Дисфункции корпоративных институтов: макрои микроэкономический аспекты

Вестник Челябинского государственного университета. 2013. № 32 (323). Экономика. Вып. 42. С. 94-99.

Е. С. Силова

ДИСФУНКЦИИ КОРПОРАТИВНЫХ ИНСТИТУТОВ:

МАКРО- И МИКРОЭКОНОМИЧЕСКИЙ АСПЕКТЫ

Рассматриваются вопросы дисфункций корпоративных институтов на макро- и микроуровнях, исследуются особенности институциональной среды российских корпораций, обобщаются теоретические подходы к исследованию институциональных дисфункций. Раскрываются сущность, виды и функции корпоративных институтов, анализируются примеры дисфункций корпоративных институтов.

Ключевые слова: дисфункция института, неэффективность института, корпоративный институт, дисфункция корпоративного института.

Для стимулирования экономического роста и создания «новой» экономики необходимо более активное включение корпоративного сектора в развитие национальной экономики, что невозможно без снятия определенных институциональных противоречий и барьеров на пути развития корпораций. При анализе эффективности корпоративного сектора необходимо учитывать значение и качество институциональной среды, в которой он функционирует. Выявление основных классов институциональных дисфункций корпоративных институтов с последующей разработкой механизмов их устранения представляется нам важным направлением экономических исследований. Цель настоящей работы — исследование дисфункций корпоративных институтов на макро- и микроуровнях.

Проблеме эффективности институтов, их качества и дисфункций уделено достаточно большое внимание в отечественных и зарубежных экономических исследованиях. Теория институциональных дисфункций тесно связана с проблемами институционального строительства и реформирования. В частности основоположник российской теории реформ В. М. Полтерович выделяет четыре типа институциональных дисфункций, возникающих в ходе трансплантации институтов [14. С. 13-17]:

- атрофия и перерождение института;

- активизация альтернативных институтов и их отторжение;

- институциональный конфликт;

- институциональные ловушки и гистерезис.

При этом под институциональной ловушкой

В. М. Полтерович понимает устойчивую, но неэффективную норму.

Другой видный экономист, О. С. Сухарев, под дисфункцией понимает «нарушение функ-

ций какого-либо органа, системы, экономического института, преимущественно качественного характера» [19. С. 58-59], при этом выделяя два уровня дисфункций — микро- и макроэкономические. Микроэкономическая дисфункция — «это неравновесное динамическое состояние института или организации, при котором лишь отдельные характеристики данной системы теряют качество, что приводит к отклонению модели поведения организации от оптимальной или закреплению неэффективной нормы, но при этом институт функционирует в пределах своего монетарного диапазона» [Там же. С. 59]. При макроэкономических дисфункциях неэффективны все основные институциональные элементы системы.

Многие ученые рассматривали проблемы и особенности развития корпоративного сектора в российской экономике: А. Аузан и Г Сатаров, С. Б. Авдашева, Т. Г Долгопятова, А. Д. Радыгин и Р. М. Энтов, Р. М. Нуреев, Е. В. Балацкий,

В. И. Бархатов, Д. А. Плетнев и др. Обобщая выделенные ими особенности, можно дать следующую характеристику действующей модели корпоративного управления и корпоративной власти в России.

1. Национальная модель корпоративных отношений крайне неустойчива и не сбалансирована и отличается низкой степенью доверия на всех уровнях. В частности Е. В. Балацкий рассматривает модель корпоративных отношений с позиций трех ключевых институтов — семьи, частного бизнеса и государства — и представляет графически данную модель как «российскую воронку» [2]. Институт семьи, лежащий в основании экономической системы, крайне слаб, частный сектор также не получает развития в силу его неспособности стать локомотивом роста и истори-

ческих предпосылок, государство же гипертрофированно. Другие авторы подчеркивают необходимость национального консенсуса по поводу целей долгосрочного развития и рассматривают различные механизмы поиска подобного консенсуса [1. С. 66].

2. Российская модель основана на концентрированной инсайдерской собственности [9], для корпоративных структур характерно совмещение ролей крупнейших акционеров и топ-менеджеров [4. Р. 26-27]; права миноритарных акционеров защищены формально на достаточно высоком уровне, но при этом закон не всегда выполняется и, по сути, независимые собственники не имеют рычагов управления в компаниях и зачастую вынуждены защищать свои права посредством «гринмэйла» [12. С. 50]. По сути, «инсайдер» преследует исключительно собственный интерес, извлекая при этом «инсайдерскую ренту» и в целом ориентируя развитие корпорации на достижение краткосрочных целей.

3. В последние посткризисные годы наблюдается расширение государственного участия в корпоративном секторе, создание и усиление мощных государственных корпоративных структур. При этом ряд исследователей отмечает взаимопроникновение государства и частного корпоративного сектора путем «приватизации» чиновников и «выборочного» вмешательства государства в деятельность корпораций [5. С. 29]. При этом следует отметить, что государственное регулирование зачастую носит противоречивый и рассогласованный характер, создавая чрезмерные «административные» барьеры для хозяйствующих субъектов и увеличивая их трансакционные издержки. К тому же механизмы принуждения зачастую работают слабо и неэффективно, что приводит к росту оппортунизма со стороны хозяйствующих субъектов.

4. Отмечается слабость внешних механизмов корпоративного контроля, в том числе финансовых рынков. С этим связаны низкая капитализация собственности российских корпораций [4. С. 28], высокий уровень оппортунизма в российских корпорациях на всех уровнях взаимоотношений. Институт банкротства, несмотря на многочисленные попытки его усовершенствования, до сих пор зачастую не является механизмом финансового оздоровления, а служит целям ухода от долгов, захвата предприятий и т. д.

На рис. 1 представлен авторский взгляд на проблему выявления институциональных ограни-

чений и дисфункций корпоративного сектора. Выделены три уровня подобных дисфункций: базовые институциональные ограничения, институциональные дисфункции на уровне государственного регулирования и механизмов внешнего контроля и институциональные дисфункции на микроуровне (на уровне корпорации).

Важным вопросом при анализе дисфункций на микро- и макроуровнях остается вопрос соотношения категорий эффективности и устойчивости. Под устойчивостью обычно понимают «сохранение фирмы как самостоятельного, независимого, уникального хозяйствующего субъекта, обладающего целостностью, несмотря на воздействие различных факторов внешней и внутренней среды» [11. С. 114]. Эффективность рассматривается в самом общем виде как соотношение результатов и затрат. Соотношение устойчивости и эффективности корпорации (фирмы) не всегда очевидно: повышение устойчивости может приводить к снижению эффективности, и наоборот. В частности создание и поддержание внутрифирменных институтов требует значительных затрат, что отрицательно сказывается, особенно в краткосрочном периоде, на эффективности корпорации.

В данной работе под корпоративным институтом автор понимает нормы, правила, механизмы и процедуры, которые обеспечивают баланс интересов всех участников корпоративных отношений и прозрачность управления корпорацией. Можно выделить внешние и внутренние корпоративные институты. Под внутренними корпоративными институтами будем понимать совокупность внутренних правил, норм, механизмов и процедур согласования интересов участников корпоративных отношений и защиты их прав и законных прав и интересов [7. С. 77]. К внутренним институтам относят, прежде всего, процедуры, связанные с организацией и проведением общего собрания акционеров, крупные сделки и сделки с заинтересованностью, реорганизацию, раскрытие информации и др. Совершение обществом ряда действий, которые могут привести к фундаментальным корпоративным изменениям, в том числе к изменению прав акционеров, принято называть существенными корпоративными действиями. Существенные корпоративные действия должны сопровождаться максимальной открытостью и прозрачностью. При совершении таких действий общество должно руководствоваться принципами доверия и открытости.

Базовые институциональные ограничения

Институциональные дисфункции на уровне государственного регулирования и механизмов внешнего контроля

Институциональные дисфункции на микроуровне

Рис. 1. Институциональн г ограничения и дисфункции корпоративного сектора в России

К существенным корпоративным действиям следует отнести, в первую очередь, действия, связанные с реорганизацией общества, в значительной степени влияющие на структурное и финансовое состояние общества и, соответственно, на положение акционеров. К существенным корпоративным действиям относятся также совершение крупных сделок и сделок с заинтересованностью, уменьшение или увеличение уставного капитала, внесение изменений в устав общества и решение ряда других вопросов, принципиально важных для общества.

Принимая во внимание значимость существенных корпоративных действий, общество должно обеспечить акционерам возможность влиять на их совершение. Эта цель достигается путем

установления прозрачной и справедливой процедуры, основанной на надлежащем раскрытии информации о последствиях, которые такие действия могут иметь для общества.

Внешние корпоративные институты — это правила и нормы, которые регулируют деятельность корпораций извне; воздействие, которое оказывает внешняя среда на корпоративное управление. К внешним институтам принято относить основные направления государственного регулирования корпораций (антимонопольное, налоговое, регулирование рынка ценных бумаг, естественных монополий); принципы корпоративного управления, создаваемые различными саморегу-лируемыми организациями для повышения эффективности корпоративного управления, прави-

ла и требования фондовых бирж, предъявляемые к компаниям, проводящим листинг на фондовых биржах; большую роль в качестве внешнего института играет также рынок корпоративного контроля (рынок слияний и поглощений), который позволяет воздействовать на экономическую эффективность корпораций путем перераспределения акционерной собственности. В таблице приведены примеры основных корпоративных институтов.

Корпоративные институты играют важную роль в регулировании деятельности корпорации. По мнению М. Самосудова, степень корпоративности фирмы определяется действующими в рамках фирмы социальными институтами, которые в большей или меньшей степени способствуют учету интересов различных социальных групп, заинтересованных во взаимодействии с корпорацией при принятии решений о распределении ресурсов [17].

Основными функциями корпоративных институтов являются: снижение неопределенности (путем определения наборов альтернативных вариантов поведения), создание устойчивой среды для взаимодействия экономических субъектов и снижение трансакционных издержек. В качестве ключевой же функции корпоративных институтов можно рассматривать обеспечение баланса интересов и прав всех участников корпоративных отношений.

Можно выделить также следующие функции корпоративных институтов:

1) ограничительную (корпоративные правила и нормы задают определенные ограничения действиям участников корпоративных отношений,

причем эти ограничения подкреплены существованием санкций юридического и социального характера);

2) стимулирующую (в зависимости от характера правил игры экономические субъекты стимулируются к эффективному использованию ресурсов для максимизации прибыли);

3) распределительную (существование корпоративных институтов неизбежно означает наличие различных ограничений и прав у разных групп хозяйствующих субъектов; при этом расширение прав одних субъектов невозможно без сужения прав других);

4) поведенческую (корпоративные институты формируют предпочтения и ожидания экономических субъектов).

Исходя из анализа функций, можно рассматривать два основных направления действия корпоративных институтов — обеспечение устойчивости

Дисфункция корпоративного института, по нашему мнению, это такое состояние института, которое порождает сложности в управлении корпоративными структурами и разгармонизацию отношений ключевых участников корпоративных отношений. В частности наблюдаются многие дисфункции в корпоративном законодательстве, постоянно при этом совершенствующемся. Ключевой причиной этого исследователи

Ключевые внутренние и внешние корпоративные институты

Уровень формализации Внутренние корпоративные институты Внешние корпоративные институты

Формальные Неформальные Раскрытие информации Независимый директор Процедуры проведения общего собрания акционеров Реорганизация Институт крупных сделок Сделки с заинтересованностью Испытательный срок Отбор и расстановка кадров Система оплаты труда и участия в прибыли Система мотивации и поддержки Корпоративная культура Организационные рутины Правила листинга Кодекс корпоративного поведения (управления) Рынок корпоративного контроля Трудовое законодательство Система образования и науки Ценностно-ментальные институты Обычаи делового оборота

Внешние

институты

Внутренние

институты

Ценностно-

матери-

альные

ресурсы

Рынок корпоративного контроля

Г осударствен-ное и негосударственное регулирование

Рутины

Раскрытие

информации

Независи-

мые

директора

Рис. институтов на устойчивость и эффективность корпорации

называют отсутствие «доктринального обоснования (правовых) конструкций», смешение элементов различных национальных моделей корпоративного управления при «плагиате из западных правовых систем» [13. С. 18-19].

Рассмотрим несколько примеров дисфункций корпоративных институтов.

Институт так называемых «золотых парашютов» в российских корпорациях остается крайне спорным. С одной стороны, он является средством стимулирования и повышения лояльности топ-менеджеров, удержания высококвалифицированных кадров, снижения уровня оппортунизма менеджеров, то есть, по сути, механизмом решения агентской проблемы. С другой стороны, отечественная практика применения данного института характеризуется и рядом негативных моментов, и прежде всего тем, что часто неоправданно высокие суммы «золотых парашютов» нарушают права акционеров. Как отмечают исследователи данной проблемы, судебная практика при оспаривании подобных выплат менеджерам крайне противоречива, отсутствует единый механизм защиты прав акционеров (участников) компании, что существенно мешает собственникам в реализации их прав на контроль за активами компании [20. С. 85].

Можно отметить сложность и запутанность институтов «группа лиц», «аффилированные лица» и «сделки с заинтересованностью» (как часть «контролируемых сделок»). Эти институты находятся на стыке корпоративного, антимонопольного и налогового законодательства, при этом каждый регулятор вносит свое понимание в трактовку и правоприменение соответствующих институтов, что создает сложности в хозяйственной

деятельности субъектов и многочисленные споры. Несмотря на постоянное совершенствование законодательства в этой сфере, специалисты отмечают, что, в частности, упростить понимание и применение правовой конструкции «группа лиц» разработчикам «третьего антимонопольного пакета» не удалось [10. С. 12].

Институт независимого директора предназначен для повышения эффективности работы совета директоров за счет независимости и объективности оценок и суждений, соответствующих определенным критериям директоров, что в конечном итоге позитивно сказывается на защите прав миноритарных акционеров и инвестиционной привлекательности компании на рынке ценных бумаг. Однако, по данным последнего исследования Российского института директоров среди 150 ведущих российских компаний, почти в трети советов независимых директоров нет вообще, а еще в 38 % независимые директора составляют менее четверти от общей численности совета, то есть директоров там 1-2 человека [8]. Кроме того, весьма спорными остаются критерии независимости, особенно если сравнивать их с международной практикой.

Подобные дисфункции приводят к разбалан-сированности интересов ключевых «стейкхолдеров», к снижению эффективности и в ряде случаев устойчивости российских корпораций, что отрицательно сказывается на социально-экономической ситуации на макроуровне. В связи с этим, по нашему мнению, необходимы дальнейшие исследования дисфункциональных элементов институциональной среды российских корпораций и разработка стратегии их устране-

ния. Выявление и устранение дисфункций институциональной среды, по нашему мнению, позволит более комплексно подходить к вопросам разработки и реализации политики в области государственного регулирования корпоративного сектора, в основе которой должно быть понимание того, что в корпоративном секторе сосредоточены интересы многочисленных участников корпоративных отношений и корпоративные институты должны, прежде всего, способствовать гармонизации их взаимоотношений.

Список литературы

1. Аузан, А. Приоритеты институциональных преобразований в условиях экономической модернизации / А. Аузан, Г Сатаров // Вопр. экономики. 2012. № 6. С. 65-74.

2. Балацкий, Е. В. Национальные модели корпоративного сектора экономики [Электронный ресурс] / Е. В. Балацкий. URL: http://kapital-rus.ru/ articles/article/172

3. Балацкий, Е. В. Рынок доверия и национальные модели корпоративного сектора экономики [Электронный ресурс] / Е. В. Балацкий // Общество и экономика. 2009. № 2. С. 59-80. URL: http:// kapital-rus.ru/articles/article/174021

4. Бархатов, В. И. Природа развития и противоречия корпоративной собственности в постсоциа-листической экономике / В. И. Бархатов // Сборник трудов Международной научно-экономической конференции имени академика П. П. Маслова. Берлин, 2013. С. 20-29.

5. Бархатов, В. И. Корпоративная власть в России: подходы, проблемы и решения / В. И. Бархатов, Д. А. Плетнев // Економіка в умовах глобалізації: проблеми, тенденції, перспективи : зб. матеріалів І міжнар. наук.-практ. інтернет-конф., 25 лют.— 1 бер. 2013 р., Дніпропетровськ : Жешув. Дніпропетровськ : Національний гірничий ніверситет, 2013. C. 25-31.

6. Бархатов, В. И. Особенности корпоративной власти в России в контексте разработки долгосрочной стратегии предприятия / В. И. Бархатов, Д. А. Плетнев // Стратегическое планирование и развитие предприятий: материалы Четырнадцатого всерос. симпозиума, г. Москва, 9-10 апр. 2013 г. М. : ЦЭМИ РАН, 2013. С. 15-17.

7. Бархатов, В. И. Корпоративное управление на предприятиях отрасли / В. И. Бархатов, Д. А. Плетнев, Е. С. Силова. Челябинск : Изд-во Челяб. гос. ун-та, 2011.

8. Беликов, И. Независимые директора в меньшинстве [Электронный ресурс] / И. Беликов. URL: http://www.rg.ru/2012/08/14/upravlenie.html

9. Голикова, В. Инсайдеры, аутсайдеры и особенности корпоративного управления в России [Электронный ресурс] / В. Голикова, Т. Долгопято-ва, Ю. Симачев, А. Яковлев. URL: http://www.hse. m/science/main.htm

10. Домнич, Е. «Группа лиц»: анализ последних изменений и дополнений в правовом регулировании / Е. Домнич // Акционер. о-во. Вопр. корпора-тив. управления. 2012. № 6. С. 4-12.

11. Набиев, А. М. Анализ взаимосвязи устойчивости и эффективности фирмы в институциональной среде / А. М. Набиев, В. А. Малев, Е. С. Силова // Вестн. Челяб. гос. ун-та. 2007. № 5 (83). Экономика. С. 114-118.

12. Осиновский, А. Д. Корпоративный шантаж.

Ч. 1. Вокруг собрания / А. Д. Осиновский // Акц. о-во. Вопр. корпоратив. управления. 2012. № 3.

С. 50-59.

13. Осипенко, О. Законотворческие поиски «сильных институтов» корпоративного управления: между принципиальной бессистемностью и системной беспринципностью / О. Осипенко, А. Голубева // Рос. экон. журн. 2008. № 7-8. С. 16-23.

14. Полтерович, В. М. Современное состояние теории реформ / В. М. Полтерович // Пространств. экономика. 2008. № 2. С. 6-45.

15. Полтерович, В. М. Институциональная динамика и теория реформ / В. М. Полтерович // Эволюционная экономика и «мейнстрим»: сб. докл. М. : Наука, 2000. С. 31-54.

16. Радыгин, А. Д. Внешние механизмы корпоративного управления: некоторые прикладные проблемы / А. Д. Радыгин, Р. М. Энтов и др. М. : Ин-т экономики переход. периода, 2006.

17. Самосудов, М. Как рождаются корпорации [Электронный ресурс] / М. Самосудов. URL: http:// www.tarta.ru/info/corp.html

18. Сухарев, О. С. Новый институционализм: «ловушки», трансакционные издержки, «теорема Коуза» и время / О. С. Сухарев // Terra Economicus. 2012. Т. 10, № 3. С. 39-57.

19. Сухарев, О. С. Дисфункциональный анализ в институциональной теории экономического роста / О. С. Сухарев // Журн. экон. теории. 2004. № 1.

С. 57-80.

20. Текутьев, Д. И. «Золотой парашют» — эффективное средство мотивации или обуза для компании? / Д. И. Текутьев // Акционер. о-во. Вопр. корпоратив. управления. 2012. № 2. С. 80-86.

21. Экономические субъекты постсоветской России (институциональный анализ): 10 лет спустя : в 3 кн. Кн. 2. Российские фирмы / под ред. д-ра экон. наук проф. Р. М. Нуреева. М. : Моск. обществ. науч. фонд, 2010.