Частно-государственное партнерство в годы нэпа (на примере концессий)

Т. В. Юдина

ЧАСТНО-ГОСУДАРСТВЕННОЕ ПАРТНЕРСТВО В ГОДЫ НЭПА

Исторический опыт коллективно-договорной практики на концессионных предприятиях СССР в нэповские годы представляет особый практический интерес. После опубликования Федерального закона 21 июля 2005 г. № 115-ФЗ (ред. от 8 ноября 2007 г. № 261-ФЗ и 4 декабря 2007 г. № 332-ФЗ) «О концессионных соглашениях» (принят Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации 6 июля 2005 г.) объемы привлеченных в национальную экономику иностранных инвестиций могут возрасти. Использование концессионных механизмов в российской экономике неминуемо будет сопряжено с трудностями, особенно в вопросах регламентации трудовых отношений. В свою очередь, изучение взаимоотношений профсоюзов и концессионеров в годы нэпа способствует совершенствованию механизма современных трудовых отношений и предупреждению нарушений трудового законодательства.

Изучение проблемы партнерства концессионеров и органов советской власти началось уже в 1920-е гг., нэповские годы привлечения иностранного капитала в национальную экономику и создания концессионных предприятий. Исследовались формы и методы деятельности профессиональных организаций по защите прав наемных работников при заключении коллективных договоров1, отстаиванию интересов рабочих на концессионных предприятиях, вопросы взаимоотношений концессионеров и профсоюзов. Однако данная тема не стала в исторической науке предметом широкого и углубленного анализа. Преобладало официальное мнение, что «материалы, на основе которых можно было бы дать ясное представление о положении вопросов труда в концессионных предприятиях, чрезвычайно ограниченны и малодостоверны»2.

Выявленная советскими исследователями информация о заработной плате концессионных рабочих, охране труда, социальном страховании трудящихся, соблюдении кодекса законов о труде, заключении коллективных договоров является фрагментарной и не полностью раскрывает роль и значение нормативно-правовых актов в реализации социально-трудовых прав работоспособного населения СССР на концессионных предприятиях3.

Незначительный объем документального материала не позволил ученым выйти на достаточный уровень обобщения указанной темы4.

До настоящего времени проблема частно-государственного партнерства, защиты прав наемного работника и его социально-экономического положения, представляющая большой интерес для исследователей, остается недостаточно освещенной в исторической литературе5.

Историографический обзор показывает, что до сих пор отсутствует анализ причин невыполнения концессионерами взятых на себя обязательств по коллективным договорам, в том числе и анализ содержания нормативно-правовых актов на концессионных предприятиях. Не сравнивались коллективные договоры государственных и концессионных

© Т. В. Юдина, 2008

предприятий. Не разделены роль и место отраслевых центральных, региональных и первичных профессиональных организаций в подготовке и реализации коллективных обязательств. Не привлечены важнейшие неопубликованные архивные материалы: коллективные договоры и тарифные соглашения концессионных предприятий, протоколы по заключению и перезаключению договоров, акты и отчеты по выполнению коллективных обязательств. В связи с этим представляется интересным исследование особенностей коллективно-договорной практики профсоюзов и концессионеров и роли коллективных договоров в улучшении условий труда и быта отечественных работников.

В 1920-е гг. коллективный договор явился нормативным правовым документом, регламентировавшим отношения между работниками и нанимателем в лице руководителя государственного, концессионного или частного предприятия. Гарантии коллективных договоров распространялись на всех отечественных (постоянных, временных и сезонных) рабочих. Для иностранных работников договор действовал в отношении тех условий труда, которые не предусматривались в заключенных с ними индивидуальных трудовых договорах.

На концессионных предприятиях коллективный договор заключался не со всеми работниками: административное руководство и лица, имевшие право найма и увольнения, исключались из действия правового поля. К коллективным договорам составляли приложения со списком должностей, на которые не распространялись гарантированные льготы. Право на ведение и подписание коллективных переговоров от имени профессиональных союзов устанавливалось протокольным постановлением президиума центрального комитета или губернского отраслевого органа профессионального союза и выдачей доверенности. Концессионер выдавал доверенность уполномоченному на ведение переговоров. Коллективный договор, как правило, составлялся в двух экземплярах. Один хранился у концессионера, другой — в центральном отраслевом комитете профессионального союза. Встречались исключения. Так, генеральный коллективный договор русско-германского воздушного акционерного общества «Дерулюфт» был составлен в 3-х экземплярах: подлинник находился в Народном комиссариате труда, а заверенные копии у сторон, заключивших договор, т. е. в центральном комитете профсоюза рабочих местного транспорта и правлении общества6. На концессионной фабрике «Лео Дрезден» коллективный договор составлялся в 5 экземплярах. Один экземпляр хранился у концессионера, второй — в Московском губернском профессиональном союзе рабочих химической промышленности, третий — в Московском губернском отделе труда, четвертый — в центральном комитете профессионального союза рабочих химической промышленности, пятый — в фабричнозаводском комитете концессионной фабрики7.

Подписанные договоры регистрировались в книге коллективных договоров Народного комиссариата труда или губернских отделов труда. Помимо подписи и печати органов труда, что подтверждало законность коллективного договора8, на последнем листе коллективного договора обязательно должны были быть еще две подписи представителей профессионального союза и концессионного предприятия. Обычно все расходы, связанные с заключением коллективных договоров, концессионеры оплачивали по документам, предоставляемым профсоюзами. Не все концессионеры выполняли требования регистрации. Коллективный договор концессионера «Лена Гольдфильдс Лимитед», подписанный с центральным комитетом Всесоюзного союза рабочих химической промышленности

15 мая 1926 г., не был зарегистрирован в НКТ9.

К коллективным договорам стороны составляли приложения. В них уточнялись вопросы оплаты и охраны труда, предоставления коммунальных услуг, выдачи спецодежды

и мыла, публиковались положения о расценочно-конфликтных комиссиях. Приложения содержали тарифные разбивки для работников концессий, правила внутреннего трудового распорядка, табели о взысканиях, нормы продовольственного снабжения, а также списки производств, работ и профессий, куда, вследствие особой вредности труда, не допускались подростки моложе 18 лет, и по которым должно было выдаваться молоко. Приложения включали в себя и списки профессий на предоставление права на дополнительный 2-х недельный отпуск и сокращенный рабочий день.

На всех концессиях кампании по заключению коллективных договоров проводили профсоюзы. Как правило, коллективные договоры с концессионерами заключали центральные комитеты профессиональных союзов. Заключению коллективных договоров предшествовали извещения, оповещения, переговоры между представителями отраслевых профессиональных союзов и уполномоченных концессионных обществ. Обычно требования о пересмотре условий договора сообщались за две недели или не позднее одного месяца до истечения срока договора. Например, 30 сентября 1926 г. уполномоченному общества «Кита Сагарен Секию Кигио Кумиай» М. Наритоми были переданы предложения союза горнорабочих СССР по заключению коллективного договора10.

Если ни одна из сторон не заявляла о пересмотре коллективного договора, то его действие считалось продленным на тот же период, на который заключался ранее. Например, в коллективном договоре концессионера «Лена Гольдфильдс Лимитед» с профсоюзом рабочих водного транспорта срок продления составлял один месяц, а требования о пересмотре условий должны были сообщаться концессионером или профсоюзом не позднее одного месяца по истечении срока договора11.

Без изменения условий продлевать договор можно было при наличии письменного заявления одной из сторон при обязательном ответе другой стороны в течение 14 дней после получения предложения. При отсутствии ответа к указанному сроку договор продлевался автоматически. Результатом соглашения двух сторон обычно являлось заключение тарифного соглашения.

Сроки переговоров при имевшихся предложениях о пересмотре условий коллективных договоров определялись, как правило, в течение 2-х недель после поступления заявления. Переговоры проходили по-разному: от делового обсуждения вопросов до их срывов. На примере предприятия «Гаммер» мы узнаем о том, как отраслевые центральные комитеты готовили вопросы, связанные с заключениями коллективных договоров. Представители концессионера фабрики «Г аммер» и сам концессионер А. Ю. Г аммер 5 раз — с 27 июля по 3 августа 1926 г.12 — обсуждали порядок заключения соглашения, предложенный центральным комитетом всесоюзного профессионального союза рабочих химиков (ВСРХ) в связи с окончанием действия коллективного договора 1 июня 1926 г., и разногласия по нему.

Ввиду централизованного руководства деятельностью профсоюзных организаций на концессионных предприятиях, контроль над подготовкой, заключением и реализацией коллективных договоров осуществлял высший орган профсоюзов — ВЦСПС. Актуальными вопросами на секретных совещаниях ВЦСПС являлись вопросы оплаты труда рабочих, предоставления им пособий и отпусков, снабжения рабочих, их санаторно-курортного лечения, определения размеров финансового обеспечения деятельности первичных профессиональных органов, ведения культурно-просветительной работы, поддержки профессионально-технического образования, обучения подростков, определения сроков действия коллективных договоров на концессионных предприятиях. ВЦСПС предлагал отраслевым профсоюзам руководствоваться примерным (типовым) коллективным договором для

концессионных предприятий, разработанным тарифно-экономическим отделом высшего руководства профсоюзов.

В типовой договор могли вноситься дополнительные статьи, уточняться или исключаться положения, которые не соответствовали функциям конкретной концессии. Для коллективных договоров концессий были обязательными разделы: «Вводный и общий раздел» с параграфами: «Полномочия сторон», «Пределы и срок действия, регистрация коллективного договора», «Гарантии ответственности за соблюдение условий коллективного договора», «Изменения и дополнения, пересмотр условий коллективного договора», «Конфликтные органы», «Содержание органов профессионального союза»; «Наем и увольнение» с параграфами: «Персональные трудовые договоры», «Сроки испытаний», «Увольнения женщин, выборных работников, временно утративших трудоспособность», «Гарантии работников при ликвидации предприятий», «Согласование увольнений с органом профессионального союза».

Раздел «Оплата труда» включал положения по тарифным разрядам и ставкам, переводам, формам и системе заработной платы, порядку выплаты и вычетам, нормам выработки, условиям премирования, выпуску бракованных изделий. В разделах «Рабочее время», «Командировки», «Охрана труда», «Ученичество», «Культурно-просветительная работа» внимание уделялось дополнительным отпускам и компенсациям за неиспользованные отпуска, труду подростков и женщин, вредным производствам, соблюдению гигиены в рабочих помещениях, санитарным мероприятиям, предоставлению жилья, поддержке семей умерших работников, безработным, предоставлению медицинской помощи и помещений для проведения культурно-просветительных мероприятий, содержанию детских яслей, отчислениям профессиональным союзам.

Отраслевые центральные комитеты координировали деятельность краевых, губернских, городских, районных, уездных и первичных профессиональных организаций и оказывали различную помощь нижестоящим организациям. Проведение открытых и закрытых заседаний президиумов с приглашением представителей краевых, областных комитетов, открытая и секретная переписки с подробными ответами на многочисленные вопросы, выездные совещания, консультации способствовали повышению профессионального уровня профсоюзных работников.

Нами обнаружено письмо секретаря ЦК союза горнорабочих Т. Иванова и заведующего тарифно-экономическим отделом ЦК Г. Бабаева в Уральский областной комитет «О предложениях союза к перезаключению Егоршинского концессионного колдоговора». На 3 страницах по 25 позициям, касающихся вопросов тарифов, оборудования общежитий спальным инвентарем, открытия нового клуба и бани, специалисты ЦК последовательно изложили свои рекомендации к перезаключению коллективного договора. Однако члены ЦК не всегда хорошо знали условия той или иной концессии и выдавали рекомендации, не соответствующие реальной действительности. Можно привести пример с той же Егоршинской концессией. Выявленные в ГА РФ «Выводы по докладу» А. Березовского — сотрудника аппарата ЦК профессионального союза деревообделочников — также свидетельствуют о консультационной помощи вышестоящего органа первичным организациям концессии «Мологолеса» в вопросах строительства жилой площади, клубов, больниц, организации столовых, создании фабзавуча. От Северо-Западного районного комитета профессионального союза деревообделочников СССР А. Березовский требовал ввести в штатное расписание должность инструктора по охране труда для наблюдения за деятельностью концессионера «Мологолес»13.

Бывали случаи, когда ЦК передавал свои полномочия по заключению коллективных договоров краевым, областным комитетам. Например, с концессией «Берикульский рудник товарищества Штольценберга и наследников Яковлева» коллективный договор был заключен Сибирским краевым комитетом профсоюза горнорабочих14.

В письме главного управления акционерного общества «Лена Гольдфильдс Лимитед» J№ 1550 от 3 марта 1926 г. центральному комитету профессионального союза рабочих химической промышленности сообщалось о необходимости приступить к ведению переговоров по заключению коллективного договора на Полевском заводе управлению Уральской концессии с «Вашим Уральским отделом»15. Эта «инициатива» главного управления объяснялась твердой позицией центрального комитета, его постоянными напоминаниями администрации концессии о необходимости заключения договора.

Из переписки главного управления «Лена Гольдфильдс Лимитед» с центральным комитетом профессионального союза водников по проектам изменений к коллективному договору, подготовленных профсоюзом, мы узнаем, что материалы к перезаключению договора готовило и Витимское управление пароходства общества. После получения предложений и их изучения главное управление обещало незамедлительно сообщить ЦК о желательном сроке начала переговоров16.

В ходе переговоров обсуждались поправки, вносимые двумя сторонами. Если соглашения достичь не удавалось, то составляли протоколы разногласий. Договоры заключались сроком на 6-7 месяцев или на 1 год. Примечательно, что при подготовке коллективных договоров в отчетах профессиональных союзов можно было почерпнуть подробную информацию о штатном расписании на концессиях, материально-технической базе, оборудовании, санитарно-техническом состоянии, заработной плате рабочих и служащих, их жилищных условиях. Профсоюзы требовали подробно оговаривать в коллективных договорах порядок оплаты всех рабочих, в том числе и сезонных. Например, требовалось предоставлять авансы в размере тарифной ставки, выдавать поденным и временным рабочим зарплату не реже одного раза в неделю в точно установленные сроки, окончательный расчет с увольняемыми работниками производить без задержек, а при несоблюдении сроков выдачи заработной платы привлекать концессионеров к уголовной ответственности.

На собраниях рабочих и служащих отдельных концессий до обсуждения коллективных договоров представители руководящего состава пытались выдвигать такие условия, которые могли сорвать ведение переговоров. Например, на Зыряновском предприятии «Лена Гольдфильдс Лимитед» помощник управляющего Замбржицкий на заседаниях комиссии по ведению переговоров выступал против каждого пункта коллективного договора, настаивая на том, что на концессионное предприятие Кодекс Законов о Труде полностью не распространяется. Представитель концессионера агитировал рабочих вносить в профессиональный союз заранее невыполнимые требования по их увольнению, уговаривал подавать индивидуальные и групповые заявления о повышении зарплаты, обещая рабочим, что их заявления поддержат, и «они будут иметь больше успеха, чем переговоры союза с администрацией по заключению колдоговора»17.

Коллективный договор «Лена Гольдфильдс Лимитед», заключенный с центральным комитетом всесоюзного союза рабочих химической промышленности на срок с 1 марта 1926 г. до 1 января 1927 г., состоял из 11 разделов, 66 параграфов. Тарифное соглашение как приложение к договору охватывало более короткий период времени, всего 7 месяцев — с 1 марта до 1 октября 1926 г. В соглашении между концессионером и представителем работников Златопольским (представитель центрального комитета ВСРХ) были

определены условия труда и найма, не предусмотренные в коллективном договоре, условия распространения, внесение изменений и дополнений, срок действия и продление, пересмотр, регистрация и распространение коллективного договора, правила внутреннего распорядка, предоставление командировок.

Очень подробно в коллективном договоре были расписаны вопросы, регулирующие социально-трудовые отношения: преимущественный наем членов профсоюза, наем иностранцев, испытания вновь принятых рабочих, истечение срока предварительного испытания, массовые увольнения, увольнения выборных работников, компенсации при увольнениях, последствия несвоевременных расчетов с увольняемыми. Особое внимание уделялось определению тарифных разрядов, переводам из одного разряда в другой, тарифным ставкам, системе оплаты труда, выплатам заработной платы, работе во вредных производствах и в дни отдыха, оплате брака и простоев, неоконченных сдельных нарядов, сдельных работ длительного характера, сокращенного рабочего дня во вредных производствах.

11 из 66 параграфов коллективного договора «Лена Гольдфильдс Лимитед» были посвящены вопросам охраны труда: выдаче спецодежды, предохранительных приспособлений, нейтрализующих средств; выполнению гигиенических норм рабочих помещений и санитарных мероприятий; предоставлению дополнительных отпусков и компенсаций, жилья, лечебной помощи; оплате коммунальных услуг; недопущению к работе подростков и женщин; обеспечению семей умерших работников, больных и безработных.

Концессионер не выселял из квартир членов семей умерших работников, оставлял до конца учебного года их детей в школах или детских домах, выплачивал единовременное пособие не менее трехмесячной заработной платы умершего, уволенным работникам в течение 2-х месяцев после их увольнения гарантировал жилье, учебу. Все это было достигнуто благодаря последовательной и скрупулезной работе тарифно-экономического секретариата центрального комитета профессионального союза рабочих химической промышленности с представителями «Лена Гольдфильдс Лимитед».

Профсоюзы требовали включения в отчеты концессионных управляющих пункта о наличии коллективного договора, анализа его отличий от коллективных договоров аналогичных государственных предприятий. В социально-трудовых вопросах требования органов власти к иностранным предпринимателям были выше, чем к руководителям государственных предприятий. Выявленные нами материалы по заключенным коллективным договорам для рабочих водного транспорта на государственном предприятии «Лензолото», а затем после перевода этого предприятия в концессию «Лена Гольдфильдс Лимитед» — явное тому подтверждение.

Приведем примеры: деятельность профкомитета на «Лензолоте» финансировалась в меньших размерах, чем на концессии (соответственно 2 % и 3 % отчислений со всей суммы заработной платы рабочих и служащих); ставка 1 разряда на «Лензолоте» составляла

16 рублей. На «Лене Гольдфильдс Лимитед» профсоюз требовал ставку 1 разряда установить в размере 20 рублей18. То же касалось и предоставления отпусков. На государственном предприятии очередной отпуск для рабочих составлял 2 недели, на концессионном предприятии профсоюзы настаивали на большей продолжительности отпуска — 4 недели. Они выдвигали вескую причину — особые климатические условия, хотя до передачи предприятия в концессию о погодных условиях профработники предпочитали не вспоминать.

Жилищный вопрос органы профсоюза пытались решать также с помощью концессионера. Государственное предприятие «Лензолото» предоставляло рабочим только квартиры,

а от администрации «Лены Гольдфильдс Лимитед» в 1926 г. требовали строительства двух домов на 80 человек, двух бань и одной прачечной, более высокой оплаты проезда по грунтовым дорогам, чем на «Лензолото». Профсоюзы настаивали при заключении коллективного договора с концессионером на строительстве и содержании детских яслей, аренды 10 мест для рабочих в домах отдыха и 3 мест — в санаториях. У «Лензолото» такие обязательства отсутствовали.

Государственный трест принимал на службу 6 % подростков от общего количества работников, «Лена Гольдфильдс Лимитед» — 7 %. От концессионера требовали полностью взять на себя организацию и содержание школ фабрично-заводского ученичества, стипендиальную поддержку 10 учащихся в вузах и рабочих факультетах, «Лензолото» предоставляло помещения, оборудование, отопление, освещение, коммунальные услуги и сторожей для школ. Государственное предприятие на проведение культурно-просветительной работы выделяло 1 % с фонда заработной платы, концессионное должно было выделять З %, к тому же построить в г. Киренске за 1926 г. клуб вместимостью 600 человек, предоставлять другие помещения для проведения культработы и содержать их. «Лензолото» оказывало лишь «материальную поддержку культурно-просветительным учреждениям».

Заключению коллективных договоров на «Лена Гольдфильдс Лимитед» центральные комитеты профсоюзов уделяли пристальное внимание. В 1926 г. на 3-х закрытых заседаниях президиума ЦК союза горнорабочих обсуждался вопрос о перезаключении коллективного договора на указанной концессии. 11 июня 1926 г. член ЦК Галузин докладывал: «Переговоры затянулись. Больше того, и принимают характер разрыва, т. к. концессионер пока что отказывается от какой то бы ни было прибавки к действующей зарплате и стремится пункты, носящие материальный характер, урезать против существующего колдо-говора»19.

Руководство концессии настаивало на уменьшении отчислений профессиональному союзу на культурно-массовую работу (вместо 1,5 % отчислять 1 %), отказывалось перечислять средства на содержание школы, санаторно-курортное лечение и отдых рабочих. Их отказ был правомерен. После сдачи государственного предприятия в концессию (с октября 1925 г.) прибыль не увеличилась. Положения в коллективном договоре «Лензолото» в 1925 г., до перехода в концессионное пользование (договор действовал на концессии до июня 1926 года) были улучшены настолько, что требовать больше не представлялось возможным. Члены президиума осознавали, что требования к концессионеру были завышены. Переговорный процесс затягивался. И, тем не менее, президиум ЦК согласился лишь на небольшую уступку — продлить срок полномочий действующего договора на один месяц, а затем возобновить переговоры с уступкой по первоначально предъявленным требованиям.

При возникающих сложностях проведения колдоговорных кампаний вышестоящие профсоюзные организации требовали от районных и первичных организаций проявления твердости и жесткости и обращались за помощью в Главный концессионный комитет. Так, 17 декабря 1928 г. сотрудники ЦК профсоюза рабочих горнодобывающей промышленности в секретном письме просили ГКК «оказать всяческое возможное воздействие на общества («Кита Карафуто Секио Кабусики Кайся» и «Кита Карафуто Коогио Кабу-сики Кайся» — Т. Ю.) с целью побудить их к скорейшему перезаключению колдоговоров на приемлемой для союза базе»20.

Копии заключенных коллективных договоров после их регистрации отделами труда передавались центральными, окружными, областными комитетами профессиональных

союзов местным комитетам с сопровождающими письмами, в которых делались поправки, давались рекомендации. Низовые профессиональные организации — местные комитеты — правом самостоятельного ведения переговоров и заключения коллективных договоров с концессионерами не обладали. Они могли только паредлагать требования вышестоящим профорганами, которые не всегда их поддерживали.

Развитие взаимоотношений концессионеров с первичными, районными, областными профессиональными организациями всегда находилось в центре внимания центральных комитетов союзных органов. Несколько раз в 1927 г. члены президиума ЦК профсоюза рабочих горнодобывающей промышленности возвращались к обсуждению положения дел на концессии «Грузинский марганец». Вице-директор концессии «Грузинский марганец» Робинсон постоянно информировал Главный концессионный комитет о несогласованности действий с профсоюзами Грузии21, обсуждал вопросы заработной платы с председателем ВЦСПС М. Томским, настаивая на том, что предъявление грузинскими профсоюзами чрезмерных требований о повышении фонда оплаты труда на 25 % имеет неделовой характер.

Концессионер также не усматривал возможности ведения немедленных переговоров по заключению коллективного договора и просил отложить их на 2 недели. Его не устраивали «тон и характер», действия председателя профсоюза рабочих горнодобывающей промышленности Грузии Хведелидзе при обсуждении вопросов коллективного договора. Например, профсоюз не возражал против введения и применения сдельной оплаты труда на концессии, но документы не подписывал. Рабочие поддержали концессионера, местные профорганизации стали противодействовать, что привело к понижению производительности труда на предприятии.

Не устраивала концессионера «Грузинского марганца» непоследовательность профсоюзной организации рабочих горнодобывающей промышленности Грузии в реализации коллективно-договорной практики. Так, партнеры согласились провести «улучшения в части постановки медпомощи и снабжения спецодеждой», без повышения зарплаты рабочим22 и продлить прежний договор на год. Затем профсоюз, ссылаясь на существующий более низкий размер заработной платы рабочих на концессии по сравнению с государственными предприятиями, стал требовать немедленного продолжения переговоров на их условиях. Исключение составил пункт, касавшийся жилищного строительства: профсоюзы готовы были отложить переговоры на 2-3 недели. Такое отношение к иностранным предпринимателям дестабилизировало работу концессий.

Заместитель председателя ГКК А. Иоффе, заведующий отделом проведения договоров М. Ямпольский и управляющий делами М. Скороходов при подготовке в Совет Народных Комиссаров СССР подробных докладов о деятельности комитета отмечали «конфликты с профсоюзами, вызванные непомерными требованиями с их стороны, придирки местных властей»23 еще в 1924-1926 гг.

В архивных материалах Сибирского краевого комитета профсоюза горнорабочих СССР, тарифно-экономическом отделе Сибирского краевого совета профсоюзов хранится отчет за IV квартал 1925 г. концессионного предприятия «Берикульский рудник товарищества Штольценберга и наследников Яковлева», в котором автором обнаружены интересные материалы, касающиеся проблемы соблюдения интересов органов государственной власти при заключении коллективного договора с предпринимателем. В коллективный договор концессии были включены все типовые положения, имевшиеся в договорах государственных предприятий. При заключении коллективного договора 8 пунктов, имеющие

отношение к оплате труда, социальному страхованию, медицинской помощи, жилищным условиям концессионных рабочих, оказались спорными. С помощью третейского суда вопросы, вызвавшие трудности у концессионера, были разрешены в пользу профсоюза и рабочих24.

Ситуация в последующие годы не изменилась. 5 марта 1927 г. ЦК рабочих горнодобывающей промышленности СССР принимает решение о смягчении требований к концессионеру «Грузинский марганец», но отраслевой профсоюз Грузии не исполняет его, поэтому спустя 2 с лишним месяца, 26 мая 1927 г., ЦК повторяет аналогичное постановление, ссылаясь на его обязательное исполнение25.

Закрытое заседание 26 мая 1927 г. было посвящено перезаключению коллективного договора не только с «Грузинским марганцем», но и с японскими концессионными фирмами на острове Сахалин. С японскими концессионерами у профсоюзов разногласий по оплате труда, предоставлению коммунальных услуг рабочим автором статьи не выявлено.

На следующем закрытом заседании президиума ЦК союза горнорабочих СССР 3 июня 1927 г. обсуждался вопрос заключения коллективного договора на концессионном предприятии «Лена Гольдфильдс Лимитед». Членами ЦК было предложено предъявить концессионеру требование о повышении фонда зарплаты на 10 %, в случае несогласия концессионера, учитывая экономическое положение предприятия, продлить на 1 год действие настоящего коллективного договора без изменений. Такое решение было вызвано тем, что заработная плата на концессии повышалась ежегодно. И ее размер превышал стоимость бюджетного набора26.

Концессионеры, как и профсоюзы, имели право предъявлять свои требования. Так, иностранный предприниматель «Лены Гольдфильдс Лимитед» настаивал на увеличении количества обязательных выходов на работу и введении 7-часового рабочего дня для подземных рабочих, оплате коммунальных услуг профсоюзными работниками по повышенной цене, уменьшении выходного пособия при увольнении. На основании вышеперечисленных требований концессионера появилось необоснованное решение профсоюза о повышении зарплаты. Профсоюзные работники рассуждали, что если иностранный предприниматель не соглашается с их требованием, то ему следует отказать в его предложениях и продлить действующий договор.

8 июля 1927 г. на закрытом заседании президиума ЦК союза горнорабочих СССР повторно анализировались коллективные договоры концессий «Лена Гольдфильдс Лими-тед» и «Грузинский марганец». Члены президиума пришли к неутешительным выводам: «В нашей практике перезаключения колдоговоров с концессионными предприятиями имеют случаи предъявления союзом преувеличенных требований. Это ведет к дискредитации союза в глазах рабочих масс, так и концессионеров». На заседании постановили «считать необходимым, чтобы ОТЗ ЦК более тщательно проверял требования, выдвигаемые местными организациями»27.

27 августа 1927 года переговоры представителей ЦК союза горнорабочих СССР по перезаключению коллективного договора с «Лена Гольдфильдс Лимитед» — вновь в повестке заседания членов президиума ЦК. Переговорщикам было рекомендовано «остановиться на том, в чем достигнута договоренность, либо предложить перезаключение действующего договора»28.

ЦК отраслевых профсоюзов контролировали и переговорные процессы территориальных профсоюзных организаций с концессионерами. Так, 21 сентября 1927 г. на закрытом заседании ЦК обсуждались переговоры Дальневосточного краевого комитета профсоюза

рабочих горнодобывающей промышленности по перезаключению коллективных договоров на сахалинских угольной и нефтяной концессиях. Дальневосточным комитетом не было достигнуто соглашения об увеличении зарплаты на 7 % на угольной концессии. Концессионер настаивал на сохранении зарплаты в прежнем размере. Члены ЦК постановили: «Предложить Далькрайкому подписать колдоговор по угольной концессии на о. Сахалине в случае, если концессионер согласится увеличить зарплату на 5 %»29.

Проанализированные архивные материалы ЦК профсоюза рабочих горнодобывающей промышленности свидетельствуют, что сотрудники аппарата уделяли значительное внимание деятельности концессионных предприятий, неоднократно выносили для обсуждения вопросы на заседания, но не всегда такая опека давала эффективные результаты. Члены закрытого заседания президиума указанного ЦК 12 апреля 1928 г. после анализа хода переговоров Семипалатинского (Казахстан) районного комитета профсоюза горнорабочих с концессионером «Лена Гольдфильдс Лимитед» по перезаключению коллективного договора на Зыряновском предприятии пришли к неутешительному выводу, что «переговоры зашли в тупик».

На данном предприятии было занято несколько десятков рабочих. При проведении переговоров члены Семипалатинского райкома достигли соглашения с представителем концессионера — уполномоченным Шатиловским практически по всем вопросам, кроме одного — размера ставки 1-го разряда, от которого зависела заработная плата всех остальных рабочих. Концессионер не соглашался повысить оплату по первому разряду, его поддержало главное управление концессии в Москве. В связи с этим председатель ЦК С. Шварц и секретарь ЦК И. Кошкарев предложили на закрытом заседании президиума объявить на концессии «состояние конфликта» и уведомить ВЦСПС30.

Инициаторами переговоров, как упоминалось выше, являлись профессиональные организации. Однако на «Кита Карафуто Секио Кабусики Кайся» в 1928 г., когда еще не истек срок действующего коллективного договора, был представлен проект нового договора, подготовленный концессионером. При изучении архивного дела стала понятна «активность» иностранного предпринимателя. В проекте коллективного договора содержалось 97 параграфов вместо 64, т. е. было добавлено 33 новых параграфа. Но все дополнительные требования ухудшали условия труда работников концессии и противоречили советскому трудовому законодательству. Так, администрация предприятия включила пункт об использовании квалифицированных рабочих на неквалифицированных участках при временном отсутствии для них работы. Например, при использовании машиниста на землекопных работах оплата предусматривалась по тарифной ставке землекопа, а не по среднему заработку машиниста. Предлагаемые концессионером условия труда противоречили статьям 36 и 64 Кодекса Законов о труде. Также могли быть нарушены статьи 94-97 КЗОТа из-за того, что иностранный предприниматель предлагал не оплачивать труд работников с ненормированным рабочим днем в праздничные дни, предоставлять 42-часовой отдых в течение 1 месяца вахтовым рабочим вместо предпраздничных часов, выходных дней, «революционных и бытовых праздников»; компенсировать сверхурочные работы освобождением от работ на такое же время, что означало перевод с поденного на месячный учет рабочего времени31. Такая «активность» концессионера не встретила поддержку у профсоюзов разных уровней.

Проекты коллективных договоров центральные комитеты направляли на экспертизу в нижестоящие структуры профессиональных союзов. Однако проект коллективного договора концессии «Кита Карафуто Секио Кабусики Кайся», подготовленный

промышленным комитетом ЦК профессионального союза горнорабочих, без обсуждения на Пленуме районного комитета, в спешном порядке был переправлен в январе 1930 г. опять в ЦК. На наш взгляд, такие действия райкома профсоюза объяснялись формальной отпиской о завершении кампании по подписанию коллективных договоров. Основанием для такого вывода послужил обнаруженный архивный документ — сопровождающее письмо в ЦК к указанному проекту коллективного договора, в котором было указано, что в ряде районов концессии — Нутово, Катангли и Парамой — коллективный договор никогда не выполнялся и «общество (концессионер — Т. Ю.) вызывающе заявляет, что и не будет выполнять»32.

Пристальное внимание вопросам регламентации социально-трудовых отношений на концессионных предприятиях, деятельности профсоюзов уделял аппарат ЦК ВКП (б). При перезаключении коллективного договора на концессии «СКФ» в 1929 г. ЦК настаивал на выдвижении рабочими коллективных требований концессионеру, как-то: введение 7часового рабочего дня без снижения зарплаты, реализация мероприятий по охране труда, постройка клуба, отчисления на жилстроительство, передача средств, используемых предпринимателем для выдачи авансов рабочим, в кассу взаимопомощи33.

Для более широкого ознакомления рабочих с коллективными договорами их издавали в виде брошюр. Например, на концессионных предприятиях «Лена Гольдфильдс Лимитед»34 и «Г аммер»35 экземпляр коллективного договора выдавали каждому работающему.

От администрации «Мологолеса» советские органы власти требовали после регистрации коллективного договора в НКТ его выдачи каждому рабочему и служащему36. Администрация русско-германского воздушного акционерного общества «Дерулюфт» обязывалась в соответствии с § 28 коллективного договора отпечатать его в количестве, определенном совместно с ЦК профессионального союза рабочих транспорта37.

Постановка проблемы частно-государственного партнерства в годы НЭПа применительно к концессионным предприятиям показывает, что результаты такого исследования позволяют вскрыть особенности коллективно-договорной практики профсоюзов и концессионеров в регламентации социально-трудовых отношений, направленных на повышение жизненного уровня работников. Выяснение роли нормативно-правовых документов в улучшении условий труда и быта концессионных рабочих поможет сделать важные выводы практикам в развитии современной концессионной деятельности.

1 Шуликов М. Коллективный договор и как его заключать. М., 1926; Путятин А. Коллективный договор. М., 1927.

2 Иностранные концессии в СССР (1920-1930 гг.): Документы и материалы: В ??? т. / Под ред. проф. М. М. Заго-рулько. М., 2005. Т. II. (Отечественный опыт концессий). С. 545.

3 Рафаилова Т. К. Положение рабочих и классовая борьба на частнокапиталистических предприятиях в период нэпа (1921-1929 гг.) // Сборник работ кафедры марксизма-ленинизма. Труды Ленинградского технологического института имени Ленсовета. Л., 1958. С. 76-95; ПрисягинаН. А. Деятельность партийных и профсоюзных организаций на частных и госкапиталистических предприятиях страны в восстановительный период (1921-1925 гг.) // Вестн. Ленингр. ун-та. Вып. 4. 1970. № 20. С. 50-59; Антонова Л. И., Быкова С. Г. Коллективный договор на капиталистических предприятиях в первые годы нэпа // Правоведение. 1975. № 2. С. 89-100 и др.

4 Белоусов А. Е. Иностранные концессии Сибири и Дальнего Востока в годы нэпа (1926-1930 гг.): Автореф. канд. дис. Томск, 1979; Камынин В. Д. «Уральский рабочий» как источник о положении и борьбе рабочих на Алапаевской концессии (1920-1923) // Источниковедение истории классовой борьбы рабочих Урала. Свердловск, 1981. С. 20-32.

5Данильченко С. Л. Концессионная политика Советского государства в годы нэпа, 1921-1929 гг.: Дис. ... канд. ист.

наук. М., 2000; Коваль Н. И. Частное предпринимательство в промышленности Урала в годы новой экономической политики // Промышленность Урала в XIX -XX веках: Сб. научн. тр. М., 2002. С. 186-207.

6 ГА РФ. Ф. 5454. Оп. 8. Д. 117. Л. 6.

7 Там же. Ф. 5470. Оп. 10. Д. 93. Л. 225.

8 См.: Антонова Л. И., Быкова С. Г. Указ. соч. С. 100.

9 ГА РФ. Ф. 5470. Оп. 10. Д. 93. Л. 56-68 об.

10 Там же. Ф. 5459. Оп. 6. Д. 281. Л. 2.

11 Там же. Ф. 5455. Оп. 10. Д. 145. Л. 45.

12 Там же. Ф. 5470. Оп. 10. Д. 93. Л. 37-38, 43-46, 49-49 об.

13 Там же. Ф. 5467. Оп. 8. Д. 129. Л. 7-8.

14 Там же. Ф. 5459. Оп. 6. Д. 282. Л. 290-290 об.

15 Там же. Ф. 5470. Оп. 10. Д. 93. Л. 140.

16 Там же. Ф. 5455. Оп. 10. Д. 145. Л. 33.

17 Там же. Ф. 5459. Оп. 9. Д. 313. Л. 377.

18 Там же. Ф. 5455. Оп. 9. Д. 123. Л. 2-2 об.

19 Там же. Ф. 5459. Оп. 7. Д. 381. Л. 13.

20 Там же. Оп. 9. Д. 312. Л. 65 об.

21 ГКК при СНК СССР конфликты не разрешал, а переадресовывал в НКТ и профсоюзы. См.: Иностранные концессии в СССР... Т. II. С. 20.

22 ГАРФ. Ф. 5459. Оп. 7. Д. 381. Л. 121.

23 Иностранные концессии в СССР. Т. II. С. 199-210.

24 ГА РФ. Ф. 5459. Оп. 6. Д. 282. Л. 290-291.

25 Там же. Оп. 7. Д. 381. Л. 121.

26 Там же. Л. 134-139.

27 Там же. Л. 154.

28 Там же. Л. 171.

29 Там же. Л. 179.

30 Там же. Л. 220.

31 Там же. Оп. 9. Д. 312. Л. 64 об.

32 Там же. Л. 10.

33 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 85. Д. 15. Л. 22 об.

34 ГА РФ. Ф. 5470. Оп. 10. Д. 93. Л. 56-68 об.

35 Там же. Л. 21-36; Ф. 5455. Оп. 10. Д. 145. Л. 43-75.

36 Там же. Ф. 5467. Оп. 9. Д. 107. Л. 4.

37 Там же. Ф. 5454. Оп. 8. Д. 117. Л. 6.