Преодоление бедности в России: стратегические приоритеты

ПРОБЛЕМЫ РОССИЙСКОЙ ЭКОНОМИКИ

ЦВЕТКОВ В.А.,ЕЛИСЕЕВ Д.О. ,ДУРАНДИН О.Г.

ПРЕОДОЛЕНИЕ БЕДНОСТИ В РОССИИ: СТРАТЕГИЧЕСКИЕ ПРИОРИТЕТЫ*

Аннотация. В статье рассмотрены теоретические подходы к определению бедности. Проведен анализ и оценка уровня бедности в России. Сформулированы основные направления и пути преодоления бедности в стране.

Ключевые слова: уровень бедности, стратегия, минимальный уровень оплаты труда, социальная защита, социальное налогообложение, социальная интеграция.

TSVETKOV V.A., ELISEEVO.D., DURANDIN O.G. OVERCOMING POVERTY IN RUSSIA: STRATEGIC PRIORITIES

In article theoretical approaches to determination of poverty are considered. The analysis and assessment of level of poverty in Russia is carried out. The main directions and ways of overcoming of poverty in the country are formulated.

Keywords: poverty level, strategy, minimum level of compensation, social protection, social taxation, social integration.

Проблема бедности волнует человеческое общество с давних времен. Но несмотря на это человечеству так и не удалось решить эту проблему. И, как это ни парадоксально, бедность продолжает оставаться неотъемлемой чертой любого общества.

В современных представлениях бедность рассматривается как комплексное явление, включающие в себя социальные, экономические, психологические и культурные корни. Так, по мнению В. Бобкова бедность означает не просто низкий уровень текущего потребления, но и низкое качество жизни вообще [2]. При этом автор отмечает, что на уровень бедности влияют не только объективные причины (к примеру, социально-экономическая ситуация в стране), но и личностные характеристики индивида, в т. ч. плохое образование, здоровье, семейная жизнь, воспитание и т. п. Не случайно ООН рассматривает проблему бедности с точки зрения низкого качества человеческого развития.

В социально-экономических категориях феномен бедности начал исследоваться еще в ХУШ в. Как отмечает В. С. Сычева, на рубеже Х1Х-ХХ вв. сформировалось два основных подхода к изучению бедности: социал-дарвинистский (Т. Мальтус, А.Смит, Д. Рикардо) и эгалитаристский (Э. Реклю, К. Маркс, Ф. Энгельс) [14].

С позиции первого подхода бедность рассматривается как «сознательный» выбор индивида. То есть бедные слои общества сами ответственны за свои материальные трудности. В частности, Т. Мальтус в изучении проблемы бедности один из первых выделил несоответствие общественного воспроизводства потребностям населения в качестве причины бедности и указал на отрицательные стороны пассивной политики регулирования уровня бедности, в частности, что система государственной помощи поощряет размножение бедных слоев [8]. Схожих взглядов на проблему бедности придерживались Г. Спенсер и Ж. Прудон, которые отмечали, что бедность является неотъемлемой частью жизни человечества, а попытки перераспределения доходов от богатых к бедным методами государственного регулирования ведут к появлению новых бедных [10, 12].

Основоположники эгалитаристского подхода придерживались идеи всеобщего уравнивания общественной жизни. К. Маркс отмечал что «.....накопление богатства на одном полюсе

есть в то же время накопление нищеты, муки труда, рабства, невежества, огрубения и моральной деградации на противоположном полюсе, т. е. на стороне класса, который производит свой собственный продукт как капитал» [9]. То есть по К. Марксу накопление капитала ведет к увеличению численности пролетариата, а отсутствие собственности на средства производства ведет к его обнищанию в противовес к обогащению богатых.

Последующие исследования феномена бедности, проводившиеся в ХХ в., показывают, что в основном базовые постулаты этих подходов не меняются. Большинство ученых концентрируют свои усилия на проблемах измерения бедности и способах ее преодоления.

Так, Ч. Бут относил к бедным граждан имеющих достаточно регулярный доход в неделю

на семью, а под очень бедными тех, кто имеет и того меньше. Бедные — это те, чьи нужды не удовлетворяются в соответствии с обычными стандартами жизни в данной стране [13]. То есть за точку отсчета принималось понятие бедности в возможности индивида удовлетворить свои основные потребности в еде, одежде и жилище.

Более расширенно к вопросу подошел А. Боули, который провел различие между «минимумом, необходимым для существования отдельного лица, и минимумом семьи или лица с находящимися на его иждивении» [3]. Впоследствии принцип зависимости потребительского минимума от размера и состава семьи был внедрен в США и используется в настоящее время.

На основе этих исследований сложилось понимание сущности бедности, появились критерии разграничений бедности на абсолютную (нищета) и относительную, способы измерения бедности, а также разнообразный инструментарий государственного регулирования. В частности, в 1960-е годы М. Оршански установила количественные параметры жилья, одежды и других потребностей, необходимых для удовлетворения основных нужд. Определив стоимость диеты, необходимой для поддержания здоровья, она умножила ее на обратную дробь этого коэффициента, который измерял удельный вес расходов на продовольственные товары в совокупном доходе средней семьи. Это, в свою очередь, привело к установлению научно обоснованных критериев к минимальной потребительской корзине [7].

Относительная бедность в понимании П. Таунсенда это: «Индивиды, семьи, социальные группы населения можно считать бедными, если они не имеют ресурсов для участия в общественной жизни, поддержания типов диеты, условий жизни, труда и отдыха, которые являются обычными или, по крайней мере, широко принятыми в обществе, в котором они живут. Их ресурсы значительно ниже того, что имеет средний индивид или средняя семья, вследствие чего они исключены из обычного стиля жизни, общепринятых моделей поведения, привычек и типов деятельности» [20]. То есть ученый ввел помимо материальных нужд возможности участия индивида в культурной и общественной жизни общества.

Таким образом, на современном этапе в экономической и социологической науке установился некоторый баланс между сторонниками и противниками борьбы с бедности. Сложилось понимание, что бедность хоть и является неотъемлемой частью жизни, но требует мер государственного воздействия для ее хотя бы частичного преодоления. Основной задачей становится достижение разумного баланса между сторонниками либеральных взглядов на проблему бедности (ограничение пассивных мер государственного регулирования) и приверженцев активного государственного участия в преодолении бедности. В принципе, рассматривая проблему с либеральных позиций, можно отметить определенные положительные стороны невмешательства государства в преодоление бедности. Так, Б. Раунтри отмечал, что существуют две категории: первичная и вторичная. К первой он относил действительно нуждающихся, а ко второй — расточительных. То есть по автору бедность разделяется на социальную и личную [7]. Применительно к проблеме государственного решения задач преодоления бедности такая проблема может создавать перекос и необоснованное распределение средств между действительно нуждающимися и нуждающимися по «глупости» или «злому умыслу».

С другой стороны, совершенно очевидно, что у государства должна быть необходимость регулировать социально-экономические параметры, которые могут способствовать преодолению бедности, в части уровня оплаты труда, налогообложения, а также программ социальной защиты и помощи. Это необходимо для снижения социальной напряженности в обществе и вовлечения бедных слоев населения в социум.

Кроме этого, необходимо принимать во внимание общие подходы государства к социальной защите и социальной проблематике вообще. Россия, согласно Конституции, является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты [5]. То есть борьба с бедностью является одним из приоритетов государства и не может рассматриваться с либеральных позиций.

Для определения приоритетов борьбы с бедностью необходимо рассмотреть подробнее причины ее возникновения в России. В мировой практике оценки уровня бедности заслуживают внимания показатели бедности ООН и Всемирного банка. Программа развития ООН (ПРООН) разработала два индекса человеческой бедности: для развитых и развивающихся стран [19]. Для развитых стран индекс человеческой бедности (HPI) основывается на оценке четырех факторов:

- продолжительность жизни (longevity) — доля населения, которое не доживет до 60 лет;

- образование (knowledge) — доля безграмотного взрослого населения;

- уровень дохода (income) — доля населения с доходом ниже, чем 50% от медианы доходов;

- социальное исключение (social exclusion) — измеряется долговременной безработицей.

Для развивающихся стран индекс человеческой бедности (HPI) рассчитывается на основе

оценки следующих факторов:

- продолжительность жизни (longevity) — доля населения, которое не доживет до 40 лет;

- образование (knowledge) — доля безграмотного взрослого населения;

- уровень жизни (standard of living) — рассчитывается как среднее значение следующих трех оценочных показателей: доля населения, не обеспеченная питьевой водой; доля населения, не имеющая доступ к услугам здравоохранения; доля детей в возрасте до 5 лет, испытывающих сильный голод.

По методологии ООН, при оценке уровня бедности Россия относится к категории развитых стран. Согласно предлагаемым индикаторам показывают следующие значения для России. По данным Росстата средняя продолжительность жизни в России в 2012 г. составила 70,24 года, из них для мужчин — 64,56, для женщин — 75,86. Согласно Докладу ООН о человеческом развития 2013 г., по уровню образования Россия находится на 55-м месте в мире, что является невысоким показателем [18]. Однако характерно, что доля полностью безграмотного населения в стране составляет всего 0,4%, доля граждан с начальным образованием — 99%, со средним — 89%, высшим — 76%. В целом по классификации ООН страна попадает в категорию высокого уровня развития образования. Более сложным представляется оценка уровня доходов населения России. Если придерживаться индикаторов, предлагаемых ООН, то по состоянию на 2012 г. более 30% населения России необходимо отнести к категории бедных. По данным Росстата в 2012 г. средняя заработная плата в стране составила 26 628 р. (среднемедианный доход). При этом доля населения с доходом ниже этого показателя составила 30,9%. Однако в России принято относить к категории бедных людей, чьи доходы ниже официально установленного прожиточного минимума, что в абсолютных цифрах составляет 11% населения. Касаясь проблемы безработицы, можно отметить, что в РФ в сравнении с другими странами мира уровень безработицы относительно низкий и по итогам 2012 года составил всего 5,5% от экономически активного населения.

Таким образом, анализ индикаторов бедности показывает, что основной проблемой в России является низкий уровень доходов значительной части населения, а как следствие — невысокая степень социализации граждан. Об этом свидетельствуют исследования социологов и экономистов. Так, Римашевская Н. М. отмечает, что проблема материальной бедности передается по наследству: «......Бедные родители воспроизводят потенциально бедных детей, что

определяется их здоровьем, образованием и полученной квалификацией...» [11]. Как следствие, возникает угроза маргинализации части населения, негативное отношение к богатству. В частности, М. К. Горшков и Н. Е. Тихонова в исследовании «Богатые и бедные в современной России» указали, что негативное отношение граждан к феномену достатка определяется, как правило, недоверием к «праведности» заработанного [4]. То есть богатый человек не может стать богатым упорным трудом. Проблема материальной составляющей бедности порождает проблему социальной интеграции и адаптации бедных слоев к жизни в социуме.

Таким образом, в стратегии преодоления бедности на современном этапе необходимо говорить о следующих основных блоках (рис.):

Стратегия преодоления бедности на современном этапе

Институциональное регулирование доходов населения. Основными факторами, влияющими на уровень доходов населения, которые закреплены на уровне законодательства, являются минимальный уровень оплаты труда (МЗП), а также уровень налогов, выплачиваемых домашними хозяйствами. В настоящее время в России установлен МЗП, рассчитываемый в соответствии с прожиточным минимумом, установленным законодательно. В отличие от России большинство европейских стран учитывают значительное количество факторов, влияющих на уровень МЗП. Основную роль играет общеэкономическая ситуация, уровень заработных плат и инфляция. Во-первых, существует четкая взаимосвязь между уровнем средней заработной платы и общеэкономической ситуацией в стране. Сопоставляя европейские системы расчета МЗП с российскими, можно отметить, что ряд европейских государств использует также показатель прожиточного минимума, аналогичный российскому, однако большинство государств не рассчитывает уровни прожиточного минимума вовсе и соответственно не включают их в расчет МЗП (табл.) [17].

Факторы, учитываемые при корректировке уровня МЗП в европейских странах

Страна Заработная плата Уровень социальных гарантий Прожиточный минимум Инфляция Занятость Экономическая ситуация Производительность труда Нет критериев

Бельгия Х

Болгария Х Х Х Х Х Х Х

Финляндия Х Х Х

Франция Х Х Х Х

Германия Х

Греция Х

Венгрия Х Х Х Х Х Х Х

Исландия Х

Ирландия Х Х Х Х

Италия Х

Нидерланды Х Х Х

Польша Х Х Х Х Х

Португалия Х Х Х Х

Словакия Х Х Х

Испания Х Х Х Х

Великобритания Х

Россия (справочно) Х

В среднем по ЕС МЗП по соотношению составляет от 30 до 50% от фактического уровня средней заработной платы, что является существенным показателем и минимизирует уровень бедности в странах. В 2013 г. в России установлен МЗП на уровне 5205 руб., что составляет около 19% от среднего заработка по экономике и меньше прожиточного минимума на 24,7% (6 913 р.) [21].

Вторым институциональным фактором, который будет способствовать преодолению бедности в России, является реформа системы налогообложения. Налоговая политика государства в целях борьбы с бедностью проявляется в социальной направленности налогообложения (социальных налогах, льготах, видах социальных ставок, налоговых режимах).

Фискальная система современного социального государства объединяет два типа социально ориентированных налогов.

Первый включает в себя систему социальных налогов (взносов в государственные фонды социального страхования) в качестве финансовой базы пенсионного обеспечения и иных форм социальной защиты нетрудоспособного населения. Данный вид социальных налогов сформировался в первой половине XX в. и остается для большинства стран определяющим в сфере социально ориентированного налогообложения.

Второй ориентирован на сокращение уровня дифференциации реальных доходов семей (домохозяйств), обладающих различным социальным статусом. Это модификации традиционных налогов, получившие наиболее широкое применение в качестве социально ориентирован-

ных сравнительно недавно — в ходе реализации налоговых реформ 80-90-х годов прошлого века. К типу таких налогов относятся:

- подоходный налог с физических лиц, предоставляющий возможности нивелировать уровень реальных доходов домохозяйств за счет использования механизма дифференциации ставок налога, системы социальных налоговых льгот, изменения объекта налогообложения, учета социального статуса налогоплательщика при расчете налога;

- система косвенного налогообложения затрат граждан на приобретение различных товаров и услуг — за счет дифференциации ставок налогов на потребление с учетом социальной значимости реализуемых товаров и услуг;

- система имущественных налогов — за счет системы налоговых льгот, учитывающих социальный статус налогоплательщика, в т. ч. налог на имущество, налог на богатство, налог на наследство.

Система социальной защиты. Эта форма помощи неимущим слоям населения в рамках стратегии преодоления бедности является одной из наиболее критикуемых либеральным экономистами. В качестве либерального «эталона» предлагается использовать опыт социальной защиты США. Данная модель предполагает постепенный отказ от категориальной системы предоставления льгот и трансфертов; институционализацию адресной социальной поддержки, основанной на анализе индивидуальной ситуации каждого заявителя и строгом контроле за получателями помощи; управление индивидуальными ресурсами клиентов, основанное на принципе «сделай это сам». То есть фактически предполагает высокую ответственность получателя помощи за свою судьбу. В противовес американской модели существует скандинавская, которая предусматривает максимизацию социальной защиты всем категориям населения.

В России реализация стратегии борьбы с бедностью требует построения синтетической, т. е. по определению инновационной модели социального развития, интегрирующей лучший релевантный к российским реалиям международный опыт, гибкой и адаптивной, действительно основанной на механизмах дифференциации получателей государственной помощи и поддержки и способной стать инструментом реализации национальных стратегических приоритетов в социальной сфере. Так, по оценке Е. М. Авраамовой, прошедшая в середине 2000-х монетизация льгот ликвидировала большинство нефинансируемых мандатов по льготным категориям, но сохранила категориальных льготников как главный контингент получателей денежных выплат и льгот. Сегодня на финансирование ежемесячной денежной выплаты, заменившей льготы, направляется больше половины всех средств, расходуемых на все социальные пособия, включая страховые. Основными получателями социальных льгот являются пенсионеры, которым данная социальная программа компенсирует низкий уровень пенсионного обеспечения. При этом льготополучатели сконцентрированы в среднедоходных группах населения [1].

В условиях ограниченных финансовых ресурсов существование масштабной системы поддержки массовых категорий населения без контроля их доходов блокирует развитие адресных программ для бедных, являющихся неотъемлемой частью рыночной экономики, ориентированной на воспроизводство качественного человеческого потенциала и сохранение его в период сложных жизненных ситуаций, связанных с потерей доходов (рождение детей, периоды нетрудоспособности, высокий уровень иждивенческой нагрузки, длительная безработица).

В настоящее время среди их участников высоко представительство небедных, а среди бедных многие не имеют доступа к программам социальной поддержки. В кругу бедных семей — получателей адресных пособий — широко распространена незанятость или частичная занятость трудоспособных. Пассивный характер программ социальной поддержки способствует росту иждивенческих настроений, с одной стороны, и нежеланию местных властей повышать размер пособий — с другой.

Таким образом, главной задачей стратегии преодоления бедности в части социальной помощи государства является переход от социальных обязательств неопределенному кругу лиц к адресным социальным контрактам. Условия социального контракта должны основываться на принципе «прежде всего возможность трудиться», что будет стимулировать трудоспособных индивидов совершенствовать и использовать свой трудовой потенциал. Данные условия могут включать поиск работы, временное участие в общественных работах, участие в программе реабилитации для индивидов с алкогольной зависимостью, участие в программе переподготовки или выполнение какой-нибудь работы. Как полагает Е. М. Авраамова, такая форма поддержки может сочетать низкооплачиваемую занятость и пособия из системы социальной защиты, в этом случае их называют «зарплата + пособие» [1].

Программы повышения социальной и трудовой активности населения. Одним из главных приоритетов государства в преодолении бедности является стимулирование занятости населения. В отличие от институциональных и социальных мер поддержки, которые, по

сути, являются расходами государства по поддержке бедных слоев населения, политика в области занятости стимулирует вовлечение экономически активного населения в производительный процесс. В либеральных моделях преодоления бедности она является наиболее востребованной, поскольку с социальных позиций обеспечивает бедным не право на доход, а предлагает возможность труда и получения дохода. Это, в свою очередь, ограничивает иждивенческие настроения в обществе.

В стратегии преодоления бедности необходимо рассматривать две составляющие повышения социальной и трудовой активности населения. Во-первых, это эффективная политика занятости. Во-вторых, активное использование государственных программ поддержки занятости.

Основа эффективной политики занятости требует решения следующих задач:

1. Трансформация политики низкой безработицы к политике эффективной занятости.

2. Увеличение доли высококвалифицированных рабочих мест, требующих соответствующего образования и уровня оплаты труда.

3. Совершенствование трудового законодательства в части повышения его гибкости и адаптивности к существующим реалиям на рынке труда.

Современная политика занятости в России, по сути, является способом противодействия безработице. Следствием этого становится сохранение архаичной структуры экономики, низкая производительность труда, низкий в абсолютном выражении уровень оплаты труда, формирование и хроническое воспроизводство группы «работающих бедных».

Действующее трудовое законодательство не предусматривает гибкости рынка труда, в первую очередь оно направлено на консервацию действующей структуры занятости.

Несмотря на то что Трудовой кодекс РФ расширил сферу применения срочных трудовых договоров, на практике по-прежнему доминируют бессрочные трудовые договоры, и их вес продолжает увеличиваться. Излишняя регламентированность переводов на другую работу в связи с технологическими изменениями сдерживает инновации в производстве. Гибкие графики работы, неполная занятость, упрощенные процедуры приема и увольнения практически отсутствуют.

В то же время не получили широкого распространения нетрадиционные формы занятости, характерные постиндустриальное и инновационное развитие (например дистанционная).

В стране отсутствует современная национальная система квалификаций. Согласно действующему «Единому тарифно-квалификационному справочнику», насчитывается более 7 тысяч рабочих профессий, в то время как в странах ОЭСР сборники рабочих профессий включают от 600 до 800 профессий. Столь сильная детализация противодействует гибкости и эффективности производственных процессов и управления персоналом на предприятиях и в экономике в целом.

Следствием архаичной структуры трудового законодательства являются его массовые нарушения, развитие неформальных трудовых отношений, снижение производительности труда. Это, в свою очередь, не позволяет государству эффективно оценивать уровень фактической бедности населения, а также увеличивает социальные обязательства.

Мировой опыт показывает, что действенным механизмом борьбы с бедностью является создание и реализация государственных программ поддержки занятости. Еще в годы Великой Депрессии США использовали программы по преодолению бедности путем привлечения безработных на государственные общественные работы (к примеру, строительство инфраструктуры). В настоящее время во многих развитых странах временные государственные общественные работы получили широкое распространение. Однако в России такая форма борьбы с бедностью не получила широкого распространения. С одной стороны, это связано с тем, что предлагаемые общественные работы являются низкооплачиваемыми и низкоквалифицированными формами труда (не все россияне готовы работать в таких условиях), с другой — такая форма предложения труда вступает в конкуренцию с потоком мигрантов, которые в настоящее время доминируют на этом рынке.

Представляется целесообразным рассматривать общественные работы как региональную компоненту преодоления бедности. В регионах, которые имеют дефицит рабочей силы и значительное количество бедных, необходимо активно внедрять механизмы привлечения безработных к общественным работам. При этом финансирование таких проектов можно осуществлять из федерального бюджета.

Программы социальной интеграции беднейших слоев населения. Являются одной из наиболее сложных задач в реализации стратегии преодоления бедности. Как было отмечено ранее, программы социальной защиты для бедных слоев населения не всегда имеют положительный эффект во многом из-за отсутствия четких критериев выделения адресатов помощи. Это, в свою очередь, порождает иждивенческие настроения. Распространение адресных программ помощи чревато эффектом социальной маргинализации. Бедный человек более не уве-

рен в себе и в некотором смысле не способен отстаивать свои права, в т. ч. на получение социальных дотаций. Как отмечает Римашевская И. М., у бедных слоев населения России возник феномен нисходящей социальной мобильности — т. е. неспособность выбраться из «социального дна» [11]. К числу факторов автор относит: политический детерминизм — следствие экономических реформ; криминальность — бедные больше склонны к вовлечению в криминальный мир на постоянной основе; личное невезение — здоровье, плохое воспитание; склонность к порокам — алкоголизм, наркомания; социальная изолированность — неприятие общепринятых норм поведения, оторванность от общества.

Решение этих задач видится наиболее сложной проблемой, поскольку отсутствуют четкие механизмы, гарантирующие трансформацию социального поведения людей. В данном случае представляется целесообразным применение косвенных инструментов социальной адаптации бедных граждан. К ним можно отнести культурное просвещение, в частности, льготный доступ на культурные мероприятия и объекты (музеи, театры, кинотеатры и т. п.); обеспечение льготного образования для бедных слоев населения.

Программы социальной ответственности бизнеса. Социальная ответственность бизнеса на современном этапе является одним из наиболее востребованных и популярных направлений. Хотя в середине ХХ в. в мировой практике велась широкая дискуссия о том, насколько далеко вообще должны простираться социальные обязательства бизнеса. Один из полюсов мнений ярко выразил в начале 1960-х гг. Милтон Фридман, заявив, что «....у бизнеса есть единственная сфера социальной ответственности — стремиться к увеличению прибыли, оставаясь в рамках закона и традиций свободной конкуренции» [16]. Позитивная социальная роль бизнеса заключается в производстве богатства и создании рабочих мест. Сторонники противоположной точки зрения утверждают, что современная, корпоративная форма организации бизнеса, подразумевающая ограниченную ответственность, является следствием организации общества вокруг интересов доминирующих групп за счет интересов наиболее социально уязвимых групп.

В конечном итоге возобладал прагматический подход к проблеме, в котором отражалось, что концепции бизнес-эффективности и социальной ответственности не противоречат друг другу. В первую очередь это было связано не с социальными обязательствами бизнеса, а в большей степени с экологическим давлением общественности на корпорации. Дж. Элкингтон отмечает следующие этапы эволюции социальной ответственности бизнеса:

1. Осознание ограниченности природных ресурсов и требование ограничения их потребления компаниями. Реакция бизнеса главным образом оборонительная, в лучшем случае — простое исполнение требований закона.

2. Распространение концепции устойчивого развития. Бизнес начинает проявлять понимание того, что ему может принадлежать лидирующая роль в распространении новых принципов, технологий и продуктов, соответствующих требованиям устойчивого развития.

3. Осознание происходящего процесса глобализации, понимание того, что для соответствия требованиям устойчивого развития и условиям глобализации необходимо менять структуру и практику корпоративного управления, налаживать отношения с государством и гражданским обществом.

На современном этапе корпоративная социальная ответственность была определена принципом «тройного критерия» введенным Д. Элкингтоном в 1994 г., который включал в себя: финансовую, социальную и экологическую отчетность компаний.

Корпорации начали понимать, что эффективность в условиях глобализации не может базироваться исключительно на финансовых показателях (прибыли, выручке и т. п.), но должна включать в себя социальную и экологическую компоненты. Эффективность наемного труда не может быть обеспечена только денежными выплатами сотрудникам (всегда есть тот, кто может предложить больше), но должна коррелировать с условиями труда персонала, окружающей социальной и экологической обстановкой в месте расположения производственных активов.

Кроме этого, смещение стоимости продукции в сторону интеллектуальной компоненты (вложения в человеческий капитал) требуют от бизнеса постоянных затрат на повышение квалификации работников. Это, в свою очередь, диктует необходимость совершенствования защитных мер по предотвращению перетока квалифицированных кадров к конкурентам.

В России корпоративная социальная ответственность — явление достаточно новое. Государственные органы и бизнес еще не совсем понимают роль этого института и механизмы его действия. В исследованиях проблематики отмечается, что, по мнению чиновников, корпоративная ответственность — это забота об обществе, вернее, демонстрация этой заботы не на словах, а на деле. То есть корпоративная ответственность тождественна этой заботе. Под обществом в первую очередь понимается рабочий коллектив, а главным критерием проявления ответственности — выплата «белых» зарплат, что не лишает работников будущего. Чиновники акцентируют внимание на том, что для развития корпоративной ответственности можно

использовать налоговые льготы, доступ к льготным кредитам в качестве поощрений [6].

По опросам ВЦИОМ для большей части россиян социальная ответственность обозначает, помимо уплаты налогов, также активное участие бизнеса в решении социальных задач. Соответственно «объектами ответственности» являются как собственно работники компаний, так и жители регионов, и общество в целом. В сознании опрошенных главные задачи бизнеса сформулированы достаточно четко — это создание новых рабочих мест и предоставление дополнительного соцпакета работникам, строительство городских социальных объектов, благоустройство региона.

Характерным является восприятие корпоративной социальной ответственности среди групп населения с разными доходами. В исследовании Теодоровича М. Л. отражается следующее восприятие [15]:

1. Крайне бедные семьи чаще других связывают социальную ответственность с характеристиками внутренней деятельности предприятия, с его заботой о работниках. Доминирующими критериями в определении социальной ответственности для них являются, прежде всего, высокие заработные платы, преимущественно «белые», обеспечение своим сотрудникам социального пакета, отсутствие дискриминации малоопытной молодежи и соблюдение всех норм Трудового кодекса относительно беременных женщин.

2. Бедные семьи реже обращают внимание на формальные критерии социально одобряемой деятельности компании (ориентация на экономическое развитие территории, предоставляемые скидки и льготы, открытое общение с населением) и реализацию инициативных социальных программ. Для них, в первую очередь, социальная ответственность определяется через такие характеристики, как высокие заработные платы, наличие социального пакета, трудоустройство молодых женщин без детей, установление справедливых тарифов на услуги и товары и соблюдение прав беременных женщин.

3. В сознании малообеспеченных с риском бедности социальная ответственность чаще выступает как сочетание внутренних и внешних формальных критериев социально одобряемой деятельности: предприятие будет для них социально ответственным в случае предоставления социального пакета своим работникам и соблюдения экологической безопасности производства.

4. Малообеспеченные чаще определяют социальную ответственность через внешние социально одобряемые действия компании: экологически безопасное производство, справедливые тарифы на товары и услуги, а также предоставляемые скидки на товары и услуги слабозащи-щенным слоям населения.

5. Среднеобеспеченные стараются рассматривать социальную ответственность комплексно во внешних и внутренних ее проявлениях. Во внешней ориентации наиболее важными социально одобряемыми действиями бизнеса являются следующие характеристики: предоставление скидок и льгот на товары и услуги слабозащищенным слоям населения, инициация различных социальных и экономических программ развития территории, открытый диалог с населением, вплоть до оказания помощи и консультации потребителям при возникновении проблем и вопросов. К внутренней ориентации относят чаще высокие «белые» заработные платы, трудоустройство малоопытных выпускников, предоставление дополнительных льгот беременным и женщинам с детьми и соблюдение всех прав беременных женщин.

6. Отличительной чертой обеспеченных семей является их расплывчатое понимание социальной ответственности. Они не могут дать четкого определения этого феномена, а все предложенные им критерии воспринимались ими как желаемые, скорее, важные для компании. Так, среди, скорее, важных критериев наибольший отклик получили внешние характеристики социально одобряемого бизнеса: стремление донести до населения информацию о своей деятельности, заинтересованность в откликах потребителей о своей деятельности, поддержание социального развития территории и занятие благотворительностью, участие в общественных мероприятиях.

Компании должны быть жизненно заинтересованы в программах социальной ответственности, направленных на преодоление бедности. Если придерживаться рассматриваемых 6 групп по уровню доходов, то только обеспеченные граждане относительно лояльно рассматривают феномен социальной ответственности бизнеса.

Таким образом, в рамках стратегии преодоления бедности в России должны быть учтены следующие принципиальные моменты:

1. Необходимо пересмотреть подходы к определению минимального уровня оплаты труда с учетом мировых тенденций. Расчет минимальной заработной платы на основе прожиточного минимума является некорректным и консервирует сложившуюся в стране пропорцию бедных слоев населения. При расчете целесообразно учитывать уровень инфляции, среднюю заработную плату в экономике. Целевым ориентиром минимального уровня заработной платы должны стать 40-50% соотношения МЗП и среднемесячного заработка.

2. В России требуется пересмотр существующей системы налогообложения в части подо-

ходного налога, налоговых льгот для граждан и также отдельных налогов, влияющих на благосостояние. Целесообразно введение дифференцированной шкалы подоходного налога, при которой население с минимальным уровнем доходов вообще освобождается от уплаты подоходных налогов. Для обеспечение приемлемых стандартов жизни целесообразно введение налоговых вычетов для малоимущих при приобретение недвижимости, оплаты образования на уровне 100%.

3. Представляется целесообразным обеспечить постепенный переход от системы общей социальной помощи к адресной социальной поддержке бедных слоев населения

4. Необходимо совершенствование трудового законодательства для обеспечения его адаптивности к реалиям современной экономики. Применение новых форм трудовых отношений, таких, как срочные трудовые договоры, частичная и удаленная занятость обеспечит более эффективное использование трудовых ресурсов.

Литература

1. Авраамова, Е. М. Социальные драйверы, барьеры и риски модернизационного развития // Модернизация России: социально-гуманитарные измерения ; под ред. акад. Н.Я. Петракова / Российский государственный научный фонд ; Российская академия наук. — СПб. : Нестор-История, 2011.

2. Бобков, В. Российская бедность : измерение и пути преодоления // Общество и экономика, 2005, №3, С. 19037.

3. Боули, А. Очерки по социальной статистике. — М., 1925. С. 11084.

4. Горшков, М. К., Тихонова, Н. Е., Богатство и бедность в представлениях россиян // Социологические исследования. 2004. № 3. С. 16022.

5. Конституция РФ. URL : http://www.constitution.ru/

6. Корпоративная ответственность в понимании разных категорий населения : менеджеров, потребителей, чиновников и СМИ / По результатам исследования Ассоциации менеджеров «Корпоративная социальная ответственность : общественные ожидания». 2004.

7. Макоули, А. Определение и измерение бедности // Бедность : взгляд ученых на проблему. — М., 1994. С. 7016.

8. Мальтус, Т. Р. Опыт закона о населении. — М., 1895.

9. Маркс, К. Капитал. Т. 1. С. 441  772.

10. Прудон, П.-Ж. Бедность как экономический принцип. — М., 1908. С.10.

11. Римашевская, Н. М. Бедность и маргинализация населения // Социологические исследования, 2004, № 4. С. 33044.

12. Спенсер, Г. Социальная статистика : Ьзложение социальных законов, обуславливающих счастье человечества. — СПб., 1906.

13. Справочное пособие по истории немарксистской западной социологии /АН СССР. ПСИ. — М. : Наука, 1986. С.192.

14. Сычева, B. C. Измерение уровня бедности : история вопроса // Социс, 1996. № 6. С.1410149.

15. Теодорович, М. Л. Проактивная стратегия снижения бедности в России : партисипаторныи механизм реализации // Дис.... д.с.н. — Нижний Новгород, 2010,

16. Фридмен, М. Основы монетаризма = A Program for Monetary Stability : авторский сборник. — Изд-во ОТЕИСО, 2002.

17. Цветков, В. А., Елисеев, Д. О. Особенности регулирования оплаты труда : европейский опыт и российские реалии //Региональные проблемы преобразования экономики. 2012. № 3. С. 305 0 314.

18. Human Development Report 2013. The Rise of the South : Human Progress in a Diverse World. URL : http://hdr. undp. org/en/media/HDR_2013_R U.pdf

19. Lipton, Michael, Poverty, Undernutrition, and Hunger //World Bank Staff.

20. Working Paper 597. World Bank, Washington, D C ,1983. P. 45046.

21. Townsend, Peter, Poverty in the United Kingdom harmonsworth : Penguin Books, 1979. P. 1400 1 76.

22. URL : http://www.e1.ru/news/spool/news_id-381040

23. Дохолян С. В., Петросянц В. З. Концептуальные основы стратегии регионального развития [текст] //Региональные проблемы преобразования экономики. 2011. № 3. С. 17.