущем сломе.

Изначально подразумевалось, что успех на пути глобализации равноценен национальному успеху как таковому. Три десятилетия после упразднения СССР Россия ставила на встраивание в глобальную систему.

Как показывает происходящее, встроились изрядно — теперешние попытки выпихнуть нашу страну из глобализации больно бьют по всем.

Мир, пренебрежительно напоминавший, что роль России на международной арене примерно соответствует ее доле в мировой экономике (2,5%), неприятно удивлен, что не все определяется голой цифирью. Мы же сами на бытовом уровне ощущаем, а скоро ощутим еще сильнее, как позаимствованное у глобального мира уходит вместе с ним, меняя нашу жизнь. Да, оказывается, что многие блага современности — материальные и не только — были именно заимствованы, взяты в лизинг, а не созданы собственным кропотливым трудом.

Вся мировая система меняется, и существование по инерции больше невозможно. Глобализация, как она развивалась с 1980-х годов, закончилась, военный конфликт на востоке Европы при всей трагической остроте — одна из вех, не первая и не последняя. Это не снимает вопросов, почему именно сейчас и именно так, насколько все было продумано и учтено. Но и не позволяет предположить, что все могло оставаться, как прежде.

История вынесет свои оценки прошедшим трем десятилетиям, разберется в запутанной диалектике распада и возрождения. Грядущим поколениям будет известен финал, мы же сегодня пребываем как будто внутри учебника истории, который пишется на наших глазах. Минус такой позиции — невозможно перелистать страницы и узнать, что случится дальше. Но есть плюс — способность повлиять на содержание следующих глав.

Пока ни российское государство, ни общество не обрели представления о том, к чему двигаться дальше.

Эта проблема возникла давно, последние лет десять страна жила в режиме тактического реагирования на сиюминутные обстоятельства. Попытки предложить набор целей и ценностей выливались в очередной набор лозунгов. Сейчас сделана заявка на другое будущее — вопреки всему. Но картины его все еще нет. И она не появится директивным решением сверху, так уже пробовали. Без интеллектуальных усилий всего общества, пробуждения его творческой энергии, ничего не получится. И СВОП по мере сил намерен этому способствовать, как и тридцать лет назад.