Документ и исторический источник: на перекрестке социально-гуманитарных наук

УДК 930.22

П.В. Чеченков ДОКУМЕНТ И ИСТОРИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК:

НА ПЕРЕКРЕСТКЕ СОЦИАЛЬНО-ГУМАНИТАРНЫХ НАУК

НИЖЕГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИМ. Р.Е. АЛЕКСЕЕВА

Статья посвящена сопоставлению ключевых для ряда социально-гуманитарных научных дисциплин понятий «документ» и «исторический источник». Приводятся основные научные трактовки того и другого. Формулируются варианты соотношения: 1) документ и исторический источник - любой объект, позволяющий извлечь из него требуемую информацию; 2) документ - материальный объект, несущий на себе сознательно закрепленную информацию; 3) документ - письменный исторический источник; 4) документ - письменный источник, который создан для удовлетворения текущих потребностей; 5) документ - исторический источник, имеющий определенную правовую форму, созданный с целью воздействия на общественные отношения; 6) документ - источник делопроизводственного характера. Ряд современных тенденций вызывает сомнения автора: максимальное расширение значения понятия «документ», сужение его до делопроизводственных материалов (исторических источников), противопоставление документа историческому источнику.

Ключевые слова: документ, исторический источник, архивный документ, документальный памятник, акт, документоведение, источниковедение, дипломатика, архивоведение.

Документ - важнейшее средство коммуникации и ключевое понятие для целого ряда научных дисциплин, таких как документоведение, документалистика, архивоведение. Исторический источник - эмпирическая основа исторического исследования. Изучение истории документа, как явления социальной действительности, находится на стыке указанных дисциплин и исторической науки. Однако соотношение понятий «документ» и «исторический источник» на сегодняшний день во многом остается не отрефлексированным.

Любой документ помимо своего основного назначения получает еще одно - дополнительное: он несет информацию о прошлом, которая может быть использована историком в своих научных исследованиях, т. е. является историческим источником. Надо отметить, что в современной науке нет единой трактовки понятия «документ».

Основоположник советского документоведения, К.Г. Митяев в конце пятидесятых годов ХХ века придерживался следующего понимания: «понятия «документ», «документальные материалы» обозначают все то, что является документальным, т. е. основанным на отражении объективной действительности запечатлением, фиксацией, регистрацией фактов, событий, явлений при помощи письма, изображения, звукозаписи». При этом отмечалось, что под «документами» в узком смысле слова обычно понимаются письменные, отвечающие установленным требованиям, засвидетельствования, удостоверяющее факты, права, обязательства и служащие для их доказательства (напр., удостоверения, дипломы, договоры, оправдательные документы и т. п.) [1, с. 8]. В начале шестидесятых годов определение было уточнено: «документ» - результат сознательного запечатления (документирования) информации о явлениях объективной действительности различными способами в целях надежной передачи этой информации во времени и на расстоянии, при обязательной идентификации запечатленного на языке слов [2, с. 27-37].

В 1970 - 1980-х гг. в архивоведении и документоведении под интересующим нас термином стали понимать, по сути, все материальные объекты, несущие сознательно закрепленную информацию. Так, «Большая советская энциклопедия» гласила: документ - «материальный объект, содержащий информацию в зафиксированном виде и специально предназначенный для ее передачи во времени и пространстве» [3, с. 403]. Сходное определение фиксиро-

вал Госстандарт 1983 г. (ГОСТ 16487-83. Делопроизводство и архивное дело. Термины и определения) и учебная литература [4, с. 10]. Отметим на будущее одно энциклопедическое уточнение: «В узком смысле Д. — деловая бумага, подтверждающая какой-либо факт или право на что-то. Так, в праве под Д. часто понимают письменный акт, составленный в предусмотренной законом форме и удостоверяющий факты юридического значения (рождение лица, получение образования, трудовой стаж). В исторической науке Д. обычно называется письменное свидетельство о чем-либо, чаще всего принадлежащие государственному аппарату или общественным организациям».

Столь широкое толкование вызывало небезосновательную критику. В частности, историк и источниковед С.М. Каштанов отмечал, что в состав «документов», таким образом, попадают: 1) письменные и изобразительные источники на любом материале и с любой знаковой системой; 2) вещественные памятники, созданные человеком и несущие на себе преднамеренную информацию в виде изображений или надписей (в том числе здания и механизмы, посуда, оружие и т. п.); 3) природные объекты, не специально обработанные для письма, но имеющие нанесенные человеком рисунки или знаки (в том числе скалы, камни, деревья и т. д.). Между тем, объекты двух последних групп сами по себе не порождены информационной функцией, которая в документоведческой литературе признается основной и наиболее общей функцией документа: несение преднамеренной информации в них — либо вспомогательная функция (на предметах, созданных человеком), либо позднее приданная (на предметах природы). Главное, с точки зрения С.М. Каштанова, что информативность — это не функция, а свойство документа. Последний создается не ради передачи информации как таковой, а для выполнения определенной функции воздействия посредством передачи определенной информации на материальные отношения (экономические, политические, правовые) [5, с. 11- 15].

В Государственных стандартах, начиная с 1998 г. и до сегодняшнего дня, в качестве основы определения документа, помимо информации и материального носителя, стали выделять еще и третий компонент - возможность идентификации информации через реквизиты: «Зафиксированная на материальном носителе информация с реквизитами, позволяющими ее идентифицировать». Границы понятия тем самым были значительно сужены. Оно сведено по существу к служебным, деловым документам, поскольку «реквизит» определяется как «обязательный элемент оформления официального документа». Иначе говоря, тем самым была проведена четкая граница между управленческим документом и любой другой зафиксированной на материальном носителе информацией. Это вполне соответствует ориентации Госстандартов на управленческую, делопроизводственную практику и тому, что документо-веды предмет своей науки ограничивают изучением документов, функционирующих преимущественно в сфере управления [6, с. 31]. Результатом такого подхода стало значительное обеднение интересующего нас явления. Практически за его рамками остаются не только носители с изобразительной и звуковой информацией, но и, например, частные акты.

Обсуждение трактовки понятия «документ» ведется и сейчас. Так, архивовед К.Б. Гельман-Виноградов, учитывая особенности кино-, фото-, фоно-, видео-документов и электронных документов, определяет документ как материальный объект, содержащий запись семантической информации, что отражает подход к пониманию документа, характерный для К.Г. Митяева [7]. Теоретик библиотечного дела Ю.Н. Столяров под документом понимает объект, позволяющий извлечь из него требуемую информацию, причем информация может содержаться в любом виде и в любом элементе объекта. Полемизируя с К.Б. Гельман-Виноградовым, он отмечает, что горная порода как объект материального мира несет информацию о самой себе, следовательно, горная порода - документ, аутентичный, информирующий о своей собственной форме, структуре, о своем весе и т. п. [8]. С.М. Каштанов призывает вернуться к «старому представлению» о том, что документ - источник правового характера [9, с. 134].

Неустойчивость определения чувствуется в современных энциклопедических изданиях. В «Большой российской энциклопедии», пришедшей на смену «Большой советской», термин вообще пропущен. Составители «Большой энциклопедии» издательства «Терра» заимствовали и попытались несколько дополнить определение из «Большой советской». После уточнения о «документе» в исторической науке приведена выдержка о письменных исторических источниках из статьи «Источники исторические» той же «Большой советской». В результате этой компиляции документ и письменный исторический источник воспринимаются как синонимы. Между тем, подобное отождествление совершенно чуждо Л.Н. Пушкареву, подготовившему текст об исторических источниках для «Большой советской энциклопедии» [3, с. 403; 10, с. 579; 11, с. 528].

Теперь обратимся к историческим источникам. Разумеется, вокруг этого понятия тоже ведутся споры, но вдаваться в них здесь нет необходимости. Отметим два основных, с нашей точки зрения, варианта определения. Первый из них наиболее распространен и с некоторыми текстуальными разночтениями встречается в различных монографических, учебных и энциклопедических изданиях, как советских, так и современных: «Все, что создано в процессе деятельности людей, несет информацию о многообразии общественной жизни и служит основой для научного познания, является историческим источником» [12, с. 3]. Во многом эта трактовка восходит еще к труду французских историков, ставших одними из родоначальников источниковедения на рубеже XIX - XX вв., Ш.-В. Ланглуа и Ш. Сеньобоса «Введение в изучение истории» [13].

Другое понимание в отечественной науке наиболее ярко выражено С.О. Шмидтом, который признает историческим источником всякое явление, могущее быть использованным для познания прошлого человеческого общества, все, что может «источать историческую информацию» (информацию исторического характера, полезную для работы историка) т. е. не только отражение непосредственного исторического процесса, но и то, что помогает познать ход исторического процесса во всем его многообразии - естественно-географическую среду в самом широком понимании (включая и залежи полезных ископаемых, и природные бедствия, и явления на солнце) и физико-психические свойства человека [14, с. 36 - 37; 15, с. 77]. Этот подход характерен для французской научной школы «Анналов» т. н. «первой волны». В одной из работ С.О. Шмидт, разъясняя свой подход, прямо ссылается на известную книгу основателя школы «Анналов» Л. Февра «Бои за историю» (1953).

Нетрудно заметить, что столь безграничное понимание исторического источника перекликается с максимально широкой трактовкой понятия «документ» у Ю.Н. Столярова. Однако чаще документы соотносят лишь с частью исторических источников. Что бы понять - с какой, нужно иметь представление обо всем многообразии последних. Его нам поможет продемонстрировать классификация. Подчеркнем: вопрос классификации исторических источников один из самых дискуссионных в источниковедении, но в наши задачи не входит анализ всех существующих вариантов, необходимо лишь наполнить общее понятие конкретным содержанием.

Наиболее детально вопрос о классификации исторических источников был разработан Л.Н. Пушкаревым в специальной монографии. Весь комплекс источников он разделил на типы, типы на роды, роды на виды, отдельные виды в пределах рода объединены им в разряды. Тип включает источники, отличающиеся друг от друга способом кодирования информации. В соответствии с этим принципом исследователь установил следующие типы:

1) письменные - рукописные или печатные (а также машинописные и пр.) источники на бумаге, пергамене, папирусе и т. д., к ним примыкают, занимая промежуточное положение между ними и вещественными источниками, эпиграфические источники, т. е. надписи сделанные на твердом материале - камне, глине, дереве, металле, кости, роге, бересте;

2) вещественные - изготовленные человеком древние предметы, сооружения, погребения, сохранившиеся на поверхности земли, под землей или водой, в основном это археологические памятники;

3) устные (фольклорные) - произведения устного народного творчества; художественные образы реальной действительности, характеризующиеся устной формой передачи и коллективностью создания, исполнения или распространения;

4) этнографические - непосредственно наблюдаемые и изучаемые народные суеверия, обряды, верования, обычаи, поверия и т. п., т. е. такие явления культурной и общественной жизни, которые возникли в предшествующие эпохи развития человечества, но продолжают в новой форме активно жить в настоящем;

5) лингвистические - данные языка; отображение реальной исторической действительности, воплощенное в речи;

6) кинофотодокументы - документальные фотографии и кионофильмы,

7) фонодокументы - фонограммы звуковой стороны события, сделанные в момент его совершения.

Почти каждый из предложенных Л.Н. Пушкаревым типов источников является предметом изучения отдельной гуманитарной науки. По его мнению, историк использует выявленные и истолкованные археологами, фольклористами, этнографами, лингвистами факты, а сам, прежде всего, работает с письменными источниками. Поэтому дальнейшую классификацию автор проводит только для письменных источников. Их он подразделяет на два рода в зависимости от соотношения отображения или воплощения исторической действительности. Повествовательные - в большей степени отображают действительность, т. е. рассказывают о прошлом или повествуют о настоящем в виде связного рассказа. Документальные - в большей степени воплощают действительность, т. е. фиксируют происходящее. В них не ставится целью дать связный рассказ о событиях. Они создаются человеком или обществом в процессе его личной и общественной жизни, для удовлетворения текущих потребностей, в результате его экономической, политической, культурной и т. п. деятельности, т. е. сами по себе являются как бы документом, подтверждающим историческое настоящее (настоящее по отношению ко времени создания документа).

Под видом Л.Н. Пушкарев предложил понимать исторически сложившийся комплекс письменных источников, для которых характерны сходные признаки их структуры и внутренней формы. Близкие по особенности происхождения, содержания и формы виды можно, по его мнению, объединять в разряды. Отметим указанные исследователем разряды с примерами видов (в скобках).

Документальные источники:

• картографические (карты, планы исторические, политические, экономические);

• статистические (статистика экономическая, народонаселения, политическая и культурная);

• актовые (акты политические, социально-экономические, юридические);

• канцелярские (грамоты, реестры, указы, деловая переписка);

• повествовательные источники:

• личные (письма, дневники, мемуары);

• художественные (очерки, корреспонденции, лирика, драма, романы, рассказы, повести);

• исторические (исторические повести, хронографы, летописи);

• научные (исторические труды, философско-социологические труды, географические

описания).

Необходимо отметить, что разрядно-видовая классификация у Л.Н. Пушкарева обоснована слабо. Его в целом больше интересовали классификационные понятия, принципы классификации, нежели конкретные виды. Поэтому он не дал их определений, не выделил отличительных черт, признавая, что количество видов может быть увеличено [16, с. 188-268].

Большее распространение получила видовая классификация, согласно которой существуют следующие виды письменных исторических источников по истории России:

• летописи - исторические произведения, в которых материал излагался в виде погодных записей;

• законодательные акты - правовые нормативные документы, которые исходили от верховной государственной власти и имели высшую юридическую силу в пределах какой-либо территории или всего государства;

• актовые материалы - правовые документы, которые в юридической форме фиксировали сделки между отдельными лицами;

• делопроизводственные материалы - текущая документация, создававшаяся различными государственными, судебными, экономическими, политическими и общественными организациями (учреждениями) с целью управления собственной и общественной деятельностью;

• статистические материалы - данные, полученные в результате изучения закономерностей общественной жизни с ее количественной стороны с целью социального управления;

• периодическая печать - повременные издания, имевшие целью публикацию информационных и аналитических материалов по общественной и государственной жизни;

• документы личного происхождения - материалы, фиксировавшие личные впечатления современников, очевидцев и участников общественно и культурно значимых событий (мемуары, дневники, переписка);

• литературные памятники - произведения литературы, которые отображали современную им действительность в художественной, словесно-образной форме;

• публицистика и политические сочинения - сочинения по актуальным вопросам общественной и государственной жизни, содержавшие и пропагандировавшие различные политические идеи, оценки, прогнозы и предложения;

• научные труды - группа источников, отражающая научные представления прошлого. Необходимо отметить, что разделение письменных источников на повествовательные

(нарративные) и документальные имеет давнюю традицию в отечественной исторической науке. Впервые явственно одни от других были отделены в вышедших в 1893 г. на русском языке лекциях английского источниковеда и историка Э. Фримана [17]. В советской историографии этот подход нашел авторитетного сторонника в лице академика М.Н. Тихомирова [18, с. 6 - 12]. После публикации его учебного пособия данная группировка надолго закрепилась в историографии. Впрочем, она вызывала и критику. Дело в том, что за ней виделась одна из первых классификаций источников мировой науки, предложенная немецким историком И.Г. Дройзеном: деление на исторические остатки и исторические предания. Первые -реликты исторической действительности (вещественные источники, документы), вторые -отражение этой действительности в сознании творца источника (летописи, хроники, литературные произведения и пр.). Как и всякого первопроходца Дройзена не критиковал только ленивый. Действительно, это деление очень условно, ведь всякое повествование о прошлом одновременно является и остатком той эпохи, когда оно было написано, а в документах и на вещественных источниках могут содержаться описания прошлого.

Столь же непросто разделить все письменные источники на документальные и повествовательные. Можно назвать больше число примеров, демонстрирующих переходное положение того или иного источника. Возражения критикам привел Л.Н. Пушкарев: «документальность (или повествовательность) источника - это его реальное, объективное свойство, с момента возникновения присущее источнику, а не привносимое в него исследователем. Ис-точниковед может найти и выделить в документальном источнике его повествовательную часть, он может выявить теснейшую зависимость повествовательного источника от делопроизводства того или иного учреждения, но он не может изменить по своему желанию характер источника и превратить деловую бумагу в повествование о прошлом. Следовательно, это де-

ление вытекает из самой природы письменного источника, оно органично связано с процессом отображения и воплощения действительности в источнике» [16, с. 215].

Критикуя с указанных позиций точку зрения Л.Н. Пушкарева, известный источнико-вед А.П. Пронштейн писал, что нет смысла делить письменные источники на два рода, а более целесообразно сразу делить их на виды [19, с. 45]. Вместе с тем, из всех видов и групп источников исследователь для более подробного анализа в своей монографии выделил несколько основных. Среди них: 1) акты, грамоты и другие официальные документы; 2) законодательство (определенное, как «юридические документы, которые издает верховный орган государственной власти и которые обладают высшей юридической силой в пределах данного государственного образования» [курсив наш - П.Ч.]); 3) материалы текущего делопроизводства учреждений и частная переписка («документы, которые возникали в ходе подготовки законов и других официальных актов, а также в процессе сношения данного учреждения с другими или частными лицами» [курсив наш - П.Ч.]); 4) повествовательные источники («произведения, в которых историческая действительность отражается сквозь призму личных наблюдений автора как участника или живого свидетеля событий, или же на основе привлеченных им материалов») [19, с. 49-76]. Наличие здесь документальных материалов, с одной стороны, и повествовательных, с другой - налицо, вопреки утверждениям самого автора.

Поддерживает разделение письменных источников на две группы видный современный специалист в области дипломатики С.М. Каштанов. Он более четко обрисовал различия между этими родами: «Источники, создаваемые с целью воздействия непосредственно на социально-экономические, политические или правовые отношения, образуют большую группу памятников, которую в исторической науке принято обозначать общим термином «документы» или «документальные источники». Источники, создаваемые с целью непосредственного воздействия только на чувства, взгляды, мировоззрение, мироощущение, знания, вкусы людей, объединяются обычно в группы «повествовательных», или «:нарративных», и дидактических источников, у которых цель воздействия на материальные отношения выступает лишь в опосредствованной форме. Документы имеют следующие общие свойства, обусловленные функцией воздействия непосредственно на материальные отношения: 1) современность основным событиям, о которых говорится в источнике; 2) наличие определенной правовой формы, в которой документ составляется; 3) способность служить более или менее официальным свидетельством о предоставленном праве или совершившемся событии. В отличие от документальных повествовательные и дидактические источники а) могут быть посвящены как современным автору событиям, так и событиям отдаленного прошлого; б) не имеют правовой формы, хотя форма их и подчинена законам жанра; в) не являются официальным (хотя и могут служить неофициальным) свидетельством о предоставленном праве или совершившемся событии» [5, с. 12].

Исходя из вышесказанного, можно выделить несколько вариантов соотношения понятий «документ» и «исторический источник», встречающихся сегодня.

1. Документ - то же, что и исторический источник в самом широком понимании терминов, как объект, позволяющий извлечь из него требуемую информацию.

2. К документам могут быть отнесены лишь письменные и изобразительные, фонические исторические источники, как материальные объекты, несущие на себе сознательно закрепленную информацию.

3. Документы - все письменные исторические источники.

4. Документы - те письменные источники, которые создаются человеком или обществом в процессе его личной и общественной жизни, для удовлетворения текущих потребностей, включая помимо чисто деловых бумаг, также, например, статистические и картографические материалы.

5. Документы (или документы «в узком смысле») - исторические источники, имеющие определенную правовую форму, создаваемые с целью воздействия непосредственно на

социально-экономические, политические или правовые отношения, т.е. законодательные, актовые, делопроизводственные.

6. В еще более узком варианте под документами понимают лишь источники делопроизводственного характера.

Относительно широкой трактовки понятия «документ» кажутся вполне рациональными суждения С.М. Каштанова, который отмечает, что она необоснованно сближает его с понятием «источник» или «исторический источник». В частности, в одной из работ ученый отметил: «В отечественной и зарубежной историографии всякий остаток деятельности человека, будь то письменный текст или картина, принято теперь называть «документом» (У. Эко, наши документоведы и др.). Подобное словоупотребление не кажется нам плодотворным. Это некий художественный штамп, стирающий разницу между родами, видами и надвидами источников. Так, определение картины в качестве «документа» нарушает представление о разнице между изобразительным и письменным родами источников. Определение романа как «документа» сводит на нет различие между надвидами повествовательных и документальных источников. На наш взгляд следует, придерживаться старого представления о том, что документ - это источник правового характера. Для обозначения же всех вообще остатков человеческой деятельности, независимо от их характера, социальной и юридической функции, должен оставаться термин «источник», не отождествляемый с понятием «документ» [9, с. 134].

Один из уровней дискуссий вокруг понятий «документ» и «исторический источник» связан с представлением о том, что источник информации не всегда обладает интересующими нас характеристиками, а получает их лишь на определенной стадии своего существования.

Предпосылкой стало стремление архивоведов отграничить понятие «архивный документ» от других смежных с ним. В теоретических построениях на этот счет была использована мысль, высказанная в ряде трудов видным советским и российским источниковедом С.О. Шмидтом, который писал, что исторический источник существует независимо от историка и становится собственно историческим источником тогда, когда делается объектом специального изучения. В связи с этим ученый считал возможным выделение такой категории, как потенциальный исторический источник, или «предысточник» [15, с. 77; 20, с. 67]. Так, В.А. Савин и С.Г. Кулешов отметили, что в документе изначально заложены свойства

— быть источником оперативной и источником ретроспективной информации. В начальной стадии функционирования документа превалирует реализация первого свойства, а по мере старения документной информации все более возрастает потенциал второго. Завершение активного жизненного цикла документа характеризуется переводом его в состояние архивного документа, т. е. документа, сохраняемого или подлежащего сохранению в силу значимости для общества, а равно имеющим ценность для собственника. Эту стадию С.Г. Кулешов, используя термин С.О. Шмидта, называет «предысточником». Если грань между документом и архивным документом исследователи проводят четко - это попадание на хранение, то с переходом в состояние исторического источника нет ни единодушия, ни ясности. «Не каждый архивный документ выступает в роли исторического источника, - пишет В.А. Савин, - хотя в каждом документе с момента возникновения заложена данная сущностная характеристика... трансформация архивного документа в исторический источник - процесс естественный, но при соблюдении определенных условий».

Для С.О. Шмидта таким условием выступает обращение исследователя. По мнению

В.А. Савина и С.Г. Кулешова - одного исследователя мало. В.А. Савин считает показателем исторического источника востребованность обществом и введение в сферу научных, культурных, художественных изысканий. С.Г. Кулешов так сформулировал свою мысль: «Официально статус исторического источника архивный документ получает, когда информация о нем включается в каналы научной коммуникации (т. е. в публикацию научной статьи, монографии, материалов научной конференции, археографическую или же в текст доклада, сооб-

щения на научной конференции). Однако следует отметить, что при изложении результатов исторического исследования автор научной публикации, как правило, лишь раскрывает содержание документной информации и обязательно дает ссылку с указанием поисковых данных (архив — фонд — опись — дело — страница). Какие-либо иные данные о документе опускаются по различным причинам. Статус исторического источника архивный документ получает при его публикации (вернее его текста, а при факсимильном издании — и всей информации документа), в археографическом предисловии к которой часто дается характеристика документа как исторического источника. Возможно, что такой статус он также получает при включении его информации и сведений о нем в иные каналы социальных коммуникаций, в частности, массовые» [21,22].

Отличия, предложенные исследователями, представляются слишком размытыми, трудно уловимыми. Кто будет присваивать этот «официальный статус», руководствуясь какими критериями? Сколько, например, человек должно присутствовать на конференции, когда произносится доклад об архивном документе, какой тираж должна иметь публикация, чтобы мы могли считать его историческим источником? Если, как это часто случается в наши дни, тираж 100 экземпляров, которые разошлись по авторам и даже не поступили в библиотеки - можно ли считать это включением в каналы научной коммуникации? Напрашивающийся отрицательный ответ порождает следующий вопрос: в каком случае можно?

По мысли С.Г. Кулешова, вплоть до научной публикации текста, архивный документ все еще остается не вполне историческим источником, сколько бы ученых историков с ним ни работало, в скольких бы научных трудах он не использовался как источник.

Данная оценка выглядит не вполне оправданной, если учесть, что историческая (ретроспективная) информация заложена в документе изначально и существует объективно, а в последнем случае уже и извлекается специалистами. Познавательное значение этих терминологических упражнений невысоко, а сама проблема кажется надуманной. Следует упомянуть еще один термин, связанный с предыдущими, который используется в отечественной науке - это «документальный памятник». В архивоведческой литературе под ним часто понимают так называемые «особо ценные документы», которые составляют часть Архивного фонда, имеющую непреходящее значение для государственного управления, обороны страны, в международных отношениях, научных исследованиях и невосполнимую при утрате. Против такого понимания термина последовательно выступает С.О. Шмидт, который указывает, что к документальным памятникам должны быть отнесены «все письменные и графические документы - рукописи, машинопись, печатные издания, кинофотоматериалы и звукозаписи, признанные достойными государственной охраны». Это не значит, что ученый приравнивает данное понятие к архивному документу. Памятник с его точки зрения - это все, что запечатлела память о людях, является следами их деятельности, т. е. это то, что традиционно называют историческим источниками (сам С.О. Шмидт предлагает иную трактовку термина «исторический источник», что было отмечено выше). Соответственно, документальный памятник - это исторический источник, имеющий признаки документа [4, с. 10-11;

20, с. 66; 23 с. 9-10].

Более узкую, даже по сравнению с первой, трактовку предложил В.А. Савин: «Критерий же опубликованности выглядит удобным для определения документального памятника, т. к. конкретизирует общее представление о памятнике как историко-культурном объекте, качественное отличие которого от документа, архивного документа, исторического источника проявляется под влиянием общественных, культурных процессов, имеющих выдающуюся универсальную ценность с точки зрения истории, искусства и науки» [21, с. 184-185]. Таким образом, единый материальный объект, можно сказать, расчленяется на четыре самостоятельных: документ, архивный документ, исторический источник, памятник.

Наше критическое отношение к подобного рода усложнению действительности вполне совпадает с точкой зрения С.М. Каштанова: «Стремление противопоставить «памятники» как категорию онтологическую «источникам» как категории гносеологической, эпистемоло-

гической ведет к удвоению понятий. Любой «памятник» или «источник» многофункционален, но какой бы функцией он ни был порожден, ему присуща информативная функция, позволяющая считать его «источником» независимо от того, вошел он или не вошел в соприкосновение с приемником информации. Допуская факт массовой гибели или исчезновения «памятников», не востребованных приемниками информации, мы, тем не менее, не можем отрицать наличия в этих «памятниках» качеств «источника», т.е. мы не можем отрицать сущностного тождества «памятников» и «источников». В историографии до сих пор наблюдаются попытки представить разные ипостаси исторического источника как разные сущности. Один и тот же объект оказывается то документом, то памятником, то архивной единицей, то историческим источником, как бы переходя из одного состояния в другое.. .Главными признаками его сущности являются материальная форма, происхождение и первичная, заданная при рождении функция» [9, с. 130-131]. Находясь в актуальном документообороте, на хранении в архиве, на столе у историка-исследователя документальный источник не перестает быть ни документом, ни историческим источником.

Библиографический список

1. Митяев, К.Г. История и организация делопроизводства в СССР [Текст] / К.Г. Митяев. - М., 1959. - 359 с.

2. Митяев, К.Г. Документоведение, его задачи и перспективы развития [Текст] / К.Г. Митяев // Вопросы архивоведения. 1964. № 2. С. 27-37.

3. Большая советская энциклопедия [Текст]. - 3-е изд. - М.: Советская энциклопедия, 1972. Т. 8.

4. Документальные памятники: выявление, учет, использование: учебное пособие для студентов высших учеб. заведений [Текст] / И.А. Альтман, А.А. Курносов, В.Е. Туманов и др.; под ред. С.О. Шмидта. - М.: Высш. шк., 1988. - 255 с.

5. Каштанов, С.М. Русская дипломатика [Текст] / С.М. Каштанов. - М.: Высшая школа, 1988. -229 с.

6. Илюшенко, М.П. К понятию «документ» (эволюция термина и предмет документоведе-ния) [Текст] // Советские архивы. 1986. № 1. С. 26-31.

7. Гельман-Виноградов, К.Б. Трудности научной трактовки понятия «документ» и пути их преодоления [Текст] // Отечественные архивы. 2006. № 6. С. 39 - 50.

8. Столяров, Ю.Н Документ - понятие конвенциональное (в порядке дискуссии) [Текст] // Делопроизводство. 2005. № 3. С. 11-18.

9. Каштанов, С.М. С.О. Шмидт и проблемы определения исторического источника [Текст] // Источниковедение и историография в мире гуманитарного знания: Доклады и тезисы XIV научной конференции. - М.: РГГУ, 2002. С. 130-134.

10. Большая советская энциклопедия [Текст]. - 3-е изд. - М.: Советская энциклопедия, 1972. Т. 10.

11. Большая энциклопедия [Текст]: в 62 томах. - М.: Терра, 2006. Т. 15.

12. Голиков, А.Г. Источниковедение отечественной истории [Текст] / А.Г. Голиков, Т.А. Круглова. - М.: Издательский центр «Академия», 2009. - 464 с.

13. Langlois, Ch.-V. Introduction aux etudes historiques [Text] / Ch.-V. Langlois, Ch. Seignobos. - Paris, 1899; Ланглуа, Ш. Введение в изучение истории [Текст] / Ш. Ланглуа, Ш. Сеньобос. - СПб, 1899. - 275 с.

14. Шмидт, С.О. Современные проблемы источниковедения [Текст] / С.О. Шмидт. Путь историка: Избранные труды по источниковедению и историографии / С.О. Шмидт. - М., 1997. - С. 21-63.

15. Шмидт, С.О. О классификации исторических источников [Текст] / С.О. Шмидт // Шмидт,

С.О. Путь историка: Избранные труды по источниковедению и историографии / С.О. Шмидт.

- М., 1997. - С. 73 - 91.

16. Пушкарев, Л.Н. Классификация русских письменных источников по отечественной истории [Текст] / Л.Н. Пушкарев. - М.: Наука, 1975. - 281 с.

17. Фриман, Э. Методы изучения истории; Главные периоды европейской истории: лекции 188485 гг.: с прил. вступ. лекции «Об обязанностях профессора истории» и ст. «О греческих горо-

дах под римским управлением» [Текст] / Э. Фриман. - М.: Изд. К.Т. Солдатенкова, 1893. - IV, 338 с.

18. Тихомиров, М.Н. Источниковедение истории СССР с древнейших времен до конца ХУШ в. Курс источниковединия истории СССР [Текст] / М.Н. Тихомиров. - М., 1940. Т. 1. - 256 с.

19. Пронштейн, А.П. Методика исторического источниковедения [Текст] / А.П. Пронштейн.-Ростов- на-Дону: Изд-во Ростовского ун-та, 1976. - 477 с.

20. Шмидт, С О. Проблемы взаимодействия общества и природы в источниковедческом аспекте [Текст] / С О. Шмидт. Путь историка: Избранные труды по источниковедению и историографии / С.О. Шмидт. - М., 1997. - С. 64-73.

21. Савин, В.А. Документ — архивный документ — исторический источник - памятник истории и культуры: проблемы проявления сущностных характеристик [Текст] / В.А. Савин // Архивоведение и источниковедение отечественной истории. Проблемы взаимодействия на современном этапе. Доклады и тезисы выступлений. - М., 1997 . Вып. 1. - С. 181-186.

22. Кулешов, С.Г. Документ как исторический источник: свойство, состояние, статус [Текст] // Архивоведение и источниковедение отечественной истории. Проблемы взаимодействия на современном этапе. Доклады и тезисы выступлений на третьей Всероссийской конференции.

- М., 1999. С. 95-99.

23. Шмидт, С.О. Документальные памятники в сфере развития культуры [Текст] // С.О. Шмидт. Памятники письменности в культуре познания истории России. - М., 2009. Т. II. Кн. 1. С. 9-

14.