Исключение из правил как технико-юридическое средство опережающего правотворчества

7. Radko T.N. Theory of State and Law: Tutorial. M.: Russian Academy of the Bar, 2001. 416 p.

8. Kulapov V.L., Khokhlova I.S. The Way of Legal Regulation. Saratov: Publishing house "GOU VPO " Saratov State Law Academy", 2010. 176 p.

9. Shundikov K.V. Mechanism of Legal Regulation: Tutorial / Edited by d octor of law, professor A.V. Malko. Saratov: Publishing house "GOU VPO " Saratov State Law Academy", 2001. 104 p.

УДК 343.8

М.В. Баранова

ИСКЛЮЧЕНИЕ ИЗ ПРАВИЛ

КАК ТЕХНИКО-ЮРИДИЧЕСКОЕ СРЕДСТВО

ОПЕРЕЖАЮЩЕГО ПРАВОТВОРЧЕСТВА

Введение: опережающее правотворчество обладает целым рядом специфических технико-юридических средств, адекватно либо неудачно отображающих его сущность и регулятивные возможности. Проблема правовых исключений в сфере опережающего правотворчества не только не подвергнута в теории государства и права анализу, но даже надлежащим образом не поставлена. Цель: представить варианты и рассмотреть логико-гносеологические и технико-юридические возможности исключений в области опережающего законотворчества, предложить некоторые пути совершенствования их применения в опережающей правотворческой практике. Методологическая основа: диалектика правотворческого процесса, догма права и формально-юридический метод анализа результатов правотворчества, общее и частное, универсальное и конкретное в действующем законодательстве, методы правового прогнозирования и моделирования. Результаты: раскрыта ценность применения исключений в сфере опережающего правотворчества, выявлены типичные дефекты использования законодателем исключений при формулировании опережающих юридических норм, обозначены технико-юридические средства повышения качества использования исключений в опережающем правотворчестве. Выводы: правовые исключения — необходимое и при определенных обстоятельствах эффективное технико-юридическое средство, обеспечивающее оперативность, динамизм и прогностичность опережающего правотворчества. Опережающее правотворчество должно доминировать в процессе совершенствования юридической регламентации и при помощи исключений результативно модифицировать законное отклонение от унифицированных стандартов поведения. Исключения из правил выступают высокоценным технико-юридическим инструментом опережающего правотворчества, позволяющим оптимально учитывать многообразие общественных отношений и основные тенденции их развития.

Ключевые слова: право, опережающее правотворчество, законодательное исключение, исключительный случай, законодательная оговорка, опережающая правовая регламентация внедрения достижений биомедицины.

© Баранова Марина Владимировна, 2018

Студентка третьего курса юридического факультета (Национальный исследовательский Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского); e-mail: m-phototasck.baranova@yandex.ru © Baranova Marina Vladimirovna, 2018

Third year student, law faculty of the Federal State Autonomous Institution of Higher Education

M.V. Baranova

EXCEPTION TO THE RULES AS A TECHNICAL

AND LEGAL MEANS OF THE ADVANCING LAW-MAKING

Background: the advancing law-making possesses a number of specific technical and legal means, either adequately or unsuccessfully displaying its essence and regulatory opportunities. The problem of legal exceptions in the sphere of the advancing law-making not only researched in the theory of the state and law but it has not duly set up. Objective: the author of the article supposes to expound variants and research logik-gnoseological and technic- legal opportunities of exceptions in the field of the advancing lawmaking, to offer certain ways of their application improvement in the advancing law-making practice. Methodology: in doing the research dialectics of law-making process, dogma of law and the formal-legal method of the law-making the results' analysis, the general and private, universal and concrete phenomena in the current legislation, methods of legal forecasting and modeling were used. Results: the author reveals the value of exceptions' application in the sphere of the advancing law-making, unveils typical defects of using by the legislator the exceptions when formulating the advancing legal norms, designates technical and legal means of the quality improvement of using the exceptions in the advancing law-making. Conclusions: legal exceptions are the necessary effective technical and legal remedy which successfully provides efficiency, dynamism and predictability of the advancing law-making. The advancing law-making should prevail in the course of the legal regulation improvement and aided by the exceptions effectively modify legal deviation from the unified standards of behavior. Exceptions to the rules act as the high-valuable technical and legal instrument of the advancing law-making allowing in the optimal way to take into account the variety of the public relations and the main tendencies of their development.

Key-words: law, advancing law-making, a legislative exception, an exceptional case, the legislative reservation, the advancing legal regulation of introduction of achievements of biomedicine.

Оперативность правотворчества является важнейшим принципом и условием обеспечения его эффективности. Право должно не просто констатировать уже сложившиеся общественные отношения, но и в обязательном порядке учитывать возможные изменения, которые можно и нужно своевременно спрогнозировать. В необходимости создания системы долгосрочного прогнозирования, позволяющей определять последовательность шагов по ключевым приоритетам развития страны, заинтересованы первые лица государства [1]. В частности, по поручению В.В. Путина, был разработан законопроект, а затем принят Федеральный закон от 28 июня 2014 г. № 172-ФЗ «О стратегическом планировании в Российской Федерации», регламентировавший вопросы стратегического планирования и прогнозирования1. Квинтэссенция данного нормативно-правового акта — создание правовой основы для разработки и функционирования комплексной системы стратегического планирования социально-экономического развития и национальной безопасности России. В этом документе концентрируется прогностическая роль правотворчества, ибо в нем нормативно оформлены стратегические и тактические планы государства.

1 См.: Собр. законодательства Рос. Федерации. 2014. № 26, ч. I, ст. 3378.

83

Субъект правотворчества обязан предвосхищать, предвидеть перемены как объективного, так и субъективного характера, работать на опережение при трансформации юридически значимой деятельности. В этой связи особую практическую и теоретическую актуальность приобретает феномен опережающего правотворчества. Названная категория отражает важнейший аспект прогностического потенциала права. Под опережающим правотворчеством мы понимаем особую относительно самостоятельную разновидность юридического нормосози-дания, состоящего в процедурно-организационном механизме инновационного конструирования различных форм правовой реальности (юридических норм, идей и концепций законопроектов, базовых законов) по предмету, ранее не подвергавшемуся на том или ином уровне регламентации [2, с. 120-125; 3, с. 43-45; 4, с. 567-570; 5, с. 67-71].

Таким образом, суть опережающего правотворчества состоит в заранее спланированной регламентации тех жизненных обстоятельств, наступление которых можно (и нужно) спрогнозировать. По нашему мнению, доминирующая часть продуктов правотворчества — нормативных правовых актов — должна иметь опережающую составляющую. Только в этом случае можно вести речь о подлинной адекватности воздействия права на динамику общественных отношений, реальном понимании не только текущей обстановки, но и о возможных направлениях ее изменения.

Опережающее правотворчество в своем арсенале содержит как средства и приемы, характерные для данного вида юридической деятельности в целом, так и особые, специальные юридические инструменты, позволяющие имплементи-ровать в нормативный акт результаты прогнозирования. Среди таких технико-юридических средств важное место занимает такой феномен, как правовое исключение. С сожалением приходится констатировать, что даже известные исследователи, углубленно и специально в течение многих лет разрабатывающие правовые исключения [6; 7; 8; 9], не очертили проблемы их функционирования в сфере опережающего правотворчества, не обозначили возможности и значение исключений в опережающей законодательной деятельности.

Исключения в праве — допускаемые юридическими нормами и закрепленные в них, отличные от общеустановленных правил положения, реализуемые уполномоченными на то субъектами при определенных условиях.

Исключения представляют собой уникальный прием правотворческой техники, обеспечивающий необходимую гибкость и дифференцированность правовой регламентации.

Само по себе исключение в праве — неоднозначная правовая категория, которая позволяет, не нарушая правила, предложить иной вариант развития ситуации [7; 8]. Исключения относятся в качестве высокоценного элемента к правотворческой составляющей юридической техники. Т.В. Кашанина не без оснований утвержадет, что «в плане юридической практики исключения (тогда, когда они оправданы) представляются как правотворческий прием, позволяющий придать некоторую гибкость и приспособляемость жесткой правовой регламентации.... В этом случае исключения дают возможность приспособить общую норму к особо оправданным случаям» [10, с. 196]. Интерес вызывает вопрос: что, собственно, Т.В. Кашанина понимает под «особо оправданными случаями»? Законодательные вариации по данному словосочетанию могут быть предельно

широкими: исключительные случаи, особые случаи, случаи, не терпящие отлагательства, необходимые случаи.

Государство в превентивном плане прогнозирует возможность наступления экстраординарных ситуаций, но объективно не способно регламентировать каждый такой случай, обладающий к тому же чрезвычайным, исключительным характером [11, с. 60].

В проекции к опережающему правотворчеству магистральным моментом служит то, что эти случаи: а) в силу их атипичности нельзя детализировать и конкретизировать в нормах права; б) их наступление, превращение из юридической возможности в правовую действительность лишь предполагается (прогнозируется) законодателем. Например, в ч. 3 ст. 70 Кодекса торгового мореплавания РФ установлено: «В исключительном случае, если судно должно находиться длительное время в открытом море и тело умершего не может быть сохранено, капитан судна имеет право предать тело умершего морю согласно морским обычаям с составлением соответствующего акта».

В данной правовой ситуации можно с полной уверенностью констатировать факт проявления опережающего правотворчества через юридическое исключение. Законодатель, формулируя указанное предписание, изначально использовал союз «если»: «если судно должно находиться длительное время в открытом море». То есть субъект правотворчества лишь предполагает вероятностное длительное нахождение судна в море. При этом на судне опять же допускается возможность появления умершего, что, конечно, невозможно планировать заранее. Более того, заранее и, естественно, условно объявляется невозможность сохранения тела.

Представленная ситуация (длительное нахождение судна в море; наличие е трупа; невозможность его сохранения) строится на гипотетическом предполо- и жении о ее наличии. Законодатель в данном случае работает на опережение, а справедливо обозначая данный случай как исключительный, и предоставляя о возможность капитану судна законным образом принять наиболее целесообраз- к ное решение, хотя оно может и не согласовываться с моральными и религиозными о

с

постулатами. Результатом опережающего правотворчества служит, безусловно, а вся представленная норма, квинтэссенцией которой выступает указание на ис- в

е

ключительность случая. о

Наиболее отчетливо взаимосвязь исключений и опережающего правотвор- ю

Т5

чества проявляется в региональном законодательстве. Опережающие начала | законотворчества существуют на всех его этапах. Но чаще всего и, пожалуй, к результативнее всего опережение происходит на этапе формулирования идеи и а концепции законопроекта в региональном правотворчестве, когда та или иная | юридически значимая деятельность либо вообще не регламентируется федераль- ии ным законодателем, либо регулируется им частично, фрагментарно, неполно [4, № с. 215-226]. 2 В качестве примера, когда федерация санкционирует регионам возможность ) использования исключений, можно привести положения ч. 2 ст. 29.1 Лесного 8 кодекса РФ, согласно которой «в исключительных случаях, предусмотренных законами субъектов Российской Федерации, допускается осуществление заготовки древесины для обеспечения государственных нужд или муниципальных нужд на основании договоров купли-продажи лесных насаждений». В свою очередь, в развитие в т.ч. и указанной нормы субъект Федерации (в частности — Пензенская область) принимает соответствующий нормативный акт: Закон Пензенской 85

области от 22 февраля 2007 г. № 1226-ЗПО «О некоторых вопросах, связанных с реализацией в Пензенской области отдельных положений Лесного кодекса Российской Федерации»2.[Цанный закон содержит ряд приложений, среди которых наибольший интерес представляет Приложение 6 «Исключительные случаи осуществления заготовки древесины для обеспечения государственных нужд и муниципальных нужд на основании договоров купли-продажи лесных насаждений». В нем прописаны эти исключительные случаи, при которых можно осуществлять заготовку древесины для обеспечения государственных и муниципальных нужд на основании договоров купли-продажи.

Думается, здесь наглядно проявляется алгоритм опережающего правотворчества: на федеральном уровне объективно прогнозируется потенциальная возможность необходимости заготовки древесины для обеспечения государственных нужд или муниципальных нужд на основании договоров купли-продажи лесных насаждений; учитывается специфика, которой обладает каждый субъект Федерации. Вполне обоснованно указанные действия по заготовке древесины на основании договора обозначаются как исключительные случаи, которые могут потенциально возникнуть в соответствующих субъектах. Тем самым исключения из правил позволяют субъекту правотворчества предусматривать в нормах права те действия и события, которые потенциально могут возникнуть (и возникают) в сфере правового регулирования.

О том, что исключения могут быть использованы в качестве технико-юридического средства, позволяющего спрогнозировать и соответственно охватить и учесть потенциально возможные метаморфозы общественных отношений, писал С.С. Алексеев. Исследователь отмечал, что исключения представляют собой особый технико-юридический прием конструирования нормативных положений, состоящий в формулировании абстрактного правила «с исключениями». Именно этот прием влияет на регулятивные начала права, позволяя ввести в последнее законодательное обобщение высокого уровня в условиях, когда не все факты охватываются обобщающей формулой [12, с. 239]. С помощью исключений возможно усилить нормативность права, возвысить его собственную социальную ценность как нормативного регулятора [2, с. 241]. При этом исключения не только позволяют праву учитывать все многообразие жизненных казусов, подпадающих под его регламентированное воздействие, но и вводить в нормативные акты формулировки, предусматривающие в абстрактном плане те фактические обстоятельства, которые потенциально могут наступить.

В ракурсе юридической техники подобный результат нередко достигается за счет законодательной оговорки, которая выступает разновидностью правового исключения. Наиболее распространенными (и в то же время проблемными) оговорками, санкционирующими способность права прогнозировать и заранее (на опережение) вовлекать в орбиту правового регулирования различного рода оказии, служат оговорки «за исключением случаев, установленных международным договором Российской Федерации или федеральным законом»; «за исключением случаев, предусмотренных действующим законодательством»; «за исключением случаев, установленных федеральным законом» [9, с. 221-222].

Наличие многочисленных проблемных аспектов, обусловленных взаимосвязью оговорок и исключений, не может являться фактором отрицания их

86

2 См.: Пензенские губернские ведомости. 2007. № 7. 6 марта.

главенствующей роли при имплементации исключений и использовании их в рамках опережающего правотворчества.

Применительно к последнему исключения используются законодателем для достижения не только тактических, но и отдаленных (стратегических) целей. Так, принятый в 2001 г. КоАП РФ предусматривает, в частности, что административный арест устанавливается судом лишь в исключительных случаях. Данное положение вызывает некоторое удивление, поскольку указанный вид наказания предусмотрен за множество административных правонарушений, весьма часто назначается судом, а в некоторых случаях арест выступает в качестве безальтернативного наказания. Конечно, при таких условиях можно было бы считать положение об исключительности административного ареста проявлением правового идеализма либо откровенного популизма. Однако более тщательный анализ ст. 3.9 КоАП РФ позволяет констатировать абсолютно верный вектор опережающего развития российского законодательства. В частности, исключительность административного ареста детерминирована принципом гуманизма и уверенность субъекта правотворчества, что в России обязательно наступит время, когда назначение ареста будет действительно исключительным случаем в правоприменительной практике.

Развитие биомедицины в условиях современного научно-технического прогресса и в мире, и в России в значительной степени носит опережающий характер. Каждый прорыв на этом направлении — свидетельство высочайшего уровня медицинской науки и практики, техники и биологии, психологии и этики. Опережающей, как правило, является и правовая регламентация внедрения достижений биомедицины в реальное медицинское обслуживание. ш Опережающее оно не только потому, что предметом юридического регулиро- и вания выступает инновационная специальная деятельность, но и потому, что а уровень медицинского обслуживания во многих российских регионах низок. о Важно при формулировании нормативной правовой базы внедрения биомеди- к цинских технологий понимать, что высокозначимы не только её принципы, о

с

но и все применяемые технико-юридические средства. В этой чувствительной |

сфере каждое и любое исключение из правил означает оказание медицинской в

е

помощи тысячам больных людей либо отказ в обслуживании множеству стра- о дающих больных. ю

тз

Вот почему каждое правовое исключение из существующих в биомедици- и

не правил нуждается в широком обсуждении, в последующем при принятии к

юридического решения в публичном разъяснении выбора государственного а

решения. В этом контексте заслуживает одобрения и поддержки следующее |

обстоятельство. Глава Отдела биоэтики Совета Европы Лоранс Львофф обрати- и

лась к анализу ограниченных и регулируемых исключений из общего правила №

об информированном согласии лица на медицинское вмешательство [13]. В 11

эпоху разработки Конвенция Овьедо была новаторской, но одно доказательство, )

которое приводит Лоранс Львофф в подтверждение такой характеристики, не 8 вполне убедительно. Статья 9 Конвенции предусматривает, что лицо может высказать свое пожелание заблаговременно, до возникновения ситуации, в которой оно, возможно, будет не в состоянии выразить свою волю. Такого рода «опережающее согласие», по мнению Лоранс Львофф, оправдано и она пишет: «Помимо чрезвычайных ситуаций эта норма может применяться, в

частности, к лицам, страдающим от прогрессирующего заболевания, такого 87

как деменция. Так что при наступлении оговоренной ситуации, если пациент ранее высказал пожелания по поводу потенциального медицинского вмешательства, они должны быть приняты во внимание» [13, ^ 25]. Думается, нормы, содержащиеся в ст. 9 Конвенции, должны быть «вынесены» в исключения из правил и скорректированы по целому ряду обстоятельств. Имеет кардинальное значение время, прошедшее после выдвинутого больным пожелания. Его мнение после длительной болезни может измениться, состояние улучшиться и потом необходим новый «запрос». Нельзя упускать из виду и тот факт, что за этот период могут появиться новые, более совершенные медицинские препараты и технологии медицинского вмешательства, а не на которое заблаговременно давал свое согласие больной.

Добровольное и информированное согласие является фундаментальным принципом защиты прав человека в сфере биомедицины, который сводит к минимуму риски посягательств на автономию личности. Есть резон (это типичный технико-юридический прием международно-правовой регламентации оговорок) при правовом регулировании процессов использования достижений биологии и медицины отдельной статьей либо примечанием указывать «Все зафиксированные в акте исключения и ограничения являются неотъемлемой частью документа».

Врачи, бригады врачей и медсестер, освоившие сложнейшие биомедицинские технологии и систематически проводящие инновационные операции на жизненно важных органах, заслуживают индивидуальной высокой заработной платы и поощрительных выплат. Такой подход вполне согласуется с Едиными рекомендациями по установлению на федеральном, региональном и местных уровнях систем оплаты труда работников государственных и муниципальных учреждений на 2018 г. (утверждены решением Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений от 22 декабря 2017 г., протокол № 11)3. В п. «г» ст. 4 этого правового документа установлено в качестве одного из принципов формирования системы оплаты труда «обеспечение зависимости заработной платы от его квалификации, сложности выполняемой работы, качества и количества затраченного труда без ограничения ее максимальным размером».

Высокий размер заработной платы этой категории медицинских работников не станет дискриминирующим исключением и предпочтением, поскольку напрямую связан с профессионализмом, деловыми качествами и результатами труда названных специалистов. Кроме всего прочего, такого рода оценка их труда может стать действенным стимулом для освоения ими новых опережающих медицинских технологий.

Подводя итоги, можно отметить следующее.

Опережающее правотворчество — важнейший компонент правотворческого процесса, обеспечивающий гибкость, динамизм и, значит, необходимую эффективность правового регулирования. Оно синтезировано и удачно «монтируется» с правовыми исключениями как особыми технико-юридическими средствами, допускающими альтернативный унифицированному вариант регуляции общественных отношений.

88

3 См.: Российская газета. 2017. 29 дек.

Исключения служат юридическим инструментарием, посредством которого реализуется опережающее правотворчество, когда требуется учесть и отобразить многообразие общественных отношений.

И опережающее правотворчество, и исключения из правил заслуживают фундаментального научного изучения в органическом единстве и как самостоятельные правовые феномены.

Исключения из правил как особое и при определенных обстоятельствах эффективное технико-юридическое средство используется в опережающем правотворчестве явно недостаточно, хаотично, по субъективному усмотрению законодателя. Именно поэтому требуется углубленный междисциплинарный анализ этих двух феноменов с целью поиска условий необходимости или невозможности применения исключений в опережающем правотворчестве.

Библиографический список

1. Петров В. Соломоново решение. Владимир Путин выступает за расширение сферы публичных консультаций с предпринимательским сообществом // Российская газета. 2012. 25 апр.

2. Баранова М.В. Опережающее правотворчество как стратегический ресурс и тактическое средство государственного управления в современной России // Юридическая техника. 2015. № 9: Стратегия, тактика, техника законотворчества (взаимосвязь, инновационные достижения, ошибки). С. 120-125.

3. Баранова М.В. Опережающее правотворчество в правовой системе современности // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2016.

№ 1. С. 43-45. ш

с

4. Баранова М.В. Культурные пределы опережающего правотворчества // и Юридическая техника. 2016. № 10: Законотворческая, интерпретационная, а правоприменительная техника в контексте культуры и межкультурной комму- о никации статья в ежегоднике. С. 567-570. к

5. Баранова М.В. Концептуальное опережение федеральной правовой ре- о

с

гламентации законодательством субъекта Российской Федерации (на примере а

противодействия попрошайничеству) // Юридическая наука и практика: Вест- в

ник Нижегородской академии МВД России. 2016. № 1 (33). С. 215-226; о

6. Муравьев И.А. Законодательное исключение (теория, практика, техника): р автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2009. 33 с. |

7. Суменков С.Ю. Исключения в праве: теоретические основы, юридические к оценки, системный анализ. Саратов: Изд-во ФГБОУ ВО «Саратовская государ- а ственная юридическая академия», 2012. 348 с. |

8. Суменков С.Ю. Исключения в праве: общетеоретический анализ: автореф. и дис. ... д-ра юрид. наук. Саратов, 2016. 58 с. №

9. Суменков С.Ю. Исключения в праве: теоретико-инструментальный анализ. 11 М.: Юрлитинформ, 2016. 376 с. |

10. Кашанина Т.В. Юридическая техника: учебник. М.: Эксмо, 2007. 512 с. 8

11. Суменков С.Ю. Исключительный случай: проблемы законодательного определения // Журнал российского права. 2009. № 7. С. 58-67.

12. Алексеев С.С. Общие дозволения и общие запреты в советском праве. М.: Юридическая литература, 1989. 288 с.

13. Лоранс Львофф. Принцип добровольного и информированного согласия о Конвенции Овьедо // Российское правосудие. 2017. № 11. С. 25-26. 89

References

1. Petrov V. Solomon's Decision. Vladimir Putin supports the expansion of the scope of public consultations with the business community // the Russian newspaper. 2012. 25 Apr.

2. Baranova, M.V. Advancing Law-making as a Strategic Resource and Tactical Instrument of Public Administration in Contemporary Russia // Legal technique. 2015. No. 9: Strategy, tactics, technique of law-making (the relationship, innovative achievements, mistakes). P. 120-125.

3. Baranova M.V. Advancing Law-making in the Legal System of modernity // Bulletin of the Saratov state Academy of law. 2016. No. 1. P. 43-45.

4. Baranova M.V. Cultural Limits of the Advancing Law-making // Legal technique. 2016. No. 10: law-making, interpretation, enforcement technique in the context of culture and intercultural communication the article in the Yearbook. P. 567-570.

5. Baranova M.V. Conceptual Advancing of the Federal Legal Regulation of the Legislation of the Russian Federation (on the example of countering the begging) // Legal science and practice: Bulletin of Nizhny Novgorod Academy of the MIA of Russia. 2016. No. 1 (33). P. 215-226.

6. Muraviyev I.A. Legislative Exception (theory, practice, technique): extended abstract. dis.... cand. of law. Sciences. N. Novgorod, 2009. 33 p.

7. Sumenkov S.Y. Exceptions to the Law: Theoretical Foundations, Legal Assessment, System analysis. Saratov: Publishing house FGBOU "Saratov-sky state law Academy", 2012. 348 p.

« 8. Sumenkov S.Y. Exceptions to the Law: Theoretical analysis: extended abstract

? dis. ... doct.of law. Saratov, 2016. 58 p.

§ 9. Sumenkov S.Y. Exceptions to the Law: Theoretical and Instrumental Analysis.

2 M.: Yurlitinform, 2016. 376 p.

i 10. Kashanina T. Legal Technology: textbook. M.: Eksmo, 2007. 512 p.

ü 11. Sumenkov S.Y. Exceptional Case: Problems of Legislative Definition // Journal

! of Russian law. 2009. No. 7. P. 58-67.

§ 12. Alekseev S.S. General Permissions and General Prohibitions in the Soviet

I Law. M.: Legal literature, 1989. 288 p.

§ 13. Laurence Lvoff. Principle of Voluntary and Informed Consent of the Conven-

g tion of Oviedo // Russian justice. 2017. No. 11. P. 25-26.

i i

ai m u a ra

u O

5S

O *

u m O