Путеводитель по войне

Путеводитель по войне

Почему Минские соглашения никак не станут мирными

Страны «нормандского формата» вернулись к обсуждению Минских соглашений. В самом этом факте нет ничего нового и сенсационного, но изменился контекст: Запад впервые почти открыто давит на Киев в вопросе следования договоренностям. Это, впрочем, не гарантирует успех переговоров. “Ъ” разбирался, почему несложный на первый взгляд план прекращения войны в Донбассе является почти невыполнимым.

Президент США Джо Байден и чиновники его администрации в последнее время выглядят более заинтересованными в выполнении Украиной Минских соглашений, чем украинский лидер Владимир Зеленский

Фото: Evan Vucci / AP

Хочешь Минска — готовься к войне

Встреча политических советников лидеров стран «нормандского формата» в Париже 26 января — новость из разряда дефицитных. Переговоры оборвались в августе, и с тех пор ситуация вокруг Донбасса и вообще Украины только накалялась.

Сообщения о концентрации российских войск у границ соседней страны, спутниковые снимки развернутых полевых лагерей перевешивали заверения Москвы в том, что нападать на Украину она не собирается. Россия контратаковала заявлениями о том, что Киев может пойти на силовое решение проблемы неподконтрольных территорий.

Перезапуск «нормандского формата» вызвал жаропонижающий эффект. Глава офиса президента Украины Андрей Ермак назвал его «мощным сигналом», объявил, что Киев готов обсуждать каждый пункт Минских соглашений, и выразил надежду на конструктивный диалог. В Москве, правда, от каких-либо прогнозов по поводу встречи воздержались.

Случайно или нет, но парижские переговоры в этот раз пройдут в один день с первым в этом году заседанием Трехсторонней контактной группы по урегулированию ситуации на востоке Украины. Это значит, что в случае достижения компромиссов политсоветниками будет возможность оперативно довести их до представителей сторон в контактной группе.

По информации “Ъ”, Киев намеревался вынести на обсуждение коллег по «четверке» свой доработанный проект так называемых ключевых кластеров по реализации Минских соглашений.

Термин «кластеры» возник в переговорах в конце 2020 года с подачи Германии и Франции. Чтобы сдвинуть с места буксующий переговорный процесс, Берлин и Париж предложили разделить «Комплекс мер по выполнению Минских соглашений» на кластеры, согласовать их внутри «нормандской четверки» и потом спустить на уровень Трехсторонней контактной группы (ТКГ) по урегулированию ситуации на востоке Украины для подготовки на их основе финального мирного плана урегулирования. Но процесс обсуждения кластеров к весне 2021 года тоже зашел в тупик.

В итоге, по словам информированного собеседника “Ъ”, во время телефонного разговора господ Ермака и Козака (Дмитрий Козак, замруководителя администрации президента РФ) в первой половине января последний настоял на том, что нужно не множить документы, а обсуждать то, что давно лежит на столе, то есть Минские соглашения.

Просто до невозможности

Москва, заверяют участвующие в переговорном процессе собеседники “Ъ” в российских госструктурах, стоит на позиции, которую не меняет с момента, когда появились Минские соглашения: их следует выполнить до запятой и в том виде, в котором были подписаны. Причем сделать это надлежит Киеву и Донбассу.

Минские соглашения — пакет документов. Но Россия всегда имеет в виду лишь один: «Комплекс мер по выполнению Минских соглашений».

Это важно, поскольку в первом из них — протоколе, согласованном 5 сентября 2014 года, ни разу не указано, кто в конфликте является договаривающимися сторонами. К примеру, его первый пункт гласит: «Обеспечить незамедлительное двухстороннее прекращение применения оружия», но к кому это относится, не расшифровывается.

Четкое указание на это появилось лишь в «Комплексе мер…», согласованном в феврале 2015 года. Там уже четко указано, что отвести свои силы должна украинская сторона и вооруженные формирования отдельных районов Донецкой и Луганской областей (ОРДЛО). Переговорная субъектность ОРДЛО закреплена и в других пунктах.

Особый статус Донбасса в составе Украины — согласовать с Донецком и Луганском, вопрос принятия закона о местном самоуправлении в ОРДЛО и проведения там местных выборов — решить по такой же схеме. Восстановление Киевом утраченного в 2014 году контроля над сегментом границы с Россией опять-таки должно произойти «в консультациях и по согласованию» с представителями ОРДЛО в рамках ТКГ.

Москва считает «Комплекс мер…» своей важной дипломатической победой по двум причинам. Хотя участие России в донбасском конфликте очевидно, а свою поддержку непризнанных ДНР и ЛНР она не скрывает, документов, фиксирующих какие-либо обязательства российской стороны по поводу урегулирования, не существует. Во-вторых, «Комплекс мер…» обрел вес международного документа — он одобрен резолюцией Совбеза ООН №2202 от 17 февраля 2015 года.

Если «Комплекс мер…» подписывался с одобрения президента Украины Петра Порошенко, что ему постоянно вменяет в вину нынешняя украинская власть, то в 2019 году уже Владимир Зеленский официально согласился с этим документом.

На парижском саммите в «нормандском формате» в декабре 2019 года он вместе с канцлером Германии Ангелой Меркель и президентами Франции и России Эмманюэлем Макроном и Владимиром Путиным утвердил итоговый документ встречи, где записано, что Минские соглашения — основа работы «нормандского формата».

Несмотря на это, Киев в последние два года не раз поднимал вопрос о необходимости пересмотреть документ или хотя бы изменить последовательность выполнения его пунктов. В частности, поменять местами проведение местных выборов в ОДРЛО и восстановление контроля над границей (согласно Минским договоренностям, сначала выборы, а потом контроль).

Кремль и российский МИД не соглашались это даже обсуждать. Смысл последовательности пунктов в том, чтобы сначала создать в ОДРЛО признанную Киевом власть, причем с собственной силовой компонентой в виде народной милиции, а уже потом передать границу в распоряжение центральной власти.

«Последовательность пунктов скрупулезно вытачивалась. Прописан плавный переход, чтобы один шаг не предвосхищал другой, а обеспечивал подготовку и предпосылки для движения вперед»,— пояснил “Ъ” один из российских переговорщиков.

Для Киева выполнение «Комплекса мер…» — большая проблема.

Любое движение вперед может быть воспринято как капитуляция пассионарной и националистической частью украинского общества, которая легка на подъем и на Майдан, что за последние годы неоднократно было продемонстрировано шумными акциями под стенами офиса главы государства. Команда господина Зеленского и он сам с этими настроениями считаются. Этим в том числе объясняется перемена, которая произошла с украинским лидером меньше чем через год после того, как он был избран президентом. Он пришел к власти в образе миротворца и обещал принести скорый и прочный мир. Но довольно скоро стал «ястребом».

Заграница не поможет

С «ястребиных» позиций двигаться в обратном направлении сложнее и болезненнее, чем наоборот: любой шаг в эту сторону считывается как сдача позиций. Так получилось с недавним отзывом из Верховной рады законопроекта «О государственной политике переходного периода», который среди прочего предполагал законодательное закрепление за Россией статуса «государства-агрессора». Законопроект, жестко раскритикованный Москвой, правительство Украины отозвало в понедельник, накануне парижской встречи «нормандцев», выполнив тем самым российское требование.

От подобных уступок Киев раньше отказывался. Но сейчас изменился контекст. Москва резко повысила ставки, причем не только посредством демонстрации силы. В феврале Госдума готовится рассмотреть обращение фракции КПРФ к президенту Владимиру Путину о признании независимости ДНР и ЛНР. Сигнал можно расшифровать так: если Россию продолжат называть стороной конфликта и требовать от нее выполнения Минских соглашений, в которых среди прочего записано предоставление Донбассу особого статуса, то она может их и выполнить, предоставив такой статус на свое усмотрение.

Но дело тут не только в неуступчивости Москвы. В процесс активно включился Запад.

С одной стороны, США и ЕС грозят России последствиями, если та покусится на территориальную целостность Украины или применит к соседу силу, но с другой — ведут дипломатическую игру и уже явно пытаются повлиять на Киев в вопросе выполнения Минских соглашений.

Госсекретарь США Энтони Блинкен говорил об этом открыто. Он назвал документ единственным путем урегулирования конфликта и высказался против его пересмотра.

Дипломатические собеседники “Ъ” подтверждают: Вашингтон работает с украинской властью, чтобы сдвинуть переговоры. Инсайдеры даже высказывают осторожные предположения, что дело может дойти до предметного обсуждения автономии Донбасса.

Переговоры по Донбассу сложно воспринимать отдельно от запущенной на фоне ожидания реальной большой войны дискуссии России и Запада о гарантиях безопасности. Хотя она касается безопасности в самом широком понимании, украинский вопрос не на последнем месте. Для Москвы программа-максимум — навсегда закрыть Украине дорогу в НАТО. Причем гарантировать это должен сам альянс.

Но такая уступка была бы для Запада слишком унизительной и выглядит не очень реалистичной. Другое дело — реинтеграция Донбасса в Украину на особых, прописанных в Минских соглашениях условиях. Формально, ни США, ни ЕС, ни НАТО здесь ничего не уступают: украинская власть отвечает сама за себя. Но ясно, что при таком раскладе ОРДЛО станет серьезной преградой на пути Киева в евроатлантические структуры, что может устроить Россию. Осталось объяснить властям Украины, почему им нужно на все согласиться.