"Мы не можем допустить долгостроя в центре Москвы и России"

девелопмент

В конце прошлой недели московские власти обозначили свою позицию относительно скандального решения президиума Высшего арбитражного суда, отменившего итоги конкурса на реконструкцию гостиницы "Россия". Чиновники не хотят, чтобы "СТ Девелопмент" Шалвы Чигиринского прекращала работы на объекте (см. Ъ от 8 декабря). О том, почему его компания не прекратила сносить гостиницу после решения ВАС, ШАЛВА ЧИГИРИНСКИЙ рассказал Ъ.

— 24 октября президиум ВАС по заявлению структуры "Еврофинанс-Моснарбанка" признал недействительными итоги конкурса на реконструкцию "России". Почему это произошло?

— Никакого конфликта нет. Объект сносится, работы не прекращаются. Наши оппоненты обжаловали итоги конкурса: сначала принимали в нем участие, потом проиграли, им это не понравилось, и они оспорили его итоги. В трех инстанциях их требования были отклонены, а ВАС принял достаточно странное решение с еще более странной мотивировкой. В частности, суд указал, что "не были урегулированы в установленном законом порядке вопросы предоставления земельного участка". Дальше они пишут о сносе и незастроенном участке. Но в нашей ситуации это вообще неприменимо, поскольку речь идет не о новом строительстве, а о реконструкции! Земельный участок не пустой. Как на момент проведения конкурса, так и на сегодняшний день участок занят зданиями и сооружениями ОАО "Россия". Также суд указал, что якобы при проведении конкурса были нарушены права третьих лиц, но перечислить этих лиц суд не удосужился. Никто из этих мифических персонажей с исками не обращался. В действительности речь идет об ОАО "Россия", которой и принадлежит здание гостиницы. Разумеется, правительство Москвы организовывало тендер с предварительного согласия руководства гостиницы. А главное, что в суде первой инстанции оба эти вопроса, "о третьих лицах и нарушениях земельного законодательства", вообще не рассматривались. А следовательно, и не должны были быть рассмотрены ВАС, поскольку он является лишь надзорным органом и не вправе выходить за рамки поданного иска.

— Тем не менее есть решение, отменяющее итоги конкурса.

— Ну и что? У меня есть инвестиционный контракт, я по нему работаю и, пока он действует, не собираюсь ни на секунду останавливать реализацию проекта. Был назначен конкурс на определение девелопера-инвестора, который должен был выполнить определенные условия — в частности, расселить гостиницу. Поверьте мне, это было очень сложно: огромное количество съемщиков, субсъемщиков и т. д. Кроме того, трудовой коллектив составляет более 3 тыс. человек. Мы со всеми договорились, и это стоило определенных средств. В частности, с января 2005 года мы повысили трудовому коллективу зарплату на 10%, выплатили дополнительные средства в размере трех месячных окладов помимо тех трех, которые полагаются сотруднику по законодательству при увольнении. Был протокол о выполнении победителем конкурса условий. Этот протокол был подписан, после чего был утвержден контракт между городом и нами, в рамках которого мы сейчас работаем.

— То есть получается, что решение ВАС — фикция?

— Конечно, не фикция. Решение ВАС отменяет постановление правительства Москвы об итогах конкурса, но не указывает, что делать дальше. Сейчас у города есть несколько вариантов, как действовать. Например, снова собрать конкурсную комиссию и сказать: господа, вы были не правы, что-то сделали не так. Давайте мы все исправим и будем созывать новый конкурс. А вот если сам конкурс признают недействительным, со мной могут начать расторжение контракта в одностороннем порядке. Но процедура должна пройти через суд, надо компенсировать мои расходы, а мне придется останавливать работы на объекте, что в любом случае негативно скажется на его реализации. Но сейчас об этом речь не идет: снос гостиницы "Россия" вступает в завершающую стадию, новый проект дорабатывается с учетом предложений, высказанных на общественном совете (при мэре Москвы.— Ъ) 18 октября. В следующую среду, 13 декабря, проект будет снова представлен на суд совета. Строительство не должно останавливаться, мы не можем допустить долгостроя в центре Москвы и России. Общественность с нетерпением ждет нового проекта, люди не хотят годами следить за судебными процессами.

— Почему концепция, представленная вами на градостроительном совете 18 октября, была раскритикована мэром?

— Почему журналисты так болезненно воспринимают конструктивную критику? Наша компания вместе с руководством города хотела сделать объект прозрачным. И я предложил создать общественный архитектурный консультационный совет, который бы возглавил лично господин Лужков, а его членами должны были стать лучшие архитектурные умы города и страны, включая главного архитектора Кузьмина. А архитектором проекта я предложил пригласить лорда Нормана Фостера. Сейчас идет нормальный рабочий процесс, в октябре мы представили на суд общественности первую версию проекта, в которую нас попросили внести ряд изменений. Что в этом плохого? Неужели было бы лучше, если бы мы что-то построили, а потом московская общественность получила возможность нас критиковать? Сейчас не времена Сталина, который, как известно, подписал два разных чертежа, после чего построили два разных фасада гостиницы "Москва". Мы находимся в творческом созидательном процессе и стараемся привлечь к нему всех, кто может помочь реализовать этот уникальный проект.

"У нас с Рязановым был подписан протокол и по 'Сибнефть-Югре', и по МНПЗ"

— Недавно ФСФР зарегистрировала допэмиссию "Югранефти", владеющей долей в "Сибнефть-Югре", на 1,5 млрд рублей. Компания с 20 апреля 2005 года находится в процедуре банкротства. Зачем понадобилось проводить эту допэмиссию?

— Компанию хотят обанкротить офшоры, связанные с "Сибнефтью", чтобы она была ликвидирована. Нет компании — нет проблемы. Допэмиссия была предусмотрена по плану внешнего управления. С этими деньгами компания перейдет в режим, который позволит ей избежать банкротства. Внешний управляющий рассмотрел ситуацию, понял, что компанию хотят ликвидировать, и решил с этим бороться.

— Вы по-прежнему рассчитываете вернуть себе 50-процентную долю в "Сибнефть-Югре"? Многие суды уже выносили решение не в вашу пользу.

— Этот вопрос не закроется до тех пор, пока мы не вернем себе этот актив. Сейчас мы продолжаем вести переговоры на эту тему с "Газпромом", и там прекрасно знают ситуацию.

— И как к ней относятся в "Газпроме"?

— Мы работали в режиме диалога с Рязановым (бывшим зампредом правления "Газпрома" и президентом "Газпром нефти".— Ъ), сейчас начнем налаживать отношения с новым руководством "Газпром нефти". Сложившаяся ситуация неприятна всем, и для всех она очевидна. "Газпром нефть" находится в тяжелом положении. Им досталась в наследство от "Сибнефти" зашедшая в тупик ситуация на МНПЗ и украденная компания "Сибнефть-Югра". А так как "Газпром" — государственная компания, а государство позиционирует себя как честный хозяйствующий субъект, то этот вопрос в любом случае придется решать. Мы встречались с Рязановым, глава "Газпрома" Алексей Миллер — с мэром Юрием Лужковым, у нас с Рязановым был подписан протокол, касающийся выхода из ситуации,— и по "Сибнефть-Югре", и по заводу. Мы эти вещи не разделяем. Они взаимосвязаны. Обе — часть одного недружественного поглощения со стороны Романа Абрамовича. Он сделал две попытки, и одна ему удалась.

— Какой выход описан в протоколе?

— Это конфиденциальная информация. Протокол официально подписан, были переговоры между мной, Рязановым и Лужковым. И в принципе мы договорились, как решать проблему. Я думаю, что новое руководство "Газпром нефти" будет придерживаться той же линии. Но пока мы не говорили на эту тему. Есть много вариантов. К примеру, вариант размена, когда активы завода будут обменяны на активы "Югранефти" и в случае необходимости стороны могут что-то доплатить друг другу. Второй вариант — возврат этого актива и урегулирование ситуации на заводе. Есть вариант объединения этих активов, и тогда может быть создана региональная корпорация, которая владела бы всем заводом и имела бы ресурс для поставок нефти на предприятие.

— Какой вариант вы считаете наиболее приемлемым?

— Меня бы устроил любой вариант. Единственное что меня не устраивает,— это состояние ни войны, ни мира, как происходит сейчас, или просто войны. У нас нет никакой истории вражды с "Газпром нефтью".

— Тогда почему стороны уже почти год не могут договориться?

— "Газпром" — крупная государственная корпорация, и решения в ней принимаются довольно медленно, как и в Shell, с которой мы работаем. Но был хороший диалог, в том числе по поводу вывода завода из жуткого экономического кризиса, в котором он оказался. Ведь предприятие в течение нескольких лет не могло повысить стоимость процессинга, поскольку принятие таких решений блокировалось бывшим руководством "Сибнефти". В какой-то момент цена была в три раза ниже, чем, к примеру, на Уфимских НПЗ — 450 рублей за тонну против 1,5 тыс. за тонну. Сейчас мы повысили стоимость процессинга до 850 рублей за тонну.

— Если вы договоритесь с "Газпромом", начнется модернизация МНПЗ?

— Конечно, проект модернизации готов. В бизнес-плане на 2007 год прописана необходимость перехода на бензин качества "Евро-3", для чего будут закупаться присадки, МТБЕ и олигомеризат. Рассматриваем вопрос выхода на "Евро-4", для чего необходимо ввести комплекс изомеризации, который оценивается в $25-50 млн. Если ситуация на предприятии будет нормальной, мы планируем увеличить выход светлых нефтепродуктов с нынешних 56 до 76% и снизить выпуск мазута до 9%. Для реализации этих планов потребуется $600-700 млн. Представители "Газпром нефти" тоже участвуют в составлении программы. На последний совет директоров, который утверждал бизнес-план на 2007 год, был приглашен вице-президент по переработке и сбыту "Газпром нефти" Анатолий Чернер, который принял участие в дискуссии. Когда мы договоримся с "Газпром нефтью" о проведении нового собрания акционеров, мы включим в совет директоров их представителей. Кстати, одним из вариантов, который мы обсуждали с Рязановым, был даже вывод завода из Москвы, поскольку стоимость земельного участка, на котором он расположен, уже превышает стоимость завода в разы. И года за четыре предприятие можно вывести за пределы города, причем рано или поздно это неминуемо произойдет. Но пока этот вариант обсуждается только на уровне идеи.

— "Газпром нефть" не предлагала МНГК выкупить пакет в МНПЗ?

— Мы такого предложения не получали и не собираемся продавать свою долю. Мы настроены на создание вертикально интегрированной компании, и если "Газпром" захочет в этом участвовать, двери для переговоров открыты.

— МНПЗ собирается продавать "Нефтехимию" и "Прогресс"?

— Нет.

— Вы знакомы с новым президентом "Газпром нефти" Александром Дюковым?

— Лично я его не знаю, но надеюсь познакомиться.

"Мы не продадим нефтяной бизнес, пока не вернем украденные активы"

— Sibir Energy планирует делать какие-то приобретения в ближайшее время?

— Мы собираемся развивать ресурсную базу. Сейчас компания находится в стадии постоянного роста добычи, и у нее нет долгов, так что нам будет легко привлечь деньги в случае необходимости. Но мы не собираемся покупать что попало, а только хорошие активы. Насчет перспектив работы в Восточной Сибири я был бы осторожен, но что касается Западной — мы внимательно рассматриваем этот регион как с точки зрения участия в аукционах на месторождения, так и покупки уже разрабатываемых участков. Сейчас идут переговоры на эту тему, и, думаю, в ближайшее время мы что-то купим. Поскольку цены на нефть несколько снизились, сейчас можно приобрести хорошие активы.

— В конце прошлого года Sibir Energy собиралась продать одно из своих предприятий — компанию "Магма". Вы уже вели переговоры с потенциальными покупателями, но сделка так и не состоялась. Почему вы изменили свое решение?

— Просто у нас пропала необходимость в продаже актива. Не расставаясь с компанией, мы смогли завершить цикл финансирования "Эвихона", причем компания вышла в бездолговой режим работы, у Sibir Energy тоже нет долгов, все активы профинансированы. Кроме того, "Магма" начала разрабатывать новое месторождение Ореховское, и мы ожидаем на нем очень хорошие результаты.

— Будет ли Sibir Energy вносить "Магму" и "Эвихон" в уставный капитал МНГК?

— До конца года этот вопрос решит совет директоров МНГК. Дата заседания пока не назначена. Совет директоров в компании независимый, так что я не могу сказать, какое решение он примет, но рассчитываю, что этот вопрос все-таки будет решен.

— Как после этого изменится доля Sibir Energy в МНГК?

— Пока мы не можем этого сказать. Оценка компаний еще не завершена.

— Вы не собираетесь продавать свой нефтяной бизнес?

— Нет. До тех пор пока мы не вернем украденные у нас активы, об этом не может быть и речи.