Вице и премьер правительства РФ

Вчера российский премьер Владимир Путин сенсационно предложил американскому вице-президенту Джо Байдену отменить визовый режим между Россией и США. По мнению специального корреспондента "Ъ" АНДРЕЯ КОЛЕСНИКОВА, господин Байден удар выдержал и даже попытался перейти в контрнаступление с помощью своих антисоветских воспоминаний.

Встреча Владимира Путина и Джо Байдена прошла в переговорной комнате российского Белого дома. Джо Байден вошел в кабинет эпически, как, очевидно, и подобает второму человеку в Соединенных Штатах (не очень, правда, понятно, как тогда подобает входить первому человеку: более величественно, чем господин Байден, войти было уже невозможно).

Впрочем, неожиданно он от бедра покачал ладонью в сторону прессы. Очевидно, Джо Байден понимал, для чего вообще все это затевается.

— У вас такой насыщенный график в Москве,— сказал ему Владимир Путин.— А между тем в Москве есть что просто посмотреть... Вы же давно не были в России. Лет пятнадцать?..

Седовласый Джо Байден (впрочем, и седых волос у него, увы, наперечет в буквальном смысле этого слова) кивнул.

— За это время,— продолжил Владимир Путин,— и Москва, и Россия сильно изменились...— премьер помедлил и добавил: — В лучшую сторону... Вам будет полезно поездить по ней.

Господин Байден снова кивнул, но, похоже, безо всякого удовольствия. Возможно, он не привык к тому, что ему указывают, что именно ему будет полезно (исключая рекомендации врачей). Скорее всего, он сам привык рассказывать людям, что им будет полезно.

Российский премьер рассказал американскому вице-президенту, что в России работают практически все крупнейшие американские компании, рассказал про выросший на 29% за год товарооборот между Россией и США (может, господин Байден и правда не в курсе).

Члены российской делегации внимательно слушали российского премьера, исключая посла России в США Сергея Кисляка: он в это время лихорадочно нажимал кнопки своих мобильных телефонов. Он делал это так долго, что я подумал, будто он под столом пишет кому-то эсэмэски и ведет какие-то параллельные консультации с кем-то, заслуживающим доверия. Но потом понял, что он просто пытается выключить свои телефоны.

Тем временем господин Путин рассказывал американскому коллеге (так можно сказать, потому что господин Байден тоже ведь член тандема), что Россия ведет оживленные переговоры с Евросоюзом о введении безвизового режима.

Господин Байден дал понять, что он, конечно, знает про это. Но продолжения он по всем признакам не ожидал.

— У США почти со всеми этими странами тоже безвизовые отношения,— сказал господин Путин.— И если бы мы договорились о введении безвизового режима между Россией и США раньше, это было бы историческим шагом в отношениях между нашими странами!

Понимал ли Владимир Путин, что его предложение обречено еще до того, как он его озвучил? Без сомнения. Хотел ли он таким образом, так сказать, обезоружить американского вице-президента (договор СНВ — еще не все в такого рода отношениях)?

Судя по тому, что ответил господин Байден, обезоружить, хотя бы на время, удалось:

— Хорошая идея...— пробормотал вице-президент.

— Это сломало бы старые стереотипы! — воодушевился российский премьер, уверенный, конечно, в том, что на самом деле для господина Байдена то, что он, российский премьер, сказал, прозвучало абсурдно (за последнее время на безвизовой основе въехать в США удалось только Виктору Буту.— А. К.).— Мы перевернули бы старую страницу в нашем прошлом! Создали бы абсолютно новую моральную атмосферу!..

— Да...— проговорил господин Байден, что-то быстро записывая в свой блокнот (либо идею господина Путина, либо какую-то фразу типа "Джо, возьми себя в руки! Ответь ему достойно! Ты же вице-президент великой страны!").

— Ваша положительная реакция, которую вы продемонстрировали, ваше мнение было бы очень важно в конгрессе,— закончил господин Путин.

— Да, очень важно,— казалось, машинально произнес господин Байден.

Когда он получил слово, это был между тем уже другой человек. И он уже знал, как вернуть себе занятые было вероятным противником позиции.

Получилось грубо.

— Если вы не заметили,— заявил он,— существует большая разница между президентом и вице-президентом США. Я не решаю такого рода вопросы.

Господин Путин и не предлагал ему решить вопрос: речь шла о мнении господина Байдена в конгрессе, то есть роль американского вице-президента, мягко говоря, не была преувеличена.

Более того, господин Путин, скорее всего, и так хорошо понимал разницу между американским президентом и американским вице-президентом: с Бараком Обамой он пару лет назад завтракал у себя дома в Ново-Огарево, а с Джо Байденом провел рабочие переговоры в узком составе в протокольном кабинете в здании правительства России.

— Но хорошая новость,— продолжил господин Байден (как будто то, что он сказал до этого, ужасно расстроило всех российских переговорщиков.— А. К.),— состоит в том, что мы с президентом США едины в том, что надо продолжать российско-американское сотрудничество.

Джо Байден напомнил, что это именно он в свое время в Мюнхене предложил нажать кнопку "перезагрузка", раскритиковал предыдущую администрацию (США) за то, что она не воспользовалась возможностями налаживать российско-американские отношения.

После этого он произнес фразу, которая далась ему на удивление легко:

— За последние два года я понял одну важную вещь: когда у какой-нибудь страны возникают проблемы, они обращаются либо в Москву, либо в Вашингтон. А в другие страны не обращаются.

Вряд ли это признание вызовет энтузиазм в ЕС. Вряд ли оно порадует даже амбициозную Грузию.

Владимир Путин внимательно слушал. Я обратил внимание на синюю папку, которая лежала под стулом Владимира Путина. Очевидно, это был какой-то новый мощнейший и последний аргумент в переговорах, когда все остальные аргументы будут исчерпаны, подумал я.

Впрочем, оказалось, что это российский переводчик, сидевший по левую руку от премьера, положил свою папку на пол (исключительно по причине своей воспитанности: не хотел, видимо, чтобы на столе лежали отвлекающие внимание от переговоров лишние предметы), и она оказалась под стулом господина Путина, когда тот подвинул его к себе.

Джо Байден рассказывал, как накануне встречался с российскими и американскими предпринимателями и как один из американцев сказал, что в Россию надо инвестировать и надо работать здесь, потому что Россия — это большой рынок.

— А президент Boeing,— продолжил господин Байден,— сказал, что не согласен со своим другом: операционный рынок в Китае, например, в семь раз больше, чем в России... Но в России есть интеллектуальный капитал. Россия — великая страна! Так что можно сказать, что благодаря вашим мозгам летают наши Boeing!

Джо Байден виртуозно распорядился цитатой из президента Boeing: получалось, что США активно и успешно пользуются утечкой мозгов из России и всецело поощряют ее, и других причин интересоваться нашей страной у американских предпринимателей в общем-то и нет.

— Не только,— еле успел возразить ему господин Путин.— Мы еще делаем узлы для Boeing...

Между тем Джо Байден чувствовал себя, похоже, в полном порядке. Он улыбался, он откинулся в кресле.

— Я встречался еще с Брежневым...— с удовольствием ушел он в советские (или, вернее, антисоветские) воспоминания.— Два раза...

Интересно, будет ли когда-нибудь так рассказывать о встречах с Джо Байденом Владимир Путин.