Тексту Конституции прописали неизменность

Российская Конституция 1993 года выполнила свою задачу. Но править ее "торопиться не надо". Эту мысль высказал вчера в Госдуме судья Конституционного суда (КС) Сергей Князев. Он раскритиковал "резвость" депутатов, которые практически ежегодно меняют правила выборов, организации местного самоуправления, а также нормы уголовного законодательства.

Публичные лекции о развитии российской правовой системы проводятся в Госдуме по инициативе спикера палаты Сергея Нарышкина, которому настолько понравился прошлогодний цикл лекций, посвященных 20-летию Конституции, что он предложил и в этом году не отказываться от лектория. Слушатели не только депутаты, но и студенты-правоведы из московских вузов, с которыми судья КС Сергей Князев решил вчера поговорить о "стабильности Конституции".

"Если пренебречь Конституцией, то ее начинают замещать неправовые формы, приводящие к глубочайшим трагедиям и гуманитарной катастрофе, которые мы наблюдаем в соседнем государстве (на Украине.— "Ъ")",— предварил выступление господина Князева глава думского комитета по конституционному законодательству Владимир Плигин ("Единая Россия").

Лектор говорил лишь о российском конституционализме. Стабильность любой Конституции зависит не только от неизменности ее текста, считает Сергей Князев. В Великобритании, например, нет Конституции в виде текста, но именно эта страна считается "колыбелью конституционализма". А в Северной Корее есть Конституция, но конституционализма в нынешних условиях там "быть не может", считает судья КС.

А "какой была бы Россия без Конституции и конституционализма", спросил у лектора один из слушателей. Господин Князев ответил, что конституционализм не единственный способ организации жизни общества и государства. Так, некоторые арабские государства приняли Конституции, но общество живет в них по шариату. Представить же Россию без Конституции господин Князев не может. Потому что "конституционализм — это вовсе не любой набор любых правил". Конституцией может считаться только такой акт, который "устанавливает баланс между личной свободой и публичной властью", диктуя свой конституционный порядок жизни общества и государства, принципы, ценности.

Эти "порядок, принципы и ценности универсальны", уверен Сергей Князев. Просто одни страны пришли к ним "эволюционным путем, подарив миру идеологию конституционализма", а другие эту идеологию заимствовали. Россия "заимствовала конституционализм".

А есть ли в России "предпосылки для правки Конституции", поинтересовались из зала. "Предпосылки есть", уверен господин Князев, и "они будут всегда", поскольку Основной закон признает политический плюрализм. Он отметил, что Конституция 1993 года отчасти выполнила свою задачу, потому что принималась в свое время не как акт национального согласия, а, "скорее, как акт вынужденного примирения". Но он не уверен, что заимствованный конституционализм за 20 лет окончательно стал той идеологией, на которой строится "жизненный уклад" российского общества. В идеале у россиян к Конституции должно сложиться примерно такое же отношение, как к православию, полагает Сергей Князев. А пока этого нет, с правкой Конституции "торопиться не надо".

Если Конституция неизменна, то и "законы должны быть такими же", пытались понять студенты-правоведы. Сергей Князев согласился с ними лишь частично, потому что текст российской Конституции позволяет законодателям и конституционным судьям "раскрывать содержание Конституции, обогащать его, дополнять". "Спасибо за такую возможность",— отметил Владимир Плигин. Но незыблемость текста Конституции вовсе не означает, что "на законах можно порезвиться", ответил ему господин Князев, упрекнув законодателей за "чуть ли не ежегодное" обновление правил проведения выборов, организации местного самоуправления, норм уголовного права. Стабильность Конституции предполагает и "стабильность правовых правил игры", уточнил он.

Впрочем, "резвость" законодателей судья КС относит к "болезням роста", как и создание "Общественной палаты, "Открытого правительства", "Общероссийского народного фронта"". По его прогнозу, "конституционный порядок сам разберется, жизнеспособны эти институты или мертворожденные". Но господина Князева беспокоит, что с их помощью "на периферию публично-правового пространства могут быть вытеснены гражданская инициатива, независимое общественное мнение, политическая оппозиция и другие конституционные ценности, которые образуют существо самой конституционной традиции".