Эндопротезирование - новый шанс для плечевого сустава

Эндопротезирование - новый шанс для плечевого сустава

Ортопедия

Артак Чарчян

Травматолог-ортопед. Заведующий 2-м травматологическим отделением ГКБ им. Ф.И. Иноземцева. К.м.н.

Александр Ванин

Травматолог-ортопед. Аспирант кафедры РМАНПО

М. Бессараб:

Здравствуйте, дорогие зрители, в эфире канал «Медиадоктор» и программа «Травмпункт», в эфире я, ее ведущий, Максим Бессараб. Сегодня в программе поговорим об очень важной и интересной теме – это серьезные травмы и заболевания плечевого сустава. Осветить эту тему мне помогут два моих гостя, эксперты в этой области. Это врач травматолог-ортопед, заведующий травматологическим отделением больницы имени Иноземцева Артак Михайлович Чарчян. Второй мой гость – врач-аспирант кафедры РМАНПО, тоже врач-травматолог Александр Александрович Ванин. Здравствуйте.

Артак Чарчян:

Здравствуйте.

А. Ванин:

Здравствуйте.

М. Бессараб:

Первый вопрос хотелось бы адресовать Александру Александровичу. Как мы знаем, плечевой сустав очень важен в жизни человека. Расскажите вкратце для тех, кто не очень знаком с медициной, в чем же его основная суть, кратко, может, об анатомии этого сустава, и что бывает, когда нарушается работа этого сустава.

А. Ванин:

Да, действительно, плечевой сустав играет в теле человека огромную роль. Это единственный сустав в теле человека, который обладает огромным объемом движения по сравнению с другими суставами, и этот огромный объем движений связан с тем, что у него очень сложная анатомия. Плечевой сустав образован плечевой костью, лопаткой и ключицей. Сверху плечевой сустав покрыт большой дельтовидной мышцей, которая его как бы прикрывает. К головке плечевой кости подходят сухожилия, которые выполняют очень важную роль.

Первое сухожилие – это сухожилие подлопаточной мышцы, подостной, сзади у нас подлопаточное, надостное и круглое сухожилия. Все они выполняют роль стабилизаторов плечевого сустава и выполняют ротационные движения и движения его в пространстве. Соответственно, данная сложная структура при ее повреждениях и каких-то изменениях заставляет человека нарушать свои бытовые действия, будь то простой человек, либо спортсмен, он может чувствовать себя некомфортно в повседневной жизни. Это очень важно, потому что люди должны выполнять свои бытовые действия безболезненно и с комфортом.

Плечевой сустав – это единственный сустав в теле человека, который обладает огромным объемом движения по сравнению с другими суставами

М. Бессараб:

Действительно, это очень важный сустав, и когда он у нас не болит и не поврежден, то мы даже практически не замечаем его существования. Но как только происходит какой-либо сбой, сразу нарушаются движения, и даже самые повседневные бытовые действия, действия по самообслуживанию человека нарушаются, и он обращается к врачу. Поэтому эта проблема настолько актуальна сейчас, что большинство ученых и врачей в мире создали целые группы, которые изучают функции, биомеханику и патологии плечевого сустава и борются с этой проблемой, чтобы помочь такой категории граждан, которые страдают от этой патологии.

Теперь мне хотелось бы обратиться к Вам, Артак Михайлович. Вы – человек с большим опытом в лечении острой травмы и ортопедических заболеваний, давно занимаетесь эндопротезированием суставов и эндопротезированием плечевого сустава в частности, Вы часто видите пациентов с патологией плечевого сустава, и мне хотелось бы у Вас спросить, какие наиболее частые травмы, с чем люди чаще всего обращаются?

Артак Чарчян:

Особенность плечевого сустава заключается в том, что главным образом в этом суставе происходят движения с самой большой амплитудой, с чем и связана частота возникновения травм. В больнице имени Иноземцева, где я работаю, травматологическое отделение принимает в основном больных с острой травмой. Чаще всего мы имеем дело с переломами проксимального отдела плечевой кости у контингента пожилого и старческого возраста, поскольку переломы в этой части происходят у людей ослабленных, у которых костная ткань теряет свою прочность с годами.

На втором месте по частоте среди повреждений сустава находятся повреждения мышц, окружающих плечевой сустав. Это короткие мышцы, которые подробно перечислил мой коллега. Мышцы эти играют большую роль в двигательной функции плечевого сустава, являясь стабилизатором и создавая условия для работы дельтовидной мышцы, которая и выполняет те движения, при помощи которых человек может поднимать руку вверх, вперед, назад. Очень часто встречаются пациенты с повреждениями этих коротких мышц. К сожалению, эти больные распознаются очень поздно, поскольку первичное обращение от них поступает по месту травмы или по месту жительства в травмпункты, где после выполнения стандартных рентгенологических исследований, не находя костных повреждений, пациентов отпускают, не думая о возможности повреждений мягких тканей, мышц, связок и сухожилий. В силу того, что распознавать их быстро очень сложно, такие повреждения являются очень коварными. Только проходив достаточно длительное время (месяц-полтора) и не отмечая никаких улучшений состояния в области травмированного участка, пациенты обращаются в клиники, где при помощи специальных исследований, в частности, магнитно-резонансной томографии уже выявляются эти повреждения. И тогда уже приходится выполнять достаточно сложные операции.

Еще в эту группу хотелось бы добавить дегенеративные изменения плечевого сустава нетравматического характера, которые вызываются различными заболеваниями, львиная доля из которых – ревматоидные изменения.

Чаще всего мы имеем дело с переломами проксимального отдела плечевой кости у контингента пожилого и старческого возраста, поскольку переломы в этой части происходят у людей ослабленных, у которых костная ткань теряет свою прочность с годами

М. Бессараб:

Так как большинство травматологов работает в отделениях, занимающихся лечением острой травмы, мы замечаем, что происходит старение населения в развитых странах, и особенно у представителей женского пола отмечаются проявления остеопороза. Наиболее частые при остеопорозе травмы – перелом шейки бедра, перелом лучевой кости и перелом шейки и головки плечевой кости. Такие пациенты, соответственно, очень часто поступают к нам в клинику. Обычно это очень серьезные, оскольчатые переломы.

Сейчас несколько меняется подход к лечению таких пациентов. Раньше их лечили консервативно, потом пытались скреплять эти кусочки плечевой кости, которые, к сожалению, не всегда прирастали друг к другу в связи с тем, что у этих пациентов нарушено питание этих костных фрагментов, и со временем они просто разрушаются, даже на фоне остеосинтеза.

Артак Михайлович обучался в специальном центре во Франции, которая считается на данный момент новатором в эндопротезировании плечевых суставов в том числе. Есть очень известные французские ученые врачи, которые внедрили в практику лечения травм проксимального отдела плечевой кости метод эндопротезирования. Как Вы, Артак Михайлович, относитесь к такому подходу? Может быть, этим пациентам лучше сразу устанавливать эндопротезы? Позволит ли это человеку буквально в течение недели вернуться к движениям с достаточно большой амплитудой?

Артак Чарчян:

При лечении проксимального отдела плечевой кости у людей пожилого возраста есть, конечно, ряд особенностей, которые связаны с качеством костной ткани. У более молодых пациентов мы стараемся зафиксировать обломки, как отметил Максим Сергеевич, костные кусочки, друг с другом, закрепив их специальными металлическими фиксаторами, и стараемся выполнять органосохраняющие операции.

У пожилых людей, к сожалению, эти наши действия зачастую имеют плохие результаты. Поскольку качество кости у людей в пожилом возрасте очень плохое, их скреплять и придавать изначальную анатомическую форму становится крайне сложно. Во всем мире, где мы с Максимом Сергеевичем очень часто бываем (в Америке и в европейских странах), в настоящее время приняты алгоритмы лечения повреждений проксимального отдела плечевой кости. В основном, тенденция идет, конечно же, в сторону органозамещающих операций и эндопротезирования плечевого сустава.

М. Бессараб:

Да, эндопротезирование мы часто делаем сейчас и в нашей клинике, особенно, когда видим, что имеется бесперспективность лечения таких переломов методом остеосинтеза. Эта тема больше относится к малоинвазивной хирургии. Еще хотелось бы отметить, что эти сухожилия, которые окружают плечевую кость, и о которых говорил Александр Александрович, у людей в возрасте (не пожилых, а второй половины жизни, как говорят иногда врачи и ученые, около 50 лет) очень часто дегенеративно изменяются. Речь идет о сухожилиях ротаторной манжеты. Без нормальной функции этих сухожилий человек не может поднять руку, повернуть ее, совершить различные движения. К сожалению, в течение жизни, особенно у людей, которые занимаются физическим трудом или активно занимаются спортом, происходит дегенерация этих сухожилий. Со временем, фактически от старости, от внутренних каких-то причин они разрушаются. Становится достаточно минимальной травмы для того, чтобы они оторвались.

Когда сухожилия отрываются, и если разрывы при этом небольшие, то мы можем сшить их при помощи малоинвазивных методов артроскопически, то есть через маленькие проколы. К Артаку Михайловичу очень часто попадают такие больные, которых где-то просмотрели в травмпункте. Если в травмпункт обращается человек, у которого не обнаруживается костная травма, то к нему относятся практически как к ушибу, хотя, на самом деле, разрыв сухожилия – это вовсе не ушиб, а достаточно серьезная травма. Если человека не лечить правильно, вовремя его не обследовать, не выполнить МРТ, то патология остается нераспознанной, а функция плечевого сустава утрачивается необратимо.

Единственным в этом случае способом восстановить движения сустава является то, чем занимается Артак Михайлович, –- эндопротезирование. Артак Михайлович, мне хотелось бы попросить Вас, чтобы Вы подробнее рассказали об эндопротезировании в таких случаях и о том специальном протезе, который разработали ученые для лечения подобной патологии.

Артак Чарчян:

Еще раз хотел бы привлечь внимание к важности подробной первичной диагностики повреждений плечевого сустава, поскольку от сроков распознавания повреждения меняется тактика лечения как консервативного, так и хирургического характера. Если мы распознаем повреждения сухожилий этих коротких мышц, то лечение приобретает менее травматичный характер, а восстановление функций мышц возможно выполнять малоинвазивными методами, какими и являются артроскопические операции. При помощи специальной техники выполняется рефиксация (повторная фиксация) этих сухожилий к местам, где они были закреплены.

В нашей клинике (в больнице имени Иноземцева) благодаря главному врачу, Митичкину Александру Евгеньевичу, созданы все необходимые условия как в операционном, так и в послеоперационном периоде для реабилитации пациентов с такого рода повреждениями. Главным нашим «продвигателем», если можно так выразиться, в этом направлении (малоинвазивной хирургии) является Максим Сергеевич.

Разрыв сухожилия – это вовсе не ушиб, а достаточно серьезная травма. Если человека не лечить правильно, вовремя его не обследовать, не выполнить МРТ, то патология остается нераспознанной, а функция плечевого сустава утрачивается необратимо

М. Бессараб:

Спасибо за такие слова.

Артак Чарчян:

За последние 2 года Максим Сергеевич очень сильно толкнул это направление хирургии в нашей больнице. В нашей клинике в настоящее время выполняются самые сложные артроскопические операции, которые направлены на восстановление функций плечевого сустава без большой хирургии. Это еще раз говорит о том, что очень важно раннее распознавание повреждений в мягкотканой структуре плечевого сустава. Если мы и мои коллеги пропускаем эти повреждения на ранних этапах, диагностируя их общим любимым словом травматологов «ушиб», то потом эти «ушибы» приводят к таким неисправимым ситуациям, когда мышцы, которые оторвались и которые играют очень важную роль в функции плечевого сустава, становится практически невозможно восстановить и прикрепить на свое место, потому что в этих мышцах со временем происходят необратимые рубцовые изменения, они деградируют, сокращаются, и уже даже после фиксации не могут выполнять свои функции. В этой ситуации операция в этом направлении превращается уже в бесполезное хирургическое действие.

Выходом в этом случае может являться уже достаточно травматичная операция, тотальное эндопротезирование плечевого сустава. Однако при хорошей подготовке и умелом выполнении операции можно, если не в 100% случаев, то в 70-80% случаев точно, восстанавливать полный объем движений в плечевом суставе. Для таких случаев, когда мы имеем дело с безвозвратным повреждением мышц ротаторной манжеты (мелких мышц, о которых рассказывал Александр Александрович), разработан специальный эндопротез плечевого сустава, который называется реверсным протезом. Особенность этого эндопротеза заключается в том, что головка и место, куда вправляется головка, меняются местами. Такие сложные технические решения дают возможность при отсутствии мышц, окружающих плечевой сустав, выполнять большой объем движений благодаря улучшению условий работы дельтовидной мышцы.

Тотальное эндопротезирование плечевого сустава при хорошей подготовке и умелом выполнении операции можно, если не в 100% случаев, то в 70-80% случаев точно, восстанавливать полный объем движений в плечевом суставе

М. Бессараб:

Да, это действительно тот случай, когда технологии меняют нашу жизнь, как говорят о телефонах, электромобилях и всем остальном. Фактически во время операций по реверсивному эндопротезированию мы не как в обычной хирургии пытаемся повторить то, что сделала природа, то есть анатомию и строение мышц, а мы идем по совсем другому пути. Ученые разработали специальный вид эндопротеза, который благодаря определенным физическим закономерностям, законам биомеханики работает как бы против анатомии человека. Но именно благодаря этому мы и можем восполнить функцию этих поврежденных сухожилий.

Этот протез только недавно пришел в Россию, и наша клиника, если можно так выразиться, является одним из пионеров в подобного рода эндопротезировании. Сейчас у нас практически каждую неделю проходит по 2-3 операции с использованием подобного вида эндопротеза. Операция очень высокотехнологичная, требующая специального инструментария, специальной предоперационной подготовки, специальных обследований. Именно для этого в больнице существуют специальные аппараты компьютерной томографии, МРТ, при помощи которых мы можем создать трехмерные модели кости и точно спрогнозировать, какого размера необходимы компоненты костного протеза, а также подготовиться к манипуляциям по костной пластике, если они необходимы.

Хочется сказать об очень важной вещи, которая сейчас семимильными шагами развивается в московской медицине в общем, и в нашей больнице в частности. Это реабилитация после таких операций. В 1990-е и 2000-е года у травматологов была эйфория от новых имплантов, которые хлынули на наш рынок, мы делали сложнейшие операции по их установке, но потом столкнулись с тем, что спустя несколько месяцев эти же пациенты приходят к нам, и мы видим у них на снимках идеальную анатомию кости, но отмечаем отсутствие функций. Фактически получается, что мы зря делали эту операцию. Причина таких неудач кроется в одном: в том, что в нашей стране на реабилитацию не обращалось особого внимания.

Мы видим, что многие наши чиновники и крупные бизнесмены едут лечиться в Германию, и не из-за того, что наши хирурги не могут прооперировать так же, как там, здесь все примерно на одном уровне находится, но в Германии, Франции и других зарубежных странах очень хорошо на поток поставлена реабилитация. Этих пациентов после операции в течение нескольких недель реабилитируют, и из больницы уже человек выходит с полной функцией. Хорошо, что в нашей клинике сейчас также развивается это направление. Действительно, наших пациентов мы можем очень хорошо реабилитировать, и результаты становятся гораздо лучше.

Еще хотелось бы сказать про реверсивное эндопротезирование то, что для многих пациентов это становится выходом, прежде всего, для пожилых пациентов, у которых есть сложности с реабилитацией. Для таких сложных пациентов этот протез позволяет много добиться. Артак Михайлович был у одного очень известного врача, доктора Смита в Ганновере, которому удалось добиться того, что после установки протеза угол отведения в плечевом суставе составляет 130-140 градусов, то есть практически как у здорового человека (а пациенту, к примеру, 75 лет).

Мне хотелось бы уточнить Ваше видение проблемы лечения дегенеративных заболеваний плечевого сустава. Какие здесь есть инновации? Что такое новый вид эндопротезирования серфейсинг, когда меняется только фактически поврежденный суставной хрящ и не затрагивается проксимальный отдел плеча?

Многие наши чиновники и крупные бизнесмены едут лечиться в Германию, и не из-за того, что наши хирурги не могут прооперировать так же, как там, здесь все примерно на одном уровне находится, но в Германии, Франции и других зарубежных странах очень хорошо на поток поставлена реабилитация

Артак Чарчян:

Огромное место в эндопротезировании плечевого сустава занимают дегенеративные изменения в плечевом суставе, в частности, дегенеративные изменения хрящевого покрова плечевой кости. В таких случаях, как и при иных случаях артрозов крупных суставов, единственным выходом является тотальное эндопротезирование. Поскольку здесь у нас нет дефицита костной ткани, с которым мы сталкиваемся при лечении переломов плечевого отдела проксимальной кости, можно выполнять эндопротезирование с максимальным сохранением костной ткани. Для этого существуют специальные эндопротезы, которые называются поверхностными эндопротезами.

Максим Сергеевич отметил, что я недавно находился в Ганновере у очень известного врача-хирурга по лечению плечевого сустава, и я участвовал там в операции, где использовался эндопротез всего лишь двухнедельной давности создания и выпуска в жизнь. Особенность этих протезов в том, что снимается минимальная часть кости, практически только ее хрящевое покрытие. Именно эта часть заменяется специальными накладками. Полусферическое покрытие, которым замещается хрящевая часть плечевой кости, лопаточный компонент, естественно, тоже меняется. Здесь с минимальными потерями костной ткани мы добиваемся максимального результата.

М. Бессараб:

Фактически это малоинвазивная операция? Практически органосохраняющая?

Артак Чарчян:

Конечно, да

М. Бессараб:

Очень часто у пациентов, у которых были множественные вывихи плеча или травматические вывихи плеча, нарушается вот эта шаровидная форма головки. А когда шаровидная форма нарушается, у человека очень часто происходят повторные вывихи. Раньше пытались шаровидную форму головки восстановить путем проведения различных костнопластических операций, за рубежом распространены попытки заменять ее трупной костью, специально очищенной. Одним из выходов из ситуации является такое вот эндопротезирование, когда мы фактически меняем только хрящевую часть головки.

Хотелось бы также сказать, что методика эта сейчас очень сильно развивается в странах Западной Европы и приходит в Россию. У нас тоже есть результаты, и уже, наверное, не единичные, по такому виду эндопротезирования. Если раньше мы только начинали оперировать подобных пациентов, делая им первичное эндопротезирование, то сейчас уже, буквально в течение последних 6 месяцев, мы отмечаем, что происходит смещение нашей работы в так называемое ревизионное эндопротезирование.

Артак Чарчян:

Повторное.

М. Бессараб:

Да, фактически повторное эндопротезирование. Чаще всего необходимость в повторном эндопротезировании, если на данный момент касаться именно плечевого сустава, связана с тем, что где-то небольшие клиники, может в регионах, частные клиники пытались ставить эти протезы, но по каким-то причинам случилось так, что функция пациентов перестала удовлетворять. Или компоненты эндопротеза были установлены не совсем корректно, или не очень подобраны индивидуально к этому пациенту, но проходит несколько лет, и протез фактически перестает выполнять свою функцию. Результат операции не совпадает с тем, что после операции хочет видеть пациент. Такие пациенты приходят к нам, иногда приходится эти протезы менять, переделывать. В том числе на этой неделе у нас был протез. Это анатомический протез, можно сказать, первое поколение протезов плечевого сустава, который установили пациентке в одной из очень крупных клинических больниц в Москве. Вроде бы протез очень дорогой, стоит много денег, выполнен по квотам, но пациентка практически не может поднять руку.

Артак Михайлович был у доктора Смита, который известен в Германии тем, что он настолько большой специалист в эндопротезировании, что практически все случаи в стране, особенно сложного, ревизионного, повторного эндопротезирования направляются к нему, в Ганновер. Расскажите, что Вы видели в Ганновере, и какой опыт есть в этом вопросе у Вас.

Артак Чарчян:

Я бы хотел, чтобы у наших зрителей была какая-то система об эндопротезировании плечевых суставов. Коротко рассказать эволюцию эндопротезирования плечевого сустава и, в частности, какие протезы существуют для замещения этого сустава.

Самое простое – это так называемые фракторные переломные эндопротезы, которые применяются при переломах проксимального отдела плечевой кости. В начале программы мы вместе с Максимом Сергеевичем отметили, что у людей пожилого возраста на фоне остеопороза и ослабления костной ткани происходит перелом головки плечевой кости. При многофрагментарных переломах, когда эта часть разделяется на несколько кусков, уже фиксация их обратно на свое место становится неперспективной. В таких случаях выполняется эндопротезирование.

Во всем мире и у нас тоже в начале применения эндопротезов модно было применение фракторных переломных протезов, которые из себя представляют ножку, которая устанавливается в канал плечевой кости и головку. Это самая простая комплектация, которая замещает проксимальный отдел плечевой кости.

М. Бессараб:

То есть анатомический протез?

Артак Чарчян:

Нет-нет, это фракторный переломный, а анатомический – немножко другое. К анатомическим эндопротезам мы сейчас еще вернемся.

Значит, это самая простая комплектация, которая почти точно повторяет анатомию проксимального отдела плечевой кости. При переломах данного вида протез применяли достаточно часто и за рубежом, и у нас. Однако отдаленные результаты и время показало, что это не самое результативное действие при переломах плечевой кости, поскольку в последующем возникает нестабильность в плечевом суставе, функция не восстанавливается, что связано с тем, что головка, которой мы замещаем, не совсем повторяет форму настоящей головки плечевой кости. Возникает нестабильность, когда головка начинает двигаться в ложе лопатки, а мышцы не могут выполнять свою функцию. У человека, которому имплантирован данный фиксатор, при попытке поднять руку или выполнить какие-либо иные движения, головка начинает скользить в поверхности суставного отростка лопатки, и движение не происходит. Поэтому мы в нашей клинике уже отказались от такого рода хирургических вмешательств.

При многооскольчатых переломах проксимального отдела плечевой кости, как отметил Максим Сергеевич, сразу же выполняем операцию тотального реверсивного эндопротезирования. Установка этого протеза дает возможность даже при отсутствии функции ротаторной манжеты, которую мы, конечно, стараемся восстанавливать, выполнять движения в плечевом суставе.

А анатомический эндопротез, о котором упомянул Максим Сергеевич, это вид эндопротеза, где остается анатомия в плечевом суставе. Головка протеза устанавливается на ножке, которая внедряется в канал плечевой кости, а на лопатке устанавливается пластмассовый лопаточный компонент, который центрирует головку плечевой кости, и здесь, конечно, двигать рукой становится легче. Но минус в том, что эти эндопротезы работают обычно около 5-6 лет (это мнение моих авторитетных зарубежных коллег). После истечения этого срока протез утрачивает свои свойства, и в руке, в плечевом суставе, возникает контрактура только подвижность. В таких случаях, когда после первичных операций функция со временем ухудшается, или изначально не восстанавливается, как это зачастую бывает после установки фракторых переломных эндопротезов, мы вынуждены выполнять ревизионное (повторное) эндопротезирование.

Здесь есть масса особенностей, связанных с удалением этих фиксаторов, технических сложностей часто много возникает, поскольку не всегда удается быстро выполнять экстракцию этих имплантов из костей. Следующая сложность, с которой мы сталкиваемся, – дефицит костной ткани после первичных операций. В таких случаях мы применяем костную пластику из кости пациента или искусственной кости.

При многооскольчатых переломах проксимального отдела плечевой кости сразу же выполняем операцию тотального реверсивного эндопротезирования

М. Бессараб:

Фракторный протез на цемент крепится?

Артак Чарчян:

Да.

М. Бессараб:

В этом и сложность, вытащить его из кости.

Артак Чарчян:

Буквально на этой неделе мы были вынуждены выполнить повторную операцию пациентке, которой было выполнено эндопротезирование в другой клинике, которой был установлен вот этот эндопротез плечевого сустава. Это не совсем фракторый протез, но врачи умудрились комбинировать анатомическую головку с фракторной ножкой и получить какой-то средний эндопротез, который, естественно, с первого дня после операции у пациентки не работал. Мы выполнили повторную операцию по ревизионному эндопротезированию плечевого сустава, удалили всю эту конструкцию.

М. Бессараб:

Там на ней цемент даже еще остался…

Артак Чарчян:

Цементные ножки, конечно, тоже существуют, но здесь цемента не было. Это, видимо, следы костей. И выполнили операцию ревизионного эндопротезирования с установкой реверсивного эндопротеза, который на сегодняшний день является «золотым стандартом» для повторных операций.

М. Бессараб:

Я периодически эту пациентку в коридоре встречаю, судя по ее лицу, она довольна проделанной работой. Можно говорить о градусах, о минутах, но когда пациентка довольная ходит и, как я понимаю, уже готовится к выписке, и все с ней хорошо. Артак Михайлович, хотелось бы уточнить, что сами эти протезы иностранные и делают их очень крупные мировые производители, цена их, видимо, достаточно большая. Какова доступность подобного рода операций? Понятно, что для людей, которые могут себе позволить лечиться по платной медицине, проблем никаких нет, а что можно сказать людям, у которых нет такой возможности? Может, есть какие-то квотные программы? Чем государство может помочь по этому поводу?

Артак Чарчян:

Конечно, все эти импланты дорогостоящие, и немалых денег стоят, как отметил Максим Сергеевич. В других клиниках с внутренней кухней я не совсем знаком, но в нашей больнице наша администрация к данной проблеме относится с пониманием и идет нам навстречу. Наш главный врач знает, что у нас большое внимание уделяется такому подходу в лечении переломов и патологий плечевого сустава, и всячески помогает с закупкой дорогостоящих имплантов. На сегодняшний день мы, благодаря такой поддержке, имеем возможность москвичам и гражданам России оказать помощь по высокотехнологичной медицинской помощи с использованием разных эндопротезов от мировых ведущих производителей.

М. Бессараб:

Крупные компании, Johnson&Johnson, например…

Артак Чарчян:

Я не хотел говорить названия…

М. Бессараб:

Эту компанию знают все, от домохозяйки и ребенка до нас. Действительно, такие крупные концерны, которые выпускают практически всю бытовую продукцию, начиная от ватных палочек и прокладок и заканчивая очень высокотехнологичными эндопротезами и оборудованием. Еще хотелось бы отметить такую проблему, с которой я вижу постоянно пациентов в консультативно-диагностическом отделении. Может, эта тема еще просто не настолько раскручена, если так можно выразиться, не настолько известна большому кругу людей, как эндопротезирование тазобедренного или коленного сустава, и многие люди опасаются.

Иногда приходит человек, у которого рука практически не двигается, и мы видим, что можно помочь, выполнив просто операцию. Конечно, это все равно какой-то дискомфорт для человека: находиться в больнице, получать наркоз, сама операция, болевые ощущения в первые сутки, но в конечном итоге человек сможет двигать этой рукой. Люди очень многие боятся, непонятно почему. Может, стоит провести популяризацию данного вида операций в России? Те, кто нас слушает и у кого есть действительно такие проблемы, то их можно решить с помощью малоинвазивной хирургии, артроскопическим путем. Если у Вас серьезные проблемы, рука не поднимается, то малоинвазивные способы Вам уже не очень подходят, но Вы можете обратиться к нам или в другие клиники, мы можем произвести подобную операцию по эндопротезированию, и Вы увидите значительное улучшение функций своей руки.

У нас передача заканчивается, осталось буквально несколько минут. Хотелось бы передать слово Артаку Михайловичу. Может, какое-то напутствие?

Артак Чарчян:

В этом ключе Вы очень правильно заметили, что наши пациенты (это уже, наверное, вопрос о менталитете) очень часто обращаются при патологии тазобедренного и коленного сустава.

М. Бессараб:

На руке мы не ходим.

Артак Чарчян:

Да. Плохо начинают ходить, хромать и вынуждены обращаться к врачу для выполнения эндопротезирования крупных суставов нижних конечностей. На плечо, плечевой сустав, не обращают должного внимания и при получении травмы, и при дегенеративных заболеваниях, годами и десятилетиями иногда ходя с нефункционирующими верхними конечностями.

Я хотел бы посоветовать быть очень внимательными при получении травмы, в первую очередь, чтобы обращались в крупные центры и клиники, где имеется высокий уровень оказания как диагностических, так и лечебных процедур. Если рука болит, перестает двигаться или начинает мало двигаться, то, конечно, надо пораньше обращаться к врачам, чтобы было возможно малоинвазивными методами оказать помощь, а если нет, то уже, возможно, выполнить эндопротезирование плечевого сустава разными протезами, что вернет Вашим рукам жизнь.

М. Бессараб:

Поэтому, дорогие пациенты, ничего не бойтесь, обращайтесь к специалистам, к врачам травматологам-ортопедам, и все у вас будет хорошо. Желаю вам счастья, здоровья, до свидания!

Артак Чарчян:

Здоровья вам! До свидания.