Интерпретации и категории политического дискурса

В. Л. Оксогоев,

каф. политологии и социологии, БГУ

ИНТЕРПРЕТАЦИИ И КАТЕГОРИИ ПОЛИТИЧЕСКОГО ДИСКУРСА

Научные интересы: политическая лингвистика, политология, филология.

В статье рассматриваются интерпретации, трактовки, основные подходы к пониманию понятия «политический дискурс» в современной науке. Также в статье охватываются основные категории политического дискурса

V. Oksogoev, BGU

INTERPRETATIONS AND CATEGORIES OF POLITICAL DISCOURSE

The article presents a study of contemporary interpretations, understandings, and major approaches to the notion of political discourse. The article also covers basic categories of political discourse

* * *

Проблематика политического дискурса является одной из наиболее актуальных в современной политической науке. Интерес исследователей к данной теме объясняется тем, что изучение политического дискурса позволяет создавать четкую картину закономерностей, тенденций и характеристик политического процесса. Междисциплинарный характер политического дискурса также способствует повышению интереса исследователей к данной проблеме.

Эта статья посвящена рассмотрению различных интерпретаций и категорий политического дискурса в современной науке.

Современный научный аппарат оперирует множеством трактовок понятия «дискурс», что свидетельствуют о

существующих противоречиях в интерпретациях и трактовке понятия «дискурс». Во многом это обусловлено сравнительной новизной научной проблемы. Общеизвестно, что междисциплинарные исследования дискурса начались лишь во второй половине XX в. Дискурс представляет собой довольно сложное, многоаспектное явление, имеющее неоднозначный характер и допускающее множество подходов к своему пониманию.

Можно привести некоторые определения термина, данные известными учеными. Например, исследователь П. Серио выделяет восемь значений термина «дискурс»: 1) эквивалент понятия «речь» (по Ф. Соссюру), т.е. любое конкретное высказывание; 2) единица, по размерам превосходящая фразу; 3) воз-

действие высказывания на его получателя с учетом ситуации высказывания; 4) беседа как основной тип высказывания; 5) речь с позиций говорящего в противоположность повествованию, которое не учитывает такой позиции; 6) употребление единиц языка, их речевая актуализация; 7) социально или идеологически ограниченный тип высказываний; 8) теоретический конструкт, предназначенный для исследований условий производства текста [1. С. 26-27].

В.Н. Герасимов и М.В. Ильин приводят основанное на экстралингвис-тических критериях определение Я. Мея, который считал, что дискурс - это то, что остается после того, как с текста срываются все языковые украшения. Дискурс, по мнению исследователя, формируется и формуется нашим мышлением, нашим разумом [2. С. 62].

Также можно привести определение дискурса, данное Т. Ван Дейком. Дискурс, по Ван Дейку - это коммуникативное событие, происходящее между говорящим и слушающим (наблюдателем и др.) в процессе коммуникативного действия в определенном временном, пространственном и прочем контексте [3. С. 20].

А.В. Дука определил понятие «дискурс» как социальный диалог, происходящий посредством и через общественные институты между индивидами, группами, а также и между самими социальными институтами, задействованными в этом диалоге [4. С. 14].

В отечественной науке существуют две крупные школы, изучающие дискурс - московская и волгоградская. Основоположником московской школы является В.И. Тюпа. Московская школа опирается на классическое, приведенное нами выше [3. С. 20], вандейковское определение дискурса,

Волгоградская школа, возглавляе-

мая В.И. Шаховским, исходит из определения дискурса Н.Д. Арутюновой, вошедшего в Большой энциклопедический словарь (Серия «Языкознание»). В нем дискурс определяется как связный текст в совокупности с экстралингвис-тическими - прагматическими, социокультурными, психологическими и другими факторами; текст, взятый в событийном аспекте; речь, рассматриваемая как целенаправленное социальное действие, как компонент, участвующий во взаимодействии людей и механизмах их сознания (когнитивных процессах) [5. С. 136-137].

Для политических наук характерно более узкое понимание термина «дискурс». Можно привести некоторые определения политического дискурса, данные отечественными исследователями. Так, Е.И. Шейгал считает, что политический дискурс - это институциональное общение, использующее систему профессионально ориентированных знаков, происходящее в ситуативном контексте. Политический дискурс рассматривается как «подъязык + текст + контекст» [6. С. 23]. Исследователь Н.А. Герасименко определяет политический дискурс как сумму речевых произведений в паралингвистическом контексте политической деятельности, политических взглядов и убеждений, включая ее негативные проявления (уклонение от политической деятельности, отсутствие политических убеждений) [7. С. 20].

А.Н. Баранов определяет политический дискурс как совокупность дискурсивных практик, идентифицирующих участников политического дискурса или формирующих конкретную тематику политической коммуникации [8. С. 246]. Н.Г. Храмцова приводит следующее определение дискурса: общение, основная интенция которого - борьба за власть [9. С. 23]. Е.О. Опарина считает, что по-

литический дискурс - это совокупность текстов, созданных и создаваемых для коммуникации в сфере общественнополитической деятельности [10. С. 20]. О.Ф. Русакова определяет политический дискурс как любой знак (вербальный или невербальный), выполняющий определенную функцию в политической коммуникации [11. С. 5]. Подобные подходы и определения характерны для так называемого широкого понимания дискурса.

Политический дискурс в узком смысле - это дискурс политиков. Подобное мнение лежит в основе парадигмы Т. Ван Дейка, по мнению которого, политический дискурс определяется как ментальная репрезентация политических структур, событий, акторов, групп, процессов [12. С. 205].

Помимо узкого и широкого подходов к пониманию политического дискурса, существуют иные подходы. В статье «Политическая дискурсология: предметное поле, теоретические подходы и структурная модель политического дискурса» О.Ф. Русакова и Д.А. Максимов выдвигают положение о том, что ведущими направлениями в исследованиях политического дискурса являются критический и постмодернистский дискурс-анализ [13. С. 28].

Как считает Е.М. Левинтова в исследовании «Политический дискурс в постсоветской России (1992-2001 гг.)», в современной литературе существуют два подхода к анализу дискурса. Согласно первому, дискурс является искусственно созданным продуктом, цель которого -представить социально сконструированные отношения, нормы и модели поведения в качестве «естественных» и «объективных». Это делается в интересах правящих элит. Согласно второму, дискурс - это связующее звено между идеями и собственно действиями. Соответст-

венно, дискурс имеет некие объективные источники и параметры и является важным объектом анализа. По мнению исследователя, гораздо большее число ученых придерживается именно второй точки зрения [14. С. 16-25].

Говоря о целях политического дискурса, можно привести мнение Г.А. Наминовой. На примере реформирования уголовного судопроизводства автор показала, что политический дискурс является эффективным способом управления процессом проводимых реформ, позволяющим верно, своевременно и рационально прогнозировать тенденциозные направления развития страны. Дискурс служит механизмом формирования общественного мнения и способствует институционализации и легитимизации общества, более полной легитимации различных ветвей государственной власти [15. С. 212].

Н.М. Мухарямов и Л.М. Мухаря-мова целью политического дискурса видят предписывание определенной модели поведения и говорения, притязающей на коммуникативную общезначимость [16. С. 52].

Основными функциями политического дискурса по классификации, данной Е.И. Шейгал, являются:

1) интеграция и дифференциация групповых агентов политики (сплочение / отчуждение);

2) развитие конфликта и установление консенсуса (агональность и гармонизация отношений участников политического процесса);

3) осуществление вербальных политических действий и информирование о них (акциональная и информационная функция; осуществление политических действий и информирование о них);

4) создание «языковой реальности» поля политики и ее интерпретация

(функция интерпретации и ориентации);

5) манипуляция сознанием и контроль за действиями политиков и электората (контролирующая и регулятивная функции) [17. С. 5, С. 11].

О.Ф. Русакова и Д.А. Максимов приводят следующие функции политического дискурса, выведенные ими из анализа существующей научной литературы:

1) конструирование и деконструирование социально-политического образа мира;

2) регулирование, распределение и воспроизводство властных отношений;

3) формирование социальных, политических и идеологических идентичностей;

4) артикуляция социальных притязаний, интересов, ценностных ориентаций в конкурентной борьбе на политическом рынке [13. С. 29].

Здесь же можно привести классификацию функций политического дискурса, данную О.Ф. Русаковой и Д.А. Максимовым, создавшими ее на основе структурно-функционального подхода. Функции политического дискурса, по их мнению, следующие:

1) культурно-символической интерпретации власти;

2) смыслопорождения и идентиф-кации;

3) коммуникативного и эмоционального доминирования [13. С. 40].

Е.И. Шейгал отмечает, что политика является совокупностью речевых действий, а политический дискурс имеет полевое строение. В его центре находятся те жанры, которые в максимальной степени соответствуют основному назначению политической коммуникации - борьбе за власть. Таким образом, центральными жанрами политического дискурса являются парламентские дебаты, речи политических деятелей (дис-

курс в узком смысле). В периферийных жанрах политического дискурса функция борьбы за власть смешана с функциями других видов дискурса. При этом имеет место наложение характеристик разных видов дискурса в одном тексте. Так, дискурс политический может пересекаться с педагогическим, юридическим, рекламным, религиозным, спортивно-игровым [18. С. 22-28].

Для политического дискурса характерно то, что в нем важную роль играет манипулирование, использование стилистических средств языка. К важным особенностям политического дискурса Е. А. Попова относит то, что политики часто пытаются завуалировать свои цели, используя номинализацию, эллипсис, метафоризацию, особую интонацию и другие приемы воздействия на сознание электората и оппонентов [19. С. 143-152].

Говоря о категориях дискурса, можно привести классификацию, предложенную В.И. Карасиком. Выделяют следующие категории дискурса:

1) конститутивные, позволяющие отличить текст от нетекста (относительная оформленность, тематическое, стилистическое и структурное единство и относительная смысловая завершенность);

2) жанрово-стилистические, характеризующие тексты в плане их соответствия функциональным разновидностям речи (стилевая принадлежность, жанровый канон, клишированность, степень амплификации / компрессии);

3) содержательные (семантикопрагматические), раскрывающие смысл текста (адресативность, образ автора, информативность, модальность, интерпретируемость, интертекстуальная ориентация);

4) формально-структурные, характеризующие способ организации текста

(композиция, членимость, когезия). Автор классификации называет каждую из названных категорий единицей более общего плана для более частных категорий [20. С. 185-197].

Существует также аппарат дискурс-категорий, актуальных в контексте электоральных исследований, составителем которого является белорусский исследователь И.Ф. Ухванова-Шмыгова, выделяющая тридцать категорий политического дискурса, среди них: самоидентификация, время, пространство - проецирование себя в пространстве: географическом (местный

или глобальный уровень) или модальном (реальность / виртуальность), аудитория, направленная информация, контакт с аудиторией, миссия, корреляция миф - реальность, коммуникативная стратегия, риторическая практика, дискурсная практика, атрибутивность, деятельность, интертекстуальность, интерсобытийность, интерсубъектность, лингвистический статус, энциклопедические знания, правильность речи - маркированность нормативных или ненормативных форм речи, вариант языка -использование исторически маркированного языкового кода, специальная терминология, стилистический диапазон, интерактивность, невербальное поведение, открытость / закрытость, степень активности адресанта в коммуникации и др. [21].

Рассмотрев различные точки зрения на такое сложное явление, как политический дискурс, мы считаем, что оптимальное определение политического дискурса для проведения прикладных исследований в этой области было дано Е.И. Шейгал (политический дискурс как происходящее в ситуативном контексте институциональное общение, использующее систему профессионально ориентированных знаков). Подобное

определение учитывает категории ин-ституциональности, ситуативности и коммуникативности.

На основании изученного материала можно сделать вывод о том, что изучение политического дискурса является важной и перспективной составляющей современной науки. Очевидной является необходимость междисциплинарного подхода к проблематике политического дискурса. Изучение политического дискурса с позиций междисциплинарности предполагает объединение методов таких наук, как семиотика, лингвистика, социология, антропология, филология, история и т.д.

Определение интерпретаций и основных категорий политического дискурса является базой для дальнейшего изучения проблематики этого сложного и многогранного явления.

Опираясь на аналитическое обобщение подходов, сделанное О.Ф. Русаковой, мы считаем, что постмодернистский дискурс-анализ может служить базой для решения ряда важных общефилософских проблем, стоящих перед современной наукой вообще и дискурсо-логией, в частности. Что касается критического дискурс-анализа, то он, по нашему мнению, является незаменимым способом решения проблем, связанных с непосредственным функционированием политики и ее языка. В частности, методы критического дискурс-анализа могут быть использованы для изучения дискурса средств массовой информации, а также иных видов дискурса.

ЛИТЕРАТУРА

1. Серио П. Как читают тексты во Франции / П. Серио // Квадратура смысла: Французская школа анализа дискурса: Пер. с фр. и португ. - М., 1999. -С. 26-27.

2. Герасимов В.Н. Политический дискурс-анализ / В.Н. Герасимов, М.В. Ильин // По-

литическая наука. - М., 2002. - № 3. - С. 62.

3. Дука А.В. Политический дискурс оппозиции в современной России / А.В. Дука // Журнал социологии и социальной антропологии. - СПб., 1998. - Т. 1. - № 1. - С. 14.

4. Дискурс // Языкознание. Большой энциклопедический словарь / Гл. ред.

B.Н.Ярцева. - 2-е изд. - М., 2000. - С. 136137.

5. Шейгал Е.И. Семиотика политического дискурса / Е.И. Шейгал // РАН. Институт языкознания. - М., Волгоград, 2000. - С. 23.

6. Герасименко Н.А. Информация и фас-цинация в политическом дискурсе / Н.А. Герасименко // Политический дискурс в России. 1. Материалы рабочего совещания. - М., 1998. - С. 20-23.

7. Баранов А.Н. Введение в прикладную лингвистику / А.Н. Баранов. - М., 2001. -

C. 246.

8. Храмцова Н.Г. Манипулятивные характеристики политического дискурса (на примере предвыборной кампании в Курганской области) / Н.Г. Храмцова // Вестник Евразии. - М., 2001. - № 4. - С. 23.

9. Опарина Е.О. Метафора в политическом дискурсе / Е.О. Опарина // Политическая наука. Политический дискурс: история и современные исследования: сб. науч. тр. -М., 2002. - С. 20.

10. Русакова О.Ф. Дискурс-анализ в современных политических исследованиях. http://epsn.org.ru/Content/Conferences/Papers 2004ZRusakova.pdf

11. Русакова О.Ф. Политическая дискурсо-

логия: предметное поле, теоретические

подходы и структурная модель политического дискурса / О.Ф. Русакова, Д. А. Максимов // Полис. - М., 2006. - № 4. - С. 2643.

12. Левинтова Е.М. Политический дискурс в постсоветской России (1992-2001 гг.) / Е.М. Левинтова // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные

перемены, 2002. - № 2. - C. 16-25.

13. Наминова Г.А. Роль политического дискурса в реформировании уголовного судопроизводства России / Г.А. Наминова // Политическая коммуникация в постсоветской России: проблемы формирования и парадигмы развития. Материалы секции «Политическая коммуникация» Третьего всероссийского съезда политологов. 28-29 апреля 2003 г. - М. - Улан-Удэ, 2003. - С. 204-212.

14. Мухарямов М.Н. Политическая лингвистика как научная дисциплина / М.Н. Мухарямов, Л.М. Мухарямова // Политическая наука. - М., 2002. - № 3. -С. 44-60.

15. Шейгал Е.И. Семиотика политического дискурса: автореф. дисс. ... д. филол. наук / Е.И. Шейгал. - Волгоград, 2000. - С. 5-11.

16. Шейгал Е.И. Структура и границы политического дискурса / Е.И. Шейгал // Филология - Philologica. - Краснодар, 1997. -

С. 22-28.

17. Попова Е.А. Политический дискурс как предмет культурно-лингвистического изучения / Е.А. Попова // Языковая личность: проблемы значения и смысла: сб. науч. тр. -Волгоград, 1994. - С. 143-152.

18. Карасик Е.И. О категориях дискурса / Е.И. Карасик // Языковая личность: социолингвистические и эмотивные аспекты: сб. науч. тр. - Волгоград - Саратов, 1998. - С. 185-197.

http://www.vspu.ru/~axiology/vik/vikart6.htm.

19. Ухванова-Шмыгова И.Ф. Речевой портрет политического лидера: новые подходы в рамках дискурс-исследований. http://filologija.vukhf.lt/102/uchvan.htm

20. Dijk T.A. van. Ideology: A multidisciplinary approach. L., 1998. P. 20.

21. Dijk T.A. van. Political Discourse and Political Cognition. - Chilton P., Schaffner C. (eds) Politics as Text and Talk: Analytic Approaches to Political Discourse. Amsterdam. P. 205.