XV МЕЖДУНАРОДНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ "ВЕЖЛИВОСТЬ И “АНТИВЕЖЛИВОСТЬ” В ЯЗЫКЕ И КОММУНИКАЦИИ"

Вестник Московского университета. Серия 9. Филология. 2019. № 4

И.В. Фуфаева

XV МЕЖДУНАРОДНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ «ВЕЖЛИВОСТЬ И "АНТИВЕЖЛИВОСТЬ" В ЯЗЫКЕ И КОММУНИКАЦИИ»

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Российский государственный гуманитарный университет» (РГГУ) 125047, г. Москва, Миусская пл., д. 6

Излагается содержание научных докладов тематической лингвистической конференции в РГГУ, очередной в ряду ежегодных встреч, посвященных выражению в языке и коммуникации того или иного конкретного явления, в данном случае вежливости, этикета, «антивежливости». Авторы докладов — российские исследователи русистики и теории коммуникации и зарубежные русисты из Австрии, Германии, Италии, Белоруссии. Организаторы: Институт лингвистики и лаборатория социолингвистики РГГУ.

Ключевые слова: лингвистика; филология; коммуникация; этикет; вежливость; прагматика; современный русский язык.

23—24 октября 2018 г. в РГГУ прошла XV Международная конференция «Вежливость и "антивежливость" в языке и коммуникации», организованная Институтом лингвистики и лабораторией социолингвистики РГГУ и поддержанная Российским фондом фундаментальных исследований1. В конференции приняли участие исследователи русистики и теории коммуникации из РГГУ, МГУ, ВШЭ, РУДН, ГиРЯ им. А.С. Пушкина, ИРЯ и ИЯ РАН, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Великого Новгорода, Нижнего Новгорода, Омска, Новосибирска, а также русисты из Австрии, Германии, Италии, Белоруссии.

Исследования изменений, затронувших за последнюю четверть века русский публичный, корпоративный, бытовой этикеты, развитие особого сетевого этикета, ведутся активно (см., например, монографию «Корпоративная коммуникация в России: дискурсивный анализ». М., 2017, монографию «Интернет-коммуникация как новая речевая формация». М.: Флинта: Наука, 2012 и др.). Но многие темы остаются недостаточно глубоко рассмотренными. В течение мероприятия доклады и дискуссии уточняли представление о русской вежливости, этикете, невежливости и стратегиях «антивежливости». Вслед за докладчиками можно было сопоставить нынешние изменения правил с таковыми в прошлом, а также с соответствующими явлениями в различных языках и культурах. Тематика

Фуфаева Ирина Владимировна — научный сотрудник лаборатории социолингвистики РГГУ (e-mail: iriel@inbox.ru).

1 Номер гранта 18-012-20085.

в самое последнее время приобрела злободневность в мировом масштабе в связи с глобальной переоценкой как недопустимых паттернов поведения, ещё недавно считавшихся приемлемыми. Как заметила в приветственном слове к участникам конференции О.В. Павленко, профессор, проректор по научной работе РГГУ, «наш стремительный век меняет представления о том, что допустимо, а что нет; меняются политические дискурсы, речь политиков».

Программу мероприятия составили 11 пленарных докладов и доклады, прочитанные на двух секциях.

В докладе «Вежливость и этикет» В.М. Алпатов (Институт языкознания РАН) подчеркнул различие между этикетом и вежливостью: правила этикета не оставляют говорящему выбора, а вежливость (в широком смысле, включая невежливость) является результатом выбора говорящего, выражающего личное отношение к собеседнику или предмету речи. Одни и те же формы могут быть как этикетными, так и вежливыми (или невежливыми); так, обращение на Вы или ты в русском языке в одной ситуации этикетная, то есть безальтернативная форма, в другой — маркированная и употребляется по выбору говорящего.

М.А. Кронгауз (РГГУ, ВШЭ) посвятил доклад «Речевой этикет и вежливость: термины и интерпретация» русской терминологической системе, связанной с речевым этикетом. В ее основе лежат два понятия — собственно, речевой этикет и вежливость. Это противопоставление отсутствует в английской системе, и по существу должно осмысляться заново. В докладе определяются основные внешние и внутренние функции речевого этикета. Вежливость предлагается считать составной частью речевого этикета, дополнив ее понятием антивежливости, т.е. особыми речевыми средствами, выражающими агрессию. Антивежливость включает то, что в обычном языке называется «оскорблением». За феноменами, связанными с пассивным нарушением внешних функций речевого этикета, можно закрепить термин «невежливость».

В.И. Заботкина (РГГУ) в докладе «Когнитивные основы принципа вежливости» напомнила, в частности, о связи современного языка полит-корректности с хорошо изученным языковым явлением — эвфемией.

Т.В. Ларина (РУДН) в докладе «Вежливость, невежливость и грубость в межкультурном аспекте» отметила важность этнокультурной специфики. В одних культурах вежливость нацелена на соблюдение дистанции и уважение независимости собеседника, в других, наоборот, на проявление близости и солидарности. Вежливой может быть демонстрация как уважения к возрасту и статусу, так и, наоборот, равенства и отсутствия интерперсональных границ.

В.И. Карасик (ИРЯ им. А.С. Пушкина, Тяньцзиньский университет иностранных языков, Китай) в докладе «Вежливость и антивежливость в сетевом дискурсе» предложил четырехмерную схему, в которой противопоставляются негативная и позитивная, акцентированная и фоновая, искренняя и неискренняя вежливость, а также симметричное и несимметричное выражение уважительного и неуважительного отношения говорящего к адресатам. Участники сетевого дискурса стремятся к позитивной

вежливости, ориентированной на нормы искренности, а не тактичности, и используют игровую антивежливость для выражения доброго отношения к адресатам на сокращенной дистанции общения.

Б.Ю. Норман (БГУ, Минск) в докладе «О собеседнике — в 3-м лице» описал дискурсивные условия, при которых обозначение слушающего 3-м лицом может выражать подчеркнутую вежливость или, наоборот, антивежливость.

Г.Е. Крейдлин, Л.А. Хесед РГГУ в докладе «Русские поведенческие прилагательные в аспекте категорий вежливости и невежливости» описали значения и употребление прилагательных типа вежливый, галантный, любезный, тактичный, невежливый, бесцеремонный, наглый, хамский, названных «поведенческими», показали необходимость включения отдельных видов невербальной информации в их лексикографическое представление и соотнесли отдельные компоненты их значения с категориями вежливости и невежливости, с понятиями этикета и ситуативной нормы.

Т.Е. Янко (Институт языкознания РАН) в докладе «Обращения: лексическая семантика, прагматика, культурная традиция» проанализировала согласование лексической семантики слов, именующих человека, и иллокутивной семантики обращений.

Р. Ратмайр (Венский экономический университет, Австрия) в докладе «Вежливость в австрийской и русской культурах: мифы и реальность» выявила некоторые черты русской вежливости на примере общения персонала российского санатория. На первый взгляд, обращение к незнакомой пациентке моя хорошая, а к пожилым женщинам в очереди «Девочки, пройдите, четверо», серьезно нарушает правила этикета, но пациентки не воспринимают это как невежливость, и в целом атмосферу в санатории можно квалифицировать как вежливую.

И.А. Шаронов, М. Козадаева (РГГУ) в докладе «Невежливость и антивежливость: две мишени речевого этикета» осветили практику «педагогического наказания» в русской коммуникации. «В русской бытовой культуре по отношению к тому, кто, с точки зрения говорящего, совершил этикетную ошибку, позволительными считаются высказывания... унижающие собеседника, ставящие его в позицию плохо воспитанного ребенка. Кто последний? — Здесь все первые (по мнению части общества, нельзя говорить последний, нужно говорить крайний). Вы еще работаете? — А вы не видели табличку: обед? Такие поучающие, псевдопедагогические ответы редко приводят к конфликту. Адресат чувствует скорее необходимость извиниться за свою ошибку, чем желание негодовать». Докладчик относит такие стратегии к антивежливости, отмечая при этом их нередкую риторическую изощренность.

Доклады Шаронова и Ратмайр демонстрируют толерантность носителей русского языка к нарушению их личностных границ, но, возможно, это свойство лишь старшего поколения. Сейчас сталкиваются разные правила. Так, взрослые носители русского языка с детства обучены правилу транспортного этикета: спрашивать, выходят ли впереди стоящие на следующей остановке. Но часть нового поколения, как замечает О.И. Северская (ИРЯ им. В.В. Виноградова) в докладе «От "диких извинений" до "можно по-

жалуйста": о границах между вежливостью и антивежливостью», такого правила не знает. «Сегодня вопрос: Вы выходите? и просьбы: Разрешите пройти! Давайте поменяемся местами... воспринимаются как "невежливые", расцениваются как вторжение в личное пространство адресата... На вежливое: Разрешите пройти!можно услышать Поговорить не с кем?!» Можно предположить, что привычка общаться письменно, спрашивать разрешения позвонить, приводит к восприятию устного обращения как агрессии. В то же время у молодежи есть тенденция усиленно оправдываться за собственное обращение, когда им приходится к нему прибегать, путем нагромождения извините и объединения двух вежливых слов, употреблявшихся лишь по отдельности, в новый гибрид можнопожалуйста.

Е.В. Маринова (ННГУ) в докладе «Комильфо — не комильфо в системе оценки "новой русской вежливости"» рассмотрела возрождение слова комильфо, особенности его употребления и возможные причины ревита-лизации. Положительная коннотация слова выявляется в «гламурном» контексте в рекламном дискурсе, отрицательная — в ироническом контексте в медийном.

Е. Граф (Мюнхенский университет им. Людвига и Максимилиана) в докладе «Ирония как форма антивежливости?» рассмотрела соотношение иронии с Принципами вежливости (Дж. Лич) и кооперации (П. Грайс). Ирония может быть способом как критики адресата без эксплицитной угрозы его имиджу (антивежливость), так и создания позитивной атмосферы коммуникации (вежливость). Иронические клише Ты — настоящий друг (в ситуации, когда, например, кто-то разгласил тайну и т.п.)/нем. ирон. Das ist ja eine schöne Bescherung!выражают скрытую анти-вежливость. Однако ср. употребление фраземы как огурчик в прозе Довлатова, когда жена навещает мужа в лагере заключенных:

— Боря, — шепчет женщина, — совсем зеленый.

— Как огурчик, — усмехается тот.

Здесь ирония мотивирована максимой великодушия, используется в целях разрядки напряженности, в соответствии с определением Дж. Личем вежливости как коммуникативного альтруизма.

Н.Г. Брагина (Гос. ИРЯ им. А.С. Пушкина, РГГУ) в докладе «Вежливость как антивежливость: на стыке разных культурных норм и правил» анализирует столкновение культурных норм Адресанта и Адресата. Фраза в общественном транспорте: Садитесь, бабушка! — проявление Адресантом заботы и вежливости, но подчеркивание возраста может быть воспринято Адресатом как проявление невежливости. Негативная вежливость (сохранение дистанции между Адресантом и Адресатом) конкурирует с позитивной (солидарность, включение Адресата в одну группу с Адресантом).

И.И. Бакланова (НИЯУ МИФИ) в докладе «Способы выражения критических замечаний в научных текстах советского периода: тактичность vs категоричность», в частности, рассматривает «игру злостными кличками», с помощью которой критики демонстрировали лояльность режиму. Это названия научных течений, образованные от фамилий с помощью суффикса -щин-: деборинщина, переверзевщина; название критикуемого явления в сочетании с так называемый: «так называемой социологической школы Фер-

динанда де Соссюра»; фамилии во мн.ч.: «Петерсоны, Ушаковы и прочие», как указатели на класс незначительных отрицательных персонажей.

В заключение было отмечено, что доклады отразили многомерную картину русской вежливости, невежливости и грубых стратегий, этикетные правила, меняющиеся на наших глазах. Понятийное поле «этического кодекса» и значений этикетно маркированных языковых единиц совпадают не полностью. Агрессия может реализовываться в рамках этикета, а грубоватость — делать общение интимным, шутливым, игровым. «Антивежливость» еще не получила достаточного освещения в научной литературе. По итогам конференции решено продолжить разработку принципов анализа и изучения стратегий и тактик кооперативного и конфликтного общения, мониторинг изменения этикета и границ допустимого поведения.

Irina Fufaeva

XV INTERNATIONAL CONFERENCE ON POLITENESS

AND ANTI- POLITENESS IN LANGUAGE AND COMMUNICATION

Federal State Budgetary Educational Institution of Higher Professional Education

Russian State University for the Humanities

Miusskaya sq. 6, Moscow, GSP-3, 125993, Russia

The article discusses reports made at the conference on politeness, etiquette, and anti-politeness in language and communication organized by the Institute of Linguistics and Laboratory of Sociolinguistics, Russian State University for the Humanities. The attendees were researchers from Russia, Austria, Germany, Italy, and Belarus.

Key words: linguistics; philology; communication; etiquette; politeness; pragmatics; modern Russian language.

About the author: Irina Fufaeva — PhD in Philology, Researcher, Russian State University for the Humanities (e-mail: iriel@inbox.ru).