Общественные объединения и социальные сети: роль в политическом процессе Краснодарского края

А.В. Баранов

ОБЩЕСТВЕННЫЕ ОБЪЕДИНЕНИЯ И СОЦИАЛЬНЫЕ СЕТИ: РОЛЬ В ПОЛИТИЧЕСКОМ ПРОЦЕССЕ

КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

Аннотация:

В статье выявлена роль общественных объединений и социальных сетей в политическом процессе российских регионов на материалах Краснодарского края. Определены политические практики взаимодействия общественных объединений и органов государственной власти. Сравниваются стратегии акторов политики в регулировании региональных конфликтов.

A.V. Baranov

SOCIAL COMMUNITIES AND SOCIAL NETWORKS: THE ROLE IN POLITICAL PROCESS OF KRASNODAR REGION

Abstract:

In this article the role of social communities and social networks in political process of Russian regions (on Krasnodar region's materials) is determined. The political practices of social communities and state power organs' interactions are established. Strategies of political actors in regional conflicts' regulation are compared.

Ключевые слова: Key words:

общественные объединения, социальные public associations, social networks, politi-

сети, политический процесс, политиче- cal process, political interaction, political

ское взаимодействие, политический кон- conflict, region, Krasnodar Krai, South of

фликт, регион, Краснодарский край, Юг Russia.

России.

В статье термин «общественные объединения» применяется в политологическом, а не правовом смысле. Это - инициативные, самодеятельные, самоуправляемые объединения граждан, созданные для совместного решения общих для них проблем и защиту групповых интересов. Чаще всего они вовлекаются в политический процесс косвенно и служат «посредниками» между государством и специализированными акторами политики - партиями, политическими элитами, лидерами. В дальнейшем понятия «общественные объединения» и «неправительственные организации» (НПО) мы будем использовать как синонимы.

Социальная сеть определяется как относительно устойчивое сообщество людей, взаимодействующих на основе доверия, добровольности, равноправной координации, спонтанности участия и его форм для продвижения своих ценностей и интересов. Сети поддержки на уровне межличностного общения и малых групп служат предпосылками создания НПО как института коммуникаций между властью и обществом.

Часть этих сообществ можно счесть потенциальными субъектами политики, если они обладают ресурсами влияния, сформулировали свои солидарные интересы и требования, но не имеют достаточного потенциала и внешних условий для политических действий [13, с. 80-81]. В условиях информатизации особенно важны сетевые интернетсообщества.

Теоретическую основу изучения НПО как политических акторов может дать модель политических сетей Г. Лембруха [20, p. 132, 142, 148]. Policy net-work - это система государственных и негосударственных образований в некоторой отрасли политики, которые взаимодействуют на основе обмена ресурсами и совместного интереса как равноправные акторы. Сети связывают НПО с органами государственной власти ради выработки соглашений по значимой для всех участников проблеме. Сети применяют как неформальные практики, так и формальные взаимоотношения. Сети могут быть плюралистическими либо корпорати-вистскими, сочетать в различных пропорциях эти начала. Очевидно, что в постсоветской России НПО зависимы от государства и его финансирования (особенно после усиления государственного контроля с 2002 г.). По законодательству Российской Федерации и ее субъектов, общественные объединения и организации с 2003 г. утратили право участия в общенациональных и региональных выборах; с 2005 г. не вправе участвовать в предвыборных блоках. Следовательно, сфера действий общественных организаций сместилась на локальный уровень. Возросла роль новых общественных инициатив и движений, к которым относятся социальные сети и краткосрочные объединения «одной кампании» (сетевые интернет-сообщества, блоггеры, акции флешмоб и т.д.).

Можно предположить высокую положительную корреляцию показателей гражданственности регионального сообщества - уровня развития партий, НПО, независимых СМИ, партисипаторной политической культуры. Модели взаимодействия НПО с региональной властью позволительно разделить на политические сети с преобладанием элементов либерального или государственного корпоратизма (типология Е.В. Белокуровой) [1, c. 277-280]. Факторы складывания модели в каждом регионе своеобразны. Важнейшие из них - степень развития НПО к началу становления сети, политика региональных органов власти по отношению к «третьему сектору».

Либеральный корпоратизм - такие сети, где все НПО имеют относительно равные шансы на поддержку властей, располагают достаточными для существования и репрезентации ресурсами. Создание институтов влияния НПО на принятие политических решений идёт в таком варианте «снизу».

А.Ю. Сунгуров, В.Я. Гельман и Ю.Г. Коргунюк изучили показательный случай либерального корпоратизма в Санкт-Петербурге [17, c. 90-

103; 3, с. 101; 10, с. 174-210]. Здесь сложились в 1994-1996 г. коалиция НПО и их некоммерческое партнерство, ставшие посредниками в связях «третьего сектора» с властями. Они были включены в Координационный совет при губернаторе. В итоге неформальные связи между лидерами НПО окрепли, способствуя институционализации и легитимации гражданских движений. Преобладание элементов либерального корпоратизма выявлено также в Самарской области. П.В. Романов отмечает, что успехи самоорганизации объяснялись не только экономическим и политическим партнерством НПО с властью, но и мобилизирующими структурами «третьего сектора» [14, с. 70-87]. Мобилизирующие структуры означают социальную поддержку, формальные и неформальные сети, организационную структуру НПО.

Большинство российских регионов, напротив, имеет государственно-корпоративную модель политических сетей. Факторы её упрочения: патронклиентарные отношения, пониженная социальная мобильность, патерналистская политическая культура, эффекты периферийности. «Третий сектор» слаб, т.к. еще не осознаёт потребность в координации своих действий. НПО зачастую не знают о возможностях друг друга, велика личная отчуждённость между лидерами. Они предпочитают в одиночку добиваться привилегированных отношений с властью. Со своей стороны, государственные институты создали в своей структуре координационные органы взаимодействия с НПО. Именно органы власти, прежде всего глава региона и его окружение, определяют по своим интересам, кого они будут поддерживать и допускать в политическую сеть. Другие (нелояльные) НПО в лучшем случае остаются без государственной поддержки. В худшем - их подавляют, как происходит во многих регионах. Итак, НПО «первой волны» постепенно вытеснялись на обочину политического процесса в большинстве регионов. Элементы плюралистической модели сетей НПО и власти сошли на нет, уступив место корпоратизму разных оттенков. Можно говорить о восстановлении госу-дарственноцентричной матрицы политической системы после недолгого переходного периода.

Перечисленные черты установили Т. Лущенко и И. Реденькова на материале Орловской области [11, с. 36-49]. Но с полным правом подобные выводы можно сделать применительно к Белгородской области, Краснодарскому краю, Саратовской области, республикам Поволжья, Сибири и Северного Кавказа.

Краснодарский край достаточно показателен для регионального уровня политической активности НПО в современной России. Регион имеет 3-е место в России по населению. Особенности Краснодарского края - его полиэтничность, низкий уровень урбанизации (53%), приграничное геополитическое расположение, казачьи традиции. Формиро-

вание политических партий и общественных объединений в крае шло с преобладанием инициатив органов власти и правящей административнополитической элиты, «сверху вниз». Сложились устойчивые позитивные взаимодействия между органами власти края и казачеством, национально-культурными объединениями. Вместе с тем, государственнокорпоративный патронаж над объединениями подчас вел к маргинализации и вытеснению из реальной политики тех НПО, которые проявляли нелояльность.

Характерно, что в Краснодарском крае слабость НПО выяснилась раньше, чем по всей стране, - уже к 1994 г. Если «перестройка» привела к бурному распространению гражданских движений, то распад СССР и монетаристские реформы вызвали апатию и сократили ресурсы неокрепших НПО Кубани [12, с. 267-311]. Уже в период центристской политики губернатора Н.Д. Егорова (1993-1994 гг.) был создан координационный совет общественных организаций при Администрации края, подписан договор об общественном согласии. Органы власти отказали в поддержке демократическим объединениям. Региональный авторитаризм, установленный в период губернаторства Н.И. Кондратенко (19972000 гг.) качественно усовершенствовал государственно-корпоративные отношения. Подавляющее число сохранившихся НПО декларировали верность курсу администрации края либо избегали политической нелояльности. Исполнительная власть создавала жестко патронируемые объединения, которые можно назвать «псевдогражданскими»: пионерские, молодежные (Патриотический союз молодёжи), ветеранские, территориальные общественные советы и т.п. Малочисленные НПО, критиковавшие режим с либеральных позиций, координировали свои действия в Краснодарском клубе гражданского образования и выпускали совместные периодические издания. Отметим роль Южного регионального ресурсного центра в финансировании НПО Кубани и координации их действий.

Основными направлениями взаимодействий НПО и органов государственной власти в крае стали: поддержка гражданских инициатив, защита прав человека, общественная экспертиза нормативных актов и законопроектов, информирование общества, регулирование межэтнических и межконфессиональных отношений [16, с. 465-466]. С 2008 г. практикуется совместное участие госслужащих и представителей НПО в подготовке проектов бюджетов.

Позитивными факторами участия НПО в региональном политическом процессе края являются: действие Закона Краснодарского края от 26 ноября 2003 г. №627-КЗ «О взаимодействии органов государственной власти Краснодарского края и общественных объединений»; работа Совета при главе Администрации Краснодарского края по содействию

развитию институтов гражданского общества и правам человека; создание института Уполномоченного по правам человека (омбудсмена) в Краснодарском крае; активность Центра национальных культур Кубани. В регионе зарегистрировано более 4 тыс. некоммерческих организаций, в т.ч. - около 130 национально-культурных объединений, что связано с полиэтничностью населения и политизацией этничности [15, с. 104; 6]. Важную деятельность ведут Общественный совет при Главном управлении внутренних дел по Краснодарскому краю, Общественный совет при Управлении Федеральной миграционной службы и др.

Следует учесть, что при формально равном правовом статусе различные объединения проявляют контрастный уровень политической вовлеченности, неодинаковый объем ресурсов влияния. Например, Кубанское казачье войско доминирует среди всех казачьих организаций края, имеет законодательно закрепленную поддержку из краевого и муниципальных бюджетов, участвует в местных выборах [19, с. 82-96]. Например, региональное отделение Общероссийской общественной организации «Союз армян России» в Краснодарском крае имеет сайт, газету и журнал, регулярно сотрудничает с посольством и консульствами Республики Армения, т.е. выступает как достаточно активный лоббист. Постоянно участвуют в общественных дискуссиях краевое отделение общества «Адыгэ Хасэ», цыганская национально-культурная автономия. Но большинство национально-культурных объединений сосредоточены на поддержке традиций этнической культуры, т.е. неполитической деятельности.

Преобладающими формами участия НПО в политическом процессе Кубани можно назвать [15, с. 106-107; 5]:

- участие в регулировании локальных этнических и конфессиональных конфликтов в качестве инициаторов либо посредников;

- воспитание толерантности (летние молодежные лагеря, фестивали этнических культур, проведение и поддержка научных исследований в сфере межэтнических отношений и регулирования конфликтов). Развиваются и нестандартные формы активности. Так, Краснодарская общественная организация «Альтернатива» организовала закрашивание в городе националистических надписей;

- просветительские проекты, нацеленные на воспитание толерантности и профилактику конфликтов: круглые столы экспертов, семинары, тренинги, издание и рассылка информационных материалов, поддержка форумов в Интернет-пространстве;

- клубы гражданского образования, адресованные целевым группам политического сообщества региона (например, клуб «Включись!», созданный Краснодарской краевой общественной организацией «Творческий союз "Южная волна"»;

- дистанционный обмен политической информацией в Интернет-пространстве, а также печатных СМИ. Например, Краснодарская региональная общественная организация «Южный региональный ресурсный центр» регулярно размещает свои отчетные и аналитические материалы по профилактике этнических конфликтов в газете «Новая реальность». Творческий союз «Южная волна» публиковал бюллетень «Открытый миръ».

В 2011 г. институты гражданского общества осуществили несколько собственных инициатив. Так, Краснодарская краевая общественная организация выпускников российских вузов организовала подготовку и обнародование в форме обсуждения на семинаре трех публичных докладов: «Правоприменение Федерального закона от 17 июля 2009 г. №172-ФЗ «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных актов» в Краснодарском крае», «Правоприменение Федерального закона от 9 февраля 2009 г. №8-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления» в Краснодарском крае» и «Правоприменение Федерального закона от 2 мая 2006 г. №59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» в Краснодарском крае». Таким образом, углублены и конкретизированы темы противодействия коррупции, разрабатываемые структурами гражданского общества.

9 декабря 2011 г. при поддержке Совета при главе администрации (губернаторе) Краснодарского края по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека, Уполномоченного по правам человека в Краснодарском крае, ККОО выпускников российских вузов и ККОО «Антикоррупционный консорциум» проведен V Антикоррупционный гражданский форум Краснодарского края, ставший главным событием в сфере противодействия коррупции, инициированным гражданским обществом Кубани. В у^ приняли участие представители НПО, органов государственной власти, средств массовой информации. В ходе Форума представлены доклады: «Правоприменение Федерального закона от 17 июля 2009 г. №172-ФЗ «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных актов» в Краснодарском крае», «Правоприменение Федерального закона от 9 февраля 2009 г. №8-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления» в Краснодарском крае» и «Правоприменение Федерального закона от 2 мая 2006 г. №59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» в Краснодарском крае». По итогам форума подготовлены адресные рекомендации.

Увы, несмотря на наличие с 2008 г. региональной правовой базы, до сих пор не функционирует Общественная палата Краснодарского края. Не создана система специализированных общественных советов из представителей этнических групп, что позволило бы НПО эффективнее участвовать в разработке политических решений, их экспертизе и общественном контроле.

Наряду с практиками сотрудничества между органами государственной власти и общественными организациями, проявляется их конфликтное взаимодействие. Оно сосредоточено в таких проблемных полях регионального политического процесса, как экология, коррупция, честные конкурентные выборы.

Протестное движение по проблеме защиты экологии впервые активно проявило себя в 2007 г. из-за ущерба природной среде при олимпийском строительстве в Сочи. Федеральные органы власти поддерживают проекты застройки части земель Сочинского национального парка, а также Кавказского биосферного заповедника, где предполагается строительство шоссе Черкесск - Адлер. Как считают экологи, проекты строительства приведут к деградации природной среды в заповедных районах Горного Западного Кавказа. По словам сопредседателя совета общественной организации «Международный Социально-экологический союз» В. Бриниха, главным антиэкологическим фактором является то, что большая часть нагрузки сосредоточена в пределах объекта Всемирного природного наследия «Западный Кавказ». В Краснополянском лесничестве пошли необратимые процессы утраты естественной экосистемы, восполнимые лишь в малой степени. По мнению экологов, они должны максимально тесно сотрудничать с властью, дабы обеспечить эффективный общественный контроль и независимый мониторинг объектов строительства. Госкорпорация «Олимпстрой» должна исправлять ошибки, чтобы не пришлось завышать расходы из-за компенсации экологического ущерба.

Кроме зоны олимпийского строительства, экологические организации протестуют против ликвидации природного заказника «Утриш» под Анапой, что привело к вырубке уникальных пород деревьев и деградации экосистемы. Межрегиональное движение «Спасем Утриш», Экологическая вахта по Северному Кавказу, Гринпис России с 31 декабря 2008 г. начали акцию гражданского сопротивления, блокируя «живой цепью» активистов строительство автодороги. Движение получило широкую поддержку, особенно в сети Интернет. Состоялись митинги в г. Краснодаре, причем выдвигались требования в защиту не только Утриша, но и озера Байкал, Химкинского леса и других природных объектов. На сайте «Спасем Утриш» было собрано и направлено Президенту РФ свыше 30 тыс. подписей под обращением в защиту заказника [9, с. 127-128]. В

итоге конфликта был учрежден Государственный природный заповедник в сильно урезанных размерах, что продолжает оставаться в поле резкой общественной критики [8, с. 89-91].

Другой пример активности экологических движений - протест против строительства балкерного терминала в г. Туапсе. В мае 2010 г. инициативная группа общественных организаций и политических партий «Чистый город» организовала митинг в Туапсе с участием 3 тыс. чел [18; 2]. Организаторы митинга требовали провести муниципальный референдум по вопросу строительства терминала, запретить добычу нефти на шельфе моря вблизи города. На последующих митингах в июле и октябре проблема политизировалась. Туапсинцы выразили недоверие действиям городских властей. В ответ администрация избрала тактику подавления конфликта и информационной закрытости, создала лояльную общественную организацию «Я - туапсинец», объявила повторные митинги несанкционированными. Конфликт нашел позитивное разрешение только после вмешательства краевых властей и Президента РФ.

Представители общественных движений, администрации города и компании «ЕвроХим» на рубеже 2010-2011 гг. провели переговоры и обнародовали результаты независимой экологической экспертизы. Вследствие этого, Общественная палата РФ провела 25 мая 2011 г. круглый стол на тему «Общественный экологический контроль как инструмент модернизации российской промышленности». Через месяц Президент России поручил Председателю Правительства РФ и губернатору Краснодарского края провести публичные слушания по оценке экологических рисков строительства терминала. Именно настойчивость и организованность общественного движения привела в данном случае к блокированию вредного проекта, отставке городского главы администрации. Создан совет по экологическим проблемам при губернаторе Краснодарского края [9, с. 129-131].

Наиболее неконвенциальный характер приобрел конфликт между организацией «Экологическая вахта по Северному Кавказу» и Администрацией края. В марте 2012 г. два активиста данной НПО и члена-учредителя Гражданского Форума ЕС-Россия - С. Газарян и Е. Витишко нанесли протестные граффити на забор, ограждающий, по их утверждению, дачу губернатора края А.Н. Ткачева. Экологи настаивают на том, что дача незаконно построена в зоне лесного фонда на берегу моря, подали заявления в правоохранительные органы и Президенту РФ по поводу постройки. В ответ прокуратурой г. Туапсе против экологов выдвинуты обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 Уголовного кодекса РФ («умышленное повреждение чужого имущества повлекшее причинение значительного ущерба, совершенное из хулиганских побуждений») в сумме около 3 тыс. евро [7]. Повторные ак-

ции «Экологической вахты по Северному Кавказу» прошли уже в г. Краснодаре и стали частью общероссийского оппозиционного движения за честные выборы. Характерно, что именно активисты «Экологической вахты по Северному Кавказу» возглавили в июне 2012 г. переизбранные органы регионального отделения партии «Яблоко». Председателем Краснодарского отделения избран координатор организации А. Рудома-ха, его заместителями стали А. Филимонов и В. Золотарева [4].

Таким образом, в политическом процессе Краснодарского края общественные объединения играют противоречивую роль. Многие из них встроены в вертикальные корпоративные сети обмена ресурсами и действуют в рамках сотрудничества с органами государственной власти. Это, прежде всего, казачество и национально-культурные объединения. Но в крае растет активность и НПО оппозиционной ориентации. Она концентрируется вокруг «повседневной повестки дня» граждан: проблем экологии, противодействия коррупции, создания механизмов общественного контроля над государственными и муниципальными органами, обеспечения свободы слова и печати.

Требует совершенствования процедура оценки и принятия решений о государственной поддержке общественных объединений безвозмездными и безвозвратными субсидиями краевого бюджета в соответствии с постановлением главы администрации Краснодарского края от 5 марта 2003 г. №220 «О грантах администрации Краснодарского края для поддержки общественно полезных программ общественных объединений», расширение круга некоммерческих организаций-получателей грантов губернатора.

Система общественных советов при органах власти в крае не является полной, так как отсутствуют общественные советы при краевом управлении Федеральной службы безопасности и прокуратуре края (при прокуратуре есть лишь совет по защите интересов предпринимателей), Общественная палата Краснодарского края и Общественная палата города Краснодара. Результаты деятельности общественных советов остаются недостаточно известными широкой общественности в силу слабости информационного освещения работы общественных советов.

В крае не поддерживается мониторинг нормативной базы по вопросам общественного участия в социальном развитии, что не позволяет принять эффективные меры, направленные на повышение социальной активности и вовлечения потенциала гражданского общества в решение социально-экономических проблем. Недостаточно эффективно ведется работа краевой комиссии по административной реформе, которая является одной из площадок взаимодействия власти и гражданского общества, хотя реформа продолжается.

Литература

1. Белокурова Е.В. «Третий сектор» и региональные власти // Политическая социология и современная российская политика. СПб.: Изд-во «Борей-Принт», 2000.

2. В Туапсе партия «Яблоко» провела запрещенный митинг. [Электронный ресурс]. иР1: http://www.livekuban.ru/image/206365, (дата обращения: 12.09.2012).

3. Гельман В.Я. Региональная власть в современной России: институты, режимы и практики // Полис. 1998. № 1.

4. Дорохина Н. Руководящий состав регионального отделения «Яблока» избран в Краснодаре. 4 июня 2012 г. [Электронный ресурс]. иР1: http://www.kavkaz-uzel.ru/articles/207605/, (дата обращения: 12.09.2012).

5. Ежегодные доклады губернатору Краснодарского края о состоянии

гражданского общества и прав человека в Краснодарском крае [Электронный ресурс]. иР1: http://www.sovet-nko.ru/index.php/doklady-

gubernatoru/item/205-ежегодный-доклад, (дата обращения: 12.09.2012).

6. Ежегодный доклад главе администрации (губернатору) Краснодарского края о состоянии гражданского общества и прав человека в Краснодарском крае в 2011 году [Электронный ресурс]. иР1: http://www.sovet-nko.ш/index.php/doklady-gubematoш/item/205-ежегодный-доклад-за-2011-год, (дата обращения: 12.09.2012).

7. Заявление Координационного совета Гражданского Форума ЕС-Россия. [Электронный ресурс]. иР1: http://newscpi.wmtest.ru/2012/03/16/ 20158, (дата обращения: 12.09.2012).

8. Ильченко А.А. Конфликтный потенциал современных коммуникативных практик власти (на примере ситуации с заповедником «Утриш») // Социальный и человеческий капитал как основа инновационного развития местных сообществ. Краснодар: Изд-во Кубанского гос. ун-та, 2011.

9. Кольба А.И. Модели политической коммуникации в конфликте между структурами власти и обществом (региональный уровень) // Человек. Сообщество. Управление. Краснодар, 2012. №1.

10. Коргунюк Ю.Г. Санкт-Петербург - вторая родина российской многопартийности: политические партии и движения в Петербурге, 1987-2002 гг. // Полития. 2002. № 3 (26).

11. Лущенко Т., Реденькова И. Условия и перспективы развития третьего сектора в Орловской области // Условия и перспективы развития третьего сектора в регионах. М.: АНО «Консультации для ассоциаций и фондов», 1998.

12. Магомедов А.К., Кириченко М.М. От Ельцина к Путину: Кремль и региональная Россия (на примере Ульяновской области и Краснодарского

края) // Феномен Владимира Путина и российские регионы: победа неожиданная или закономерная? М.: Материк, 2004.

13. Мирошниченко И.В. Формирование субъектности сетевых сообществ в российской публичной политике // Человек. Сообщество. Управление. Краснодар, 2012. №1.

14. Романов П.В. Негосударственные организации Самарской области // Граждане и власть: проблемы и подходы. Серия «Studia politica». М.; СПб.: ИГПИ; Летний сад, 2001. Вып. 5.

15. Савва М.В. Краснодарский край // Северный Кавказ. Путь к согласию: Сборник аналитических материалов. М.: Новая Евразия, 2009.

16. Студеникина Е.С., Фролова С.В. Роль сетевых организаций в современном общест-ве // Проблемы национальной безопасности России в ХХ-ХХ1 вв.: уроки истории и вызовы современности. - Краснодар: Традиция, 2010.

17. Сунгуров А.Ю. Развитие неправительственных организаций в Санкт-Петербурге и России // Гражданское общество в поисках пути. СПб.: Стратегия, 1997.

18. Туапсинцы на митинге против химтерминала выразили недоверие

главе района. [Электронный ресурс]. URL:

http://www.livekuban.ru/node/188341, (дата обращения: 12.09.2012).

19. Черненко И.А. Казачество как субъект регионального политического процесса (по материалам Краснодарского края). Краснодар: Изд-во Крас-нодарск. ин-та МВД России, 2009.

20. Lembruch G. The Organization of Society, Administrative Strategies, and Policy Net-works // Political Choice: Institutions, Rules, and the Limits of Rationality / Ed. by R. Czada, A. Windroff-Heritier. Boulder: Westview Press, 1991.