2010. 03. 001-002. Социологическое воображение и перспективы общей социологической теории работы. (сводный реферат). 2010. 03. 001. Halford S. , Strangleman Т. In search of the sociology of work: past, present and future // sociology. - L. : Sage, 2009. - Vol. 43, n 5. - p. 811-828. 2010. 03. 002. Watson T. J. work and the sociological imagination: the need for continuity and change in the study of continuity and change // Ibid. - p. 861-877

культурные переменные, а также точку зрения индивидов, которые занимают разные позиции в рассматриваемых трудовых отношениях. Тем самым подчеркивается значение воссоздания целостного контекста изучаемых родов занятий. Безусловно, пока рано говорить о синтезе разнородных подходов к анализу феномена работы в социологии; однако можно утверждать, что современные исследователи нацелены на использование классического наследия в своих поисках новых способов изучения сферы труда и способов построения общей социологической теории работы.

О.А. Симонова

2010.03.001-002. СОЦИОЛОГИЧЕСКОЕ ВООБРАЖЕНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ ОБЩЕЙ СОЦИОЛОГИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ РАБОТЫ. (СВОДНЫЙ РЕФЕРАТ).

2010.03.001. HALFORD S., STRANGLEMAN Т. In search of the sociology of work: Past, present and future // Sociology. - L.: SAGE, 2009. - Vol. 43, N 5. - P. 811-828.

2010.03.002. WATSON T.J. Work and the sociological imagination: The need for continuity and change in the study of continuity and change // Ibid. - P. 861-877.

Согласно исследованиям британских социологов, проведенным в 1966-1967 гг., социология работы являлась самой популярной отраслью научного исследования в 40-60-х годах ХХ в.1 Но в современных социологических исследованиях резко упал престиж социологии работы; отдельные элементы этой отрасли знания перекочевали в особые образовательные учреждения, например бизнес-школы, где не ставятся научные задачи. Ученые-социологи пытаются разобраться в этих тенденциях и отыскать возможности возрождения социологии работы как одной из центральных научных областей. Анализируя историю социологии работы, они опираются на понятие «социологического воображения», которое дает не только рецепты интеллектуального мастерства, но и возможность синтеза разных фрагментированных исследований в этой области.

Сюзан Хэлфорд

1 Brown R.K. Sociologists and industry - in search of a distinctive competence // Sociological rev. - Oxford; Keele, 1981. - Vol. 29, N 2. - P. 217-235.

(001) пытаются проследить связи между социологией работы и эволюцией британской академической социологии. Они пишут, что в последнее время изучение работы стало маргинальной областью по отношению к академической социологии. В то же время для изучения работы применяются разные методы из разных дисциплин, что, соответственно, приводит к размыванию строго социологического исследования этой темы. Таким образом, авторы пытаются представить новые перспективы изучения работы в рамках современной академической социологии с учетом новых социологических подходов в смежных областях. Это даст возможность сконструировать новое видение изучаемого предмета, которое позволит справиться со спецификой и сложностью такого феномена, как работа.

Изучение процесса организации работы позволит, с точки зрения авторов, увидеть причины возникновения экономического кризиса. Кроме частных вопросов, которые актуальны для Великобритании (к примеру, как поддержать людей, попавших в долгосрочную безработицу), исследования работы позволят расширить социологические знания о глобализации, идентичности, риске и потреблении в современных обществах (001, с. 812).

С точки зрения авторов, интересен, например, тот факт, что в последнее время в социологии работы появились новые более модные темы для изучения1. Авторы стремятся понять, действительно ли происходит маргинализация данной области? При этом они далеки от того, чтобы недооценивать роль последних исследований работы, особенно тех, результаты которых были опубликованы на страницах журнала «Работа, занятость и общество»2. В этом журнале, однако, практически не предпринимались попытки построения общей теории и не проводились дискуссии о роли социологии работы в рамках академической социологии. Поэтому с целью возобновления подобных усилий в первой части статьи приводится беглый очерк истории развития социологии работы и социальных изменений, которые обусловили появление новых моделей работы и новых методов ее исследования. Во второй части статьи описы-

1 См., например: Scott J. Sociology and its others: Reflections on disciplinary specialization and fragmentation // Sociological research online. - L., 2005. - Vol. 10, N 1. - Mode of access: http://www.socresonline.org.Uk/10/1/scott.html

2

Work, employment & society : [Журнал]. - L.: SAGE, 1987- .

вается, как повлияли на предметную область социологии работы эти изменения (001, с. 813).

Размышления о прошлом и текущие проблемы: Работа и формирование послевоенной социологии. Современные условия для развития социологии работы возникли в послевоенный период в связи с необходимостью восстановления и модернизации индустриального комплекса и расширения сферы высшего образования. Несмотря на то что академических социологов в этот период, по утверждению Дж. Платта, было немного1, исследования в области работы уже проводились такими учеными, как Ф. Тейлор и Э. Мэйо. Это помогло утвердиться академической социологии и послужило базисом для расширения социологических исследований работы. Британская социология благодаря исследованиям работы продвинулась в понимании идентичности, семьи, различных сообществ, классового сознания. Кроме того, интерес к сфере работы позволил академическим социологам размежеваться с представителями антропологии и социально-политических исследований.

Авторы подчеркивают, что ученые послевоенных лет, изучавшие работу, в первую очередь были именно социологами. К примеру, Д. Элдридж, рассматривая условия труда в тяжелой промышленности, использует понятия социального класса, конфликта, культуры, норм и ценностей и развивает их2. М. Сэвидж назвал этот период «золотым веком» британской социологии. Благодаря изучению феномена работы, по его мнению, развивалось социологическое воображение исследователей и вместе с ним сама наука3.

Критика «золотого века». «Золотой век» британской социологии был продуктом социальных условий того времени. Позже последовала критика социологического мейнстрима со стороны феминизма и марксизма. В вину исследователям труда ставилось пристрастие к изучению сферы тяжелой промышленности, «оккупированной» белыми мужчинами и в основном оплачиваемой ра-

1 Platt J. The British sociological association: A sociological history. - Durham: Sociology press, 2003.

2 Eldridge J.E.T. Industrial disputes: Essays in the sociology of industrial relations. - L.: Routledge & Kegan Paul, 1968.

3

Savage M. Sociology, class and male manual work cultures // British trade unions and industrial politics: The high tide of trade unionism, 1964-1979 / Ed. by A. Campbell, N. Fishman, J. McIlroy. - Aldershot: Ashgate, 2000. - P. 23-42.

боты. В результате критики со стороны феминизма и марксизма появились исследования домашней работы, которые оказались необходимы для изучения женской идентичности и экономической жизни в целом1. Именно в рамках феминистских исследований социологи начали рассматривать работу с точки зрения пола, расы, класса, этнической принадлежности (001, с. 815).

В свою очередь, неомарксистский подход к изучению трудовых процессов сосредоточивался на анализе организации труда. За исходный факт здесь принималось отделение физического труда от интеллектуального, которое привело к деквалификации рабочих. Разрыв между процессом производства и теорией рационализации производства, т.е. разрыв единства «рук» и «мозгов», позволил менеджерам сосредоточить власть и контроль в своих руках. И представители феминизма, и марксисты утверждали в начале 1980-х годов, что индустриальная социология ввиду своей ограниченности не может представить панорамную картину трудовых отношений, поскольку игнорирует в своих исследованиях гендерный фактор, неоплачиваемую работу, эмоциональный, культурный, политический и исторический контексты производственной деятельности. В тоже время и сама теория трудового процесса стала казаться слишком ограниченной для изучения работы, неспособной ответить на ряд исключительно важных вопросов о различных аспектах работы, таких как традиция, карьерный рост, безопасность труда и т.д.

В этом экскурсе в историю развития социологии работы авторы попытались показать, что наряду с проблемами, которые сохранялись еще с «золотого века» британской социологии, появились новые вызовы и темы для исследований. Социология работы оказалась еще более фрагментированной областью, где существуют диаметрально противоположные подходы к изучению работы, представителям которых не удается вступить в конструктивный диалог. Кроме того, работа попала в фокус внимания теории менеджмента, социологии профессий, социологии организации и ген-дерных исследований. Таким образом, была утрачена главенствующая позиция социологии работы в академической социологии (001, с. 818).

1 См.: Oakley A. The sociology of housework. - L.: M. Robertson, 1974.

Эвакуация социологии? В настоящий момент, по мнению Хэлфорд и Стренглмена, социология работы является второстепенной отраслью академической социологии. На разработку ее проблематики претендуют в известной мере бизнес-школы, повсеместно распространившиеся в Великобритании в 1980-е годы. Авторы ставят вопрос об уровне знаний выпускников этих школ, о том, могут ли они профессионально заниматься социологией работы. В комплекс знаний выпускников бизнес-школ входят основы управления человеческими ресурсами, теории трудового процесса, менеджмента, организации рынка труда и стратегии занятости. Хотя они могут работать не только в крупных корпорациях, сфера их знаний в основном ограничена спецификой такого рода организаций. С точки зрения авторов, этим специалистам не хватает социологического воображения. Поэтому возникает вопрос: каким должно быть образование, нацеленное на исследование работы в рамках академической социологии? Ответить на этот вопрос непросто в силу того, что тема работы стала достаточно размытой. Сегодня нельзя обнаружить аутентичную социологию работы ни в бизнес-школах, ни на факультетах социологии. Это как раз и является еще одним признаком маргинализации и фрагментации современной социологии работы (001, с. 819).

Что теперь? Где мы теперь? Резюмируя сказанное, авторы статьи полагают, что работа, будучи центральной проблемой послевоенной социологии, в настоящее время далека от академической социологии, а значительная часть исследований по социологии работы проводится вне стен социологических факультетов. Поэтому Хэлфорд и Стренглмен, отвечая на вопрос о том, могут ли существующие теории, к примеру теория трудового процесса, воспринять и интегрировать академические знания о культуре, теле, власти, пространстве, времени, гендере и др., утверждают, что это практически невозможно. Для развития интегрированной социологии работы необходимо применить социологическое воображение во всей его многогранности, не ограничиваться рамками старой парадигмы и одними и теми же объектами исследования. Авторы приводят примеры того, как работа обогащается сегодня гуманистическим или смысловым содержанием в качестве скрытого вознаграждения, т. е. не очевидного на первый взгляд, но имеющего

такое же значение, как и оплата труда1. Социологическое исследование работы может раскрыть все богатство этого феномена и его сложность в рамках повседневного рутинного опыта. При этом основной современной тенденцией признается междисциплинар-ность. Однако для того чтобы такой подход был эффективным, необходимо, чтобы каждая дисциплина имела четко очерченные границы. Таковой должна стать и социология работы, по мнению авторов статьи (001, с. 821).

Что дальше? По какому пути двигаться вперед? Авторы работы считают, что для социологии работы необходимо понимание ее ценности и укорененности в главном русле социологической мысли. В качестве примера они приводят «ренессанс классовой теории» в трудах таких авторов, как Р. Кромптон, Ф. Девин, М. Сэ-видж и Б. Скэггс, которые применяют новые теоретические подходы и концепции, частично заимствованные у П. Бурдье, но в то же время не обходят стороной традиционные подходы и концепции (001, с. 822). И, несмотря на то что исследователи классовой теории только начинают изучать сферы образования, потребления и идентичности в связи с феноменом работы, это уже можно считать прогрессом. Авторы убеждены, что первым шагом на пути возрождения социологии работы должен стать конструктивный диалог между прошлым и настоящим, между современными разделами социологии работы и академической социологии. В этом контексте появляются исследования и в академической социологии. К примеру, работа Д. Райта о продавцах книг использует традиции социологии работы, комбинируя это с современной теорией потребления и вкуса2. Учет в исследовании труда таких факторов, как гендер, этническая, религиозная принадлежность, глобализационные процессы, проблемы идентичности, дает ученым возможность изучать

1 Salaman G. Working. - L.: Tavistock, 1986; Terkel S. Working: People talk about what they do all day and how they feel about what they do. - N.Y.: Pantheon books, 1972; Sennett R., Cobb J. The hidden injuries of class. - N.Y.: Vintage, 1972; Skeggs B. Class, self, culture. - L.; N.Y.: Routledge, 2004; Renewing class analysis / Ed. by R. Crompton, F. Devine, M. Savage, J. Scott. - Oxford: Blackwell, 2000.

Wright D. Mediating production and consumption: Cultural capital and «cultural workers» // British j. of sociology. - Oxford; L., 2005. - Vol. 56, N 1. - P. 106121.

абстрактные социальные формы в нынешних конкретных условиях (001, с. 824).

О новых направлениях и преемственности в социологии работы размышляет Тони Уотсон (Университет Ноттингема, Великобритания) (002), отмечающий, что существуют факторы, которые остаются неизменными на протяжении всей истории социологического исследования работы. Ими часто пренебрегают в современных теоретических и эмпирических исследованиях. Автор считает, что социология работы должна принимать в расчет и изменения, и преемственность. Другим подспорьем для оживления социологии работы может стать концепция социологического воображения, примиряющая американский прагматизм с идеями М. Вебера и К. Маркса. Так, концепция социологического воображения Ч.Р. Миллса продолжает играть важную роль в становлении современной социологии. Она может стать мостом, который свяжет старые теории и новые подходы, позволит преодолеть зависимость от моды и прогнозов, «новых поворотов» и «новых парадигм». Поэтому далее автор останавливает внимание на некоторых идеях Миллса, которые могут способствовать созданию полноценной социологии работы. Т. Уотсон также выделяет ряд принципов прагматического реализма, необходимых для решения проблем современной социологии работы (002, с. 862).

Социологическое воображение, прагматизм и классическая социология. Согласно Миллсу, способность рассматривать частные случаи и проблемы в более широком социальном контексте является отличительной чертой профессионального социолога и показателем особого «качества ума» (quality of mind). Например, в контексте социологии работы можно изучать растущее ролевое напряжение среди работников государственного сектора. С одной стороны, оно связано с тем, что чиновники главным образом стремятся эффективно выполнить задания, которые «спускаются сверху», вместо того чтобы предоставить гражданам качественное обслуживание. С другой стороны, этот частный случай можно вписать в контекст неолиберальных схем дерегуляции, т.е. отмены мер, сдерживающих свободную конкуренцию на финансовых рынках. Таким образом, профессиональный социолог должен, прежде всего, адекватно представлять картину как всего общества в целом, так и отдельных социальных структур. Миллс считал необходимым знакомить лю-

дей с результатами социологических исследований: люди должны осознавать, каким образом они задействованы в социальных институтах и социальных изменениях глобального характера. С этих позиций он подвергал критике современный ему прагматизм и возвращался к идеям раннего американского прагматизма, работам Ч. Пирса, Д. Дьюи и У. Джеймса. В те времена прагматизм был нацелен на осуществление социальных реформ и сохранение демократических идеалов, а ведущей задачей было не только познание социальной реальности, но и практическое осуществление контроля человека над окружающей средой и социальными процессами. Именно эти установки прагматизма вдохновили социологов Чикагской школы. С точки зрения автора статьи, эти суждения Миллса необходимо использовать в понимании работы в рамках современной социологии (002, с. 863-864).

«Целостная картина» общества и динамика индустриального капитализма. Т. Уотсон полагает, что социология сама по себе является исторически обусловленным и локальным явлением, возникшим как способ осмысления изменений, связанных с урбанизацией, индустриализацией, усложнением разделения труда, бюрократизацией и демократизацией. Тематика труда и благосостояния индивида рассматривалась в классических работах, где анализировалась изменяющаяся структура специализации в сфере «работы». Для Э. Дюркгейма занятость и смена социальных ролей являлась частью перехода от механической к органической солидарности. К. Маркс рассматривал только классовый аспект разделения труда: отношения между собственниками средств производства и наемными рабочими. Анализ бюрократизации общества М. Вебером основывался на рассмотрении сущности специализации труда. Бюрократическая иерархия построена на разделении работников согласно их навыкам и знаниям. Таким образом, тема разделения труда в работах классиков социологии неотъемлемо связана с темой власти и социального неравенства. По мнению автора, это остается актуальным и в настоящее время, когда классовая структура, статус, этническая принадлежность и гендер тесно связаны с разделением труда. Это и есть, с точки зрения автора, та самая преемственность, которой нельзя пренебрегать (002, с. 865).

Идея преемственности может быть подвергнута сомнению, поскольку само общество претерпело глубокие преобразования со

времен классической социологии. Однако, ссылаясь на работу К. Уильямса1, который анализирует последние тенденции в современной социологии работы, автор утверждает, что практически все исследования последнего времени, в которых говорится о фундаментальных изменениях в обществе, строятся в соответствии с одним и тем же нарративом. То есть можно выявить определенную «историю», в которой экономическая деятельность рассматривается через призму разных дихотомий: к примеру, фордизм и постфордизм, бюрократия и постбюрократия или неофициальная и официальная работа. Кроме того, ученые склоны прочерчивать линейную траекторию в направлении «-ации», «-изма» или «пост-», скажем, посткапитализма или постбюрократии. Например, одни исследователи заявляют, что изменения связаны с распространяющимся процессом глобализации. Другие уверены, что существующие процессы могут быть объяснены лишь в свете движения мира к эпохе посткапитализма. Таким образом, считает Т. Уотсон, в разных исследованиях имеет место узнаваемая установка, которую можно критиковать с прагматической точки зрения и с позиции Миллса: в своем стремлении открыть «новые миры» ученые часто забывают о насущных проблемах общества.

Автор видит будущее интегрированной социологии работы в применении базовых представлений об обществе, когда каждый ученый руководствуется логикой социальной организации. По его мнению, в рамках социологии работы эта логика связана преимущественно с феноменом «индустриального капитализма», который является основой социальной преемственности. Трамплином для «индустриального капитализма» являются технические или организационные инновации, которые ведут к развитию средств материального производства и усиливают конкурентоспособность предприятия. Изменения, которые происходят в связи с этим, по мнению автора статьи, не полностью обновляют мир, но глубинные пласты социальной жизни в нем сохраняются (002, с. 866).

Разделение труда в социологии работы. В силу того что в социологии работы существует собственное разделение труда, дисциплина фрагментирована. Поэтому интерпретации общих поня-

1 См.: Williams C.C. Re-thinking the future of work: Directions and visions. -Basingstoke: Palgrave Macmillan, 2007.

тий, таких как «труд», могут быть различными. С одной стороны, такое разделение труда представляется целесообразным, но, с другой стороны, оно может создавать препятствия для взаимного понимания и построения общетеоретических положений. В этом случае теряется «смысл существования» социологии, поскольку становится невозможным соотнести отдельную человеческую судьбу с социальными изменениями и общими закономерностями существования общества. Также становится невозможным разъяснить смысл проведенного исследования обычным людям: было бы нелепо отсылать их к «специальной литературе», чтобы ознакомиться с этими понятиями. Даже исследования организации, одной из областей социологии работы, чрезвычайно востребованные в современном обществе, являются разрозненными. Также мало изучается то, как индивид переживает опыт своей работы и как этот опыт формирует его идентичность и биографию, а это, по мнению автора статьи, действительно актуальный предмет социологии работы (002, с. 867).

Автор отмечает и такую проблему, как исчезновение социологии труда из учебных планов социологических факультетов. В бизнес-школах, в которых обучаются люди, непосредственно интересующиеся спецификой трудовых отношений и функционированием организаций, лекции по социологии труда ограничиваются темами «организационное поведение» и «управление человеческими ресурсами». Однако отсутствует такой раздел, как «социология организаций». Несмотря на критику исследований, которые проводятся в бизнес-школах1, автор считает, что у ряда бизнес-школ, работающих в рамках традиции «критической теории менеджмента» (critical management studies), используются методы для полноценного анализа феномена работы. К тому же большая часть ученых, работающих в этой традиции, придерживаются социологического взгляда на вещи. Тот факт, что они находятся в стороне от социологического мейнстрима, может объясняться несколькими причинами. Во-первых, отсутствием целостной социологической перспективы для исследования работы. Во-вторых, некритическим

1 См.: Parker M. The sociology of organizations and the organization of sociology: Some reflections on the making of a division of labour // Sociological rev. - Oxford; Keele, 2000. - Vol. 48, N 1. - P. 124-146.

подходом к изучению работы, который базируется на функционализме (002, с. 868).

По мнению автора, именно социология организаций должна направлять общую социологию работы. Сегодня власть и статус корпораций в государственном и в частном секторе отражает социальные изменения в сфере труда в целом. Здесь можно также наблюдать преемственность в структуре организации, где мотив «власти» остается неизменным. Преемственность и новизну способов и видов трудовой активности можно проследить и в условиях производства, и в стратегиях потребления. Из этого следует, что социология работы нуждается в более точной дефиниции предмета своего исследования - самого процесса работы. Автор дает следующее определение работы: «это процесс выполнения заданий, обеспечивающий людям пропитание и формирующий их жизнь в рамках того социального и экономического контекста, в котором они существуют» (002, с. 869). Данное определение позволяет избежать расплывчатых формулировок, отсылающих к слишком широкому социальному контексту. Здесь учитывается и «формирование жизни» индивида в процессе работы, ведь, работая, индивид обеспечивает не только пропитание и потребление, но и формирует собственную идентичность. Автор делает вывод о том, что работа является также и культурным феноменом (там же).

Методологический разрыв, конструктивизм и прагматический реализм. В рамках современной социологии работы продолжаются теоретические и методологические дискуссии: «микроподход против макроподхода», «организация против системы организаций», «конструктивизм против реализма» и др. Так, в спорах о конструктивизме и реализме, по наблюдениям автора, очевиден драматический разрыв между учеными. Приверженцы конструктивизма следуют в своих работах так называемому «лингвистическому повороту», когда в каждом социальном феномене ученый ищет «текст» или нарратив. Так, в социологию входит постмодернизм, и вместо последовательного анализа истории человеческой деятельности, ученые рассматривают, как индивиды «изобретают» новые миры в контексте лингвистических и культурных инноваций. По мнению автора, опасность заключается в том, что, помимо разделения социологов на враждующие группы, изучение социального конструирования реальности и использование социологического

воображения здесь невозможны и неприменимы (002, с. 870). Однако в качестве концептуального восприятия паттернов человеческих отношений и процессов рассмотрение «нарратива» может быть эвристичным.

Исследователи, придерживающиеся позиции прагматического реализма, по-прежнему используют понятия социальной структуры, класса, организации, капитализма, избегая зависимости от абстрактных определений-метафор. Т. Уотсон полагает, что прагматизм дает некоторые опорные точки для исследования реальности. Суть этой опоры - в способности теории объяснять людям социальный мир, помогать им в достижении их целей, о чем, как уже упоминалось, говорил Миллс. Мерилом продуктивности и целесообразности социальной теории является информативный потенциал того или иного теоретического конструкта. Позже П. Бергер и Т. Лукман продемонстрировали истинно социологическую манеру исследования, утверждая, что люди конструируют социальный мир и сами формируются под воздействием этого мира. Соответственно, люди создают институты работы, а институты и организации формируют их самих. В этом смысле организации, занятия, организационная культура и социальная идентичность являются реальными. Но структура такой реальности отличается от мира материальных объектов. Эти явления становятся реальными, когда индивид видит их таковыми, принимая на веру институциональные схемы, правила, нормы и процедуры. Измерение реальности, касающееся работы, и является предметом социологии работы (002, с. 871).

В начале XXI в., заключает автор свой обзор проблемного развития социологии работы, было проведено значительное количество интересных исследований, которые бросают вызов идеям, принимаемым на веру, таким, например, как «постбюрократия». Автор утверждает, что эти новаторские исследования, опираясь на реалии «преемственности и изменений», разоблачают спекуляции касательно «смерти карьеры в организации», нового мира, где каждый обладает «портфелем» работ и т.д. Существуют подобные исследования и в связи с проблемой идентичности1. По мнению авто-

1 Alvesson M., Thompson P. Post-bureaucracy? // The Oxford handbook of work and organizations / Ed. by S. Ackroyd, R. Batt, P. Thompson, P.S. Tolbert. - Oxford: Oxford univ. press, 2005. - P. 485-507; Courpasson D., Clegg S. Dissolving the iron cages? Tocqueville, Michels, bureaucracy and the perpetuation of elite power //

ра, эти исследования закладывают основание для актуализации социологии работы, так как они сочетают в себе сильную теоретическую основу и эмпирический материал, описывающий повседневную жизнь индивидов в широком социальным контексте. Они будут способствовать реализации принципов Миллса и в направлении социологического просвещения (002, c. 873-874).

Ю.В. Ерошичева, О.А. Симонова

2010.03.003. ВОЛКОВИЦ К. СПОРНЫЕ ГРАНИЦЫ: АВТОБИОГРАФИЧЕСКАЯ ПЕРСПЕКТИВА СОЦИОЛОГИИ РАБОТЫ. WOLKOWITZ C. Challenging boundaries: An autobiographical perspective on the sociology of work // Sociology. - L., 2009. - Vol. 43, N 5. - P. 846-860.

Как считает Кэрол Волковиц (Университет Уорвика, Великобритания), биографический подход дает возможность воссоздать историю социологии труда и показать ее связи с другими социологическими направлениями. С этой целью автор статьи предпринимает экскурс в собственную интеллектуальную биографию, описывая влияние на формирование своих профессиональных интересов идей известных представителей феминистской социологии, занимавшихся проблемами труда, домашнего хозяйства и телесности (embodiment). Такой подход, по ее мнению, показывает взаимосвязь профессиональной и частной жизни исследователя, его научной и преподавательской деятельности.

В конце 1970 - начале 1980-х годов, когда Волковиц начала свою научную деятельность, направленность и тематика этой социологической области во многом определялась дискуссиями о различии между оплачиваемой и неоплачиваемой работой, а также о необходимости концептуального переосмысления представлений о производстве и воспроизводстве.

Проблемы занятости и социологии тела были в центре научных интересов Волковиц, начиная со студенческих и аспирантских лет (1970-е годы). Занимаясь этой тематикой, она пришла к выводу,

Organization. - L., 2006. - Vol. 13, N 3. - P. 319-343; Market class and employment / McGovern P., Hill S., Mills C., White M. - Oxford: Oxford univ. press, 2007; Working in the twenty-first century / Ed. by M. Moynagh, R. Worsley. - Leeds: ESRC, 2005; Taylor R. Managing workplace change. - Swindon: ESRC, 2002.