Функции презумпций в праве и их значение в регулировании отраслевых общественных отношений

А.П. Кузнецов, М.П. Пронина

Кузнецов Александр Павлович — доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации, заслуженный юрист Российской Федерации, заведующий кафедрой уголовного права и криминологии Нижегородской правовой академии

Пронина Мария Петровна — адъюнкт кафедры государственно-правовых дисциплин Нижегородской академии МВД России

Функции презумпций в праве и их значение в регулировании отраслевых общественных отношений

Право, являясь важнейшей социальной ценностью, оказывает деятельное влияние на развитие общества. Для объяснения деятельной стороны права ученые-юристы используют понятие «функции права». Следует отметить, что термин «функция», как и многие другие обществоведческие понятия, не относится к числу юридических и заимствован из иных наук.

В научно-терминологической литературе функция (лат. ^пойо — исполнение) трактуется как: «роль, значение чего-нибудь, обязательность, круг деятельности»1. В философских источниках под функцией понимается «внешнее проявление свойств какого-либо объекта в данной системе отношений»2; в математике — зависимая переменная величина, то есть величина, измеряемая по мере изменения другой величины, называемой аргументом; в биологии — специфическая деятельность животного или растительного организма, его органов, тканей и клеток; в социологии — 1) следствие социального события для социальной системы, где событие является необходимым для содействия работе и поддержанию этой системы, 2) роль, которую выполняет определенный социальный институт или процесс по отношению к целому3; в лингвистике — значение какой-либо языковой формы, ее роль в системе языка, определяемая соотношением с другими формами4. Вместе с тем, включение термина «функция» в юридический оборот наполняет его свои специфическим смыслом, позволяющим отличать от других формулируемых в науках понятий5. Таким образом, вопрос о функциях презумпций в праве имеет не только теоретическое, но и практическое значение.

В связи с этим важно определить характер и сущностные признаки, их социальное значение, правильность использования на том или ином этапе развития приоритетов с позиций учета и координации социальной потребности, наконец, уровня их эффективности.

Исходя из изложенного, функции презумпций в праве — это основные направления их регулятивного воздействия, отраженные в праве, обусловленные их сущностью и назначением. Функции правовых презумпций различны по своему сущностному содержанию и напрямую зависят от задач, стоящих перед правом на различных этапах его развития. Таким образом, научное познание функций презумпций в праве обусловлено социально-экономическими и политико-правовыми отношениями, самими функциями права — важнейшими качественными характеристиками, определяющими его природу и содержание.

Функции презумпций в праве — это существенная важная черта презумпции, обозначающая ее направленность на решение значимых задач, стоящих перед правом.

Функции презумпций в праве — это форма активного действия, упорядочивающая определенную сферу общественных отношений.

Функции презумпций в праве — это аккумулированные признаки, вытекающие из их качественной самостоятельности, а не вообще любые признаки, характерные для права либо других нормативных явлений общественной жизни.

1 Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка / С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. — М., 2003. — С. 847.

2Кондаков Н.И. Логический словарь-справочник. — М., 1975. — С. 655; Краткая философская энциклопедия / Под ред. Е.Ф. Губского, Г.В. Кораблевой, В.А. Лутченко. — М., 1994. — С. 498.

3 См.: Большой толковый социологический словарь (Collins). — М., 2001. — С. 416; Советский энциклопедический словарь / Гл. ред. А.М. Прохоров, 4-е изд. — М., 1989. — С. 1453.

4 См.: Современный словарь иностранных слов. — М., 1992. — С. 666; Словарь иностранных слов. — 15-е изд., испр. — М., 1988. — С. 543.

5 См.: Жигуленков М.В. К вопросу о понятии «функций государства» // Право и политика. — 2001. — № 5. — С. 13—16; Азаров Н.И. Теория государства и права. Конспект лекций и методологических указаний. — М., 2001. — С. 45; Теория государства и права / Под ред. М.М. Рассолова, В.О. Лугина, Б.С. Эбзеева. — М., 2000. — С. 93.

Функции презумпций в праве — это целенаправленное воздействие на общественные отношения, обусловленные потребностью и необходимостью сущности права как социального явления.

Определение функционального значения правового явления в регулировании общественных отношений тесно связано с уяснением его места в механизме правового регулирования. Поэтому с необходимостью встает вопрос о том, что собой представляют правовые презумпции как элементы этого механизма. Несмотря на то, что никто из исследователей специально этот вопрос не разрабатывал, так или иначе этот аспект в определенной мере в юридической литературе освещался. Если попытаться систематизировать имеющиеся доктринальные высказывания получится следующая картина.

1. Презумпции — это разновидности или даже отдельные части нормы права (В.И. Каминская, О.С. Иоффе, М.Д. Шаргородский и др.). Действительно, учитывая, что презумпция закрепляется в правовой норме, сформулированное мнение представляется вполне обоснованным. Трудно отрицать, что с технической точки зрения презумпция является элементом правового механизма, нормой, которая интегрируется в нормативно-правовой массив и вместе с иными нормами образует единый регулятор общественных отношений. Как и любая нормативная конструкция, презумпция является способом нормативно-организационного воздействия на общественные отношения с целью их охраны, упорядочения, увеличивая объем знаний о содержании юридической нормы1. Более того, преобразование презумпции в правовые нормы закрепляет выработанную всем обществом позицию относительно основных вопросов существования. Подобное процедурное установление социальной презумпции дает человеку реальную возможность воплотить в жизнь саму сущность презумпции. Наконец, получая нормативное закрепление, упорядочивается процесс вероятного опровержения предположения. Опровержение предположения становится не только формально-логическим и практическим, но и нормативным действием, которое подчиняется присущим каждой из групп социальных норм законам.

2. Презумпции — это нетипичные нормативные предписания, то есть предписания, в которых отсутствуют те или иные свойства (признаки), присущие классической модели нормы права, и потому имеющие по отношению к ней лишь субсидиарный характер (В.М. Горшенев). Особенность презумпции как нормативного предписания состоит в том, что она содержит указание на юридический факт и потому выполняет в правовом регулировании субсидиарную функцию. Кроме того, презумпции отличаются еще и тем, что они не могут быть индивидуализированы в актах применения права, а являются принадлежностью исключительно нормативных актов2.

Представляется, что указывать на нетипичность презумпции лишь на том основании, что в ее структуре отсутствуют признаки, присущие классической модели нормы права, не совсем правильно. Хотелось бы обратить внимание, что большинство правовых норм не соответствуют классической модели, предложенной С.С. Алексеевым, а имеют иную структуру. При правоприменении мы мысленно «достраиваем» любую правовую норму до ее классической модели, обращаясь к иным предписаниям данной отрасли права или же общеправовым принципам. Аналогично указание на юридический факт, имеющееся в презумпции, по определению присутствует в гипотезе любой правовой нормы, поэтому признавать на этом основании функцию презумпций лишь субсидиарной кажется не совсем логичным.

3. Презумпции — это специфические социальные регуляторы (правила, принципы), выработанные в ходе длительного развития юридической теории и практики, и используемые чаще всего в «нестандартных ситуациях», и занимающие, таким образом, самостоятельное место в общей классификации социальных норм (Н.И. Матузов, А.В. Малько)3. Авторы не отрицают подобного подхода, если речь идет о презумпциях вообще. Однако, говоря о презумпциях в праве, мы автоматически утверждаем их включенность в правовую систему, что, в свою очередь, не позволяет говорить об их самостоятельности среди социальных норм.

4. Презумпции — это технические приемы, то есть неюридические нормы, применяемые лишь на стадии доказывания (Е.В. Васьковский, М.Г. Авдюков, М.К. Трушников). С подобным мнением авторам сложно согласиться, поскольку вряд ли можно принижать роль презумпций в праве, сводя их к исключительно доказательственным приемам. В этом случае мы фактически отвергаем значение презумпций-принципов как основополагающих идей права.

5. Презумпции — это специфические юридические факты (О.А. Курсова и др.)4. Относительно данной точки зрения необходимо отметить, что выше мы уже рассматривали различия презумпции и юридического факта, не позволяющие относить первые к разновидности последних. Презумпция — не есть юридический факт, это лишь суждение, предположение о нем.

1 См.: Алексеев С.С. Государство и право: Начальный курс. — М., 1996. — С. 173.

2 См.: Горшенев В.М. Нетипичные нормативные предписания в праве // Советское государство и право. — 1978. — № 3. — С. 116—117.

3 См.: Теория государства и права: Курс лекций / Под ред. Н.И. Матузова и А.В.Малько — М., 1997. — С. 308.

4 См.: Курсова О.А. Фикции в российском праве: Дис... канд. юрид. наук. — Н. Новгород, 2001. — С. 13.

6. Презумпции — это средства юридической техники, то есть законодательные приемы, используемые при конструировании юридических норм1, особые юридические конструкции2 (Ю.Г. Зуев, Е.С. Шугрина, К.В. Шундиков3 и др.).

Действительно, следует признать, что закрепленные в правовых нормах презумпции обладают особой юридической конструкцией. На наличие презумпции в норме права обычно указывают слова «пока не доказано обратное», «доказывается», «не доказано». Однако они присутствуют не всегда. Например, презумпция вины в гражданском праве сформулирована без использования приведенных выражений.

Говоря же о презумпции как о юридическом приеме, нам представляется более правильным применять термин «презюмирование», не смешивая его с нормой-презумпцией. В данном случае презю-мировать — означает предполагать — «полагать, устраивать предварительно, давать направление, правило вперед»4. Конечно, презюмирование в широком смысле используется при создании множества норм, не только презумпций. Фактически за каждой правовой нормой стоит то или иное предположение законодателя о том, что именно таким образом должны регулироваться определенные отношения. Однако речь идет о презюмировании в узком смысле как об использовании законодателем предположения о вероятностном существовании опровержимого факта для регулирования общественных отношений. В этом понимании презюмирование как прием предшествует созданию правовой презумпции, но не является ею. Иначе говоря, это научно-практическое направление, имеющее своей целью познание и формулирование принципов, приемов, процедур реализации всех видов юридической практики, состояние, определяемое достигнутым уровнем развития социума.

Вышеизложенное позволяет заключить, что правовая презумпция в системе механизма правового регулирования занимает место нормы права. Однако определение ее функционального значения для регулирования общественных отношений представляется невозможным без выяснения ее значения в конкретных отраслях права.

Презумпции в конституционном праве. Представляется методологически оправданным проведение исследования функционального значения презумпций в регулировании отраслевых общественных отношений начинать с анализа презумпций в конституционном праве. Объяснение этому видится в том, что Конституция РФ является базисным нормативно-правовым актом, определяющим основу положений, сформулированных в системе права. Источниками формирования конституционных презумпций выступают Конституция РФ и конституционное законодательство. Современные российские конституционные презумпции отражают объективные потребности субъектов конституционного права и помогают демократически организованному государству и обществу жить предсказуемо в рамках правовой регламентации. С помощью данного вида презумпций единообразно регулируются типичные правовые ситуации, возникающие в сфере конституционных правоотношений, предполагающие вариант выбора субъектом своего поведения и осознание им последствий сделанного выбора. В силу приоритета конституционных норм презумпции этой отрасли имеют особое значение в российской правовой системе.

В связи с разносторонним характером общественных отношений, являющихся предметом конституционного права, конституционные презумпции также различаются многообразием по содержанию и юридическому значению. При этом наиболее важной является группа конституционных презумпций, действующих в сфере прав и свобод человека и гражданина.

1) Презумпция неотъемлемости прав и свобод человека и гражданина. Как известно, права человека являются важнейшим институтом конституционного права, составляющим стержень конституционализма. Конституция РФ 1993 года устанавливает принципы правового статуса физического лица. Как отмечает Е. Козлова, правовой статус личности основывается на презумпции неотъемлемости прав и свобод человека и гражданина, недопустимости ограничения неотчуждаемых прав и свобод5.

Установления данной презумпции особенно важны для человека, поскольку свойство неотчуждаемости означает невозможность неправомерного лишения обладания таким правом. С формальноюридической стороны неотчуждаемые права носят абсолютный характер, а потому в свою очередь презюмируется очевидный факт, что и всякое неправомерное изъятие такого права входит в противоречие с человеческой природой и жизнью, поскольку нарушает его естественное состояние.

Некоторые авторы не соглашаются с изложенным положением, утверждающим презумптивную природу рассмотренной нормы. Конституция РФ, устанавливая права и свободы человека и гражданина, закрепляет их в отсутствие каких-либо правовых предположений. Часть 2 статьи 17 Конституции

1 См.: Зуев Ю.Г. Уголовно-правовые презумпции: понятие, признаки и виды // Проблемы юридической техники: Сборник статей / Под ред. В.М. Баранова. — Н. Новгород, 2000. — С. 126.

2 См.: Шугрина Е.С. Техника юридического письма. — М., 2001. — С. 27.

3 См.: Шундиков К.В. Цели и средства в праве: Дис... канд. юрид. наук. — Саратов, 1999. — С. 40—42.

4Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. — М., 1980. — Т. 4. — С. 388.

5Козлова Е.И. Конституционное право России: Учебник / Е.И. Козлова, О.Е. Кутафин. — М., 2002. — С. 246.

РФ, которая устанавливает, что: «Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения», является одной из важнейших демократических основ государства.

Однако многие конституционные предписания, в том числе и анализируемое, основаны не на объективных фактах, а на субъективных теоретических положениях, поэтому можно признать, что они носят презумптивный характер.

Действие исследуемой презумпции предусматривает соблюдение законодателем разного уровня гарантий, исключающих злоупотреблением права в отношении граждан на законодательном уровне. Этому условию презумпции корреспондирует норма, содержащаяся в части 2 статьи 55 Конституции РФ, согласно которой в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина.

Примером признания такой презумпции не только на государственном, но и на международном уровне является дело Претти против Соединенного Королевства N 2346/02 (постановление от 29 апреля 2002 г.)1. Просьба заявительницы состояла в том, чтобы Европейский суд дал такую интерпретацию статьи 2 Конвенции, которая позволяла бы предоставить право умереть как при помощи третьего лица, так и при содействии государственного органа.

При рассмотрении дела Европейский суд установил, что в национальных законодательствах имеются веские причины не делать исключения для лиц, которые считаются неспособными совершить самоубийство, поскольку все это серьезно отразится на возможностях охраны человеческой жизни, которую закон призван гарантировать, в значительной степени увеличится опасность злоупотреблений, и отказал заявительнице в удовлетворении жалобы.

2) Презумпция добросовестности граждан Российской Федерации. Исходя из соблюдения неотчуждаемых, естественных прав человека, отражающих ценность его положительных человеческих качеств, достоинство личности, государство признает общую добросовестность граждан. Презюмиру-ется факт, что граждане законопослушны и в силу своей разумности и собственного уважения своей личности желают честно выполнять свои обязанности, обязательства, они хотят исполнять законы государства, которые знают. Общей основой данной презумпции является предположение с высокой степенью вероятности о добросовестности каждого лица, которая до опровержения не должна и не может браться под сомнение.

Поэтому государственные органы в сфере публичного права, императивно предписывающие определенные варианты поведения граждан и других субъектов конституционного права и применяющие к нарушителям меры юридической ответственности, жестко связаны презумптивным установлением добросовестности граждан и процессуальной презумпцией невиновности, концептуально вытекающей из норм статьи 2, а также статьи 49 Конституции РФ. Недобросовестность гражданина (то есть опровержение презумпции добросовестности) в публичном праве выражается в установлении и признании его вины в особой процессуальной процедуре с предварительным учетом предположения неустановления его виновности.

3) Презумпция места жительства. Одним из конституционных положений в закреплении личных прав и свобод является такая важная форма свободы личности, как свобода пребывания и места жительства. С этой конституционной нормой в системной связи находится Закон РФ «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» от 25 июня 1993 года2, регулирующий данную сферу общественных отношений. Для устойчивости правоотношений принято признавать единственное определенное место жительства, которое основано на презумптивном суждении — установлении положительного факта присутствия гражданина не там, где он временно находится, а там, где он проживает постоянно.

Бесспорно, что презумптивное установление места жительства важно в системе конституционного права при реализации права граждан на участие в референдуме, выборах и управлении делами общества через органы местного самоуправления. Действие данной презумпции также регулирует отношения государства и гражданина, соблюдающего конституционные обязанности платить законно установленные налоги и сборы, нести военную службу по защите Отечества.

4) Презумпция установления налога законом. Принципиально важное значение для формирования и функционирования всей системы законодательства имеют презюмируемые положения, сформулированные в Конституции РФ. Так, статья 57 Конституции РФ устанавливает, что «каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы». Иначе говоря, в Конституции закреплено право на установление налога, во-первых, только компетентным органом государственной власти — законодательным (представительным) органом; во-вторых, установление налога должно осуществляться только в строго регламентированной форме — федеральным законом. Это предписание, сформулированное в правовой презумпции, имеет существенное значение для налогоплательщиков, так как в нем закреплена охранительная функция, выполняющая роль защиты интересов налогоплательщиков, по-

1 СПС «КонсультантПлюс».

2 Ведомости СНД РФ и ВС РФ. — 1993. — № 32. — Ст. 1227.

скольку содержит важное положение, запрещающее необоснованное увеличение налогового бремени путем придания налоговым предписаниям обратной силы. Таким образом, возлагая на плательщиков обязанность по уплате налогов, государство вместе с тем гарантирует защиту от незаконных налогов и сборов.

Несмотря на это, имеются случаи, когда данное презюмируемое положение, закрепленное в конституционной норме, в истории налогового законодательства нарушалось. Так, Конституционный Суд РФ признал незаконным внесение изменений в Закон РФ «Об акцизах», в котором «задним числом» вводилось требование, ухудшающее положение налогоплательщика. Можно сделать вывод о том, что положения статьи 57 Конституции РФ во- первых, ограничивают возможность законодателя придавать закону обратную силу, во-вторых, ее положение гарантирует защиту от придания обратной силы закону, ухудшающему положения налогоплательщика.

На примере рассмотренных конституционных презумпций становится очевидным, что их роль в российской правовой системе весьма высока. Ряд презумпций, таких как презумпция неотъемлемости прав и свобод человека и гражданина, презумпция добросовестности носят общеправовой характер, взаимодействуют с иными отраслями права, некоторые презумпции, например, презумпция места жительства, имеют существенное значение для реализации политических прав и свобод, исполнения конституционных обязанностей.

Презумпции в уголовном праве. К видам презумпций в теории уголовного права относят: знание закона (ст. 9 УК РФ); истинность уголовного запрета (ст. 9, 10 УК РФ); непонимание лицом до достижения 14—16 лет общественной опасности совершаемого им деяния (ч. 1, 2 ст. 20 УК); осознание лицом, достигшим 14 —16-летнего возраста на момент совершения преступления, вредоносности своего поведения (ч. 1, 2, 3 ст. 20 УК РФ); вменяемость (ст. 21 УК РФ); невменяемость (ст. 21 УК РФ); понимание характера опасности своего деяния лицом, находящимся в состоянии опьянения (ст. 23 УК РФ); увеличение степени опасности правонарушения при рецидиве преступлений (ст. 18, п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ); презумпцию резкого повышения общественной опасности содеянного при совершении преступления с отягчающими, квалифицирующими обстоятельствами, нашедшую, в частности, выражение в косвенном закреплении презумптивного предположения о том, что при совершении преступления группой лиц происходит повышение общественной опасности деяния (ст. 35, 63 УК РФ); истинности приговора (ст. 70, 73 УК РФ); предположение о возможности совершения вновь тождественного деяния подсудимым, если он будет после осуждения заниматься той же деятельностью или занимать ту же должность (ст. 74 УК РФ); об утрате общественной опасности совершенного правонарушения и личности преступника по истечении длительных сроков с момента совершения деяния (ст. 78, 83 УК РФ), и другие1. Характерно, что ни одна из этих презумпций не имеет свойственной презумпциям юридической конструкции, они расположены лишь в Общей части УК РФ и все являются косвенными, поскольку выводятся из смысла указанных статей, но прямо в них не закреплены.

Не вдаваясь подробно в описание содержания перечисленных презумпций, необходимо отметить, что все они тесно взаимосвязаны между собой, как нормы любой отрасли права. Кроме того, они обуславливают применение иных норм уголовного права, обеспечивают их правильное толкование. Так, презумпция непонимания общественно опасных последствий, связанная с возрастными границами субъектов преступлений, и презумпция вменяемости (невменяемости) позволяют решить вопрос о круге лиц, подлежащих уголовной ответственности. Презумпция повышенной общественной опасности в уголовном праве связана с обстоятельствами, отягчающими наказание, совокупностью преступлений и рецидивом, что диктует необходимость определения более строгого наказания, и одновременно обеспечивает связь Общей части УК РФ с Особенной при определении высших и низших пределов санкций. Презумпция пониженной общественной опасности связана с обстоятельствами, смягчающими наказание, или исключительными обстоятельствами и разъясняет правовые последствия в виде наказания ниже низшего предела, раскрывает объем содержания статей, регулирующих наказание (глава 10 УК РФ), и санкций статей Особенной части УК РФ.

В целом можно сделать вывод, что в уголовном праве презумпции имеют доказательственное и вспомогательное значение. Так, презумпция вменяемости позволяет всегда предполагать лицо, совершившее преступление, вменяемым, и, соответственно, считать его субъектом уголовной ответственности, пока не доказано обратного. Презумпция непонимания лицом, не достигшим возраста 16 (14) лет, общественно опасного характера своего деяния дает возможность избирать меры уголовноправового воздействия на основании установленного возраста лица, либо вообще остановить механизм уголовно-правового реагирования — не требуя дополнительных доказательств. Вспомогательное значение для правоприменения имеют презумпции повышенной и пониженной общественной

1 Кругликов Л.Л. Презумпции в уголовном праве (в сфере ответственности за экономические и иные преступления) / Кругликов Л.Л., Ю.Г. Зуев. — Ярославль, 2000. — С. 89—90; Зуев Ю.Г. Уголовно-правовые презумпции: понятие, признаки и виды // Проблемы юридической техники: Сборник статей / Под ред. В.М. Баранова. — Н. Новгород, 2000. — С. 331—338.

опасности, определяющие пределы наказания и позволяющие избрать его вид и размер в каждом конкретном случае.

Презумпции в уголовном процессе. Основными уголовно-процессуальными презумпциями, на примере которых будет рассмотрено их значение в регулировании уголовно-процессуальных отношений, авторы считают следующие: презумпцию истинности вступившего в законную силу судебного приговора или решения и презумпцию невиновности1.

Содержание данных презумпций достаточно излагалось в настоящей работе и в других исследованиях. Поэтому представляется возможным остановиться непосредственно на их значении. Эти презумпции, во-первых, тесно взаимодействуют между собой, а во-вторых, обеспечивают связь уголовно-процессуального права с иными отраслями, в первую очередь, уголовным.

Связь между статьей 14 УПК РФ, устанавливающей презумпцию невиновности, и возможностью реализации предписаний Особенной части УК РФ очевидна. Эта связь очень жесткая и прямо пропорциональная: при неопровергнутой презумпции невиновности невозможно применение ни одного предписания Особенной части УК. В свою очередь при опровергнутой презумпции невиновности в силу вступает другая общеправовая презумпция — истинности приговора (истинности судебного решения). Вторая презумпция, как и первая, является оспоримой, и возможность ее опровержения связывается с наличием предусмотренных в самом законе оснований, допускается при соблюдении определенной процедуры (например, опровержение презумпции истинности приговора путем пересмотра дела в порядке надзора или ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств).

Презумпция невиновности, увеличивая и ужесточая требования по установлению и обоснованию виновности лица, тем самым обеспечивает правильное применение уголовного закона, правильную квалификацию совершенного деяния, а презумпция истинности приговора помогает раскрыть необходимый объем содержания уголовного закона, действие которого намного превышает результаты его применения в конкретном случае и распространяется на иные судебные решения и иные правовые ситуации.

Кроме того, нельзя забывать о доказательственном значении этих презумпций, которое вообще свойственно процессуальным презумпциям в силу специфики отрасли права. Презумпция невиновности устанавливает саму основу процесса доказывания, презумпция истинности приговора позволяют существовать такому правовому явлению, как преюдиция, и облегчает доказывание по связанному с рассмотренным последующему уголовному делу.

Презумпции в гражданском праве. В гражданском праве и процессе В.А. Ойгензихт выделяет более двух десятков правовых презумпций2. Не останавливаясь на детальном рассмотрении их всех, тем не менее, следует отметить, что сущностная природа гражданского права определила и специфику презумпций, действующих в его сфере. Гражданско- правовые отношения затрагивают обособленные интересы индивидуальных и коллективных субъектов; эти отношения характеризуются формальноюридическим равенством субъектов и диспозитивными методами правового регулирования3. При этом гражданское право есть сфера действия по большей части управомочивающих норм, закрепляющих в диспозиции вариант возможного поведения, реализация которого осуществляется по воле самого субъекта. Очевидно, что управомочивающие нормы зачастую несут в себе презумпции (прежде всего, разумного и добросовестного поведения), предполагающие, что правопорядок не будет нарушен из-за самостоятельных действий субъектов.

Закономерно, что Гражданский кодекс РФ содержит целый ряд презумпций, которые обладают указанным выше характером и имеют фундаментальное, базовое значение, сближаясь с принципами права. Так, в части 2 статьи 6 ГК РФ устанавливается, что при невозможности использования аналогии закона, права и обязанности сторон определяются, исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства (аналогия права) и требований добросовестности, разумности и справедливости. Часть 3 статьи 10 ГК РФ предписывает, что в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются. Также статья 401 ГК РФ, устанавливающая основания ответственности за нарушение обязательства, содержит презумпцию вины должника при неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства.

Предположение о разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений основывает, на наш взгляд, позволительность действий самостоятельных субъектов в гражданском праве. Таким образом, эта презумпция носит фундаментальный характер, определяющий основы формирования и осуществления гражданских правоотношений.

Действие принципа презумпции добросовестности охватывает всю сферу гражданского права, по-разному проявляясь для тех или иных правоотношений. Например, применительно к вещным

1 См.: Строгович М.С. Учение о материальной истине в уголовном процессе. — М.; Л., 1947. — С. 202.

2 См.: Ойгензихт В.А. Презумпции в советском гражданском праве. — Душанбе, 1976. — С. 43—189.

3См.: Ромашов Р.А. Теория государства и права. — СПб., 2006. — С. 194.

правоотношениям следует говорить о презумпциях добросовестности владения и добросовестности приобретения. В обязательственном праве презумпция добросовестности вообще играет основополагающую роль. В основе предположения добросовестного образа действий лежит идея о том, что в обязательственных правоотношениях присутствует определенный элемент доверия: лицо, которое с достаточными основаниями положилось на слово, данное другим лицом, то есть тем самым на его порядочность, не должно быть обмануто в своих ожиданиях. Это доверие предполагается как при осуществлении своих прав, так и при исполнении своих обязанностей. Другими словами, принцип добросовестности опирается на презумпцию взаимного доверия и уважения обоюдных интересов.

Отметим, в гражданском праве, как и в иных отраслях презумпции проявляют себя в качестве основополагающих принципов, в качестве связующих вспомогательных норм, имеют доказательственное значение.

Презумпции в налоговом праве. Крупномасштабные рыночные преобразования, проводимые в России, неизбежно привели к интенсификации налогового нормотворчества. Его характерной чертой является наличие большого количества подзаконных нормативных актов, специфичных по своему характеру и уникальных по содержанию. Однако резкое увеличение количества принимаемых правопо-ложений ведет к снижению их качества. Большинство налоговых законов казуистичны, коллизионны как по форме, так и по содержанию, нередко отражают корпоративные или ведомственные интересы, оставляют правовые пробелы, изобилуют отсылочными нормами. Таким образом, несовершенство налогового законодательства, его противоречивость и нестабильность являются одними из важнейших факторов сдерживания экономических реформ. В этих условиях проблема юридической техники становится важнейшей проблемой не только теоретического правоведения, но и каждой отраслевой юридической науки. Ю. А. Тихомиров справедливо отмечал, что в этих условиях «необходимо учитывать специфику юридико-технологических приемов в разных отраслях законодательства»1. Исследование юридической техники налогового законодательства имеет важное теоретико-прикладное значение. Использование ее позволяет материализовать налоговое законодательство, привязать его к реальным социальным условиям. В этих обстоятельствах юридическая техника «должна быть выведена на концептуальный уровень осмысления, обрести прочную методологическую базу, стать в один ряд с насущными исследовательскими задачами теоретического правоведения»2.

Особым приемом юридической техники, используемым в налоговом законодательстве, является презюмирование налоговых положений. Анализ налогового законодательства позволяет выделить следующие презумпции: установление единого налога на вмененный доход ставится в зависимость от поучения дохода при наличии определенных внешних признаков, таких как количество работников, торговых помещений и так далее (неопровержимая презумпция). В постановлении Пленума Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ № 41 /9 от 11 июня 1999 года указано: «Статья 40 кодекса закрепила принципы определения цены товаров, работ, услуг для целей налогообложения». Данной статьей установлена презумпция соответствия договорной цены уровню рыночных цен (опровержимая презумпция) и предусмотрены основания и порядок опровержения налоговым органом этой презумпции.

Другим примером использования презумпций в налоговом законодательстве могут выступать универсальные презумпции: презумпция добросовестности налогоплательщика, презумпция невиновности налогоплательщика; специальные презумпции: презумпция аналогии (ст. 31 НК РФ) предусматривает право налоговых органов в некоторых случаях определять сумму налогов, подлежащих внесению налогоплательщиком в бюджет (внебюджетные фонды) расчетным путем на основании имеющейся у них информации о налогоплательщике, а также данных об их аналогичных налогоплательщиках.

Анализ налоговых презумпций позволяет заключить, что в относительно новой отрасли — налоговом праве, как и в иных отраслях, презумпции имеют доказательственное и вспомогательное значение.

Рассмотрев место презумпций в механизме правового регулирования и их действие в рамках некоторых отраслей права, представляется правильным, делая вывод о функциональном значении презумпций в регулировании общественных отношений, условно различать их юридико-техническое и юридико-прикладное значение.

Юридико-техническое значение презумпций связывается с их принадлежностью к нормам права как к элементу механизма правового регулирования, отражается в воздействии на систему права и проявляется в следующем.

Во-первых, презумпции, как и любые другие нормы, обеспечивают согласованность норм определенной отрасли права между собой, в чем проявляется их вспомогательная роль. Так, статья 20 УК РФ,

1 Тихомиров Ю.А. Законодательная техника как фактор эффективности законодательной и правоприменительной деятельности // Проблемы юридической техники: Сборник статей / Под ред. В.М. Баранова. — Н. Новгород, 2000. — С. 39.

2Белов В.А. Юридическая техника российского налогового законодательства (общетеоретический анализ): Дис... канд. юрид наук. — Н. Новгород, 2002. — С. 7—8.

закрепляющая презумпцию непонимания общественной опасности и противоправности деяния, устанавливает связь возраста, с которого наступает уголовная ответственность, со статьями, предусматривающими уголовную ответственность несовершеннолетних, то есть со статьями 87—96 УК РФ; предположение, что простое алкогольное опьянение не лишает человека способности отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими (ст. 23 УК РФ), связывает положения статьи 19 УК РФ со всеми статьями Особенной части УК РФ.

Во-вторых, с помощью презумпций достигается связь между различными отраслями права, что обеспечивает определенную стабильность системы законодательства, в чем и состоит системообразующая роль презумпций. Примером может служить известная презумпция невиновности. Действуя в пределах конституционных координат, отраслевой законодатель должен исходить из презумпции невиновности, закрепленной в статье 49 Конституции РФ. Государство не имеет права создавать законодательную систему, руководствуясь соображениями, что общество состоит из недобросовестных и незаконопослушных граждан. Поэтому презумпция невиновности, впервые появившаяся и теоретически разработанная в уголовном процессе1, используется во многих отраслях права в различных вариантах, например, презумпция добропорядочности или добросовестности в гражданском праве (ст. 10 ГК РФ)2.

В-третьих, презумпции позволяют уяснить содержание иной правовой нормы, сузив или расширив его объем. Так, в уголовном праве презумпция добросовестности, которая проявляется в институте необходимой обороны, крайней необходимости, обоснованного риска и так далее, сужает понятие преступления, сформулированное в статье 14 УК РФ, и своим правовым последствием имеет признание законодательством как факта (обстоятельства), исключающего преступность деяния (глава 8 УК РФ).

В-четвертых, презумпции могут иметь регулятивное значение норм-целей или норм-принципов. Презумпции в своем подавляющем большинстве дают правоприменителю определенные идеи, на которые необходимо ориентироваться (презумпция знания закона, истинности судебного приговора), но которые в конкретных случаях и в определенной процедуре можно опровергнуть. Поэтому презумпции имеют специфический характер нормативности, часто не прямо закреплены в законе, а вытекают из закона либо общего духа законодательства, отражая взгляды законодателя на цели и перспективы развития правовых институтов.

Юридико-практическое значение презумпций проявляется в их использовании в правоприменительной практике. Американский юрист Морган выделил семь причин появления презумпций, на наш взгляд, предопределивших и обусловивших их правовое значение: «Во-первых, они способны ускорить судебное разбирательство, освобождая сторону от представления доказательств. Во-вторых, презумпции необходимы, чтобы обойти процессуальные тупики. В-третьих, некоторые презумпции основаны на преобладании вероятности чего-либо. Так, предполагается обычное поведение, и от стороны требуется привести достаточные доказательства обратного. В-четвертых, в некоторых категориях дел существуют сложности в обеспечении законных компетентных доказательств. В-пятых, иногда только одна сторона обладает специфическими средствами доступа к доказательствам или специфическими данными о фактах. Например, презумпция причинения вреда последним перевозчиком означает, что если в поставке груза участвовало несколько перевозчиков, то презюмируется вина последнего из них. В-шестых, некоторые презумпции желательны для общества. В-седьмых, многие, если не все, презумпции поддерживаются двумя или более предшествующими»3.

Согласно этой точке зрения, с которой соглашаются многие отечественные процессуалисты, основная роль презумпций состоит в облегчении или ускорении доказывания. Действительно, значение презумпций для судопроизводства трудно переоценить.

Во-первых, презумпции освобождают участников судебного процесса от доказывания определенных фактов, которые закон признает за существующие, исходя из определенной степени их вероятности. При использовании презумпций суд устанавливает только закрепленный в гипотезе презум-птивной нормы наличный факт, с которым связан факт презюмируемый и который выступает в качестве основы решения и, как следствие, влечет определенные материально- правовые последствия.

Во-вторых, презумпция распределяет бремя доказывания, указывая на то, кто и каким образом может опровергать презюмируемый факт, что позволяет устранить споры, ускорить по ним разбирательство, принять законное и обоснованное решение. В этом отношении права И.В. Решетникова,

1 См.: Строгович М.С. Право обвиняемого на защиту и презумпции невиновности. — М., 1984; Стецовский Ю.И. Конституционный принцип обеспечения обвиняемому права на защиту / Ю.И. Стецовский, А.М. Ларин. — М., 1988; и др.

2 См.: ДождевД.В. Добросовестность (Ьопа^еБ) как правовой принцип // Политико-правовые ценности: история и современность. — М., 2000; Гаджиев Г.А. Конституционные принципы добросовестности и недопустимости злоупотребления субъективными правами // Г осударство и право. — 2002. — № 7. — С. 54—62.

3 Цит. по: Решетникова И.В. Доказательственное право Англии и США. — Екатеринбург, 1997. — С. 111.

говоря о том, что «цель презумпции — облегчить сторонам задачу по представлению доказательств, относящихся к делу... Практически презумпции означают, кто проиграет, если не представит доказательство»1. «Причем презумпция распределяет бремя доказывания равномерно, возлагая на каждую сторону именно те обстоятельства, которые ей в первую очередь могут быть известны...»2, именно благодаря этому возможно установление объективной истины по делу. Здесь значение презумпции заключается в том, что происходит «экономия процессуальных средств и усилий»3.

В-третьих, презумпции позволяют всегда достичь определенного юридического результата при рассмотрении дела, если представленных доказательств недостаточно. Так, в ситуациях, когда остаются неустранимыми сомнения в виновности обвиняемого, суд не может вопрос о виновности оставить открытым. Однако, чтобы доказать его виновность, нужны доказательства; чтобы доказать его невиновность, тоже нужны доказательства. Если доказательств нет, факт невиновности остается под вопросом, но не опровергается. Так как судебное исследование не может закончиться безрезультатно, законодатель со всей определенностью высказался в пользу презумпции невиновности, возведя гипотетическое (основанное на гипотезе) предположение в ранг принципа, закрепленного в Конституции РФ (ст. 49) и УПК РФ (ст. 14). Этот законодательный прием позволил выйти из тупиковой ситуации, при которой с необходимой достоверностью нельзя установить как невиновность лица, так и его виновность.

Однако, на наш взгляд, нельзя сводить все практическое значение презумпций к их способствованию процессу доказывания. Тем самым мы, возможно, отражаем роль отраслевых презумпций, но существенно принижаем практическую роль презумпций, возведенных в ранг принципа.

Такие презумпции имеют важное политическое и социальное значение, показывая определенное отношение государства к человеку. Например, установление презумпции невиновности в уголовном праве или презумпции добросовестности в гражданском праве свидетельствует о том, что государство относится к отдельному человеку прежде всего как к честному, правдивому, порядочному члену общества, однако совершенно справедливо допуская при этом возможность опровержения этих презумпций в отдельных случаях.

Кроме того, презумпции способствуют своевременному выполнению государственными органами своих функций. На эту сторону значения презумпций впервые обратил внимание Д.И. Мейер, указав, что действия исполнительной власти нередко требуют быстроты, а установление фактов, за которые говорят предположения, «было бы препятствием для скорости действий»4.

Выводы: Функции презумпций в праве представляют собой составную часть функций как общего понятия. В то же время функции презумпций в праве напрямую зависят от задач права, поэтому они обладают функциями права, которые определенным образом преломляются в связи с качественной самостоятельностью правовых презумпций. Функции презумпций в праве — это основные направления их регулятивного воздействия, отраженные в праве, обусловленные их сущностью и назначением.

Функции презумпций в праве обусловлены также местом презумпций в механизме правового регулирования общественных отношений. Правовые презумпции при этом представляют собой тот необходимый нормативный правовой материал, который обеспечивает связанность и эффективность действия всех элементов механизма правового регулирования.

По поводу места правовых презумпций среди этих элементов в науке существуют различные точки зрения. Презумпции считаются нормами права; нетипичными нормативными предписаниями; специфическими социальными регуляторами, занимающими самостоятельное место в общей классификации социальных норм; техническими приемами доказывания; специфическими юридическими фактами; средствами юридической техники. Рассмотрев все изложенные позиции, авторы приходят к выводу, что, основываясь на определении правовых презумпций, их следует считать нормами права и определять их функциональное значение для регулирования общественных отношений, исходя из полученного заключения.

Отраслевое значение презумпций авторами определяется на основании анализа основных презумпций нескольких отраслей права: конституционного, уголовного, уголовно-процессуального, гражданского, налогового. Авторами отмечено, что в каждой отрасли права презумпции выполняют несколько ролей, перечень которых не изменяется, независимо от отраслевой принадлежности презумпций, различается только их объем. Так, в процессуальных отраслях преобладает доказательственная роль, в уголовном праве — вспомогательная, в конституционном — основополагающая.

1 Решетникова И.В. Доказательственное право Англии и США. — Екатеринбург, 1997. — С. 108.

2Иоффе О.С. Ответственность по советскому гражданскому праву. — Л., 1955. — С. 136.

3 Левенталь Я.Б. К вопросу о презумпциях в советском гражданском процессе // Советское государство и право. — 1949. — № 6. — С. 62.

4 Мейер Д.И. О юридических вымыслах и предположениях, о скрытных и притворных действиях. — Казань, 1854. — С. 49.

На основании исследования функционального значения презумпций в различных отраслях права, с учетом их нормативно-правового характера, авторы полагают, что для регулирования общественных отношений презумпции имеют юридико-техническое и юридико-прикладное функциональное значение.

Юридико-техническое значение презумпций связывается с их принадлежностью к нормам права как к элементу механизма правового регулирования и отражается в следующих направлениях воздействия (функциях) на систему права: вспомогательном — так как презумпции обеспечивают согласованность норм определенной отрасли права между собой; системообразующем — поскольку с помощью презумпций достигается связь между различными отраслями права; праворазъяснительном — так как презумпции позволяют уяснить содержание иной правовой нормы, сузив или расширив его объем; регулятивном — когда презумпции являются принципами права.

Юридико-практическое значение презумпций проявляется в их использовании в правоприменительной практике: презумпции освобождают участников судебного процесса от доказывания определенных фактов; презумпции распределяют бремя доказывания; презумпции позволяют всегда достичь определенного юридического результата при рассмотрении дела, если представленных доказательств недостаточно.

Также презумпции имеют важное политическое, социальное и организационное значение, показывая определенное отношение государства к человеку и способствуя своевременному выполнению государственными органами своих функций.