Историческая динамика дифференциации показателей социокультурного пространства Беларуси

ДИСКУССИЯ

УДК 316.405:316.45

С. В. Кандрычын

ИСТОРИЧЕСКАЯ ДИНАМИКА ДИФФЕРЕНЦИАЦИИ ПОКАЗАТЕЛЕЙ СОЦИОКУЛЬТУРНОГО ПРОСТРАНСТВА

БЕЛАРУСИ

Исследуются пространственные закономерности в характере распределения комплекса социо-демографических показателей в восточных и западных регионах Беларуси за период 1990-2014 гг. В качестве эмпирической базы использованы доступные материалы социальной и медицинской статистики по областям Беларуси, представленные в официальных публикациях и ежегодной отчётной документации Национального статистического комитета и Министерства здравоохранения Республики Беларусь. Рассматривается градиент в пространственном распределении набора социальных (преступность, число разводов) и медико-биологических показателей (заболеваемость туберкулёзом, число психически больных). Различие в уровне показателей по оси восток-запад соответствует историческому делению Беларуси на восточную и западную части линией границы 1939 г. Определяется динамика в характере соотношения по уровню региональных показателей: оценивались средние значения по пятилетним промежуткам с 1990 по 2014 гг. Полученные данные свидетельствую о том, что пространственная дифференциация социокультурного пространства Беларуси демонстрирует определённую динамику. Несмотря на очевидную значимость интегральных оценок, проводимых с использованием группы разнородных показателей, необходимо изолированно оценивать методологические затруднения и исторически обусловленные особенности формирования каждого из показателей.

Ключевые слова: сравнительный анализ, преступность, разводы, число психически больных, заболеваемость туберкулёзом, восточные и западные регионы Беларуси.

Введение

Практически любой из показателей социальной и медико-биологической сферы — полиэтиологический и интегральный по своей природе. При этом в научной практике комплексность в генезисе того или иного показателя чаще только постулируется, но не становится полноценным объектом исследования. Попытки применения интегральных подходов, с оценкой пространственно-временного распределение целого комплекса показателей, позволяют высказываться о схожести или различии причинных механизмов и условий формирования разноплановых региональных показателей. Очевидно, что исторически обусловленные особенности социокультурного и ментального пространства отдельных регионов следует рассматривать в качестве основной причины, ответственной за разнообразие вариантов дифференциации региональных показателей. Социокультурный механизм детерминации региональной специфики имеет интегральное содержание.

Определённый интерес представляет историческая динамика в распределении показателей между различными регионами или оценка изменений социокультурного паттерна пространственной дифференциации, выполненная в исторической перспективе. Иными словами, акцент делается на том, как проявляют себя межрегиональные различия с течением времени и в разных исторических условиях.

Целью настоящего исследования является определение исторической динамики распространения набора социальных и медико-биологических показателей в границах различных исторических регионов на территории современной Республики Беларусь. Региональные показатели используются в качестве своеобразных маркеров социокультурной среды, исторически сложившейся в западных и восточных регионах Беларуси. Основной градиент дифференциации социокультурного пространства Беларуси направлен по географической оси «восток-запад» [2; 6]. Устойчивость региональных различий проявляется, не смотря на длительность социальной и экономической унификации. Комплексный характер этих различий и длительность их существования предполагает участие «глубинных» исторических механизмов. В наиболее обобщённом варианте особенности развития регионов могут рассматриваться как результат продолжительного действия двух цивилизаций. На разных этапах своей истории Беларусь с востока испытывала влияние русской (православной) цивилизации, тогда как её западные территории дольше находились в сфере влияния западной (латинской) цивилизации.

На примере группы социальных и медико-демографических показателей оценивалась динамика межрегиональных различий по оси «восток-запад» за период 1990-2014 гг.

Материалы и методы. Сравнительный анализ распределения набора социальных и медико-биологических показателей, который проводится на региональном (популяционном) уровне, необходимо рассматривать в качестве уникального метода исследования. Именно этот метод позволяет оценить интегральное влияние комплекса причин, которые действуют в границах всей популяции региона. Оценка этого влияния предполагает использование соответствующего уровня интеграции данных, ведь при переходе к более мелким единицам анализа этот интегральный эффект может становиться незаметным (в связи с гетерогенным характером каждой популяции, различиями в сборе данных на местах и т. д.). В методологическом ключе это означает, что действие интегральных причин, которое можно наблюдать на уровне крупных популяционных единиц (соответствующих областям или группам районов), становится невидимым на уровне меньших территориальных единиц (отдельных районов, посёлков, улиц или домов). Такое интегральное влияние предполагает одновременное («диффузное») воздействие одной группы факторов на разные звенья процесса формирования показателей, а предлагаемый метод позволяет оценить этот суммарный эффект. В то время как более детальный анализ пространственного распределения характеристик позволяет создать наиболее полное представление о механизме развития конкретного процесса (здесь уместна аналогия с большой картиной, на которой вблизи можно хорошо рассмотреть отдельные детали, но не увидеть всего полотна). Соответственно, следует различать методы исследования пространственного распределения эпидемиологических характеристик, а предлагаемый метод сравнения региональных показателей реализуется в классическом русле «ecological studies» (например, [7; 8]).

Именно посредством этого метода на географической карте Беларуси можно наблюдать паттерн дифференциации социальных и демографических показателей, расположенный по оси «восток-запад», который проявляется социокультурной полярностью между восточными и западными регионами Беларуси. Он сформирован в результате исторического влияния различных культур-цивилизаций, оказывающих своё влияние с востока и запада Беларуси. Исходя из наличия указанной дифференциации, оценивалась историческая динамика соотношения по ряду социальных и медико-биологических показателей в западных и восточных областях Беларуси.

В рамках предложенного сравнительного исследования указанные показатели использовались как равнозначные, поскольку все они свидетельствуют о региональных особенностях в формировании социокультурного пространства.

Основным понятием, на котором построен методологический каркас работы, является понятие «исторической границы». Оно было использовано с целью выделения отдельных групп исторических регионов на территории современной Беларуси.

Характер современного административного деления Беларуси предоставляет возможность проведения сравнительных региональных исследований в историческом аспекте. До 1772 г. вся территория современной Беларуси находилась в составе Речи Посполитой. После раздела Речи Посполитой она вошла в состав Российской империи. Последним историческим разделом страны, или наиболее поздней «исторической травмой», следует считать границу, проходившую на её территории между СССР и Польшей, которая просуществовала до начала Второй мировой войны.

Две западные области — Брестская и Гродненская, и две восточные — Гомельская и Могилёвская до 1939 г. целиком находились по разные стороны польско-советской границы. Поэтому настоящее сравнение показателей двух западных и двух восточных областей Беларуси может отражать долговременные последствия прежнего политического деления.

Необходимо отметить методологическую условность предложенных гео-исто-рических ориентиров, поскольку в понятие «исторической границы» вносится не только её конкретно историческое значение, заданное узким временным промежутком (например, 1921-1939 гг.), а широкий контекст цивилизационного развития, имеющий свою предысторию и свой «социальный капитал».

В рамках предыдущих исследований линия границы 1939 г. была использована как методологический инструмент, позволяющий оперировать соответствующими характеристиками социального пространства и выявить некоторые общие закономерности их распределения [2; 3; 6]. В то же время, исторические механизмы, которые обуславливают региональную дифференциацию, действуют независимо от хронологии существования границы, она лишь придала им соответствующую геоисторическую форму.

Есть все основания полагать, что все обсуждаемые показатели формируются под действием социокультурных факторов, т. е. демонстрируют суммарный эпидемиологический эффект культурной среды, оказываемый на уровне отдельной личности и всей популяции. Это означает, что социокультурный этиологический компонент, наряду с рядом других (климатическим, экономическим и т. д.) определяет сразу комплекс региональных характеристик. Анализ регионального распределения представленной группы показателей предполагает, что все они вместе и по отдельности могут рассматриваться в качестве критерия социального неблагополучия от-

дельных популяций. Одним из таких косвенных показателей неблагополучия социальной среды является показатель разводов. Примечательно, что по уровню разводов устойчивое различие между западными и восточными областями Беларуси стало отмечаться, начиная с 70-х гг. прошлого века [2].

Туберкулёз, наряду с алкоголизмом, наркоманией, венерическими болезнями и ВИЧ инфекцией, входит в число известных медико-биологических проявлений социального неблагополучия. Причём туберкулёз в этом списке занимает особое место. История распространения и социальная значимость этого заболевания превратила его в наиболее известный индикатор уровня развития общественных институтов и состояния всей культурной сферы. Несмотря на инфекционную природу, по всем основным критериям туберкулёз может быть причислен к группе социальных болезней. Социальные и культурные факторы определяют основные эпидемиологические и патофизиологические характеристики этого заболевания, т. е. распространённость и уровень заболеваемости, эффективность профилактики, своевременность диагностики, устойчивость иммунной системы и эффект от проводимого лечения.

Есть все основания полагать, что эпидемиологические, равно как и клинические, проявления туберкулёза и ряда заболеваний психической сферы в значительной степени являются отражением действия набора социокультурных факторов, т. е. демонстрируют характер действия культурной среды на уровне отдельной личности и всей популяции [4]. Это означает, что социокультурный этиологический компонент, наряду с набором других (климатическим, экономическим, и т. д.) определяет эпидемиологические характеристики этих заболеваний.

Значимость социокультурного этиологического компонента может оцениваться только в том случае, если в исследуемых популяциях (в данном случае, популяциях западных и восточных регионов Беларуси) влияние других причинных механизмов будет оставаться однородным. Так, имеются все основания считать, что показатели экономического благополучия восточных и западных регионов в исследуемом историческом промежутке существенно не отличались [6]. Достижение однородности благосостояния населения, включая сферу медицинского обслуживания и санитарной защиты, следует рассматривать как результат целенаправленной политики, проводимой в течение всего советского периода. Очевидно, что более углубленная аргументация подобных положений требует проведения специально организованных и весьма затратных исследований. В то же время сравнительный региональный анализ, как вариант популяционного исследования, выполненного в перспективе исторического развития с использованием уже накопленного эпидемиологического материала, может служить дополнительным обоснованием правомочности такого поиска (хотя сам метод и не обладает доказательной значимостью).

В работе использованы официальные статистические данные по областям Беларуси за период 1990-2014 гг., опубликованные в статистических сборниках Национального статистического комитета и Министерства здравоохранения Республики Беларусь [1; 5].

Результаты исследования

Характер распределения средних значений исследуемых показателей в группах восточных и западных областей Беларуси за период 1990-2014 гг. представлен в графическом варианте (рис. 1-3).

Рис. 1. Преступность (на 10 000 чел.) в восточных и западных областях Беларуси

Рис. 2. Разводы

1800 1600 1400 1200 1000 800 600 400 200

0 I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I # # # ^ ^ ^

Рис. 3. Число психически больных* (на 100 000 чел.), находящихся на учёте по областям Беларуси (1990-2014 гг.) * без учёта больных алкоголизмом и наркоманией.

Обращает внимание на себя устойчивый характер рассматриваемой дифференциации (что является дополнительным свидетельством достоверности рассматриваемого явления).

Собранные данные о заболеваемости туберкулёзом по регионам Беларуси позволяют произвести сравнительный анализ для длительного исторического отрезка и, кроме того, отдельно оценить динамику уровня заболеваемости городского и сельского населения (рис. 4 и 5).

70

60

50

40

30

20

10

о I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I

Рис. 4. Заболеваемость туберкулёзом городского населения

западные области восточные области

120 100 80 60 40 20

Рис. 5. Заболеваемость туберкулёзом сельского населения

Каждый из рассматриваемых показателей демонстрирует устойчивую дифференциацию по оси «восток-запад», однако характер динамики межрегиональных различий не одинаков для разных показателей. Так, если устойчивые различия в распределении показателей психиатрической заболеваемости стали определяться только к концу 90-х гг. прошлого века, и уровень межрегиональных различий по этому показателю в дальнейшем продолжал нарастать, то показатели преступности и числа разводов демонстрировали выраженную тенденцию к снижению степени межрегиональных различий уже с начала 1990-х гг. (табл.). Показатели заболеваемости туберкулёзом в городской и сельской местности демонстрировали тенденцию к умеренному росту различий между регионами в течение исследуемого периода.

Таблица

Межрегиональное различие

различие по уровню преступности

Период Всё население город село

1990-1994 51,1 31,8 -9,8 20,4 28,2

1995-1999 47,5 25,8 1,1 25,1 28,3

2000-2004 37,5 13,1 11,1 19,3 31,7

2005-2009 27,9 11,3 16,9 27,5 35,0

2010-2014 16,9 9,9 19,7 26,0 30,9

Динамика межрегиональных различий может служить своеобразным примером «оживания» бывших границ между довоенной восточной и западной Беларусью. Характерно, что подобное «оживание границ» происходило ещё в 1970-е гг. в условиях тоталитарной советской системы, а в последующем оно сохранялось и становилось более выразительным. Представленный феномен нельзя считать случайным, поскольку устойчивый рост полярности между восточной и западной группой областей в этот же период отмечался сразу для группы разнородных показателей (разводы, заболеваемость туберкулёзом, преступность, сиротство) [2; 4].

Статистические данные позволяют наблюдать, как отличительные социокультурные регионы проявляют свою уникальность и «обрастают» социокультурной спецификой в ходе истории. Социокультурная обусловленность рассматриваемых межрегиональных различий подтверждается не только особенностями географического паттерна в распределении группы показателей, но и характером динамики указанного распределения во времени.

В то же время представленные результаты ведут к определённому конфликту интерпретации — исследуемые социальные показатели (преступность, число разводов) в течение рассматриваемого периода демонстрируют устойчивую тенденцию к снижению степени межрегиональных различий, тогда как медико-биологические — тенденцию к нарастанию. Соответственно, для каждой из групп применимы свои интерпретационные модели для описания исторической динамики.

Решение этого конфликта видится не в теоретическом, а в методологическом ракурсе. Интегральное сравнение подразумевает использование разнородных показателей, которые могут отличаться по своей «надёжности». Необходимо учитывать своеобразие методов, используемых при регистрации и составлении каждого из показателей, что связано с изменением степени их валидности в ходе исторического развития. В определённых исторических условиях многие из известных показателей буквально теряют своё значение, как в сугубо научном, так и в социальном смысле. Достаточно упомянуть «научную ценность» показателей электоральной статистики во времена СССР или в условиях современных диктатур.

Некоторые из показателей буквально перерождаются в ходе социального и технического развития. Например, показатель абортов, который имел очевидную значимость в советские времена, с развитием частной практики и использования современных методов раннего прерывания беременности потерял первоначальное значение. Примечательно, что с 1960-х по 1980-е гг. по уровню абортов западные регионы Беларуси значительно уступали восточным регионам, что позволяло включать его в группу показателей социального неблагополучия [2]. Проводить же сравнение регионов по этому показателю в настоящее время не корректно.

Интересные метаморфозы претерпел и показатель травматизма на производстве. С вступлением бывших советских республик в период новых экономических условий этот показатель во многом потерял свою значимость как материал для сравнительных исследований. Так, если в советский период регистрировались устойчивые различия по уровню производственного травматизма между восточными и западными областями Беларуси, в новой экономической ситуации межобластные различия быстро выровнялись (и, наиболее вероятно, не в результате однотипных условий на производстве, а в результате «методологического» выравнивания самой процедуры регистрации показателя) [3].

В рассматриваемом нами примере на процесс регистрации показателей преступности в Беларуси оказывается определённый институциональный «прессинг», поэтому трудно судить о том, насколько наблюдаемая тенденция к выравниванию этих показателей является истинной. (Ранее указывалось, что прямая или косвенная заинтересованность государственных и административных органов в достижении определённых показателей является одной из причин отсутствия надёжной статистики, особенно в государствах с авторитарной моделью правления).

В то же время показатель числа разводов представляется относительно нейтральным, и здесь трудно заподозрить чиновников в какой-либо подтасовке. Причины изменения этого показателя могут быть связаны с трансформацией института семьи и расширением практики «гражданских» браков. Очевидно, что если число «временных» семей в восточных регионах Беларуси больше, то уровень разводов будет демонстрировать тенденцию к межрегиональному выравниванию.

Исследование продемонстрировало сочетанный характер региональной дифференциации заболеваемости комплекса социальных и медико-биологических показателей в восточных и западных регионах Беларуси. Проявилась зависимость их распределения от историко-географического деления страны, причём устойчивые региональные отличия регистрировались в течение всего обсуждаемого периода. В то же время степень дифференциации для каждого из показателей не оставалась постоянной: уменьшение межрегиональных различий регистрировалось в группе социальных показателей, а в группе медико-биологических демонстрировала тенденцию к их увеличению.

Указанная дифференциация не имеет однозначной научной интерпретации. Можно предполагать, что её манифестация в значимой степени обусловлена суммарным эффектом нарастания негативных социальных процессов (преступности, пьянства и алкоголизма и др.). Можно предполагать, что в восточных регионах негативные социальные явления проявлялись в большей степени, чем в западных. Факторы культурной среды (например, религиозность в её открытых и латентных проявлениях) обусловили устойчивость населения западных регионов к нарастающему действию неблагоприятных социальных факторов. Тут стоит ограничиться лишь общими предположениями, поскольку идентификация конкретных факторов в исторической ретроспективе может проводиться лишь по косвенным признакам, тем более предполагается суммарный эффект социокультурной среды, который одновременно задействует различные причинные механизмы.

К ограничениям настоящего исследования следует отнести:

- использование принципов методологического обобщения, связанного с игнорированием влияния социокультурной сферы на достоверность показателей заболеваемости отдельных регионов (т. е. исходно предполагалось, что факторы, ответственные за искажение статистических данных, действуют равномерно на территории разных регионов);

- отсутствие возможности провести более детальное сравнение региональных показателей с учётом дифференциации по полу, возрасту, месту жительства и т. д.;

Псковский регионологический журнал № 3 (27)/2016 Выводы

1. Пространственное распределение набора региональных социальных и медико-биологических показателей западных и восточных территорий Беларуси демонстрируют сопряжённый характер.

2. Степень пространственной дифференциации показателей демонстрирует определённую историческую динамику, причём факторы, ответственные за характер формирования и изменения отдельных показателей, могут отличаться. Включение того или иного показателя в исследуемую группу подразумевает, что отдельно рассматривается механизм и методы его формирования, которые не постоянны в процессе социального развития.

3. Региональные отличия в уровне разных вариантов социального и медико-санитарного неблагополучия предполагают значимость влияния факторов культурной среды. В наиболее обобщённом варианте совокупность этих факторов отражает специфику исторического развития и может быть представлена как проявление долговременного эффекта действия разных цивилизаций.

4. Сравнительный региональный анализ, выполненный в социоисторической перспективе, следует рассматривать в качестве одного из потенциальных методов изучения динамики социокультурных преобразований.

Литература

1. Здравоохранение в Республике Беларусь. Официальный статистический сборник / БелЦНМИ. Минск, (ежегодное издание c 1992 г.).

2. Кандрычын С. Дифференциация социального пространства Украины и Беларуси как эффект «столкновения цивилизаций» // Социология: теория, методы, маркетинг. 2008. № 4. С. 74-96.

3. Кандрычын С. Региональная дифференциация уровня производственного травматизма в Украине и Беларуси: социоисторическая интерпретация явления // Социология: теория, методы, маркетинг. 2011. № 1. С. 67-78.

4. Кандрычын С. Рэзютэнтнасць папуляцьп як пихасацыяльны феномен? Прыклад дыферэнцыяцьп узроуню захворваемасщ на рэсшраторныя шфекцып у Беларус // Медицинские новости. 2014. № 3. C. 36-48.

5. Статистический ежегодник Республики Беларусь. Минск: Национальный статистический комитет Республики Беларусь (ежегодное издание с 1992 г.).

6. Kandrycyn S. Geografia spoleczna i kontury historii: Podzialy historyczne Bialorusi w swietle danych statystyki spolecznej, medycznej i demograficznej. Warszawa: Semper, 2008. 178 s.

7. Morgenstern H. Ecologic studies in epidemiology: concepts, principles, and methods // Annu Rev Public Health.1995. Vol. 16. P. 61-81.

8. Wakefield J. Ecologic studies revisited // Annu Rev Public Health. 2008. Vol. 29. P. 75-90.

Псковский регионологический журнал № 3 (27)/2016 Об авторе

Кандрычын Сергей Вацлавович — PhD социологии, врач-кардиолог, отделение кардиологии, Минская областная клиническая больница, Минский район, Беларусь.

E-mail: kandrycz@yandex.ru

S. Kandrychyn

HISTORICAL DYNAMICS IN THE SPATIAL DIFFERENTIATION OF THE SOCIAL AND CULTURAL STATISTICS IN BELARUS

The study aims to investigate the spatial association in distribution of the social (crime rate, divorce rate) and medical indices (prevalence of mental diseases, tuberculosis incidence rate) between eastern and western regions in Belarus manifested in period 1990-2014. The study is based on retrospective collection and analysis of the available information from the annual statistical reports of the national Ministry of Public Health and National statistic comity. The paper analyzes the main spatial gradient in distribution of these indices with regard to historical division of Belarus on the eastern and western parts before 1939. Our findings show that East-West differentiation in distribution of the studied indices may be considered as a result of historical interaction between two different civilizations: the European that spread its influence from the West and the Russian Orthodox advanced from the East. At the same time the pattern of socio-cultural space of Belarus demonstrates a certain historical dynamics. The correct investigation of this dynamic needs a consideration of methodological difficulties and historically conditioned peculiarities in registration of the separate indicators.

Key words: comparative analysis, crime, divorce, the number of mental patients, the incidence of tuberculosis, eastern and western regions of Belarus.

About the author

Dr Sergei Kandrychyn, Cardiologist, Department of Cardiology, Minsk Regional Clinical Hospital, Minsk District, Belarus.

E-mail: kandrycz@yandex.ru

Статья поступила в редакцию 28.01.2016 г.