Белорусы в антропологическом и этническом пространстве

ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ И ТОПОНИМИКА

И. Н. Шарухо

БЕЛОРУСЫ В АНТРОПОЛОГИЧЕСКОМ И ЭТНИЧЕСКОМ

ПРОСТРАНСТВЕ

В условиях вовлечения населения постсоветских стран в глобальные мировые процессы наблюдается определенный рост этнического самосознания, национальной идентичности, встают вопросы: "Каково наше место в антропогенетическом, этническом, культурном пространстве?"

"Для того, чтобы существовать, нация должна определить себя в пространстве, т.е. определить себя географически" [2, с. 10-11], определить себя в культурном, этническом и генетическом пространстве.

Биологической основой этнической популяции является ее генофонд - совокупность наследственной информации, зашифрованной в генетических структурах организма. Согласно определению антрополога Ю. Рычкова, "генофонд - это географически распределенное и исторически упорядоченное множество генов, которое удерживается самосознанием человеческой популяции в границах ареала, возобновляется ... в поколениях и поддерживается... силами эволюции в динамическом равновесии с окружающей средой, которая вмещает в себе популяцию и изменяет ее" [30, с. 9].

В понятие антропологический тип включаются элементы - строение тела, скелета, че-

репа, цвет кожи, глаз, волос и т.д., складывающиеся на основе генетической наследственности под влиянием эколого-географических, популяционно-демографических, экологических, социально-исторических и иных факторов.

Бывают случаи, когда к одному антропологическому типу относится несколько народов, но чаще народ включает несколько антропологических типов. Это доказал антрополог Е. Чепурковский (1913), выделив среди белорусов два основных типа: 1) население с преобладанием темнопигментированной кожи, круглоголовости и низкорослости (Полесье), 2) более светловолосое, светлоглазое население, с длинноголовостью (бас. Немана и Зап. Двины). Население Полесья по совокупности факторов было чаще всего изолировано от остальных популяций на территории Беларуси, что дает некоторую возможность предполагать, что именно оно ближе всего антропологически к аборигенному населению. В. Бунак ([3]) подтвердил выводы Е. Чепурковского.

Европеоидность белорусов снижается с юго-запада на юго-восток. В юго-восточных регионах республики отмечается более низкая и широкая переносица, некоторое уплощение лица, круглоголовость, более частые

смешанные оттенки цвета глаз - серые, зеленые, карие. Резкого отличия между населением запада и востока страны нет - наблюдается плавная переходность.

Современный "белорусский этнос в качестве популяции высокого уровня прошел путь своего формирования со времен колонизации современной территории славянами, сохранив антропологические черты. балтских аборигенов" [16; 24].

Современные белорусы антропологически близки к украинцам, русским Центральной и Северо-Западной России, литовцам, латышам, полякам, особенно, к литовцам, а бе-лорусы-полещуки - к украинцам. Многочисленные исследования доказывают, что коренные жители Беларуси, главным образом, ее севера, вместе с населением Псвковщины, Новгородчины и Смоленщины согласно мор-фотипа фактически вписываются в круг форм праотцовской популяции. А южные белорусы полностью идентичны ей. Генофонды белорусов и жителей смежных регионов Литвы и России почти не отличаются [18, с. 14-15].

Анализ антропологических данных позволил А. Микуличу выдвинуть гипотезу об автохтонности происхождения белорусов, т.к. на протяжении 100-150 поколений существовала непосредственная генетическая преемственность антропологических типов населения Беларуси. При этом все это не означает, что морфологические признаки не менялись столетиями. За последние 1000 лет у белорусов, как и у других европейских народов, форма головы из продолговатой (долихакефаль-ность) постепенно становилась более округлой (брахикефальность). У современных белорусов, по сравнению с Х-ХГУ вв., стал менее массивный скелет (процесс грациализации), особенно в кон. ХХ - нач. ХХГ вв., когда усилились процессы акселерации. Средний рост современного белоруса - 170-172 см (нач. ХХ в. -164-165), как и ранее, несколько выше поляков, примерно одинаков с русскими и украинцами, но уступает латышам и литовцам. Максимальный рост - до 225 см (ныне самый высокий - баскетболист В. Мытько, 220 см, 52 размер обуви).

Грациализация и усиление брахиоке-фальности - результат межэтнических браков (резкое увеличение их с 1930-х гг., пик - 1950-

1970-е гг.), усиление процессов урбанизации. Сельские популяции лучше сохранили предко-вые гены, поэтому являются наиболее чистыми, а городские - смешанные, межинтернаци-ональные. На грациолизацию и брахиокефаль-ность влияет и геохимический дисбаланс - дефицит химических микроэлементов в почвах и питьевой воде, сложная экологическая ситуа -ция после аварии на ЧАЭС, нанесшей генетический урон генофонду белорусской нации.

Аборигенное население - палеоевропейцы. Территория Беларуси начала широко заселяться не позднее 40 тыс. лет тому назад, хотя самые ранние следы присутствия человека датированы 100 тыс. лет тому назад. Заселение началось с юго-востока после отступления предпоследнего ледника, в Муравинское меж-ледниковье. Этот интергляциал затем сменился Поозерским (Валдайским) гляциалом. На расстоянии до 500 км от южной кромки ледника существовали природные условия ледяной зоны. В этих условиях завершилось формирование кроманьонца (Юровичи, 26 тыс. лет до н.э., Бердыж, 23 тыс.). Население существовало "в условиях дискретного антропологического покрова" [1, с. 68], т.е. отличалось отдельной очаговостью. 12-10 тыс. лет тому назад начинается голоцен.

Вся территория Беларуси, согласно средневзвешенных эффективно-репродуктивных демографических размеров и сведений о восьми выделенных антропосистемах генетических признаков, была заселена предками белорусов уже 9±1 тыс. лет назад.

Расселение подчиняется "прежде ландшафтным.., а затем и социальным закономерностям ... Локальные популяции... отличаются своей геноструктурой, которая сохраняется в заданном пространстве регионального генофонда. Похожая синергетика скорее всего предопределена необходимостью оптимального приспособления к окружающей среде" [18, с. 12].

Антропологические особенности населения закладывались под влиянием экологогеографических условий, по законам географической зональности - зависели от входящих микроэлементов в почвах, поступающих в организм с пищей и водой; уровня радиации, состояния нижних слоев атмосферы, электромагнитных явлений в атмосфере и приземном слое; почво-грунтов, вод и др. Антропологи-

ческие особенности археологи и антропологи определяют через изучение минерализации скелетов первобытных людей.

В начале неолита (кон. V - нач. IV тыс.до н. э.) в Полесье зародилось земледелие и животноводство, начало развиваться прядение и ткачество, гончарное ремесло. Эти события, вероятно, связаны с приходом первых индоевропейцев. В тыс. до н.э. с юга Восточно-

Европейской равнины (ВЕР) по территории страны стали распространяться племена днеп-ро-донецкой культуры. "К концу V тыс. до н.э. ... культура распространилась .на Волынь, Среднюю Припять, верховья р. Сож.., ГУ-Ш тыс. до н.э. . в долинах Днепра и Припяти. В то же время в бассейнах рек . Неман и Зап. Двина жили . родственные" им племена [15, с. 1415]. С этой эпохой связано свыше 600 стоянок.

Серьезным образом нарушилось этническое и геногеографическое спокойствие с приходом (ГУ-Ш тыс. до н.э.) племен монголоидной расы, разговаривавшие на финно-угорских языках. Вместе с ними могли двигаться на запад и кочевники-индоевропейцы. Осевшие пришельцы смешались с палеоевропейцами [27, с. 54]. Антропологически финно-угры представляют широкий спектр переходных видов от монголоидов (ханты, манси) к европеоидам (венгры, эстонцы, финны). Пройдя вдоль Зап. Двины, Днепра, Сожа, они стали селиться, главным образом, по берегам этих рек и притоков 1-2 порядка. О векторах миграции можно судить по присутствию у современных белорусов некоторых антропологических финно-угорских (сглаженных монголоидных - широколи-цость, некоторая узкоглазость, рост ниже среднего показателя, строение черепа, носа) черт, присущих коренным сельским жителям северо-востока (Витебский, Лиозненский, Дубро-венский, Городокский районы), юго-востока (по Беседи, Сожу), а также в междуречье Зап. Березины и Немана (свидетельство о 2-3-ем эшелонах миграции).

Культура гребенчатой керамики финно-угров не вызвала культурной или технической революции [27, с. 193]. Но пришельцы озвучили географические объекты, вероятно, от них

осталось "цоконье" и удвоение шипящих и свистящих звуков. К ГГ тыс. до н.э. большая часть финно-угров начала терять в процессе ассимиляции свое "лицо". В процессе слияния двух этносов в биологическом отношении перевес, как правило, имеют аборигены, которым помогают "свои" этнические ландшафты. Население "выровнялось" антропологически, опять возобладала светлая пигментация.

Еще в эпоху бронзы (Ш тыс. до н.э.) в Европу с востока стали инфильтрироваться индоевропейскими племена, из которых "в процессе их расселения выделились основные этнические массивы.: кельты, иллирийцы, германцы, славяне, балты ..." [23, с. 6]. Двумя волнами - в Ш тыс. и в нач. ГГ тыс. до н. э. на территорию Беларуси пришли представители шнуровой керамики. Сначала с запада проникли кельты (галлы), сконцентрировавшиеся в Брестском и Пинском Полесьях (например, топонимы с корнем рус- в значении "озеро"; гидронимы Лютка и Точия в бас. р. Лесная") [11]. В последующих эшелонах шли германцы (германские топонимы в Полесье сосуществуют вперемежку с кельтскими), балты и славяне. Выдвинута гипотеза, что первыми индоевропейцами могли оказаться венеды [6, с. 1819]. А. Манаков (2007) предполагает, что венеды могли прийти на территорию ВЕР с кочевниками из Центральной Азии в III тыс. до н.э. (этноним "овенеты" - "венеды": 1) "овца"; 2) санскр. "уапаш" - "лес" [15, с. 24-25])1

Балты - самые северные индоевропейцы, заняли к ХХ в. до н. э. восточные от Балтики земли. "Люди шнуровой керамики были животноводами и умели обрабатывать землю... Антропологический тип прабалтов . в целом преобладал долихокранный тип с высокой мозговой частью черепа, покатым лбом и узким носом." [6, с. 17-18]. Балты у Геродота выступают под именем "андрофаги". Они заселили 2/3 территории Беларуси (2 тыс. стоянок), став основным населением, сначала резко потеснив финно-угров, а к V в. до н.э. вообще вытеснив их на северо-восток.

На территории Гомельщины, во времена андрофагов, начинались земли геродотовых

1 В том же исследовании представлена иная гипотеза происхождения этнонима ''венеты'', принятая в отечественной филологии, - от индоевропейской основы меп- ("любить, дружить, быть родственным"); соответственно, wenetoi - "дружественные, родственные" [15, с. 40] (пр-им. ред.).

"георгой" ("борисфенитов"). Севернее нет скифских курганов, но достаточно скифизиро-ванных милоградских. В. Семенов придерживался мнения, что Оршу могли основать скифы. " Скифы-георгой" могли проживать до линии Бобруйск - Быхов - Кричев [22, с. 38]. Но днепро-двинские памятники Смоленщины, П. Третьяков называет "скифо-днепровскими", т.к. они испытали скифское влияние [26], следовательно, на месте Орши могли быть поселения скифов, либо племен, воспринявших элементы их культуры. Тем более что в Восточной Беларуси выделяются индоиранские гидронимы, связанные со скифами: "Эсмань, Бася (басач - "великая"), Веть (ветэ - "вода"), Вейна, Корма, Стометь." [11].

Предшественниками этносов, принадлежащих к зарубинецкой культуре являлись иллирийцы (кельто-иллирийцы). В Полесье выявлен ряд гидронимов иллирийского или кель-то-иллирийского происхождения, к которым могут быть отнесены и названия Брест, Бра-щина. Позднее кельто-иллирийцы стали называться бастарнами.

На рубеже новой эры в Поднепровье и Полесье сложилась зарубинецкая культура, которую нередко связывают с готами. Допускается, что если ранняя зарубинецкая культура принадлежала бастарнам ГГ-Г вв. до н.э., то поздняя - венетам (Г в. н.э.), т.е. и те, и другие -поколения одного этноса, только с разными именами (вероятно, сарматы-аланы нанеся им поражение, сокрушили и престиж названия воинственных бастарнов).

О бастарнах упоминает Страбон - они граничат с тирегетами и германцами, размещены на северо-запад от сарматов. Артефакты курганов (в т.ч. д. Чаплин Лоевского района) указывают на близость к находкам ГГГ-ГГ вв. до н.э. с Ютландии (латенские традиции, близкие кельтам; латен оказал влияние "на культуру железного века. - милоградской, поморской, штриховой керамики, днепровско-двинской, юхновс-кой и особенно зарубинецкой" [21]).

Венеты принадлежат к древним иллирийцам, смешанным с кельтами. Плиния Старший, Тацит, Птолемей размещают их между Свевией и Сарматией, Иордан - на правобережье Днепра, "Пейтингерова таблица" - в верховьях Вислы и Днестра. Существовали еще и венеты адриатические.

Фены. Тацит на востоке Германии, после германского племени свебов, располагал пев-кинов, венетов и фенов. Если певкины - жители о. Певки в дельте Дуная, а фены - предки саамов, то получим страну венетов от Дуная до Лапландии. Исходя из того, что фены использовали по причине дефицита железа костяные наконечники, можно заключить, что фенам соответствуют племена днепро-двинской культуры Витебщины и Смоленщины. У Птолемея на месте Тацитовых фенов появляются некие финны, которых он разместил на юго-восток от "Ве-недского залива" (Рижского). В средневековых летописях встречается "чудское" (финноязычное) племя нерома (нарома). По свидетельству Л. Дучиц, именно в Витебском Подвинье и сейчас существуют названия типа Наровы, Нура-ва, Наруть и др. Таким образом, получаем еще одно подтверждение, что Тацит разместил землю фенов на Витебщине-Смоленщине. Поздне-зарубинецкие древности распространены и на Смоленщине, на территории Тацитовых фенов. Получается, что Тацитовым венетам Г в. н.э. между певкинами и фенами могли оказаться только носители зарубинецкой культуры на поздней стадии ее развития.

Верхнеднепровский вариант зарубинецкой культуры возник позже других (сер. - кон. ГГ в. до н.э.). Перед появлением восточноевропейских венетов, в I в. н.э. бастарны были разбиты сарматами и аланами. Зарубинцы были вынуждены, убегая от захватчиков, захватывать уже освоенные иными этносами районы, отходя на территорию Восточной Беларуси, до Оки и Волги. Именно в это время и появляются венеты [22, с. 72-74].

Германцы (готы) вышли из Южной Скандинавии, сформировали вельбарскую (вероятно, гото-балто-славянскую) культуру. Их массовый исход в Восточную Европу пришелся на Г-ГГ вв. н.э. - следы по Днепру, Днестру, Припяти, а также в Причерноморье и Крыму, где готы образовали государство. Г Вернадский указывал на родственное готам племя бо-ран, а Днепр некогда назывался Бораном. С Зап. Буга и из Волыни готы проникли в Полесье (Ошш, О(А)йум - "страна болот и лесов"). В районе Бреста они жили в 170-270 гг. [22, с. 8284], о чем свидетельствуют памятники вельбар-цев вдоль Зап. Буга. Немецкий историк Поше размещал готов на территории Мозырщины и

Пинщины, считая, что здесь их историческая родина [19, с. 10]. Германские проникновения привели к появлению ряда гидронимов (Берлян-ка, Дерна, Корна, Лютимер, Льва, Нобель, Па-лахва, Руфа, Стырь и др.). Горынь (659 км) получила название от готского "горунсо" - наводнение, что подтверждает режим реки. Многие гидронимы имеют характерные готские форманты: -агва (-ага), -ахва (-аха, -ваха, -афа), -вата (-вато - "вода"), -ави (-ав, -ов) [11].

Некоторые авторы [13] предполагают, что и гидронимы с Важ / Веж / Выг /Ваг /Веги -готские, происходят от основы веги ("дорога").

Готы по левобережью Днепра проникли в Восточную Беларусь - в район севернее Го -меля, южнее радимичей [20, с. 489]). Здесь они, не сумев переправиться через Днепр, разделились на две части: одни осели между Оршей и Гомелем, другие - ушли в степи. Возможно, готы

- "бродники" и от них пошли топонимы Ходо-та, Хода, Год, Ходцы. В восточной и южной частях страны встречаются названия Хотомля, Хотомье, Хотимск, т.е. с основой хот/год/гот, от которой происходят слова гать, гатить. В. Пьянов предполагает, что германцы могут происходить от славян-готов (бродников): "сомнительно, что готы не были славяне, племена готов принадлежат как истории славян, так и истории германцев" [20, с. 490-491]. С другой стороны, название "готы" могло пойти от славянских "ход" (ходы), "гад/год" (годить, ожидать), т.е. "готы - те, кто двигаются". Готов, с одной стороны, привязывают к славянам, но, с другой, чаще видят в них германцев, от которых пошли славяне. В. Пьянов считает, что именно германцы произошли от славян. Г. Вернадский указывал: "наследник Германариха звался Ви-тимир, его внук. Видимер, имя брата Видиме-ра .Валамир" [4, с. 138].

От готов, возможно, пошло и название белорусов, применяемое у литовцев - гуды. Некоторые историки считают: время готов -начальный этап славянской колонизации, завершившееся нашествием обров [20, с. 490].

Пришлые индоевропейцы внешне напоминали современное население Северной Индии, Ирана, Южной Европы: цвет кожи, волос и глаз был темнее, чем у аборигенов. В результате миксации образуются новые этносы (часто меняются и эндоэтнонимы), с наследованием черт внешнего облика, конгломерирования

элементов культуры местного и пришлого населения. В процессе ассимиляции метисы стали светлопигментированными.

Славянские теории. Я. Риер указывает на существующие славянские теории: дунайскую, сарматскую, восточноевропейскую, вис-ло-одерскую, днепровско-одерскую, балто-славянскую. В настоящее время прорабатываются теории: нордическая (В. Демин), полесская (В. Исаенко, А. Микулич, В. Пьянов, Ф. Филин) и др. В качестве ареала становления славянских языков некоторые исследователи (Ф. П. Филин и др.) видят бассейн р. Припять и Среднее Поднепровье. Но это лишь "древнейший ареал" [29, с. 232]. Отсюда славяне и вместе с ним языки могли распространиться на север, запад, юг, восток.

Бесспорно, что славянам в Беларуси всецело принадлежат культуры пражская (V! в. н.э.; юг), банцеровская (реки Балтийского бас.) и ка-лочинская (Днепровский бас.) и др. Но, как поступить, с более ранней днепровско-донецкой культурой, с милоградской? Как быть с готами, которые могли быть этнически славянами?

Можно вообще предположить, что родиной славян изначально было Полесье с прилегающими территориями (Семиречье, Тридевять земель), на что намекают А. Брюкнер, С. Толстов и др. Для этого есть определенные основания. Это как бы не отрицают восточноевропейская, балто-славянская (В. Хенсель, Б. Рыбаков) теории, Л. Нидерле и др. Она может быть локализована в бассейне Вислы и "в южной части бассейна р. Припять" [29, с. 215].

Славяне могли выйти из Полесья, попутешествовать вместе с другими народами по Евразии и вернуться к истокам. Формированию ядра славян в Полесье способствовали наилучшие географические условия (защита водно-болотными массивами) - "Геродотово море", в которое впадают 4 крупных реки: Оар (Горынь), Сюргис (Стырь), Лик (Случь) и Та-наис (как и Дон); у Идриси - оз. Терми, в которое впадают 7 рек с севера и по 4 с запада и юга [5]. Летописное Пятиречье - это Припять ("при пяти реках"), Семиречье - Припять с пятью притоками и р. Десна, здесь же и Тридевять земель - с 27 (3х9) реками.

Согласно терминологии Л. Гумилева, "кормящий ландшафт", природно-географическая среда являются важнейшим и необхо-

димейшим условием начала этногенеза. Широко распространено мнение, что наиболее благоприятными условиями для этногенеза являются прибрежные равнины между 30 и 45 параллелями. Беларусь же расположена между 51 и 560 и не на прибрежной равнине. "С точки зрения классической этнографии, белорусский "кормящий ландшафт" не является комфортным" [12, с. 351]. Но, с другой стороны, прародиной племен и субэтносов, впоследствии сформировавших этнос, была девственная природа бассейнов Верхнего Днепра, Припяти, среднее течение Зап. Двины и верхнего Немана, т. е. территория хорошо защищенная. Теоретические положения Л. Гумилева о том, что "этносы зарождаются и благополучно существуют только на территории, сочетающей два и более типов ландшафтов, соответствует природно-географическим условиям формирования белорусского этноса" [12, с. 351-352].

На территории Польши, Волыни, Галиции, Киевщины и Полесья славяне достигли наибольшей концентрации. Сюда пришли куя -вы, поляне (поляцы), укране [25, с. 15], волыняне (г. Волин в Юж. Балтии), северяне.

Славяне основного массива. В числе предков славян называют споров-спалов, склавинов, венетов, антов, ставанов и др. Первые зафиксированные названия славян -анты, венеды (Г-^ вв., у финнов русские -вене), склавины. Волоты-велеты, споры и ста-ваны - внешние названия одних и тех же племен. Память о велетах-лютичах хранится в белорусском языке в качестве термина "волат" (асилак, исполин). Этноним спалы: 1) от "спал" - исполин, на скифском "палей" - сила, военная слава; 2) от "пал/палщь" - бел. "сжигать", отсюда - поляне, поляки, т.е. поляк - занимающийся подсечным земледелием, а поляне - живущие на выжженном под поле месте. Соответственно палы - те из славян, кто занимается подсечно-огневым земледелием. О палах упоминал Диодор (Г в. до н.э.) как о потомках части скифов. Поляки называют свою страну Полония - "полоненная", что указывает на факт ее более позднего заселения славянами [20, с. 353]. Мифологическим предком поляков (ляхи) и чехов является По-пель (1. попел - пепел; 2. "па пель" - угодья у пели): поляки - от "пал / палщь", чехи - "чах-

нуть, гаснуть". Лях/ Лех - в бел. "ляха" - борозда на поле. В Брестском Полесье находится оз. Споровское и д. Спорово. Это названия, похожие на этнонимы. Рядом с оз. Споровс-ким (сравнить: р. Шпрее, по-славянски - Спро-ва) находятся деревни Оброво и Вулька-Об-ровская (вероятно, этноним - обры). Става-ны-славяне могли жить в Центральной Беларуси в соседстве с птолемеевыми судинами (судавы-ятвяги) и оставить культуру штриховой керамики.

Придя из Европы, орды славян в который раз избрали территорией своего компактного проживания Полесье, вероятную свою прародину. Их расселение по всей территории Беларуси заняло несколько столетий (до ІХ в.). Славян по Днепру в 375-376 гг. несколько побеспокоили гунны, за которыми затем двинулись хазары, авары, болгары, печенеги, половцы. Интересно, что гуннская экспансия привела к образованию южнославянских государств. Это говорит в пользу того, что значительным по количеству элементом в ордах степняков составляли славянские этносы. Гунны широко использовали славянские понятия, такие как мед, квас, страва, гомон (разговор) [20, с. 492].

При движении славян из Полесья на восток-северо-восток образовались новые племенные союзы. В Полесье за 3-4 столетия сформировались дреговичи. В след за ними образуется союз близких к балтам кривичей, к кон. УІІІ

- нач. ІХ в. - радимичи. Часто пишут о родстве поляков и радимичей на основании формулировки "радимичи от ляхов". Но трактовка здесь иная: не происхождением, а своим местоположением, т.е. от соседства с ляхами. Обратимся к карте радимичских "земель" - рек: по р. Рше - Орша (как по р. Льше - Польша, а по балтско-финно-угорской р. Лоте - кривичская земля Полота), далее р. Бася (племя басов, пришедшее в Польшу, Бася - распространенное женское имя), что начинает свой бег у Орши (древнее название Варшавы - Воршова), рядом

- р. (О)льша (т.е. и здесь есть своя небольшая Польша), р. Проня (Броня).

Вместе с радимичами, дреговичами, радимичами и волынянами упоминаются уличи, тиверцы, дулебы, словене. Можно предположить, что уличи - "живущие у лица реки", у лица "приседаху" (Нестор), по одному ее берегу. В бас. Зап. Двины течет р. Улла (жители -

ульцы, уляне и уличи). Тиверцы, вероятно, от "творить", что может быть связано с перекрытием реки во время "лова", но и возможно от "творить буду" [20, с. 495]. Эти племена упоминаются обычно вместе - по Днестру, Дунаю, Бугу и Днепру, что указывает на их связь с речной культурой. Основной массив расселения дулебов - Зап. Буг; но они заселяли и правобережье Днепра (топонимы с основой "дулеб"). Часть из словен осталась в Центральной Европе, вторая часть прошла через Беларусь, оставив немало топонимов, двигаясь на север.

К VШ в. по всей территории страны численно доминировали славяне. Этногеографи-ческая картина Беларуси к ГХ в. выглядела примерно таким образом: территории на запад и север от Полоцка заселяли балты и балто-фин-но-угры, от Дриссы до Витьбы и Усвячи - кри-вичи-полочане с финно-уграми, на юг от Полоцка - балто-кривичи (бас. Вилии); в бассейне Немана - аукшайты, союз дайнова, ятвяги, судины, литва; между Неманом и Березиной -славяне с литвой, в верхнем течении Буга и у истоков Припяти - волыняне; в Полесье и Пред-полесье - дреговичи и ятвяги; по левобережью Днепра от Смоленска до Могилева - балтизи-рованные финно-угры и балты, радимичи и смоленские кривичи; по правобережью Днепра до устья Друти - балты с полоцкими кривичами и дреговичами; от Могилева до Гомеля -радимичи и северяне, на восток - финно-угры. Славяно-балтская граница проходила по линии: Дисна - Плисса - Заславль - Слоним - Волко-высск, затем к ХГГ-ХШ вв. - сдвинулась далее на запад и северо-запад.

Славяне на белорусских землях, составляли, по выражению А. Шахматова (1894) " одно этнографическое целое" с другими восточнославянскими племенами. Все племена в процессе существования сформировали этнокультурные особенности, но имели единый язык. С этого времени (период удельно-вечевого уклада) начинается формирование белорусской народности, которую Н. Костомаров (1872) выделял среди шести им определенных.

Антропологический портрет. Согласно данным И. Саливона, на протяжении минимум 40 последних поколений существует безусловная преемственность основных расовых особенностей местного населения [17]. На протяжении последнего тысячелетия морфологи-

ческие черты белорусов несколько изменялись (при этом, европеоидные черты, как и в древности, имели тенденцию к уменьшению в направлении с запада на восток). Так, например, у современного населения по сравнению с населением Х-Х^ вв. стал менее массивным скелет, а в последнее десятилетие стал более заметным процесс акселерации (ускоренное биологическое развитие, более раннее созревание организма, интенсивный рост). Данные Х-Х^ и ХVШ-ХГХ вв. свидетельствуют о том, что значительных антропологических изменений практически за эти столетия не произошло, что антропологических материал к ХVШ-ХГХ вв. приобрел более или менее однородный характер, что указывает на завершение этапа этнической консолидации белорусов.

Эти данные отражены в описаниях антропологического типа белорусов А. Дембовец-кого (1882), А. Сементовского (1891), В. Семенова (1905). Белоруса "нетрудно отличить от . великоруссов и малорусов, . он среднего роста; не так широк и плотен, как великорус (.от 1,634 м в Смоленской и Минской губ. до 1,642 - в Витебской). . по уездам наиболее высокий рост. для . Красненского и Мозырс-кого уу., . низкий - для Пинского, Климовичс-кого. Белорус отличается светлым цветом кожи, а женщины . обладают весьма тонкими чертами лица. Светлые или светлорусые . являются преобладающими ., точно так же как и серый или голубой цвет глаз . в нем заметна мягкость в чертах лица; все это хорошо гармонирует с несколько хрупким, на первый взгляд, физическим строением всего организма. Вообще белорусы представляют собой едва ли не самый чистый тип славянского племени... На пограничье с Литвой и латышами белорусский тип не подвергся изменениям, но на юге и юго-западе Минской губ. весьма заметны следы скрещивания малорусского и белорусского племени, а в Смоленской - белорусского и великорусского. Следы скрещивания с малорусами встречаются спорадически." [28, с. 99].

Генетические и этнические особенности людей формировались в процессе их расселения в поисках еды и жизненного пространства. Каждая эпоха в свою очередь модифицировала природу человека, его биокультурное разнообразие. Одновременно шло формирование эко-

логически приспособленных особенностей, антропологических и адаптационных типов.

По концентрации генов М и N белорусский этнос занимает промежуточное положение между центрально- и восточноевропейской зонами (главных три: западная, центральная и восточная). Локальные варианты на территории Беларуси дают две основные зоны: юго-западную и с частотой гена М более 60% и северо-восточную с частотой менее 60%. В популяциях Западного Полесья со статистической имоверностью чаще встречаются гомозиготы, что указывает на их относительную изоляцию в прошлом. Данные исследований резус-фактора показывают на автохтонность белорусских сельских популяций [18, с. 35-36].

По чувствительности к фенилтиакар-бомиду белорусы, литовцы и украинцы почти не отличаются. Отличия с поляками и русскими имеются. Изучение гаплотипов дает основание утверждать, что белорусская популяция более чем другие соответствует восточнославянской предковой общности.

Пигментация. Рецессивно детерминированные светлые оттенки окраски радужной оболочки глаз (три типа: темная, смешанная, светлая) и волос преобладают в Скандинавии. Интенсивность пигментации нарастает в направлении к Средней и Южной Европе. Славяне, кроме южных, занимают промежуточное положение между северными и южными европеоидами. Среди коренных белорусов темнооких 12%, смешанных и светлооких - по 44%, что сближают белорусов с населением прилегающих регионов России, Украины и Польши. В отношении пигментации белорусы имеют свои региональные особенности: наиболее депигментированы мозырские и брестские (они наиболее разобщены сравнительно с локальными популяциями других регионов страны, что связано с определенной их изолированностью).

Белорусы северо-востока темноокие, что свидетельствует о присутствии в их генофонде доли финно-угорской генетической памяти. Гродненская и барановичская объединенные группы входят в верхненеманский ло-калитет северопонтийского антропологического типа [7; 8; 18, с. 59]. Из межэтнических групп наиболее темнооки белорусско-украинские и русско-белорусские метисы. Украинцы,

русские и литовцы сопредельных территорий более темнооки, чем белорусы. При этом значима разница между литовскими и гродненскими поляками.

Цвет волос. Темноволосые преобладают среди людей всех континентов. Исключение

- северо-западная Европа, где преобладают рыжие и светловолосые. Среди этнических белорусов самыми светловолосыми являются гомельские и мозырские (Восточное Полесье), самыми темноволосыми - пинские и брестские (Западное Полесье). Достаточно светлые витебские белорусы из Восточного Придвинья и барановичские - из Верхнего Понеманья. По интенсивности пигментации глаз и волос в кон-кордантном положении находятся все субрегиональные популяции, кроме витебской, гомельской, брестской, а также гродненские поляки и потомки от смешений русско-белорусских браков.

Цвет глаз. Физическая разница между мужчинами и женщинами обусловлена генетически. У женщин европейских этносов намного чаще в сравнении с мужчинами регистрируют темный цвет глаз. Тем временем мужчины обычно более темнооки, чем женщины. Все белорусские женщины, кроме гомельских, также более темнооки, чем мужчины (влияние половых гормонов). По цвету глаз разница существует только между жителями Западного и Восточного Полесья. Сельские белорусы остальных регионов, как и метисы пограничных территорий России, Литвы и Польши, принадлежат к умеренно пигментированному антропологическому типу.

Обволосение средних фаланг на руках -также важный признак. Если у северных европейцев выявлено до 70-80% обволошенных индивидов, то у южных - лишь 50-60% [9]. У коренных белорусов концентрация данного признака 35-52%: минимально - у брестских и бобруйских групп, максимально - у гомельских и молодечненских. При этом выделяются зоны: юго-западная и юго-восточная, северовосточная и северо-западная. Среди соседних этносов полярные позиции занимают русские и литовцы, промежуточное положение - у поляков и украинцев [18, с. 60].

Обобщенные генетические данные таковы, что в центре находятся западнополесские белорусы (регион как вероятная прародина

славян), от них наблюдается дивергенция всех остальных. Генетические отличия между белорусами Придвинья и Западного Полесья -0,0038, Западного и Восточного Полесья - 0,0027 и белорусами Придвинья и Восточного Полесья - 0,0016. Это еще раз подтверждает гипотезу направленной изменчивости большинства антропоморфных признаков с юго-запада на северо-восток [18, с. 63].

Существуют переходные морфологические и антропологические типы на пограничье Беларуси и Украины. Так, физические и ант-ропофизиологические особенности белорусов юго-западного региона плавно перетекают на украинцев их северо-западного региона, а юговосточного нашего - на северо-восточный и частично центральный регионы Украины. Еще большая антропологическая близость белорусов к жителям приграничных регионов России

- Псковщины, Новгородчины, Смоленщины, Брянщины, а также Украинского Полесья. Одновременно наблюдаются полярные особенности белорусов-селян Западного Полесья и восточного Придвинья.

Белорусское сельское население согласно фенотипов полностью соответствует его географическому положению на европейском пространстве и прилегает к популяциям Центральной и Восточной Европы. Преимущественно большинство генетических и морфологических признаков по их средневзвешенным величинам имеют одинаковый вектор изменчивости намного чаще с юга на север, чем с запада на восток. При суммарном сравнении локальных популяций по совокупности всех изученных систем с помощью обобщенного биологического отстаяния, прежде всего, выделяется западнополесская зона. Таким образом, наличие трех генетично-антропологи-ческих комплексов признаков и концентраций генов на территории Беларуси (Придвинье, Центральная Беларусь и Полесье) можно трактовать как результат не только экологической зависимости, но и возможности межэтнического воздействия древних пластов автохтонного населения Беларуси [18, с. 64].

Геногеографический анализ позволяет выделить с точки зрения антропогенетической типологии регионы: юго-восточный, северозападный, юго-западный и северо-восточный. Они могли сохранить субстратные особеннос-

ти дославянских аборигенов. Эти регионы хорошо кладутся на разработанную схему культурно-географического районирования Беларуси ([31-34]).

Структура генетического рельефа белорусских популяций, имея главным образом меридиональное направление, подтверждает взаимодействие юго-западного европейского (славянского) генофонда с северным финноугорским. Возможная связь с балканским генофондом со времен неолита или ранней бронзы выявлена у южных белорусов и северных украинцев. Белорусский генофонд остается в границах одного из полюсов восточноевропейской изменчивости - волынско-днепровской, который почти соответствует палеоэтнографи-ческой территории ямочно-гребенчатого сообщества вообще и шнуровой керамики в частности. Это подтверждает синтетическую преемственность различных исторических эпох от палеолита, неолита и бронзы до позднего Средневековья, а также то, что Карпатско-Днепровское пространство Восточной Европы имело существенное значение в взаимодействии древних народов и культур не только в направлении Европа-Азия, но и в направлении Степь-Лес [18, с. 75].

Формирование современного генофонда белорусов принципиально не отличается от аналогичных процессов у других народов Восточной Европы. Однако экологические условия лесной зоны сравнительно со степной всегда были иными, т.к. содействовали дополнительной изолированности локальных популяций. Степным народам характерна большая подвижность, чего не скажешь о жителях лесной зоны. Поэтому влияние миграций на генодемографическую ситуацию с течением времени не очень значительно, а на геногеографическую специфику - велико. В результате география генофонда белорусов большей частью сохранила древнее направление изменчивости с юго-запада на северо-восток.

Белорусский этнос самобытен среди других этносов Восточной Европы. Географическая структура современного белорусского генофонда во многом соответствует ареалам древних археологических культур. Например, придвинский геногеографический ареал накладывается на территорию распространения на-рвенской культуры (IV-III-е тыс. до н.э.) эпохи

неолита и северобелорусской культуры (кон. Ш-го - Г пол. ГГ-го тыс. до н.э.) раннего бронзового века [18, с. 77]. Западнополесский ареал находится в границах распространения шнуровой керамики Полесья (Х^-Х^ вв. до н.э.) и лужицкой культуры (Х^Х^ вв. до н.э.) бронзового века, а также поморской культуры (Г\/-П вв. до н. э.) железного века. И это серьезный аргумент в пользу генетической непрерывности поколений.

Генофонд белорусов значительно отличается от генофонда русского этноса. Белорусам Придвинья генетически ближе жители Псковской, Новгородской и Смоленской областей. Это объясняется общими кривичскими корнями. Дальше от "кривичского" ареала находятся популяции Центральной Беларуси и Поднепровья вместе с жителями юго-восточной Литвы и восточной Латвии [18, с. 78]. Далее идут западные белорусы Понеманья вместе с жителями польского пограничья, западными литовцами и латышами; южные популяции Белорусского Полесья.

Полесье как прародина славян с точки зрения археологии и антропогенетики. Археологические данные и данные антропогенетиков (карты генетических ландшафтов) дают возможность говорить о том, что именно Поле-

сье можно рассматривать в качестве прародины славян [18, с. 80]. На это указывают и результаты исследований В. Исаенко [10].

Центр тяжести " этнических облаков" белорусов и украинцев в пространстве находятся поблизости, но сами "облака" перекрываются только наполовину, почти уйдя от "облака" русских. Причем если украинский этнос вообще не граничит с финно-угорским компонентом, а белорусский - только дотрагивается, то русские популяции находятся в одном кластере с финно-угорскими, а не со славянскими этносами [14, с. 47; 18, с. 81].

Интересно, что с учетом всего изученного материала ареал белорусского генофонда в общих чертах соответствует границам Великого Княжества Литовского сер. ХV в. Многовековое существование этого белорусского государства, единство происхождения, особенности языка, духовной и материальной культуры белорусов содействовали консолидации древнейшего этноса [18, с. 83].

Все имеющиеся современные данные свидетельствуют, что популяции коренных жителей Беларуси ведут свою родословную, по данным А. Микулича, на протяжении не менее 130-140 поколений, т.е. за 1,5 тыс. лет до н.э. [18, с. 112].

Литература

1. Алексеев В. П. География человеческих рас. - М.: Мысль, 1974.

2. Бассин Марк. К вопросу о географии национальной идентичности // Идентичность и география в постсоветской России. - СПб., 2003. - С. 10-14.

3. Бунак В. В. Антропологические исследования в южной Белоруссии // Тр. Ин-та этнографии. Нов. сер. 1956. Т.33.

4. Вернадский Г. В. Древняя Русь. - Тверь: ЛЕАН, 1999.

5. Губін В. М., Макарэвіч А. А. Дзе яно, мора Герадота? /Нарысы. -Мінск: Юнацтва, 1999.

6. Гудавичус Э. История Литвы с древнейших времен до 1569 г. - М.: Фонд им. И.Д. Сытина ВаІЇгш, 2005. Т.1.

7. Денисова Р. Я. Антропология древних балтов. - М., 1975.

8. Микулич А. И. Геногеография некоторых балловых признаков на территории Белоруссии // Вопросы этнографии и фольклористики. - Минск, 1978.

9. Дяченко В. Д. Антропологічний склад украінського народу. - Киів, 1965.

10. Исаенко В. Ф. Неолит Припятского Полесья. - Минск, 1976.

11. Ісаенка У. Ф. Гідраніміка // Энц. гісторьіі Беларусі: у 6 тт. - Мінск: БЭ, 1994. Т.2. - С. 527-529.

12. Кириенко В. В. Природно-климатические детерминанты формирования белорусского этноса и менталитета белорусов // Этносоциальные и конфессиональные процессы в современном обществе. - Гродно, 2005. - С. 350-356.

13. Кучеренко Э. И., Кучеренко М. Э. Топонимика в краеведческой работе // Магшёусю мерыдыян. Т. 7 Вып. 3-4. (2008. № 3-4 (10-11). - С. 131-142.

14. Лимборская С. А., Хуснутдинова Э. К., Балановская Е. В. Этногеномика и геногеография народов Восточной Европы. - М., 2002.

15. Манаков А. Г. Этногенез славян по данным топонимии (историко-географическое исследование). -Псков: АНО "Логос", 2007.

16. Микулич А. И. Геногеография сельского населения Белоруссии. - Минск, 19S9.

17. Мікуліч А. I., Салівон I. I. Месца беларусаÿ сярод усходніх славян па даных антрапалогіі // Весці АН Беларусі. Сер. грамад. навук. 1992. № 1.

1S. Мікуліч А. I. Беларусы ÿ генетычнай прасторы: Антрапалогія этнасу. - Мінск: Тэхналопя, 2005.

19. Найдзюк Я., Касяк I. Беларусь учора і сяння: Папулярны нарыс з гісторьіі Беларусі /Пасьлясл. А.Грмцкевіча; Укл. Н.Дашкевіч. - Менск: Навука і техніка, 1993.

20. Пьянов В. И. Древности славян. - Минск: МФЦП, 2005.

21. Побаль Л. Д. Латэнская культура //Археология и нумизматика. - Мінск: БСЭ, 1993. - С. 3б3.

22. Рассадзін С. Я. Землі амаль невядомыя. Будучая Беларусь паводле антычных манукрыптау -Мінск: Полымя, 199б.

23. Риер Я. Г. Народы Центральной и Юго-Восточной Европы. В 2-х ч. Ч. 1. Славяне и их соседи в Средние века: Учеб. пособие. - Могилев: МГУ, 2005.

24. Саливон И., Тегако Л., Микулич А. Очерки по антропологии Беларуси. - Минск, 197б.

25. Соціально-економічна географія Украіни // За ред. О. И. Шаблія. - Львів: Світ, 2000.

26. Третьяков П. Н. Финно-угры, балты и славяне на Днепре и Волге. - М., Л., 19бб.

27. Чебоксаров Н. Н., Чебоксарова И. А. Народы. Расы. Культуры. Изд.2-е испр., доп. / Отв. ред. акад. Ю. В. Бромлей. - М.: Наука, 19S5.

2S. Шендрик Д. З., Довнар-Запольский М. В. // Верхнее Поднепровье и Белоруссия. Полное географическое описание нашего Отечества / Сост.: В. П.Семенов и др. - Минск: БелЭн 200б. - С. 92-155.

29. Этнография / Под ред. Ю. В. Бромлея, Г. Е. Маркова. - М.: Высш. школа, 19S2.

30. Генофонд и геногеография народонаселения. Т. 1: Генофонд населения России и сопредельных стран / Под ред. Ю. Г. Рычкова. - СПб., 2000.

31. Шарухо И. Н. Культурно-географическое районирование Беларуси // Рэпянальная геаграфія: Праблемы развіцця і выкладання: Зборнік / Пад рэд. М. I. Вiшнеÿскага / Адк. рэд. I. М.Шаруха. - Магiлёÿ: МДУ, 2004. - С. 273-274.

32. Шарухо И. Н. Опыт проведения культурно-географического районирования Беларуси // Районирование в современной экономической, социальной и политической географии: потенциал, теория, методы, практика / Под ред. А. Г. Дружинина, В. Е. Шувалова. - Ростов-на-Дону, 2004. - С. 224-22б.

33. Шарухо И. Н.Устойчивость границ культурно-географических регионов Беларуси // Российско-белорусское порубежье: устойчивость социально-культурных и эколого-хозяйственных систем / Под ред. А. Г. Манакова. - Псков: ИГПУ, 2005. - С. 99-114.

34. Szarucho I., Galanawa S. Kulturowo-geograficzna rejonizacja Biaщorusi jako sposуb poznania geograficznej przestreni // Kierunki badawcze mщodzieэy akademickiej. Nauki Humanistyczne. - Siedlce, 2005. - S. 235-23S.