Июньские чтения

Последний месяц весенней сессии Госдумы, итоги которого по традиции* подводит "Власть", ознаменовался целым рядом заметных инициатив — как долгожданных, так и неожиданных.

*Отчеты о работе депутатов в первые пять месяцев этого года см. во "Власти" N5, 9, 13, 18 и 22.

Главные свершения думцев для государства были связаны с давно ожидавшимися и широко обсуждавшимися инициативами. А самой давней и обсуждаемой из них стала ратификация протокола о вступлении России во Всемирную торговую организацию. Наиболее непримиримые противники ВТО в лице коммунистов и справороссов сопротивлялись ратификации до последнего и даже оспорили документ в Конституционном суде (см. материал "КС защитил ВТО от КПРФ"), но в итоге им удалось лишь ненадолго оттянуть этот, по их глубокому убеждению, трагический для страны момент.

Другим долгожданным событием стало принятие в первом чтении законопроекта "О федеральной контрактной системе", который должен заменить нынешний закон о госзакупках. Как пояснил в Думе замминистра экономразвития Михаил Осеевский, новый документ регулирует "полный цикл закупок, включая прогнозирование, планирование и аудит результатов", а также усиливает общественный контроль. Поэтому, как надеются в министерстве, у органов власти просто "не останется возможности для закупки золотых унитазов и дорогих автомобилей".

Ну а к чиновникам, приобретающим подобные товары за свой счет, должен будет применяться закон "О контроле за соответствием расходов лиц, занимающих госдолжности, и иных лиц их доходам" (см. материал "Тяжелая трата" во "Власти" N16 от 23 апреля). Оппозиция, правда, этот документ дружно раскритиковала, назвав его профанацией и имитацией борьбы с коррупцией и еще раз призвав к немедленной ратификации 20-й статьи Конвенции ООН против коррупции, предусматривающей наказание за незаконное обогащение. Однако за принятие законопроекта в первом чтении палата проголосовала почти единодушно.

Самые заметные июньские инициативы для народа — поправки к законам о митингах и о некоммерческих организациях (НКО),— наоборот, появились неожиданно и были продавлены единороссами, невзирая на критику, в предельно сжатые сроки.

Впрочем, в самой Думе партия власти встретила серьезное сопротивление лишь по законопроекту о митингах ("Власть" подробно писала о нем в статье "Запасные гайки" в N24 от 18 июня): в результате организованной справороссами итальянской забастовки принятие документа во втором чтении затянулось 5 июня почти до полуночи. А вот поправки, требующие от многих получающих зарубежное финансирование НКО добровольно записываться в иностранные агенты (см. материал "Агентурный подход" во "Власти" N27 от 9 июля), легко собрали более 300 голосов (против выступила только "Справедливая Россия"). Видимо, давний страх перед тлетворным влиянием Запада у КПРФ и ЛДПР оказался сильнее опасений по поводу того, что в списке фактических врагов народа могут оказаться и их сторонники.

Еще большее единодушие народные избранники проявили при обсуждении очередных инициатив по борьбе с "зеленым змием". За десятикратное увеличение штрафов за продажу алкоголя несовершеннолетним (до 50 тыс. руб. для граждан и до 200 тыс. руб. для должностных лиц) в первом чтении проголосовали 436 из 450 депутатов, а за ужесточение запрета на рекламу спиртосодержащей продукции в СМИ и интернете — 440 думцев. Причем поначалу во втором законопроекте говорилось только о рекламе пива в интернет-СМИ, но затем парламентарии решили не мелочиться и распространить этот запрет на все виды алкоголя, на весь интернет, а заодно и на все печатные СМИ.

Что же касается наиболее заметных думских свершений для себя, то они оказались весьма противоречивыми.

С одной стороны, во внутрифракционных делах единороссы продемонстрировали завидный демократизм, впервые устроив конкурентные выборы на пост вице-спикера, освободившийся после ухода Олега Морозова в администрацию президента (победителем среди семи кандидатов по итогам трех туров голосования стал Сергей Железняк). С другой стороны, с оппонентами партия власти обходилась весьма недемократично. Сначала она до конца сессии лишила слова вице-спикера Николая Левичева ("Справедливая Россия") за мартовское выступление, в котором он предложил местным властям "честно работать и вести диалог с оппозицией, а не лизать, извините, задницу начальству, подтирая ее приукрашенными бюллетенями". А затем "Единая Россия" проголосовала за частичное снятие депутатской неприкосновенности с Владимира Бессонова (КПРФ), который подозревается в нанесении телесных повреждений двум полицейским начальникам на несанкционированном предвыборном митинге в Ростове-на-Дону 2 декабря 2011 года.

Правда, запрос Генпрокуратуры о возбуждении уголовного дела против коммуниста Бессонова поддержали и либерал-демократы, обиженные на левых за то, что осенью 2010 года те голосовали за лишение неприкосновенности депутата от ЛДПР Ашота Егиазаряна. Но зато по другим партийно-выборным вопросам ЛДПР выступила единым фронтом с остальной оппозицией. Так, поправки к Уголовному кодексу, ужесточающие наказание за различные нарушения на выборах, оппозиционеры единодушно отвергли, посчитав, что реальные фальсификации со стороны самих избиркомов по-прежнему останутся безнаказанными, тогда как борющимся за чистоту выборов наблюдателям власти непременно инкриминируют статью о "воспрепятствовании работе избирательных комиссий".