Художественная картина мира в когнитивном аспекте (на материале британской народной баллады)

ские оркестры называют в последнее время симфонищенскими (Мегаполис-Экспресс. 2002. № 14).

По своей природе прагматический компонент семантики неологизма конкретнее и глубже, когнитивный - шире и богаче. В отличие от когнитивной информации прагматический компонент является носителем сведений не о референтах, а об их восприятии говорящими. Ср.: А если мы еще и хотим, чтобы русскими оставались наши дети, нам нужно, наконец, потребовать от власти, от Министерства культуры, от Государственной думы, чтобы в стране прекратилось публичное телеизмывательство над русской культурой, русским языком, над душой русского народа (АиФ. 2005. № 51). Иными словами, прагматический компонент опосредован когнитивным отношением говорящего к предмету неономинации, отражая в новом знаке оценочно-экспрессивные намерения коммуникантов.

Таким образом, порождение нового слова обусловлено действием целого ряда когнитивных факторов. Языковое сознание ведет поиск адекватного языкового знака рождающемуся новому концепту и находит его, как правило, или в своих потенциальных ресурсах, или в языке-доно-ре. В результате когнитивной деятельности человека происходит порождение значений новых слов и преобразование значений уже имеющихся в номинативном фонде единиц. В любом случае поиск нового концепта или обновление существующего связаны с перекраиванием языковой картины мира. Особенно интенсивно проявляется тенденция к дискурсивной адаптации имеющихся в русском языковом сознании концептов, формирующих новое дискурсивное пространство. Новое слово обладает не только гносеологическим потенциалом, но и большой воздействующей силой, формирует способность человека к воспроизведению познанных ранее реалий своей духовно-практической деятельности, стимулирует его дальнейший познавательный интерес.

Литература

Алефиренко, Н.Ф. Проблемы когнитив-но-семиологического исследования языка / Н.Ф. Алефиренко // Слово - сознание - культура: сб. науч. тр. М.: Флинта: Наука, 2006. С. 31 - 41.

Алефиренко, Н. Ф. Спорные проблемы семантики: монография / Н.Ф. Алефиренко. М.: Гнозис, 2005.

Крысин, Л.П. Лексическое заимствование и калькирование в русском языке последних десятилетий / Л.П. Крысин // Вопр. языкознания. 2002. № 6.

Крысин, Л.П. Иноязычное слово в контексте современной общественной жизни / Л.П. Крысин // Русский язык конца ХХ столетия (1985 - 1995). М.: Яз. рус. культуры, 2000.

Плотникова, Л.И. Словотворчество как феномен языковой личности / Л.И. Плотникова. Белгород: Изд-во БелГУ, 2003.

ТСОШ - Ожегов, С.И. Толковый словарь русского языка / С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. 4-е изд., доп. М.: Азбуковник, 1997.

А. А. КУЗЬМИНА

ХУДОЖЕСТВЕННАЯ КАРТИНА МИРА В КОГНИТИВНОМ АСПЕКТЕ

Рассматриваются особенности построения концептуальной картины мира в художественном тексте на примере британской народной баллады. Предпринимается попытка анализа поэтической картины мира в балладе сквозь призму когнитивных метафор, реализованных в ее составе.

На современном этапе развития лингвистической науки важным является изучение роли языка в построении национально-культурной картины мира. Язык выступает знаковым организатором, связующим звеном между внутренним миром человека и внешним миром: человек, воспринимая мир, фиксирует в языке результаты своего познания.

Особый интерес представляет исследование культурной картины мира в художественном произведении.

Известно, что отличительной чертой художественного текста является то, что он содержит не только семантическую, но и эстетическую информацию. Так, по мне-

© Кузьмина А.А., 2008

нию М.Я. Блоха, «цель художественного текста состоит в возбуждении эстетического чувства его потребителя» (Блох, 2000: 66). Художественный текст как реализация художественной картины мира в знаковой форме связан с концептуальной и языковой картинами мира, которые формируются под влиянием сложных когнитивных структур языковой общности, и представляет носителей «идиолекта» в лице поэта или писателя, реализующего ее в своей художественной системе (см. об этом: Толстой, 1995: 18 - 19).

В настоящей статье предпринимается попытка дать краткую характеристику художественной картины мира в таком жанре британской народной поэзии, как баллада. Британская баллада как поэтический жанр - это имеющий строфическую форму народный лирико-эпический или лирикодраматический рассказ исторического, героического или романтического содержания, не несущий существенных признаков индивидуального авторства и созданный не ранее XIII и не позднее XVII вв. Сюжет большинства баллад характеризуется сжатостью, фрагментарностью и драматичностью. Баллада предназначалась для пения, нередко с музыкальным сопровождением.

Анализ художественной картины мира в балладе, как и в любом другом художественном произведении, представляет собой процесс выделения интеллектуальной, этической и эстетической информации, закодированной в тексте. В качестве инструмента исследования художественной картины мира в британской народной балладе мы рассматриваем когнитивную метафору.

Исследования в теории метафоры (греч. цестфора, букв. - перенесение) начаты Аристотелем и насчитывают более двух тысяч лет. При интерпретации метафорических структур за основу принимается понимание метафоры как вторичной косвенной номинации, сохраняющей двупла-новость и образный элемент значения. Для лингвистической науки конца ХХ в. особенно значимыми оказались представления о метафоре как о средстве познания и объяснения действительности. Так, представители современной когнитивной лингвистики рассматривают метафору как когнитивное явление, относящееся к универсальным гносеологическим механизмам и к области представления знаний на концептуальном уровне, т.е. как форму мышления ^акой, Johnson, 1980).

На наш взгляд, метафорическая конструкция может выполнять как эстетическую, так и когнитивную функцию. Определим метафору как когнитивную (или концептуальную) в том случае, если она несет в себе сильную понятийную характеристику предмета или явления, выступая, таким образом, инструментом познания. Когнитивные метафоры в художественной картине мира в балладе являются средством постижения, рубрикации, представления и оценки определенного фрагмента картины мира при помощи концептов, относящихся к иной понятийной области.

Специфика такого способа концептуализации во многом зависит от национального, социального и личностного (авторского) сознания. Очевидно, что художественную действительность баллады метафорически концептуализирует не «человек вообще», а представитель народа, живший в Англии, Шотландии или Уэльсе в эпоху позднего Средневековья и Возрождения, и создаваемые им образы имеют субъективно-авторские и в то же время национально-культурные корни. Анализ метафорической картины мира баллады позволяет установить характерные для данного языкового отображения тенденции, связанные с обычными для определенного языкового коллектива ассоциациями. Исследование метафорической картины мира в британской народной балладе позволяет прийти к следующим выводам.

Метафоры соотносятся с субъектом референции, как правило, на основе одного значения. Когнитивная метафора дает оценочные сравнения, отражающие социальные стереотипы и эталоны поведения, выражает эмоциональное отношение к обозначаемому, соотносимое с чувствами-отношениями типа презрения, стремления к уничтожению кого-либо, желания выразить порицание или, наоборот, восторг, восхищение и т. п. Сопоставление по параметрам оценки подтвердило относительную симметричность метафорических характеристик в балладе: язык баллады образует метафорические номинации как для обозначения объективно и субъективно положительных свойств, так и отрицательных характеристик. Помимо этого, метафора, фактически представляя собой сокращенную форму сравнения, показывает, какие вещи являются эквивалентными или просто сопоставимыми в данной культуре: например, медицина ассоциируется с ис-

кусством («Medicine is an art»), любовь с болезнью («Love is sickness»), небеса и ад с холмами («Hell is a mountain», «Heaven is hills»), возлюбленный - с медом и птицей («A lover is honey», «A lover is a bird») музыка с лекарством: «Music is a remedy»: And then he played the good gay reel. / That might a sick heart make to heal. («King Orpheo») и т. д.

Метафорическая картина мира в балладе антропоцентрична - она отражает явления действительности через призму человеческого сознания. Очевидно, что сам выбор носителя признака часто не подчиняется законам логической целесообразности и происходит в соответствии с субъективно-авторским ассоциативным мышлением. Антропоцентричность картины мира заключается в том, что автор баллады моделирует художественную реальность таким способом, который позволяет метафорически представлять сложные и далекие от повседневности концепты как простые и хорошо известные реалии, познавать и отображать мир таких недоступных непосредственному наблюдению сторон человека, как мысли и эмоции, страсти, этические установки и разного рода межличностные отношения в соизмерении с физически ощущаемой действительностью с ее антропоморфными, зооморфными и т. п. качественными, динамическими и ценностными свойствами. Так, например, любовь метафорически ассоциируется с волшебной страной, болезнью, одушевленным существом, источником света, природной стихией и узами Купидона: «Love is a fairy land / sickness / an animate being / a source of light / an element / Cupid's bonds»: As his prisoner there he kept her, / In his hands her life did lie; / Cupid's bands did tie her faster, / By the liking of an eye; («The Spanish Lady’s Love»). Горе и другие отрицательные эмоции мыслятся в тождестве с физическим грузом, тяжестью: «Grief is heaviness»: But when he came to Barnesda-le, / Great heaviness there he had, / For there he found two of his own comrades, / Were slain both in a glade. («Robin Hood and Guy of Gisborne»); 'Gallant captain, show some pity / To a lady in distress; / Leave me not within this city, / For to die in heaviness; («The Spanish Lady’s Love»). Рассказ отождествляется с лентой или тканью, жизнь с дорогой, небеса как религиозное понятие -с ограниченным пространством (домом либо садом) и т. д.: «A story is a piece of cloth /

a ribbon», «Life is a road», «Heaven is a house / a garden».

Человек метафорически концептуализирует действительность в виде некоего подобия своего тела и составляющих его частей и органов, своих физиологических и иных действий и потребностей. Физиологическая метафора - одна из наиболее традиционных в балладе: «The centre of a country is its heart», «The chief assistant is the right-hand man», «The sin is a wound», «One's personal identity / family background / pedigree / nationality is one's blood», «The leader is the head»: 'Before all others I have chosen thee; / Of a hundred gunners thou'st be my head.' («Sir Andrew Barton»). С другой стороны, человек представляется как бы в центре мира (не только реального, но и воображаемого). Для характеристики человека может быть привлечен признак, в принципе, любого другого существа или объекта: к примеру, красивый человек метафорически соотносится с лебедем, чудом, русалкой, источником света и цветком: «A beautiful person is a swan / a marvel / a mermaid / a source of light / a flower»: Four-and-twenty nobles rode to the King's hall, / But bonny Glenlogie was the flower of them all. («Glenlogie»); The Earl's sweet daughter walked that way, / And she the fair flower of Northumberland. («The Fair Flower of Northumberland»).

Еще одной характерной чертой метафорической картины мира в балладе представляется отражение в ней доминантных концептов культуры. При разнородном характере потенциальных образов - носителей определенного признака выбираются те, которые наиболее близки и понятны носителю данной культуры. Наибольшее число когнитивных метафор в балладе группируется вокруг понятий, входящих в первый круг предметно-практических связей жизнедеятельности автора баллады, - жизнь и смерть, любовь, материальная собственность, предметы домашнего и сельскохозяйственного быта, физические ощущения человека, растительный и животный мир, элементы ландшафта. Показателен набор концептов, подбираемых для сравнения в компаративных оборотах. Например, красный цвет ассоциируется в первую очередь с вишней, а также с вином и розой: «The symbol of redness is blood / a cherry / wine / a rose», белый - с молоком (абсолютное большинство контекстуальных употреблений), далее идут снег, лилия и сы-

воротка: «The symbol of whiteness is milk / snow / a lily / whey», символом холода и неподвижности в британской балладе неизменно является глина: «The symbol of cold / stiffness is clay»: But Meg and her sisters ne'er rose up / Lay stiff and cauld as clay. («Meg Drummond») (ср. в русском языке «холодный, как лед») и т. д.

Исследование метафорической картины мира дает возможность описать систему ценностей, присущую данному языковому сообществу. Ценностная картина мира, объективно выделяемая в языковой картине мира, содержит систему моральных ценностей, этических норм и поведенческих правил. Анализ метафор позволяет сделать вывод о том, что основными эталонами ценности в картине мира баллады являются жизнь, семья, хлеб, золото и некоторые другие: «The universal value is life / family / bread / gold»: Come all of ye, both young and old, / Who love your children better than gold, / And always let them have their way / For fear that love might breed decay. («The Suffolk Miracle»); 'But I wad gie my very life / I had that ladye to my wife!' («Cospatrick»).

В когнитивных метафорах баллады находят свое выражение и мифологические представления народа. Для объяснения событий и явлений внешнего мира человеческое сознание традиционно привлекает целый набор символов, которые являются для него доступными и соответствуют системе сложившихся в данном коллективе традиционных представлений. Образность мифологии обусловила почти универсальную по языкам и народным поэтическим жанрам мира серию метафор, которая характерна и для баллады. К примеру, разнообразные понятия, явления и предметы действительности в балладе предстают как одушевленные существа. К ним относятся, в частности, страны, небесные тела, моря, реки, любовь, смерть, сердце, домашние животные, корабль, лук и стрелы, день и ночь и другие: «The Moon is an animate being»: I saw the new moon late yestreen, / Wi' the auld moon in her arm, («Sir Patrick Spence»), 'Come hold thy tongue, thou foolish lass! / Tis but the moon deceiving thee..' («The Lochmabyn Harper»). Можно выделить целый ряд когнитивных метафор, делающих картину мира в балладе похожей на цепь уподоблений предметов и явлений действительности сказочным и фантазийным концептам: например, сон или любовь - это волшебная страна, в которую

уносится спящий или влюбленный («Sleep is a magic land», «Love is a fairy land»), любовь мыслится как природная стихия («Lo-ve is a natural element»), смерть - это сон, могила - место отдыха («Death is sleep», «The grave is a place for rest / a bed»), небеса предстают в виде холмов («Heaven is hills»), ветер ассоциируется с Бореем, дующим в свой рог: «The wind is Boreas blowing his blast»: And Boreas blows his blast so bold / That all our cattle are like to spill. («The Old Cloak»). Метафорический язык народной баллады обслуживает табу. Так, прямые номинации смерти заменяются разнообразными перифразами: «Death is falling asleep / having one's heart cold» и многие другие. Беременность и сексуальные отношения также относятся к табуированным элементам культурной картины мира, например, беременность метафорически ассоциируется с тяжестью: «Pregnant is heavy»: Of her young bairn she'll ne'er be lighter, / Nor in her bower to shine the brighter: («Willy's Lady»). В балладе находят место и религиозные табу: разнообразными перифразами зачастую обозначаются Бог-отец, Христос и Богоматерь.

В заключение нашей статьи можно сделать вывод о том, что результаты изучения совокупности типичных для британской народной баллады когнитивных метафор позволяют судить о художественной картине мира в данном поэтическом жанре. Метафорические обозначения, вплетаясь в концептуальную систему отражения мира в британской народной балладе, окрашивают ее в соответствии с национальнокультурными традициями и самой способностью языка называть мир тем или иным способом.

Литература

Блох, М.Я. Диктема в уровневой структуре языка / М.Я. Блох // Вопр. языкознания. 2000. №4. С. 56 - 67. Библиогр.: с. 66 - 67.

Кузьмина, А.А. Художественная картина мира в британской народной балладе / А.А. Кузьмина // Социальные аспекты языка в романо-германской филологии: сб. науч. тр. / Моск. гос. обл. пед. ин-т. Орехово-Зуево, 2003. С. 94 - 106. Библиогр.: с. 106.

Толстой, Н.И. Язык и народная культура / Н. И. Толстой. М.: Изд-во «Индрик», 1995. 511 с.

Lakoff, G. Metaphors we live by [Текст] / G. Lakoff, M. Johnson. Chicago; London: The U. of Chicago, 1980. 242 p.