Опыт взаимодействия русских хамовников и иноземных мастеров в структуре дворцового ремесленного комплекса в России XVII в

/

Отечественная история

Ю.С. Русова

Опыт взаимодействия

русских хамовников и иноземных мастеров

в структуре дворцового

ремесленного комплекса в России XVII в.

Статья посвящена анализу опыта взаимодействия русских и иностранных мастеров ткацкого дела на территории России, а также роли иноземцев в процессе создания царской одежды в XVII в. В центре внимания автора находятся следующие проблемы: вызов суконных мастеров в Россию, их место жительства, условия работы, оплата труда, обязанности и запреты для иноземцев-ткачей, а также деятельность резидентов, занимавшихся поиском, приглашением иностранцев в Россию и обеспечением их приезда. Сделан вывод о благоприятном взаимовлиянии и установлении обмена опытом в процессе обучения русских мастеров иностранцами, что способствовало совершенствованию технологий производства царской одежды в системе дворцового ремесленного комплекса в России XVII в. Ключевые слова: ремесленное производство в XVII в., мастера-иноземцы в XVII в., царская одежда в XVII в., Кадашёвская слобода, Государева мастерская палата, Царицына мастерская палата.

Исторический опыт экономического и политического взаимодействия России с другими странами являлся предметом многих исследований и остается востребованным на современном этапе. Одним из аспектов этой темы является обмен опытом между русскими и иностранными мастерами, в частности, в структуре дворцового ремесленного комплекса, и роль иноземцев в процессе создания царской одежды в России в XVII в. В сфере наших интересов будут примеры, непосредственно связанные с изготовлением царской одежды в Государевой и Царицы-ной мастерских палатах и в дворцовой Кадашёвской слободе.

j

fz

о. Впервые историки обратили внимание на эту проблему в XIX в. Уже t тогда исследователей интересовало правовое положение иноземцев в России. Например, В.Н. Лешков отмечал, что Россия была заинтересована в притоке иностранцев и поэтому предоставляла им более бла-

ф

ш гоприятные условия, чем другие европейские государства, например, ш признавала за иноземцами право передачи имущества по наследству, к религиозную свободу и др. [19, с. 1-29].

В чем была заинтересованность российской власти в притоке иностранцев, обозначает чуть позже, в начале XX в., В.О. Ключевский [13]. Он впервые разграничивает понятия «общение» России с Западной Европой, которое существовало в XV-XVI вв., и западное «влияние», начало которому было положено в XVII в. Нам кажется справедливым замечание автора, что влияние наступает, когда общество, его воспринимающее, начинает сознавать превосходство среды или культуры влияющей и необходимость у нее учиться. В тот же период правовой статус иностранцев продолжает исследовать A.C. Мулюкин [22; 23]. Положительный вклад иноземцев в развитие ремесла и промышленности в России отмечала в начале XX в. И.И. Любименко [21].

В советский период историки уделяют внимание вопросу поселения иностранцев в России. Этому посвящены исследования Н.Г. Вершининой [2], Е.И. Звягинцева [10], Н.Б. Голиковой [4; 5, с. 83-114], А.А. Зимина [11], В.Л. Снегирёва [33]. Авторы сходятся во мнении, что в середине XVII в. иноземцы селились в Немецкой слободе или покупали дворы у москвичей. Стоит также заметить, что иностранцев могли поместить и безденежно на отписных дворах царских слобод по государеву указу, с целью пополнить «упалые» места искусными мастерами и мастерицами, а также повысить качество работы русских мастеров путем обучения их иноземцами. К.В. Базилевич отмечает, что на отписных дворах Када-шёвской слободы, например, помещались преимущественно литовские выходцы, хорошо знавшие искусство тканья полотен [1, с. 14].

Современные исследователи, вводя новые источники и поднимая новые проблемы статуса иностранцев, отмечают, в целом, взаимные выгоды экономического и политического взаимодействия России и Запада. Значительный вклад в изучение этого аспекта сделал С.П. Орленко [27]. В 2010 г. была защищена диссертация О.И. Куприяновой о правовом положении иностранцев в русском государстве XVT-XVTI вв. [18]. Автор делает вывод о том, что правительство предоставляло иностранцам комплекс имущественных и личных прав, желая привлечь их на российскую службу, создавало условия для использования их знаний и опыта, сохранения и развития этих знаний на российской почве. С другой стороны, эффективно осуществляло контроль за пребыванием и деятельностью иноземцев в России.

9

о" -О т

Попасть на российскую службу иностранцы могли несколькими ¡2 5 ^ путями. Мастера-иноземцы из близлежащих земель (территории Речи ^ | г-с Посполитой) могли войти в штат хамовников дворцового ремесленного 'о з ° комплекса по собственному челобитью. Они приписывались на житье р^ в Кадашёвской слободе добровольно, обязуясь платить денежный § е^ оброк в Приказ Мастерской палаты и выполнять годовой урок, т.е. ^ * определенную работу в области ткацкого дела за плату. В числе таких о просителей был поляк Тимошка Максимов, который писал в 1675 г. ^ в своей челобитной: «Пожалуй меня, сироту своего, вели, государь, меня записать в свою государеву Хамовную слободу в тягло и взять по мне поручную запись в тое ж Хамовную слободу в своем государевом деле и в житье» [15, с. 123]. Но государство поступало в своих интересах и не всегда отвечало положительно на подобные прошения. В резолюции на эту челобитную было велено старосте Дмитрию Андрееву выяснить о Тимошке Максимове, вольный ли он человек и нет ли о нем в других слободах в тяглах поручных записей. В результате иноземец не получил безденежного надела, а следовательно, не обязан был «хамовным делом» и оброком был обложен по меньшей статье «по 10 алтын» [Там же].

Те же, кому удавалось получить двор безденежно, вероятно, могли рассчитывать на финансовую поддержку государства, т.к. встречаются челобитные иностранцев с просьбой выдать им деньги из-за того, что «...холопы твои Кадашовские слободы хамовники и иноземцы Якимка да Пронька Ерофеевы. в большой пожар погорели, а на дворовое строения нам холопем твоим твоего государева жалованья ничего не дано, и мы дворишко строили на свои деньги, занимаючи в кобалы...» [15, с. 96]. Подобные обращения могут свидетельствовать о задержке жалованья мастерам, следствием чего является отсутствие денег на ремонт, но также позволяют предположить, что государство участвовало в жизни мастеров дворцовых слобод и финансировало их проживание, по крайней мере, в случае пожара и других непредвиденных обстоятельств.

Государство обеспечивало и обучение вновь поступивших на службу иноземцев. Нами впервые обнаружен документ, подтверждающий, что иностранцы учились у опытных русских мастеров. 30 января 1660 г. приказная боярыня Кадашёвской слободы Татьяна Шилова сообщает царю, что «иноземцы поляки хамовники новые Ивашко Мимянской да Иваш-ко Кулбецкой да Фетька Колосковский... отданы в ученье хамовного дела мастерам Петру Борщевскому да Степану Черноусову хамовному делу выученных». 9 апреля 1660 г. царь Алексей Михайлович пожаловал иноземцев своим государевым жалованьем, велел поденного корму (т.е. посуточного жалованья) «учинить по десяти денег на день»

о. [26, л. 1-2]. Таким образом, находясь на обучении и выполняя, очевид-

5 но, неполный объем работы, мастера все равно получали жалованье.

Помимо личной инициативы иностранцев при поступлении на службу к русскому царю, их появление в царских хамовных мастер™ ских могло быть вызвано распоряжением государя о поиске ремес-

6 ленных людей за границей. К опыту иноземцев обращались для ^ получения новых знаний и приемов ткацкого дела, что способствовало повышению качества производимой хамовной продукции для государя. Эту тенденцию отмечают многие исследователи. А.К. Корсак подчеркивал патриархальный характер ремесла в России и отсутствие корпоративных постановлений об обучении мастерству, как в западных цехах. Он констатировал, что при таком положении ремесла государство могло удовлетворить свои потребности только путем собирания рассеянных по стране ремесленников на время работы и вызова иностранцев [14, с. 112]. Об этом же говорил и М.В. Довнар-Заполь-ский [9, с. 60]. Среди архивных материалов есть тому подтверждения. Например, из документов известно, что около 1614 г. Казенный Приказ выписывал иноземцев-ткачей [3, с. 10]. В «Росписи Государевой белой казны» за 1631 г. приводится список хамовников и деловиц1 Кадашёв-ской слободы, среди которых упоминаются два мастера-иноземца -«Иван Иванов сын Хмелевской да Гаврило Романов сын Красовской» [32, л. 5], имена которых не упоминались ранее в научной литературе.

Поиском и приглашением в Россию иностранных мастеров занимались резиденты - доверенные иностранные дипломатические представители, постоянно находившиеся в нашей стране, и специально назначенные царем. В обязанности резидента входило ведение документов, связанных с привозом иностранцев: составление списков выписанных мастеров и подача проезжих грамот. В 1651 г. Александр Краферт дал грамоту «к Архангельскому городу о тех мастерах о пропущении их» [8, л. 1]. Кроме того, во время пребывания за границей высылались дополнения к росписям товаров и мастеров, наказы и указы, что говорит о строгом контроле деятельности резидентов самим царем.

В научный оборот уже введены имена некоторых резидентов. Мы же обратим внимание на то, что они выполняли в поездке широкий круг задач, выясняя политическую обстановку в других странах, налаживая торговые связи, занимаясь поиском людей военных специальностей. Следует привести примеры, подтверждающие, что эти же резиденты обеспечивали и привоз мастеров хамовного дела. Сохранились архивные

1 Деловицы - мастерицы дворцовых слобод, занимавшиеся прядением нитей, тканьем полотен и шитьем.

11

О -о т

данные об отправлении из Москвы в Любек и другие поморские горо- ^

да «немчина Романа Бримана для прислания... суконных мастеров» [28, л. 1]. В 1651 г. рассматривалось дело о пропуске в Москву кра- о з ° сильных мастеров, выписанных Крафертом из иностранных государств § ^ [8, л. 1]. В середине 1660 гг. И.-Г. Грегори ездил в Германию с пору- ^ ^ чением русского правительства приискать «рудознатцев и добрых >! суконного дела мастеров» [6, с. 600]. Призывать «всяких ремесленных о людей» в московское государство поручал царь и иноземцу Ивану фон Сведену [31, л. 1]. Добавим еще в этот список новое имя иноземца Петра Иванова, вызвавшего в 1659 г. кизылбашских хозового1 и шелкового дел мастеров [38, л. 1].

Также отбором иноземцев и доставлением из-за границы разных товаров в 1650-60 гг. занимался английский подданный, комиссариус и позднее резидент, Иван Гебдон, который переселился в Россию ранее 1647 г., когда о нем уже есть упоминания в делах Посольского приказа. В Приказе тайных дел хранится обширное дело № 118, заключающее в себе документы о налаживании отношений царя Алексея Михайловича с Венецией, Англией и Голландией при посредстве этого «торгового англичанина». Частично эти документы были опубликованы и проанализированы И.Я. Гурляндом [7]. Однако его больше интересовали внешнеполитические вопросы, привоз военных людей и оружия. Нам же интересны факты приглашения иноземцев для развития промышленности и закупка тканей, осуществляемая по подробным росписям царя. Ожидание изготовления узорочных товаров или их поиск иногда мог задержать резидента за границей на длительный срок, о чем можно судить по грамоте царя Алексея Михайловича к Гебдону «с требованием от него сведений: что он, по отъезде своем за границу, по царскому указу и по наказам сделал или делает и где находится, чтобы о том отписал немедленно» [25, ч. 1, л. 54]. Это послание еще раз подтверждает личный строгий надзор царя за деятельностью дипломатических представителей и беспокойство правителя в случае выхода доверенных лиц из-под контроля. Но волнение это могло быть оправданным. Гур-лянд, например, ставит под сомнение честность Гебдона по отношению к царю [7, с. 28]. Если это и так, действия резидента должны были быть строго продуманы, т.к. в деле участвовали и его родственники, вместе с которыми он переселился в Россию. Там есть упоминания о его жене, сыне Иване и дочери, которая была замужем за «торговым англичанином» Томасом Брейном.

1 Мастер, занимавшийся выделкой козловой кожи, из которой получался хоз (сафьян).

о. Но подобное дело не всегда был семейным. Известны случаи, когда 5 мастер приезжал из Европы с целой группой иностранных мастеров к с целью открыть собственное производство. И.М. Кулишер в начале XX в. фрагментарно затрагивал вопрос о попытках иноземцев организо-¡2 вать суконные фабрики в России и освещал деятельность фон Сведена ^ и Ильи Тауберта [17].

^ Сохранившийся в Российском государственном архиве древних актов

(РГАДА) документ об отпуске из России бархатного дела мастера шведа Ефима Фимбранта для найма в европейских государствах ремесленных людей подтверждает, что у иностранца была идея создать в России «завод, где будут отласы золотные и бархаты и шелковое дело делати» [29, л. 6]. В результате, в 1632 г. в Москве действительно был устроен «Бархатный двор» во главе с Фимбрантом на берегу Москвы-реки, между Тайницкой и Водовзводной башнями. Ткани, там вырабатываемые, отличались высоким качеством и шли на изготовление парадных царских кафтанов. В 1635 г. на «Бархатном дворе» работали 36 человек. Среди них находился искусный мастер по выработке шелка Иван Дмитриев [16, с. 156].

Челобитные иноземцев, взятых выполнять дело «на государев обиход», позволяют сказать, что часть хамовных мастеров дворцовых слобод работала на дому, о чем впервые заявили К.В. Кудряшов и А.М. Яновский [Там же, с. 152]. Существуют документы о ремонте избы, в которой работали иностранцы: «Доложить государя царя... о государевом хамовном дворе о строенье в Кадашевской слободе на государевом хамовном дворе: у хамовников иноземцов изба вымши-лась и развалилась, сгнила, стюдена, делать государева дела в ней нельзя...» [15, с. 46]. На обороте пометка «велеть сметя (т.е. смету. - Ю.Р.) поделать» - признак заинтересованности царя в скорейшем ремонте избы для продолжения работы мастеров.

Помимо работы на дому, для иноземцев существовала специальная «изба» на хамовном дворе Кадашёвской слободы. Мастеров называли «сиделые хамовники», значит, они работали именно на хамовном дворе. На это указывает целый ряд документов, начиная с середины XVII в.: «бьет челом. кадашовец сиделой хамовник Мишка Корнилов. ныне я, холоп твой, пожалован на твой государев хамовный двор.» [Там же, с. 112]. Или: «.бьет челом. кадашовец иноземец хамовник сиделой Петрушка Мартинов, сын Борщевской. Работаю я. в полати твои. тонки и всякие полотна» [Там же, с. 61]; «.бьют челом холопи твои хамовного двора сиделые хамовники» и т.д. [Там же, с. 208]. А.Л. Якобсон отмечает, что и термин «сидеть за станом», вероятно, есть условное обозначение работы в общем помещении на хамовном дворе [39, с. 37].

о" -О т

Приехав в Россию, иностранные мастера могли «просидеть за ста- ¡2 5 & ном» до конца своей жизни или на протяжении довольно длительного ^ 2 г-с времени. Из документов известно, что, например, «кадашевец иноземец 'о з ° хамовник сиделой Петрушка Мартинов сын Борщевской» на момент § ^

О

написания челобитной проработал «в полати твои великого государя ^ е^ тонкие и всякие полотна 18 лет беспрестанно» [15, с. 61]. ^

Нами впервые будет отмечено, что норма выработки «на дело», т.е. еди- о ница измерения нагрузки в год, для русских хамовников и иностранцев была одинаковой: «на дело ткут русские хамовники и иноземцы все ровно по семи полотен тонких да по семи полотен тверских» [32, л. 17]. Трудовые условия для русских мастеров и иноземцев были равноценными.

Хотелось бы также акцентировать внимание на том, что и государево годовое жалованье у русских и иноземных хамовников Кадашёвской слободы также было одинаковым [25, ч. 1, л. 1; 32, л. 19] и состояло из двух частей. Размеры его для русских мастеров были зафиксированы еще К.В. Базилевичем в начале XX в. [1, с. 7]. Хлебное жалованье соответствовало размеру годового урока; на целое дело шло в 1631 г. 10 четвертей без полуосмины ржи и 7 четвертей без полуосмины овса. Денежное жалованье - льняные деньги, предназначенные на покупку льна, мастера-хамовники получали по 30 алтын, если заранее не было оговорено иное. Однако нам удалось установить: были случаи, когда иностранцы высокой квалификации не соглашались ехать в Россию, не договорившись об определенной сумме. Тогда государь велел «по уговору давати им» от 15 до 50 руб. человеку на месяц, «смотря по рукоделью» [25, ч. 7 (2), л. 173]. Таким образом, мы видим, что, несмотря на фиксированное жалованье, государь готов был заплатить больше за получение нового опыта.

Кроме того, имели право просить прибавки жалованья и получали эту прибавку иноземные мастера, обучавшие русских ткачей. Это отмечал В.Н. Лешков, обозначая одну из целей вызова иноземных мастеров с Запада - учить русских людей их ремеслу [20, с. 368]. Количество обучаемых могло быть разным. Например, уже упоминавшийся нами Иван Дмитриев имел группу учеников [16, с. 156], а Петрушка Мартинов за 18 лет приобщил «к. великого государя делам полотенного мастерства» только четыре человека [15, с. 61].

Не всегда отношения между иностранными мастерами и отданными им на выучку русскими подмастерьями и учениками складывались удачно. Из-за строгой требовательности возникали частные недоразумения, и бегство ученика от мастера было заурядным явлением.

Иностранцы тоже не всегда соблюдали возложенные на них обязательства и могли действовать в своих интересах. Специального указа

о. о запрете иноземцам учить ткацкому делу людей, не работающих 5 на государя, не было. О чем говорил в опубликованной челобитной к кадашевец иноземец Петр Мартинов: «а твоего великого государя указу и заказу нам не бывало, чтоб с стороны никово не учить» [15, с. 61]. Однако тот факт, что этому иноземцу «излучилось взяти ученика с сто-^ роны, с боярского двора, учить [делать] скатертей иноземских широких ^ и полотен иноземских же широких» [Там же] вызвало недовольство царя. Надежда на милость и оправдание у хамовника была, т.к. в явке он указывает на «непользование» им государевой пряжей и бердами при подготовке этого ученика «со стороны» [Там же]. Предоставляя технику и материал для работы, государство рассчитывало получить определенное количество готовой продукции и, естественно, не одобряло, когда появлялись незапланированные расходы.

Таким образом, некоторые права иноземцев были ограничены, что отчасти было вызвано противоречащими друг другу интересами светской и духовной властей: первая нуждалась в иностранных специалистах, желая использовать их в интересах развития, в т.ч. и ремесел; вторая же старалась всячески пресечь контакты православных русских с иноверцами [12, с. 59].

Статья 40 главы XIX Соборного уложения 1649 г. запрещала заклад московских дворов иноземцам: «А у кого всяких чинов у рус[с]ких людей дворы на Москве. и тех дворов и дворовых мест у рус[с]ких людей немцам и немкам вдовам не покупати, и в заклад не имати...» [34, с. 236]. Новоторговый указ 1656 г. содержал ограничения на торговлю иноземцев в пользу свободной торговли русского купечества [20, с. 385]. Причиной могли быть жалобы, как, например, челобитная 1646 г. торговых людей о притеснениях от иноземцев, живших в России по торговым делам [14, с. 122].

В данной связи нам кажутся интересными наблюдениями Гурлянда о том, что для царя идеал взаимоотношений между Москвой и Западом был в том, чтобы все иноземное (интересное, приятное и полезное) можно было иметь у себя, но, в то же время, во имя этого ничем своим не жертвовать [7, с. 5].

Из «полезного» на Русь, при содействии иноземцев, проникали не только новые технологии, но и техника. Академик С.Г. Струми-лин отмечает, что на Кадашёвском дворе уже с середины XVII в. были широкие станы иноземного происхождения. Так как русские станки тех времен давали только узкие ткани около 12 вершков шириной, то скатерти приходилось сшивать из трех столбцов [36, с. XX]. Широкие льняные полотна ценились, соответственно, выше даже хлопковых узких тканей.

Подводя итоги, можно назвать два источника появления иноземцев

О ^ т

m ^ oi

к и ^

У 2

в комплексе дворцового ремесленного производства: личные прошения ^ иностранцев, как правило, близлежащих земель, о принятии их на служ- 'о з ° бу, и вызов мастеров царем из других государств при помощи рези- § ^

О

дентов. Прием мастеров хамовного дела на службу осуществлялся под ^ е^ строгим личным контролем царя. Процесс обучения был обоюдным: ^ опытные иностранные мастера передавали свои знания русским учени- о кам, и, наоборот, недостаточно хорошо знавшие ткацкое дело поступали в подмастерья к царским хамовникам. Тем не менее, по нашим наблюдениям, суконные мастера значатся в росписях присланных мастеров реже других профессий (например, мастеров серебряного или золотого), что говорит о высоком уровне развития этой отрасли ремесла в России. С другой стороны, благодаря появлению в нашей стране даже незначительного числа иноземцев, в Государеву и Царицыну мастерские палаты и дворцовые слободы проникали новые технологии, а также техника -станы иноземного образца, что способствовало развитию и совершенствованию процесса производства царской одежды. Приезжие иноземцы-хамовники в области поручаемых им задач и вознаграждения за их выполнение находились в равных условиях с русскими мастерами, что благоприятствовало установлению культурного и технологического обмена опытом и знаниями в комплексе дворцового ремесленного производства в России XVII в.

: Г-С

Библиографический список

1. Базилевич К.В. Кадашевцы, дворцовые ткачи полотен XVII века // Архив истории труда в России. Пг., 1924. Кн. 2. С. 3-17.

2. Вершинина Н.Г. Иноземцы и иноземные слободы в Москве: Дис. ... канд. ист. наук. М., 1948.

3. Викторов А. Описание записных книг и бумаг старинных дворцовых приказов. Вып. I. М., 1877.

4. Голикова Н.Б. Очерки по истории городов России конца XVII - начала XVIII в. М., 1982.

5. Голикова Н.Б. Численность, состав и источники пополнения гостей в конце XVI - первой четверти XVIII в. // Русский город. Вып. 8. М., 1986. С. 83-114.

6. Грегори, Иоганн-Готфрид // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. Т. IX. СПб., 1893.

7. Гурлянд И.Я. Иван Гебдон, комиссариус и резидент. Ярославль, 1903.

8. Дело по челобитью полковника Александра Краферта: о пропуске в Москву выписанных им иностранных государств селитреных и красильных мастеров // Российский государственный архив древних актов. Ф. 150 (Дела о выездах иностранцев в Россию), 1651 г. Оп. 1. Д. 9.

Q.

О

О

10. 11. 12.

13.

14.

15

16

17

18 19

20.

21.

22.

23.

24.

25.

26.

27.

Довнар-Запольский М.В. Торговля и промышленность Москвы XVI-XVII вв. М., 1910.

Звягинцев Е.И. Слободы иностранцев в Москве XVII в. // Исторический журнал. 1944. № 2-3. С. 81-86.

Зимин A.A. Состав русских городов XVI в. // Исторические записки. 1959. Т. 64. С. 233-254.

Келлер А.В. Немцы в Москве XVI - начала XX вв.: их культурная и общественная жизнь. М., 1997.

Ключевский В.О. Сочинения. В 8 т. Курс русской истории. Ч. 3. М., 1988. Корсак А.К. О формах промышленности вообще и значении домашнего производства (кустарной и домашней промышленности) в Западной Европе и России. М., 1861.

Крепостная мануфактура в России. Ч. III. Л., 1932.

Кудряшов К.В., Яновский А.М. Москва в далеком прошлом. Очерки городской жизни, быта и нравов Москвы XVI-XVII вв. М., 1962. Кулишер И.М. История русского народного хозяйства. 3-е изд. Челябинск, 2008.

Куприянова О.И. Правовое положение иностранцев в России в XVI-XVIII вв.: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2010. Лешков В.Н. Взгляд на состояние права иностранцев по началам европейского народного права вообще, и в особенности по законам отечественным // Юридические записки. Т. II. М., 1842. С. 1-29. Лешков В.Н. Русский народ и государство (История русского общественного права до XVIII века). М., 1858.

Любименко И.И. Труд иноземцев в Московском государстве // Архив истории труда в России. Пг., 1923. Кн. 6-7. С. 52-74. Мулюкин A.C. Приезд иноземцев в московское государство. Из истории русского права XVI и XVII веков. СПб., 1909.

Мулюкин A.C. Очерки по истории юридического положения иностранных купцов в Московском государстве. Одесса, 1912.

О выдаче жалованья хамовникам в Кадашев // Российский государственный архив древних актов. Ф. 396 (Оружейная палата), 1630-1631 гг. Оп. 1. Д. 1503.

О приглашении в Россию по повелению царя Алексея Михайловича через английского подданного Ивана Гебдона иноземцев на службу и для развития в России промышленности и искусств // Российский государственный архив древних актов. Ф. 27. Разряд XXVII (Приказ тайных дел, г. Москва), 1657-1663 гг. Оп. 1. Д. 118. Ч. 1. Ч. 7 (2).

Об отданных в учение в хамовники иноземцев поляков Ивана Мимянского, Ивана Кулбецкого и Федора Колосовского, о бытии им в Кадашеве в хамовниках с выдачею государева жалованья поденного корма // Российский государственный архив древних актов. Ф. 396, 1660 г. Оп. 1. Ч. 6. Д. 6749. Орленко С.П. Выходцы из Западной Европы в России XVII века. Правовой статус и реальное положение. М., 2004.

Отправление из Москвы в Любек и другие поморские города Немчина Романа Бримана для прислания доктора, также рудокопных, суконных, часовых и золотых дел мастеров // Российский государственный архив древних актов. Ф. 150 (Дела о выездах иностранцев в Россию), 1600 г. Оп. 1. Д. 1.

9

О-в т

29. Отпуск из России выезжающих из Швеции прапорщика Юрья Мудерба- ¡2 5 S ха. бархатного дела мастера Ефима Фимбранта для найму в европейских ш =§ государствах ремесленных людей // Российский государственный архив ^ Ч. о древних актов. Ф. 150, 1630 г. Оп. 1. Д. 3. Я

30. Письмо к государю от француза Лесуера о желании его завесть в России g Ёв заводы для делания ковров // Российский государственный архив древних ^ ж актов. Ф. 150, 1657 г. Оп. 1. Д. 2. ^

31. Проезжая грамота иноземцу Ивану фон Сведену, обязанному присылать q в Россию ремесленников // Российский государственный архив древних ^ актов. Ф. 27. Разряд XXVII, 1665 г. Оп. 1. Д. 232.

32. Роспись Государевой белой казне // Российский государственный архив древних актов. Ф. 396, 1630-1631 гг. Оп. 1. Д. 1785.

33. Снегирёв В.Л. Московские слободы. Очерки по истории Московского посада XIV-XVIII вв. М., 1956.

34. Соборное уложение 1649 года. М., 1961.

35. Соловьёв С.М. История России с древнейших времен. Кн. 3. М., 1890.

36. Струмилин С.Г. Царская мануфактура XVII века // Крепостная мануфактура в России. Ч. III. Л., 1932. С. XIII-XXXI.

37. Цветаев Д.В. Из истории иностранных исповеданий в России в XVI-XVII веках. M., 1886.

38. Челобитная иноземца Петра Иванова о пожаловании ему государева жалованья за работу его шелкового дела мастеров // Российский государственный архив древних актов. Ф. 396, 1660 г. Оп. 1. Д. 7023.

39. Якобсон А.Л. Ткацкие слободы и села в XVII веке (Кадашёво, Брейтово и Черкасово). М.-Л., 1934.

С.А. Жевалов

Из истории тыла Великой Отечественной войны: хлебопоставки советского крестьянства в 1941-1944 гг.

Статья посвящена анализу внутренних и внешних поставок зерновых в Советском Союзе в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. Основу статьи составляют документы, хранящиеся в фондах Российского государственного архива экономики, большая часть которых впервые вводится в научный