За зрение

Выставка современное искусство

1 / 3

В Мультимедиа Арт Музее открыта выставка "Зачем мы ходим на выставки". Молодые художники, участники образовательной программы Фонда Владимира Смирнова и Константина Сорокина, показывают, чему научились у столь же молодого, но уже имеющего солидный преподавательский опыт самарского художника Владимира Логутова. Рассказывает АННА ТОЛСТОВА.

Лето — сезон студенческих выставок, и все столичные школы современного искусства уже успели похвалиться своими педагогическими достижениями. Фонд Владимира Смирнова и Константина Сорокина не столько школа, сколько теплица для небольшого сообщества молодых художников, которых подкармливают в том числе и разнообразными образовательными программами. В общем, это учебное заведение третьей степени: если Институт проблем современного искусства, Школа имени Родченко или Институт Про Арте предлагают дополнительное современно-художественное образование тем, у кого, как правило, уже есть хоть какое-то, то семинар Владимира Логутова, объединивший выпускников всех вышеназванных институций, это дополнение к дополнению. Институт проблем современного искусства регулярно поставляет юные дарования на разнообразные биеннале, питомцами Школы имени Родченко забит шорт-лист номинантов на премию Кандинского, Институт Про Арте чуть ли не единственное место в Петербурге, где выдают путевки в московскую художественную жизнь. За каждой из этих школ стоят влиятельные фигуры мира искусства — Иосиф Бакштейн, Ольга Свиблова и Елена Коловская соответственно. Что помимо дополнительных каналов социализации может предложить своим сверстникам Владимир Логутов, объясняет выставка-вопрос "Зачем мы ходим на выставки". Тренировку зрения: на выставки ходят по многим причинам, и не последняя из них — чтобы упражнять разумный глаз.

Сам Владимир Логутов доводит зрительную гимнастику до балетной отточенности каждого жеста, в чем можно, например, убедиться на выставке его оп-артистских абстракций-обманок, проходящей сейчас в галерее "Риджина". Но не скажешь, что его непосредственное влияние чувствуется в работах "семинаристов". Разве что у логутовской землячки и в прошлом соратницы Светланы Шуваевой, представившей изысканную серию словно бы осыпавшихся супрематических композиций, где цветные геометрические элементы офисным бумажным мусором сгрудились в пластиковых папках, заметен тот же вкус к абстракции, но это, кажется, родовой признак самарской школы. Однако большинство подопечных Владимира Логутова, демонстрирующих неплохую музейно-выставочную "насмотренность", какой, скажем, был совершенно лишен андерграунд еще лет тридцать назад, явно неслучайно обращаются к проблеме затрудненности зрения, столь перегруженного визуальной информацией, что художнику все труднее удержать взгляд зрителя, а зрителю все труднее сосредоточить свое внимание на чем-либо.

Под картинами Ивана Новикова, в которых сквозь чюрленисовские туманы смутно проступают какие-то пейзажные очертания, выставлены пластиковые бутылки с мутной жидкостью: художник утверждает, что в его темперах тончайшими лессировками накладываются друг на друга разные сюжеты из истории живописи, но кажется, что вся живопись, наоборот, смыта и упокоилась в бутылках. От классической картины почти ничего не осталось: стол в следах краски и карандаша — на нем работал Сергей Буравченко; сросшаяся с холстом завеса Ирины Цыханской; видео, где оказывающийся за экраном Петр Крюша методично закрашивает "окно" телевизора. Иван Тузов показывает компьютерную анимацию на крошечном экране MP3-плеера, Таисия Круговых заставляет заглядывать в глазок видеокамеры, где только и можно увидеть ее видео, а Саша Карелина и Олег Бородин приглашают на "Фотовыставку на кружках", потому что, лишь уткнувшись носом в чашку, мы способны разглядеть напечатанную на ее стенке фотографию.

Но и сама фигура зрителя многим не дает покоя. С ним заигрывают: Алена Терешко, вдохновленная идеей партиципаторности, отважно идет в народ, разрезая свою картину с изображением пирога на кусочки и продавая публике a piece of art — кусок искусства — по демпинговой цене 20 руб. С ним играют: Владимир Смышленков, примкнувший к модному направлению мокьюментари, рассказывает всякие военно-промышленные небывальщины в синтетическом жанре, смешивающем архивный документ с дембельским альбомом. Наконец, его, видящего во всем современном дегенеративное, критикуют. Андрей Качалян консультируется с психиатрами по поводу современного искусства, сопровождая репродукции знаковых работ последних 60 лет от Фрэнсиса Бэкона до Дэмиена Херста диагнозами, а Павел Гришин выставляет коллекцию дурацких "комментариев к искусству", подслушанных на выставках. Впрочем, в пасьянсе Ольги Карякиной, иронично рисующей карьерные лазейки и соблазны молодого художника, карта зрителя, похоже, вообще не предусмотрена. Один Сергей Прокофьев подумал о публике, выставив наподобие Дюшанова реди-мейда вентилятор. И то верно: музеи новейшего искусства нуждаются в проветривании едва ли не больше, чем музеи искусства классического.