Экономика сходит на net

Вклад интернета в российский ВВП составляет всего 1,6% — немного по сравнению с развитыми странами. Но и не так уж мало, учитывая, что широкополосный доступ в интернет есть лишь у 20% россиян. Если в сеть выйдут остальные 80%, целым отраслям экономики придется пережить настоящее потрясение. Впрочем, "великая трансформация" уже началась.

Нереальный ВВП

"Со временем телевидение перевернет жизнь всего человечества. Ничего не будет: ни кино, ни театра, ни книг, ни газет, а будет одно сплошное телевидение",— говорил один из героев фильма "Москва слезам не верит". Однако, как и положено отрицательному персонажу, был не прав. Сегодня даже Дмитрий Медведев признается, что предпочитает смотреть ТВ в интернете, и эксперты прочат ему (телевидению, не Медведеву) печальную участь: к 2020 году примеру российского президента последует подавляющее большинство населения Евросоюза.

Интернет станет главным способом и взаимодействия с правительством, и получения госуслуг (не исключено, что дело дойдет и до прямой демократии). Серьезно изменится образование; в таких сферах, как менеджмент, финансы, торговля, маркетинг и научно-технические разработки, интернет уже сегодня считают незаменимым (опрос Oxford Internet Institute, 2010).

В отличие от разглагольствований телевизионщика Рудольфа у этого прогноза есть все шансы сбыться. Правда, в российском ВВП, согласно опубликованному в четверг докладу Boston Consulting Group (BCG), на интернет пока приходится всего 1,6% ($19,3 млрд на 2009 год), и даже к 2015 году этот показатель вырастет только до 2,6%, в то время как в развитых странах он уже на порядок выше: в Швеции — 6,6% ВВП, а в Великобритании — 7,2% (см. диаграмму).

И хотя это до сих пор не заставило британцев отказаться от бумажных книг или посещения магазинов, замечает гендиректор Google в России Владимир Долгов, изменения в экономике уже налицо.

Нефти вопреки

Издержки интернет-компаний ниже, а эффективность выше, чем у их традиционных собратьев. Чем выше проникновение интернета (в Великобритании широкополосный доступ имеется более чем в 70% домохозяйств, в России — в 20%), тем больше вклад интернет-компаний в рост производительности в стране, говорит глава московского офиса BCG Владислав Бутенко.

В российской экономике "благодаря" серьезной доле нефтегазового сектора вклад интернета в ВВП неизбежно ниже, чем в европейских странах. Если исключить нефтегазовую составляющую из расчетов ВВП, вклад интернета сразу вырастет до приличествующих европейскому государству 2,1% — считайте, мы обогнали Италию. По словам Долгова, на сами добывающие отрасли интернет вряд ли может оказать сильное влияние, оно "ограничивается скорее вещами, связанными со сбором информации, статистики, каким-то учетом и контролем". Впрочем, здесь он, возможно, недооценивает роль IT: в современных технологиях нефтедобычи онлайн-мониторинг дебета на каждой скважине и состояния месторождения — неотъемлемая часть производственного процесса.

В таких отраслях, как машиностроение, где есть серьезная зависимость от поставщиков, интернет может сыграть серьезную роль. Именно он позволил японским компаниям при сборке автомобилей скоординировать поставки настолько, чтобы держать на своих складах комплектующие всего по четыре-шесть часов. Да и в российском машиностроении расходы на IT значительны, отмечает Долгов.

Общими системами планирования ресурсов возможности интернета в секторе b2b не ограничиваются. Еще один пример — электронные торги. Участие в них дешевле для компаний, поэтому участников больше, и их организатор в среднем получает после электронных торгов лучшее предложение, чем в результате обычного тендера, указывает Владислав Бутенко, приводя данные исследования РБК: средний размер экономии при совершении закупок через интернет компании оценивали в диапазоне от 15 до 30%.

В поисках низких цен

Интернет изменил не только бизнес-модели, но и привычки потребителей, положив начало серьезной трансформации розничной торговли, туризма и государственных услуг.

Пока объем электронной торговли в нашей стране составляет незначительную часть всей розницы. В 2009 году на его долю приходилось 1,3% ($7,4 млрд), к 2015 году эксперты прочат 3% (для сравнения: в Швеции уже 4-5%). Однако многие уже успели оценить выгоду: более 50% российских покупателей называют экономию существенным преимуществом покупок онлайн.

По оценкам BCG, покупая товары в сети, потребители сэкономили в 2009 году $0,5 млрд, или около 7% всей стоимости купленных товаров, включая стоимость доставки. Конечно, это не означает, что вы гарантированно сэкономите деньги. Бывает и наоборот. Например, заказывая книгу на сайте "Библио-глобуса", вы, если только не приедете сами в пункт выдачи заказов, заплатите сверху 180 руб. за курьерскую доставку.

"Цены закупки и продажи достаточно динамичны по своей природе",— признает директор по продажам интернет-магазина Ozon.ru Владимир Самаров. Чтобы сохранять их на конкурентоспособном уровне, компании приходится вести регулярный мониторинг цен на ключевые товары как в интернете, так и в рознице. Но у онлайновых магазинов, отмечает Самаров, есть и еще один козырь: их ассортимент намного шире.

Сравните сами. В книжном магазине "Москва" на Тверской, по данным справочной службы, сейчас находится в продаже 38 тыс. наименований книг. В расположившемся на трех этажах "Библио-глобусе" на Лубянке называют цифру "свыше 200 тыс.", а с учетом возможностей интернет-магазина, заказывающего книги у поставщиков по требованию клиента, около 300 тыс. В виртуальном Ozon.ru — 725 тыс. плюс 138 тыс. книг, которые могут быть напечатаны по требованию покупателя.

Всем, кому очень хочется сберечь деньги, прямая дорога, например, на "Яндекс.Маркет", посредническими услугами которого пользуются сейчас более 7 тыс. компаний, начиная от федеральных сетей, таких как "М.Видео", "Связной", "Евросеть", "Эльдорадо", крупных интернет-магазинов — того же Ozon.ru, "Холодильник.ру" и других — и заканчивая совсем небольшими магазинчиками.

Это, кстати, не только интернет-компании: "Яндекс.Маркет" теперь принимает к размещению и данные о товарах в обычных магазинах. Как показал опрос российских потребителей, проведенный международной исследовательской группой TNS, больше половины тех, кто выбирает товар в интернете, идут покупать офлайн. BCG стоимость товаров, приобретаемых подобным образом, оценивает в $16 млрд — в два с лишним раза больше, чем объем собственно электронной торговли.

Маленькие, шустрые

Мелкие магазины — основа электронной коммерции. Среди клиентов "Яндекс.Маркета" на крупный бизнес приходится порядка 5%, средний — 35%, остальные 60% — это именно мелкие магазины, причем такие пропорции характерны для всей отрасли, говорит руководитель сервиса Алексей Авдей.

"Большая доля малого бизнеса обусловлена низким порогом входа в интернет-торговлю: стоимость запуска и рекламы обычного интернет-магазина на порядок ниже стоимости открытия офлайновой точки",— разъясняет он, приводя в пример расценки "Яндекс.Маркета": порог входа здесь составляет всего 300 руб., оплата взимается только за потенциального покупателя, который перешел на сайт или страницу контактов, а минимальная стоимость перехода составляет 3 руб. (1,5 руб. для книг).

Маркетинговые издержки в интернете существенно ниже, чем в реальной торговле, соглашается Владислав Бутенко. Для того чтобы человек пришел в магазин, нужно больше денег, чем для того, чтобы убедить его зайти на какой-либо сайт. Да и пропускная способность у интернет-магазина больше.

Иногда использование интернета способно совершенно преобразить бизнес даже солидной компании. "В свое время мы делали проект для одной компании, работающей в области моды, luxury fashion, и обнаружили, что они теряют 30% доходов из-за плохой системы логистики, из-за недостаточного использования современных средств, в том числе и интернета,— вспоминает Бутенко.— Почему так происходит? Потому что, если женщина приходит в магазин и ей нравится платье, но нет ее размера, или ей не нравится цвет, она его не покупает. Когда они ввели более современную систему продаж, в том числе через интернет, продажи выросли на 30%, а благодаря экономии их прибыль выросла не менее чем в пять раз".

Впрочем, для большинства торговых компаний из реальной экономики интернет остается лишь возможностью предоставить дополнительный сервис для клиентов. В том же интернет-магазине "Библио-глобуса" за месяц обрабатывается всего 300-400 заказов — влияние этой торговли на общий объем продаж, мягко говоря, незначительно.

За туриста под солнцем

Схемы, подобные используемой "Яндекс.Маркетом", успешно применяются для продажи не только товаров, но и, например, авиа- и железнодорожных билетов и услуг по бронированию гостиниц.

Дмитрий Коновалов, менеджер по развитию рынка России и СНГ компании Skyscanner, говорит о настоящем "буме бронирования авиабилетов, гостиниц и автомобилей через интернет". По его словам, количество посещений русской версии этого сервиса в апреле превысило 1 млн, увеличившись за год на 290%, а прибыль, складывающаяся из отчислений, представленных на сайте компаний (авиаперевозчики, турагентства и специализированные сервисы, такие как agent.ru, ozon.travel, booking.com и др.), и размещения рекламы — на 490%.

В свою очередь, ozon.travel, у которого в 2010 году было около 90 тыс. зарегистрированных клиентов, сообщает о росте их количества на треть только за первый квартал 2011 года. "Мы можем держать выгодные цены за счет того, что работаем напрямую со всеми авиакомпаниями и получаем от многих специальные условия по тарифам. Обычно цена у нас сайте не хуже, чем на сайте перевозчика, а в некоторых случаях даже ниже, чем на сайте авиакомпании. Тот факт, что мы показываем много вариантов, включая совместные рейсы нескольких авиакомпаний (чего не делают авиакомпании), также привлекает клиентов",— объясняет директор по развитию бизнеса Дмитрий Яковлев.

Это может оставить нынешние турфирмы без работы, хотя в Российском союзе туриндустрии в подобную перспективу пока не верят. "Представляете себе, сколько надо перелопатить информации, чтобы найти нужный рейс или нужную гостиницу? А специалисты в этом ориентируются",— рассуждает представитель РСТ Ирина Тюрина. К тому же при поездках в визовые страны не каждому захочется тратить свое время на визиты в консульство. Так что у турфирм всегда будет много клиентов, хотя "количество тех, кто предпочитает самостоятельно организовывать путешествия, растет в геометрической прогрессии".

Свобода, равенство, братство

От доступности интернета зависит развитие даже такого сектора, как госуслуги. По словам Долгова, благодаря высокому проникновению интернета в Татарии (по его оценке, порядка 70%) спектр услуг, доступных жителям республики через интернет, серьезно шире, чем в Москве (55%). Впрочем, и в Москве можно через интернет записать ребенка в детский сад, заполнить анкету на загранпаспорт или прояснить отношения с налоговой службой. "Я вот буквально на прошлой неделе выяснил, что я должен 70 коп. налогов. Не знаю, правда, откуда они взялись. Но я нажал кнопку, распечатал квитанцию и честно эти 70 коп. заплатил",— проиллюстрировал Долгов наступление новой эры.

Впрочем, косность государственной системы видна даже на этом примере. Естественный для современного человека вопрос: а почему, собственно, нет опции заплатить сразу — кредиткой или электронными деньгами? Да и получение загранпаспорта через интернет, по личному опыту спецкорреспондента "Денег" Максима Кваши, превратилось в фарс: "Для милейшей тетеньки из ФМС моя анкета, заполненная в сети, обернулась лишней работой. На моих глазах ей пришлось ее распечатать, отсканировать, распознать, исправить ошибки, снова распознать и уж затем отослать в ФСБ".

"Интернет является как бы эквалайзером, выравнивателем моделей поведения людей",— разъясняет Долгов. По его словам, "как только люди в регионах получают доступ в интернет, их модель поведения становится такой же, как и в центральных городах". Они даже в соцсетях проводят похожее время, в среднем по России 11 часов в месяц.

Владислав Бутенко дополняет: речь идет о выравнивании не только региональных, но и социальных различий: к примеру, люди "покупают более похожие вещи, они проводят время в одних и тех же социальных сетях, а не в разных, так скажем, клубах и так далее". "Есть, конечно, деление между Facebook и "Вконтакте",— признает он,— но оно сравнительно невелико, и это совсем не тот разрыв, какой может присутствовать между, предположим, провинциальной дискотекой и клубом "Рай" или "Крыша" в Москве, когда разница в цене входного билета может составлять 20-30 раз".