О когнитивных механизмах формирования коммуникативной тональности

III. ПРОБЛЕМЫ СОВРЕМЕННОЙ КОММУНИКАЦИИ

УДК 81'373.4

С.Е. Тупикова

О КОГНИТИВНЫХ МЕХАНИЗМАХ ФОРМИРОВАНИЯ КОММУНИКАТИВНОЙ ТОНАЛЬНОСТИ

На примере коммуникативной тональности рассматриваются когнитивные механизмы ее формирования (метафорический перенос, инференция и др.) и обосновывается положение о том, что коммуникативная тональность является одним из важнейших средств выражения оценоч-ности, что определяет ее соотнесение с модусными или интерпретирующими категориями языка. Анализируются средства передачи тональности на всех уровнях языка, в том числе фоносе-мантическом. Аргументируется выделение фоносемантической тональности.

Ключевые слова: когнитивный механизм, модусные категории, коммуникативная тональность, интерпретирующая функция.

Модусные или интерпретирующие категории на сегодняшний день остаются одими из наименее изученных форматов знания, репрезентируемых в языке. К данным категориям относится и тональность, под которой мы понимаем когнитивный, прагматически, культурно и ситуативно обусловленный, эмоционально-стилевой формат общения. Тональность как модусная категория возникает в процессе взаимодействия коммуникантов - языковых личностей и определяет установки и выбор всех средств общения.

Тональность реализуется в дискурсе путем применения широкого диапазона средств - от жестов (рассматриваемых как невербальный дискурсивный фактор), мелодики, графики в письменной речи до собственно языковых. Н.Н. Болдырев подчеркивает что, модусные категории объединяют определенные языковые средства на основе общности их концептуальной (интерпретирующей) функции [Болдырев 2009]. Как нами аргументировалось ранее, тональность репрезентируется на следующих языковых уровнях: морфологическом (эмоционально-экспрессивные междометия, формы повелительного наклонения, вводно-модальные слова, выражающие чувства радости или огорчения и пр.); лексическом (эмоционально-экспрессивная лексика, изобразительно-выразительные средства (эпитет, ирония, олицетворение, контраст, сравнение, перифраз и т.д.), фразеологические и квазифразеологические обороты, эвфемизмы, слова, относящиеся к разговорной речи, игра слов и пр.); синтаксическом (экс-

прессивная инверсия, синтаксические повторы, обособленные определения и обстоятельства, выраженные причастиями и деепричастиями, риторические вопросы, эмоционально нагруженные предложения (восклицательные, вопросительные), синтаксические конструкции с тире, синтаксические конструкции с многоточиями, цитирование и пр.).

В целом, результаты исследования позволяют утверждать, что средства передачи тональности имеются на всех уровнях языка, в том числе - фо-носемантическом. Речь идет в первую очередь не о собственно фонетическом оформлении общения, а о той интерпретации, которую получают звуки в связи с существующими личными ассоциациями и звукосимволизмом, зафиксированным в соответствующей лингвокультуре.

Когнитивные механизмы, лежащие в основе формирования звукосемантической стороны дискурса, на сегодняшний день являются малоизученными. Проблемы фоносемантики рассматриваются в когнитивном аспекте, поскольку в первую очередь исследуются ментальные процессы человека. Согласно мнению ученых, звуки языка вызывают определенные ассоциации, основанные на чувственном восприятии, что приводит к созданию эмоциональной настроенности дискурса, интерпретирующей непосредственную вербальную информацию, передаваемую и воспринимаемую коммуникантами (подробнее см. [Михалев 1995; Евенко 2009]. Эта «эмоциональная настроенность» также может быть определена как фоно-

семантическая тональность (понимаемая как один из аспектов коммуникативной тональности), в основе которой лежит вся звукоизобразительная система языка, звукоподражание и звукосимволизм.

Приведем пример из одной широко известной колыбельной в Англии и США, обладающих высокой частотностью звуковых повторов, за счет чего реализуется унисонная тональность: Hush a bye baby, on the tree top, When the wind blows the cradle will rock, When the bow breaks, the cradle will fall, And down will come baby, cradle and all. В данном примере является очевидным факт повтора согласных в каждой строке стиха. Звуковой состав колыбельной песни призван оказать положительное воздействие на ребенка, успокоить его, настроить на сон - репрезентируется унисонная фоносемантическая тональность. Аллитерация и консонанс выступают основными средствами усиления изобразительно-выразительных качеств. Звуковая экспрессия здесь проявляется не как напряженность, а как средство создания легкого, спокойного настроения и унисонной тональности.

Напротив, использование повтора шипящих и свистящих согласных звуков, может создавать ощущение ожидания чего-то опасного. Аллитерация, ассонанс и консонанс в нижеследующем примере выступают средствами усиления напряжения и создания диссонансной тональности.

And so, in the end, Italy's embarrassing and tragic Costa Concordia disaster will give substance to the unfortunate and tragic name of its sister ship, the Costa Fortuna [URL:http://www. theage.com.au].

Экспрессивность и диссонансная фоносе-мантическая тональность в данном случае создается также благодаря лексическим повторам (tragic) и использованию эмоционально-окрашенной лексики (tragic, unfortunate, embarassing).

Как подчеркивает Е.В. Евенко, «необычное использование фоносемантических средств, «выпадение» их из привычного контекста обусловливает процесс понимания и усиливает эмоциональную напряженность дискурса» [Евенко 2009: 54]. При таком подходе фоносемантическая тональность понимается нами как эмоциональная настроенность дискурса, определяемая особой аранжировкой лексических единиц. Когнитивные механизмы, обеспечивающие понимание реципиентом фоносемантической тональности, предполагают пошаговую категоризацию звуковой организации текста (определяемого как статическая форма дискурса, который вслед за Н.Д. Арутюно-

вой рассматривается как «речь, погруженная в жизнь» или «текст, взятый в событийном аспекте» [Арутюнова 1990]): 1) восприятие сообщения; 2) осмысление воспринимаемых средств тексто-построения; 3) категоризация воспринимаемых средств текстопостроения; 4) усмотрение ассоциаций на основе осмысленных средств текстопо-строения; 5) категоризация [Евенко 2009: 55]; 6) формирование фоносемантической тональности.

Процесс восприятия представляет собой своеобразное распознавание, перцепцию и передачу сигналов (знаков) в кору головного мозга реципиента. С помощью сенсорных сигналов мозг человека получает звуковую информацию, преимущественно сенсорного происхождения. Восприятие «всегда в большей или меньшей степени связано с мышлением, памятью, вниманием, направляется мотивацией и имеет определенную эмоциональную окраску» [Петровский 1985].

В определенной выше системе когнитивных механизмов осмысление происходит на каждом этапе восприятия и понимания. Реципиент должен осмыслить действительность, что значит «упорядочить в своем представлении элементы этой действительности, установить отношения, существующие между вещами, явлениями, процессами» [Михалев 1995].

При рецепции отрезка текста происходит категоризация средств текстопостроения, к которым относятся грамматические, лексические, стилистические и фоносемантические средства. Процессы категоризации и осмысления (этапы 2 и 3) не имеют четких границ, поскольку в активном процессе мыследеятельности категоризация всегда требует осмысления. В процессе осмысления и категоризации в данном отрезке категоризуются фоносемантические средства, способствующие построению смысла-тональности (аллитерация, ассонанс, паронимия, звукосимволизм, звукоподражание). Кроме того, осмысливается та звуковая организация текста, которую образуют частотно употребляемые звуки (звуковые доминанты). При количественном накоплении на данном отрезке текста определенная звуковая организация вызывает ассоциации, которые также проходят этап категоризации [Евенко 2009: 55-57].

Таким образом рецепция фоносемантиче-ской составляющей текста и ее осмысление на основе звуко-смыслового ассоциата является начальным звеном в процессе восприятия коммуникативной тональности.

Обращаясь к коммуникативной тональности как к одной из модусных категорий, отметим,

что она имеет концептуальное основание. Как доказывает в своих работах Н.Н. Болдырев, категории модусного типа обеспечивают возможность различной интерпретации говорящим того или иного концептуального содержания и формирования на основе этого отдельных смыслов. К числу таких категорий относят отрицание, аксиологические (собственно оценочные) категории, категории аппроксимации, эвиденциональности, экспрессивности и т.п., в основе формирования которых лежат соответствующие модусные концепты (см. [Болдырев 2009]).

Описывая процесс объективации концепта, исследователи отмечают, что «рожденный в сознании индивида концепт, продвигаясь по «ступеням абстракции», переходит из чувственного образа в собственно мыслительный, подвергается категоризации и стандартизации <...> языковым сознанием» ([Берестнев 1997: 48] и др.). В рече-мыслительной деятельности, таким образом, постоянно осуществляются операции, которые Е.С. Кубрякова называла «челночными» - от компрессии информации и ее редукции при «упаковке» в языковую форму до «разворачивания» свернутой структуры за счет активизации всей совокупности знаний при интерпретации высказываний [Кубрякова 2004]. Исследователи подробно рассматривают данный процесс. Так, опираясь на мнения психологов Б.Ф. Ломова, Л.С. Выготского, А.Н. Леонтьева, в когнитивном механизме объективации концепта можно выделить три этапа. Базовым признается этап сенсорно-перцептивного отражения. Исходными формами сенсорно-перцептивных процессов служат ощущение и восприятие. Следующим в прогрессивной линии развития когнитивных процессов становится уровень представлений. Это вторичный феномен отражения, порождающий в сознании человека образы-представления - сугубо психические явления, которые подвергают схематизации полученные на предыдущем этапе ощущения. Третий - этап понятийного мышления представляет рациональный способ познания мира, когда индивидуально приобретенный опыт включается в общечеловеческий арсенал знаний. Необходимо уточнить, что актуализация концепта на данном уровне имеет двунаправленный характер: с одной стороны, происходит вербализация образа (трансформация образа в слово), а с другой, -продолжается формирование обобщенного образа путем конкретизации наивного понятия и спецификации познаваемого объекта.

По мнению ученых, на сенсорно-перцептивном этапе восприятие обретает осмысленность и категориальность. На этапе формирования представления вербализация образа развивает в нем такие свойства, как обобщенность, диффе-ренцированность и устойчивость. Образ-представление становится средоточием довербальных и вербальных смыслов, что и позволяет его рассматривать как переходную форму между чувственным и рациональным познанием (см. подробнее: [Ломов 1984, Выготский 2005, Леонтьев 1994]). Представляется, что данные этапы, лежащие в основе когнитивного механизма объективации концепта, релевантны и для тональности как категории, имеющей концептуальное основание. Однако реализация тональности, имеющей интерпретирующую функцию, требует, по нашему мнению, существования еще одного, четвертого этапа - интерпретационного, где осмысленный человеческим сознанием образ приобретает оценку, субъективное наполнение в зависимости от ситуации общения. Интерпретационый этап представляется существенным и необходимым при реализации тональности, поскольку важнейшая функция рассматриваемой категории базируется на эмоционально-экспрессивной оценке, способствующей эксплицированию эмоциональной информации. Через тональность в тексте репрезентируется сам субъект речи, а также его отношение к сообщаемому.

Напомним, что тональность представляется одним из важнейших средств выражения оценочно-сти, что определяет ее соотнесение с модусными категориями. Исследователи нередко подчеркивают интерпретационный характер тональности, указывая, что она является способом представления текста автором, при котором он выражает свое отношение к тексту, реципиенту, действительности и к себе самому в дополнительных характеристиках, окрашивающих пропозицию в соответствующие тона с учетом сферы общения и личностных качеств коммуникантов. Тональность характеризует способ передачи пропозиции и описывает ее в различных регистрах шутливо, иронично, официально, презрительно, враждебно и т.д. Посредством тональности передается: 1) субъективное отношение автора к действительности; 2) квалификация событий с точки зрения автора; 3) стремление автора каким-то образом воздействовать на реципиента [Багдасарян 2000]; 4) эмоциональная настроенность.

В следующем примере, описывающем ситуацию с недавно затонувшим лайнером «Коста

Конкордия», объективируется концепт СОЧУВСТВИЯ, дается эмоционально-экспрессивная оценка сочувствия к работавшей на этом лайнере девушке и реализуется соответствующая тональность.

Putu, an Indonesian woman who works on that ship, not through a love of travel nor a sense of adventure, but rather a sense of financial necessity. She was very compassionate; and the distresses of the passengers were as sure of relief from her personal attention, kindness and patience, as from her purse. People like Putu are the lowly paid backbone of the rapidly growing cruise industry, where people who can afford it enjoy a temporary escape into unreality where they relax, are fed, entertained and pampered to a backdrop of interesting ports and scenery [URL:http://www. theage.com.au].

Тональность сочувствия реализуется в данном контексте такими лексемами, как compassion (сострадание, жалость), sure of relief (облегчить несчастья), attention (внимание), kindness (доброта), patience (терпение), from her purse (щедрыми поступками), lowly paid backbone (низкооплачиваемая прислуга), иллюстрирующими в достаточно полной мере представление о сочувствии, выражаемом как посредством моральных, так и материальных деяний.

Интерпретирующая, оценочная функция тональности реализуется через различные когнитивные механизмы, один из которых - метафорический перенос. Роль концептуальной метафоры как мощного механизма формирования смыслов была раскрыта в работах Дж. Лакоффа и М. Джонсона ^ако£Г, Johnson 1980].

В работе «Метафоры, которыми мы живем» Дж. Лакофф и М. Джонсон отмечают, что люди в основном неосознанно говорят об одной области в терминах другой. Этот процесс протекает непроизвольно, по логическим схемам, глубинным моделям, которые связаны с физическим восприятием человеком объектов материальной действительности, что дает возможность говорить об абстрактных понятиях, как если бы это были материальные объекты.

Схематически концептуальная метафориза-ция основана на взаимодействии двух структур знаний - когнитивной структуры «источника» (source domain) и когнитивной структуры «цели» (target domain). В процессе метафоризации некоторые области цели структурируются по образцу источника, иначе говоря, происходит «метафорическая проекция» (metaphorical mapping) или «когнитивное отображение» (cognitive mapping) [Lakoff, Johnson 1980: 54].

Как подчеркивает И.Г. Серова, «метафора представляет собой унифицирующую основу, которая привязывает концептуальные репрезентации к сенсорному и эмпирическому базису». Таким образом метафоры проецируют когнитивную карту порождающей сферы на целевую сферу, заставляя целевую сферу укореняться в пространственном опыте порождающей сферы. В результате схемы, являющиеся посредниками между концептуальными и сенсорными уровнями в порождающей сфере становятся также активными и в целевой. С этой точки зрения метафорическая схема представляет собой внутреннюю репрезентацию, которая укореняет концептуальную область одной сферы в сенсорном (воспринимаемом) базисе другой сферы (подробнее см.:[ Серова 2007]). Таким образом, метафоризация понимается не только как структурирование одного концепта в терминах другого, но и как средство определения интерпретации и оценки целевой сферы на базе схемы, транспортируемой из порождающей сферы.

Об интерпретационной роли метафоры и важности данного механизма для реализации тональности говорит тот факт, что метафоризация понимается как специфическая операция над знаниями, часто приводящая к изменению онтологического статуса знания (неизвестное становится известным, а известное совершенно новым). Метафоры используются для описания абстрактных явлений, и их роль в познании состоит в выявлении признаков, скрываемых от поверхностного наблюдения. Метафора является механизмом, с помощью которого происходит уточнение, конкретизация и оценка признаков воспринимаемого объекта или абстрактного понятия.

Метафорический перенос осуществляется не только на основе формальной логики, но при помощи воображения, когда связь между главным и вспомогательным субъектами произвольна, основана на некоторых несущественных понятийных признаках, отобранных субъективно. Метафора может создаваться образным путем, в основе которого лежит не логическое мышление, а опытно-практическое, чувственное восприятие действительности. Так, Н.Д. Арутюнова рассматривает метафору как способ создания «невидимых миров», отображающий духовное начало, внутреннюю жизнь человека: «Для метафоры ... характерно установление далеких связей. Они случайны в том смысле, что прямо обусловлены индивидуальным опытом и субъективным сознанием автора [Арутюнова 1990: 9].

Метафора - это часто не только сравнение, но и противопоставление, в связи с чем Ф. Уил-райт выделяет два вида метафоры - эпифору и диафору, определяя эпифору как метафору на основе сравнения, а диафору - на основе «простого сополагания» [Уилрайт 1990: 83-88]. Д. Дэвидсон описывает метафору на основе противопоставления как «неожиданное сравнение»: «Метафора заставляет нас обратить внимание на некоторое сходство - часто новое и неожиданное - между двумя и более предметами» [Дэвидсон 1990: 175]. Возможность соотнесения нескольких объектов, определение их схожести на основе субъективных факторов, оценка одного объекта в терминах другого являются основой интерпретирующих возможностей метафоры, реализующихся в том числе и при актуализации тональности.

Метафоризация как механизм объективации тональности часто встречается в любом дискурсе, где автор старается придать высказыванию какой-либо оттенок. Следующий пример иллюстрирует саркастическую тональность:

Republican presidential candidate Newt Gingrich's ex-wife has said they divorced after she rejected his request for an "open marriage". She added that it is a well-known fact that marriage is a book in which the first chapter is written in poetry and the rest of the pages is prose [URL:http://www. bbc.co.uk].

Всем известно, что только в начале совместной жизни стороны расценивают брак как нечто романтическое. Степень совпадения исходных областей варьирует от наложения до включения. В данном примере пространства не налагаются друг на друга, а мы имеем дело с включением в режиме иронии, так как романтический и неромантический периоды в браке полностью трактуются в терминах литературы, таким образом, второе пространство ввода в процессе слияния концептуальных областей почти полностью поглощает первое.

Когнитивный процесс инференции также является одним из основных механизмов, реализующих тональность в процессе общения. Это связано с тем, что инференция способствует формированию такого значения в контексте, в результате которого человек способен выйти за пределы буквального (дословного) значения единиц. Подчеркнем, что данный факт очень важен для понимания сути тональности, которая не всегда находит конкретное вербальное отражение, по сути являясь трудноопределимым феноменом. В основе инференции находится логика обыден-

ного сознания, которая предполагает следование здравому смыслу, мышление по аналогии, по догадкам, по предположениям, на базе уже имеющегося опыта. На основе непосредственно наблюдаемого человек может делать вывод о том, что непосредственно ненаблюдаемо.

Теория инференции непосредственно связана с концепцией Г.П. Грайса, который вводит понятие импликатур как особого типа значения. Для того, чтобы использование языковой формы в процессе коммуникации привело к созданию значения, которое говорящий хочет создать, необходимо сотрудничество других участников коммуникации, задача которых заключается в том, чтобы «узнать» намерение говорящего. Из прямого смысла участники дискурса должны «выводить» импликатуры дискурса или конверсационные им-пликатуры (conversational implicatures) - те компоненты содержания, которые не входят в смысл предложения непосредственно, но передаются от говорящего к слушающему. Таким «скрытым» элементом высказывания представляется, в частности, и тональность. При этом не всегда коммуниканты обладают достаточными фоновыми знаниями, чтобы соответственно оценить и понять тональность, заложенную в высказывание собеседником (это особенно часто встречается в случаях с непониманием анекдота, шутки и т.п.).

Например:

- Thank you so much. The trip was really terrific. You saved me from the bore of the hotel and all those people.

- Don't be such a fool. It was a pleasure for me, not for you. I'm too old for you, my dear charming girl (Pilcher R. «Snow in April», р. 463).

За внешней вежливостью таится ирония, даже издевка, неискренность, может быть неуважение по отношению к собеседнику. В приведенном примере мы наблюдаем непонимание этикетной формулы извинения, сведение диалога к иронической тональности, а именно следующее: 1) услуга одного из участников коммуникации (адресата) высоко оценена автором (правда, не совсем искренне), что реализуется через этикетный жанр благодарности (Thank you so much. The trip was terrific. You saved me...); 2) адресат как партнер по коммуникации считает благодарность преувеличенной, преувеличение услуги ставит его в неловкое положение, поэтому он и отводит благодарность; 3) говорящие используют общепринятый сценарий этикетного жанра благодарности как модели: услуга адресата - оценка услуги автором - произнесение благодарности автором -

принятие благодарности (или ее отвод, как в приведенном примере) адресатом; 4) автор благодарности «снимает» замечание о преувеличении делая попытку предвосхитить и предотвратить такое замечание; 5) косвенное подтверждение искренности заключено в первой реплике; 6) результативность коммуникативного действия говорящего может быть подтверждена более широким контекстом. Импликатура, то есть семантико-прагматический компонент высказывания, который отсылает к тому, что подразумевается в высказывании, но не выражено и строго не следует из него, в данном примере следующая: благодаря ироничной тональности возникает ощущение того, что адресат благодарности неискренен, то есть фраза Thank you so much передает следующую импликатуру - «вы же все равно не понимаете, о чем я говорю, да и не поймете» или «услуга ваша ничтожна, но вам хочется считать себя благодетелем, так я и представлю вам такую возможность своей излишней похвальбой».

В самом деле, люди, используя ту или иную этикетную формулу, не всегда соблюдают максимы Грайса и даже сам принцип сотрудничества -понимая под диалогом осмысленное речевое общение, а не простую последовательность не связанных друг с другом реплик, Г.П. Грайс сформулировал некоторые правила речевого общения, которых должны придерживаться коммуниканты, если они хотят, чтобы цель их общения была достигнута. Основным принципом, которого должны придерживаться в данном случае говорящие, является «Принцип Кооперации», который Грайс сформулировал так: «Твой коммуникативный вклад на данном шаге диалога должен быть таким, какого требует совместно принятая цель (направление) этого диалога» [Грайс 1985: 222]. Этот общий принцип Г.П. Грайс делит далее на постулаты, которые, вслед за И. Кантом, он называет категориями Количества, Качества, Отношения и Способа. Каждому постулату соответствует правило, позволяющее выводить из прямого смысла высказывания импликатуры дискурса или конвер-сационные импликатуры (conversational impli-catures) - то есть, те компоненты содержания, которые не входят в смысл предложения непосредственно, но передаются от говорящего к слушающему.

Вместе с тем, выявить наличие диалоговых импликатур особенно трудно, а без привлечения более или менее широкого контекста в большинстве случаев невозможно. С другой стороны, именно контекст и позволяет установить способы,

формы, с помощью которых люди, оставаясь внешне в рамках приличий, могут скрывать свои истинные чувства по отношению к собеседнику или, напротив, выражать чувства негативного или ироничного содержания. При этом мы решим основной вопрос теории импликатур: как можно, произнося одно, иметь в виду и сообщать другое.

Таким образом, можно сделать вывод, что при актуализации тональности в тексте задействован целый ряд известных когнитивных механизмов, в частности концептуальная метафора и инференция, которая непосредственно связана с понятием импликатур как особого типа значения. Данное положение еще раз подтверждает наш вывод о том, что тональность является модусной категорией, которая обеспечивает возможность различной интерпретации говорящим того или иного концептуального содержания и формирования на основе этого отдельных смыслов.

Список литературы

Алефиренко Н.Ф. Спорные проблемы семантики. М.: Гнозис, 2005.

Арутюнова Н.Д. Дискурс // Лингвистический энциклопедический словарь. М.: Сов. эн-цикл., 1990. С. 136-137.

Арутюнова Н. Д. Вступительная статья // Теория метафоры. М.: Прогресс, 1990. С. 9-17.

Багдасарян Т.О. Тональный компонент модальности в коммуникации (на материале английского и русского языка): дис. . канд. филол. наук. Краснодар, 2000.

Берестнев Г.И. О «новой реальности» в языкознании // Филол. науки. 1997. № 4. С. 47-55.

Болдырев Н.Н. Теоретические аспекты языковой концептуализации. Гл. I. Концептуальная основа языка // Когнитивные исследования языка / Концептуализация мира в языке. М.: ИЯ РАН; Тамбов: Изд. дом ТГУ им. Г.Р. Державина, 2009. Вып. IV. С. 25-77.

Болдырев Н.Н. Процессы концептуализации и категоризации в языке и роль в них имен абстрактной семантики // Горизонты современной лингвистики: Традиции и новаторство. М.: Языки славянских культур, 2009. С. 38-51.

Выготский Л.С. Психология развития человека. М.: Изд-во Смысл; Изд-во Эксмо, 2005.

Грайс Г.П. Логика и речевое общение // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 16: Лингвистическая прагматика. М.: Прогресс, 1985. С. 217-237.

Дэвидсон Д. Что означают метафоры // Теория метафоры. М.: Прогресс, 1990. С. 174-175.

Евенко Е.В. Процесс понимания и интерпретационные возможности текста // Вестн. Челяб. гос. ун-та. 2009. № 22 (160). Филология. Искусствоведение. Вып. 33. С. 54-56.

Петровский А.В. Краткий психологический словарь. М.: Изд-во полит. лит., 1985.

Кубрякова Е.С. Язык и знание: На пути получения: Части речи с когнитивной точки зрения. Роль языка в познаниии мира. М.: Языки славянской культуры, 2004.

Михалев А.Б. Теория фоносемантического поля. Краснодар: КГУ, 1995.

Серова И.Г. Когнитивные механизмы формирования гендерных смыслов // Вопр. когнитивной лингвистики. 2007. Вып. 4 (13).

Уилрайт Ф. Метафора и реальность // Теория метафоры. М.: Прогресс, 1990. С. 83-88.

Lakoff G., Johnson М. Metaphors We Live By. Chicago: University of Chicago Press, 1980.

Pilcher R. Snow in April. N.Y.: Dell Pub Co,

1994.

URL: http://www. theage.com.au (дата обращения: 19.01.12).

URL: http://www. bbc.co.uk (дата обращения: 21.01.12).

S.E. Tupikova

COGNITIVE MECHANISMS OF COMMUNICATIVE TONALITY FORMATION

The article focuses on cognitive mechanisms of formation of communicative tonality (metaphor, conversational implicatures and so on). It is argued that communicative tonality is one of the most important appraisal means that allows to define it as modus or interpreting category. Language means of representing tonality are analyzed at different language levels including phonosemantic level, phono-semantic tonality being defined.

Key words: cognitive mechanism, modus categories, communicative tonality, an interpreting function.