Нет — времени

В Triennale Design Museum дворца Триеннале в Милане открылась выставка O`Clock, поддержанная часовой маркой Officine Panerai, — про то, как современные художники убивают Время.

Старые мастера относились к времени то с меланхолической почтительностью, то с ужасом, признавая за ним верховное главенство над всем происходящим. Гниющие циферблаты, расползшиеся по столу, как круги камамбера в "Постоянстве памяти" у Дали в 1931-м, были началом общего, несколько снисходительного отношения к бегу минут. В наши дни ни о чем серьезном не принято говорить без иронии, молодые художники искренне полагают, что время бежит не по их душу, поэтому ни одна работа на O`Clock не была печальной.

Кураторов Сильвану Анничьярико и Яна ван Россена, как и дизайнера Патрицию Уркиолу, можно поздравить. Относительность времени зависит от скорости реакции и мысли, а еще от остроумности этой мысли — и в этом выставку можно признать прямо-таки образцовой.

Время в понимании современных художников почти всегда прошедшее. А значит, устаревшее и смешное — вроде "дедушкиных часов" Маартена Баса (2009), где художник со старческим кашлем появляется позади циферблата напольных часов и ворчливо пририсовывает очередной наступивший час.

Даже истечение времени, столь наглядное в песочных часах, превращено здесь почти в бесконечность — тонкая струйка песка сочится из замочной скважины старого шкафа и собирается в горку, напоминающую скорее о радости детских игр в песочнице, чем о суете сует и тщете всего сущего (Карло Бах, 2011).

Время гнездится в самых странных и смехотворных приборах. К примеру, "Часы с кукушкой" Микаэля Санса из Берлина (2006) ровно так и выглядят — как натуральное чучело кукушки, в груди которой светится электронный циферблат.

Рождение и смерть — две главные даты нашего собственного времени. Это время личностно и вызывающе относительно — таковы часы, на которых вместо обычных отметок циферблата размещены годы жизни от семи до семидесяти семи

"Время еды" каталонца Марти Гиксе (2011) — еще одна работа, делающая доступной чувствам неощущаемую субстанцию. Часы зовут к завтраку, обеду и ужину, давая почуять пищу, потянув носом воздух из соответствующей дырочки на циферблате.

Остановить мгновение смогли шведки из группы Front Design, изготовившие раскадровку падения белой вазы с полки — несколько положений, напоминающих рапидную съемку. Но все эти положения "Падающей вазы" (2004) материальны, существуют в одно и то же время и вместе составляют единый предмет.

Благодаря дизайнерскому таланту Патриции Уркиолы, все эти кунстштюки и установки идеально упакованы в три музейных зала. К тому же Патриция Уркиола выступила и в качестве художника. Замечательна ее "Машина времени" в виде механической мухи с сидением и приборной доской. Или завершающая выставку видеоинсталляция, в которой между спроецированными на полу норками бегает мультипликационный кролик с красными глазами. Его можно поймать, если поставить в ногу норку. Инсталляция называется "Hurry up, Hurry Up!" и напоминает об "Алисе в Стране чудес", где за пренебрежение временем герои были наказаны безумным чаепитием.

Часто — и это самое симпатичное — художники обыгрывают детали, элементы и принципы классических часовых механизмов. Шведский дизайнер Эске Рекс построил громоздкую конструкцию ("Рисующая машина", 2011) на принципе маятника и пантографа. Два каменных маятника, соединенных с пишущим узлом, вырисовывают в зависимости от амплитуды движения сложные узоры, которые по мере изготовления выставляются рядом в качестве продукции рисовальной машины. Зрители подолгу задерживались здесь, проверяя, как маятник транслирует их движения на бумагу.

Это одна из лучших работ выставки. А одна из худших принадлежит титулованному Дэмиену Хирсту, разместившему на холсте настоящие циферблаты Panerai. Перед работой стоял охранник, отгонявший фотографов. То ли художник считал, что его немедленно начнут копировать на всех континентах, то ли был уверен в обратном. Я ее, конечно, все равно сфотографировал. Пусть Дэмиену Хирсту будет стыдно.