К вопросу об обучении коммуникативным стратегиям научной риторики магистрантов филологических факультетов

УДК 372.881.111.1 С. С. Пилосова

Вестник СПбГУ. Сер. 9. 2013. Вып. 4

К ВОПРОСУ ОБ ОБУЧЕНИИ КОММУНИКАТИВНЫМ СТРАТЕГИЯМ НАУЧНОЙ РИТОРИКИ МАГИСТРАНТОВ ФИЛОЛОГИЧЕСКИХ ФАКУЛЬТЕТОВ

Известно, что каждая веха в развитии социального общества требует от существующей системы образования специалистов вообще, и будущих филологов, в частности, определённых изменений в соответствии с возникшими новыми потребностями, идеологией и ценностями. В настоящее время кардинальные изменения в мировом сообществе обусловили возникновение новых приоритетов в сфере филологического образования, обозначив тенденции к открытости, глобализации, преодолению барьеров между странами и народами, формированию единого социального, культурного и профессионального пространства. Очевидно, что названные тенденции должны быть учтены в процессе формирования профессиональной компетентности современных специалистов в сфере филологии [1].

Здесь же заметим, что в настоящее время важнейшей задачей профессиональной подготовки магистранта филологического факультета является формирование системной совокупности профессионально-ориентированных компетенций. Известно, что одной из наиболее значимых профессионально-ориентированных компетенций является риторическая компетенция, владение которой обеспечивает адекватный обмен научной информацией на международном уровне, как в процессе непосредственного общения, так и в ходе письменной коммуникации.

На сегодняшний день сформировалась и зримо заявила о себе концепция обучения иностранному языку в межкультурном контексте, имеющая своей конечной целью формирование вторичной языковой личности. В свете компетентностного подхода в обучении иностранному языку данная языковая личность характеризуется наличием межкультурной коммуникативной компетенции, знаменующим собой актуальное состояние цели обучения на филологическом направлении.

Однако кроме ориентации на развитие межкультурной компетенции цели обучения иностранному языку магистрантов филологических направлений должны включать формирование качественно новой языковой личности, которая обладает риторическими знаниями и умениями, связанными с основными правилами и приемами создания, особенностями построения и композиции научных текстов, способами подачи риторической аргументации в них, а также в состоянии осуществлять прагматически эффективное научное общение с представителями других культур.

Осмысление результатов исследований компонентов коммуникативной компетенции (Бим, Сафонова, VanEk) приводит к выводу, что коммуникативная компетенция не является чем-то стабильным, раз и навсегда данным, а представляет собой динамичную систему, трансформирующуюся в зависимости от цели, этапа и формы обучения, то есть компонентный состав коммуникативной компетенции

Пилосова Светлана Сергеевна — аспирант, Санкт-Петербургский государственный университет; е-mail: s.pilosova@gmail.com

© С. С. Пилосова, 2013

должен определяться с учетом целей и специфики обучения общению в конкретном учебном заведении.

Анализ научных трудов Л. П. Аксеновой, А. А. Ворожбитовой, Л. Н. Горобец, О. М. Орлова позволяют выделить в структуре коммуникативной компетенции риторическую, которая определяется, как «способность осознанно создавать, произносить и рефлексировать авторско-адресный текст речевого/риторического жанра в соответствии с целью и ситуацией публичной речи» [2, с 84].

На наш взгляд, эффективное формирование риторического компонента коммуникативной компетенции магистрантов филологических направлений возможно на основе научной риторики как лингвистической науки, обеспечивающей речевой и языковой базис.

Для выяснения особенностей научной риторики обратимся к понятию риторики.

Множество споров относительно сущности риторики разрешаются обращением к классическим определениям, которые раскрываются через понятия «наука» и «искусство»: наука о красноречии, наука и искусство ораторского мастерства, ораторское искусство, искусство речевого воздействия, искусство управления речью и т. д. Здесь же отметим, что изучение философской, культурологической, педагогической и методической литературы относительно сути и содержательного наполнения термина «риторика» позволило выделить три основные группы дефиниций, в которых анализируемое понятие рассматривается как:

— наука об ораторском искусстве, мастерстве публичного выступления (Аристотель, М. Ф. Квинтилиан, М. Т. Цицерон, М. В. Ломоносов, И. А. Стернин);

— совокупность способов убеждения, форм и методов речевого воздействия (Аристотель, А. К. Авеличев, В. И. Аннушкин, А. А. Ивин, А. К. Михальская, Е. В. Клюев);

— филологическая дисциплина, изучающая речь в отношении к мышлению через категории логичности, точности и убедительности и т. д. (А. А. Волков, М. Р. Львов, Е. А. Юнина).

Однако, несмотря на более общую или более частную трактовку анализируемого термина, следует отметить, что все авторы констатируют тот факт, что главная задача риторики — оказывать убеждающее воздействие на слушателей.

Обращаясь к первой группе терминов, отметим, что вслед за Аристотелем риторика понимается как искусство, в рамках которого особое внимание уделяется саморазвитию ораторского мастерства, искусству красноречия. «Именно Ломоносов утвердил в русской науке слово «красноречие», под которым понималось искусство убеждать, говорить красиво и уместно о всякой материи, предложенной ритору» [3, с 11].

А. А. Ивин, расширяя определение риторики, видит задачу риторики не только в способах убеждения с помощью речевого воздействия, но и в способах изменения убеждений [4, с 3].

Сфера риторики не ограничивается только ораторской речью, ее предметом могут быть любые разновидности речевой коммуникации, объединяющие диалогические и монологические жанры.

Отстаивая точку зрения на риторику как самостоятельный и уникальный культурологический феномен, Е. А. Юнина определяет риторику как науку о зако-

нах управления мыслеречевой деятельностью, при этом подчеркивает, что риторика — это, прежде всего, наука, объектом которой, главным образом, является мысль (мыслительная деятельность), а продуктом — речь [5, с. 5-17].

М. Р. Львов уточняет, что «риторика стала применяться к самым разнообразным ситуациям общения» и кроме обобщенного опыта опирается на закономерности речевой деятельности [6, с. 160].

Анализ других определений риторики (В. В. Виноградов, М. Ф. Квинтилиан, А. К. Михальская,) позволил заключить, что каждое определение риторики акцентирует, развивает аспекты исследуемого феномена, а именно: значимость логичности, выразительности и правильность речи (М. Ф. Квинтилиан), ценность и мастерство целесообразной, воздействующей, гармонизирующей речи (А. К. Михальская), различия между приемами убеждения и предметом речи (В. В. Виноградов). Все эти определения в целом представляют более полное понимание риторики как науки о способах убеждения.

Принимая во внимание вышеизложенные понятия риторики, мы делаем вывод о том, что общая риторика позволяет определить основные положения научной риторики, продемонстрировать специфику применения риторики в реальной речевой научной коммуникации, определить теоретический и практический аспекты овладения профессиональной научной речью. Таким образом, под особенностями научной риторики мы будем понимать теорию и практику научной речи,

— исследующей законы и правила построения научной речи современного информационного общества;

— предполагающей обучение творчеству, импровизации, мастерству в овладении мыслями и словами в научных ситуациях общения;

— обладающей такими характеристиками, как убедительность, уместность, эффективность, целесообразность;

— способствующей выражению и защите магистрантами своей научной позиции, убеждению в диалоге, достижению коммуникативной цели в непосредственном научном общении.

Научная риторика, рассматриваемая под таким углом зрения, охватывает не только характеристики реализации замысла речи, но и способы управления восприятием и интерпретационными действиями читателя или слушателя.

Связанная с творческим мышлением, научная риторика описывает, как происходит «трансформация» предмета в слово [7, с. 10]. Данный процесс проходит пять этапов, каждому из которых соответствует определенная стратегия деятельности:

— инвенция;

— диспозиция;

— элокуция;

— акция;

— мемория.

Ниже рассмотрим содержание названных этапов при обучении английскому языку магистрантов филологических факультетов.

На начальном этапе подготовки речи магистранту необходимо:

— сформировать представление об аудитории слушателей;

— отобрать информацию, которая представляет интерес для слушателей;

— определить коммуникативное намерение: в свете одобрения (положительная интенция), в свете порицания (отрицательная интенция) или в нейтральном свете (сообщение конструктивного, или аналитического типа) [7, с. 51-52].

Такие предварительные знания принято относить к пресуппозиции, под которой понимается комплекс общих и частных знаний, предшествующих речевому воздействию (Азнабаева, Семенова).

Инвенция предполагает «поиск содержательного наполнения речи» [8, с. 31] и «предварительную систематизацию материала» [7, с. 22]. Согласно целям и задачам настоящего исследования, инвенцию можно определить как поиск студентами-магистрантами способов убеждения, соответствующих теме и предмету научной иноязычной речи.

На данном этапе магистранту необходимо:

— владеть конкретными языковыми оборотами, используемыми при речевом контакте данного типа и моделями построения текста данного речевого жанра;

— в соответствии с темой, тезисом и целью речи определить стратегию убеждения и тактики, на основе которых будет строиться его речь [8, с. 33];

— определить тональность, стилистику и длительность выступления.

Главный смысл диспозиции в «аранжировке элементов, полученных в результате

инвенции, для наилучшего убеждения аудитории» [9, р. 60]. Она представляет собой своеобразный алгоритм организации сообщения, то есть моделирование композиции, обеспечение четкого членения научного сообщения, реализацию корректной внутренней связности между частями речевого произведения, что весьма важно для правильного построения речевого произведения научного жанра.

Группируя элементы содержания текста в соответствии с речемыслительными законами научной деятельности и коммуникативной установкой автора, студенту-магистранту необходимо:

— во время обращения расположить к себе аудиторию, привлечь внимание к собственной персоне;

— именуя тему своего выступления, объяснить значимость выбранной темы выступления для ситуации или аудитории, перечислить и кратко описать вопросы, которые будут рассмотрены в центральной части выступления;

— определить элементы основной части: тезисы доказательства — главная идея речи или ее части, то положение, в истинности которого пытаются убедить слушателей; аргументы (доводы) — исходные фактические и теоретические положения, опираясь на которые обосновывают тезис; демонстрация — логическая связь аргументов с тезисом [10, с. 48].

— подвести итог содержанию речи, кратко повторить основные тезисы, наметить пути развития идей, поставить какие-либо задачи;

— поблагодарить аудиторию, используя этикетные формулы призыва, пожелания, непосредственно не связанные с содержанием речи.

Элокуция представляет собой словесное выражение мысли, поиск жанрово-стилистического оформления речевого высказывания [11, с. 337], основные приемы косвенного речевого воздействия на слушателя. Именно в разделе элокуции сложились представления о том, каков характер речевых средств, которые эффективнее всего приводят к нужной говорящему цели.

На данном этапе магистранту необходимо:

— определить выбор языкового выражения;

— иметь представление о средствах обеспечения таких качеств научной речи, как лаконичность, строгость, уместность, связность, обобщенность, однозначность, безличность (Разинкина, Троянская).

Акция, четвертый этап риторики, отвечает за «пластическое решение произносимой речи» [7, с. 12]. Речь должна быть мерной, продуманной с точки зрения силы звучности, уровня высоты тона, количества и длительности пауз.

Мемория полагается на память говорящего, его энциклопедические знания, а также на особые приемы запоминания материала и привлечение сведений из известных областей знания.

Таким образом, при обучении научной риторике целью овладения английским языком магистранты филологических направлений должны освоить следующие умения, соотносимые с разделами риторики:

а) на этапе пресуппозиции:

— адекватно выбрать тему и соотнести ее с конкретной риторической ситуацией;

— определить коммуникативное намерение адресата/адресанта;

— определить тип адресата, особенности публичного общения с ним;

— определить систему и последовательность собственных действий;

б) на этапе инвенции:

— проводить риторический анализ речи;

— отбирать конкретные языковые средства, возможные речевые клише, соответствующие научному стилю, тональности текста, образу адресата;

— определять тип и характер развертывания темы, ее членение на микротемы;

— выдвинуть положения в качестве доказываемого или опровергаемого тезиса;

— определить доводы в пользу его системности и возможные противоположные доводы;

— выбрать оптимальные коммуникативные стратегии и тактики для реализации цели;

— определить риторические средства убеждения, воздействия на адресата, а также различные риторические приемы для эффективного научного общения с целью точно и правильно выразить мысль и воздействовать на интеллектуальные эмоции слушающих/участников устного диалога/полилога;

в) на этапе диспозиции:

— составлять план текста и продумывать логику изложения;

— расположить факты/материал/аргументы в соответствии с выбранным типом речи, прогнозируя риторические впечатления;

— отбирать эффективные в данной ситуации стратегии построения речи, которые вытекают из коммуникативной цели и риторического опыта оратора;

г) на этапе элокуции:

— определить уместность той или иной языковой единицы в данной риторической ситуации;

— пользоваться риторическими фигурами и тропами, характерными для научной речи;

д) на этапе акции:

— распределять дыхание, регулировать громкость, звучность голоса и темп речи;

— выделять голосом ключевые слова, делая необходимые логические ударения и паузы;

— передать модальность текста и риторический пафос;

— использовать разнообразную интонацию, соблюдать паузы, логические ударения, выделяя значимые слова;

— учитывать особенности различных видов речевого поведения;

— использовать необходимые невербальные средства;

— установить зрительный контакт;

е) на этапе мемории:

— выходить из трудной ситуации;

— запоминать текст и последовательность его изложения;

ж) на этапе рефлексии:

— контролировать и оценивать свою деятельность.

Анализ трудов таких ученых, как Л. П. Аксенова, Г. А. Копкина, А. П. Сковородников, позволяют выделить технологический и инструментальный компоненты риторической компетенции. На их основе мы выделяем частные компетенции (таблица).

Выделенные компоненты риторической компетенции выступают в качестве задач в общей цели формирования риторической компетенции магистрантов филологических факультетов.

В рамках формирования риторической компетенции основным критерием при выборе речевых средств воздействия в процессе создания научной речи является эффективность коммуникации. Достижение названной эффективности коммуникации может быть рассмотрено с позиции двух основных аспектов: 1) с точки зрения достижения цели — использование стратегий; 2) с точки зрения способа реализации стратегий — задействования конкретных тактик.

Необходимо отметить, что термины «стратегия» и «тактика» в рамках различных филологических подходов интерпретируются по-разному. В первую очередь считаем важным определить термин «стратегия».

Изучение научной литературы по заявленному вопросу позволяет выделить несколько подходов к определению рассматриваемого термина. К названным подходам были отнесены:

— прагмалингвистический;

— когнитивно-лингвистический;

— психолингвистический;

— лингводидактический.

Рассмотрим специфику определения термина «коммуникативная стратегия» с позиций каждого из перечисленных подходов.

В рамках прагмалингвистического подхода суть применения некоторой стратегии со стороны А заключается в организации своих речевых воздействий на Б в ходе цикла или фазы общения таким образом, чтобы их результатом было изменение значений релевантных параметров Б в нужном для А направлении [12, с. 42]. Более того, представители прагмалингвистики полагают, что коммуникативная стра-

тегия, детерминируемая намерением и целью, является определяющим фактором в осуществлении выбора тех способов и средств, которые позволяют достичь цели, насколько это возможно, в соответствии со знаниями (опытом), желаниями и установкой субъекта, стоящими за планом действий [13, с. 19].

Таблица. Компоненты риторической компетенции

Базо-

вая компетенция Частные компетенции Содержательное наполнение

Пресуппозиционная Способность верно ориентироваться в риторическом событии, в связи с чем ставить перед собой корректные цели общения, выбирать адекватные условиям общения стиль, тип и жанр речи.

Инвенциональная Способность выбора оптимальной когнитивной стратегии планирования тем и микротем высказва-ния.

ТЕХНОЛОГИЧЕСКАЯ Диспозиционная Способность выстраивать логику предмета речи и жанра с учетом законов восприятия устной (письменной) речи и особенностей адресата.

Элокуционная Способность выбора соответствующей языковой стратегии, адекватной конкретной риторической ситуации.

« С Акциональная Способность выбора адекватной произносительно-поведенческой стратегии и стратегии письма в конкретной речевой ситуации.

К О м сг Мнемоническая Способность оптимальноного использования приемов запоминания, разработанных в мнемотехнике.

№ О н № Рефлексивная Способность контролировать и оценивать свою деятельность, предвидеть ее возможные последствия, редактировать высказывание. Способствует осуществлению самоконтроля, выработке эмоционально-ценностного отношения к изучаемому материалу.

Тактико-стратегическая Способность выбора коммуникативных стратегий и тактик, соответствующих авторскому целеполага-нию и риторической ситуации.

< X л Л Эристическая Способность следовать этике спора во всех его разновидностях.

АТ X М Е ^ Логико-аргументативная Способность следовать законам формальной логики в процессе общения и правилам рациональной аргументации.

л н С Контрманипулятивная Способность рациональной аргументации.

Н И Перцептивно-рефлексивная Способность слушать и слышать собеседника при толерантном отношении к нему, а также анализировать свою и чужую речь с точки зрения ее эффективности.

Представленные дефиниции свидетельствуют о том, что с позиции прагма-лингвистики коммуникативная стратегия в функциональном аспекте представляет собой схему определенных действий в рамках процесса общения, определяющую выбор языковых средств и способов выражения некоторого содержания, непосредственно связанного с достижением цели — оказанием влияния на реципиента.

Когнитивно-лингвистический подход затрагивает более глубокие основания коммуникативной деятельности, связанные с познавательной деятельностью человека.

В работах зарубежных ученых (Тароне, Поулисс, Ферч, Каспер, Браун) стратегия определяется как сознательное использование вербальных и невербальных механизмов в коммуникации при недостатке лингвистических средств.

Когнитивно-лингвистическое рассмотрение стратегий предложено также в работе ванн Дейка, Кинча, где рассматриваются способы обработки сложной информации в памяти и когнитивные ходы в мышлении. Особый интерес представляют диалоговые стратегии — специфические способы речевого поведения, осуществляемые под контролем «глобального намерения» [14, р. 46].

В русле данного подхода под коммуникативной стратегией понимается «комплекс речевых действий, направленных на достижение коммуникативных целей», который «включает в себя планирование процесса речевой коммуникации в зависимости от конкретных условий общения и личностей коммуникантов, а также реализацию этого плана» [15, с. 54]. Стратегии речевого поведения непосредственно связаны с основными этапами речевой деятельности — планированием и контролем, в силу чего стратегия представляет собой «когнитивный план общения, посредством которого контролируется оптимальное решение коммуникативных задач говорящего в условиях недостатка информации о действиях партнера» [15, с. 100].

Таким образом, коммуникативные стратегии рассматриваются как потенциально осознаваемые планы решения того, что для индивида составляет проблемы для достижения коммуникации. На когнитивном уровне стратегии по своей сути представляют собой «систему когнитивных ходов, операций, связанных с выявлением значения высказывания, прояснением их иллокутивной силы, прагматического эффекта» [16, с. 8].

С позиции психолингвистики под стратегией понимается «способ организации речевого поведения в соответствии с замыслом и интенцией коммуниканта», «осознание ситуации в целом, определение направления развития и организации воздействия», «развернутая во времени установка субъекта на общение» [17, с. 179]. В широком смысле коммуникативная стратегия понимается как сверхзадача речи, диктуемая практическими целями говорящего.

Общепринятое и часто цитируемое определение стратегии принадлежит Дж. Ка-сперу и С. Фаерху, для которых стратегия — осознанный план решения проблемы, достижение определенной коммуникативной цели общения, если коммуникации грозит разрыв, а также способность выбирать определенную линию поведения для повышения эффективности коммуникации [7, с. 179-193].

Таким образом, коммуникативная стратегия в таком понимании всегда соотносит цель и возможные средства ее достижения, процесс и результат реализации речевого действия.

В лингводидактике принято полагать, что формирование коммуникативных стратегий, то есть обучение тому, как эффективно вступать в коммуникацию, должно обеспечиваться учебными стратегиями, то есть обучение самостоятельному овладению коммуникативными стратегиями.

Говоря о собственно коммуникативных стратегиях, Е. И. Пассов полагает, что стратегия — это реализация общей цели, то есть та линия, которую проводит говорящий [18, с. 123]. Следовательно, можно утверждать, что коммуникативная стратегия говорящего состоит в выборе коммуникативных намерений, распределении квантов информации по коммуникативным составляющим и выборе порядка следования коммуникативных составляющих в предложении [19, с. 38]. Следовательно, с позиции данного подхода коммуникативная стратегия рассматривается как линия поведения говорящего, с целью достижения коммуникативного намерения.

Таким образом, коммуникативные стратегии могут быть определены вариативно. Однако отметим, что большинство исследователей подходят к определению коммуникативных стратегий с позиции целей общения (Клюев, Макаров, Шкодин, Янко), «общего мотива действия», «высшей интенции», «сверхзадачи» (Верещагин, Ратмайр, Ройтер), замысла (Бахтин), обусловливающих выбор тех или иных речевых действий.

Анализируя вышеприведенные определения, можем констатировать, что коммуникативная стратегия с позиций различных подходов предстает как

— способ достижения персуазивной коммуникативной цели;

— план речевого и неречевого поведения с целью убеждения собеседника;

— система действий по выбору адекватного информационного посыла;

— линия поведения личности в определенной коммуникативной ситуации, предполагающая убеждение собеседника;

— проявление коммуникативных личностных свойств говорящего.

Все названные выше характеристики могут быть объединены идеей персуазив-ного речевого поведения, убеждающих комуникативных процедур, то есть непременным условием осуществления стратегии коммуниканта является убеждение, изменение какого-либо исходного состояния партнера в желаемое, воздействие на его оценки, желания, мнения, представления, предрасположенности, установки [16, с. 12].

Представленный вывод позволяет нам сформулировать определение коммуникативной стратегии. Таким образом, под коммуникативной стратегией мы понимаем совокупность целенаправленных речевых действий, определяющих выбор языковых средств и способов выражения содержания с целью организации воздействия, непосредственно связанного с достижением персуазивной цели.

Стратегия целенаправленна, системна, интерактивна и реализуется посредством речевых тактик и коммуникативных приемов. Для более полного понимания сути стратегии рассмотрим далее содержание понятия «коммуникативная тактика».

Большинство ученых сходятся во мнении, что тактики ориентированы на выполнение способов реализации стратегии речи (Верещагин 1992, Лазуткина 2003, Матвеева 2003). Так, Е. В. Клюев понимает под тактикой «достаточно крупную коммуникативную единицу — конкретную методику, схему действия, единство практических ходов в реальном процессе речевого взаимодействия» [7, с. 98]. Суть применения конкретной тактики в том, чтобы изменить конфигурацию данных пара-

метров в нужном говорящему направлении, усилить какое-либо желание, изменить оценки, трансформировать образ какой-либо ситуации, перевести факты, стоящие за событием, в оценочное суждение.

Т. Е. Янко, наоборот, рассматривает тактику в узком значении и замечает, что «сама по себе тактика невербальна, но она вербализуется на поверхностном (текстовом) уровне. Тактика — это план содержания, который манифестируется в плане выражения, т. е. тактика обретает свою форму с помощью приема, который связан со значительными возможностями языковой системы и потенциальными возможностями иллюстраций и элементов видеоряда» [19, с. 79].

Итак, несмотря на различия в трактовках, оба автора полагают, что тактика соотносится с определенным этапом в осуществлении стратегии и направлена на реализацию отдельной коммуникативной задачи данного этапа. Этого же мнения придерживаются и другие исследователи. В частности, Н. И. Формановская под речевой тактикой понимает «совокупность коммуникативных приемов, выбор и последовательность речевых актов на определенном этапе общения» [20, с. 341]. А. П. Сковородников считает, что тактика — это «конкретный речевой ход (шаг, поворот, этап) в процессе осуществления речевой стратегии», представляющий собой «одно или несколько действий, способствующих реализации стратегии» [21, с. 32]. И. Н. Борисова определяет тактику как использование коммуникантами речевых умений в рамках той или иной стратегии для реализации цели общения [17, с. 168].

Основываясь на представленных определениях, под коммуникативной тактикой мы будем понимать конкретные способы реализации авторского замысла и выбранной автором стратегии, как в форме, так и в соединении высказывания, которые являются способом трансляции оценочного суждения и его обоснования.

В отличие от коммуникативной стратегии коммуникативная тактика соотносится прежде всего не с коммуникативной целью — глобальным замыслом речевого общения, а с набором коммуникативных намерений, которые обусловливаются различными факторами [7, с. 19].

Как уже было отмечено, магистрант для достижения персуазивной цели осуществляет ряд целенаправленных речевых действий, определяющих выбор языковых средств и способов выражения содержания, направленных на воздействие адресата.

Стратегия в таком понимании всегда соотносит цель и возможные средства ее достижения, процесс и результат реализации речевого действия. Таким образом, мы можем говорить о двойственном характере функционирования коммуникативной стратегии.

С одной стороны, стратегия существует как концептуально-тематический план, включающий множество вариантов реализации речевого действия. Множественность вариантов обусловлена возможностью выбора различных путей достижения одной и той же цели, возможностью использования различных коммуникативных тактик и комбинирования коммуникативных приемов.

С другой стороны, стратегия подразумевает выбор, связанный с реализацией отдельного прагматического, семантического и формально-стилистического варианта речевого действия. В данном случае стратегия характеризуется конкретностью своего речевого воплощения в условиях данной коммуникативной ситуации.

Вышеизложенное позволяет сделать вывод о том, что в научной риторике коммуникативная стратегия определяется, с одной стороны, как главная концептуально-тематическая установка с ориентацией на перлокутивный эффект, а с другой стороны, реализация глобальной интенции в виде элементов содержания, входящих в структуру риторики.

В научной риторике под коммуникативной стратегией мы понимаем мотивированную последовательность действий, направленных на реализацию концептуально-тематического плана по построению высказывания в том или ином жанре научной речи и процесс творческой реализации этого плана, связанного с достижением персуазивной цели.

Это обусловило рассмотрение коммуникативных стратегий научной риторики как минимум на пяти уровнях:

— пресуппозиционная стратегия, которая определяется прагматической интенцией адресата и реализуется на всех этапах формирования, планирования, озвучивания речи;

— диспозиционная стратегия представляет собой совокупность тактик и приемов по построению элементов содержания текста по определенной схеме, обусловленной речемыслительными законами научной деятельности и коммуникативной установкой автора [22, с. 178];

— элокуционная стратегия подразумевает набор определенных коммуникативных тактик и приемов, обеспечивающих выбор лексико-грамматических языковых и речевых средств научного текста, с помощью которых достигается убеждение собеседника;

— акциональная стратегия осуществляется посредством использования тактик и приемов по реализации фонетической стороны речи;

— мнемоническая стратегия включает в себя тактики и приемы запоминания материала в целях реализации последовательного, логичного, преемственного построения высказывания в определенном жанре научной речи.

Следует отметить, что коммуникативная стратегия относится к планированию и подготовке действий, в то время как тактика занимает подчиненное по отношению к стратегии место. Тактика представляет собой ряд способов и приемов, отобранных для решения конкретной поставленной коммуникативной задачи, а также непосредственную их реализацию на практике. Поскольку решение какой-то определенной задачи, как правило, представляется возможным несколькими способами, тактики всегда имеют отношение к выбору из множества альтернативных решений. Выбор магистранта основан на интерпретации вариантов с точки зрения их эффективности, так как эффективность является критерием для выбора речевой тактики. Достижение поставленной персуазивной цели невозможно без планирования и прогнозирования своих действий и деятельности, то есть без применения стратегий и соответствующих тактик.

Литература

1. Комарова Ю. А. Многоуровневый интегративный подход к процессу обучения иностранным языкам слушателей курсов повышения квалификации // Вестник Поморского университета. Серия: Физиологические и психолого-педагогические науки. 2006. № 6. С. 104.

2. Горобец Л. Н. «Педагогическая риторика»: теория и практика обучения студентов-нефилологов риторической компетенции. Армавир: РИЦ АГПУ, 2007. 184 с.

3. Аннушкин В. И. Риторика. Вводный курс для студентов филологических факультетов. М.: ФЛИНТА, 2004. 320 с.

4. Ивин А. А. Основы теории аргументации. М.: Владос, 1997. 353 с.

5. Юнина Е. А. Педагогическая риторика: учеб. пос. Пермь: ПОИПКРО, 1995. 291 с.

6. Львов М. Р. Риторика. Культура речи. М.: Академия, 2002. 401 с.

7. Клюев Е. В. Риторика (Инвенция. Диспозиция. Элокуция): учеб. пос. для вузов. М.: Изд-во ПРИОР, 2001. 272 с.

8. Хазагеров Г. Г., Лобанов И. Б. Риторика. Ростов-на-Дону: Феникс, 2004. 384 с.

9. PellisierP.A. Principes de rhetoriquefrancaise. 1894. 368 р.

10. Кохтев Н. Н. Ораторская речь: стиль и композиция. М.: Изд-во МГУ, 1992. 176 с.

11. Орлов О. М. Профессионально-ориентированная риторика: содержание и методика обучения: дис. ... д-ра пед. наук. Саратов: Саратовский государственный университет, 2003. 529 с.

12. Сухих С. А., Зеленская В. В. Прагмалингвистическое моделирование коммуникативного процесса. Краснодар, 1998. 365 с.

13. Касенкова Т. Н. Речевые стратегии как модуляции перспективы языкового отображения мира: дис. ... канд. филол. наук. Краснодар: Краснодарский государственный университет, 2000. 164 с.

14. Dijk T. A., van. Text and context. Exploration in the semantic sand pragmatics of discourse. London; N. Y.: Longman, 1982.

15. Иссерс О. С. Коммуникативные стратегии и тактики русской речи. М.: Издательство ЛКИ, 2008. 288 с.

16. Вохрышева Е. В. Коммуникативные стратегии реагирования на вопрос в английском языке: учеб. пос. Самара: Изд-во СГАКИ, 2003. 137 с.

17. Борисова И. Н. Дискурсивные стратегии в разговорном диалоге // Русская разговорная речь как явление городской культуры. Екатеринбург, 1996. С. 167-181.

18. Пассов Е. И., Кузовлев В. П., Кузовлева Н. Е., Царькова В. Б. Мастерство и личность учителя: На примере деятельности учителя иностранного языка. М.: ФЛИНТА, Наука, 2001. 240 с.

19. Янко Т. Е. Коммуникативные стратегии русской речи. М.: Языки славянской культуры, 2001. 384 с.

20. Формановская Н. И. Речевое воздействие: коммуникация и прагматика. М.: ИКАР, 2007. 480 с.

21. Сковородников А. П., Копнина Г. А. О формировании речевой культуры студента высшего учебного заведения (в аспекте компетентностного подхода) // Мир науки, культуры, образования. 2008. № 4. С. 30-34.

22. Баженова Е. А. Специфика смысловой структуры научного текста и его композиции. Стилистика научного текста (общие параметры). Пермь, 1996. С. 158-234.

Статья поступила в редакцию 31 октября 2013 г.