Красноярск смотрит в энергетическое прошлое

По данным “Ъ”, власти Красноярского края пытаются реанимировать уже завершенную программу договоров на поставку мощности (ДПМ), создавая эксклюзивные условия для модернизации двух ТЭЦ Сибирской генерирующей компании (СГК) Андрея Мельниченко. Стоимость проекта превысит 30 млрд руб. Эту инициативу уже поддержал Владимир Путин. Потребители резко против реализации идеи, а в Минэнерго считают, что в регионе не до конца разобрались в механизмах: речь, вероятно, идет о включении станций в обсуждаемую программу модернизации, и компания будет участвовать на общих основаниях.

Врио губернатора Красноярского края Александр Усс хочет ввести региональную генерацию в уже завершенную программу строительства новых энергоблоков по ДПМ. Письмо с просьбой включить Красноярские ТЭЦ-1 и ТЭЦ-3 (принадлежат СГК Андрея Мельниченко) в программу ДПМ «в по возможности короткие сроки» он направил Владимиру Путину 6 февраля, а 7 февраля президент поставил визу «рассмотреть и поддержать», исполнителем назначено Минэнерго.

Механизм ДПМ, о котором пишет чиновник, введен в ходе реформы РАО «ЕЭС России» и гарантировал инвесторам ускоренный возврат средств в новую генерацию. Он действовал вплоть до 2017 года, в 2018 году должны завершиться последние стройки по «старым» ДПМ. Чтобы сохранить «высвобождающийся» денежный поток, в правительстве обсуждают возможность запуска механизма модернизации старых станций.

Господин Усс поясняет, что для покрытия спроса и улучшения экологии местные власти рассчитывают реконструировать Красноярскую ТЭЦ-1 (установка новой и модернизация действующей турбин) и установить новый теплофикационный блок на 200 МВт на Красноярской ТЭЦ-3. Предполагаемый объем инвестиций — более 30 млрд руб. СГК «полностью готова к запуску этого проекта». Но компании потребуется льготный инвестрежим «как с точки зрения установления долгосрочного тарифа на тепловую энергию, так и в части обеспечения окупаемости инвестиций». Оптимальным механизмом, по мнению господина Усса, станут ДПМ, «успешно примененные в 2009–2017 годах».

Александр Старченко, глава набсовета «Сообщества потребителей энергии», о ДПМ в интервью “Ъ” 14 июля 2017 года
Странно, что деньги собрали с нас, а доходность распределяют не нам. Мне кажется, что такой механизм больше воспроизводить не нужно

После запроса “Ъ” в правительстве региона дезавуировали направление письма, заявив, что вопрос о включении Красноярских ТЭЦ-1 и ТЭЦ-3 в механизм ДПМ ни на одном из публичных мероприятий не поднимался (7 февраля президент приезжал с визитом в Красноярский край). Но в Минэнерго письмо получили. Из ответа министерства “Ъ” следует, что врио губернатора просто не понял отличий системы завершившихся ДПМ от новой программы модернизации. В нее «на общих основаниях попадут все тепловые станции, удовлетворяющие технологическим ограничениям по степени износа и востребованности, в том числе и во второй ценовой зоне (Сибирь)». В СГК подтвердили, что обращались к правительству края с предложениями по модернизации станций, «но пока не запрашивали информацию о перспективах по ТЭЦ-1 и ТЭЦ-3». «Как только решение Минэнерго и администрации Красноярского края будет принято, мы готовы приступить к выполнению на тех условиях и в тех параметрах, которые определит власть»,— сообщили в компании.

Промышленные потребители считают, что красноярские власти, по сути, предлагают переложить ответственность за решение исключительно региональных проблем энергоснабжения на всех потребителей Сибири. «При этом предложения идут вразрез с государственной политикой по развитию конкуренции, открыто лоббируются интересы конкретной частной компании»,— сказал “Ъ” директор «Сообщества потребителей энергии» Василий Киселев.

Управляющий партнер компании «Право и бизнес» Александр Пахомов напоминает, что в программу ДПМ попали компании, созданные путем реорганизации РАО «ЕЭС России», поэтому вряд ли можно говорить о возможности включения объектов Красноярского края в этот старый перечень. «Персональное решение» в отношении этих объектов, подчеркивает эксперт, даже в преддверии Универсиады-2019 будет «носить эксклюзивный характер и породит много вопросов, в том числе о порядке компенсации инвестиций».