Жизнь или кошелек

В конце мая на фармацевтической конференции в Санкт-Петербурге впервые представлено широкой общественности аналитическое исследование о влиянии на экономику России плохого здоровья ее граждан. Исследование было проведено специалистами Ассоциации международных фармпроизводителей (AIPM).

Модель для сборки

Доклад, представленный Патриком Аганяном, генеральным директором компании "Санофи-Авентис", основан на результатах трехмесячного междисциплинарного исследования фармацевтической отрасли России и их сопоставления с аналогичными показателями развитых стран Западной Европы (Германии и Франции). В ходе исследования специалисты AIPM разработали многоуровневую модель отрасли, которая позволила увидеть, как низкая продолжительность жизни и нетрудоспособность населения влияют на экономику России (в частности, на ВВП).

В качестве отчетного периода, в рамках которого описывается и прогнозируется потребление лекарств в стране, были выбраны 2007-2020 годы. Базовым показателем стал применяемый ВОЗ индекс DALY (Disability Adjusted Life Year) — он измеряет бремя болезней для человека и представляет собой сумму потенциальных лет жизни, потерянных из-за преждевременной смерти или нетрудоспособности. Также в качестве основы исследования использовался международный классификатор болезней, из которого были отобраны 24 наиболее распространенные болезни (в России они составляют порядка 62% совокупного бремени болезней). Так, согласно данным ВОЗ, список наиболее распространенных болезней, от которых люди либо преждевременно умирают, либо теряют работоспособность, возглавляет ишемическая болезнь сердца. В России индекс DALY по этой болезни составляет 38 лет на 1 тыс. человек, в то время как в странах Западной Европы (Германия и Франция) — 4-11. На втором месте находится цереброваскулярная болезнь (в России — 27, в Европе — 4-7), а замыкают первую тройку униполярные депрессивные расстройства (Россия — 11, Европа — 7-13). Примечательно также, что в России на четвертом месте находится туберкулез (5 лет на 1 тыс. человек), тогда как в развитых европейских странах этот показатель близок к нулю.

На основе этих исходных данных была разработана модель, которая позволила соотнести все классы болезней с потреблением соответствующих лекарств, потоком пациентов, показателями бремени болезней и потерями ВВП. Модель также позволила экстраполировать результаты расчетов для основных 24 болезней на общий объем совокупного бремени болезни.

Результаты исследования оказались совершенно неожиданными. Так, модель продемонстрировала, что на 24 наиболее распространенные в России болезни (доля бремени — 62%) приходится всего 16% общего количества потребленных лекарств, а из государственного бюджета на них тратится только 21% совокупных расходов на лекарственные средства. Вторым открытием стало то, что в 2007 году потери ВВП из-за показателей индекса DALY, составившего 18 млн лет для населения России (24 основные болезни), достигли $167 млрд (потери ВВП рассчитываются как произведение индекса DALY и показателя ВВП на душу населения).

Показательная гипертония

В качестве иллюстрации того, каковы могут быть потери ВВП, если продолжительность жизни и трудоспособность населения в России не будут расти, в докладе господина Аганяна был приведен пример с гипертонической болезнью сердца. Модель позволяет делать такие прогнозы.

Для России образца 2020 года были просчитаны два сценария — традиционный (при котором ситуация в российском здравоохранении не меняется) и европейский (основанный на текущих показателях Германии и Франции по потреблению лекарств и расходам на них).

Рассмотрим традиционный сценарий. В 2020 году количество больных гипертонией прогнозируется на уровне 58 млн человек, из них предположительно 28 млн человек будет поставлен диагноз и лишь 12 млн получат лечение. При этом общий объем потребления лекарств против гипертонии составит 4,4 млрд единиц, а средняя интенсивность лечения — 381 единица препаратов в год на человека. Из них на противогипертонические средства придется 8%, на диуретики — 16%, на бета-блокаторы — 18%, на антагонисты кальция — 19%, на ингибиторы ангиотензин-превращающих ферментов — 38%, а на блокаторы рецепторов ангиотензина — 1%. Также, согласно прогнозам, средняя цена на единицу препарата составит $0,1, а общий объем расходов на них — $400 млн. При этом индекс DALY достигнет 274 тыс. лет, а потери ВВП — $4,6 млрд.

Расчеты для европейского сценария показывают совсем иные результаты. При том что количество больных остается неизменным — 58 млн человек, остальные показатели существенно улучшаются. Так, число диагностированных пациентов вырастает до 38 млн, а получивших лечение — до 33 млн. Общий объем потребления лекарств при этом составит 15-16 млрд единиц (что примерно в четыре раза больше), а средняя интенсивность лечения — 456-487 единиц препаратов в год на человека. Значительно изменится и соотношение применяемых лекарств. Прием противогипертонических средств снизится до 3-5%, диуретиков — до 14%, для бета-блокаторов и антагонистов кальция процент потребления останется примерно тем же — 17-22%, но значительно уменьшится прием ингибиторов ангиотензин-превращающих ферментов — до 18-31%, а вот прием блокаторов рецепторов ангиотензина, наоборот, существенно возрастет — до 13-26%. При этом цена одного препарата должна составить $0,2, а объем расходуемых из госбюджета средств — $2,4-2,8 млрд. В результате DALY снижается до 81-142 тыс. лет, а потери ВВП — до $1-2,4 млрд. Таким образом, экономия для бюджета составит порядка $2,2-3,5 млрд.

Разница есть

Экстраполяция этого примера на фармацевтическую отрасль России дает еще более внушительный разрыв между показателями потерь ВВП для этих двух сценариев. Согласно исследованию, если в России объем потребления лекарств и расходов на них останется неизменным — 20 млрд единиц препаратов и $2 млрд соответственно, к 2020 году индекс DALY (24 основные болезни) вырастет с 18 млн до 19 млн лет, а потери бюджета практически удвоятся — со $167 млрд до $314 млрд. Если же страна начнет развиваться по европейскому сценарию (объем потребления лекарств вырастет до 49-65 млрд единиц препаратов, а расходов на них — до $14-17 млрд), то индекс DALY к 2020 году снизится до 9-10 млн лет, а потери ВВП — до $142-164 млрд. Обобщение для всего бремени болезней (DALY составляет 30 млн лет) дает еще более внушительную разницу. Следуя традиционному сценарию, Россия потеряет $504 млрд, в то время как при европейском — $264-287 млрд. Но в этом случае объем потребления лекарств должен возрасти со 121 млрд до 217-233 млрд единиц, а бюджетные расходы на них — с $10 млрд до $32-25 млрд.

В 2007 году доля лекарств в ВВП США составила 2,5%, во Франции — 1,7%, в Германии — 1,4%, а в России — около 1% (цифры относительные, так как ВВП западных стран на порядок выше, чем России). Объем единиц лекарств, употребленных на душу населения, распределился так: США — 739, Франция — 828, Германия — 581, Россия — 344. По мнению разработчиков модели, если Россия будет развиваться по благоприятному сценарию, то к 2020 году доля ВВП, потраченная на лекарства, возрастет до 1,5-1,6%, а объем принятых лекарств на душу населения достигнет 600-650.

Средняя продолжительность

Такое изменение в течение десяти лет возможно, отметил Патрик Аганян в своем выступлении. Примером тому может служить бывшая ГДР, которая в 1989 году, в момент объединения с ФРГ, решала сходные с Россией задачи в приблизительно равных экономических условиях. Переняв систему возмещения стоимости лекарств и расходования бюджетных средств на лекарства для населения от ФРГ, ГДР к 2004-2005 годам сумела достичь существенного прогресса по продолжительности жизни, которая за этот период поднялась до уровня США (около 78 лет) и даже превзошла его.

Средняя продолжительность жизни в России составляет в среднем 69 лет, что на 12 лет меньше, чем в развитых странах Европейского союза. По мнению участников AIPM, смягчить как демографический кризис, так и потери ВВП можно при помощи увеличения объемов лекарственных средств и улучшения качества доступных препаратов. Решить проблему может внедрение системы возмещения стоимости лекарств.

В исследовании, в частности, предлагается три сценария того, как возмещение стоимости лекарств может быть профинансировано из бюджета. Общий посыл для каждого из них — введение обязательного страхового взноса с населения (1,5 тыс. рублей с человека в год) и установление дополнительного налога на каждую проданную единицу алкоголя и табака (стоимостью свыше 5 рублей).

Первый сценарий предполагает, что страховой взнос является обязательным только для работающего населения (чья доля составляет 50%), страхование неработающей части берет на себя государство. Дополнительный налог при этом составляет 25 копеек на 1 сигарету и 0,7-1 копейку на 1 мл алкоголя. Второй сценарий учитывает, что страховой взнос будет обязательным для всего населения (100%), размер дополнительного налога на табак и алкоголь — тот же, что и в первом сценарии. Наконец, согласно третьему сценарию, увеличивается размер налога до 35 копеек на 1 сигарету и до 2-3 копеек на 1 мл алкоголя. Страховой взнос обязателен для 100% населения, как и во втором сценарии. Расчеты показали, что если бюджет Министерства образования на 2020 год спрогнозирован в размере $10 млрд, то реализация первого сценария потребует привлечения дополнительных $7 млрд, второго — $4 млрд, третьего — $1 млрд.

"Мы не пропагандируем медицинскую страховку или систему лекарственного страхования в своих сугубо узких интересах, и уж тем более настаивая на том, чтобы эти программы работали с нашими препаратами,— отметил Патрик Аганян, резюмируя доклад AIPM.— На мой взгляд, предотвращение болезней вообще, здоровый образ жизни куда более важны, чем лекарственное возмещение или медицинское страхование. Мы не настаиваем на том, что нужно лечить 24 основных заболевания, а про остальные можно забыть. И не говорим, что в нашей программе заключена вся правда. Но нужно хоть с чего-то начинать".