Судебно-криминалистическая ситуация, ее понятие и место в системе криминалистики

Ким Д.В.

Судебно-криминалистическая ситуация, ее понятие и место в системе криминалистики

Объективный ход становления и развития криминалистики заставляет исследователей переосмыслить прежние представления о предмете науки и сфере ее научного приложения. Сегодня все решительнее стали утверждения, что криминалистика не может быть ограничена рамками предварительного расследования, а ее рекомендации могут быть использованы и в судебном производстве [1, с. 111-114; 2, с. 40-45; 3; 4, с. 51; 5, с. 190-192].

Полагаем, что исходя из принципа состязательности сторон (ст. 15 УПК РФ) суд «не обязан полностью следовать воле сторон в определении пределов судебного следствия» [6, с. 44], он должен создать необходимые условия для реализации сторонами своих прав и обязанностей, в связи с чем возникает проблема разработки криминалистической тактики и методики судебного следствия.

Следует полностью разделить мнение Р.С. Белкина, который утверждал, что изучаемые наукой криминалистикой закономерности лежат в сфере судебного исследования, т.е. «совокупной деятельности органов дознания, следствия, суда, экспертных учреждений по установлению истины в процессе судопроизводства» [7, с. 47]. В таком понимании предмета криминалистики нас привлекает точность очерчивания границ научных и практических интересов криминалистики, а именно - от дознания и предварительного следствия по делу о событии с признаками преступления до решения задач уголовного судопроизводства судом. На этом поле, полагаем, складывается целостная информационно-познавательная система в деятельности по раскрытию, расследованию и судебному разбирательству преступления. В основе ее лежат знания о преступной деятельности лиц по совершению преступлений, с одной стороны, и законной, правоохранительной деятельности - с другой.

Досудебное и судебное производство - это единое и неделимое поле деятельности для науки криминалистики. «Криминалистическая методика расследования, - как верно пишет В.К. Гавло, -характеризуется интегративными приемами криминалистической техники и тактики, включает в себя познание закономерностей противоправной деятельности по подготовке, совершению, сокрытию отдельных видов преступлений и их противодействию расследуемым событиям, и правоохранительной, законом предусмотренной деятельности по их раскрытию, предварительному расследованию и судебному разбирательству на основе целостного возникновения и движения по делу всей уголовно значимой информации» [8, с. 22]. Именно в криминалистической методике расследования на этой основе возможны выделение и познание своеобразных закономерностей информационных структур, систем и процессов, разработка оптимальных вариантов (серий) правил и алгоритмов действий органу дознания, следователю, прокурору и суду в различных ситуациях возбуждения, предварительного расследования и разрешения дела по существу.

Нельзя разрабатывать криминалистическую технику, тактику и методику для предварительного следствия без учета ситуаций судебного следствия, как и криминалистическую технику, тактику и методику судебного следствия без учета ситуаций предварительного следствия и деятельности участников уголовного судопроизводства. «Без знания рекомендаций криминалистики, без их грамотного использования, - как верно пишет В.И. Комиссаров, - суду уголовной юрисдикции вряд ли удастся объективно установить все процессуально значимые нюансы совершения преступления» [9, с. 27; 10, с. 130-145].

Криминалистика одинаково обслуживает и предварительное следствие, и судебное разбирательство с учетом целей и задач осуществления правосудия по уголовным делам, объединенных единым целым - предметом доказывания (ст. 73 УПК РФ) и пределами судебного разбирательства (ст. 252 УПК РФ). Кроме того, судебное разбирательство в состязательном процессе больше всего нуждается в использовании рекомендаций, разработанных криминалистической тактикой и методикой.

В связи с чем, считает В.К. Гавло, традиционная структура криминалистической методики расследования должна быть перестроена как не отвечающая уровню нынешнего развития криминалистики и требованиям судебно-следственной практики. В качестве ее составляющих важно видеть следующие взаимосвязанные элементы. Это объясняется тем, что в методике расследования отдельных видов и групп преступлений в качестве первого структурного элемента ее выступает преступная деятельность лиц по совершению преступлений с ее криминалистической характеристикой преступления, а в качестве второго структурного элемента ее выступает законом предусмотренная деятельность правоохранительных органов и суда по предварительному и судебному следствию. А поскольку это так, то логично в этой деятельности выделять следующие две взаимодействующие подсистемы криминалистической методики: методику и ее криминалистическую характеристику

предварительного следствия и методику и ее криминалистическую характеристику судебного следствия. Именно они есть результат познания закономерностей деятельности субъектов доказывания на предварительном следствии и в суде [11, с. 130-212; 12, с. 456-462].

В учебниках по криминалистике, полагаем, необходимо показывать особенности методики и судебного следствия. Криминалистическая методика расследования преступлений при таком ее толковании может выступать как специфическая информационно-познавательная система в деятельности по решению задач уголовного судопроизводства, рассчитанная на определенные ситуации предварительного и судебного следствия.

Ситуационный подход, таким образом, позволяет разрабатывать конкретные и эффективные методики по ведению судебного разбирательства с учетом складывающихся судебных ситуаций.

Поскольку судебные ситуации не дублируют следственные ситуации, постольку в суде не может быть использована методика расследования, рассчитанная на предварительное следствие с его следственными (криминалистическими) ситуациями. «Познание и использование этих ситуаций, - как верно заметил В.К. Гавло, - есть важнейшая задача криминалистической методики как раздела науки криминалистики в повышении качества предварительного следствия и судебного разбирательства дела» [13, с. 14-20].

Что же касается самого понятия судебной ситуации, то в теории криминалистики среди ученых по этому поводу нет единого мнения. Появившись сравнительно недавно, в последнее время оно стало предметом широкого обсуждения как одной из центральных научных категорий, с которой связано дальнейшее развитие предмета криминалистики.

Впервые сформулировал определение судебной ситуации В.К. Гавло, выделив не только существенные признаки судебной ситуации, но и обозначив природу ее возникновения и развития [11, с. 69].

Следует заметить, что большое влияние на становление понятия «судебная ситуация» оказало понятие «следственная ситуация», занявшее прочное место в категориальном аппарате криминалистической науки, однако строго они не разграничивались. Не случайно большинство ученых и сегодня отождествляют судебную ситуацию со следственной, а в определениях четко прослеживается заимствование признаков одного понятия у другого.

Так, Ю.В. Кореневский говорит о следственной ситуации применительно к судебному разбирательству как о «сложившейся к этому этапу производства по делу совокупности данных о существенных обстоятельствах дела, исходя из которых определяются направления и пути дальнейшего получения информации, необходимой для принятия правильного решения по делу» [3, с. 65].

В приведенном выше определении судебной ситуации отражается объективное состояние рассмотрения уголовного дела, характеризующееся совокупностью данных о его существенных обстоятельствах. Такой подход нам представляется весьма спорным, т.к. не учитывает субъективный аспект ситуации. Кроме того, вряд ли целесообразно переносить положения следственной (криминалистической) ситуации на судебную ситуацию, т.к. между ними имеется ряд существенных отличий, о которых будет сказано ниже.

Предпочитает подходить к определению судебной ситуации как объективно существующей категории И.В. Румянцева. В то же время она совершенно правильно отмечает, что «любой субъект воспринимает ситуацию исходя из субъективных характеристик и принимает решение на основе того, как он лично ее воспринимает» [15, с. 53]. Саму же ситуацию судебного следствия она определяет как «формирующееся в ходе исследования доказательств в суде положение, отражающее информационное содержание доказательств, поведение участников судебного следствия и их взаимоотношения» [15, с. 56].

Предложенное понятие включает различные характеристики ситуации, такие, как: особенности судебного следствия, данные об обстоятельствах дела, отношения участников, возникающие в ходе судебного следствия, поведение этих лиц. Однако автор все же «оставляет в стороне» сложную субъект-объектную природу судебной ситуации, которая, по нашему мнению, должна присутствовать в определении, отражая его суть.

Последнее замечание в полной мере относится и к определению судебной ситуации, высказанному А.Ю. Корчагиным. Под судебной ситуацией он понимает «объективное положение судебного разбирательства, определяемое объемом, содержанием судебных доказательств и иной информацией, находящейся в распоряжении суда к моменту начала или в процессе судебного следствия» [16, с. 78; 17, с. 35].

Достаточно многочисленная группа авторов в определении судебной ситуации придерживается концепции, согласно которой ситуация понимается как информационная модель.

Так, В.В. Конин считает, что «судебная ситуация - это строго индивидуальная информационная модель, не имеющая жесткой конструкции и способная к изменениям, отображающая совокупность

реально существующих условий и обстоятельств, возникающих в ходе судебного разбирательства в результате деятельности его участников, на основании которых участниками принимается решение о выборе конкретного тактического приема с целью получения необходимого результата» [18, с. 201].

В этом определении указаны такие основные признаки ситуации, как индивидуальность и информационность. В то же время во второй части определения автор противоречит себе, указывая на то, что ситуация «отображает совокупность реально существующих условий и обстоятельств», т.к. реальность уже предполагает объективность. В этом случае говорить о ситуации для субъекта вряд ли возможно. Здесь, на наш взгляд, более точно было бы указать не на «совокупность реально существующих условий и обстоятельств», а на «с учетом условий и обстоятельств».

Кроме того, говоря о тактическом приеме, выбираемом участником судебного разбирательства, нужно учитывать само понятие «участники уголовного судопроизводства», под которыми законодатель понимает «лиц, принимающих участие в уголовном процессе» (п. 58 ст. 5 УПК РФ). Таким образом, в законе участник уголовного процесса трактуется достаточно широко, т.е. это не только суд и стороны (обвинения и защиты), а все лица, которые так или иначе задействованы в уголовном судопроизводстве, в т.ч. и в рамках судебного разбирательства. В связи с этим не совсем понятно, кто выбирает тактические приемы: суд (судья), государственный обвинитель, защитник или к этому списку можно отнести также свидетеля, потерпевшего, эксперта, секретаря судебного заседания, переводчика и т.д.? Если перечень участников судебного разбирательства достаточно широк, то приведенное В.В. Кониным определение судебной ситуации, по нашему мнению, выходит за рамки криминалистики и является спорным.

В понимании судебной ситуации С.Э. Воронин видит мыслительную деятельность судьи. Судебную ситуацию он предлагает именовать судебной проблемно-поисковой следственной ситуацией (судебная ППСС), определив ее как «психологизированный тип следственной ситуации, порожденной мыслительной деятельностью судьи, протекаемой в узком информационном поле, ограниченном, с одной стороны, материалами предварительного расследования, с другой - жестко регламентированной уголовно-процессуальной процедурой исследования доказательств и принятия решений по делу» [14, с. 36].

Очертив достаточно точно границы информационного поля анализируемого понятия, автор делает упор на ее субъективный аспект, при этом не учитывается сложная субъект-объектная природа судебной ситуации. Кроме того, рассматривая судебную ситуацию как «психологизированный тип следственной ситуации», возникают следующие вопросы: что имел в виду автор под понятием «психологизированный тип»? Чем он отличается от других типов (видов) ситуаций, менее психологизированных или не являющихся такими? К сожалению, ответов на эти вопросы в работах С.Э. Воронина мы не находим.

Полагаем, что судебная ситуация как разновидность криминалистической (в том смысле, что изучается криминалистической наукой) ситуации должна быть представлена целостной сложной самоорганизующейся системой информационно-познавательного характера, объединяющей в себе как человека, так и окружающую его действительность. Это необходимо учитывать при определении судебной ситуации.

В последнее время предпринимаются попытки объединить уголовно-процессуальные и криминалистические аспекты понятия судебной ситуации.

Так, О.Д. Кузнецова, взяв за основу определение судебной ситуации В.К. Гавло, с учетом принципа состязательности понимает ее как «обстановку, характеризующуюся доказательствами, представленными сторонами в судебном разбирательстве доказательствами, полученными судом по ходатайству сторон и по собственной инициативе в пределах предоставленных ему полномочий с учетом требований принципа состязательности, об обстоятельствах совершенного преступления и об обстоятельствах производства следственных действий, и условиями, в которых эти доказательства исследуются, характеризующие состояние и перспективу судебного следствия» [19, с. 114].

Приведенное выше определение, полагаем, достаточно сложно в восприятии, при этом не учитываются существенные признаки не только судебной ситуации, но и доказательств. Например, автор ограничивается доказательствами, полученными на стадии предварительного расследования при производстве следственных действий, тогда как ст. 74 УПК РФ называет и иные виды доказательств.

Анализ приведенных выше определений еще раз подтверждает обозначенный выше тезис о том, что в современной криминалистической науке наметилась устойчивая тенденция к развитию ситуационного подхода применительно к судебному разбирательству. Однако саму судебную ситуацию большинство ученых отождествляют со следственной ситуацией либо с ситуацией судебного следствия, вкладывая в эти понятия различное содержание. В связи с чем следует заметить, что указанные понятия не совпадают как по объему, так и по содержанию. Если следственная (криминалистическая) ситуация характерна для досудебных стадий уголовного судопроизводства, то судебная ситуация может возникать как на досудебных (например, когда суд в ходе досудебного

производства принимает решение об избрании меры пресечения в отношении подозреваемого (обвиняемого), о продлении срока содержания под стражей, о производстве обыска и (или) выемки в жилище и т.д.)*, судебных, так и исключительных стадиях уголовного процесса. Что же касается ситуации судебного следствия, то по отношению с судебной ситуации оно является видовым.

С учетом изложенного судебная ситуация в нашем понимании является судебно-криминалистической ситуацией, которую в самом общем виде можно определить как сложную динамическую систему информационного характера, складывающуюся в процессе осуществления судом (судьей) своей деятельности, влияющую на решение суда и на перспективу по уголовному делу [20, с. 159-160].

В отличие от судебно-криминалистической ситуации ситуацию судебного следствия можно определить как сложную динамическую систему информационного характера, складывающуюся в ходе судебного следствия, отражающую его состояние и перспективу по уголовному делу и характеризующуюся наличием у суда установленных в процессе предварительного расследования и судебного следствия доказательств, а также условиями и обстоятельствами, в которых эти доказательства исследуются, устанавливаются и добываются новые [20, с. 160].

Обращаясь к УПК РФ, необходимо констатировать, что в процессе судебного разбирательства имеются свои ситуации и особенности проведения процессуальных (следственных) действий, существенно отличающиеся от проведения следственных действий на досудебных стадиях уголовного процесса. Так, например, если следственный осмотр (ст. 177, 178 УПК РФ) следователь проводит в присутствии понятых, а также в необходимых случаях с участием других лиц (подозреваемых, обвиняемых, специалистов и т.д.), и оформляет это протоколом следственного действия, то судебный осмотр, согласно ст. 287 УПК РФ, проводит суд с участием сторон, а при необходимости и других участников судебного разбирательства (свидетелей, экспертов, специалистов и т.д.). В судебном осмотре не требуется участие понятых. Весь ход и итоги судебного осмотра отражаются в протоколе судебного заседания.

Огромные тактические возможности открываются перед судом в допросе с использованием тактического приема - перекрестный допрос, который является важным средством исследования доказательств в состязательном судопроизводстве.

Все это, несомненно, влечет за собой тактические особенности проведения следственных (судебных) действий в ходе судебного разбирательства, что является прерогативой криминалистики. При этом для суда открывается творческий простор, рассчитанный на исследования конкретных ситуаций судебного следствия и их наиболее эффективное разрешение. Ситуационный подход, таким образом, позволяет разрабатывать конкретные методики по ведению судебного разбирательства с учетом складывающихся судебных ситуаций.

С введением УПК РФ обостряется ряд проблем, связанных с производством по уголовным делам, подсудным мировому судье (гл. 41 УПК РФ). Учитывая то, что обязанность сбора доказательств по этим категориям дел возложена на стороны, которые лишены права проводить следственные действия, а судебное разбирательство имеет свою специфику, нетрудно видеть, что мировые судьи нуждаются в методических рекомендациях, касающихся процессуальных и тактических вопросов возбуждения уголовных дел частного обвинения, подготовки их к слушанию, а также по рассмотрению данной категории дел в судебном заседании [21, с. 17-20].

В связи с этим необходимы научные разработки и по такому забытому, но возрожденному вновь в УПК РФ производству, как апелляционное. Эта процедура позволяет не формально, а по существу приговора, с новым исследованием доказательств в суде вышестоящей инстанции проверить правосудность приговора, вынесенного по 1 инстанции, с правом его замены новым решением (приговором), принятым на основе собственного познания фактов и обстоятельств дела [22, с. 4; 23, с. 38-43].

Вышеизложенное позволяет констатировать, что тенденции развития криминалистической науки относительно своего предмета, ситуационная природа судебного производства (в частности, судебного следствия), объективная потребность судей в рекомендациях тактического и методического характера обусловливают активизацию исследований в области судебно-криминалистических ситуаций в целях оптимизации судебной деятельности.

Литература

1. Волчецкая Т.С. Криминалистическая ситуалогия. М.-Калининград, 1997.

2. Бозров В.М. Современные проблемы правосудия по уголовным делам в практике военных судов России: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. Екатеринбург, 1999.

3. Кореневский Ю.В. Криминалистика для судебного следствия. М.: ЦентрЮрИнфоР, 2001.

4. Кисленко С.Л., Комиссаров В.И. Судебное следствие: состояние и перспективы развития. М.: Юрлитинформ, 2003.

5. Гавло В.К., Клочко В.Е., Ким Д.В. Судебно-следственные ситуации: психолого-криминалистические аспекты: Монография. Барнаул: АлтГУ, 2006.

6. Александров А.С. Язык уголовного судопроизводства: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. Н. Новгород, 2003.

7. Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы. Общая и частные теории. М.: Юрид. лит., 1987.

8. Гавло В.К. Проблемы теории и практика криминалистической методики расследования преступлений: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1988.

9. Комиссаров В.И. Проблемы борьбы с преступностью и их место в предмете криминалистики // Актуальные проблемы криминалистики: Мат-лы Междунар. конф. Харьков, 2003.

10. Комиссаров В.И., Кисленко С.Л. Тактика судебного следствия, содержание и понятие // 50 лет в криминалистике. К 80-летию со дня рождения Р.С. Белкина: Мат-лы Междунар. науч. конф. Воронеж: Воронежский гос. ун-т, 2002.

11. Гавло В.К. Теоретические проблемы и практика применения криминалистической методики отдельных видов преступлений. Томск, 1985.

12. Гавло В.К. Общие положения криминалистической методики расследования отдельных видов и групп преступлений // Криминалистика: Учебник / Под ред. Л.Я. Драпкина, В.Н. Карагодина. М.: Юрид. лит., 2004.

13. Гавло В.К. Проблемные вопросы предмета и структуры криминалистической методики расследования преступлений // Современное российское право: федеральное и региональное измерение: Мат-лы науч. конф. / Под ред. В.Я. Музюкина, В.В. Невинского. Барнаул: АлтГУ, 1998.

14. Воронин С.Э. Проблемно-поисковые следственные ситуации и установление истины в уголовном судопроизводстве: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. Екатеринбург, 2001.

15. Румянцева И.В. Ситуационный подход в судебном следствии суда I инстанции: Дис. ... канд. юрид. наук. Калининград, 2004.

16. Корчагин А.Ю. Судебное разбирательство уголовных дел: понятие, организация, тактика. М., 2006.

17. Корчагин А.Ю. Организационно-тактические и методические основы криминалистического обеспечения судебного разбирательства уголовных дел: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2007.

18. Конин В.В. Участие защитника в судебном разбирательстве: ситуационный подход // Актуальные вопросы развития государства и права: Юбилейный сб. науч. тр. Калининград: КГУ, 2002. Ч. 2.

19. Кузнецова О.Д. Проблемы реализации принципа состязательности при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции: Дис. . канд. юрид. наук. Калининград, 2004.

20. Ким Д.В. Криминалистические ситуации и их разрешение в уголовном судопроизводстве: Монография / Под ред. В.К. Гавло. Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 2006.

21. Гавло В.К. Проблемы рассмотрения уголовных дел мировыми судьями (уголовно-процессуальные и криминалистические аспекты) // Информационный бюллетень Управления Судебного департамента при Верховном суде Российской Федерации в Алтайском крае. Барнаул, 2002.

22. Александров А.С., Ковтун Н.Н. Апелляционное производство в уголовном процессе России: Учебное пособие. Н. Новгород: Нижегородский юридический институт МВД РФ, 2000.

23. Куссмауль Р.Э., Воронин В.В., Камзенов Е.Б., Балакшин В.С. Процессуальный статус и полномочия суда апелляционной инстанции (дискуссия) // Уголовный процесс. 2007. № 11.