Счастье как феномен духовной жизни сельских жителей

УДК 301.185.1

Л.В.Карцева

СЧАСТЬЕ КАК ФЕНОМЕН ДУХОВНОЙ ЖИЗНИ СЕЛЬСКИХ ЖИТЕЛЕЙ

В представленной статье рассматривается феномен счастья применительно к сельской аудитории. На основе качественных методов исследования изучаются ценностные ориентации сельчан, которые составляют основу переживаемого ими чувства счастья, определяются приоритеты между ценностями материальными и нравственными.

Ключевые слова: счастье, индивидуализированное общество, сельское население, восприятие счастья, современный стандарт счастья, формула счастья.

L.V. Kartseva Happiness as a phenomenon of a spiritual life of the rural population

The given article investigates the phenomenon of happiness as applied to the rural population. Value orientations of the countrymen which represent the basis of the feeling of happiness experienced by them are examined relying on the qualitative methods. Priorities between material and moral values are determined.

Key words: happiness, individualized society, rural population, perception of happiness, modern happiness standard, formula of happiness.

Категория счастья в эпоху индивидуализации анализируется не только учёными, представляющими различные направления социогуманитарного знания, но и общественным мнением. На обыденном уровне при соответствующем случае каждый человек стремится пожелать ближнему своему испытать счастливые минуты, вкладывая в это состояние собственное содержание. Между тем данное понятие не имеет каких-либо определённых границ, оно очень ёмкое и может быть интерпретировано как с индивидуальных, так и с групповых и даже социальных позиций. По крайней мере, существующие в каждом обществе стереотипы ориентируют общественное сознание на то или иное осмысление счастья, закладывая под него идеологическую основу, тот базис, который отвечает запросам соответствующего этапа развития социума.

В современном российском обществе стандарты счастья отвечают установкам западнического толка. Рыночный его характер диктует необходимость следовать диспозиции «успешного человека», подразумевая под успешностью преимущественно два основных условия - высокий социальный статус и соответствующее ему материальное и моральное вознаграждение. Успешным может быть тот человек, который олицетворяет собой современный уровень достигнутого обществом цивилизационного благополучия, эквиваленты которого активно внедряются в массовое сознание массовыми же коммуникациями, и прежде всего - интернетом и телевидением.

Итак, счастливый (а значит - успешный) человек, по версии современных российских средств массовой информации, - это человек, несомненно, обеспеченный (или - богатый), в распоряжении которого имеется весь набор материальных благ XXI века. В его составе - автомобиль марки высшего класса (как правило, далеко не единственный), недвижимость (в сотнях квадратных метров и не в единичном варианте), престижная должность с соответствующим окладом, крупные счета в банках, профессиональная, общественная и иная известность, семья с детьми, забота о физическом и психическом здоровье (в том числе и омоложение), безупречная внешность вне зависимости от возраста, пола, места жительства и этно-конфессиональной принадлежности, отдых и досуг в престижных местах, включая путешествия в наиболее популярные для туристов и экзотические страны мира.

Разумеется, для рядового гражданина российского общества, чья материальная обеспеченность неско-лькими уровнями ниже упомянутой, «счастливый набор» выглядит гораздо проще. В него могут входить собственный дом или благоустроенная квартира, дача за городом, постоянная работа, семья с благополучными детьми, автомобиль - пусть и не представительского класса, досуг - в кинотеатре, на рыбалке или в кафе поблизости с домом, в кругу семьи, возможность получить высшее и даже послевузовское образование, в целом соответствовать современным жизненным стандартам.

Для иных социальных групп счастьем может быть и одиночное существование (таковы представители творческих профессий), умноженное на интересную и любимую работу, заботы о здоровье, близость домашних животных, чтение книг и просмотр любимых телеканалов или видеофильмов, занятия спортом и путешествия, не требующие особых финансовых затрат.

Для села же, объективные социальные возможности которого в подавляющем большинстве случаев весьма ограничены, трудно представимы не только какие-либо витальные изыски, но даже те немногие жизненные радости, которые доступны любому горожанину. Здесь понятие счастья облекается в совершенно иную форму.

В целях выявления особенностей восприятия счастья как социального феномена в сельских

условиях нами было проведено качественное исследование методом полустандартизированного интервью в административном центре одного из сельских районов на юго-западе Республики Татарстан - в городе Буинске. В качестве основной цели опроса стало выявление «формулы счастья», свойственной жителям сельской местности.

Несколько слов о месте проведения интервью. Согласно сайту правительства РТ, в Буинском районе в 98 населённых пунктах, в 30 сельских и одном городском поселении проживают 45424 человека, из которых в самом Буинске - 20 тысяч. В основном это татары, чуваши (23 %) и русские (13 %). По конфессиональному составу это мусульмане-сунниты и православные христиане.

Буинский район известен своими промышленными и сельскохозяйственными предприятиями, такими как Буинский спиртзавод - филиал ООО "Русский стандарт водка", филиал ОАО "Татспиртпром"; ЗАО "Ахмаметьевский ЭМЗ", ОАО "Буинская ватная фабрика", ООО "Буинский машиностроительный завод", ОАО "Буинский сахарный завод"; Буинский маслодельно-сыродельный комбинат, филиал ОАО "ВАМИН-Татарстан сэтэ". Строительные организации представлены такими хозяйствующими субъектами как ЗАПНОПСАД "Вираж" и ООО "Коопстрой".

Социально-демографические характеристики опрошенных. В исследовании приняли участие 18 человек, отобранных методом случайного отбора. Среди них оказалось 10 женщин и 8 мужчин в возрасте от 23 до 72 лет, среди которых восемь информантов - молодые люди до 33 лет, шесть человек -зрелого возраста и четверо - пенсионеры. Из 18 опрошенных 12 - татары, двое - чуваши, четверо -русские. Род занятий опрошенных допенсионного возраста - рабочие (5 человек), служащие (5 человек), управленцы (двое), домохозяйка и безработный (по одному информанту).

Из общего числа информантов трое не имеют семьи, остальные - люди семейные и имеют одного ребёнка либо несколько детей, а также и, соответственно возрасту, внуков.

Методика проведения опроса. За основу нашего исследования была взята матрица аналогичного исследования, проведённого с помощью интернета маркетинговым агентством Masmi Russia по проблеме «Чего россиянам не хватает для счастья». (См. таблицу на сайте РИА Новости www.ria.ru 27 ноября 2011 года). В указанном онлайн-исследовании были опрошены 35565 российских респондентов, которым был задан только один вопрос, он и вынесен в название исследования, и предложены несколько вариантов ответа. Среди них были такие: деньги, любовь, стабильность, уверенность в будущем, друзья, общение с близкими людьми, развлечения, путешествия, квадратные метры, жить там, где хотелось бы, знания, возможность заниматься любимым делом.

Ответ на вопрос о том, чего не хватает для счастья, мог и варьировать. Так, его альтернативами могли стать два ответа: «У меня чего-то не хватает, но я счастлив (счастлива)» либо «Я счастлив (счастлива), у меня всё есть».

Как показал опрос россиян, самая больная тема - материальное положение. Так, «денег» не хватает - 44% россиян (47% - мужчины и 40 % - женщины). Далее идут "любовь" и "уверенность в будущем", их не хватает для полного счастья одинаковому числу респондентов (по 26% ответов). Среди ценностей аутсайдеров оказались ценности дружбы (по 6 % у представителей обоих полов), общения с близкими людьми (7 % - мужчины, 10 % - женщины), развлечений (9% и 8 % соответственно) и знаний (14 % у мужского и 11 % у женского пола).

Абсолютно счастливых оказалось меньшинство - 9% (мужчин - 10 %, женщин - 8 %). «В целом счастливыми» показали себя ещё 19% респондентов - мужчин и женщин, которые указали: "Чего-то не хватает, но я счастлив (счастлива)". Однако онлайн опрос не позволяет дифференцировать городскую и сельскую аудиторию. Отсюда интерес к особенностям социально-психологического состояния татарстанских сельчан и их оценки столь сложной категории духовной жизни, как категория счастья.

Итак, о результатах интервью в Буинском районе Татарстана.

Счастье для буинцев - это, прежде всего, наличие семьи. Более жизнеутверждающего и ёмкого определения счастья, чем указание на семейность, в ответах опрошенных не прозвучало. «Я счастлива! Муж любимый, дочери у меня...Я не разграничиваю любовь к мужу, дочерям...» (Ж., 33 года, домохозяйка). При этом собственно семейное, групповое ощущение счастья пронизывает его субъективно-виталистское толкование. Физическое и психическое здоровье индивида, просто переживание радости жизни - исходная величина для наличия чувства счастья - в семье или без неё.

«Пока счастье - здоровье! Это основное - здоровье...» (М., 63 года). «У меня сегодня одно только: покой жизни нужен. И здоровье! Если б был покой, я была бы стопроцентно счастлива». (Ж., 63 года) «Счастлив я!Жив-здоров, и хорошо!» (М., 32 года). «Уменя всё есть! Пока... Счастье в семье заключается в здоровье...» (М., 63 года, пенсионер). «...Ну, я счастлив! Было бы здоровье, были бы здоровы дети....» (М., 40 лет). «Что счастье?...Здоровье, бодрость... Чтоб дети были хорошие. Счастье детей. Любовь - счастье. Кто любит, тот счастлив. Если будет настоящая любовь... » (Ж.,

72 года).

Как видим, здоровье - одна из важнейших позиций в определении социально-психологического и индивидуально-психологического состояния информанта. При этом указанная доминанта не зависит от пола и возраста индивида, что может быть объяснено ухудшившейся макроэкономической ситуацией -обострением мирового финансового кризиса и отголосками данного процесса в России (инфляция, падение жизненного уровня населения и т.п.). К тому же ценность здоровья осознаётся в индивидуализирующемся обществе, где каждый отдельный субъект действия анализирует, оценивает и интерпретирует реальность, исходя не от группового «Мы», а от индивидуального «Я».

Ещё одна доминанта счастья, и она чаще встречается у мужчин - ожидание большей стабильности в обществе. Данную позицию называли чаще других, поскольку в менталитете российских мужчин -заботиться о семье, о детях. Последнее требует, прежде всего, денежной наличности, которая, в свою очередь, есть производное фактора материальной обеспеченности в целом. В малом городе Буинске доходы работающих невысоки, и это тревожит всех и каждого.

«Стабильность? Это, в первую очередь, конечно, семья и, потом, заработок...чтобы нормальный был. Чтобы эту семью можно было поддерживать.» (М., 35 лет) Или: «В чём для меня стабильность? В семье и в работе. Два критерия. Одно за другим». (М., 45 лет) Или: «Стабильность от семьи тоже зависит! Это расход, например, в семье..Как ты расходуешь свои имеющиеся... скромные средства... .А чё от Путина зависит?...От Путина зависит, конечно, если нам добавят пенсию... » (М., 63 года).

Женщины же ощущают стабильность тогда, когда семья крепко стоит на ногах. Так, молодая женщина, мать троих детей, неработающая, отвечая на данный вопрос, прежде всего, произносит: «Всё уж.И муж, и я..Как-то и не разделю нас..Он работает, тылы обеспечивает. Я детьми занимаюсь...» (33 года). Пожилая женщина, живущая в одном доме с сыном, снохой и двумя внуками, подчёркивает опять-таки семейное единство: «С любовью живут здесь дочка с зятем!» (72 года). Именно в чувстве любви, объединяющем семью, усматривает она истоки её стабильного существования.

Иное - уверенность в завтрашнем дне. Данное понятие сугубо индивидуалистично. На вопрос о том, что значит для одинокой пожилой женщины понятие «уверенность в завтрашнем дне», ответ прост: «В том, что пенсию вовремя принесут. Только в этом! Насчёт пенсии уверенность есть! Без денег не останусь!» (69 лет).

Мужчины мыслят более абстрактно. В возрасте 45 лет мужчина, по профессии стоматолог, объясняет: «Уверенность в будущем дают не только семья и работа. А то, что у каждого человека есть определённые цели....У детей есть цели.... И то, что они их добиваются, уже создаёт спокойствие!».

Менее оптимистичен мужчина предпенсионного возраста (59 лет), инженер-гидротехник по роду занятий: «В завтрашнем дне на сегодняшний день никто не уверен».

Пенсионер в возрасте 63 лет, бывший слесарь, в его доме жена, дети и внуки, об уверенности в завтрашнем дне говорит с осторожностью: «Ну-у... .В наше время это трудно сказать... .Потому что у нас уже такие годы, что тут....сказать-то нечего! Уверенность....Счас уверенности нет ни в чём! Счас уже за себя думаешь... Что нам надо, на пенсии-то? Нам уже ничего не грозит! Только беспокоишься о внуках, о детях.... Как они проживут....».

Удивительным образом из интервью исчезла тема денег. О них никто не говорил по собственной инициативе. В ответ на уточняющие вопросы ответы давались, но с некоторой неохотой, так говорят обычно о болезни близкого родственника. И снова различаются позиции мужчин и женщин.

Для женщин деньги - способ решения житейских проблем - с обеспечением продуктами питания, оплатой коммунальных услуг, ремонтом ветшающего жилища. Запросы у буинчанок небольшие. Понимая, что много денег заработать не удастся, беспокоятся лишь о том, как эффективно потратить немногое имеющееся. При этом, почти на грани самовнушения, произносятся утверждения, разводящие по разные стороны «баррикад» идеальное (счастье) и материальное (деньги).

«Мне кажется, даже если много денег будет, то счастья не будет», - говорит молодая мама с высшим педагогическим образованием, 26 лет, воспитатель детского сада. Ей вторит выпускница учётно-кредитного техникума, бухгалтер по профессии, 23 лет, имеет дочь: «Не знаю, что сказать о деньгах...Вот вроде чуть-чуть денег, а всё равно - на всё распределим.Например, мы дома.И нам хватает на коммуналку и на продукты... Если есть много денег, будет всё так же...».

Работница системы поселкового управления 41 года, со средним специальным образованием, размышляет: «Ядумаю, то, что я имею ... .вот сколько денег есть, мне их пока хватает.Ядумаю, не то что именно деньги тут нужно, для счастья, а совсем другое...».

Столь осторожная оценка феномена денег в современном потребительском обществе о многом

говорит. «Деньги нужны!» - отмечает пожилая женщина, мать двоих детей, бабушка трёх внуков. И добавляет, почему: «Еда у нас есть. Одежда есть. Но ...у дочки только 4 тысячи зарплата. Массажистка она... Каждый день спины трёт...».

Иначе говоря, деньги - в глазах сельских жителей - становятся не просто средством повышения жизненного уровня или способом сокращения объёма физической работы каждым конкретным гражданином или гражданкой. Деньги - мерило собственной самооценки, социального, а значит и личного статуса. А к тому же это и способ получения социального (коммуникативного) удовольствия. По крайней мере, внук бабушки, чья дочь работает массажистской, добавляет к её словам: «Если деньги появятся у бабушки, она со всеми делится...». На что следует реплика: «Пенсия у меня маленькая... ». И это тоже штрих к ситуации: была бы больше пенсия, дети и внуки получали бы гораздо большую поддержку от её владелицы, чем имеют сейчас.

Наиболее эмоциональной получилась беседа с пенсионеркой 69 лет, живущей одиноко. «На руках» у неё довольно большой деревянный дом, сарай, баня, придомовой ухоженный участок земли, другие хозяйственные постройки, скотина (бычок), куры. В ответ на вопрос о том, чего не хватает для полного счастья, ею был дан такой ответ:

- Знаете, чего не хватает? Денег не хватает у меня! Всё равно не хватает! Хоть и куры, яйца свои, картофель, овощи... После смерти мужа...пятый год одна.... Ворота сделала - упали...Над задней избой крышу сделала - упала крыша, пришлось делать заново! Все доски сгнили, доски пришлось менять... Вот тут дровяник большой есть, тоже крышу меняла к нему. Всё сгнило! Вот муж умер - и всё гниёт и гниёт! А счас вот у дома весь низ сгнил. А как менять буду? Ночами не сплю... .Материал нужен, деньги нужны. У мастеров спросила... Сказали - 100 тыщ надо! А где их взять - 100 тыщ? 8 тыщ пенсия у меня!» Рецепт счастья в этой конкретной ситуации такой: «Вот когда подведу дом, фундамент сделаю, тогда буду счастлива!.. Приезжайте годика через два - увидите сами!»

Мужчины мыслят иначе. Упомянутый выше пенсионер 69 лет, бывший слесарь и владелец большого деревянного дома, немалой придомовой территории, говорит: «Денег не хватает! Потому что ежедневно.... в магазинах нет контроля за ценами. Цены растут с каждым часом, не с каждым днём. Ходишь - до обеда столько, после обеда придёшь - уже на рубль, два добавлено... Обязательно!» Подход к деньгам здесь иной, нежели у женщин, - более абстрактный, глобальный, рыночный по-своему. В ответ на уточняющий вопрос о том, удаётся ли сводить «концы с концами», сказано следующее: «У меня всё есть! Пока.... Хотя деньги - это не всё, без них - не жизнь, конечно». И это говорится честно, искренне, без стыдливого умолчания того, что информант и его семья живут на грани нищеты, если уже не в нищете, хотя и в собственном немаленьком доме.

Информант 59 лет, инженер, забирая внучку из детского сада, не менее откровенен: «Дя большего счастья чего не хватает? Скажу так, как говорят капиталисты сейчас, как обычно скажу.... Раньше по-другому сказали бы... .Денег не хватает!!!» Источник информации здесь - работающий человек, чей профессиональный путь близится к завершению. Но материальное и финансовое положение его не слишком заметно отличается от положения реального пенсионера, и интонации в беседе те же -грустные.

Для сравнительно молодого мужчины, по профессии строителя, отца двоих детей, 35 лет, подобная ситуация не столько огорчительная, сколько мобилизующая. «Ну, что-то не хватает всегда уж людям! ...Не может быть, чтобы всего хватило... Очень много чего не хватает! Но... приходится терпеть! И жить дальше! Есть моменты, которые составляют недовольство, но что теперь делать! Труд этот ...Настроение падает, когда зарабатываешь меньше, чемработаешь.Но внимания на это не обращаешь, стараешься другую работу сделать....» Рассуждения интервьюируемого, не имеющего и среднего специального образования, характеризуют его высокий уровень эрудиции, понимание им макроэкономической ситуации в стране. Говоря о развитых странах, интервьюируемый замечает: «У них всё по-другому..Мы живём, чтобы работать, а они работают, чтобы жить».

Из сказанного напрашивается вывод: буинские мужчины осознают самостоятельную ценность денег, тогда как для женщин она сугубо инструментальна. Мужчины реалистично оценивают социально-эконо-мическую ситуацию в стране и положение собственного семейного бюджета, понимая всю ограниченность рыночных отношений как таковых, стремятся работать более интенсивно в целях удовлетворения насущных жизненных потребностей своих и членов своей семьи.

Но и те и другие не придают решающего значения величине семейного бюджета при интерпретации своего эмоционального состояния, что свидетельствует, как минимум, о двух обстоятельствах. Первое - то, что ценность денег не является для сельского населения самодовлеющей. Второе - то, что буинские семьи владеют тем минимумом, который достаточен для удовлетворения их первичных потребностей и который, судя по положительному настрою отвечавших и достаточно

удовлетворительному состоянию материально-технической оснащённости их жилищ, стремится к оптимуму.

Поскольку все прочие факторы, коррелирующие с категорией счастья, в рамках одной статьи охарактеризовать невозможно, подведём итог сказанному.

Счастье как важнейшая категория духовной жизни для сельских жителей важна не менее, а может быть даже более, чем для городских. Причины тут две: первая - недостаточно комфортные условия их жизни и деятельности, вторая - стремление удержать эмоциональное равновесие за счёт несколько завышенной оценки собственного социально-психологического состояния.

Внимательное отношение к задаваемым вопросам, эмоционально положительные ответы на них, ответственное отношение к диалогу, редкие отказы вступать в беседу (таковых было три), явно получаемое информантами удовольствие от её течения - таковы общие очертания ситуации взаимодействия.

К числу особенностей восприятия счастья как социального феномена в сельских условиях можно отнести следующие.

^ Почти каждый информант считает себя счастливым, с тем или иным условием, но счастливым. Быть счастливым сегодня модно.

^ Счастье воспринимается информантами по-разному, однако главенствует тенденция его переживания как состояния духовного равновесия, создаваемого усилиями самого индивида. Сферы особого значения в конструировании счастливого жизненного ореола - семья и профессиональная занятость (данный вопрос будет отражён в следующей публикации автора).

^ Соотношение социального и личного в «счастливой» проблеме таково: первый круг положительных эмоций - это эмоции личного порядка (жизнь, здоровье, собственное благополучие), второй - социального (любовь, семья, дети, внуки, близкие).

^ Устойчивость и стабильность как условия счастливого самочувствия информанты связывают, прежде всего, с социальными причинами, одна из которых - уровень материальной обеспеченности. Однако сами по себе материальные блага не имеют особого значения, если они не подкреплены семейным «капиталом» - наличием мужа/жены и детей/внуков.

^ Деньги как знаки не являются ценностью, фиксируемой автономно от каких-либо проявлений счастья в сознании и поведении информантов. Однако тема денег - болезненная и слишком глубокая для отнесения её к «счастливой» проблематике.

Формула счастья, свойственная жителям сельской местности, может быть (в контексте данной статьи) сформулирована следующим образом. Счастье - это семья, здоровье, любовь и любимая работа - во имя семьи. А если более подробно, то это состояние удовлетворённости наличествующим уровнем жизни, каким бы он ни был. Счастье - уметь жить в ситуации, когда условия не соответствуют идеалу, а жизнь - одна, кардинально изменить её сложно либо невозможно. И тогда положительные эмоции (оптимистичность, умение чувствовать себя счастливым и быть им) крайне необходимы для сохранения жизненного тонуса, работоспособности, для эффективного взаимодействия с окружающими людьми и получения удовольствия от всех и каждого жизненного проявлений.