Сущность субъективности и принципы ее социально-философской экспликации

УДК1 Т.П. МИЛЬЧАРЕК

Омский государственный университет

СУЩНОСТЬ СУБЪЕКТИВНОСТИ И ПРИНЦИПЫ ЕЕ СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКОЙ ЭКСПЛИКАЦИИ

В статье анализируются ведущие подходы к определению субъективности, обозначаются ее признаки, выделяются принципы ее социально-философской экспликации, на основе которых раскрывается сущность субъективности и дается ее социально-философское определение.

Существуют четыре ведущих подхода к определению субъективности: историко-материалисти-ческий (В.Ж. Келле, М.Я. Ковальзон, Н.И. Бронский,

A.B. Кесарев, Б.А. Чагин, С.Э. Крапивенский), философско-психологический (К.А. Абульханова,

B.И. Слободчиков, Е.И. Исаев, В.Е. Клочко, Э.В. Га-лажинский, Р. Ассаджиоли), гносеологический (С.Л. Рубинштейн, В.А. Лекторский и Т. Павлов), социально-антропологический (О.Н. Крутова, И В. Ватин, П.Н. Гуйван, Э.М. Кокабадзе, B.C. Барулин). Все перечисленные подходы объединяет ряд идей, эксплицированных нами так: идея разграничения субъективности и субъекта, идея выхода за пределы данности, содержащаяся в определении субъективного фактора, идея связи субъективности с внутренними и внешними качествами субъекта, идея внутренней противоречивости (неоднородности) субъекта и противоречивости его бытия.

Выделенные идеи могут быть использованы в качестве теоретических предпосылок для сущностной и категориальной социально-философской экспликации субъективности, поскольку обозначают признаки последней. Однако, данный состав признаков незавершен, их неполнота обусловлена спецификой предметной области каждого из подходов. А социально-философское определение субъективности должно обладать эвристическим потенциалом, то есть, не только включать в себя вышеуказанные признаки, но также, содержать возможность количественного и качественного дополнения в целях сохранения целостности и полноты их системы. Поэтому необходимо определить систему принципов, которые дадут такую возможность с учетом современных тенденций развития социально-философского знания.

Выделим принципы социально-философского подхода к экспликации субъективности.

Первый принцип, который мы назовем принципом субъектности, формулируется нами следующим образом: общество представляет собой совокупность социальных субъектов, социально-философский анализ без признания социального субъекта исходным основанием невозможен. Например, К. X. Момджян [10, с. 133] утверждает, что задача социальной философии заключается в анализе общества как целого. И первый вопрос в этом анализе — из каких «комплектующих» складывается общество. Общество Момджян относит к классу реальных социальных групп образуемых социальными субъектами. Так же и В.Е. Кемеров [8, с. 49] определяет общественный организм как полисубъектное образование. В этом же направлении

можно понимать позицию Т. Парсонса [11, с. 107], утверждающего, что социальная система образуется «интеракциями» индивидов, называемых «деятелями». Э. Гидденс [3, с. 332], в свою очередь, выдвигает аналогичное утверждение, что «производство общества — это квалифицированное действо, поддерживаемое и вызываемое к жизни людьми».

Второй принцип — принцип конкретности структурной единицы формулируется нами так: любой социальный субъект - это индивид, или группа, но "первичным" субъектом является, конечно же, индивид - конкретный носитель сущностных человеческих свойств, без учета которых социально-философский анализ невозможен. Об этом свидетельствует мысль К.С. Пигрова [ 14, с. 76], что именно человек «действует» в социуме, позиция В.Е. Кемерова, понимающего развитие общества как самореализацию индивидов, являющихся его «атомами», позиция Н.С. Розова [17, с. 125], рассматривающего уровень индивидов и групп как начальный в социально-философском анализе, мысль A.A. Ивина [7, с. 345], определяющего общество как «взаимосвязь коллективности и индивидуализма, действий человека в составе определенных сообществ и его автономных, индивидуальныхдействий».

Третий принцип - принцип системности - может быть сформулирован следующим образом: общество есть система социальных субъектов, сам социальный субъект также системно организован, за счет чего возникают некие интегральные системные качества, которые необходимо учитывать в социал ьно философском анализе. Достаточно убедительно, на наш взгляд, демонстрируют данный принцип в своих концептуальных подходах К.Х. Момждян и Ю.М. Резник. Как пишет К.Х. Момджян, "системный характер реальных групп проявляется в наличии выраженной взаимосвязи между частями и целым, при которой существенное изменение каждой выделенной части сказывается на свойствах и состояниях других частей и целого, и, наоборот, изменение интегральных свойств и состояний целого сказывается на его частях", в результате чего складываются «интегральные реалии», выходящие за рамки отдельных человеческих действий и влияющие на их содержание [10, с. 128]. Ю.М. Резник, исследуя системную организацию социальной жизни, говорит о ее сложной природе и наличии интегратив-ных структурных качеств, отсутствующих у отдельных частей целого. Он также указывает, что общество само по себе состоит из множества системных образований, одним из которых является и

личность [15, с. 228]. Системный характер общества и его элементов утверждал и один из основоположников социологии и социальной философии Э. Дюркгейм, считавший, что «общество — это не простая сумма индивидов, но система, образованная их ассоциацией, представляющая собой реальность sui generis, наделенную своими особыми свойствами» [5, с. 317]. Причем далее Дюркгейм замечает, что сказанное об обществе в целом применимо и к его элементам.

Четвертый принцип — принцип взаимодействия: общество является формой организации взаимодействия социальных субъектов и самоизменяющейся системой, поскольку все субъекты находятся в процессах взаимодействия, в силу которого они меняют общественную систему и самих себя, а также могут обмениваться своими элементами. Это подтверждает тезис Т. Парсонса об интерактивном происхождении социальных систем, среди которых общество — система обладающая самым высоким уровнем самодостаточности, понимаемой как набор возможностей для удовлетворения фундаментальных потребностей индивидов и самого общества в целом. Парсонс считает, что «социальная система состоит из множества индивидуальных действующих лиц, взаимодействующих друг с другом» [12, с. 117]. По мнению Э. Гидденса, общество создано и воссоздается участниками каждого социального контакта, что становиться возможным только за счет поддержания социального взаимодействия. Само понимание общества у Гидденса не мыслится вне понятия взаимодействия, подтверждением тому является определение социальной системы - одного из важнейших понятий теории структурации — как совокупности воспроизводимых отношений между акторами и коллективами. Поэтому общества подобны зданиям, «которые в каждый момент времени воссоздаются с использованием тех самых кирпичей, из которых они состояли». Все действия социальных субъектов, как считает Гидденс, подвержены влиянию структурных характеристик обществ, в которых они сформированы, и в то же время своими действиями они сами создают и изменяют эти структурные характеристики. Так же и Н. Луман, определяя общество как самореферентную систему, говорит, что такая система воспроизводит себя сама посредством своих собственных элементов с помощью коммуникации. Ю. Хабермас в свою очередь рассматривает общество через феномен взаимодействия, поскольку и «система» и «жизненный мир» как взаимодополняющие стороны общества образуются именно посредством различных форм взаимодействия социальных субъектов [19, с. 215].

Формируя концепцию пространства социальной онтологии, Н.С. Розов, выделяет в нем особое подпространство — социосферу, законы которой связаны с взаимодействием индивидов, групп и сообществ.

Пятый принцип — принцип деятельности сформулируем таким образом: общество как система и составляющие его социальные субъекты могут существовать только в деятельности, то есть в постоянном процессе преобразования действительности и самих себя. Этот принцип подтверждается идеями К.Х. Момджяна о деятельности как субстанции социального, Ю.М. Резника, рассматривающего все формы социальной жизни, в том числе и общество как подсистемы деятельности социальных субъектов. Данный принцип ярко демонстри-

руется серией вариантов теории социального действия, в частности, М. Вебер представляет социальные отношения и «легитимные порядки» как их содержание в качестве форм социального действия [2, с. 157; 24, с. 97], Т. Парсонс рассматривает и личность, и культуру, и социальную систему, и организм как подсистемы человеческого действия [13, с, 128], Э. Гидденс рассматривает социальную реальность как результат регулярных практик индивидов и групп, Ю. Хабермас также анализирует общество через различные типы социального действия. Э. Дюркгейм, говоря о том, что социальную сферу составляют вещи, люди и продукты социальной деятельности, считал движущей силой и активным фактором развития общества «собственно человеческую среду».

U.C. Розов, описывая социосферу как подпространство социальной онтологии, выделяет следующие ее факторы: фактор внешних столкновений, фактор внутренних конфликтов и иерархий, фактор дифференциации и интеграции и фактор развития рынков. Из его изложения становится понятно, что все эти факторы связаны с деятельностью индивидов, групп и сообществ.

Сформулируем шестой принцип — принцип актуализации: бытие социальных субъектов имеет своим неотъемлемым качеством постоянное приобретение, ими новых качеств на основе уже имеющихся. На это указывает мысль Г. Зиммеля, полагавшего, что «каждый элемент группы есть не только часть общества, но, помимо того, еще нечто», тем самым указывая на способность социальных субъектов привносить в свое бытие что-то новое [6, с. 32]. В.Е. Кемеров отмечает, что развитие общества представляет собой самоизменение людей, способных преодолевать сложившиеся формы индивидуального и социального бытия. B.C. Барулин утверждает, что «человек живет в мире общественных связей и отношений», но будучи деятельным, «переделывает» и самого себя, и этот мир, реализуя свой внутренний потенциал.

Седьмой принцип — принцип социальной определенности: взаимодействие и деятельность социальных субъектов совершаются с учетом существующего социального опыта, статусов, ролей и структур. Для подтверждения этого принципа мы опять воспользуемся материалом различных вариантов теории социального действия. В частности, Т. Парсонс утверждает, что «действие образуется структурами и процессами», посредством которых люди формируют и реализуют собственные намерения в различных ситуациях, а социетальная общность как ядро общества имеет среди своих важнейших образующих факторов наборы статусов и ролей [21, с. 222]. Ролевой и статусный набор считал одним из центральных факторов взаимодействия Р. Мертон [9, с. 34; 20, с. 81 - 97], объяснявший проблемы взаимодействия социальных субъектов как результат несогласованности статусов и ролей. Сформулированный нами принцип находит подтверждение в идеях Э. Гидденса о социальной системе как совокупности регулярно воспроизводимых социальных практик и социальной структуре как наборе накопленных ресурсов, под которыми понимается трансформативные способности субъектов. Также и определение личности как совокупности компетенций, делающих субъекта способным к действию, даваемое Ю. Хабермасом, указывает на определенную форму организации социального опыта.

Представители социальной философии, не позиционирующие себя в рамках теории социального действия, также отводят важную роль статусам, ролям, ожиданиям и структурам. Н.С. Розов, например, включает их в пространство социальной онтологии.

Восьмой принцип — принцип ценностно-нормативной детерминированности: бытие социального субъекта определяется существующими ценностями, нормами и образцами как надындивидуальными (общесоциальными, групповыми), так и индивидуальными. Важную роль ценностей и норм в развитии общества подчеркивает И. Валлерстайн (1, с. 135; 22, с. 181; 23, с. 119), отмечая способность человечества «двигаться в направлении того, что Макс Ве-бер называл «сущностной рациональностью«, то есть к рациональным ценностям и рациональным целям, достигаемым посредством коллективных и разумных действий».

Ценности и нормативные, или легитимные порядки считаются центральными ориентирами социального действия в концепциях М. Вебера, Т. Парсонса, Э. Гидаенса, ю Хабермаса. Среди представителей российской социальной философии ценности, нормы и образцы принимаются н качестве фундаментального основания взаимодействия социальных субъектов в концепциях М.С. Кагана, В.Е. Кемерова, B.C. Барулина, К.С. Пигрова, П.С. Гуревича. По мнению Н.С. Розова, деятельность людей не может осуществляться вне ценностного сознания [18, с. 181 ].

Как полагает К.Х. Момджян, коллективная деятельность, направляется надындивидуальными интересами, целями, ценностями, нормами и институтами, являясь главным и решающим признаком реальной социальной группы, отличной от суммы образующих ее индивидов. В последнем случае мы позволим себе не согласиться с К.Х Момджяном, поскольку надындивидуальные ценности, нормы, институты вне создающих, образующих их индивидов невозможны (тут Момджян несколько противоречит сам себе). Но из этого же тезиса мы можем вполне заключить, что раз коллектив, реальная группа может направляться в своей деятельности нормами и ценностями, то и индивид, элемент группы может направляться в соей деятельности не только коллективными ценностями и нормами, на выработку которых он повлиял, но также и своими индивидуальными ценностями и нормами, которые, таким образом, могут отражать коллективные и, в равной степени, не совпадать с ними.

Обозначим также эксплицированные нами выше некоторые признаки субъективности. Первый: разграниченность субъекта как носителя и субъективности как его свойства. Второй: связанность (соотнесенность) с выходом за пределы данности. Третий: связанность (соотнесенность) с внутренними и внешними качествами субъекта. Четвертый: соотнесенность с внутренней неоднородностью (противоречивостью)субъекта и неоднородностью его бытия. Пятый: связанность (соотнесенность) с взаимодействием социальных субъектов.

Указанные признаки субъективности соответствуют принципам ее социально-философской экспликации. А именно, выделение разграниченности субъекта как носителя и субъективности как его свойства предполагает признание социального субъекта исходным основанием экспликации субъективности. При этом учитывается, что в качестве системно организованного социального субъекта может выступать индивид как конкретный носитель

сущностных человеческих свойств, или группа как совокупность взаимодействующих индивидов.

Эксплицируя связь субъективности с выходом за пределы данности, мы учитываем процессы взаимодействия социальных субъектов, их существование в деятельности, что является основанием обмена элементами между ними, преобразования ими самих себя и приобретения новых качеств.

Соотнесение субъективности с внутренними и внешними качествами субъекта имеет в своей основе признание конкретности структурной единицы социально-философского анализа, ее системной организованности, постоянного преобразования и обновления.

Связывая субъективность с внутренней неоднородностью социального субъекта, его бытия, а также, взаимодействием социальных субъектов, мы исходим из признания системной огранизованности социального субъекта, его обновления в результате обмена элементами (аспект взаимодействия) и преобразования действительности и самого себя (аспект деятельности).

Таким образом, сопоставление выделенных признаков субъективности с принципами ее социально-философской экспликации показывает необходимость дополнить совокупность признаков теми, что находились бы в соответствии с принципами социальной определенности и ценностно-нормативной детерминированности. Кроме того, адекватное выделенным принципам социально-философское определение субъективности должно базироваться на понимании социального субъекта как исходного снования ее экспликации, учитывать его конкретность, системную организованность, наличие обмена элементами между субъектами, их преобразование, приобретение ими новых качеств, определенность взаимодействия и деятельности социальных субъектов их опытом, ценностями и нормами.

Сформулируем теперь наше определение субъективности, которое будет удовлетворять вышеуказанным условиям. Субъективность - это свойство социального субъекта преодолевать (выходить за пределы) свою внутреннюю и внешнюю определенность.

В соответствии с выделенными принципами социально-философской экспликации субъективности, а также учитывая, что в качестве социального субъекта, то есть источника активности, носителя деятельности и участника отношений в сфере социального бытия, могут выступать индивид, или группа, конкретизируем вышеприведенное определение следующим образом. Внутренняя определенность заключается в индивидуальных (или же групповых) нормах, ценностях, целях, опыте взаимодействия и деятельности, внутренних функциях, элементах (которыми могут быть и определенные качества) и структурах социального субъекта. Внешняя определенность заключается в надындивидуальных (отношение индивида с группой и с обществом), или надгрупповых (отношение группы с обществом) нормах, ценностях, целях, а также в статусах, ролях, внешних функциях, направлениях взаимодействия и деятельности социального субъекта.

Таким образом, приложение перечисленных принципов к экспликации субъективности позволяет раскрыть ее сущность как социального феномена, представляющего собой атрибут социального субъекта и ввести в социально-философский дискурс

понятие субъективности, демонстрирующее ее как имманентное социальному субъекту инициирующее начало преобразований социальной реальности.

Библиографический список

1. Валлерстайн И. Конец знакомого мира: Социология XXI века: Пер. с англ. / И. Валлерстайн. Под ред. В.Л. Иноземцева — М.: Логос, 2003 - 368 с.

2. Вебер М. Избранное. Образ общества.: Пер. с нем. / М. Ве бер. - М.: Юрист, 1994. - 704 с.

3. Гидденс Э. Социология. - М: , 1999. - 718 с

4. Гидденс Э. Элементы теории струкгурации / Э. Гидденс // Современные социальные теории: Бурдье, Гидденс, Хабермас.  Новосибирск, 1995. - 352 с.

5. Дюркгейм Э. Социология, ее предмет, метод, предназначение/ Э.Дюркгейм. - М.: , 1995. - 439 с.

6. Зиммель Г. Экскурс по проблеме: Как возможно общество? / Г. Зиммель// ВС. - 1993. - № 3. - С. 27 - ¿2.

7. ИвинА.А, Основы социальной философии: Учеб. пособие для вузов/А.А. Ивин. — М.: Высш. шк., 2005. - 440 с.

8. Кемеров В.Е. Введение в социальную философию/ В.Е. Ке-меров. - М., 2000. - 298 с. Мертон

9. Мертон Р. Социальная теория и социальная структура / Р. Мертон //СИ. - 1992. - № 2: 3: 4:

10. Момджян К.Х. Введение в социальную философию/ К.Х. Момджян, - М., 1997. - 457 с.

11. ПарсонсТ. Общетеоретические проблемы социологии/ Т. Парсонс //Социология сегодня. - М., 1905. — 348 с.

12. Парсонс Т. О социальных системах/ Т. Парсонс. - М., 2002. - 357 с.

13. Парсонс Т. Система современных обществ/ Т. Парсонс. -М„ 1998. - 318с.

14. Пигров К С. Социальная философия: Учебник/ К.С. Пиг-ров. - СПб.: Изд-во С-Петерб. ун-та, 2005. - 296 с.

15. Резник Ю.М. Введение в социальную теорию: Социальная системология / Ю.М Резник. - М., 2003. — с.

16. Резник Ю.М. Пути системной реорганизации и интеграции социального знания/ Ю.М. Резник //ЛКО. - М., 2000 Т.2. Вып. 1-3.

17. Розов Н.С. Философия и теория истории. Кн. 1. Пролегомены/ Н.С. Розов — М.. Логос, 2002. — 656 с

18. Розов Н.С. Ценности в проблемном мире: философские основания и социальные приложения конструктивной аксиологии/ Н С. Розов. - Новосибирск: Новосиб гос. ун-т, 1998. - 292 с.

19. Хабермас Ю. Моральное сознание и коммуникативное действие/ Ю. Хабермас . • СПб., 2000. - 327 с.

20. Merton R. Social Theory and Social Structure. N.Y., 1968.

21. ParsonsT. Evolutionary Universals in Society/T. Parsons// American Sociological Review. 1964. Vol 29. № 3. P. 13-25

22. Wallerstein I. The Modern World-System I. N.Y.: Academic-Press, 1974

2.4. Wallerstein 1. he Modern World-System II - III. San Diego, С A: Harcourl Brace Jovanovich. 1980

24. Weber M. Economy and Society/ M. Weber// Ed. by Clienter Roth and Klaus Wjltich. N.Y.: Bedminster Press, 1968.

МИЛЬЧАРЕК Тадэуш Петрович, старший преподаватель кафедры философии.

Дата поступления статьи в редакцию: 18.05.06 г. © Мильчарек Т.П.

удк 316.334.22 л д КУДРИНСКАЯ

Омский государственный технический университет

ДОБРОВОЛЬЧЕСКИЙ ТРУД В КОНТЕКСТЕ

СИСТЕМНО-СИНЕРГЕТИЧЕСКОГО

ПОДХОДА

Статья посвящена исследованию феномена добровольческого труда, активно развивающегося в современном мире, в том числе и в России. Исследование проведено с позиций системно-синергетического подхода.

Описана социетальная модель общества с выделением трех основных секторов и в рамках этой модели рассмотрена сущность и функции добровольческого труда. С этих позиций добровольческий труд выступает как основной труд в Третьем секторе, объективная основа гражданского общества. Проведен системно-синергетический анализ становления рассматриваемого вида труда.

В современном обществе все заметнее добровольческая деятельность, массово формирующаяся в индустриально развитых странах в XIX в. и возрождающаяся в России со времени перестройки на волне формирования гражданского общества. Качественные характеристики добровольческого труда выражаются в доброй, свободной воле его субъекта, безвозмездности и содержательной на-пра-вленности на решение социальных проблем. Л. Са-ламон пишет о «глобальной ассоциативной рево-

люции», характеризующейся выплеском активности организованной добровольческой деятельности граждан — структурированной деятельности вне государственных или коммерческих рамок [1]. Масштаб этого явления сегодня выглядит следующим образом [2].

Как мы видим, в среднем масштаб развития добровольческого труда в группе развитых стран в 3,86 раза превышает аналогичный уровень в группе стран с переходной экономикой, к которой относится и Россия.