«Созданы условия для недопущения резкого роста цен»

Нефтяники согласились заморозить цены на топливо до лета. Об этом сообщил вице-премьер Дмитрий Козак по итогам совещания с добывающим компаниями. Изначально договор должен был прекратить свое действие 31 марта, но на прошлой неделе Дмитрий Медведев предложил продлить соглашение до 1 июля, но с корректировками. Так, предполагалось исправить механизм компенсаций нефтяникам за поставки топлива на внутренний рынок — многие компании жаловались, что продавать горючее в России по прежнему не выгодно, а выплаты, которые должны сгладить потери, неэффективны, так что власти пошли на уступки. Однако на согласование изменений потребуется еще немного времени. Ведущий «Ъ FM» Юрий Абросимов обсудил ситуацию с президентом Российского топливного союза Евгением Аркушой.

— Насколько значимым было продление этого соглашения?

— Добрая часть со сдержанным оптимизмом восприняла сегодняшнее сообщение. Я бы не стал говорить о том, что заморозка продлена, это не совсем правильно, на самом деле созданы условия для недопущения резкого роста цен, в том числе за счет корректного использования тех демпфирующих механизмов, про которые все говорили в прошлом году. К сожалению, тогда все принималось в спешке, но сейчас исправляется, поэтому, да, мы воспринимаем это как положительное явление.

— Евгений Александрович, вы сейчас напомнили о первом соглашении осени прошлого года, когда речь шла фактически об ультиматуме, который был поставлен нефтепроизводителям со стороны правительства. В этот раз ничего похожего не было?

— Нет, конечно. Тогда цены в мелком опте действительно были заморожены на некоем индикативном уровне, было запрещено их повышать, и с этим все согласились. Сейчас ситуация совершенно другая: благодаря усилиям, в том числе правительства и внешней конъюнктуры, наш рынок насыщен, даже можно сказать перенасыщен, поэтому на сегодняшний день оптовые цены на достаточно низком уровне. Конечно, это вызывает недовольство нефтяников, мало того, что они держат низкими цены на внутреннем рынке, так они еще и должны заплатить. За последние несколько месяцев было очень много жалоб как раз из-за того, что вместо обещанных компенсаций за потери при поставках на внутренний рынок, нефтяники должны еще и доплачивать государству.

— Как вы считаете, сейчас эта ситуация урегулирована? Не будет ли каких-то коллизий?

— Принято решение о том, что эти негативные моменты должны быть убраны, но я хочу напомнить, что мало просто принять решение, оно должно быть проведено через Государственную думу, потому что эти параметры заложены в Налоговом кодексе. И я так понимаю, что именно на время прохождения этих поправок через нижнюю палату парламента, чтобы не вызвать никаких катаклизмов, продлевается соглашение, учитывая сезонный фактор. Оно связано с тем, что нефтяники берут на себя обязательство по недопущению резкого роста оптовых цен выше индикативных. Об этом, по сути дела, и было соглашение.

— В Минфине говорили, что будут взыскивать упущенные доходы из-за корректировки механизма через другие источники. Не будет ли повторяться ситуация, которую была в конце зимы и в начале весны, когда те же самые нефтяники будут терпеть убытки?

— Как я понимаю, решение, согласованное с Минэнерго, принято в интересах нефтяников, поэтому такие негативные моменты должны быть убраны. Но для этого, еще раз подчеркиваю, надо провести поправки через Государственную думу.

— Как быстро это может произойти?

— Скорее всего, это будет принято в трех чтениях. Но надо подготовить законопроект, внести его на рассмотрение, пройти определенные процедуры по регламенту. Я не могу сказать, как быстро это будет принято, надеюсь, как можно скорее.

— Что значит для рынка консультации с Евразийским союзом по поводу лицензирования экспорта нефти?

— С точки зрения насыщения внутреннего рынка лицензирование — момент опять же полезный, потому что тот, кто получает лицензию, берет на себя определенные обязательства. Но еще раз подчеркиваю, я не очень понимаю, при чем здесь Евразийский союз, есть ФЗ №99 “О лицензировании”. На сегодняшний день в этом законе нет такого вида лицензируемой деятельности как экспорт нефтепродуктов. Соответственно, надо внести в него поправки, это та же самая процедура, которая требует прохождения через нижнюю палату парламента. Поэтому это будет, конечно, делаться, но я так понимаю, что все-таки вопрос лицензирования на сегодняшний день достаточно второстепенный.

— Евгений Александрович, как вы считаете, есть ли необходимость продлять это соглашение и после 1 июля? И как долго его еще можно и нужно будет продлевать?

— Я думаю, что если бы оно было принято сегодня, и поправки были бы реализованы, то, наверное, соглашение можно было бы и не продлевать. Так что я думаю, что после принятия поправок соглашение будет расторгнуто: смысла в нем уже не будет, поскольку оно будет действовать, но не работать. Будут другие, более рыночные механизмы регулирования цен на рынке.