Семантические особенности фразеологизмов с маскулинной гендерной референцией в английском и русском языках

и запускает во внешний механический мир, обнаруживая его пустоту. Ирония способна спасти повествователя, остающегося посторонним.

Библиографический список

1. Газданов Г.И. Собрание сочинений в 3-х томах. Т. 3. На французской земле. Рассказы. -

М.: Согласие, 1996. - 844 с.

2. Газданов Г.И. Вечер у Клэр. - М.: Современник, 1990. - 590 с.

3. ГаздановГ.И. Призрак Александра Вольфа. -М.: Художественная литература, 1990. - 701 с.

4. Кафка Ф. Исследования одной собаки. -СПб.: Азбука-классика, 2008. - 400 с.

УДК 811.11

Е.Ф. Арсентьева, Н.В. Коноплева

СЕМАНТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ФРАЗЕОЛОГИЗМОВ С МАСКУЛИННОЙ ГЕНДЕРНОЙ РЕФЕРЕНЦИЕЙ В АНГЛИЙСКОМ И РУССКОМ ЯЗЫКАХ

Статья посвящена гендерному аспекту изучения фразеологических единиц (ФЕ) с маскулинной референцией в английском и русском языках.

Ключевые слова: гендерные исследования, гендерно маркированные единицы, маскулинная референция, семантический принцип, формально-структурный принцип.

Г:ндерные исследования, являясь составной частью разнообразных отраслей науки, а именно, социологии, психологии, культурологии, антропологии, межкультурной и невербальной коммуникации, лингвистики представляют собой интенсивно развивающуюся область знания. Термин «гендер» обозначает совокупность понятий и норм поведения, которые обычно ассоциируются с лицами мужского и женского пола. В основе гендера лежит идея о том, что важны не только биологические и физические различия между мужчинами и женщинами, но культурное и социальное значение, которое общество придает этим различиям.

Понятие «гендер» вошло в современную лингвистику гораздо позже, чем в другие гуманитарные науки, а именно во второй половине ХХ столетия. В это время получило развитие феминистское движение, которое носило первоначально социальный характер. Постепенно данная проблема стала проявляться и в других сферах науки, в частности, в языкознании.

Первые регулярные гендерные исследования в отечественной лингвистике стали проводиться в конце 80 - начале 90-гг. ХХ в. и уже с середины 90-х стали развиваться бурными темпами. Появилась новая отрасль отечественного языкознания -лингвистическая гендерология (или гендерная лингвистика).

Особое место в гендерной лингвистике занимает фразеология. Фразеологический фонд язы-

ка дает возможность понять характерные особенности национальной картины мира, запечатленной в знаковой системе вторичной номинации с помощью метафор, сравнений, символов, стереотипов, эталонов. Изучая фразеологию, мы можем узнать о быте народов, об их традициях и обычаях, моральных и нравственных установках. Это делает фразеологию весьма перспективной и многообещающей областью с точки зрения гендерных исследований.

Среди работ, посвященных гендерным исследованиям в области фразеологии необходимо отметить монографию В.Н. Телии, которая включает раздел об отражении культурного концепта «женщина» в русской фразеологии [4]. Изучению библейской фразеологии современного французского и русского языков посвящена работа Г.В. Беликовой [1, с. 19-20]. Актуальную проблему лексикографического описания тендера на материале фразеологии английского языка решает в своей диссертации О.А. Васькова [2].

Первым фундаментальным исследованием, направленным на изучение гендерного фактора во фразеологии, принято считать монографию И.В. Зыковой «Способы конструирования генде-ра в английской фразеологии» [3]. Исследователь объединяет два передовых направления современной лингвистики, а именно, когнитивную и гендерную лингвистику, и вводит целый ряд терминологических обозначений для тех лингвистических явлений и понятий, которые были впер-

© Е.Ф. Арсентьева, Н.В. Коноплева, 2009

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 2, 2009

27

вые установлены в ходе этого исследования, так как понятийный аппарат лингвогендерологии еще недостаточно разработан.

В своей работе, сопоставляя фразеологизмы с маскулинной гендерной референцией в английском и русском языках, мы опираемся на методологию и терминологический аппарат, разработанные в монографии И.В. Зыковой.

Нам представляется, что гендерный подход открывает новые возможности для исследования фразеологического фонда любого языка. Однако изучение реализации гендерного фактора во фразеологии затруднено ввиду отсутствия четких критериев отбора фразеологического материала и «нейтрализации грамматической категории рода у ФЕ, что обусловлено их сложной семантической структурой» [3, с. 21]. В своей монографии И.В. Зыкова выделяет «двуплановую маркированность английских фразеологизмов» [3, с. 23], а именно план выражения и план содержания, и определяет два принципа отбора ФЕ для изучения реализации тендерного фактора: семантический и структурный. Семантический принцип основан на дефинициях фразеологизмов, в которых присутствуют слова, указывающие на лицо мужского или женского пола. Структурный принцип подразумевает наличие в структуре фразеологизма слов, обозначающих лицо мужского или женского пола. В основу своего исследования И.В. Зыкова положила второй принцип. На наш взгляд, ученый таким образом сужает семантический принцип отбора ФЕ, сводя его только к отбору на основании дефиниций. В настоящем исследовании, мы придерживаемся мнения О.А. Васьковой и считаем, что «гендерную специфику ФЕ определяет не только и не столько наличие лексических и семантических гендерных "маркеров"» [2, с. 32], сколько их потенциал реализовывать в сознании общества гендерные стереотипы и накладывать ограничения на употребление ФЕ по отношению к референтам мужского или женского пола.

Таким образом, мы принимаем следующие критерии отбора материала для нашего исследования:

1) наличие лексических единиц, называющих лицо мужского пола (по Васьковой формально-структурный критерий): boys will be boys, odd man out, Tom Tailor; мальчик резвый, кудрявый, влюбленный, хват парень, дядя Степа и т.д.;

2) маскулинную референцию в дефиниции фразеологизма, т.е. семантический критерий:

if you say that a man thinks he is God' gift or God's gift to women, you mean that he behaves as if all women find him attractive, and you find this very irritating (CCDI, 249); жгучий брюнет - мужчина с иссиня-черными волосами, молодой человек -о юноше, холостом мужчине.

В качестве гендерных маркеров плана содержания английских и русских фразеологизмов в соответствии со вторым критерием зафиксированы разнообразные существительные, определяющие то или иное состояние, роль, признак, качество, функцию лиц мужского пола. Например: a red coat - «красный мундир», английский солдат, beer belly - мужчина с большим животом; гарнизонная крыса - военнослужащий в гарнизоне, спутник жизни - о муже, мышиный жеребчик - молодящийся пожилой мужчина, старик, увлекающийся ухаживанием за женщинами. Следует отметить, что количество подобных ФЕ в русском языке крайне ограничено по сравнению с английским, так как дефиниции в подавляющем большинстве случаев ориентированы на человека в целом.

Что касается плана выражения гендерно маркированных ФЕ, отобранных по семантическому критерию, то он в большинстве случаев остается гендерно немаркированным: an ass with two panniers шутл. - «осел с двумя корзинами», мужчина, идущий под руку с двумя женщинами (осел - гендерно немаркированное существительное), бабий хвост - мужчина, увлекающийся ухаживанием за женщинами; а также слова, которые обозначают действие, состояние и т.д., характеризующие и относящиеся к «антропологической» сфере. Сюда мы относим глагольные английские ФЕ, касающиеся, в основном, ухаживания и женитьбы, например: dance attendance on smb. - увиваться, бегать за кем-либо, marry money - жениться на деньгах, выйти замуж за богатого, rob the cradle - «обокрасть колыбель», жениться на ком-либо значительно моложе; и ряд русских ФЕ: держаться за бабью юбку - быть в полном подчинении у женщины, бегать за каждой юбкой.

Исследование И.В. Зыковой гендерно маркированных ФЕ, отобранных по первому критерию, показало, что набор лексем, которые являются тендерными маркерами плана выражения идиом, может быть представлен четырьмя группами: 1) антропометрическими лексемами (АЛ), которые включают в себя 11 гендерных лексичес-

ких оппозиций, а именно: boy-girl, man-woman, maid/maiden-fellow/guy/lad, Mr-Mrs-Miss, malefemale, gentleman-lady, lord/master-mistress, knight/ chevalier-dame, king-queen, prince-princess, duke-duchness; 2) терминами родства, состоящими из 7 тендерных оппозиций, обозначающи семейно-родственные отношения: mother-father; daughter-son, sister-brother, aunt-uncle, wife-husband, grandmother-grandfather, widow-widower; 3) антро-понимическими лексемами (именами собственными (ИС)); 4) агентивными существительными.

К плану содержания тендерных маркеров ФЕ Зыкова относит: а) слова, обозначающие либо лицо мужского, либо лицо женского пола, как правило, это такие слова, как "man", "young man", "woman", "girl", "wife", "male'^ т.д. а также местоимения "he", "she": a) Jack the Lad - (British, informal, old-fashioned) a confident and not very serious young man who behaves as he wants to without thinking about other people; б) слова, обозначающие человека вообще без учета его половой характеристики, например: "person", "someone", "you" и т.д.

В своей статье мы фокусируем внимание на материале, отобранном по формально-структурному критерию.

Таким образом, в первую группу входят следующие ФЕ с АЛ, выступающими в качестве ген-дерных маркеров в обоих сопоставляемых языках, например: knight of the pen, man of the cloth, gentleman's gentleman, lord of creation, Mr. Big, nature boy, my good fellow, джентльмен удачи, мальчик с пальчик, хват парень, prince charming, king Log, chevalier of industry, рыцарь чести, правды, справедливости, как словно удельный князь, сам себе хозяин.

Исследование фразеологизмов с АЛ позволяет распределить их на две подгруппы:

а) ФЕ, относящиеся только к референтам мужского пола, например: lord of creation, best man, the Iron Duke, Mr. Right; молодой человек, мальчик с пальчик.

Входящие в эту подгруппу фразеологизмы обладают полной гендерной маркированностью, так как гендерные маркеры присутствуют как в структуре, так и в семантике ФЕ.

б) интергендерные идиомы, т.е. ФЕ, относящиеся к референтам как мужского, так и женского пола, например: a white man - порядочный, честный человек, an advance man - помощник кандидата, выезжающий заранее в места будущих

выступлений; кощей бессмертный - очень худой человек, рыцарь на час - слабовольный человек, живущий благородными порывами.

Отличительной чертой интергендерных английских фразеологизмов является присутствие в их структуре вариантных АЛ, т.е. АЛ с обозначением как мужчин, так и женщин: company man (or woman); a slip of a boy (or a girl). В русском языке также зафиксировано подобное явление: хозяин жизни, своей судьбы (хозяйка своей жизни, судьбы); сам себе хозяин (сама себе хозяйка).

В обоих сопоставляемых языках прослеживается нейтрализация гендерной характеристики мужской АЛ, например: hail fellow well met - человек, находящийся со всеми в дружеских отношениях; сам себе хозяин - о том, кто ни от кого не зависит (дефиниция ФЕ направлена в целом на человека и может употребляться как к лицам мужского, так и женского пола).

в) ФЕ с женскими АЛ для обозначения референтов-мужчин, например: an old woman пренебр. «старая баба», робкий, суетливый человек (о мужчине); ladies'man - дамский угодник; the answer to a maiden's prayer разг. шутл. - «мечта девушки», красивый холостяк, завидный жених; a Miss Nancy разг. - неженка, «девчонка» (о мальчике, юноше); кисейная барышня, базарная баба, как красная девица. Необходимо отметить, что в большинстве случаев такие фразеологизмы имеют отрицательную коннотацию в обоих языках.

Вторая группа представлена следующими фразеологизмами: духовный отец, sworn brothers, a grass widower, zoo daddy, a hen-packed husband, соломенный вдовец и др. Особенностью данной группы является то, что в обоих сопоставляемых языках встречаются фразеологизмы, семантическими центрами которых являются термины родства с обозначением женщины: mamma's darling (a boy who is indulged or spoiled by his mother), mother's darlings make but milksop heroes, a hen-packed husband, маменькин сынок. Резко отрицательная оценочность их семантики является характерной чертой подобных ФЕ. Употребление женских терминов родства в структуре ФЕ по отношению к представителю мужского пола несет пренебрежительное отношение к мужчине.

Первые две группы представляют собой закрытые системы гендерных оппозиций, так как количество входящих в них лексем фиксировано [3].

Третья группа гендерных маркеров, относящихся к антропонимам, представляет свободную

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 2, 2009

29

систему, так как допускается замена одного из компонентов в зависимости от ситуации, и набор имен собственных может быть расширен или дополнен.

С учетом классификации И.В. Зыковой все фразеологизмы из нашего материала распределены на четыре группы по характеру и употреблению антропонима:

1) ФЕ, не относящиеся к конкретному денотату, примеры: Tom, Dick and Harry, square John. В русском языке не выявлено примеров.

ИС, участвующие в образовании идиом данной группы, относятся к неопределенному количеству денотатов. ИС трех остальных групп фразеологизмов подразумевают одного конкретного денотата.

2) ФЕ с именами, прототипами которых являются реально существовавшие (существующие) личности. В данную подгруппу входят, прежде всего, прозвища-фразеологизмы, например: big-hearted Arthur (прозвище британского комедианта Arthur Askey), big Jack (прозвище английского футболиста Jack Charlton); Teddy boy разг. - стиляга, (Teddy уменьшительное от Edward; по имени английского короля Эдуарда VII, отличавшегося своеобразной манерой одеваться); a Beau Brummel - "красавчик Браммель", щеголь, денди, франт, (Дж. Б. Браммел (G.B. Brummel, 17781840)) - знаменитый денди своего времен; Александр Великий; Владимир красное солнышко.

3) ФЕ с именами и фамилиями мифологических героев и библейских персонажей: Adam's apple, (по библейскому преданию - это кусок яблока, предложенного Адаму Евой и застрявшего у него в горле); в костюме Адама.

4) ФЕ с именами литературных героев: a Peter Pan (в первом значении) - по имени мальчика, персонажа пьесы Дж. Барри; дядя Степа - заглавие детского стихотворения С. Михалкова.

Значительной фразеологической активностью в нашем материале обладает английское ИС -Thomas. Это имя встречается в составе шести ФЕ, а именно: a Peeping Tom; Tom, Dick and Harry; Tom Tailor; Tom Thumb; Tom fool; Tommy Atkins; more (people) know Tom Fool than Tom Fool knows.

Как видно из примеров, все ФЕ употреблены в сокращенной форме и один фразеологизм в уменьшительно-ласкательной (Tommy). Сокращенные формы ИС обладают большей экспрессивностью и эмоциональной окраской, чем полные формы имен, что делает их перспективным материалом для образования фразеологизмов.

Несмотря на то, что этимологическое значение ИС не оказывает никакого влияния на функционирование имени в языке, для понимания фразеологизма происхождение того или иного имени может иметь решающие значение. Обратимся к происхождению имени Thomas. Древне-греческое мужское имя Томас происходит от библейского Фома. Фома - один из двенадцати апостолов, который не верил, что Иисус воскрес из мертвых, пока не увидел на руках его ран от гвоздей и не приложил руки к ребрам его. Сопоставляя этимологию ИС и значение фразеологизмов можно сделать вывод, что выбор данного имени является не случайным, а образ Фомы служит прототипом и выступает в качестве мотивирующей базы идиом: Фома неверующий, a doubting Thomas.

Четвертая группа представлена агентивными существительными, которые обозначают названия профессий и должностей, воинских званий, занятий, носящих регулярный характер. В нашем материале к данной группе относятся следующие фразеологизмы: sky pilot, an old-field preacher, крылатый всадник, воздушный извозчик, холодный сапожник, псовый охотник, мастер на все руки и др. Агентивные существительные образуют свободную систему гендерных маркеров. Принадлежность данных лексем к маскулинному аспекту культуры отличается неустойчивым характером и зависит от исторической традиции. В ходе исторических изменений агентивные лексемы в большей степени подвержены процессу "гендерной генерализации" [3, с. 26] и изменению тендерного статуса.

Итак, как показало наше исследование, ген-дерные особенности фразеологизмов с маскулинной референцией можно изучать, исходя из их распределения по двум критериям: семантическому и формально-структурному. Количество ФЕ, отобранных по формально-структурному принципу как в английском, так и в русском языках, значительно превышает количество ФЕ по семантическому критерию. Анализ гендерно маркированных фразеологизмов, распределенных на группы по формально-структурному критерию, выявил значительные семантические сходства в обоих сопоставляемых языках. Также зафиксированы ФЕ, обладающие полной гендер-ной маркированностью.

Библиографический список

1. Беликова Г. В. Библейская фразеология современного французского и русского языков в па-

Паремии в структурно-смысловой организации художественного текста..,

радигме гендерного анализа // Тендер: язык, культура, коммуникация. Материалы первой международной конференции. 25-26 ноября 1999. - М.: МГЛУ 1999. - С. 19-20.

2. Васькова О.А. Тендер как предмет лексикографического описания: Дис. ... канд. филол. наук. - М., 2006. - 171 с.

3. Зыкова И.В. Способы конструирования ген-дера в английской фразеологии. - М.: Едиториал УРСС, 2003. - 232 с.

4. Телия В.Н. Русская фразеология. Семантический, прагматический и лингвокульторологи-ческий аспекты. - М.: Школа «Языки русской культуры», 1996. - 288 с.

УДК 882.09 Б 273

Н.Н. Баскакова

ПАРЕМИИ В СТРУКТУРНО-СМЫСЛОВОЙ ОРГАНИЗАЦИИ

ХУДОЖЕСТВЕННОГО ТЕКСТА

Пословицы и поговорки представляют собой структурно-семантически организованную систему. Они фиксируют константы сознания и культуры, значимые для всех носителей данного языка, определяют систему оценок окружающего мира, являются единицами, позволяющими выделить и проанализировать базовые концепты.

Ключевые слова: концепт, паремии, фразеологические конфигурации.

Паремии в повествовательном дискурсе обладают полифункциональностью, которая обусловлена тесным структурно-семантическим взаимодействием пословиц и поговорок с компонентами художественного текста, обладающего определенной жанровой спецификой, нарративными признаками, когнитивными и коммуникативно-прагматическими свойствами [7, с. 113].

Паремии являются смысловыми доминантами текста и выражают сквозные мотивы в произведениях писателей, идеологические взгляды которых совпадают. Тема народа объединяет творчество ряда авторов, среди которых А.И. Левитов и Н.Н. Златовратский. Народнические воззрения Н.Н. Златовратского наложили яркий отпечаток на все его творчество, которое было посвящено проблеме народа. Многие произведения Златовратс-кого носили обличительный характер, вскрывали бесправное экономическое и социальное положение крестьянства после реформы 1861 года.

А.И. Левитов также посвятил свое творчество теме народа. Но в отличие от Златовратского его нельзя назвать писателем, идеализирующим народ. Часто левитовский «народ» поражает читателя своим нравственным падением и никаких симпатий не вызывает.

Выявление образных рядов на межтекстовом уровне помогает определить сходства и различия

индивидуально-авторского использования пословиц и поговорок. Доминирующим в концептос-ферах художественной прозы обоих авторов являются концепты «Народ» и «Религия», которые вербализуются прежде всего средствами лексики и фразеологии, в том числе паремиологии. Концепт «Религия» представлен в произведениях обоих авторов. Религия с древнейших времен была объединяющим элементом, важной составляющей народной жизни. На протяжении многих веков религия и народ были неразрывны.

Основу, ядро концептуального поля составляют устойчивые фразы и лексика религиозного характера: Господи благослови, Господь, молитва, Христа ради, Четьи-Минеи, старец, Бог даст и др.. Религиозная лексика раскрывает здесь понятие соборности. Нередко авторы включают цитаты из Священного Писания, богослужебных книг: Благодать Господня буди с вами, кара Господня, ни на йоту, нести свой крест, никто, как Бог, Бог знает.

Сквозными являются метафорические образы, представленные в заголовках произведений рассматриваемых авторов: Накануне Христова дня (Левитов) и Канун великого праздника (Златовратский). Пасха - символ жизни и величайший праздник для любого христианина. В обоих произведениях праздник Пасхи является центральным событием произведения, вокруг которого

© Н.Н. Баскакова, 2009

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 2, 2009

31