«Экспобанк» переходит на личное

Экспобанк новосибирского бизнесмена Игоря Кима потребовал личного банкротства бенефициаров и топ-менеджеров мостостроительной компании «Сибмост» Владислава и Альберта Кошкиных. Долг компании перед банком составляет около 175 млн руб., господа Кошкины выступали поручителями по привлеченным кредитам. В «Сибмосте» надеются, что смогут реструктуризировать долги после вхождения Сбербанка в уставный капитал компании.

ООО «Экспобанк» обратился в арбитражный суд Новосибирской области с иском о банкротстве бенефициаров ОАО «Сибмост» — первого вице-президента мостостроительной компании Владислава Кошкина и председателя совета директоров Альберта Кошкина. В банке уточнили, что господа Кошкины выступили поручителями по привлеченным компанией кредитам. Сумма, предъявленная банком к взысканию с каждого из ответчиков, составляет с учетом пени 178 млн руб. (просроченная задолженность по основному долгу составляет 175 млн руб.), уточнили „Ъ“ в пресс-службе Экспобанка. В то же время банк пытается взыскать задолженность с самого «Сибмоста» — в ноябре 2016 года он обратился в суд с иском о признании компании банкротом. Кроме Экспобанка банкротства «Сибмоста» добиваются еще более 20 кредиторов. В их числе НПО «Мостовик», Сбербанк, банк «Акцепт», Бинбанк и др. Крупнейший кредитор компании — Сбербанк, долг перед которым превышает 4,6 млрд руб. Процедура банкротства в «Сибмосте» пока не введена.

АО «Сибмост» — одно из ведущих мостостроительных предприятий страны. Выручка компании в 2015 году превысила 11,1 млрд руб., прибыль — 26,1 млн руб. Краткосрочные обязательства компании — 6,1 млрд руб., долгосрочные — 4 млрд руб. Владельцем 100% акций компании, по данным Росстата на ноябрь 2016 года, является АО «Сибмост».

Как пояснил „Ъ“ Владислав Кошкин, сам он исковое заявление пока не видел: «Этим вопросом занимаются юристы. Эти действия банка вполне ожидаемы и обоснованы — по этим кредитам компанией допущен дефолт». В то же время он сообщил, что урегулировать проблему с просроченными долгами компания надеется путем реструктуризации задолженности. «В первую очередь решается вопрос со Сбербанком. Он продвигается — мы уже на финишной стадии. После этого должны последовать переговоры новых акционеров и кредиторов, в том числе и Экспобанка»,— пояснил господин Кошкин. В апреле 2017 года Федеральная антимонопольная служба (ФАС) одобрила приобретение Сбербанком 51% голосующих акций «Сибмоста». «Мы ожидали, что со Сбербанком сделка будет завершена еще в марте 2017 года. Однако сроки были сдвинуты на июнь. Сейчас планируем, что она состоится в течение июля»,— рассказал „Ъ“ Владислав Кошкин. По его словам, задержки были связаны, в частности, с долгим внутренним согласованием условий предстоящей сделки, получением разрешения ФАС.

«В процессе реструктуризации долгов появляются определенные обязательства между Сбербанком и другими кредиторами. Если случится мое банкротство, то эти сделки будут под очень большим вопросом. В решении возникших проблем все стороны заинтересованы. Этими исками Экспобанк стимулирует других кредиторов быстрее решить вопрос с реструктуризацией долгов»,— отметил Владислав Кошкин. Условия, на которых будет происходить реструктуризация долгов компании, он не раскрыл.

В банке «Акцепт» и Бинбанке не стали комментировать, будут ли так же, как и Экспобанк, взыскивать просроченную задолженность лично с топ-менеджеров «Сибмоста».

Управляющий партнер адвокатского бюро «Гребнева и партнеры» Ирина Гребнева говорит, что в ходе реструктуризации долгов по кредитам новый акционер компании автоматически будет погашать или реструктуризировать требования к поручителям. «Даже если процедура банкротства в отношении топ-менеджеров „Сибмоста“ будет введена, то она может быть прекращена на любом этапе путем заключения мирового соглашения с Экспобанком»,— уверена госпожа Гребнева.

Партнер коллегии адвокатов «Юков и партнеры» Светлана Тарнопольская отмечает, что банкротство совладельцев бизнеса — определенная мера устрашения должников, посягательство на их личное имущество. «Что касается репутационных потерь для должника, то они, конечно, присутствуют в таких делах, хотя нужно учитывать российскую специфику — признание физлица банкротом не относится к числу катастроф»,— говорит она.