Институциональные предпосылки формирования национальной модели концентрации капитала корпорации

Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 2 (140). Экономика. Вып. 18. С. 125-132.

Д. А. Сорокин

институциональные предпосылки формирования национальной модели концентрации капитала корпорации

Исследованы теоретические подходы к изучению централизации капитала корпорации. Основное внимание уделено ее экономическому и институциональному аспектам, а также рассмотрению ее особенностей в транзитивной экономике.

Ключевые слова: институциональная экономика, корпорация, экономические институты, капитал корпорации, концентрация капитала, централизация капитала, транзитивная экономика.

Важнейшим фактором, определяющим развитие мировой экономики, является глобализация мирового хозяйства. Ее основу составляет рост взаимозависимости национальных экономик и все более тесная их интеграция. Возникают глобальные системы и инфраструктуры. Существенное влияние на протекающие процессы оказывает научно-технический прогресс, в первую очередь, в области информационных технологий и телекоммуникаций. Процесс глобализации затрагивает не только межгосударственные отношения, но и все уровни экономической системы и экономической науки.

С развитием рыночных отношений происходит изменение теоретических постулатов, трактовки термина «концентрация»: он обозначает теперь сложный многосторонний процесс, несводимый лишь к рыночному аспекту. Изначально традиционные концепции международных экономических отношений в политэкономии были основаны на предпосылке свободной игры рыночных сил, за которыми стоят отдельные национальные экономики, и на предпосылке им-мобильности производственных факторов между странами. В свете таких идеализированных представлений экономические отношения между странами сводились лишь к внешней торговле. А если и допускалось существование определенных субъектов в международных экономических отношениях, то это были правительства отдельных стран.

Однако в действительности в международных экономических и политических отношениях появились новые весьма важные субъекты — транснациональные корпорации, и анализ концентрации на уровне отдельных отраслей и рынков уступил место анализу агрегатной, национально-экономической концентрации. На этой базе развивалось два основных теоретических подхода. В рамках первого подхода

теоретические постулаты деятельности монополистических рыночных структур переносились на анализ международных рынков. При этом заграничные инвестиции считались одной из форм конкурентной борьбы между крупными корпорациями.

Волны слияний, диверсификация, экспансия ТНК и перестройка организационных структур еще в 60-70-х годах подчеркнули тесную взаимосвязь, существующую между организационными и социально-экономическими аспектами функционирования крупной корпорации, основанной в результате концентрации капитала. В частности, наглядно выявилось то, что организационное содержание корпоративных перестроек тесно связано с предельными возможностями акционерной формы собственности в части концентрации и централизации капитала.

Таким образом, важнейшим явлением, тесно связанным с глобализацией, является транснационализация, то есть становление крупных международных корпораций и банков, действующих по всему миру, а потому пути решения большинства экономических проблем следует искать в модернизации деятельности этих крупнейших институтов. Для чего необходимы их детальное изучение, выявление тенденций развития и особенностей функционирования.

Западные экономисты Р. Робинсон, Дж. Робинсон, Л. Тернер, П. Самуэльсон, Р. Барнер, К. Саван придерживаются следующей классификации: все корпорации можно разделить на национальные и транснациональные, а транснациональные, в свою очередь,— на интернациональные, многонациональные (мультина-циональные) и глобальные (супернациональные) корпорации. Все эти четыре вида корпораций в действительности отражают этапы их развития: от национальной к интернациональной компании, от интернациональной

к многонациональной и от последней к глобальной корпорации; такие же стадии проходит и концентрация капитала как процесс, заложенный в основе любой транснациональной корпорации (ТНК). Также в теории ТНК выделяются следующие типы взаимоотношений материнской компании и дочерних предприятий (этой классификации придерживаются Дж. Гелбрэйт, X. Перлмуттер, С. Браун, Р. Верной): этноцентрический, полицентрический, региоцентриче-ский и геоцентрический.

При анализе транснациональной экономики необходимо учитывать два ее аспекта: во-первых, активную конкуренцию между ведущими компаниями, во-вторых, развитую систему их взаимосвязей. Особенностью современного этапа является формирование многочисленных стратегических альянсов, международных не только по масштабу деятельности, но и по составу капитала, ТНК разных стран и многонациональных компаний (МНК). В связи с этим возникает необходимость подробного анализа взаимосвязей ведущих корпораций мира, их особенностей и принципов взаимодействия.

Международный переток капитала — многосторонний процесс, определяющий процессы концентрации капитала в рамках отдельных корпоративных образований и его централизации, протекающие в соответствии с международными нормами права. Одной из составляющих являются международные инвестиции, в том числе направленные на реализацию слияний, поглощений как механизмов централизации капитала. К международным инвестициям относятся долгосрочные вложения капитала в различные отрасли мирового хозяйства с целью получения прибыли.

В мировой практике выделяют три основные формы зарубежного инвестирования: 1) прямые, или реальные, инвестиции (помещение капитала в промышленность, торговлю, сферу услуг — непосредственно в предприятия); 2) портфельные, или финансовые, инвестиции (инвестиции в иностранные акции, облигации и иные ценные бумаги); 3) среднесрочные и долгосрочные международные кредиты и займы ссудного капитала промышленным и торговым корпорациям, банкам и другим финансовым учреждениям.

Проведенный анализ процессов концентрации и централизации капитала в глобальной экономике позволяет сделать следующие основополагающие выводы.

Во-первых, на мировой арене в условиях глобализации экономики значительно обострились процессы международного инвестирования, которые определяются внешнеэкономической политикой отдельных стран, а также возможностями ее либерализации, что делает основными не процессы концентрации капитала в рамках государства, а централизацию капитала на наиболее доходных направлениях глобальной экономики.

Во-вторых, разнообразие форм корпоративных образований на международном уровне, так же, как и в рамках национальных экономик, определяется условиями рынка и состоянием экономики той страны, в которой происходит формирование данных образований. Это делает транснациональные корпорации ведущими субъектами экономических отношений и переводит их конкурентные отношения в разряд международных, отражая политические интересы группы стран, в которых находятся корпорации.

В-третьих, основными методами централизации транснационального капитала, несмотря на глобальность размеров указанной категории, являются классические приемы: слияния, разделения, поглощения и тому подобные явления, обуславливающие перераспределение корпоративного контроля.

В-четвертых, ведущие позиции иностранного капитала на российском рынке «приобретений» значительно потеснены внутренними инвестициями (в основном из непроизводственного сектора экономики); подавляющее большинство сделок носит внутренний характер. Сделки с участием иностранного капитала оцениваются аналитиками как невыгодные для национальной экономки, поэтому в рамках проверки гипотезы о влиянии инвестиций на концентрацию капитала особое внимание необходимо уделить роли прямых инвестиций в формировании эффективного производственного процесса.

В-пятых, основными инициаторами концентрации и централизации капитала выступают крупные банки или крупные промышленные компании.

Однако трансформация, происходящая в российской экономике, процессы приватизации и первоначального накопления капитала, а позднее — распределения и перераспределения государственной и частной собственности, интеграционные процессы в различных сферах бизнеса определяют новые тенденции в формировании

рынка и его институциональной структуры, что, в свою очередь, оказывает существенное влияние на концентрацию капитала. Кроме того, многие крупные российские акционерные компании, хотя и не имеют статуса транснациональных, оказывают определяющее влияние на развитие национального и мирового рынков. В такой ситуации необходимо, с учетом опыта прежних ошибок, обеспечить формирование институциональной структуры национального рынка, адекватной поставленным задачам роста и развития, наглядным подтверждением чего является предкризисное состояние, в котором оказалась отечественная экономика вслед за экономиками США и Европы. Поэтому сформулируем и рассмотрим основные особенности процессов концентрации и централизации капитала.

Процесс централизации капитала представляет собой перераспределение прав собственности между его владельцами, что институционально неразрывно связано с процессами преобразования предприятий, часто называемыми реструктуризацией. Она может проходить в форме:

- экспансии (расширения), включающей в себя слияние, поглощение, тендерное предложение, создание совместного предприятия и приобретение;

- сжатия, включающего распродажу, «отпочкование», выделение капитала, отказ от прав на активы и ликвидацию; преобразования, связанные с правом собственности и контролем и касающиеся рынка корпоративного контроля, программ обратной покупки акций, обменных предложений и т. д.

Мотивом проведения указанных сделок могут быть недостаточная эффективность предприятий; агентский конфликт; «теория гордыни», связанная с чрезмерной склонностью менеджеров к риску; операционная и финансовая синергии; спад на отраслевых рынках; диверсификация и перераспределение ресурсов; а также отделение прав собственности от контроля.

В России слияния, поглощения, с точки зрения мировой практики, имеют свои отличительные черты. В то время как основным мотивом для большинства слияний за рубежом является рост капитализированной стоимости предприятия, для российских производственных компаний это:

- в начале рыночных реформ — объединение акционерного капитала, передача контрольных пакетов компаний в управление вновь

создаваемым холдинговым структурам, обмен пакетами акций в процессе преобразования собственности, приобретение отдельных активов;

- в настоящее время — построение эффективной производственной, торговой либо сбытовой структуры, оптимизация налогообложения и снижение трансакционных затрат. В соответствии с изменением мотивов и способов проведения слияний, поглощений изменяются форма сделки и ее результат.

Особенности процессов централизации капитала в России связаны с различием факторов, на них воздействующих. Эти факторы можно разделить на три группы.

Первая группа особенностей связана с различиями в причинах процессов централизации. Так, например, волны слияний и поглощений традиционно сопутствуют стадии экономического роста, а в условиях России слияния и поглощения происходят вне зависимости от стадий развития экономики. Поэтому факторами, определяющими особенности указанных процессов, а также их специфику, являются: постприватизационное перераспределение собственности, экспансия и реорганизация крупных групп или отраслей, финансовые кризисы.

Вторая группа особенностей связана со спецификой структуры собственности российских компаний и участников операций:

- несмотря на определенные правовые механизмы, миноритарные акционеры компании-«цели» играют пассивную роль и не могут выступать полноценными участниками рынка корпоративного контроля. Для них есть шанс как выиграть за счет более высокой цены, предлагаемой за акции («премия слияния»), так и проиграть (если новый собственник будет проводить политику, ущемляющую их права). При этом неликвидность акций не позволяет им в подавляющем большинстве случаев оценить выгодность продажи;

- особая значимость такого фактора, как личные соображения руководителей. Практически поголовная идентичность менеджеров предприятий и их владельцев приводит к тому, что слияние с более крупным конкурентом часто воспринимается как проигрыш ему;

- сложная и непрозрачная структура (собственности) компаний обусловливает минимум открытости при совершении данных сделок;

- сравнительно высокие требования к доле в акционерном капитале для осуществления

контроля над предприятием (в идеале — до 100 % акционерного капитала);

- взаимоотношения компаний в минимальной степени и относительно неэффективно регулируются законодательно;

- часто неформальный контроль (через «контрактные группы», контроль финансовых потоков, «давальческие» механизмы, соглашения об использовании «денежных суррогатов» и т. д.) является более предпочтительным, чем юридическое оформление слияния или поглощения. Помимо финансовых затрат на такое оформление, часто необходимо преодоление сопротивления региональных властей, конкурентов;

- региональные власти не имеют возможности непосредственного законодательного регулирования интеграционных процессов (как, например, в США), но обычно участвуют в сделках в пользу одной из сторон;

- частные кредиторы могут получить определенные выгоды от выкупа своих требований со стороны компании-«захватчика», а кредиторы, представляющие те или иные государственные институты, часто используются для инициирования дела о банкротстве;

- в качестве «белого рыцаря» может использоваться абсолютно любая структура (не только «дружественный» покупатель акций, но и федеральная структура, региональная администрация, банк-кредитор, судебная инстанция, криминальная группировка, которым со всей очевидностью не требуется приобретать акции ком-пании-«цели»).

Среди наиболее распространенных в России методов поглощений можно выделить следующие.

«Тихое наступление». Сбор блокирующего пакета путем скупки акций у трудового коллектива. Этот метод обычно используют на предприятиях с низкой зарплатой. Чтобы запустить процесс скупки, агрессор предлагает нескольким мелким акционерам суммы, превышающие реальную стоимость акций. Слух об этом быстро распространяется, и начинается ажиотажный сброс акций. Стоимость бумаг резко падает, и агрессор скупает их практически за бесценок. Иногда на определенном этапе поглощения менеджмент все же не выдерживает «ценовой войны» и соглашается на сделку, и враждебное поглощение трансформируется в дружественное слияние. Так, «Северсталь» начала скупать акции у рабочих «УАЗа» и «Заволжского моторного завода» без ведома менеджмента этих

предприятий. Но затем, взвесив возможности и перспективы слияния, руководители заводов согласились на мировую сделку.

«Акционерные войны». Правовая неразбериха середины 90-х годов, юридическая неискушенность собственников вели к тому, что многие операции с акциями осуществлялись с нарушениями закона. Вот типичный случай. На ежегодное собрание акционеров не приглашены все акционеры; агрессор подал в суд, заявив о нарушении их прав. В результате решения собрания признаются недействительными, все действия управляющего органа компании за последний год объявляются неправомочными и — как итог — расторгаются крупные сделки. Подобные нарушения — испытанный инструмент поглощения.

«Размывание акций». Данный метод особенно эффективен, если агрессор — один из крупных акционеров компании. Готовится решение общего собрания акционеров о размещении дополнительных акций по закрытой подписке. Чтобы нейтрализовать противника, агрессор подает на него в суд из-за неких, чаще всего надуманных, претензий. Акции ответчика временно арестованы. Агрессор проводит собрание и размывает акции. Потом суд снимает обвинение, но дело уже сделано, и обратного хода нет.

«Скупка долгов». Эта схема часто применяется на оборонных заводах. Отраслевой банк кредитует оборонное предприятие, выполнявшее госзаказы. Завод не способен вовремя отдать долг. Банк выкупает 80 % долгов и инициирует процесс банкротства. Как основной кредитор, он ставит на завод своего внешнего управляющего, а потом окончательно захватывает предприятие. Во многих случаях поглощение через банкротство — самый простой и удобный путь. Как правило, поглощают предприятия, у которых есть долги. Если поглощать через покупку акций, то агрессор получает в нагрузку долги. Если же завод обанкротить, то потом можно выделить для себя лишь чистые активы. Часто процесс банкротства сопровождается высоким уровнем криминализации.

В последнее время поглощения с помощью жестких методов применяются главным образом к средним и небольшим региональным компаниям, где правовая культура находится на достаточно низком уровне. Процесс передела собственности в регионах приобретает лавинообразный, неуправляемый характер.

Следующая группа особенностей касается типичных форм слияний и поглощений:

- отсутствуют равноправные слияния, что также может быть связано с неразвитым фондовым рынком (соответственно, чаще происходит оплата не акциями, а наличными средствами и векселями);

- известная в США с 80-х годов агрессивная скупка недооцененных на фондовом рынке компаний с целью краткосрочного повышения их рыночной стоимости и последующей перепродажи, часто с раздроблением компании и применением LBO — долгового финансирования и выпуска «мусорных облигаций» (райдеров) практически не распространена;

- несмотря на это, достаточно редки и добровольные «дружественные» слияния и поглощения (свойственные континентальной Европе по крайней мере до 90-х годов). Особенностью России является преобладание жестких враждебных поглощений с использованием «административного ресурса»;

- имеются финансовые ограничения для агрессивного поглощения компании через предложение ее акционерам премий к стоимости акций;

- преобладание агрессивного поглощения через банкротство и различные долговые схемы;

- обмен акциями в российской практике поглощений практически не используется;

- финансирование сделок по приобретению акций осуществляется в основном за счет собственных акционеров;

- среди методов защиты преобладают административно-силовые и судебные (до и после поглощения), то же самое относится и к тактике агрессора;

- создание конгломератов относительно распространено, хотя в мире данный тип слияний утратил свою значимость (среди компаний, акции которых в настоящее время обращаются на Нью-Йоркской фондовой бирже, 40 компаний официально классифицированы как конгломераты, однако все они переориентировались на те сегменты, в которых лидируют. В настоящее время конгломераты приобретают компании в ключевых сферах бизнеса и продают все неключевые активы).

По прогнозам PwC, в ближайшие несколько лет в России число сделок по поглощениям и слияниям фирм будет увеличиваться. Рост ожидается прежде всего за счет сделок по покупке российским капиталом зарубежных компаний

и предприятий. Перечислим специфические черты слияний и поглощений в России.

С позиции рынка и результатов проведенных сделок слияний и поглощений:

—меньшая доля иностранного капитала по сравнению с государствами Центральной Европы, где в процессах поглощений и слияний иностранный капитал главенствовал. В России подавляющее число слияний осуществлялось за счет внутренних источников, хотя в некоторых отраслях (пивоваренной, пищевой, табачной) велика доля иностранного капитала;

—преобладание на рынке крупных компаний (малый и средний бизнес пока еще не стал реальным участником рынка сделок по слиянию и поглощению) — число мегасделок на сумму свыше 100 тыс. долларов каждая ежегодно увеличивается;

—концентрация слияний, поглощений в оборонной промышленности, телекоммуникациях, металлургии (трубная промышленность), нефтехимии, что во многом связано с совершенно другой структурой производства в России по сравнению со странами Центральной Европы;

—преобладание внутренних сделок (то есть сделок по слиянию и поглощению внутри страны), что говорит о значительном потенциале роста российского рынка по сравнению с европейским из-за разницы в процессах приватизации;

—появление на российском рынке иностранного капитала (количество сделок с иностранным участием составило 17 % в 2001 и 14 % в 2003 году), а также определенная экспансия отечественных компаний на европейские рынки (приобретены доли компаний в Венгрии, Хорватии и Норвегии). Это, в основном, объясняется наметившимся процессом консолидации участников российского рынка, а также стремлением российских компаний выйти таким образом в число участников мирового рынка;

—идентичность собственников компании и ее руководства, что значительно усложняет процессы управления предприятием и вносит ряд дополнительных оппортунистических мотивов в деятельность по слияниям и поглощениям.

С позиции методологии проведения слияний и поглощений:

—значительная доля слияний, осуществляемых неформальным путем (с юридической точки зрения);

—в силу специфики российского рынка слияний-поглощений большинство покупателей стре-

мятся приобрести свыше 50 % акций (по принципу «чем больше, тем лучше», чтобы быть спокойными за бизнес);

—незначительное использование современных финансовых инструментов для проведения сделок и изолированность российских предприятий от мирового и европейского фондовых рынков;

—сумма сделки определяется договоренностью между покупателем и продавцом и мало соответствует истинной цене предприятия; как правило, стоимость российских компаний-«целей» значительно занижена по сравнению с зарубежными;

—ввиду непрозрачности большинства компаний и отсутствия развитого фондового рынка сделки проходят мимо государственных структур, поэтому государство их практически никак не регулирует и не пытается развивать. Правда, это не относится к крупным сделкам, носящим системообразующий характер: в энергетике, газо-, нефтедобыче и переработке;

—неактивное участие финансового сектора экономки (в частности, банков, инвестиционных, венчурных компаний) в процессах слияния и поглощения в реальном секторе, и вследствие этого использование предприятиями более дорогостоящих и менее финансово эффективных инструментов: институт банкротства, административный ресурс;

—слияние компаний в России не только не стимулировало переход предприятий и организаций к более развитой рыночной экономике, а, наоборот, зачастую при проведении слияний и поглощений шел передел теневого бизнеса и вторичный передел собственности;

—многие слияния, которые казались экономически обоснованными, потерпели неудачу из-за ошибок, допущенных в процессе их осуществления: неверная оценка поглощающей компанией привлекательности рынка или конкурентной позиции поглощаемой (целевой) компании; недооценка размера инвестиций, необходимых для осуществления сделки по слиянию или поглощению компании; ошибки, допущенные в процессе реализации сделки по слиянию; различия в ведении бухгалтерского учета и корпоративной культуре.

Общая интенсивность слияний, поглощений в России на порядок ниже, чем в США. Если в России число сделок по слиянию, поглощению измерялось, по самым оптимистическим оценкам, несколькими сотнями, то в США — несколькими тысячами. Подобное положение

связано с рядом ограничений, основными из которых являются следующие.

1. Существование различных возможностей контролировать предприятие, не являясь его юридическим собственником. Это связано, например, с механизмом так называемых «контрактных групп», которые получили в РФ широкое распространение. Формирование таких групп происходило с использованием «давальче-ских» механизмов поставок сырья, с заключением соглашений между предприятиями технологической цепочки об использовании «денежных суррогатов». «Давальческие» контракты позволяли собственнику сырья устанавливать практически полный контроль над потоками переработанной продукции, неся минимальные издержки и находясь в очень слабой формальной связи с производителем.

2. Высокие трансакционные издержки. Безусловно, юридически оформленное слияние или поглощение является более надежным (и поэтому более перспективным в стратегическом плане), чем неформальный контроль. Но возможные издержки такого юридически оформленного контракта и наличие альтернатив приводят к тому, что юридически оформленное слияние или поглощение в России обычно происходит тогда, когда структура, которая инициирует подобные процессы, обладает достаточной силой, чтобы успешно противостоять различным внешним воздействиям, например, со стороны местной администрации или местных криминальных группировок. Трудоемкость и капиталоемкость процедуры классической сделки (необходимость в большинстве случаев проведения нескольких собраний акционеров/участников, квалифицированное «голосование», согласование с государственными органами, финансовые издержки, затраты на приобретение акций у несогласных акционеров, снижение ликвидности общества — приобретателя акций).

3. Недостаточная развитость фондового рынка. Позиция компании-эмитента на рынке корпоративных ценных бумаг определяется не финансовым положением, не результатами производственно-хозяйственной деятельности, не научно-техническим потенциалом, а интересом со стороны крупного капитала.

С одной стороны, в силу ограниченности внутреннего интереса к этому сегменту финансового рынка его конъюнктура больше зависела от иностранного капитала, а следовательно,

от общей мировой конъюнктуры, чем от экономической ситуации в стране. С другой стороны, большинство руководителей российских предприятий недооценивали значение поддержания ликвидности акций своих компаний, а иногда даже принимали меры по ограничению свободы продажи акций.

В таких условиях нельзя было говорить о том, что показатель рыночной капитализации компаний является объективной оценкой реальной стоимости предприятий. Это, безусловно, осложняло сам процесс слияния, а также существенно ограничивало возможности исследования эффективности слияний. К тому же отсутствие рыночных условий (цивилизованная инфраструктура, информационная прозрачность, сбалансированность спроса и предложения) приводило к тому, что предприятиям не было необходимости поддерживать ликвидность своих акций с помощью организационно-структурных преобразований (в том числе слияний и поглощений).

4. Непопулярность классических слияний и поглощений в России из-за:

—отсутствия нормативного регулирования сделок с долговыми обязательствами;

—возможности снижения стоимости сделки по получению контроля посредством приобретения долговых обязательств и сохранения «инкогнито»;

—влияния кредиторов (право досрочного прекращения обязательств, возможные выплаты);

— наличия задолженности у присоединяемой компании перед бюджетом и внебюджетными фондами и издержек по ее реструктуризации и др.

5. Игнорирование интересов акционеров (в частности, при проведении сделок слияний и поглощений). Это обычно связано с конфликтами типа «менеджер-акционер»; часто в такие конфликты включаются различные органы государственной власти. О стремлении к достижению приоритетной цели рыночной экономики — увеличения благосостояния акционеров — не может быть и речи. В связи с данными конфликтами и недоверием инвесторов к менеджменту фирмы нет возможности привлекать капитал на рынке ценных бумаг и, как следствие, ограничены средства для осуществления выгодных инвестиционных проектов, в частности, таких, как слияния/поглощения.

В результате изучения отечественной и зарубежной теоретической и методологической

литературы, периодики и статистического материала были выявлены следующие особенности национальной модели концентрации капитала.

Во-первых, к моменту завершения ваучерной приватизации контроль процесса концентрации капитала российских промышленных предприятий можно рассматривать как распыленный и инсайдерский.

Во-вторых, при изучении особенностей и результатов деятельности российских акционерных компаний практически проверена гипотеза об эффективности инсайдерской модели как модели крупных акционеров, сложившейся в отечественной экономической практике. На рассмотренных примерах доказана неспособность этой модели формировать капитал, адекватный закономерностям развития гражданского общества, когда вся совокупность его членов принимает участие в формировании, развитии и распределении капитала страны. Что, в свою очередь, обуславливает низкую эффективность капитала и национальной экономики в целом и входит в противоречие с моделями его реализации в постиндустриальных странах.

В-третьих, существуют следующие основные тенденции развития рынка корпоративного контроля: а) тенденция к концентрации собственности и контроля — вплоть до приобретения 75 %-го пакета акций; б) тенденция к максимальной закрытости и непрозрачности деятельности акционерных обществ — в рамках формирования сложных систем корпоративного контроля над крупными предприятиями через многочисленные аффилированные фирмы и оффшорные компании; в) совмещение функций менеджера и собственника (как правило, обладающего крупным пакетом акций) одним лицом.

В-четвертых, в качестве наиболее важной специфической характеристики российской модели концентрации капитала, сложившейся на основе этих тенденций, можно выделить извлечение доходов от его использования не через прибыль (что характерно для англосаксонской модели), а через контроль доминирующего собственника над финансовыми потоками предприятия.

В-пятых, рост капитализированной стоимости предприятия не является основным мотивом для большинства слияний. В начале рыночных реформ главными целями были: объединение акционерного капитала, передача контрольных пакетов компаний в управление вновь создаваемым холдинговым структурам, обмен пакетами

акций в процессе преобразования собственности, приобретение отдельных активов; в настоящее время это построение эффективной производственной, торговой либо сбытовой структуры, оптимизация налогообложения и снижение трансакционных затрат. В соответствии с изменением мотивов и способов проведения слияний, поглощений изменяются форма сделки и ее результат.

В-шестых, сделки слияний и поглощений в России характеризуются: меньшей долей иностранного капитала по сравнению с государствами Центральной Европы; преобладанием на рынке крупных компаний; концентрацией капитала в основном в оборонной промышленности, телекоммуникациях, металлургии (трубная промышленность), нефтехимии; преобладанием

внутренних сделок; появлением на российском рынке иностранного капитала и экспансией отечественных компаний на европейские рынки.

В-седьмых, с позиции методологии использования механизмов централизации можно выделить следующие особенности: существенная доля слияний, осуществляемых неформальным путем (с юридической точки зрения); стремление к высокой концентрации капитала и покупке свыше 50 % акций; незначительное использование современных финансовых инструментов для проведения сделок; отсутствие государственного регулирования и неактивное участие финансового сектора экономки (в частности, банков, инвестиционных, венчурных компаний) в процессах слияния и поглощения в реальном секторе.