Три мелодии для Баланчина

Русское искусство начала XX века из года в год растет в цене. На ежегодном «русском» аукционе Sotheby’s, завершившемся в первых числах декабря, вновь били рекорды театральные эскизы Наталии Гончаровой и костюмы Льва Бакста к дягилевским «Русским сезонам». Ушел с аукциона и скетч Жана Кокто с изображением Анны Павловой с дарственной надписью Сержу Лифарю. Все связанное с русскими балетами служило источником вдохновения для модных и ювелирных домов на протяжении ХХ века и остается актуальным в веке XXI.

Пьер Арпельс (слева), балерина Сьюзен Фаррелл и хореограф Джордж Баланчин, около 1976 года

Фото: предоставлено Van Cleef & Arpels

Считается, что Анна Павлова была прообразом одной из первых брошей-балерин Van Cleef & Arpels, изготовленной в 1944-м. По другим источникам, прообразом стала британская балерина Алисия Маркова (настоящее имя Лилиан Элис Маркс), под романтичным влиянием которой, как писал анонимный обозреватель, находился Луи Арпельс. Алисия Маркова была ученицей балетной школы Серафимы Астафьевой в Лондоне, где ее и нашел Дягилев.

В том же 1944 году по эскизу Мориса Дюваля, дизайнера Van Cleef and Arpels, была создана брошь Zorina, подарок Джорджа Баланчина его второй жене, немецкой балерине Эве Бригитте Хартвиг, также взявшей себе русское имя — Вера Зорина. Хочешь быть успешным в мире балета на Западе — бери русский псевдоним (настоящее имя Джорджа Баланчина — Георгий Баланчивадзе). Говорят, Баланчин был знаком с творчеством дома Van Cleef and Arpels еще с довоенных лет. Хотя некоторые источники утверждают, что Клод Арпельс познакомился с хореографом, к тому времени уже сооснователем труппы «Нью-И?орк Сити балет», в 1950-х годах в гостях у скрипача Натана Мильштейна.

1 / 3

О рождении балета «Драгоценности» написано немало: по одним источникам, Баланчин, проходя мимо витрины бутика Van Cleef & Arpels в Нью-Йорке на Пятой авеню, задумал балет, воспевающий в танце изумруды, рубины и бриллианты. По другой версии, Клод Арпельс сам подкинул хореографу идею постановки балета «Драгоценности». Считается, что каждый акт произведения показывает жизнь самого балетмейстера в трех странах: «Изумруды» на музыку Габриэля Форе отражают работу Баланчина во Франции, «Рубины» на музыку Игоря Стравинского отдают дань джазовой Америке, а «Бриллианты» (музыка Петра Чайковского) — ностальгия по петербургскому периоду его жизни. Балет был представлен публике в Нью-Йорке весной 1967 года и считается первым бессюжетным абстрактным балетом. Костюмы к нему создала Барбара Каринска (урожденная Варвара Жмудская), давний творческий партнер Баланчина по работе в Русском балете Монте-Карло в 1930-е годы. Под ее руководством были сшиты костюмы для каждого акта балета «Драгоценности»: романтичные юбки из органзы для «Изумрудов», струящиеся — для «Рубинов» и классические пачки, отсылающие к Русскому императорскому балету,— для «Бриллиантов».

В 2007 году «Драгоценности» были поставлены в Лондоне в «Ковент-Гардене» в честь 40-летия балета Баланчина. А в 2012 году, через 45 лет после нью-йоркской премьеры, «Драгоценности» дебютировали на сцене Большого театра. Художник по костюмам Елена Зайцева и сценограф Альона Пикалова, изучив архивы ювелирного дома, представили новые костюмы к балету и занавес, на создание которого художников, по слухам, вдохновила золотая сумочка-минодьер «Лебединое озеро», изготовленная Van Cleef & Arpels в 1947 году.

1 / 3

Ювелирный дом привлекал и русских мастеров маркетри и эмали: дизайнер Владимир Маковский, дальний родственник передвижника Маковского, работая с Van Cleef & Arpels в 1920-е годы, сделал эмалированный несессер со средневековой рыцарской тематикой, что было удивительно в эпоху ар-деко и шинуазри.

В этом году бренд выпустил часы Lady Arpels Ballerines Musicales, посвященные балету Баланчина и пополняющие коллекцию поэтических усложнений — Poetic Complications. Инкрустированная бриллиантами верхняя часть циферблата изображает сияющую люстру и занавес. В нижней части — настоящее представление по требованию: занавес поднимается, и взору предстают пять балерин в пачках на ярком фоне — изумрудном Lady Arpels Ballerine Musicale Emeraude, рубиновом в часах Lady Arpels Ballerine Musicale Rubis и бело-голубом в часах Lady Arpels Ballerine Musicale Diamant. Цвет камня на верхней заводной головке совпадает с цветом циферблата. Когда занавес поднимается, начинает звучать музыка. В основе механизма комбинация принципов работы музыкальной шкатулки и карильона. Часы играют одну из трех мелодий знаменитых классических произведений: «Пеллеас и Мелизанда» Габриэля Форе, «Каприччио для фортепиано с оркестром» Игоря Стравинского и «Симфония №3» Петра Чайковского.

1 / 3

Проект задуман десять лет назад, семь из них мастера дома Van Cleef & Arpels работали над механизмом с ручным подзаводом, который приводил бы в действие все детали по требованию. Чтобы адаптировать сложные произведения для игры на двух инструментах, пригласили швейцарского музыканта Мишеля Тирабоско, известного своей виртуозной игрой на флейте Пана. Мелодии в его переложении сохранили свои гармонические сочетания. Например, часы Lady Arpels Ballerine Musicale Rubis воспроизводят Каприччио Стравинского — 92 ноты, 69 из которых играются на музыкальной шкатулке и 23 на карильоне. Часы дополнены функцией ретроградной индикации времени. В верхней части циферблата расположена звездочка, которая указывает время на 12-часовой шкале. На задней крышке корпуса барельефное изображение балерины, танцующей перед бутиком Van Cleef & Arpels на Пятой авеню в Нью-Йорке, где в 1966 году Клод Арпельс проводил закрытый показ украшений для Джорджа Баланчина. Каждая из трех уникальных моделей поставляется в шкатулке с мозаикой маркетри из древесины грецкого ореха. Эти материалы используют мастера при работе над струнными инструментами, а также специалисты по акустике. В комплект входит небольшой дополнительный электронный усилитель звука. Если нельзя пойти в театр, он сам приходит к вам. Да еще в таком изящном исполнении.