Родной диалект как основа фонетической интерференции в русской речи китайцев

ВЕСТНИК МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА. СЕР. 9. ФИЛОЛОГИЯ. 2011. № 4

Дэн Цзе

РОДНОЙ ДИАЛЕКТ КАК ОСНОВА ФОНЕТИЧЕСКОЙ ИНТЕРФЕРЕНЦИИ В РУССКОЙ РЕЧИ КИТАЙЦЕВ

В статье показано, что в ходе освоения иноязычной фонетики на произношение китайца может оказывать интерферирующее воздействие как фонетическая система китайского литературного языка, так и фонетическая система его родного диалекта. В связи с этим сопоставлены характеристики фонетической интерференции в русской речи северных и южных китайцев. Особое внимание уделяется отклонениям, обусловленным структурой слога в китайском литературном языке и в диалекте «юэ», на котором говорит значительная часть жителей южных территорий Китая. Учет диалектного влияния наряду с влиянием литературного языка способствует повышению эффективности обучения китайцев русской звучащей речи.

Ключевые слова: интерференция, иностранный акцент, родной диалект, силлабема, практическая фонетика.

Besides Standard Chinese, Chinese dialects can also affect the accents of native Chinese speakers when speaking foreign languages. This paper compares the accents of southern and northern Chinese when speaking Russian as a foreign language. It analyzes the differences between the accents of native Cantonese dialect speakers and Standard Chinese speakers due to the phonetic differences of these two systems. Thus when teaching Russian pronunciation to Chinese students it is necessary to take into consideration not only Standard Chinese, but also the students' native dialect. That contributes greatly to improving the efficiency of teaching phonetics to this contingent.

Key words: interference, a foreign accent, the native dialect, syllabeme, practical phonetics.

Исследование лингвистических проблем преподавания русского языка как иностранного (РКИ) началось достаточно давно. Анализ особенностей иностранного акцента в русской речи — важная составляющая такого исследования. Обычно этот анализ основывается на сопоставлении литературных вариантов родного и изучаемого языков. При этом исходят из того, что у носителей одного и того же конкретного языка должны быть одинаковые черты акцента. На самом деле это далеко не всегда так.

До настоящего времени мало внимания обращалось на то, какое влияние оказывают диалекты и говоры родного языка на произношение иностранцев, изучающих русский язык. Для многих стран, особенно небольших, указанная проблема не является акту-

альной, поскольку в этих странах языковая ситуация относительно проста. В России языковая ситуация имеет свои особенности: отношение к орфоэпической норме достаточно жесткое, что определяется преимущественно парадигматическим характером звукового строя русского языка [Горшкова, 1980; Бархударова, Щукина, 2006]. В связи с этим одна из задач школьного образования — добиться, чтобы диалектные черты были изжиты в произношении учащихся. В итоге образованные люди говорят по-русски более или менее одинаково на различных территориях России. При изучении иностранных языков диалектное влияние редко сказывается на процессе овладения ими иноязычного произношения.

В целом ряде стран, в частности в Китае, языковая ситуация гораздо сложнее, чем в России. Китай, как и Россия, страна этнически неоднородная и огромная по территории. Отношение к норме у носителей китайского языка иное, чем у носителей русского языка. В речи образованных китайцев достаточно часто сохраняются яркие и устойчивые диалектные черты. Эти черты в произношении китайцев оказывают большое влияние на обучение иноязычному произношению, в том числе русскому.

Официальным государственным языком Китая является китайский литературный язык, так называемый путунхуа. После образования в 1949 г. Китайской Народной Республики все китайцы в обязательном порядке изучают в школе и вузе путунхуа. Путунхуа основывается на северном диалекте китайского языка. Многие ученые считают, что пекинский говор следует считать нормой, потому что Пекин является столицей Китая. Не все с этим согласны, но общепринято, что люди, живущие в северо-восточных провинциях, говорят по-китайски, максимально приближаясь к орфоэпической норме.

Кроме путунхуа существует много групп диалектов, которые сильно отличаются от него. Одним из самых известных и самых распространенных диалектов является южный диалект «юэ», на котором говорит более 70 млн человек. Наряду с путунхуа юэ получил официальный статус в Гонконге и Макао. На нем говорят многие жители Юго-Восточной Азии, а также эмигранты, живущие в США, Канаде и Австралии.

Представляется целесообразным подробнее остановиться на интерферированной русской речи носителей именно этого диалекта по нескольким причинам. Прежде всего диалект «юэ» сильно отличается от других диалектов, в том числе и от путунхуа: около 90% слов произносится говорящими на этом диалекте по-иному. Разница между юэ и путунхуа настолько велика, что в лингвистике диалекту «юэ» дали название «кантонский язык». В силу несход-

ства в звуковом строе литературного языка и диалекта «юэ» фонетический акцент в интерферированной русской речи носителей этого диалекта особенно сильно отличается от акцента других носителей китайского языка.

Фонемный репертуар, которым владеют южане, иной по сравнению с тем, которым владеют те, кто знает только китайский литературный язык. В школе жители юга Китая изучают путунхуа, а дома говорят с родителями на диалекте. В результате носители диалекта «юэ» осваивают две языковые системы, однако родной для них все же является система кантонского диалекта: при освоении иноязычной фонетики его влияние доминирует.

Следует также отметить, что говорящие на диалекте «юэ» составляют большой контингент китайцев, изучающих русский язык. В последние десять—двадцать лет торговля между Россией и южным регионом Китая стала быстро развиваться. С развитием экономики все больше и больше южных китайцев — носителей кантонского диалекта начинают изучать русский язык. Традиционный сопоставительный анализ систем русского и китайского литературных языков не позволяет объяснить целый ряд фонетических и фонологических ошибок в речи южных китайцев. Для такого объяснения необходим учет особенностей звукового строя кантонского диалекта.

Как известно, для описания фонетической системы китайского языка исключительно важным является понятие силлабемы. Сил-лабема (или слогофонема) китайского языка определяется некоторыми фонетистами, например, Л.В. Щербой, Е.Д. Поливановым, В.Б. Касевичем, как основная неделимая единица звукового строя китайского языка [Щерба, 1974; Поливанов, 1991; Касевич, 1983]. В противоположность упомянутым исследователям М.К. Румянцев, А.Н. Алексахин и ряд других лингвистов считают минимальной единицей фонетической системы китайского языка фонему, хотя и признают, что китайский слог (силлабема) характеризуется неразрывной спаянностью всех своих частей [Румянцев, 1978: 35; Алексахин, 2006: 7]. Именно эта точка зрения принята за основу в настоящей работе.

Несомненно, типичной чертой китайского слога является его жесткая структура. Для кантонского диалекта, как и для других диалектов китайского языка, характерна строгая сочетаемость фонем в структуре силлабемы, однако правила этой сочетаемости в литературном языке и в кантонском диалекте могут не совпадать. Такое положение обусловливает основные различия акцентных черт в русской речи носителей путунхуа и диалекта «юэ».

В России уже издавались лингвистические работы, в которых исследуется кантонский диалект. К их числу относятся, например,

книга С.Б. Янкивера «Гуанчжоуский (кантонский) диалект китайского языка» [Янкивер, 1987], а также учебное пособие К.А. Кот-кова «Кантонский язык на каждый день и на всякий случай» [Котков, 2006]. Однако поскольку носители данного диалекта знают также китайский литературный язык «путунхуа», их не выделяли как особую группу среди изучающих русский язык.

Тем не менее уже А.А. Реформатский в своей работе «Фонология на службе обучения произношению неродного языка» упоминал некоторые акцентные черты, которые обнаруживаются только у южных китайцев, фактически у носителей кантонского диалекта: например, неразличение звуковых единиц [л] и [н], [л'] и [н']. Как пишет ученый, для северных китайцев «различие [л] и [н] в русском языке не представляет трудностей, так как это различие есть и в их фонологической системе. А для южных китайцев здесь кроется большая трудность, так как [л] и [н] между гласными у них совпадают. Поэтому долгое время лилия и линия, клялись и клянись в русском для южных китайцев неразличимы» [Реформатский, 1970: 511].

В то же время следует обратить внимание на отсутствие в русской речи южных китайцев некоторых ошибок, типичных для носителей путунхуа. В работе с этим контингентом учащихся можно не обращать внимания на некоторые явления русской фонетики, важные в ходе обучения русскому произношению северных китайцев. Например, носители кантонского диалекта легко усваивают произношение звука [э], тогда как для тех, кто владеет только системой путунхуа, произношение этого звука в большинстве позиций представляет большую сложность. Поскольку в путунхуа сходный с русским [э] звук [е] появляется лишь в составе дифтонгов, его произношение в русских словах представляет трудность для носителей путунхуа и обычно невозможно без последующего [i]. Так, слово это северные китайцы часто ошибочно произносят как * [ei]то или *[ai]то, в то время как южные китайцы подобных ошибок в этом слове не делают.

В целях выработки рекомендаций, важных для обучения южных китайцев русскому произношению, необходимо дать подробный сопоставительный анализ фонетических систем путунхуа и кантонского диалекта, который позволяет определить разницу в фонетическом акценте северных и южных китайцев. Сопоставление дает возможность сделать целый ряд выводов, имеющих значение для обучения китайцев русскому произношению.

1. В составе звуковых единиц систем путунхуа и кантонского диалекта имеются большие различия, которые определяют разные черты акцента, проявляющиеся при изучении русской фонетики у северных и южных китайцев. Зная литературный язык наряду

с диалектом, южные китайцы владеют фонемным репертуаром обеих систем. В результате, с одной стороны, при изучении фонетики иностранных языков они имеют известное преимущество по сравнению с северными китайцами. С другой же стороны, в силу преобладающего воздействия диалекта на интерферированную русскую речь южан в их произношении проявляются диалектные черты.

Часть звуковых единиц русского языка не имеет аналогов в одной фонетической системе, а часть — в другой. Например, русский согласный [ч'] не имеет аналога в китайском литературном языке, но имеет его в кантонском диалекте. Соответственно, северяне могут не различать на слух и в произношении такие слова, как мать и матч, мять и мяч, сеть и сечь. Для южан различение указанных слов, напротив, не составляет трудности. Аналог русского звука [ш], наоборот, отсутствует в кантонском диалекте, но его можно найти в пу-тунхуа, в связи с чем неразличение [с] и [ш] (*СаИа вместо Са[ш]а, *^]оссе вместо [ш]оссе) можно ожидать только в произношении южан, если они не контролируют своё произношение; северяне в этом случае ошибок не делают.

2. Правила строения слога в кантонском диалекте отличаются от правил строения слога в путунхуа. В отличие от литературного языка в кантонском диалекте сохранились некоторые черты древнекитайского языка, в частности — допускается закрытый слог. Кантонский слог может заканчиваться только одним согласным (структура СУС) — два и более согласных в конце слога невозможны, однако по сравнению с китайским литературным языком кантонский диалект в этом отношении все же ближе к русскому языку. Так, противопоставления типа печать/печати южане, в отличие от северян, различают и на слух, и в произношении.

3. И для китайского литературного языка, и для кантонского диалекта типична жесткая сочетаемость звуковых единиц в структуре силлабемы, однако правила сочетания согласных и гласных в кантонском диалекте иные, чем в путунхуа. В целом в кантонском диалекте допускается более разнообразная сочетаемость звуковых единиц в структуре силлабемы, чем в литературном языке.

В приведенной ниже таблице показано, какие сочетания согласных и гласных допускаются или не допускаются в китайском литературном языке и в кантонском диалекте. Часть сочетаний возможна в обеих системах, часть из них в обеих системах отсутствует, большинство же существует лишь в одной из систем. Знак «+» обозначает наличие слога в системе, знак «-» обозначает его отсутствие.

Силлабемы китайского литературного языка и кантонского диалекта

1а 1е 1о па п'1 по ¡а

Китайский литературный язык + - - + + - +

Кантонский диалект + - + - - + +

£аЗ- Г е П ва во Ио

Китайский литературный язык - - - + - - -

Кантонский диалект + - + + + + +

Анализ таблицы позволяет определить те закономерности сочетаемости звуковых единиц в силлабемах китайского литературного языка и кантонского диалекта, которые обусловливают основные различия в акцентных чертах, возникающих при изучении русского языка северными и южными китайцами.

Во-первых, в кантонском диалекте фонемы <п> и <1> не различаются перед всеми гласными: сочетания [п] с гласным отсутствуют. Данная акцентная черта в русской речи носителей кантонского диалекта уже была обозначена в связи с упоминанием статьи А.А. Реформатского [Реформатский, 1970: 374—397].

Поскольку южане обычно владеют литературным китайским языком, некоторые из них без труда различают русские фонемы <н> и <л>, <н'> и <л'>. Однако часть южан начинает изучать литературный язык только в школьном возрасте. Такие носители кантонского диалекта не могут в полной мере изжить акцентные черты, связанные с неразличением носовых и боковых. Поэтому несмотря на знание литературного языка они иногда допускают смешение <н> и <л>, <н'> и <л'> в интерферированной русской речи. Особенно частым оказывается смешение мягких <н'> и <л'>: например, вместо [л'эт] (лет) произносится *[п'е1]. Частотность ошибки может быть связана с тем, что русские мягкие согласные составляют особую трудность для китайцев.

Во-вторых, сходное с русским [л'э] сочетание отсутствует как в кантонском диалекте, так и в путунхуа. Однако в литературном языке есть сочетание полумягкого [1] с дифтонгом Це], которое похоже на русское сочетание [л'э] в быстром темпе речи, в связи с чем носители путунхуа сравнительно легко произносят его. В диалекте «юэ» ситуация иная: в этой системе с [е] сочетается только твердый [1]. Поскольку южане владеют наряду с диалектом литературным языком, нередко они произносят русское сочетание [л'э] близко к правильному. Тем не менее родным для них все же является кантонский диалект, в связи с чем в их интерферированной

речи, если они тщательно не следят за своим произношением, могут обнаруживаться неразличение [л'э] и [лэ]: например, вместо [л'эс] произносится *[1е8], вместо ба[л'э]т — *ба[1е]т с твердым боковым сонорным.

В-третьих, как видно из таблицы, в системе кантонского диалекта есть сочетания [Г4], [в'1], Р"а1], которые отсутствуют в литературном языке. По этой причине южанам проще произносить русские сочетания [ф'и], [с'и], [фай], чем северянам.

В-четвертых, в отличие от путунхуа, в кантонском диалекте есть сочетания [1о] и [8о] с монофтонгом [о]. В связи с наличием этих сочетаний в кантонском диалекте следует обратить внимание на принципиальные различия при произношении русских сочетаний [ло] и [со] в акценте северян и южан.

В литературном китайском языке [1] и [8] с гласным [о] не сочетаются, зато сочетаются с дифтонгом [ио]. Между тем русский гласный [о], как отмечал Л.В. Щерба, является дифтонгоидом [Щер-ба, 1983]. Северные китайцы хорошо слышат дифтонгоидность русского гласного и в названных сочетаниях «утрируют» ее, заменяя русский дифтонгоид своим дифтонгом. Этого, разумеется, не происходит при произнесении сочетаний [бо], [по], [мо], [фо] и других, аналоги которых в китайском литературном языке имеют в своем составе монофтонг.

В кантонском диалекте, в отличие от литературного языка, согласные [1] и [8] сочетаются с монофтонгом [о], а не с дифтонгом. Поэтому в сочетаниях [ло] и [со] южане слышат и произносят монофтонг. Важно, однако, что [о] в китайском литературном языке и в кантонском диалекте не является дифтонгоидным. По этой причине в акценте южан в сочетаниях [ло] и [со] произносится «слишком» однородный [о]. Такой же гласный произносится всеми китайцами в сочетаниях [бо], [по], [мо], [фо]. Таким образом, в акценте северян дифтонгоидность [о] в сочетаниях [ло] и [со] «утрируется», а в акценте южан — «снимается».

В-пятых, существуют такие сочетания, которые отсутствуют и в путунхуа, и в кантонском диалекте, однако в русской речи носителей двух рассматриваемых систем на месте русских аналогов этих сочетаний делаются разные ошибки, и причины возникновения ошибок тоже разные. К числу таких аналогов относится сочетание [ф'э], которое трудно освоить как южанам, так и северянам, несмотря на то что в обеих системах существуют и губно-зубная глухая щелевая звуковая единица [Г ] (перед гласными переднего ряда), которая похожа на русский [ф'], и гласный переднего ряда [е], сходный с русским [э].

Как уже указывалось, в китайском литературном языке звук [е] похож на русский [э] в сочетании [ф'э]. Он возможен только в со-

ставе дифтонгов, например [je], [ei], [ye] и т.п. Из этих дифтонгов с согласным [f] может сочетаться только дифтонг [ej]. Соответственно в акценте северян происходит замена [ф'э] на [fej ]: например, * [fej]depaMbHbiü (федеральный), 6y[fej]m (буфет) и т.д. Более того, для обозначения сочетания [ф'э] в некоторых русских словах, в том числе в имени Федя, в китайском письме выбирается иероглиф, соответствующий произношению [fej]. Ошибка, обусловленная заменой [ф'э] на [fej], особенно часто делается северными китайцами на начальном этапе обучения, когда учащиеся еще не прошли специальную фонетическую тренировку.

Иное отклонение наблюдается в акценте южан. В кантонском диалекте есть только сочетание [fe] с твердым согласным, а сочетание *[f e] с полумягким согласным отсутствует. Поэтому южане часто произносят *[fed вместо [ф'э]дя, *npo[fe]ccop вместо про [ф'э] ссор с твердым [f]. Разумеется, произношение сочетания [фэ] в заимствованных словах типа кафе, где русский губно-зубной глухой согласный является твердым, не вызывает трудностей у носителей кантонского диалекта.

Таким образом, в ходе освоения иноязычной фонетики на речь китайца может оказывать интерферирующее воздействие как фонетическая система литературного языка «путунхуа», так и фонетическая система его родного диалекта. Это интерферирующее воздействие отражается в форме акцента. В целом носители диалекта имеют преимущество в усвоении новых языков, поскольку владеют двумя системами и, значит, обладают более широким фонетическим «репертуаром», чем те учащиеся, которые знают только китайский литературный язык. В то же время влияние диалекта может обусловливать наличие особых черт фонетической интерференции в русской речи его носителей. Учет диалектного влияния наряду с влиянием литературного языка способствует повышению эффективности работы, связанной с постановкой китайцам русского произношения, и значительно упрощает процесс преподавания русской фонетики в китайской аудитории.

Список литературы

Алексахин А.Н. Теоретическая фонетика китайского языка: [Учебное пособие]. М., 2006.

Бархударова Е.Л., Щукина О.В. Проблемы орфоэпической вариативности в контексте обучения иностранных учащихся русскому произношению // Вариативность в литературном произношении. Борьба вокруг нормы. М., 2006. Горшкова К.В. ... 1980???

Касевич В.Б. Фонологические проблемы общего и восточного языкознания. М., 1983.

Котков К.А. Кантонский язык на каждый день и на всякий случай. СПб., 2006.

Поливанов Е.Д. Труды по восточному и общему языкознанию. М., 1991. Реформатский А.А. Фонология на службе обучения произношению неродного языка // Реформатский А.А. Из истории отечественной фонологии: Очерк; Хрестоматия. М., 1970. Румянцев М.К. К проблеме слогофонемы // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 13.

Востоковедение. 1978. № 2. Щерба Л.В. Языковая система и речевая деятельность. М., 1974. Щерба Л.В. Русские гласные в качественном и количественном отношении. М., 1983.

Янкивер С.Б. Гуанчжоуский (кантонский) диалект китайского языка. М., 1987.

Сведения об авторе: Дэн Цзе, аспирант 5-го года обучения кафедры русского языка филол. ф-та МГУ имени М.В. Ломоносова. E-mail: catcatvasily@hotmail.com