Новый взгляд на норманнскую проблему (на материале каролингской империи)

ИСТОРИЯ

Вестн. Ом. ун-та. 2GG9. № 1. С. 36-44.

УДК 930

Г.К. Садретдинов

Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского

НОВЫЙ ВЗГЛЯД НА НОРМАННСКУЮ ПРОБЛЕМУ

Review on series of articles of A.V. Yakub devoted to the problems of Norman expansion during Carolingian epoch.

Ключевые слова: норманны, Каролинги, Франкская империя, дипломатические отношения.

В серии статей [1], посвященных до сих пор недостаточно изученному вопросу об обстоятельствах появления на политической карте Европы герцогства Нормандия, А. В. Якуб исследует этот вопрос качественно по-иному. Он рассматривает его с момента появления норманнов на исторической арене (последняя треть VIII в. - начало Х в.), т. е. до фактического возникновения этого княжества, сыгравшего столь значительную роль в судьбах Европы. Первая статья этого цикла

[2] посвящена возникновению норманнской проблемы и изучению деятельности администрации императора Карла Великого по ее решению. Автор рассматривает данный вопрос в тесной связи с общей внешней политикой Французского государства в период правления императора Карла (772-814). Он выделяет четыре направления этой внешней политики: западное против бриттов, заселивших Арморику; юго-западное против арабов Испании; восточное против аваров и славянских племен; северо-западное против племен саксонских. Борьба с саксами и западными славянами самым непосредственным образом затрагивала и скандинавский мир, прежде всего соседнюю Данию. Исследователь убедительно доказывает, что «к началу IX в. на северозападных и северо-восточных рубежах Франкской империи начинает складываться узел межгосударственных противоречий... Основными составляющими этого узла можно считать Франкскую империю, государство данов и родоплеменные славянские княжества» [3].

Война с саксами вынуждала Карла идти на развитие дипломатических отношений с датским конунгом Сигифридом. Это было тем более необходимо ввиду того, что руководитель саксонского сопротивления в период с 772 по 785 г. герцог Видукинд неоднократно находил убежище у датского короля Сигифрида. Автор констатирует: прибытие посольства от датского короля Сигифрида на генеральный сейм в Липширинге в 782 г. свидетельствует о том, что в развивавшейся европейской системе международных отношений «появился новый участник .датский конунг». И этот «участник» действует как равно-

© Г.К. Садретдинов, 2009

правный партнер, который отнюдь не склонен подыгрывать Карлу. Герцог Ви-дукинд в том же году тайно прибывает из Дании в Саксонию и начинает новое грандиозное восстание, а после поражения вновь находит убежище в Дании.

Отмечая 793 г. как принятый в европейской истории за точку отсчета в эпохе викингов, автор рассматривает попытки систематизации норманнской экспансии в историографической традиции. Он приводит хорошо аргументированные соображения Л. Мюссе по поводу периодизации норманнской экспансии. Эту периодизацию А.В. Якуб склонен считать качественной, «ибо деяния викингов (норманнов) исследовались с точки зрения качественного изменения их экспансии»

[4]. Качественную периодизацию Л. Мюссе оправданно предлагается объединить с пространственной, предложенной отечественным историком Г. С. Лебедевым, выделившим три зоны экспансий норманнов исходя «из условий и характера их военных действий». Затрагивает наш автор и проблему определения скандинавской активности в Западной Европе последней трети VIII - начала XI в. Оговариваясь, что эта проблема не является целью его исследования, он, тем не менее, в определении причин этой активности выделяет два уровня: цивилизационный и субрегиональный. Цивилизационный, вслед за А.Я. Гуревичем, определяется как последний этап исторической драмы, вызванной столкновением двух миров - варварства и цивилизации. Субрегиональный, по его мнению, определил три основных направления, на которых развивались действия трех скандинавских народов: норвежцев, датчан и шведов.

В статье отмечается любопытное совпадение - 799 г. знаменовал собой завершение саксонской войны, но в этот же год скандинавы впервые разоряли побережья Галлии. Вслед за французскими авторами Л. Мюссе и отечественным С. Лебеком А.В. Якуб полагает, что это были норвежцы, а базой их экспедиций были уже Британские острова. Признавая трудность в определении этнического состава этих первых скандинавских разбойничьих предприятий на побережье Французского государства, он отмечает, тем не менее, что датчанам, видимо, было не до того в связи с кончиной около 799-

800 г. конунга Сигифрида и приходом к власти нового конунга Годфрида. Естественно, междуцарствие - не лучшее время для военных авантюр, и следует согласиться с автором, что это, скорее всего, были норвежцы.

А. В. Якуб убедительно доказывает, что именно завоевание Саксонии обострило датско-французские отношения и чуть было не привело к военному столкновению 804 г. Внимательно анализируя хронику Эйнхарда «Жизнь Карла Великого», автор отмечает, что военная инициатива Карла в 808 г. носила вынужденный характер и свелась к поддержке франками союзного им славянского племени абодритов, в земли которых вторглись датчане. В ходе военных действий уже против самих франков в 810 г. датский конунг Годфрид имел определенный успех, на основании которого планировал серьезную войну с Франкской империей. Анализируя отрывок из сочинения Эйнхарда, А. В. Якуб переносит акцент с многократно приводимой в историографии похвальбы датского конунга о блестящих для него перспективах датско-франкской войны, из которой делался вывод о крайнем легкомыслии Годфрида, на два последних предложения этого пассажа. «Истинность его слав, хотя и пустых, не оспаривалась (никем). Скорее полагали, что он предпринимает нечто подобное». Наш исследователь первым указывает на свидетельство о том, «что угроза для империи носила вполне осязаемый характер» [5]. В доказательство своего тезиса он приводит незамедлительную реакцию самого Карла Великого, принявшего меры для обороны берегов своей страны. Словом, «современное» убийство Годфрида резко изменило ситуацию в пользу франков.

На взгляд А.В. Якуба, уже «конец VIII - начало IX в. только наметили основные контуры будущей агрессии». Он отмечает, что Карл Великий не только уловил нарастающую угрозу стране, но и принял меры для ее предотвращения. Уже при нем стали оформляться меры по взаимодействию со скандинавским миром: от переговоров и заключения мирных соглашений до вооруженного сопротивления. Но подлинная опасность была еще впереди.

Развитию вопроса о дальнейших взаимоотношениях норманнов и Каролингской империи А.В. Якуб посвящает исследова-

ние, тематически примыкающее к рассмотренному выше [6]. Отметив еще раз заслуги Карла Великого в осмыслении норманнской опасности и ее предотвращении, он переходит к изучению развития этой опасности и мерам, принимаемым его преемником Людовиком Благочестивым по борьбе с ней. Автор отмечает, что внешнеполитическая деятельность Людовика Благочестивого до сих пор не нашла надлежащего освещения, что приводит к искажению не только его личности, но и его упорной борьбы за сохранение единства и целостности империи. Он приводит малоизвестный факт о том, что воспользовавшись междоусобной борьбой за власть, продолжавшейся в Дании, император взял под свое покровительство бежавшего конунга Харальда, последний коммендировал себя в руки Людовика Благочестивого и начал войну с Данией под предлогом борьбы с оппонентами Ха-ральда. Хотя эта военная экспедиция была малоуспешной, налицо продолжение политики, намеченной Карлом Великим. В статье отмечается, что и в последующие годы император поддерживал Харальда против сыновей Годфрида. Не оставлен в стороне и обстоятельно исследованный автором вопрос о престолонаследии, который беспокоил Людовика Благочестивого уже в начале его царствования. Давая оценку знаменитым «Ordinato imperii», автор отмечает содержащуюся в нем «предпосылку для» последующего раздела страны в будущем.

Далее отмечаются события 820 г., которые рассматриваются в европейской историографии «началом целенаправленной политики вторжений со стороны скандинавских конунгов». С точки зрения развития предшествующих франкодатских отношений, по мнению автора, «это лишь один из эпизодов в их почти 30-летнем общении» - эпизод, который повлек за собой очередную проверку франкской обороны против вторжений с моря. Эта первая из известных морских экспедиций норманнов особого успеха не имела. Решая вопрос, откуда пришли эти викинги, автор склоняется к Дании, откуда были изгнаны на этот раз сыновья Годфрида.

Оправдан повышенный интерес автора к проблеме христианизации датских земель. Он отмечает крещение в июне 824 г.

Харальда и его близких, что превратило Харальда в первого датского христианского короля. Но особое внимание уделяется передаче части фризских земель Ха-ральду в качестве летнего держания. По мнению А.В. Якуба, это означало «попытку создания первой Нормандии на имперской земле», которая в будущем могла прикрывать имперские земли от вторжений из Скандинавии. Ниже освещается вопрос о попытках империи использовать начавшуюся христианизацию Дании в своих целях. Рассматривая изменившиеся политическое положение в Дании, т. е. кризис 827 г., автор убедительно вскрывает причины этого явления. Данией управляли в это время уже соправители, конунги Харальд и сын Годфрида Хорик. Харальд был вассалом Людовика Благочестивого, что формально вело к вассальной зависимости Дании от франкской короны. Однако Хорик в подобные отношения не вступал. По совершенно оправданному заключению А. В. Якуба, подобная ситуация для Дании становилась нетерпимой, ибо император мог потребовать признания вассальной зависимости Дании. Это и привело к тому, что конунг Харальд, а вместе с ним и христианская миссия навсегда покинули Данию. Подробно рассмотрена ситуация с Харальдом, который и в изгнании осознавал себя конунгом. Он, нарушив планы императора, сжег и ограбил «некоторые города данов», что вызвало ответные меры, вылившиеся в нападение на соседние франкские земли. Ситуация была разрешена посредством компромисса. Заключенный мир носил равноправный характер, Харальд же, превысивший свои полномочия, никакого наказания не понес. Согласно убедительному мнению автора, это свидетельствует о внутриполитических затруднениях императора, что вынудило сохранить «в отношениях и с Харальдом, и с данами состояние статус-кво».

В статье отмечается попытка конунга Хорика воспользоваться нараставшей нестабильностью империи и осуществить вторжение в ее пределы. Однако благодаря принятым своевременно оборонительным мерам конунг Хорик не решился на запланированную агрессию. Мир не был нарушен. Однако вскоре внутренние противоречия империи переросли в гражданскую войну, растянувшуюся почти на два

года, приведшую к временной детрони-зации Людовика Благочестивого и ослаблению администрированной системы. Естественным результатом этого, как справедливо констатирует автор, была активизация норманнов на границах Франкской империи. Первой целью нападения норманнов был Дорестад во Фризии. В статье приводится три причины, которые обусловили разгром этого поселения. Одновременно с флота разграбили важное в торговом отношении аббатство св. Филибера, располагавшееся на острове в устье Луары. Попытки восстановившего свою власть Людовика Благочестивого организовать оборону побережья на этот раз оказались недостаточно эффективными. География скандинавских вторжений поступательно расширяется. Продолжаются нападения норманнов как на северные, так и на южные рубежи империи. Автор статьи подчеркивает усилия императора по укреплению морских рубежей Франкского государства, в частности размещение во Фризии дополнительных воинских контингентов, которые должны были обеспечить оборону побережья. Однако меры эти были недостаточны и не смогли спасти население Фризии от новых нападений. Вновь норманны отправились к Дорестаду, жители которого, опасаясь нового разрушения, поспешили откупиться. «Так было положено начало так называемым датским деньгам», т. е. дани, которую платило норманнам местное население, спасаясь от грабежей и погромов, а позднее и целые королевства.

Отмечая относительно успешные действия императора Людовика по обороне страны, автор статьи в то же время указывает на провоцируемые им семейные раздоры и недальновидные действия по удовлетворению политических амбиций своих наследников. Констатируя, что подобные действия неизбежно вели к гражданской войне, автор уходит от рассмотрения вопроса о социальной эволюции франкского общества, сделавшей грядущий распад империи неизбежным. В конце статьи А.В. Якуб приходит к выводу, что император Людовик Благочестивый далек от расхожего о нем представления как о слабом и малоодаренном правителе. Он приводит многочисленные и убедительные примеры того, как этот государь стремится к сохранению относи-

тельно добрососедских отношений со скандинавским миром и в этом отношении следует в фарватере политики его отца, императора Карла Великого. Автор статьи находит внешнюю политику Людовика Благочестивого «как вполне результативную». Не оспаривая эти положения А.В. Якуба, уместно было бы сказать, что неудачи императора во внутренней политике во многом были обусловлены меняющимся социальным климатом франкского общества, а не только его родственными пристрастиями. Достаточно убедительны утверждения автора о том, что норманнская экспансия и грабительские вторжения викингов на территорию Франкской империи являются расхожим мифом последующей историографии, которая, если так можно выразиться, демонизировала образ норманнов. А.В. Якуб настаивает на «серьезной корректировке представлений об отношениях Каролингского общества со скандинавскими народами». Мысль любопытная, но нуждается в дополнительных доказательствах.

Третья статья А.В. Якуба, посвященная раскрытию сквозной темы франкского государства и норманнов, является самой большой по объему и самой обстоятельной по содержанию [7]. Это исследование начинается с констатации факта преемственности политики Карла Великого в правление его сына Людовика Благочестивого относительно добрососедских отношений со скандинавским миром и защиты внешних рубежей империи. Далее следует рассмотрение политических противоречий между наследником Людовика Благочестивого. Приводимый материал подвергнут тщательному, добросовестному анализу, что является характерной чертой исследовательской практики А.В. Якуба в целом. Автор отмечает, что и без того трудная сложившаяся внутриполитическая ситуация была осложнена новым вторжением норманнов. Справиться с этой нараставшей опасностью могла только сильная и единая, как в недавнем прошлом, императорская власть. Но такой власти в это время уже не было. Отметив саксонское восстание Стеллинга как фактор, осложнивший внутриполитическую обстановку в стране, автор пишет, что Людовик Немецкий, расширивший в этих условиях ленные держания

Харальда во Фризии, что открывало для Харальда возможность оказаться в центре событий по укреплению датских владений в этом районе, стремился использовать датчан Харальда для обороны фризского побережья. Однако это не помешало другим норманнам разграбить важный в торговом отношении порт Квентовик.

Автор отказывается от определения этнической принадлежности этих норманнов. Он отмечает, что нападения норманнов продолжались, а три внука Карла Великого между тем продолжали тяжбу по поводу раздела империи. В дальнейшем интерес автора концентрируется преимущественно на ЗападноФранкском королевстве, которое по Верденскому договору 843 г. досталось Карлу Лысому. Так, он отмечает активацию норманнской экспансии, начавшейся с 845 г. Весной этого года норманны разорили Париж, а за их отступление к океану Карл выплатил огромную компенсацию, что, как констатирует исследователь, «породили негативные оценки его поступка». В статье проводится мысль, что этот шаг западно-франкского короля был продиктован сложностью ситуации, в которой он находился. Однако, как признает автор, после выплаты дани ситуация отнюдь не улучшилась. Положительным было то, что король примирился с герцогом Бретани. Это произошло перед лицом общей опасности - норманнской агрессии. Между тем норманны разоряют не только побережье бывшей империи, но по рекам устремляются внутрь страны, где грабят население, прежде всего монастыри. Нужно учитывать ту роль, которую играли монастыри в экономической жизни раннего средневековья. В статье отмечается, что возросшая активность заставила Лотаря, Людовика и Карла задуматься о совместных действиях, что вылилось в отправлении совместного посольства к датскому конунгу Хорику с ультимативным требованием прекратить нападения. Похоже это посольство не имело успеха. Однако автор, справедливо выделяя то обстоятельство, что это была одна из последних попыток совместного противостояния после раздела империи, тут же подчеркивает, что в конечном счете Карлу Лысому приходилось самостоятельно отражать набеги норманнов. Представляет интерес мнение А.В. Якуба о «привыкании»

франкского общества к норманнским вторжениям, «переходе из явления экстраординарного в явление повседневной жизни» [8].

В качестве одной из основных причин активной деятельности норманнов приводится «разобщенность среди франкских монархов», и это не является новацией. Принципиально новым является то, что автор обращает внимание на «отсутствие центральной власти в датских землях», последнее позволяло конунгам-викингам произвольно проводить вторжения в земли соседей. Он констатирует установление относительно прочных связей датчан с некоторыми населенными пунктами бывшей империи, очевидно, если не взаимовыгодных, то хотя бы взаимоприемлемых, что свидетельствует о постепенном относительно мирном освоении норманнами некоторых местностей. В качестве примера приводится Руан. Очевидно, появляются «франкские норманны».

По мнению автора, именно в 50-е гг. IX в. «для западно-франкских земель начинается собственно эпоха викингов». А. В. Якуб самым детальным образом рассматривает действия различных норманнских отрядов, отпор, который пытается организовать Карл Лысый, в то же время не упуская из виду сложные взаимоотношения западнофранкских феодалов как между собой, так и с королевской властью. Как потенциально продуктивную отмечает автор попытку короля Карла бороться с норманнами посредством других норманнов, опереться в этой борьбе на церковь. Что же касается сельской местности, то здесь местные магнаты противостояли норманнам посредством сооружения укреплений. По мнению А.В. Якуба, это и привело к началу процесса «озамкования» в Западно-Франкском королевстве. Любопытен пример взаимоотношений Карла с Велундом, одним из норманнских предводителей, которого король нанимает для борьбы с другими норманнами. Случай этот детально рассмотрен в рецензируемой статье. Рассмотрев причудливые зигзаги деятельности Велунда, автор обнаруживает, что в конечном счете этот викинг вначале «совершил акт коммендации, включавший принесение военной присяги королю», а через некоторое время вновь появляется при дворе короля и

принимает крещение. Случай этот интересен для автора статьи тем, что именно на нем в 862 г. «в Западно-Франкском королевстве была впервые опробована процедура инкорпорации норманнского вождя в состав франкской аристократии» посредством последовательного акта коммендации и акта крещения. Он указывает, что «именно в такой последовательности в состав западно-франкской аристократии в начале X в. будет инкорпорирован знаменитый Роллон, основатель будущей Нормандии» [9]. Автора все это интересует как реальный факт оседания норманнов в Западно-Франкском королевстве и вхождения их вождей в состав франкской знати.

В тесной связи с рассмотренным находится анализ Питрского капитулярия, напрямую связанного с норманнской проблемой, предпринятый А.В. Якубом. Он отмечает признанный королевской властью факт оттока населения с левого берега Сены на правый, поскольку левый берег стал зоной активных действий норманнов. Далее констатируются усилия Карла Лысого укрепить обороноспособность страны. Так, Карл требует разрушения замков (саБ1е11а) и прочих укреплений, возведенных без его разрешения. Возникновение этих сооружений объяснимо потребностями обороны. Однако король, очевидно, был встревожен укреплением власти местных магнатов и, требуя вполне понятного с социальной точки зрения уничтожения этих укреплений, подрывал обороноспособность королевства. А.В. Якуб это требование предлагает «расценить вслед за Л. Мюссе как проявление близорукости Карла и его неспособности реально оценить ситуацию в норманнском вопросе» [10]. Вряд ли в этом случае можно с ним согласиться. Ситуация у короля Карла была сложная. Активизация действий норманнов была крайне опасной для страны и опосредованно для королевской власти. Активизация же действий франкских магнатов в отражении норманнской опасности вела к их усилению, зарождению сепаратизма и самым непосредственным образом угрожала королевской власти. Пример тому -деятельность графа Роберта Сильного, родоначальника династии Кинетингов, возвысившегося именно в ходе борьбы с норманнами и неоднократно упоминаемого в

статье в связи с борьбой с норманнами, феодальными мятежами и противостоянием королевской власти. Как представляется, дело не в «близорукости» Карла, а в стремлении обезопасить свою власть. Впрочем, А. В. Якуб и сам отмечает эту «дилемму - оборону страны или сокращение военно-политического веса аристократии», но уходит от характеристики социальной обусловленности непоследовательной и двойственной политики Карла Лысого. Ниже автор указывает на то, как в стремлении активного противодействия норманнам и с целью предотвращения конфликта между своим сыном Людовиком Заикой и графом Робертом Сильным король передает последнему «власть над Бургундией, а также графства Оксерруа и Нивернэ». Многозначительный и имеющий серьезные последствия акт. К сожалению, автор ограничивается лишь его констатацией.

Исследуя франко-норманнское противостояние 866 г., автор рассматривает очередное соглашение с пришельцами, которое предполагало выплату значительной дани, а также регулирует правовые отношения между франками и норманнами. Нельзя не согласиться с автором в том, что это лишний раз подтверждает факт постепенного оседания норманнов на западно-франкских землях, с чем королевская власть вынуждена примириться. Продолжался и процесс инфильтрации норманнов в состав франкского населения, о чем красноречиво свидетельствует разобранный А.В. Якубом пассаж Сен-Бертинских анналов [11]. Он извлекает из этого источника сведения о существовании среди норманнов трех стран, исходя из их «конфессиональной принадлежности: норманнов, уже принявших христианство; норманнов, готовых принять христианство, и норманнов, которые оставались верны традиционным формам вероисповедания», т. е. язычества. Однако попытка Карла, видимо переоценившего разобщенность норманнов на Луаре, вытеснить их и покончить с этой колонизацией успеха не имела.

В статье отмечены усилия Карла Лысого не только сохранить в полном объеме королевскую власть, но и приумножить ее посредством получения императорской короны, которой он в конечном счете добился в конце 875 г. Однако попытка это-

го короля, опираясь на полученный императорский титул, захватить Лотарингию после смерти своего брата Людовика Немецкого успехом не увенчалась. На этот раз германцы ее отняли в битве у Анде-риаха в 876 г. Вторжения норманнов по-прежнему беспокоят Карла. Осенью 876 г. норманны оказались в устье Сены. Автор обстоятельно разбирает версии источников относительно того, откуда они прибыли и кто их возглавлял, отвергая при этом версию о более позднем предводителе Роллоне. Дело окончилось выплатой дани. Это было последней акцией Карла, покинувшего этот мир в октябре 877 г. А. В. Якуб аргументированно константи-рует, что смерть императора-короля Карла Лысого подвела итог относительного единства как всей империи, так и Западно-Франкского королевства. По его мнению, царствование Карла Лысого было достаточно плодотворным, ибо он был незаурядным политиком и дипломатом. При нем был выработан достаточно успешный способ противостояния норманнским вторжениям - выплата «датских денег», собираемых с населения, чтобы откупиться от норманнов. Это позволило короне добиваться временных передышек для организации обороны.

Автор выделяет еще одно важное достижение дипломатии Карла - заключение так называемых полевых миров с предводителями норманнских дружин, которые постепенно оседают в королевстве и оформляют единое политико-правовое пространство. Выделяет он и еще одно важное достижение социализации норманнов в период правления Карла Лысого, а именно поощряемую христианизацию части норманнов. Неофиты получали от короны определенное вознаграждение. Исследователь вопроса не исключает и земельных пожалований. Естественно, это не могло предотвратить вторжений норманнов. Более того, они стараются осесть там, где находят нужным. Несомненной заслугой автора является то, что он исследовал начальный этап этого процесса и выделил на рубеже последней четверти IX в. три наиболее «вероятных места скандинавской колонизации: устья Шельды, Сены и Луары - три потенциальные «Нормандии», каждая из которых могла стать в дальнейшем знаменитым Нормандским княжеством» [12].

Судьба этих политических образований рассматривается в четвертой и последней статье А.В. Якуба, завершающей интересный и содержательный цикл исследований, посвященный изучению проблемы эволюции норманнского проникновения в Западно-Франкское королевство [13]. Автор отмечает, что в кратковременный период правления сына умершего короля - императора Людовика Заики (877-879 гг.) - произошло укрепление его личной власти и норманская проблема ненадолго утратила свою остроту. Но ситуация изменилась в связи с обострением борьбы за трон Западно-Франкского государства, и это открыло новые возможности для активизации действий норманнов, которые разграбили Брабант, Фландрию, Артуа, взяли Гент, где и остановились на зимовку. Автор выявляет, что один из норманнских отрядов возглавлял некий Гатфрид, «король данов», и на этом основании предполагает, что основную массу норманнов, действовавших на территории будущих Нидерландов, территории, примыкавшей к Западно-Франкскому королевству, составляли даны. На этом основании он довольно убедительно предполагает «датскую версию» возникновения Нормандии.

Автор обстоятельно рассматривает борьбу, которую с переменным успехом ведет король Людовик III, сын Людовика Заики с норманнами, но отмечает, что основные военные действия зимы-весны 881-882 гг. велись на территории Восточно-Франкского королевства и успех был в этом на стороне норманнов. Далее автор анализирует материалы Ведастинских анналов и буквально по крупицам реконструирует ход событий: трагическую гибель короля Людовика III 5 августа 882 г., активизацию действий норманнов и временное отражение их натиска Карлома-ном, братом Людовика III, очередные переговоры с норманнами о выкупе, военные успехи короля Карломана и его случайную гибель.

На основании анализа тех же Веда-стинских анналов рассматривается попытка императора Карла Толстого, правителя Восточно-Франкского королевства, объединить свое королевство с Западно-Франкским, восстановить единство империи посредством восшествия на вакантный престол. Карл Толстый принял корону Запад-

но-Франкского королевства. Единство империи было восстановлено, но из фактов, приводимых автором статьи, очевидно, что чисто внешне. Ярким примером этого служит позиция знати ЗападноФранкского королевства, недостаточно активно отозвавшейся на призыв императора к борьбе с норманнами. И, напротив, летом 885 г. население королевства по инициативе местной аристократии самоорганизуется для борьбы с очередным вторжением норманнов. Однако всерьез помешать норманнам не удалось. В ноябре 885 г. норманны осадили Париж. Осада продолжалась всю осень и зиму 885-886 гг. Автор статьи рассматривает лишенную героизма оборону Парижа, во главе которой стояли представители местной знати епископ Гацулин и граф Одо, старший сын графа Роберта Сильного. Что же касается императора Карла Толстого, то он решил оказать помощь осажденному Парижу лишь спустя восемь месяцев. Норманны отступили, и воинство императора вступило в Париж. Однако после этого он начинает переговоры с норманнами и заключает мир ценой уплаты выкупа. По оценке автора статьи, престиж императора был подорван этим актом. Пытаясь создать себе опору в лице Робертинов, он передает графу Одо Парижскому все владения в Западной Нейстрии. Следует согласиться с автором, который справедливо полагает, что Карл Толстый подобными действиями «лишь создал себе весьма опасного конкурента в королевстве». Характерно, что норманны никуда уходить не собирались, не собирались они, по всей видимости, исполнять и условия соглашения и продолжали разорять земли королевства. В статье приводится констатация этого факта в Ведастинских анналах относительно событий 887 г.: «Норманны по своей привычке бродили до Сены и Луары»

[14].

Кратко остановившись на трансформациях государственной власти в бывшей империи, А.В. Якуб указывает на то, что власть графа Одо Парижского в большей части Нейстрии была неограниченной. Всходила звезда будущей династии Капе-тингов. Между тем активность норманнов не сокращалась, она даже усилилась в связи с изменением социально-политической ситуации в стране. Смерть импе-

ратора Карла Толстого привела к обострению междоусобной борьбы между различными аристократическими кликами. В результате этой борьбы Одо Парижский, герцог Нейстрии, в феврале 888 г. был помазан на царство. Автор отдает должное энергии нового короля, разгромившего отряд норманнов на реке Эна-при Монфонконе, что, в свою очередь, способствовало упрочению его власти.

Тем не менее, норманны продолжали разорять земли Западно-Франкского королевства, что вынуждает короля Одо прибегнуть к предупредительным мерам. В статье акцентируется внимание на нарастающей мощи норманнских отрядов, что предопределило оборонительную тактику Одо на протяжении 889-890 гг. В следующем году Одо и король ВосточноФранкского королевства Арнульф с переменным успехом боролись с новыми вторжениями норманнов. Но если Ар-нульфу сопутствовал успех, то Одо потерпел поражение. Вскоре в ЗападноФранкском королевстве началась борьба за престол. Определенная часть светской и духовной аристократии возвела на трон Карла, внука императора Карла Лысого (будущий Карл Простоватый). Предлогом этого акта, очевидно, были легитимные настроения части франкских магнатов, причины же, конечно, носили более прагматический характер. В стране разразилась трехлетняя гражданская война. Именно эта гражданская война, а «также изменение ситуации на Британских островах» заставили часть норманнов, констатирует автор, отправиться к берегам Франкии. Автор не расшифровывает, что он имеет в виду «под изменением» ситуации на Британских островах. Будет уместным предположить, что речь идет об активных действиях англосаксонского короля Альфреда Великого против датской экспансии.

С новым натиском норманнов с переменным успехом борются Одо и юный король Карл Простоватый. Автор отмечает дипломатический успех короля Карла: в результате переговоров к его двору прибыл вождь норманнов Хундео и принял крещение. И хотя это не дало ощутимых результатов, Карл, по мнению автора, создал прецедент в своей политике по отношению к норманнам. В этой связи будущий договор с еще одним норман-

ским конунгом Роллоном уже не выглядит как что-то из ряда вон выходящее [15]. В статье отмечаются усилия Одо по предотвращению грабежа страны норманнами посредством денежного выкупа, попытки косвенным образом использовать норманнов в своих видах. Но эта энергичная деятельность была прервана его кончиной.

В конце статьи говорится об усилиях уже Карла Простоватого по предотвращению норманнской опасности. Заканчивая анализ текста Ведастинских анналов, А.В. Якуб приходит к выводу, который логически вытекает из последовательного повествования всего цикла рассмотренных статей. За время многолетнего противостояния изменились сами норманны. В Х в. и каждый из магнатов, и сам король Карл Простоватый должны были решать проблему самостоятельно с учетом того, что ситуация качественно изменилась. С 40-х гг. IX в. (автор проследил этот процесс в своих статьях), «приходит

стремление норманнов прочно осесть на части каролингских территорий, начав планомерный процесс их колонизации» [16]. Отсюда с неизбежностью вытекает закономерность возникновения герцогства Нормандии. Автор доказал, что оно должно было возникнуть не только из-за развивающегося распада франкской державы, но и как результат социально-куль-турной эволюции самих норманнов. При этом он ничего не говорит о возникновении герцогства Нормандии в период правления короля Карла Простоватого. Он просто искусно подводит читателя посредством изложения строго выверенных фактов к неизбежности этого важного политического события.

Необходимо отметить весьма представительный корпус источников каролингской эпохи, великолепно представленный в статьях А.В. Якуба. Поражает четкая, филигранная исследовательская работа над столь трудными для истолкования источниками, как Фульдские анналы, Сен-Бертинские анналы, Ведастин-ские анналы, и иными документами эпохи. Все выдвинутые положения доказаны и хорошо аргументированны. Великолепно выстроенная логическая связь явлений приводит к уже рассмотренному выше, кратко сформулированному выводу. Высказывает уважение стиль рассмотрен-

ных исследований. Они написаны хорошим, рассчитанным на грамотного читателя языком. Хочется пожелать А.В. Якубу дальнейших успехов в его исследовательской практике и подготовке новых столь же содержательных исследований.

ЛИТЕРАТУРА

[1] См.: Международные отношения: теория, исто-

рия, практика. Омск, 2005; Исторический ежегодник. Омск, 2005, 2006, 2007.

[2] Якуб А.В. «Датский вопрос» во внешней полити-

ке Карла Великого // Международные отношения: теория, история, практика. Омск, 2005. С. 44-62

[3] Там же. С. 47.

[4] Так же. С. 50.

[5] Там же. С. 59.

[6] См.: Его же. Людовик Благочестивый и норманны: проблема взаимоотношений // Исторический ежегодник. Омск, 2005. С. 40-58.

[7] См.: Его же. От Франкской империи к ЗападноФранкскому королевству: Карл Лысый и норманнская проблема // Исторический ежегодник. Омск, 2006. С. 4-48.

[8] Там же. С. 19.

[9] Там же. С. 32.

[10] Там же. С. 35.

[11] См.: Аппа!еБ Вегйшаш, Б.а. 873. Р. 194-195.

[12] См.: Якуб А.В. От франкской империи к Западно-Франкскому королевству. С. 47.

[13] Его же. «Норманнский фактор» во внутриполитической борьбе в Западно-Франкском королевстве в последней четверти IX в. // Исторический ежегодник. Омск, 2007. С. 24-44.

[14] Там же. С. 36.

[15] Там же. С. 41.

[16] Там же. С. 43.