А вы куда жену пристроили?

Мособлизбирком отказал в регистрации партии "Зеленые", список которой возглавляет жена заместителя главы Росприроднадзора Олега Митволя. Митволь публично вступился за жену, заявив, что это реакция на его проверки в Московской области (см. стр. 28).

Сергей Ястржембский, помощник президента России. Жена занимается дизайном, и в этом я ей никак помочь не могу. И в бизнес ее я стараюсь не вмешиваться.

Николай Харитонов, депутат Госдумы, председатель Агропромсоюза. К себе в приемную. Моя жена является помощником депутата, то есть меня. И я не считаю, что это что-то плохое. Наоборот, членам семьи надо помогать, и каждый делает это в меру своих возможностей.

Леонид Рокецкий, член Совета федерации, экс-губернатор Тюменской области. Наоборот, я всячески мешал ее карьере, считал, что жена должна заниматься домом и детьми. Когда дети выросли, она стала заниматься бизнесом. Сейчас работает в лесной отрасли, мечтает построить свой заводик. Но фамилия ей пока в этом мешает. Благодаря ее деятельности мы смогли в какой-то период выжить. Когда я ушел в политику, денег стало катастрофически не хватать. И жена содержала всю семью. Теперь я считаю, что препятствовать карьере жены не надо.

Борис Немцов, член федерального политсовета СПС. Если бы я куда-нибудь пристроил одну из своих жен, то все только об этом и говорили бы. Для женщины, если она талантлива, нет ничего хуже, когда говорят, что она всего добилась благодаря мужу или бойфренду. Поэтому я своим женщинам ни в чем не содействовал, но и не мешал. Вообще, считаю, что когда женщина слишком стремится к карьере, то это все от неустроенности в личной жизни.

Юрий Кобаладзе, управляющий директор компании X5 Retail Group. Моя жена строила свою карьеру самостоятельно. Когда я только стал подниматься по общественной лестнице, у жены уже был достаточно высокий статус. Но если бы ей пришлось попросить меня куда-нибудь ее пристроить, наверное, я бы ей в этом не отказал. Если женщина хочет работать, то муж ей должен всячески помогать. У нас катастрофически низкое число женщин в бизнесе, парламенте, а в правительстве их нет вообще. Поэтому если есть возможность помочь жене, то не делать это — преступление.

Дмитрий Якубовский, адвокат. Куда я только не пристраивал своих жен — все бесполезно. Они почему-то не хотели работать. А Митволь законопослушный гражданин, и он подчиняется закону не только на работе, но и в семейной жизни. Кроме того, Семейный кодекс в России обязывает Митволя помогать своей жене.

Борис Вольпе, исполнительный директор SAP СНГ. Моя жена — успешный человек в науке, а я в бизнесе, и наши интересы пересекаются нечасто. Но я, когда нужно, всегда помогаю ей идеями. Любого нормального бизнесмена делает жена. Я знаю многих бизнесменов, которые принимают ключевые решения на кухне вместе с женой. Бывает, совещается какой-нибудь совет директоров дня два, выносит решение, а на следующий день директор приходит с другим, иногда даже более удачным.

Сергей Собко, заместитель председателя комитета Госдумы по промышленности. В гендиректоры многопрофильной компании, которая много чего производит, от запчастей для железной дороги до парфюмерии. Пришлось отдать ей свой пост, когда занялся политикой и стал депутатом. Жена мне помогала с самого начала создания компании, поэтому легко было оставить бизнес на нее. Она у меня очень активная.

Владимир Брынцалов, гендиректор компании "Брынцалов А". Я пристраивал жену в политику, чтобы она в случае чего могла меня заменить. Но потом понял, что совершил грубую ошибку: нечего в стране — и уж тем более в семье — устанавливать матриархат. Я сильный человек, и мне не нужна жена, которая может сказать, что она тоже в чем-то сильна. Лучше я один буду главой, а жена — шеей, поддерживающей семью.

Валерий Рязанский, заместитель председателя фракции "Единая Россия". Я ее никуда не пристраивал, она всего добилась сама. Сейчас она работает учителем математики в пятом классе. Моя помощь ограничивалась какой-то мелкой работой по классу — что-то убрать, доску прибить. Если господин Митволь пытается защитить честь и достоинство своей жены, то тогда я его по-человечески понимаю.

Сергей Степашин, глава Счетной палаты. Никуда, скорее — это она мне помогает спокойно чувствовать себя на госслужбе. Жена с 1974 года работает в банковской системе, она успешный и креативный банкир. Моя помощь ей давно не нужна, и семья у нас уже обеспечена. Уверен, предложи я ей помочь продвинуться по службе, она меня просто не поняла бы. Считаю абсолютно недопустимым выносить свои семейные дела на суд общественности, как это сделал господин Митволь.

Геннадий Гудков, депутат Госдумы. Я помогал, а не пристраивал. Когда стал депутатом, оставил ее во главе своей охранной компании. Мы с сыном занимаемся политикой, а за бюджет отвечает жена. Я же сейчас иждивенец, а жена у меня — спонсор. Про Митволя ничего сказать не могу, он во всем очень активен, но никогда не знаешь, пиар это или нет.

Андрей Нечаев, президент Российской финансовой корпорации, в 1992 году министр экономики. Моя жена отвечает за домашнее хозяйство и семейные дела. Это не менее почетно, чем заниматься бизнесом или общественной деятельностью. Я ей тоже стараюсь помогать по дому, например, лично выращиваю цветы. По возможности стараюсь вовлекать ее в какие-то совместные проекты, ей это очень нравится. А Митволь, если пытается таким образом привлечь внимание к себе, заслуживает только осуждения. А если искренне пытается помочь, то это его личное дело.

Владимир Платонов, председатель Мосгордумы. Наоборот, это она мне помогает. Жена — юрист по образованию, и перед выступлениями я к ней иногда обращаюсь за юрконсультацией. Помощь супругов должна быть обоюдная, и для меня счастье в чем-то помочь своей жене. У нас есть закон — Семейный кодекс, в котором прописаны все взаимоотношения супругов, и я не вижу смысла что-то в нем менять.

Михаил Прусак, губернатор Новгородской области. Никуда. Впрочем, я никогда не рассказывал о своей жене и вряд ли когда-то расскажу. В семье достаточно одного публичного человека — мужа. А в обязанности жены всегда входило поддержание семейного очага и воспитание детей.

Александр Донской, мэр Архангельска. Она сама устроилась, у нее два бизнеса — Центр эстетики и коррекции фигуры и магазин эротических товаров. Первый она развивает около шести лет, второй — более семи. Бизнесом она занимается самостоятельно, а мое вмешательство было бы только вредным, как для нее, так и для меня. Если будут какие-то неудачи, тогда я тоже буду вынужден за них отвечать. А чиновник не должен "крышевать" какие-то партии. Конечно, это происходит сплошь и рядом, но в нормальном демократическом обществе этого не должно быть.

Андрей Черепанов, руководитель проекта Национального развития. Пока был женат, пристроил ее в домохозяйки. И это была ошибка. За годы домохозяйства моя жена не успела приобрести никакого профессионального навыка, так что сейчас мне приходится продолжать ее содержать. Им надо помогать, если, конечно, это не выходит за рамки закона. А некоторые действительно используют свой ресурс, чтобы жены зарабатывали для семьи, как, например, один известный мэр.

Борис Титов, председатель общественной организации "Деловая Россия". Я помогаю ей руководить Фондом развития художественного стекла. У нее очень интересное дело, она себя в нем нашла. Мне самому интересно узнавать много нового о наших художниках. Но, к сожалению, этот бизнес не самый прибыльный. Я стараюсь приучить ее к бизнес-планам, но пока не удается. Но самое главное, что дело ей нравится.

Георгий Петров, вице-президент ТПП. Никуда, у меня жена уже на пенсии и нигде не работает, но активно занимается благотворительностью. Часть денег, которые я ей выделяю, она тратит на помощь детям, оказавшимся в трудном положении. Это ее инициатива, она по образованию детский психолог. А кумовство в России всегда было, и Митволь не исключение, осуждать его я не буду, но отношусь к этому отрицательно.

Юрий Тартышов, заместитель министра регионального развития РФ. Когда работал прорабом, жену устроил поваром в столовую на своем участке. Стал управляющим трестом — жена перешла в отдел кадров. А сейчас она сидит с маленьким ребенком, ей моя протекция ни к чему.

Михаил Кузнецов, губернатор Псковской области. К себе — работает супругой. Ей эта должность очень нравится, несмотря на то, что она могла бы построить карьеру, закончила в МГУ факультет геологии нефти и газа. Она счастлива со мной и не хотела бы менять амплуа.

ВОПРОС НЕДЕЛИ / ГОД НАЗАД

Как над вами издевались в армии?

История с рядовым Андреем Сычевым напомнила власти и гражданам о существовании дедовщины в армии.

Анатолий Приставкин, советник президента, писатель. Нас заставляли сто раз отдавать честь фуражке, отправляли на кухню чистить неостывшие котлы или на морозе чистить картошку. Один сослуживец не выдержал и покончил с собой.

Юрий Коропачинский, председатель совета директоров компании "Сибмашхолдинг". Кокарды на фуражке не загибал, шапки ваксой не красил, сапоги утюгом не гладил.

Франц Клинцевич, глава Российского союза ветеранов Афганистана. Сержант заставлял в столовой целое подразделение пересаживаться с места на место. Мне это надоело, я налил себе суп и стал есть. Сержант ударил меня рукой, в ответ получил удар ногой. Сержанта увезли в госпиталь, а меня — на гауптвахту на пять суток.

Альфред Кох, бывший вице-премьер России. "Деды" меня боялись, я был кандидатом в мастера спорта по борьбе. Но пытки я все же испытал. Во-первых, пытку голодом. Во-вторых, я так и не понял, почему солдаты моются раз в неделю, а казармы драятся два раза в день.

Рамазан Абдулатипов, чрезвычайный и полномочный посол России в Таджикистане. Однажды старшина сказал, что посуда жирная, мы перемыли тарелки, а он стал поливать нас матом. Мы молча засунули его в ванну, в которой мыли посуду.

Иосиф Кобзон, председатель комитета Госдумы по культуре, народный артист СССР. У нас дедовщины не было. В то время еще существовал институт политработников, которые следили за неуставными отношениями.

Виктор Шендерович, журналист, писатель. Мне казалось, что издевались сильно. Но после того, что я узнал об армии за последние годы, я понял, что у нас был санаторий.

* Должности указаны на момент опроса.