Гаишника оставили без чая

Заключенные димитровградской тюрьмы (Ульяновская область) объявили голодовку в знак протеста против действий администрации исправительного учреждения, запретившей им пользоваться электрическим чайником. В управлении ФСИН по Ульяновской области эту информацию опровергают. Правозащитники считают, что попытка скрыть нарушения и факты протеста заключенных может привести к более серьезным последствиям, когда к протесту могут подключиться остальные осужденные, находящиеся в исправительном учреждении.

Вчера стало известно, что уже шестые сутки продолжается голодовка нескольких заключенных димитровградской тюрьмы, протестующих против незаконных действий администрации исправительного учреждения. Об этом „Ъ“ сообщил московский адвокат-правозащитник, начальник департамента по оказанию правовой помощи незаконно осужденным общероссийской общественной организации «Комиссия по борьбе с коррупцией» Михаил Трепашкин.

Голодовку объявили бывшие сотрудники милиции, заключенные камеры 253-БС, осужденные к различным срокам лишения свободы в условиях строгого режима.

Как пояснил помощник правозащитника Виталий Харук, все началось с того, что заключенному Олегу Хаммидулину в мае 2008 года пришла посылка, в которой среди прочих вещей был и электрический чайник, не запрещенный по закону для использования в тюрьме. На чайник было получено разрешение от начальника исправительного учреждения подполковника Кулебякина. Однако начальник ушел в отпуск, а его заместитель заявил, что чайник осужденный не получит. «Из посылки, как сообщили нам осужденные, исчезли и некоторые другие предметы, указанные в описи, — сказал господин Харук. — В результате заключенные заявили, что они в таком виде посылку получать отказываются. Потребовали прокурора. На что получили ответ, что тогда вообще не получат посылку». После этого заключенные объявили голодовку, написали соответствующее заявление и потребовали его зарегистрировать. К Олегу Хаммидулину присоединились еще двое осужденных — Мурзин и Ананских. «По закону, — пояснил помощник адвоката, — после регистрации заявления администрация должна была пригласить прокурора, но прокурора не было, что говорит о том, что заявление нигде не регистрировалось». По словам заключенных, им ответили, что информация о голодовке дальше тюрьмы не выйдет. Как отмечает господин Харук, по последней информации, «людей начинают прессовать, проводить обыски, и что там будет дальше, пока не известно».

В управлении ФСИН по Ульяновской области информацию о голодовке опровергли. «Никаких фактов голодовок в исправительных учреждениях Димитровграда не зарегистрировано, руководство тюрьмы меня заверяет, что у них все спокойно, — сказала пресс-секретарь УФСИН Валентина Касьянова. — И нет никакого смысла это скрывать, потому что у нас постоянные прокурорские проверки».

Тем не менее в прокуратуре Ульяновской области подтвердили, что факт голодовки зафиксирован их сотрудниками, правда, ситуация описывается прокурорскими работниками несколько иначе. По словам старшего помощника прокурора Ульяновской области Василия Зимы, в посылке, которая пришла Олегу Хаммидулину, бывшему сотруднику ГИБДД, находились чай и кофе, «запрещенные к передаче тем, кто находится в условиях строгого режима», что и стало причиной недовольства, а один из присоединившихся к голодовке — Мурзин — заявил дополнительно, что его не устраивает состояние санузла и то, что пол в камере — бетонный. «Правда, буквально месяц назад прокуратура вносила представление в адрес начальника тюрьмы о недопустимости бетонных полов, и полы в тюрьме уже начали обшивать досками, но, видимо, до их камеры времени не дошло», — пояснил господин Зима. По его словам, после беседы с представителем прокуратуры, двое уже отказались от голодовки, «Олег Хаммидулин, с которого все началось, уже начал принимать пищу, а вот осужденный Мурзин голодовку продолжает».

«Нормальные люди в администрациях исправительных учреждений в таких случаях сразу реагируют и обеспечивают исполнение закона, — прокомментировал „Ъ“ эти события правозащитник Трепашкин. — А творящие произвол — начинают подвергать людей еще более жесткому обращению. И если администрация будет продолжать скрывать факты нарушений и протеста заключенных, то это может привести к тому, что информация все равно распространится по тюрьме и попадет даже в другие зоны, и будут новые вспышки недовольства, что приведет к неизвестно каким последствиям, возможно — намного более тяжким»,— добавил он.

Сергей Титов,
Ульяновск