Значение и специфика изучения художественной литературы Великобритании в контексте региональных исследований

Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2017. № 4

А.М. Штульберг

ЗНАЧЕНИЕ И СПЕЦИФИКА ИЗУЧЕНИЯ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В КОНТЕКСТЕ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего образования «Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова» 119991, Москва, Ленинские горы, 1

В преподавании курсов по регионоведению Великобритании обращение к специфическим, характерным чертам литературы этого региона имеет огромное значение. В художественной литературе мы можем выделить показательные примеры, связанные напрямую с национальным характером и региональными доминантами. В качестве иллюстраций нами были выделены такие особенности, как выразительность морской тематики в литературе Великобритании, в том числе и в непривычных образах, высокая ценность обращения к подобной проблематике, а также традиция изображения чудаковатых и эксцентричных персонажей, отчетливое пристрастие к оригинальничанию и эксцентрике как литературная традиция. Нами установлено, что ряд выдающихся тенденций в искусстве связан с экспансистскими, геополитическими характеристиками развития региона. Другая исследованная часть литературной традиции также поддается историко-культурному анализу: морально-нравственный ригоризм викторианской эпохи в Великобритании порождал своеобразное отторжение и противопоставление в литературе, но в то же время явления литературного творчества были генетически тесно связаны с феноменами викторианской действительности. Выявление региональных доминант посредством изучения специфического в художественной литературе может представлять весомое и значимое дополнение к другим способам установления региональных культурных признаков. Такое изучение показывает связь всех аспектов жизни региона (не разделяя эти аспекты искусственно), представляет регион комплексно и полно.

Ключевые слова: художественная литература Великобритании; регионоведе-ние Великобритании; региональные доминанты; морская тематика в британской литературе; литература нонсенса; чудаки и эксцентрики в литературе.

Регионоведение представляет собой тот научный путь, следуя по которому студент и преподаватель, а также любой интересующийся имеет возможность осознать важнейшие силовые точки региона (а также слабые, не «играющие» в жизни народов аспекты), выявить доминанты регионального развития. Так, по большей части удается

Штульберг Анна Моисеевна — кандидат культурологии, доцент кафедры региональных исследований факультета иностранных языков и регионоведения МГУ имени М.В. Ломоносова (e-mail: anstulberg@mail.ru).

избежать сравнительно-оценочных характеристик именно благодаря попыткам, по словам И.В. Павловского, «определить внутренние свойства этих культур, не зависящие от этнической, языковой, религиозной, идеологической и политической составляющих» [Павловский, 2012].

Вопросы об общекультурном и специфическом, о влияниях и национальном своеобразии, наконец, о проявлении национального менталитета в художественной литературе (в особенности в языке художественной литературы) исследованы широко и подробно. К вышеуказанной проблематике обращалось большое количество ученых — филологов, историков, культурологов. Д.М. Урнов в работе «Национальная специфика литературы как предмет исторической поэтики» поставил вопрос о важности «проследить сотрудничество национальной литературы с национальной историей» [Урнов, 1986: 185]. С.Г. Тер-Ми-насова, А.П. Забровский, В.П. Шестаков неоднократно обращались к исследованию национальных менталитетов сквозь призму художественной литературы. В исторических исследованиях художественная литература также весьма плодотворно использовалась: теоретическую базу обращения к подобной проблематике можем найти, например, в работах Е.Н. Цинбаевой. Многочисленны работы, обращающиеся к установлению связи именно британской литературы с менталитетом жителей Великобритании. Помимо уже упомянутого В.П. Шестакова, необходимо обратиться к работам М.П. Алексеева, Н.П. Михальской, Л.Ф. Хабибуллиной, С.Б. Королевой и мн. др.

В рамках регионоведения мы обращаемся к национальному характеру, картине мира и всему комплексу материальных и духовных явлений, составляющих жизнь региона. Художественная литература ярко обнаруживает ряд этих особенностей, наряду с другими явлениями вычерчивает уникальный образ региона, интересы, чаяния, «лица необщее выражение» народа.

Рассмотрим ряд литературных традиций, ярко характеризующих британский менталитет.

Широкое распространение морского романа, рассказа, повести (nautical fiction), особая приверженность к описаниям мореплавания, морских путешествий, сильнейший акцент на значении освоения морских и океанских пространств, пафос геройства и чувство сопричастности в освоении новых земель — тенденция в художественной литературе Британских островов, принявшая характер константы. При этом (в разных жанровых рамках, конечно) тематика моря и водных пространств будет прослеживаться на протяжении не одного столетия.

Еще с елизаветинских времен — времен начала колониальных продвижений, активных захватов и соперничества с другими европейскими странами морская проблематика твердо вошла в круг вопросов, волнующих литераторов. «Тюдоровский ренессанс» знал множество мореплавателей-искателей приключений-поэтов (достаточно назвать ти-

таническую фигуру Уолтера Рэли). Их образы, творчество укореняют патриотические, экспансивные интересы в морском дискурсе.

Но еще интереснее, что устремления вдаль, в морское пространство, в неисследованные, но ожидающие открытия и исследования океанские просторы увязывается в лирике в своем самом конкретном смысле. Например, Дж. Донн эротические образы в своих стихах строит на сравнении с открытием Америки, путешествием к далеким неведомым берегам. Вот строки из элегии «На раздевание возлюбленной»:

Моим рукам-скитальцам дай патент Обследовать весь этот континент; Тебя я, как Америку, открою, Смирю и заселю одним собою1.

Элегия «Путь любви» начинается с сильной метафоры: здесь снова цель и смысл любви уподобляется морским авантюрам.

Влюбленный, если он к венцу любви Не устремляет помыслы свои, Схож с моряком, доверившимся бездне Лишь ради приступа морской болезни2.

И далее разворачивается картина покорения возлюбленной, сравнимая с географическим путешествием, путешествием по морям и океанам.

Ее чело, как море штилевое, В недвижном истомит его покое — Иль вдруг, нахмурясь, за волной волну Погонит, чтоб пустить его ко дну3.

Надо сказать, что Донн, сам участник морских экспедиций, блестяще описывал морские и океанские просторы, грозную и могучую силу стихии. Достаточно вспомнить его диптих «Шторм» и «Штиль», сильнейшие по эмоциональному воздействию стихотворения. Британская литература славится подобными мощными изображениями (и не последнее место занимают авторы, объединяющие морской дискурс с экзистенциальными проблемами человека — можно назвать здесь С.Т. Колриджа, Дж. Конрада, Р.Л. Стивенсона и многих других, не говоря уже о просто писателях-маринистах). Но нас интересовали образы моря и морская тематика в необычном ракурсе, говорящие об имманентных интересах авторов и их читателей.

Итак, тематика моря, океана, водной стихии (конечно, неотъемлемая часть всех национальных культур) в количественном и качествен-

1 Донн Дж. Стихотворения и поэмы. М., 2009. С. 82.

2 Там же. С. 79.

3 Там же. С. 80.

ном отношении является необычайно сильной и долговременной в Британской литературе. Литература сигнализирует о доминировании определенных интересов, о константном характере идеалов и устремлений, в конечном итоге помогая лучше уяснить наблюдателю особое, уникальное в культуре региона, в данном случае черты характера, связанные и с островным мышлением, и с энтузиазмом покорителей пространства.

Другой репрезентативный пример — ценность остроумия, юмора, а также традиция абсурдной поэзии на Британских островах. Отчетливое пристрастие к дурачеству, к чудаковатым выходкам, эксцентричному поведению взрослых англичан многие исследователи увязывают с обычаем сурового воспитания детей и юношества. Не секрет, что «дорвавшись» до запретного ранее плода, индивидуум особенно энергично начинает его «вкушать». Но развитая и цветущая в пространстве Британского региона литература нонсенса, необыкновенно распространенные образы чудаков и эксцентриков — свидетельство более сильной, глубокой, имманентной традиции.

Героями-чудаками пестрят страницы произведений художественной литературы всех народов. В английской литературе к таким персонажам испытывают особое пристрастие, особую нежность. В них, как в зеркале (в Зазеркалье?) открывают для себя особенности своего национального характера, скрытые в рамках повседневности, неудобные для нее.

Чосер-персонаж из «Кентерберийских рассказов», сэр Джон Фальстаф Шекспира, мистер Брамбл и Хамфри Клинкер Смоллетта, пастор Адамс Филдинга, семейство Шенди (а ведь hobby-horse, любимый конек, которого чудак всегда готов оседлать, изобретение Лоренса Стерна, появившееся именно в этом его романе о Тристраме Шенди и его родне), многочисленные герои Диккенса (в ряду их мистер Пиквик и мистер Микобер из «Жизни и приключений Дэвида Копперфилда» будут, наверное, самыми главными), остеновский мистер Коллинз, Дживс и Вустер Вудхауза, некоторые герои пьес Оскара Уайльда и Бернарда Шоу, романов и рассказов Ивлина Во и Роальда Дала и многие другие. Специфичность этих героев всегда в большой степени связана с их национальным характером, со своеобразием и неповторимостью региона (и vice versa, своеобразие и оригинальность региону придают в том числе совокупность оригинальных характерных черт).

Традиция собственно абсурдистской поэзии, поэзии нонсенса также многовековая, но особенное развитие получает (и это не совпадение) в эпоху сугубо рациональную, связанную с быстрыми темпами механизации и промышленного роста, а в социальном аспекте в эпоху навязываемого идеала сдержанности и респектабельности, буржуазной солидности — в викторианские годы. Здесь особенно нужно отметить традицию, заложенную Л. Кэрроллом и Э. Лиром.

Каким образом и почему юмористическая традиция, и традиция особого отношения к чудаковатым выходкам стала важной и значительной для британской культуры? Несомненно, противопоставление культу здравого смысла и логической категоричности, которые в устойчивых построениях британского имперского менталитета столь органичны, вызвало к жизни ряд обозначенных особенностей; безапелляционный рационализм повлек обратную реакцию — от поисков смысла к поискам бессмыслицы. Одной из черт британского менталитета выступает опора на сугубо материалистическую эмпирическую традицию как в философии, так и в социальных областях знания и в жизни — и эти традиционные ценности из-за своей императивности потеряли привлекательность и обратились в свой эстетический антипод.

Во второй половине XIX в. искусство в Великобритании подвергается особому искусу — мощная держава одновременно утверждает культ силы и культ естественности и простоты. И именно в это время и абсурдистская традиция в литературе (кстати, глубоко симпатичная самим викторианцам), и зарождающиеся декадентские тенденции (на британской почве), в частности, английский эстетизм, густо замешанный на французском символизме, склонны проповедовать уход от жизни с ее простотой и понятностью. Это уход в нереальность искусства, далекого от серости и рутинности (а также в случае с декадентством далекого от вульгарных нравственных предписаний, от морали как таковой).

Логика и здравый смысл, сдержанность и умение скрывать свои чувства, качества, приписываемые англичанам среднего и высшего слоя общества, можно до определенной степени считать справедливыми, наследием пуританской картины мира. Но ведь нельзя забывать, что национальный характер меняется не быстро, да и не сильно, не полностью, поэтому обычаи шумных раскрепощенных горожан, смелых авантю-ристов-елизаветинцев, кавалеров, отстаивающих идеалы, не связанные с коммерцией (которую, правда, можно признать основной линией развития нации), тоже сохраняются.

Атмосфера чудачества, эксцентричности, иррациональности очень хорошо чувствуется на фоне общей здравомыслящей поверхности. Хотелось бы также упомянуть об огромном творческом потенциале неанглосаксонских народов, населявших Британскую империю, и, конечно, имевших непосредственное отношение к литературе и другим искусствам. Перечислять авторов шотландского, ирландского и валлийского происхождения будет излишним, так как их великое множество.

Литература нонсенса, как уже было сказано, расцветает в середине — второй половине XIX в. Пример творчества Э. Лира, знаменитого автора «Книг чепухи» и художника, — ярчайшее явление британской литературы того времени. Нонсенс (nonsense), бессмыслица, отсутствие

смысла, противопоставленное смыслу (sense), тем не менее связано с ним родственными отношениями и не существует без него. Но гораздо интереснее для изучения специфики региона, что шутливо-дурашливое содержание абсурдистского стишка не избавляет от характеристик, присущих этому региону. Специфичное, узнаваемое, культурно-обусловленное понимание действительности находит выражение и здесь. Возьмем один из лимериков Э. Лира:

There was a Young Lady whose nose Was so long that it reached to her toes; So she hired an Old Lady, Whose conduct was steady, To carry that wonderful nose4.

Пожалуй, мы можем сказать, что утверждение о величине носа абсурдно и неправдоподобно, но тут же мы сталкиваемся с викторианской реальностью, избежать или устранить которую нет ни возможности, ни желания. Юная обладательница огромного достающего до пальцев ног носа вынуждена нанять пожилую даму, чье поведение надежно, устойчиво, или, скажем, безукоризненно с моральной точки зрения "an Old Lady/Whose conduct was steady", т.е. респектабельность викторианского поведения в обществе соблюдена.

Интересно, что один из переводов «локализовал» этот лимерик в Восточной Европе и мировоззренческая картина изменилась. Это вариант знаменитого переводчика англо-американской литературы Г. Кружкова:

Жила-была дева в Галиции Чей нос перерос все кондиции, Пришлось вызывать Несчастную мать — Носить этот нос по Галиции5.

И вот уже вместо морально устойчивой викторианской матроны, некоей чопорной компаньонки, — «несчастная мать», — родственные отношения, семейные ценности и эмоциональная напряженность. Старушка-шаперон, блиставшая безукоризненным поведением, могла отстраненно и холодно относиться к своей работодательнице, чей нос она носила, она не заинтересована лично, выполняет общественную функцию, а вот мать, которую «вызвали» носить нос по Галиции, определена как «несчастная». Конечно, особенности эти могли быть вызваны только лишь требованиями переводческой техники, но все же

4 Two hundred years of Nonsense. The Works of Edward Lear. Available at: URL: http:// www.lear200.com/there-was-young-lady-whose-nose (accessed: 12.03.2017).

5 Лир Э. Большая книга чепухи / Пер. с англ.; сост., предисл. и коммент. Г.М. Кружкова. СПб., 2011. С. 36.

пример и модель регионально-специфического, на наш взгляд, присутствует.

Пожалуй, наиболее важные, «сочные», уникальные характеристики английского чудака мы впервые встречаем в знаменитом романе Л. Стерна «Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена». Этот роман середины XVIII в. — не только знамение эксцентрического мировоззрения автора, эпохи и английской культуры, но, на наш взгляд, и провозвестник тенденции, которая утвердится и приведёт позднее к уже описанному выше абсурдистскому и антисмысловому восприятию действительности, но с этой же действительностью крепкими узами связанной. В кратком обзоре нет возможности обращаться к технике и особому построению романа автором, сатирическим и пародийным аспектам, к необычным «играм» с временем повествования и сюжетом, — всё это свидетельства как уникальности произведения, так и зарождения новой традиции (слова «стернианство», «стерниан-ский» вскоре после выхода романа начнут употребляться для обозначения как приемов художественного письма, так и особенностей мировоззрения).

Эксцентричные жители Шенди-холла и их гости — не просто британский мир в миниатюре (для ознакомления с британской спецификой, «узнавания» характерных черт реальности подойдет почти любое произведение, описывающее нравы и быт). Шенди-холл — микрокосм британских особенностей и идеалов; в рассуждениях дяди Тоби и мистера Шенди, пастора Йорика и самого Тристрама — уникальная смесь иррациональности, или даже антирационализма (заметим, что это происходит в век господства идеи разума, как вершинного критерия человеческой жизни — эпоху Просвещения) и связи со своей исторической и культурной (можно сказать, региональной) традицией. О своем гениальном оригинале — пасторе Йорике (потомке того самого Йорика, к черепу которого обращал один из своих монологов Гамлет) — Стерн пишет следующее: «...вместо холодной флегмы и правильного соотношения здравого смысла и причуд <...> бедный Йорик не нес ни одной унции балласта; он был самым неопытным человеком в практических делах; в двадцать шесть лет у него было ровно столько же уменья править рулем в житейском море, как у шаловливой тринадцатилетней девочки, не подозревающей ни о каких опасностях. Таким образом, в первое же плавание свежий ветер его воодушевления, как вы легко можете себе представить, гнал его по десяти раз в день на чей-нибудь чужой такелаж»6.

Стерн предваряет описание нрава Йорика рассуждениями по поводу датского и английского национального характера. Вот что автор

6 Стерн Л. Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена. Сентиментальное путешествие по Франции и Италии. М., 1968. С. 44.

говорит об англичанах: «...все мы представляем противоположные крайности <...> вы либо великий гений — либо, пятьдесят против одного, сэр, вы набитый дурак и болван; — не то чтобы совершенно отсутствовали промежуточные ступени, — нет, — мы все же не настолько беспорядочны; — однако две крайности — явление более обычное и чаще встречающееся на нашем неустроенном острове, где природа так своенравно и капризно распределяет свои дары и задатки; даже удача, посещая нас своими милостями, действует не более прихотливо, чем она»7.

И вся эта непрактичность и эксцентричность представляется лишь оборотной стороной реально существующих свойств, связанных с практицизмом, утилитарностью и прагматизмом. Романтика и оригинальность, эксцентричность и поэтичность возрастают на неподходящей почве гораздо более пышно и приносят выдающиеся плоды.

Таким образом, в статье утверждается мысль о том, что выявление региональных доминант посредством изучения специфического в художественной литературе, может представлять весомое и значимое дополнение к другим способам установления региональных культурных признаков. Таких маркеров много. Мы выделили два показательных примера, указав, что, во-первых, в жизни региона Великобритании ряд выдающихся тенденций в искусстве связан с экспансистскими, географическими характеристиками, с морской тематикой. Второй иллюстрацией стала традиция чудаковатого, эксцентричного поведения персонажей художественной литературы, также тесно связанная с жизнью острова. При рассмотрении отличительных черт и символов, данных в произведениях литературы в регионоведческом ключе, можно определить и обозначить сущность жизненных интересов, национального характера и всей ориентации культуры. В преподавании курсов, связанных с регионоведением Великобритании, обращение к этим и подобным примерам имеет то огромное значение, что они показывают связь всех аспектов жизни региона (не разделяя эти аспекты искусственно), представляют регион комплексно и полно.

Список литературы

1. Агапова В.Н. К вопросу о культурных ценностях и способах их передачи // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2016. № 4. С. 107-114.

2. Забровский А.П. «Универсальное и специфическое» как один из методов преподавания литературы в иностранной аудитории // Россия и Запад: диалог культур: Сборник статей. М., 1996. С. 251-258.

3. Павловская А.В. Национальный характер в условиях глобализации: перспективы изучения // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2004. № 1. C. 108-118.

7 Стерн Л. Указ. соч.

4. Павловский И.В. Регионоведение в контексте общегуманитарного образования [Электрон. ресурс] // Россия и Запад: диалог культур. 2012. № 1. URL: http://regionalstudies.ru/journal/homejornal/rubric/2012-11-02-22-03-27/170--l-r-.html (дата обращения: 14.03.2017).

5. Павловский И.В. Социокультурное регионоведение как гуманитарная специальность // Вестн. Моск. ун-та. Сер.19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2014. № 2. С. 102—109.

6. Лир Э. Большая книга чепухи / Пер. с англ.; сост., предисл. и коммент. Г.М. Кружкова. СПб., 2011.

7. Тер-Минасова С.Г. Национальные литературы в диалоге культур в эпоху глобализации. Аспекты национальной идентичности // Россия и Запад: диалог культур. 2012. № 1. URL: http://regionalstudies.ru/ component/content/article/34-2012-07-22-15-45-50/280--1-2012-.html (дата обращения: 06.06.2017).

8. Урнов Д.М. Национальная специфика литературы как предмет исторической поэтики // Историческая поэтика. Итоги и перспективы изучения. М., 1986. С. 168-187.

9. Цинбаева Е.Н. Исторический анализ литературного текста. М., 2015.

10. Шестаков В.П. Английская литература и английский национальный характер. М., 2010.

Anna M. Shtulberg

THE IMPORTANCE AND SPECIFIC CHARACTER OF THE STUDY OF FICTION IN GREAT BRITAIN IN THE CONTEXT OF REGIONAL STUDIES

Lomonosov Moscow State University 1 Leninskie Gory, Moscow, 119991

Specific features of British literature are of great importance for British regional studies. Some meaningful examples were introduced to show that particular characteristics of fiction are connected with national traits and regional dominant ideas. To illustrate the point we accentuated the great value of naval theme (which includes some unusual images) and the tradition of representation of eccentric and queer persons in British literature. It is ascertained that a variety of distinguished tendencies within the sphere of art is connected with expansive geopolitical characteristics in the evolution of the region. Another aspect of the examined part of the literary tradition is also analyzable in historical and cultural spheres: moral and ethic rigorism of the Victorian Era in Great Britain has given rise to singular abruption and opposition in literature, but at the same time some phenomena of the literary creative work have been genetically closely connected to the phenomena of the Victorian life. Studies of such and others peculiar features of belles-lettres help to ascertain the relations between all aspects of reality (and to avoid its artificial separation), help to represent the region in a more sophisticated and more complete mode.

Key words: British literature; British regional studies; regional dominant ideas; naval theme in British literature; nonsense literature; eccentrics in literature.

About the author: Anna M. Shtulberg — Ph. D. in Cultural Studies, Associate professor at the Area Studies Department, Faculty of Foreign Languages and Area Studies,

Lomonosov Moscow State University (e-mail: anstulberg@mail.ru).

References

1. Agapova VN. 2016. K voprosu o kul'turnykh tsennostyakh i sposobakh ikh peredachi [On the question of cultural values and the means of its transfering]. Moscow State University Bulletin. Series 19: Linguistics and Intercultural Communication, no. 4, pp. 107—114.

2. Zabrovskii A.P. 1996. "Universal'noe i spetsificheskoe" kak odin iz metodov prepodavaniya literatury v inostrannoi auditorii [General and specific as one of the methods in teaching foreigners]. Rossiya i Zapad: dialog kul'tur [Russia and West Countries: Dialogue of Cultures]. Sbornik statei. Moscow, Tsentr po izucheniyu vzaimodeistviya kul'tur, pp. 251—258.

3. Pavlovskaya A.V 2004. Natsional'nyi kharakter v usloviyakh globalizatsii: perspektivy izucheniya [National character in the global world: prospects of studies]. Moscow State University Bulletin. Series 19: Linguistics and Intercultural Communication, no. 1, pp. 108—118.

4. Pavlovskii I.V. 2012. Regionovedenie v kontekste obshchegumanitarnogo obrazovaniya [Area studies in the context of the education in the humanities] [Elektron. resurs]. Rossiya i Zapad: dialog kul'tur [Russia and West Countries: Dialogue of Cultures], no. 1. Available at URL: http://regional-studies.ru/journal/homejornal/rubric/2012-11-02-22-03-27/170--l-r-.html

5. Pavlovskii I.V. 2014. Sotsiokul'turnoe regionovedenie kak gumanitarnaya spetsial'nost' [Sociocultural area studies for humanities' studies]. Moscow State University Bulletin. Series 19: Linguistics and Intercultural Communication, no. 2, pp. 102-109.

6. Lir E. 2011. Bol'shaya kniga chepukhi. [Great book of nonsense] / Per. s angl.; Sost., predisl. i komment. G.M. Kruzhkova. Saint Petersburg.

7. Ter-Minasova S.G. 2012. Natsional'nye literatury v dialoge kul'tur v epokhu globalizatsii. Aspekty natsional'noi identichnosti [National literatures in the dialogue of cultures of the epoch of the globalization. Aspects of the national identity] [Elektron. resurs]. Rossiya i Zapad: dialog kul'tur [Russia and West Countries: Dialogue of Cultures], no. 1. Available at URL: http://regional-studies.ru/component/content/article/34-2012-07-22-15-45-50/280--1-2012-. html

8. Urnov D.M. 1986. Natsional'naya spetsifika literatury kak predmet is-toricheskoi poetiki [National specific features of the literature as a subject of the historical poetics]. Istoricheskaya poetika. Itogi i perspektivy izucheniya [Historical poetics. Results and prospects of the studies]. Moscow, pp. 168-187.

9. Tsinbaeva E.N. 2015. Istoricheskii analiz literaturnogo teksta [Historical analyses of the literary text]. Moscow.

10. Shestakov VP. 2010. Angliiskaya literatura i angliiskii natsional'nyi kharakter [English literature and English national character]. Moscow.