Отличие судебных определений от судебных решений

ББК Х629.217

ОТЛИЧИЕ СУДЕБНЫХ ОПРЕДЕЛЕНИЙ ОТ СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ

/О-В, Комелькова. старший преподаватель кафедры гражданского права и процесса

ЮУрГУ

Рассматриваются теоретические и практические вопросы, связанные с постановлением судьями определений о подготовке дела к судебному разбирательству. По мнению автора, в период судебного реформирования необходима разработка рекомендаций по улучшению качества выносимых судом определений.

Ключевые слова: судебное определение, судебное решение.

В литературе высказывались и ранее точки зрения об отличительных признаках решений и определений. Однако анализ проводился на основе норм, которые утратили свою силу в связи с введением в действие ГПК РФ. Судебное определение, равно как и судебное решение, является не только актом правосудия, но и процессуальным документом. Оно имеет свои особенности как по форме, так и по содержанию, основаниям вынесения, вступлению в законную силу, обжалованию в установленном законом порядке. Анализ норм ранее действовавшего и ныне действующего гражданского процессуального законодательства позволит выявить динамику развития норм института вынесения судебных постановлений (определений, решений). Особую актуальность исследование этих вопросов приобретает в свете судебного реформирования, когда к содержанию процессуальных документов предъявляются более жесткие требования.

Устав гражданского судопроизводства 1864 года различал:

-вынесение постановлений в виде решений по существу, определяющих гражданские отношения сторон, из которых возник спор;

-частные определения, которыми разрешались побочные вопросы как материального, так и процессуального характера;

-распоряжения председателей и отряженных членов.

По мнению К.И. Малышева, все постановления суда, не регулирующие материальные отношения сторон по существу иска и защиты, называются определениями1. Судебные определения он различал по предмету и значению, классифицируя на заключительные акты производства, которыми оканчивается производство по делу; предварительные меры (jugements provisores), приготовительные распоряжения (jugements preparaiones), определения, руководствующие и направляющие движение процесса. Все это, по его мнению, «частные определения (interlocutiones), поскольку не решают и не оканчивают целого процесса, а относятся к разным частным вопросам, возникающим в течение производства»2. Определения, которые предшествуют установлению процесса в какой-

нибудь инстанции и преграждают одной из сторон путь к правосудию, он называл пресекательными или преграждающими. Помимо определений К.И. Малышев указывает на распоряжения мирового судьи, председателя, других лиц, действующих по поручению суда. Например, до момента litis contestatio в коллегиальных судах, т.е. до начала рассмотрения дела, распоряжения отдавал председатель или дежурный судья. Эти распоряжения соответствовали не только частным определениям суда, подготовляющим и направляющим ход процесса, но и могли носить пресекательный характер. Следует отметить, что различия между определениями и распоряжениями он усматривал лишь при рассмотрении дел коллегиальным составом суда, так как распоряжения отдельного члена суда могли быть обжалованы в коллегию. Что же касается распоряжений мирового судьи, то четкой грани между ними и определениями он не усматривал.

Позиция других авторов, например, И.Е. Эн-гельмана, заключалась в том, что решение «имеет своим предметом окончание иска: разрешение вопроса о спорном праве»3. В отличие от решения, определения и распоряжения подготавливают вынесение окончательного решения, содействуют достижению одной и той же цели, окончанию спора. Различие между ними состоит лишь в содержании и форме.

Е.А. Нефедьев определял решение как акт суда, которым он разрешает вопрос о правильности исковых требований истца, о правильности утверждения его, о существовании субъективного гражданского права4. Что касается постановления частных определений, то, по его мнению, они «не нормируют материальных отношений сторон, не разрешают вопроса о правильности исковых требований, а касаются или условий возникновения процесса, или тех мер, которые суд принимает в течение процесса ради ограждения процессуальных или материальных интересов сторон»5. Классифицировал Е.А. Нефедьев частные определения по значению и последствиям. Это частные определения в собственном смысле, которые постановляются или по требованию сторон, или судом по его усмотрению и не касаются вопроса о правильно-

сти возникновения процесса и возможности его существования. Все остальные определения он предлагал разделить на два вида: пресекательные определения, которые постановляются до возникновения процесса без вызова противной стороны, и заключительные определения, постановляемые после возникновения процесса. Ими заканчивается производство в суде без разрешения дела по существу (absolutio ab instantia).

Ссылаясь на ст. 166, 388, 600 Устава гражданского судопроизводства, к распоряжениям он относил акты единоличных органов судебной власти: мирового судьи; председателя; других лиц, действующих по поручению суда. Отличие их от определений прослеживается лишь в судах коллегиальных. Распоряжения же мировых судей по существу «смешиваются с определениями».

Вклад в решение рассматриваемого нами вопроса внес Е.В. Васьковский, который считал, что процесс оканчивается вынесением решения по существу дела или пресекательного определения, постановленного без разрешения дела по существу6. К пресекательным определениям он относил определения об оставлении иска без рассмотрения, о прекращении или уничтожении производства. Все они постановлялись в случае нарушения истцом формальных условий предъявления иска и в случае отсутствия процессуальных предположений. К распоряжениям судьи он относил внесудебную процессуальную деятельность7, устные распоряжения судьи по поводу совершения подготовительных действий к судебному разбирательству.

Исследованием специфики судебного решения как постановления суда, его отличий от других постановлений, выносимых судом в советском гражданском процессе, занималась H.A. Чечина8. По ее мнению, за основу деления постановлений на виды наука гражданского процессуального права берет их содержание. При этом ее точка зрения совпадала с позицией А.Ф. Клейнмана9, считавшего, что решением принято называть постановления, посредством которых суд разрешает по существу заявленные сторонами требования, а определениями - все судебные постановления, разрешающие отдельные процессуальные вопросы, возникшие в связи с рассмотрением дела или же при рассмотрении дела. Деление постановлений суда на два вида советское гражданское процессуальное законодательство и судебная практика, по ее мнению, связывают практические последствия. H.A. Чечиной были конкретизированы специфические свойства, присущие решению как постановлению, выносимому судом: решение выносится коллегиальным составом суда в совещательной комнате; решением оканчивается производство по делу в суде первой инстанции; решение вступает в законную силу; может быть отменено или изменено в случаях и порядке, предусмотренном законом; разрешает спор по существу; решение - акт

правосудия, постановление суда. Анализируя эти свойства, она пришла к выводу, что при известных условиях некоторые из них могут относиться и к определениям суда. В частности, в советском гражданском процессе в ходе судебного разбирательства все определения выносились в коллегиальном составе суда; определения по ходатайству об отводе судей выносились в совещательной комнате. Производство по делу могло быть окончено, например, вынесением определения о прекращении производства по делу. В законную силу вступают не только решения, но и пресекательные определения. Таким образом, H.A. Чечина пришла к выводу, что единственным отличительным признаком (критерием) разграничения между решением и определением, постановляемым судом, является то, что определение никогда не разрешает спора по существу. Исходя из этого, ею было дано следующее понятие: «Судебное определение - это постановление суда, разрешающее отдельные вопросы в связи и по поводу рассмотрения спора о праве гражданском, но не разрешающее спор по существу»10.

Н.И. Масленникова, исследовав акты применения норм гражданского процессуального права11 (с позиции актов правосудия), обратила внимание на то, что им присущи специфические свойства, существенно отличающие их от иных правоприменительных актов. Они являются единоличными или коллегиальными актами-документами, постановляемыми от имени государства лицами, которые наделены специальными властными полномочиями. При вынесении актов правосудия судьи независимы и подчиняются только закону. Акты применения гражданско-процессуальных норм вступают в законную силу и становятся обязательными для всех граждан и организаций на всей территории государства. В актах правосудия находит свое отражение конечный результат деятельности суда по рассмотрению конкретных процессуальных вопросов.

Применительно к исследуемому вопросу необходимо обратить внимание на отличия, выявленные Н.И. Маслениковой, между определениями суда как актами применения и определениями, являющимися средством обычной реализации процессуальных норм. Так, ею обращается внимание на то, что в некоторых случаях суд реализует свои правомочия путем вынесения определений, несмотря на то что участники процесса своим поведением не вызывают необходимости принудительного воздействия. Это объясняется наличием норм, которые по своему назначению могут вводиться в действие только юрисдикционным актом. К ним следует отнести ст. 133, 134, 135, 136, 215, 216, 220, 222 ГПК РФ. Представляется справедливым мнение Н.И. Масленниковой о том, что определения суда, выносимые на основе названных норм, всегда являются актами применения. Другим отличительным признаком определений, вы-

Проблемы и вопросы гражданского права

ступающих в качестве акта применения, она называет оформление его в виде отдельного процессуального документа. Особенностью таких процессуальных документов является то, что они служат самостоятельными объектами апелляционного, кассационного обжалования.

Нельзя не согласиться с Н.И. Масленниковой и в том, что несмотря на то что и судебные решения, и судебные определения вступают в законную силу и становятся обязательными для всех граждан и организаций, это не дает оснований говорить

об идентичности всех правовых последствий вступивших в законную силу определений и решений. По мнению Н.И. Масленниковой, судебные определения могут обладать лишь двумя правовыми свойствами: обязательностью и неопровержимостью (ст. 13, 331, 371 ГПК РФ). Исключением может быть определение суда о прекращении производства по делу, которое будет обладать еще одним правовым свойством - исключительностью. В соответствии со ст. 221 ГПК РФ производство по делу прекращается определением суда, в котором указывается, что повторное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается. При рассмотрении правового свойства преюдициальности судебных определений она ссылалась на ст. 55, 208 ГПК РСФСР, в которых говорилось о преюдициальности только судебных решений. Кроме того, Н.И. Масленикова пришла к выводу о том, что основу преюдициальности решения создает само разбирательство дела по существу, а для возникновения преюдициальности у судебных определений такой основы нет (ими дело по существу не разрешается, факты и правоотношения не устанавливаются)12.

Заслуживает внимания позиция В.М. Семенова13, считающего, что вступление определений в законную силу влечет в основном те же последствия, что и решение - обязательность, неопровержимость, исключительность, исполнимость, преюдициальность. Эти последствия вступления определений в законную силу имеют особенности. Неопровержимостью и исполнимостью обладают все определения, но действительно большинство определений исполняются немедленно, до вступления в законную силу и приобретения свойства неопровержимости. Это относится к тем судебным определениям, которые не подлежат самостоятельному обжалованию. Исключительностью обладают определения, оканчивающие процесс по делу. «Преюдициальность же свойствена в основном заключительным определениям, поскольку они заменяют собой решение суда и ими завершается разбирательство дела. В таких определениях сосредоточены окончательные выводы суда о фактах дела и правоотношениях сторон. Эти выводы могут иметь преюдициальное значение в судебных процессах по другим гражданским и уголовным делам относительно тех же лиц»14. Его позиция

подтверждается ныне действующим гражданским процессуальным законодательством. В соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ для суда, рассматривающего гражданско-правовой спор, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу постановлением по ранее рассмотренному делу, являются обязательными. Согласно же ч. 1 ст. 13 ГПК РФ суды принимают судебные постановления в форме судебных приказов, решений суда, определений суда, постановлений президиума суда надзорной инстанции. Исходя из содержания данной нормы, можно сделать вывод о наличии свойства преюдициальности у заключительных определений.

Рассмотрение эволюции решения вопросов, связанных с определениями в российском гражданском процессуальном праве, а также норм ГПК РФ показывает следующее. Определение, как и решение, является судебным актом. Судебное решение занимает особое место в ряду судебных постановлений, является актом правосудия, актом защиты права15, обладает всеми правовыми свойствами законной силы, разрешает спор по существу. Судебное определение не может разрешать спор по существу, но вместе с тем также является актом правосудия, в указанных выше случаях может обладать теми же правовыми свойствами законной силы, что и решение. Например, стороны, воспользовавшись правом совершения распорядительных действий, предусмотренных ст. 39 ГПК РФ, могут заключить мировое соглашение, истец может отказаться от иска. Вынесение определения

о прекращении производства по делу будет свидетельствовать об устранении спорного начала и выполнении судебной властью одной из своих функций - быть посредником в спорах между субъектами права16, а также будет иметь правовое свойство преюдициальности. В большинстве же случаев судебное определение направлено на непосредственное обеспечение вынесения законного и обоснованного решения. Вместе с тем и судебное решение, и судебное определение являются судебными актами и должны вступить в законную силу17, в отличие от распорядительных актов суда, к каковым относятся законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения суда, облеченные в некоторых случаях в устную форму определения суда

1 Малышев К.И. Курс гражданского судопроизводства: учебное пособие. - Т. 1. - СПб., 1874; Он же. Курс гражданского судопроизводства: хрестоматия / под ред. М.К. Треушникова. - М., 2005. - С. 542.

2 Там же.-С. 543.

3 Энгельман И.Е. Курс русского гражданского судопроизводства. - Юрьев, 1912; Малышев К.И. Курс гражданского судопроизводства: хрестоматия. - С. 544-545.

4 Нефедьев Е. А. Учебник русского гражданского судопроизводства. - Краснодар, 2005. - С. 316-324.

5 Там же.-С. 316-317.

6 Васьковский Е.В. Учебник гражданского процесса. -Краснодар, 2003. - С. 436.

7 Там же. - С. 262.

8 См.: ЧечинаН.А. К вопросу о видах судебных решений в советском гражданском процессе // Ученые записки ЛГУ. - Вып. 6. - 1955. - № 187. - С. 197-216; Избранные труды по гражданскому процессу. - СПб., 2004.-С. 229-252.

9 Гражданский процесс: учебник / под ред. А.Ф. Клей-нмана. - М., 1940. - С. 240.

10 Чечина Н.А. Указ. соч. - С. 236.

11 Масленникова Н.И. Акты применения норм гражданского процессуального права // Проблемы применения норм гражданского процессуального права: научные труды. - Вып. 48. - Свердловск, 1976; Краткая антология уральской процессуальной мысли / под ред.

B.В. Яркова. - Екатеринбург, 2004. - С. 327-335.

12 Там же.-С. 334.

13 Советский гражданский процесс: учебник / под ред. К.И. Комиссарова, В.М. Семенова. - М., 1988. - С. 321— 322.

14 Там же.-С. 321-322.

15 Клейнман А.Ф. Новейшие течения в советской науке гражданского процессуального права. - М., 1967. -

C. 83.

16 Цихоцкий А.В. Теоретические проблемы эффективности правосудия по гражданским делам. - Новосибирск, 1997.-С. 43.

17 Безруков A.M. Судебная власть и судебные акты по гражданским делам // Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса / под ред. В.В. Яркова. -2002-2003. - № 2. - С. 15-19.

Статья поступила в редакцию 15 января 2009 г.