О некоторых философско-психологических аспектах рассмотрения всеединства в русской религиозной философии

В.В. КРАВЧЕНКО

Московская академия образования, г. Москва

О НЕКОТОРЫХ ФИЛОСОФСКО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ АСПЕКТАХ РАССМОТРЕНИЯ ВСЕЕДИНСТВА В РУССКОЙ РЕЛИГИОЗНОЙ ФИЛОСОФИИ

Предлагается виртуалистическая модель рассмотрения концепций всеединства в русской философии в рамках современного психолого-философского направления виртуа-листики. Анализируется нравственно-мистический виртуальный мир В.С. Соловьёва, а также виртуалистические подходы к концепциям Н. Лосского, С. Франка.

The article describes a virtualistic model of the All-Unity concepts in Russian philosophy, in the frame of a modern psychologic-philosophical trend of the virtualistics. The morally-mystical virtual world of V. Solovyov and virtualistic approaches to N. Losskiy and S. Frank's concepts are in the center of consideration.

Ключевые слова: виртуалистика, виртуал, виртуальный мир, всеединство, софиология.

Key words: vitrualistics, a virtual, virtual world, All-Unity, sophiology.

Всеединство, как одна из центральных философских категорий, идей или как один из принципов, рассматривалось в русской философской мысли XIX - XX вв. многообразно и многоаспектно. Однако к концу XX в. на фоне сциентистски-ориентированного и атеистического философствования всеединство эксплицитно воспринимается как «объективный», «внешний» феномен, часто ассоциируясь с понятиями «Вселенная», «космос», «холистическое единство», «целостность», «универсальный принцип» и т.д.

В русской философской и религиозно-мистической мысли были намечены (и до сих пор по достоинству не оценены) не только онтологические, гносеологические и теологические, но и философско-психоло-гические аспекты всеединства.

В наибольшей степени этот подход был обозначен в философии В.С. Соловьёва, который, правда, не успел развернуть намеченное им рассмотрение всеединства, связанное с Софией, как особого рода бытием.

В софиологии Соловьёва, как потом и у П.А. Флоренского, С.Н. Булгакова и других, софийный спиритуализм (начиная с учения о мировой душе) будут слишком тесно ассоциировать с оккультно-мистической проблематикой (что, конечно, тоже имело место), не усматривая специфически-психологического аспекта.

Однако непредвзятое рассмотрение исследований В.С. Соловьёва, связанных с анализом возможностей человеческой души, показывает особое психологическое направление, которое лишь в силу сложившихся культурно-исторических реалий было связано с оккультно-мистическими направлениями, в частности со спиритизмом. Так случилось, что именно в

этих направлениях выдающимися учеными проводились революционные психологические эксперименты по изучению способностей и особенностей человеческой души.

Перейдя от юношеских увлечений «психургией» к позднейшей со-фиологии (в частности, рассматривая Софию как единство всех человеческих душ), В.С. Соловьёв трактовал всеединство в том числе и как особое взаимодействие душ (об этом см. подробнее в монографии1). Во взаимодействии душ главную роль играют центральные психологические категории - воля, эмоции, чувства, особенно - любовь. В этом плане чрезвычайно важное значение имела его знаменитая статья «Смысл любви». Вслед за В.С. Соловьёвым и П.А. Флоренский рассматривал ряд ступеней любви, определяющих иерархичность всеединства.

Понятно, что собственно психологические (имеются в виду традиционные научно-теоретические и экспериментальные) аспекты концепций всеединства в русской религиозно-философской мысли сегодня изучать бессмысленно, поскольку сложившаяся психология, как наука, слишком далеко отстоит от центральных проблем русских философов.

С нашей точки зрения, наиболее целесообразным является рассмотрение некоторых концепций всеединства в рамках относительно нового, складывающегося с 80-х гг. XX в., психолого-философского направления виртуалистики. Именно в нем онтологические, гносеологические и психологические аспекты всеединства оказываются неразрывно связанными.

Виртуалистика рассматривает разнообразные процессы человеческой деятельности, в которых индивидом достигаются и непосредственно переживаются особые состояния активности, называемые виртуалами, в сравнении с обычным состоянием человека, именуемым консуеталом. Среди множества виртуалов - компьютерных, технических, производственных, художественных и т.д. - мы выделим творческие - философские, мистические и религиозные, характеризующиеся освоением новых представлений о мире и человеке в нем, что отражается затем в оригинальных теоретических понятиях.

Религиозно-мистический или мистико-философский виртуал формируется целенаправленной и настойчивой творческой деятельностью, в процессе которой человек переживает особые психологические, деятель-ностные, эмоциональные, физиологические и прочие состояния, приводящие к моменту, именуемому озарением, вдохновением и т.д. Именно в этот момент и происходит «схватывание» некоего интегрального и результирующего понимания-чувства-переживания, которое затем на уровне обычного состояния и рассудочного мышления формулируется как новое понятие, в данном случае - всеединство.

Рассматривая психологические виртуальные реальности (ВР), Н.А. Носов выделил их специфические свойства: порожденность, актуальность, автономность и интерактивность2.

Коротко говоря, психологическая ВР продуцируется психофизической и духовной активностью человека и порождается некоей внешней реальностью (консуеталом). Психологическая ВР существует «здесь и сейчас», пока активна порождающая реальность во взаимодействии с эмоционально вовлеченным в деятельность человеком. ВР имеет собственное пространство, время и законы существования. Психологическая ВР может взаимодействовать с любыми другими виртуальными реальностями, в том числе с порождающей.

Т. Носова и Н. Носов также выделили 8 свойств виртуала: непривы-каемость, спонтанность, фрагментарность, объективированность, изме-ненность статуса телесности, измененность статуса сознания, изменен-ность статуса личности, измененность статуса воли3.

С философской точки зрения важно, что ВР открывает человеку новые методы и формы его собственной творческой деятельности, вскрывая в мгновенном озарении ранее неочевидные, но вполне реальные связи и взаимоотношения в окружающем мире.

Когда речь идет о выдающемся философе, а тем более философе-мистике, каким являлся В.С. Соловьёв, необходимо учитывать, что он в своем непрерывном творчестве и в целом ряде мистических опытов пере -живал множество виртуалов. Эти виртуалы выстраивались в некую, так сказать, «траекторию жизнетворчества», которую можно рассматривать извне как «творческую эволюцию» (см. биографию В.С. Соловьёва, написанную его племянником, Сергеем Михайловичем Соловьёвым4) или как «жизненную мистерию» (см. монографию5), а в русле виртуалистики - как постепенно складывающийся особый виртуальный мир.

В отличие от ВР виртуальный мир обладает «объективным» характером, обретая черты консуетального мира, хотя всегда остается в зависимости от мироощущений и главное - жизнетворчества гения. Виртуальный мир обретает собственную «телесность», которая со стороны внешнего наблюдателя определяется как ценность. У В.С. Соловьёва особую телесность и одновременно уникальную ценность обретают его лекции, беседы с друзьями, письма, стихи и, конечно, философские труды. Понятно, что вне рассмотрения пережитых им виртуальных реальностей и без учета особенностей его виртуального мира в консуетале его духовные открытия, выраженные в новой терминологии, не могут быть по-настоящему поняты и адекватно оценены посторонним наблюдателем и читателем.

Виртуальный мир В.С. Соловьёва обладает особыми характеристиками. Основой жизнетворчества, а значит, и его виртуального мира является нравственность. Поэтому все взаимоотношения Соловьёва с «вещами» его виртуального мира и с окружающими его людьми в консуетале подчинены жесткой иерархии «должного нравственного отношения» -жалость ко всему одушевленному и неодушевленному в мире, совесть (стыд) во взаимоотношениях с людьми и благоговение перед Богом6.

Виртуальный мир В.С. Соловьёва оказался настолько ярким и цельным (так сказать, в интеллектуально-энергетическом и духовном плане), что он продолжает существовать до сих пор через «вещи», виртуально созданные или открытые в озарениях В.С. Соловьёва. Потому он обладает значительным влиянием на обычный мир и сегодня. Мощь духовных образов и емкость вводимых им философских и религиозно-мистических понятий - София, всеединство, Вселенская Церковь, Богочеловечество -невероятным образом воздействовали на слушателей его лекций и читателей его произведений, продолжая оказывать существенное влияние на его читателей и исследователей и сегодня. Всеединство, как один из ярких результатов целого ряда виртуалов В.С. Соловьёва, становится одним из основополагающих образов-откровений-«явлений» его виртуального мира.

Всеединство, с точки зрения виртуалистики, - это не «понятие» в обычном смысле слова, а результат освоения виртуальной реальности. Эта ВР дает целостное чувствование-осознание неразрывного единства и жизненной взаимопроницаемости всего того, что человек знает и о чем он может только догадываться. Потому то, что человек в ВР осознает как всеединство, ему трудно выразить в консуетале, и он вынужден использовать множество слов и понятий для того, чтобы хоть как-то приблизительно сформулировать то, что он пережил как «озарение».

Нравственный виртуальный мир В.С. Соловьёва дает нам основное направление осмысления всеединства. Он предполагает мистическое устремление к Абсолюту (Богу), незыблемость связи небесного и земного, в частности, особого отношения к «неживой» природе. По В.С. Соловьёву, «должное отношение» к ней - это «оживление в ней мертвого, одухотворение вещественного»7. Иными словами, всеединство предполагает человеческое деятельное участие в просветлении косного вещества, в преодолении искусственных границ между живым и неживым. Именно подобная тенденция, так явно просматриваемая во всеединстве В.С. Соловьёва, давала пищу его критикам обвинять философа в пантеизме. С точки зрения виртуалистики, совершенно понятно, что в виртуале мистического озарения для философа весь мир - живой, дышащий, развивающийся в одном направлении к единству. Кстати, именно в таком аспекте желательно, очевидно, трактовать и введенное им в философский словарь понятие мирового процесса, и, конечно, образ перевоплощающейся Софии в великих цивилизациях прошлого, и осмысление Софии как совокупности всех человеческих душ, прошлых, нынешних и будущих...

Глубокое чувство любви ко всему существующему в нравственно-мистическом виртуальном мире В.С. Соловьёва не приводило его к признанию только добра или его однозначности. Русский философ видит многообразие и силу зла, он вынужден оправдывать добро и тонко улавливать взаимосвязь добра со злом. Именно в рамках нравственно-мистического мира В.С. Соловьёва по-особому остро ощущаешь его неприятие эгоизма

- в личных отношениях, в международных связях, во взаимоотношениях человечества и природы. Смысл любви, по В.С. Соловьёву, можно и нужно трактовать только в аспекте всеединства, в переосмыслении извечной борьбы и связи добра со злом.

Именно в виртуалистике существует возможность в Софии Соловь -ёва преодолеть разрыв между божественным и природным в ней, потому что возникает необходимость вспомнить о том, что София - живая, чувствующая, переживающая, испытывающая боль и ревность, страсть и отчаяние. В.С. Соловьёв знал это, потому что в своем виртуальном мире не только боготворил ее, как богиню, но и любил, как прекраснейшую из женщин.

Особая линия любви в виртуальном мире В.С. Соловьёва - это его трудно постижимое в обычном смысле чувство к озеру Сайма8. Нравственно-мистический виртуальный мир В.С. Соловьёва - это и мир совести, подчиненный чувству долга, преданности идеалам и деятельного делания добра.

Стыд, жалость и благоговение - это основные характеристики существования виртуального мира Соловьёва и сегодня, а его конкретные координаты - аскетизм, альтруизм и религиозность (мистицизм)9. Этот мир развивается дальше в виртуалах всех последователей русского философа. Он открыт, распахнут для новых озарений, и только в его пределах можно по-настоящему постичь главные откровения философа-мистика.

Таким образом, всеединство - это озарение (просветление, инсайт и т.д.) в виртуальном мире В.С. Соловьёва. Восприятие и освоения всеединства им самим - это результат определенного рода мистического опыта (или их серии), который возник во вполне сформированной нравственной виртуальной реальности мистика-философа. Потому понятно, что всеединство В.С. Соловьёва не тождественно всеединству позднего П.А. Флоренского, «непостижимому» С.Л. Франка или концепции «мир как органическое целое» Н.О. Лосского.

Необходимо подчеркнуть, что и сегодня сугубо интеллектуальные усилия по проникновению в сущность «всеединства», как правило, бесплодны вне формирования определенной ВР, причем она должна быть по возможности мистической или, по крайней мере, религиозно- философской. Вне признания, формирования и освоения подобных ВР рассмотрение всеединства В.С. Соловьёва бессодержательно.

В отличие от карсавинской «симфонической социальной личности» психологический субъект в виртуалистике предстает живым и реально действующим человеком, от воли, чувств и переживаний которого зависит характер, способ или даже уровень осознания всеединства и образа действий, стиля жизни в соответствии с этим.

В рамках психолого-философской парадигмы виртуалистики всеединство можно трактовать в качестве особого рода переживания деятель -

ного субъекта, который непосредственно постигает собственное состояние целостности со своими необходимыми дополнениями (мужское - женское, низменное - возвышенное, духовное - материальное, статичное - динамичное и т.д.), которые рационально выстраиваются в определенную иерархию. Это состояние целостности на интеллектуальном уровне постигается как совершенство, а в аспекте конкретной деятельности рассматривается как открытая динамическая подсистема. В своем функционировании она синхронизирована со всеми подобными подсистемами, восходя на все более высокие уровни иерархизированной организации всего представляемого бытия.

Таким образом, с точки зрения виртуалистики, всеединство не теоретическое построение, не рациональная абстракция, а непосредственно переживаемая данность, которая терминологически ассоциируется с известными понятиями «просветление», «инсайт», «расширенное сознание», «мистический опыт», но в результате предполагает особый модус существования, мышления и деятельности конкретного человека.

Виртуалистическое понимание всеединства позволяет снять преграду между интеллектуальным и непосредственно переживаемым, между абстрактно-теоретическим и конкретно-деятельным, в конце концов, между «воображаемым» и «реальным». В данном ключе «непостижимое» Франка открывается не рациональному знанию, а живому чувству, и хотя оно не становится вербальным, но в самой деятельности оно становится функциональным и не требующим долгих объяснений, как «ноу-хау» в эффективном творчестве мастера.

С точки зрения виртуалистики, совершенно очевидно, что С.Л. Франк создавал собственный виртуальный мир на основе иных, нежели у В.С. Соловьёва, принципов. Потому С.Л. Франк в виртуальных реальностях своих откровений, также носивших философско-мистической, хотя, скорее всего, и более интеллектуальный, характер, осваивал иные стороны всеединства.

В наибольшей степени, как представляется, виртуалистическое рассмотрение всеединства близко к концепции Н.О. Лосского «мир как органическое целое».

Совершенно показательны и очевидны основные идеи Н.О. Лосско-го, ведущие к созданию собственного виртуального мира, органическому соединению психобиологического, философско-теоретического и деятельно-практического подходов. Н.О. Лосский исследует виды интуиции -чувственной, интеллектуальной и мистической, определяет собственные «условия абсолютного добра», предполагающие отрыв действующей личности от обыденного существования в области «абсолютной нравственной ответственности», возвышенной любви, борьбы со злом и сатанинской природой. Иначе говоря, Н.О. Лосский выстраивает свое переживание-

осознание всеединства в качестве ядра собственной философско-практической деятельности.

В виртуалистической модели Н.О. Лосского нужно подчеркнуть именно не идеал-реалистский, а интуитивистски-персоналистский и органический характер «субстанциональных деятелей», и в целом - деятельно-практический (а не абстрактно-рациональный) и социально направленный характер виртуального мира русского философа. В его позиции просматривается настойчивое стремление прямо воздействовать на консуетальную реальность, непосредственно виртуализировать ее. В отличие от В.С. Соловьёва, который своим собственным примером и самопожертвованием надеялся соединить собственный виртуальный мир с консуетальным, Н.О. Лосский, как представляется, был убежден в возможности существенного преобразования консуетала, применяя свои открытия в виртуальном мире.

Символистское рассмотрение всеединства в рамках концепций позднего П.А. Флоренского и раннего А.Ф. Лосева не так «органично» сочетается с виртуалистикой, скорее всего, потому, что исходный смысл чувственно-материального единства всего сущего лежит далеко за пределами человеческого переживания, и к этому смыслу он может только энер-гийно причаститься. Метафизика имени отодвигает мир от живого человеческого чувства, хотя и может его существенно стимулировать. Символизм Лосева в его осмыслении виртуалистикой прямо возвращает нас к концепции всеединства и софиологии В.С. Соловьёва.

Таким образом, с психолого-философской, виртуалистической точки зрения всеединство может быть рассмотрено не в качестве «термина», интеллектуального «понятия», абстрактной «дефиниции» или отвлеченного «символа». Всеединство предстает целостным образом-откровением - переживанием - стимулом, постигаемым в озарении и являющимся импульсом для духовно-практической деятельности. Формируясь в пределах нравственно-мистических или нравственно-религиозных виртуальных реальностей и миров, всеединство проецируется в сферу реальных межличностных и социальных отношений, а также в область практического освоения природы человеческим обществом. Отливаясь в бесконечном многообразии терминов и понятий, всеединство остается одной из центральных задач человеческого мышления и разносторонней деятельности.

Примечания

1 Кравченко В.В. Владимир Соловьёв и София. Монография. М.: Аграф, 2006. С. 272 - 275.

2 Носов Н.А. Виртуальная психология. М.: Аграф, 2000. С.33.

3 Там же. С. 57 - 59.

4 Соловьёв С.М. Владимир Соловьёв. Жизнь и творческая эволюция. М.: Республика, 1997.

5 Кравченко В.В. Вестники русского мистицизма. М., 1998. С. 66 - 94.

6 Соловьёв В.С. Оправдание добра // Соловьёв В.С. Соч. В 2 т. М., 1988. Т.1. С. 185. 7Там же. С. 427.

8 См. статью: Кравченко В.В. Последняя любовь философа. Соловьёв в Финляндии // Философские науки. 1998. № 1. С.77 - 91. Symbol of Harmony: Vladimir Solovyov and Lake Saimaa./ From Nature to Psyche. Proceedings from the ISI Summer congresses at Imatra in 20012002. Ed. by Eero Tarasti. Acta Semiotica Fennica XX. - International Semiotics Institute at Imatra. Semiotic Society of Finland, 2004. P. 59-63. А также монографию «Владимир Соловьёв и София». С. 368 - 371.

9 О вхождении в этот мир подробнее см. статью: Кравченко В.В. О виртуальном мире В.С. Соловьёва // Соловьёвский сборник. Материалы Международной конференции «В.С. Соловьёв и его философское наследие», Москва, 28-30 августа 2000 г. М.: Феноменология и Герменевтика, 2001. С. 510 - 514.