Особенности квалификации эвтаназии

Особенности квалификации эвтаназии

Лапко Георгий Константинович

канд. мед. наук, доцент, доцент кафедры уголовно-правовых дисциплин, Крымский юридический институт (филиал) Университета прокуратуры РФ, detall2010@yandex.ru

Рассмотрена проблема эвтаназии, занимающая особое место среди медицинских, правовых и религиозных проблем современного общества. Отечественное законодательство направлено против эвтаназии. В отечественном праве отсутствуют четкие юридические правила оценки причинение смерти при эвтаназии. В судебной практике лицо, осуществляющее эвтаназию, подлежит уголовной ответственности за убийство. Оценка случаев эвтаназии вызывает большие сложности. Проводится отграничение эвтаназии от следующих составов преступлений: неоказание помощи больному, оставление в опасности, согласия потерпевшего на причинение вреда как обстоятельства, исключающего преступность деяния, крайней необходимости и обоснованного риска.

Ключевые слова: эвтаназия, убийство, потерпевший, волеизъявление потерпевшего, квалификация преступления.

Понятие «эвтаназия» было введено в науку английским философом Ф. Бэкономом в XVI веке. Термин «эвтаназия» образован из сочетания греческих слов «благо» («еу») и «смерть» («Шапа№э»). В разных отраслях знаний термин «эвтаназия» рассматривается в различных, иногда с прямо противоположных, позиций. Так, в медицине эвтаназия - это «умерщвление неизлечимо больных людей по их просьбе с целью прекращения страданий», в философии - «избавляющий от страданий и безболезненный уход из жизни», в социальных науках - «социальное действие, приводящее к смерти безнадежно больного человека относительно быстрым и безболезненным путем с целью прекращения страданий», в теософии «преступление против жизни, дарованной богом» [1, с.19].

Несмотря на многочисленные публикации (в том числе диссертационного и монографического характера), проблема эвтаназии остаётся дискуссионной. Причин этому много. Из основных следует отметить, во-первых, то, что в исследования проблемы эвтаназии большинством авторов независимо от их специальности привносится элемент эмоционального субъективизма, а во-вторых, то, что изучение эвтаназии в любом случае находится на стыке различных отраслей познания - теософии, биологии, медицины, социологии, психологии и т.п. Не являются в этом отношении исключением и работы в области права, в частности исследование уголовно-правовых аспектов эвтаназии. В связи с чем, актуальным представляется исследование проблемы эвтаназии позиции уголовно-правовой квалификации этого деяния.

Прежде всего, следует отметить позицию некоторых авторов, считающих, что эвтаназия вообще не может рассматриваться как преступление, поскольку, несмотря на то, что имеет все признаки убийства, предусмотренного ст. 105 УК РФ, совершается по мотиву сострадания. А привлечение к ответственности по указанному мотиву противоречит уголовно-правовой доктрине Российской федерации, предусматривающей принцип справедливости в соответствии с которым применяемое к преступнику наказание должно соответствовать личности виновного, обстоятельствам совершения и общественной опасности преступления [2, с.47].

По нашему мнению мотив сострадания, предусмотренный в ст. 61 УК РФ, в данном случае может быть учтен только при назначении наказания,

X

2

СО

0

сч

1П

01

как это и предусмотрено Общей частью Уголовного кодекса, но никак не влияет на квалификацию эвтаназии, поскольку не является обязательным признаком субъективной стороны ни одного из составов т.н. привилегированных убийств.

Кроме того, следует учитывать обстоятельство, на которое указывают специалисты, выступающее против «привилегизации» эвтаназии: доказать мотив сострадания и опровергнуть ссылку на него виновного достаточно сложно [3, с.157]. При этом автор работ о дифференциации уголовной ответственности Т.А. Лесниевски-Костарева среди критериев включения обстоятельств в число квалифицирующих и привилегирующих называет наличие практической возможности установления обстоятельства

конкретного уголовного дела, соответствующего предусмотренному

в законе квалифицирующему или привилеги-рующему признаку [4, с.19].

В специальной литературе встречается мнение, что за осуществление активной эвтаназии привлекать к уголовной ответственности невозможно, поскольку она относится к числу обстоятельств, исключающих преступность деяния, являясь формой (разновидностью) крайней необходимости [5, с.148]. Представляется, что это суждение ошибочно. Институт крайней необходимости подразумевает правомерное причинение реального вреда с целью защиты личных и общественных благ. Сравнение крайней необходимости и эвтаназии позволяет установить их следующие различия:

- при эвтаназии имеют значение только интересы больного человека, т.е. одной личности, в то время как при крайней необходимости угроза вреда может быть устранена только при причинении вреда иным лицам;

- при эвтаназии отсутствуют (или размыты) временные границы между возникновением угрозы и её устранением, в то время как при крайней необходимости все действия характеризуются своевременностью в установленных временных границах;

- при эвтаназии, размер причинённого вреда (смерть личности), больше, чем размер вреда предотвращенного (страдания личности), в то время как при крайней необходимости предотвращённый вред должен быть больше причинённого.

Более того, в ст. 45 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинским работникам запрещается осуществление эвтаназии [6]. Таким образом, законодатель вывел эвтаназию из круга обстоятельств крайней необходимости.

Эвтаназию так же следует отграничивать от обоснованного риска, предусмотренного в качестве обстоятельства, исключающего преступность деяния ч. 2 ст. 41 УК РФ. Здесь следует обратить внимание на то, что надеясь на прекращение мучений и страданий, неизлечимо больной идет на отчаянный шаг и, рискуя жизнью, мучительной смерти предпочитает эвтаназию. То есть, сравнивая эвтаназию с обоснованным риском, можно го-

ворить о том, что больной сознательно идет на то, что избавляет себя от физических страданий. Цель не может быть достигнута иначе как через смерть. В этом сходство эвтаназии и обоснованного риска. Однако, рассмотренные ниже отличия нам представляются более обоснованными: во-первых, при эвтаназии не достигаются общественно полезные цели; а, во-вторых, эвтаназия по своей сути противоречит смыслу обоснованного риска. Здесь следует согласиться с теми, кто считает, что в случае с эвтаназией риск будет являться риском смертельным.

Дискуссионным является вопрос о признании эвтаназии непреступной на основании с причинения вреда потерпевшему по его просьбе.

Одна группа специалистов считает, что причинение вреда по просьбе потерпевшего не исключают преступность деяния; другая группа специалистов считает, что просьба потерпевшего, выраженная в определённой форме и при определённых условиях, исключают противоправность; третья группа считает, что рассматривать этот вопрос необходимо исходя из социальной обусловленности совершаемого деяния [7, с.19]. Эти специалисты исходят из того, что если просьба потерпевшего преследовала социально-полезной цели, то это устраняет преступность деяния [8, с. 35]. С позиции уголовного права нам такие доводы представляются необоснованными, поскольку уголовное законодательство просьбу потерпевшего о причинении ему вреда (в данном случае смерти) не включает в круг обстоятельств, исключающих преступность деяния.

Следует согласиться с мнением Ю.А. Черны-шовой, считающей, что эвтаназия схожа с убийством по целому ряду признаков: объектом является жизнь личности; объективная сторона характеризуется деянием в форме действия или бездействия; субъект общий - физическое вменяемое лицо, достигший возраста наступления уголовной ответственности; с субъективной стороны оба преступления характеризуются умышленной формой вины. Вместе с тем, по мнению этого автора, эвтаназия убийством не является, и должна быть выделена в самостоятельный привилегированный состав со специальным объектом, которым является жизнь неизлечимо больного человека [ 9, с. 26]. Мы поддерживаем мнение указанного автора в той части, что эвтаназию необходимо выделить в отдельный состав.

Дискуссионным является вопрос об ответственности по ст. 110 УК РФ «Доведение до самоубийства» за склонение к т.н. пассивной эвтаназии, которая может осуществляться самим неизлечимо больным человеком путём отказа от приёма пищи, лекарств, поддержания его жизнедеятельности с помощью специальной медицинской аппаратуры. Нам представляется, что привлечение к уголовной ответственности по ст. 110 УК РФ возможно в случае применения к неизлечимо больному способов доведении до самоубийства, предусмотренных диспозицией ст. 110 УК РФ. В случае отсутствия применения угроз, жестокого обращения или систематического унижения чело-

веческого достоинства ответственность по ст. 110 УК РФ наступать не должна.

Несколько по иному склонение больного к эвтаназии трактует М. Котова понимающая под ним «возбуждение в неизлечимо больном решимости уйти из жизни и обратиться с просьбой об эвтаназии к медицинскому работнику» [10].

Кроме вышеуказанных составов эвтаназия, по нашему мнению,

требует разграничение с неоказанием помощи больному (ст.124 УК РФ) и оставлением опасности (ст.125 РФ). Представляется, что в обоих случаях разграничение должно проводиться по субъективной стороне.

В ст. 124 УК РФ законодатель предусматривает ответственность за неоказание помощи больному без уважительных причин лицом, обязанным ее оказывать в соответствии с законом или со специальным правилом, если это повлекло по неосторожности ...смерть больного. В приведенной формулировке диспозиции законодатель прямо указывает на неосторожную форму виды субъекта преступления. В то же врем, при эвтаназии очевидна умышленная форма вины преступника.

При оставлении в опасности, предусмотренной ст. 125 УК РФ, субъективная сторона по отношению деяния выражена в форме прямого умысла. В то же время законодатель сформулировал диспозицию рассматриваемой статьи как преступление с формальным составом, не предусматривающим последствие в качестве обязательного признака объективной стороны. При эвтаназии же, как указывалось ранее, субъективная сторона преступления выражена в форме прямого умысла как по отношению к деянию, так и в отношении последствия (смерти потерпевшего).

Таким образом, уголовно-правовая квалификация эвтаназия отличается определёнными особенностями, требующими, прежде всего, установления преступности деяния, а так же разграничения с рядом составов, предусматривающих причинения смерти с умышленной и неосторожной формой вины, а так же поставления жизни в опасность.

Литература

1. Крылова Н.Е. Эвтаназия: уголовно-правовой аспект // Вестник Московского университета. Сер. 11: «Право». 2000. N 2. С. 19-20.

2. Морозов В.И., Попова А.С. Правовое регулирование эвтаназии: какой должна быть позиция России? / Юридическая наука и правоохранительная практика. 2014, № 1 (27). С. 45-57.

3. Борзенков Г.Н. Борзенков Г.Н. Преступления против жизни и здоровья: закон и правоприменительная практика. М., 2013.

4. Лесниевски-Костарева Т.А. Дифференциация уголовной ответственности : автореф. дисс... д.ю.н. Сп. 12.00.08. - М.,1999.

5. Валомеев Р.Н. Правовая и социальная оценка эвтаназии / в сб. материалов научн.-практ. конференции учёных и студентов Хабаровского гос. универ. Х., 2014.

6. Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации: ФЗ от о 21.11.2011 N 323-ФЗ [Электронный ресурс]: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_1 21895/

7. Говорухина Е. В. Понятие и правовые последствия провокации в уголовном праве: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. - Ростов-на-Дону,

2002. - С. 19

8. Чернега К. А. Правовые проблемы эвтаназии в России // Гражданин и право, январь-февраль -

2003. - № 1. - С. 32-35.

9. Чернышова Ю.А. Уголовно-правовые вопросы причинения смерти потерпевшему по его просьбе (эвтаназия): автореф. дис. ... канд. юрид. наук

10. Котова М. Эвтаназия: сочувствие тяжелобольному или преступление? // СЛОВО. 2013. N 46 (1065).к. - М., 2008.

Features of euthanasia qualification Lapko G.K.

Crimean Law Institute (branch), University Prosecutor of the

Russian Federation The problem of euthanasia being one of the topical among medical, legal and religious problems of modern society is studied. Domestic legislation directed against euthanasia. In domestic criminal law, there are no clear legal rules for evaluating the expression causing death of euthanasia. In judicial practice the person performing euthanasia is subject to criminal liability for murder. Assessment of euthanasia causes great difficulty. The authors distinguish euthanasia from such crimes as: failure to render medical assistance, leaving in danger, victim's consent to bodily injury as an extreme and reasonable risky circumstance precluding criminal act. Keywords: euthanasia, the killing, the victim, the will of the victim,

qualification of a crime. References

1. Krylov N.E. Euthanasia: the criminal law aspect // Bulletin of

Moscow University. Ser. 11: "Right." 2000. N 2. S. 19-20.

2. Morozov V.I., Popova A.S. Legal regulation of euthanasia: what

should be the position of Russia? / Legal science and law enforcement practice. 2014, No. 1 (27). Pp. 45-57.

3. Borzenkov G.N. Borzenkov G.N. Crimes against life and health:

law and law enforcement practice. M., 2013.

4. Lesnievsky-Kostareva T.A. Differentiation of criminal liability: author. Diss ... Dr.S. Cn 12.00.08 - M., 1999.

5. Valomeev R.N. Legal and social assessment of euthanasia / in

coll. materials scientific-practical. conference of scientists and students of the Khabarovsk State. Univer. H., 2014.

6. On the basis of the protection of the health of citizens in the

Russian Federation: Federal Law of 21.11.2011 N 323-ФЭ [Electronic resource]:

http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_121895/

7. Govorukhin, E.V. The Concept and Legal Consequences of Provocation in Criminal Law: Author's abstract. diss. ... Cand. legal sciences. - Rostov-on-Don, 2002. - p. 19

8. Chernega K. A. Legal problems of euthanasia in Russia // Citizen

and Law, January-February - 2003. - № 1. - p. 32-35.

9. Chernyshova Yu.A. Criminal law issues of causing death to the

victim at his request (euthanasia): author. dis. ... Cand. legal of sciences

10. Kotova M. Euthanasia: sympathy for a seriously ill patient or a crime? // WORD. 2013. N 46 (1065). - M., 2008.