Авторы сборника "Вехи" и К. Н. Вентцель о формировании творческого самосознания личности

Вестник ПСТГУ.

Серия IV: Педагогика. Психология.

2018. Вып. 49. С. 119-126

Чмелёва Елена Викторовна, д-р пед. наук, доцент проф. кафедры педагогики

ФГБОУВО

«Смоленский государственный университет», Российская Федерация, 214000, г. Смоленск, ул. Пржевальского, д. 4 Elenaviktoria@yandex.ru

ORCID: 0000-0001-8775-9535

Авторы сборника «Вехи» и К. Н. Вентцель о формировании творческого самосознания личности

Е. В. Чмелёва

В статье анализируются взгляды авторов сборника «Вехи» (Н. А. Бердяев, С. Н. Булгаков, М. О. Гершензон, Б. А. Кистяковский, П. Б. Струве, С. Л. Франк, А. С. Изгоев) и К. Н. Вентцеля о выборе пути преобразования России, о воспитании нового человека. Обращение к проблематике «Вех» в данном контексте связано с тем, что духовные поиски известных русских философов начала XX в. (Н. А. Бердяев, С. Н. Булгаков, М. О. Гершензон, Б. А. Кистяковский, П. Б. Струве, С. Л. Франк, А. С. Изгоев) и К. Н. Вентцеля совпали во времени. Это не было случайным, скорее закономерным явлением. Сопоставление высказанных ими идей в области воспитания поражает совпадением взглядов, наблюдений, выводов. они поставили точный диагноз социальных и нравственных болезней интеллигенции и интеллигентной молодежи и обозначили направления духовных поисков в определении созидательных целей жизни. Несмотря на все различие мировоззрения этих мыслителей, их поиски строились на одной основе — на фундаменте духовного преобразования развивающейся личности. Результаты воспитания ученые связывали с влиянием семьи, школы, окружающей среды, всех социальных институтов. До сих пор идеи, высказанные ими, актуальны для нашего общества и для педагогики.

Весной 1909 г. произошло значительное событие в России — в Москве был издан сборник статей семи видных русских философов «Вехи». В нем подвергались критике господствующие среди образованной молодежи и интеллигенции материалистическое мировоззрение и политический радикализм. Его авторы — Н. А. Бердяев, С. Н. Булгаков, С. Л. Франк, Б. А. Кистяковский, П. Б. Струве, А. С. Изгоев, М. О. Гершензон исследовали такие темы: интеллигенция и религия, интеллигенция и правосознание, интеллигенция и нравственность. В той или иной форме философы касались и актуальных педагогических проблем — формирования творческого самосознания учащейся молодежи, ее самоусовершенствования и нравственного состояния.

Главная задача, которую «веховцы» ставили перед российским обществом, состояла в переориентации процесса воспитания с целей революционных, раз-

рушительных в своей основе, на цели духовные, созидательные. Они утверждали примат человеческой личности, ее духовной наполненности и способности к самосозиданию над ее политической ангажированностью. Творческое самосознание, способность к созидательной деятельности, а не укоренившийся в сознании интеллигентной молодежи героизм и подвижничество — вот что должно определять внутреннюю жизнь новой личности.

Против авторов сборника «Вехи» выступили представители различных политических сил. Но интерес к книге был огромный. За половину 1909 г. было выпущено пять изданий. Их называли отступниками, предателями. Другие представители русской интеллигенции (явное меньшинство) приветствовали «Вехи», так как были искренне уверены, что сборник этот — предупреждение авторитетных людей о возможности государственной катастрофы и обозначение реальных путей выхода из духовного кризиса.

После революции 1905 г. в педагогической науке появились новые веяния. К. Н. Вентцель и другие педагоги предложили свои оригинальные подходы к воспитанию юношей и девушек. Они направили все усилия на помощь педагогике, постепенно терявшей свои традиции и устоявшиеся принципы. Знакомство с трудами К. Н. Вентцеля и сопоставление высказанных им идей в области воспитания с идеями авторов сборника «Вехи» поражает совпадением их взглядов, наблюдений, выводов. Причем основные положения своей педагогической концепции К. Н. Вентцель сформулировал еще до публикации «Вех». В частности, понимание духовности личности отражалось им не только в констатации негативных фактов ее нравственного состояния, но и в возможности переориентации ее в положительном направлении.

Под духовностью авторы «Вех» понимали моральные мотивы поведения человека, его включенность в интеллектуальную и религиозную жизнь общества, способность к компромиссу и ненасильственным действиям, приоритетное отношение к эволюционным формам переустройства экономических и политических начал жизни страны, стремление к нравственному самоусовершенствованию собственной личности и способность обеспечить соответствие моральных средств поставленным целям.

«Веховцы» поставили точный диагноз социальных и нравственных болезней интеллигентной молодежи и обозначили направления духовных поисков в определении созидательных целей жизни.

Такие пути были предложены и К. Н. Вентцелем. Он считал, что в формировании духовно развитой личности, способной делать нравственно оправданный выбор в жизни, ведущая роль должна принадлежать свободной школе, построенной на разумных духовных началах. Цель этой школы — освобождение творческих сил ребенка. Эта цель отражала социальные ожидания трезво мыслящей части тогдашнего русского общества.

Подобная личность, как по замечаниям авторов «Вех», так и К. Н. Вентцеля, должна обладать развитым самосознанием.

Творческое самосознание, о котором так много говорит в своих работах подвижник свободного воспитания, фактически совпадает с представлениями М. О. Гершензона о формировании «внутреннего человека», постоянно рабо-

тающего над собой и думающего над собственным самоусовершенствованием. Только такой человек способен выработать в своем сознании положительный идеал метафизического характера. Без творческого самосознания не может быть веры, ведущей к спасению личности.

М. О. Гершензон доказательно рассуждает о том, что до 1905 г. молодежь, вступая в самостоятельную жизнь, заставала уже готовые идеалы — жить для народа, для общества. «Это было первое большое удобство для толпы. Другое заключалось в снятии всякой нравственной ответственности с отдельного человека»1.

Историческая ситуация сложившаяся после революции 1905 г., изменилась коренным образом. Теперь «настает время, когда юношу на пороге жизни уже не встретит готовый идеал, а каждому придется самому определять для себя смысл и направление своей жизни, когда каждый человек будет чувствовать себя ответственным за все, что он делает, и за все, чего не делает»2.

Другими словами, автор статьи «Творческое самосознание» ставит вопрос о самостоятельном поиске нравственного идеала, который станет жизненным ориентиром для личности, а ее индивидуальное сознание поможет сделать нравственно оправданный выбор своего жизненного пути, не связанного ни с какой внешней целью, какой бы она великой ни была, а опирающегося на сформированные потребности и интересы собственной духовной сущности. Юноша, «вырастая... будет собственной личностью отвечать за каждый свой шаг, и ничто ни разу в течение всей жизни не снимет с него этой свободно-созидательной отв етств енности»3.

Если М. О. Гершензон рассматривал проблему идеала в социологическом аспекте, то К. Н. Вентцель — в педагогическом. По мнению педагога, нравственный идеал должен быть создан каждой отдельной личностью самостоятельно, и он, этот идеал будет личным, выработанным на творческих и свободных началах. Только тогда молодые люди будут уметь правильно выбирать тот или иной вариант поведения, а в дальнейшем и нравственно оправданный путь жизни. Ученый много раз писал о том, что задача учителей и родителей — помочь учащимся создать свою систему нравственных ценностей, найти пути их самостоятельного творческого поиска, чтобы эти ценности были усвоены личностью изнутри и помогали рациональному освоению действительности.

Сопоставительный анализ взглядов М. О. Гершензона, который видел путь преобразования общества через воспитание индивидуального творческого сознания, и К. Н. Вентцеля, обозначившего начало перестройки всего строя общественной жизни страны через формирование творческой индивидуальности, позволяет сделать вывод, что, несмотря на все различие мировоззрения этих мыслителей, их поиски строились на одной основе — на фундаменте духовного преобразования развивающейся личности.

На этой же позиции стоял философ С. Н. Булгаков. Размышляя об интеллигенции и русской молодежи, он выражал общую тревогу авторов «Вех» о том,

1 Вехи. Интеллигенция в России: сб. ст. 1909—1910 / Н. Казакова, сост., коммент.; В. Ше-лохаев, предисл. М., 1991. С. 93.

2 Там же. С. 94.

3 Там же.

что среди них очень непопулярны «понятия личной нравственности, личного самоусовершенствования; выработки личности...»4. Он связывает историческую несостоятельность интеллигенции, ее слабость с тем, что она исповедует ложные идеалы, что она глуха ко всему тому, в чем заключена живая творческая энергия. В своей статье «Героизм и подвижничество» С. Н. Булгаков подробно анализировал суть атеистического мировоззрения интеллигенции и интеллигентной молодежи и поставил вопрос о формировании устойчивого религиозного сознания.

Возможно ли оно в условиях, когда в сознании учащихся господствует атеизм?

К. Н. Вентцель, исходя из своего педагогического опыта, отвечает на этот вопрос положительно. Но при условии, что религиозное воспитание будет свободным. Нельзя насильственно внедрить ту или иную религию в сознание юношества. Каждый должен осмысленно делать свой выбор, и «только тогда родник религиозного чувства, таящийся в нем, начинает бить ключом и наводняет всю его душу, проникая в мельчайшие и тончайшие изгибы ее»5.

Интересно сопоставить взгляды С. Н. Булгакова и К. Н. Вентцеля на отношения молодежи и взрослых, детей и родителей. Первый считал, что в русском обществе отчетливо обозначилась «духовная педократия», т. е. господство детей, являющееся величайшим злом. Дело в том, что мнение молодежи нередко представляется определяющим для старших по возрасту людей. Эти юноши и девушки не имеют ни достаточных знаний, ни опыта, но участвуют «с зарядом интеллигентного героизма» в опасных по своим последствиям социальных экспериментах, что усиливает реакционные тенденции в стране.

Короче говоря, в обществе сложилась ситуация, когда взрослые люди попали в рабскую духовную зависимость от своих детей.

К. Н. Вентцель подробно анализировал состояние отношений между родителями и детьми в российских семьях. Он писал, что «в современной семье ребенок является рабом, а родители рабовладельцами» и «получают свое осуществление только права родителей, а не права детей. В семье, как она есть, не существует равенства прав: господствующей стороной являются родители»6.

На первый взгляд кажется, что наблюдение философа о «духовной педокра-тии» противоречит выводу педагога. На самом деле это мнимое противоречие. Выросшие в рабской обстановке дети, ставшие взрослыми, становятся рабами своих повзрослевших воспитанников, участвующих в насильственном переустройстве общества и исповедующих «героизм и подвижничество». «Духовная педократия» — это обратная сторона подавляющего и унижающего воспитания.

Школа, по Вентцелю, где почти никогда нет внутренней связи между учащими и учащимися, никак не связана с жизнью, не способствует духовному созреванию детей. «Современная школа делает душу своих воспитанников складочным амбаром всевозможных книжных понятий, которые ничем решительно не связаны с их представлениями, не имеют никакого практически-жизненного значения, и научает их считать это мнимое знание за настоящее»7.

4 Вехи... С. 53.

5 Вентцель К. Н. Теория свободного воспитания и идеальный детский сад. М., 1915. С. 20.

6 Там же. С. 22.

7 Вентцель К. Н. Как создать свободную школу (Дом Свободного ребенка). М., 1908. С. 19.

К. Н. Вентцель считал существующую систему воспитания в школе и семье безнравственной, а потому, по его мнению, родительское и учительское самодержавие должно быть свергнуто.

Впрочем, так считал не один он. Профессор университета св. Владимира И. А. Сикорский придерживался той же точки зрения. Выступая на втором съезде психиатров в Киеве 8 сентября 1905 г. с докладом «Психологические основы воспитания», он говорил о болевых точках воспитания. Сообразно взглядам министра Д. А. Толстого, задача гимназий была извращена: вместо учебно-воспитательных заведений они были превращены в средние учебные заведения, воспитанник превратился в ученика, а воспитание заменили надзором и дисциплиной, а само умственное развитие обращено в гимнастику ума, которую приверженцы системы превозносили и признавали панацеей (выделено И. А. Си-корским). «Воспитание исчезло и даже директор гимназии из главного руководителя педагогическим делом обращен в начальника заведения. Последствия не замедлили сказаться: на арену жизни, с аттестатом зрелости, выступило новоявленное существо с дрессированным схоластическим умом, но с недостаточным развитием чувства и с недостаточной волей. Жизнь, не без оснований, дала ему кличку интеллигента, создав для того новое слово и новое понятие, которого не знают культурные народы Европы»8. Это было сказано ученым еще до выхода сборника «Вехи».

В своем выступлении ученый ссылался на психологическую характеристику воспитанников, выходящих из классических гимназий, сделанную двенадцатью московскими профессорами и представленную в качестве документа в Высочайше учрежденную комиссию о преобразовании средней школы. То, что наблюдается у абитуриентов, писали московские профессора, наводит на грустные размышления: самостоятельность мысли у них притуплена, не видно привычки ни наблюдать явления, ни анализировать их, ни производить обобщений, ни оценивать критически чужие мысли и слова, неумение выражать мысли ясно и правильно.

Независимо от этой тонкой психологической характеристики, И. А. Сикорский приводит и собственные наблюдения: «питомец такой школы бывал нередко хорошо обучен, и в то же время он оставался лишенным "здравого смысла". В такой психологической карикатуре, до которой доводит средняя школа, юноша иной раз бывает хуже неученого простеца, который, будучи лишенным книжного знания, обладает здравым смыслом, т. е. всеми силами своей души в их надлежащей целости и гармонии, а не развитием одного только ума, как юноша-классик»9.

Результаты воспитания К. Н. Вентцель и И. А. Сикорский, разные по своим мировоззренческим позициям, связывали с влиянием школы, окружающей среды, всех социальных институтов. Правда, К. Н. Вентцель, размышляя на эти темы, не опирался на социологические данные. Его выводы базировались на реальных наблюдениях за учебно-воспитательным процессом и его анализе. Авторы «Вех», напротив, многие свои суждения о характере воспитания в семье и

8 Сикорский И. А. Психологические основы воспитания // Речь, произнесенная в торжественном заседании второго съезда отечественных психиатров в Киеве, 8 сентября, 1905 г. Киев, 1906. С. 6.

9 Там же. С. 7.

школе строили на основе фактов, полученных при массовых опросах студенческой молодежи и учащихся средних школ. Но выводы К. Н. Вентцеля совпадали с выводами этих авторов.

А. С. Изгоев в статье «Об интеллигентной молодежи» писал, что в русских семьях нет настоящей, истинной связи между родителями и детьми, что «наблюдается более или менее скрытая враждебность: душа ребенка развивается "от противного", отталкиваясь от души своих родителей»10. Для обоснования своего вывода он приводит результаты социологического опроса студентов Москвы. Всего участвовало в опросе 2150 человек. Половина из принявших участие в опросе заявили, что у них полностью отсутствует духовная связь с семьей. Впрочем, юноши и девушки, считавшие, что такая близость с родителями существует, не объяснили, в чем она выражается.

Русская школа также оказывает отрицательное влияние на формирование учащейся молодежи. А. С. Изгоев подтверждает свое наблюдение данными из того же опроса. 86% респондентов сообщили, что ни с кем из своих наставников у них не было в школе духовной близости11.

Эти факты говорят о многом — об отчуждении учащихся от школы и семьи, о подмене истинных ценностей ложными, об асоциальном поведении.

А. С. Изгоев пытается проследить путь формирования профессионального революционера. Он достаточно убедительно показал, как формируется бунтарь, протестующий против государственного строя. Мироощущение такого человека особое — это любовь и тяга к смерти. Семья не оказывает действенного влияния на преодоление недостатков в воспитании юных граждан.

Школа устраняется от важной для будущего молодого человека деятельности по формированию мировоззрения. В учебном заведении, в гимназии или в каком-нибудь другом, учащийся чувствует себя «как во вражеском лагере, где против него строят ковы, подсиживают его и готовят ему гибель. В представлении ребенка школа — это большое зло, но, к несчастью, неизбежное»12.

Такие учащиеся с презрением относятся к учителям, родителям, к товарищам. Они лишены ощущения внутренней свободы, стремления к духовному самосовершенствованию и саморазвитию. Они нетерпимы, ортодоксальны, мало знают и мало думают, одержимы тягой к смерти. Им в высшей степени свойственны такие качества, как героизм и подвижничество, но молодые люди мало работают над тем, чтобы стать профессионалами своего дела и людьми, способными нести индивидуальную ответственность.

А. С. Изгоев обозначил два последствия этого ненормального положения. Во-первых, «средний массовый интеллигент в России большею частью не любит своего дела и не знает его». Он не может быть настоящим профессионалом в своем деле, а потому «он — плохой учитель, плохой инженер, плохой журналист, непрактичный техник...». Эти люди не обладают прочными специальными знаниями, а потому велико «антикультурное влияние отсутствия любви к своей

10 Вехи... С. 99.

11 Там же. С. 102.

12 Там же.

профессии и революционного верхоглядства, при помощи которого решались все вопросы»13.

Во-вторых, А. С. Изгоев утверждает, что в кризисные ситуации люди радикальных взглядов быстро овладевают сознанием масс и не встречают никакого сопротивления со стороны умеренных сил. Интеллигенция становится на сторону этих крайних элементов, зачеркивая свою старую работу, отказываясь от нее во имя революции, так как никогда не любила свой повседневный труд.

О чем бы ни писали авторы «Вех» — о творческом самосознании или о героизме и подвижничестве, интеллигенции и революции или об этике нигилизма, об интеллигенции и религии, об интеллигентской правде — все они рассуждали о главных вопросах времени: о выборе пути преобразования России, о воспитании нового человека. Без этого никакие революции, героизм и подвижничество не дадут положительных результатов.

К сожалению, общество не прислушалось к предупреждениям и советам «веховцев». Россия пошла не эволюционным путем, а революционным. Книга «Вехи» была запрещена, а большинство ее авторов были высланы за границу. Но идеи, заложенные в этом сборнике, не умерли. Они конкретизировались, развивались в сборниках «Из глубины» (1918 г.) и «Из-под глыб» (1974 г.). Сегодня эти книги внимательно изучаются как у нас в стране, так и за рубежом.

Обращение к проблематике «Вех» в данном контексте связано с тем, что духовные поиски известных русских философов начала XX в. и К. Н. Вентцеля совпали во времени. Это не было случайным, скорее закономерным явлением. К. Н. Вентцель не только ставил правильные диагнозы, касающиеся вопросов воспитания молодежи, но и обозначил средства их излечения.

До сих пор идеи, высказанные авторами «Вех» и К. Н. Вентцелем, актуальны для нашего общества и для педагогики. Это объясняется прежде всего нерешенностью многих экономических, политических и воспитательных задач.

По сей день актуально звучат слова С. Н. Булгакова, сказанные более ста лет назад: «Россия нуждается в новых деятелях на всех поприщах жизни: государственной — для осуществления "реформ", экономической — для поднятия народного хозяйства, культурной — для работы на пользу русского просвещения, церковной — для поднятия сил учащей церкви, ее клира и иерархии. Новые люди, если дождется их Россия, будут искать и новых практических путей для своего служения и помимо существующих программ, и — я верю — они откроются их самоотверженному исканию»14.

Эта цитата, как и содержание других статей из сборника «Вехи» и основных положений педагогической концепции К. Н. Вентцеля, свидетельствуют об идеале человека, о котором они мечтали. Это должен быть человек с творческим самосознанием, свободный в своих взглядах и действиях, умеющий делать свободный выбор в жизни.

Ключевые слова: история отечественной педагогики, начало XX века, сборник «Вехи», К. Н. Вентцель, формирование, духовность, творческое самосознание личности.

13 Вехи... С. 102.

14 Там же. С. 63.

Список литературы

Вентцель К. Н. Как создать свободную школу (Дом Свободного ребенка). М., 1908. Вентцель К. Н. Теория свободного воспитания и идеальный детский сад. М., 1915. Вехи. Интеллигенция в России: сб. ст. 1909—1910 / Н. Казакова, сост., коммент.; В. Ше-

лохаев, предисл. М., 1991. Сикорский И. А. Психологические основы воспитания // Речь, произнесенная в торжественном заседании второго съезда отечественных психиатров в Киеве, 8 сентября, 1905 г. Киев, 1906.

St. Tikhons University Review. Chmeleva Elena,

Series IV: Pedagogy. Psychology. Doctor of Sciences in Education,

2018. Vol. 49. P. 119-126 Associate Professor,

Department of Educational Science, Smolensk State University 4 Przhevalskogo Str., Smolensk 214000, Russian Federation Elenaviktoria@yandex.ru

ORCID: 0000-0001-8775-9535

The Authors of the Collection of Papers Vekhi, and K. N. Wentzel on Formation of Creative Identity of the Person

E. Chmeleva

This article analyses the views of the authors of the collection of papers Vekhi ("Milestones") and the views of K. N. Wentzel on the choice of the way to reform Russia and to educate the new man. The turning to the topics of the Vekhi is connected in this context with the fact that spiritual quests of Russian philosophers of the early 20th century (N. Berdyaev, S. Bulgakov, M. Gershenzon, B. Kistyakovsky, P. Struve, S. Frank, A. Iz-goev) and of K. Wentzel coincided in time. it was a logical consequence rather than a mere coincidence. A comparison of their ideas as to education and upbringing shows a striking similarity of their views, observations and conclusions. They gave an accurate diagnosis of social and moral diseases of intelligentsia and young intellectuals and identified the directions of spiritual quests for positive life-building goals. Despite all the difference in the world outlook of these thinkers, their quests were built on the same grounds, namely on the foundation of spiritual transformation of the growing personality. They related the outcomes of educations to the influence of the family, school, social milieu. Up to now, the ideas proposed by them are relevant to our society and pedagogy.

Keywords: history of national pedagogy, early 20th century, Vekhi, K. N. Wentzel, education, creative self-consciousness.

References

Vehi. Intelligencija v Rossii: sb. st. 1909—1910, Moscow, 1991.