Посмотрим в глаза

Посмотрим в глаза

Офтальмология

Татьяна Шилова

врач - офтальмолог, микрохирург, профессор, д.м.н., главный врач сети офтальмологических центров «Клиника доктора Шиловой «Smile Eyes». Член Европейского общества катарактальных и рефракционных хирургов. Член Американской академии офтальмологии и Российского глаукомного общества. Эксперт по вопросам лазерной коррекции зрения в российских и зарубежных СМИ. Ведущая собственной программы «Глаза в глаза» на телеканале «Здоровое ТВ»

Юлия Каленичина:

Здравствуйте, дорогие друзья. В эфире программа «Точка приложения», и с вами мы, ее ведущие, Оксана Михайлова и Юлия Каленичина. Сегодня мы поговорим о зрении. К сожалению, только потеряв зрение люди начинают задумываться, как же так могло произойти, что сделать, чтобы сохранить зрение на долгие годы. Сегодня об этом поговорим с Шиловой Татьяной Юрьевной –врачом-офтальмологом, профессором, врачом микрохирургии, доктором медицинских наук. Близорукость в детстве – является ли это приговором на всю жизнь, либо зрение может меняться и есть варианты исправления с детства?

Татьяна Шилова:

Причины близорукости могут быть разные, но детская близорукость – это осевая близорукость, то есть глаз в нормальном состоянии должен выглядеть, как футбольный мяч, круглым, близорукий становится более длинным, приобретает вытянутую форму, поэтому изменение анатомии глаза и детская близорукость сами по себе исчезнуть не могут. Если человек хочет видеть хорошо, он должен сделать лазерную коррекцию зрения или хирургическую процедуру, которая изменит фокусное расстояние глаза.

На всю ли жизнь близорукость? Она до того этапа, пока у человека не появятся изменения внутри глаза. Если речь идет об осевой близорукости, то она никуда не девается, как рост, если человек вырос до двух метров, меньше усилием воли он стать не может, упражнения в этом случае не помогают, и тогда нужна корректирующая хирургическая процедура.

Юлия Каленичина:

Если вовремя родители обратились и начали коррекцию линзами, очками, это тоже не поможет?

Татьяна Шилова:

К сожалению, да, если мы говорим об истинной близорукости в детском возрасте. Есть еще такое понятие, как ложная близорукость, у ребенка снижается зрение вдаль, офтальмолог проверяет, насколько в этом случае участвует внутриглазная мышца, очень часто случается такое состояние, когда мышцы находятся в спазмированном состоянии, раньше это называлось спазм аккомодации, сейчас это привычно избыточное напряжение аккомодации, то есть у детей, у которых большая зрительная нагрузка, некоторые анатомические особенности глаза, или кинетические особенности, мышцы находятся в спазмированном состоянии, что превращает глаз в искусственно близорукий. И в этом случае упражнения могут помочь, физиолечение может вернуть хорошее зрение, но процент таких детей крайне невелик. В юношеском возрасте эта ложная близорукость переходит в истинную близорукость.

Кроме того, большой генетический фактор. Близорукие родители передают со своими генами и гены близорукости. Если два близоруких родителя, то у детей в большей степени и раньше появляется близорукость, и прогрессирует она быстрее. Вопрос насколько быстро будет прогрессировать близорукость, можно ли остановить эту прогрессию сейчас активно обсуждается. Есть такой термин контроль близорукости, то есть мы считаем, что есть некоторые способы, которые позволяют приостановить близорукость, если родители серьезно относятся к зрению своего ребенка, гигиене зрения и объясняют, что важно соблюдать правила не только зрительной нагрузки, но еще и пользоваться корректирующим устройствами. На сегодняшний день их несколько, это очень важный момент в стабилизации прогрессирования близорукости.

Близорукость – это ведь болезнь глаза в целом, когда глаз растягивается, страдают все оболочки, это изменения структур внутри глаза, изменения сосудистой оболочки, растягивается сетчатка, на ней появляются разрывы, это риск получить отслоение сетчатки. Дети вырастают, и даже если взрослые люди приходят ко мне на коррекцию зрения, то мы изменяем оптическую силу глаз, выполняем коррекцию самыми совершенными способами. Технология Smile позволяет избавить человека от очков, это феноменально быстро, от самых маленьких степеней до 10 и более, но глаз при этом остается таким же длинным, и все оболочки глаза растянутые, они страдают, мы не избавляем полностью от близорукости, мы позволяем не пользоваться корректирующим средством. Поэтому детская близорукость требует контроля, обязательно должны мерить длину глаза, следить за ростом глазного яблока. Есть замечательные способы, которые позволяют приостановить близорукость, но только если родители и дети относятся к этому серьезно.

Юлия Каленичина:

Как часто нужно обращаться к офтальмологу, если есть ложная близорукость?

Татьяна Шилова:

Если ребенок жалуется, или вы замечаете, что ребенок вдаль видит плохо, это повод для обращения к офтальмологу, независимо от того, когда вы были в предыдущий раз. Мы раз в год просим посещать офтальмолога, даже если нет никаких жалоб, если вы замечаете что-то необычное в поведение ребенка, он щурится, садится ближе к экрану телевизора, или вы близоруки, или в семье несколько близоруких человек, то есть смысл показываться раз в полгода. При этих визитах мы обязательно делаем измерение длины глаза, то есть глаз мы можем померить. Мы видим часть глазного яблока, которая уходит внутрь, называется осевая глубина глаза, при близорукости она меняется, удлиняется, увеличивается, и вот эти измерения осевой длины глаза – это очень важное измерение.

Родители сейчас не хотят расширение зрачка, потому что это требует времени. Ребенок начинает жаловаться на светобоязнь, и родителям мы часто говорим, что давайте сделаем дополнительное исследование в виде измерения длины глаза, и тогда они думают: дополнительное исследование – надо ли мне это делать? Это делать как раз надо, потому что раз в полгода или раз в год обязательно надо измерять осевую длину глаза и смотреть, насколько вырастает глаз, потому что те чеки, который мы получаем в распечатке прибора, не дают нам полной информации, они нам не скажут о полном состояние дел. Поэтому такие осмотры очень важны. У нас есть хорошие способы приостановить близорукость, как ночные контактные линзы.

Оксана Михайлова:

Что такое миопия?

Татьяна Шилова:

Миопия – это близорукость, то есть это такая оптика глаза, когда человек видит вблизи довольно хорошо, вдаль видит плохо, чем больше степень близорукости, тем ближе это фокусное расстояние, тем ближе человек подносит текст к глазу.

Оксана Михайлова:

Близорукость – это когда человек плохо видит вдаль, хорошо видит вблизи. Есть же прогрессирующие миопии, и при прогрессирующей миопии только коррекция хирургическим путем, или возможны другие варианты лечения?

Татьяна Шилова:

Как раз наоборот, когда прогрессирует миопия, мы не делаем коррекцию хирургическими способами, мы говорим о стабилизации близорукости, чтобы дальше не шло. Мы можем говорить о коррекции только тогда, когда рост глазного яблока остановился, после 18 лет глаз растет в небольшом проценте случаев, но такие случаи тоже бывают, поэтому когда мы приглашаем пациента на лазерную коррекцию зрения, мы твердо должны быть убеждены, что глаз не увеличивается в размере.

На сегодняшний день немножечко меняется политика и может обсуждаться вопрос, можно ли делать раньше, и некоторые хирурги приверженцы того, что детям с разноглазием, когда один глаз видит хуже, а второй лучше, есть смысл сделать коррекцию, чтобы ребенок комфортно пользовался средствами коррекции с одинаковой оптикой, но все-таки это исключение из правил. Правило таково, что стандарты рефракционной хирургии – это оптика глаз, чтобы изменить оптику глаза, нам требуется стабильная длина глаз. Поэтому если человек приходит и говорит, что у него как-то меняется оптика, мы измеряем длину глаза и просим прийти через 3 или 6 месяцев и проверяем, насколько это истинно, потому что у взрослого человека может быть мнимое ухудшение зрения. Может казаться, что действительно стал хуже видеть, но он стал хуже видеть не из-за того, что глаз вытянулся, а потому что зрительная мышца стала утомляться в большей степени, и возникает спазм аккомодации, или привычно избыточное напряжение, и минус становится больше, кажется, что утомляемость больше, и зрение стало хуже, и очки приходится носить с большими стеклами.

Тут мы должны отличить мышечный спазм, избыточный тонус от истинной близорукости, потому что близорукость может расти до невероятных цифр. У меня были пациенты, у которых -20, и -30 ,то есть, есть такой тип близорукости, когда слабая соединительная ткань, то, что определяет рост костей, мышц, в некоторых случаях такие люди типично выглядят, у них длинные пальцы, они высокие, тогда глазное яблоко по-прежнему продолжает расти, несмотря на возраст. И эта сверхвысокая близорукость – это уже патологическое состояние, которое мы должны лечить и стабилизировать.

Я старый доктор, 25 лет стажа у меня, поэтому в те времена, когда я начинала свою хирургическую деятельность, был метод склеропластика, то есть хирургическое воздействие на задний полюс глаз, прижать глазное яблоко изнутри специальными склеральными лоскутами, чтобы удержать растягивание его в сторону в полости черепа. На сегодняшний день к склеропластике прибегают только в случае, когда близорукость растет стремительно, больше нескольких диоптрий в год, то есть ребенок из года в год приобретает -2 ,-4, -6. И чтобы не показалось, что ничего не делаем, это способ стабилизации.

Но есть очень хорошие методики на сегодняшний день – ношение ночных контактных линз, это доказано. Это больше способ коррекции, но она показана и для детей, и для людей молодого возраста, у которых прогрессирующая близорукость, или в силу разных обстоятельств они не могут сделать лазерную коррекцию зрения. И тогда они могут воспользоваться таким замечательным способом, как ношение ночных контактных линз. Ребенок или молодой человек спит ночью в контактных линзах, эта линза глазопроницаемая, из шикарных материалов, и за ночь форма роговицы уплощается ровно на ту величину, которая позволяет ему в течение дня, не пользуясь не очками, видеть очень хорошо. Можно и взрослым, кто боится сделать лазерную коррекцию, до 6 диоптрий.

Оксана Михайлова:

Я слышала такую байку, что когда нужно получить нормальную группу здоровья, надевают такие линзы, чтобы сдать на права.

Татьяна Шилова:

Ими могут пользоваться спортсмены, пользуются активно те, кто плавает, занимается профессиональным спортом, кто поступает в военное училище, когда мы не можем сделать лазерную коррекцию зрения, это хороший способ. Просто когда человек носит эти контактные линзы, и потом дорастает глаз, становится стабильным, то добро пожаловать на лазерную коррекцию зрения. Мы с удовольствием это делаем, это быстро, не больно.

Оксана Михайлова:

При дальнозоркости контактные линзы используются?

Татьяна Шилова:

Дальнозоркость – это плохая оптика. Если мы говорим о слабой степени дальнозоркости, человек вдаль видит не очень хорошо, но для того чтобы сфокусировать дальние объекты, внутриглазная мышца в молодом возрасте сжимается и позволяет сместить фокус на сетчатку, то есть дальнозоркий человек в молодые годы не знает о том, что он дальнозоркий, и все скрытое начинает проявляться годам к 35, а чаще всего к 40. Дальнозоркие люди требуют коррекции очками вблизи раньше, чем их сверстники.

Встречаются два человека, и один говорит: «Мне 35, я уже вблизи вижу не очень хорошо, хотя вдаль зрение у меня отличное». Я уже понимаю, что у него скрытая дальнозоркость, мышцам внутри глаза приходится работать даже тогда, когда человек смотрит вдаль. У нормального человека при расслабленной глазной мышце вдаль зрение очень хорошее, а у дальнозоркого требует напряжения. Дальний фокус требует напряжения мышцы, и ближний фокус требует еще большего напряжения, и эта мышца утомляется. После 40 лет он вдаль не видит и вблизи не видит, еще больше не повезло.

Дальнозоркость плоха тем, особенно в детском возрасте, что мозг не получает четкую картинку, и при дальнозоркости часто появляется косоглазие у детей, потому что мышца внутри глаза все время в сжатом состоянии. Глаз не дорос, глаз короткий, мышца в сжатом состоянии, и она настолько перенапряжена, что совмещает еще и движение глазных яблок внутри, поэтому таким деткам надевают очки и просят носить постоянно. То есть дальнозоркие дети, как и молодые люди, должны носить очки для постоянного ношения, чего нельзя сказать о близоруких, близорукие близь хорошо видят, им только для театра, вождения автомобиля.

При дальнозоркости есть еще одна проблема – проблема ленивого глаза, потому что дальнозоркие глаза очень часто не видят 100 процентов, дальнозоркий глаз недоразвит. При дальнозоркости нередкая ситуация, когда один глаз длиннее, второй короче, так же, как и при близорукости, только при дальнозоркости он короткий, он не вырос до нужного состояния, и часто один не дорастает больше, чем другой, и тогда тот, который не дорос в большей степени, начинает отклоняться. Или у человека возникает астенопия, утомление зрительное, человек чувствует неприятное напряжение в области переносицы, глаза устают, сухость, в глазах боль, есть смысл сходить к офтальмологу и провериться, нет ли у вас скрытой дальнозоркости. Дальнозоркость никак не лучше, чем близорукость, просто термин появился тогда, когда люди старше 40 лет не доживали, сейчас мы живем дольше.

Юлия Каленичина:

Есть ведь еще возрастные изменения.

Татьяна Шилова:

Это еще один тип изменений внутри глаза, который связан с анатомией глаза. Возьмем ситуацию, когда глаз нормальный, человек достигает возраста 45-50 лет, в этом случае ничего не меняется в плане его анатомических изменений. Но внутри глаза есть специальная линза, называется хрусталик. Это естественный хрусталик, прозрачная белковая субстанция, которая позволяет в молодые годы видеть вдаль, вблизь одинаково хорошо. Она должна быть прозрачной и довольно эластичной. Хрусталик ребенка жидкий, он очень эластичный, способен изменять свою форму при любом зрительном стимуле. А с возрастом он становится плотнее, приобретает желтоватую окраску, у него появляется ядро. И к 40-45 годам появляются первые начальные признаки возрастной дальнозоркости.

Это отличается от стандарта дальнозоркости, потому что возрастная дальнозоркость проявляется тем, что человек по-прежнему видит хорошо, и глаз у него нормальной величины, но внутриглазная линза не может так легко менять свою форму за счет напряжения связочного аппарата, который тоже ослабевает, склерозируется. И тогда склероз хрусталика проявляется тем, что человек вблизи вдруг начинает терять фокус, называется это болезнь коротких рук, то есть вроде как зрение хорошее, руки короткие, ему хочется отодвинуть дальше текст. И на каком-то этапе наступает момент, что текст слишком мелкий, уже вроде и вблизи все расплывается, накрасить ресницы женщина не может, мужчина в ресторане меню не прочитает. Как правило, это возрастная дальнозоркость.

Эти изменения присущи и близоруким, и людям с нормальным зрением, и дальнозорким, то есть проявляется это тем, что человеку нужна еще одна пара очков. Человек, который не имеет никаких проблем с оптикой, видя вдаль хорошо, вблизи начинает читать в очках. Это признак его возраста. Есть такое мнение, что минус перейдет на плюс – вовсе не так. Близорукий человек по-прежнему вдаль будет видеть плохо, у него останется тот же минус, только ему потребуются очки для близи, но с меньшим минусом, очки для компьютера, еще с одним минусом. То есть у человека, достигшего возраста 50-55 лет, если у него была близорукость, появляется несколько пар очков, одни для дали, но в них уже он вблизи не видит, и ему приходится или совсем снимать и подносить близко текст, но компьютера тоже не видит.

А у дальнозоркого все еще хуже, потому что у дальнозоркого появляется тоже несколько пар очков, то есть дальнозоркий вдаль начинает носить очки, потому что никак не может скомпенсировать. Для компьютера у него плюс еще больше, и для чтения он еще больше, то есть у него три пары очков. Но в таком возрасте дальнозоркие, обращаясь в оптику, получают рекомендации по назначению прогрессивных очков, у которых идет плавный переход оптической зоны, с верхней части с более слабым плюсом к нижней части с более сильным плюсом. И в этом случае человек просто пользуется одной парой, но для постоянного ношения.

Но надо сказать, что такие люди – самые идеальные пациенты для хирургического лечения у офтальмохирурга, потому что они привязаны к очкам. Людям пресбиотического возраста мы можем помочь, и к возрасту 50 лет мы можем выбирать два метода. Есть специальные внутриглазные контактные линзы, которых раньше не было, они мультифокальные, это линзы, которые ставятся на собственный хрусталик и обеспечивают эту добавку для дали, на среднее расстояние и для близи. И эти внутриглазные линзы можно имплантировать и дальнозорким, и близоруким, и людям просто возрастной пресбиопии, при этом ничего не удаляя. Всегда есть соблазн прийти на хирургию, чтобы тебе ничего не удалили и кое-что даже хорошее добавили внутри глаза, или если в хрусталике появляется помутнение, а помутнение – это уже возрастное заболевание, которое называется катаракта, тогда мы удаляем собственный хрусталик с помутнениями и меняем его на искусственный, но с новыми оптическими свойствами. И эти искусственные хрусталики могут обладать той же способностью давать зрение на разное расстояние без коррекции очками, так называемые мультифокальные хрусталики.

Оксана Михайлова:

Все-таки что лучше – очки или линзы? Линзы, на мой взгляд, удобнее, у очков есть свои минусы: на очки дождь попадает, они без снегоочистителя, они запотевают.

Татьяна Шилова:

С врачебной точки зрения мы против контактных линз, потому что это инородное тело на поверхности глаза. Реклама говорит о том, что в этих линзах вы можете практически все, но на самом деле это не так, они имеют свой срок, и очень многие сталкиваются с тем, что при длительном ношении возникает синдром сухого глаза. Кроме того, линза, находясь на поверхности глаза, травмирует ростковую зону глаза. Роговица – это наружная часть глаза, окно в мир, она покрывается эпителием, это очень нежная структура, многослойная, которая регенерирует по мере ее повреждения, и эти стволовые клетки как раз и находятся в том месте, которые постоянно натирают контактные линзы. Поэтому при длительном ношении возникает нарушение регенерации и восстановления этих клеток, контактная линза еще источник такой инфекции, как бактериальный кератит.

Это способ коррекции, довольно неплохой на каком-то этапе, но если вы постоянно носите контактную линзу, вы без нее не живете, это способ задуматься и прийти на лазерную коррекцию зрения. Мы не против очков, это хороший способ коррекции при правильном подборе, не купленные с лотка, а купленные так, чтобы это была оптика, мы проверили расстояние от каждого глаза до переносицы, правильная посадка по вертикали, чтобы все было правильно подобрано, тогда очки – это очень хорошо. Контактные линзы – это не для долговременной перспективы, это более опасный способ коррекции, тогда приходите на лазерную коррекцию зрения, она делается в стерильных условиях, быстро, 25 секунд.

Оксана Михайлова:

Больно?

Татьяна Шилова:

Не больно абсолютно.

Оксана Михайлова:

Без заморозки, без наркоза?

Татьяна Шилова:

Только под капельками. У нас очень сильная, хорошая анестезия, но когда мы говорим о коррекции зрения, если это лазерная коррекция зрения, то на сегодняшний день есть высокоточные лазеры, фемтосекундные лазеры, за которые даже Нобелевская премия в прошлом году была дана физикам. Это лазеры, которые умудряются в толщине роговицы, не создавая традиционных крышечек, когда делали методом Ласик, срезали кое-что на большой площади, ничего не срезать, сам лазер внутри создает 3D-линзочку, хирургу достаточно 25 секунд.

Оксана Михайлова:

Вы сказали, что нужно правильно подбирать очки. Затемнение имеет какое-то значение?

Татьяна Шилова:

Мы говорим сейчас не о стеклянных линзах, потому что стеклянные считаются более опасными, они тяжелее, в них меньше возможности создать нужные покрытия. Полимеры – это лучший способ коррекции, эти полимеры могут быть очень прочные, это поликарбонатные линзы, по ним краш-тесты проводят, проезжают, они не ломаются.

Оксана Михайлова:

Они достаточно дорогие, но себя оправдывают:

Татьяна Шилова:

На линзах есть покрытие – антибликовое, антистатическое, просветляющее, и при хорошем подборе очки могут дать великолепное качество зрения. В оптику мы приходим за очковыми линзами, оправа – это аксессуар, чисто дизайн, это не самое главное, не надо экономить на линзах, потому что линзы – это здоровье ваших глаз.

Если затемняется свет в зависимости от его интенсивности, это полезно. Детям тоже можно выбирать фотохромы, было время, когда мы не назначали детям, считали, что фотохромные линзы – это те, которые меняют свою цветность в зависимости от освещенности, – на сегодняшний день детям тоже рекомендуем, все очень активно меняется, и точки зрения тоже.

Юлия Каленичина:

Синдром усталости глаз, синдром сухого глаза – это как-то связано?

Татьяна Шилова:

Это не идентичные понятия. Синдрома сухого глаза – это нарушение слезной пленки, то есть наше качество зрения зависит от того, насколько гладкая, блестящая, прозрачная наша роговица. Слеза – это не вода, слеза состоит из нескольких компонентов: слой белковый, слой жировой, слой слизи, так называемый муциновый слой, и дефект каждого из этих компонентов влияет на качество зрения. Синдром сухого глаза очень сильно влияет на зрительную усталость, в том числе влияет на качество зрения, это мутное нечеткое зрение, желание потереть глаз, возникает ощущение инородного тела. У человека с синдромом сухого глаза масса жалоб. Есть огромные институты в Европе, которые занимаются синдром сухого глаза, то есть это очень сложная многокомпонентная проблема.

Юлия Каленичина:

Почему это появилась, раньше такого понятия не было?

Татьяна Шилова:

Экология влияет очень сильно, мы сидим в кондиционированных помещениях, много времени проводим за электронными носителями, у экранов компьютеров, и в это время мы склонны реже моргать. Питание, то есть мы едим рафинированную пищу, высокоуглеводную пищу, высококалорийную пищу, это тоже влияет на состав слезы. Сидим в задымленных помещениях, курение – это фактор появления синдрома сухого глаза, у женщин это прием противозачаточных препаратов. Зрительное утомление связано не только с синдромом сухого глаза, но и с тем, что длительная работа за компьютером, мы долго смотрим на одно и то же расстояние, и как любая мышца нашего организма, зрительное мышца тоже утомляется, ей надо давать возможность расслабиться.

Расслабляется она, когда мы смотрим вдаль, а не когда смотрим вблизи, то есть для человека, который работает за компьютером, обязательно надо делать паузы, он полчаса поработал, он должен встать, можно сделать несколько упражнений, в том числе это перевод взгляда на дальний фокус, это могут быть круговые движения, движение восьмерка. Это полезно для циркуляции внутриглазной жидкости, для здоровья наших глаз.

Юлия Каленичина:

Цвет имеет значение? Посмотреть на зеленое?

Татьяна Шилова:

Наши японские коллеги доказали, что очень важно для органа зрения находиться на свежем воздухе, то есть мы должны проводить не менее 2-3 часов, и даже школы делают сейчас с открытыми окнами, верандами, потому что у детей считается один из факторов прогрессии близорукости не просто сидение за компьютером, а то, что ребенок находится в замкнутом пространстве, у него нет естественного освещения, искусственное освещение вредно. Естественный свет дает возможность вырабатывать такие коферменты, которые тормозят рост глаза.

Оксана Михайлова:

Осталось много вопросов по астигматизму – что это такое?

Татьяна Шилова:

Астигматизм говорит о том, что у нас нет стигмы, нет точки на сетчатке. Существует несколько оптических осей, и человек видит плохо и вдаль, и вблизи на разные расстояния. Астигматизм может быть плюсовой, тогда мы говорим о дальнозорком астигматизме, он может быть со знаком минус, тогда мы говорим о миопическом близоруком астигматизме, и может быть смешанным, когда в глазу есть и плюс, и минус. Точки на сетчатке при прохождении света не получается, и астигматизм обязательно требует коррекции очками, линзами и обязательно лазерной коррекции в любом возрасте, особенно в детском.

Оксана Михайлова:

Это пожизненно?

Татьяна Шилова:

Это пожизненно, пока мы это не исправим, а мы можем это исправить несколькими способами.

Юлия Каленичина:

Можно детям рекомендовать операцию?

Татьяна Шилова:

На сегодняшний день да.

Оксана Михайлова:

С какого возраста?

Татьяна Шилова:

В мозгу ребенка не формируется четкий образ, и мозг не запоминает картинку. И если такой недокорригированный ребенок вырастает и приходит на лазерную коррекцию зрения, то он не получит свои 100%, это могут оказаться всего 50%, то есть астигматизм требует в детском возрасте обязательной коррекции, даже с 6-месячного возраста. И только тогда глаз будет развиваться правильно, сохранится стопроцентное зрение.

Мы часто видим деток, у которых один глазик заклеен, то есть заклеивают, как правило, лучший глаз, а худший заставляют работать, или по очереди. Бывает, что на обоих глазах астигматизм, и оба глаза видят мало, таких детей надо стараться заставлять видеть этим глазом. Астигматизм лечится в дошкольном возрасте, после 7 лет это старый ребенок, то есть это уже ребенок, который перерос тот возраст, когда был самый благоприятный возраст, поэтому надо вовремя обращаться к офтальмологам.

Оксана Михайлова:

Было очень интересно, но мы не успели разобрать такие заболевания, как катаракта, глаукома. Обязательно запланируем такой эфир. Спасибо Вам большое за то, что были с нами.