Культ животных в Пермском Предуралье

Петров В.Л.

КУЛЬТ ЖИВОТНЫХ В ПЕРМСКОМ ПРЕДУРАЛЬЕ*

и*

*Материал подготовлен в рамках проекта № 29а-Ф Программы стратегического развития ПГГПУ

Ключевые слова: культ, Пермское Предуралье, культовая пластика, ритуал

В статье описываются основные сюжеты культа животных в Пермском Предуралье. Рассматривается культовая пластика и пермский звериный стиль как основной источник изучения культа животных.

Petrov V.L. (Perm) ANIMAL CULT IN THE PERM CIS-URALS

Key words: cult, Perm Cis-Urals, cult plastic art, ritual

This paper presents main plots of animal cult in the Perm Cis-Urals. Cult plastic art and Perm animal style are discussed as the main sources for studying animal cult.

В жизни средневекового населения Пермского Предуралья большую роль играли культы и верования, связанные с анимистическими религиозными представлениями. Исследование этой стороны духовной жизни может дать богатый материал для реконструкции повседневного существования средневековых жителей. Но проведение подобных исследований осложнено отсутствием письменных источников о той эпохе. И в данной ситуации мы можем опираться на данные таких наук, как археология и этнография. Анализируя материал, добытый в ходе археологических и этнографических экспедиций, можно попытаться выделить мотивы и сюжеты, присутствовавшие в культовой жизни средневекового человека в Пермском Предуралье.

Начнем с понятия "культ". Слово достаточно известно и распространено в повседневной жизни, но под ним в наше время понимаются различные явления духовной жизни (культ как поклонение чему-то или кому-то (яркий пример -культ личности, культ денег), культ как часть религии и т.д.). И различные группы исследователей предлагают свои определения этого термина. Так, одно толкование мы видим у психологов, другое у социологов. Но одно из самых распространенных пониманий слова "культ" связано именно с теологией и религией. Но и в данном аспекте существуют различные точки зрения. Так, слово "культ" можно понимать как секту или что-то, что противоречит нашим убеждениям. Эту точку зрения мы не можем принять, так как данная область не входит в круг наших интересов, да и интересов археологии в целом. Для нас важно иное и, наверное, наиболее оригинальное значение термина "культ". Слово "культ" происходит от латинского слова "сиИш", которое дословно значит поклоняться или почитать что-либо. В средние века люди именно поклонялись силам природы, языческим богам, духам; почитали души предков и тотемы. Это являлось важной частью жизни средневекового населения на Урале. И со

временем эти культы не ушли совсем. С приходом русского населения и христианизации они были вплетены в христианство, и вместе создали абсолютно новый образец духовной культуры. Этот пример показывает, насколько большую роль культовые практики играли в жизни древних народов Урала.

У населения, проживавшего на территории Пермского Предуралья в средние века, существовали различные культы и культовые практики. Большое и важно место занимала практика поклонения животным. Сюда входили культ водоплавающей птицы, культ медведя, культ лося и др. Связано это было с анимистическими религиозными представлениями. Животные выступали как тотем для людей. Большинство из животных, которым поклонялись, представляли собой промысловые виды (лось, олень, утка, медведь), и от них во многом зависело выживание человека (Вострокнутов, 2009, с.35). Позже появились и домашние животные (конь, корова), также игравшие важную роль в выживании человека. Наверное, именно поэтому культ поклонения животным был настолько важен и распространен. Это ярко отразилось в материальной культуре средневекового населения. Украшения в виде частей животного (лапки водоплавающих птиц, головы крупных животных) были распространены на обширных территориях Пермского Предуралья. Не вызывает сомнения тот факт, что все эти изображения являлись не просто украшениями, а чем-то большим, в них вкладывался определенный сакральный смысл.

Наряду с анимистическими представлениями у населения Пермского Предуралья в средние века существовала так называемая производственная и промысловая магия, которая была связана с поклонением языческим божествам. Её появление было вызвано развитием производственных сил в древнем обществе. Развивалось животноводство, земледелие, ремесло, и это не могло не повлиять на жизнь древнего человека. Существовали божества, связанные с той или иной стороной повседневной жизни. Охотники, земледельцы, ремесленники поклонялись своим покровителям, и приносили им жертвы с целью прошения милости, использовали амулеты, защищающие от зла и дающие силы. К сожалению, сейчас практически невозможно точно установить, что это были за божества (силы). По тем археологическим данным, которыми мы располагаем, можно лишь предположить, как эти божества представлялись людям. Это антропоморфные, антропозооморфные и орнитоморфные изображения. Распространены изображения человеколося на ящере, изображения животных с личинами людей, птицевидных идолов. Очень редко встречаются остатки антропоморфных деревянных идолов. Как видно из перечисленного, божества древнего населения Прикамья были тесно связаны с культом животных. Именно животных наделяли некими признаки сакральности и считали их связующим звеном с миром духов. Изображения божеств содержало в себе переплетение мира животных и мира людей, и на этом стыке появлялась связь с миром духов.

По тем работам, которые существуют на сегодняшний день, мы можем частично предположить, какие божества, а точнее сюжеты, связанные с ними, были наиболее почитаемы и распространены. Так, в Пермском Предуралье был распространен культ водоплавающей птицы. Это ярко выражалось в материальной культуре средневекового населения, в частности, в женских украшениях. Образ водоплавающей птицы служил не только как сюжет для украшения, но и наделялся неким сакральным смыслом. Надевая на себя украшение в виде птички (лапки), женщина одевала на себя проводник в мир духов, так как, скорее всего, это был некий амулет, защищающий от злых духов (Вострокнутов, 2009, с. 34). Кроме того в финно-угорской мифологии утка или

гусь часто выступают создателями мира. В данном случае водоплавающая птица выступает символом плодородия, женского рождающего начала. Соответственно, такой амулет подразумевал некое усиление жизненных сил, давал защиту (Вострокнутов, 2009, с. 34). Известны и предметы домашнего обихода, украшенные изображением утки, к примеру, посуда и ложки, которые использовались в ритуальных трапезах (Крыласова, 2007, с.58).

Распространен в средневековой культуре и образ ящера. Он считался покровителем недр, подземного мира (Белавин, 1987, с.120). Это нашло свое отражение в материальной и духовной культуре, и сохранялось долгое время. Так, в сказах Бажова присутствует образ хозяйки медной горы, изображенной в виде ящерицы. Возможно, что древние металлурги при добыче руды наткнулись на останки ископаемых ящеров, и стали почитать их (ящеров) как покровителей недр и металлургов (Климов, 2011, эл. ресурс).

Изображение медведя впервые встречается в Верхнем Прикамье ещё среди неолитических рисунков Писаного камня. Зверь изображен в обычной для того времени манере - силуэтом. Он сидит на задних лапах. По-видимому, сильный и опасный хищник уже тогда был священным животным. Раздробленные кости медведя найдены на жертвенном месте, расположенном на полуострове, под наскальными рисунками. Останки костей медведя найдены и на некоторых средневековых археологических поселениях. Медведя почитали многие народы Урала. У коми в прошлом существовал культ медведя - "оша". Один из народных героев коми носил имя Кудым-Ош. С медведем связано немало суеверий. Медвежьи клыки служили амулетом охотникам, за ними признавали лечебные качества. Охотники считали медведя похожим на человека, считая его защитником и хозяином лесов. Изучение поклонения медведю позволяет фиксировать изменение семантики его образа в Прикамье - от объекта промысловой магии, тотема и хозяина леса, до воплощения героя мифов и легенд (Липина, 2006, с. 65).

Лось, подобно медведю, почитался как тотемное животное многими племенами Урала и лесной полосы. Чаще всего изображения лося встречаются на культовых плакетках ломоватовской культуры, в очень своеобразной манере - в виде человеколосей. Это изображения, в которых совмещены образы человека, лося, нередко дополненные изображениями других животных и птиц. Человеколоси были, очевидно, в воображении древних людей своеобразными духами-охранителями верховного божества или семейного очага. Возможно, что культ лося приобретал характер космогонических представлений. Встречаются плакетки с изображением человеколося в окружении фигур лесных животных, искусно вписанных в удлиненную рамку. Очевидно, перед нами изображение лесного духа - хозяина тайги, "верысь-морта" (Дмитриев, 2011, эл. ресурс).

Одним из распространенных у древнего населения Прикамья был культ коня, образ которого связан с солнцем и богиней природы - матерью всего сущего. На поселениях Верхнего Прикамья, начиная с ананьинской культуры, постоянно встречаются жертвенные комплексы, связанные с культом коня. Возможно, что своей большой ролью в духовной жизни населения, образ коня обязан возрастающей хозяйственной роли лошади (Дмитриев, 2011, эл. ресурс). Образ конской головы широко представлен в украшениях и амулетах -биконьковых шумящих подвесках, которые служили в качестве женского украшения косы, костяных гребнях, бронзовых рукоятях кресал (Крыласова, 2007., эл. ресурс).

Говоря о культе в Пермском Предуралье, нельзя не упомянуть такое уникальное явление, как Пермский звериный стиль, так как именно его наиболее часто связывают с культовыми практиками и все сюжеты, описанные выше, связанны, зачастую, именно с этим образцом древнего искусства. Предметы пермского звериного стиля не сразу попали в поле зрения ученых, связано это, прежде всего, с условиями находок культового литья. Большинство предметов найдено не в ходе археологических раскопок, а в качестве так называемых "кладов" или в виде одиночных, случайных находок. Местное население Пермского края, прежде всего крестьяне, находили предметы культового литья при распашке полей, работе на огородах, во время весенних паводков. Но, не смотря на это, предметы этого стиля играют важную роль в исследовании духовного мира и культовых представлений людей. Хотелось бы отметить, что существует множество работ, посвященных разработке этой тематике (как по истокам звериного стиля, так и по его семантике). В данном случае мы не будем углубляться в его детальное изучение, а рассмотрим лишь некоторые вопросы, связанные, в основном, с его культовой принадлежностью.

Тот факт, что предметы пермского звериного стиля относятся именно к сфере культов, подтверждают многие исследователи. Так Д.Н. Анучин отмечал, что образцы этого стиля чаще находили в жертвенных или моленных местах (Анучин, 1899, с. 126). А. А. Спицын связывал находки этого стиля с шаманизмом, и считал их подделками религиозного характера (Спицын, 1906, с.1). А.В. Збруева исходила из понимания первобытного искусства как творчества, необходимо связанного с религиозной сферой. Любое существо, как и его изображение, наделялось более глубокой, выходящей за пределы внешнего проявления мифической сущностью, поэтому А.В. Збруева формулирует: "искусство было неотделимо от магии" (Збруева, 1947, с. 36). А.П. Смирновым изображения животных трактовались как помощники шамана, антропоморфные фигуры, отдельные или в сочетании с зооморфными, - как изображения самих шаманов, показанных то на ездовых животных, то в окружении зверей-помощников. Кроме того, эти вещи служили или привесками к шаманскому костюму (Смирнов, 1952. с. 274), или вотивами, связанными с шаманским культом (Смирнов, 1952. с. 223). Самое заметное издание по семантике культового литья из появившихся в 70-е гг. - монография Л.С. Грибовой (1975). Простые образы, т.е. изображения отдельных животных, были, по мысли Л.С. Грибовой, являлись родовыми символами неусложненного рода. Более сложные образы, двойные, например, человек-лось, человек-птица и им подобные, отражали первичное отождествление человека с тотемным видом (Грибова, 1975, с. 54). Эти бляхи выполняли роль жертвенных предметов, а также употреблялись в обрядовых церемониях, например, во время инициации (Грибова, 1975, с. 55). Л.В. Чижова интерпретировала культовое литье с позиций анимизма. "Идея, лежащая в основе культовых поделок, была предельно проста: душа человека - это посредник между им самим как личностью и сферами его социальных интересов в обществе и природе" (Чижова, 1983, с. 19). А.М. Белавин так определил круг предметов, интерпретированных в качестве предметов пермского звериного стиля:

1) культовые ажурные или сплошные односторонние литые бронзово-медные сюжетные пластины-плакетки, входившие в определенные системные наборы и имевшие идеологическое значение;

2) ряд фигурок-бляшек или медальонов, изображающих птиц, головы медведей и антропоморфные личины или фигуры (Белавин, 2001, с. 14 — 15).

Конечно, исходя из выше сказанного, мы не можем утверждать, что пермский звериный стиль был связан исключительно только с культом животных, но по его сюжетам его вполне можно связать с анимистическими представлениями древнего населения Пермского Предуралья. Можно заключить, что культ животных существовал на территории Пермского Предуралья и, возникнув в древности и продержавшись долгое время, наложил определенный отпечаток как на материальную, так и на духовную культуру древних народов. И некоторые элементы этого культа (в частности, материальные остатки) мы можем встретить в ходе раскопок на памятниках. Они могут являться частью какого-то комплекса и свидетельствовать об особом, культовом назначении этого комплекса, что необходимо принимать во внимание для верной интерпретации назначения изучаемого планиграфического объекта.

Что касается пермского звериного стиля и его связи с другими культами, помимо культа животных, то здесь существует несколько точек зрения на культовую принадлежность предметов пермского звериного стиля (Максеева, 2011). Первая точка зрения, которая и на сегодняшний день является достаточно популярной среди исследователей, была выдвинута Ф.А. Теплоуховым. С этой точки зрения культовое литье использовалось в ритуалах на родовых святилищах, которые впоследствии по какой-то причине оказались заброшенными и разрушенными, но сами предметы пермского звериного стиля остались на прежнем месте в связи с тем, что местное население рассматривало их как опасные. Данная точка зрения опирается на этнографический материал сибирских народов: "Концентрация вещей в земле в одном месте объясняется устройством жертвенных мест сибирских народов. У угров и селькупов они представляли собой небольшие амбарчики... Когда святилища оказывались заброшенными, деревянные части их разрушались, а металлические вещи компактной массой попадали в землю" (Теплоухов, 1897, с. 20).

Другая точка зрения высказана Ю.В. Балакиным, который считает, что "какая-то часть древних бронзовых изделий преднамеренно закапывалась в землю" (Балакин, 1998, с. 161). Культовое литье выступало своеобразной жертвой, которая приносилась по особо важным случаям в особых, с точки зрения пространственного кода, местах. Автор соотносит подобные ритуалы с представлениями о жизни и смерти: "Этот ритуал можно назвать праздником, памятуя, однако, что праздник имеет два полюса, два вектора - вектор жизни и вектор смерти. Какой из них превалировал в этом ритуале - сказать невозможно, но в этом коллективном действе нейтрализации смерти обязательно применялось культовое литье" (Балакин, 1998, с. 257).

Как видно, в связи с пермским звериным стилем упоминаются родовые ритуалы и ритуалы жизни и смерти. Практически все исследователи связывают культовое литье, выполненное в Пермском зверином стиле, с анимистическими религиозными представлениями в эпоху средневековья. В связи с этим те места, где находили предметы данного стиля, можно называть сакральными, и само нахождение предметов пермского звериного стиля может выступать важным признаком для идентификации комплекса как культового, на котором совершались действия, связанные с поклонением богам (либо связанные с промысловой и производственной магией, как, например, уже упоминавшееся изображение ящера возле металлургического комплекса (Белавин, 1987, с.120)).

Животные в представлении древних людей выступали как тотемы и защитники рода, так и как воплощения божеств на земле, защитников различных сфер жизни от злых духов и не редко наделялись чертами людей. Именно с ними

связано большинство ритуалов и культовых практик на территории Пермского Предуралья.

Литература:

Анучин, 1899 - Анучин Д.Н., К истории искусства и верований у Приуральской Чуди. (Чудские изображения летящих птиц и мифических крылатых существ) // Материалы по археологии восточных губерний России. -М., 1899. - С. 87-160.

Балакин, 1998 - Балакин Ю.В. Урало-сибирское культовое литье в мифе и ритуале. -Новосибирск: Наука, 1998. - 288 с.

Белавин, 1987 - Белавин А.М. Производственные поселки металлургов у фино-угров в конце I - начале II тыс. н.э. // Этнические и социальные процессы у фино-угров Поволжья (I тыс. до н.э. - I тыс. н. э). - Йошкар-Ола: Марийский государственный университет, 1987. - С. 113-126.

Белавин, 2001 - Белавин А.М. Об этнической принадлежности пермского средневекового звериного стиля // Труды Камской археолого-этнографической экспедиции. Вып. Ы! - Пермь, 2001. - С. 14-24.

Вострокнутов, 2009 - Вострокнутов А.В. Культ водоплавающей птицы в Верхнем Прикамье в эпоху средневековья // Труды Камской археолого-этнографической экспедиции. Вып.УГ - Пермь, 2009. - С. 29-37.

Грибова, 1975 - Грибова Л.С. Пермский звериный стиль (проблемы семантики). - М.: Наука, 1975. - 148 с.

Дмитриев, 2011 - Дмитриев М.А. Пермский звериный стиль // Поиск легенд, 2011 - эл. ресурс - режим доступа: Ьйр://ро18к^епё.сот/тёех.ркр?1:ор1с=11273.0

Збруева, 1947 - Збруева А.В. Идеология населения Прикамья в Ананьинскую эпоху // ТИЭ. Нов. серия. Т.1. - М.-Л., 1947. - С. 25-54.

Климов, 2011 - Климов Г. Тайны звериного стиля // Межобластной еженедельник "Караван", 2011. - эл. ресурс - режим доступа: http://www.karavan.tver.ru/gazeta/805

Крыласова, 2007 - Крыласова Н.Б. Археология повседневности. - Пермь: ПГПУ, 2007. - 352 с.

Крыласова, 2007а - Крыласова Н.Б. Материальная культура и быт средневекового населения Пермского Предуралья: автореферат диссертации на соискание степени кандидата исторических наук. - СПб., 2007. - эл. ресурс -режим доступа: http://www.pandia.ru/text/77/191/17737.php

Липина, 2006 - Липина Л.И. Семантика бронзовых зооморфных украшений Прикамского костюма (сер. I тыс. до н.э. - нач.П тыс. н.э.). Дисс. ...канд. ист. Наук. - Ижевск, 2006. - С. 244

Максеева, 2011 - Максеева Ю.И. Средневековые культовые клады Прикамья в аспекте культурологического анализа// Научно - издательский центр "Социосфера", 2011 - эл. ресурс - режим доступа: http://sociosphera.com/publication/conference/2011/116/srednevekovye_kultovye_klad y_prikamya_v_aspekte_kulturologicheskogo_analiza/

Смирнов, 1952 - Смирнов А.П. Очерки древней и средневековой историй народов Поволжья и Прикамья // МИА. - № 28. - М.: АН СССР, 1952. - 276 с.

Спицын, 1906 - Спицын А. А. Шаманские изображения // ЗОРСА. - Т.8, вып.1. - М., 1906.

Теплоухов, 1893 - Теплоухов Ф.А. Древности Пермской чуди в виде баснословных людей и животных // Пермский край. Вып. 2. - Пермь, 1893. - С. 3-74.

Теплоухов, 1897 - Теплоухов Ф.А. Чудское жертвенное место на р. Колве // Труды ПУАК. Вып. 3. - Пермь, 1897. - С. 131-151.

Чижова, 1983 - Чижова Л.В. Идеология древнего населения Урала и Западной Сибири: По материалам культового литья: автореферат диссертации на соискание степени кандидата исторических наук. - Л., 1983.