Целевые ориентации социального поведения

Раздел IV

СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЕ И ПСИХОЛОГО-ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

УДК 316.62 © Ю. Л. Кролевец

Ю. Л. Кролевец ЦЕЛЕВЫЕ ОРИЕНТАЦИИ СОЦИАЛЬНОГО ПОВЕДЕНИЯ

Статья посвящена социальному и философскому осмыслению направлений социального поведения в современном обществе, которые представлены в виде ориентаций поведения индивида в различных условиях ориентаций и потребностей. Показано, что поведение индивида формируется по воздействием социально-экономических и культурных факторов. Главное достоинство - феномен человека оценивается через оценку его модели социального поведения в социуме по средствам частных категорий- ценности, вознаграждение, потребности, интересы.

Ключевые слова: социальное поведение, рациональность, жизнедеятельность, целерациональ-ные действия, интерес, социальные роли, социальная позиция.

Анализ современного социального поведения обращен к проблематике рациональных оснований.

В философском смысле господствующие теоретические представления являются не единственно возможными инструментами предсказания и контроля (причем, сами теории не имеют большого значения для фиксации реальностей, на которые распространяется их господство) [7, с. 117]. Это значит, что отсутствует развитая ориентация осуществлять смысловые заключения за рамками «данных» феноменов, в частности, обнаруживается тяга к фактическим проявлениям, которые можно эффективно интегрировать с позиций сегодняшних дней.

Со стороны «понимающей социологии» акцентируется процессуальность социальной реальности, утверждается личностная природа социальных объектов (соответственно ставится под сомнение объект-субъектной схемы взаимодействия, и познавательный интерес переносится на возможность определения объекта со стороны субъекта) [3, с. 12-14]. Это значит, что «рамка личности», поиск «взаимных перспектив» предполагают, что целерациональное действие переживается в сменяющих друг друга в «настоящем времени» формах, в преодолении фиксированности и «очевидности» схематик.

Но здесь возможен другой вектор в направлении культурной традиции как организующей основы понимания «другого», делающей возможным признание индивидуальной целостности субъекта. В этом случае переживание роли требует «понимающего соотнесения» возможностей своих действий с предполагаемыми поступками партнеров (контрдействий или контрпозиций), что порождает, согласно

М.Веберу, «смысловую связь поведения». В центре внимания— социальное действие, которое, как подобное поведению, может быть целе-рациональным, ценностно-рациональным, традиционным.^, с.471]

Ориентации социального поведения как отношении одного миропонимания к другому, привнесении в социальные действия субъективной компоненты, переходе из одного социокультурного мира в другой. Непосредственно целерациональные действия позволяют дополнительно вносить контролирующие моменты и учитывать практически направленный интерес контрагентов. С одной стороны, возможно понимание внутреннего мира другого через «извне» наблюдаемую феноменальность, с другой -в постоянном расширении жизненных контекстов реализуется возможности их новой переинтерпретации.

В конкретном анализе социального поведения понятие «программированное общество» фиксирует информационную реальность постиндустриального периода, в котором возрастающую роль приобретают социально-коммуникационные роли.[2, с.800-801] Их программирование в формах обеспечения (поддержки) становится сущностным выражением социальной реальности и — соответственно — в принципиально новых масштабах осуществляется информационный характер поведения (например, как информационно-коммуникативных потоков).

В отношении межролевого поведения происходит качественное изменения его характера. Это изменяет социальную жизнь, придает ей самоорганизующий характер, усиливает культурно-поведенческие модели и ценностные

предпочтения. В результате расширяются адаптационные возможности социальных действий, усиливается приспособляемость различных структур к социокультурным и техно-коммуникативным подсистемам.

Сегодня трансформации российского общества рассматриваются в контексте деятель-ностно-активистской методологии. «Успешность» прагматизированных усилий связывается либо со «счастливыми обстоятельствами», либо «с попранием нравственных основ». «Рациональность вещей» борется с «иррациональностью потребностей», и в результате имеет место непосредственно переживаемая противоречивость подобного соединения. В этом случае техническая система устремляется в сферу культуры, которая ставит под сомнение ее объективный, внеличностный характер. Соответственно гуманистический подход выявляет смыслы коммуникативной взаимосвязи и критикует внутренний смысл практической системы.

В современных условиях кризис рационализма связан с потерей своей значимости классической метафизикой как устойчивых, аксиоматически-всеобщих схем и очертаний деятельности. Сегодня важны сочетания опосредованно-непосредственных взаимоотношений в новых горизонтах социального бытия, пространственно-временных координатах. Рационализирующее сознание следует ориентировать на взаимо-увязывание различий, взаимо-согласие, между-мирие субъектов. Прежде всего «высокую рациональность» следует сопоставить с самостоятельным образом действий.

Опытный специалист является представителем особого социального слоя. Прежде всего, в обладании следующих характеристик: приобретение положения в системе занятости на основе теоретических, узкоспециальных знаний; соответствующее образование и обучение особым навыкам, вплоть до «секретов мастерства» в духе органической синтетичности; особая, почти привилегированная компетентность: приверженность профессионально-этическому кодексу поведения в реализации последующей идентичности; ассоциативная включенность в профессионально-деловые связи, жизнедеятельности организации.

От этих характеристик зависит профессиональный престиж или статус как значимость и авторитет конкретного лица, уважение и влияние осуществляемой деятельности. Оценка социальной значимости профессии влияет на характер самоопределения и в последующем определяет социальную мобильность как возможно-

сти перехода из одного профессионального пласта в другой в «подъемах и спусках».

Вместе с тем, в зависимости от направления социально-профессиональных перемещений имеет место открытая и скрытая деградация личности работников. В первом случае возрастает количественная информированность, во втором — усложнение профессионально-квалификационной структуры не сопровождается принципиальным ростом мастерства, органически профессиональным совершенствованием навыков работы.

В социально-философском смысле специалист-профессионал должен быть ориентирован на вхождение в широкие социальные общности, усвоение универсальных и более конкретных нравственно-этических ориентаций. От этого зависит истинное качество профессионализма, которое оказывается в тесной зависимости от базовых теоретических знаний, творческого метода и структур мастерства.

Можно утверждать, что мыслительная культура человечества предполагает более адекватные средства и формы, чем простое приобщение к «новому старому» или выводам о культурной «исчерпанности» опыта человечества. В современных условиях по-прежнему существует развитое состояние рациональных основ жизнедеятельности.

С одной стороны, рассудочное отношение к миру постоянно переступает границу рационального; с другой стороны, неадекватность рассудка выступает как форма иррационального. При этом его источником является малопредсказуемая предметно-практическая деятельность, особенно в своих негативных последствиях, как, например, диссонансные отношения между рациональным проектированием и их завершением, рациональным расчетом и реальным воплощением.

В данном отношении жизненное поведение может быть выведено из под «юрисдикции» всеобщей морали в экзистенциальном смысле, когда при выборе моральных установок человек творит самого себя.[4, с. 64-65]

Но в современных условиях возникает культурно-историческая потребность в глобальной переориентации разума. Это, по мнению Ф.В. Лазарева, реализуется в форме осмысления «новых стратегий рациональности». При этом поиск нового образа рациональности подразумевает принципиально иные императивы развивающегося разума и открытие новых потенциалов «разумения». В трансформированных пределах разум должен стать препятствием для разви-

тия негативных массовидных явлений (когда «чистая» рациональность ассоциируется с вековечной мудростью человечества). «Внешняя» разумность существования должна уступить место «внутренней» гармонизации мира, практико-ванию многовекового опыта разумения.

Одновременно развивается коммуникация разносредового порядка, когда один субъект находится «внутри», другой — «извне» пространства межролевой связи. Крайний случай — нахождение субъектов сообщения в разных интервалах как «своих» собственных психосоциальных миров.

Так, в системе современных рыночных отношений, развитии бизнеса предполагается система вознаграждений, связанных с мотивом достижений личности и соответствующим престижем. Относительное постоянство карьерных достижений обеспечивается ростом гарантированного влияния в обществе, которое расширяет возможности распоряжаться его материальными ресурсами и распространять социальное влияние. Полнота гарантий успеха определяется стабилизацией ценностных действий в сферах успех во власти, в экономической жизни, в карье-ре.[5, с. 120] Именно ими определяются взаимовлияние и конкретное усиление каждой. Так, продвижение по властным коридорам обеспечивает успешность и эффективность экономической деятельности, и наоборот, всеобъемлющий характер карьеры способна перекрывать вышеуказанные аспекты. При этом положение во власти предопределяет успешность действий на основе ожидаемой реакции окружающих, должностных лиц и подконтрольных статусов (непосредственные индивидуальные реакции не играют существенной роли).

Фактор переменчивости делового успеха предполагает учет гарантий безопасности и постоянства. Действующие индивиды стремятся к участию в тех сферах жизнедеятельности, которые гарантируют контроль над действиями окружающих. Это предполагает определенное «господство» или монополизацию, которые предполагают объективный предел и ограничиваются.

Важно то, что на личностном уровне в условиях экономического господства получают развитие новые подконтрольные формы поведения. Действия человека связаны с прямыми общественными и прагматическими интересами.

На современной основе Э. Эриксон полагает, что в процессе межличностного взаимодействия люди должны руководствоваться императивным правилом: «Поступай по отношению к

другому так, чтобы это могло придать силы другому и тебе». Вместе с тем понятно, что простое постулирование абстрактного принципа не проясняет, а только просвещает современного человека в отношении историко-философской традиции. Сегодня выбор человеком поведенческих поступков определяется конкретным нормативным содержанием. Одновременно личность способна избирать социальную позицию в виде общечеловеческой нормы и готова принять на себя все последствия подобного поведения (хотя речь, естественно, идет об особых случаях, «пограничных ситуациях»).

Когда человек оказывается (или поставлен) в ситуацию безысходности, проблематично говорить о нравственности. Но процесс взвешивания обстоятельств, возможностей может привести к тому, что он поступает вопреки доводам разума и склоняется в пользу нравственного решения. Поступок представляет собой единство сознания и действия, действие соединяет в себе направляющее сознание и объективную компоненту, как само внешнее действие.

Капиталистическое развитие экономики создает целостную систему социальной взаимозависимости, приводит к доминированию экономических факторов среды, что устраняет «пробелы» в структуре предсказуемого поведения, и соответственно косвенный контроль путем культивации традиционализма уступает место «просчитыванию», «формированию» опти-мумов поведения (что соответствует рационально понятным интересам социальных индивидов). Причем, данный план взаимоотношений распространяется на иррациональные аспекты поведения. Там, где ранее властные структуры, обнаруживали свою недееспособность, начинает преобладать доминация личной заинтересованности участников взаимосогласованных действий.

Мысли М. Вебера о взаимосвязи нравственных сторон жизнедеятельности и экономики более диалектичны, чем у прямых приверженцев новой системы хозяйствования.

С одной стороны, насквозь утилитарный и своекорыстный человек, есть проявление духа капитализма, с другой стороны, его поведенческие реакции следует расшифровывать как слепок хозяйственно-этических отношений.

Современное осмысление преимуществ капитализма неизбежно склоняется в пользу «энергичного перехода» к более позитивному социальному устройству, в котором рыночная организация должна соответствовать адекватным формам политико-идеологического и социокультурного устройства. В месте с тем, необ-

ходима социально- человеческая подготовленность к новым внутриорганизационным отношениям в границах современной рыночно-капиталистической реформы.

Отсюда - усиление культурно-этического фундамента индустриальных преобразований и вариативность моделей современного экономического хозяйства.

Таким образом, социальное поведение следует рассматривать, во-первых, в социально-историческом плане как результат изменения деловой жизнедеятельности, появление новых социальных структур и общностей системы ценностей и типов взаимодействия, социальных форм и средств общения. Во-вторых, объяснение поведенческих ориентаций обращено к системе функционирования и развития социальной системы в целом, в сферах групповой и индивидуальной жизнедеятельности, в качественном своеобразии структур нового общественного организма, соотносительности сфер жизнедеятельности (экономической, социальной, культурной, духовной, нравственной).

В результате социальное поведение как целостное явление формируется под воздействием совокупности условий жизнедеятельности, интегрирует характерные особенности исторически-конкретного периода, специфические особенности развития экономических факторов, социальной политики, идеологических установок, социальной направленности преобладающих типов общения, характера и атмосферы повседневного существования (привычки, склонности, традиции, общественные манеры, формы социальных взаимосвязей). При этом важно обнаружить их специфическое преломление и проявление в социальном поведении, установить взаимосвязи с существенными сторонами жизни общества, выявить конкретно-всеобщую зависимость его форм от объективных условий существования. Это обращает к анализу «экономических разновидностей» людей (по выражению К.Маркса) [6, с. 308-309], социальных форм тру-

довой деятельности, в том числе различные отклонения от общепринятых норм и регламентов, инструментально-статусных функций. Но необходим анализ радикального преобразования всей системы общественных отношений как главенствующей формы общения людей в данном социуме.

Конкретные индивиды не свободны в выборе поведенческих норм и стереотипов как сложившихся форм выражения социальных связей, принадлежат к различным социально-статусным группам. Это подчеркивает значимость характера общественной системы, взимо-отношений личности и общества, преобладающими социальными связями, уровнем духовной жизни и культурного фонда социума необходимо выявление конкретной социальной обстановки, в границах которых «живые личности» осуществляют свои действия. Социальное поведение в «снятом» виде втирает материально-вещественные и духовно-культурные компоненты среды, набор привычек, склонностей, манер, формы жизнедеятельности слоев и групп. Социальное поведение может быть приравнено к общественному состоянию в целостности его непосредственного развития.

Образцы поведения не повторяются в «чистом» виде и по этой причине выступают формах фирменных знаков. Традиционное поведение привилегированных слоев поддерживается средствами массовой культуры и СМИ. Универсальное общение индивидов не было реализовано в рамках псевдоколлективности, иллюзорных форм взаимопомощи и взаимоподдержки.

Проведенный анализ показывает необходимую значимость социально-философского понимания частных аспектов социального поведения, трактовок феномена человека, позволяет отделить конкретно-ситуативное понимание моделей поведения (в терминах общения, вознаграждения, ценностей, потребностей) от его универсальных смыслов.

Библиографический список

1. Вебер, М. Избранное. Протестантская этика и дух капитализма [Текст] / М.Вебер. - М., 2006. - 634 с.

2. Бабосов, Е.М. Программированное общество [Текст] / Е.М. Бабосов // Социология. Энциклопедия. - Минск: Изд-во Бриз, 2003. - 986 с.

3. Ионин, Л.Г. Понимающая социология (историко-критический анализ) [Текст] / Л.Г. Ионин. -М., 1979. -342 с.

4. Клюзова, М.Л. Этика как апология жизни (от рационализма к экзистенциализму) [Текст] / М.Л. Клюзова // Вопросы философии. -2005. -№10. - 267 с.

5. Манхейм, КО природе экономических амбиций и значение этого феномена в социальном воспитании человека [Текст] / Манхейм К. // Очерки социологии знания. Проблема поколений - состязательность - экономические амбиции. - М., 2000. - 357 с.

6. Маркс, К. Соч. 2-ое издание. Т.20. [Текст] / К.Маркс, Ф.Энгельс. - М., 1967. - 527 с.

7. Фуллер, С. Карл Поппер и воссоединение левого рационализма [Текст] / С.Фуллер // Вопросы философии. - 2004. - №7. - 217 с.

TARGET ORIENTATION OF SOCIAL BEHAVIOR

Yuriy L. Krolevets,

associate Professor, Siberian institute of business and information technologies

Abstract: is paper is devoted to the social and philosophical reflection directions of social behavior in modern society, which are presented in the form of orientations of individual behavior in different conditions orientations and needs. It is shown that the behavior of an individual is formed by the impact of socioeconomic and cultural factors. Main phenomenon assessed through the evaluation of the model of social behavior in society by means of private kategoriy- value, reward, needs, interests.

Keywords: social behavior, rationality, livelihoods, tseleratsionalno actions, interests, social roles, social position.

Сведения об авторе:

Кролевец Юрий Леонидович - кандидат философских наук, доцент кафедры социально-гуманитарных дисциплин и иностранных языков Сибирского института бизнеса и информационных технологий (г. Омск, Российская Федерация), e-mail: krolly@list.ru. Статья поступила в редакцию 01.10.2014.