Россиянам отбили желание митинговать

В поквартирном опросе «Левада-центра» с 21 по 27 ноября 2019 года приняли участие 1610 человек из 137 населенных пунктов в 50 регионах страны. По сравнению с прошлым годом респондентов, которые считают, что в их населенном пункте возможны массовые выступления против падения уровня жизни, стало меньше — 30% опрошенных против 37%. Число тех, кто находит выход людей на улицу в защиту своих прав маловероятным, увеличилось с 59% до 63%. За год до пенсионной реформы, в конце 2017 года, общественные настроения были еще менее протестными: 70% опрошенных тогда не верили в возможность выхода людей на митинги. Доля опрошенных, которые сообщили о готовности принять участие в уличных протестах, также за год снизилась (25% вместо 30%), но в декабре 2017 года она была более чем вдвое меньше (13%). Два года назад не стали бы митинговать 81% респондентов, в 2018 году — 66%, а сейчас — 69%.

Похожая ситуация и с отношением опрошенных к политическим протестам: 29% россиян полагают, что в их населенных пунктах такие протесты возможны. В прошлом году так думали 30%, а в 2017-м — лишь 19%. Сомнения в вероятности политических митингов и демонстраций высказали 66% опрошенных. В 2018 и 2017 годах их было 65% и 74% соответственно. Выходить на массовые политические выступления сейчас готовы 19% респондентов. В прошлом году таких было 22%, а до пенсионной реформы — всего 8%. 75% опрошенных говорят, что не стали бы в них участвовать. Таких было 74% в прошлом году и 85% — в 2017 году.

Директор «Левада-центра» Лев Гудков связывает снижение протестного потенциала с реакцией россиян на волну летних протестов накануне выборов в Мосгордуму, не давших результата, на который рассчитывали организаторы. Кроме того, отмечает социолог, за год произошло улучшение экономической ситуации в виде небольшого повышения заработной платы. «Однако в обществе сохраняется ощущение общей бесперспективности,— говорит господин Гудков.— Социальное раздражение никуда не делось, оно носит хронический характер, и его потенциал велик».

За два года почти любая массовая акция стала восприниматься как политическая, а значит — запрещенная, отметил глава фонда «Петербургская политика» Михаил Виноградов: «Обществу дали серию недвусмысленных сигналов о готовности разгона любых акций, даже разрешенных, как это было полгода назад в Петербурге (1 мая 2019 года.— “Ъ”). Поэтому готовность к выходу на акции требует большего запаса радикализма».