Дедушка инфографики

Немецкий доктор Фриц Кан сам рисовать не умел и даже не собирался. "Дедушкой инфографики" его сделали его книги, в которых основным методом изложения материала были роскошные таблицы, объясняющие все и вся про человека и его технические характеристики. Художников у книг Кана было много, стилевое разнообразие, вполне отвечающее состоянию арт-сцены 1920-х годов, оглушающее (на соседних страницах вполне спокойно уживается оголтелое ар-деко с суровым "пролетарским" конструктивизмом, замшелый академический рисунок с почти сюрреалистическими изысками). Но все эти художественные взбрыки были подчинены одному — строгой логике изложения доктора Кана. И на самом деле наиболее поэтические образы в этих томах принадлежат именно ему.

1 / 10

Его метафорика чрезвычайно богата. Анатомические и физиологические особенности человека описываются разнообразно, но исключительно технократически: при помощи моторов, нефтеперерабатывающих заводов, динамо-машин, коммутаторов, систем труб, телефонов. Нервная система человека приобретает у Кана вид электрической сигнальной системы с кнопками, звонками, диаграммами и контроллерами. Мозг — фабрика, в многоэтажный конвейер которой включены прожекторы, транспортеры и экраны. Движение крови по сосудам мозга — железнодорожная развилка. И, как венец всей этой естественно-промышленной революции, самая знаменитая таблица Кана — "Человек — индустриальный дворец", настоящее торжество шестеренок и пневматических систем.

Понятно, что в истории европейской цивилизации попыток визуальной систематизации естественно-научного знания было множество. Понятно, что "таблицы" как действенное средство образовательной практики также использовались задолго до Кана. Он как бы ничего и не придумал. Пионером будущей инфографики он стал исключительно в силу своей веры в идеальную машинерию человеческого организма. Там, где у средневековых "инфографиков" зияли белые пятна неведения, там, где речь могла идти о душе и прочих необъективностях, у Кана — абсолютное знание и "инструкция по применению".

Он препарировал в человеке все. Военный санитарный врач, хирург-гинеколог и акушер в мирное время, он переводил на язык научпопа науку о клетке и расовые теории (начало 1920-х), человека во всем его многообразии (главный его труд — пятитомная "Жизнь человека. Популярная анатомия, биология, физиология и история развития"; Das Leben des Menschen, 1922-1931) и в отдельных проявлениях — секс (книга "Наша половая жизнь", 1935) и даже любовь (последняя его большая работа "Должна ли любовь быть слепой?").

Миллионные тиражи по всему свету, переиздания, переводы на десятки языков. И все это торжество точного знания на фоне тотального сумасшествия на европейском континенте, от которого Фрица Кана не мог спасти даже самый истовый позитивизм. Еврей и активный деятель немецкого еврейского движения, Кан в 1933-м оказался в списке запрещенных авторов и врачей, которым запрещено заниматься медицинской практикой. Его книги были сожжены, а когда в 1938-м "Жизнь человека" Кана нацистам все-таки понадобилась, она была переиздана без имени автора и со следами большой идеологической чистки. Сам Кан к этому времени уже был в Палестине. Оттуда он переезжает в Париж, спасение оборачивается во Франции лагерем для интернированных, далее — побег в Португалию, отъезд при содействии Эйнштейна в США, послевоенное возвращение в Европу, чудесное спасение при землетрясении в Марокко, Швейцария, Дания, опять Швейцария. Смерть в Локарно в 1969 году.

Сегодня Фриц Кан опять актуален. Его "Человек — индустриальный дворец" анимируется. Знающее толк в красотах издательство Taschen издает о нем книгу с его таблицами и текстами. Дизайнеры изучают его визуальные опыты. Мало кто готов разделить его веру в совершенство наших знаний о человеке, как, впрочем, и идеализацию техники. А вот его смешное описание политического устройства человеческого организма ("Клеточное государство являет собой республику с наследственным господством аристократии духа. Характер экономики — строгий коммунизм") сегодня как раз чрезвычайно соблазнительно. Может быть, это единственный способ применения понятия "коммунизм" на практике, который не вызывает отрицательных эмоций.

Fritz Kahn. Taschen, 2013