Развитие понятия «Смысл» в гуманитарных науках (конец XIX – начало XXI вв. )

РАЗВИТИЕ ПОНЯТИЯ «СМЫСЛ»

В ГУМАНИТАРНЫХ НАУКАХ

(КОНЕЦ XIX - НАЧАЛО XXI вв.)1

Значение, смысл, личностный смысл, гуманитарные науки.

В статье показано развитие понятия «смысл» в конце XIX — начале XXI вв. в гуманитарных науках (философии, культурологии, языкознании, психологии). Выделены основные дискуссионные вопросы, возникшие при обсуждении понятия «смысл» в различных областях гуманитарного знания, обозначено поле современных исследований феномена «смысл» как психологического.

O.V. Kosohukova

Development of concept «sense» in humanities

Meaning, sense, personality sense, humanities.

The article shows the development of the concept «sense» from the end of the XlXth century to the beginning of the XXIth century in humanities, namely in philosophy, culturology, linguistics and psychology. The article highlights the most debatable questions which appeared during the discussion of the concept «sense» in different areas of humanities and considers the field of modern researches of the «sense» phenomenon to be a psychological concept.

Теоретический анализ проблемы смысла и личностного смысла в современной науке обнаруживает неуклонный рост интереса к смысловой сфере личности, возникновение нескольких концепций смысла и отсутствие общих подходов к смыслу как психологическому феномену. Так, существуют трудности, связанные с необходимостью дифференциации понятий «смысл» и «значение», «мотив», «ценность». При этом различные научные направления и школы, довольно активно привлекая понятие «смысл» в качестве объяснительного, далеко не всегда предпринимали попытки, пусть косвенного, описания его природы и сущности, особенно в психологическом аспекте.

Рассмотрим конкретные научные подходы, которые так или иначе затрагивают проблему смысла и, таким образом, обозначим поле исследования данной проблемы.

Для современных исследователей становится традиционным положение о том, что в науке термин «смысл» появился в качестве объяснительного в герменевтической проблеме единства / множества значений текстов Священного писания, а затем развивался в науках о языке, культурологии, философии (особенно в феноменологическом и экзистенциальном подходах) и психологии [Леонтьев, 1999; Новиков, 1999].

1 Подготовка и публикация статьи осуществлены при поддержке Министерства образования и науки РФ в рамках проекта №11/12 «Разработка, применение и экспертиза психологических технологий развития инновационных профессионально-личностных качеств студентов и педагогов в педагогическом вузе» Программы стратегического развития КГПУ им. В.П. Астафьева.

Еще в XVI в. Флациус Иллирийский, лютеранский богослов и писатель, для решения проблемы значения текста, вводит в герменевтический научный аппарат понятие контекста. Значение божественного слова, предложения, текста всегда одно, а библейские авторы через контекст вводят смысловые оттенки, конкретизируя различные смысловые вариации. Смысл слова всегда задаётся через контекст, и вне контекста слово смысла не имеет. Согласно Флациусу, для того чтобы отделить значения от смысла, герменевт должен учитывать цели и замысел автора.

В герменевтике развести «значение» и «смысл» как научные понятия удалось только в конце XIX в. немецкому философу Готлибу Фреге. Понятие смысла Г. Фреге определяет через введённое им же ранее понятие денотата как части объективной действительности, которую обозначает или о которой высказывает суждение текст или знак. Г. Фреге определил смысл как способ представления значения текста или знака (денотат), он (смысл) отображает отношение между денотатом и знаком [Фреге, 1977].

Под влиянием герменевтики в науках о языке также изменяется понятие о смысле. С 60-х гг. XX в. первоначальное представление о смысле, который образуется внутри слова или выражения и остаётся неизменным, «переросло в идею формирования смысла в исторически обусловленных дискурсных формациях» [Гийому, Мальдидье, 1999, с. 132]. Но впоследствии в трудах представителей французской школы анализа дискурса Д. Мальдидье и Ж. Гийому опровергается и эта идея происхождения смысла извне, в соотношении языка и идеологии [Гийому, Мальдидье, 1999]. Авторы указывают на то, что смысл никогда не задан изначально, ни идеологией, ни самим словом (выражением), он создаётся на каждом этапе описания, никогда не бывает структурно завершён и связан с языком и «архивом», в которых берёт своё начало, являясь ограниченным и открытым одновременно.

В отечественном языкознании первые идеи, близкие представлениям о разделении значения и смысла слова принадлежат выдающемуся русскому языковеду XX в. А.А. Потебне. Исследуя процесс «перевода» субъективных представлений в объективные данные языка, А.А. Потебня выделил «ближайшее этимологическое значение слова», осознаваемое носителями языка, и «дальнейшее значение слова», представляющее собой индивидуальный концепт говорящего, основанный на энциклопедических знаниях и личных психологических ассоциациях и не всегда полностью понятный адресату [Потебня, 1989]. «Дальнейшее значение» у А.А. По-тебни, с одной стороны, является субъективным образованием, а с другой — связано с социальным и культурным существованием индивида.

В середине XX в. некоторые отечественные лингвисты (и это одна из тенденций понимания смысла) пришли к выводу, что смысл является экстралингвистическим явлением и многие из них отказались рассматривать данное понятие в качестве предмета лингвистики. В связи с этим особый интерес представляет работа лингвиста Н.А. Слюсаревой. Показывая, что смысл — это экстралингвистическое понятие, которое связано с мышлением, представлено в сознании, а также может быть выражено любыми языковыми и неязыковыми средствами, Н.А. Слюсарева считает, что смысл существует как связь между понятиями, отражая реальные связи между предметами [Слюсарева, 1963]. Смысл — это то, что связывает сознание человека с объективной реальностью посредством отражения объективных связей.

И.М. Кобозева в работах конца XX в. возвращает понятие «смысл» в лингвистику. В исследовании она приходит к выводу о том, что смыслы являются подмножеством значений и, в отличие от последних, связаны с особенностями коммуникантов, а также варьируются во времени. Кроме того, смысл характеризует отсутствие

заданности связи между знаком и информацией, такую связь необходимо искать, «наполняя» ею знак, в то время как значение знака необходимо установить и знать [Кобозева, 2000].

А.И. Новиков, анализируя современное состояние проблемы смысла в языкознании, приходит к выводу: чем к более высокому уровню принадлежат исследуемые единицы языка (предложение, текст, дискурс), тем смысловой компонент становится важнее для современных исследователей языка, т. к. значение таких единиц, понимаемое в «обычном» смысле термина «значение», не существует [Новиков, 1999].

Таким образом, в языкознании отчётливо определяется двойственная природа смысла: он, с одной стороны, задаётся извне, с другой — «вычленяется» из самого текста путём анализа; с одной стороны, стабилен, с другой — изменчив; с одной стороны, субъективен, с другой — существует во внешнем мире в качестве связей между предметами; может сливаться со значением, а может ему противопоставляться.

Еще одной научной областью, где широко представлено понятие «смысл», является культурология. Здесь к нему обращаются как к качеству субъекта, познающего культуру. При этом и сама культура, по мнению современных исследователей [Новиков, 1999; Пелипенко, 2001; Сайко, 2001], является сосредоточением смыслов. Носители смысла — культура и каждый человек. Смысл связывает человека и культуру, уже - личность и культуру. Человек, в свою очередь, обладает средствами передачи собственных смыслов, их кодирования и декодирования смыслов других людей, воплощённых в культуре. Кроме того, смыслы как внеположенные человеку, как феномены культуры воздействуют на личность человека, его характер, позиции, ценности. При этом теории самого смысла нет и в культурологии. Так, автор смыслогенетической концепции культуры А.А. Пелипенко называет смысл «квантом» культурного пространства, «клеткой» организма культуры, при этом фактически отказывается от анализа самого феномена смысла, утверждая, что «...смысл - последний рубеж анализа, в который «упирается» рефлектирующая мысль, принципиально не желающая идти дальше» [Пелипенко, 2001, с. 20].

Сознание как поле порождения смыслов интересует не только культурологию, но и, прежде всего, философию, особенно в её феноменологическом варианте. В центре научных изысканий представителей данного подхода находится личность, которая осмысливает, понимает мир, делает осмысленный выбор. Автором идеи феноменологического анализа сознания в философии является Э. Гуссерль. Смысл для Э. Гуссерля — центральное понятие, означающее то, что мы осознаём в процессе «восприятия мира». В нашем сознании нам является не сам мир, но его смысл и смысл его частей. Именно сознание наделяет компоненты мира смыслом [Гуссерль, 1999].

Русский философ, ученик Э. Гуссерля Г. ТТТпет поместил смысл не только в сознание, но и в бытие, считая, что смысл объективен и, больше того, сам является бытием. Г. ТТТпет предлагает сложное и неоднозначное соотношение понятий «смысл» и «значение»: значение — это «логическое» значение слова, а смысл — это сущность вещи как таковой, в её бытии [ТТТпет, 1996]. Но сам смысл укоренен в слове и, кроме объективности и онтологичности, обладает такой характеристикой, как динамика, связанной с динамикой самого бытия.

Немецкий философ М. Хайдеггер, другой ученик Э. Гуссерля, обращаясь к проблеме познания внешней реальности, также приходит к идее о смысле как объективной сущности вещей. Одновременно смысл для М. Хайдеггера остаётся и феноменом сознания: «О смысле можно каждый раз говорить только тогда, когда мы имеем дело с обдумыванием, соображением, конструированием, определением...» [Хайдеггер, 1993, с. 251].

К. Ясперс был не только философом-феноменологом - последователем Э. Гуссерля, но и психиатром. Смысл интересовал его, прежде всего, как субъективный феномен: «Мы понимаем психические взаимосвязи изнутри, как нечто значащее, как некоторый смысл; и мы объясняем их извне, как регулярные или существенно важные параллелизмы или последовательности» [Ясперс, 1997, с. 546]. Смысл для Ясперса — это характеристика взаимосвязи психических явлений, но не суть самих этих явлений. Понять такой смысл — значит, понять «душу» индивида, что очень важно для психолога и психиатра.

Ещё одна заслуга К. Ясперса - введение термина «экзистенциальная философия» в работе «Духовная ситуация времени» в 1931 г. Подлинная философия с точки зрения экзистенциализма должна исходить из единства объекта и субъекта, которым является «экзистенция», иррациональная реальность. При этом, согласно философу и психотерапевту Эмми Дерцен, «главная идея экзистенциального подхода заключается в том, чтобы дать людям возможность вновь открыть для себя свои смыслы, верования и жизненные цели» [Экзистенциальная...]. Таким образом, философия экзистенциализма явилась ещё одним направлением, где мы находим попытки оригинальных решений проблемы смысла.

Ж.-П. Сартр, французский философ, представитель атеистического экзистенциализма, помещает смысл (смысл бытия) не в сознание и не в само бытиё, но как бы между ними, при этом «над» бытиём: «Во всяком случае, сознание может всегда подняться над сущим, не совсем к его бытию, но к смыслу этого бытия» [Сартр, 2000, с. 21]. Понятия «смысл бытия» и «феномен бытия» для Сартра — синонимы, при этом «феномен бытия не есть бытие. Но он обозначает бытие и требует его» [Там же, с. 21]. Таким образом, смысл (феномен) бытия всегда предметен, т. е. он предполагает некое явление внешнего мира, которое и обозначает.

Другой французский представитель феноменологии и приверженец экзистенциализма М. Мерло-Понти, вслед за Э. Гуссерлем, утверждал, что источник смысла находится в субъекте, причём в действующем субъекте. Человек — это тот, кто наделяет мир смыслами. Процесс наделения мира смыслами не является преднамеренным, человек «разносит вокруг себя интенции», которые воздействуют на мир без участия сознания человека [Мерло-Понти, 1997]. М. Мерло-Понти выделил и особенности динамики смыслов: она зависит и от динамики бытия (так же, как и у Г. Шпета), и от самого действующего субъекта.

Таким образом, в феноменологическом и экзистенциальном направлениях философии представлены все выделенные в языкознании противоречия, относящиеся к смыслу. Понятие «смысл», возникшее для обозначения особого феномена сознания, развивается и приобретает более масштабный характер: «смысл» отделяется от «значения», указывается на близость смысла к сущности вещей

Современная отечественная философия также обращается к изучаемому нами феномену. Так, В.В. Налимов предложил вероятностную теорию смыслов. По

В.В. Налимову, сознание человека — это особый текст, но «всякий текст — это носитель смыслов» [Налимов, 1989, с. 50], которым является и сознание. Смыслы сос-

тавляют пространство сознания, они представляют собой «размытое семантическое поле» [Налимов, 1989]. Сознание взаимодействует с миром, точнее, миром «метасемантики», благодаря чему «управляет своей текстовой природой» [Налимов, 1989, с. 50]. Смысл в этой теории носит космологическое начало, при этом он неделим и обладает силой «миронеобходимого начала» [Агафонов, 2000], а также связывает индивидуальное сознание и реальность.

Другой современный отечественный философ, С .А. Васильев, также связывающий смысл и текст при рассмотрении проблемы синтеза смысла в процессах создания и понимании текста, больше внимания уделяет и самому интересующему нас феномену, особенно его ценностному аспекту, точнее сказать: «ценность» для него является аналогией «смысла» [Васильев, 1988]. С.А. Васильев выделяет три источника смысла — со стороны субъекта и со стороны объективного мира, причём сам мир как бы разделён на две составляющие — мир межиндивидуального общения и мир предметных значений (культуры). Эти три источника образуют «тройственную» природу смысла, который он назвал «смысл — ценность» [Там же].

Авторы описанных подходов к проблеме смысла, на наш взгляд, больше ставят вопросов, чем отвечают на них в своих научных изысканиях. Основные вопросы, относящиеся к проблеме смысла, таковы: имеются ли различия между понятиями «смысл», «значение», «значимость» и «ценность» при научном анализе текстов, сознания, явлений окружающего мира? является ли смысл феноменом сознания, либо это феномен объективной действительности? смысл — это стабильное образование либо изменчивое, находящееся в динамике? если смысл находится в движении, то какова природа этого движения? какие функции выполняет смысл как феномен сознания либо как феномен внешнего мира? и наконец, познаваем ли смысл (его структура) в принципе?

Достижения психологии XX в. позволяют найти некоторые ответы у представителей различных психологических школ.

Рассмотрим первый вопрос — о дифференциации понятия «смысл» и других названных. Для австрийского психолога В. Франкла, автора метода экзистенциального психоанализа, близким понятию «смысл» является философский «логос», т. е. термин, фиксирующий единство понятия, слова и смысла (отсюда — «логотера-пия») [Франкл, 2000]; для канадского философа и психолога Дж. Ройса личностный смысл — это «значимость» (значимость внешнего мира для субъекта) (Серый, 2003). Для Дж. Келли, автора теории личности, где личность представлена иерархически организованной и постоянно меняющейся вслед за движением действительности системой личностных конструктов, «смысловое измерение» фактически синонимично «личностному конструкту» [Хьелл, Зиглер, 2009]. Однако, к сожалению, мы видим, что здесь скорее пополняется список синонимов, чем ограничивается область определения самого смысла.

Второй вопрос, касающийся онтологической характеристики смысла, вызывает у авторов большее единодушие. Так, феноменом объективной действительности смысл является у В. Франкла (смысл жизни вовне, его необходимо найти) и Ж. Нюттена, автора оригинальной теории мотивации. Ж. Нюттен говорит о смысле вещей как о той роли, которую они играют в поведении субъекта [Нюттен, 1975]. Феноменом субъективной реальности смысл выступает в концепциях Дж. Ройса (как высшая интегративная основа личности) и Дж. Келли (как личностная составляющая). Кроме того, ряд ученых помещает феномен в интерсубъектные взаимодействия. Согласно Ф. Фениксу, обосновавшему необходимость введения термина «смыслоориентированное образование» [Леонтьев, 1999, с. 46], смыслы социальны, они связывают личность и общество, а поиск смыслов — суть че-

ловеческой жизни. Авторы концепции самообучающейся личности, которая опирается на теорию личностных конструктов, Л. Томас и Ш. Харри-Аугстайн обращают внимание на такую особенность смысла, как возможность его передачи посредством диалога и предметов культуры [Стебляк, 2008].

На третий вопрос, о стабильности — изменчивости смысла (и о природе этой изменчивости), отвечают В. Франкл, Ж. Нюттен и Дж. Келли. При этом В. Франкл считает смысл (смыслы) стабильным инвариантным образованием, Ж. Нюттен и Дж. Келли динамичным, зависящем от меняющейся ситуации в изменяющемся мире.

Рассмотрение вопроса о функциях смысла в приведённых выше концепциях позволило современному российскому психологу Д.А. Леонтьеву разделить их на две группы: одна рассматривает смысл в качестве высшей интегративной основы личности (В. Франкл, Дж. Ройс, Ф. Феникс), другая — как структурный элемент сознания и деятельности (Ж. Нюттен, Дж. Келли, Л. Томас и Ш. Харри-Аугстайн) [Леонтьев, 1999].

К вопросу о познаваемости самого феномена смысла, на наш взгляд, ближе всех подошли Ф. Феникс и Ж. Нюттен, давшие его описание. Ф. Феникс выделил эмоциональный, когнитивный, волевой и поведенческий компоненты смысла; Ж. Нюттен — три уровня организации психической жизни индивида: психофизиологический, социальный и духовный, а также соответствующие им потребности, связанные с различными смыслами.

Кроме того, в психологии впервые заговорили о личностном смысле (Дж. Ройс, Л. Томас и Ш. Харри-Аугстайн), указывая на принадлежность смысла личности субъекта, его социальной сущности, а также обратили внимание на возможность передачи смысла в образовательном процессе (Л. Томас, Ш. Харри-Аугстайн, Ф. Феникс).

Библиографический список

1. Агафонов А.Б. Человек как смысловая модель мира. Пролегомены к психологической теории смысла. Самара: Бахрах; М., 2000. 336 с.

2. Васильев С.А. Синтез смысла при создании и понимании текста. Киев: АН УССР, Ин-т философии, 1988. 238 с.

3. Гийому Ж., Мальдидье Д. О новых приёмах интерпретаций, или Проблема смысла с точки зрения анализа дискурса // Квадратура смысла: Французская школа анализа дискурса. М.: Прогресс, 1999. С. 124-136.

4. Гуссерль Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии. М.: ДИК, 1999. Т.1. 336 с.

5. Кобозева И.М. Лингвистическая семантика: учеб. пособие. М.: Эдиториал УРСС, 2000. 350 с.

6. Леонтьев Д.А. Психология смысла: природа, строение и динамика смысловой реальности. М.: Смысл, 1999. 487 с.

7. Мерло-Понти М. Феноменология восприятия // От Я к Другому. Минск: Менск, 1997. С.173-199.

8. Налимов В.В. Спонтанность сознания. Вероятностная теория смыслов и смысловая архитектоника личности. М.: Прометей, 1989. 287 с.

9. Новиков А.И. Смысл: семь дихотомических признаков // Теория и практика речевых исследований. М.: МГУ, 1999. С. 132-144.

10. Нюттен Ж. Мотивация // Экспериментальная психология. М.: Прогресс, 1975. Вып. 5. С. 15-110.

П.Пелипенко А.А. Рождение смысла // Мир психологии 2001. № 2. С. 20-26.

12.Потебня А.А. Слово и миф. М.: Правда, 1989. 624 с.

13. Сайко Э.В. От редколлегии: Смысл как отношение к действительности и его определение как социокультурной реальности // Мир психологии 2001. № 2. С. 3—13.

14. Сартр Ж.П. Бытие и ничто: Опыт феноменологической онтологии. М.: Республика, 2000. 639 с.

15.Слюсарева Н.А. Смысл как экстралингвистическое явление // Как построить интересный урок иностранного языка. М., 1963. 199 с.

16. Стебляк Е.А. Проблемы смысла в психологии: учеб. пособие. Омск: Изд-во НОУ ВПО, 2008. 168 с.

17. Франкл В. Воля к смыслу. М.: ЭКСМО-Пресс, 2000. 368 с.

18. Фреге Г. Смысл и денотат // Семиотика и информатика. М.: ВИНИТИ, 1977. Вып. 8.

С. 181-200.

19. Хайдеггер М. Время и бытие. М.: Республика, 1993.447с.

20.Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности. СПб.: Питер, 2009. 607 с.

21.Шпет Г.Г. Явление и смысл (Феноменология как основная наука и её проблемы). Томск, 1996. 192 с.

22. Экзистенциальная психология. 1Л1Ь: Ы,1,р://с|).чу. ги/сй./б/

23. Ясперс К. Общая психопатология: пер. с нем. М.: Практика, 1997. 1056 с.