Общеобразовательные школы Дона и Кубани в 1943-1945 годах: тенденции и перспективы развития

Раздел VI. История

В.А. Агеева

ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЕ ШКОЛЫ ДОНА И КУБАНИ В 1943-1945 ГОДАХ: ТЕНДЕНЦИИ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ

В настоящее время все более возрастает внимание политиков, ученых, экономистов, общественности к проблемам образовательной политики, относящихся к разряду общенациональных. Именно в образовательном учреждении и, прежде всего, в школе формируются основы знаний, гражданственности и культуры. Учебные заведения являются важнейшим институтом социализации личности, в их стенах происходит ее становление и закладывается интеллектуальный фундамент будущего общества и государства. Критическое осмысление политики в области образования имеет огромное значение для более объективного понимания истоков проблем, вставших перед образовательной сферой сегодня. Этим объясняется стойкий интерес исследователей к изучению и систематизации опыта постановки «дела обучения и образования» в нашей стране в прошлые десятилетия.

В период войны был накоплен как положительный, так и негативный опыт решения различных проблем в духовной и социальной сфере. Систематизация мер, позволивших эффективно решать вопросы защиты детства средствами сферы образования, может помочь, точнее, определиться в выборе перспективы разрешения этих же задач в современных условиях. Многообразные формы и методы воспитательно-патриотической работы, использовавшиеся педагогическими коллективами в 1941-1945 гг., содержат огромный потенциал для формирования гражданственности у сегодняшней молодежи.

В то же время в современной России механизм управления системой образования претерпел существенные изменения. Органы местного самоуправления стали играть значительно большую роль в определении приоритетов развития образования, нежели это было в прошлом. Поэтому, научный анализ регионального и общегосударственного аспектов обозначенной темы имеет важное значение, как для реформирования, так и для совершенствования современной общеобразовательной системы.

В конце 1942 г. война вступила в новую фазу своего развития. Контрнаступление советских войск под Сталинградом положило начало изгнанию немецких орд с советских территорий. Коренной перелом в войне кардинальным образом изменил не только обстановку на фронте, но и оказал влияние на внутреннюю политику советского правительства. В образовательной сфере, как и в других областях жизнедеятельности общества, управленческие структуры провели серию мероприятий, ориентированных на перспективу развития страны после войны. Так, если на начальном этапе войны перед государством стояла задача сохранить систему образования, то с 1943 г. начинается ее качественная реформация с целью повышения уровня грамотности населения. Среди конкретных шагов реализации этой цели намечалось: продолжить программу введения всеобщего семилетнего образования и развития средней школы, обеспечить максимальную социальную защиту детства, совершенствовать учебно-воспитательный процесс на всех уровнях образовательной системы. Учебные заведения Юга России функционировали в контексте сочетания общих целей государственной образовательной политики и задач, характерных для регионов, переживших немецко-фашистскую оккупацию.

Организация учебно-воспитательного процесса в школах Дона и Кубани в 1943-1945 гг., как и в целом по стране, подверглась реформированию. Основой школьной реформы этого периода стали: постановление СНК СССР 1943 года «О введении правил поведения учащихся»; «О приеме детей семилетнего возраста в школы»; «О введении раздельного обучения мальчиков и девочек в 1943-1944 учебном году в неполных средних и средних школах областных, краевых городов, столичных центров автономных республик и в крупных промышленных городах»; поста-

новление СНК СССР от 10 января 1944 г. «О введении цифровой пятибалльной системы оценки успеваемости и поведения учащихся», постановление СНК СССР от 21 июня 1944 г. «О мероприятиях по улучшению качества обучения в школе» и др. [1].

Правила для учащихся стали стандартом формирования морально-политического облика советского школьника. В них определялись обязанности детей по отношению к школе, учителям, родителям, старшим, нормы поведения, как в школе, так и за ее стенами. Учительские коллективы вели систематическую работу во время уроков и внеклассных мероприятий по объяснению, закреплению в сознании детей и выполнению каждого пункта, входящего в этот своеобразный кодекс школьника (2). Преподаватели русского языка использовали тексты правил на учебных занятиях в качестве примеров при изучении грамматики. Силами учащихся готовились и проводились тематические собрания по отдельным пунктам правил с элементами художественной самодеятельности [3].

Учителя, с целью выработки единых требований семьи и школы к ребенку, проводили работу по объяснению содержания правил для учащихся среди родителей. В краснодарской средней школе № 8 на родительских собраниях был прочитан ряд лекций: «Единый фронт борьбы по внедрению правил для учащихся», «Школа и семья», «Досуг учащихся и режим их дня», «Внешний облик ученика» [4]. В школах Аксайского района, г. Шахты, Ростова педагоги организовали родительский лекторий и делали доклады на темы: «Твердый режим и принуждение», «Труд школьника в семье», «Воспитание культуры поведения вне школы» и др. [5].

Городские и районные отделы образования в процессе контроля за внедрением правил обобщали лучшие наработки педагогических коллективов и популяризировали их на учительских семинарах и конференциях. В Таганроге на январском совещании учителей 1944 года были заслушаны и одобрены методики увязки содержания правил с материалом, преподаваемым на уроках Л.М. Калашниковой (школа № 16), Т.Е. Баевой (школа № 2), Е.Д. Паевской (школа № 16) [6].

В целом введение правил поставило работу школы в плоскость единых требований к учащимся и закрепило авторитарный стиль организации учебно-педагогического процесса учительскими коллективами. Вместе с тем однозначно оценивать это мероприятие не вполне правомерно. В большинстве семей отцы были на фронте, матери работали на производстве. Ослабление внимания и контроля со стороны семьи и отсутствие во многих школах необходимых условий для систематической внеклассной и внешкольной работы с детьми порождали безнадзорность, падение дисциплины, снижение посещаемости занятий и как следствие этого - массовую неуспеваемость. «Правила для учащихся» способствовали пресечению этих явлений. Таким образом, их введение было в годы войны объективной необходимостью.

Практика раздельного обучения мальчиков и девочек получила распространение в школах Краснодара, Армавира, Сочи, Ростова, Таганрога и других крупных городах региона. В женских школах на уроках военного дела и кружковой работе больше уделялось внимание изучению радиотелеграфии, санитарного дела, прививались навыки рукоделия и домоводства. В мужских учебных заведениях большое распространение получила организация занятий по огневой, строевой и физической подготовке, кружков электротехнических и радиолюбителей [7]. В условиях военного времени раздельное обучения мальчиков и девочек имело ряд преимуществ, в частности, его введение позволило повысить качество трудового воспитания и военной подготовки подростков.

В то же время следует отметить, что принцип такого обучения не привел к повышению дисциплины, как это ожидалось в мужских школах. Дисциплина в них часто поддерживалась не авторитетом учителей, а угрозой наказания. Во-вторых, не было единства требований к учащимся: уровень знаний мальчиков и девочек оценивали по-разному. В-третьих, материальна база мужских и женских школ различалась довольно существенно. Приоритет отдавался мужским школам. К тому же в условиях региона введение раздельного обучения было скорее формальной мерой. Оно затронуло не более 25 % школьников. При этом в учебных планах мужских и женских школ не было принципиальных отличий. Кроме того, переход к раздельному обучению только осложнил условия работы школ и органов образования.

В целом, отрицательные стороны раздельного обучения были более очевидны, чем положительные. Таким образом, если в военное время принцип раздельного обучения еще имел известное обоснование, то в мирное время его эффект был гораздо менее очевиден и в 1954 г. он был отменен.

Другим важнейшим решением, осуществленным в конце войны, было введение с 1944-1945 уч. года обязательного повсеместного обучения детей с семилетнего возраста. В декабре 1943 г. наркомат Просвещения РСФСР издал специальную инструкцию по этому вопросу. В течение лета 1944 г. во всех областях, в том числе и на Юге России, проводились семинары по подготовке к обучению семилетних детей. Одной из причин введения обучения с семи лет являлась потребность страны в ускоренной подготовки кадров для промышленности и сельского хозяйства, и пополнении рядов Красной Армии.

В 1943-1944 гг. в рамках школьной реформы были осуществлены также и такие мероприятия, как: введение цифровой пятибалльной системы оценки успеваемости и поведения учащихся, выпускных экзаменов на аттестат зрелости, ученических билетов и другие. Все эти нововведения предполагали повышение качества учебного процесса. В то же время другой ключевой стороной проводимых преобразований, которая не всегда афишировалась, являлось усиление контроля за деятельностью школ и учителей. Именно эта задача и была в большей степени реализована в ходе реформ. В школьной жизни закрепился режим регламентации и унификации.

Среди характерных особенностей учебно-воспитательной работы школ Дона и Кубани в 1943-1945 гг. следует выделить то, что в этот период перед педагогическими коллективами наряду с определившимися еще в начале войны задачами патриотического воспитания, военно-физической и трудовой подготовки учащихся появились новые направления, характерные для регионов, переживших оккупацию. На захваченных советских территориях немецкие власти особое внимание уделяли идеологической обработке подрастающего поколения. Используя всевозможные средства, они старались вытравить из сознания молодежи идеалы советского воспитания, внушить ей отрицательное отношение к коммунистической партии и сделать послушным орудием в руках захватчиков.

В связи с этим, работникам образования необходимо было, прежде всего, провести воспитательные мероприятия, ориентированные на преодоление влияния, оказанного немецкой пропагандой на духовную сферу подростков, их ценностные ориентиры. На уроках и во внеклассной работе систематически в различных формах преподаватели объясняли человеконенавистническую сущность политики фашистской Германии, используя при этом и такие психологические приемы, как обращение к переживаниям подростков, которые они испытали в период оккупации. Так, большое распространение в школах получила форма написания письменных работ по русскому языку, освещающих трагические события, очевидцами которых были сами дети [8]. В Апшеронской средней школе старшеклассникам было задано сочинение «Что, я пережил в черные дни оккупации». Подобная работа была написана краснодарскими учащимися седьмых классов [9]. Шестиклассники города Таганрога выражали радость по поводу освобождения от немецкого ига, раскрывая тему «Заря 30 августа 1943 года [10].

Подростки под руководством своих наставников подбирали материалы и оформляли фотомонтажи о зверствах фашистов на захваченных ими территориях. Таганрогские школьники подготовили литературный сборник «Непокоренный Таганрог». В нем опубликовали стихи, рассказы, воспоминания и рисунки, отображающие борьбу молодежи против оккупантов [11]. Учащиеся Самарской средней школы Ростовской области издали журнал «Фролески», на страницах которого дети поместили заметки, повествующие об их жизни при фашистском режиме [12].

В феврале 1944 г. в Ростове прошла выставка «Школы Ростовской области в дни Отечественной войны», один из разделов которой содержал материал «Дети о фашистских зверствах в дни оккупации» [13]. Руководитель исторического кружка Роговской средней школы Краснодарского края на одном из занятий организовал обсуждение материалов о судебных процессах над фашистами и их пособниками, проходивших в г. Краснодаре [14].

Параллельно с разъяснением преступных целей оккупантов партийное руководство страны поставило перед учительством задачу формирования общественного сознания учащихся в русле

коммунистической идеологии. С этой целью педагогические коллективы вели регулярную разностороннюю агитационно-пропагандистскую работу. В ее содержании по сравнению с начальным периодом войны приоритет смещается от идей патриотизма традиционно российского к патриотизму советскому, социалистическому. Основной акцент при проведении различных учебно -воспитательных мероприятий делался на пропаганду преимуществ советского социалистического строя, роста экономического и оборонного могущества СССР, руководящей роли Коммунистической партии, истории партии, революционных традиций и выдающихся партийных деятелей. При этом важнейшее место в идеологическом воспитании учащихся было отведено изучению книги И.В. Сталина «О Великой Отечественной войне Советского Союза».

Отделы агитации и пропаганды Ростовского и Краснодарского обкома и крайкома ВКП (б) разработали инструкции и планы проведения занятий по изучению книги вождя и разослали их во все учебные заведения области и края [15]. Кроме того, партийные работники регулярно проводили для преподавателей семинары и консультации по каждой теме книги. Сотрудники парткабинетов райкомов ВКП (б) подготовили необходимый дополнительный материал и раздали его администрации общеобразовательных школ [16].

Занятия в школах по изучению труда В.И. Сталина проводились от 1 до 4-х раз в месяц [17]. В старших классах были также организованы специальные кружки [18]. Таким образом, в конце войны одним из приоритетных направлений идейно-политического воспитания школьников стало укрепление культа личности советского вождя.

Итак, на завершающем этапе Великой Отечественной войны стабилизирующее значение в развитии советской школы сыграли реформы 1943-1944 годов, направленные на повышение качества учебно-воспитательного процесса. Основным итогом этих реформ стало закрепление в сфере образования унификационных тенденций. Специфика работы педагогических коллективов Дона и Кубани после освобождения региона от немецко-фашистских оккупантов проявилась в том, что они реализовывали задачи преодоления идейного воздействия, оказанного вражеской пропагандой на мировоззрение подростков, и переориентации их сознания в русло коммунистической идеологии.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Народное образование в СССР. М., 1974. С. 120, 177, 179.

2. Центр документации новейшей истории Краснодарского края (ЦДНИКК), ф. 1774-А, оп. 2, д. 1233, л. 78.

3. Таганрогский филиал Государственного архива Ростовской области (Т.Ф. ГАРО), ф. 84, оп. 3, д. 1, л. 4,4 об., 5.

4. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ), ф. А-2306, оп. 70, д. 2961, л. 25.

5. Там же, д. 2989, л. 41 об.

6. Т.Ф. ГАРО, ф. 84, оп. 3, д. 1, л. 4,4 об.

7. ЦДНИКК, ф. 1774-А, оп. 2, д. 1233, л. 78; Молот. 1943. 15 сентября.

8. ЦДНИКК, ф. 1774-А, оп. 2, д. 1774, л. 76, 80.

9. Государственный архив Краснодарского края (ГАКК), ф. 807, оп. 1, д. 2, л. 64,99; д. 43, л. 21, 28, 32, 34, 38.

10. Т.Ф. ГАРО, ф. 84, оп. 3, д. 11, л. 16.

11. Таганрогская правда. 1944. 12 декабря.

12. Государственный архив Ростовской области (ГАРО), ф. 4130, оп. 1, д. 13, л. 60.

13. Молот. 1944. 20 февраля.

14. ГАРФ, ф. А-2306, оп. 70, д. 2961, л. 20.

15. Там же, л. 16 об.

16. Там же.

17. ЦДНИКК, ф. 1774-А, оп. 2, д. 1841, л. 12.

18. ГАРО, ф. 4070, оп. 1, д. 2, л. 62.