Экономическая эффективность инвестиций в человеческий капитал в современных условиях

УДК 330.322:331.101.262

Е.В. МАКСЮТИНА

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ЭФФЕКТИВНОСТЬ ИНВЕСТИЦИЙ В ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ

Ключевые слова: человеческий капитал, высшее образование, внутренняя норма отдачи, период окупаемости инвестиций, рынок труда.

Исследована экономическая эффективность инвестиций в человеческий капитал в России.

E.V. MAKSYUTINA THE ECONOMICAL EFFICIENCY OF INVESTMENTS IN HUMAN CAPITAL IN MODERN CONDITIONS Key words: human capital, higher education, internal rate of return, payback period, labor market.

The article investigates the economical efficiency of investments in human capital of Russia.

В экономической литературе дореформенного периода идея анализа экономической отдачи от созидательных способностей человека не получила признания. Это было связано, с одной стороны, с тезисом о непроизводительном характере образования, здравоохранения и других отраслей социально-культурной сферы. С другой стороны, для каждого конкретного человека получение образования всех уровней, медицинское обслуживание, за небольшими исключениями, были бесплатными, в связи с этим у населения не возникало вопросов возвратности средств, вложенных на эти цели.

Однако теория человеческого капитала исходит из положения о том, что человеческий капитал - это некоторый накапливаемый запас благ, который при целесообразном использовании должен способствовать росту производительности и доходов. Следовательно, она предполагает определенную корреляцию, например, между уровнем образования и заработной платой работника.

В экономически развитых странах статистическими данными подтверждается достаточно устойчивая и тесная взаимосвязь уровня образования и квалификации с оплатой труда. Так, в США в последнее десятилетие средние издержки получения высшего образования в одном из 50 престижных вузов составляли около 100 тыс. долл. А плата за образование, необходимое для работы в высокотехнологичном производстве, в пять раз превосходила все прочие затраты - на питание, жилье, одежду и т.д., осуществляемые до достижения будущим работником совершеннолетия. Расходы на учебу даже превосходили среднюю стоимость производственных мощностей, на которых работнику предстоит трудиться (около 80 тыс. долл.) [2. С. 11, 98]. Однако и отдача от полученного образования превосходила все ожидания. Согласно американской статистике, работник с дипломом колледжа на протяжении своей карьеры зарабатывал на 600 тыс. долл. больше, чем имеющий лишь школьное образование, а разница ожидаемых доходов обладателя докторской степени по отношению к выпускнику колледжа в этот период достигала 1,6 млн долл.

За рубежом неоднократно рассчитывались частные и общественные нормы отдачи, измеряющие эффективность вложений в различные виды образования. По имеющимся оценкам, в экономически развитых странах для среднего образования нормы отдачи располагаются на уровне 15-20%, для высшего - 10-15%, а для ступеней, связанных с получением званий магистра или доктора, - на уровне 5% [4. С. 5, 12].

Результаты эмпирических исследований, проведенных П. Грейзером, П. Грегори и Дж. Колхэйз в конце 80-х гг. на основе опроса бывших советских граждан, эмигрировавших в США, показали, что в Советском Союзе заработная плата слабо коррелировала с уровнем образования и другими активами человеческого ка-

питала. По оценкам, опубликованным П. Грейзером, норма отдачи от инвестиций в образование варьировалась от 2,3% для общего среднего до 5% для высшего профессионального образования, при этом женщины имели более высокую норму отдачи от образования, чем мужчины [5. С. 13, 10, 12].

Рассмотрение расходов на получение образования, повышение квалификации, улучшение состояния здоровья и т.п. в качестве затрат инвестиционного типа заставляет по-новому взглянуть на проблему экономической эффективности инвестиций в человеческий капитал. Распространение платности образования, медицинских услуг для населения означает необходимость, во-первых, отвлекать значительные средства от текущего потребления, менять свои сберегательные приоритеты; во-вторых, принимать инвестиционные решения, учитывая как издержки, так и выгоды. В связи с этим возникает вопрос об индивидуальной экономической целесообразности этих затрат.

В пореформенной России эмпирических исследований эффективности инвестиций в человеческий капитал было немного. Одной из наиболее интересных является работа, выполненная в середине 90-х гг. Д. Нестеровой и К. Сабирь-яновой. По данным Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения (далее РМЭЗ) авторы анализировали факторы, влияющие на уровень и динамику заработной платы через оценку норм отдачи от инвестиций в человеческий капитал. Регрессионный анализ уравнения заработной платы Дж. Минцера, выполненный Нестеровой и Сабирьяновой на основе данных за 1994-1996 гг., показал, что частная норма отдачи от инвестиций в образование составляла в этот период 6-8% прироста заработной платы на каждый дополнительный год образования; норма отдачи от профессионального опыта на рынке труда была равна 1-3%; отдача от специального человеческого капитала, т.е. опыта, накопленного на данном рабочем месте, оказалась несущественна и статистически не значима [5. С. 11, 15].

Среди современных исследований значительный научный интерес, на наш взгляд, представляют работы ученых Государственного университета Высшей школы экономики (далее ГУ ВШЭ) [1, 3]. Так, Р.И. Капелюшников в соавторстве с А.Л. Лукьяновой в книге «Трансформация человеческого капитала в российском обществе» представили оценки норм отдачи, рассчитанные на основе «минце-ровского» уравнения заработков. Авторы использовали данные 6-18 раундов (1994-2008 гг.) РМЭЗ. По оценкам авторов Р.И. Капелюшникова и А.Л. Лукьяновой, нормы отдачи от образования колебались в течение этих лет в диапазоне 5-7%. Другими словами, увеличение продолжения образования на один год обеспечивало прирост заработков примерно на 5-7%. У женщин нормы отдачи на образование были примерно в полтора раза выше, чем у мужчин: 7,5% против 5% [3. С. 74, 75].

Традиционно в научной литературе экономическая эффективность инвестиций в человеческий капитал (в том числе в образование) определяется с использованием показателей чистой текущей стоимости (NPV), внутренней нормы отдачи (IRR), индекса доходности (Pi), периода окупаемости инвестиций (РВР). К сожалению, в работах российских ученых вычисление указанных выше показателей осуществлялось только с целью определения эффективности инвестиций в конкретные образовательные проекты либо сравнения различных инвестиционных проектов в образование и выбора лучшего из них. К работам подобного рода можно отнести расчет эффективности получения степени MBA (Master of Business Administration) в России как частный случай инвестиций в человеческий капитал.

Цель нашей работы состояла в расчете окупаемости частных затрат на получение высшего образования в современных условиях России с помощью показателей внутренней нормы отдачи и периода окупаемости инвестиций. Информационной базой нашего исследования стали статистические данные Обследо-

вания заработной платы по профессиям (далее ОЗПП), проведенного Росстатом в 2009 г. Это обследование содержало необходимые сведения о среднемесячной заработной плате работников по уровню образования, в том числе в гендерном разрезе. Также были использованы опубликованные в сборнике Росстата «Социальное положение и уровень жизни населения» данные о средних потребительских ценах на отдельные виды услуг в системе образования [6. С. 382]. В целом, наше исследование опиралось на официальные статистические данные.

В классической модели оценки инвестиций в человеческий капитал выгоды от образования выражаются в более высоком уровне заработков после получения образования по сравнению с уровнем заработной платы лиц, не имеющих образования. Затраты на получение образования включают прямые расходы (плата за обучение, расходы на приобретение учебников и т.д.) и косвенные затраты в виде «потерянных» заработков за время обучения. «Потерянные заработки» - это те заработки, которые студенты могли бы получать, если бы не учились, а работали. Расчеты показывают, что именно эти затраты составляют главную долю совокупных расходов на человеческий капитал.

При определении экономической эффективности инвестиций в высшее образование мы сравнивали пожизненные заработки лиц с полным средним образованием и высшим профессиональным образованием при условии, что получение среднего образования было оплачено государством за счет бюджетных средств и формально оказалось для людей бесплатным, а высшее образование было получено на условиях полного возмещения затрат на обучение. Таким образом, стоимость потока выгод от высшего образования равна разнице в пожизненных заработках лиц с высшим образованием и людей, получивших только полное среднее образование. «Потерянные» заработки лиц, получающих высшее образование, были равны суммарным за годы обучения средним заработкам россиян, имеющим среднее образование. К стоимости прямых затрат на образование была отнесена средняя по стране стоимость обучения в вузе. Период предстоящей трудовой деятельности соответствовал периоду после окончания вуза вплоть до выхода на пенсию (т.е. 38 лет - с 22 до 59).

При определении внутренних норм отдачи мы учитывали карьерный рост заработной платы в течение предстоящей трудовой деятельности работника. Расчеты проводились для двух вариантов развития карьеры. Средний вариант развития карьеры предполагает, что за счет карьерного роста работник увеличит свою начальную заработную плату в 2 раза в течение предстоящей трудовой деятельности. В этом случае среднегодовой уровень карьерного роста будет равен 1,8%. У лиц, сделавших успешную карьеру, заработная плата увеличится в течение предстоящей трудовой деятельности в 3 раза при среднегодовом росте в 3%.

Внутренняя норма отдачи (IRR) представляет собой такую норму процента, при которой приведенная стоимость будущих выгод от образования равна приведенной стоимости его затрат. Чем выше IRR, тем прибыльнее инвестиции в человеческий капитал. Другими словами, внутренняя норма отдачи показывает, на сколько процентов увеличивается заработок человека при увеличении продолжительности образования на один год. Формула для определения частной нормы отдачи от инвестиций в высшее образование имеет вид:

h (В -В*)(1 + j) 12 = h В*(1 + j)t 12 + h Ct

¿1 (1+ r )t h (1+ r )t ¿1 (1+ r

где r - внутренняя норма отдачи от инвестиций в высшее образование; В/ -среднемесячные заработки лиц с высшим образованием в году t, руб.; В*-среднемесячные заработки лиц с полным средним образованием в году t, руб.; Т- период предстоящей трудовой деятельности, лет; t1 - время обучения в вузе,

лет; t - индекс времени; ] - среднегодовой уровень карьерного роста,%; С -средняя по стране стоимость обучения за год в вузе, руб.

Периодом окупаемости (отдачи) инвестиций в высшее образование называется время, за которое сумма дополнительных выгод от высшего образования, рассчитываемая как разница между заработками лиц с высшим образованием и полным средним образованием, покроет сумму издержек на получение образования.

Результаты нашего исследования эффективности частных инвестиций в человеческий капитал показали, что в современных условиях России вложения в образование (прежде всего высшее) чрезвычайно выгодны. Коэффициент окупаемости частных вложений в высшее образование (внутренняя норма отдачи) составляет от 17,2 до 18,7% в зависимости от варианта развития карьеры. Средний период окупаемости инвестиций в высшее образование составляет немногим более двух лет. С учетом величины «потерянных» заработков - почти 10 лет1.

В качестве альтернативного показателя окупаемости вложений в человеческий капитал могут также использоваться так называемые образовательные премии. В этом случае оценивается не то, насколько возрастает заработная плата при увеличении образования на один дополнительный год, а насколько она увеличивается при переходе человека с более низкого на более высокий уровень образования, например, со среднего - на высшее. В таблице представлены оценки премий на различные уровни образования по сравнению с полным средним образованием. Источником информации является упоминавшееся ранее Обследование заработных плат по профессиям, проведенное Росстатом в 2009 г. Оказывается, что при прочих равных условиях лица с высшим образованием зарабатывают почти на 80% больше, чем лица со средним образованием, т.е. образовательная премия за высшее образование в России составляет порядка 80% (76,3%). Для выпускников ссузов премия за образование равна около 14%. Тем выпускникам, которые окончили пТу, это практически ничего не дает, т.е. выигрыш в заработной плате порядка 3%. И те, кто не получил даже среднего образования, проигрывают в заработной плате порядка 8%. Размеры образовательных премий последовательно увеличиваются при переходе от более низких к более высоким ступеням образовательной шкалы как для мужчин, так и для женщин.

«Премии» на различные уровни образования, 2009 г., %*

Уровни образования Все работники Мужчины Женщины

Высшее профессиональное образование 76,3 63,6 91,9

Среднее профессиональное образование 14,2 8,2 21,8

Начальное профессиональное образование 3,3 1,9 4,3

Не имеют среднего (полного) общего образования -8,3 -8,5 -8,4

* % превышения над заработками работников с полным средним образованием.

Высокая окупаемость высшего образования, а также стабильно высокий уровень премии за высшее образование в значительной мере объясняет причины непрерывно нарастающего спроса на него со стороны населения и резкое увеличение доли студентов в соответствующей возрастной когорте. Уже сейчас среди российских граждан в возрасте 25-35 лет доля населения с высшим образованием составляет 57%. Это один из самых высоких показателей в мире, на 15 процентных пунктов превышающий аналогичный показатель в США. 87-91% семей предпочитают высшее образование для детей, 66% граждан готовы за него платить. 75% выпускников школы планируют

1 Следует отметить, что по сравнению с другими источниками данных (например, НОБУС и РМЭЗ) данные ОЗПП, на которых было основано наше исследование, фиксируют существенно более широкий разброс в заработках в зависимости от полученного образования и, как, следствие, приводят к более высоким оценкам его отдачи.

сразу же поступать в вузы, более половины студентов колледжей и техникумов также собираются получать высшее образование2.

Не удивительно, что рост спроса на вузовские дипломы стимулирует расширение предложения высшего образования, сопровождающееся снижением его предельного качества. При тех наблюдаемых экономических преимуществах, которые обещает наличие высшего образования его обладателям, трудно рассчитывать на то, что молодые люди добровольно изменят свои приоритеты в пользу начального или среднего профессионального образования, которые окупаются гораздо хуже. Эта тенденция - рост рыночной ценности продвинутого общего третичного образования по сравнению с узкоспециализированным профессиональным - характерна для всех развитых стран мира [1. С. 450]. И Россия в этом не исключение.

Другое дело, что резкий сдвиг в образовательном поведении россиян предъявляет новые требования к рынку труда. Работники нового поколения ищут креативную, интересную работу, связанную с коммуникациями. Они готовы к частой смене места работы. При этом важнейшей характеристикой выбора работы, как показывают исследования, является даже не заработная плата, а социальный статус работника. В то же время свободные рабочие места среди офисных работников, в торговых компаниях, в бюджетной сфере исчерпываются. «Мы столкнемся с серьезнейшим вызовом: люди не смогут найти работу сообразно своим уже серьезно адаптировавшимся требованиям, - предупреждает ректор ГУ ВШЭ Я. Кузьминов. - Уже сегодня от 20% до 30% людей с высшим образованием заявляют, что их профессиональные навыки очень серьезно недоиспользуются - фактически они занимаются работой, не требующей высшего образования». Предполагается, к 2020 г. доля таких «социально неудовлетворенных» составит 10% трудоспособного населения, а в крупных городах эта цифра будет в два раза больше. При сохранении сложившейся ситуации разрыв между ускоренным накоплением человеческого капитала и его неэффективным использованием, между высокими количественными и низкими качественными характеристиками получаемого образования будет не сокращаться, а увеличиваться. Результатом этого может стать размывание тех экономических преимуществ, которые пока дает накопление человеческого капитала, прежде всего в виде получения высшего профессионального образования.

Литература

1. Заработная плата в России: эволюция и дифференциация / под ред. В.Е. Гимпельсона, Р.И. Капелюшникова. М.: Изд. дом ГУ ВШЭ, 2008. 575 с.

2. Иноземцев В.Л. Современное постиндустриальное общество: природа, противоречия, перспективы: учеб. пособие. М.: Логос, 2000. 432 с.

3. Капелюшников Р.И., Лукьянова А.Л. Трансформация человеческого капитала в российском обществе (на базе «Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения»). М.: Фонд «Либеральная миссия», 2010. 196 с.

4. Курганский С.А. Человеческий капитал: методологический анализ формирования и оценки: автореф. дис. ... докт. экон. наук. СПб., 1999.

5. Нестерова Д., Сабирьянова К. Инвестиции в человеческий капитал в переходный период в России // ЕЕ^С. 1998. № 99/04, дек.

6. Социальное положение и уровень жизни населения России. 2010: стат. сб. / Росстат. М., 2010. 507 с.

МАКСЮТИНА ЕЛЕНА ВЛАДИМИРОВНА - кандидат экономических наук, доцент кафедры экономики, Филиал Казанского (Приволжского) федерального университета в г. Набережные Челны, Россия, Набережные Челны (elbe@fromru.com).

MAKSYUTINA ELENA VLADIMIROVNA - candidate of economics sciences, associate professor of Economics Chair, Branch of Kazan Federal University in Naberezhnye Chelny, Russia, Naberezhnye Chelny.

2 Здесь приведены данные мониторинга экономики образования, регулярно проводимого ГУ ВШЭ.