Номенклатура родства у тувинцев России, Монголии и Синьцзянь-Уйгурского автономного района Китая (по материалам полевых исследований)

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 8. ИСТОРИЯ. 2014. № 1

А.А. Конгу

(аспирантка кафедры этнологии исторического факультета МГУ имени М.В.

Ломоносова)*

НОМЕНКЛАТУРА РОДСТВА У ТУВИНЦЕВ РОССИИ, МОНГОЛИИ И СИНЬЦЗЯНЬ-УЙГУРСКОГО АВТОНОМНОГО

РАЙОНА КИТАЯ

Статья посвящена номенклатуре родства у тувинцев России, Монголии и Синьцзянь-Уйгурского автономного района Китая. На основе научной литературы и полевых материалов делается попытка рассмотреть данный вопрос в сравнительном аспекте. Такое исследование дает возможность выявить общие и специфические черты в культуре, вскрыть сложные социальные отношения, способствует созданию комплексного описания системы родства.

Ключевые слова: тувинцы, мончаки, кок-мончаки, род, родство, термины родства, термины свойства.

The article wvers the nomenclature of kinship among the Tuvans of Russia, Mongolia and Xinjiang Uygur Autonomous region of China. On the basis of the scientific literature and field materials the author considers this issue in a comparative perspective. This study gives the possibility to reveal general and specific features in culture, expose complex social relations, contributes to the creation of a comprehensive description of the system of kinship.

Key words: tuvans, monchak, kok-monchak, kinship, relationship, kinship terms, terms.

* * *

Изучение номенклатуры родства, часто обозначаемой как система терминов родства, является одной из самых важных и в то же время сложных проблем этнографии, помогающей раскрыть и описать не только систему родства, но и пролить свет на многие вопросы, связанные с социальной структурой и этнической историей любого народа. Исходя из такого понимания, исследование номенклатуры родства у тувинцев — одного из тюркоязычных народов России, проживающего в Южной Сибири, в Республике Тыва, — является весьма интересной и актуальной задачей, учитывая то, что помимо России, тувинцы, а точнее их этнические группы, расселены на территории Монголии и Синьцзянь-Уйгурского автономного района Китайской Народной Республики. На наш взгляд, подобное исследование, которое выводит на многие проблемы эт-

Конгу Аржаана Алексеевна, тел.: 8-926-736-25-42; e-mail: konguarzhaana@mail.ru

ногенеза, этнической истории не только тувинцев, но и других родственных тюрко-монгольских народов Центральной Азии, поможет установлению ряда общих черт в социальной структуре, что является важным в теоретическом плане.

В данной статье сделана попытка проанализировать в сравнительном аспекте основные термины родства у тувинцев России, общество которых находится на стадии трансформации, Монголии и Синьцзянь-Уйгурского автономного района Китая, где также происходят сложные этнические процессы.

Отметим, что говоря о тувинцах Монголии, мы имеем в виду кобдинских — «хомду тывалары», которые проживают в сумоне Буянт Кобдоского аймака Монголии. Их также называют «мон-чак», а сами они именуют себя «тува». Распространены и другие экзоэтнонимы. Так, М.В. Монгуш пишет: «Всех остальных тувинцев в Монголии чаще всего называют "урианхай", иногда "уйгур", но в последнее время намечается тенденция называть их "тува"»1.

Что касается этнических групп тувинцев Китая, то они сосредоточены в основном на территории Алтайского округа Синьцзянь-Уйгурского автономного района, который является одним из пяти автономных районов. Округ Алтай входит в Или-Казахский автономный округ, который был учрежден в 1954 г.2 Наши полевые исследования велись в уездах Бурчин, Ханас, Хом, Ак-Хава Или-Казахского автономного округа.

В Китае тувинцев называют «кек-мончаками», хотя они сами себя называют «тыва». Из слов пожилых людей, наших информаторов, мы выяснили, что их так начали называть казахи.

М.В. Монгуш по этому поводу пишет: «В научной литературе "кек-мончак" переводят как "синие ожерелье", а иногда "голубые шнуры" или "голубые ленты". По одной популярной версии, когда-то тувинцев отличали от других народов этого региона по синим лентам, которые они носили на шее, отсюда якобы и произошло название "кек-мончак"»3.

Также М.В. Монгуш предполагает, что среди китайских тувинцев существует довольно большая родоплеменная группа мончак. Возможно, в свое время из числа всех тувиноязычных групп, проживавших в Синьцзяне, мончаки были наиболее многочисленной группой и по этой причине мончаками стали называть тувинцев4.

1 Монгуш М.В. Тувинцы в Китае: проблемы истории, языка и культуры // Учен. зап. ТНИИЯЛИ. Сер. историческая. Вып. ХУШ. Кызыл, 1995. С. 31.

2 http://ru.wikipedia.org/wiki/

3 Монгуш М.В. Один народ: три судьбы. Тувинцы России, Монголии и Китая в сравнительном контексте. Осака, 2010. С. 11.

4 Там же.

Источниками для написания статьи послужили исследования ученых в этом направлении и полевые материалы, собранные автором в ходе этнографических экспедиций в изучаемые регионы, давшие весьма интересный и разноплановый материал.

При написании работы был использован историко-сравнитель-ный метод, с помощью которого были выявлены общие и специфические черты в терминах родства и элементах культуры тувинцев России, Монголии и Китая. Он также позволяет обеспечить объективность исследования, уточнить ряд важных вопросов при анализе социальных отношений у тувинцев Монголии и Синьцзя-ня Китая, которые живут в полиэтничной среде. Они сохраняют свой язык, этническое самосознание и многие черты традиционной культуры в «чистом» виде, что позволяет в некоторой степени реконструировать отношения, обычаи и обряды, которые есть у тувинцев Республики Тыва в трансформированном виде, развитие которого проходит с 1944 г. в составе Российской Федерации.

В ходе экспедиций использовались методы конкретных социологических исследований: беседа, опрос, анкетирование, интервьюирование и т.д.

Система родства и система терминов родства у тувинцев России изучена сравнительно хорошо благодаря работам Е.К. Яковлева5, Ф.Я. Кона6, Л.П. Потапова7, Н.А. Сердобова8, результатам исследований А.А. Бурыкина9, изложенных в статьях в соавторстве с другими учеными, С.М. Биче-оол10, В.С. Донгак11 и др.

Дореволюционные исследователи Е.К. Яковлев и Ф.Я. Кон первыми поставили вопрос о родовых отношениях у сойотов, как тогда называли тувинцев, выделив и описав основные типы родства, о чем речь будет идти ниже.

5 Яковлев Е.К. Этнографический обзор инородческого населения долины Южного Енисея и объяснительный каталог этнографического отдела музея. Минусинск, 1900; Он же. Этнографические заметки о сойотах-урянхайцах // Известия Красноярского подотдела ИРГО. Т. I, вып. 3. Красноярск, 1902.

6 Кон Ф.Я. Экспедиция в Сойотию. М., 1934.

7 Потапов Л.П. Очерки народного быта тувинцев. М., 1969.

8 Сердобов Н.А. История формирования тувинской нации. Кызыл, 1971.

9 Бурыкин А.А., Летягина Н.И. Терминология родства тувинцев в сравнении с терминами родства других тюркских народов Южной Сибири // Алгебра родства: родство, системы родства, системы терминов родства / Сост. и отв. ред. В.А. Попов. Вып. 4. СПб., 1999. С. 179—196; Бурыкин А.А., Омакаева Э.У. Термины родства и свойства монголов и бурят // Там же. Вып. 7. СПб., 2001. С. 240—247; Бурыкин А.А. Проблемы семантической реконструкции терминов родства в алтайских языках и перспективы реконструкции общеалтайской системы терминов родства // Там же. С. 136—172.

10 Биче-оол С.М. Система родства у тувинцев // Гуманитарные исследования в Туве: Сб. научных статей / Отв. ред. К.А. Бичелдей и др. М., 2001.

11 Донгак В.С. Этническая идентичность тувинцев: Автореф. ... канд. соц. наук. СПб., 2003.

Исследователь советского периода Л.П. Потапов написал ряд важных работ, посвященных истории, культуре, религии и социальным отношениям народов Саяно-Алтая. Н.А. Сердобов на основе архивных, статистических и полевых материалов подробно исследовал происхождение и расселение родоплеменных групп тувинцев в связи с изучением этногенеза.

Наибольший интерес представляют исследования А.А. Бурыки-на, выполненные совместно с другими учеными в связи с глубоким историко-лингвистическим изучением системы терминов родства в сравнительном аспекте у тувинцев, алтайцев и хакасов. Это позволило не только выявить общие и особенные черты у данных народов, принадлежащих к алтайской языковой семье, но и ответить на ряд вопросов теоретического характера.

Тувинский ученый С.М. Биче-оол подробно описала систему родства тувинцев, определив ее как классификационную.

В 2003 г. Л.С. Кара-оол была защищена диссертация на соискание степени кандидата филологических наук на тему «Термины родства и свойства в тувинском языке», где автор на основе богатого материала систематизировала и лингвистически всесторонне проанализировала термины родства и свойства12.

В указанных работах авторы в соответствии с поставленными целями и задачами исследования описывали, анализировали, сравнивали, обобщали те или иные стороны системы родства и социальной жизни тувинцев. Тем не менее мы разделяем точку зрения Ч.К. Ламажаа (Тувинский институт гуманитарных исследований), написавшей ряд важных и интересных работ о тувинском обществе, актуальных проблемах тувиноведения, предлагающей новые подходы к анализу многих явлений. В одной из своих работ она пишет: «Тувинец и его родственный круг, взаимоотношения между родственниками и взаимоотношения между родоплеменными группами — это особая тема, точнее несколько тематических блоков, которые еще ждут своих исследователей. Причем, надо подчеркнуть, что эти социальные отношения в традиционном виде изучены лишь фрагментарно, и не исследована вовсе их трансформация, современное состояние. А ведь раскрытие этих вопросов покажет нам, насколько сложной, богатой и противоречивой на проявления (резко-континентальной!) была и остается тувинская социальная жизнь, как традиционная, так и трансформированная»13.

Исследователями истории, этнографии, лингвистики этнических групп тувинцев Монголии и Китая являются Ю.Л. Аран-

12 Научная библиотека диссертаций и авторефератов: http://www.dissercat.com/ content/terminy-rodstva-i-svoistva-v-tuvmskom-yazyke#ixzz2RsXoBVDV

13 Ламажаа Ч.К. Тувиноведение: Новые горизонты. М., 2013. С. 79.

чын14, М.Х. Маннай-оол15, М.В. Монгуш16, П.С. Серен17, Э. Таубе18, Е.В. Айыжы19, Ц. Уламсуренгийн20. Так, Ю.Л. Аранчын, М.Х. Ман-най-оол посвятили свои исследования истории и картине родового состава, в частности, родовым этнонимам. П.С. Серен, М.В. Монгуш, Е.В. Айыжы в своих работах, затрагивающих различные аспекты языка, истории, культуры, идентичности тувинцев Монголии, приводят данные по названиям основных родовых групп и подгрупп тувинцев. Работы П.С. Серен, Ц. Уламсуренгийн посвящены этнолингвистике и фольклору кобдоских тувинцев. Несомненно, перечисленные исследования составляют базу, фундамент для любого исследователя, который изучает те или иные аспекты жизни и культуры тувинцев. В то же время система родства и анализ номенклатуры родства, за которыми стоят сложные социальные отношения, формирующие определенные модели поведения, запреты и предписания, в данных исследованиях не получили освещения.

Начнем с определения понятия «родство». Что это такое? Родство — совокупность людей, связанных общими предками, усыновлением или браком, а также связь между людьми (родственниками), обусловленная общностью их происхождения — одного лица от другого (прямая линия родства) или разных лиц от общего предка (боковые линии родства)21.

Родство можно определить несколько иначе, а именно: кровная связь между людьми, с наличием которой закон связывает определенные права и обязанности. Оно основано на социальном признании и принятии ролей, определенных не в биологических, а в генеалогических терминах. Так, усыновление или удочерение ребенка родителями, которые не являются его кровными родствен-

22

никами, например матерью или отцом, также считается родством22.

14 Аранчын Ю.Л. Новые этнографические и филологические материалы из Северо-Западной Монголии // Учен. зап. Тувинского научно-исследовательского института языка, литературы и истории. Вып. XVII. Кызыл, 1975. С. 212—218.

15 Маннай-оол М.Х. Тувинцы Монголии: традиции и современность // Учен. зап. ТНИИЯЛИ. Вып. XVIII. Кызыл, 1995. С. 56—61.

16 Монгуш М.В. Тувинцы Монголии и Китая и их этнолокальные группы // Учен. зап. ТИГИ. Вып. XIX. Кызыл, 2002. С. 12—31; Монгуш М.В. Тувинцы Монголии: особенности современного этнического развития // Цырендоржиевские чтения. Сб. науч. ст. Киев, 2003. С. 202—215; Монгуш М.В. Один народ: три судьбы...

17 Серен П.С. Научный отчет о командировках в Северо-Западную Монголию // Учен. зап. ТИГИ. Вып. XXI. Кемерово, 2007. С. 321—329.

18 Таубэ Э. Изучение фольклора у тувинцев Монгольской Народной Республики // Советская этнография. 1975. № 5. С. 106—111.

19 Айыжы Е.В. Тувинцы Кобдоского аймака Монголии: этничность и культура. Кызыл, 2007.

20 Уламсуренгийн Ц. Образцы фольклора и речи кобдоских тувинцев. Кызыл, 2003. 192 с.

21 http://www.lomonosov-fund.rU/enc/ru/encyclopedia:0128867

22 http://www.lomonosov-fund.rU/enc/ru/encyclopedia:0128867

Что же представляет собой родство в традиционных обществах? Природа родства в них предстает в несколько ином виде. Исследователями установлено, что родство в традиционных обществах — не просто биогенетические связи, а сложные социальные отношения, в ходе которых возникает социальное, искусственное родство. С этой точки зрения родство — социальный феномен.

Согласно Л. Уайту, американскому антропологу, этнологу и культурологу, последователю эволюционизма, написавшему ряд фундаментальных работ по культуре индейцев, во внесемейных родственных отношениях возникает такое явление, как социальное, а не биологическое родство, которое в процессе развития выдвигается на первое место23. Другой исследователь, британский социально-культурный антрополог, представитель структурного функционализма, основатель политической антропологии Э.Э. Эванс-Прит-чард и его последователи также писали об объединении кровнородственных групп и возрастных классов в общую социальную систему24.

Что есть родство для тувинца? Какую роль играют родственники, родня в его жизни? В данном отношении Ч.К. Ламажаа пишет: «"Точка отсчета", основа идентичности, его главный социальный мир? Разумеется, это так. Тувинца без родственников практически "не бывает", то есть он не мыслит своего существования вне родни. В его жизни всегда есть двоюродные, троюродные и прочие братья, сестры, тети, дяди... Они составляют его "большую семью", основу его идентичности»25.

Впервые типы родства, как указывалось выше, у тувинцев были выделены Е.К. Яковлевым. Он писал: «Сойоты различают, поскольку пришлось установить, три степени родства: торель, сеок торель, хан торель. Торель — все роды, сумо и хошуны сойот, затем роды других племен, считаемых по преданиям, родственниками сойотам, таковы: дальнекарагинцы у сагайцев; хашь ("гнусовый") — карагасы, теленгиты в верховьях Хемчика и по р. Катунь; алдай-тува (алдай-урянха). Сеок торель — родству по крови, по кости, хан то-рель — кровное родство, считают исчезающим в пятом колене. Все остальные люди, не связанные друг с другом ни родством по крови, ни по родовым делениям, ни по сохранившимся преданиям, называются "юске башха" — "не наши, посторонние"»26.

В тувинской терминологии родства лица, связанные родством, именуются по отношению друг к другу родственниками — «тврел».

23 White L.A. The evolution of culture. N.Y., 1959.

24 Evans-Pritchard E. The Nuer. Oxf., 1940.

25 Ламажаа Ч.К. Тувиноведение: Новые горизонты. М., 2013. С. 81.

26 Яковлев Е.К. Этнографический обзор инородческого населения долины Южного Енисея. Минусинск, 1900. С. 88.

Под понятием «терел» объединяются все родственники. Слово «терел» не означает конкретную степень родства, а выступает в обобщающем собирательном значении. Имеется еще один термин, близкий к указанному. Интересен он архаичностью, устойчивостью в генетической памяти народа. Отражая иные, древние родовые отношения, этот термин демонстрирует удивительную способность трансформироваться от понятия степени родства родовой группы к понятию принадлежности к целому этносу, как понятие «национальность». Термин «сеек» переводится — кость, костный, порода, качество. Заметим, при вопросе — какой он «кости», причем слово «торель», как правило, уже не употребляется, всегда получаем ответ: «я тувинец». Все родственники «терел» подразделяются на близких — «чоок терел» и дальних «ырак терел». Такое деление имеет внешне определенный смысл. Только за термином — «чоок терел» стоят глубинные, по внутреннему содержанию сложные степени родства27.

Таким образом, родство и родственники у тувинцев обозначается термином «терел» (ед. число), «терелдер» — (мн. число), «терелдерим» — мои родственники. Учет ведется от первого лица (эго).

При этом тувинцы различают «хан терел» — кровные родственники, родные братья и сестры, которых часто именуют «кады терээн» — единоутробные. Также различают «чоок терел» — близкие родственники. Ими являются родственники по линии матери, двоюродные и троюродные братья и сестры; «ырак терел» — дальние родственники. Также тувинцы часто различают «сеек торел» или «терел чоннар», «сеек терел чоннар». Данный термин распространяется на другие народы, которые, по мнению тувинцев, являются близкими к ним по происхождению, языку и культуре. Таковы, например, алтайцы, хакасы, сойоты, тофалары, шорцы.

Также имеется термин «егбе» — предок, «егбелерим» для обозначения предка, прадеда, деда. Заметим, якуты для обозначения предка используют слово «ебYге». Корнем данного слова в тувинском языке является слово «ег» — юрта. Мы можем предположить, что данное слово имеет глубокий смысл, связанный с юртой, которая выступает не только как традиционное жилище, но и как начало жизни, исток, микрокосм, маленькая модель вселенной, откуда все и зародилось. Таковы и «егбелер» — наши предки, истоки.

Родство у тувинцев различается как по линии отца, так и по линии матери. Это связано с тем, что в формировании потомства принимают участие оба родителя. Поэтому очень важно, чтобы родители не состояли в родственных отношениях, особенно в кровнородственных — хан терелдер. Для соблюдения данного запрета

27 Биче-оол С.М. Система родства у тувинцев // Гуманитарные исследования в Туве: Сб. научных статей / Отв. ред. К.А. Бичелдей и др. М., 2001. С. 191.

существует обычай, как и у других народов Саяно-Алтая, называемый «алышпас», «ап болбас» — не брать жен и мужей из своего рода.

С.М. Биче-оол пишет: «В основе становления семьи лежали брачные нормы. Они претерпевали изменения, но была одна норма, которая к началу XX века сохранилась и строго соблюдалась. Так, "нельзя было жениться мужчинам внутри своего рода (кости) и не только рода, но и всего сумона", — пишет Л.П. Потапов. С.И. Вайнштейн, исследуя тувинцев Тоджинского района, отмечает, что "у тоджинцев, в особенности у оленеводов до недавнего времени сохранялась родовая экзогамия". Экзогамны были существовавшие в Туве все родовые подразделения. Например, мужчины родовой группы "саая" сватали девушек в родовых группах "сары-глар", "куулар", "ооржак". Но есть крупные родовые подразделения, такие как "оюн", "монгуш", "ондар", "ооржак", где существовали и внутриродовые нормы брачных отношений, например, мужчина "оюн" мог жениться на женщине "оюн". Однако принципа обязательности, чтобы мужчина "монгуш" женился только на женщине "монгуш", не было. Если мужчина выбирал себе в жены девушку из одноименной группы, то только с одним условием, чтобы не жениться на кровных родственницах. Мужчинам, впервые создающим семьи, считалось неприличным жениться даже на отдаленной родственнице»28.

Ф.Я. Кон по этому поводу пишет: «Относительно заключавшихся браков нужно отметить, что брак в пределах клана допускался лишь при условии, что родство со стороны отца не ближе восьмого колена. Исключения бывали, но сойоты к такого рода бракам относились с крайним осуждением»29.

Е.К. Яковлев тоже писал: «Вступавшие в брак должны были происходить из разных родов. Уход девушки из рода отца в род мужа сопровождался даже особым порядком — "леном". Жених во время свадьбы должен был взять в рот кусок баранины ("лен"), за другой конец которого ухватывалась невеста, и резким движением головы оторвать часть его, — что означало отрыв невесты от отцовского рода»30.

Запрет таких браков объясняется и по сей день тем, что «при женитьбе близких родственников смешивается кровь и от этого потомство будет нездоровым, плохим» («чоок тврел улус вгленирге, хан холчуушкуну болуп, \ре-салгалы баскыраар»). Сами тувинцы называют 4—5 поколений31.

28 Биче-оол С.М. К вопросу о положении женщины в Туве (с начала XX в. до 1940-х гг.) // Учен. зап. ТИГИ. Вып. XX. Кызыл, 2004. С. 122.

29 Кон Ф.Я. Экспедиция в Сойотию. М., 1934. С. 133.

30 Яковлев Е.К. Этнографический обзор инородческого населения долины Южного Енисея. Минусинск, 1900. С. 90.

31 Биче-оол С.М. К вопросу о положении женщины в Туве... С. 123.

Таким образом, у тувинцев не практиковались браки «с ближайшими кровными родовичами», а заключались за пределами поколенной лестницы родства, явившейся социальной нормой в регулировании брачных отношений вообще и родственных браков в частности. Поколенная лестница родства, возникнув, видимо, в условиях перехода от матрилокального к патрилокальному браку, с течением времени стала основой основ заключения брачных отношений у тувинцев32.

И в наши дни среди тувинцев России, Кобдоского аймака и Синьцзяня этот брачный запрет соблюдается. Отметим только, что тувинцы России называют 3—4 поколения, тогда как тувинцы Кобдо и Синьцзяня строго придерживаются запрета до 4—5 колена. Поэтому дети должны хорошо знать родственников по двум линиям. Они должны выстраивать модель поведения по отношению к родственникам матери — «авамныц кады терээннери» и отца — «ачамныц кады терээннери», которые выступают «коллективной матерью» и «коллективным отцом». Дети должны уважать и почитать всех родственников отца и матери, независимо от возраста и статуса. Здесь хотелось бы отметить одну особенность, которая выражена в тувинской пословице «Ие терели — алдын, ада терели — мецгун», что значит «Родственники по линии матери как золото, родственники по линии отца как серебро». Данная пословица показывает, что родственники по линии матери являются более близкими, чем родственники по линии отца. Это — характерная особенность не только тувинцев, но и других тюрко-монгольских народов Саяно-Алтая и Центральной Азии — учет материнской линии родства. Так, Н.А. Тадина, которая является исследователем истории, культуры и этнографии алтайцев, пишет: «Почитание сеека (рода) матери и ее родственников выражается в особо почтительном и уважительном отношении к его представителям. Родственники матери не являются кровными, по сравнению с линией отца, но составляют особую категорию, называемую "даай" ("дядя"). Если по отношению к людям из сеека отца соблюдается в основном возрастная градация, то родственники по линии матери, как обычно, не различаются по возрасту. К ним, даже к малолетним, обращаются на "Вы"»33.

Дядя по линии матери — это особая фигура в традиционных обществах, ведущих родство по патрилинейному родству. Дядя по матери опекает, ищет жену своему племяннику. У тувинцев, в том числе и у тувинцев Монголии и Синьзяня до сих пор бытуют такие

32 Там же.

33 Тадина Н.А. Система терминов родства и этикетные нормы обращения алтайцев // Алгебра родства: родство, ситемы родства, системы терминов родства. Вып. 4. С. 223—224.

пословицы: «Даг улуг бе азы даай улуг бе? / Кто выше — гора или мой дядя?», «Дагдан даай бедик / Выше горы только мой дядя» и др.

В.Я. Бутанаев пишет: «Термин "таай" восходит к первоначальной древнетюркской форме "тагай", которая, вероятно, образована от основы "таг" — гора. Дядя по матери считался в жизни племянников таким же высоким и весомым, как гора. По этому поводу хон-горцы высказываются следующим образом: дядя "тайы" выше горы, а его племянник ниже земли»34.

Здесь мы видим обычай авункулата. Авункулат (от лат. «avun-gulus», дядя по матери) — институт особых отношений между дядей по матери и племянником, который выражается в особо почтительном отношении к дяде. Пережиток матриархата.

У тувинцев уважительное отношение к дяде и особые отношения между дядей и племянником (-ами) сохраняются. Это мы можем проиллюстрировать на примере одного из обрядов тувинцев — «дой», «баш хылбыктаарынын дойу», на который съезжаются почти все родственники. При проведении обряда стрижки волос ребенка в три года, обязательно приглашают дядю по матери. Дядя — самый важный и уважаемый гость на празднике. Он первым «прикасается» к голове племянника, состригает прядь волос и произносит благопожелание.

Так, летом 2012 г. в Кобдоском аймаке Монголии мы были приглашены на свадьбу. Жених — тувинец, невеста — халха-монголка. Весь свадебный обряд имеет веками сложившиеся правила. Здесь мы могли увидеть и зафиксировать отношения не только между родственниками, как по линии матери, так и по линии отца, но и между свойственниками — кудалар. Главной фигурой, кроме жениха и невесты и их родителей, выступал старший дядя жениха — Твмурээ акый, который и проводил весь сложный обряд — исполнял роль «айтыкчы». В тувинском языке данное слово образовано от глагола «айтыр» — «указывать» с прибавлением суффикса «чы», что значит дословно «указатель» в значении человека, который организует и проводит весь сложный обряд.

Теперь переходим к описанию некоторых терминов родства. На основе собранных материалов нами составлена таблица, в которой сравниваются термины родства у тувинцев России, Монголии и Синьцзяня. Отметим, что приводятся не все термины, а самые основные.

Из таблицы видно, что термины родства у трех групп одинаковые, но некоторые термины у тувинцев Монголии и Синьцзяня отличаются. Прежде всего, мы видим влияние монгольского языка. Так, старшая сестра у двух групп обозначается монгольским термином «эгч».

34 Бутанаев В.Я. Степные законы Хонгорая. Абакан, 2004. С. 122.

Таблица 1

Сравнительная таблица некоторых терминов родства

Тувинцы России

бабушка кырган-авай, эне эне/эней, кырган-авай эне, эней, кырган-авай

дедушка кырган-ачай эжей эжей

отец ача, ачай, ада ачай аажай

мать ава, авай, ие ава, авай ава, авай

старшая сестра угбай эгч (монг.), эгчизи эгч (монг.), эгчизи

старший брат акы, акый акы, акый агазы

младшая сестра дуцмай дуцмай дуцмай

младший брат дуцмай дуцмай дуцмай

брат отца акы (-зы) акый ага

брат матери даай даай даай

сестра отца угбай угбай угбай

сестра матери даай-ава даай-авай,угбай даай-авай

муж ашак, кады-кырыыр, ег ээзи, ачазы ашак ашъяк, ашъяа/ ашъкяк

жена кадай, курьяк, кады-кырыыр, ег ишти, авазы кадай куржок, угба

сын оглум оглум оглум

дочь уруум уруум уруум

зять ^дээ, хYреген ^дээ кудээ

невеста келин, чаавай келин, кенижек келин

сваты мужчина женщина кудалар куда кудагай кудалар куда кудагай кудалар куда кудагай

Бабушку по линии матери и отца называют «кырган-авай». Этот термин является общим у всех групп. Слово «кырган» на тувинский язык переводится как «старый», «авай» — мать, что значит «старая мама». Существует второй термин — «эне», «эней», что

также означает «бабушка, мать». Данный термин носит глубокий сакральный смысл, обозначая «прародительницу». Так, реку Енисей, берущую свои истоки именно в Кызыле — столице Тувы, тувинцы величают — Эне-Сай — «Мать-река».

Тувинцы России дедушку именуют «кырган-ачай» — «старый отец». Кобдинские тувинцы и тувинцы Синьцзяня используют термин «эжей».

Общие термины для обозначения отца «ачай» и матери «авай», хотя тувинцы Синьцзяня произносят «ачай» несколько иначе — «аажай», «акый» как «ага», что может быть связано со знанием многих языков и общением преимущественно на китайском и других языках. Родившиеся и выросшие в полиэтничной среде, тувинцы Синьцзяня, кроме родного, знают еще три или четыре языка. Это могут быть китайский, казахский, монгольский, уйгурский. Наши информаторы с легкостью переходили с тувинского на китайский, с китайского на монгольский и т.д.

Для обозначения младших представителей обоих полов используют единый термин «дунмай». Так, А.А. Бурыкин пишет: «В СТР тувинцев можно отметить следующие особенности, сближающие ее с СТР других народов Сибири, в частности, с СТР монгольских и тунгусо-маньчжурских народов. Это, прежде всего, неразличение пола младших сиблингов эго, характерное как для монгольских, так и для тунгусо-маньчжурских языков. При этом лексема дунма не имеет ярко выраженных параллелей в тюркских языках35.

Единым термином является и «угбай» для обозначения старших сестер, родных, двоюродных, троюродных и т.д. Этот термин в своем роде у тувинцев России является универсальным, так как используют для обращения к незнакомым женщинам, не являющимися родственницей. В связи с этим нам хотелось бы упомянуть один интересный случай, связанный с этим термином. Во время этнографической экспедиции в Синьцзянь при работе с информаторами, в частности при обращении к пожилым женщинам, мы использовали термин «угбай». Один из наших информаторов сообщил нам, что такое обращение к лицам женского пола с нашей стороны неправильно, так как он используется в значении «жена, моя жена» и мы, как лица женского пола, не могли обращаться к другим женщинам так. Этот случай мы не могли не отметить, так как это является особенностью именно тувинцев Синьцзяня.

Старших сестер матери называют «даай-ава». Как указывалось выше, родственники матери составляют особую категорию, называемую «даай».

35 Бурыкин А.А., Летягина Н.И. Терминология родства тувинцев. С. 183.

Термины свойства тувинцев не менее интересны и не менее своеобразны в историко-лингвистическом отношении. Так, тувинские названия мужа и жены не имеют сходства с соответствующими терминами алтайцев36. Общим терминов для всех групп для обозначения мужа является термин «ашак». Данное слово используется и для обозначения пожилых мужчин.

Жену называют термином «кадай», что значит «жена». Этот термин, как и термин «ашак», используется для обозначения лиц женского пола среднего возраста и пожилых. Есть и другие слова-обращения мужа к своей жене: «еем ишти» в значении «хозяйка юрты», «хранительница очага юрты»; «кады кырыыр» — «стареющая со мной»; «авазы» — мать моих детей; «эжим» — мой друг.

Интересно, что тувинцы Синьцзяня для обращения к своей жене используют слово «куржок», которое образовано из соединения двух слов — «кур» и «чок», что значит «без пояса». Нам объяснили, что это связано с традиционной одеждой тувинцев, которая является выражением статуса человека. Как известно, национальная одежда тувинцев «тон» — халат, который подпоясывается поясом «кур». Пояс был весьма существенной частью одежды, по которому могли определить статус девушки. По традиции, если девушка выходила замуж, то она пояс не носила, особенно во время беременности.

Сын обозначается общим термином «оглум», так же как и дочь, термином «уруум». Для обозначения детей тувинцы используют термин «ажы-тел».

А.А. Бурыкин в отношении слова «уруг» пишет: «Слово уруг — "дочь", очевидно, является эксклюзивным для тувинского языка. Это слово, скорее всего, заимствовано из монгольских языков, где слово ураг имеет значение "родственник". Столь необычное сужение значения этого слова в тувинском языке пока не поддается объяснению»37.

Интересно в связи с этим для сравнения привести исследования авторов книги «Традиционное мировоззрение тюрков Южной Сибири», которые пишут: «Так, в частности, в языках Южной Сибири слово уруг имеет следующие значения:

1. Род, племя, родственник, сородич, родство, происхождение;

2. Семя, семена;

3. Поколение, потомки;

4. Дитя, ребенок;

5. Младший брат, младшая сестра;

6. Свадьба, свадебное пиршество, брачный пир.

36 Там же. С. 187.

37 Там же. С. 184.

Производным от ур является алтайское урен со значениями: "семя, плод, зерно"; "учиться, обучаться, привыкать"; "дитя, поколение". Образ зерна/семени в мифопоэтической традиции прочно связан с комплексом представлений о смерти-возрождении, — пло-дородии-жизни»38.

Породнившиеся женитьбой семьи становятся «кудагайлар», мужчины именуют «кудам», женщины — «кудагай».

В данном отношении А.А. Бурыкин, Н.И. Летягина пишут: «К монгольским заимствованиям могут быть отнесены также слово куда "сват" и кудагай "сватья", при этом только форма кудагай, отмеченная также в хакасском и якутском языках (ср. хакасск. ху-дагай, якут. ходогай "сватья"), указывает на то, что данные слова заимствованы тюркскими языками из монгольских языков, а не наоборот»39.

Среди кобдинских тувинцев и тувинцев Синьцзяня из-за их малочисленности почти все связаны родственными отношениями и выстраивают поведение в соответствии с принадлежностью к определенной родовой группе, так как это дает возможность некого ориентира в правилах общения и выстраивании отношений.

Таким образом, родство в традиционных обществах — это, прежде всего, социальные отношения (права и обязанности, серия индикаторов, определенная модель поведения). Это социальное родство, общими тенденциями которого являются: структурные принципы родства, терминологическое единство, патрилинейный счет родства, родовая экзогамия, обычай авункулата.

Тувинцы России, Монголии и Синьцзяня Китая различают линии и степени родства, определяя их терминологией родства, которая и делит всех по старшинству, полу, кровному родству и брачным линиям. Нами в ходе наблюдений у кобдинских тувинцев и тувинцев Синьцзяня зафиксированы как архаичные структуры родства, так и другие напластования, связанные с монгольским влиянием.

Видно, что терминология родства в основном такая же, как и у тувинцев России — титульного этноса, однако некоторые термины употребляются на монгольском языке (например, эгч, эгчизи и т.д.), что связано закономерными трансформационными процессами.

Список литературы

1. Айыжы Е.В. Тувинцы Кобдоского аймака Монголии: этничность и культура. Кызыл, 2007.

38 Традиционное мировоззрение тюрков Южной Сибири. Знак и ритуал. Новосибирск, 1990. С. 45.

39 Бурыкин А.А., Летягина Н.И. Терминология родства тувинцев... С. 190.

2. Аранчын Ю.Л. Новые этнографические и филологические материалы из Северо-Западной Монголии // Учен. зап. Тувинского научно-исследовательского института языка, литературы и истории. Вып. XVII. Кызыл, 1975.

3. Биче-оол С.М. Система родства у тувинцев // Гуманитарные исследования в Туве: Сб. научных статей / Отв. ред. К.А. Бичелдей и др. М., 2001.

4. Биче-оол С.М. К вопросу о положении женщины в Туве (с начала XX в. до 1940-х гг.) // Учен. зап. ТИГИ. Вып. XX. Кызыл, 2004.

5. Бурыкин А.А., Летягина Н.И. Терминология родства тувинцев в сравнении с терминами родства других тюркских народов Южной Сибири // Алгебра родства: родство, системы родства, системы терминов родства / Сост. и отв. ред. В.А. Попов. Вып. 4. СПб., 1999.

6. Бурыкин А.А., Омакаева Э.У. Термины родства и свойства монголов и бурят // Алгебра родства: родство, ситемы родства, системы терминов родства / Сост. и отв. ред. В.А. Попов. Вып. 7. СПб., 2001.

7. Бурыкин А.А. Проблемы семантической реконструкции терминов родства в алтайских языках и перспективы реконструкции общеалтайской системы терминов родства // Алгебра родства... Вып. 7. СПб., 2001.

8. Бутанаев В.Я. Степные законы Хонгорая. Абакан, 2004.

9. Кон Ф.Я. Экспедиция в Сойотию. М., 1934.

10. Ламажаа Ч.К. Тувиноведение: Новые горизонты. М., 2013.

11. Маннай-оол М.Х. Тувинцы Монголии: традиции и современность // Учен. зап. ТНИИЯЛИ. Вып. XVIII. Кызыл, 1995.

12. Монгуш М.В. Один народ: три судьбы. Тувинцы России, Монголии и Китая в сравнительном контексте. Осака, 2010.

13. Монгуш М.В. Тувинцы в Китае: проблемы истории, языка и культуры // Учен. зап. ТНИИЯЛИ. Вып. XVIII. Кызыл, 1995.

14. Монгуш М.В. Тувинцы Монголии и Китая и их этнолокальные группы // Учен. зап. ТИГИ. Вып. XIX. Кызыл, 2002.

15. Монгуш М.В. Тувинцы Монголии: особенности современного этнического развития // Цырендоржиевские чтения. Сб. науч. ст. Киев, 2003.

16. Потапов Л.П. Очерки народного быта тувинцев. М., 1969.

17. Сердобов Н.А. История формирования тувинской нации. Кызыл, 1971.

18. Серен П.С. Научный отчет о командировках в Северо-Западную Монголию // Учен. зап. ТИГИ. Вып. XXI. Кемерово, 2007.

19. Тадина Н.А. Система терминов родства и этикетные нормы обращения алтайцев // Алгебра родства: родство, ситемы родства, системы терминов родства / Сост. и отв. ред. В.А. Попов. Вып. 4. СПб., 1999.

20. Таубэ Э. Изучение фольклора у тувинцев Монгольской Народной Республики // Советская этнография. 1975. № 5.

21. Традиционное мировоззрение тюрков Южной Сибири. Знак и ритуал. Новосибирск, 1990.

22. Уламсуренгийн Ц. Образцы фольклора и речи кобдоских тувинцев. Кызыл, 2003.

23. Evans-PritchardE. The Nuer. Oxf., 1940.

24. White Leslie A. The evolution of culture. N.Y, 1959.

Поступила в редакцию 19 июня 2013 г.