Устойчивое развитие регионов: утопия или реальность?

Вестник Челябинского государственного университета.

2018. № 12 (422). Экономические науки. Вып. 63. С. 58—66.

УДК 332.1 DOI 10.24411/1994-2796-2018-11206

ББК 65.04

УСТОЙЧИВОЕ РАЗВИТИЕ РЕГИОНОВ: УТОПИЯ ИЛИ РЕАЛЬНОСТЬ?

Д. С. Бенц

Челябинский государственный университет, Челябинск, Россия

Статья посвящена проблеме устойчивого развития. Описана краткая история возникновения концепции. Показаны динамика затрат на охрану окружающей среды по РФ за последние 15 лет, динамика инвестиций в основной капитал, направленных на охрану окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов в РФ. Акцент сделан на снижении, с одной стороны, величины выбросов от стационарных источников, с другой — и удельного веса затрат на охрану окружающей среды в ВВП. Показано распределение объемов выбросов загрязняющих веществ от стационарных источников по федеральным округам страны. Наибольшая величина приходится на Сибирский и Уральский федеральные округа. Раскрыты некоторые экологические проблемы Челябинской области. Представлен успешный опыт области в переработке отходов.

Ключевые слова: устойчивое развитие, развитие региона, экологическая эффективность, эколого-эко-номическая эффективность, зеленая экономика, циркулярная экономика.

На сегодняшний день в экономическом развитии российских регионов вопросы экономического роста и развития преобладают над экологическими. Последние десятилетия постоянно на повестке дня стоял вопрос о форсированном экономическом росте и развитии страны. Однако зачастую эта цель достигалась без оглядки на социальные и экологические вопросы. Именно поэтому в декабре 2016 г. президент РФ заявил о том, что Россия должна осуществить «поэтапный переход к модели устойчивого развития, и не просто к модели устойчивого развития, а экологически устойчивого развития». Сегодня сложилась такая социально-экономическая ситуация в стране, которая просто диктует необходимость не только учитывать вопросы экономической эффективности, но и принять во внимание вопросы «социальной» и «экологической» эффективности. Если взять цифры по умирающим в год людям (7—8 млн чел.) в результате загрязненной атмосферы и воды, а также величину экономического ущерба (6—15 % ВВП страны), то острота проблемы становится очевидной. И, что самое важное, становится понятно, почему вопросы экономической эффективности уже невозможно решать без учета экологической эффективности. Поэтому можно заявить о научной новизне исследования, объясняя таковую междисциплинарным его характером. С одной стороны, сегодня в мире существует огромное количество достижений в области науки и техники, позволяющих добиваться форсированного экономического роста и развития национальным экономикам. С другой стороны, российский «менталитет» значительно отстает от научно-технологического роста. А по-

тому проблема видится еще более актуальной, когда становится очевиден разрыв между темпами мирового технологического развития и готовностью субъектов российской экономики принимать и применять мировые достижения так, чтобы достигать не только экономической эффективности. Несмотря на то что наша страна выступает экологическим донором мира, обеспечивая ему до 10 % биосферной устойчивости, в самой России огромное количество людей, проживающих в промышленных регионах, подвержены крайне негативному влиянию со стороны неблагоприятной экологической ситуации [1].

«Устойчивое развитие» — категория не новая. Это уже устоявшаяся концепция развития, нацеленного не только на экономические параметры, а скорее, на некий баланс с окружающей средой. Термин «устойчивое развитие» закрепился по итогам Первой Всемирной конференции, прошедшей в Стокгольме в 1972 г., в Декларации по окружающей среде. Сегодня Россия взяла на себя обязательства по переходу к устойчивому развитию, которые постулируются Указом Президента РФ от 1 апреля 1996 г. № 440. Концепция перехода РФ к устойчивому развитию ориентирована на качество атмосферы, воды, территорий. Существует целый ряд программ ООН, подтверждающих громкую актуальность вопроса устойчивого развития. Во-первых, утверждение в 2012 г. документа The Future we want [2], в котором подтверждается существование прямой связи развития человечества с формированием устойчивого развития. Во-вторых, подписание в 2015 г. документа Sustainable Development Goals [3], определяющего цели, задачи, индикаторы для количественной ин-

терпретации устойчивого развития для отдельных стран. И, в-третьих, определение основного утверждения Парижского соглашения по изменению климата как «необходимость человечества развиваться на основе устойчивого развития». Это позволяет резюмировать, что большинство стран подтверждают необходимость перехода к устойчивому развитию. В свою очередь целая череда экономических кризисов подтолкнула мировое сообщество к пониманию того, что существующие экономические модели себя изжили, а мировая и национальные экономики смогут развиваться далее лишь в случае перехода на путь устойчивого развития.

Проблема устойчивости развития социально-экономических систем носит комплексный, и кроме того, междисциплинарный характер. Широкое распространение термин «устойчивое развитие» получил в связи с нарастанием экологических проблем глобального характера в 1970-х гг. Проблемы стали результатом неограниченного роста рыночных экономик западных стран, обосновываемого в рамках Экономикс. Однако, по мнению отечественных ученых, в частности Н. Н. Моисеева, этот термин близок к понятию «ноосфера», которое изучал в своих работах академик В. И. Вернадский [4]. Концепция устойчивого развития стала активно развиваться в экономическом и политическом дискурсе после проведения ряда международных конференций экологической направленности и опубликования ряда документов: доклад «Пределы роста» Римского клуба (1972), доклад Комиссии ООН «Наше общее будущее» (1987). Акцент был сделан на взаимосвязи экономических процессов с уровнем бедности, экологическими кризисами. А под устойчивым развитием понималось развитие, «которое позволяет удовлетворять потребности ныне живущих людей, не лишая будущие поколения возможности удовлетворять свои потребности» [5; 6]. Ряд авторов из западных академических кругов в конце 1980-х — начале 1990-х гг. рассматривали экологические проблемы с точки зрения цены ресурсов и готовности потребителей платить за них [7; 8]. Подобный подход описывает внешние эффекты от экологического ущерба в категориях загрязнения окружающей среды, истощения ресурсов и здоровья населения.

Идея о более устойчивой экономике обсуждается десятилетиями. В последние годы дискуссия вокруг устойчивости стала ключевой из глобальных проблем. Это обосновывается результатами научных исследований, а также происходящей деградацией окружающей среды. Согласно ЮНЕП (программа ООН, созданная для охраны окружа-

ющей среды в 1972 г.), достижение устойчивости почти полностью зависит от формирования «правильной» экономики. Поэтому сама концепция «зеленой экономики» является ключевым шагом к достижению устойчивого развития.

В современном мире экологические проблемы стоят довольно остро. Уровень загрязненности окружающей среды находится на пределе допустимых границ. Вопросы экологии затрагивают не только биологов, но и остальные сферы научного познания. В последнее время все больше внимания уделяются экологическим аспектам в разрезе экономики. Зеленая экономика — направление экономики, нацеленное на снижение экологических рисков и экологических дефицитов. Данное течение направлено на устойчивое развитие без унижения окружающей среды. Зеленая экономика тесно связана с экологической экономикой, но имеет большую политическую направленность. Данное направление в экономике начало активно развиваться в течение последних двух десятков лет.

Международная торговая палата (ICC), представляющая глобальный бизнес, определяет зеленую экономику как «экономику, в которой экономический рост и экологическая ответственность работают вместе, поддерживая прогресс в социальном развитии». Термин «зеленая экономика» впервые был выдвинут в новаторском докладе за 1989 г. для правительства Соединенного Королевства группой ведущих экономистов-экологов «Проект зеленой экономики» [9]. В 2008 г. этот термин был возрожден в контексте обсуждений политики в ответ на многочисленные глобальные кризисы. В контексте финансового кризиса и проблем глобальной рецессии ЮНЕП отстаивала идею «пакетов зеленых стимулов» и определила конкретные области, в которых крупномасштабные государственные инвестиции могли бы начать «зеленую экономику» [10].

В октябре 2008 г. ЮНЕП приступила к осуществлению инициативы «Зеленая экономика» для проведения анализа и поддержки политики в области инвестиций в «зеленые» сектора и для экологизации недружественных секторов. В рамках этой инициативы ЮНЕП поручила одному из первоначальных авторов «Концепции зеленой экономики» подготовить доклад под названием «Глобальный зеленый новый курс» (GGND), выпущенный в апреле 2009 г. и предложивший сочетание политических мер, которые стимулировали бы экономические восстановления и в то же время улучшили бы устойчивость мировой экономики. GGND призвал правительства выделить значительную долю стимулирующего финансирования для зеленых секторов и изложил три цели:

восстановление экономики; искоренение нищеты; сокращение выбросов углерода и деградация экосистем.

В июне 2009 г., в преддверии Конференции ООН по изменению климата в Копенгагене, ООН выпустила межведомственное заявление о поддержке зеленой экономики в качестве трансформации для решения многочисленных кризисов. В заявлении говорилось о надежде на то, что восстановление экономики станет поворотным пунктом для амбициозных и эффективных международных мер реагирования на многочисленные кризисы, с которыми сталкивается человечество, на основе глобальной зеленой экономики.

В феврале 2010 г. министры и главы делегаций Глобального форума по окружающей среде на уровне министров ЮНЕП в Нуса-Дуа признали в своем заявлении, что концепция зеленой экономики может в значительной степени решить текущие проблемы и предоставить возможности экономического развития и многочисленные выгоды для всех стран.

В марте 2010 г. Генеральная Ассамблея согласилась с тем, что «зеленая экономика» в контексте устойчивого развития и искоренения нищеты станет одной из двух конкретных тем для «Рио + 20» (Резолюция 64/236). Это привело к большому международному вниманию к зеленой экономике и связанным с ней концепциям.

Одним из ключевых стал флагманский доклад «Зеленая экономика», выпущенный ЮНЕП в ноябре 2011 г. в рамках инициативы «Зеленая экономика». ЮНЕП сотрудничала с аналитическими центрами и коммерческими субъектами (включая Deutsche Bank), что обеспечивало доверие к ее экономическому анализу [10].

Теория зеленой экономики базируется на трех аксиомах: невозможно бесконечно расширять сферу влияния в ограниченном пространстве; невозможно требовать удовлетворения бесконечно растущих потребностей в условиях ограниченности ресурсов; все на поверхности Земли является взаимосвязанным [11].

Сегодня в ряде регионов (40 субъектов РФ) свыше половины городского населения проживает в условиях высокого загрязнения воздуха [12]. По этой причине все больше внимания уделяется вопросам охраны окружающей среды. На рис. 1 приведена динамика затрат на охрану окружающей среды за последние 15 лет.

Очевидна положительная тенденция: объем затрат на охрану окружающей среды, пусть и в текущих ценах, но тем не менее вырос в 3,8 раза. Речь идет о суммарном финансировании — всеми субъектами экономики. Не последнюю роль в

атмосферном загрязнении играет промышленный сектор страны. Потому на сегодня законодатель требует формировать такие промышленные технологии, которые предусматривают обновление основных фондов с ориентиром не только на технико-экономические показатели, но и на экологическую эффективность. На рис. 2 приведена динамика инвестиций в основной капитал, направленных на охрану окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов в РФ. За 18 лет рост суммы таковых в текущих ценах составил 6,8 раза.

С другой стороны, если измерять затраты на охрану окружающей среды не в абсолютных величинах, а соизмерить их с величиной ВВП, то здесь даже не стоит говорить о существенных подвижках в положительную сторону. На рис. 3 показано снижение удельного веса таких затрат в объеме ВВП. За 15 лет удельный вес сократился почти вдвое, и последние шесть лет процент остается фиксированным на уровне 0,7 %.

Опять же, если соизмерить динамику выбросов от стационарных источников и динамику затрат на охрану окружающей среды, то можно говорить даже об относительном увеличении финансирования. Процент затрат на охрану окружающей среды к ВВП остается постоянным, в то время как сам объем загрязнений не быстро, но все же снижается (см. таблицу).

Автор статьи постоянно проживает на территории Челябинска. К сожалению, наш город попал в топ-15 антирейтинга самых загрязненных городов России. Доля выбросов от стационарных источников, приходящаяся на Уральский федеральный округ (УрФО), составляет 22 % в общем объеме выбросов по всей России (рис. 4). Более высокая доля приходится только на Сибирский федеральный округ. Потому для автора исследуемая проблема является еще куда более острой.

Челябинская область представляет собой старопромышленный регион. Ключевой экологической проблемой для него становится утилизация промышленных отходов. Они содержат множество примесей, и по этой причине их обработка представляет собой особую задачу. Кроме того, пределы выбросов для промышленных стоков постоянно ужесточаются. Закрытые цепи и восстановление продукта в различных производственных процессах становятся все более приоритетными среди производственных компаний. Эти меры представляют собой дополнительный вклад в защиту водных экосистем и обладают большим потенциалом сокращения затрат. Несмотря на требования к мерам по борьбе с загрязнением, эти отходы обычно сбрасываются на суше или выгружаются в водо-

700000

600000

500000

400000

СМ

300000

200000

100000

2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017

ГОДЫ

Ф Объем затрат на охрану окружающей среды

И охрана атмосферного воздуха и предотвращение изменений климата -А- сбор и очистка сточных вод

)( обращение с отходами -Ж1 защита и реабилитация земель, поверхностных и подземных вод -в" сохранение биоразнообразия и охрана природных территорий I прочие

Рис. 1. Затраты на охрану окружающей среды по Российской Федерации

Источник: по данным Росстата [13 ].

емы без надлежащего лечения и, таким образом, становятся значительным источником загрязнения окружающей среды и опасности для здоровья.

Актуальной проблемой в Челябинской области являются совмещенные свалки бытовых и хозяйственных отходов. Строительство новых полигонов сдерживается отсутствием достаточного финансирования. Количество свалок в одной только Челябинской области превышает 600 и занимает площадь 10 197 га. Полигон в поселке Полетае-во построен с нарушениями требований СанПин 2.1.7. 1322-03. Расчеты по влиянию полигона на окружающую среду выполнены без учета химического состава отходов, дренажных вод и испарений из пруда-испарителя и поэтому не могут отражать фактическое состояние окружающей среды.

Отсутствиехимическиханализов дренажных вод и воды пруда-испарителя, а также воздуха над ним делает незаконным принятое решение, рассчитанное только по испарению воды из пруда-ис-парителя,авнем содержитсяэмульсия с высоким содержаниемтоксичныхуглеводородов.Этопри-водит квысокомузагрязнениюокружающейсре-ды на большие расстояния. Очень высокое опасное загрязнение окружающей среды создается на полигонеив поселкахвлетниежаркиедни, когда испарение из пруда эмульсии достигает порядка 77 % общих выбросов. Проект предусматривает только получение эмульсии, а переработка ее не предусматривается.

Нарастание объемов накопленных отходов осложняет экологическую обстановку в городах

0

ГОДЫ

♦ Всего И водных ресурсов А атмосферного воздуха )< земель

Рис. 2. Инеестиции в основной капитал, напеаеленные на охрану окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов в РФ

Источник: по денным Ресснала [13].

Рис. 3. Объем затрат на охрану окружающей среды, % к ВВП

Источник: по данным Росстата [13].

и поселках области. В процессе хранения ТБО на полигонах (свалках) идет разложение органической части, особенно пищевых отходов с выделением различных токсичных веществ, а возгорание

отходов (пластмасс, кожи, резиновых изделий и т. п.), приводит к выделению в атмосферутоксич-ных веществ. Особенно большую опасность для окружающей среды представляет горение ТБО

Выбросы в атмосферный воздух загрязняющих веществ, отходящих от стационарных источников

Регион Годы

2005 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016

РФ, млн т 20,4 19,1 19,2 19,6 18,4 17,5 17,3 17,3

УрФО, тыс. т 6296 5105 5126 5368 4569 3899 3808 3837

Курганская область, тыс. т. 61 55 47 41 55 43 52 42

Свердловская область, тыс. т 1177 1169 1091 1129 1097 1021 984 906

Тюменская область (в том числе ХМАО и ЯНАО), тыс. т 4179 3132 3293 3520 2751 2181 2146 2292

Челябинская область, тыс. т 880 749 694 678 667 653 627 597

Источник: по данным Росстата [13]. 6000

5605

5000

4000

3000

2000

1000

ЦФО СЗФО ЮФО СКФО ПФО УрФО СибФО ДВФО

Рис. 4. Выбросы в атмосферный воздух загрязняющих веществ, отходящих от стационарных источников, тыс. т, 2016 г.

Примечание: рассчитано автором по данным Росстата [13].

на свалках, так как при неполном сгорании отходов полимерных материалов, резины, кожиоб-разуются ядолитые елодлкты: диолсины, флрлны и т д.

Сертд1иное чаще стар зручаер террожицарр-лярная экономика» или «циркуляционная экономика» [14]. Это альтернативная традиционной эконо-микееофцепцо, пррдпотагаюацая мс^л-бг^с^м^^оир ресррсов. Эаа щнацрция бацаиуе-ся не глрето на грамлтнрй мтииоацци, захороцениф и с^ицр^^^ отходов, а именно на переработке таковых. По оценке экспертов, сегодня в России перерабатывается лишь 5% тверяым ромриналвных отходов [15].

Практиче скиф ецыт перерсбоаки быловых ттиотов ]КЫ%) л^вр

оптимальной технологии переработки ТБО осуществляется на основе технико-экономического

анализа работы предприятий по переработке ТБО и рилрлныхв'фанрх следующими меоодами утн-лизжрии: l)cдлодиpoвaныe;цея прквылo,ЬбxoыяI срдадвмз^^тея вы лолиетнао, oтвeчеющ]ш трвло-валиям охланыкрщ»оды с ткс ивными

технологическими процессами (деление на секции, уплотнение, отведение и циркуляции филь-жкетв и ррф;ЬР тжмгание;флтиc-южит ыозпред-ветителмцоВ с ортиожтки; 5л тыынжcтмыисснцe; рpeиcтaсряeр стбой Ниотеимымрскж о о бьзврежи-вание отходов с получением компоста и выделением металлов; 4) компостирование + пиролиз; вклк>фнрт в се бы би5тьpмичеcквe оPeевpсживaжцe отходов в ги оыоынжюеВ цлacеыфиржциeй з быдл-.сeртем ^^^^нслл^в, ^^н^^тстз^е^лВ и бД5aническoИ части, пиролиз минеральной части, очистку отходящего газа; 5) сортировка; ею занимаются

0

заводы, которые механически сортируют все полезные компоненты [16—18].

В то же время Челябинск имеет и успешный опыт переработки ТБО. ООО «НПФ «Энергия» разработан экологически безопасный высокорентабельный способ переработки органических веществ путем низкотемпературного (600—700 °С) пиролиза — термоудара, сущность которого в нагреве со скоростью порядка 103 °С/с вещества до границ его существования в конденсированной фазе. Переработка ТБО предусматривается на трех установках: первая — подготовка отходов и их пиролиз; вторая — окисление полученного газа, и третья — установка получения пара и технической воды для нужд завода, расположенного на площади 2,1 га [18].

В Челябинской области спроектирован и апробирован в опытно-промышленных условиях экономичный многоцелевой плавильный агрегат непрерывного действия «МАГМА», работающий на промышленном газе. По сравнению с традиционно применяющимися этот агрегат имеет преимущества, позволяющие упростить и удешевить строительство мусоросжигательного завода по утилизации несортированного мусора и сделать его работу рентабельной [18].

Кроме того, в регионе функционируют предприятия, которые также можно отнести к успешным в отношении экологической эффективности. Это ГК «Мегаполисресурс» (Челябинск) — веду-

щий в России переработчик батареек и электронного лома. ООО «Завод экологических покрытий» (Челябинск) — компания с полным технологическим циклом — от приема отработанных автомобильных шин на утилизацию и переработку их в резиновую крошку, до получения экологически травмобезопасных покрытий. Компания занимается утилизацией и переработкой автомобильных покрышек, причем делает это безопасным методом — механического дробления. «Урал-Макулатура» — компания, занимающаяся закупом макулатурного сырья на территории Челябинска и Уральского региона.

Очевидно, что несмотря на то, что развитие страны в целом, Урала, Челябинской области в частности вряд ли можно назвать экологически устойчивым, тем не менее наличие успешных практик уже позволяет говорить о подвижках в положительном направлении.

Каким бы термином ни была названа проблема: устойчивое развитие, зеленая экономика, циркулярная экономика, — многочисленные исследования лишний раз подтверждают актуальность проблемы и невозможность дальнейшего функционирования российских регионов по устаревшим экономическим законам. Устойчивое развитие — утопия это или реальность? Покажет время. Возможно, сегодня это еще не устоявшаяся реальность, но такое развитие должно стать реальностью — иначе нельзя.

Список литературы

1. Силова, Е. С. К проблеме устойчивого развития / Е. С. Силова // Вестн. Челяб. гос. ун-та. — 2017. — № 5 (401). — С. 7—14.

2. The Future we want [Электронный ресурс]. — URL: http://www.un.org/disabilities/documents/rio20_ outcome_document_complete.pdf.

3. Sustainable Development Goals [Электронный ресурс]. — URL: https://sustainabledevelopment.un.org/ post2015/transformingourworld

4. Моисеев, Н. Н. Ноосфера Вернадского и принцип коэволюции / Н. Н. Моисеев // Вестн. экол. образования в России. — 2013. — Т. 1, № 67. — С. 4—7.

5. Пределы роста [Электронный ресурс]. / Д. Х. Медоуз, Д. А. Медоуз, Й. Рэндерс, В. В. Беренс. — М. : МГУ, 1991. — 207 с. — URL: https://drive.google.eom/file/d/0B94jiYiyxxDHckthb1Rx0VN2TVE/view.

6. Наше общее будущее [Электронный ресурс] : докл. Международной комиссии по окружающей среде и развитию. — URL: http://устойчивоеразвитие.рф/files/monographs/0urCommonFuture-introduction.pdf.

7. Dasgupta, A. Socially Embedded Preferences, Environmental Externalities, and Reproductive Rights / A. Dasgupta, P. Dasgupta // Population and Development Rev. — 2017.

8. Consumer Behaviour with Environmental and Social Externalities: Implications for Analysis and Policy / P. Dasgupta, D. Southerton, A. Ulph, D. Ulph // Environmental and Resource Economics. — 2016.

9. Barbier, E. B. Environmental sustainability and cost-benefit analysis / E. B. Barbier, A. Markandya, D. W. Pearce // Environment and Planning. — 1990. — Vol. 22. — P. 1259—1266.

10. Аткиссон, А. Как устойчивое развитие может изменить мир / А. Аткиссон. — М. : Бином. Лаб. знаний, 2012. — 455 с.

11. Смагулова, Ж. Б. Анализ мирового опыта перехода к зеленой экономике: предпосылки и направления [Электронный ресурс] / Ж. Б. Смагулова, А. Е. Муханова, Г. И. Мусаева // Междунар. журн.

приклад. и фундамент. исследований. — 2015. — № 1-1. — С. 92—96. URL: https://applied-research.ru/ ru/article/view?id=6344.

12. Основы государственной политики в области экологического развития России на период до 2030 года [Электронный ресурс] : утверждены Президентом РФ 30 апр. 2012 г. — URL: http://base. garant.ru/70169264/.

13. Регионы России. Социально-экономические показатели [Электронный ресурс]. — URL: http:// www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/publications/catalog/doc_1138623506156.

14. Селезнева, Н. Упаковать завтра. Модель сбора и переработки ПЭТ-отходов может дать старт циркуляционной экономике [Электронный ресурс] / Н. Селезнева // Рос. газ. — URL: https://rg.ru/2018/10/28/ industriia-pererabotki-mozhet-stat-drajverom-cirkuliacionnoj-ekonomiki.html.

15. В России проходят сортировку не более 5 % ТКО [Электронный ресурс] / Полимер. бизнес. — URL: https://plastinfo.ru/information/news/39758_26.10.2018/.

16. Бархатов, В. И. Рациональное использование природных ресурсов Челябинской области : монография : в 2 ч. Ч. 1 / В. И. Бархатов, И. П. Добровольский, Ю. Ш. Капкаев. — Челябинск : Изд-во Челяб. гос. ун-та, 2015. — 282 с.

17. Бархатов, В. И. Рациональное использование природных ресурсов Челябинской области : монография : в 2 ч. Ч. 2 / В. И. Бархатов, И. П. Добровольский, Ю. Ш. Капкаев. — Челябинск : Изд-во Челяб. гос. ун-та, 2015. — 265 с.

18. Бархатов, В. И. Отходы производств и потребления — резерв строительных материалов : монография / В. И. Бархатов, И. П. Добровольский, Ю. Ш. Капкаев. — Челябинск : Изд-во Челяб. гос. ун-та, 2015, 2017. — 477 с.

Сведения об авторе

Бенц Дарья Сергеевна — кандидат экономических наук, доцент, доцент кафедры экономики отраслей и рынков Челябинского государственного университета, Челябинск, Россия. benz@csu. ru

Bulletin of Chelyabinsk State University.

2018. No. 12 (422). Economic Sciences. Iss. 63. Рp. 58—66.

SUSTAINABLE DEVELOPMENT OF REGIONS: UTOPIA OR REALITY?

D.S. Bents

Chelyabinsk State University, Chelyabinsk, Russia. benz@csu.ru

The article is devoted to a problem of sustainable development. The short history of emergence of the concept is described. Dynamics of costs of environmental protection across the Russian Federation for the last 15 years is shown; dynamics of the investments into fixed capital directed to environmental protection and rational use of natural resources to the Russian Federation. The emphasis on decrease, on the one hand, in the size of emissions from stationary sources, from other party and specific weight of costs of environmental protection in GDP is placed. Distribution of volumes of emissions of pollutants from stationary sources on federal districts of the country is shown. The largest size is the share of the Siberian and Ural federal districts. Some environmental problems of Chelyabinsk region are opened. Successful experience of area in processing of waste is shown.

Keywords: sustainable development, development of the region, environmental efficiency, ekologo-cost efficiency, green economy, circular economy.

References

1. Silova Ye.S. K probleme ustoychivogo razvitiya [About sustainable development]. Vestnik Chelyabinskogo gosudarstvennogo universiteta [Bulletin of Chelyabinsk State University], 2017, no. 5 (401), pp. 7—14. (In Russ.).

2. The Future we want. Available at: http://www.un.org/disabilities/documents/rio20_outcome_document_ complete.pdf, accessed 26.11.2018.

3. Sustainable Development Goals. Available at: https://sustainabledevelopment.un.org/post2015/transfor-mingourworld, accessed 26.11.2018.

4. Moiseev N.N. Noosfera Vernadskogo i printsip koevolyutsii [Vernadsky's noosphere and principle of a koevolyution]. Vestnik ekologicheskogo obrazovaniya v Rossii [Bulletin of Ecological Education in Russia], 2013, vol. 1, no. 67, pp. 4—7. (In Russ.).

66

ff. C. Eенц

5. Medouz D.Kh., Meadows D.A., Renders Y., Berens V.V. Predely rosta [The Limits to Growth]. Moscow, MSU Publ., 1991. 207 p. Available at: https://drive.google.eom/file/d/0B94jiYiyxxDHckthb1RxOVN2TVE/ view, accessed 26.11.2018. (In Russ.).

6. Nashe obshcheye budushcheye. Doklad Mezhdunarodnoy komissii po okruzhayushchey srede i raz-vitiyu [Our Common Future. Report of the International commission for the environment and development]. Available at: http://ycTOHqHBoepa3BHTHe.p$/files/monographs/OurCommonFuture-introduction.pdf, accessed 26.11.2018. (In Russ.).

7. Dasgupta A., Dasgupta P. Socially Embedded Preferences, Environmental Externalities, and Reproductive Rights. Population and Development Review, 2017.

8. Dasgupta P., Southerton D., Ulph A., Ulph D. Consumer Behaviour with Environmental and Social Externalities: Implications for Analysis and Policy. Environmental and Resource Economics, 2016.

9. Barbier E.B., Markandya A., Pearce D.W. Environmental sustainability and cost-benefit analysis. Environment and Planning, 1990, vol. 22, pp. 1259—1266.

10. Atkisson A. Kak ustoychivoye razvitiye mozhet izmenit' mir [How sustainable development can change the world]. Moscow, Binom Publ., 2012. 455 p. (In Russ.).

11. Smagulova Zh.B., Mukhanova A.Ye., Musaeva G.I. Analiz mirovogo opyta perekhoda k zelenoy ekono-mike: predposylki i napravleniya [Analysis of international experience of transition to green economy: prerequisites and directions]. Mezhdunarodnyy zhurnalprikladnykh i fundamental'nykh issledovaniy [International Journal of Applied and Basic Researches], 2015, no. 1-1, pp. 92—96 Available at: https://applied-research. ru/ru/article/view?id=6344, accessed 26.11.2018. (In Russ.).

12. Bases of State Policy in the field of Ecological Development of Russia until 2030 (approved by the Russian President of April 30, 2012). Available at: http://base.garant.ru/70169264/, accessed 26.11.2018.

13. RegionyRossii. Sotsial'no-ekonomicheskiyepokazateli [Russian regions: social-economic indicators]. Available at: http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/publications/catalog/ doc_1138623506156, accessed 26.11.2018. (In Russ.).

14. Selezneva N. Upakovat' zavtra. Model' sbora i pererabotki PEHT-othodov mozhet dat' start tsirkulyat-sionnoy ekonomike [To pack tomorrow. The model of collecting and processing of PET-waste can give start to circulating economy]. Rossiyskaya gazeta [Rossiyskaya gazeta]. Available at: https://rg.ru/2018/10/28/ industriia-pererabotki-mozhet-stat-drajverom-cirkuliacionnoj-ekonomiki.html, accessed 26.11.2018. (In Russ.).

15. V Rossii prokhodyat sortirovku ne boleye 5 % TKO [In Russia no more than 5 % of solid municipal waste are sorted]. Polimernyy biznes [Polymeric business. Available at: https://plastinfo.ru/information/ news/39758_26.10.2018/, accessed 26.11.2018. (In Russ.).

16. Barkhatov V.I., Dobrovol'sky I.P., Kapkayev Yu.Sh. Ratsional'noye ispol'zovaniyeprirodnykh resursov Chelyabinskoy oblasti. T. 1 [Rational use of natural resources of Chelyabinsk region. Vol. 1]. Chelyabinsk, Chelyabinsk State University Publ., 2015. 282 p. (In Russ.).

17. Barkhatov V.I., Dobrovolsky I.P., Kapkayev Yu.Sh. Ratsional'noye ispol'zovaniye prirodnykh resursov Chelyabinskoy oblasti. T. 2 [Rational use of natural resources of Chelyabinsk region. Vol. 2]. Chelyabinsk, Chelyabinsk State University Publ., 2015. 265 p. (In Russ.).

18. Barkhatov V.I., Dobrovolsky I.P., Kapkayev Yu.Sh. Otkhody proizvodstv i potrebleniya — rezerv stroitel'nykh materialov [Waste of productions and consumption — a reserve of construction materials]. Chelyabinsk, Chelyabinsk State University Publ., 2017. 477 p. (In Russ.).