Принципы Ирины Никитиной

Свою работу Ирина Никитина бизнесом не считает. Среди деловых партнеров и клиентов она известна как светская львица и красавица. Работает она президентом. Созданный ею 12 лет назад фонд международных культурных проектов «Музыкальный Олимп» и одноименный фестиваль классической музыки стали уникальным культурным явлением в России и за рубежом. Помог ей в этом правильно построенный бизнес.

Быть успешным и одновременно счастливым, увы, доступно немногим.

Я бы не называла бизнесом то, чем я занимаюсь. Настоящее искусство не должно превращаться в шоу-бизнес. Совмещать эти вещи — дурной вкус. Я за чистоту стиля.

Мы зарабатываем деньги, чтобы иметь возможность делать свои проекты. Для проектов в области искусства требуются особые отношения с деньгами. Мы имеем дело не с инвестициями, не со спонсорством, а с меценатством. У нас в России утрачены традиции меценатства.

«Продюсер» — это про меня так другие говорят. Я себя продюсером не считаю, я даже не знаю, как назвать свою работу. Просто хочется поделиться тем, что я люблю.

Быть женщиной в бизнесе трудно. Наши женщины даже более эмансипированы, чем западные, но до определенного этапа. Женщинам дозволено заниматься мужскими профессиями, им дозволено много брать на себя. Но как только она начинает претендовать на серьезный успех, словно тормоз включается. Это в образе мысли засело такое клише: женский успех всегда незаслужен.

Мир делится на единомышленников и соперников. Но такие качества, как зависть или месть, не в моем характере. Если я вижу их в человеке, то стараюсь дистанцироваться. А те, с кем я работаю, меня отлично понимают.

Три года назад мы стали делать выездные концерты — в Цюрих, Нью-Йорк, Токио, Будапешт. Они рассчитаны на разную публику: мы привозим и джаз, и театр танца, и юных исполнителей, и звезд. Главная задача, и мы ее уже достигли,— любой наш концерт должен быть узнаваем и обязан работать на усиление брэнда.

Я делаю акцент на брэнде, чтобы каждый концерт становился событием и на нем стоял знак качества. Москву нельзя сравнивать с такими фестивальными городами, как Байрейт или Зальцбург. Это привилегия маленьких городов — иметь такие фестивали, вокруг которых развивается туризм и вся экономика. Москва слишком большой город, здесь столько событий, что можно потеряться. К тому же здесь плохой отбор по качеству: всех гастролеров рекламируют как знаменитых, великих и лучших в мире. Публику это сильно запутывает.

Брэнд нужно каждый раз доказывать. В общем, мы это и делаем все 12 лет нашей истории.

Мой подход к маркетингу отличается от традиционного. Есть люди, которые ходят из моды: не послушать, а посмотреть. Я хочу добиться, чтобы ходили послушать. Многие были на наших концертах «втемную», а теперь разбираются, что хорошо и что плохо.

Самый большой секрет — это когда сам человек не знает, в чем его секрет. Вот почему я никогда не могу ответить на вопросы вроде «В чем секрет вашего успеха?». Это то, что сидит внутри вас. Сила желания, сила любви побеждают любые препятствия. Конечно, если вы верите в них сами. Если же вами движет шкурный интерес, это видно сразу.

Живу я везде. И в России, и за границей, и в самолетах. Связано это с личными обстоятельствами, а не с бизнесом. Меня это устраивает. Наверно, во мне есть цыганская кровь.

Я научилась выгодно проводить время в самолетах. Беру ноутбук и смотрю фильм, который давно хотела посмотреть. Или читаю новую книжку. Вам после работы много удается книг прочитать? То-то же. А я нашла способ повышать образование.

Мне интересно жить. Больше всего я бы не хотела потерять любознательность. А самый люкс — жить так, чтобы не бояться быть открытой и говорить правду.

записал Владимир Гендлин