Репрезентация акциональной когеренции в текстовых фрагментах

Вестник Волжского университета имени В.Н. Татищева № 3 (16) 2014

УДК: 811.Ш'371:398.21

ББК: 81

Стахова Л.В.

РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ АКЦИОНАЛЬНОЙ КОГЕРЕНЦИИ В ТЕКСТОВЫХ

ФРАГМЕНТАХ

Stakhova L. V.

THE REPRESENTATION OF VERB COHERENCE IN TEXT EXTRACTS

Ключевые слова: акциональная когеренция, текстовый фрагмент, языковые универсалии, морфотемный анализ.

Keywords: verb coherence, text extract, linguistic universals, morphotheme analysis.

Аннотация: в статье исследуется специфика типов глагольной связи в текстовых фрагментах различных типов с позиции многоуровневого подхода, позволяющего не только констатировать факт наличия акциональной связи в тексте, но и отразить процессы изменения стереотипной акциональной синтагмемы под влиянием контекста.

Abstract: the article gives the brief review of different types of verb coherence in various text extracts. The issue has been investigated according to the main principles of the comprehensive and multilevel approach, which enables to represent not only the fact of the interrelation itself, but the process of changing in the verb structure due to the context.

Анализ семантики глагола показывает, что категория акциональности является главным категориальным признаком глагольной лексемы, в основе которой лежит идея действия, процессности. Кроме компонента акциональности в семантике глагола непременно присутствует указание на направление действия и связь действия с субъектом и / или объектом, что приводит к включению в глагольную семантику компонентов значений глагольных актантов и накладывает определенные семантические и синтаксические ограничения на синтагматическую сочетаемость глагола.

С категорией акциональности тесно связана категория аспектуальности, т.к. сами предикатные лексемы несут определенный аспектуальный потенциал. Признак предельности действия содержит указание на исчерпанность, завершенность действия, а, следовательно, переход в новое качество. Соответственно семантика непредельности (процессности) действия включает в себя значение протекания действия в едином качестве без всякого ограничения.

Интерпретация семантики глагола как предельного / непредельного, субъектно- / объектно-ориентированного действия, представляется слишком упрощенной, т.к. не учитывается неоднородная структура акционального ядра, включающего в себя три компонента: релятив, акционал, акциентив. Эти три составляющие характеризуются наличием сопутствующих признаков, обеспечивающих связь компонентов акционального ядра с субъектом и объектом действия.

Морфотемный анализ1 структуры акционального глагола позволяет говорить о негомогенности семантического центра глагольного форматива. Идея действия имеет свое формальное воплощение в системе языка в виде акционального комплекса, состоящего из трех компонентов - релятива (идеи отношения), акционала (собственно действия), акциентива (результата действия), и сопутствующих, модификационных признаков релятива - аспектуальности (предельности / непредельности действия); комплементивных признаков модитивности (качества протекания действия: фациентивности (шагает, семенит, трусит), инструментальности (режет, расчесывает, метет), орудийности (подмигнул, облизнул)); терминативности как частного признака аспектуальности (пространственно-временного признака протекания действия: инхоативности (запел), процессуальности (жарили, ели), финальности (вытер) и др.); а также акциентивного признака (создание нового качества известного объекта или вновь создаваемый объект: квалитатив (очищать, охлаждать), конструктив (построить, слепить), транслатив (отодвинуть, уронить, подкинуть), контактив (прикоснуться, потрепать) и др.).

В результате формантизации универсальной акциональной синтагмемы на этапе объективации выделяется морфотемный класс акциональных глаголов. Особый интерес для исследования представляет анализ способов взаимодействия и специфики взаимовлияния рассмотренных глагольных формативов акционального типа на этапе репрезентации в рамках текстового фрагмента.

В зависимости от количества участников ситуации выделяются фрагменты текста с одноплановой, многоплановой перспективой изображения действительности, а также псевдомногоплановые фрагменты и фрагменты, описывающие ситуацию промежуточного типа.

Для одноплановых ситуаций свойственно наличие одного участника и некоторое количество признаков, характеризующих участника данной ситуации:

Евдоксия свернула папироску своими побуревшими от табаку пальцами, провела по ней языком, пососала ее и закурила2.

She rolled another cigarette between her nicotine-stained fingers, licked it, placed it

"3

between her lips, and struck a match .

В данной ситуации представлен один участник, который характеризуется

1 Фефилов, А.И. Морфотемный анализ единиц языка и речи. - Ульяновск, 1997. - 246 с.

2 Тургенев, И.С. Накануне; Отцы и дети: романы. Степной король Лир: повесть. - Л.: 1985. - С. 186.

3 Turgenev, I.S. Fathers and Sons. Ware: Wordsworth Edition Ltd, 2003. - P. 67.

последовательностью акциональных действий, совершаемых этим субъектом: свернула/rolled, провела/licked, пососала/placed, закурила/struck.

Во фрагментах, описывающих многоплановую ситуацию, можно выявить как минимум двух участников:

Аркадий первый вышел на крыльцо; он взобрался в ситниковскую коляску. Его почтительно подсаживал дворецкий, а он бы с удовольствием его побил или расплакался. Базаров поместился в тарантасе4

The first to issue upon the verandah and enter Sitnikov 's koliaska was Arkady. The butler assisted him obsequiously, although Arkady could with equal readiness have struck the man or burst into tears. As for Bazarov, he took possession of the tarantass5.

В данном фрагменте наблюдаются три плана изображения событий. Первый план передает последовательность действий, выполняемых Аркадием. Второй план - действия дворецкого, сопровождающиеся описанием эмоционального состояния Аркадия. Третий план изображения - действие, выполняемое Базаровым:

1) вышел

2) подсаживал

3) поместился (took posession).

К псевдомногоплановым фрагментам относятся такие типы изображения действительности, когда присутствуют два или несколько субъектов действия, один из которых является «реальным» субъектом действия, остальные - «псевдосубъектами»:

Her fingers kept trembling as she worked. Once she saw herself in the mirror over the sink and started back in dismay at the distorted countenance reflected there6.

Она продолжала убирать, но пальцы ее дрожали. Один раз она увидела свое отражение в зеркале и в испуге отпрянула, ужаснувшись выражению своего

7

перекошенного лица .

В данной ситуации один субъект является реальным, а второй - псевдосубъектом или синтаксическим субъектом, т.к. пальцы женщины дрожали в результате непроизвольного движения нервных окончаний первого субъекта. Ситуация характеризуется одноплановостью изображения действительности: kept trembling (дрожали) - worked (продолжала убирать) - saw (увидела) - started back (отпрянула).

К промежуточному типу ситуаций относятся такие разновидности ситуаций, в которых все участники выполняют одинаковые действия, т.е. несмотря на наличие нескольких участников ситуации, вычленяется единая акциональная линия:

So they took him and laid him out of the way on the drawing-room sofa with a drink at his

о

elbow, and they went back to their dark business .

Гномы подняли его и перенесли в соседнюю гостиную, с глаз долой, положили там на диван, поставили рядом стакан вина, а сами вернулись к своим «темным делам»9.

В данном текстовом фрагменте представлено несколько участников ситуации, но все они выполняют одинаковые действия, поэтому выделяется один план изображения действительности, который представлен следующей акциональной цепочкой: took (подняли) - laid out (перенесли и положили) - поставили - went back (вернулись).

Анализ типов акциональной когеренции в текстовых фрагментах проводился на двух уровнях: поверхностном и глубинном. Поверхностный анализ был представлен в виде констатации факта связи между эксплицитно выраженными действиями. На внешнем уровне текстовые фрагменты характеризуются наличием одного из трех видов

4 Тургенев, И.С. Накануне; Отцы и дети: романы. Степной король Лир: повесть. - Л.: 1985. - С. 221.

5 Turgenev, I.S. Fathers and Sons. - Ware: 2003. - P. 108.

6 Вогт, А.Э. Загадай желание и другие рассказы. - М., 2002. - С. 74.

7 Там же. - С. 75.

8 Tolkien J.R.R. The Hobbit or There and Back Again. - M.: 1991. - P. 23.

9 Толкин Дж.Р.Р. Хоббит или Туда и Обратно. - СПб., 1991. - С. 30.

акциональной связи: 1) последовательное, 2) параллельное и 3) последовательно-параллельное протекание действий, выполняемых субъектом или субъектами ситуации, что можно продемонстрировать на примере многоплановых текстовых фрагментов.

1. Последовательный тип - объединение двух или нескольких последовательно совершаемых действий:

Казачок в ливрее с шумом отодвинул от стола обложенное подушками, также заветное, кресло, в которое опустилась княжна; Катя, разливавшая чай, первой ей подала чашку с раскрашенным гербом10.

... a Cossack footman pulled a padded armchair from under the table (like the last, it was reserved for the Princess alone), and she subsided into its depths. Katia poured out tea, and handed her aunt the first cup - a cup adorned with a coat-of-arms...11.

В данном примере присутствуют три участника ситуации, которые условно можно обозначить: А (казачок), Б (княжна), В (Катя). Все три участника ситуации выполняют определенные действия, которые происходят последовательно друг за другом. Между этими действиями прослеживается достаточно четкая связь, одно действие обусловливает выполнение следующего: казачок отодвинул кресло / a Cossack footman pulled an armchair ^ княжна опустилась в него / she subsided into its depths ^ Катя подала чашку / Katia handed her aunt the first cup. Кроме логической последовательности все три действия объединяются их единой локализованностью, вся ситуации разворачивается за столом, а также взаимоохватом и взаимопроникновением действий12, все рассматриваемые действия происходят в то время, когда Катя разливает чай.

2. Параллельный тип - связь двух или нескольких действий, совершаемых субъектом или субъектами ситуации в один и тот же период времени одновременно, параллельно:

Действительно, по саду, шагая через клумбы, шел Базаров. Его полотняное пальто и панталоны были запачканы в грязи; цепкое болотное растение обвивало тулью его старой круглой шляпы; в правой руке он держал небольшой мешок; в мешке копошилось что-то живое13.

True enough, Bazarov could be seen stepping across the flowerbeds. On his linen jacket and trousers was a thick coating of mud, to the crown of his ancient circular hat clung a piece of sticky marshweed, and in his hand he was holding a small bag. Also, something in the bag kept stirring as though it were alive14

В представленном фрагменте выделяются два субъекта - Базаров и что-то живое, которые одновременно совершают процессуальные действия, репрезентируемые непредельными глаголами в форме несовершенного вида. В данном случае можно говорить о параллельном протекании действий. В текстовом фрагменте на английском языке первое действие не эксплицировано, но имплицитно оно присутствует: Bazarov could be seen stepping... (можно было видеть Базарова, шагающего...), при этом эксплицируется указание на наблюдателя действия, представленное в акциональных морфотемах текстового фрагмента на русском языке на уровне ассоциативно-семантического признака.

3. Последовательно-параллельное соединение действий в текстовом фрагменте:

After a while he stepped up, and with the spike of his staff scratched a queer sign on the

hobbit's beautiful green front-door. Then he strode away, just about the time when Bilbo was finishing his second cake and beginning to think that he had escaped adventures very well15.

10 Тургенев И.С. Накануне; Отцы и дети: романы. Степной король Лир: повесть. - Л., 1985. - С. 201.

11 Turgenev I.S. Fathers and Sons. - Ware: 2003. - P. 83.

12 Фефилов А.И. О некоторых закономерностях глагольной когеренции во фрагментах текста // Текстообразующие свойства слова и предложения. - Ульяновск, 1982. - С. 194 - 203.

13 Тургенев И.С. Накануне; Отцы и дети: романы. Степной король Лир: повесть. - Л., 1985. - С. 150.

14 Turgenev, I.S. Fathers and Sons. - Ware: 2003. - P. 24.

15 Tolkien, J.R.R. The Hobbit or There and Back Again. - M.: 1991. - P. 13.

Потом подошел поближе и острием посоха нацарапал на красивой зеленой двери некий странный знак. Затем он зашагал прочь, а в это время Бильбо как раз доедал второй кекс и размышлял о том, как ловко он увернулся от приключений16.

Акциональная цепочка текстового фрагмента представлена предельными глаголами stepped up / подошел, scratched / нацарапал, strode / зашагал и непредельным глаголом was finishing / доедал. При рассмотрении формальной связи действий в ситуации выявляется достаточно сложная структура. Первые три действия, выполняемые последовательно одним субъектом ситуации, происходят на фоне процессуальных действий, выполняемых другим субъектом ситуации.

Аналогичные виды акциональной когеренции были выявлены и в текстовых фрагментах других типов.

Глубинное квантование текстового фрагмента позволяет вскрыть специфику взаимосвязи логико-семантических признаков нескольких морфотем акционального типа. Результаты анализа свидетельствуют о том, что наличие терминативных признаков в морфотеме глагольного форматива способствует формированию нестереотипной морфотемы предшествующих глаголов. Признаки, указывающие на однократность действия (инхоативность, моментанность и др.) обуславливают реализацию значения предельности предшествующего действия:

Ребенок опять засмеялся, уставился на сундук и вдруг схватил свою мать всею

17

пятерней за нос и губы .

Here the infant crowed, fixed his eyes upon the chest in the corner, and suddenly closed

18

his five fingers upon his mother's mouth and nose .

Акциональная цепочка в рассматриваемом фрагменте текста представлена глаголами в форме совершенного вида (СВ), репрезентирующими ряд сменяющих друг друга предельных (П) действий: засмеялся (П (СВ)), уставился (П (СВ)), схватил (П (СВ)). Накладывающиеся на акционал признаки терминативности (инхоативность, моментанность), позволяют квантовать реально-онтологическую ситуацию, выраженную данным текстовым фрагментом, следующим образом: 1) начал смеяться - смеялся -закончил смеяться - 2)начал смотреть - смотрел - закончил смотреть - 3) схватил. Глагольный форматив совершенного вида выражает процессуальную ситуацию, т.е. предельное действие может представлять развертывающую во времени ситуацию, длительность которой ограничивается следующим действием. В данной ситуации процессуальность действия выражается не только акциональным глаголом, но и глаголом восприятия, не относящимся к группе акциональных глаголов. Следовательно, при семантическом квантовании ситуаций нельзя игнорировать глаголы неакционального типа, т.к. репрезентация реально-онтологической ситуации действительности не может быть представлена без учета действий, выраженных неакциональными глаголами, которые специфическим образом модифицируют общую акциональную канву, представленную в текстовом фрагменте.

Терминативные признаки, указывающие на процессуальность действия (фреквентативность, процессуальность) обуславливают реализацию значения непредельности (НП) предшествующего действия:

Павел Петрович медленно похаживал взад и вперед по столовой (он никогда не ужинал), изредка отхлебывал из рюмки, наполненной красным вином, и еще реже произносил какое-нибудь замечание или скорее восклицание, вроде «а! эге! гм!»19.

For his part, Paul Petrovitch paced the room (he never took supper), and sipped a glassful of red wine, and occasionally interjected some such remark - rather exclamation - as "Ah! " or

16 Толкин Дж.Р.Р. Хоббит или Туда и Обратно. - СПб., 1991. - С. 16.

17 Тургенев, И.С. Накануне; Отцы и дети: романы. Степной король Лир: повесть. - Л., 1985. - С. 161.

18 Turgenev, I.S. Fathers and Sons. - Ware: 2003. - P. 37.

19 Тургенев, И.С. Накануне; Отцы и дети: романы. Степной король Лир: повесть. - Л., 1985. - С. 144.

"Oh, no!" or "H'm!"20.

В данном фрагменте текста реально-онтологическая ситуация репрезентируется при помощи глаголов «похаживал» (НП, несовершенный вид (НВ)), «отхлебывал» (НП (НВ)), «произносил» (НП (НВ)). Все перечисленные глаголы, будучи непредельными на этапе языковой объективации, т.е. не имеющими указания на предел действия, остаются таковыми и на уровне речевого контекста, репрезентируя тем самым процессную ситуацию, т.е. в данном случае пример демонстрирует симметрию планов языковой объективации и речевой репрезентации, если рассматривать глагольные формативы с точки зрения их аспектуальных характеристик. Терминативный признак фреквентативности не только не вступает в противоречие с контекстуальным окружением и не накладывает каких-либо существенных ограничений на функционирование стереотипной морфотемы, но и усиливает значение процессности. В представленном фрагменте также наблюдается экспликация акциональной связи глаголами как акционального так и неакционального типа: похаживал, отхлебывал, произносил.

Модитивные признаки носят комплементивный, уточняющий характер и не оказывают существенного влияния на характер акциональной когеренции, зачастую подвергаясь модификациям под влиянием контекста:

Он немножко посеменил ногами, пометался, как гонный заяц на опушке леса, - и внезапно, почти с испугом, почти с криком объявил, что и он намерен уехать21.

He shuffled and wriggled like a hare driven to the edge of a covert, and blurted out, almost in panic-stricken fashion, that he too had a great mind to depart22.

У глагола «семенить» модитивное значение «идти частыми, мелкими шагами» на уровне объективации не препятствует образованию непредельной формы: «семенит», однако накладывает строгие ограничения на существование предельной разновидности: *присеменил. В рамках контекста, т.е. на этапе репрезентации, это строгое взаимодействие аспектуальных и модитивных признаков нарушается, как видно из приведенного выше примера.

Акциентивные признаки обусловливают контенсиональное наполнение последующих глагольных формативов:

23

He took a big bite off a sheep's leg he was toasting, and wiped his lips on his sleeve .

Он оторвал зубами большой кусок от бараньей ноги, которую жарил, и утер губы

24

рукавом .

Акциональная когеренция данного фрагмента представлена как предельными глаголами «оторвал» (П (СВ)), «утер» (П (СВ)), так и непредельным глаголом «жарил» (НП (НВ)). Рассматриваемый текстовый фрагмент репрезентирует процессную реально-онтологическую ситуацию, выраженную при помощи глагольного форматива «жарил». Наличие квалитативного признака «делал жареным» в морфотеме данного глагола приводит к включению в ситуацию действий, возможных только при условии проявления данного признака «жареный» в результате воздействия на объект: «оторвал (зубами)» -«съел» - «утер (губы)». Следовательно, при включении в ситуацию действий, репрезентируемых при помощи акциональных морфотем с акциентивным признаком, можно говорить о зависимости контенсионала последующих глагольных формативов от того или иного акциентивного признака в морфотеме предшествующих глагольных формативов.

Анализ глубинного взаимодействия нескольких логико-семантических признаков морфотем акционального типа на этапе репрезентации свидетельствует об асимметрии объективируемой и репрезентируемой мысли, что выражается в создании нестереотипых

20 Turgenev, I.S. Fathers and Sons. - Ware: 2003. - P. 17.

21 Тургенев, И.С. Накануне; Отцы и дети: романы. Степной король Лир: повесть. - Л., 1985. - С. 221.

22 Turgenev, I.S. Fathers and Sons. - Ware: 2003. - P. 107.

23 Tolkien J.R.R. The Hobbit or There and Back Again. - M.: 1991. - P. 40.

24 Толкин Дж.Р.Р. Хоббит или Туда и Обратно. - СПб., 1991. - С. 51.

морфотем неакционапльного типа в рамках речевого контекста на базе акциональных синтагмем:

...девица с изуродованной шеей то появлялась, то исчезала и дошла до того, что уж полностью стала тарахтеть по-французски...25.

...the girl with the disfigured neck appeared and disappeared, and reached the point where she started rattling away entirely in French...26.

Так, в морфотеме глаголов «исчезала / disappeared», «появлялась / appeared» акциональность уступает место трансмотивности, на первый план выходит значение перемещения субъекта в пространстве, хотя сама идея действия не до конца подавлена идеей перемещения. В результате контекстного влияния возможно полное подавление идеи действия. В синтагмеме глагола «тарахтеть / rattle» на этапе репрезентации под влиянием контекстного окружения признак акциональности подавляется признаком локутивности.

Исследования темпоральных характеристик текстового фрагмента свидетельствуют о том, что при включении в акциональную цепочку, репрезентирующую план прошлого, форм настоящего времени, реализуется потенциальный признак процессуальности действия, обозначаемого глаголом в форме настоящего времени.

Голос Аркадия дрожал сначала: он чувствовал себя великодушным, однако в то же время понимал, что читает нечто вроде наставления своему отцу; но звук собственных речей сильно действует на человека, и Аркадий произнес последние слова твердо, даже с эффектом21.

At first Arkady's voice had trembled a little, since not only did he feel that he was doing the "magnanimous", but also he knew that he was delivering something like a "lecture" to his father; but such an effect does the sound of his own voice exercise upon a human being that towards the end Arkady pronounced his words firmly, and even with a certain degree of empressement28.

Данная реально-онтологическая ситуация имела место в определенный отрезок времени в прошлом, что и репрезентируется при помощи глаголов в форме прошедшего времени. Глаголы «читает» и «действует» стоят в форме настоящего времени, что способствует передачи процессуальности описываемой части ситуации в первом случае и демонстрирует вневременной характер действия во втором случае.

Употребление форм будущего времени свидетельствует о модальном или гипотетическом характере обозначаемого действия:

Бурмин пошел, а старушка перекрестилась и подумала: авось дело сегодня же

29

кончится .

Bourmin went, and the old lady made the sign of the cross and thought: "Perhaps the business will be settled to-day! "30.

При переводе на английский язык выражение упомянутых значений действий может быть достигнуто при помощи глагольного форматива в форме будущего времени в составе прямой речи: авось дело сегодня же кончится - "Perhaps the business will be settled to-day!" или при помощи употребления формы Future - in - Past, включающей указание одновременно и на отнесенность действия к будущему времени и на временную отнесенность ситуации к прошлому: would stay - останутся ужинать.

В текстовых фрагментах на английском языке включение глагольных форм, указывающих на разное грамматическое время, встречается крайне редко из-за

25 Булгаков М.А. Мастер и Маргарита. - СПб., 2000. - С. 204.

26 Bulgakov M. Master and Margarita. - New York: 1997. - P. 136.

27 Тургенев И.С. Накануне; Отцы и дети: романы. Степной король Лир: повесть. - Л., 1985. - С. 147.

28 Turgenev I.S. Fathers and Sons. - Ware: 2003. - P. 21.

29 Пушкин А.С. Повести покойного Ивана Петровича Белкина. Метель. Барышня-крестьянка. - М., 2002.

- С. 22.

30 Пушкин А.С. Повести покойного Ивана Петровича Белкина. Метель. Барышня-крестьянка. - М., 2002.

- С. 23.

ограничений, накладываемых правилами грамматики на согласование временных форм в рамках одного фрагмента текста. Адекватность передачи значения действия достигается за счет использования широкого спектра формальных способов выражения времени в английском языке.

В целом, анализ способов репрезентации акциональной когеренции в текстовом фрагменте на внешнем уровне дает возможность сделать следующие выводы:

1. Различные типы текстовых фрагментов характеризуются одним из видов эксплицитно выраженной акциональной связи: последовательной, параллельной или последовательно-параллельной.

2. В одноплановых ситуациях была выявлена зависимость типа эксплицитно выраженной акциональной когеренции от терминативных признаков глаголов.

3. Акциональная взаимосвязь, представленная в многоплановых текстовых фрагментах, является более сложной и прослеживается не так четко благодаря наличию нескольких участников ситуации, попеременно попадающих в центр повествования.

4. Ситуации промежуточного типа характеризуются отсутствием последовательно-параллельного вида связи.

Глубинное рассмотрение природы акциональной когеренции в текстовых фрагментах позволяет выявить следующие специфические черты взаимодействия нескольких морфотем акционального типа в рамках текстового фрагмента:

1. Ретроспективный модифицирующий характер влияния терминативных признаков: признаки, указывающие на однократность действия (инхоативность, моментанность и др.) обуславливают реализацию значения предельности предшествующего действия. Признаки, указывающие на процессуальность действия (фреквентативность, процессуальность), обуславливают реализацию значения непредельности предшествующего действия.

2. Проспективный характер влияния акциентивных признаков: наличие акциентивного признака в акциональной морфотеме модифицирует контенсиональное наполнение последующей акциональной морфотемы или нескольких акциональных морфотем.

3. Комплементивный характер модитивных признаков, не оказывающих какого-либо существенного влияния на формирование нестереотипной морфотемы и на способ акциональной связи нескольких стереотипных морфотем акционального типа.

Асимметрия объективации и репрезентации мыслительных понятий выражается несоответствием терминативных признаков объективированной синтагмемы их репрезентативным функциям в репрезентируемой морфотеме (предельные глаголы выражают процессную ситуацию и наоборот), использованием временных форм глагольных формативов, не соответствующих временному плану реально -онтологической ситуации, указанием на действие, производимое за рамками репрезентируемой реально-онтологической ситуации.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Апресян, Ю.Д. Акциональность и стативность как сокровенные смыслы (охота на оказывать) // Сокровенные смыслы: Слово. Текст. Культура: сб. статей в честь Н.Д. Арутюновой / Отв. ред. Ю.Д. Апресян. - М.: Языки славянской культуры, 2004. - С. 13 -23.

2. Арутюнова, Н.Д. Предложение и его смысл (логико-семантические проблемы) / Н.Д. Арутюнова. - М.: Едиториал УРСС, 2003. - 384 с.

3. Балин, Б.М. Немецкий аспектологический контекст в сопоставлении с английским: Спецкурс для студентов и аспирантов факультетов иностранных языков / Б.М. Балин. - Калинин, 1969. - 432 с.

4. Гальперин, И.Р. Текст как объект лингвистического исследования / И.Р. Гальперин. - М.: Едиториал УРСС, 2005. - 144 с.

5. Гридина, Н.В. Морфотемный анализ глаголов с логико-семантическим признаком квалитативности в разносистемных языках (на материале русского и английского языков): дис. ... к. филол. н. - Ульяновск, 2003. - 166 с.

6. Карцевский, С.О. Об асимметричном дуализме лингвистического знака / С.О. Карцевский // Введение в языковедение: хрестоматия: учебное пособие для вузов / сост. А.В. Блинов, И.И. Богатырева, В.П. Мурат, Г.И. Рапова. - М.: Аспект Пресс, 2001. - С. 76 - 81.

7. Кобозева, И.М. Лингвистическая семантика: учебник / И.М. Кобозева. - М.: Эдиториал УРСС, 2000. - 352 с.

8. Кубрякова, Е.С. Глаголы действия через их когнитивные характеристики / Е.С. Кубрякова // Логический анализ языка. Модели действия / Ин - т языкознания РАН. - М.: Наука, 1992. - С. 84 - 90.

9. Петрухина, Е.В. Аспектуальные категории глагола в русском языке в сопоставлении с чешским, словацким, польским и болгарским языками / Е.В. Петрухина.

- М.: Издательство МГУ, 2000. - 256 с.

10. Рохлин, А.В. Морфотемный анализ категории акциональности в разносистемных языках (на материале русских и французских глаголов): дис. . к. филол. н. - Ульяновск, 2002. - 131 с.

11. Уфимцева, А.А. Лексическое значение: Принцип семиологического описания лексики / А.А. Уфимцева / под ред. Ю.С. Степанова. - М.: Едиториал УРСС, 2002. - 240 с.

12. Фефилов, А.И. Морфотемный анализ единиц языка и речи / А.И. Фефилов. -Ульяновск: УлГУ, 1997. - 246 с.

13. Фефилов, А.И. О некоторых закономерностях глагольной когеренции во фрагментах текста / А.И. Фефилов // Текстообразующие свойства слова и предложения. -Ульяновск, 1982. - С. 194 - 203.

14. Фефилов, А.И. Основы конфронтативного анализа лексики немецкого и русского языков: учебное пособие / А.И. Фефилов. - Куйбышев: ПИ, 1985. - 81 с.

15. Шевченко, Н.В. Основы лингвистики текста: учебное пособие / Н.В. Шевченко.

- М.: Приор-издат, 2003. - 160 с.

16. Chafe, W. L. Meaning and the structure of language / W.L. Chafe. - Chicago: The University of Chicago Press, 1970. - 360 с.