Смоленская денежно-весовая система xiii века

Смоленская

денежно-весовая система XIII века

Практически все денежные системы, использовавшиеся до второй четверти XV в. в Древнерусском государстве и Великом княжестве Литовском, не имели своих официальных названий, их структуры не были четко представлены в письменных источниках. Исключение -Смоленская денежная система, упоминавшаяся еще в Смоленской торговой правде 1229 г.

Шамиль Бектинеев,

старший научный сотрудник Института истории НАН Беларуси, кандидат исторических наук

Территория современной Беларуси за время своей истории практически всегда входила в состав различных государственных образований: в Х-Х111 вв. - Древнерусского государства (Киевской Руси), с середины XIII - начала XIV в. -Великого княжества Литовского (ВКЛ), в 1569-1772/1793 гг. - Речи Посполитой, а после ее двух разделов в 1772 и 1793 гг. до марта 1917-го относилась к Российской империи, в марте - октябре 1917 г. - к республиканской России, в 1922-1991 гг. - к СССР. Полный суверенитет Беларусь приобрела лишь после распада СССР в декабре 1991 г.

В ХШ-Х^ вв. в отдельных регионах ВКЛ функционировали

различные варианты древнерусской денежно-весовой системы: новгородская, смоленская и, вероятно, галицко-волынская. Иногда, особенно в международной торговле, могли использоваться скандинавская, ливонская и ни-зовская (в Московском, Тверском, Рязанском и других княжествах и землях) денежные системы.

«Белорусские» или «западнорусские» земли, являясь в политическом и экономическом отношении составной частью различных государств, вынуждены были принимать их формы денежного обращения и знаки (монеты, слитки и их фракции, банкноты). В ВКЛ наиболее значительными и исследованными региональными системами организации денежного хозяйства являются полоцко-витебская (середина XIII в. — 1386-1392 гг.), киевская (1364-1394 гг.) и литовско-татарская (1398-1425 гг.) [1, с. 74-97].

Сложность в изучении денежного обращения Х-Х^ вв. состоит и в том, что практически у всех денежных систем, использовавшихся до второй четверти

XV в. (примерно до 1425-1427 гг.) в Древнерусском государстве и ВКЛ, не было своих официальных названий, их структуры не были четко представлены в письменных источниках. Древнерусские денежные системы определены исследователями по данным Русской Правды в двух редакциях и по метрологическому анализу монетных, преимущественно кладовых, находок. Исключение -Смоленская денежная система, упоминавшаяся еще в Смоленской торговой правде 1229 г.

Эта система в 20-60-х гг. XIII в. распространялась не только на Смоленщину, но и на территорию современной Беларуси: по левому Поднепровью от Орши и Копыси на севере до границ с Киевским княжеством на юге (до Лучина в Гомельской обл.), а также на Полоцк и Витебск, которые находились в вассальной зависимости от смоленских князей. Но необходимо учитывать и то, что иногда и полоцкие князья правили в Смоленске, что, скорее всего, указывает на формальную, а не фактическую подчиненность.

Рассматриваемая нами денежная система известна, главным образом, по смоленским письменным источникам ХП-Х^ вв. К настоящему времени исследователями изучено 8 смоленских грамот ХП-Х^ вв. Однако с учетом того, что «Торговый договор Смоленска с Ригою и Готским берегом 1229 г.» сохранился в шести списках, то в наличии имеется 13 грамот.

Для исследований денежного обращения на территории совре-

Ф Q

2 СО

Древнерусские слитки - гривны северорусские

Брактеаты типа «AZIMIR», конец XII - первая четверть XIII вв.

1 - брактеат с крапивным листом, графство Шауэнбург, граф Адольф, первая треть XIII в.

2 - «пфенниг Лютегера», ландграфство (Саксен-)Гота, Людвиг III, 1172-1190 гг.

о

X X

5

X

менной Беларуси в конце XI -второй четверти XIII вв. наиболее значимы 3 смоленские грамоты -1150, 1223-1225 и 1229 гг., в которых указываются наименования современных белорусских населенных пунктов [5]. Из 49 населенных пунктов, в 1136-1150 гг. являвшихся центрами волостей Смоленского княжества, в Беларуси в настоящее время находятся 7 городов и деревень: Басея, Заруб, Копысь, Прупой, Кречют, Лучин и Мстиславль.

Определенный интерес представляет «Договор неизвестного смоленского князя с Ригою и Готским берегом» (сохранилась основная часть с 25 статьями), составленный и подписанный около 1223-1225 гг. В нем приводятся правила торговли смоленских, рижских, немецких и готланд-ских купцов, различные штрафы в гривнах серебра («аже оубьють тивоуна княжа городьского 20 грив[ен] серебра како и послоу»). Поскольку в Уставе Ярослава 1150 г. и в «Торговом договоре Смоленска с Ригою и Готским берегом 1229 г.» упоминаются населенные пункты, расположенные на территории современной Беларуси, то можно полагать, что и Договор 1223-1225 гг. имеет отношение к исследуемой территории [5].

«Торговый договор Смоленска с Ригою и Готским берегом 1229 г.» сохранился в двух редакциях (готландской и рижской) и в шести списках, пронумерованных латинскими литерами от А до Б. К готланд-ской редакции относятся списки А, В и С, к рижской - Б, Е и Б. Редакции Правды 1229 г. отличаются друг от друга количеством статей (в рижскую редакцию вставлены 23-я и 35-я статьи), их расположением в тексте, а также языком. Наличие нескольких списков объясняется тем, что этот договор подтверждался несколькими смоленскими князьями, поэтому они имеют разную хронологию - от 1229 г. до середины XIV в. [2, с. 340-377; 4, с. 18-52].

Наиболее древним вариантом является Список А готландской редакции 1229 г., составленный после смерти рижского епископа Альбрехта в правление смоленского князя Мстислава Давидовича. К тому же договор представлен оригиналом, что довольно редко для того времени [5]. Нами, в первую очередь из-за древности, использован именно этот список. Самый поздний Список В гот-ландской редакции датируется 1297-1300 гг.

Наиболее ранняя и оригинальная Смоленская Правда 1229 г. (торговый договор) была заключена от имени Смоленского (Мстислава Давидовича), Полоцкого и Витебского князей с магистратом г. Риги (представляли 4 купца) и Рижским епископом (3 купца и 1 «божий дворянин», по-видимому, рыцарь-крестоносец), Готским берегом (3 чел.) и представителями ганзейских городов - Любеком, Жатом (?), Мюн-стером, Гронингеном, Дортмундом, Бременом (по 2 человека от каждого) и «инехъ много оумныхъ добрыхъ людеи» [4]. В списке ганзейских городов упоминается и северо-немецкий г. Любек, что очень важно для исследования.

Смоленская Правда 1229 г. представляет огромный интерес для нумизмата и любителя истории не только тем, что она регламентирует правила торговли Смоленска, Полоцка и Витебска с Ригой, Готским берегом и германскими ганзейскими городами, но, в первую очередь, тем, что в ней приводятся денежные единицы, позволяющие реконструировать денежную систему, функционировавшую в Смоленском княжестве в XIII в. и до середины столетия распространявшуюся на Полоцкое и Витебское княжества.

4

1-5 - брактеаты 1236-1239 гг., 6 - брактеат 1240-х гг.

Слитки киевского типа из клада 1893 г., д. Задрутье (Рогачевский р-н Гомельской обл.), сокрыт в XIII в.

В письменном источнике впервые за несколько веков существования Древней Руси приводится название одной из древнейших денежных систем и ее единиц -«Смоленской».

Первой денежной единицей в договоре 1229 г. называется самая крупная и тяжелая по весу - «гривна серебра». Она упоминается в разных вариантах: «1 гривна серебра», «5 гривен серебра», «полторы гривны серебра», «гривен 10 серебра»; иногда в сокращенном - «5 серебра». Затем следуют «куна смоленская» («коуна смольнеская»), «ногата смоленская» («ногата смольнеская») и самая мелкая -«векша» (= 1/2 куны). Последней во второй статье Списка Е рижской редакции упоминается «гривна кунами или пенязями», составлявшая 1/4 часть гривны серебра.

Уже по этим данным мы можем, сопоставляя с новгородской, определить примерную структуру Смоленской денежной системы:

• «смоленская» гривна серебра = 4 гривнам кунами или пенязями = 192,96-196,2 г;

• гривна кунами = 20 ногатам смоленским = 50 кунам смоленским = 100 векшам.

По мнению российского нумизмата и археолога академика В.Л. Янина, смоленская гривна серебра имела вид киевского слитка шестиугольной формы теоретическим весом 163,7 г [6, с. 101, сн. 12]. По-видимому, такое предположение у него появилось из-за того, что смоленские князья в своей политике больше тяготели к киевским князьям.

Однако заявление В.Л. Янина, на наш взгляд, не совсем верно, что показывают подсчеты веса гривны серебра и определение типа слитка.

В Смоленском торговом договоре имеется примечательное сообщение: «гривна кунами или пенязями» (выделено нами). Слово «пенязь» довольно долго применялось в денежном обращении ВКЛ - примерно с середины XIV в. до 60-70-х гг. XVI в. Чеканились даже монетки достоинством в один «пенязь». В XV ст. термин «пенязь, пенязи» стал обозначать не только название денежной единицы, но и собирательное обозначение денег, позже замененное словом «гроши», что осталось до сих пор и в белорусском языке. А в Польше слово «пенёнзы» до сих пор означает деньги.

Исследователи полагают, что термин «пенязь» произошел от

названий германского (немецкого, скандинавского и английского) серебряного денария - «пфенниг, пфеннинг», «пеннинг» и «пенни». Следовательно, в рижско-смолен-ском договоре 1229 г. упоминались какие-то немецкие мелкие монеты «пфенниги», трансформировавшиеся в название «пенязи». Значит, вес смоленской гривны серебра мы можем определить по чеканной северо-немецкой монете первой четверти XIII в.

Рига, Полоцк, Витебск и Смоленск как административные центры имели обширные торговые связи с северогерманскими городами, которые были объединены в Ганзейский союз. Центр этого союза находился в г. Любеке, упоминавшемся в договоре и являвшимся «законодателем моды» в чеканке единой монеты. Любекские пфенниги весом в 1,06-1,10 г 937,5-й пробы были в ходу не только в Северной Германии, но в южной Скандинавии и в Тевтонском и Ливонском орденах (территория современных Латвии и Эстонии), где на многих монетных дворах со временем стали чеканить «любекские» (русские «любские» и «лобец, лбец»), особенно популярны были рижские и ревельские монеты. Скорее всего любекские пфенниги и

о

X X

5

X

5

Слитки

новгородского типа

о х

X

5? х

рижские «любекские» использовались в торговых операциях Ливонии с Полоцком, Витебском и Смоленском, что отразилось в смоленско-рижском торговом договоре 1229 г. В торговле, по-видимому, применялись также и готландские (= 1/2 свеаланд-ского пеннинга = 0,34-0,56 г) и свеаландские (= 2 готландских пеннинга) пеннинги, часто в литературе называемые «щвед-скими».

Учитывая весовые данные любекских пфеннигов и свеа-ландских и готландских пеннин-гов и «смоленской ногаты» в 2,412 г, можно полагать, что смоленская куна или пенязь весила около 0,96 г (2,412 г : 2,5) и равнялась 2 векшам (веверицам) (= 1/100 гривны кун). Следовательно, смоленская гривна серебра в первой четверти XIII в. могла иметь массу около 192,96 г (2,412 г х 80 ногат или 200 кун-пенязей), что очень близко к теоретическому весу новгородской гривны серебра в 204,75 г и появившемуся в 90-х гг. этого же столетия новгородскому рублю в 196,2 г.

Зная приблизительную массу смоленского серебряного слитка, мы можем определить его тип - киевский (теоретический вес 163,7 г) или новгородский (= 4 гривнам кун = 204,75 г.). Смоленская же гривна весила около 192,96 г, что все же ближе к массе новгородского слитка, а не классического киевского.

Поиски украинского нумизмата Н.Ф. Котляра [3, с. 174-180] и российской исследовательницы М.П. Сотниковой показали, что на рубеже XII и XIII в. на Киевщине (в меньшей степени) и в Северо-

Восточной Руси (Рязанское и Тверское княжества) стали появляться тяжелые киевские шестиугольные слитки с раскованной (расплющенной) спинкой. Поэтому некоторое время в денежном обращении одновременно находились классические киевские слитки весом около 155-170 г и тяжелые плющенные массой около 195,56-196,42 г. По мнению Н. Котляра, это было вызвано тем, что на Готланде (остров южнее Швеции) с конца XII в. стали использовать новую денежную марку - скандинавский фунт - весом около 196-197 г, что, по-видимому, скоро было принято и в северорусских княжествах. Поскольку в этих землях и на Смоленщине было еще сильно киевское влияние, здесь могли использовать «плющенные» слитки киевского типа (шестиугольные), но более тяжелые - в 192,96-196,6 г. А плющением или проковкой этих слитков проверяли пробу металла: чем выше проба, тем легче он проковывался.

Таким образом, можно констатировать, что в южных волостях в денежном обращении в 1229 г. использовали слитки киевского типа, но тяжелые, а в северных волостях - новгородского - примерно такого же веса. Исследования других денежных систем показало, что во второй половине столетия в торговле перешли окончательно к слиткам новгородского типа (палочкообразные).

С восстановлением суверенитета в середине XIII в. в Витебском княжестве отказались от использования Смоленской денежно-весовой системы. Это произошло, по-видимому, не только из-за ее принадлежности бывшему сюзерену, но и потому, что к смоленским границам в 50-х гг. столетия подошли монгольские войска. В средние века, как никогда, денежная система и чеканная монета являлись одним из символов суверенитета государства. Так как монголы могли вынудить Смоленск платить дань, то другие государства в свою очередь могли считать, что Витебск,

где функционировала Смоленская система, выплачивает или должен выплачивать такую подать. А это негативно сказалось бы на политическом имидже и на внешней торговле. Вероятно, это явилось одной из причин отказа от использования чужого денежного хозяйства. Правда, Смоленская денежная система по документам могла еще функционировать до 80-х гг. XIII в.

Другой причиной отказа в Витебском княжестве от этой системы могло явиться и формирование своей региональной «полоцко-витебской денежной системы», которая функционировала в Полоцко-Витебском Подвинье со второй половины XIII в. до 1386-1392 гг.

Значение Смоленской денежно-весовой системы для белорусской истории трудно переоценить. Во-первых, после приобретения Витебском полной независимости от Смоленска она дала толчок для формирования во второй половине XIII в. собственной денежно-весовой системы в Полоцко-Витебском Подвинье. Во-вторых, она способствовала внедрению некоторых денежных единиц в полоцко-витеб-скую структуру. Именно в Списке Е Смоленской Правды мы впервые находим термин «пенязь», который совместно с гривной стал основной единицей денежной системы ВКЛ 1405-1407 гг.

Литература

1. Бектинеев Ш.И. Региональные денежные системы ВКЛ в середине XIII - первой трети XV в. Ш.И. Бектинеев // Ягелоны: дынастыя, эпоха, спадчына: Матэрыялы М1жнар. навук.-практ. канф. (Гальшаны-Навагрудак, 8-10 верас. 2006 г.). - Мн., 2007. С. 74-97. Прилож.: С. 78-80.

2. Бектинеев Ш.И. Смоленские грамоты и денежное обращение на территории Беларуси в XII —XIV вв. / Ш.И. Бектинеев // Памяць стагоддзяу на карце Айчыны: зб. навуков. прац у гонар 70-годдзя М.Ф. Сшрыдонава. - Мн., 2007. С. 340-377. Прилож. 1-3: С. 361-377.

3. Котляр Н.Ф. Древнерусские монетные гривны (опыт классификации и хронологизации) / Н.Ф. Котляр // Труды VI Международного Конгресса славянской археологии. Т. 4: Общество, экономика, культура и искусство славян. - М., 1998. С. 174-180.

4. Смоленская Правда 1229 г. - «Торговый договор Смоленска с Ригою и Готским берегом, 1229 г.» // Смоленские грамоты XIII-XIV веков / Подг. к печати Т.А. Сумникова и В.В. Лопатин / Под ред. Р.И. Аванесова. - М., 1963. С. 18-52.

5. Смоленские грамоты XIII-XIV веков / Подг. к печати Т.А. Сумникова и В.В. Лопатин / Под ред. Р.И. Аванесова. - М, 1963.

6. Янин В.Л. «Память, как торговали новгородцы» (к вопросу об эволюции денежной системы в XV в.) / В.Л. Янин // Вспомогательные исторические дисциплины. - Л., 1985. Т. XVI. С. 98-114.