Развитие рынка нанотехнологий: благо или опасность?

УДК 330.341.1:62

РАЗВИТИЕ РЫНКА НАНОТЕХНОЛОГИЙ:

БЛАГО ИЛИ ОПАСНОСТЬ?1

Яковлев А.Р.

Целью статьи является рассмотрение негативных аспектов развития нанотехнологий в глобальном и национальном масштабе. Обсудить экономические, экологические, социальные риски и скрытые угрозы формирования наноиндустрии и потребления товаров с нанопризнаками. В рамках данной статьи впервые проведен анализ зарубежных и российских исследований, сделан SWOT-анализ нанотехнологий, в котором отражены все ключевые особенности развития наноиндустрии. В рамках статьи сделана попытка проанализировать основные нормативные документы в области нанотехнологий США, крупнейших европейских стран и России. Автор проводит сравнение институциональной базы наноиндустрии в различных странах. На основе проведенных исследований делается вывод о необходимости осуществления целенаправленных исследований комплексной проблемы формирования наноиндустрии и развития регулятивных механизмов, законодательной базы и институтов контроля нанотехнологического прогресса на основе уже имеющегося задела.

Ключевые слова: нанотехнологии, наноиндустрия, угрозы, риски.

1 Подготовленно при финансовой поддержне Российского гуманитарного научного фонда, грант РГНФ № 1212-34009 а/В

DEVELOPMENT OF NANOTECHNOLOGY:

BLESSING OR A DANGER?

Yakovlev A.R.

The paper deals with the negative aspects of nanotechnology development on the global and national scales. Possible economic, environmental and social risks and latent threats to the formation of nanoindustry and nanoproducts consumption are discussed. Based on the analysis of foreign and Russian researchers is made SWOT-analysis of nanotechnology, in which all the key features development of nanotechnology. Under article attempts to analyze the basic regulations in the field of nanotechnology U.S., major European countries and Russia. Author compares the institutional nanotechnology in different countries. Research-based conclusion on the need for targeted research complex problems of formation and development of regulatory mechanisms, legal frameworks and institutions of nanotechnology progress monitoring based on existing backlog.

Keywords: nanotechnology, nanoindustry, threats, risks.

Человечество вступило в XXI столетие с приставкой «нано». На наших глазах разворачивается нанотехнологическая революция - продолжающийся с конца XX в. процесс глубоких качественных изменений в эволюции глобальной экономической системы, связанный с созданием и совершенствованием методов и инструментов производства нанометрических (с параметрами от 1 до 100 нм) материалов и продуктов, характеризующихся кардинально улучшенными физико-химическими и потребительскими свойствами. В перспективе грядет кардинальное изменение состава и структуры товарного мира.

Нанотехнологический «бум» совпал с глобальным экономическим кризисом, постепенно переходящим в фазу рецессии. Экономисты закономерно обращаются к переосмыслению пути развития России в контексте парадигмы модернизации. В качестве одного из ключевых направлений стратегической пере-

ориентации развития мировой экономики рассматривается формирование конкурентоспособной наноиндустрии [5],[6],[11].

Бурное развитие нанотехнологий, наноматериалов и товаров с нанокомпонентами - новый этап прогресса человеческого сообщества. Нанотехнологии способны стать базисом формирования нового технологического и, шире, социально-экономического уклада в глобальных масштабах. Однако, находясь в процессе изменений, практически невозможно составить реалистичное представление о грядущих перспективах и возможных последствиях этого системного процесса. Не случайно наблюдается четкое и довольно жесткое разделение экспертов в области «нано» на два «лагеря» - сторонников и ярых противников.

«Сторнники» нанотехнологий выдвигают завышенные ожидания в отношении будущего наноиндустрии. Так, по оценкам Lux Research, уже в 2014 г. объем глобального рынка нанотрансформированных товаров достигнет $2,6 трлн. и составит 15% валового мирового продукта. Этот вывод следует из анализа рыночного потенциала нанооптимизированных компонентов и продуктов в различных сферах их применения (электроника, оптика, медицина, экология, энергетика и др.). При этом рынки нанопродукции относятся к наиболее быстро развивающимся. Скажем, средний ожидаемый ежегодный прирост наносегмента рынка полупроводников (на фоне замедления его динамики и сокращения объема в целом) составляет более 40% на период до 2015 г.

В свою очередь «противники» внедрения нанопродукции акцентируют общественное внимание на потенциальных угрозах и рисках нанотехнологичного производства и применения продуктов с нанопризнаками. Речь идет, прежде всего, о возможной биологической и экологической опасности нанообъектов. Неразвитость технологий оценки и минимизации нанорисков усугубляется тем, что совокупные мощности испытательных токсикологических центров Европы и США неспособны детально исследовать десятки тысяч новых появляющихся материалов и веществ. Механизмы биологического, в частности, токсичного действия наноструктур изучены крайне слабо. Недостаточное вни-

мание уделяется проблемам биоаккумуляции наночастиц и их передачи по пищевым цепям. Известно, что частицы с размером менее 100 нм являются гораздо более ядовитыми, нежели сравнительно крупные частицы идентичного химического состава. Но, несмотря на это, вопросы деградации нанопродуктов (в т.ч. фуллеренов и нанотрубок) и приобретения ими токсичных свойств изучены явно недостаточно. Многие исследователи и эксперты считают нанотехнологии одной из главных глобальных угроз современности. Недопустимо ценой огромных затрат развивать то, что не до конца понятно и практически не контролируемо, а именно таковы нанотехнологии [4].

Резкая поляризация мнений характерна для этапа зарождения и бурного роста любой укладообразующей технологии. По мере ее массового распространения и рутинизации на фоне роста новых отраслевых макрогенераций формируется «средневзвешенная» общественная позиция, учитывающая как преимущества, так и недостатки передовых видов и способов производства. Пока что «чаша весов» в дискуссии о нанотехнологиях явно склоняется в пользу их лоббистов и адептов. Конечно, можно объяснять этот эффект на основе социопсихологической концепции «жизнерадостности» [1], но более реалистичной представляется подход методологического институционализма, позволяющий преодолеть иллюзию социальной нейтральности научного поиска и развития технологий [10].

Институциональный детерминизм научно-технического прогресса связан с ведущей ролью в этом процессе различных «связанных групп» влияния, лоббирующих свои общие и частные статусные интересы. Любая «прорывная» технология потенциально связана с накоплением и расширенным воспроизводством крупного капитала. Поэтому сугубо научно-исследовательские задачи приобретают второстепенный характер, а на передний план выдвигаются задачи маркетингового и лоббистского характера.

Происходит массовая репликация демонстративных стратегий в научной среде, связанных с имитацией принадлежности к передовым технологиям. Так,

в России в последние годы нарастает бурный поток проектов и работ, в названия которых целенаправленно добавляется «грантоемкая» приставка «нано» с целью их актуализации в расчете на получение грантов и инвестиций. Аналогичная ситуация наблюдается и в ведущих странах мира [2]. Закрепление за нанотехнологиями статуса национального стратегического приоритета означает соответствующие изменения политики грантодателей, что рационально используют исследователи путем маркетинговой мимикрии, модернизируя названия, но не содержание своих разработок. Особую опасность «псевдонаноиндустриализация» представляет в связи с неразвитостью экспертного сообщества в области нанотехнологий.

Ведущие научные центры, в свою очередь, форсируют исследования, стремясь доказать обоснованность полученных финансовых «вливаний». Примером является Большой андронный коллайдер, подтвержденных научных результатов в ходе работы которого пока нет, однако новости о том, что «ученые столкнулись с неожиданным эффектом» или «обнаружено принципиально новое явление» появляются с завидной регулярностью. Инвесторы «подгоняют» исследователей, а исследователи вводят инвесторов в заблуждение мнимыми результатами. Если для «чистой» науки «отрицательный результат - тоже результат», то у современной высокотехнологичной и капиталоемкой науки практически нет права на ошибку: его не дают инвесторы и грантодатели.

Когда наука становится объектом интересов крупного капитала, неизбежно происходит превращение ученых в его афиллированных лиц. Подобное институциональное сращивание происходит в большинстве сфер современного крупного бизнеса, например, в фармацевтической индустрии. Преследуя свои статусные интересы аналитические и маркетинговые компании обслуживают экономические интересы крупного капитала в сфере наноиндустрии, по сути выступая его агентами, но игнорируя свою прямую функцию - предоставление объективных оценок рыночных трендов. Например, аналитики агентства Lux

Research прогнозируют, что объем рынка нанотехнологической продукции к 2015 г. превысит $2,5 трлн.

Однако следует учитывать особенности методики расчета, ведь к на-нотрансформированным отнесены все товары, содержащие даже незначительные нанотехнологические компоненты (nanointermediates). Задача проведенного исследования заключалась, прежде всего, не в реальной оценке рынка нанотоваров, а в обосновании фондового индекса наноиндустрии - The Lux Nanotech Index. Можно вспомнить и «пузырь доткомов», образовавшийся в результате рекламной «накачки» курсов акций интернет-компаний многочисленными экспертами, предвещавшими наступление «новой экономики». Крушение индекса высокотехнологичных компаний NASDAQ в марте 2000 г. положило конец иллюзиям, откорректировав параметры искусственно «перегретого» рынка. Не постигнет ли эта участь наноиндустрию? Согласно консервативному прогнозу исследовательской компании Scientifica, объем рынка нанопродукции к 2015 г. дойдет «лишь» до уровня $1,5 трлн. Еще более пессимистичен сценарий от Global Industry Analysts, согласно которому глобальный рынок наноматериалов к 2012 г. достигнет объема в $10 млрд. Разница с данными Lux Research более, чем внушительна, даже с учетом перспективы скачкообразного роста интенсивности разворачивания шестого техноуклада.

Лоббистами и промоутерами нанотехнологий выступают правительства, администрации регионов и городов, крупные корпорации, исследовательские институты и фонды, экспертное сообщество. Нанотехнологии активно пропагандируются и рекламируются в США, Евросоюзе и многих странах мира с помощью технологий интегрированного маркетинга. Но PR-акции и рекламные «трюки» неизбежно порождают информационную асимметрию, ретушируя и скрывая потенциальные негативные эффекты и риски развития наноиндустрии.

По мнению экспертов Всемирной комиссии по этике научных знаний и технологий (COMEST) ООН, наибольшую обеспокоенность вызывают следующие специфические свойства нанотехнологий [8]:

- невидимый характер: невидимость нанотехнологий при их использовании затрудняет контроль и отслеживание их последствий (как и в отношении ядерных технологий);

- быстрое развитие: высокие темпы развития нанотехнологий затрудняют прогнозирование, особенно в долгосрочном плане, их возможных последствий и принятие соответствующих мер;

- использование в военных целях и в целях безопасности: применение нанотехнологий в этих целях может вступать в конфликт с правами человека;

- глобальное воздействие: потенциальное влияние даже на те страны и общества, которые не принимают участия в нанотехнологических разработках;

- опасность «наноразрыва»: возможность увеличения неравенства между развивающимися и развитыми странами.

Кроме того, уже в среднесрочной перспективе актуальной может стать проблема использования нанохимического и нанобиологического оружия криминальными структурами, в том числе террористами. В принципе, становится возможным представить наноробота размером с мельчайшее насекомое (около 200 микрон), способного находить незащищенных людей и впрыскивать им яды. Летальная доза токсина ботулизма составляет примерно 100 нг, поэтому в одном чемодане может храниться 50 млрд. единиц подобного оружия, достаточное, чтобы стереть с лица Земли все ее население. В «Белой книге нанотехнологий» (2007 г.), подготовленной Советом по научной политике Агентства по охране окружающей среды США, приведен впечатляющий перечень потенциальных рисков применения нанотехнологий и наноматериалов [3], который, по прогнозам авторов, будет расширяться по мере увеличения сложности создаваемых нанообъектов.

Некоторые ученые говорят о том, что нанотехнологии несут в себе глобальную опасность. Например, Э. Декслер из американского Института предвидения (Foresight Nanotech Institute) еще в конце прошлого века выдвинул теорию, согласно которой поверхность планеты и все живое на ней превратится

в единый слой липкой пыли или слизи. По его мнению, это случится в том случае, если самокопирующиеся нанороботы, способные брать вещество из окружающей среды выйдут из под контроля человека. Данная теория получила название концепция «серой слизи» (grey goo problem). Другая группа ученых придерживается более вероятной гипотезы - «зеленой слизи» (green goo problem), суть которой заключается в существовании опасности создания разрушительных вирусов и бактерий, способных быстро размножаясь, уничтожить всю жизнь на планете, разобрав белковые структуры на отдельные молекулы.

Реальная опасность может заключаться в том, что мы просто «не успеем» вовремя провести оценки и выработать меры предосторожности. Многие эксперты исходят из того, что политическая дискуссия относительно оценки возможных последствий нанотехнологий «отстает» примерно на пять лет от реального технологического развития [12]. Необходимо помнить опыт развития ядерной техники, генной инженерии и т.п., то есть воспринимать предостережения и предупреждения об опасности вполне серьезно.

Отрицательные свойства наночастиц, входящих основным компонентом во все наноматериалы, являются продолжением положительных их свойств и качеств. Необходимы меры, направленные на изучение возможных угроз и их предотвращение. Сегодня США и другие страны пытаются оценить риск применения и развития нанотехнологий. Однако, в США ассигнования на анализ потенциальных угроз применения наноматериалов пока что очень невелики. Согласно подсчетам экспертов организации Project on Emerging Nanotechnologies, их общий объем составляет всего лишь $39 млн., то есть -лишь 4% всех ассигнований на нанотехнологии, идущих из федерального казначейства. Количество проектов, на которые отпускаются эти средства, также довольно скромно - примерно 160.

Европейские страны более серьезно подходят к проблеме безопасности в области нанотехнологий. Во втором докладе Еврокомиссии о внедрении нанотехнологий в 2007-2009 гг. вопросу о безопасности нанотехнологий отведено

отдельное место. В частности в нем говорится о том, что все продукты нанотехнологий должны соответствовать высокому уровню защиты окружающей среды, защиты здоровья граждан, характерному для европейского законодательства. В том же докладе отмечается, что нанотехнологичные продукты будут приняты обществом только при условии при условии демонстрации их безопасности производителями, а также при условии принятия их потребителями в качестве безопасных продуктов.

К сожалению, Россия не может похвастаться хорошей законодательной базой в области нанотехнологий и наноматериалов. Существующие в нашей стране законодательные акты призваны, в первую очередь, обеспечить финансирование развития инновационных наукоемких технологий, в том числе нанотехнологий. Проблемы безопасности производства наноматериалов законодательно не регулируются, что, с одной стороны, позволяет применять общие правовые нормы, присущие обеспечению безопасного проведения работ, соблюдения правил охраны труда, защиты пациентов; с другой стороны, специфика нанотехнологий такова, что существующие законодательные ограничения не всегда позволяют обеспечить надлежащую безопасность (табл. 1).

Безусловно, нуждаются в преодолении мистификация нанотехнологий и сопровождающие ее социальные фобии. Их можно сравнить со страхом перед искусственным интеллектом и тотальным невидимым контролем, сопровождавшим подъем пятого, информационно-технологического уклада. Следует признать иллюзией возможность массовой безработицы в результате вытеснения с рынка труда людей нанороботами, равно как и мнимую угрозу «неолуддизма». Наоборот, нанотехнологический прогресс приведет к необходимости всеобщего высшего образования и кардинальному развитию компетенций у широких масс населения.

Таблица 1

SWOT-анализ нанотехнологий

Сильные стороны ^) Слабые стороны

- уникальные физико-химические свойства наноматериалов; - быстрая трансформация результатов фундаментальных научных исследований в практически значимые результаты; - мощная государственная поддержка и пропаганда наноиндустриализации; - сверхинтенсивные темпы роста рынков нанопродукции; - каскады инновационных промышленных и потребительских товаров с качественно новыми свойствами; - резкий прирост новых знаний и повышение среднего уровня компетентности людей. - наноизменения в большей степени охватывают технологии, чем рынок; - прогностические искажения в оценке темпов роста и объемов рынка нанопродукции; - недостаточная изученность биологической и экологической опасности нанообъектов; - дефицит мощностей испытательных токсикологических центров в отношении новых наноматериалов и веществ; - сложность контроля за использованием нанотехнологией в связи с их невидимостью; - формальное использование приставки «нано» в маркетинговых целях.

Возможности

- преодоление последствий глобального экономического кризиса на основе развития наноиндустрии в странах-лидерах и диффузии позитивных эффектов роста; - решение ряда глобальных проблем человечества (лечение смертельных болезней, резкое удешевление и массовое распространение информационной техники и др.); - новый импульс развитию малого и среднего инновационного бизнеса, причем высокая капиталоемкость НИОКР в сфере нанотехнологий не создаст значимых препятствий; - бурный прогресс в естественных и общественных науках в связи с изучением наноуровня их предметных областей, создание основ продуктивного междисциплинарного синтеза в глобальном масштабе. - использование нанотехнологий в военных целях, а также силовыми веломствами и спецслужбами; - применение нанохимического и нанобио-логического оружия международными террористами; - формирование глубокого «наноразрыва» между ведущими и развивающимися странами; - обострение проблемы утилизации отходов нанопроизводства в связи с их вывозом в страны «третьего мира»; - аварии на нанопроизводствах и нанесение огромных ущербов окружающей среде; - трансформация рынка труда, массовая безработица и подъем движения «неолуддитов»; - раздувание нового «мыльного пузыря» на мировом фондовом рынке и создание основы нового глобального кризиса; - дискредитация идеи нанотехнологий в результате когнитивного диссонанса.

Нанотехнологическая революция - закономерный этап глобального научно-технического прогресса. Глубоко дифференцированная система нанорисков и их высокий уровень объективно отражают огромный потенциал наноинду-

стрии. Более того, уникальные свойства наноматериалов и нанотрансформиро-ванных продуктов объективно сопровождаются уникальными рисками. Но это не значит, что от этих рисков и соответствующих им угроз следует абстрагироваться. Необходимо рассматривать их системно в контексте сильных и слабых сторон нанотехнологий, а также предоставляемых ими возможностей для интенсификации экономического развития.

С развитием наноиндустрии все более актуальными становятся порождаемые этим сверхбыстрым процессом проблемы экономической безопасности. Особую актуальность они имеют для России, вступившей в конкурентную борьбу на мировом рынке нанотехнологий. Начавшаяся в нашей стране наноиндустриализация, поддерживаемая огромными объемами государственного финансирования, сопровождается расширенным воспроизводством иллюзий, что ведет к недооценке угроз и рисков, присущих новому технологическому укладу.

Так, по широко растиражированному в СМИ мнению М. Ковальчука, Программа развития наноиндустрии в РФ превосходит по масштабу целей значение космического и атомного проектов для СССР. Однако не стоит забывать, что у советских суперпроектов были конкретные цели - создание атомной бомбы, отправка человека в космос и высадка на Луне. Ожидаемыми же результатами реализации указанной Программы к 2015 г. являются:

- объем продаж российской продукции наноиндустрии - около 900 млрд.

руб.;

- доля отечественной продукции наноиндустрии в общем объеме продукции наноиндустрии, реализованной на мировом рынке высоких технологий -около 3,0 % [9; с.5].

Установленные четкие значения ключевых индикаторов результативности Программы могли бы стать ключевым фактором ее успеха. Однако заложенная терминологическая аморфность оставляет широкие перспективы для манипулирования результатами развития российской наноиндустрии. Ключе-

вой термин Программы - «продукция наноиндустрии (нанотехнологическая продукция)» - определен как «высококонкурентоспособная продукция (товары, работы, услуги), произведенная с использованием нанотехнологий и обладающая вследствие этого ранее недостижимыми технико-экономическими показателями» [9; c.44]. Таким образом, к продукции наноиндустрии могут быть отнесены все четыре группы нанопродуктов по классификации Lux Research:

1) наноматериалы (nanomaterials) - наноразмерные структуры в необработанной форме (наночастицы, нанотрубки, фуллерены и др.);

2) наноинструменты (nanotools) - техническое оборудование для нанопроизводства, в том числе программное обеспечение для молекулярного моделирования;

3) наноинтермедиаты (nanointermediates) - нанокомпоненты для более сложных продуктов (покрытия, ткани, суперпроводящие волокна, чипы, контрастные носители и др.);

4) продукты с нанокомпонентами (nano-enabled products) - любая продукция (от авиалайнеров до пластиковых контейнеров), в том или ином объеме содержащая наноинтермедиаты и характеризующаяся улучшенными потребительскими свойствами.

При столь «размытом» определении продукции наноиндустрии оценка объемов ее производства становится весьма затруднительной и допускает широкую вариацию.

Опасной следует признать иллюзию быстрого и успешного включения России в нанотехнологическую «гонку» с ведущими экономическими державами мира. Следовало бы учесть накопленный в XX столетии исторический опыт неудачных попыток прорыва в социализм минуя стадию капитализма. Утопичны сценарии построения «постиндустриального общества» на незрелой индустриальной базе. Наноиндустриализация российской экономики должна рассматриваться как ключевая, но не единственная составляющая стратегии ее неоиндустриализации.

Кроме того, всемирная наноиндустриализация неизбежно отразится на глобальном разделении труда, выразившись в закреплении за странами специализации на «высоких» и «низких» нанотехнологиях. Одни страны будут производить «наноширпотреб», другие поставлять «наносырье» и т.д. Какое место займет Россия в формирующейся системе координат мировой наноэкономики? Непрерывно ускоряющееся развитие нанотехнологии и наноиндустрии в мире, вполне возможно, станет тяжёлым испытанием для доминирующей в России жёсткой системы административно-бюрократических отношений. Каковы перспективы экспорта российской нанопродукции? Они едва ли напрямую зависят от объемов государственного финансирования НИОКР в сфере нанотехнологий, гораздо более актуальной остается задача роста негосударственного сектора в области инвестиций в наноиндустрию.

Оценивая перспективы шестого, нанотехнологического уклада, не стоит забывать и уроки эволюции пятого уклада, совпавшего с «новейшей» историей России. Общество всегда усваивает новые технологии в меру своих потребностей в них и компетенций их использования. Каков потенциал внутреннего рынка продукции российской наноиндустрии в условиях невыраженной промышленной политики и консервации «сырьевой модели» развития? Коррупция является системным фактором искажения развития наноиндустрии в России. «Распыление» бюджетных ресурсов по теневым каналам и коррупционным схемам может быть оправдано только тем, что какая-то их часть «дойдет» до реальной науки и воплотиться в фактических инновациях. Но какова будет рентабельность колоссальных государственных инвестиций в наноиндустрию?

Не следует забывать, что малый и микробизнес, решающий узкоспецифические задачи выпуска относительно простых нанопродуктов, - основа национальной нанотехнологической сети. Попытка подменить необходимость формирования инфраструктурных и институциональных условий активизации конкуренции созданием искусственной монополии в сфере нанотехнологий обре-

чена на провал. Гипертрофированное госфинансирование - не панацея от институциональных патологий инновационной сферы.

Едва ли не ключевой угрозой экономической безопасности формирующейся в РФ наноиндустрии является перспектива «кадрового голода». С учетом заявленных темпов роста отечественного «нано-тека» и при сохранении текущих темпов подготовки специалистов к 2015 г. будет обеспечено немногим более 10% потребности наноэкономики в человеческом факторе. Конечно, экстраполяция актуальных тенденций - упрощенный метод кадрового форсайта. Но нельзя отрицать наблюдающееся игнорирование роли специалистов по менеджменту и контроллингу нанопроизводства, наносертификации и экспертизе нанопроектов, маркетингу нанотехнологий и нанопродукции, правовому и бухгалтерскому обеспечению наноинноваций и др. Кадры для наноиндустрии должны готовится как в естественных, так и в гуманитарных направлениях подготовки [7; с.152].

Выравнивание уровня финансирования наноиндустриализации в России и США - само по себе уникальное явление. Но для роста производства и повышения конкурентоспособности отечественной нанопродукции нужны, прежде всего, системные институциональные изменения. Они связаны с развитием механизма целевого государственного кредитования долгосрочных инновационных проектов, созданием сети научно-образовательных нанотехнологических центров и независимой сертификационной службы, «выращиванием» институтов частно-государственного венчурного партнерства, формированием эффективной патентной системы и усилением защиты прав интеллектуальной собственности, введением процедур стратегического и индикативного планирования институтов развития с установлением целевых показателей их деятельности, закреплением жестких требований и норм безопасности наноматериалов и др. В условиях нечетких правил, институциональных «ловушек» и высоких трансакционных издержек форсирование и государственное стимулирование развития наноиндустрии в России, безусловно, даст массу положительных эффектов. Но

станет ли эта масса критической для реальной модернизации российской экономики - вопрос скорее риторический, чем открытый.

Список литературы

1. Akerlof G.A., Shiller R.J. Animal Spirits: How Human Psychology Drives the Economy, and Why It Matters for Global Capitalism. Princeton University Press,

2009.

2. Berube D.M. Nano-Hype: The Truth Behind the Nanotechnology Buzz. Amherst, N.Y.: Prometheus Books, 2006.

3. Nanotechnology White Paper: EPA 100/B-07/001. February 2007 / U.S. Environmental Protection Agency. URL: http://www.epa.gov/osa/pdfs/nanotech/epa-nanotechnology-whitepaper-0207.pdf.

4. Rees М. Our Final Hour. N.Y.: Basic Books, 2003.

5. Иншаков О., Фесюн А. О приоритетах государства в сфере наноиндустрии // Экономист. 2009. № 10.

6. Иншаков О.В., Яковлев А.Р. Нанотрансформация товаров. Волгоград,

2010.

7. Механизмы реализации стратегии формирования наноиндустрии в регионах России / под ред. д.э.н., проф. О.В. Иншакова. Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2009.

8. Нанотехнологии и этика: Политика и направления деятельности /

ЮНЕСКО. Париж, 2008. URL:

http://unesdoc.unesco.org/images/0015/001521/152146r.pdf.

9. Программа развития наноиндустрии в Российской Федерации до 2015 года. М., 2008.

10. Фролов Д. Методологический институционализм: новый взгляд на эволюцию экономической науки // Вопросы экономики. 2008. № 11.

11. Фролов Д. Развитие наноиндустрии и экономическая безопасность // Экономист. 2010. № 12.

12. Хартманн У. Очарование нанотехнологии. М.: БИНОМ. Лаборатория знаний, 2008.

References

1. Akerlof G.A., Shiller R.J. Animal Spirits: How Human Psychology Drives the Economy, and Why It Matters for Global Capitalism. Princeton University Press, 2009.

2. Berube D.M. Nano-Hype: The Truth Behind the Nanotechnology Buzz. Amherst, N.Y.: Prometheus Books, 2006.

3. Nanotechnology White Paper: EPA 100/B-07/001. February 2007 / U.S. Environmental Protection Agency. URL: http://www.epa.gov/osa/pdfs/nanotech/epa-nanotechnology-whitepaper-0207.pdf.

4. Rees М. Our Final Hour. N.Y.: Basic Books, 2003.

5. Inshakov O., Fesyun A. O prioritetakh gosudarstva v sfere nanoindustrii [About State Priorities in Nanotechnology Sphere]. Ekonomist, no. 10 (2009).

6. Inshakov O.V., Yakovlev A.R. Nanotransformatsiya tovarov [Nanotransformation of goods]. Volgograd, 2010.

7. Mekhanizmy realizatsii strategii formirovaniya nanoindustrii v regionakh Rossii [Mechanisms of Nanoindustry Strategy Formation Realisation in the Regions of Russia] / under the edition of prof. O.V. Inshakov. Volgograd: VolSU, 2009.

8. Nanotekhnologii i etika: Politika i napravleniya deyatel'nosti / YuNESKO [Nanotechnologies and Ethics: Policy and Directions of Activity / JuNESKO]. Parizh, 2008. http://unesdoc.unesco.org/images/0015/001521/152146r.pdf.

9. Programma razvitiya nanoindustrii v Rossiyskoy Federatsii do 2015 goda [Program of Nanoindustry Development in Russian Federation until 2015]. M., 2008.

10. Frolov D. Metodologicheskiy institutsionalizm: novyy vzglyad na evolyutsiyu ekonomicheskoy nauki [Methodological Institutionalism: New View at Economic Science Evolution]. Voprosy ekonomiki, no. 11 (2008).

11. Frolov D. Razvitie nanoindustrii i ekonomicheskaya bezopasnost' [Development of nanoindustry and economic safety]. Ekonomist, no. 12 (2010).

12. Khartmann U. Ocharovanie nanotekhnologii [Charm of nanotechnologies]. M.: BINOM, Laboratorija znanij, 2008.

ДАННЫЕ ОБ АВТОРЕ

Яковлев Анатолий Романович, к.э.н. заведующий отделом сопровождения НИР

Волгоградский государственный университет

Проспект Университетский, 100, г. Волгоград, 400062, Россия

e-mail: yakovlef@gmail. com

DATA ABOUT THE AUTHOR

Yakovlev Anatoly Romanovich, Candidate of Science (economics), Head of R&D Support Department

Volgograd State University

100, Prospect Universitetsky, Volgograd, 400062, Russia e-mail: yakovlef@gmail. com

Рецензент:

Тажибов А.А., начальник отдела инновационной политики Министерства экономики, внешнеэкономических связей и инвестиций Волгоградской области, д.э.н.