Конститутивный панпсихизм и проблема ментальной каузальности

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 7. ФИЛОСОФИЯ. 2015. № 6

А.В. Кузнецов*

КОНСТИТУТИВНЫЙ ПАНПСИХИЗМ И ПРОБЛЕМА МЕНТАЛЬНОЙ КАУЗАЛЬНОСТИ

В статье представляется одна из современных теорий сознания — конститутивный панпсихизм Дэвида Чалмерса. Введение Чалмерсом прото-феноменальных свойств призвано примирить дуалистические интуиции с натуралистической картиной мира, устранить «провал в объяснении». В основе этой позиции лежит попытка решить проблему ментальной каузальности, так как именно она создает основные трудности в понимании того, как ментальные события размещаются среди физических событий. Эти трудности традиционно считаются главной угрозой для любой дуалистической концепции сознания. Но, как я попытаюсь показать, решение проблемы ментальной каузальности приводит концепцию конститутивного панпсихизма к отрицанию своего фундамента — тождества первичного и вторичного интенсионалов термина «сознание», которое, пожалуй, является единственным строгим основанием антифизикалистских аргументов.

Ключевые слова: сознание, ментальная каузальность, конститутивный панпсихизм, первичный интенсионал, вторичный интенсионал.

A.V. K u z n e t s o v. Constitutive panpsychism and the problem of mental causation

The paper presents one of the contemporary theories of consciousness — a constitutive panpsychism of David Chalmers. Suggestion of protophenomenal properties intends to reconcile the dualistic intuition with the naturalistic view of the world, to close the "explanatory gap". At the heart of this movement is an attempt to solve the problem of mental causation, for it raises the main difficulties in understanding how the acts of consciousness are placed among physical events, being the source of the crisis for any dualistic conception. But, as I'm trying to show, an attempt to solve the problem of mental causation leads to the denial of the foundation of constitutive panpsychism— the identity of the primary and secondary intensions of the term "consciousness", which is, perhaps, the only one strict bases of the anti-physicalist arguments.

Key words: consciousness, mental causation, constitutive panpsychism, primary intension, secondary intension.

Появление на горизонте современной философии сознания панпсихистских концепций — удивительное и неожиданное явление, особенно с учетом их растущей популярности. До сих пор

* Кузнецов Антон Викторович — аспирант кафедры истории зарубежной философии философского факультета МГУ имени М.В. Ломоносова, тел.: 8 (495) 939-23-15; e-mail: a.kuznetsov@hardproblem.ru

панпсихизм остается довольно экстравагантной теорией. Тем не менее она может изменить научное мировоззрение, расширив представления о фундаментальных основаниях Универсума. Вместе с тем панпсихизм так же, как и субстанциальный дуализм, физикализм или дуализм свойств, не является теорией в строгом смысле, поскольку ни одна из этих позиций не может быть ни фальсифицирована, ни верифицирована. Это метафизическая позиция. Поэтому лучшей проверкой здесь будет анализ совместимости этой концепции с собственными посылками, ее логическая непротиворечивость.

В задачи данной статьи входит представление концепции конститутивного панпсихизма Дэвида Чалмерса и ее анализ в контексте проблемы ментальной каузальности. Выбор этой версии панпсихизма неслучаен: именно благодаря усилиям Чалмерса панпсихизм вернулся из разряда «концепций в чулане» в топ обсуждаемых сегодня теорий сознания. В 90-е гг. XX в. панпсихизм являлся лишь одной из гипотез. Знаменитый трактат Чалмерса «Сознающий ум» [D. Chalmers, 1996] был единственным и довольно неоднозначным флагманом этой концепции. В своей диссертации о теории сознания Дэвида Чалмерса Наталья Гарнцева пишет о панпсихизме как о «существенном недостатке» его построений [Н.М. Гарнцева, 2009, с. 103]. Да и сам Чалмерс не так смел: он называет себя натуралистическим дуалистом, но о панпсихизме говорит лишь как о варианте. В этом году книга «Сознающий ум» празднует 20 лет с момента публикации. За эти годы в философии сознания произошел поворот к панпсихистским стратегиям объяснения сознания. Панпсихизм стал серьезной альтернативной точкой зрения на природу сознания, получившей признание не только у философов (помимо Чалмерса это Гален Стросон и Филипп Гофф), но и у известных представителей эмпирической науки вроде Кристофа Коха и Стюарта Хамероффа. Свидетельством этому стала двадцатая по счету Туссанская конференция «Навстречу науке о сознании», где обсуждение панпсихизма вызвало самые бурные дискуссии1. Да и сам Чалмерс, говоривший о панпсихизме как о правдоподобной гипотезе, в недавней статье «Панпсихизм и панпротопсихизм» [D. Chalmers, 2012]2 уже представляет аргументы в пользу этой позиции. В рамках прошедшей в 2014 г. у берегов Гренландии конференции «Проблемы сознания и свободы воли» он отстаивал именно пан-психистскую позицию перед лицом Деннета, супругов Патрисии

1 Отчет о данной конференции см.: http://hardproblem.ru/events/the-20th-conference/

2 С полным правом можно сказать, что именно эта статья наиболее полно представляет суть панпсихистской позиции Чалмерса. Поэтому большая часть настоящей статьи посвящена анализу данного текста.

и Пола Черчлендов, Дерка Перебума, Джесси Принца, Энди Кларка3. Несмотря на это, Чалмерс все еще не причисляет себя к панпсихи-стам, о чем пишет и в указанной статье, и еще в одной новой статье «Проблема комбинации для панпсихизма» [D. Chalmers, 2013], в которой встает уже на сторону критиков панпсихизма. Но в любом случае на лицо эволюция взглядов Чалмерса.

Анализ конститутивного панпсихизма в контексте проблемы ментальной каузальности связан с тем, что основная идея конститутивных протофеноменальных свойств, составляющих суть рассматриваемой позиции, заключается в попытке дать ответ на эту проблему — снять несовместимость каузального аргумента с аргументом представимости, в основе которой лежит «провал в объяснении». Устранить «провал в объяснении» — значит, решить проблему ментальной каузальности4.

Конечно, современный панпсихизм отличается от традиционных панпсихистских теорий Лейбница или Спинозы5, где немалую роль играли представления о природе бога. Никаких рассуждений о боге здесь нет, как нет и убеждений, что предметы вроде термостатов, коробков со спичками или газонокосилок обладают сознанием, несмотря на все попытки Сёрла критиковать панпсихизм именно в этом ключе. С другой стороны, остается принципиальная неверифицируемость этой концепции, хотя Чалмерс верит, что косвенно ее можно подтвердить решением проблемы комбинации, или Хамерофф скажет, что у нас есть эмпирические свидетельства в пользу панпсихизма (что выглядит весьма сомнительно). Но, как было сказано выше, вряд ли вообще панпсихизм может быть верифицирован или фальсифицирован. Такая процедура невозможна.

Пожалуй, историю современного панпсихизма можно вести с концепции нейтрального монизма Рассела, который предположил, что весь мир состоит из quiddities или чтойностей. Видимо, этот термин Рассел позаимствовал из средневековой философии. У Фомы Аквинского встречается сходный по смыслу латинский

3 Эта конференция послужила главным поводом к написанию данной статьи. Она была организована Московским центром исследования сознания совместно с философским факультетом МГУ имени М.В. Ломоносова. О конференции см.: http://hardproblem.ru/events/greenland-story/#more-1395

4 Данное положение в личной переписке подтвердил Чалмерс, назвав «провал в объяснении» «источником проблемы ментальной каузальности».

5 Здесь также надо заметить, что поставить знак «равно» между панпсихизмом и монизмом будет не совсем корректным, так, теория монад Лейбница представляет собой вариант плюралистической онтологии, а папсихизм Спинозы исключительно монистический. Думаю, в случае Чалмерса еще неясно, где ставить акцент. В конечном счете, речь все равно идет о двух видах свойств: внешних (физических, структурных) и внутренних (качественных, протофеноменальных).

термин quidditas. Эти чтойности являются основой как физических свойств, которые представляют собой совокупность структурных, абстрактных — внешних — отношений, так и внутренних — феноменальных — свойств, благодаря которым физические предметы обладают своим «что». Но сами по себе эти чтойности не являются ни тем, ни другим, поэтому они нейтральны. Свои взгляды на этот счет Рассел излагает в «Анализе материи» [B. Russell, 2007].

В самой философии сознания можно выделить концепцию аномального монизма Дэвидсона, в основе которого лежит убежденность в супервентных отношениях между сознанием и мозгом [D. Davidson, 2001, p. 207—225]. Эта концепция в значительной степени повлияла на становление современного панпсихизма. Так как Дэвидсон принимал супервентные отношения, не проводя каких-либо тонких различий, которые потом сделал Чалмерс, аномальный монизм предполагал очень подозрительную модель интеракции — сверхдетерминизм, допускающий, что у события может быть сразу две причины — нелепое положение, если учесть, что причина — это достаточное условие наступления события. Таким образом, аномальный монизм попадал под удар проблемы исключения. Это великолепно показывает Джегвон Ким [/. Kim, 1998]. Правда, для него характер супервентных отношений тоже не имеет значения, так как вариантов все равно нет, а есть лишь жесткая дилемма: принятие дуалистической концепции (любой) ведет к эпи-феноменализму (ввиду проблемы исключения), отрицание эпифеноме-нализма — к физикализму. Поэтому сам Ким занимает довольно сдержанную позицию методологического эпифеноменализма или, как он выражается, «чего-то близкого к физикализму» [/. Kim, 2005].

Но, как часто бывает, находится средний путь, хотя многие склонны считать, что третьего не дано. Этот средний путь — панпсихизм. Если вы принимаете науку всерьез и согласны с антифи-зикалистскими аргументами, то панпсихизм может оказаться единственной достойной альтернативой, примиряющей дуалистические интуиции с натурализмом.

Обратимся к позиции Чалмерса и попытаемся уяснить, что она собой представляет. Пользуясь его рассуждениями, ее можно назвать конститутивным расселианским панпротопсихизмом типа А. Чтобы это понять, рассмотрим определения и различия, через которые он движется к своей позиции. Каждый пункт представляет собой соответствующий переход от одного шага к другому.

1. Панпсихизм — это тезис о том, что фундаментальные физические сущности сознательны, что для какой-либо фундаментальной частицы вроде протона или кварка есть свойство «каково это быть

данной частицей». Поэтому можно говорить о микро- и макроопыте (или просто опыте). Эта позиция является синтезом из каузального аргумента и аргумента представимости, но об этом речь позже.

2. Здесь Чалмерс вводит понятие конститутивного панпсихизма: опыт конституируется полностью или частично микроопытом или микрофеноменальными свойствами. Частичное конституирование предполагает, что свою роль в образовании опыта может играть структурная организация. Это отсылает нас к двум базовым принципам философии Чалмерса — структурной связанности и организационной инвариантности. Неконститутивный (эмерджентный — это понятно из текста) панпсихизм отвергается Чалмерсом, так как сталкивается с теми же затруднениями, что и дуализм. Об этом будет сказано позже.

3. Разделение конститутивного панпсихизма на два типа:

3.1. А-тип — априорный вывод из истин о микрофеноменальных свойствах к истинам о макрофеноменальных свойствах.

3.2. Б-тип — вывод, который является необходимым апостериори.

Д. Чалмерс считает, что Б-тип сталкивается с проблемами Б-ма-

териализма, который полагает, что Трудная проблема есть, но, тем не менее, феноменальные свойства фундаментально физичны. Логическая супервентность неверна, так как в силу лишь первичного интенсионала термина «сознание» оно, в конечном счете, может оказаться физическим. Но тогда это опять по кругу запускает предыдущую аргументацию, потому что в случае сознания, по мысли Чалмерса, его первичный и вторичный интенсионалы совпадают, что, на мой взгляд, создает дополнительные трудности, о которых здесь пока нельзя сказать. Это делает панпсихизм лишь логически, но не метафизически возможной концепцией.

4. Различие расселианского (Р) и не-расселианского (не-Р) панпсихизма. Их объединяет следующая онтология: мир состоит из чтойностей и некоторые из них феноменальны, но:

1) Р-микрофеноменальные свойства могут выполнять роль, которую выполняют микрофизические свойства, и одновременно конституировать опыт;

2) не-Р-микрофеноменальные свойства не могут выполнять эту роль, но все также конституируют опыт.

Принятие Чалмерсом расселианского панпсихизма объясняется тем, что, в отличие от его антипода, здесь мы не имеем проблем с эпифеноменализмом. Теперь можно объяснить то, что было отложено в пункте 2 относительно преимущества конститутивного панпсихизма над неконститутивными версиями. Дело в том, что он позволяет решить проблему ментальной каузальности:

a) посылка: микрофеноменальные свойства играю роль микрофизических свойств;

b) тогда: микрофеноменальные свойства каузально релевантны;

c) посылка: если конституирующие свойства каузально релевантны, то каузально релевантны и конституируемые свойства. В отличие от посылки а) данное положение тривиально и не нуждается в обосновании;

ё) тогда: если микрофеноменальные свойства конституируют макрофеноменальные, то макрофеноменальные свойства каузально релевантны;

е) микрофеноменальные свойства конституируют макрофено-менальные;

1) вывод: макрофеноменальные свойства (опыт) каузально релевантны.

5. Панпротопсихизм — фундаментальные физические сущности полностью или частично протофеноменальны. Основное отличие пан-протопсихизма от предыдущих форм панпсихизма состоит в том, что протофеноменальные свойства не феноменальны, т.е. нет ничего, что говорило бы о том, каково это быть протофеноменальным свойством. Как мне кажется, это дополнение нужно Чалмерсу для того, чтобы отсечь аргументы вроде сёрловских, что столы и термостаты обладают сознанием, а также закрыть «провал в объяснении». В таком случае протофеноменальные свойства действительно становятся нейтральными.

Теперь мы можем понять, что такое конститутивный рассели-анский панпротопсихизм типа А.

Фундаментальные физические сущности обладают протофеноме-нальными свойствами, которые сами по себе феноменальными не являются, но полностью или частично отвечают за их конституирование, а также могут выполнять соответствующую физическим свойствам каузальную работу, таким образом, являясь каузально релевантными и передавая каузальную релевантность конституируемым феноменальным свойствам. Существует априорный вывод из протофеноме-нальных истин к феноменальным истинам.

Будем считать определение панпсихистской концепции Чал-мерса промежуточным результатом, который позволит перейти к следующей стадии — анализу данной концепции. Здесь я собираюсь обсудить места, оставленные без необходимых разъяснений. А именно это пункт 1, где речь идет об отношении каузального аргумента и аргумента представимости, и пункт 3.2 — об отношении логической и метафизической возможности. Затруднение из пункта 1 отчасти предугадывается Чалмерсом и ведет к более глубокому и непроговоренному затруднению из пункта 3.2, которое

связано с базовыми установками философии Чалмерса — его двумерной семантикой и тонкими модальными разграничениями. Таким образом, эти два момента оказываются связанными.

1. Каузальный аргумент и аргумент представимости. Чалмерс считает, что из этих двух аргументов следует вывод о панпсихизме, примиряющий их между собой. Как известно, аргумент представимости ведет к дуалистическим представлениям. Каузальный аргумент — это аргумент от принципа каузальной замкнутости физического, не допускающего для физических событий нефизических причин. Из него есть два вывода для понимания ментальной каузальности: эпифеноменализм (если сознание является чем-то онтологически отличным от физического) или физикализм (здесь сознание без остатка инкорпорировано в физическую реальность без дополнительной онтологии). Выше было сказано, что эпифе-номенализм — крайне сомнительная позиция. Поэтому более правдоподобной опцией выглядит физикализм. В итоге истинность этих двух аргументов является несовместимой: каждый из них по отдельности может быть истинным, но вместе они ведут к противоречивым или взаимоисключающим следствиям. По моему мнению, роль каузального аргумента и аргумента представимости неравнозначна в философских построениях Чалмерса. Принято считать, что аргумент представимости является наиболее значимым в его философии, как и, возможно, в атакующих рядах дуалистов. Но мне кажется, что это не так. И это подсказывает история философии сознания. Аргументы представимости возникли довольно давно, если вести их историю от «Тождества и необходимости» Крипке

Kripke, 1971; Н. Гарнцева, 2011, с. 196—210]. Несмотря на их силу, они скорее стимулировали физикалистов искать новые объяснительные стратегии, позволяющие избежать модальных затруднений или показывать, что модальные рассуждения не имеют никакого значения. Но сами по себе эти аргументы не вели к созданию позитивной дуалистической концепции, как и аргументы знания. Ответ прост: на пути дуалистов разных времен стоит одна и та же проблема, которую они должны миновать, — это проблема ментальной каузальности или интеракции. Именно она оставляет в неприкосновенности бастионы физикализма. Проблема интеракции раз за разом отбрасывает дуалистов назад. А эпифеноменализм — это скорее дуалистическая уловка, Троянский конь. Д. Деннет справедливо пишет: если квалиа эпифеноменальны, то какое у нас вообще основание утверждать, что существуют подобного рода сущности? Позитивная теория сознания требует ответа прежде всего на проблему ментальной каузальности. Главные усилия Чалмерса как в «Сознающем уме», так и в статье «Панпсихизм и панпротопсихизм» свя-

заны с объяснением того, как факты сознания размещаются среди физических фактов. Вся суть его оригинальной концепции заключается в попытке дать ответ на этот вопрос. Он объявляет сознание фундаментальным. И это, похоже, единственный выход. Вспомните, почему он называет свой вид панпсихизма расселианским и конститутивным. В первую очередь потому, что это указывает на возможность решения проблемы ментальной каузальности при сохранении за сознанием особого онтологического статуса. Поэтому усилия по преодолению каузального аргумента и позитивному решению проблемы ментальной каузальности — ключ к дуалистической теории сознания. Но именно эти усилия создают новые трудности. Главным образом, они касаются аргумента представимости. Если зомби — существа, не обладающие феноменальным сознанием, — представимы, то они возможны. Возможность зомби говорит о том, что в стороне от объяснительной стратегии физикалистов, которые фактически относятся к человеку как к зомби и готовы с этим мириться6, остается важный компонент — феноменальный аспект сознания. Значит, феноменальное сознание — это нечто большее, чем набор структурных и реляционных свойств, которые, в конечном счете, составляют онтологическую основу мира при принятии фи-зикалистской и натуралистической установки. Но Чалмерс стремится показать, что натурализм и физикализм — разные вещи. Поэтому он объявляет физикализм философским тезисом, но не научной теорией. Нейробиология имеет успех, но не физикализм1. По его мнению, научная теория является философски нейтральной в отличие от физикализма, панпсихизма или дуализма. На мой взгляд, это тоже опасное место в его построениях. Но вернемся к аргументу представимости. После введения протофеноменальных свойств зомби оказываются непредставимыми. То есть если теперь мы продублируем все физические свойства мира, то получим зомби с сознанием. Следовательно, подставив вместо «зомби» «существо без сознания», мы получим обычных существ с сознанием, но никаких не зомби. При этом, напомню, общая идея аргумента представимости заключается в том, что если продублировать все свойства мира (не только физические, но какие угодно), кроме сознания, мы получим зомби. Получается, физикализм верен? Да, но только это физикализм нового типа, так как он включает в себя неструктурные внутренние свойства. Д. Чалмерс даже предлагает понятия

6 Не без удовольствия и бравады, надо сказать.

7 Это положение высказывается им в рамках дискуссии в ходе конференции в Гренландии (http://hardproblem.ru/events/the-sessions-of-the-greenland-conference-paul-churchland-and-david-chalmers/).

узкого и широкого физикализма. Эти неструктурные внутренние свойства уникальны, и о них вполне достаточно было сказано выше. Отсюда можно сделать вывод, что сознание конституируется неструктурными свойствами, которые как раз и определяют его не-редуцируемость в рамках узкого физикализма. Вроде бы элегантный ответ. Но нет, трудность не элиминируется подобным рассуждением. Пока можно заключить, что в первую очередь Чалмерс пытается найти выход из каузального аргумента, желая сохранить каузальный потенциал за феноменальным сознанием и нейтрализовать аргумент представимости, который создает пропасть между физическими и феноменальными свойствами.

2. В пункте 3.2 было отмечено, что есть проблемы с отождествлением первичного и вторичного интенсионалов термина «сознание», а также с метафизической и логической возможностью. На мой взгляд, это центральное место в антифизикалистской аргументации Чалмерса. Тождество интенсионалов обеспечивает представимость зомби, тождество логической и метафизической возможности обеспечивает переход от представимости к возможности. Именно эти пункты не позволяют ему нейтрализовать действие аргумента представимости в случае панпсихизма, или, как уже было сказано, устранить «провал в объяснении». Данный результат, по моему мнению, постулируется им только на словах. Идея разделения интен-сионалов или двумерной семантики заключается в следующем. Для каждого термина естественного вида8 можно выделить два значения: мягкое, закрепляющее, скажем, видимые свойства предмета и поэтому допускающее вариации экстенсионалов в рамках данного интенсионала, — это первичный интенсионал, и жесткое — такое значение, для которого нет никакой вариации экстенсиона-лов, а его воспроизведение всегда сопровождается свойствами первичного интенсионала, — это вторичный интенсионал. Таким образом, первичный интенсионал предполагает некоторое множество экстенсионалов с разными вторичными интенсионал ами, а вторичный интенсионал — лишь один экстенсионал с единственным первичным интенсионалом. В этом, кстати говоря, мы видим проявление идеи логической супервентности, которую Чалмерс отвергает в отношении сознания. Пример, который иллюстрирует различие интенсионалов, касается воды. Текучесть, прозрачность,

8 Как правило, двумерная семантика работает с терминами естественных видов (вода, дерево, животное), правда, Чалмерс этот момент отдельно не подчеркивает, поэтому границы ее применения неясны: является ли она универсальной или имеет отношение только к терминам естественных видов.

нейтральный вкус и другие подобные свойства образуют первичный интенсионал термина «вода». И мы можем представить, что носителем этих свойств могут быть самые разные жидкости. Молекулярная структура — это пример вторичного интенсионала термина «вода». Дублируя этот интенсионал, мы всегда будем иметь и свойства первичного интенсионала, а также только одну жидкость. По первичному интенсионалу водой может быть множество жидкостей с различными вторичными интенсионалами, но по вторичному интенсионалу водой будет только то, что обладает определенной молекулярной структурой, а значит, и соответствующим первичным интенсионалом, который оказывается несущественным для определения термина9. В случае термина «сознание» первичным интенсионалом, по мнению Чалмерса, является «феноменальное чувство» ("phenomenal feel"). Если вторичным интенсионалом будет какая-то организация мозга или его активность, функциональные свойства, то это будет сущностным определением сознания. Но, на взгляд Чалмерса, термин сознания таков, что его вторичный и первичный интенсионалы совпадают. Любой кандидат на статус вторичного интенсионала, кроме феноменального чувства, допускает представимость отсутствия первичного интенсионала всякий раз. Следовательно, мы должны признать, что первичный и вторичный интенсионалы совпадают. Так реализуется значение термина «сознание». Получается, этот термин как термин естественного вида аномален10. Поэтому такие свойства, как молекулярная структура воды и «феноменальное чувство», должны быть поставлены в один ряд. Если какой-то термин естественного вида обладает нефизическим вторичным интенсионалом, то мы не можем отождествить натуралистическую онтологию с физикалистской, поскольку, я думаю, натуралистическая онтология в данном случае может быть интерпретирована как проект исследования терминов естественных видов. И здесь же сразу намечается идея панпсихизма, включающего феноменальные свойства как фундаментальные наряду с физическими. Проблема будет в том, что тогда, как иронично выражается Сёрл, термостаты обладали бы сознанием. Предвидя всю абсурдность такого положения, Чалмерс говорит о протофеноменальных свойствах, которые феноменальными свойствами не обладают, но конституируют их, о чем было

9 Неявно здесь я использую реалистическую трактовку реализации значения Патнема, хотя эта тема, безусловно, требует отдельного внимания.

10 Применение терминологии Д. Дэвидсона оправдано тем, что это очень удачно совпадает с его пониманием аномальности.

сказано выше. Но тогда возникает очевидная непоследовательность: конституирующие протофеноменальные свойства должны быть вторичным интенсионалом феноменальных свойств. И в то же самое время для термина «сознание» феноменальность или «феноменальное чувство» являются вторичным интенсионалом! Все, что не обладает феноменальностью или «феноменальным чувством», не может быть названо сознанием в полном смысле этого слова. Таким образом, попытка предложить достойную онтологию сталкивается с отрицанием ключевой идеи антифизикалистской аргументации — представимости и возможности зомби. В итоге конститутивный панпсихизм в погоне за решением проблемы ментальной каузальности становится не убежищем, а могилой дуалистической программы.

3. Проблема же совпадения метафизической и логической возможности заключается в том, что метафизическая возможность означает возможность существования, а логическая — отсутствие противоречия в представлении. Мы не можем исследовать метафизическую возможность, не полагая за ней логической. Все, что метафизически возможно, возможно логически; все, что логически невозможно, невозможно метафизически. Но то, что логически возможно, возможно метафизически? Этот вопрос лежит за пределами всякого ответа, считает Чалмерс, потому что, пристально взглянув на то, с чем мы имеем дело, говоря о метафизической возможности, мы увидим лишь логическую возможность. Исследовать метафизическую возможность можно только как логическую, заключает он. Следовательно, логический и метафизический виды возможностей совпадают. Тогда, принимая понятие метафизической возможности, из того, что представимость зомби логически непротиворечива (значит, логически возможна), вытекает возможность такого существа. Мое сомнение связано с тем, что чалмер-совский априоризм может быть лишь игрой на словах и условных конвенциях, принимая которые мы используем те или иные понятия. Такой априоризм мне кажется полезным для критической оценки и погружения в чью-либо концепцию, но не подходит для обоснования какой-либо позитивной гипотезы, особенно натуралистической. Точно так же идея совпадения интенсионалов натыкается на общее затруднение: из представимости зомби следует совпадение интенсионалов, из совпадения интенсионалов следует представимость зомби. Здесь мы, похоже, обнаруживаем круг в аргументации, свойственный всем антифизикалистским аргументам представимости: из интуиции совпадения интенсионалов следует тезис совпадения интенсионалов. Но данные рассуждения — скорее вопрос отдельной работы.

Таким образом, конститутивный панпсихизм все еще нельзя считать реальной альтернативой, разрешающей все трудности объяснения сознания, поскольку в своем основании эта позиция оказывается самопротиворечивой.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Гарнцева Н.М. Натуралистический дуализм Д. Чалмерса: Дисс. ... канд. филос. наук. М., 2009.

Гарнцева Н.М. Модальный аргумент Крипке и его развитие в западной философии сознания // Именование, необходимость и современная философия. СПб., 2011.

Дискуссия между Дэвидом Чалмерсом и Полом Черчлендом на конференции «Проблемы сознания и свободы воли в аналитической философии». Гренландия. 12—19 июня 2014 г. // URL: http://hardproblem.ru/events/the-sessions-of-the-greenland-conference-paul-churchland-and-david-chalmers/

Chalmers D.J. The conscious mind: In search of a fundamental theory. N.Y., 1996.

Chalmers D.J. Panpsychismand and Panprotopsychism. 2012 // URL: http:// consc.net/papers/panpsychism.pdf

Chalmers D.J. The combination problem for panpsychism. 2013 // URL: http:// consc.net/papers/combination.pdf

Davidson D. Mental events // Davidson D. Essays on action and events. 2nd ed. Repr. 1970. Oxford, 2001.

Kim J. Mind in a physical world: An Essay on the mind-body problem and mental causation. Mass., 1998.

Kim J. Physicalism, or something near enough. 2005.

Kripke S. Identity and necessity // Identity and individuation / Ed. by M.K. Munit. N.Y., 1971.

RussellB.The analyses of Matter. Nottingham, 2007 (repr).