Ислам на Дону

ных противоречий это не создало. Во многом это заслуга лидеров мусульманского сообщества Ростовской области. В этом отношении сотрудничество между традиционным ростовским муфтиятом и представителем Северокавказского исламского координационного центра является в какой-то степени беспрецедентным. Известно, что соперничество различных исламских центров в России зачастую переходило в острое противостояние, которое не наблюдалось в Ростовской области, лишь за некоторым исключением (если учесть деятельность ГДУМ РО, ориентированное на ДУМЕР). Изменение этноконфессионального баланса в Ростовской области затронуло межнациональные отношения. Однако, несмотря на то что на Дону отмечались конфликты с участием представителей мусульманского сообщества, в целом они носили либо экономический, либо криминальный характер, причем фиксировались только на локальном уровне. Их успешное разрешение во многом стало возможным благодаря позиции местных властей, сотрудничеству между представителями диаспор, национальных объединений и духовенства различных конфессий.

«Ислам в Ростовской области», М., 2007, с. 73-89, 94-95.

Р.Ф. Патеев,

канидат исторических наук ИСЛАМ НА ДОНУ

Об исламе на Дону российская общественность узнала только в 90-е годы. До того этот регион ассоциировался с казачеством. Между тем, Ростовская область, а также территории к югу от нее и есть то самое христианско-исламское (или исламо-христианское) пограничье, в связи с проблемами которого ведутся сегодня политические научные споры. Состояние ислама, межконфессиональные отношения в Ростовской области испытывают на себе воздействие южных соседей. Сюда доносится эхо конфликтов на Северном Кавказе. Сюда обрушиваются волны миграции, нарушая привычный этнический и религиозный баланс, изредка провоцируя межнациональные конфликты. Полиэтнично и собственно мусульманское сообщество Ростова и области. Растет его кавказская и азиатская составляющие. Сегодня трудно сказать, какая идентич-

55

ность у местных мусульман ярче выражена - конфессиональная или этническая.

Перепись населения 1926 г. зафиксировала небольшую цифру проживающих татар в г. Ростове - 2678 человек. Однако родственные связи, в конечном итоге, обусловили процесс бегства раскулаченных пензенских татар, который усилился к концу 30-х годов. XX в., в связи с началом коллективизации и сталинских репрессий. Примерно с этого времени Донская земля начала привлекать татар из других губерний; при этом они, как правило, проживали в урбанизированной среде, в частности, в крупных городах области и особенно в самом Ростове. Следующее увеличение мусульманского населения в Ростове и области отмечалось уже после окончания Великой Отечественной войны и с началом коммунистических строек. На сооружение Ростсельмаша и других промышленных объектов приехали выходцы со всех территорий СССР. Часть из них составили пензенские татары (при этом по-прежнему важную роль играли родственные связи). Это достаточно четко фиксирует перепись населения, и, по данным статистики, к 1970 г. в области проживали 16 106 человек (против 13 857 человек, по данным Всесоюзной переписи в 1959 г.). При этом почти половина татарского населения проживала в Ростове; так, в 1979 г. из 16 915 человек в столице Дона жили более 7200 представителей татарской диаспоры. Несмотря на отсутствие официальных национальных объединений, самоорганизация татарской диаспоры происходила в рамках небольших гражданских сообществ, а родственные связи и знакомства внутри диаспоры позволяли существовать ей относительно автономно. Даже в советский период городская община весной в парковых зонах проводила так называемый Курбан-байрам. Несмотря на название, он был прототипом татарского праздника Сабантуй (праздник плуга, посвященный окончанию посевной) и лишь ошибочно отождествлялся с религиозным праздником Ид аль-адха.

Примерно с середины 60-х годов XX в. в область переехало большое количество кавказских народов. В основном они расселились в юго-восточных, а затем и восточных районах области. Большую часть приезжих составляли чеченцы, постепенно возвращающиеся из Средней Азии после сталинской депортации. В 1970 г. количество чеченцев в Ростовской области фиксировалось на уровне 2527 человек, однако уже к 1979 г. количество проживающих чеченцев насчитывало 9183 человека. К 1989 г. основная

56

часть чеченской диаспоры проживала в Дубовском (более 2 тыс. человек), Заветинском (около 4 тыс.), Зимовниковском (более 2 тыс.), Пролетарском (более 1 тыс.), Ремонтненском (более 2 тыс.) и других районах. Основная часть чеченской диаспоры, поселившись в восточной части области, стала заниматься сельским хозяйством (в основном овцеводством). С конца 70-х годов фиксируется количественный рост представителей дагестанских народностей -даргинцев, аварцев, лезгин, кумыков, табасаранцев, а также переселенцев с Южного Кавказа - азербайджанцев. С территории Кавказа в большом количестве приезжали учиться, а многие выходцы с Юга после обучения создавали семьи (в том числе на основе межнациональных браков) и оставались жить на Дону. Количественный рост кавказских диаспор во многом был обусловлен системой «отходничества», которая выражалась в выезде работоспособного мужского населения из Северо-Кавказского в более экономически продвинутые регионы Советского Союза, в число которых входила и Ростовская область. Система «отходничества» в конечном итоге привела к постепенному оседанию кавказского населения на территории области. Дальнейшему притоку кавказских народов способствовали родственные и дружественные связи между осевшим населением со своими земляками на Кавказе. Последняя волна миграции мусульманского населения на Дон связана с событиями, происходившими с началом распада СССР. Основными факторами миграции стали, во-первых, разгоревшиеся конфликты на постсоветском пространстве, повлекшие за собой волну вынужденных переселенцев, во-вторых, экономический кризис, который вынудил покинуть этнических мусульман родные места в поисках «лучшей жизни», а относительно благополучная Донская земля вновь стала привлекательной. Но отличительной чертой последней волны миграции явилось то, что большинство приезжих составляли выходцы с Кавказа и из Средней Азии. Подавляющее большинство мусульман, живущих в Ростовской области, - мусульмане-сунниты. Последователями шиизма являются лишь часть азербайджанцев и временно пребывающие на Дону зарубежные студенты (в основном иранцы и ливанцы). Как правило, большинство мусульман посещают суннитские мечети и молитвенные места, а автономных шиитских общин на Дону никогда не было.

Количество представителей этносов, традиционно исповедующих ислам, по данным переписи 2002 г., составляет всего около 110 тыс. человек, что примерно равно 2,5% всего населения. Из

57

них в Ростове проживает почти половина, точнее, немногим менее 43 тыс. человек. Официальные цифры традиционно разнятся с оценками мусульманского духовенства. Так, по оценке муфтия Д. Бикмаева, в Ростове проживает от 60 до 70 тыс. мусульман, а в области их более 300 тыс. Следует отметить, что численность этнических мусульман в Ростовской области действительно может быть выше официальной статистики, однако она вряд ли достигает численности, на которую указывает официальное мусульманское духовенство. По данным переписи 1989 г., основной этнической группой мусульман проживающих в области, были чеченцы и татары. Татары в подавляющем большинстве проживали в городах области (в основном в Ростове). Если руководствоваться официальными данными переписи населения, то основными группами этнических мусульман, проживающих в Ростове, являются татары, азербайджанцы и лезгины. Однако перепись населения 2002 г. отражает данные по количеству людей, официально проживающих на территории Дона, и не учитывает нелегальных мигрантов, поскольку «переписывалось только постоянное население. Таким образом, события последних десятилетий изменили этническую и конфессиональную карты области и внесли определенное своеобразие в мусульманскую общину, проживающую на Дону. Татары остались самой большой общиной, проживающей в городах области, и по численности они лишь немного уступают азербайджанцам. Численность чеченцев сократилась, при этом в подавляющем большинстве они проживают в сельских районах области, а доля городского чеченского населения, по официальным данным, составляет около 950 человек. Численность некоторых выходцев с Кавказа, и в особенности азербайджанцев, повысилась. Однако, по данным последней переписи, самой большой этнической группой мусульман, проживающих в области, стали турки-месхетинцы.

Можно согласиться с тезисом Р. Силантьева: «За последние 15 лет мусульманское сообщество Ростовской области, ранее считавшееся сугубо татарским, принципиально изменило свой этнический состав и стало конвергентным.

Именно по нему прошла граница зон влияния поволжской и кавказской уммы, которая за последнее время заметно сместилась к северу». Это подтверждается и приводимой им же статистикой: мусульманская община Дона состоит примерно из 25% турков (месхетинцев. - Р. П.), 16% татар, 15% азербайджанцев и 14% чеченцев.

58

Несмотря на то, что общая численность турок-месхетинцев в Ростовской области, по данным переписи 2002 г., составляет более 28 тыс. человек, эти цифры в действительности также могут быть более высокими. Таким образом, это самая большая этническая группа мусульман в Ростовской области. Турки-месхетинцы, в основном, живут в деревнях, поселках, а число проживающих в городах очень невелико. Они ведут традиционный образ жизни, а доходы получают от ведения сельского хозяйства. В основном, населяют восточную часть Ростовской области. Закрытый тип месхетин-ских сообществ во многом определяет социализацию турецкой молодежи. Как правило, она воспитывается на основе традиционного уклада, говорит в семье только на месхетинском диалекте турецкого языка, и большинство из них смотрит спутниковое турецкое телевидение. Журналисты обращали внимание на проблему школьного образования в месхетинской среде. Языковой барьер в младших классах и традиционный уклад во многом усложняют дальнейшее обучение представителей месхетинской диаспоры. Поэтому количество лиц, имеющих высшее образование, остается незначительным. Кроме этого, специфика месхетинских общин заставляет местных педагогов искать неординарные решения. Браки у турок-месхетинцев в подавляющем большинстве являются мононациональными, и факты их заключения с представителями других национальностей единичны. Отдельные месхетинские общины придерживаются эндогенной традиции заключения брака, т.е. создание семей внутри одного рода (иногда даже между представителями второго и третьего поколений). Однако в последнее время отдельные представители молодежи выступают против эндогенных браков, обосновывая это медицинскими противопоказаниями. Раннее заключение браков фактически полностью исключает возможность получения высшего образования девушками месхетинской диаспоры. Зачастую они даже не успевают получить полного среднего образования. Несмотря на сложность всей ситуации, постепенно стали наблюдаться процессы интеграции, связанные с расширением взаимодействия в хозяйственной сфере турок-месхетинцев с русскоязычным населением. Месхетинская молодежь все чаще начинает получать образование в местных вузах.

В Ростовской области позиция официальных властей по отношению к предоставлению гражданства туркам-месхетинцам более лояльна, чем в соседнем Краснодарском крае. Поэтому на сегодняшний день большая часть представителей месхетинской диас-

59

поры имеет российское гражданство. Таким образом, до середины XX в. традиционной мусульманской общиной Дона являлись татары. Однако со второй половины прошедшего столетия ситуация постепенно стала меняться, что выразилось в численном росте кавказских диаспор. События, связанные с распадом СССР, окончательно изменили этнический облик мусульманской общины Дона, по количественному составу выдвинув на первое место выходцев из Средней Азии и с Кавказа.

Относительно религиозной жизни мусульманской общины Ростова следует отметить, что она исторически концентрировалась вокруг мечети, которая была построена в 1906 г. Центральная мечеть города действовала до 1963 г., однако затем была отобрана у мусульманской общины. Культовое здание было передано войсковой части и частично разрушено, а на его месте был сооружен солдатский клуб. Общине города был передан небольшой ветхий дом, который и стал мечетью. На празднование основных мусульманских праздников - Рамазан-байрам и Курбан-байрам, даже в советское время, в городской мечети собиралось до нескольких сотен человек. В подавляющем большинстве это было татарское население. Выходцы с Кавказа, приехавшие в город и область, в жизни мусульманской общины активного участия не принимали. Кроме традиционного населения мечеть посещали приезжие иностранные студенты (в основном арабы) с Ближнего Востока, большинство из которых обучалось в местном медицинском институте. Низкая активность кавказских народов в религиозной жизни мусульманской общины Дона в советский период обусловливалась тем, что приезжие, в основном, были молодого возраста. Здесь сказывалось отсутствие представителей старшего поколения, которые отличались более высоким уровнем религиозности и способствовали сохранению исламских обычаев. В этом и состояло отличие от татарской диаспоры, активисты которой составляли костяк наиболее религиозных представителей старшего поколения (уже глубоко укоренившейся на Дону мусульманской общины) и способствовали сохранению религиозной традиции. О низкой религиозной активности кавказских народов на Дону в советский период также свидетельствует отсутствие суфийских вирдов и последователей северокавказских шейхов, которые могли содействовать сохранению их религиозной традиции. По словам представителя Координационного центра мусульман Северного Кавказа (КЦМСК) в Ростовской области А. Абусупьянова, суфизм как традиционное религиозное

60

течение, распространенное среди народов Северо-Восточного Кавказа, за отдельными исключениями, на Дону не прижился.

Ситуация, когда кавказские общины не проявляли религиозной активности, сохранялась вплоть до начала процессов религиозного возрождения конца 80-х - 90-х годов. С этого времени местную городскую мечеть начинают активно посещать выходцы из кавказских республик и Средней Азии. Причем не только уже «осевшее» население, но и прибывшее на заработки, и иностранные студенты ростовских вузов, а также беженцы с территорий межнациональных конфликтов. Совместные молитвы в городской мечети также активно начинают посещать граждане арабских стран, Турции, Пакистана, Индии, Афганистана (как правило, студенты и коммерсанты). Наиболее религиозной оказалась приезжающая кавказская и среднеазиатская молодежь. Как правило, именно она первой смогла приобщиться к исламским ценностям на фоне религиозного возрождения в своих национальных республиках. В этом отношении она была даже более религиозной, чем их земляки, которые уже долгое время проживали на Дону. В плане религиозности местное татарское население на сегодняшний день уже явно уступает выходцам с Кавказа и из Средней Азии. В отношении пожилых прихожан лидерство по-прежнему остается за татарами, а с молодежью ситуация иная. Надо отметить также высокий уровень религиозности турок-месхетинцев. Старейшины родов стараются передавать свои религиозные знания младшему поколению. Поэтому доля религиозно грамотной молодежи также достаточно велика. Молодой турок-месхетинец, умеющий читать Коран и знающий тонкости исламского ритуала, - не редкость. Как правило, глава рода исполняет функции имама общины, а совет старейшин также состоит из пожилых и наиболее осведомленных в области ислама представителей общины. Вокруг них и концентрируется религиозная жизнь. Помимо основных религиозных обрядов (намаз, пост и т. д.) татарской диаспорой и другими мусульманскими народами соблюдается выполнение «никях» (бракосочетание), «исем кушу» (имянаречение), «меджлис» (поминальные собрания), «мавлид» (религиозные собрания в месяц рождения пророка Мухаммеда). Сохраняется традиция обрезания мальчиков -«суннет», однако оно, как правило, происходит в больницах и у местных татар не сопровождается религиозными ритуалами. Между тем, у турок-месхетинцев и кавказских народов при обрезании

61

мальчиков проводится большое празднество - «суннет той», которое сопровождается религиозными ритуалами.

Проведение мусульманских похоронных обрядов в Ростове также происходит с полным соблюдением норм ислама. В частности, в отличие от многих других регионов, где традиционно проживает мусульманское население, тело усопшего после процедуры омовения облачается в «кифен» - белую материю, и придается земле. Известно, что муфтий Ростовской области Д. Бикмаев всегда выступал против захоронения усопших мусульман в гробах, ссылаясь на то, что это противоречит традициям ислама. Поминальный обряд «меджлис» проводится на 3, 7, 40, 51-й день после похорон, а также на годовщины. Данная последовательность поминальных обрядов, в основном, принята у татарской диаспоры и, очевидно, имеет схожесть с христианской традицией. При этом, если проведение поминального обряда на 3-й и 51-й день проводится в небольшом кругу родственников усопшего с приглашением одного из представителей общины умеющего читать отдельные суры из Корана, то «меджлис» 7-го, 40-го дня и годовщины проводятся в более широком составе с участием официального духовенства. До недавнего времени точное и последовательное исполнение поминальных обрядов сохранялось благодаря пожилым и наиболее религиозным представителям татарской общины. На сегодняшний день их проведение четко не увязывается с точной датой похорон усопшего. Однако «меджлисы» играют важную роль в самоорганизации общин. Именно на них проводятся религиозные проповеди со стороны духовенства и даются разъяснения по тем или иным вопросам шариата, которые возникают у верующих. Для людей, которые не посещают пятничные молитвы, «меджлисы» становятся неотъемлемой частью их религиозной жизни. Кроме этого, на них обсуждаются повседневные вопросы жизни общины, обмениваются новостями и т. д.

Проведение «никях» - бракосочетания, в основном, совершается в доме у девушки. При этом как «никях», так и «исем кушу» -наречение именем новорожденного, проводятся с сочетанием ритуалов «меджлиса», а именно с чтением Корана и поминания усопших, что связано с особым отношением ислама к загробной жизни. Следует отметить, что в последнее время наблюдается определенное смягчение позиции мусульманского духовенства по вопросам бракосочетания. В частности, нередки случаи совершения ритуала «никях» между девушками-немусульманками (в ос-

62

новном с русскоязычными) и юношами - мусульманами. При этом подобные бракосочетания, в основном, проводятся в мечети. Значительная часть таких браков заключается между приезжими студентами-арабами и русскоязычными девушками. Согласие на заключение брака по исламской традиции спрашивается у будущих супругов на русском или татарском языке (в зависимости от национальности молодых). При этом духовенство старается не настаивать на безоговорочном принятии ислама со стороны девушки, если она является, к примеру, христианкой. Случаев заключения браков без согласия молодых, по крайней мере, в татарской диаспоре, не отмечалось вообще. Подобная ситуация (заключение брака без согласия молодых) сохраняется лишь в месхетинской общине. Совершения ритуала «никях» у турок-месхетинцев, в основном, проводится при наличии «вакилев», т.е. представителей молодоженов обеих сторон (близкие родственники с каждой стороны), которые дают согласие на заключение брака. При этом нередки так называемые договорные браки, когда старейшины родов договариваются о заключении брака в то время, когда молодые еще не достигли брачного возраста (иногда договор происходит сразу после рождения детей). Кроме этого, зачастую происходит договорный обмен, когда два рода берут друг у друга по одной девушке с каждой стороны (выдавая их замуж за представителей своих родов). Несмотря на то что подобная традиция сохраняется, такого рода браки становятся редкостью. Многие родители начинают прислушиваться к мнению собственных детей и, не желая идти против их воли, отказываются от совершения подобных браков. Отказ от них иногда приводит к ухудшению взаимоотношений между отдельными родами турок-месхетинцев, между которыми заключались, а потом нарушались подобные договоры.

«Ислам в Ростовской области», М., 2007, с. 7, 20-40.

В. Тишков,

политолог

ЭТНОГРАФИЯ ЧЕЧЕНСКОЙ ВОЙНЫ

По поводу войны в Чечне сказано и написано столько умных и глупых, а главное - вторичных слов, что за ними невозможно услышать, а тем более понять, происходящее в Чечне в действительности с точки зрения этнографии насильственного конфликта.

63