Внешняя политика османского султаната в правление падишаха Сулеймана i Кануни

Раздел VI. История

УДК 94 (47). ББК 63.3 (2) 46.

А.И. Жилина

ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ОСМАНСКОГО СУЛТАНАТА В ПРАВЛЕНИЕ ПАДИШАХА СУЛЕЙМАНА I КАНУНИ

Аннотация: В статье рассматривается внешнеполитическое взаимодействие Османской империи с другими государствами, в правление падишаха Сулеймана I.

Ключевые слова. Османская империя, Сулейман I, внешняя политика.

A.I. Zhilina

FOREIGN POLICY Ottoman Sultanate in the reign of Suleiman I Kanuni padishah

Abstract: The article refers to the foreign policy of the Ottoman Empire interaction with other countries, in the reign of the sultan Suleiman I.

Keywords. Ottoman Empire, Suleiman I, foreign policy.

История Османской державы, особенно в период её политического и военного рассвета (XV - XVII вв.), является важной частью всемирной истории в целом. А так как политическая история Османского государства многогранна и пестреет знаменательными событиями, которые являются значимыми для мировой истории в целом, то её изучение помогает более детально рассмотреть и понять события, происходившие в Европе и на Ближнем Востоке в эпоху позднего Средневековья. Нужно сказать и о том, что изучение войны и дипломатических контактов в общем контексте политического развития тех или иных государств, по словам современного историка Э.В. Рунга [21,3], становится ключевой проблемой научных исследований современности как в теоретическом, так и в конкретно-историческом аспекте. Существование империй, подобных Османской державе, многонациональных и многоконфессиональных, всегда вызывало особый интерес у историков, так как они демонстрируют успешный, а порой и неудачный опыт цивилизационного взаимодействия в прошлом. Актуальность темы сегодня обусловлена и тем, что в последнее время исламский фактор в мировой политике играет важную роль, а Турция - одна из немногих держав мусульманского мира, в которой яркой стороной менталитета народа является сильное имперское сознание.

Османская империя была одной из самых обширных и долго существовавших империй в мировой истории. Она включала в себя территории стран Балканского полуострова, Ближнего Востока, северной Африки, южного и северного Кавказа. В таком виде империя существовала лишь до окончания Первой мировой войны, а точнее, до объявления её республикой в 1923 году [23,21], после империя попросту распалась на несколько частей, но надо отметить, что державы не существовало и до 1300 года [5,1]. Смело можно говорить о том, что она образовалась в том же веке, в каком начала свое существование держава Чингисхана, а Франция и Англия были на пороге Столетней войны. Русь, в свою очередь, в эту эпоху уже платит дань государству Золотая Орда. Все перечисленные выше события произошли почти одновременно с появлением Османов в Малой Азии.

Уже в 1453 году Османы осаждают и наносят поражение столице Византии, Константинополю, второму Риму, как его именовали в Европе. Византийское государство, которое просуществовало тысячу лет, с 395 - по 1453 гг., рухнуло под натиском бывших кочевников, именно таким образом Османы изменили свой статус: из регионального государства они превратились в империю [5,4]. Можно с уверенностью говорить, что Османская империя, стала наследницей Византийской империи. Так, Мехмед II, получивший в связи с вышеописанными событиями прозвище Завоеватель [2,35], стал именовать себя султаном. Османы всячески подчеркивали, что столица их государства - Константинополь, или город Константина, увековечив это название в переписке, источниках и на монетах. Османы унаследовали у Византии и некоторые элементы модели управления. Как и у византийцев, у османов практиковалась своего рода caesaro-papism [5,4] (пер. : Политическая система, в которой глава государства также является главой церкви и верховного судьи в религиозных вопросах). В османской системе суды находились в ведении челнов религиозного класса. Кроме всего этого, некоторые элементы территориально-административного деления были почти полностью основаны на византийской модели. При всем при этом нельзя говорить о полном заимствовании системы управления, все же Османам удалось, опираясь на византийский

опыт, выработать свою уникальную систему, во многом не похожую на все то, что существовало до этого, это был некий сплав традиций кочевников и имперской практики. Почему сплав? Ответ прост: не только Византия оказала мощное влияние на развитие государственности у Османов. Нельзя забывать о том, что Османы были родом из кочевых племен Центральной Азии, этот факт, несомненно, оставил глубокий след в политическом мировоззрении государства, в котором сплелись исламские и языческие (доисламские), кочевые традиции, которые прочно укоренились в менталитете династии и причудливым образом отразились на государственной политике.

В XVI веке Османская империя делит мировую арену с группой мощных государств, таких как елизаветинская Англия, Испания Габсбургов, Священная Римская империя, а также Франция с её династией Валуа. В тот век Россия ещё пока не претендует на черноморские земли, занятая опричниной, а затем и смутой, но, тем не менее, именно в царствование Ивана IV устанавливаются первые дипломатические контакты. Московский царь позиционирует себя равным султанату, что делает впоследствии Российскую империю одной из главных составляющих внешней политики Османов. Еще одним значимым для османов соседом, которого они выделяла в долгосрочной перспективе для себя как приоритетное направление внешней политики был город-государство Венеция, оказывавшая огромное политическое и экономическое влияние в мире, благодаря обширным коммерческим сетям и флоту, объединяющим Индию, Ближний Восток, Средиземное море и западноевропейский мир. Не упускали из виду Османы и двух своих восточных соседей, таких как государство Сефевидов, расположившееся на территории современного Ирана, и империю Великих Моголов в индийском субконтиненте. Три этих мощных восточных соседа: Османская империя, держава Сефевидов и государство Моголов - простирались от Балкан на западе до границ Китая на востоке, и в XVI веке все они процветали, обогащаемые торговлей между Азией и Европой, умело сохраняли баланс экономический и политической власти. Экономическое процветание Османов в то время не смог испортить и тот факт, что Испания и Португалия начали завоевание Нового Света и его сокровищ, ведь оставался путь в Китай, который в разгар правления Мин, являлся одним из самых мощных и богатых государств в мире [5,3].

Развитие военной мощи державы было стремительным, с 1300 года, от Османа I, империя прошла долгий путь от регионального государства - до империи с мировым именем. Так, начиная уже с Мурада II, и в особенности при Мехмеде I происходит бурный рост территории государства. Османы покоряют Византию, устанавливают власть над мамлюками, быстро утверждают своё влияние в Анатолии и на части Балканского полуострова. К началу правления султана Баязида II его отец Мехмед II Завоеватель создал огромное, мощное военное государство, в том числе, захватив Константинополь. С падением Константинополя и закреплением турок на важных стратегических проливах Османская империя стала сильнейшей державой в бассейне Черного моря. Это было последним звеном, тем, которого до этого так не хватало Османскому султанату, чтобы связать Европу с Азией.

Султан Баязид II мудро продолжил дело своего отца, постоянно расширяя границы государства, включая в него разные народы, тем самым расширяя влияния мусульманского мира. Устранив тех, кто соперничал с ним за власть внутри собственной семьи, Баязид II, таким образом, обеспечил себе полную власть дома Османов. Его второй сын Селим (всего восемь сыновей было у султана Баязида II) направил свою военную мощь в Азию, на восток, против мамлюков и державы Сефевидов. Уподобляясь своему деду, султану Мехмеду II, который продлил сроки договоров с европейскими державами при осаде Константинополя, Селим I поступает так же. Он продляет соглашения с мамлюками, Польшей и Венецией и таким образом надеется обезопасить себя от войны на два фронта, на протяжении всей кампании, направленной против державы Сефевидов.

Умножая территории, захваченные в исламской Азии еще его дедом, и территории, покоренные его предшественником в христианской Европе, Селим менее чем за десятилетие удвоил размеры Османской империи. Ко времени его смерти она охватывала территории от берегов Дуная на севере и до берегов Нила на юге, от побережий Адриатики на западе до побережий Индийского океана на юго-востоке [20, 480]. Такое поистине имперское наследство оставил Селим I Явуз своему сыну Сулейману, будущему блестящему законодателю и великолепному полководцу.

После того, как Османы уже бесспорно установили свою политическую мощь на Востоке, снова можно было обратить свой взор на Запад и начать газават. В этот раз Османская империя была готова стать достойным противником Европы, способным поразить все мировое сообщество. Теперь в один ряд с военными походами Османы начали активно использовать и дипломатическую арену. Так, султанат стали признавать одним из трех сильнейших правящих домов, какими на тот момент были Габсбурги и французские короли. Всем этим империя, несомненно, обязана бурной военно-политической деятельности Сулеймана I (1520-1566), носившего во второй половине своего правления прозвище Кануни (Законодатель), а в европейской историографии - Великолепный [20, 485].

Стремление к исполнению законов и проводившиеся в тот период времени внутренние реформы, перемены в деятельности государственных структур и организаций, уплотнение бюрократического аппарата, противостояние на Востоке Сефевидам - шиитам - и на Западе - миру христиан, установление сильной правовой власти, получение статуса лидера в суннитском мире, защита его от посягательств и готовность переписать нормы обычного права под законы шариата, развитие социальных структур сделали XVI в. бесспорным веком султана Сулеймана I Кануни. Тесно связанные с его именем военные победы и продолжавшееся движение на Запад, а до этого мощный период правления Селима I привели империю к апогею ее развития.

Увлекавшийся историей Александра Великого [25,37], Сулейман Кануни стал обдумывать утопичную, по словам некоторых историков, идею объединить, подобно тому, как это стремился сделать Искандер, земли и народы Востока и Запада, но в стремлении к мировой империи он проникнет гораздо дальше современной османской окраины в Восточной Европе, прямо в имперское сердце самой Центральной Европы.

«С момента восхождения Сулеймана на трон на смену агрессивной политике, которую его отец Селим проводил на Востоке, пришла политика отказа от военного вмешательства в дела региона: Сулейман пытался сдерживать Иран, но не завоевывать его. Ко двору Сефевидов в Тебризе тайно были отправлены посланники, которым поручили установить, какую опасность представляет собой шах Исмаил, утверждавший, что все его мысли занимает армия суннитского государства узбеков, которое находилось восточнее Ирана и которое снова угрожало территориальной целостности государства Сефевидов. Поэтому ничто не мешало новому султану начать свою первую военную кампанию на Западе, где незаконченные дела требовали его вмешательства. Как и шах Ис-маил, европейские монархи были заняты другими делами (Карл V боролся с уже начинавшейся Реформацией, а французский король Франциск I пытался сохранить за собой территории в Италии, на которые претендовал Карл) и не были готовы к тому, что после стольких лет мира Османская империя внезапно изменит свою политику» [23,165]. Здесь он стремился лицом к лицу встретиться с великим человеком, оккупировать территории и нанести поражение императору Карлу, намереваясь затмить его как повелителя века.

В то время, как империя Габсбургов столкнулась с серьёзными проблемами, такими, как войны с Англией и Францией, а также беспорядки, причиной которых стали появление нового религиозного течения - протестантизма, Османская империя не знала серьёзных потрясений. Совокупность этих факторов и создала подходящую почву, делавшую легким осуществление поставленных целей султаната в Европе. Для возобновления политики газавата Османам предстояло решить две главенствующие задачи. Во-первых, необходимость овладеть крепостью Белград была очевидной, так как именно она явилась бы ключом к Центральной Европе. Во-вторых, нужно было покорить остров Родос, чтобы получить аванпост и легитимность на действия в Средиземном море.

В силу своего географического положения остров Родос мог значительно ослабить связь Стамбула с Египтом, который при Селиме вошел в состав Османской империи и имел важное экономическое значении. Так же султанат беспокоили рыцари-госпитальеры, обитавшие на острове и представлявшие собой большую угрозу, как ближайшие к побережью Анатолии христиане.

Ни Мураду II, ни Мехмеду I так и не удалось покорить столь защищенную крепость венгров, как Белград, Сулейман же поставил это в приоритет своих завоеваний. Такая страна, как Венгрия, бывшая очень слабой, находящаяся в изоляционном положении, оказать серьёзного сопротивления не смогла, после двухмесячной осады 29 августа 1521 года крепость Белград пала под натиском Османов. Некоторые из защитников крепости остаться там не смогли, они были высланы принудительно в Стамбул, где их поселили неподалеку от крепости Едикуле, жители городов же смогли расположиться в местности Срем, находящейся между реками Сева и Дунай, их переместили в деревни, на территорию полуострова Гелиболу. Некоторые венгерские крепости позже тоже покорились Османам, армия которых теперь получила возможность двигаться в западном направлении по маршруту, пролегавшему вдоль реки Сава, и использовать свой военно-морской флот. Крепость Белград стала мощным оборонительным рубежом, своего рода базой для вторжения вглубь Венгрии.

Итак, следующим пунктом завоеваний Сулеймана стал остров Родос, еще одна крепость, которую его дед Мехмед II не сумел взять. Рыцари-госпитальеры всегда не без причины боялись нападения со стороны Селима I. Так, К. Финкель подчеркивает: «Для турок нестерпимым было даже не то, что Родос давал прибежище и снабжал пиратов, нападавших на османские суда, а то, что рыцари держали в качестве рабов многих мусульман, захваченных во время корсарских рейдов на суда, перевозившие мусульман, совершавших паломничество в Мекку. Те из них, кому удалось бежать с Родоса, жаловались на то, что с ними жестоко обращались и что часто такое обращение заканчивалось смертью для тех, кто не сумел бежать и не мог внести за себя выкуп» [23,166] .

Осада Родоса длилась 145 дней. Истощенные длительной осадой рыцари и османы начали переговоры. Предложения Сулеймана включали решение: рыцарям и жителям крепости покинуть ее вместе с имуществом, которое они могли унести. Очень выгодные условия были также предложены тем, кто решился бы остаться, им гарантировались полная религиозная свобода, освобождение от уплаты налогов сроком на пять лет и сохранение их имущества и домов без каких-либо посягательств. После горячих дебатов большинство осажденных согласились, что для Бога было бы более приемлемой вещью просить о мире и сохранить жизни простых людей, женщин и детей [10,195]. Великий магистр предпочитал обороняться и дальше. Но гарнизон был больше не в силах оказывать сопротивление, нависла прямая угроза восстания.

Таким образом, после осады Родоса в Рождество на предложенных условиях капитуляция крепости была ратифицирована, султан сдержал данные обещания и к тому же выделил корабли для отплытия жителей. После состоявшегося обмена заложниками довольно скромный по численности отряд дисциплинированных янычар был послан в город. Всего однажды данные Сулейма-ном обязательства были нарушены, виной тому стал сравнительно небольшой отряд войск, который, отказавшись подчиниться, бросился по улицам и совершил ряд грабежей, прежде чем его вновь призвали к порядку.

Рыцари с Родоса отправились на запад и только к 1530 году смогли найти себе постоянное место пребывания. Они появились на негостеприимном острове Мальта («который был не более чем скалой из мягкого песчаника» [23,166]), который им даровал Карл V при условии, что они возьмут на себя ответственность за оборону Триполи, бывшего испанским аванпостом в Северной Африке. В итоге «для турок завоевание Родоса стало еще одним шагом на пути к установлению полного контроля над восточной частью Средиземного моря. Но они не сумели воспользоваться торговыми и стратегическими возможностями этого острова. Венецианский посланник Пьетро Зено почти сразу же обратил внимание на это упущение и уже в 1523 году отметил, что «султан не видит в Родосе никакой пользы. К тому времени в этом регионе в руках турок были все крупные острова за исключением Кипра и Крита» [23, 167].

Покорение Белграда и вслед за этим захват Родоса в 1522 г. стали основанием успешной деятельности Османов в Европе. Прежде всего, появилась важная точка опоры, благодаря которой они оставались влиятельной державой в Европе в течение нескольких веков.

В Европе в это время на вершине своего могущества пребывал Карл V из династии Габсбургов; на его стороне была удача в борьбе за имперскую корону с Францией, к тому же он занимал австрийский и испанский престолы. Под властью представителей австрийской ветви династии Габсбургов, отделившейся от испанской в 1521-1522 гг., находились так называемые «наследственные владения» (Моравия, Силезия, Лаузиц-Лужица, Штирия, Каринтия, Крайна, Тироль, Передняя Австрия, эрцгерцогство Австрия - Нижняя и Верхняя Австрия). В качестве избираемых королей Габсбурги этой ветви правили также в Чехии и Венгрии. С 1556 г. правителям австрийской ветви удавалось сохранять за собой трон императора «Священной Римской империи германской нации» (Германской империи) - конгломерата княжеств на территории современной Германии, реальной властью над которыми император не располагал. «В 1519 г. Карл V стал императором Священной Римской империи, с чем категорически не согласился король Франции Франциск I, и между ними началась война, позволившая Османам продемонстрировать свою силу, в европейской политике. В 1525 г. Франциск, попавший в плен к Карлу, попросил помощи у Османов» [14,102].

Воспользовавшись ситуацией, Османы пошли в давно запланированный ими поход против Венгрии. Еще до покорения Венгрии османские отряды в течение многих лет делали беспрерывные набеги на ее пограничные земли, грабили их и опустошали, не давали жителям возможности спокойно жить и трудиться, тысячами убивали их и угоняли в рабство. В 1521 г. султан Сулейман начал войну, поставив себе целью уже не набег, а захват Венгрии с ее плодородными землями и трудолюбивым крестьянством. Завоевание Венгрии сулило богатую добычу, обширные территории для наделения турецких феодалов землей и пр., значительное увеличение доходов империи и личной султанской казны за счет налогов с покоренного венгерского населения. Открывшаяся перед султаном дорога в Центральную Европу после захвата Венгрии окрыляла империю и сделала Сулеймана хозяином одного из ведущих водных путей Европы, Дунайского, тем самым ставя его в один ряд с ведущими монархами Европы.

Кульминацией данной войны стала битве в 1526 г. при Мохаче, в которой венгерский король был ранен и погиб. Венгерский король умер на поле боя, как повествуют источники, убегая, раненный в голову. Тело монарха было обнаружено в трясине, затянутое в него под тяжестью брони упавшей сверху лошади. Его удалось опознать по драгоценным камням на шлеме. Как пишут исследователи, «его королевство умерло вместе с ним», так как он не оставил наследника, погибли также восемь епископов и основная часть мадьярской знати. Утверждают, что Сулейман выразил рыцарское сожаление по поводу смерти короля: «Пусть Аллах будет снисходителен к

нему и накажет тех, кто обманул его неопытность: в мои желания не входило, чтобы он так прекратил свой путь, когда он едва лишь попробовал вкус сладости жизни и королевской власти».

Но дальнейший приказ Сулеймана не брать пленных был весьма далек от рыцарского. Вскоре пред шатром падишаха ярко-красного цвета армия соорудила пирамиду из тел и голов венгерской знати. После этого поле битвы, Мохач и окрестности были сожжены. «Развалины Моха-ча», как стали называть это место и называют до сих пор, было определено, как «могила венгерской нации». Таким образом, битва при Мохаче показала все мощь и силу Османского государства и на два столетия утвердила положение Турции как сильнейшей державы в Западной Европе, потрясающей своей мощью. Сопротивление Венгрии было навсегда остановлено.

В этот момент был сделан первый шаг к присоединению венгерских земель к Османскому государству, а так же к их раздробленности. Османы, хоть и вошли на территорию Буды, но прямое свое правление они ввели только в важном стратегическом районе Белграда - Среме. Что касается остальной территории Венгрии, захватчики сочли возможным оставить её как подчиненное буферное государство. Можно сказать, что данные события явились результатом политики равновесия, которую намеревался проводить в Европе Сулейман Кануни: «На быстро завоеванных территориях могло возникнуть противодействие, поэтому Османы выработали специальный метод: сначала новые районы попадали к ним в вассальную зависимость, и лишь через какое-то время, когда новые подданные привыкали к османскому правлению, они подчиняли их полностью». Говоря о престоле, Османы решили оставить его Яношу Заполья, которого выбрала венгерская знать. Но этот выбор способствовал лишь дальнейшим наследным войнам, так брат Карла V Фердинанд, который взял на себя управление германской частью империи и претендовал на венгерский престол в силу родства с бывшим королем Лайошем II, фактически захватил западную часть Венгрии. Именно борьба Фердинанда и Заполья стала главным фактором Османской политики в отношении Венгрии вплоть до 1541 года [23,180].

Поход в 1529 году ставил перед собой основную задачу защиты Венгрии, но, так как армия Османов не встретила серьезного сопротивления на своем пути, она продвинулась к территориям Вены и впервые осадила город [2,59]. Такое положение дел способствовало созданию христианского союза в европейских странах. Даже Франция была вынуждена войти в этот союз, хотя именно она некогда просила Османов о поддержке, тем самым, избежав притязаний Габсбургов. Франция разорвала отношения с Османской империей, а протестанты повернулись против турок. Осада Вены была снята, так как она была развернута без какой-либо подготовки, не хватало обеспечения тыла, плюс ко всему климатические условия были далеки от тех, к каким привыкла армия, да и ситуация в Европе изменилась не в пользу Османского султаната. Результатом этого похода явилось признание Заполья королем и установление османского протектората на территории Венгрии. В такой ситуации венгерские земли были разделены на три части: в Чехии и Венгрии королем являлся Фердинанд, Заполья обосновался в Буде, а в Серме, который располагался между Савой и Дунаем, был образован османский санджак [2,59].

Сулейман Кануни, возобновивший политику газавата на Западе, на Востоке выступил как защитник суннизма и как главный представитель исламского мира. Походы, совершавшиеся на востоке, проходили в довольно тяжелых условиях, первостепенной задачей которых выступало предотвращение сефевидской угрозы. Из-за массированной сефевидской пропаганды мятежи некоторых групп приобрели тяжелый характер (1527г.). Восстания начинались одно за другим, что весьма затрудняло правление только что взошедшего на престол Сулеймана I Кануни.

Зульфикар-хан - правитель Багдада, находясь в непростом положении, выступил против Сефевидов и установил дипломатические связи с Османами. Эти события вынуждали Сулеймана I Кануни пойти на заключение мирного договора с Габсбургами и обратить свой взор на восток. Война была неизбежной. В результате похода 1534 года были захвачены Тебриз и Багдад. Таким образом, под контроль был взят весь Шелковый путь, а также дорога Басра - Багдад - Алеппо, по которой доставлялись пряности с Востока [24,144]. И хоть Османы не смогли удержать Тебриз, они смогли довольно прочно обосноваться на Среднем Востоке. Господство на территории Багдада было сохранено. Правитель Басры подтвердил зависимость от Османов. Был создан Багдадский бейлербейлик и, таким образом, обеспечена надежность торговых путей в этом регионе.

В 1534 году, в конце ноября, был осуществлен торжественный въезд Сулеймана в Багдад (Священный город). Он считал себя освободителем, предводителем правоверных, избавившим город от Сефевидов и шиитского господства. С еретиками, оставшимися в городе, обошлись милостиво и подчеркнуто терпимо. Удалось Сулейману произвести впечатление и на ортодоксальных представителей веры тем, что он сумел обнаружить останки Абу Ханифа, известного суннитского имама - хорошего юриста, чтившего законы, прекрасного богослова времен пророка Мухаммеда. Персы утверждали, что останки имама были уничтожены, но тем не менее, они были опознаны благодаря выделявшемуся из них запаху мускуса. Для останков Абу Ханифа была почти сразу же оборудована новая могила, став с тех пор местом паломничества тысяч мусульман.

Покинув Багдад лишь весной 1535 года, Сулейман поехал более легким, чем раньше, путем в Тебриз. Утверждая свою власть в городе, он пробыл на этом месте пару месяцев и для более сильного устрашения разграбил город перед тем, как уехать из него.

В 1548 году был предпринят второй поход против иранских земель, который закончился повторным завоеванием Тебриза. Для повторного похода поводом послужил инцидент с Элькасом Мирзой, братом шаха Тахмаспа, который попросил убежища у Стамбула. Так как снова удержать Тебриз Османам не удалось, они обратили свой взор и распространили зону своего влияния на Грузию. В регионах Чорум и Агджакале турки постарались закрепиться и основали на этой территории четыре мощных санджака. Для того, чтобы не дать возможности державе Сефевидов напасть на приграничные территории и дабы удерживать в своих руках захваченные регионы, был создал бейлербейлик-вал, так называемая оборонительная линия на территории современной области Хаюсяри, которая призвана была выполнить вышесказанные задачи [10, 254].

Оборонительная линия дала свои результаты, но так или иначе столкновения вдоль границ продолжались. Постоянные набеги Сефевидов нарушали безопасность Восточной и Юго-Восточной Анатолии и Багдада, именно поэтому Османами был предпринят уже третий поход на Иран. Когда Сефевиды увидели, что армия Сулеймана I стала подходить к Нахичевани, и они оказались в сложной ситуации, начались переговоры о мире. Договор был заключен в 1555 году [10, 255] в Амасье, его положения несколько смягчили религиозные противоречия Османов и Сефеви-дов, признавали власть Османов в районах Карс и Атабеглер и в городе Багдад, данный мир стал основой для последующих договоров.

Договор действовал до 1578 г., это был первый османо-иранский договор. Осмнано-иранские войны многое показали империи с точки зрения её целостности. Османы поняли, что их поддержка в тылу не так надежна, как они рассчитывали, и их господствующее положение в Азербайджане и Иране, включал Тебриз, близится к завершению. Планируя использовать свой большой опыт в ведении войн с державой Сефевидов, Османская империя в 1578 году начала собираться в новый поход на Иран. Вместе с тем, находясь в сложных военно-политических условиях, Османы крайне не хотели затяжной военной компании. Как таковой цели закрепиться на завоеванной территории у Османов не было, та война, о которой идет речь, ставила целью скорее запугать и ослабить державу Сефевидов, попытаться поставить её в трудное положение, а не покорить или подчинить своему влиянию.

В XVI веке Османы великолепно воевали как на суше, так и на море. Морская мощь Османов набирала обороты и развивалась еще после Мехмеда II Фатиха. Османская флотилия достигала небывалых результатов, в основном благодаря умелым мореплавателям, а также бывшим пиратам (каперам) [13, 15].

Уже в XV в. корсары - так именовались турецкие морские пираты - были пропитаны идеями «газавата, джихада и добычи», а потому развили бурную деятельность у северных берегов Африки. Эти пираты действовали иногда как независимые подразделения, но в целом подчиняясь вектору действий, обозначенных Османской империей. Они сыграли большую роль в развитии морской мощи Османской державы.

В то время, как флот возглавил Барбаросса [13,16] Хайреддин-паша, начались сражения на море с Габсбургами, такие же ожестаченные, как и на суше. Но если сухопутные битвы происходили с австрийскими Габсбургами, то на море основные баталии велись с испанскими. После завершения Реконкисты испанцы добились выхода в Атлантику. Установив на какое-то время свое господство в Средиземноморье, они захотели укрепить свое влияние и в землях Северной Африки. Одну из важных ролей в морских сражениях сыграла Франция: она оказала поддержку Османам на Средиземном море и вынудила Габсбургов вести военные действия на два фронта. После того, как Родос был взят, морской путь в Египет стал намного безопаснее и надежнее [2,57]. Оставалась только одна преграда для установления господства в восточной части Средиземного моря - это Кипр.

В 1538 г. произошла решающая битва Барбароссы против объединенного флота противника у Превезе, в котором испанцы потерпели поражение. Сражение было удачно спланировало и вышло менее кровопролитным, чем предыдущие битвы на море. Так Османы закрепили свое господство в западной части Средиземного моря. У берегов Алжира в 1541 г. испанский флот также потерпел тяжелое поражение, несмотря на то, что битва велась под личным руководством императора. Совместные действия Османов и Франции в 1543, 1552 и 1553 гг. были успешными [10,59], и в 1560 г. они завоевали важную испанскую базу Джерба, что закрепило превосходство Османов. Однако усилия по предотвращению пиратской деятельности рыцарей Мальты не увенчались успехом. Возможно, это послужило сигналом к будущему сокрушительному поражению в 1571 году.

В этот промежуток времени, а точнее уже к 1538 году, Османы прилагают все усилия после присоединения Египта, дабы стать защитниками веры (в плане охраны святых мест) и продвинуться в делах экономики, оживляя исторические торговые пути. Вступая в борьбу с португальца-

ми, попутно нанося удар испанцам в Средиземном море, Османы добивались возобновления торговли в этом регионе, так как после открытия пути в Индию Португалия прибрала к рукам львиную долю доходов Османов от торговли пряностями, что наносило немалый вред финансам империи. Кроме того, их репутация защитников веры стояла под угрозой, так как незащищенными в этом регионе были и святые места [25,89].

К данным военным действиям Османов подталкивали мусульманские государства в Индии, обращавшиеся к ним за помощью, по причине того, что португальцы наносили большой ущерб их торговым интересам. И, несмотря на то, что индийский поход не достиг желаемой цели, пребывание османского флота в этих водах обеспокоило португальцев и ограничило возможности их действий. Завоевания таких пунктов и территорий, как Йемен, населенных точек Аден и Зебид (Сана), подтолкнули Османов к основанию на этих территориях бейлербейлика. Также с помощью Озде-мир-паши турки захватили северо-западные районы Абиссинии, на этом месте тоже был основан бейлербейлик. Именно так началась очередная военная компания Османов с португальцами в Персидском заливе. Военные действия нанесли серьёзный урон Португалии и её купцам, которые получали большие доходы, занимаясь морскими перевозками пряностей. Начиная с 1540 года, Османы стали господствовать в торговле в Персидском заливе и Красном море [6,98]. Они уже поставили под свой контроль все основные порты на Красном море и в Персидском заливе. Старые торговые пути снова начали процветать, груженые корабли и караваны перемещались безопасно. Торговля в Средиземноморье снова ожила. Снова закипела жизнь в портах Сирии, Каира и Александрии. Османская империя, теперь господствовавшая на обоих берегах Красного моря, мешала Португалии в её экономических интересах, ставя под угрозу осуществление религиозной миссии -паломничество к святым местам христианства. В Каире, Александрии, Дамаске, Триполи и Алеппо, во всех городах, расположенных на путях, соединяющих Красное море и Персидский залив со Средиземным морем, произошли разительные перемены, и они снова стали процветать. Некоторые из них приобрели вид типичных османских городов, ритм их повседневной и культурной жизни напоминал стамбульский. Влияние Османов в водах Индийского океана стало ослабевать к концу XVI в., когда с уходом португальцев их место заняли англичане и голландцы.

Подводя итоги правлению Сулеймана Великолепного, нельзя не согласиться со словами Р. Рахманалиева: «Итак, царствование Сулеймана I знаменует апогей Османов. Это считается безапелляционной точкой зрения. Его походы, почти всегда успешные, были самыми славными страницами в истории империи. Он провел не менее 13 кампаний - 10 в Европе и 3 в Азии, - в которые водил иногда и более двухсот тысяч солдат с сотнями пушек. Он взял Багдад и захватил Иран, Белград, Буду и Венгрию, которая стала турецкой на 150 лет после блистательной победы при Мохаче над Людвигом II. В 1529 г. султан впервые осадил Вену. Корсары, обращенные в ислам, братья Барбароссы, а вслед за ними целый сонм ренегатов разных мастей обеспечили Османам абсолютный контроль над Средиземным морем и создали свои базы в Алжире, Тунисе, Джерба, Триполи, Адене. Барбаросса основал в Северной Африке царство, которое угрожало христианскому миру. Сулейман назначил его главнокомандующим всеми военно-морскими силами Османской империи и за несколько месяцев построил для него самый мощный флот, какой только существовал в мире.

Мир трепетал перед Сулейманом I, и, несмотря на европейские распри, вызванные Реформацией, и католики, и протестанты знали, что главной проблемой является угроза с Востока. Самые боязливые готовились к Апокалипсису, который покарает христиан за разъединение и преступления; Запад пытался возродить дух Крестовых походов и ненавидел Великого турка, как они называли Сулеймана I» [20,344].

Таким образом, можно сделать следующий вывод о том, что правление Сулеймана I Кануни было в целом удачным временем для завоевательной политики Османского государства, её внешнеполитический вес в Европе несказанно возрос. С уверенностью можно говорить о времени правления Сулеймана I как о времени «золотого века» для Османской империи.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Арапов, Д.Ю. Из истории взаимоотношений Средней Азии и Ирана в конце XVI века // Вестник МГУ. -Серия 9. История. - 1969. - 128 с.

2. Гасратян, М.А., Орешков, С.В., Петросян, Ю.А. Очерки истории Турции / под. ред. А.М. Шамсундинова. - М.: Наука, 1983. - 296 с.

3. Гудвин, Дж. Величие и крах Османской империи. Властители бескрайних горизонтов. - М.: Азбука-Аттикус, 2012. - 416 с.

4. Греков, И.Б. Османская империя и страны Центральной, Восточной и Юго-Восточной Европы в XV-XVI вв. М.: Наука, 1984. - 300 с.

5. Quataert D. The Ottoman Empire 1700-1922. Binghamton University, State University of New York. 2000. -237 c.

6. Еремеев, Д.Е., Мейер, М.С. История Турции в средние века и новое время. - М.: МГУ, 1992. - 246 с.

7. Ирмияева, Т.Ю. История мусульманского мира от Халифата до Блистательной Порты. Пермь: Звезда, 2000. - 60 с.

8. История Османского государства, общества и цивилизации: В 2 т. / под ред. Э. Ихсаноглу. - М.: Вост. лит., 2006. - 355 с.

9. История стран Азии и Африки в средние века // Учебник. 3-е изд. - М.: МГУ, 1987. - 288 с.

10. Кинросс Л. Расцвет и упадок Османской империи / Пер. с англ. М. Пальникова. - М.: КРОН-ПРЕСС, 1999. - 696 с.

11. Ключевский, В.О. О русской истории: сборник. - М.: Просвещение. 1993. - 575 с.

12. Логинов, А.Н. История стран Азии и Африки в Средние века. Краткий курс лекций. - Волгоград: ВолГУ, 2002. - 106 с.

13. Лэмб, Г. Сулейман Великолепный. Величайший султан Османской империи. - М.: Центрполиграф, 2010. - 287 с.

14. Новичев, А.Д. История Турции. В 4 т. Т. 1. Эпоха феодализма (XI-XVIII вв.). - Л.: Издательство Ленинградского университета, 1963. - 314 с.

15. Новичев, А.Д. Турция. Краткая история. - М.: Наука, 1965. - 270 с.

16. Османская империя и страны Центральной. Восточной и Юго-Восточной Европы в XVII в. Ч. I. - М.: Памятники исторической мысли,1998. - 288 с.

17. Поляков, Н. Турция в ее прошедшее и настоящее время. - М.: Книга по Требованию, 2011. - 114 с.

18. Петросян, Ю.А. Османская империя: могущество и гибель. Исторические очерки. - М.: Наука, 1990. - 187 с.

19. Рансимен, С. Падение Константинополя в 1453 году. - М.: Наука, 1983 - 200 с.

20. Рахманалиев, Р. Империя тюрков. Великая цивилизация. - М.: РИПОЛ классик, 2009. - 704 с.

21. Рунг, Э.В. Греко-персидские отношения в конце V - начале IV вв. до н. э. - Казань, 2009. - 231 с.

22. Гусейн, Ф. Османо-сефевидская война 1578-1590 гг. - Баку: Нурлан, 2005. - 216 с.

23. Финкель, К. История Османской империи: Видение Османа / [пер. с англ.]. М.: АСТ, 2010. - 850 с.

24. Хитцель, Ф. Османская империя. - М.: Вече, 2006. - 384 с.

25. Широкорад, А. Взлет и падение Османской империи. - М.: Вече, 2012. - 420 с.

УДК 94 (47). ББК 63.3 (2) 46.

Н.С. Кирповская

СОСЛОВНАЯ ПОЛИТИКА ЕЛИЗАВЕТЫ ПЕТРОВНЫ

Аннотация: В статье предпринята попытка проанализировать сущность и особенности сословной политики Елизаветы Петровны (1741-1761 гг.). Внимание сфокусировано на указах императрицы в отношении дворянства, крестьянства и купечества с целью обозначить правовую разницу между указанными группами населения.

Ключевые слова: Сословная политика, дворянство, крепостное крестьянство, податные и неподатные сословия, купечество.

N.S. Kirpovskaya

THE CLASS POLICY OF ELIZABETH

Annotation: The research represents an attempt to analyze the nature and characteristics of estate policy of Elizabeth (1741-1761). In the focus of the article the Empress decree on nobility, peasants and merchants, the main purpose of which is to designate a legal difference between these groups. Keywords: Class policy, nobility, serfs, taxable and exempt estates, merchantry.

Отечественная историография не включает в себя широкий спектр исследований на тему личности и специфики правления Елизаветы Петровны (в отличие, например, от трудов об Иване Грозном или Александре I). Во многом это объясняется тем, что императрица царствовала в промежуток между эпохами Петра I и Екатерины II - государей, которых потомки окрестили великими и на фоне которых все остальные властители XVIII в. выглядят тускло.

Однако несмотря на распространенное мнение о Елизавете Петровне как об особе легкомысленной и не способной к управлению государством, следует признать действительные достижения во всех сферах жизнедеятельности России середины XVIII столетия. Подъем в экономике, успехи во внешней политике, стремительное развитие науки и культуры - все это красноречиво свидетельствует о невозможности причислять эпоху правления дочери Петра I к периоду предыдущих царствований (1725-1741 гг.).

Современные историки неоднозначно оценивают елизаветинскую эпоху, но, тем не менее, их внимание к личности императрицы очевидно. Наиболее существенную лепту в изучение данной темы внесли Н. И. Павленко [15] и Е. В. Анисимов [1:3].