Н. Г. Первухин как археолог (по материалам переписки А. А. Спицына и П. С. Уваровой 1886-1889 гг. )

УДК 902.01

К. В. Ванюшева

Н. Г. Первухин как археолог (по материалам переписки А. А. Спицына и П. С. Уваровой 1886-1889 гг.)*

В статье на материалах переписки А. А. Спицына и председателя Московского археологического общества П. С. Уваровой 1886-1889 гг. раскрываются новые подробности биографии Н. Г. Первухина, его работы над составлением археологического описания древностей Глазовского уезда Вятской губернии, роль научных контактов с провинциальными и столичными коллегами в жизни исследователя, выявляются проблемы развития провинциальной науки. В результате раскрывается образ Н. Г. Первухина как человека работоспособного, практичного, ревностно относящегося к своему делу. Письма обнажают парадоксальную ситуацию, когда всесторонняя поддержка Московского археологического общества в развитии провинциальной науки, раскрывавшего потенциал региональных исследователей, обернулась причиной конфликта в среде местных деятелей, что отрицательно сказалось на организации целенаправленных исследований в губернии.

This article is based on materials of correspondence of 1886-1889 of A. A. Spitsyn and P. S. Uvarova, chairman of the Moscow archaeological society where the new facts of the biography of N. G. Pervukhin, details of his work on the description of archaeological antiquities of the Glazov County of the Vyatka province are discovered. These materials are also indicative from the point of view of a role of scientific communications with colleagues from the province and the capital in the researcher's life, show problems of provincial science. The research has shown that N. G. Pervukhin was a person efficient, practical, jealously treated the business. Letters show a paradoxical situation when full support of the Moscow archaeological society of provincial researchers has turned back the conflict among local figures. It has had an adverse effect on the organization of purposeful researches in the province.

Ключевые слова: Московское археологическое общество, провинция, Вятская губерния, письма, П. С. Уварова, А. А. Спицын, Н. Г. Первухин.

Keywords: Moscow archaeological society, Russian province, Vyatka province, correspondence, P. S. Uvarova, A. A. Spitsyn, N. G. Pervukhin.

А. А. Спицын и Н. Г. Первухин - одни из первых историков и археологов Вятского края, заложившие основы научного подхода к сбору, описанию и анализу разнохарактерных свидетельств прошлого региона. Биографии исследователей и их научное наследие не раз становились предметом изучения современных ученых [1]. Однако взаимоотношения этих двух современников еще не были предметом отдельного изучения, что довольно странно при схожести их научных интересов.

Новые источники по истории региональной археологии дают возможность переосмыслить опыт сотрудничества провинциальных и столичных деятелей периода профессионализации археологии (конец XIX - начало XX в.), дополнить историю изучения финно-угорских народов на территории Вятской губернии (современных Удмуртии и Кировской области), расширят базу для оценки современных событий. Обращение к деятельности этого первого поколения местных исследователей позволит понять истоки формирования современных научных традиций, условия возникновения организационных структур изучения археологии Удмуртии.

Становление научного интереса к изучению местных древностей на местах происходило в условиях стимулирования этого процесса со стороны столичных организаций и научных обществ. Особую роль в этом сыграло Московское археологическое общество (МАО). В Отделе письменных источников Государственного исторического музея (г. Москва) в фонде Уваровых сохранилась многостраничная переписка А. А. Спицына и графини П. С. Уваровой, председателя МАО, раскрывающая подробности взаимодействия региональных корреспондентов и столичного патрона [2]. Письма датируются временем с 1886 по 1914 г., за которое преподаватель Вятской Мариинской женской гимназии, член Вятского губернского статистического комитета, начинающий исследователь стал видным деятелем российской археологии. Из 60 сохранившихся писем большая часть относится к периоду проживания А. А. Спицына в Вятке и раскрывает методологические, библиографические, организационные, финансовые проблемы изучения древностей в провинции. Среди прочего переписка отражает археологическую деятельность инспектора народных училищ Н. Г. Первухина и связанные с ней научные коммуникации провинциала.

* Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ. Проект «Вятские и пермские корреспонденты Московского археологического общества» № 16-11-18008.

© Ванюшева К. В., 2016

Николай Григорьевич Первухин (1850-1889] закончил духовную семинарию в Твери и Московскую духовную академию. После этого он начинает педагогическую деятельность в Ярославской, затем в Тверской губерниях, а спустя некоторое время поступает на службу в главное управление военно-учебных заведений. Начало его увлечения краеведением относится к 18751877 гг., когда Н. Г. Первухин преподавал историю в Нижегородской военной гимназии и одновременно давал уроки истории и педагогики в Мариинском женском институте. В 1875 г. он представляет в Нижегородский статистический комитет доклад о состоянии отхожих промыслов Арзамасского уезда в середине XIX в., что явилось его первым опытом исследовательской работы. Вскоре он избирается членом статкомитета и продолжает краеведческую работу, приобретая профессиональные навыки. Однако главные труды его жизни были написаны на материалах Гла-зовского уезда Вятской губернии, куда он переезжает в 1885 г., приняв предложенную ему должность инспектора народных училищ.

Отношения А. А. Спицына с МАО начались, по-видимому, с того времени, как он стал действительным членом Вятского губернского статистического комитета. Именно через комитеты МАО проводило работу по выявлению кадров - рассылало запросы, собирая сведения обо всех лицах, занимающихся историко-археологическими, этнографическими и прочими изысканиями [3]. В одном из первых писем П. С. Уваровой от 14 июня 1886 г. А. А. Спицын пишет, что «очень тронут Вашим вниманием ко мне и навсегда сохраню о нем добрую память» и добавляет, «так как Вы уже заинтересованы моей работой, то я буду сообщать Вам о ходе ее время от времени небольшие сведения, причем, вероятно, не раз мне придется воспользоваться Вашим согласием доставлять мне нужные указания и справки» [4].

О начале сотрудничества и открытости П. С. Уваровой к провинциальным исследователям говорит приглашение графини зайти «потолковать», которое А. А. Спицын из скромности отклоняет: несмотря на множество тем для обсуждения, «прежде всего я человек стесняющийся. Что толку в таком госте?» [5]. И, тем не менее, общность интересов способствовала укреплению научных связей и налаживанию деловых отношений. Так, в переписке того же года уже обсуждаются: программа провинциального исследователя (вероятно, «Программа для описания доисторических древностей Вятской губернии»] и перипетии ее издания, распространения в губернии. Поднимается вопрос о публикации на основе этих материалов брошюры «Новые сведения о доисторической археологии Вятского края», анализируются его занятия по обработке писцовых книг, подготовка вещей для выставки на предстоящем Ярославском археологическом съезде, написание по заданию Московского археологического общества исторической записки о Вятском музее, составление археологической карты губернии, желание поработать над темой по истории расселении инородцев по территории края, сообщение о любопытной находке «пелены» в Свято-боровском Пафнутьев-ском монастыре Калужской губернии, вопросы организации полевых исследований А. А. Спицына в Вятской губернии, наличие в местной библиотеке периодических изданий МАО, просьба содействовать в допуске брата в архив и музей Археологической комиссии для работы с вятскими коллекциями [6]. Это говорит о большой заинтересованности обеих сторон в общении и его высокой интенсивности по таким параметрам, как собирание сведений о крае и организационная, интеллектуальная, мотивационная поддержка провинциальных исследований.

Одним из сюжетов этой переписки является обсуждение краеведческой работы инспектора народных училищ Глазовского уезда Н. Г. Первухина. Речь идет о его рукописи «Краткий очерк кладовищ, встречающихся в Глазовском уезде Вятской губернии, и находок, сделавшихся здесь известными» [7]. Эта работа в том виде, как ее составил автор, так и не была опубликована до 2015 г. [8] Однако именно она стала пригласительным билетом в мир большой науки. Благодаря ей провинциальный исследователь был замечен МАО и уже в сотрудничестве с ним опубликовал три статьи в «Материалах по археологии восточных губерний России» - крупном столичном продолжающемся издании, разошедшемся по многим губерниям России. В переписке П. С. Уваровой и А. А. Спицына раскрываются подробности того, как работа Н. Г. Первухина попала в столичную печать, какую роль в этом сыграл А. А. Спицын, показывается развитие отношений провинциальных исследователей и столичного патрона.

При многочисленных разъездах по Глазовскому уезду, связанных с его официальной службой, Н. Г. Первухин, интересовавшийся этнографическими вопросами, начал изучать быт бесермян, пермяков и, главным образом, удмуртов. С помощью учителей из вотяков он составил словарь вотского языка. Одновременно с этим Н. Г. Первухин собирал произведения вотского народного творчества (молитвы, легенды, сказки, песни], сведения о разного рода памятниках древности.

Рукопись Н. Г. Первухина «Краткий очерк кладовищ, встречающихся в Глазовском уезде Вятской губернии, и находок, сделавшихся здесь известными» 1886 г., соединившая материалы устных источников и личного обследования исследователем мест находок древних вещей в Вятской гу-54

бернии, была отправлена автором в губернский статистический комитет. Так делали многие провинциальные исследователи, это был единственно возможный путь опубликовать свое исследование на страницах местной периодической печати. Неофициальные отделы «Памятных книжек Вятской губернии» или «Вятских губернских ведомостей» являлись накопителем научно-исторического знания в провинции, закладывая основы местной региональной историографии [9].

Однако в данном случае с публикацией рукописи возникло «некоторое затруднение», в результате чего история стала развиваться совсем по иному сценарию [10].

В письмах декабря 1886 - начала 1887 гг. А. А. Спицын сообщает графине П. С. Уваровой о том, что инспектор Глазовских училищ Н. Г. Первухин прислал в Вятский статистический комитет объемную рукопись с описанием доисторических древностей своего уезда, «содержание которой превзошло все наши ожидания» [11]. «Прекрасное изложение, тщательность изысканий, богатство материала», отмеченные А. А. Спицыным, приводят его к выводу, что труд Н. Г. Первухина «в местной археологии займет очень почетное место», и даже может быть назван «выдающимся» [12]. Надо уточнить, что к этому времени уже вышла в свет работа самого А. А. Спицына «Каталог древностей Вятского края», в которой были впервые систематизированы все известные сведения по археологии губернии. Столь лестная характеристика человека, получившего высшее историко-филологическое образование, специалиста в той же области знаний, давала серьезные основания обратить пристальное внимание на собранные материалы и на исследователя.

Древности Глазовского уезда Вятской губернии были одним из необходимых компонентов изучения истории заселения данной территории и реконструкции этнической истории региона, где по соседству проживали русские, удмурты, пермяки, татары и бесермяне. Работая над серьезным обобщающим трудом по древней истории Вятского края, А. А. Спицын писал в конце 1887 г. в МАО, что «с научно обработанной статьей о вятских древностях, я полагаю, невозможно будет выступить и в начале будущего года: нужно подождать выхода в свет статьи Первухина (о Глазовских древностях] и исследования о костеносных городищах, которое зимой обещал издать Пономарев, нужно многое прочесть и еще о большем подумать. <...> Невозможно спешить с теорией, обсуждением фактов, но чем скорее изложены самые факты, тем лучше» [13]. Археологические исследования Н. Г. Первухина в Глазовском уезде представляли ценный фактический материал, без которого немыслимы были серьезные выводы и теоретические обобщения.

Удивительным кажется то, как уважительно отзывается А. А. Спицын об исследовательской работе своего земляка. Несмотря на то что в рукописи Н. Г. Первухина периодически встречалась фраза «в каталоге древностей г. Спицына не указывается», а также говорилось о неточностях, допущенных предшественником [14], Александр Андреевич не критиковал автора. Представив сильные стороны работы, он также поделился теми наблюдениями, которые сделал на ее основе. Если часть из них непосредственно выводятся из авторского текста, как, например, принадлежность глазовских городищ вотякам и черемисам, поражающая многочисленность серебряных находок, то другие выводы опираются на широкие познания самого А. А. Спицына, позволяющие ему увидеть сходство привесок с данной территории «с таковыми Пермской, Казанской губерний и мерянскими», а также отказаться от мысли определить время сооружения городищ в силу отсутствия датирующих находок, «на которые можно было бы положиться» [15].

А. А. Спицын и Н. Г. Первухин сходились во взглядах по многим аспектам древнейшей истории: «Мнение мое и Первухина о частых находках серебряных вещей в Глазовском уезде основывается на рассказах местных жителей о находках и действительных фактах таких находок, отмеченных и в моей статье, и у Первухина. Серебро по Чепце было восточное, и не столько в мелких изделиях, сколько в крупных, преимущественно блюдах, сосудах, ожерельях, браслетах и монетах», - писал А. А. Спицын П. С. Уваровой [16].

Более того, А. А. Спицын делится с графиней тем открытием, которое он сделал на основе опыта Н. Г. Первухина: «Под влиянием работы г. Первухина я обратил должное внимание на название местностей - и занятие оказалось настолько содержательным, что превзошло всякие ожидания» [17].

Несмотря на положительные отзывы о работе Н. Г. Первухина, характер писем дает понять, что позиция его в интеллектуальном сообществе менее прочная, чем у А. А. Спицына. Характер высказываний указывает на то, что последний чувствует себя более опытным, уверенным в себе человеком, чем Николай Григорьевич. Вероятно, полученное университетское образование сильно выделяло его в вятском провинциальном обществе, что ощущал и сам исследователь. В немалой степени служили этому и налаженные научные коммуникации с одним из гигантов археологической науки - МАО. О Н. Г. Первухине, хоть и старшем по возрасту, А. А. Спицын со снисхождением говорит, что тот «не наученный еще опытом, не знает, что подобные труды редко вознаграждаются» [18].

Н. Г. Первухин еще не знаком с правилами профессионального сообщества, поэтому «заводит речь, очень деликатную, о том, что "в наш утилитарный век" и т. д., проще говоря, что ему было бы приятно вернуть в свой кошелек потраченные им рубли и вложить туда же что-нибудь за потраченные им усилия» [19]. Не опровергая полностью утверждение современных исследователей о полном альтруизме и бескорыстии краеведов того поколения [20], все таки любопытно отметить, что и им не был чужд прагматический подход к своему делу. Естественно, Вятский статистический комитет не имел возможности удовлетворить эту просьбу. Однако, принимая во внимание ценность присланной работы и вложенные в ее создание усилия, секретарь комитета Н. А. Спасский не торопился отказать автору в удовлетворении его запросов, а предпринял попытку поиска решения этой проблемы. Личные связи в то время, как и сейчас, имели огромное значение. Большой удачей для трудолюбивого и плодовитого провинциального исследователя Н. Г. Первухина обернулось обращение Н. А. Спасского за советом к А. А. Спицыну и смелость последнего обратиться за помощью лично к графине П. С. Уваровой в Москву.

Скромная просьба лишь указать издание, которое бы могло принять статью Н. Г. Первухина и выдать за нее какой-нибудь гонорар или отдельные оттиски этого «детища» [21], была преобразована в предложение приобрести рукопись для Трудов археологического съезда, когда стали известны точные требования автора, по мнению А. А. Спицына, - «условия, собственно говоря, скромные» [22].

Итогом переговоров стало налаживание плотного сотрудничества МАО с Н. Г. Первухиным не только по вопросу издания данной работы, но и по продолжению исследований губернии в археологическом отношении. Благодарность за благосклонное внимание графини, полное расположение Н. Г. Первухина к предстоящей работе выражает его уведомление в том, что «он счел бы большим для себя счастьем, если бы Вы (т. е. П. С. Уварова. - К. В.] позволили посвятить его труд Вашему имени» [23].

Наконец, в марте 1887 г. по просьбе П. С. Уваровой А. А. Спицын сообщает ей адрес Н. Г. Первухина и выражает уверенность, что ее письмо его очень порадует [24]. Вероятно, с этого времени начинается непосредственный диалог между графиней и глазовским исследователем.

Результаты научных контактов Н. Г. Первухина, А. А. Спицына и столичного общества неоднократно описаны в региональной литературе: выделялись денежные субсидии, оказывалось содействие в получении билетов для бесплатного проезда во время археологических изысканий, консультативная помощь в виде отсылки специальной литературы и заданий по планируемым раскопкам, представление докладов и коллекций древних вещей на археологическом съезде [25]. За активное содействие в достижении целей МАО по изучению археологии России оба провинциала были приняты в члены-корреспонденты 27 октября 1887 г.

Сотрудничество с МАО позволило Н. Г. Первухину качественно улучшить свою работу. Вышедший уже после его смерти «Краткий очерк кладовищ, встречающихся в Глазовском уезде» в «Материалах по археологии восточных губерний России» 1896 г., значительно отличающийся от первоначальной рукописи, позволяет судить, насколько выросла профессиональная подготовка исследователя за два года работы под патронатом графини и возглавляемым ею обществом.

Взаимоотношения А. А. Спицына и Н. Г. Первухина могли бы остаться благожелательно деловыми, если бы не один случай. Несмотря на содействие А. А. Спицына в публикации материалов исследователя, установлении сотрудничества с МАО и в целом положительное отношение к нему, переписка с П. С. Уваровой вскрыла ревностное отношение последнего к деятельности Александра Андреевича.

В своих исследованиях Н. Г. Первухин часто опирался на данные, сообщаемые местными жителями - учителями, священниками, и неоднократно сам отмечал этот факт и даже называл их фамилии. Александр Николаевич Шатров, учитель села Зюздино-Рождественского (на верховьях Камы], был одним из таких помощников, правда, в рукописи 1886 г. его фамилия в числе респондентов не фигурирует. Однако А. А. Спицын в письме графине П. С. Уваровой характеризует его как человека, доставившего Н. Г. Первухину «самую ценную в научном отношении часть его коллекции (вещи и черепа из горд-кушетских чудских могил]» [26].

В феврале 1888 г. он описал П. С. Уваровой положение А. Н. Шатрова, желающего работать по археологии, но крайне нуждающегося в материальной и интеллектуальной поддержке: «...для продолжения своих работ он нуждается в средствах, так как жалованье учителей церков-но-приходских школ ничтожное даже для такой глуши, как Зюздинский край. Он просит меня доставить ему какую-нибудь оплачиваемую работу "чтоб улучшить финансовое положение, а равным образом и внести посильную лепту в храм жизни". Последнее выражение вполне искреннее: познакомившись в Глазове с г. Шатровым, я убедился, что у него сильнейшее стремление быть чем-нибудь полезным для науки. Вообще я составил себе о нем представление как о человеке, который при хорошем руководстве окажется весьма полезным деятелем в изучении местного края. Сам я его могу поддержать лишь сочувствием и советом, и теперь обращаюсь к Вам за 56

содействием: не может ли Моск.(овское) Арх.(еологическое) Общ.(ество) снабдить г. Шатрова небольшой суммой для археологических разысканий? Я с своей стороны мог бы составить для него инструкцию, так как характер местных древностей мне известен» [27]. А чуть позднее конкретизирует свои соображения относительно него: «Шатрову можно бы было, мне кажется, поручить раскопку верхнекамских городищ и могил, а более всего - приобретение для Общества отдельных находок, которых в Зюздинском крае встречается немало. Субсидия в количестве 30-50 р. была бы здесь вполне достаточна» [28].

В итоге МАО выдало в 1888 г. разрешение А. Н. Шатрову производить археологическое изучение Зюздинского края (Глазовский уезд Вятской губернии], при поручительстве и под руководством А. А. Спицына. И уже в июне того же года протеже А. А. Спицына приступил к исследованиям: «Шатров теперь в Вятке и получил от меня возможно подробные инструкции. Это человек деловой, и под руководством будет хорошим работником. Приобрели необходимый археологический инвентарь, добыли нужные бумаги, карту и пр.» [29]

Однако в августе 1889 г., т. е. почти через два года работ А. Н. Шатрова, А. А. Спицын понял, какую ошибку допустил, не приняв во внимание собственнические чувства Н. Г. Первухина: «Я совсем упустил из виду, что поручение на раскопки в Глаз.(овском) уезде, данное другому, могло сильно уязвить самолюбие Н. Г. Первухина, но так случилось, и он сумел парализировать усилия Шатрова и отплатить мне за свою обиду. Он испросил у Вас дозволения взять Шатрова в свое ведение (об этом я узнал только на днях, а до этого думал, что Вы сами предложили ему эту комбинацию], вследствие чего бедняга оказался между двух стульев и остался без руководства, я же был вполне одурачен, так как до последнего времени находился в неведении о совершившейся комбинации и, побуждаемый Вами, приставал с требованиями к своему бывшему protégé, уже не имея на них никакого права и основания. Я в первый и последний раз упоминаю в письме к Вам об этом унизительном вздоре, чтобы навсегда покончить с ним и мотивировать свой положительный отказ принимать какое бы то ни было дальнейшее участие в Шатрове. - Статью о чудских древностях в Зюзд.(инском) крае я написал для того, чтобы сохранить за Шатровым некоторое право авторства. Из нее явствует, что Шатров должен во многом расширить и осистематизи-ровать свои наблюдения и что без руководства он не может ни производить раскопок, ни составлять точных и ясных описаний встречаемых им древностей. В то же время я уверен, что он способный и усердный человек» [30].

Таким образом, в проводимых А. Н. Шатровым изысканиях Н. Г. Первухин, вероятно, усмотрел претензии А. А. Спицына на богатую в отношении впечатляющих находок территорию, предмет кропотливых исследований Николая Григорьевича. В то время как поддержка Александра Андреевича была лишь следствием отзывчивости его на инициативы в деле изучения родного края и не имела корыстной цели.

Несмотря на эту неловкую ситуацию, А. А. Спицын сохранил уважительное отношение к научным заслугам Н. Г. Первухина и принял его право на интеллектуальное лидерство в деле археологического изучения Глазовских древностей. Так, при решении вопроса о судьбе статьи А. Н. Шатрова он предложил передать ее Николаю Григорьевичу: «...статья Шатрова, как Вы увидите, не имеет важности, и мне кажется, лучше всего было бы послать ее для соображений Первухину. Когда Шатров послал мне статью, я спрашивал, что мне с нею делать, но не получил ответа, и решился ее отправить Вам» [31]. А сообщая о кончине Н. Г. Первухина, эмоционально добавляет: «.нам другого Первухина не нажить <...> Только теперь нам стало ясно, как много и как хорошо делал Первухин. Это был талантливый человек» [32].

Таким образом, линия Н. Г. Первухина в переписке А. А. Спицына с П. С. Уваровой показала, что МАО оказывало всестороннюю поддержку развитию провинциальной науки, стремилось раскрыть потенциал региональных исследователей, чутко реагировало на малейшие их просьбы. Но блага, которые сулило сотрудничество с этим обществом, вызывали временами соперничество в среде местных ревнителей древности, имевшее разрушительный характер для организации совместных целенаправленных исследований. Подробности археологических наблюдений Н. Г. Первухина, содержащиеся в письмах А. А. Спицына, дополняются уникальной информацией личного характера. Глазами автора писем нам представлен живой образ Н. Г. Первухина-человека, который не проследить через статьи и отчеты. Образ человека работоспособного, практичного, ревностно относящегося к своему делу.

Примечания

1. Бердинских В. А. Уездные историки. Русская провинциальная историография. М.: Новое лит. обозрение, 2003; Бердинских В. А., Макаров Л. Д. Н. Г. Первухин - исследователь археологии и этнографии Вятского края // Вестник Вятского государственного гуманитарного университета. 2002. № 6. С. 65-70; Исто-

рия и практика археологических исследований: материалы Междунар. науч. конф., посвящ. 150-летию со дня рождения члена-корреспондента АН СССР, профессора А. А. Спицына. Санкт-Петербург, 26-30 ноября 2008 г. / отв. ред. Е. Н. Носов, И. Л. Тихонов. СПб.: СПбГУ, 2008; Коробейников А. В., Чураков В. С. «Беллетристическая» статья Н. Г. Первухина // Иднакар: методы историко-культурной реконструкции. 2015. № 3(28). С. 158-222; Кузьминых С. В. Проблемы эпохи раннего металла в научном наследии А. А. Спицына / С. В. Кузьминых, И. Е. Сафонов // Археология восточноевропейской лесостепи: сб. науч. тр. Воронеж: ИПЦ Воронеж. гос. ун-та, 2009. С. 145-162; Мельникова О. М. Провинциальное археологическое сообщество Вятской, Казанской, Пермской губерний (вторая половина XIX - начало XX в.): биобиблиогр. словарь-справочник. Ижевск: УдГУ, 2007. С. 74-75, 89-91; Оконникова Т. И. Формирование научных традиций в археологии Прикамья (60-е гг. XIX в. - конец 40-х гг. XX в.). Ижевск: Изд. дом «Удмуртский университет», 2002.

2. Выражаю благодарность И. В. Белозеровой, Д. Г. Юшко и другим сотрудникам отдела письменных источников Государственного исторического музея, оказавшим помощь в организации исследований.

3. Комарова И. И. Московское археологическое общество и его роль в развитии местных краеведческих организаций России // Археографический ежегодник за 1989 год. М., 1990. С. 84.

4. Отдел письменных источников Государственного исторического музея (ОПИ ГИМ). Ф. 17. Оп. 1. Д. 568. Л. 766.

5. Там же.

6. Там же. Л. 766, 768-769, 670, 672.

7. ГАКО. Ф. 574. Оп. 8. Д. 72.

8. Коробейников А. В., Чураков В. С. Указ. соч. С. 158-222.

9. Загребин А. Е. Об этнографической журналистике в истории финно-угроведения // Журналистика Удмуртии: история и современность: материалы регион. науч.-практ. конф., посвящ. 100-летию удмурт. нац. период. печати. Ижевск: УдГУ, 2006. С. 30-36; Мельникова О. М. Археологическая журналистика и институ-циализация археологии в российской провинции // Археолопя i давняя исторiя Украши. 2012. Вып. 9. Iсторiя археологи: дослиднжи та науковi центри. Киев: 1А НАН Украши, 2012. С. 170-177.

10. ОПИ ГИМ. Ф. 17. Оп. 1. Д. 568. Л. 768-769.

11. Там же.

12. Там же.

13. Там же. Л. 789-790.

14. Коробейников А. В., Чураков В. С. Указ. соч. С. 184-185.

15. ОПИ ГИМ. Ф. 17. Оп. 1. Д. 568. Л. 768-769.

16. Там же. Л. 816-817.

17. Там же. Л. 770.

18. Там же. Л. 768-769.

19. Там же.

20. Бердинских В. А. Уездные историки... С. 250.

21. ОПИ ГИМ. Ф. 17. Оп. 1. Д. 568. Л. 768-769.

22. Там же. Л. 772.

23. Там же. Л. 774.

24. Там же. Л. 780-782.

25. Бердинских В. А. Уездные историки... С. 97-98; Оконникова Т. И. Указ. соч. С. 45.

26. ОПИ ГИМ. Ф. 17. Оп. 1. Д. 568. Л. 802-803.

27. Там же.

28. Там же. Л. 807-809.

29. Там же. Л. 814-815об.

30. Там же. Л. 834-835.

31. Там же. Л. 840-841.

32. Там же. Л. 842-843.

Notes

1. Berdinskikh V. A. Uezdnye istoriki. Russkaya provincial'naya istoriografiya [Provincial historians. Russian provincial historiography]. M. New literary outlook. 2003; Berdinskikh V. A., Makarov L. D. Pervuhin - issledovatel' arheologii i ehtnografii Vyatskogo kraya [N.G. Pervukhin - a researcher of archeology and Ethnography of the Vyatka region] // Vestnik Vyatskogo gosudarstvennogo gumanitarnogo universiteta - Herald of Vyatka State University of Humanities. 2002, No. 6, pp. 65-70; Istoriya i praktika arheologicheskih issledovanij: materialy Mezhdunar. nauch. konf., posvyashch. 150-letiyu so dnya rozhdeniya chlena-korrespondenta AN SSSR, professora A. A. Spicyna - History and practice of archaeological research: proceedings of the international scientific conf. dedicated to 150th anniversary of birth of corresponding member of the Academy of Sciences of the USSR, Professor A. A. Spitsyn. Saint-Petersburg, 26-30 November 2008 / ed. by E. N. Nosov, I. L. Tikhonov. SPb. St. Petersburg State University. 2008; Korobeinikov A. V., Churakov S. V. «Belletristicheskaya» stat'ya N. G. Pervuhina ["Fictional" article of N. G. Pervukhina] // Idnakar: metody istoriko-kul'turnoj rekonstrukcii - Idnakar: methods of historical-cultural reconstruction. 2015, No. 3(28), pp. 158-222; Kuz'minykh, S. V. Problemy ehpohi rannego metalla v nauchnom nasledii A. A. Spicyna [Problems of early metal epoch in the scientific heritage of A. A. Spitsyn] / S. V. Kuzminykh, E. I. Safonov // Arheologiya vostochnoevropejskoj lesostepi: sb. nauch. tr.- Archeology of the Eastern European forest-steppe: coll. scient works. Voronezh: IPC of Voronezh State University. 2009. Pp. 145-162; Melnikova O. M.

Provincial'noe arheologicheskoe soobshchestvo Vyatskoj, Kazanskoj, Permskoj gybernij (vtoraya polovina XIX -nachalo XX v.): biobibliogr. slovar'-spravochnik [Provincial archaeological community of Vyatka, Kazan, Perm provinces (second half of XIX - beginning of XX century): biobibliogr. dictionary]. Izhevsk. Udmurt State University. 2007. Pp. 74-75, 89-91; Okonnikova T. I. Formirovanie nauchnyh tradicij v arheologii Prikam'ya (60-e gg. XIX v. -konec 40-h gg. XX v.) [Formation of the scientific traditions in the archaeology of the region (60-ies of XIX century -the late 40-ies of XX century)]. Izhevsk. Publ. house "Udmurtia University". 2002.

2. I Express my gratitude to I. V. Belozerova, D. G. Yushko and other officials of the Department of written sources of the State Historical Museum, assisted in the organization of research.

3. Komarova I. I. Moskovskoe arheologicheskoe obshchestvo i ego rol' v razvitii mestnyh kraevedcheskih organizacij Rossii [Moscow archaeological society and its role in the development of local history organizations of Russia] / / Arheograficheskij ezhegodnik za 1989 god - Arheographical year-book for the year 1989. M. 1990. P. 84.

4. The Department of written sources of the State Historical Museum (OPI GIM). F. 17. Inv. 1. File 568. Sh. 766.

5. Ibid.

6. Ibid. Sh. 766, 768-769, 670, 672.

7. GAKO. F. 574. Inv. 8. File 72.

8. Korobeinikov A. V., Churakov S. V. Decree. Sh. P. 158-222.

9. Zagrebin A. E. Ob ehtnograficheskoj zhurnalistike v istorii finno-ugrovedeniya [About ethnographic journalism in the history of Finno-Ugric studies] // ZHurnalistika Udmurtii: istoriya i sovremennost': materialy region. nauch.-prakt. konf., posvyashch. 100-letiyu udmurt. nac. period. pechati - Journalism of Udmurt Republic: history and modernity: materials of the region. scientific.-pract. Conf. internat. The 100th anniversary of Udmurtia. NAT. period. print. Izhevsk: Udmurt State University, 2006. S. 30-36; Melnikova O. M. Arheologicheskaya zhurnalistika i institucializaciya arheologii v rossijskoj provincii [Archaeological journalism and institutionalization of archaeology in the Russian province] // Arheologiya i davnyaya istoriya Ukraini Archaeology and an old history of Ukraine. 2012. Vol. 9. History arheolog: doslidne Naumov, and. Kiev: IA NAS, Nauk, 2012. P. 170-177.

10. OPI GIM. F. 17. Sh. 1. D. 568. Sh. 768-769.

11. Ibid.

12. Ibid.

13. Ibid. Sh. 789-790.

14. Korobeinikov A. V., Churakov S. V. Op. cit. Pp. 184-185.

15. OPI GIM. F. 17. Inv. 1. File 568. Sh. 768-769.

16. Ibid. Sh. 816-817.

17. Ibid. Sh. 770.

18. Ibid. Sh. 768-769.

19. Ibid.

20. Berdinskikh V. A. [Provincial historians... ] P. 250.

21. OPI GIM. F. 17. Inv. 1. File 568. Sh. 768-769.

22. Ibid. Sh. 772.

23. Ibid. Sh. 774.

24. Ibid. Sh. 780-782.

25. Berdinskikh V. A. Uezdnye istoriki... [Provincial historians...] P. 97-98; Okonnikova T. I. Op.cit. P. 45.

26. OPI GIM. F. 17. Inv. 1. File 568. Sh. 802-803.

27. Ibid.

28. Ibid. Sh. 807-809.

29. Ibid. Sh. 814-815o6.

30. Ibid. Sh. 834-835.

31. Ibid. Sh. 840-841.

32. Ibid. Sh. 842-843.

УДК 343.264

Д. А. Калинина

История административной политической ссылки конца XIX - начала ХХ в. в отечественной историографии

В статье проведен историографический анализ развития административной политической ссылки, ключевой меры государственного принуждения, которая применялась для борьбы с протестным движением конца XIX - начала ХХ в. Ссылка подразумевала под собой принудительное водворение политического преступника в специально отведенную для того местность под гласный надзор полиции и подчинение его определенной системе правил и ограничений. Историографический обзор политической ссылки построен по проблемно-хронологическому принципу. Исследования отечественных историков сгруппированы по

© Калинин Д. А., 2016