Мехтильда Магдебургская. Струящийся свет Божества / Р. В. Гуревич, Е. В. Соколова, В. А. Суханова, пер. М. : Наука, 2008. 356 с. (Литературные памятники)

Мехтильда Магдебургская. Струящийся свет Божества / Р. В. Гуревич, Е. В. Соколова, В. А. Суханова, пер. М. : Наука, 2008. 356 с. (Литературные памятники).

Мехтильда Магдебургская (ок. 1207—1282 / 1294 гг.) — немецкий мистик, средневековая писательница, бегинка, автор знаменитого произведения «Струящийся свет Божества». О ее жизни известно крайне мало. Будучи из родовитого рыцарского рода, она получила достаточно основательное светское образование. В 1230 г. она оставляет дом и семью и уходит к магдебургским бегинкам1 (объединение женщин, добровольно избравших жизнь в бедности и воздержании). Здесь Мехтильда предается аскетическим подвигам и умерщвлению плоти. Через 20 лет она становится «усталой, хворой и слабой», начинаются тяжелые болезни, так что иногда она вынуждена возвращаться домой для лечения. Но именно в это время она начинает записывать свои видения, по благословению своего духовника-доминиканца Генриха Галленского. Эти описанные видения и составили семь книг, озаглавленных «Струящийся свет Божества».

Данная книга необычна тем, что ее пишет женщина. Как замечает переводчик, «для того, чтобы женщина в Средние века решилась публично обратиться к миру, нужны были чрезвычайные обстоятельства»2. Кроме того, данная книга «дает редкую возможность заглянуть в психологию женщины XIII в., ведущей аскетическую жизнь, понять ее душевные коллизии, ощутить мощь духа человека, осознающего свою греховность — слабость и непостоянство — и все же упорно идущего по однажды избранному им пути»3. Но самое необычное заключается в том, что эта женщина богословствует. Она пытается писать богословским языком — насколько умеет, часто путано, нечетко, но осознавая свое недостоинство говорить и писать о Боге.

Данное произведение Мехтильды очень ценили доминиканцы. Сразу после ее смерти книга (изначально написанная на средневерхненемецком языке; Мех-тильда не знала латыни) была переведена доминиканцами на латинский язык. Конечно же, за исключением доминиканцев, окормлявших бегинок, церковные власти весьма скептично отнеслись к данному труду (женщина богословствует!). Очень скоро отношения Мехтильды с магдебургскими бегинками портятся, и она вынуждена поселиться в цистерцианском монастыре, где она и заканчивает

1 Этимология слова до сих пор остается неясной. Были предложены различные толкования. Некоторые — произвольные, такие как: происхождение слова «béguin» от святой Бегга (Beggue), дочери Пепина Ландского (VII в.) или как производное от имени льежского священника Ламберта «li Beges» (f 1177) (liégeois — фр.: льежский). Другие полагают, что это слово также могло произойти от французского слова beige (бежевый) или от старонемецкого глагола beggen (молиться, просить милостыню). Наконец предлагают связь бегинов с альбигойцами (al-bigensis). Другое их название — mulieres religiosae (благочестивые женщины), virgines continentes (воздержанные девы).

2 Гуревич Р. В. Мехтильда Магдебургская и ее книга «Струящийся свет Божества» // Мехтильда Магдебургская. Струящийся свет Божества. М. : Наука, 2008. С. 312.

3 Там же. С. 311.

свою жизнь. В конце жизни она ослепла, и последнюю, седьмую, книгу она диктует сестрам-монахиням.

Мехтильда Магдебургская — одна из представительниц женской мистики, которая, в свою очередь, является частью немецкой мистической религиозной литературы. В своих произведениях женщины-мистики описывают встречу души с Богом посредством брачной лексики Песни Песней. «Струящийся свет Божества» — книга неоднородная, многожанровая. В ней можно встретить молитвы, проповеди, поучения, гимны, религиозные трактаты, биографии, диалоги, богословские рассуждения, исповеди, прославления, песни, видения, ответы, благодарения, правила. Особое место отводится жанру видений (revelationes). В целом данная книга посвящена любви: любви Бога к миру и человека к Богу. Мехтильда, судя по всему, была знакома со сложным комплексом религиознофилософских идей, связанных с понятием «мистическая любовь» (три ступени любви Бернара Клервосского, четыре ступени любви Ришара Сен-Викторско-го). Ядро книги — описание мистической любви к Богу. Многих непредвзятых читателей может смущать некоторая «эротическая религиозность» или «религиозная эротика», присутствующая в книге. Автор нередко использует любовные образы, свойственные языку ее времени, языку светскому, куртуазному, языку придворной культуры.

До последнего времени личность Мехтильды и ее творение было практически неизвестно российскому читателю, несмотря на то, что на Западе за последние двадцать лет на эту тему было написано множество книг и статей4. Пробел был восполнен профессором Смоленского государственного педагогического университета Риммой Вульфовной Гуревич, которая в 2002 г. на кафедре истории зарубежных литератур МГУ защитила докторскую диссертацию по теме «“Струящийся Свет Божества” Мехтильды Магдебургской. Проблемы жанра в средневековой мистической литературе». Р. В. Гуревич является автором бо-

4 В 2007 г. была отпразднована 800-я годовщина со дня рождения Мехтильды Магдебургской. Это празднование породило массу новых исследований в отношении как личности Мехтильды, так и анализа ее произведения. Ниже приводится основная литература за 2007— 200 9 гг. : Quarch C. Die Erotik des Betens. Eine mystische Gebetsschule mit Mechthild von Magdeburg und Rumi. München, 2007; Keul H. Die Liebe gebietet, was sie will. Mechthild von Magdeburg und ihre Mystik vom «Fließenden Licht der Gottheit» // Zeitzeichen. 2007. Bd. 8. Nr. 12. S. 52—55; Leppin V Begine und Beichtvater. Zu den Dominikanerpartien im «Fließenden Licht der Gottheit» Mechthilds von Magdeburg // Religiöse Bewegungen im Mittelalter. Köln, 2007. S. 543-554; Verlaguet W. Mechthild von Magdeburg Schriftl. Mündigkeit und Abstiegsmystik // Theologie von Frauen für Frauen? W., 2007. S. 323-327; Vollmann-Profe G. Mystischen Hohelied-Erfahrungen: zur Brautmystik Mechthild von Magdeburgs // Das Hohelied. Bern, 2007. S. 57-68; Reinhardt E. La antropología de Mechthild de Magdeburg (s. XIII) // Annuario de Historia de la Iglesia, Pamplona. 2007. Vol. 16. P. 231-244; Keul H. «Nun gebricht mir mein Deutsch». Gottesüberschreitungen bei Mechthild von Magdeburg // Mystik — Herausforderung und Inspiration. Ostfildern, 2008. S. 49-73; Voss Roberts M. Flowing and crossing. The somatic theologies of Mechthild and Lalleswari // Journal of American Academy of Religion. 2008. Vol. 76. P. 638-663; Weiß B. Mystik und Zuwendung zur Welt bei Mechthild von Magdeburg // Gottesfreundschaft. Fribourg, 2008. S. 137-152; Brüning B. Mechthild von Magdeburg, Mechthild von Hackeborn, Gertrud die Große. Mit dem Augen der Seele schauen. Leipzig, 2008; Voss Roberts M. Retrieving humility. Rhetoric, authority, and divinization in Mechthild of Magdeburg // Feministic Theology. 2009. Vol. 18. P. 50-73; Betz O. Brückenschlag der Mystik. Mechthild von Magdeburg und Rumi von Konya // Geist und Leben. 2009. Bd. 82. S. 358-372.

лее трех десятков статей и одной монографии по этой теме5. Наконец, в серии «Литературные памятники» вышел русский перевод самой книги Мехтильды — «Струящийся свет Божества». Таким образом, книга была переведена специалистом в данной области, что, конечно же, позволяет говорить об адекватности и качестве перевода.

Но, несмотря на это, следует отметить и недостатки как перевода, так и самого издания. Во-первых, нужно сказать о стилистике перевода. В переводе присутствуют вещи, которые никоим образом не могут быть атрибутированы автору. Мехтильда, как человек религиозный, бегинка, а затем насельница цистер-цианского монастыря, совершенно не могла писать «Диавол»6, «Ад»7, «Сатана»8 с заглавной буквы, в то время, как Одну из ипостасей Святой Троицы — Святого Духа писать со строчной («святой дух»9), хотя «адский Дух» пишется с за-главной10. Также к недостаткам стиля следует отнести неумелое использование славянизмов: «Сына Божиего» (некое смешение русского «Божьего» и старославянского «Божия»)11, или «от блаженного Божиего Человечества»12 или «живому Сыну Божиему»13. Также сюда можно добавить такие квази-славянизмы как «Я, жалкий человече»14 или «Венец сей сотворил наш Отче Небесный»15, где вока-тивная форма употребляется совершенно не к месту и затрудняет чтение самого текста. Или, например: «дурные мысли, сверкающие подобно молоньям»16. Здесь уже присутствует неологизм самого переводчика. Конечно же, можно предположить, что сама Мехтильда писала подобным образом, но так или иначе, перевод не должен повторять или подражать безграмотностям автора.

Во-вторых, к недостаткам данного издания следует отнести примечания. Как это ни странно, но примечания сделаны весьма и даже очень небрежно. Можно привести несколько примеров. На с. 340 (прим. к II. 2) говорится: «Имеется в виду Христос, принявший на краткий миг своей земной жизни человеческий облик». В данном случае сложно понять даже о чем идет речь. На с. 350 (прим. к IV. 34) говорится: «Имеется в виду, что плата Иуде за смерть Христа составляла тридцать сребреников», хотя, как известно, Иуде было заплачено за предательство, а вовсе не за смерть Христа, Иуда о последнем даже и не помышлял. Об антихристе на той же странице (прим. к IV. 35) дана следующая информация: «Представления об антихристе имеют чрезвычайно древние истоки, уходящие

5 Гуревич Р. В. «Струящийся Свет Божества» Мехтильды Магдебургской: Проблемы жанра в средневековой мистической литературе. Смоленск : СГПУ, 2000. Ч. 1.

6 См. : II. 24. С. 52-54; III. 15. С. 86; III. 21. С. 94; III. 24. С. 99; IV. 3. С. 107; V. 23. C. 161-162, 164. Здесь и далее дается номер книги, номер главы и страница перевода данного издания.

7 См. : IV. 17. С. 123. Хотя в V. 23. C. 161 употребляется со строчной: «ад». Также ср. выражение «Ад Диавола» (V. 29. C. 171).

8 См. : V. 23. C. 161-162.

9 См. : III. 7. С. 76.

10 См. : V. 23. C. 159.

11 Там же.

12 VII. 32. C. 257.

13 VII. 47. C. 273.

14 V. 34. C. 177.

15 VII. 1. C. 225.

16 VII. 12. C. 239.

на Восток. Там сформировалось понятие о последней схватке между Богом и дьяволом. Позднее оно получает разработку у библейских пророков и переходит в новозаветную традицию». Наконец, Мехтильде постоянно противопоставляются «влиятельные церковники Магдебурга» (II. 26. C. 342; также см.: III. 3. C. 343). Но исторически такого противопоставления не было. Сама Мехтильда говорит о себе следующее: «Когда я умру, я прощусь... со святой Церковью и благодарствую Богу за то, что я была христианкой и пришла к истинной христианской вере. И если бы я осталась здесь долее, то я желала бы быть трудами и усилиями своими вспоможением Святой Церкви, пребывающей во многих грехах» (VI. 28. C. 211). Мехтильда видела себя членом Церкви, а не противопоставляла себя ей, как это видно из примечаний. Кроме того, само понятие «церковники» — понятие атеистическое и предвзятое, оно часто использовалось, в частности, советскими идеологами для борьбы с религией. Поэтому в данном случае этот термин кажется тенденциозным и не совсем пригодным.

В-третьих, недостатком данного издания представляются сноски к тексту. Сноски выполнены еще более небрежно, чем примечания. Часто сноски излишни, но многие из них лишь вводят в заблуждение и уводят от истинного смысла. Здесь присутствуют неверные сноски17. Многие сноски просто непонятны. Приведу несколько примеров. На с. 36: «Засим пришел некий юноша, телосложения хрупкого; носил он орла на груди своей. То был Иоанн Евангелист». На этот текст сноска отсылает читателя к Пс 102. 5: «насыщает благами желание твое: обновляется, подобно орлу, юность твоя». Какова связь — неизвестно. Также, на с. 50: «следует наполнить ее [бочку — д. Е. Ш.] камнями внешних усилий и прахом бренности». Сноска к этому тексту: Ср. Пс 1. 4: «Не так — нечестивые, [не так]: но они — как прах, возметаемый ветром [с лица земли]». Также связь совершенно непонятна. Примеры можно приводить достаточно долго18.

Наконец, в-четвертых, еще одним существенным недостатком издания следует назвать тот факт, что практически все латинские выражения переведены неправильно. Известно, что Мехтильда не знала латыни и она могла где-то в данном случае ошибиться, но такая невнимательность в подобном издании кажется верхом небрежения и неуважения к читателю. Приведу несколько примеров: «Te Deum laudamus» переводится «Во славу Господа» (с. 118) и «Восславим Господа» (с. 232), вместо «Тебя, Бога, хвалим». Заключительная формула католической заупокойной молитвы, а также обычная надпись на надгробных памятниках

17 Например : С. 21 (2) — Песн 4. 1; С. 34 (1) — Пс 80. 17; С. 34 (2) — 1 Кор 3. 2; Евр 5. 1214; с. 35 (2) — Песн 2. 3; С. 42 (1) — Песн 6. 3; С. 52 (1) — вместо Мф 27. 56 — Мф 27. 55.

18 Еще примеры. На странице 53: «Петр, с тобой я была распята на кресте.» Сноска: Ин 21. 18-19: «Истинно, истинно говорю тебе: когда ты был молод, то препоясывался сам и ходил, куда хотел; а когда состаришься, то прострешь руки твои, и другой препояшет тебя, и поведет, куда не хочешь. Сказал же это, давая разуметь, какою смертью Петр прославит Бога. И, сказав сие, говорит ему: иди за Мною».

С. 53 (4): «Львы будут страшиться тебя.». Сноска: Ср. Ис 35. 9: «Льва не будет там, и хищный зверь не взойдет на него; его не найдется там, а будут ходить искупленные».

С. 65 (3): «Сын ее (Богородицы) — Бог, а она Богиня». Сноска: Ин 10. 34: «Иисус отвечал им: не написано ли в законе вашем: Я сказал: вы боги?» (Пс 81. 6).

С. 94: «Три дня я в беспамятстве моих пяти чувств пребывала, подобно человеку громом пораженному». Сноска: Ср. Деян 9. 3-9. При чем тут Савл?

(о чем, видимо, неизвестно переводчику) «Requiescant in pace» (с. 221) переводится «Покойтесь в мире» вместо «Да упокоются в мире» (Praesens Coniunctivi Activi). «Laudate pueri Dominum» (с. 229) переводится «Хвалите, рабы Господ-нии» (Во-первых, где здесь рабы? Во-вторых, в русском языке нет слова «Гос-поднии», с двумя «и» на конце слова). «Gloria tibi, Trinitas!» (с. 251) переводится «Славься Троица!». «Vide mea sponsa» (с. 29, также ср. прим. 33 на с. 339) переводится «Вижу Жениха моего», хотя правильный перевод — «Посмотри на невесту мою» (imperativus). И так далее.

Таким образом, несмотря на общую доброкачественность перевода и общую компетентность переводчика, данное издание грешит обширным рядом недостатков. Все они могут быть сведены к одному — невладение переводчиком церковно-богословским инструментарием. К положительным качествам следует отнести, во-первых, сам текст, ранее не переводимый на русский язык и не издававшийся; а во-вторых, статью Р. В. Гуревич «Мехтильда Магдебургская и ее книга “Струящийся свет Божества”» (с. 297—332), в которой дается информация о Мехтильде Магдебургской и ее времени, а также о книге Мехтильды — истории текста, языке, системе образов. Данная статья помогает глубже понять сам текст перевода и образ мыслей автора. Книга будет интересна историкам, богословам, философам и всем интересующимся историей и литературой Средних веков.

диакон Евгений Шилов