«Ресурс» зашел с юга

В Ростовской области завершается банкротство предприятий птицеводческого холдинга «Белая птица» (производство располагалось также в Белгородской и Курской областях). Три ключевых актива в виде единого бизнеса перешли под контроль ставропольской группы агропредприятий «Ресурс» Виктора Наурузова. Как выяснил „Ъ“, чтобы сохранить производственную цепочку, на базе ФНС создали оперативный штаб с участием арбитражных управляющих и представителей инвестора. Это позволило уменьшить простой предприятий, через замещение активов передать ключевое имущество за 2,8 млрд руб. и добиться выплаты в бюджет 700 млн руб. Эксперты отмечают, что механизм подобных договоренностей нетипичен для российского института банкротства.

Фото: Олег Харсеев, Коммерсантъ

Арбитражный суд Ростовской области завершил конкурсное производство в ООО «Бройлер Дон» — некогда крупном местном активе черноземного птицеводческого холдинга «Белая птица», расположенном в Мясниковском районе. Предприятие занималось производством инкубационного куриного яйца для «Белой птицы». Процедуры банкротства в компании начались в конце 2018 года. Объем ее солидарных обязательств вместе с другими поручителями «Белой птицы» (в том числе белгородскими и курскими) ранее превышал 23 млрд руб.; к концу 2022 года объем требований уменьшился до 10,9 млрд руб. (параллельно продолжалось банкротство юрлиц компании в Белгородской и Курской областях с выкупом активов на торгах).

В ходе банкротства структуры ГАП «Ресурс» (прежде всего ООО «Ставропольский бройлер») выкупали долги ООО «Бройлер Дон» — в основном требования, обеспеченные залогом (в частности, банка «Траст»). В 2021 году стало известно об аренде структурами «Ресурса» ключевых ростовских мощностей «Белой птицы». В апреле 2022 года инвентаризация выявила у ООО «Бройлер Дон» основное производственное имущество на 151,8 млн руб. (находилось в залоге у «Ставропольского бройлера»), а также незалоговые активы, не входящие в технологическую цепочку, на 146,5 млн руб.

В рамках замещения активов на базе имущества ООО «Бройлер Дон» было создано АО «Ресурс Дон». Его акции дважды выставлялись на торги (начальная цена составляла около 140 млн руб.), и после второго не состоявшегося из-за отсутствия участников аукциона «Ставропольский бройлер» воспользовался правом оставить предмет залога за собой.

Схожим способом «Ресурс» получил активы еще двух юрлиц ростовского кластера «Белой птицы»: ООО «Белая птица — Ростов» и ООО «Агрофирма “Приазовская”». За счет этого агрохолдинг взял под управление всю производственную цепочку до выпуска готовой продукции. Имущество «Белой птицы — Ростов» перешло в АО «Ресурс Ростов»; двое торгов по продаже его акций с начальной ценой 4,04 млрд и 3,63 млрд руб. не состоялись, и залоговый кредитор оставил предмет залога за собой.

На базе «Приазовской» было создано АО «Ресурс Агрофирма “Приазовская”», акции которого по начальной цене 577 млн руб. были проданы кредитору «Приазовской» — структуре «Ресурса» ООО «Ростовский бройлер».

Руководитель московского областного филиала СРО арбитражных управляющих «Авангард», конкурсный управляющий ООО «Бройлер Дон» Антон Сычев рассказал «Ъ-Черноземье», что управляющие из этой СРО (руководившие процедурами в трех компаниях) «вместе с налоговой и мажоритарным кредитором провели медиацию на базе созданного ФНС оперативного штаба, инициированного по просьбе конкурсного управляющего ООО "Белая птица — Ростов" Алексея Антонова». Господин Антонов добивался переговоров для урегулирования задолженности перед бюджетом и сохранения целостности производства. По словам господина Сычева, в состав оперштаба вошли не только управляющие и налоговики, но и представители «Ресурса». Это позволило провести «нетипичную процедуру урегулирования, которая не предусмотрена ни законом о банкротстве, ни многочисленной судебной практикой, но оказавшейся наиболее оптимальной».

Господин Сычев заметил, что ФНС как системный кредитор с присутствием почти во всех процедурах банкротства следит за тем, чтобы арбитражные управляющие не затягивали процедуру, поэтому пришлось «формировать убедительные аргументы в защиту предлагаемой модели»: она предполагала, что при реабилитационном сценарии государство получит существенно больше.

Антон Сычев рассказал, что «Ресурс» получил акции трех предприятий за 2,8 млрд руб.:

«На большей части активов уже запущена производственная деятельность, восстановлено более 500 рабочих мест на площадках почти во всех районах Ростовской области, в бюджет РФ уплачено около 700 млн руб. налогов. Не произошло разделения агрохолдинга».

В Курской области основные производственные мощности «Белой птицы» недавно за 5,36 млрд руб. приобрела группа «Черкизово». Белгородские площадки «Белой птицы» арендует ГАП «Ресурс», которая также проводит на них замещение активов. Но в Белгородской области процедуры осложняются большим количеством ключевых юрлиц и разногласиями с другими кредиторами, в том числе залоговыми.

Управляющий партнер Центра по работе с проблемными активами Зоя Галеева отмечает, что использованная схема «позволяет максимально эффективно использовать потенциал для выхода из банкротства»: «Но судам нужно оценивать, защищены ли интересы кредиторов при процедуре замещения активов. В теории при восстановлении платежеспособности должника кредиторы имеют возможность вернуть весь долг, а не его малую часть, как в случае проведения торгов».

Она подчеркивает, что продолжение работы единого производственного комплекса после выхода из банкротства — «большая редкость»: «Только 2% компаний восстанавливают платежеспособность в рамках реабилитационных процедур. Не всегда находится инвестор, готовый профинансировать реабилитацию. Кроме того, в России не предусмотрен институт банкротства группы лиц, поэтому все составляющие производственного комплекса банкротятся отдельными арбитражными управляющими, зачастую действующими самостоятельно».

Партнер фирмы «Рустам Курмаев и партнеры» Олег Пермяков считает, что участие в переговорном процессе — «нетипичное течение обычно конфликтных процедур банкротства, но это адекватно нормальному гражданскому обороту»: «Стороны могут выработать наиболее выгодную для всех стратегию. Конечно, выработка единой позиции при наличии иных лиц, которые в переговорном процессе не участвуют, но имеют статус, например, конкурсных кредиторов, влечет риск обжалования определенных действий.

Но возможности обжалования связаны с наличием вреда независимым кредиторам и должнику, поэтому переговоры и действия с активами не должны нарушать интересы независимых лиц».