Потенциал норм с административной преюдицией для уголовного законодательства Российской Федерации

УДК 343.2/.7

Потенциал норм с административной преюдицией для уголовного законодательства Российской Федерации

Обухова Татьяна Валерьевна,

Уральский юридический институт МВД России

e-mail: tv_obukhova@mail.ru

Статья посвящена рассмотрению вопроса целесообразности включения в Уголовный кодекс Российской Федерации норм с административной преюдицией как одного из направлений гуманизации и оптимизации законодательства Российской Федерации. Анализируются мнения сторонников и противников, рассматриваются некоторые признаки норм с административной преюдицией.

Ключевые слова: административная преюдиция; гуманизация; преступление; повторное правонарушение.

The potential of norms with administrative prejudice for the criminal legislation of the Russian Federation

Obukhova Tatyana Valeryevna,

Ural Law Institute of the Ministry of the Interior of Russia

The article is devoted to the consideration of the issue of the expediency of including in the Criminal Code of the Russian Federation norms with administrative prejudice, as one of the directions of humanization and optimization of the legislation of the Russian Federation. The opinions of supporters and opponents are analyzed, some signs of norms with administrative prejudice are considered.

Key words: administrative prejudice; humanization; crime; re-offense.

Актуальность исследования административной преюдиции обусловлена, прежде всего, теоретической и практической значимостью данного правового явления. Необходимо отметить, что при подготовке и принятии Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ) 1996 г. имел место полный отказ от норм с административной преюдицией в уголовно-правовых нормах. Начиная с 2011 г. законодатель снова возвратился к применению данного правового института в уголовном законодательстве, и в настоящий момент 13 норм УК РФ содержат признаки административной преюдиции1.

Конституционный Суд Российской Федерации высказал мнение, что нормы с административной преюдицией - это такие нормы, которые, «оставаясь в своей первооснове административными правона-

1 См.: Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-Ф3: в ред. Федерального закона от 31 декабря 2017 г. [Электронный ресурс]. 1Ж1.: http://www.consultant.ru/ document/cons_doc_LAW_10699/ (дата обращения: 4 апреля 2019 г.).

рушениями, по характеру и степени общественной опасности приближаются к уголовно наказуемым деяниям»2.

Тенденция постепенного увеличения в УК РФ количества составов преступлений, предусматривающих ответственность лица, подвергнутого административному наказанию, говорит о том, что преюдицио-нальные составы приносят свои результаты.

По мнению М. В. Бавсуна, И. Г. Бавсун и И. А. Тихон, «административная преюдиция при ее грамотном использовании может стать эффективным средством противодействия преступности и будет способствовать достижению следующих основных результатов:

- повысит эффективность практического применения уголовного законодательства;

2 Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2017 г. № 2-П «По делу о проверке конституционности положений статьи 2121 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина И.И. Дадина» // Российская газета. 2017. № 41.

ВЕСТНИК УРАЛЬСКОГО ЮРИДИЧЕСКОГО ИНСТИТУТА МВД РОССИИ

- обеспечит реализацию принципа экономии мер уголовной репрессии;

- исключит случаи объективного вменения»1.

Считаем данное высказывание справедливым и

полагаем, что направленность уголовного законодательства на гуманизацию с помощью включения норм с административной преюдицией имеет потенциал предупреждения не только преступлений, но и административных правонарушений, снижения уровня уголовно-правового рецидива.

Сторонники административной преюдиции видят в ней возможность повышения гибкости и адаптивности правового воздействия на правонарушителя при одновременной реализации принципа экономии уголовно-правовой репрессии2, что, безусловно, находит свое отражение.

Противники же административной преюдиции не устают говорить о том, что преюдициональные составы размывают границы между преступлением и административным правонарушением3.

Однако общественно опасные преступные деяния и общественно вредные правонарушения, образующие нормы с административной преюдицией, хоть имеют одну цель и охраняют схожие общественные отношения, однако принципиально различаются. Главное различие состоит в субъекте совершения противоправных деяний.

Повышающаяся общественная опасность правонарушителей и свидетельствует об уголовно-правовой общественной опасности. Согласимся с мнением А. Б. Сахарова, который считал, что основанием для применения более интенсивных мер правового воздействия является возросшая опасность личности преступника4.

В нормах с административной преюдицией субъектом может выступать лицо:

- подвергнутое административному наказанию за аналогичное деяние (например, 1161 УК РФ);

- ранее привлекавшееся к административной ответственности (например, 2121 УК РФ);

- ранее судимое за совершение конкретного аналогичного преступления (например, 2641 УК РФ).

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что лицо до привлечения к уголовной ответственности за совершение преступления должно иметь определенный статус и быть предупреждено о том, что при совершении аналогичного

1 Бавсун М. В., Тихон И. А., Бавсун И. Г. Административная преюдиция и перспективы ее применения на современном этапе // Административное право и процесс. 2008. № 6. С. 7.

2 См.: Устинова Т. Д. Расширение уголовной ответственности за незаконное предпринимательство // Журнал российского права. 2003. № 5. С. 104.

3 См.: Кузнецова Н. Ф. Основные черты Особенной части УК РФ // Вестник Московского университета. Серия 11. Право. 1996. № 5. С. 18.

4 См.: Сахаров А. Б. Разграничение преступлений и иных

правонарушений // Социалистическая законность. 1974.

№ 7. С. 35.

деяния повторно оно будет подлежать уголовной ответственности.

Так, суды при рассмотрении дела по существу, учитывая ранее совершенное лицом административное правонарушение, и в целях экономии мер уголовно-правовой репрессии предупреждают лицо об уголовной ответственности в случае повторного совершения таких действий, при этом в приговорах указывают: «...несмотря на предупреждение судебного пристава-исполнителя об уголовной ответственности по ч. 1 ст. 157 УК РФ, будучи привлеченным к административной ответственности по ч. 1 ст. 5.35.1 КоАП РФ, достоверно зная о том, что за аналогичное административному правонарушению деяние он будет привлечен к уголовной ответственности, пренебрегая нормами морали и общечеловеческими принципами, осознавая противоправность своего деяния, предвидя наступление общественно-опасных последствий.»5; «.будучи привлеченным к административной ответственности. должных выводов для себя не сделал, на путь исправления не встал и вновь совершил аналогичное деяние. осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий.»6.

По общему правилу, если не установлено иное, период, в течение которого лицо, повторно совершившее аналогичное (конкретное) административное правонарушение, привлекается к уголовной ответственности - то есть считается подвергнутым административному наказанию, составляет 1 год (ст. 4.6 КоАП РФ), например ст. 1161, 1511 УК РФ и др.

Вместе с тем годовой период установлен не для всех составов с административной преюдицией. Так, для ст. 2121 УК РФ этот срок ограничен 180 днями. По нашему мнению, это решение законодателя представляется не совсем обоснованным, т. к. отступление от общего единообразия в конструировании норм с административной преюдицией вызывает все больше вопросов и ставит под сомнение эту уголовно-правовую конструкцию. Кроме того, полугодичный срок, по всей видимости, препятствует применению нормы, закрепленной в ст. 2121 УК РФ, т. к. за все время ее действия к уголовной ответственности было привлечено только одно лицо7.

Полагаем, что законодатель, периодически пополняя уголовный закон новыми нормами с административной преюдицией различными способами, будь то

5 Приговор Керченского городского суда от 23 октября 2017 г. по уголовному делу № 1-454/2017. URL: https://sudrf. ru (дата обращения: 5 апреля 2019 г.).

6 Приговор Улаганского районного суда Республики Алтай от 9 октября 2018 г. по уголовному делу № 1-134/2018. URL: https://sudrf.ru (дата обращения: 5 апреля 2019 г.).

7 См.: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2017 г. № 2-П «По делу о проверке конституционности положений статьи 2121 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина И.И. Дадина» // Российская газета. 2017. № 41.

включение новой нормы, содержащей преюдицио-нальный характер ст. 1581 УК РФ1, или изменение уже существующей нормы ст. 315 УК РФ2, находит их необходимыми и выполняющими свойственную только им функцию.

Считаем целесообразным дальнейшее включение и использование норм с административной пре-юдицией, однако законодателю следует обратить внимание на их конструирование и стремиться к единообразному описанию признаков субъекта посягательства, срока, в течение которого лицо может быть привлечено к уголовной ответственности. Так, представляется правильным закрепить во всех статьях, содержащих административную преюдицию, в качестве субъекта лицо, подвергнутое административному наказанию, т. е. внести соответствующие изменения в такие статьи УК РФ, как: 2121, 282, 2841, 3141. Кроме того, в качестве срока, в течение которого лицо может быть субъектом преступлений с административной преюдицией, единообразно закрепить срок продолжительностью 1 год, изменив в этой части ст. 2121 УК РФ. Указанные изменения будут способствовать формированию единообразной практики применения норм с административной преюдицией, оптимизации и гуманизации уголовного законодательства Российской Федерации.

Библиографический список

1. Бавсун М. В. Административная преюдиция и перспективы ее применения на современном этапе / М. В. Бавсун, И. А. Тихон, И. Г. Бавсун // Административное право и процесс. - 2008. - № 6. - С. 6-10.

2. Устинова Т. Д. Расширение уголовной ответственности за незаконное предпринимательство / Т. Д. Устинова // Журнал российского права. - 2003. -№ 5. - С. 103-107.

3. Кузнецова Н. Ф. Основные черты Особенной части УК РФ / Н. Ф. Кузнецова // Вестник Московского университета. - Серия 11. Право. - 1996. - № 5. -С. 14-31.

4. Сахаров А. Б. Разграничение преступлений и иных правонарушений / А. Б. Сахаров // Социалистическая законность. - 1974. - № 7. - С. 32-35.

BiЫiograficheskц spisok

1. Bavsun М. V. Administrativnaya preyudiciya I ре^реЫуу ее primeneniya na sovremennom etape /

1 См.: Федеральный закон от 3 июля 2016 г. № 323-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации по вопросам совершенствования оснований и порядка освобождения от уголовной ответственности» [Электронный ресурс] // СПС «КонстультантПлюс» (дата обращения: 4 апреля 2019 г.).

2 См.: Федеральный закон от 2 октября 2018 г. № 348-ФЗ «О внесении изменений в статью 315 Уголовного кодекса Российской Федерации» [Электронный ресурс] // СПС «Кон-стультантПлюс» (дата обращения: 4 апреля 2019 г.).

M. V. Bavsun, I. A. Tihon, I. G. Bavsun // Administrativnoe pravo i process. - 2008. - № 6. - S. 6-10.

2. UstinovaT. D. Rasshirenie ugolovnoj otvetstvennosti za nezakonnoe predprinimatel'stvo / T. D. Ustinova // ZHurnal rossijskogo prava. - 2003. - № 5. - S. 103-107.

3. Kuznecova N. F. Osnovnye cherty Osobennoj chasti UK RF / N. F. Kuznecova // Vestnik Moskovskogo universiteta. - Seriya 11. Pravo. - 1996. - № 5. - S. 14-31.

4. Saharov A. B. Razgranichenie prestuplenij i inyh pravonarushenij / A. B. Saharov // Socialisticheskaya zakonnost'. - 1974. - № 7. - S. 32-35.