Концепт «Сильное государство» в современных условиях политико-правовой глобализации: теоретико-правовой анализ

В этом смысле политико-правовой порядок можно рассматривать как властную организацию социума, отражающую политическое и юридическое устройство конкретного общества. Кроме того, сама политическая и правовая наука, как отмечает Е.А. Лукашева, остро нуждается сегодня в примирении ряда антагонистических концепций правопонимания и государствопонимания, разработки интегрального (комплексного) подхода к праву и государству, рассмотрения этих феноменов как взаимосвязанных социальных явлений1. Причем последний должен включать в себя: с одной стороны, синтез политических и правовых доктрин, с другой, - нравственные, социологические, психологические особенности конкретного юридико-политического мира. Немалую роль для этих начинаний может и должна сыграть теория государственной власти, раскрывающая реальность государственно-правовой жизни, её регулятивную и реляционно-институциональную структуру (Л.С. Мамут), особенности властно-правового (государственного) бытия2.

В этом смысле идея политико-правового порядка связана с осмыслением социальной жизни как целого, предполагает отношение к государству и праву как к единой публично-правовой «среде» развития и функционирования общественных отношений. Таким образом, государственная власть реализует связь различных общественных интересов и потребностей с общим политико-правовым порядком, а также сообразно с ними осуществляет свои функции и направляет развитие правовой системы общества. В этом смысле политико-правовой порядок - это основанная на юридических нормах, идеях, ценностях и идеалах такая институциональная организация общества, которая обеспечивает упорядоченность социальных отношений и действий, а также отражает специфику и закономерности развития конкретной правокультурной системы.

О.И. Мирошкина

КОНЦЕПТ «СИЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВО»

В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ ПОЛИТИКО-ПРАВОВОЙ ГЛОБАЛИЗАЦИИ: ТЕОРЕТИКО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ

Для построения собственно любой концепции необходим целый ряд исходных предпосылок и принципов, определяющих базовые понятия и модели рассуждений для формирования фундаментальных идей и выстраиваемых в соответствии с последними специальных утверждений-концептов, относящихся к соответствующим дисциплинарным дискурсам.

Ввиду чего следует выделить ряд наметившихся практических и теоретических предпосылок к формированию целостной концепции «сильного государства», отражающей потребности «бытия» общества и государства, выверенной и обоснованной с точки зрения политической, экономической, социологической, юридической, психологической и др. наук.

В последнее десятилетие посылки к усилению государства назрели в самом обществе и выразились в парадоксальной готовности последнего к отказу от значительной части собственных прав и свобод в пользу государственной власти, что часто объясняется незрелостью институтов гражданского общества и связывается с необходимостью его защиты и развития: «Сильное государство и всесильная бюрократия - это не одно и то же. Первое нужно гражданскому обществу как инструмент развития и поддержания порядка. Для защиты и укрепления демократических институтов. Вторая - смертельно опасна для него. Поэтому наше общество должно спокойно, настойчиво и не откладывая на потом развивать институты демократии»3. Вместе с тем указанное позволяет отметить, что доминирующая роль государственного аппарата в так называемом «правящем слое» может снижаться посредством реального повышения эффективности демократических институтов и процедур, а не имитации последних.

1 Лукашева Е.А. К вопросу о правопонимании (по материалам «круглого стола» в Центре теории и истории права и государства ИГП РАН) // Государство и право. 2003. № 5. С. 10.

2 Мамут Л.С. О государстве и государственности (по материалам «круглого стола» в Центре теории и истории права и государства ИГП РАН) // Государство и право. 2003. N° 5. С. 15-16.

3 Послание Президента РФ Федеральному Собранию от 5 ноября 2008 г.

О практическом повышении роли «сильного государства» также свидетельствуют результаты последнего опроса, проведенного российской негосударственной исследовательской организацией - Аналитическим Центром Юрия Левады. Так, больше половины россиян выступает за сильную власть, считают, что в стране нет демократии и она не нужна (57 %), не хотят демократии (26 %), респонденты уверены, что президент должен обладать всей полнотой власти в государстве (60 %), и лишь некоторые выступают за разделение властей (16 %). На вопрос, нужна ли российскому народу «сильная рука», 43 % ответили - «да», около 30 % - «иногда», и лишь 17 % не допускают подобного. При этом 36 % полагают, что лучшей политической системой для России является нынешняя, 24 % выступают за советскую систему, и 15 % - за западную1.

При этом следует констатировать, что «сильная рука» в общественном сознании перестает ассоциироваться с советским прошлым и все больше отождествляется с современной властью, а представления о сущности демократии явно размыты. Что позволяет говорить о «коллажирован-ном» российском обществе, находящемся в сложном переходном состоянии, ушедшем от жестко-авторитарного режима и хаоса 90-х годов, но пока еще не построившем эффективные демократические институты.

Останавливаясь на характеристике теоретических предпосылок к обоснованию рассматриваемой концепции, то следует указать, что в последние годы среди широкого круга ученых различных направлений отмечается повышенное внимание и все большее обращение в исследованиях к тем или иным аспектам проблемы «сильного», «эффективного» государства, ввиду чего представляется необходимым обозначить основные ориентиры, определения, постулаты, перспективы в разработках данной проблематики.

В опубликованной несколько лет назад работе известного американского философа Ф. Фукуямы «Сильное государство» подчеркивается, что «построение сильного государства - одна из наиболее важных проблем мирового сообщества»2. При этом в понимании государственности автор разводит аспекты «сила» и «сфера влияния» государственной власти, характеризуя последний как совокупность функций и целей, возлагаемых на государство. В указанном ключе реальная дееспособность государства, выражающаяся в возможности открыто проводить собственную политику, а также обеспечивать реализацию и соблюдение законности, обозначается синонимичными понятиями «сила государственной власти», «эффективность государства», «мощь государственного аппарата». С точки зрения Ф. Фукуямы, для развития того или иного общества необходимо сосредоточить внимание на аспекте силы государства, придав ей реальный характер посредством внедрения развитых и эффективно действующих политических институтов, основанных на демократической легитимности, играющей функциональную роль во власти, учитывающих национально-культурные факторы.

Вопросы формирования концепции сильного государства поднимаются в работе А.Д. Керимова под одноименным названием. Особое внимание уделено признакам сильного государства, определяемых наличием властного потенциала (или ресурсов власти, в частности материально-финансовых), функционального потенциала (иными словами широкой сферы влияния), духовного потенциала (т.е. легитимности, особенно со стороны светской и духовной интеллигенции достигаемой посредством государственной идеологии), а также национально-ориентированной и открытой властвующей элиты. Кроме того, необходимость построения сильного государства вытекает из ряда предпосылок: ускорение буквально всех общественных процессов требует целенаправленных усилий конкретных государств; исключительно государство на подконтрольной ему территории в состоянии обеспечить управление социумом ориентированное на достижение всеобщего блага для эффективного регулирования и решения, глобальных по своему характеру процессов и проблем; осознание человечеством необходимости существования социального государства и обеспечение должного функционирования последнего позволяет минимизировать последствия рыночных отношений исходящих, в конечном счете, из принципа «деньги ради денег» и практически реализовать в обществе принципы справедливости и солидарности;

1 http://www.levada.ru/press/2009101501.html

2 Фукуяма Ф. Сильное государство: управление и мировой порядок в XXI веке. М., 2007. С. 5.

способность государства регулировать и контролировать социальные процессы, а также решать многочисленные общественно значимые проблемы, позволяет избежать стремления иных сил и структур, действующих, как правило, частных интересах и узкоэгоистических целях, порою даже враждебных обществу, занять ведущую, управляющую функцию; государство, выступая всеобъемлющей социальной организацией, несет бремя ответственности за дальнейший общественный прогресс, в отличие от рыночных структур в основной массе индифферентных к сохранению и развитию искусства и литературы, академического образования, фундаментальной науки и других ценностей; обусловленные феноменом глобализации кардинальные изменения структуры мировой политики, (дающие неоспоримые преимущества, но лишающие государства части суверенитета), требуют от государств усиления собственных позиций во избежание внутренних деструктивных, регрессивных последствий, учитывая тенденции присвоения новых возможностей, вытекающих из глобализации власти, не в интересах мирового сообщества, а в интересах сосредоточивших ее главные рычаги1.

Государства со слабыми институтами не в состоянии реализовывать необходимые в современном мире задачи и решать обозначенные актуальные проблемы и только сильное, эффективное, государственное управление способно обеспечить прогрессивное развитие общества.

С дугой стороны, феномен сильного государства диалектичен в своем содержании, поскольку в интерпретации моделей создания политического порядка исходят из двух «формул»: либеральной и этатической, первая традиционно ассоциируется со слабостью государства, а вторая, напротив, с его всепроникающей силой.

Так, либеральная тенденция во взаимоотношениях государства и общества, отражает процесс так называемой деэтатизации, имеющий в основе презумпцию ограничения воздействия государственной власти на социальные процессы и отношения. Государство играет роль в лучшем случае «арбитра», а в худшем - «ночного сторожа», для граждан. Функции государства сокращены до критического минимума, представлены лишь особо важные: по обеспечению правопорядка, безопасности личности, охране окружающей среды и т.д., при одновременном расширении количества функций предоставленных развитому гражданскому обществу.

Сторонники классического либерализма убеждены в необходимости сужения государственно-властных полномочий, которое, в конечном счете, приведет к исчезновению государства, если не де-факто, то де-юре, путем лишения его основных «жизненно важных» полномочий.

Этатическая тенденция отражает процесс расширения полномочий государства в отношении духовной, социальной, экономической и иных сфер общественной жизни, который, как правило, связан с отсутствием возможности самостоятельного регулирования социальных отношений самим обществом. Этатизм, сформировавшийся в политическую доктрину в конце XIX века, в основном характерен для развивающихся государств, контролирующих практически полностью жизнедеятельность человека, причем в отсутствие принципов разделения властей, сдержек и противовесов между ними, специализации политических функций и компетенций, верховенства права и прочих. Государству здесь принадлежит ключевая роль в прогрессивном развитии общества, по причине отсутствия у последнего на то способностей. Ввиду чего возникает идея социализма как фактор для урегулирования социальных противоречий, и предотвращения революций.

На современном этапе этатизм, понимаемый в консервативном смысле, усматривает главную опасность для свободы в деструктивных импульсах эмансипации, исходящих от общества2.

Либеральная и этатическая традиции, воспринимаемые в качестве ключевых ориентиров напрямую ведущих к ослаблению или усилению государства представляют собой не что иное, как миф, поскольку в сущности обеих моделей заложены конструктивные принципы для государственного строительства. При этом связь либерализм - корпоративная демократия - сильное гражданское общество - слабое государство и этатизм - авторитарная диктатура - слабое общество -сильное государство, представляется необоснованной.

1 См: Керимов А.Д. Сильное государство - ответ на вызов современной эпохи. М., 2009.

2 Щекотихин В.Н. Этатизм и его роль в укреплении российской государственности: зарубежный опыт и российские тенденции // Вестник ВолГУ. 2008. № 1. С. 116.

Либеральная модель в чистом виде не обладает универсальностью и весьма далека от исторических реалий, свидетельствующих о наличии тенденций к повышению роли государства в социально-экономическом развитии стран Запада, выходящих за рамки классических эталонов либерализма. Следствием такого подхода стало прогрессирующее вмешательство государства в процессы воспроизводства, в рамках политических систем США, Великобритании, Франции и государств северной Европы, в которых этатические тенденции проявили себя в 30-60-е гг. ХХ в. и стали сущностным элементом современных моделей взаимодействия государства и общества. В современную эпоху в Великобритании влияние парламента постоянно падает, а исполнительная власть усиливает свои позиции; французская система в результате конституционных изменений 1958 г., усиливающих власть президента, стала расцениваться как режим всемогущества исполнительной власти; в США также констатируется изменение соотношения сил в пользу исполнительной власти; в северных жестко интервенционистских государствах преобладает механизм централизованного перераспределения производимых в обществе благ.

Социально-экономические кризисы, проблемы неравенства в распределении национального дохода способствовали усилению в 60-70-е гг. экономической этатизации, что в сою очередь предопределило переход к смешанной модели хозяйствования со значительной долей государственного капитала в отраслях общенационального значения, широким использованием механизмов социальной поддержки населения. Противостояние исполнительной и законодательной ветвей власти в политических системах ведущих западных стран приведшее в ХХ в. к определенному преобладанию главы исполнительной власти над парламентом, тем не менее, не предопределило уничижения демократических основ, базирующихся на действии всеобщего избирательного права и гарантиях фундаментальных свобод и социально-политических прав.

Реалии российской политической действительности 90-х годов ознаменовали переход к западной модели корпоративной демократии с началами саморегулирующегося рынка, как альтернативе модели русского национального государства в форме авторитарной диктатуры, учитывая, что в российской истории сильное государство слишком часто подменялось авторитарным государством. Однако как показал опыт, ошибочная недооценка роли государства в экономической, социальной, иных особо важных сферах общественной жизни привела к дисбалансу не только в самом обществе, но и собственно во власти, поскольку свободный рынок расставляет приоритеты, основываясь лишь на критериях финансовой выгоды.

Следует констатировать, что не только в сознании западного общества, но и в теоретических построениях его аналитиков давно утвердился постулат о взаимосвязанности, взаимообусловленности, взаимозависимости свободы и порядка, а желание делать обобщения на весь мир так и не преодолено. Естественно, что весьма непродуктивно ограничиваться замкнутостью в собственном политико-правовом пространстве, но поиск исторических параллелей требует основательного изучения истории государственного строительства других регионов, кроме западного, причем с той же тщательностью и скрупулезностью.

Опыт реформ прошлого десятилетия свидетельствует о насущной потребности в разработке четкой, теоретически и практически обоснованной стратегии развития российского государства, с осознанием необходимости поиска разумного соотношения между регулирующей ролью государства и саморегулирующими возможностями гражданского общества.

При этом усиление государства должно сопровождаться одновременным наполнением его функций прогрессивным содержанием и реализацией их в соответствии с постулатами правового государства в таких формах и способах, которые не вступают в противоречия с общественным сознанием.

Предпринятые в последнее время меры по укреплению государственной власти (создание федеральных округов и института полномочных представителей Президента в них, введение новой процедуры избрания глав субъектов РФ и другие) возымели должный эффект выразившийся в частности в приостановке процессов дезинтеграции федеративного государства.

Государство, представляющее концентрированное выражение потребностей всего общества, способное посредством сочетания элементов этатизации и либерализации поддерживать баланс политических интересов и осуществлять на этой основе преобразования, способно достигнуть вы-

сокого уровня в развитии экономики и науки, реализовать основы свободы и демократии, занять достойное место в мировой политике, о чем свидетельствует и зарубежный опыт.

При формировании концепции сильного государства необходимо учитывать основные направления повышения его эффективности: внутриполитическое и внешнеполитическое, в рамках которых необходимо сосредоточить усилия по систематизации, оценке и необходимых преобразований составляющих их факторов.

Так, в первом приближении внутриполитический аспект представляет совокупность следующих составляющих: 1) экономическая, в рамках которой должны быть выработаны условия для экономической стабильности - определены основные отрасли, подлежащие государственному регулированию, и рамки такого воздействия, кроме того, выработаны методы повышения национальной, социальной ориентации финансовых элит, возможно путем официального предоставления определенной выгоды или поддержки со стороны государства. Важным моментом здесь является сдерживание тенденций к «госкапитализму» путем защиты свободного рынка, поощрения свободной торговли, иностранных инвестиций, прозрачности и открытости рынков; 2) социальная, предполагающая выработку условий социальной стабильности - не только правовых основ в сфере образования, здравоохранения, пенсионной системы, многочисленных социальных программ, но и механизмов реализации последних, зачастую казусных и непроработанных. Задача при этом, руководствуясь специализированными исследованиями обозначить пробелы и коллизии, а также пути их преодоления по всем указанным направлениям; 3) правовая (законодательная), диктующая необходимость реализации гарантий прав и свобод граждан, устранения конфликтов в законодательстве, наполнение последнего национально-правовым содержанием, упорядочивание лоббистской деятельности и др. направления; 4) культурная, связана с практической деятельностью по сохранению и защите культурного наследия, а также трансляцией национальных моральных ценностей в теоретических официальных источниках (учебной литературе, справочниках, словарях, официальной прессе и т.д.); 5) идеологическая, отражает, прежде всего, наличие государственной идеологии как направляющей общественного развития, выработка которой жизненно необходима сильному государству. Причем идеология должна быть относительно постоянна, поскольку единение общества в долгосрочной перспективе посредством обращения внимания на отдельные социальные группы (год молодежи, учителя, врача и т.д.) или интересы (спортивные достижения) может не возыметь не только должного общественного эффекта, но в том числе и отклика со стороны «политической элиты»; 6) функциональная (ориентационная), означает наличие таких функций государства, которые отвечают потребностям общественного развития, а также четкого государственного курса в политической, экономической, социальной сферах. Выработанная таким образом стратегия должна иметь реальное практическое воплощение, а также опору на определенный социальный слой, причем на эту роль не подходит ни бюрократия (практически, всегда коррумпированная), ни примыкающие к ней финансовые элиты или силовые элиты. Основу модернизации могут составить профессиональные менеджеры-инноваторы, ученые и инженеры, молодые специалисты с высоким творческим потенциалом и широкие слои гуманитарной интеллигенции.

Что касается внешнеполитической сферы, то на первый план здесь выходят проблемы: 1) ограничения государственного суверенитета в условиях глобализации. Актуальной становится задача разработки модели нового подхода к политике, экономике и идеологии стран, включенных в этот процесс с учетом национальных интересов, традиций, культуры, менталитета и, разумеется, экономических интересов; 2) разработки стратегии международного сотрудничества, в соответствии с национальными интересами; 3) выработки и обоснования позиции и роли в мире; 4) упорядочивание старых и установление новых внешних экономических, финансовых, правовых и иных связей.

Наполнение содержания государственности в России исходит из основных ценностей бытия русского народа - общинности, коллективизма и требует такого подхода, в котором понятия сильное государство, патерналистское государство, социальное государство, народовластие как главное условие действительной демократии, отражают действительно ценностные ориентации народа. Сильное государство должно не только выражать и защищать общенародные интересы, но и

создавать для их реализации соответствующие демократические механизмы власти. А система сильных, эффективных государств с развитой демократией в мировом масштабе способна повысить стабильность глобализованного мира, увеличить общую безопасность.

К.М. Паронян

ИНСТИТУТ НАРОДНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВА В СИСТЕМЕ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ

Институциональный подход к анализу сущности народного представительства позволяет обозначить предмет данной системы реализации принципа народовластия в конкретные формы самоуправления народа. В концепции народного представительства общественные отношения, в процессе формирования и деятельности органов публичной власти, складываются в определенную систему, главной функцией которой является реализация субъективного права граждан на непосредственное осуществление власти. Это вытекает из необходимости реализации суверенитета народа, обеспечения верховенства прав и свобод человека, на что должна быть сориентирована организационная обособленность народного представительства, определяемое его зависимостью от потребности и интересов граждан и ответственностью перед ними, как участниками процесса формирования публичной власти. Все это в целом составляет специфическую систему самоуправления народа, в рамках которой реализуется субъективное право граждан на отправление определенных функций публичной власти.

Народное представительство в России находится на очередном витке своего развития, траектория которого задана новеллами специальных законов, определяющих основные принципы формирования органов народовластия. Местное самоуправление, в части его представительных органов, должно позиционироваться в системе сдержек и противовесов власти, так как представляет собой реальный ресурс демократизации народного представительства в системе публичной власти. На местном уровне народ принимает непосредственное и предметное участие в формировании представительных органов, так как заинтересован в решении проблем, стоящих перед местной властью. Следовательно, реформирование представительства на местном уровне нужно начинать с такой модели, которая позволит ему играть ведущую роль в структуре гражданского общества, не сливаясь с ним, с тем, чтобы установить правовую и экономическую основы представительства, отвечающие как конституционному замыслу законодателя, так и интересам местного населения.

Для лучшего понимания места народного представительства в формировании демократического государства представляется целесообразным ввести категорию «система органов народного представительства». Несмотря на то, что в Конституции РФ отсутствуют нормы, определяющие структурную иерархию представительных органов власти, и в отличие от действовавших конституций СССР не устанавливается подчиненность представительных органов субъектов федерации федеральному представительному органу, следует учитывать, что народное представительство в России на современном этапе осуществляется на различных уровнях власти, которые связаны между собой Конституцией РФ и федеральными законами. Местная власть существует не сама по себе, а должна стать основой устойчивости и стабильности развития народовластия, начиная с низшего уровня власти и прирастая верхними эшелонами власти в условиях единого федеративного государства и административной реформы, направленной на его внутреннюю консолидацию. «В настоящее время, - отмечается в статье «правовое обеспечение представительной демократии в процессе реформы местного самоуправления», - организация представительной власти на местном уровне является проблемой становления и развития прямой демократии, которая реализуется через выборы, референдумы, местное самоуправление (включающее разнообразные формы волеизъявления народа), зависящие от местных, национальных, культурных и иных обычаев и традиций. Все формы демократии и волеизъявления народа должны быть связаны в единую систему представительства, функционирующего на базе общих принципов. Все это, конечно, относится к