Политический символизм цвета

А. В. БАБАЙЦЕВ , (

ПОЛИТИЧЕСКИЙ

СИМВОЛИЗМ ЦВЕТА

Рассматривается символизм основных цветов и выявляется зависимость между символическими цветовыми значениями и социально-политическими процессами. Доказывается, что именно психофизиологические ассоциативные компоненты восприятия цвета непосредственно влияют на символические политические коннотации.

Цвет, являясь составной частью окружающей человека действительности, присутствует во всех чувственно воспринимаемых явлениях и предметах. Политические субъекты активно используют цвет не только в качестве отличительного знака, позволяющего идентифицировать партии, движения, этнические группы и т. д., устанавливая или не устанавливая при этом взаимные контакты, но и как самостоятельный символ, который обладает колоссальными возможностями регулирования и упорядочивания социально-политических процессов. Широкая эксплуатация цвета в качестве политического символа связана с тем, что он существует для человека не сам по себе, а как свойство тех или иных вещей. Ассоциативная цепь, появляющаяся в результате восприятия цвета, является индивидуальной, отражая личный опыт каждого человека, и - даже в большей степени - общей для всех людей. В современной научной литературе цвет трактуется как ощущение, которое возникает в мозге человека в результате реакции на попавший в сетчатку глаза свет определенной длины волны ‘.

Цветовые ассоциации делят на группы: физические, физиологические, этические, эмоциональные, географические и др. В свою очередь, физические ассоциации могут быть весовыми (легкие, тяжелые, воздушные, давящие, невесомые и т. д.); температурными (теплые, холодные, горячие, ледяные, жгучие и т. д.); фактурными (мягкие, жесткие, гладкие, ко-

1 См., напр.: Бреслав, Г. Э. Цветопсихология и цветолечение для всех / Г.Э. Бреслав. СПб., 2000. С. 16; Миронова, Л.Н. Цветоведение / Л.Н. Миронова. Минск, 1984. С. 164.

лючие, шершавые, скользкие и т. д.); акустическими (тихие, громкие, глухие, звонкие музыкальные и т. д.); пространственными (выступающие, отступающие, глубокие, поверхностные и т. д.).

Эмоциональные ассоциации делятся на позитивные (веселые, приятные, бодрые, оживленные, лирические и т. д.); негативные (густые, вялые, скучные, трагические, сентиментальные и т. д.); нейтральные (спокойные, безразличные, уравновешенные и т. д.)2. При этом необходимо отметить, что именно психофизиологические ассоциативные компоненты восприятия цвета оказывают первостепенное влияние на его символическое значение.

Взаимосвязь цветов с эмоциями и общим физическим состоянием человека исследовалась С.Л. Рубинштейном, М. Люше-ром, Ж. Агостоном, И. Догелем, Е.П. Кожевниковым, М. Сент-Джорджем, В. Уолтоном, Р. Франсэ и др. Систематизируя данные различных исследователей, можно проследить взаимосвязь между психофизиологическими особенностями восприятия цвета и его политическими символическими значениями.

Красный - возбуждающий, экспрессивный, страстный, кричащий цвет. Он, являясь самым активным и энергичным, вызывает ощущение тепла, глубоко проникающего в ткани, усиливая мускульное напряжение, а также кровяное давление - наблюдаются усиление и учащение пульса. Ритм дыхания становится чаще и глубже, причем длительность вдыхания увеличивается за счет длительности выдыхания. Во время эксперимента люди, находящиеся в помещении, где горел красный свет, много жестикулировали, становясь очень возбужденными и раздражительными. Это цвет возбуждающий, активный, богатый ассоциациями, выражающий жизненную силу, нервную и гормональную активность, стремление к успеху, он символизирует «физическую силу и активность, он лишен духовности»3. Именно поэтому красный цвет - это, прежде всего, цвет бунтов и революций, где ставка делается на активность и агрессию, а не на рефлексию и рассудительность.

2 Миронова, Л.Н. Указ. соч. С. 183—184.

3 Бреслав, Г. Э. Указ. соч. С. 77.

© Бабайцев А.В., 2007

Красный - цвет власти, войны, доблести и славы. В Древнем Египте почитался красный лотос - символ крови, пролитой Осирисом во имя процветания страны. У персов, скифов, массагетов красный был цветом воинского сословия и самого царя как первого воина. Римские полководцы при триумфе окрашивали все свое тело в красный цвет. В христианстве красный амбивалентен: с одной стороны, это символ «поругания» Христа, а также ада и дьявола, с другой - кровь Христа, цвет любви Бога к человечеству и материнская любовь Марии. Г. Гегель, рассматривая символическое значение цветов, отмечает, что красный цвет представляет мужское, господствующее, царственное начало, дева Мария, например, там, где она изображена сидящей на троне как небесная царица, обыкновенно одета в красную мантию. Красный в политике - это, прежде всего, символ борьбы за свободу, независимость, против эксплуатации, угнетения и насилия. В качестве политического символа выступает не только красный цвет, но и связанные с ним оттенки: пурпурный, розовый, коричневый.

Пурпурный - это темно-красный или ярко-красный цвет с фиолетовым оттенком, получившийся в результате соединения красного с синим - «небесным», трансцендентным, божественным цветом, а поэтому являющийся цветом «не для всех». В поздней античности и во времена Восточной империи употребление пурпурного цвета в одежде подлежало государственному контролю. Этот цвет разрешалось носить только императорам и высокопоставленным лицам. В Византии пурпур - также императорский цвет. «Только василевс подписывался пурпурными чернилами, восседал на пурпурном троне, носил пурпурные сапоги. В церковном культе алтарное Евангелие пурпурного цвета, а в VI в. из столичных мастерских вышла серия рукописей на пурпурном пергаменте»1. Розовый цвет - очень светлый красный - символ юности, молодости, робости. Как политический символ, он иллюстрирует оппортунизм в мировом рабочем движении, указывая тем самым на то, что

1 Бычков, В. В. Византийская эстетика: теоретические проблемы / В.В. Бычков. М., 1977. С. 103.

это ненастоящие революционеры. Под влиянием белого в розовом красный утратил свою агрессивность, превратившись в данном случае в цвет духовной любви, компромисса, спокойствия, уступок, единения с буржуазным миром. Коричневый - соединение красного с черным - символ смирения, отречения, земли. В политике этот цвет использовался немецкими штурмовиками в фашистской Германии, рубашки которых были коричневыми.

Оранжевый - возбуждающий, шумный, кричащий, жаркий, знойный, бодрый, веселый, пламенный, жизнерадостный цвет. Он стимулирует чувства и слегка ускоряет пульсацию крови, не влияя при этом на артериальное давление. При воздействии оранжевого цвета происходит сильное стимулирование физиологических процессов: повышаются работоспособность и аппетит, улучшается пищеварение, увеличивается мускульная сила, возникает чувство эйфории. В то же самое время этот цвет вызывает быстрое утомление. Оранжевый очень редко используется в качестве политического символа. Это связано с тем, что соединение в нем различных характеров красного и желтого создает некоторое впечатление диссонанса, противоречивости, несогласованности и отсутствия гармонии. Оранжевый цвет - это цвет оранжистской партии в Нидерландах, начиная с XVI в. В наши дни представители этой партии в качестве символических «маркеров» употребляют окрашенные в оранжевый цвет майки, шарфы, шапочки, воздушные шары и т. д. Во время политического противостояния на Украине в 2004 - 2005 гг. оранжевый также использовался в качестве опознавательного знака.

Желтый - веселый, солнечный, праздничный, радостный, кокетливый, суетливый, звонкий цвет, заставляющий смеяться и создающий хорошее настроение, это цвет блеска и великолепия. Желтый выражает несдерживаемую экспансивность, раскованность, полную радостных надежд изменчивость. Психологические эксперименты показали, что это самый веселый цвет, настраивающий человека на интерес к внешнему миру, на общение, контактность, эмоциональную вовлеченность и коммуникабельность. Символизм желтого напрямую связан с солярными архаичными культами. Желтый (или золотой) подобен

солнечному свету, поэтому он является любимым у правителей и жрецов, царей и служителей культа. Это цвет Бога. Так, авестийская богиня Ардвисура Анахита изображается в Книге Яшт как прекрасная девушка, которая одета в золотой плащ и украшена золотыми серьгами. В средневековой культуре символика желтого соединена с золотом, отождествляемым со светом, славой, величием. Желтый - это цвет жизни и здоровья, т. к. золото не подвержено старению, тлению, смерти, разрушению. В то же время желтый цвет и, прежде всего, его оттенки наделяются (особенно с XVI в.) негативным смыслом. Желтый превращается в цвет измены, лжи, предательства, легкомысленности, непостоянства, зависти, коварства, позора: желтые шляпы - знак несостоятельных должников, желтые кольца на плащах - клеймо еврея, «желтый дом» - дом для сумасшедших и т. д. Такое отношение к желтому обусловлено тем, что он напоминает человеческие экскременты, а также цвет лица больного человека или человека, снедаемого завистью, злобой и ненавистью. В связи с этим показательным является факт, описанный в научной литературе. Человеку, слепому от рождения, в возрасте тридцати лет была произведена операция, в результате которой он получил зрение. Желтый цвет оказывал на него самое негативное воздействие - начиналась рвота1.

Необходимо подчеркнуть, что желтый особенно восприимчив к загрязнению и замутнению. Малейшая примесь другого цвета, уменьшение насыщенности и чистоты, изменение тона совершенно меняют эмоциональное воздействие желтого. Это свойство часто используется художниками при производстве плакатов. Мутный желтый цвет часто употребляется в политических карикатурах для того, чтобы придать негативизм какому-либо предмету, явлению или всему сюжету. Как политический символ, желтый используется также для того, чтобы выразить негативное отношение к предателям, двурушникам и лжецам. Например, «желтая пресса» - это газеты и журналы, печатающие на своих страницах непроверенную информацию,

1 См.: Алексеев, С. С. Цвет в архитектуре / С.С. Алексеев. М. - Л., 1934. С. 32.

сплетни, ложь; II Интернационал часто назывался «Желтым Интернационалом» и т. д.

Зеленый - спокойный, уютный, влажный, освежающий цвет, создающий впечатление покоя, уравновешенности, стабильности, умиротворенности. Зеленый напрямую связан с природой, он чаще, чем другие цвета, вызывает сходные ассоциации: растительность, леса, луга, поля, природа вообще, иногда - море. Незрелость первых зеленых листьев и, прежде всего, плодов сравнивается с юностью, молодостью, неопытностью, но также и с весною, жизнью, плодородием, радостным ожиданием, надеждой.

В качестве политического символа зеленый используется довольно часто, причем в нескольких значениях: как священный цвет ислама (зеленые знамена, «Зеленая книга Муаммара Каддафи» и т. д.); как цвет природы, экологической чистоты (движение «зеленых» в различных странах мира, цвет на государственных флагах, трактуемый как цвет плодородия и т. д.); как цвет жизни, свободы и развития (партийный цвет ПАСОК - Всегреческо-го социалистического движения и т. д.); как цвет мира (зеленая линия на Кипре, в Бейруте и т. д.). Эмоциональный тон зеленого, как и желтого, очень сильно зависит от оттенка, фактуры, наполнения «чистоты» и т. д. Желтовато-зеленый -цвет болезненный, желчный, злобный, раздражающий, ненадежный, опасный. Так, для того чтобы показать злость и опасность, очень часто глаза или лица персонажей карикатур, политических плакатов изображаются ядовитым желтоватозеленым цветом.

Голубой - светлый, свежий, прозрачный, бодрящий, холодный цвет, он успокаивает нервную систему, расслабляет, пробуждает размышления, содействуя сентиментальному настрою, удлиняя при этом время и расширяя пространство. Политический символизм голубого напрямую связан с теми ассоциациями, которые он вызывает - прозрачная вода, мирное небо, чистота, спокойствие, мир, отсюда — голубые каски ООН, вообще, голубой цвет как цвет мира. В некоторых случаях голубой цвет обозначает отборные, элитные, привилегированные войска, например, голубая дивизия франкистской Испании, голубые корпуса шведских и норвежских

отрядов, воевавших против Красной Армии во время финской кампании и т. д. Также голубой - партийный цвет тори и либеральных партий вообще. Как только к голубому добавляется серый, символизм его резко меняется. Серо-голубой - цвет грязной воды и грозового неба - вызывает чувство раздражения, беспокойства, опасности.

Синий - холодный, спокойный, серьезный, монументальный цвет. Созерцание этого цвета вызывает умиротворенность чувств, спокойствие, удовлетворенность, сензитивность, доверие, преданность. Синий был вербализирован одним из самых последних во всех культурах и языках. Основная ассоциация - небо, вечерние сумерки, даль, космос, бесконечность и вечность. Это самый трансцендентный и мистический цвет. Как политический символ, синий используется, в основном, при конструировании государственных флагов и гербов, а также, в некоторых случаях, как символ мира на политических плакатах. Синий цвет и его оттенки, в отличие от большинства других цветов, лишены двойственности и амбивалентности, их значение устойчиво, независимо от наполняемости и чистоты.

Фиолетовый - тоскливый, печальный, меланхоличный, суровый, гнетущий цвет. Он сильнее, чем любой другой цвет, замедляет дыхание и увеличивает продолжительность выдоха, ослабляет пульс, уменьшает физическую работоспособность. В действии этого цвета элемент угнетения, подавления сказывается сильнее всего, причем в сочетании с внутренним беспокойством, скрытым возбуждением, в результате чего получается болезненное состояние подавленности и беспокойства. При избыточном воздействии возможно сильное угнетение всех функций организма, вплоть до стойкой тревожной депрессии. Подобное действие фиолетового связано с тем, что это цвет грозовых туч и ураганов, опускающихся сумерек и разлагающегося мяса. Как политический символ, фиолетовый используется, в основном, в плакатах и карикатурах для того, чтобы придать изображаемому предмету или сюжету смысл опасности, вызвать у воспринимающих объектов антипатию, негативное отношение к определенной личности, конкретным социально-политическим явлениям.

Черный - мрачный, устрашающий, опасный цвет. Он производит сильное угнетающее и тормозящее действие, вызывая страх, печаль и депрессию. Основные ассоциации - ночь, тьма, опасность, земля, могила, смерть, неизвестность, агрессия, анархия, хаос, тупик. В политике черный - это цвет траура (черные ленточки на флагах, черный лабрадорит Мавзолея В.И. Ленина и т. д.), цвет агрессии и протеста (анархисты, гитлеровские чернорубашечники, «Черная сотня», РНЕ и т. д.). Иногда черный изображается на государственных символах, в частности на флагах, иллюстрируя тяжелое прошлое страны или имея значения единства, стойкости, силы.

Серый - холодный, деловой, нейтральный цвет. Он не возбуждает и не успокаивает, а создает ощущение стабильности. Наиболее частые ассоциации - дым, туман, серьезность, деловитость, скромность, незаметность. В политике серый используется крайне редко: в 30-е годы XX в. этот цвет - символ фабрично-заводских корпусов, бетона и цемента, стальных машин. В 1970 - 1980-е - цвет номенклатуры и советских чиновников, партийных функционеров.

Белый - холодный, чистый, нейтральный цвет. Сам по себе он оставляет ощущение холодности, действуя утомляюще. Символизм белого связан со светом. Это символ божественности, духовности, святости, торжественности, величественности. Как политический символ, белый цвет -это цвет мира, согласия, свободы, священности. Именно эти значения вкладываются производителями государственных гербов и флагов, когда используется белый цвет. Белые, выступившие против Советской власти, избрали этот цвет для того, чтобы подчеркнуть чистоту тех идей, за которые они борются.

Видно, что цвет используется в политике не только как «безразличный знак», указывающий на принадлежность к той или иной социально-политической общности (например, оранжевый - приверженцы В. А. Ющенко, серый - советских государственных номенклатурных чиновников и т. д.), но и как символ, обладающий возможностью вызывать широчайший спектр различных ассоциаций, связывая в единую цепь «нужные» ощущения, эмоции, понятия, умозаключения и т. д., на-

правляя психическую энергию в «необходимое русло», создавая или укрепляя определенные позиции и установки по отношению к тому или иному социально-политическому явлению, которые могут привести впоследствии, если такая цель будет поставлена политическим субъектом, к конкретным действиям.

В. Тэрнер считает, что к основной цветовой триаде относятся красный, белый и черный, которые символизируют основные формы универсального человеческого опыта, связанного с отправлением жизненных функций. Эти цвета ассоциируются, по его мнению, с определенными жидкостями, истечениями, выделениями человеческого тела: красный - с кровью, белый - с грудным молоком и семенем (иногда гноем), а черный - с калом и мочой. Таким образом, данная цветовая триада относится к числу древнейших символов, которые были созданы человеком, они связаны с продуктами человеческого тела, выделение которых сопровождается повышенным эмоциональным напряжением. Это архетип человека как процесс переживания наслаждения и боли. Поэтому использование именно этих трех цветов (в виде триады, диады или по отдельности) политическими субъектами является наиболее частым, представляя собой мощный и действенный символ. Красный, белый и черный трансцендентны для человеческого сознания, они позволяют контролировать социально-политические отношения. Кроме того, цвета-архетипы имеют объединяющие значения. Так, В. Тэрнер выделяет ряд социальных смыслов красного, белого и черного.

Красный - цвет солнца, мужчины, жизни, крови. Это символ связи матери и ребенка, что, в свою очередь, способствует формированию социальной организации, т. к. передача крови от поколения к поколению выступает своеобразным «маркером» членства в социальной группе. В то же время красный - цвет добычи, животной пищи, войны, смерти. В связи с этим красный цвет в высшей степени амбивалентен: он связан как с положительными эмоциями и смысловыми рядами, так и с отрицательными. Белый - цвет жизни, здоровья, лунного света, женщины, силы, чистоты, отсутствия смерти, цвет семени — символ союза мужчины и жен-

щины, материнского молока - связи матери и ребенка. Этот цвет выступает символом социального единства, сплоченности, традиции. Черный - цвет зла, страдания, болезни, смерти, ночи, тьмы; цвет экскрементов и выделений - символ перехода из одного социального статуса в другой. В то же время черный (цвет дождевых туч, плодородной земли) является символом единства большой группы (общности), которая функционирует на основе общих жизненных ценностей.

Политические субъекты, используя цвета из основной триады, получают возможность, «приручив физиологические силы», управлять любым объектом. Цвета из триады могут выступать и как мощный символический фон, создающий определенный эмоциональный и физиологический настрой, облегчающий внедрение в сознание индивидов нужных идей, норм, ценностей, социально-психологических ориентиров, управленческих моделей без анализа, логической экспертизы, рефлексии. А. Гитлер отмечал, что красно-белочерные цвета «... безусловно лучше всех остальных. Это самый могущественный аккорд красок, который вообще только возможен»1. Именно красный, белый и черный цвета были задействованы при создании национал-социалистического флага и «новое невиданное дотоле знамя производило могучее агитационное влияние. Это был действительно достойный символ!»2. В качестве объединяющих политических символов сочетание красного, белого и черного часто используется в то время, когда возникает необходимость объединить разрушающуюся социально-политическую общность. Например, плакаты Д. Моора «Ты записался добровольцем?» (1920), Кукрыниксов «Беспощадно разгромим и уничтожим врага!» (1941), И. Тоидзе «Родина-мать зовет!» (1941) -это сочетание трех цветов-архетипов. На плакате Д. Моора - равномерное, гармоничное слияние черного, белого и красного; на плакате Кукрыниксов черным цветом на белом фоне - фигура Гитлера, надпись «Договор о ненападении между СССР и Германией», им противостоит

1 Гитлер, А. Моя борьба / А. Гитлер. Ашхабад, 1992. С. 417.

1 Там же. С. 418.

красно-белый советский солдат, при этом слова «беспощадно разгромим и уничтожим» выполнены красным цветом, а «врага» - черным. На плакате И. Тоидзе Ро-дина-мать изображена всеми тремя цветами, призыв «Родина-мать зовет!» -красным на белом фоне, а штыки и военная присяга - черными на белом фоне.

Необходимо отметить, что есть сочетание цветов, крайне негативно влияющих на психику человека. Так, некоторые авторы отмечают, что сочетание желтого и черного является символом опасности. Это связано с тем, что первый враг приматов - леопард - окрашен именно в эти цвета1. Если же к сочетанию желтого и черного прибавить красный, то получится еще более негативный и опасный символ: к окраске леопарда присоединяется цвет крови. Так, в Нью-Джерси один из домов был окрашен в ярко-желтый цвет, по которому черными и красными буквами была сделана надпись. Очень скоро власти получили коллективную жалобу, в которой говорилось, что подобное сочетание цветов «представляет опасность для психического и физического здоровья жителей»2. Сочетание красного, желтого и черного часто используется в политической агитации и пропаганде как символ витальной опасности. Например, в агитационном листке, распространявшемся перед выборами в Государственную Думу РФ в декабре 1999 г. (авторы и выходные данные не указывались), на ядовито-желтом фоне был изображен красный медведь и помещалась черная надпись: «Блок “Единство”. Голосуйте за моего (имелся в виду Б. А. Березовский, портрет которого был помещен над надписью. -А. Б.) медведя».

При конструировании политического текста цвет не всегда может выступать в качестве символа. Так, в агитационных плакатах и листовках красный иногда используется просто как знак, создающий «центр тяжести», превращаясь в сигнал, который привлекает, заставляет остановиться и сконцентрировать внимание. В

1 См.: Мисюров, Д. А. Политическая символика: между идеологией и рекламой / Д.А. Мисюров // Политические исследования. 1999. № 1. С. 171.

2 Дерибере, М. Цвет в деятельности челове-

ка / М. Дерибере. М., 1964. С. 73.

некоторых случаях два символа, соединенных вместе, - цвет и какое-либо графическое изображение или предмет - могут резко диссонировать и приобретать негативный смысл. Диссонанс возникает также из-за несоответствия цвета функции окрашиваемого предмета. Например, ярко-красные или ярко-желтые столы, стулья, шкафы не будут создавать ощущения гармонии, т. к. мебель не ассоциируется в нашем сознании с таким цветом. В начале 1930-х годов в красный цвет часто окрашивали не только здания Советов, но и обыкновенные жилые дома, и если в первом случае соответствие символического значения цвета функциональному предназначению здания, в котором работает руководящий орган, имеется, то во втором случае этого соответствия уже нет. В то же время пестрые цвета войдут в противоречие, скажем, с формами и функциональным назначением административного здания или кабинета руководящего работника. Будет также наблюдаться серьезный диссонанс между блюдами, продуктами питания, которые в агитационных целях окажутся (с помощью кулинарных средств) окрашены в неприсущие им цвета, например, синий картофель, зеленые пирожные, серый крем и т. д.

Цвет в большей степени, чем другие политические символы, подвержен искажению ввиду существования информационных барьеров. Преодоление помех имеет очень важное значение, т. к. символизм некоторых цветов напрямую зависит от степени их яркости, сочности, насыщенности, чистоты. Другим опасным фактором, искажающим цвет, является освещение. Так, замена дневного света искусственным создает ряд негативных эффектов. При натриевом освещении голубой, зеленый и красный цвета становятся черными, а белый - желтым; при ртутном -все оттенки красного становятся черными; обычные лампы накаливания являются источником желтого света, поэтому тем-но-голубой цвет приобретает фиолетовый оттенок, а желтый на белом фоне совсем исчезает и становится невидимым, т. к. белое приобретает желтоватый оттенок3. Цвета могут изменять свой тон, насыщен-

3 Войтасик, Л. Психология политической пропаганды / Л. Войтасик. М., 1981. С. 205.

ность и яркость на расстоянии, это зависит от угла, под которым воспринимается данный цвет. В ходе экспериментов, проводившихся Б.Н. Кампанейским, было установлено, что на белом фоне под малым углом зрения все цвета «сдвигаются» к двум «положительным критическим точкам». Одна из этих точек находится в крайней видимой части спектра, а другая - между зеленым и голубым цветами. В связи с этим на белом фоне желтые, оранжевые, пурпурные и фиолетовые цвета краснеют, а желто-зеленые, зеленые и синие - голубеют. В то же самое время синие, фиолетовые и голубые цвета очень темнеют на белом фоне1.

Таким образом, изменение цвета в условиях искусственной освещенности может привести к серьезному искажению цветового символизма. Скажем, красный при натриевом и ртутном освещении, превратившись в черный, утрачивает свои первоначальные значения, кроме того, читаемость надписей в большой мере зависит от фона, на котором они сделаны, поэтому если цветовой фон под воздействием освещения изменится, надписи могут стать незаметными.

Указанные зависимости играют важную роль при трансляции и экспозиции гербов, флагов, плакатов, лозунгов, т. е. тех политических символов, где цвет несет особую смысловую нагрузку. И если он будет изменен (в данном случае в связи с использованием искусственного освещения), то может быть нарушен или изменен весь политический текст.

Цвет особенно часто используется в качестве самостоятельного политического символа, что связано с его возможностью активировать необходимые эмоции, непосредственно влияя на регулирование социально-политических процессов. Кроме того, с помощью цветовых символических средств иллюстрируются абстрактные политические понятия.

Цвет как никакой другой символ может являться мощнейшим управленческим средством в силу архетипичности и универсальности значений.

1 См.: Рубинштейн, С. Л. Основы общей психологии / С.Л. Рубинштейн. М., 1940, С. 194.

Я. В. МОРОЗОВА

РОЛЬ М. К. МОРОЗОВОЙ

В РУССКОМ РЕЛИГИОЗНОФИЛОСОФСКОМ РЕНЕССАНСЕ НАЧАЛА XX в.

В научный оборот вводятся ранее не известные сведения о незаслуженно забытом персонаже русской культурной истории - Маргарите Морозовой, исследуется не только ее меценатская деятельность, но и духовное влияние на религиозные искания и художественное сознание начала XX в.

В истории русской благотворительности особое место принадлежит таким фамилиям, как Морозовы и Мамонтовы. Деятельность представителей этих семей являлась предметом внимания многих историков. Безусловно, историко-культур-ные исследования, посвященные изучению благотворительных традиций русского купечества, имеют немаловажное значение, но зачастую, ограниченные перечислением благодеяний и констатацией их значимости, такие исследования изначально грешат неверно расставленными акцентами. В последнее десятилетие наметились перемены в подходах к изучению феномена русского меценатства: осознана необходимость обращения к вопросам культурной миссии купечества, выяснение роли меценатов в формировании религиозно-философской и общественно-политической мысли.

Маргарите Кирилловне Морозовой (1873 - 1958), урожденной Мамонтовой, было суждено исполнить особую роль в истории русской культуры. В философских, литературных кругах начала XX в. часто слышалась фраза: «Вся надежда на Маргариту Кирилловну». Маргарита Кирилловна - учредительница и активная участница Религиозно-философского общества памяти В. Соловьева, книжного издательства «Путь», являлась непосредственным инициатором издания «Московского еженедельника» и ряда других религиозно-философских проектов. Несмотря на возрастающий интерес к деятельности философских обществ и собраний, роль М.К. Морозовой в философском и общест-

© Морозова Я.Б., 2007