«Думаю, май будет в глубоком минусе»

О ситуации со спросом на автомобили, влиянии господдержки, а также о необходимости обсуждения параметров дифференциации промсубсидий “Ъ” рассказал глава Hyundai в России Алексей Калицев.

— Как вы оцениваете состояние спроса в нынешних условиях и после снятия ограничений?

— В апреле было очень длительное закрытие предприятий торговли. На нас это сказалось критично, поскольку полностью не работала дилерская сеть. Хотя 20 апреля началось ее постепенное открытие, и на сегодня где-то около 70 центров уже работают в регионах, закрытыми остаются дилеры в Москве — большом с точки зрения продаж рынке. Мы ожидаем, что все-таки в течение мая нашим дилерам и здесь удастся возобновить работу и это позволит нам говорить о восстановлении.

Кроме того, со стороны клиентов по спросу ударили ограничения передвижения. Наши дилерские центры, которые сейчас работают, говорят о достаточно низком трафике, в первую очередь из-за самоизоляции. Мы рассчитываем, что ограничения тоже будут постепенно сниматься и спрос постепенно войдет в какое-то нормальное, приличное русло.

Думаю, май будет по-прежнему в глубоком минусе, но начиная с июня можно говорить о плавном, постепенном восстановлении. Наш бренд хочет быть в авангарде этого процесса, мы приложим все усилия, чтобы как можно быстрее восстановить нормальную работу.

— Если говорить об ажиотажных продажах на фоне девальвации в марте, большая часть спроса, на ваш взгляд, уже выбрана?

— У массовых брендов был хороший спрос, но все же меньше, чем в премиальном сегменте. В премиальном произошел настоящий существенный всплеск. Не сказал бы, что наш бренд в массовом сегменте реализовал большое количество машин в марте за счет апреля и мая. То есть спрос был где-то на 10–15% выше, чем мы ожидали, но не более того.

— Какой сегмент авторынка наиболее пострадал?

— Если говорить о коммерческом транспорте, то, с одной стороны, бизнес потерял, с другой — курьерский, наоборот, вырос на порядок. В потребительской части, конечно, в меньшей степени будет стагнировать сегмент кроссоверов (SUV). Клиенты, которые способны платить больше, сместят внимание сюда. И это одна из наших стратегий: Hyundai играет во всех сегментах внедорожников, это и Creta, спрос на которую по-прежнему очень высок, и Santa Fe.

— По вашему мнению, программы поддержки нужно распространить на всех игроков или только на локализованных?

— Мне кажется, те, кто инвестировал и продолжает инвестировать (а мы продолжаем, строим завод двигателей в Петербурге, как мы обещали, проект не остановился), должны получать большую часть.

— То есть держатели специнвестконтрактов?

— Да. Мы считаем, что эта позиция правильная.

— Власти решили не откладывать дифференциацию компенсаций утильсбора, несмотря на кризис. Как вы к этому относитесь?

— По дифференциации утильсбора у нас есть своя позиция, которая совпадает с мнением коллег из крупнейших концернов. Все-таки автоиндустрия очень сегментирована: есть SUV, в котором Creta за 1 млн руб. и Santa Fe за 3 млн руб., и есть более массовый сегмент небольших машин. Применять одинаковые локализационные требования к моделям, одна из которых производится объемом 75 тыс. штук в год, а другая — 8 тыс. в год, наверное, неверно. Дифференциация в принципе как подход правильна: чем ты больше инвестировал, тем на более высокую поддержку можешь рассчитывать. Однако она, мне кажется, требует детальной проработки: нужно все-таки учитывать специфику рынка, сегментацию рынка и наши возможности как производителя по локализации.

— АЕБ просила отсрочить дифференциацию на фоне кризиса. Это выход?

— Если просто отсрочить — получается, мы опять не решаем проблему. А мы предлагаем решить эту проблему, чтобы основные игроки могли заниматься целесообразной локализацией. Понимаете, очень сложно объяснить и с экономической, и с технической точки зрения локализацию автомобиля или моделей с малым объемом продаж — просто в принципе это невозможно сделать. Мы хотели бы, чтобы кто-то прислушался к нашему мнению.

— Когда, по вашей оценке, восстановится рынок?

— Здесь очень сложно прогнозировать. В целом я думаю, что рынок будет стагнировать, как и во всем мире. Темпы стагнации, на каком уровне он стабилизируется — сказать сложно. Однозначно только то, что расти рынок не будет. Он уже в прошлом году начинал падать, и не только у нас — даже в Китае еще до эпидемии. И в этом ничего нет плохого. Человек отказывается от использования автомобиля. Может быть, эпидемическая ситуация, наоборот, чуть-чуть развернет этот процесс, и внимание к индивидуальному транспорту повысится. Но глобально все это не поменяет ситуацию.

— Вы ожидаете, что кто-то из автопроизводителей покинет рынок РФ после кризиса?

— Да, это возможно. Не хотелось бы, потому что чем больше конкуренции, выбора, тем лучше. Но я допускаю такое.

Как российские производители переживают кризис