Принципы гражданского процесса: от теории к законодательному закреплению и реализации

Принципы гражданского процесса: от теории к законодательному закреплению и реализации

Л.И. Носенко, к.ю.н., Оренбургский ГУ

Эволюция процессуального права диктует изменения основных идей, лежащих в основе права. Термин «принцип» происходит от латинского слова «ргіпсіріит», которое переводится как «основа», «первоначало». В этих словах прослеживаются социальные изменения, происходящие в обществе в процессе развития, его потребности, позиции законодательства в соответствующий исторический период, влияющие на характер и содержание судопроизводства по разрешению гражданских дел. В этом их социальная обусловленность, зависимость от реальных жизненных условий. В силу чего принципы, как и право в целом, не могут не развиваться и не обновляться. Постепенное, эволюционное преобразование принципов — это объективная необходимость [1].

Сущность принципов права неоднократно трактуется в правовой науке. Например, К.С. Юдельсон под принципом права понимает теоретические положения, выражающие необходимость определённых способов и форм правового регулирования общественных отношений государством, обусловленных объективными закономерностями общественного развития [2].

По мнению В.М. Семёнова, принципы сами по себе составляют широкую систему правовых явлений, охватывающих право в целом, все его отрасли и институты. Все это обусловливает разнообразие взглядов на сущность, понятие, состав и систему принципов права. Они создаются волей и сознанием народа соответственно экономическим, политическим и иным потребностям общественного развития.

Изучая различные точки зрения учёных-правоведов, связанные с понятийным аппаратом принципов права, В.М. Семёнов предлагает рассматривать принципы советского права как обусловленные экономическим базисом общества его идейно-политические, нормативноруководящие начала (основы), составляющие качественные особенности права, выражающие демократизм права и закономерности становления, развития и осуществления права.

Автор называет их «качественными особенностями гражданского судопроизводства, социально-юридической направленности отрасли права» [3]. Высказанные В.М. Семёновым суждения разделяют многие учёные. Значение принципов отрасли права состоит в том, что они определяют вместе с предметом и методом

правового регулирования сущность отрасли права, её характер и основные черты, являются «каркасом». Другие же нормы наполняют её конкретным содержанием.

На основе принципов происходит дальнейшее совершенствование институтов и норм отрасли. Принципы всегда пронизывают право в целом или его соответствующие отрасли.

Гражданское процессуальное право, являясь самостоятельной отраслью, базируется на принципах процессуального права и на важности соблюдения прав человека. Сложно углубляться в исследование отраслевой дисциплины, не познав сущности основополагающих идей, ввиду чего учёные-процессуалисты в разные времена уделяли большое внимание исследованию данного направления.

Близкое к современному изложение содержания принципов гражданского процесса было предложено Н.А. Чечиной. Она считает, что принципы гражданского процессуального права — это основные идеи, положения, руководящие начала по вопросам осуществления правосудия по гражданским делам, закреплённые нормами гражданского процессуального права [4].

При исследовании понятийного аппарата принципов заметим, что многие учёные-процессуалисты особое внимание уделяют необходимости нормативного закрепления принципов. Так, В.М. Шерстюк утверждает: «Принципы как наиболее общие нормы должны занимать в системе гражданского процессуального права соответствующее место» [5]. Уделяя внимание необходимости нормативного закрепления принципов, нечасто встречаются рассуждения об обязательности их реализации. Казалось бы, априори, одно вытекает из другого. Между тем, не касаясь вопроса нарушения принципов, далеко не все они логично и последовательно реализуются в гражданском процессе в обязательном порядке (за исключением принципа законности). Иногда принципы не срабатывают по причине отсутствия необходимости в них. Если предметно рассмотреть виды гражданского судопроизводства, например, приказное, очевидно, что судья выдаёт судебный приказ без судебного разбирательства и вызова должника и взыскателя [6]. При отправлении правосудия посредством приказного производства нет необходимости в реализации принципа гласности. Буквально трактуя, отсутствуют стороны, свидетели, слушатели процесса. В реализации данного принципа нет необходимости. При анализе некоторых особенностей субъектного состава в гражданском

судопроизводстве приходим к выводу о том, что не всегда будет необходимость в реализации положения об обязанности предоставить переводчика. Тем, кто владеет государственным языком, это не нужно. Следовательно, принцип государственного языка непосредственно не распространяется на всех без исключения участников гражданского процесса. Он касается лишь некоторых участников (в частности, лиц, не владеющих государственным языком).

Если рассмотреть детально некоторые особенности отправления правосудия по отдельным категориям гражданских дел, невольно возникает сомнение в полноте реализации принципа «равенства граждан перед законом и судом». Рассмотрим эту проблему подробнее.

Общее положение, что все граждане равны перед законом и судом, даже не обсуждается. Как показывает судебная практика, данный принцип реализуется в процессе рассмотрения трудовых споров с некоторыми особенностями. В наши дни заметно возросло количество трудовых споров. В отношениях работника и работодателя сложно поставить знак равенства в полном смысле этого слова, в том числе и при отправлении правосудия по гражданским делам. Учитывая то, что принцип равенства носит процессуальный характер и распространяется на все стадии рассмотрения гражданского дела, работнику не всегда удаётся реализовать всю процессуальную специфику применительно к рассмотрению конкретного трудового спора. Это выражается в ряде факторов. Первый связан с затруднением формирования пакета документов, достаточных для возбуждения производства. Не всегда работнику выдают необходимые справки, копии приказов, распоряжений. Можно ходатайствовать перед судом о содействии, но будучи подготовленными к судебному рассмотрению, работодатель не старается отказывать себе в возможности изготовления справок и приказов не совсем тех, которые явились фактическим поводом к увольнению работника или другому нарушению его трудовых прав. Думается, что по этой причине принцип иногда носит декларативный характер.

Следует признать, что в последние годы возрастает роль международных соглашений по вопросам гражданского процесса. Значительные усилия разных государств направлены на международную унификацию. Странами Европейского союза предпринимаются меры к выработке единых норм по обеспечению прав человека и гражданина. Регулярно проводятся международные конференции по проблемам совершенствования гражданского судопроизводства [7].

При изучении международных стандартов, которых придерживается Европейский суд по правам человека при рассмотрении гражданских

дел, обращает на себя внимание то, что в ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод обозначены основные начала формирования правовых систем, где указано, что гражданин при наличии спора о его гражданских правах может осуществить справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом [8].

Являясь основополагающими направлениями, обозначенные применения априори влияют на формирование гражданского процессуального законодательства в государствах.

Нелишним стало сравнение процессуальных кодексов некоторых республик с целью выявления особенностей закрепления в них основополагающих процессуальных принципов. Так, например, в ГПК Республики Беларусь провозглашены принципы: осуществление правосудия только судом; единоличное и коллегиальное рассмотрение гражданских дел; независимость судей и подчинение их только закону. Имеются также принципы: языка судопроизводства; гласности; диспозитивности. Интересно то обстоятельство, что в статье 19 ГПК Республики Беларусь провозглашён принцип состязательности и равенства сторон, а в ст. 20 указан отдельный принцип «необходимости выяснения судом действительных обстоятельств дела». Данное сочетание, на наш взгляд, имеет преимущество над российским законодательством. Рассуждая в данном направлении, отметим, что в публикациях мы касались проблем реализации принципа состязательности, которые возникают в судах при отправлении правосудия. Действительные обстоятельства иногда остаются за рамками юридической истины, установленной исходя из представленных в судебную инстанцию доказательств, потому как «действительные обстоятельства дела» и «объективная истина» — несколько разные понятия.

Кроме того, в белорусском кодексе предусмотрены в качестве принципов уважение достоинства личности; право на пользование юридической помощью и разъяснение судом участникам гражданского судопроизводства их прав и обязанностей [9]. Последнее в российском законодательстве принципами не является, указанное относится к правам участников гражданских правоотношений.

Если рассматривать ГПК Республики Молдова, то можно отметить, что принципы в нём изложены суше. Законодательство похоже на российское. Точнее, в молдавском процессуальном законе речь идёт об осуществлении правосудия только судебными инстанциями (ст. 19 ГПК РМ). Выделен принцип независимости судей и подчинения их только закону. Как и в России, провозглашены принципы единоличного и коллегиального рассмотрения дела; непосредственности; устности судебного

разбирательства; состязательности и процессуального равноправия сторон. Закреплены принципы диспозитивности, гласности, языка судопроизводства. Между тем, принцип языка судопроизводства дополнен правом на переводчика [10]. Во всех исследованных нами законодательных актах существует право на переводчика, однако в Республике Молдова оно не выделено в качестве отдельно существующего принципа.

Развёрнуто и содержательно изложены принципы гражданского судопроизводства в кодексе Республики Казахстан. Наряду с общераспространёнными принципами (осуществление правосудия только судом; независимость судей; равенство всех перед законом и судом; язык судопроизводства; состязательность и равноправие сторон; гласность судебного разбирательства) имеются такие принципы, как уважение чести и достоинства личности; неприкосновенность частной жизни, собственности. Несомненно позитивно, что на уровне республиканского законодательства провозглашаются основные права и свободы человека и гражданина. Однако следует заметить, что речь идет о процессуальном законодательстве. В такой интерпретации возникает сомнение в необходимости включения в качестве принципа гражданского судопроизводства «неприкосновенность собственности».

Общераспространённый принцип диспо-зитивности в ГПК Республики Казахстан, по нашему мнению, находит более узкое отражение. Свобода выбора поведения сторон судопроизводства закреплена в ст. 22 ГПК Республики и гласит: «свобода обжалования процессуальных действий и решений», что не совсем удачно, на наш взгляд. У сторон процесса гораздо больше диспозитивных прав.

Как и в молдавском законодательстве, в ГПК Казахстана имеются ссылки на обеспечение прав человека и гражданина [11].

Мы полагаем, что заслуживает уважения, признания и особого внимания принцип, закрепленный в ГПК Республики Казахстан: «обеспечение прав на квалифицированную юридическую помощь». Причём из исследованных нами актов только законодательство Казахстана

содержит упоминание о нём. Особое внимание обращает на себя термин «обеспечение». В России и в других странах ближнего зарубежья право на квалифицированную юридическую помощь рассматривается сквозь призму реализации принципа «равенства всех перед законом и судом». Излагая норму в данной интерпретации, правосудие Казахстана берёт на себя обязанность обеспечить всех нуждающихся граждан квалифицированной юридической помощью. Не может не вызывать восхищение такая забота государства о своих гражданах.

Проанализировав законодательные акты некоторых государств, мы пришли к выводу о том, что основополагающие принципы, закреплённые в Конвенции о защите прав человека и основных свобод, находят отражение во всех процессуальных кодексах. С точки зрения совершенствования российского законодательства, на наш взгляд, было бы не лишним рассмотреть возможность включения в качестве основных положений в Гражданский процессуальный кодекс России принципа «обеспечение прав граждан на квалифицированную юридическую помощь».

Литература

1. Шерстюк В.М. Развитие принципа состязательности в арбитражном судопроизводстве // Хозяйство и право. 2002. С. 5У—У2; он же. Развитие принципа диспозитивности в арбитражном судопроизводстве. Арбитражная практика. № 4. 2002. С. 45—5У.

2. Юдельсон К.С. Советский гражданский процесс. М.: Гос-юриздат, 195б. С. З1-З2.

3. Семёнов В.М. Конституционные принципы гражданского судопроизводства. М., І982. С. 5б-5У, 12, 28.

4. Гражданский процесс: учебник. М.: Юрид. лит-ра, 19б8. З1 с.

5. Шерстюк В.М. Система советского гражданского процессуального права (вопросы теории). М., 1989. 12У с.

6. ГПК РФ ст. 12б ч. 2. (электронный ресурс): справочноправовая система «Консультант Плюс» / ООО Уральский электронный завод. Электрон. дан. М., 2009. 1 Электрон. опт. диск (CD-ROM).

У. Gent (1977): «Justice with Humane face>>; Wiirzburg (198З); Utrecht (1987): <<Effiziente Rechtsverfolgung>>.

8. Конвенция о защите прав человека и основных свобод. Рим, 4 ноября 1950 г. (с изменениями от 21 сентября 1970 г., 20 декабря 1971 г., 1 января, б ноября 1990 г., 11 мая 1994 г.). Ст. б.

9. Гражданский процессуальный кодекс Республики Беларусь. Ст. 19. Глава 2 по состоянию на октябрь 2009 года // http:// pravo.kulichki.com.

10. Гражданский процессуальный кодекс Республики Молдова. Ст. 24 //http://www.law-moldova.com.

11. Гражданский процессуальный кодекс Республики Казахстан. Разд. 1. Гл. 2. Ст. 17, 22 «Освобождение от обязанности давать показания»; Ст. 18 «Обеспечение безопасности в ходе судебного разбирательства» // www.pavlodar.com.