Законность и унификация в уголовном судопроизводстве: от бланков процессуальных документов - к электронному уголовному делу

ВЕСТНИК ПЕРМСКОГО УНИВЕРСИТЕТА. ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ 2019 PERM UNIVERSITY HERALD. JURIDICAL SCIENCES Выпуск 46

III. УГОЛОВНОЕ ПРАВО И ПРОЦЕСС

Информация для цитирования:

Вилкова Т. Ю., Масленникова Л. Н. Законность и унификация в уголовном судопроизводстве: от бланков процессуальных документов - к электронному уголовному делу // Вестник Пермского университета. Юридические науки. 2019. Вып. 46. C. 728-751. DOI: 10.17072/1995-4190-2019-46-728-751.

Vilkova T. Y., Maslennikova L. N. Zakonnost' i unifikatsiya v ugolovnom sudoproizvodstve: ot blankov protses-sual'nykh dokumentov - k elektronnomu ugolovnomu delu [Legitimacy and Unification in Criminal Proceedings: from Procedural Document Forms to the Electronic Criminal Case]. Vestnik Permskogo universiteta. Juridicheskie nauki - Perm University Herald. Juridical Sciences. 2019. Issue 46. Pp. 728-751. (In Russ.). DOI: 10.17072/1995-4190-2019-46-728-751.

УДК 347.1

DOI: 10.17072/1995-4190-2019-46-728-751

ЗАКОННОСТЬ И УНИФИКАЦИЯ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ: ОТ БЛАНКОВ ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ДОКУМЕНТОВ -К ЭЛЕКТРОННОМУ УГОЛОВНОМУ ДЕЛУ

Статья подготовлена в рамках проекта № 18-29-16018 «Концепция построения уголовного судопроизводства, обеспечивающего доступ к правосудию, в условиях развития цифровых технологий» при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований

Т. Ю. Вилкова

Кандидат юридических наук, доцент,

доцент кафедры уголовно-процессуального права

Московский государственный юридический университет имени О. Е. Кутафина (МГЮА) 125993, Россия, г. Москва, ул. Садовая-Кудринская, 9

ORCID: 0000-0003-3436-1288 ResearcherID: W-1055-2019

Статья в БД «Scopus» / «Web of Science»:

DOI: 10.17150/2500-4255.2018.12(3).387-395

E-mail: tvilkova@yandex.ru

Л. Н. Масленникова

Доктор юридических наук, профессор,

профессор кафедры уголовно-процессуального права

Московский государственный юридический университет имени О. Е. Кутафина (МГЮА) 125993, Россия, г. Москва, ул. Садовая-Кудринская, 9

ORCID: 0000-0002-5713-7679 ResearcherID: X-5926-2019

E-mail: mln1954@yandex.ru

Поступила в редакцию 01.10.2019

Введение: статья посвящена анализу значения электронного уголовного дела для обеспечения законности уголовного судопроизводства и его влияния на унификацию уголовно-процессуальной формы различных государств в условиях новой цифровой реально-

© Вилкова Т. Ю., Масленникова Л. Н., 2019

сти. Цель: на основе обобщения исторического опыта применения бланков процессуальных документов в российском уголовном процессе и результатов перехода на электронное уголовное дело ряда современных зарубежных государств показать перспективы использования цифровых технологий для обеспечения законности и унификации уголовного судопроизводства. Методы: исторический, сравнительно-правовой, эмпирические методы описания, интерпретации; теоретические методы формальной и диалектической логики. Применялись частнонаучные методы: юридико-догматический и метод толкования правовых норм. Результаты: анализ развития российского и зарубежного уголовно-процессуального законодательства и правоприменительной практики показал, что бланки процессуальных документов и электронное уголовное дело способны обеспечивать стандартизацию и законность уголовно-процессуальной деятельности при условии соответствия их содержания требованиям закона и отказа от чрезмерной детализации; унифицирующее влияние электронного уголовного дела на уголовный процесс государств различных правовых семей проявляется в необходимости дальнейшего развития состязательности в досудебном производстве России и обеспечения доступа к правосудию. Выводы: для адаптации российского уголовного процесса к новой цифровой реальности и введения электронного уголовного дела необходима трансформация его досудебных стадий, включая новый подход к досудебному производству как к государственной услуге по обеспечению гражданам доступа к правосудию; предоставление участникам, не наделенным властными полномочиями, права обращаться в суд с ходатайствами о депонировании доказательств, о принятии мер по обеспечению гражданского иска и др.; возложение на прокурора полномочий по выдвижению, обоснованию обвинения и впоследствии поддержанию его перед судом; создание единой цифровой платформы для электронного взаимодействия государственных органов и должностных лиц между собой и с гражданами при обеспечении всем участникам цифрового равенства.

Ключевые слова: электронное уголовное дело; цифровизация уголовного судопроизводства; цифровые технологии; бланки процессуальных документов; уголовно-процессуальная форма; унификация; стандартизация; законность; доступ к правосудию; цифровое равенство

LEGITIMACY AND UNIFICATION IN CRIMINAL PROCEEDINGS: FROM PROCEDURAL DOCUMENT FORMS TO THE ELECTRONIC CRIMINAL CASE

The paper was prepared as part of the RFBR-supported research project No. 18-29-16018 'The concept of building criminal procedure ensuring access to justice against a background of developing digital technologies'

T. Y. Vilkova

Kutafin Moscow State Law University (MSAL) 9, Sadovaya-Kudrinskaya st., Moscow, 125993, Russia ORCID: 0000-0003-3436-1288 ResearcherlD: W-1055-2019

e-mail: tvilkova@yandex.ru

L. N. Maslennikova

Kutafin Moscow State Law University (MSAL) 9, Sadovaya-Kudrinskaya st., Moscow, 125993, Russia ORCID: 0000-0002-5713-7679 ResearcherlD: X-5926-2019

e-mail: mln1954@yandex.ru

Received 01.10.2019

Introduction: the article analyzes the significance of introducing the electronic criminal case for ensuring the legitimacy of criminal proceedings and the impact of such introduction on the unification of criminal procedure forms of different states in the new digital reality. The purpose: based on Russia's historical experience of using procedural documents in criminal proceedings and taking into account the results of introducing electronic criminal cases in a number of modern foreign countries, this article aims to demonstrate the impact of applying digital technologies on the legitimacy and unification of criminal proceedings. Methods: historical method, comparative legal method, empirical method of description and interpretation; theoretical methods of formal and dialectical logic; specific scientific methods such as the legal-dogmatic method and the method of legal norms interpretation. Results: the authors have analyzed the development of criminal procedure legislation and law enforcement practice in Russian and foreign countries. The study shows that the use ofprocedural document forms and electronic criminal cases can ensure the standardization and legitimacy of criminal proceedings provided that their content meets the requirements of law and is free from excessive details. The unifying effect of the electronic criminal case on criminal proceedings in states belonging to different legal families can be observed in the arising need to further develop competitiveness in pre-trial proceedings in Russia and to ensure access to justice. Conclusions: to adapt Russian criminal proceedings to the new digital reality and introduce the electronic criminal case, it is necessary to transform the pre-trial stages as follows: to introduce a new approach to pre-trial proceedings as to a public service aimed at providing citizens with access to justice; to grant unauthorized participants the right to file a petition to the court for depositing evidence, for undertaking measures to satisfy a claim, etc.; to vest the prosecutor with the right to initiate, substantiate and subsequently support an accusation in court; to create a single digital platform for electronic interaction of public authorities and officials among themselves and with citizens with the provision of digital equality for all participants.

Keywords: electronic criminal case; digitalization of criminal proceedings; digital technology; forms of procedural documents; criminal procedure form; unification; standardization; legitimacy; access to justice; digital equality

Введение

Государство во все времена стремилось и стремится организовать деятельность в сфере уголовной юстиции наиболее эффективно. Развитие общественных отношений, технический прогресс заставляют пересматривать модель уголовного судопроизводства не только в плане регламентации общественных отношений в этой сфере, но и в плане наиболее эффективной организации деятельности государственных органов и должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство.

Длительное время одним из важных направлений обеспечения законности уголовно-процессуальной деятельности в сочетании с ее рационализацией, оптимизацией была подготовка бланков процессуальных документов, в

которых требовалось лишь заполнить необходимые графы.

Развитие цифровых технологий и внедрение во все сферы жизни принципиально меняют наши представления об организации деятельности, ее оптимизации и эффективности, в том числе и в сфере уголовного судопроизводства. Применительно к составлению всех видов документов для обеспечения их соответствия требованиям закона открываются широкие перспективы при введении электронного уголовного дела, в котором на смену традиционным бумажным бланкам приходят электронные формы заявлений, ходатайств, жалоб, постановлений, определений, приговоров, требующие заполнения в режиме онлайн с соблюдением заранее заданных условий и параметров.

При этом не только обеспечивается законность конкретного документа, но и происходит стандартизация всей уголовно-процессуальной деятельности как в рамках отдельного уголовного дела, так и в более широком пространстве - уголовного судопроизводства в целом. Электронное уголовное дело, действующее на основе единой государственной цифровой платформы, объединяющей всех участников уголовного судопроизводства - суд, стороны, иных участников, - способно полностью исключить большинство ошибок, допускаемых при составлении документов (например, неуказание места составления акта, отсутствие подписи, ссылок на нормы закона и т.д. не позволит пользователю завершить создание документа). Можно предположить, что введение электронного дела создаст новые возможности для обобщения недостатков правоприменительной практики и приведения ее в соответствие с законом на государственном уровне.

Более того, цифровизация уголовного судопроизводства может в определенных пределах оказать влияние и на унификацию уголовно-процессуальной формы различных государств, в первую очередь за счет включения новых состязательных элементов в досудебное производство государств континентальной системы права. Это обусловлено тем, что различный порядок собирания и представления доказательств сторонами в досудебном производстве в государствах, принадлежащих к различным правовым системам, влечет и различия в формировании уголовного дела, что неизбежно проявится в содержании и порядке наполнения электронного уголовного дела. Разработка электронных форм документов должна осуществляться не только в соответствии с национальным законодательством, необходимо учитывать общепризнанные принципы и нормы международного права, международные договоры России, прецедентную практику Европейского Суда по правам человека, а также влияние процессов интеграции государств в международное сообщество в условиях развития цифровых технологий на национальное уголовно-процессуальное законодательство.

Цель настоящего исследования заключается в том, чтобы на основе обобщения исторического опыта применения бланков процессуальных документов в российском уголовном про-

цессе и результатов перехода ряда современных зарубежных государств на электронное уголовное дело показать перспективы использования цифровых технологий для обеспечения законности и унификации уголовного судопроизводства.

Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

- обобщить и оценить опыт применения бланков процессуальных документов в дореволюционном, советском и постсоветском уголовном процессе;

- проанализировать опыт цифровизации уголовного судопроизводства зарубежных государств, выявить преимущества и недостатки внедрения электронного уголовного дела, определить его значение для обеспечения законности, стандартизации и унификации уголовного судопроизводства;

- показать роль электронного уголовного дела в процессе возможной трансформации досудебного производства в государствах континентальной системы права;

- обосновать предложения, направленные на совершенствование российского досудебного производства по уголовным делам посредством введения новых элементов состязательности и механизмов, направленных на обеспечение доступа к правосудию.

У истоков цифровизации уголовного судопроизводства

Предшественниками электронного уголовного дела в части заданности основных параметров процессуальных документов являлись разрабатываемые государством бланки различных бумаг, составляющие значительную часть материалов классического уголовного дела.

Бланк - «это лист с частично напечатанным текстом, в остальной части подлежащий заполнению» [39, с. 46].

Необходимость в бланках процессуальных документов (независимо от того, на каком носителе он выполнен - традиционном бумажном или перспективном электронном) обусловлена тем, что уголовное судопроизводство в значительной части имеет письменную форму. «От содержания процессуального документа, последовательности осуществляемых процессуальных действий и принятия процессуальных решений, отображаемой в процессуальном до-

кументе, полноты разъяснения прав участникам следственного действия или иного процессуального действия напрямую зависит ход и содержание уголовного судопроизводства по конкретному уголовному делу» [26, с. 767].

Первые сведения о такой деятельности относятся еще к дореформенному периоду, когда Государственная канцелярия изготавливала бланки повесток.

Широкое распространение печатные бланки процессуальных документов получили после судебной реформы 1864 года: они использовались и в судебных палатах, и в окружных судах [4, с. 73], и мировыми судьями [59, с. 368], и судебными следователями [64, с. 106-107]. При этом различались требования к применению бланков документов справочного характера и бланков протоколов и процессуальных решений. Первые не только были разрешены, но и предусматривались циркулярами Министерства юстиции. Например, в соответствии со статьей 263 Устава уголовного судопроизводства 1864 года, судебный следователь должен был направить уведомление о всяком начатом им следствии прокурору и в департамент Министерства юстиции. Такое уведомление исполнялось на специальном бланке, верхняя часть которого представляла собой купон, остававшийся в деле, средняя препровождалась прокурору, а нижняя отсылалась в департамент Министерства юстиции [42, с. 247-248]. Вторые допускались ограниченно и «только для означения заголовка действий, а не для означения того, как сами действия происходили и в чем они заключались» [50, с. 309]. В ином случае «при употреблении печатных бланков невозможно проследить за ходом каждого дела и можно предположить, что бланки эти присоединяются к делам без всякого по ним суждения» [64, с. 138]. Сенат неоднократно указывал, что если и можно допустить изготовление бланков процессуальных документов (протоколов, постановлений судебного следователя и судебных решений), то в них должны означаться лишь формальные, не подлежащие изменению части протокола или решения с оставлением надлежащих пробелов, но не сущность действия или постановления, составляющего его предмет [64, с. 340 и 276], поскольку нельзя предусмотреть заранее, как будет происходить то или иное действие, и использование готовых бланков

«может повести к различным неудобствам в исправлении печатного согласно с происходившими действиями и к оставлению некоторых действий без исправления» [62, с. 806]. Однако использование бланков само по себе не служило основанием к отмене приговора при отсутствии в кассационной жалобе указания на нарушение существенных форм и обрядов судопроизводства [62, с. 806].

Таким образом, уже первый опыт использования бланков процессуальных документов выявил их достоинства и недостатки. С одной стороны, они позволяли упростить труд правоприменителя, исключить некоторые упущения и ошибки. Например, использование бланка побуждало включить в документ такие минимальные обязательные реквизиты, как время и место его составления, подпись составителя и др. С другой - показало, что использование излишне подробного бланка может привести при составлении протокола к несоответствию его содержания действительному ходу и результатам процессуального действия, а при принятии решения - к искусственному использованию содержащихся в бланке шаблонов, например, в части оснований его принятия.

В советский период готовые бланки процессуальных документов получили более широкое распространение в правоприменительной деятельности, что позволяло выполнять несколько задач.

Во-первых, использование бланков оптимизировало процессуальную деятельность, упрощало и ускоряло ее, являлось частью процесса «машинизации», «механизации» и «трафаре-тизации» в делопроизводстве [22, с. 578; 23, с. 868]: заполнение готовых бланков происходило существенно быстрее, чем изготовление процессуальных актов и их копий от руки [27, с. 1003; 28, с. 226; 29, с. 195]. Поскольку готовых, изготовленных типографским способом бланков в первые годы советской власти не хватало, в правоприменительной практике старались использовать любые доступные средства для их получения или изготовления: ротаторы, шапирографы, пишущие машинки [57, с. 120], высказывались предложения о создании специальных штампов для изготовления повесток [7, с. 286]. Кроме того, снабжение бланками «из центра» позволяло существенно снизить расходы на их изготовление [20, с. 461].

Во-вторых, использование бланков, разработанных высококвалифицированными специалистами народного комиссариата юстиции [2, с. 900], краевых [17, с. 936] и губернских [55, с. 30] судов, позволяло избегать в правоприменительной деятельности ошибок, подсказывало правильную последовательность действий при их совершении и принятии решений. Данное обстоятельство имело особое значение в первые десятилетия советской власти, когда кадровый состав правоохранительных органов и судов характеризовался низким уровнем образования и недостаточным опытом работы.

Отношение к бланкам процессуальных документов было неоднозначным и в советский период. Наряду с общим признанием ускорения и упрощения работы органов предварительного расследования, прокурора и суда при использовании бланков [49, с. 352] высказывалось опасение, что использование готовых форм может создать у участников уголовного судопроизводства впечатление о недостаточной индивидуальности, шаблонности самого процессуального акта, подорвать доверие к нему как к акту органов государственной власти. Эта точка зрения нашла отражение в совместном циркуляре народного комиссара юстиции и Прокуратуры РСФСР и Председателя Верховного Суда РСФСР от 16 июля 1926 года, в котором указывалось на недопустимость использования готовых печатных бланков при составлении протоколов судебных заседаний: «Такой порядок в судебной практике должен быть изжит самым решительным образом, так как составленные на таких бланках протоколы не отражают полностью всех действий суда и сторон, которые имели место в действительности на судебном заседании. К тому же относительно отдельных процессуальных действий, имеющих крайне важное значение, например, разъяснения подсудимому его прав, опроса о ходатайствах и т. д., отмеченных печатным текстом уже заранее, до судебного заседания по делу, возникает сомнение в том, были ли они произведены в действительности. Поэтому ... в протокол судебного заседания секретарем должны заноситься все действия суда и сторон, по мере того и в том виде, как они имели место на судебном заседании. Изготовление же печатного протокола может иметь место лишь после судебного заседания путем перепечатывания па машинке со-

ставленного от руки протокола»1. Использование судами печатных бланков протоколов, в которых заранее заготовленный текст излишне подробно перечислял действия, предусмотренные статьями 264, 277, 278 и другими статьями УПК РСФСР 1923 года2, служило основанием к отмене приговоров вышестоящими судами [5, с. 91-92]. Впрочем, это не препятствовало использованию готовых бланков в качестве «трафарета-образца», модели с тем, однако, «чтобы

0 применении трафаретного содержания не было известно посторонним» [23, с. 868].

Правильному составлению процессуальных документов способствовали, особенно в периоды отказа от бланков, образцы постановлений, приговоров, протоколов судебного заседания и т. п. В отличие от дореволюционного периода, когда таких изданий было совсем немного [12; 16; 32; 47; 65], в советское время они широко публиковались в периодической печа-ти3, многочисленных сборниках [3; 21; 30; 43; 44], специальных изданиях [46, с. 193-263], где «в систематическом порядке изложены и разъяснены основные вопросы . с точки зрения техники, закона и судебной практики» [45], учебной и научной литературе [51, с. 27]. Роль образцов выполняли и примеры процессуальных актов из правоприменительной практики.

Особая роль в обеспечении процессуальной формы различных документов принадлежала бланкам, которые включались в текст правовых актов. Первым опытом такого рода стало утверждение циркуляром Председателя Петрогубсуда от 25 мая 1923 г. № 104 формы опросного листа, составляемого следователем и дознавателем при обнаружении трупов и их частей. Форма предусматривала включение в опросный лист сведений о личности покойного, найденных при нем документах и вещах, о том, кем труп опознан и кем сообщены указанные выше сведения, время и место обнаружения трупа, время и место смерти лица, кто присут-

1 О необходимости соблюдения правил составления протоколов судебного заседания (ст. 80 УПК): циркуляр Народного комиссара юстиции и Прокуратуры РСФСР и Председателя Верховного Суда РСФСР № 136/7 от 16 июля 1926 года // Еженедельник советской юстиции. 1926. № 32. С. 979.

2 Об утверждении Уголовно-процессуального кодекса РСФСР: постановление ВЦИК от 15 февр. 1923 г. // Собр. узаконений РСФСР. 1923. № 7, ст. 106.

3 Красный суд. 1924. № 1. С. 10; Пролетарский суд. 1927. № 9-10. С. 24 и др.

ствовал при смерти покойного, какие наблюдались предсмертные болезненные явления, страдал ли умерший в последнее время какими-либо болезнями, какими именно, сколько времени, обращался ли за помощью к врачу и к какому, кто сообщил указанные сведения о состоянии здоровья, имелись ли подозрения в насильственной смерти покойного, кем высказаны эти подозрения и на чем они основаны, имелись ли указания на какое либо другое преступное деяние и на какое именно, имелись ли на трупе какие-либо повреждения, похожие на следы насилия, нанесенного чужой рукой1. Циркуляр народного комиссариата юстиции РСФСР краевым, областным и губернским судам и прокурорам от 17 апреля 1928 года № 75 «О введении в действие соглашения НКПТ СССР и НКЮ РСФСР о порядке пересылки и доставки судебных повесток и извещений»2 содержал формы таких повесток и извещений. Примерный текст постановления, выносимого прокурором в порядке статьи 428 УПК РСФСР 1923 года, содержался в Методических указаниях Прокуратуры СССР о проверке в порядке надзора уголовных дел, истребованных в связи с жалобами, и в указании Заместителя Генерального Прокурора СССР от 28 июля 1953 года № 4/194 «О недостатках в работе по проверке уголовных дел в порядке надзора»3. Таким образом, в советский период отдельные разрозненные бланки процессуальных документов утверждались ведомственными нормативными актами. Практика разработки систематизированного банка бланков и включения их в текст закона либо в качестве приложения к закону отсутствовала. Поэтому изготовление документа без использования бланка даже в тех случаях, когда таковые существовали, само по себе не расценивалось как нарушение закона.

Ведомственные бланки следственных и других процессуальных действий и даже некоторых решений широко применялись на протяжении всего советского периода [60, с. 411]. Например, сложилась устойчивая практика использования бланков при предъявлении обвинения: устное разъяснение обвиняемому прав, предусмотренных ст. 46 УПК РСФСР 1960 го-

1 Рабочий суд. 1923. № 3-4. С. 42-43.

2 Еженедельник советской юстиции. 1928. № 20. С. 606-614.

3 Сборник действующих приказов и инструкций Генерального Прокурора СССР. М.: Госюриздат, 1958. С. 209-216.

4

да , сопровождалось воспроизведением под текстом постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого на типографском бланке содержания этой статьи, и обвиняемый, а также следователь своими подписями удостоверяли факт разъяснения этих прав [56, с. 169-170].

Опыт использования разрозненных бланков, изготовленных различными ведомствами, получил развитие в УПК РФ5, отличительной чертой которого являлось наличие образцов процессуальных документов в виде 123 приложений к УПК РФ. Введение таких образцов было продиктовано объективными обстоятельствами - появление новых процессуальных действий, решений объективно требовало обеспечить законность их производства: «в приложения были включены в основном образцы новых процессуальных документов либо тех процессуальных документов, которые претерпели значительные изменения в связи с принятием нового УПК» [26, с. 815-816].

Несоответствие процессуального акта форме, структуре и содержанию бланка теперь приравнивалось к отступлению от требований закона и могло повлечь признание доказательства недопустимым.

После введения в действие УПК РФ в ходе его мониторинга, проводившегося Комитетом Государственной Думы по законодательству совместно с Администрацией Президента Российской Федерации, стало очевидно, что включение в УПК образцов процессуальных документов не только оправдано, но и требует еще большей определенности и полноты. Федеральным законом от 4 июля 2003 г. № 92-ФЗ6 в УПК РФ была введена шестая часть «Бланки процессуальных документов», в которую вошли ст. 474 и 475, определявшие общие правила применения бланков процессуальных документов, и статьи 476 и 477, содержавшие пере-

4 Об утверждении Уголовно-процессуального кодекса РСФСР: закон РСФСР от 27 окт. 1960 г. // Ведомости ВС РСФСР. 1960. № 40, ст. 592.

5 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 дек. 2001 г. № 174-ФЗ (ред. от 02.08.2019) [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

6 О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации [Электронный ресурс]: Федер. закон от 4 июля 2003 г. № 92-ФЗ (ред. от 29.12.2010). Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

чень таковых для досудебного и судебного производства.

Интересно заметить, что уже тогда в части 2 статьи 474 УПК РФ указывалось, что процессуальные бланки могут быть выполнены типографским, электронным или иным способом. Но именно бланки, а не процессуальные документы. Под электронным способом понималось «изготовление бланка в виде электронно-цифровой информации, выполненной с помощью средств вычислительной техники или взятой из информационной базы, с последующим воспроизведением с помощью принтера. Также возможен способ передачи бланков в электронном виде с помощью электронной почты (системы связи между ЭВМ). Электронная почта позволяет осуществлять обмен данными между ЭВМ, анализ, обработку и хранение полученных и отправленных сообщений» [26, с. 817].

В научных исследованиях отмечалось несовершенство бланков: некоторые из них не в полной мере отражали требования закона, вызывали нарекания их систематизация, соотношение основного и подстрочного текста, для части действий и решений бланки и вовсе отсутствовали [14, с. 35-44; 18, с. 101; 19, с. 4445; 31, с. 29; 54, с. 53; 63, с. 41-42]. Тем не менее опыт процессуальных бланков, установленных законом, имел и имеет огромное значение для развития теории, законодательства и практики электронного уголовного дела.

Этот опыт оказался недолгим: в 2007 году бланки были полностью исключены из текста УПК РФ1. Причем ни в пояснительной записке, ни в заключениях на законопроект об упразднении бланков не указывались причины такого решения. Остается лишь предполагать: было ли это следствием перманентной необходимости совершенствования и дополнения бланков, что вызывало потребность внесения частых изменений УПК РФ, или тому были иные причины.

Это не означает, что изменилась процессуальная форма уголовного судопроизводства. Она по-прежнему осталась письменной, особенно в его досудебной части, требующей фик-

1 О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» [Электронный ресурс]: Федер. закон от 5 июня 2007 г. № 87-ФЗ (ред. от 22.12.2014). Доступ из справ.-правовой системы «Кон-сультантПлюс».

сации на бумажном (электронном) носителе. Составленный процессуальный документ должен соответствовать требованиям УПК РФ, предъявляемым как к содержанию, так и форме процессуально документа. Огромное количество внесенных в УПК РФ изменений и дополнений требовало внесения изменений и введения новых бланков процессуальных документов. Очевидно, именно поэтому от них решили отказаться.

Электронное уголовное дело и его значение для обеспечения законности уголовного судопроизводства

Ценность бланков для современной правоприменительной практики, между тем, сохраняется. Несмотря на бесспорно высокий образовательный уровень судей, прокуроров, адвокатов, следователей (особенно по сравнению с первыми десятилетиями советского периода), после исключения бланков из текста УПК РФ наблюдается снижение качества составления процессуальных документов [1, с. 35; 38, с. 9].

В наши дни развитие цифровых технологий и их внедрение в уголовное судопроизводство позволяет не только оптимизировать уголовно-процессуальную деятельность на качественно новом уровне, но и создать дополнительные гарантии соблюдения уголовно-процессуальной формы. Если «цифровое (компьютерное) правосудие» [13, с. 95-104; 61, с. 118-120; 68, рр. 265-274], особенно в части принятия решений с использованием искусственного интеллекта, а также различные аспекты использования цифровых доказательств [66, рр. 151-160; 67, рр. 416-420], пока находятся в плоскости доктринальных исследований, то возможность существенной трансформации составления процессуальных документов органами предварительного расследования, прокурором и судом, будь то решения, протоколы процессуальных действий или иные акты, а равно различных обращений участников, не наделенных властными полномочиями, имеется уже сегодня.

В настоящее время УПК РФ не предусматривает возможность ведения уголовного дела в электронном формате, но содержит термин «электронный документ», используя его фрагментарно в различных аспектах.

Следует поддержать мнение Л. Г. Халиул-линой, которая считает, что говорить о существовании целостной системы электронного документооборота либо о существовании электронной формы процессуальных документов в настоящее время не представляется возможным по причине их фрагментарной легитимизации в УПК РФ [58, с. 76].

В УПК РФ упоминается о том, что:

- процессуальные документы могут быть выполнены электронным способом (ч. 2 ст. 474);

- приложением к протоколу следственного действия может выступать информация на электронных носителях (ч. 8 ст. 166);

- применяются фотографирование, аудио-и видеозапись и иные технические средства (ст. 106, 186, 189);

- в качестве вещественных доказательств могут выступать документы на электронных носителях (ч. 4 с. 81);

- следователем по решению суда могут быть проведены осмотр и выемка электронных сообщений или передаваемых по сетям электросвязи сообщений (ч. 7 ст. 185);

- исполнительный лист вместе с копией приговора, определения, постановления суда может направляться судом для исполнения судебному приставу-исполнителю в форме электронного документа, подписанного судьей усиленной квалифицированной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (ч. 2 ст. 393);

- возможно получение потерпевшим или его законным представителем отдельных видов информации на электронных носителях (ч. 5.1 ст. 42).

С 1 января 2017 года вступили в силу дополнения в УПК РФ, регламентирующие, по сути, электронное взаимодействие судов и заинтересованных лиц: Федеральный закон от 23 июня 2016 года № 220-ФЗ в УПК РФ ввел статью 474.1, регулирующая порядок использования электронных документов в уголовном судопроизводстве применительно к суду1.

1 О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти: Федер. закон от 23 июня 2016 г. № 220-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2016. № 26, ч. 1, ст. 3889.

Указанные положения корреспондируют действующей в настоящее время Федеральной государственной программе (ФГП) «Информационное общество (2011-2020 годы)», направленной, прежде всего, на электронное взаимодействие государственных органов между собой и с гражданами или организациями при обеспечении и реализации их прав через отраслевые информационные системы или многофункциональные центры.

Планируется дальнейшее развитие применения интернет-технологий в российском уголовном судопроизводстве. Президиум правительственной комиссии по цифровому развитию, использованию информационных технологий для улучшения качества жизни и условий ведения предпринимательской деятельности 4 февраля 2019 года определил 25 приоритетных жизненных ситуаций, для которых к 2021 году будут созданы суперсервисы - комплексы цифровых госуслуг, в том числе суперсервисы для подачи заявлений в правоохранительные органы онлайн, для цифрового исполнительного производства и осуществления правосудия с использованием интернет-сервисов [37].

Однако это лишь первые шаги в направлении введения электронного уголовного дела, которое предполагает замену бумажного документооборота электронным, при котором все или большая часть актов составляются в режиме онлайн в заранее разработанной и утвержденной форме, предполагающей заполнение необходимых полей. Только такая форма, а отнюдь не совокупность отсканированных документов, как это предлагается Ю. Н. Познанским [41, с. 43], О. В. Качаловой, Ю. А. Цветковым [24, с. 98], и применяется в отдельных государствах [40, с. 85]. Она имеет множество преимуществ: будучи разработанной в соответствии со всеми требованиями закона и с учетом выявленных практикой недостатков процессуальных документов, такая форма обеспечит законность составляемых процессуальных актов.

В качестве примера приведем обязанность должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство, разъяснять подозреваемому, обвиняемому, свидетелю, потерпевшему и другим участникам право не свидетельствовать против самого себя, своего супруга и близких родственников, гарантированное соответствующими нормами УПК РФ. При разъяснении

указанным лицам содержания статьи 51 Кон-ституции1 недостаточно, чтобы в соответствующем протоколе (не имеет значения, выполнен ли протокол рукописно или с помощью технических средств) содержалась лишь отметка о выполнении этого требования без раскрытия текста конституционной нормы: нельзя исключить, что было предложено поставить подпись в соответствующей графе без изложения конституционного положения о свидетельском иммунитете либо, в случае недобросовестных действий правоприменителя, и вовсе было разъяснено искаженное содержание этой нормы. Включение в заполняемый в режиме онлайн электронный бланк протокола допроса текста статьи 51 Конституции позволит исключить подобную неправомерную практику, защитить права допрашиваемых лиц и обеспечить допустимость полученных доказательств: как известно, невыполнение этого требования

влечет недопустимость показаний указанных

2

лиц .

Достижение этой цели возможно, если только электронное уголовное дело будет содержать бланки, соответствующие всем требованиям законодательства. Опыт введения бланков процессуальных документов на законодательном уровне в условиях нестабильного состояния уголовно-процессуального законодательства и вследствие этого последующее их исключение из УПК РФ требуют системного понимания необходимости сначала создания алгоритмов уголовного судопроизводства, стабильности законодательства, конкретности и простоты правового регулирования; именно на этой основе необходимо осуществлять переход к электронному делу. Большое значение имеет создание электронных бланков (электронных форм), соответствующих требованиям УПК РФ и содержащих процессуальные гарантии защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства. Важно предусмот-

1 Конституция Российской Федерации: принята всенар. голосованием 12 дек. 1993 г. (с учетом поправок, внесенных законами РФ о поправках к Конституции РФ от 21 июля 2014 г. № 11-ФКЗ) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2014. № 31, ст. 4398.

2 О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия [Электронный ресурс]: постановление Пленума ВС РФ

от 31 окт. 1995 г. № 8 (в ред. от 03.03.2015). Пункт 18. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

реть все риски и обеспечить их недопущение процессуальными гарантиями. С этих позиций разработка самих форм имеет огромное значение для обеспечения законности производства.

При их разработке следует изучить и учесть зарубежный опыт: электронное уголовное дело и единая цифровая платформа, объединяющая государственные органы и других участников уголовного судопроизводства, уже достаточно широко и успешно применяются в ряде зарубежных государств (в Австралии, Казахстане, Саудовской Аравии, Сингапуре, Турции, Эстонии и др.).

Так, Уголовно-процессуальный кодекс Эстонской Республики3 предусматривает, что судебное уголовное дело может вестись полностью или частично в электронно-цифровой форме (ст. 160.1), причем в перспективе предполагается переход на обязательное ведение электронно-цифрового судебного дела и в полном объеме: от заявления о возбуждении уголовного дела до исполнительного производства. Если дело ведется в электронно-цифровой форме полностью, то те документы, которые существуют на бумажном носителе, сканируются и записываются в системе электронного дела «e-toimik» в разделе для соответствующего производства. Через эту систему подаются электронно-цифровые ходатайства, жалобы и иные документы. При этом необходимо заполнить ряд предлагаемых системой полей, требующих от заявителя указать все необходимые реквизиты документа, поставить галочку под разъяснением об уголовной ответственности за заведомо ложный донос (в случае обращения с заявлением о преступлении), что обеспечивает соответствие формы документа требованиям законодательства. Если непрофессиональные участники могут выбирать способ подачи документов в органы предварительного расследования и в суд (традиционный или электронный), то все профессиональные участники (например, адвокаты, государственные органы или органы местного самоуправления) подают заявления, жалобы и иные документы лицу, ве-

3 Уголовно-процессуальный кодекс Эстонской Республики от 12 февр. 2003 г. RT I 2003, 27, 166 (в ред., действующей с 1 июля 2019 г. по 31 декабря 2019 г.) // Государственный вестник: Сводные тексты переводов эстонского законодательства на английский язык. URL: https://www.rngi-teataja.ee/akt/13311874?leiaKehtiv (дата обращения: 20.08.2019).

дущему производство, только электронным способом. Суд незамедлительно предоставляет сторонам доступ в системе электронного дела «e-toimik» ко всем процессуальным документам судопроизводства. Составной частью «е4о^к» являются цифровые фотографии, звуко- или видеозапись судебного заседания в цифровом виде, копии которых могут предоставляться сторонам за плату. Через указанную систему могут рассылаться электронные повестки (в качестве одного из вариантов извещения участников), она используется при разрешении ходатайств о внесении исправлений в протокол судебного заседания, при вынесении решений об определении размера оплаты труда защитника, участвующего по назначению, и объема возмещения издержек и т. д.

Ведение уголовных дел в электронной форме и использование Интегрированной системы уголовно-процессуальной информации учреждений досудебного следствия, прокуратуры и суда в ходе досудебного следствия предусмотрены статьей 8.1 УПК Литовской Республики1 .

УПК Украины в статье 35 закрепляет положение о функционировании Единой судебной информационно-телекоммуникационной системы, обеспечивающей, в частности, объективное и беспристрастное распределение материалов уголовного производства между судьями с соблюдением принципов очередности и одинакового количества производств для каждого судьи, определение присяжных для судебного разбирательства из числа лиц, внесенных в список присяжных, предоставление физическим и юридическим лицам информации о состоянии рассмотрения материалов уголовного производства, регистрацию входящей и исходящей корреспонденции и этапов ее движения, ведение судебного процесса в судебном заседании в режиме видеоконференции2.

Отдельные элементы электронного уголовного дела предусмотрены законом Королев-

1 Уголовно-процессуальный кодекс Литовской Республики от 14 марта 2002 г. № IX-785 (идентификационный код 1021010ISTA00IX-785 (в ред. от 27.06.2019) // Реестр законодательных актов Литовской Республики. URL: https://www.e-tar.lt/portal/lt/legalAct/TAR.EC588C321777/ UNqWwsXDMa (дата обращения: 20.08.2019).

2 Уголовно-процессуальный кодекс Украины от 13 апреля 2012 г. № 4651-VI (в ред. от 18.10.2018 г.) [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «Континент».

ства Швеции «О судебной процедуре»3, статья 8 главы 30 которого допускает составление приговора в электронном виде и подписание электронной подписью, в соответствии со статьей 3 Регламента № 910/2014 Европейского парламента и Совета Европейского Союза4.

Как и в других государствах, в России электронное уголовное дело должно существовать в рамках единой цифровой платформы, в которую интегрирована и система подачи электронных обращений, в том числе сообщений о преступлении. При разработке подобной системы полезен будет опыт государств, уже внедривших такие системы.

В разных странах различаются подходы к способам идентификации лица, обращающегося с заявлением о преступлении. В одних государствах требуется обязательная идентификация заявителя. Так, в Эстонской Республике любое обращение предполагает вход лица в систему e-toimik с помощью ГО-карты или тоЫй-ГО - идентификации личности через мобильный телефон. В Республике Казахстан заявитель должен подписать обращение (электронный документ) электронной цифровой подписью, которая бесплатно выдается всем желающим, либо, при отсутствии таковой, посредством СМС-информирования [34, с. 15]. Таким образом подаются любые обращения, включая замечания на протокол судебного разбирательства, ходатайство о восстановлении срока на подачу апелляционных (частной) жалобы, возражения на апелляционные (частные) жалобы и на апелляционное ходатайство прокурора, ходатайства, протесты, представления о пересмотре вступивших в законную силу судебных актов и т. д. (ст. 348, 348-1, 419, 420, 488 и др. УПК Республики Казахстан5).

О судебной процедуре: закон Королевства Швеция от 18 июля 1942 г. (в ред. от 04.06.2018) // Сервер правовой информации Королевства Швеция. URL: http://www.noti-sum.se/Pub/Doc.aspx?url=/rnp/sls/lag/19420740.htm (дата обращения: 20.08.2019).

4 Об электронной идентификации и удостоверительных сервисах для электронных транзакций на внутреннем рынке и об отмене Директивы 1999/93/ЕС [Электронный ресурс]: Регламент Европейского парламента и Совета Европейского Союза от 23 июля 2014 г. № 910/2014. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

5 Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан от 4 июля 2014 г. № 231-V ЗРК (ред. от 01.04.2019) // Информационно-правовая система нормативных правовых актов Республики Казахстан. URL: http://adilet.zan.kz/rus/ docs/K1400000231 (дата обращения: 20.08.2019).

В других государствах допускаются анонимные обращения, в том числе в электронной форме, либо ведется поиск обеспечения этой возможности. Например, в Саудовской Аравии разрешены анонимные обращения в полицию с электронными жалобами через интернет-приложения, поскольку считается, что это позволяет выявлять больше преступлений за счет обращений лиц, которые желают скрыть личность из-за возможных рисков или опасности [69, рр. 5-8]. Вместе с тем анонимные обращения существенно затрудняют работу с полученной информацией, делают невозможным предупреждение заявителя об уголовной ответственности за заведомо ложный донос, не позволяют получить у него объяснения. Указанные проблемы могут быть преодолены также с помощью цифровых технологий, а именно посредством внедрения разрабатываемых схем онлайновой отчетности о преступлениях, основанных на облачной технологии, которая сочетает в себе цифровые сертификаты, симметричные ключи, асимметричные ключи и цифровые подписи. Это позволяет, с одной стороны, обеспечить лицу анонимность, а с другой -в установленных законом случаях и только в определенных пределах - идентифицировать заявителя [70, р. 255].

При этом во всех случаях электронное обращение в правоохранительные органы или в суд как с заявлением о преступлении, так и в рамках существующего уголовного дела требует заполнения заранее заданных полей, сопровождающихся разъяснениями, примерами, ссылками на правовые нормы, что в совокупности служит обеспечению процессуальной формы процессуальных документов.

В этой связи вспоминается статья В. Самолина, где автор призывал удалить с информационных стендов судов образцы исковых заявлений и других процессуальных документов, поскольку в результате их использования непрофессиональные участники реже обращаются за квалифицированной юридической помощью, снижается качество подаваемых документов, трансформирующихся в «размышления по поводу состоявшихся правоотношений, а не заявления, составленные в соответствии с законом», повышается вынужденная процессуальная активность суда по собиранию доказательств, а в условиях состязательного процесса

права и интересы отдельных участников могут оказаться незащищенными [48, с. 32].

Ошибка таких рассуждений заключается в том, что задачей государства является всемерное обеспечение доступа к правосудию. Механизм обеспечения должен одновременно включать и квалифицированную юридическую помощь, и предоставление широких возможностей по самостоятельной защите участниками своих прав. Эти компоненты должны не исключать друг друга, а эффективно дополнять. Не случайно классическая триада обеспечения права обвиняемого на защиту включает три элемента: 1) совокупность прав обвиняемого по защите от обвинения; 2) право иметь защитника (и весь комплекс правовых положений, связанных с участием защитника в производстве по уголовному дела, осуществление защиты по назначению суда, следователя, дознавателя и по соглашению с обвиняемым, случаи обязательного участия защитника, запрет отказа защитника от принятой на себя защиты и т. д.); 3) корреспондирующая указанным правам обязанность государственных органов и должностных лиц, ведущих уголовное судопроизводство, разъяснить их обвиняемому и обеспечить возможность их реализации.

Электронное уголовное дело позволит на новом уровне обеспечить доступ к правосудию и соблюдение процессуальной формы участниками. Формы процессуальных документов должны сопровождаться не только разъяснениями, примерами, но и гиперссылками на законодательство и судебную практику. Причем должна существовать возможность не просто открытия отдельных правовых норм или извлечений из судебных решений, но и перехода в ГАС «Правосудие», справочно-правовые системы [8, с. 20].

При заполнении бланков онлайн лицам, не владеющим языком судопроизводства, либо владеющим им в недостаточной степени, должна обеспечиваться бесплатная помощь переводчика, в том числе дистанционная [11, с. 282].

Внедрение указанных технологий приобретает особую значимость при составлении наиболее сложных для непрофессиональных участников обращений, к форме и содержанию которых закон предъявляет жесткие требования. Применительно к России - это заявление о возбуждении уголовного дела частного обви-

нения, апелляционная, кассационная, надзорная жалоба. Наличие электронного бланка с различными материалами, помогающими заявителю при его заполнении, способно обеспечить соблюдение этих требований, минимизировать случаи возвращения указанных обращений заявителю для устранения замечаний, ускорить принятие по ним решений.

Несмотря на достоинства цифровизации уголовного судопроизводства, в перспективе для непрофессиональных участников (обвиняемого, потерпевшего и др.) должна сохраниться возможность выбирать традиционную (на бумажном носителе) или электронную форму обращения в правоохранительные органы и в суд, будь то заявление о преступлении или ходатайство, жалоба в рамках возбужденного уголовного дела. Это обеспечит участникам соблюдение их прав с учетом различного уровня компьютерной грамотности населения и различных технических возможностей.

Актуальной проблемой использования электронных документов является необходимость установления волеизъявления субъектов, от имени которых они поступают (с целью идентификации лица). Цифровая подпись (определенный математический алгоритм) позволяет решать эту задачу, имеющую как юридическое, так и социальное значение. Однако мало кто из россиян имеет цифровую подпись, что создает определенные препятствия для широкого распространения электронного взаимодействия государственных органов и заинтересованных лиц в сфере уголовного судопроизводства.

Необходимость составления электронных документов в режиме онлайн с заранее заданными полями будет служить соблюдению законности и при составлении процессуальных документов профессиональными участниками, в том числе при принятии решений, позволит исключить из правоприменительной практики ряд ошибок. Например, внедрение в электронное уголовное дело «калькулятора назначения наказания» не позволит суду назначить наказание более строгое, чем предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

Однако, чтобы электронное уголовное дело действительно выполняло указанные задачи, способствовало соблюдению всеми участниками процессуальной формы при составлении

заявлений, ходатайств, жалоб, протоколов, решений, необходима глубокая, тщательная разработка их формы с привлечением ученых и практиков, на основе анализа не только требований закона, но и масштабного обобщения правоприменительной практики, экспертной оценки подготовленных проектов процессуальных актов, их предварительной экспериментальной апробации.

О необходимости проведения большой подготовительной работы свидетельствует весь предшествующий опыт работы с образцами и бланками процессуальных документов. Не случайно практически все издававшиеся в прежние годы сборники образцов уголовно-процессуальных актов, а также включенные в УПК РФ формы документов подвергались критике за отсутствие необходимых ссылок на законодательство, несоответствие требованиям закона и др. Причем эти недостатки образцов и бланков вовсе не были безобидными, а оказывали негативное влияние на правоприменительную практику [25, с. 81].

Соблюдению процессуальной формы должностными лицами будет способствовать не только введение системы электронного уголовного дела на единой цифровой платформе, но и создание цифровой информационной системы для оперативно-розыскных мероприятий, как это предусмотрено, например, статьей 126.17 УПК Эстонской Республики. Это важно как для обеспечения законности самой оперативно-розыскной деятельности, так и для уголовного судопроизводства в случае представления полученных результатов в органы предварительного расследования или в суд с тем, чтобы обеспечить допустимость этих сведений в качестве доказательств.

Таким образом, электронный документ в определенной степени можно назвать преемником прежних бланков процессуальных документов, в котором сохраняются и развиваются их преимущества - обеспечение соблюдения всеми участниками установленной законом процессуальной формы, установление дополнительных гарантий принципов законности, разумного срока уголовного судопроизводства, обеспечение доступа к правосудию, состязательности сторон, права на обжалование. Разница в том, что электронный документ - это не просто разработанный процессуальный бланк, а процессуальный бланк, заполненный в режиме онлайн.

Электронное уголовное дело в государствах англоамериканской и континентальной системы права и перспективы развития российского уголовного судопроизводства

При сохранении сущностных различий уголовного судопроизводства в государствах англо-американской и континентальной системы права современный этап развития уголовного процесса различных государств характеризуется гармонизацией, а в определенных вопросах - и унификацией, являющихся частью международной правовой интеграции, в которую вовлекается и Россия [6, с. 16-17]. Важную роль в этом играют международные организации, вырабатывающие единые стандарты уголовного судопроизводства, основанные в первую очередь (но не только) на защите прав и свобод личности [10, с. 19; 52, с. 12; 53, с. 5-21].

Самостоятельным направлением «выравнивания» процессуальной формы уголовного судопроизводства является его цифровизация, затрагивающая все государства без исключения, хотя объем и характер внедрения цифровых технологий имеет существенные различия, обусловленные в первую очередь техническими и экономическими возможностями конкретного государства.

Неравномерность этого процесса проявляется в том, что в одних государствах пока продолжают использоваться лишь традиционные технические средства, такие как фотографирование вещественных доказательств, аудио- и видеозапись процессуальных действий, электронные контрольные средства при домашнем аресте, устройства, изменяющие голос лица, в отношении которого применяются меры безопасности, и т.д., в других наблюдается активное внедрение элементов цифровизации, в первую очередь использование аудио- и видеоконфе-ренцсвязи, третья группа государств характеризуется «развитой цифровизацией», включающей введение электронного уголовного дела и единой цифровой платформы, объединяющей государственные органы и других участников уголовного судопроизводства. Причем национальное законодательство отличается большой вариативностью в части сочетания конкретных элементов цифровизации уголовного процесса и использования электронной информации. При этом нередко предусматриваются самобытные нормы: следственные действия в виде

аудита сайта (п. 5 ч. 1 ст. 215 УПК Латвийской Республики1) и установления местонахождения радиоэлектронного средства (ст. 268 УПК Украины); наложение ареста на электронные деньги (ч. 10 ст. 132 УПК Республики Беларусь2); запрет публикации в средствах массовой информации изображений задержанного, обвиняемого, потерпевшего без из согласия, полученных в ходе процессуальных действий с помощью фото, видео или других технических средств, за исключением случаев, когда это необходимо для выявления или предотвращения преступления (ст. 63, 66, 97 УПК Латвийской Республики); вызов лица в орган уголовного преследования или суд; направление ему документов по электронной почте или посредством других электронных систем сообщения (п. 2 и 3 ч. 1 § 155, § 156Ь и 157а Закона Королевства Дании об отправлении правосудия3, ч. 1.1 ст. 236 УПК Республики Молдова4); установление в законе требований к научно-техническим средствам, применяемым при собирании доказательств (ч. 3 ст. 137 УПК Туркменистана5); отнесение к процессуальным издержкам расходов, связанных с проведением судебного заседания в режиме видеоконференцсвязи (п. 7.1 ст. 318 УПК Республики Узбекистан6); определение в законе расстояния, отделяющего свидетеля от суда, с учетом различных спосо-

1 Уголовно-процессуальный кодекс Латвийской Республики от 21 апр. 2005 г. (в ред. от 20.06.2018) // Правовые акты Латвийской Республики. URL: https://likumi.lv/ doc.php?mode=DOC&id=107820 (дата обращения: 20.08.2019).

2 Уголовно-процессуальный кодекс Республики Беларусь от 16 июля 1999 г. № 295-З (с изм. и доп. по состоянию на 09.01.2019 г.). URL: https://online.zakon.kz/document/?doc _id=30414958 (дата обращения: 20.08.2019 г.).

3 Об отправлении правосудия: закон Королевства Дания 1916 года (в ред. от 16.11.2015) // База данных Всемирной Организации Интеллектуальной Собственности по законам и договорам в области интеллектуальной собственности (WIPO Lex). URL: http://www.wipo.int/wipolex/en/ details.jsp?id=16699 (дата обращения: 20.08.2019).

4 Уголовно-процессуальный кодекс Республики Молдова от 14 марта 2003 г. № 122-XV (с изм. и доп. по состоянию на 29.11.2018 г.). URL: https://online.zakon.kz/document/? doc_id=30397729 (дата обращения: 20.08.2019 г.).

5 Уголовно-процессуальный кодекс Туркменистана от 18 апр. 2009 г. № 28-IV (в ред. от 02.03.2019) // Офиц. сайт М-ва юстиции Туркменистана. URL: http://min-just.gov.tm/ru/mmerkezi/doc_view.php?doc_id=8332 (дата обращения: 20.08.2019).

6 Уголовно-процессуальный кодекс Республики Узбекистан от 22 апр. 1994 г. (в ред. от 08.07.2019) // Национальная база данных законодательства Республики Узбекистан. URL: http://www.lex.uz/docs/111463 (дата обращения: 20.08.2019).

бов передвижения, служащее основанием для его дистанционного допроса (ст. 109 и 109а УПК Королевства Норвегии1) и др.

Несмотря на различия как самого порядка уголовного судопроизводства в государствах, принадлежащих к разным системам права и правовым семьям, так и объема и проявлений его цифровизации, введение электронного дела (уже состоявшееся или перспективное) позволит внести существенный вклад в стандартизацию уголовно-процессуальной деятельности благодаря необходимости заполнения электронных форм, разработанных в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права, а также международных договоров, включая важнейшие документы Организации Объединенных Наций, Совета Европы, Европейского Союза, иных международных организаций. В любом случае электронные формы, которые необходимо заполнять, должны иметь четкие алгоритмы, основанные на уголовно-процессуальном законодательстве и обеспеченные процессуальными гарантиями для защиты от всевозможных рисков.

Вместе с тем на содержание электронного дела неизбежно накладывают отпечаток особенности англо-американской и континентальной систем уголовного судопроизводства. Главным образом это касается досудебных стадий, поскольку судебное разбирательство повсеместно построено на основе устности, непосредственности, гласности, состязательности, а его ход все шире фиксируется с помощью аудио- и (или) видеопротоколирования [9, с. 136-158], результаты которого становятся частью электронного уголовного дела.

Иная ситуация с досудебным производством, письменная форма которого жестко регламентирована законом и определяет требования к доказыванию и доказательствам в России, Германии, Франции, Италии. Напротив, отсутствие письменной формы (так называемого уголовного дела, которое представлено сброшюрованными письменными документами, отображающими все действия и решения) в

1 Уголовно-процессуальный кодекс Королевства Норвегия от 22 мая 1981 г. № 25 (в ред. от 04 .09.2015 № 91) // База данных Всемирной Организации Интеллектуальной Собственности по законам и договорам в области интеллектуальной собственности (WIPO Lex). URL: https://wipolex. wipo.int/en/legislation/details/15983 (дата обращения: 20.08.2019).

США, Великобритании требует фиксации только фактов, о которых по общему правилу перед судом сообщают те, кто их установил. Например, эксперт дает свое заключение в устной форме перед судом. Показания свидетеля -это также сведения, устно изложенные перед судом, а не сообщенные детективу.

В странах, где отсутствует письменная форма досудебного производства (и соответственно предъявляются иные требования к доказательствам), проще оцифровать уголовное судопроизводство, ибо оно представляет собой обращения граждан и реакцию на них государства, обмен информацией, а также видеофиксацию различных следов, возможность дачи показаний перед судом дистанционно через ви-деоконференцсвязь. В государствах англоамериканской системы права показания даются только суду, что исключает оглашение в судебном заседании сведений, ранее сообщенных представителю одной из сторон. Это очень существенное различие, определяющее степень состязательности и равенства сторон перед судом и влияющее на содержание электронного уголовного дела.

Если досудебное производство в России останется без изменений, то под его цифровизаци-ей так или иначе будут понимать «оцифровку всех бумаг», отображающих производство по делу, что в конечном итоге сделает невозможным построение электронного уголовного судопроизводства в истинном понимании его сути.

Результаты

В связи с изложенным представляется, что использование опыта государств с состязательным типом уголовного процесса и трансформация досудебных стадий посредством дальнейшего внедрения в них элементов состязательности, а равно дополнительных гарантий доступа к правосудию позволят адаптировать российский уголовный процесс к новой цифровой реальности. Такими элементами должны стать:

- новый подход к досудебному производству как к государственной услуге по обеспечению участникам, не наделенным властными полномочиями, доступа к правосудию в уголовном судопроизводстве, в том числе путем формирования и обоснования уголовно-правовой претензии о нарушении уголовно-правового запрета [33, с. 146];

- трансформация предварительного (предшествующего, перспективного) судебного контроля в досудебном производстве с тем, чтобы в суд на равных с органами предварительного расследования условиях могли обращаться с ходатайствами (а не только с жалобами) и другие участники уголовного судопроизводства, например с ходатайствами о депонировании доказательств [15, с. 8-16], о принятии мер по обеспечению гражданского иска, об отмене мер процессуального принуждения и др. [35, с. 12-15];

- трансформации предварительного судебного контроля в организационно самостоятельный судебный орган, обеспечивающий доступ к правосудию путем рассмотрения обращений на начальном этапе уголовного судопроизводства;

- изменение полномочий прокурора в досудебном производстве с тем, чтобы именно на него возлагалось выдвижение, обоснования обвинения и впоследствии поддержание его перед судом;

- электронное взаимодействие государственных органов и должностных лиц между собой (включая, например, высокотехнологичный прокурорский надзор [36, с. 21]), а также электронное взаимодействие государства и общества (населения) при обеспечении всем участникам цифрового равенства.

Заключение

Внедрение электронного уголовного дела и электронного взаимодействия участников уголовного судопроизводства - сложный многоэтапный процесс, включающий и правовое регулирование, и внедрение автоматизированных систем электронного документооборота.

Нельзя представлять электронное дело как «оцифровку» существующего огромного потока бумажного документооборота на фоне нестабильного разбалансированного законодательства. Потребуются усилия, направленные на правовое урегулирование общественных отношений в новой цифровой реальности, избавление от всего затратного, ненужного, техническое перевооружение, установление системы информационной безопасности, обучение следователей, дознавателей, прокуроров, судей.

Изменение законодательства не может ограничиваться урегулированием технических

аспектов введения электронного уголовного дела. Оно должно предусматривать принципиально новый алгоритм (законодательную модель) досудебного производства, в основе которого будет лежать дальнейшее развитие состязательности и равенства сторон, обеспечение доступа к правосудию.

Эта модель (алгоритм) должна предусматривать правовые возможности подачи электронного сообщения о преступлении, получение электронных копий процессуальных решений, обеспечивающих или блокирующих доступ к правосудию (о регистрации сообщения и начале расследования, об отказе в начале расследования, о приостановлении и прекращении производства по делу и т. д.). Заинтересованные лица должны иметь правовую возможность электронного взаимодействия не только с судом (судьей), но и с прокурором и следователем (дознавателем).

Необходимо установление электронного взаимодействия как по горизонтали - между государственными органами и заинтересованными лицами, так и по вертикали (между государственными органами).

При любых новых явлениях, основанных на современных информационных технологиях, в сфере уголовного судопроизводства следует сохранить его принципиальную основу, оптимальное соотношение между публичным и диспозитивным началами уголовного судопроизводства, обеспечить цифровое равенство.

Развитие цифровых технологий и совершенствование законодательного регулирования использования электронного уголовного дела должно привести к оптимизации взаимодействия государственных органов и лиц, заинтересованных в доступе к правосудию, повысить доверие граждан к деятельности государственных органов, установить дополнительные гарантии принципов законности в уголовном судопроизводстве.

В целом цифровизация уголовного судопроизводства должна быть направлена не на облегчение деятельности государственных органов и должностных лиц, а на обеспечение демократизации, гуманизации, справедливости уголовного судопроизводства в интересах общества, государства, личности.

Библиографический список

1. Абдуллаев Э. М. О законодательном закреплении бланков процессуальных документов // Юридический вестник Дагестанского государственного университета. 2011. № 4. С. 34-36.

2. Алимов П. Извещение от 21 августа 1928 года // Еженедельник советской юстиции. 1928. № 32.

3. Альшевский Т. В. Образцы судебных документов по уголовным делам / под ред. Г.З. Анашкина. М.: Юрид. лит., 1976. 192 с.

4. Андреев М. К вопросу печатных бланках протоколов судебных заседаний // Еженедельник советской юстиции. 1924. № 3-4. С.72-73.

5. Андреев М., Бахров Г., Лозинский С. Уголовный процесс РСФСР / под ред. А. Я. Эстрина. Л.: Рабочий суд, 1927. 208 с.

6. Бахин С. В. Сотрудничество государств по сближению национальных правовых систем (унификация и гармонизация права): автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. СПб., 2003. 46 с.

7. Б-р Г. Почему в нарсудах нескоро рассматриваются дела // Еженедельник советской юстиции. 1927. № 10. С. 286.

8. Вилкова Т. Ю. Национальные порталы правовой информации как гарантия принципа обеспечения доступа к правосудию // Уголовное производство: процессуальная теория и криминалистическая практика: материалы VII Междунар. науч.-практ. конф. (25-26 апреля 2019 года, г. Симферополь-Алушта) / отв. ред. М. А. Михайлов, Т. В. Омельченко. Симферополь: ИТ «АРИАЛ», 2019. С. 19-21.

9. Вилкова Т. Ю. Принцип гласности уголовного судопроизводства: история, современность, перспективы. М.: Юрайт, 2019. 286 с.

10. Вилкова Т. Ю. Принципы уголовного судопроизводства в законодательстве государств с пандектной и институционной системой права // Законы России: опыт, анализ, практика. 2019. № 3. С. 18-22.

11. Вилкова Т. Ю. Реализация принципа языка уголовного судопроизводства на стадиях возбуждения уголовного дела и предварительного расследования в условиях развития цифровых технологий // Вопросы российского и международного права. 2019. Т. 9, № 3А. С.306-313.

12. Волков Н. Т. Руководство по составлению полицейских протоколов (по судебным и

административным делам) и по обнаружению и исследованию преступлений. [СПб.]: Юрид. кн. маг. Н.К. Мартынова, 1913. 292 с.

13. Воскобитова Л. А. Уголовное судопроизводство и цифровые технологии: проблемы совместимости// Lex Russica. 2019. № 5. С. 91-104. DOI: 10.17803/1729-5920.2019.150.5. 091-104.

14. Гаврилов Б. Я. Перераспределение процессуальных и надзорных полномочий между прокурором и руководителем следственного органа: объективная необходимость или волюнтаризм в праве? // Уголовное судопроизводство. 2009. № 4. С. 35-44.

15. Гамбарян А. С., Симонян С. А. Судебное депонирование показаний в современном уголовном процессе / под ред. С. С. Аветисяна. М.: Юрлитинформ, 2016. 156 с.

16. Гольдштейн М. Л. Движение уголовного процесса: практ. примеры. СПб.: Тип. СПб. т-ва «Труд», 1907. 373 с.

17. Грач. НОТ в органах юстиции // Еженедельник советской юстиции. 1928. № 34. С. 935-936.

18. Гуськова А. П., Муратова Н. Г. Судебное право: история и современность судебной власти в сфере уголовного судопроизводства. М.: Юрист, 2005. 176 с.

19. Дудко И. Л. Разъяснение обвиняемому особенностей рассмотрения уголовного дела судом с участием присяжных заседателей // Российский судья. 2005. № 3. С. 44-45.

20. Е. Ч. VI Всероссийский Съезд деятелей советской юстиции и вопрос о применении НОТ'а в судебных органах // Еженедельник советской юстиции. 1926. № 15. С. 461-464.

21. Ищенко В. Краткое практическое руководство для народных следователей. М.: Юрид. изд-во НКЮ РСФСР, 1925. 74 с.

22. Карп Н., Фрадкин Л. НОТ в органах юстиции. Новое в делопроизводстве // Еженедельник советской юстиции. 1928. № 19. С. 578-579.

23. Карп Н., Фрадкин Л. НОТ в органах юстиции. Основные принципы реформы управления // Еженедельник советской юстиции. 1928. № 31. С. 867-868.

24. Качалова О. В., Цветков Ю. А. Электронное уголовное дело - инструмент модернизации уголовного судопроизводства // Российское правосудие. 2015. № 2. С. 95-101.

25. Клигер А., Крапивник, Муромкин А. [Рецензия] // Социалистическая законность. 1950. № 9. С. 80-82. Рец. на кн.: Лебединский В. Г. Образцы основных прокурорско-следственных актов / под ред. Г.Н. Сафонова. М.: Гос. изд-во юрид. лит., 1949. 176 с.

26. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / отв. ред. Д. Н. Козак, Е. Б. Мизулина. М.: Юристъ, 2002. 1039 с.

27. Коновалов П. Рационализация судебного производства // Еженедельник советской юстиции. 1928. № 36-37. С. 1003-1004.

28. Кравченко. Больше внимания низовому аппарату // Еженедельник советской юстиции. 1927. № 8. С. 226.

29. Лагунов П. Следственные и административные органы в работе после изменений УК и УПК // Еженедельник советской юстиции. 1925. № 8. С. 195.

30. Лебединский В. Г. Образцы основных прокурорско-следственных актов / под ред. Г. Н. Сафонова. М.: Госюриздат, 1949. 175 с.

31. Макаров А., Фабрици П. Бланк процессуального документа не должен расширять содержание нормы УПК // Российская юстиция. 2003. № 2. С. 29.

32. Мартынов Н. К. Образцы и формы деловых бумаг (Письма, прошения, договоры, обязательства, судопроизв. бумаги и проч.). [СПб.]: Юрид. кн. маг. Н. К. Мартынова, 1898. 212 с.

33. Масленникова Л. Н. Трансформация досудебного производства в начальный этап уголовного судопроизводства, обеспечивающий доступ к правосудию в эру "Industry 4.0" // Актуальные проблемы российского права. 2019. № 6. С. 137-146. DOI: 10.17803/19941471.2019.103.6.137-146.

34. Масленникова Л. Н., Собенин А. А. Регистрация сообщения о преступлении и начало расследования в новой цифровой реальности // Российский следователь. 2019. № 6. С. 12-16.

35. Масленникова Л. Н., Сушина Т. Е. Обеспечение доступа к правосудию в Европейском союзе в условиях развития цифровых технологий // Мировой судья. 2019. № 7. С. 12-15.

36. Масленникова Л. Н., Таболина К. А. Оптимизация надзора прокурора за принятием решений, обеспечивающих доступ к правосудию, в условиях развития цифровых технологий // Законность. 2019. № 7. С. 18-22.

37. Минкомсвязь в ближайший месяц представит первые модели суперсервисов // Будущее России: национальные проекты. URL: https://futurerussia.gov.ru/nacionalnyeproekty/559 471?utm_source=tass&utm_medium=teaser&utm_ campaign=teaser_plista: (дата обращения: 20.08.2019).

38. Образцы процессуальных документов. Судебное производство / под ред. В. А. Давыдова. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт, 2019. 440 с.

39. Ожегов С. И. Словарь русского языка / под ред. Н. Ю. Шведовой. 17-е изд., стер. М.: Рус.яз., 1985. 797 с.

40. Пастухов П. С. Электронный документооборот в уголовном процессе США // Правопорядок: история, теория, практика. 2018. № 4. С. 81-87.

41. Познанский Ю. Н. Электронное уголовное дело в решении проблемы расследования уголовных дел в разумные сроки // Труды Академии управления МВД России. 2015. № 1. С.41-44.

42. Познышев С. В. Элементарный учебник русского уголовного процесса. М.: Г. А. Леман, 1913. 329 с.

43. Процессуальные акты предварительного расследования: примерные образцы / под ред. С. В. Бородина. М.: Юрид. лит., 1991. 240 c.

44. Процессуальные следственные акты. (Образцы основных актов) / отв. ред. А. И. Михайлов. М., 1973. 212 с.

45. Рейнке Н. Н. [Рецензия] // Право. 1916. № 2, ст. 134-135. Рец. на раб.: Якоби П. Н. Практическое руководство к составлению обвинительных актов и заключений. Пг.: Сенат. тип., 1915. 116 с.

46. Руднев М. Л., Кандель Г. Л. Уголовный процесс в его движении: пособие по изучению уголовного процесса для судебных работников с приложением образца уголовного дела. Одесса: Светоч, 1927. 270 с.

47. Савицкий Ф. Ф. Постановка вопросов на суде уголовном и сборник образцов вопросов по наиболее распространенным преступлениям: пособие для членов окруж. судов. Кишинев: Тип. Бессараб. губ. правл., 1913. 288 с.

48. Самолин В. Убрать из судов образцы исковых заявлений // Российская юстиция. 2001. № 4. С. 32.

49. Симсон С. К вопросу печатных бланках протоколов судебных заседаний // Еженедельник советской юстиции. 1924. № 15. С.352.

50. Случевский В.К. Учебник русского уголовного процесса. СПб.: Тип. М. М. Стасю-левича, 1913. 670 с.

51. Советский уголовный процесс / под ред. А. Я. Вышинского // Библиотечка районного прокурора. Вып. IV. М.: Юрид. изд-во НКЮ СССР, 1938. 72 с.

52. Сорокина Е. М. Гармонизация уголовно-процессуального законодательства в Европейском Союзе: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2016. 31 с.

53. Стойко Н. Г. Уголовный процесс западных государств и России: сравнительное теоретико-правовое исследование англоамериканской и романо-германской правовых систем. СПб.: Изд. дом С.-Петерб. гос. ун-та, 2006. 261 с.

54. Стройков В. Реализация права защитника на опрос лиц // Законность. 2004. № 6. С.52-54.

55. Томашевский А. Итоги работы Отделения выездных сессий Петрогубсуда // Рабочий суд. 1923. № 3-4. С. 29-31.

56. Уголовный процесс России: лекции-очерки / под ред. В. М. Савицкого. М.: Бек, 1997. 314 с.

57. Фрадкин Л. Вопросы НОТ'а. Стандартизация документов, функционирующих в местных органах юстиции // Еженедельник советской юстиции. 1928. № 4. С. 119-121.

58. Халиуллина Л. Г. Электронная форма процессуальных документов в уголовном процессе: проблемы теории и практики // Правопорядок: история, теория, практика. 2016. № 4 (11). С. 75-79.

59. Чебышев-Дмитриев А. П. Русское уголовное судопроизводство по судебным уставам 20 ноября 1864 г. СПб.: В. П. Печаткин, 1875. 756 с.

60. Чельцов М. А. Уголовный процесс. М.: Юрид. изд-во, 1948. 624 с.

61. Шереметьев И. И. Использование цифровых технологий при рассмотрении уголовных дел в суде: реальность и перспективы // Lex Russica. 2019. № 5. С. 117-131. DOI: 10.17803/1729-5920.2019.150.5.117-131.

62. Шрамченко М. П., Ширков В. П. Устав уголовного судопроизводства: С позднейшими узаконениями, законодат. мотивами, разъясн. Правительствующего сената и циркуляра М-ва юстиции. [СПб.]: Н.К. Мартынов, 1909. 1192 с.

63. Шутемова Т. Приложения к УПК: догма или руководство к действию? // Законность. 2002. № 10. С. 41-42.

64. Щегловитов С. Г. Устав уголовного судопроизводства. СПб.: Тип. А. С. Суворина, 1913. 948 с.

65. Якоби П.Н. Практическое руководство к составлению обвинительных актов и заключений. Пг.: Сенат. тип., 1915. 116 с.

66. Billard D., Bartolomei B. Digital Foren-sics and Privacy-by-Design: Example in a Block-chain-Based Dynamic Navigation System // Nal-di M., Italiano G., Rannenberg K., Medina M., Bourka A. (eds) Privacy Technologies and Policy. APF 2019. Lecture Notes in Computer Science. Vol. 11498. Pp. 151-160. Springer, Cham. DOI: https://doi.org/10.1007/978-3-030-21752-5_10.

67. Ning W., Zhi-Jun L. A Layer-Built Method to the Relevancy of Electronic Evidence. 2nd IEEE Advanced Information Management, Communicates, Electronic and Automation Control Conference (IMCEC). Xi'an, 2018. Pp. 416-420. DOI: 10.1109/IMCEC.2018. 8469682. URL: http://ieeexplore .ieee. org/stamp/stamp .j sp?tp=&arn umber=8469682&isnumber=8469184.

68. Pechnikov G., Shinkaruk V. Computing Systems (Computers) and Criminal Trial // Popko-va E. (eds) Ubiquitous Computing and the Internet of Things: Prerequisites for the Development of ICT. Studies in Computational Intelligence. Vol. 826. Pp. 265-274. Springer, Cham. DOI: https://doi.org/10.1007/978-3-030-13397-9_30.

69. Tabassum D. K., Shaiba D. H., Sham-rani S. and Otaibi S. E-Cops: An Online Crime Reporting and Management System for Riyadh City. 1st International Conference on Computer Applications & Information Security (ICCAIS). Riyadh, 2018. Pp. 1-8. DOI: 10.1109/CAIS.2018. 8441987.

70. Shih T.-F.; Chen C.-L.; Syu B.-Y.; Deng Y.-Y. A Cloud-Based Crime Reporting System with Identity Protection. Symmetry. 2019. 11(2):255. DOI: https://doi.org/10.3390/sym11020255.

References

1. Abdullaev E. M. O zakonodatel 'nom za-kreplenii blankov protsessual 'nykh dokumentov [About Legislative Fastening of Forms of Remedial Documents]. Yuridicheskiy vestnik Dagestans-kogo gosudarstvennogo universiteta - Law Herald of Dagestan State University. 2011. Issue 4. Pp. 34-36. (In Russ.).

2. Alimov. Izveshchenie ot 21 avgusta 1928 goda [Notice of August 21, 1928]. Ezhenedel'nik sovetskoy yustitsii - Soviet Justice Weekly. 1928. Issue 32. P. 900. (In Russ.).

3. Al 'shevskiy T. V. Obraztsy sudebnykh dokumentov po ugolovnym delam / pod red. G. Z. Anashkina [Samples of Judicial Documents in Criminal Cases; ed. by G. Z. Anashkin]. Moscow, 1976. 192 p. (In Russ.).

4. Andreev M. K voprosu pechatnykh blan-kakh protokolov sudebnykh zasedaniy [To the Issue of Letterheads of Court Records]. Ezhenedel'nik sovetskoy yustitsii - Soviet Justice Weekly. 1924. Issue 3-4. Pp. 72-73. (In Russ.).

5. Andreev M., Bakhrov G., Lozinskiy S. Ugolovnyy protsess RSFSR / pod red. A. Ya. Estrina [Criminal Procedure of the RSFSR; ed. by A. Ya. Estrin]. Leningrad, 1927. 208 p. (In Russ.).

6. Bakhin S. V. Sotrudnichestvo gosudarstv po sblizheniyu natsional 'nykh pravovykh sistem (unifikatsiya i garmonizatsiya prava): avtoref. dis. ... d-ra yurid. nauk [Cooperation of States on the Approximation of National Legal Systems (Unification and Harmonization of Law): Synopsis of Dr. jurid. sci. diss.]. St. Petersburg, 2003. 46 p. (In Russ).

7. B-r G. Pochemu v narsudakh neskoro rassmatrivayutsya dela [Why People's Courts Take So Long to Consider Cases]. Ezhenedel'nik sovetskoy yustitsii - Soviet Justice Weekly. 1927. Issue 10. P. 286. (In Russ.).

8. Vilkova T. Yu. Natsional'nye portaly pravovoy informatsii kak garantiya printsipa ob-especheniya dostupa k pravosudiyu [National Legal Information Portals as a Guarantee of Access to Justice]. Ugolovnoe proizvodstvo: protsessual 'naya teoriya i kriminalisticheskaya praktika: materialy VII Mezhdunarodnoy nauchno-prakticheskoy konferentsii, 25-26 aprelya 2019 goda, g. Simferopol'-Alushta / otv. red. M. A. Mikhaylov, T. V. Omel 'chenko [Criminal Proceedings: Procedural Theory and Forensic Practice: Proceedings of the VII International

Scientific and Practical Conference, April 25-26, 2019, Simferopol-Alushta; ed. by M.A. Mikhaylov, T.V. Omelchenko]. Simferopol, 2019. Pp. 19-21. (In Russ.).

9. Vilkova T. Yu. Printsip glasnosti ugolov-nogo sudoproizvodstva: istoriya, sovremennost', perspektivy [The Principle of Publicity in Criminal Proceedings: History, Present, Prospects]. Moscow, 2019. 286 p. (In Russ.).

10. Vilkova T. Yu. Printsipy ugolovnogo sudoproizvodstva v zakonodatel'stve gosudarstv s pandektnoy i institutsionnoy sistemoy prava [Principles of Criminal Proceedings in the Legislation of the States with a Pandemic and Institutional System of Law]. Zakony Rossii: opyt, analiz, praktika - Laws of Russia: Experience, Analysis, Practice. 2019. Issue 3. Pp. 18-22. (In Russ.).

11. Vilkova T. Yu. Realizatsiya printsipa ya-zyka ugolovnogo sudoproizvodstva na stadiyakh vozbuzhdeniya ugolovnogo dela i predvaritel 'nogo rassledovaniya v usloviyakh razvitiya tsifrovykh tekhnologiy [Implementation of the Principle of the Language of Criminal Proceedings at the Stages of Initiation of a Criminal Case and Preliminary Investigation under Conditions of the Development of Digital Technology]. Voprosy rossiyskogo i mezhdunarodnogo prava - Matters of Russian and International Law. 2019. Vol. 9. Issue 3A. Pp. 306313. (In Russ.).

12. Volkov N. T. Rukovodstvo po sostavleniyu politseyskikh protokolov (po sudebnym i admini-strativnym delam) i po obnaruzheniyu i issledova-niyu prestupleniy [Guidance on the Compilation of Police Charge Sheets (in Judicial and Administrative Cases) and on the Detection and Investigation of Crimes]. St. Petersburg, 1913. 292 p. (In Russ.).

13. Voskobitova L. A. Ugolovnoe sudo-proizvodstvo i tsifrovye tekhnologii: problemy sovmestimosti [Criminal Justice and Digital Technology: Compatibility Issue]. Lex Russica. 2019. Issue 5. Pp. 91-104. DOI: 10.17803/17295920.2019.150.5.091-104. (In Russ.).

14. Gavrilov B. Ya. Pereraspredelenie prot-sessual'nykh i nadzornykh polnomochiy mezhdu prokurorom i rukovoditelem sledstvennogo organa: ob ' 'ektivnaya neobkhodimost' ili volyuntarizm v prave? [Redistribution of Procedural and Supervisory Powers between the Prosecutor and the Head of the Investigative Body: Objective Necessity or Voluntarism in Law?]. Ugolovnoe sudoproiz-vodstvo - Criminal Judicial Proceeding. 2009. Issue 4. Pp. 35-44. (In Russ.).

BußKoea T. W., MacnennuKoea fl. H.

15. Gambaryan A. S., Simonyan S. A. Sudeb-noe deponirovanie pokazaniy v sovremennom ugo-lovnom protsesse / pod red. S.S. Avetisyana [Judicial Deposition of Evidence in Modern Criminal Proceedings; ed. by S.S. Avetisyan]. Moscow, 2016. 156 p. (In Russ.).

16. Gol'dshteyn M. L. Dvizhenie ugolovnogo protsessa: Prakticheskie primery [Execution of Criminal Procedure: Case Studies]. St. Petersburg, 1907. 373 p. (In Russ.).

17. Grach. NOT v organakh yustitsii [Scientific Organization of Labor in Judicial Bodies]. Ezhenedel 'nik sovetskoy yustitsii - Soviet Justice Weekly. 1928. Issue 34. Pp. 935-936. (In Russ.).

18. Gus'kova A. P., Muratova N. G. Sudebnoe pravo: istoriya i sovremennost' sudebnoy vlasti v sfere ugolovnogo sudoproizvodstva [Judicial Law: History and Modernity of the Judiciary in the Field of Criminal Justice]. Moscow, 2005. 176 p. (In Russ.).

19. Dudko I. L. Raz''yasnenie obvinyaemomu osobennostey rassmotreniya ugolovnogo dela su-dom s uchastiem prisyazhnykh zasedateley [Explanation to the Accused of the Peculiarities of the Consideration of a Criminal Case by Jury]. Ros-siyskiy sud'ya - Russian Judge. 2005. Issue 3. Pp. 44-45. (In Russ.).

20. E. Ch. VI Vserossiyskiy S''ezd deyateley sovetskoy yustitsii i vopros o primenenii NOT 'a v sudebnykh organakh [VI All-Russian Congress of Soviet Justice Figures and the Issue of the Use of the Scientific Organization of Labor in Judicial Bodies]. Ezhenedel 'nik sovetskoy yustitsii - Soviet Justice Weekly. 1926. Issue 15. Pp. 492-464. (In Russ.).

21. Ishchenko V. Kratkoe prakticheskoe ruko-vodstvo dlya narodnykh sledovateley [A Brief Practical Guide for People's Investigators]. Moscow, 1925. 74 p. (In Russ.).

22. Karp N., Fradkin L. NOT v organakh yustitsii. Novoe v deloproizvodstve [Scientific Organization of Labor in Judicial Bodies. The New in Office Work]. Ezhenedel 'nik sovetskoy yustitsii -Soviet Justice Weekly. 1928. Issue 19. Pp. 578579. (In Russ.).

23. Karp N., Fradkin L. NOT v organakh yustitsii. Osnovnye printsipy reformy upravleniya [Scientific Organization of Labor in Judicial Bodies. Basic Principles of Management Reform]. Ezhenedel 'nik sovetskoy yustitsii - Soviet Justice Weekly. 1928. Issue 31. Pp. 867-868. (In Russ.).

24. Kachalova O. V., Tsvetkov Yu. A. Elek-tronnoe ugolovnoe delo - instrument modernizatsii ugolovnogo sudoproizvodstva [Electronic Criminal Case as a Tool for Development of Criminal Proceedings]. Rossiyskoe pravosudie - Russian Justice. 2015. Issue 2. Pp. 95-101. (In Russ.).

25. Kliger A., Krapivnik, Muromkin A. Ret-senziya na knigu: Lebedinskiy V.G. Obraztsy os-novnykh prokurorsko-sledstvennykh aktov / pod red. G.N. Safonova. Moskva, 1949. 176 s. [Book Review: Lebedinskiy V.G. Samples of the Main Prosecutorial and Investigative Acts; ed. by G.N. Safonov. Moscow, 1949. 176 p.]. Sotsialistiches-kaya zakonnost' - Socialist Legality. 1950. Issue 9. Pp. 80-82. (In Russ.).

26. Kommentariy k Ugolovno-protses-sual'nomu kodeksu Rossiyskoy Federatsii / otv. red. D. N. Kozak, E. B. Mizulina [Commentary on the Criminal Procedure Code of the Russian Federation; ed. by D. N. Kozak, E. B. Mizulina]. Moscow, 2002. 1039 p. (In Russ.).

27. Konovalov P. Ratsionalizatsiya sudeb-nogo proizvodstva [Rationalization of Judicial Proceedings] . Ezhenedel 'nik sovetskoy yustitsii - Soviet Justice Weekly. 1928. Issue 36-37. Pp. 10031004. (In Russ.).

28. Kravchenko. Bol'she vnimaniya nizovomu apparatu [More Attention to the Grassroots]. Ez-henedel'nik sovetskoy yustitsii - Soviet Justice Weekly. 1927. Issue 8. P. 226. (In Russ.).

29. Lagunov P. Sledstvennye i administrativere organy v rabote posle izmeneniy UK i UPK [Investigative and Administrative Bodies in Work after Changes to the Criminal Code and the Code of Criminal Procedure]. Ezhenedel'nik sovetskoy yustitsii - Soviet Justice Weekly. 1925. Issue 8. P. 195. (In Russ.).

30. Lebedinskiy V. G. Obraztsy osnovnykh prokurorsko-sledstvennykh aktov / pod red. G. N. Safonova [Samples of the Main Prosecutori-al and Investigative Acts; ed. by G. N. Safonov]. Moscow, 1949. 175 p. (In Russ.).

31. Makarov A., Fabritsi P. Blank protsessu-al 'nogo dokumenta ne dolzhen rasshiryat' soderz-hanie normy UPK [The Form of the Procedural Document Should not Expand the Content of the Norm of the Code of Criminal Procedure]. Ros-siyskaya yustitsiya - Russian Justitia. 2003. Issue 2. P. 29. (In Russ.).

32. Martynov N. K. Obraztsy i formy delovykh bumag:

[Samples and Forms of Business Papers: (Letters, Petitions, Contracts, Obligations, Judicial Papers, etc.)]. St. Petersburg, 1898. 212 p. (In Russ.).

33. Maslennikova L. N. Transformatsiya do-sudebnogo proizvodstva v nachal 'nyy etap ugolov-nogo sudoproizvodstva, obespechivayushchiy dos-tup k pravosudiyu v eru "Industry 4.0" [Transformation of Pre-Trial Proceedings in the Initial Stage of Criminal Proceedings, Ensuring Access to Justice in the Industry 4.0 Era]. Aktual'nye problemy rossiyskogo prava - Actual Problems of Russian Law. 2019. Issue 6. Pp. 137-146. DOI: 10.17803/1994-1471.2019.103.6.137-146.

(In Russ.).

34. Maslennikova L. N., Sobenin A. A. Regi-stratsiya soobshcheniya o prestuplenii i nachalo rassledovaniya v novoy tsifrovoy real 'nosti [Crime Report Registration and Start of Investigation in the New Digital Reality]. Rossiyskiy sledovatel ' -Russian Investigator. 2019. Issue 6. Pp. 12-16. (In Russ).

35. Maslennikova L. N., Sushina T. E. Obes-pechenie dostupa k pravosudiyu v Evropeyskom soyuze v usloviyakh razvitiya tsifrovykh tekhnolo-giy [Provision of Access to Justice in the European Union in the Digital Technology Development Conditions]. Mirovoy sud'ya - Magistrate Judge. 2019. Issue 7. Pp. 12-15. (In Russ.).

36. Maslennikova L. N., Tabolina K. A. Opti-mizatsiya nadzora prokurora za prinyatiem reshe-niy, obespechivayushchikh dostup k pravosudiyu, v usloviyakh razvitiya tsifrovykh tekhnologiy [Optimizing Prosecutorial Supervision over Taking Decision Providing for Access to Justice in the Conditions of Digital Technologies Development]. Za-konnost' - Legality. 2019. Issue 7. Pp. 18-22. (In Russ).

37. Minkomsvyaz' v blizhayshiy mesyats predstavit pervye modeli superservisov [The Ministry of Communications Will Present the First Models of Super Services in the Coming Month]. Available at: https://futurerussia.gov.ru/ nacional-nye-proekty/559471?utm_source=tass& utm_me-dium=teaser&utm_campaign=teaser_plista (accessed 20.08.2019). (In Russ.).

38. Obraztsy protsessual'nykh dokumentov. Sudebnoe proizvodstvo / pod red. V. A. Davydova [Samples of Procedural Documents. Judicial Proceedings; ed. by V. A. Davydov]. Moscow, 2019. 440 p. (In Russ.).

39. Ozhegov S. I. Slovar' russkogo yazyka / pod red. N. Yu. Shvedovoy [Dictionary of the Russian Language; ed. by N. Yu. Shvedova]. Moscow, 1985. 797 p. (In Russ.).

40. Pastukhov P. S. Elektronnyy dokumen-tooborot v ugolovnom protsesse SShA [Electronic Case Files in Criminal Process of the USA]. Pra-voporyadok: istoriya, teoriya, praktika - Legal Order: History, Theory, Practice. 2018. Issue 4. Pp. 81-87. (In Russ.).

41. Poznanskiy Yu. N. Elektronnoe ugolovnoe delo v reshenii problemy rassledovaniya ugolov-nykh del v razumnye sroki [Electronic Criminal Case in Solving the Problem of Criminal Investigation within a Reasonable Time]. Trudy Akademii upravleniya MVD Rossii - Proceedings of the Academy of Management of the Ministry of Internal Affairs of Russia. 2015. Issue 1. Pp. 41-44. (In Russ.).

42. Poznyshev S.V. Elementarnyy uchebnik russkogo ugolovnogo protsessa [Elementary Textbook of the Russian Criminal Process]. Moscow, 1913. 329 p. (In Russ.).

43. Protsessual'nye akty predvaritel'nogo rassledovaniya: Primernye obraztsy / pod red. S. V. Borodina [Procedural Acts of the Preliminary Investigation: Model Samples; ed. by S. V. Borodin]. Moscow, 1991. 240 p. (In Russ.).

44. Protsessual'nye sledstvennye akty: (Obraztsy osnovnykh aktov) / otv. red.: A. I. Mikhaylov [Procedural Investigative Acts: (Samples of the Main Acts); ed. by A. I. Mi-khaylov]. Moscow, 1973. 212 p. (In Russ.).

45. Reynke N. N. Retsenziya na rabotu Yakobi P. N. «Prakticheskoe rukovodstvo k sostavleniyu obvinitel'nykh aktov i zaklyucheniy» [Review of the Work of P. N. Jacobi 'A Practical Guide to the Compilation of Indictments']. Pravo - Law. 1916. Issue 2. Pp. 134-135. (In Russ.).

46. Rudnev M. L., Kandel' G. L. Ugolovnyy protsess v ego dvizhenii: Posobie po izucheniyu ugolovnogo protsessa dlya sudebnykh rabotnikov s prilozheniem obraztsa ugolovnogo dela [The Criminal Process in Its Execution: a Handbook on the Study of the Criminal Procedure for Judicial Officers with the Attachment of a Criminal Case Example]. Odessa, 1927. 270 p. (In Russ.).

47. Savitskiy F. F. Postanovka voprosov na sude ugolovnom i sbornik obraztsov voprosov po naibolee rasprostranennym prestupleniyam: Poso-bie dlya chlenov okruzhnykh sudov [Statement of the Questions in Criminal Court and a Collection

of Sample Questions on the Most Common Crimes: A Manual for Members of District Courts]. Kishinev, 1913. 288 p. (In Russ.).

48. Samolin V. Ubrat' iz sudov obraztsy isko-vykh zayavleniy [Remove Samples of Statements of Claim from the Courts]. Rossiyskaya yustitsiya -Russian Justitia. 2001. Issue 4. P. 32. (In Russ.).

49. Simson S. K voprosu pechatnykh blankakh protokolov sudebnykh zasedaniy [To the Issue of Letterheads of Court Records]. Ezhenedel'nik sovetskoy yustitsii - Soviet Justice Weekly. 1924. Issue 15. P. 352. (In Russ.).

50. Sluchevskiy V. K. Uchebnik russkogo ugolovnogo protsessa [Textbook of the Russian Criminal Process]. St. Petersburg, 1913. 670 p. (In Russ.).

51. Sovetskiy ugolovnyy protsess / pod red. A. Ya. Vyshinskogo [Soviet Criminal Trial ed. by A. Ya. Vyshinskiy]. Bibliotechka rayonnogo pro-kurora [Library of the District Prosecutor]. Moscow, 1938. Vol. IV. 72 p. (In Russ.).

52. Sorokina E. M. Garmonizatsiya ugolovno-protsessual 'nogo zakonodatel 'stva v Evropeyskom Soyuze: avtoref. dis. ... kand. yurid. nauk [Harmonization of Criminal Procedure Legislation in the European Union: Synopsis of Cand. jurid. sci. diss.]. Moscow, 2016. 31 p. (In Russ.).

53. Stoyko N. G. Ugolovnyy protsess zapad-nykh gosudarstv i Rossii: sravnitel'noe teoretiko-pravovoe issledovanie anglo-amerikanskoy i ro-mano-germanskoy pravovykh system [The Criminal Process of Western States and Russia: a Comparative Theoretical and Legal Study of the Anglo-American and Romano-Germanic Legal Systems]. St. Petersburg, 2006. 261 p. (In Russ.).

54. Stroykov V. Realizatsiya prava zashchit-nika na opros lits [Realization of the Right of the Defense Counsel to Interrogate Persons]. Zakon-nost' - Legality. 2004. Issue 6. Pp. 52-54. (In Russ.).

55. Tomashevskiy A. Itogi raboty Otdeleniya vyezdnykh sessiy Petrogubsuda [The Results of the Work of the Department of Visiting Sessions of the Petrograd Provincial Court]. Rabochiy sud - Workers' Court. 1923. Issue 3-4. Pp. 29-31. (In Russ.).

56. Ugolovnyy protsess Rossii: Lektsii-ocherki / pod red. V. M. Savitskogo [The Crimi nal Process in Russia: Lectures - Essays; ed. by V. M. Savitskiy]. Moscow, 1997. 314 p. (In Russ.).

57. Fradkin L. Voprosy NOT'a. Standarti-zatsiya dokumentov, funktsioniruyushchikh v mest-

nykh organakh yustitsii [Issues of the Scientific Organization of Labor. Standardization of Documents Operating in Local Judicial Authorities]. Ezhenedel 'nik sovetskoy yustitsii - Soviet Justice Weekly. 1928. Issue 4. Pp. 119-121. (In Russ.).

58. Khaliullina L. G. Elektronnaya forma protsessual'nykh dokumentov v ugolovnom prot-sesse: problemy teorii i praktiki [The Electronic Form of Procedural Documents in Criminal Proceedings: Problems in Theory and Practice]. Pra-voporyadok: istoriya, teoriya, praktika - Legal Order: History, Theory, Practice. 2016. Issue 4 (11). Pp. 75-79. (In Russ.).

59. Chebyshev-Dmitriev A. P. Russkoe ugo-lovnoe sudoproizvodstvo po sudebnym ustavam 20 noyabrya 1864 g. [Russian Criminal Proceedings According to Judicial Charters of November 20, 1864]. St. Petersburg, 1875. 756 p. (In Russ.).

60. Chel'tsov M. A. Ugolovnyy protsess [Criminal Process]. Moscow, 1948. 624 p. (In Russ.).

61. Sheremet 'ev I. I. Ispol 'zovanie tsifrovykh tekhnologiy pri rassmotrenii ugolovnykh del v sude: real'nost' i perspektivy [Using Digital Technologies in Criminal Cases in Court: Reality and Prospects]. Lex Russica. 2019. Issue 5. Pp. 117131. DOI: 10.17803/1729-5920.2019. 150.5.117131. (In Russ.).

62. Shramchenko M.P., Shirkov V.P. Ustav ugolovnogo sudoproizvodstva: S pozdneyshimi uzakoneniyami, zakonodat. motivami, raz"yasn. Pravitel'stvuyushchego senata i tsirkulyara M-va yust. [Statute of Criminal Proceedings: With the Latest Legalizations, Legislative Motives, Clarifications of the Governing Senate and the Circular of the Ministry of Justice]. St. Petersburg, 1909. 1192 p. (In Russ.).

63. Shutemova T. Prilozheniya k UPK: dogma ili rukovodstvo k deystviyu? [Attachments to the Code of Criminal Procedure: Dogma or Guide to Action]. Zakonnost' - Legality. 2002. Issue 10. Pp. 41-42. (In Russ.).

64. Shcheglovitov S. G. Ustav ugolovnogo su-doproizvodstva [Statute of Criminal Proceedings]. St. Petersburg, 1913. 948 p. (In Russ.).

65. Yakobi P. N. Prakticheskoe rukovodstvo k sostavleniyu obvinitel'nykh aktov i zaklyucheniy [A Practical Guide to the Compilation of Indictments]. Petrograd, 1915. 116 p. (In Russ.).

66. Billard D., Bartolomei B. Digital Foren-sics and Privacy-by-Design: Example in a Block-chain-Based Dynamic Navigation System. In: Nal-di M., Italiano G., Rannenberg K., Medina M., Bourka A. (eds) Privacy Technologies and Policy. APF 2019. Lecture Notes in Computer Science. Vol. 11498. Pp. 151-160. Springer, Cham. DOI: https://doi.org/10.1007/978-3-030-21752-5_10. (In Eng.).

67. Ning W., Zhi-Jun L. A Layer-Built Method to the Relevancy of Electronic Evidence. 2nd IEEE Advanced Information Management, Communicates, Electronic and Automation Control Conference (IMCEC). Xi'an, 2018. Pp. 416-420. DOI: 10.1109/IMCEC.2018. 8469682. Available at: http://ieeexplore.ieee.org/ stamp/stamp.jsp?tp= & arnumber=8469682&isnumber=8469184. (In Eng.).

68. Pechnikov G., Shinkaruk V. Computing Systems (Computers) and Criminal Trial.

In: Popkova E. (eds) Ubiquitous Computing and the Internet of Things: Prerequisites for the Development of ICT. Studies in Computational Intelligence. Vol. 826. Pp. 265-274. Springer, Cham. DOI: https://doi.org/10.1007/978-3-030-13397-9_30. (In Eng.).

69. Tabassum D. K., Shaiba D. H., Sham-rani S. and Otaibi S. E-Cops: An Online Crime Reporting and Management System for Riyadh City. 1st International Conference on Computer Applications & Information Security (ICCAIS). Riyadh, 2018. Pp. 1-8. DOI: 10.1109/CAIS.2018. 8441987. (In Eng.).

70. Shih T.-F, Chen C.-L, Syu B.-Y., Deng Y.-Y. A Cloud-Based Crime Reporting System with Identity Protection. Symmetry. 2019. Vol. 11(2). 255. DOI: https://doi.org/10.3390/ sym11020255. (In Eng.).