Иерархия гендерного неравенства

Иерархия гендерного неравенства

В здравоохранении работает много женщин, но они редко руководят

Несмотря на то что женщины занимают доминирующее число позиций в здравоохранении развитых стран, бОльшая часть руководящих постов достается мужчинам. Продвижению женщин по служебной лестнице, как показало исследование экспертов Университетского госпиталя Вирджн Макарена в Испании, может мешать «стеклянный потолок». В России, вероятно, ситуация схожая, однако достоверной статистики о распределении руководящих постов в системе здравоохранения РФ по полу Минздрав не ведет.

Фото: Влад Некрасов, Коммерсантъ

Несмотря на то что женщины могут занимать бОльшую часть рабочих мест в системе здравоохранения, они редко достигают руководящих позиций даже в развитых странах. Об этом свидетельствуют результаты исследования, которое провели эксперты Университетского госпиталя Вирджн Макарена — оно было опубликовано в рецензируемом академическом журнале Health Equity. Их целью было оценить, как гендер влияет на карьеру в здравоохранении и что препятствует женщинам в продвижении по служебной иерархии. Чтобы ответить на этот вопрос, они собрали и проанализировали данные из национальной системы здравоохранения — их интересовало распределение руководящих должностей по полу и типу больниц в медицинских центрах Испании.

Общее число работников государственных больниц в Испании составляет 63 тыс. человек, из них 74% — женщины. Непосредственно медицинскими обязанностями занимаются 43 тыс. человек, или 69% от всего персонала. В этой категории доля женщин еще выше и составляет 78%. Остальные сотрудники были из администрации и сферы услуг. Как показал анализ управленческих должностей, в большинстве случаев (58%) они были заняты мужчинами — в целом вероятность достижения мужчиной одной из этих должностей была в 3,85 раза выше, чем у женщины. Максимальная концентрация мужчин была на позициях генеральных директоров и директоров по хозяйственной части (77%). Аналогичные показатели для позиций начальников служб и отделов был ниже — 55% и 46% соответственно.

Как отмечают авторы работы, результаты, которые они получили, свидетельствуют о том, что до достижения гендерного равенства в здравоохранении Испании еще далеко, а увеличение присутствия женщин в профессии не всегда приводит к феминизации ответственных должностей. Таким образом, женщины, делающие карьеру в здравоохранении, сталкиваются с ситуацией «дырявого водопровода»: чем выше позиция, тем меньше вероятность, что женщина сможет ее занять. Это, в свою очередь, обусловлено существованием «стеклянного потолка» — невидимого препятствия на пути продвижения женщин в их профессиональной карьере. В их числе — чрезмерная домашняя и семейная нагрузка, стереотипы и изначальное неравенство возможностей. При этом, отмечают авторы работы, сами женщины не теряют желания двигаться по карьерной лестнице — 60% из них рассматривают возможность баллотироваться на руководящую должность в своей организации.

Выводы исследования испанских экспертов согласуются с ситуацией в других развитых странах. Как следует из данных Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), более половины (70%) всех работающих в системах здравоохранения стран-членов — женщины. Однако при этом они занимают только 25% руководящих позиций. В ряде стран, например в США, этот показатель может быть еще ниже (18%).

Какова ситуация с гендерным равенством в здравоохранении в России, оценить сложно. Так, большую долю должностей в национальной системе здравоохранения, так же, как и за рубежом, занимают женщины. По статистике Минздрава, в государственных муниципальных медицинских организациях сейчас работаю почти 400 тыс. женщин, что составляет 71% от общего числа врачей. Среди среднего медперсонала их доля еще выше и достигает 95% (почти миллион человек). В ряде регионов, таких как Ингушетия и Северная Осетия, женщины занимают до 80% всех рабочих мест в больницах и клиниках. Однако, поскольку ведомство не ведет отдельной статистики относительно доли женщин на различных руководящих позициях, неизвестно, насколько характерны для России проблемы Испании.

В России такого неравенства не наблюдается, «у нас сглажены гендерные различия», отмечает директор Института экономики здравоохранения Высшей школы экономики Лариса Попович. Такую же оценку дает и пластический хирург высшей врачебной категории Валерия Гохман, сотрудник клинического госпиталя «Мать и дитя»: «В нашем здравоохранении существует единое понятие врача без разделения на мужчин и женщин. Поэтому нет мужских или женских специальностей, одинаково воспринимается врач-гинеколог мужского пола и врач-уролог женского пола».

Мнение

Директор Высшей медицинской школы Виталина Левашова — о том, почему важно работать не только над количеством медицинских работников, но и над качеством их подготовки.

Директор Высшей медицинской школы Виталина Левашова

Фото: Предоставлено НОЧУ ДПО «Высшая медицинская школа»

Несмотря на кадровый голод, сегодня в России работает более 700 тыс. врачей и более 1,3 млн медицинских сестер. Они и составляют тот самый медицинский капитал — кадровый ресурс системы здравоохранения, позволяющий сохранять жизнь и здоровье населения страны. Для его наращивания десять лет назад начался переход к системе непрерывного образования медицинских работников (НМО), которая наряду со средним специальным и высшим медицинским образованием является важным элементом профессионального развития специалиста.

Однако сегодня активно занимаются своим профессиональным развитием только 10% врачей и 5% медицинских сестер. Система НМО так и не была окончательно внедрена. Многие считают, что ее «вообще отменят». На фоне сложностей в экономике медицинские организации стараются экономить на всем, включая, к сожалению, обучение сотрудников. В итоге за последние несколько лет активизировались компании, не только предоставляющие образовательные услуги низкого качества, но даже торгующие документами, подтверждающими прохождение обучения.

Для решения этой проблемы необходимо прикладывать усилия со всех сторон. Но прежде всего со стороны государственных органов, контролирующих деятельность образовательных организаций. Обнаружить тех, кто занимается профанацией, несложно. Достаточно ввести в поисковой системе запрос «баллы НМО» или похожую фразу, чтобы увидеть множество разнообразных вариантов, исключающих само обучение медперсонала. Стоимость будет колебаться в пределах 1 тыс. руб. на человека. Избавление рынка от таких организаций уже даст толчок к изменениям.

При этом необходимо не только избавиться от негативных факторов, но и создать позитивные практики. Актуальными будут государственные субсидии на обучение медицинских сотрудников со строгим контролем качества и, как следствие, выбора образовательных организаций. Со стороны профессиональных ассоциаций важны ревизия и контроль качества образовательных программ и формирование реестра рекомендованных (проверенных) образовательных организаций.

В конечном счете все эти меры должны быть направлены на то, чтобы заинтересованность в развитии и — главное — возможность развития были у самих медицинских работников и их работодателей. В этом случае получится создать работающую систему, ориентированную на наращивание медицинского капитала системы здравоохранения страны.

Напротив, считает заместитель главного врача ГБУЗ «Московский научно-практический центр дерматовенерологии и косметологии» (МНПЦДК) Депздрава Оксана Поршина, преобладание мужчин на руководящих должностях в системе здравоохранения — это существующая традиция. «У нас в стране действительно мужчин—главных врачей, директоров медицинских центров и клиник больше, чем женщин. А кто так считает? Они же сами и считают. Но в то же время лично я не сталкивалась с какой-то явной дискриминацией по гендерному признаку, нет у меня и в близком окружении таких коллег-женщин, у которых бы не сложилась руководящая карьера в медицине именно по этой причине. Не вижу ничего такого и со стороны нашего руководства: в нашем центре директор — мужчина, а главный врач и все три его заместителя, включая меня,— женщины. А в целом в руководстве МНПЦДК пять мужчин и семь женщин»,— рассказывает она.

В свою очередь, присутствие в российской системе здравоохранения большого числа женщин может быть не столько признаком гендерного равенства, сколько свидетельством низкой оплаты труда, характерной для этого сектора, за которую не готовы идти работать мужчины. В первую очередь это является результатом недостаточно высокого уровня финансирования системы здравоохранения в целом: в РФ, в отличие от стран ОЭСР, доля таких расходов в ВВП достигает 4% вместо 8–9%. С другой стороны, как отмечает Лариса Попович, «у медиков вообще не очень правильно формализована система зарплат: у них очень многое зависит от отношения руководителя к подчиненным, и руководитель большую долю стимулирующих выплат в зарплате может распределять по собственному усмотрению, иногда очень субъективному».