Новый лексикографический формат взаимодействия языка и культуры

RUSSIAN KINETIC SET PHRASES IN A LINGUOCULTURAL DICTIONARY

Ya. V. Moiseyeva

The article deals with Russian kinetic set phrases with superposition meaning homonymy. It presents typological classification of the units under study and raises an issue of their properties presentation in a linguocultural dictionary.

Key words: kinetic set phrase, superposition meaning homonymy, classification, linguocultural commentary, cultural code, dictionary entry.

© 2011

Н. В. Поцелуева, Т. Н. Федуленкова

НОВЫЙ ЛЕКСИКОГРАФИЧЕСКИЙ ФОРМАТ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

ЯЗЫКА И КУЛЬТУРЫ

Огатья содержит краткий анализ нового издания под названием «Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий» под редакцией В. Н. Телии. Считаем, что важнейшей инновацией данного фразеологического словаря в истории лексикографии является его культурологический комментарий, показывающий, что фразеологические единицы являются самым ярким культуроносным слоем языковых единиц, что даёт возможность читателю приобрести полноценную лингвокультурную компетенность.

Ключевые слова: фразеологическая единица, культурологический комментарий, образ, инновация.

Опубликованный всего несколько лет назад «Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий» под редакцией В. Н. Телии (2006) уже, как очевидно, успел стать библиографической редкостью: это новаторское во многих аспектах издание сразу привлекло внимание как лингвистов, так и специалистов по истории, культурологии, социологии, а также писателей, журналистов, преподавателей.

Самой инновационной частью словаря является культурологический комментарий, который впервые в мировой практике вводится в формат словарной статьи. Дело в том, что культурологический комментарий соотносит фразеологическую единицу (ФЕ) со сферой культуры как особой знаковой системой и на основе это-

Поцелуева Наталья Васильевна — аспирант кафедры германской филологии Северного (Арктического) федерального университета, преподаватель кафедры английского языка Павлодарского государственного университета. E-mail: nata_potz@inbox.ru

Федуленкова Татьяна Николаевна — доктор филологических наук, профессор кафедры германской филологии Северного (Арктического) федерального университета.E-mail: taniafed@atnet.ru

го соотнесения выявляет и описывает живущие во ФЕ смыслы, культурно релевантные для их значения и употребления. Ценность такого комментария состоит в том, что он восстанавливает вертикальный контекст ФЕ [Федуленкова 1999: 134], делая прозрачной её внутреннюю форму [ Поцелуева 2008: 166], оживляя фон окультуренного осознания мира человеком и способствуя тем самым прояснению мотивированности культурных смыслов в значении каждой конкретной ФЕ.

Весьма значимой инновацией словаря является впервые в лексикографии проведённое разграничение трёх зон культурологического комментария: этимологической, страноведческой и собственно культурологической зоны.

Этимологическая зона, по замыслу авторов, нацелена на пояснение слов-компонентов или ФЕ в целом, характеризующихся затемнённой мотивацией, непонятных по своей исходной внутренней форме для носителей современного русского языка (напр., петь Лазаря, избиение младенцев, иудин поцелуй и др.).

Страноведческая зона служит для разъяснения значения безэквивалентной лексики, входящей в состав ФЕ (напр., бабушка надвое сказала, кисейная барышня, разводить турусы на колёсах), или значения сочетания в целом, содержание которого связано с деталями быта, традициями, событиями, имевшими место в истории России (напр., спустя рукава, Мамаево побоище, из грязи да в князи, бить баклуши).

Очевидно, что факт размытости границ между двумя этими зонами вызывает необходимость этимологического разъяснения безэквивалентной лексики, сохранившейся в составе лишь немногих фразеологизмов. Компонент турусы, напр., сопровождается в словаре следующим разъяснением: «осадные башни из брёвен, которые перекатывались на низких и толстых деревянных колёсах. Такие башни применялись обычно татаро-монголами наряду со стенобитными орудиями и метательными машинами при осаде средневековых городов, окружённых толстыми деревянными или каменными стенами [ср. turres ambulatoriae 'передвижные башни' у древних римлян, а также франц. tour (букв. 'башня') — название сделанной в виде башни шахматной фигуры туры (ладьи)]. В русских летописях такие турусы упоминаются неоднократно. С турусов, подкатываемых под самые городские стены, в осаждённых пускали тучи стрел, метали камни и зажигательные снаряды. На них были и окованные металлом брёвна, которыми прошибали стены. Рассказы о таких передвижных осадных башнях, передаваемые из уст в уста, дополнялись невероятными подробностями и потому воспринимались как выдумки» [БФСРЯ 2006: 699].

Зону собственно культурологического комментария словаря составляет интерпретация (т. е. истолкование фразеологической единицы в пространстве культуры, или её концептосфере), назначение которой — проследить во ФЕ линии отображённых в них смысловых связей по всем известным формам осознания мира человеком, описанным в работах культурологической направленности.

Собственно культурологический комментарий словаря рассматривает достаточно широкий круг вопросов:

а) соотнесённость образа фразеологической единицы в целом или отдельных её компонентов с древнейшими пластами культуры — архетипическими противопоставлениями; мифологическими представлениями об устройстве мира; кон -

кретными текстами мифов; ритуалами (в том числе — их рефлексами — обычаями, обрядами, оберегами); с библейскими слоями культуры;

б) соотнесённость образа ФЕ в целом или отдельных её компонентов с фоль-клорно-литературными источниками;

в) соотнесённость образа ФЕ в целом или отдельных её компонентов с кодами культуры;

г) соотнесённость образа ФЕ в целом или отдельных её компонентов с видами тропов;

д) соотнесённость образа ФЕ в целом или отдельных её компонентов с языком культуры, т. е. указание на ту роль, которую выполняет образ ФЕ в целом или отдельные её компоненты как знаки языка культуры;

е) соотнесённость образа ФЕ c типами текстов (дискурса), где зафиксировано, как типично или продуктивно функционирует ФЕ;

ж) соотнесённость образа ФЕ с образными аналогами (эквивалентами, близкими по смыслу устойчивыми выражениями и т. п. в других языках).

Итак, в разделах культурологического комментария словаря читатель находит описание тех культурно-смысловых слоёв, которые в явном или опосредованном виде выражены в образном основании фразеологических единиц, указание на их роль в этом образном содержании, а также на способность ФЕ выступать в функции знаков языка самой культуры [Fedulenkova 2001: 135]. В этих разделах выделены: а) базовые для изучения культуры архетипические оппозиции, отображающие результаты жизни и опыта человека в мире («свет — «тьма», «небо» — «земля», «правый» — «левый», «свой» — «чужой», «верх» — «низ» и т. п.); б) базовые для культуры мифологические представления о мире, в том числе — отображённые в древнейших ритуалах, сложившиеся на основе анимизма, фетишизма и т. п.

В концептосфере культуры процедуры интерпретации выявляют культурные смыслы, которые либо воплощены во фразеологических единицах, либо достаточно прозрачно просматриваются через их образное основание и создают мотивацию значения ФЕ, осознаваемую для восприятия современного носителя языка, или же эта мотивация осознаётся носителями языка в хранилищах их культурной памяти, скрытой в глубинах подсознания. Эту явную или скрытую мотивацию выявляют те линии связи, которые прослеживаются между образным основанием фразеологизма и его значением.

В словаре, таким образом, определена та роль, которую фразеологизм в целом или отдельный его компонент выполняет в концептосфере культуры как её знак — символ, эталон или стереотип. Кроме того, в словаре по возможности даны образные аналоги ФЕ в других языках (напр.: переступать границу — нем. alle Grenzen überschreiten, исп. sobrepasar todos los limites; играть первую скрипку — англ. toplay firstfiddle и др.).

Несомненна актуальность словаря, состоящая в том, что его авторы не только сформулировали, но и мастерски использовали в лексикографической практике идею о том, что именно культурная память образа, мотивирующего значение фразеологической единицы, служит той нишей, в которой культура живёт во ФЕ как языковых знаках, создавая предпосылки для непрестанного взаимодействия в них двух разных знаковых систем — языка и культуры, которые не обнаруживают непосредственной связи между собой.

Создателям словаря удалось искусно заставить работать идею о том, что «благодаря живодействующей ассоциации между образом, лежащим в основе фразеологизма, и языковым его значением, с одной стороны, а с другой — с его «культурной семантикой» <...> фразеологизмы способны выступать в роли материально-идеальной «оболочки» для знаков «языка» культуры» [Телия 2006: 782]. Безусловно, авторы словаря убедительно продемонстрировали небезосновательность сложившегося в языкознании общепринятого мнения о том, что ФЕ являются самым ярким культуроносным слоем языковых единиц (см. [Федуленкова 1997: 89]), что именно ФЕ есть соль языка.

В заключение подчеркнём, что «Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий» — это инновационный словарь-справочник, дающий в лексикографическом формате объёмное представление о взаимодействии языка и культуры. Это нововведение является, на наш взгляд, самым большим достоинством данного словаря, обеспечивающим изданию успешный путь в лингвистике и дидактике.

ЛИТЕРАТУРА

БФСРЯ: Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий / отв. ред. В. Н. Телия. — 2-е изд., стер. — М.: АСТ-ПРЕСС КН., 2006. — 784 с.

Поцелуева Н. В. Сопоставительное исследование внутренней формы компаративных фразеологических единиц с зоосемическим компонентом (на материале английского, русского и казахского языков) // Фразеологическое пространство национального словаря в сопоставительном аспекте: монография / Т. Н. Федуленкова и др. — Архангельск: Помор. ун-т, 2008. — С. 165-177.

Телия В. Н. Послесловие. Замысел, цели и задачи фразеологического словаря нового типа // Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий / отв. ред. В. Н. Телия. — 2-е изд., стер. — М.: АСТ-ПРЕСС КН. — С. 776-782.

Федуленкова Т. Н. Вертикальный контекст как форма существования социокультурной информации // Культурно-языковые контакты: материалы зон. межвуз. конф. — Владивосток: Дальневосточ. гос. ун-т, 1999. — С. 134-145.

Федуленкова Т. Н. Генетический прототип — основа национально-культурной специфики фразеологических единиц // Россия и Запад: диалог культур: материалы 3-й между -нар. конф. — М.: МГУ, 1997. — Вып. 4. — С. 81-88.

Fedulenkova T. Phraseology and Intercultural Competence // Культурно-языковые контакты: сб. науч. тр. — Вып. 4. — Владивосток: Дальневосточ. гос. ун-т, 2001. — С. 135142.

NEW LEXICOGRAPHIC FORMAT OF CULTURE AND LANGUAGE

INTERACTION

N. V. Potseluyeva, T. N. Fedulenkova

The paper deals with a brief analysis of the recently published "Big Phraseological Dictionary of the Russian Language" edited by V. N. Teliya. It argues that the most important