Наша звезда — это продукт

Антонио Кальче работает в компании Corum c 2005 года. До этого он участвовал в становлении бренда Panerai и считается специалистом и по технике производства, и по имиджу марки. В 2013 году марка Corum была приобретена китайской компанией из Гонконга China Haidian Holdings Limited. Это вторая их покупка на швейцарском часовом рынке — в 2012 году они стали владельцами почтенной марки Eterna. C приобретением Severin Wunderman Group китайцы получили заметную швейцарскую марку, а Corum — необходимые для развития средства.

— Вы начали работать в Corum в те времена, когда им владел Северин Вундерман?

— Да, мне повезло провести с ним три года — до самой его смерти в 2008-м. За год до этого я стал генеральным директором этой семейной марки, хотя и не был членом семьи. Когда меня попросили за это взяться, было уже очевидно, что стратегия Corum опасно склонялась в сторону фэшн-бренда, а не часовой компании. Марка ничего не теряла, но и не зарабатывала достаточно. У Северина Вундермана хватало средств для того, чтобы не обращать на это внимания, но я помню одно из последних и важных обсуждений курса, которым мы пойдем. Я был уверен, что Corum не модная марка с новинками каждый сезон и во что бы то ни стало, это марка с историей и знаменитыми часами, у нее замечательное наследие. И нам нужна стратегия, которая бы опиралась на историю бренда. В этом направлении я и работаю. Сегодня крайне важно сохранить место Corum на первых страницах истории швейцарской часовой промышленности.

— Сейчас компания, которой вы руководите, принадлежит китайской группе, той же, что купила Eterna. Одни видят в этом опасность для бренда, другие — новые возможности. Как вы считаете, что изменится в связи с появлением китайского инвестора на швейцарском часовом рынке?

— Мне кажется, это вполне естественное развитие ситуации. Китайский рынок — главный потребитель часовой продукции в мире. И понятно, что китайцы хотят иметь в своем активе не просто часы, но и часовое наследие. Это люди, которые нуждаются в том, чтобы им помогли овладеть часовой культурой. Это вовсе не те люди, которые горят желанием все переломать и перелопатить по-своему. Посмотрите на марку Eterna, которой они владеют уже год. В ней ничего не изменилось. Китайские владельцы отнеслись к ней очень бережно. Хотя бы потому, что понимают, как должны быть осторожны. Теперь у них есть наш менеджерский состав, а они не только дают нам средства для развития, но и открывают путь к самым главным китайским ритейлерам.

— Да, это важно. Другие марки ищут двери в Китай...

— Нам не нужны ни двери, ни ворота. Китай отныне открыт для нас, и это важно. China Haidian — это не только финансовый, но и стратегический партнер.

— Вы покупаете в Китае что-нибудь из комплектующих деталей? Может, хотите разместить там производство?

— Нет, ни в коем случае. Если китайский инвестор покупает Corum, это не потому, что он хочет сделать ее китайской маркой. Напротив, он покупает ее потому, что это на 100% швейцарская марка. Сегодня стратегия любой хорошей часовой марки — это опора на мастеров, которые делают часы. Если эти мастера работают неизвестно где, кто будет покупать такие часы?

— Мы помним времена, когда китайцы покупали советские истребители, а теперь делают свои. То есть все те же самолеты, но под своим именем.

— Это разные вещи. У нас с китайскими партнерами одинаковый взгляд на то, что такое люксовые часовые марки, как и где должны производиться часы. И если они обращаются к нам, значит, нуждаются в таких, как мы. Они покупают не стены и не машины. Они покупают не имя само по себе. Они покупают наследие, историю марки, настоящее швейцарское качество. Corum из Ла-Шо-де-Фон знают все. Corum из Гонконга никому не нужен. Посмотрите хотя бы на французов из Cartier. Истории им не занимать, но их часовое производство — в Швейцарии.

— А если однажды они попросят вас, Антонио Кальче, и ваших менеджеров с их опытом организовать производство часов в Китае с тиражами в миллионы экземпляров?

— Тогда это будет совсем другая марка. Это интересная задача, и можно сделать все, что угодно. Но им нужна швейцарская марка.

— Почему вы не приглашаете знаменитостей в рекламу ваших часов, как это делают другие?

?-- Corum покупают потому, что любят марку, а не потому, что ее любит Бред Питт или Леонардо Ди Каприо. Наша звезда — это продукт, а "друзья марки" служат лишь ускорению продаж. Мы, например, партнеры с футбольным клубом "Зенит", потому что это создает дополнительные связи, вызывает дополнительный интерес. Когда мы появились на сайте "Зенита", сайт Corum получил невероятное количество запросов из России.

— А почему у вас нет специальных женских моделей?

— Потому что я слишком люблю женщин. Кроме шуток, Corum все же мужская марка. Надо быть честным. В линии Golden Bridge у нас есть модели, которые можно назвать женскими, есть — в коллекции Admiral's Cup.

— Но это лишь исключения, которые подтверждают правило?

— Нельзя говорить о том, что есть часы, которые подходят только женщинам или мужчинам. Часы стали унисекс. Но надо уважать идентичность марки, нельзя ее насильно менять, а Corum была мужской маркой. Конечно, у нас множество часов, которые подойдут всем. Основатель марки Рене Баннварт был выдающимся дизайнером. Он сделал и циферблат из метеорита, он использовал перья и все-все-все. Он был настоящий гений. И мы решили использовать все модели, которые он разработал. Будем выпускать варианты. Каждый год что-нибудь. Чтобы показать, что мы все тот же знаменитый Corum.