Морфемная деривация в лезгинском и английском языках

УДК 413. 14 ББК 81.411.2

Таджибова Разият Раджидиновна

кандидат филологических наук, доцент кафедры английской филологии Дагестанского государственного университета г. Махачкала Tadzhibova Raziyat Radzhidinovna Candidate of Philology,

Assistant Professor Chair of the English Philology Daghestan State University Makhachkala

Морфемная деривация в лезгинском и английском языках Morphemic Derivation in the Lezghin and English Languages

В статье рассматриваются основные сходства и различия в способах морфемной деривации в современном лезгинском языке в сравнении с английским. Аффиксация одинаково продуктивна в обоих рассматриваемых языках. В лезгинском языке наименее распространен такой способ как постфиксация, в английском  редупликация.

The given article considers main similarities and differences between the types of morphemic derivation in modern Lezghin language in comparison with English. Affixation is generally productive in both languages. In Lezghin the least productive way of affixation is postfixation, while in English it is reduplication.

Ключевые слова: морфемная деривация, аффиксация, постфиксация, редупликация, стяжение, словосложение, лезгинский язык, английский язык.

Key words: morphemic derivation, affixation, postfixation, reduplication, syneresis, word-composition, the Lezghin language, the English language.

Как известно, морфемная деривация широко используется в языке и является основным источником новых слов. Так, доля морфемных дериватов в лезгинском языке составляла примерно 65,5 % (Гайдаров, 1991: 20), в английской лексике 80-х гг.  67,5% (Заботкина, 1989: 22). В лезгинском языке шире, чем в английском, используется суффиксально-префиксальная деривация и больше сложно-суффиксальных слов, поэтому в среднем в лезгинском слове больше морфов, чем в английском. В целом, большая деривационная сложность лезгинского слова в сравнении с английским, объясняется различиями в морфологической типологии: лезгинский язык относится к синтетическим языкам, в то время как английский  к аналитическим.

В лезгинском языке новые слова, по данным В.З. Загирова, составляют 58% от общего количества слов (Загиров, 1987: 132). В новой английской

лексике 90-х гг. самым продуктивным способом образования неологизмов, по оценке автора-составителя соответствующего словаря Дж. Эйто, оказался особый вид сокращенных словосложений  контаминация начала первого слова и конца второго: magalog «большой (журнального формата), каталог с рекламой товаров, заказываемых по почте  (из magazine «Журнал  + catalogue), fertigation (в агротехнике: метод непрерывной капельной подкормки и одновременного полива растений) (из fertilize «удобрять» + irrigation

«Ьрошение, ирригация^ и т.п. (Эйто, 1998: 332).

В лезгинском языке выделяются два типа словообразования в зависимости от количества мотивирующих основ в структуре мотивированного слова:

1) способы образования слов, имеющих одну мотивирующую основу;

2) способы образования слов, имеющих две и более основ (Гайдаров, 1991: 26).

В лезгинском языке представлены следующие виды морфологического словообразования: аффиксация (суффиксация, префиксация, постфиксация, обособление) и основосложение (сращение, сложение).

Суффиксация в системе словообразования в лезгинском языке занимает особое место. Это единственный из аффиксальных способов словообразования, который к настоящему времени сохранил свою продуктивность: суффиксация в лезгинском языке, став основным способом словопроизводства, в то же время, как в формальном, так и в семантическом отношении все еще тесно связана со словоизменением. Производные слова суффиксального образования представлены в системах всех частей речи. Однако наибольшую роль данный способ играл и играет сейчас в системах только трех частей речи, а именно: существительного, прилагательного и наречия. Суффиксы-форманты словообразовательных типов по происхождению неоднородны. Среди них, кроме исконно лезгинских, немало заимствованных. Причем среди продуктивных суффиксов их процент значительно больше. Исконные лезгинские суффиксы, находясь под ударением, подвержены сингармоническому воздействию и поэтому каждый из них реализуется в виде

нескольких морфов: -ак / -ек, -ац / -ц, -у / -ии т.д. Ср.: яц1ак «толстяк» к1улац «горбун» къацу «зеленый» но биц1ек «малыш» хъилец «Капризник»] вили «Синий  Отдельные суффиксы могут выступать в системах разных частей речи. Таковы, например, суффиксы -лу, -вал, -ла и некоторые др. Ср.: чимила «из-за жары » акурла «увидев

Классифицирующая роль суффиксов в морфологии в лезгинском языке проявляется слабо. В силу ряда особенностей лезгинской морфологии словоизменение слов, образованных суффиксальным способом, всецело зависит от фонемной и слоговой структуры. Исключение составляют только две группы суффиксальных образований: а) двусложные имена

существительные, образованные так называемыми суффиксами оценки (-ак, -ац, -аш), б) имена существительные со словообразовательным формантом Свал. Под влиянием заимствований из русского языка для образования фамилий и отчеств (-ов / -ев, -ова / -ева, -ович / -евич, -овна / -евна) в лезгинском словообразовании появились новые словообразовательные типы, отличающиеся от всех ранее существовавших не только новыми словообразовательными формантами, но также и своими семантическими отношениями. Словообразовательное значение мотивированного слова, образованного названными суффиксами, включает в себя и значение грамматического рода, что до заимствования этих суффиксов было нехарактерным для лезгинского языка. Суффиксы -ви, -жув синонимичны по значению. В словоизменении литературного языка их роль своеобразна: -ви употребляется в именительном падеже единственного числа и во всех падежах множественного числа, а -жув— в косвенных падежах единственного числа. В последнее время идет процесс вытеснения -жув, чему препятствуют фразеологические обороты, в которых использованы словоформы с суффиксом -жув.

Префиксация как способ словообразования в лезгинском языке в настоящее время непродуктивна. Она представлена в основном в системе глагола, в которой в прошлом в качестве словообразовательного форманта использовались пространственно-направительные превербы (ава-, аву-, иви-,

ага-, агу-, иги-, ака-, аку-, ики-, акъа-, акъу-, экъи-, ала-, алу-, или-, аца-, ацу-,

ици- и др.). В качестве словообразовательного форманта использовался префикс повторности или возвратности действия хъ-(х-).

В заимствованиях из фарси носители лезгинского языка в качестве самостоятельных формантов различают префиксы бед-, бей-, на-. Это происходит по той причине, что лезгинским языком заимствованы оба противопоставляемые наличием и отсутствием данных префиксов слова из фарси: рази «Довольный»  нарази «недовольный» мирвет «милосердие»  бей-мирвет «безжалостный» бахт «счастье бедбахт «несчастный»и др.

Отдельные префиксальные морфы встречаются в составе производных слов, имеющих частное словообразовательное значение: къа-жгъун

«Ьтыскать» ср. вугун «дать» (на время) и т.д.

Аффиксация в английском языке  довольно распространенный и продуктивный способ словообразования.

Анализ аффиксальных производных показывает, что аффиксам присущи следующие характерные признаки:

а) присоединяясь к производящей основе, аффикс должен выражать определенное значение;

б) аффикс должен легко выделяться как словообразующий элемент и в сознании говорящего четко осознаваться как часть слова, а «производящая основа при отделении данного аффикса должна обладать способностью употребляться в языке при помощи других аффиксов» (Каращук, 1977: 31);

в) аффикс должен употребляться для образования новых слов не только от основ того происхождения, с которыми он впервые появился в языке, но и от основ иного происхождения.

К тому же, аффикс должен обладать определенной частотой употребления. Чем больше образований дает тот или иной аффикс, тем он продуктивнее. Этот признак необходимо учитывать, на наш взгляд, потому, что многие аффиксы возникают из самостоятельных слов в процессе словосложения. Один из компонентов сложного слова начинает употребляться все чаще и чаще в сочетании с другими основами, теряя свое первоначальное значение и

постепенно приобретая абстрактное значение, присущее уже целому классу. Чем больше слов с данными элементами встречается в языке, тем больше оснований считать его аффиксом, а не компонентом сложного слова (Marchand, 1966: 176). Известны следующие продуктивные английские суффиксы: -ing, -y, -ee, -ist, -er, -ette, -ed и др., а также префиксы anti-, super-, pro-, mis-, re- и др. При помощи этих аффиксов создаются новые производные слова: summitologist сторонник совещания на высшем уровне, superwar атомная война, weightlessness невесомость, kitchenette малогабаритная кухня, asmarty умница, alefty левша, asweety милашка, Pentagonese язык, угодный Пентагону и т.д.

В современном английском языке встречается большое количество аффиксов как исконных, так и заимствованных. Однако не все они употребляются в языке в качестве словообразующих элементов. В связи с этим возникает вопрос, что следует называть живым аффиксом и какими признаками он должен обладать в современном языке. В аффиксальном инвентаре английского языка насчитывается множество заимствованных элементов. По данным П.М. Каращука, их насчитывается более 100 единиц (Каращук, 1977: там же). Вообще, по вопросу о роли иноязычных аффиксов в английском словообразовании существует значительная путаница. Причиной этого является, прежде всего, то, что английские лингвисты не проводят различия между продуктивными аффиксами и морфологическими приметами. Например, суффикс -able, -ible проник в английский язык с латинскими производными от глагольных основ (в латинском языке с глагольными основами на -а- этот

суффикс принимал форму -abilis, а с основами на --------ibilis). Этот суффикс

легко выделяется как словообразующий элемент, а при его отделении получаем основу (слово), способную употребляться в языке как самостоятельное слово. Особенно это заметно у прилагательных, образованных на английской почве (ср. utterable, absorbable, eatable и др.). Данный суффикс настолько продуктивен, что в современном английском языке с его помощью можно образовать новое прилагательное практически от любого переходного глагола.

Суффикс -bus был адаптирован английским языком в качестве словообразующего элемента прилагательных. Он встречается в

прилагательных, образованных как от романских, так и от германских основ (ср. murderous, wonderous и др.). Несмотря на то, что суффикс —ous прижился в английском языке, он не получил широкого применения в качестве словообразующего элемента прилагательных подобно суффиксу -able. Причиной этого является, очевидно, тот факт, что в английском языке был свой суффикс прилагательных -ful с аналогичным значением (ср. wonderful  wonderous, graceful  gracious, rightful  righteous).

Таким образом, как показывает анализ производных, имеющих в своем составе перечисленные выше заимствованные суффиксы, в современном английском языке одни заимствованные аффиксы являются лишь морфологическими приметами, другие же приобрели словообразующую роль и являются живыми аффиксами современного английского языка. В целом, аффиксация представляет собой такой способ словообразования, который всегда был и остается продуктивным в английском языке, хотя состав аффиксов и степень их участия в словопроизводстве подвергались неоднократным изменениям.

Следует добавить, что английский язык отличается большей свободой аффиксального словообразования, чем лезгинский. Это проявляется в легкости создания образований ad hoc («на данный случай»), причем для этого используются не только высокопродуктивные, но даже малопродуктивные аффиксы. Примеров таких единичных образований можно встретить целое множество в произведениях художественной литературы: a balconyful of gentlemen (Chesterton); kitchen-pokerness of carriage (Dickens); —we all were moving luncheonward (Wells); —he was friendly and uncle-ish (Wodehouse); perhaps, it"s a ghost and a ghostess (Disney) и др.

Постфиксация в лезгинском языке представлена немногочисленными образованиями. Единственным постфиксальным формантом является формант -ни со словообразовательным значением отрицания и с постоянным местом в конце словоформы: садни «никто  садани, садазни и т.д. Постфиксальными образованиями следует считать слова типа зат1ни «ничто  касни «никто

Интересно отметить, что в английском языке такого явления как постфиксация нет, и быть не может, т.к. английский язык  язык не Вестник ЧГПУ 82011 234

флективный, и постфикс в конце слова не может быть использован по причине возможного его перехода в окончание. Но отрицательные слова типа приведенных выше лезгинских в английском образуются с точностью до наоборот: к слову (местоимению) присоединяется отрицательная частица no «нетС] и, таким образом, образуется сложное слово с отрицательным значением: body + no > nobody «никто»; thing + no > nothing «ничего и др.

Возникает вопрос, является ли no префиксом или компонентом сложного слова? На этот вопрос трудно ответить однозначно, но мы придерживаемся того мнения, что это  сложные слова с отрицательным первым компонентом, т.к. частица в лезгинском языке является достаточно «автономной» и самодостаточной частью речи, могущей вступать в семантические отношения с другими частями речи.

Сущность обособления как способа словообразования в лезгинском языке состоит в том, что производное слово мотивируется не другим словом как таковым, а только одной из его словоформ или одним из его семантических и фонетических вариантов. Словообразовательным формантом при этом является флексия мотивирующей словоформы + система флексий нового слова, если последнее образовано от словоформы, или только система флексий мотивированного слова, если мотивирующим является семантический или фонетический вариант слова. Например, сурар «кладбище» - сур «могила, гатфарар «яровые культуры» - гатфар «весна» гъетрез «к вечеру» - гъед «йвезда, юкъуз «днем»- югъ «день» хураллай «наизусть» - хур «грудь варз «месяц» - варз «йуна»и др.

В английском языке обособление значения происходит при исчезновении семантической связи между производным и исходным значениями. Например, существительное ton «тонна» (имевшее ранее написание tun)  обособившееся значение слова tun «большая бочка» Существительное pound «фунт стерлингов» возникло в результате обособления частного значения «мера веса». Таким образом, обособление значения  особое явление, сходное с остальными способами словообразования лишь по конечному результату: так же, как при действии остальных способов, при обособлении значения образуется новая словарная единица.

Редупликация (повторение основы) в лезгинском языке  один из широко распространенных способов словообразования. Словообразовательная функция редупликации сводится к тому, что, благодаря повторению одной и той же основы в неизменном (чистом) виде, в сопровождении тех или иных аффиксов или совместно с основой  рифмой, образуется новая словарная единица. Существует три способа редупликации: а) собственно редупликация:

повторение слова в его словарной форме или в виде любой косвенной словоформы создает новое слово, имеющее свое собственное значение: яваш-яваш «понемножку, потихоньку С] ч1ар-ч1ар «еле-еле » пуд-пуд «по трое»и т.д.,

б) «ложная  редупликация: к первому слову подбирается рифмующийся, но самостоятельно несуществующий в языке звуковой комплекс, начинающийся со звуков [м\, [ш] или, реже, [пГ\: хъач-мач «зелень и тому подобное» куълуъ-шуълуъ «мелочи» шуртГ-пГуртГ «пререкание» в) смешанный способ или редупликация, сопровождаемая аффиксацией: качестве дополнительных средств используются суффикс, префикс, инфикс, флексия, союзная частица -ни: чирхчир «знакомый» (чир - причастие от глагола чирхъун «знать» + инфикс х-), жузун-качузун «справляться о здоровье, о делах» (жузун «спрашивать + инфикс ка-), гзафни-гзаф «чаще всего» (гзаф «много» + частица -ни), вахт-вахтунда «вовремя» (вахт «время» + флексия -унда). Как указывает Р.И. Г айдаров, словообразовательное значение подобных слов очень трудно определить однозначно, в каждом случае оно особенное (Гайдаров, 1991: 31).

В английском языке редупликацию или удвоение следует отнести к числу более редких типов морфологического словообразования. Удвоение встречается главным образом в звукоподражательных словах, оно ограничено стилистической сферой разговорной лексики и, как правило, эмоционально окрашено, эмфатично. Очень немногие из этих слов стали нейтральными по стилю, подобно словам murmur, ping-pong. В период первой мировой войны появились слова pom-pom «пулемет» ack-ack «зенитка Так же образованы восклицания bye-bye, ta-ta; pooh-pooh «высмеивать» «отзываться с

презрением» pretty-pretty «кукольный» и др. Наиболее часто встречается

повторение с чередованием i-a, i-o: tip-top «первоклассный» dilly-delly (разг.) «болтаться без дела», fiddle-faddle «ПустякиЦ shilly-shally «Нерешительный» В приведенных примерах повторение соединяется с чередованием гласной корня, но часто встречается и изменение первой согласной, тогда повторение превращается в рифмование: harum-scarum (ирон.) «безрассудный» hurdy-gurdy «Шарманка» helter-skelter «в беспорядке» rat-tat «стук в дверь »

Библиографический список

1. Гайдаров Р.И. Лексика лезгинского языка [Текст] / Р.И. Гайдаров.  Махачкала, Дагучпедгиз, 1991. -120 с.

2. Заботкина О.А. Словообразование английского языка [Текст] / О.А. Заботкина.  М., 1989.  233 с.

3. Загиров В.М. Заимствования в языках восточно-лезгинской группы [Текст] / В.М. Загиров.  Махачкала, 1987. -178 с.

4. Каращук П.М. Словообразование английского языка [Текст] / П.М. Каращук.  М., «Наука», 1977.  278 с.

5. Эйто Дж. Словарь неологизмов английского языка [Текст] / Дж. Эйто.  Нью-Йорк, 1998.  823 с.

6. Marchand H. The The Categories and Types of Present-Day English Word-Formation [Текст] / H. Marchand.  London, 1966.  332 p.

Bibliography

1. Gaidarov, R.I. Vocabulary of the Lezghin Language [Text] / R.I. Gaidarov.  Makhachkala: Daguchpedgiz, 1991.  120 p.

2. Eitho, J. The Dictionary of the New English Words [Тех^ / J. Eitho.  New-York: 1998.  823 p.

3. Karashchuk, P.M. The English Word-Formation [Text] / P.M. Karashchuk.  М.: «Nauka», 1977.  278 p.

4. Marchand, H. The Categories and Types of Present-Day English Word-Formation [Тех^ / H. Marchand.  London, 1966.  332 p.

5. Zabotkina, O.A. The English Word-Formation [Text] / О.А. Zabotkina.  М., 1989.

233 p.

6. Zagirov, V.M. Borrowings in the Languages of the East-Lezghin group [Text] / VM. Zagirov.  Makhachkala, 1987. 178 p.