Задержанным и заключенным собрали правовую помощь

Группа известных российских юристов разработала пакет поправок к КоАП, УПК, а также законам «О полиции» и «О страже». Авторы, среди которых бывший начальник управления юстиции Москвы Юрий Костанов и судья Конституционного суда в отставке Тамара Морщакова, называют свой проект «ответом на зимние массовые задержания и последние изменения законодательства». Среди прочего они предлагают прописать в законе право гражданина пользоваться юридической помощью «с момента фактического задержания». Также авторы предлагают уточнить перечень поводов для экстренных обысков и время суток для проведения следственных действий. В Федеральной палате адвокатов надеются, что депутаты при рассмотрении этих поправок будут думать о защите в том числе и собственных прав.

В преамбуле к пакету поправок (.pdf) говорится о «незащищенности прав и свобод человека и гражданина» в современной России — и предлагается «принять неотложные меры». Автор идеи — адвокат Юрий Костанов (работал в центральном аппарате прокуратуры СССР, в 1989–1993 годах был начальником управления юстиции Москвы). Он рассказал “Ъ”, что подготовил часть законопроектов еще в 2019 году, когда входил в состав СПЧ. Недавно эти проекты были доработаны — и стали «фактическим ответом на зимние массовые задержания и последние изменения законодательства». Его соавторами в этой работе были федеральный судья в отставке Сергей Пашин и экс-судья КС Тамара Морщакова, а также адвокаты Александр Пиховкин, Анастасия Костанова, Юрий Ларин, Мария Серновец, Анна Паничева, юрист и член СПЧ Мара Полякова.

Прежде всего авторы предлагают изменить КоАП — те его пробелы, которые стали очевидны при задержаниях участников несогласованных акций в поддержку оппозиционера Алексея Навального.

Адвокаты по всей стране жаловались, что их не пропускали в отделения полиции к задержанным. Поэтому в одной из поправок предлагается прописать в КоАП право гражданина «пользоваться юридической помощью выбранного им самим защитника с момента фактического задержания, любой формы физического ограничения свободы передвижения».

Другая поправка уточняет перечень поводов для административного задержания человека. Сейчас задержания возможны в «исключительных случаях», пояснил “Ъ” адвокат Александр Пиховкин, но на деле силовики рассматривают каждый случай как исключительный. Поэтому авторы предлагают уточнить: задержание необходимо для «пресечения либо предотвращения административного правонарушения, сопровождающегося применением насилия к другим людям».

Второй законопроект касается УПК. Одна из поправок устраняет обвинительный «перекос» кодекса.

«Сегодня защитник лишен права представлять доказательства в суде. Его полномочия ограничиваются участием в исследовании доказательств, представленных следствием и судом»,— пояснил господин Пиховкин. Поэтому авторы требуют признать собранные защитой сведения полноценными доказательствами.

Среди этого пакета поправок есть норма, уточняющая право силовиков «в исключительных случаях» проводить обыски без разрешения суда. «Круг исключительных случаев законом не ограничен, как и время суток для следственных действий,— говорят юристы.— Нередко обыски производятся по ночам без всякой необходимости, исключительно с целью оказать психологическое давление». Авторы предлагают прописать в УПК: проникновение в жилище без решения суда допускается только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях — и лишь «когда малейшее промедление грозит причинением вреда жизни и здоровью людей или иными тяжкими последствиями».

Практически та же проблема поднята в третьем законопроекте. Авторы указывают на слишком размытые формулировки закона «О полиции», которые позволяют проникновение в жилище «в экстренных случаях» — например, для пресечения преступлений. Юристы уточняют перечень таких «экстренных случаев». Если полиция посетила жилище в отсутствие собственника или жильца, она обязана уведомить их в течение 24 часов. Также авторы предлагают ввести обязательный «последующий» судебный разбор. Если суд признает действия полицейских незаконными, то он же должен будет назначить наказание. Сейчас это прерогатива их непосредственного начальства, которое, по мнению авторов проекта, «склонно укрывать нарушения подчиненных».

Последний законопроект вносит ряд изменений в ФЗ «О страже»: отменяет цензуру переписки адвоката и доверителя, а также разрешает защитнику проносить на свидание копировальную технику — и пользоваться ею заключенному.

Юрий Костанов пояснил, что уголовные дела нередко насчитывают десятки или даже сотни томов, каждый из которых содержит «около трехсот листов»,— но суды «устанавливают сокращенные сроки для ознакомления». Заключенный при этом может пользоваться только ручкой и бумагой. «Ознакомление чаще представляет собой профанацию»,— подтвердила Тамара Морщакова.

Кроме того, поправка разрешает защитнику «проносить на территорию места содержания под стражей технические средства связи», а также фото- и видеоаппаратуру. Госпожа Морщакова указала “Ъ”, что эта поправка идейно «несовместима» с законом о запрете адвокатам проносить в колонии даже мобильные телефоны. Напомним, что он был внесен в Госдуму 5 мая и принят в третьем чтении уже 26 мая. Его авторы (группа депутатов ЕР) утверждают, что закон поможет «бороться с тюремными колл-центрами и коррупцией». Адвокаты в ответ заявили, что теперь не смогут зафиксировать следы пыток заключенных. «На фоне депутатского проекта обществу будет ясно, где правда, почему их предложения недопустимы»,— полагает Тамара Морщакова.

Авторы планируют в ближайшие дни направить свои законопроекты в Минюст, Верховный суд РФ, Госдуму, а также омбудсмену Татьяне Москальковой. Глава профильного комитета ГД по госстроительству и законодательству Павел Крашенинников отказался что-либо обсуждать до внесения пакета в Думу. Первый заместитель комитета Михаил Емельянов (СР) готов поддержать некоторые поправки:

«Четкий перечень случаев для проникновения полиции в жилище необходим. Однако сомнительной кажется инициатива о разрешении на такое проникновение проживающих, ведь находиться внутри могут и преступники».

Господин Емельянов отметил, что высока вероятность поддержки поправок к закону «О страже», а вот причин менять КоАП он не видит: «Технически немедленное предоставление адвоката выполнимо только для организаторов протестов. Если человек идет на акцию и понимает, что будет задержан, то за углом его будет ждать адвокат. Где будет ждать адвоката любой другой гражданин, задержанный вне протестов? Должна ли все это время полиция быть с ним на улице и тоже ждать?»

Советник Федеральной палаты адвокатов (ФПА) РФ, управляющий партнер адвокатской конторы «Бородин и партнеры» Сергей Бородин согласен, что цензура переписки «нарушает адвокатскую тайну». Он подтверждает, что отсутствие в СИЗО возможности копирования материалов дела арестованными нарушает их право на получение копий материалов дела — и вынуждает адвоката знакомиться с делом раздельно от обвиняемого. «В этих инициативах нет ничего революционного. Хочется верить, что депутаты отнесутся к ним здраво и при рассмотрении поправок будут думать о защите прав граждан как о защите собственных прав»,— говорит член совета ФПА Елена Авакян.