Российский центр

Российский центр

Максим Бойко о деятельности Российского центра приватизации

       — Комиссия Госдумы по проверке итогов приватизации намерена ознакомиться с деятельностью центра, чтобы проверить легитимность его функционирования. Как вы к этому относитесь?
       — Наша деятельность на виду. О таких программах, как "12 предприятий" или поддержка социальной сферы предприятий, мы достаточно полно информируем общественность и соответствующие госорганизации, которые нас контролируют, так что информация доступна.
       — А как насчет обвинений РЦП в том, что через него иностранным инвесторам продаются российские предприятия?
       — Я не знаю ни одного примера, когда через нас кого-нибудь скупили. Мы работаем с предприятия по программам их реконструкции, иногда помогаем искать инвесторов или партнеров. Удачно продать мы, может, и рады бы, но, к сожалению, таких громких результатов нет. Есть предприятие, которое в процессе работы с нами поменяло одного российского собственника на другого, крупнейшего потребителя продукции этого предприятия. Это довольно удачная сделка. Есть предприятия, с которыми мы работаем и у которых уже были иностранные инвесторы, — они и остались. А есть компании, у которых инвестора нет, и строго говоря, он им не нужен. Они в состоянии удовлетворить свои потребности в дополнительном капитале за счет внутренних ресурсов.
       — Чего больше в таких претензиях — незнания, недостатка информации или политики?
       — Думаю, что политики, но, может, и информационная неподготовленность имеет место.
       — На скольких предприятиях по данному проекту работа закончена, каков результат?
       — На девяти предприятиях работа завершена, на семи из них результат либо очень неплохой — предприятия вписались в рынок и успешно функционируют, либо удовлетворительный, то есть окончательно говорить рано. Наиболее сложная, но не безнадежная ситуация на Александровском радиозаводе и на заводе холодильников "Бирюса". Но сложившаяся ситуация мало связана именно с нашей работой. Например, завод холодильников развивался успешно за счет экспорта своей продукции. Изменение реального курса рубля и рост транспортных расходов привели к неважной ситуации.
       — Продолжаете ли вы контакты с предприятиями, на которых уже закончена работа экспертов?
       — Иногда да. Пытаемся помочь, созваниваемся, обмениваемся информацией. Хотя в принципе все, что от нас зависело, мы сделали.
       — Все ли предприятия довольны проведенной консультантами работой?
       — Они все довольны результатами и считают, что польза от консультантов была очень большая. Но бывают какие-то объективные причины, настолько сложные, что консультанты уже ничего не могут сделать. Если говорить об общих вещах, которые произошли практически на всех предприятиях, то можно отметить вот что: результатом работы над инвестпрограммами стал пересмотр этих программ. Изначально все директора говорят, что у них все хорошо, только не хватает денег, дайте денег, и все будет замечательно. По опыту работы с этими 12 предприятиями можно сказать, что на предприятиях не понимают реальной ситуации. Кардинальный пересмотр инвестиционных планов показал, что многое из того, что предприятия хотят делать, им на самом деле совершенно не нужно, и проекты не имели бы особого успеха. На всех из них, безусловно, существуют точки приложения инвестиций, но они сильно отличаются от первоначальных представлений. Самое, пожалуй, удивительное в том, что на двух предприятиях оказалось: их потребности вполне могут быть удовлетворены за счет собственных средств. Кроме того, приходит понимание того, что гораздо практичнее иметь партнерские отношения, чем просто кредитора. Важнее становится торговое сотрудничество или создание совместного нового продукта.
       — На ваш взгляд, какой самый интересный проект?
       — Лесогорский завод. Когда это предприятие взяли, оно было в очень тяжелом финансовом состоянии, ему грозило банкротство, за неуплату налогов был арестован счет. Практически не было спроса на продукцию завода — полиэтиленовую тару. Основная работа заключалась в том, чтобы пересмотреть ценовую политику предприятия, так как, имея преимущество перед конкурентами по издержкам, оно устанавливало слишком высокие цены. Когда у них начались сокращаться продажи, они, вместо того чтобы снизить цены, пытались компенсировать снижение продаж увеличением цены на продукцию. Кроме корректировки ценовой политики консультанты оказали помощь в создании сбытовой сети и организации службы маркетинга. И теперь все свои инвестиционные потребности предприятие покрывает само.
       — Самый главный итог вашей работы?
       — Мне кажется, что самое главное то, что каждое предприятие, на котором произошли реальные изменения, влияет на менталитет директоров предприятий, которые расположены рядом. Ведь самым убедительным доводом для директоров будет опыт их коллег, которые работают с ними по соседству много лет. Это очень трудно показать на цифрах, но мы чувствуем, что там, где проекты были успешными, директорат начинает понимать очень важные вещи. В первую очередь то, что судьба их предприятий зависит в первую очередь от них и от того, насколько правильную они выберут стратегию и как будут ее реализовывать. Меняется отношение к инвестициям. Наступает понимание того, что анализ рынка, организация маркетинга и правильное управление финансовыми ресурсами не требуют зачастую никаких инвестиций, а эффект дают очень быстрый и ощутимый.