Рынок безраздельных рульфов

К концу июня российский юридический рынок можно смело назвать рынком рульфов (Russian legal firm). Спецоперация на Украине привела к массовому исходу ильфов (International legal firm) из РФ и началу глобальной трансформации структуры юридического бизнеса. Впрочем, иногда уход зарубежного бренда на деле был лишь «сменой оболочки», под которой команда оставшихся российских юристов продолжила оказывать своим клиентам услуги. Между тем в воздухе повис целый ряд вопросов: вернутся ли ильфы, смогут ли российские юрфирмы заместить их, станет ли юридический рынок РФ более конкурентным. “Ъ” поговорил со старыми и новыми рульфами об их собственном будущем.

Фото: Андрей Махонин, Коммерсантъ

Начало трансформации

С одной стороны, юристы пытаются работать как раньше. «Наш рынок после февраля делает вид, что он не изменился: продолжаются какие-то профессиональные ивенты, конференции, идет работа, которой, кстати, стало намного больше. Но это, на мой взгляд, далеко не всегда умело надетая маска нарочитой бравады, под которой иногда скрывается растерянность и непонимание, что же делать дальше и что делать в принципе»,— говорит старший партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Валерий Зинченко.

«В отличие от многих других сфер жизни, юридические фирмы всегда довольно быстро реагируют на изменения. Это обусловлено тем, что юриспруденция в России — достаточно закаленный законодателями институт, это наиболее динамично меняющаяся сфера деятельности. Юристы за последние 30 лет привыкли жить в состоянии "бурлящего потока"»,— указывает заведующий бюро адвокатов «Де-юре» Никита Филиппов. Он отмечает, что компании, ориентированные на внутренний рынок, претерпели значительно меньше изменений, чем те, основную клиентуру которых составляли иностранцы.

С другой стороны, не замечать глобальных изменений уже невозможно — в сфере консалтинга, в том числе юридического, уход из РФ крупных иностранных фирм произошел быстро и почти одновременно. «Рынок услуг, как и реальный сектор, переживает масштабную трансформацию. Зарубежные санкции, экономическая и правовая неопределенность — все это подтолкнуло некоторые иностранные бизнесы уйти из России»,— констатирует управляющий партнер ALUMNI Partners Николай Вознесенский. Управляющий партнер адвокатского бюро КИАП Андрей Корельский сравнивает происходящее с «ускоренным курсом импортозамещения»: «Национализация элит российского юридического рынка сейчас в самом разгаре. То, что не удалось "ястребам" по выдавливанию иностранного консалтинга через различные проекты реформ за последние десять лет (в том числе по адвокатской монополии), где ильфам места на российском рынке почти не оставалось, сделала спецоперация за пару месяцев, причем кардинально».

В результате «российский рынок юридических услуг, который с самого начала был сформирован при самом активном участии международных юридических фирм, впервые становится рынком национальных фирм», подчеркивает Николай Вознесенский. «Мы видим, что на фундаменте заявивших о своем уходе ильфов вырастают новые компании,— отмечает управляющий партнер "Пепеляев Групп" Сергей Пепеляев.— Они, с одной стороны, лишились яркого международного бренда, но, с другой стороны, больше не ограничены политикой штаб-квартиры, а значит, готовы работать с подсанкционным бизнесом».

Впрочем, по его словам, часть компаний, организованных из бывших ильфов, не скрывает своих связей с материнскими компаниями, придерживаясь «политики отказа от работы с российским госсектором». Управляющий партнер «Арбитраж.ру» Даниил Савченко тоже указывает, что уход ряда ильфов был скорее «декларативным», поэтому «пока тектонических сдвигов не случилось». По его мнению, наблюдаемый процесс в целом и характерное для него «несоответствие формы содержанию», являются «закономерным итогом событий, начавшихся еще в 2014 году, поэтому какой-то критической динамики в ближайшее время предвидеть не получается».

«Команды, оставшиеся на юридическом рынке после уходов "ильфов", сейчас формируются тремя основными способами: деятельность через т.н. "реферальное партнерство" (как это сделали мы в рамках соглашения о долгосрочном сотрудничестве уже между независимыми фирмами), через Russian desks из других юрисдикций, либо через создание независимых компаний без реферальных соглашений на базе команд экс-ильфов»,— говорит старший партнер, глава практики разрешения споров и расследований LEVEL Legal Services Алексей Дудко.

«Ильфы в смысле офисов иностранных фирм, наполненных иностранными юристами, консультирующими по иностранному праву, давно перестали существовать — к концу 2010-х большинство успешных ильфов стали работать вполне автономно, силами локальных партнеров и команд. Другое дело, что с уходом иностранного бизнеса меняется количество и качество клиентов»,— рассуждает управляющий партнер юрфирмы Lidings Андрей Зеленин. Он считает, что это «лишь начало трансформации» юррынка, поэтому осторожен в оценках и прогнозах: «Как минимум надо дождаться реакции отраслевых регуляторов — получим ли мы новый повод для закручивания гаек или происходящее станет шансом выстроить регулирование профессии с чистого листа».

Судьба бывших ильфов

Уход с рынка ильфов российские юристы оценивают неоднозначно. «Еще задолго до текущих событий в начавшейся дискуссии о «локализации» юридического рынка, когда власть только ставила вопрос о необходимости упразднения иностранного консалтинга в России, нам было очевидно, что возможный уход из страны зарубежных юридических фирм — это однозначно плохо»,— подчеркивает Валерий Зинченко. С ним согласен управляющий партнер адвокатского бюро «Бартолиус» Юлий Тай: «Ильфы были важной составляющей рынка, поскольку задавали своей работой высокую планку, которой почти достигли и многие отечественные юридические структуры».

При этом выход значительного количества участников, тем более сильных его представителей, с рынка господин Тай считает «вредным», но не видит в этом «никакой драмы», так как «подавляющее большинство юристов остались в стране и продолжат свою работу». Валерий Зинченко в этом плане более пессимистичен, указывая, что «наш российский рынок права слишком молод», а «иностранный консалтинг — это колоссальный опыт, знания, навыки и компетенция», у которого можно и нужно учиться. «Теперь же с уходом из РФ зарубежных юрфирм станет не проще, как многие думают, а тяжелее — профессионально равняться можно будет только на своих. А это дает абсолютно ложное ощущение, что ты уже всего достиг и все умеешь»,— предостерегает господин Зинченко.

Тактику уходящие ильфы выбирают разную. Так, уточняет Андрей Корельский, одни игроки полностью уходят с рынка, сокращая персонал и закрывая офис, другие же создают российское юрлицо с новым брендом, но со старыми связями, клиентами и персоналом. Как следствие, на рынке уже появились новые российские юридические бренды. «Некоторые из них, например наша фирма ALUMNI Partners, представляют уже сложившийся коллектив, работавший ранее как офис международной юридической фирмы (имеется в виду BCLP Russia.— “Ъ”),— рассказывает Николай Вознесенский.— Другие созданы партнерами из разных компаний. Есть и третьи, которые релоцировали сотрудников за рубеж и продолжают оказывать услуги оттуда».

Некоторые иностранные компании пока остались, но прогнозировать на долгосрочную перспективу их работу на российском рынке сейчас трудно, говорит управляющий партнер You & Partners Евгения Зусман. Например, уточняет она, остались Mazars (французская аудиторская и консалтинговая компания), Beiten Burkhardt и Roedl (немецкие аудиторские и консалтинговые компании).

Впрочем, по словам Андрея Юкова, некоторые международные юридические фирмы, которые уверяют, что ушли из РФ, просто переоформили российские офисы на партнеров: «Одни поменяли название компаний на схожее, другие вообще оставили прежнее, но как только санкции будут сняты, все вернется на круги своя». Даниил Савченко тоже указывает на «мимикрию некоторых ильфов под российские юрфирмы с сохранением штата и бизнес-практик прежнего игрока на рынке». Наибольший дискомфорт, по его словам, испытали юридические фирмы, связанные непосредственно с Украиной, «но в итоге и им, насколько нам известно, удалось сохранить с коллегами формат best friends, пусть и неформализованный».

Конкуренция старых и новых рульфов

По мнению большинства юристов, уход ильфов может обострить конкуренцию в юридической сфере и повлиять на ценообразование. «Осенью мы увидим, действительно ли процесс исхода иностранных брендов невозвратим. Уже сейчас рынок стал более конкурентным: преград стало меньше из-за отсутствия деления на российских и иностранных консультантов, появилось больше игроков, борющихся за одних и тех же крупных клиентов»,— говорит Николай Вознесенский. Партнер BGP Litigation Дмитрий Базаров считает, что уход международных игроков открывает для российских консультантов новые возможности для работы, а ужесточение конкуренции между старыми и новыми рульфами «будет способствовать развитию рынка юридических услуг».

Российские команды ильфов по большей части остались на рынке, поэтому конкуренция никуда не делась, признает и Денис Архипов. Другой вопрос, продолжает он, удастся ли новым рульфам сохранить свою ценовую нишу в отсутствие бренда и ресурсов материнской фирмы. «Нельзя исключать, что уход ильфов, а также нарастающий экономический кризис могут обострить ценовую конкуренцию на рынке и оказать существенное давление на уровень цен»,— добавляет господин Архипов. «Безусловно, указание на стартовой странице компании на крутой ILF, выходцем из которого является новорожденная фирма, создает определенный кредит доверия. Но в то же время маркетинг придется настраивать заново и заново попадать в рейтинги»,— добавляет госпожа Зусман.

Господин Зинченко полагает, что ильфы, которые передали управление российским партнерам и сменили название, не смогут стать полноценной заменой «настоящим ильфам», ведь «клиенты часто приходили именно на западный бренд и историю фирмы, а не на конкретных, пусть даже профессиональных, топов». Однако он уточняет, что «традиционно ильфы никогда не были очень сильны в таких специфических российских отраслях, как уголовное право, банкротство и корпоративные конфликты — в них, безусловно есть потенциальная точка роста для рульфов».

Юлий Тай полагает, что «новые рульфы», переродившиеся из ильфов, «в своем новом обличии, скорее всего, будут оказывать юридические услуги приблизительно такого же качества, как и ранее». При этом Николай Вознесенский напоминает, что консультация по иностранному праву требует соответствующей квалификации: «Останутся ли такие специалисты работать в рульфах или будет развиваться кооперация между российскими и иностранными фирмами — это вопрос».

«Я убежден, что российские юридические фирмы способны полностью заместить уходящие ильфы. Во многих рульфах, как, например, в ЕПАМ, давно работают юристы, допущенные к иностранной практике, которые могут оказать поддержку в Москве по английскому праву или праву ЕС»,— указывает Денис Архипов. За 30 лет своего существования рульфы набрались опыта, компетенций, экспертизы, улучшили свою корпоративную культуру и уровень сервиса и в этом плане могут даже иметь преимущества перед ильфами «с учетом понимания особенностей национального рынка», уверен и Сергей Пепеляев. Кроме судебного представительства в международных арбитражных спорах и помощи с международной финансовой отчетностью, Руслан Коблев не видит «явного преимущества ильфов перед рульфами». «И даже в указанных сферах не ожидаю серьезных проблем, так как, во-первых, в современных условиях количество таких кейсов будет уменьшаться, а во-вторых, с ними справятся или переродившиеся из ильфов рульфы, или уже их зарубежные коллеги»,— добавляет он.

Выжидание и адаптация

Ожидания к концу года у юристов довольно сумбурные, но в целом они настроены оптимистично. Впрочем, остаются и проблемные моменты. Так, взаимодействие с иностранными коллегами, указывает Юлий Тай, происходит сейчас очень тяжело, поскольку «токсичность российских физических и юридических лиц весьма высока». С ним согласно большинство опрошенных юристов.

Денис Архипов рассказывает о случаях отказа иностранных юрфирм (особенно английских) от работы на российских клиентов, «даже если они не в санкциях и не являются PEP (politically exposed person — "политически значимое лицо".— “Ъ”)». Сергей Пепеляев говорит, что некоторые ильфы повели себя непрофессионально и неприемлемо по отношению к своим российским клиентам: «Многие компании оказались брошенными на середине сделок или в идущих судебных процессах. Клиенты в ужасе пытались найти консультантов, которые бы за несколько дней включились в проект или суд». «Тем не менее нельзя сказать, что так поступают все иностранные юристы. Годами наработанные связи, сложившаяся сеть best friends позволяют находить профессионалов в разных юрисдикциях, которые готовы защищать права российских клиентов, несмотря на геополитический шторм»,— подчеркивает господин Архипов.

В любом случае ближайшие три месяца, по мнению Андрея Зеленина, будут «временем выжидания и адаптации». «Не думаю, что стоит ожидать тектонических сдвигов до начала нового делового сезона в сентябре. Самый существенный риск — эскалация конфликта и перевод экономики на военные рельсы. Но я оптимист и надеюсь, что к концу года мы придем в состояние большей определенности»,— говорит он.

«Процессы трансформации еще не завершились ни с точки зрения создания новых фирм, ни переходов юристов и команд в уже существующие: более четкие очертания рынка мы увидим к концу года»,— ожидает Сергей Пепеляев. К этому времени, полагает Денис Архипов, «стихнет рябь на воде, вызванная уходом ильфов, все более или менее устаканится». Юлий Тай предполагает, что главным трендом до конца текущего года будет «продолжение процесса почкования, атомизация юрфирм, поскольку такой процесс позволяет максимально сокращать постоянные затраты».

«Хотя предсказать, какие из новых юридических фирм смогут удержаться на плаву, сейчас очень трудно; на мой взгляд, выживут те, кто сможет оперативно адаптироваться к постоянным изменениям, ведь горизонт планирования ежедневно сокращается и решения надо принимать быстро»,— заключает господин Вознесенский. «Уже очевидно, что рынок будет иным,— резюмирует партнер АБ "Андрей Городисский и партнеры" Алексей Городисский.— Как оптимист, я вижу светлое будущее, в котором всем профессиональным участникам, имеющим давно сформированную на рынке высокую репутацию, найдется место. Но до этого счастливого момента длинный и непростой путь, который всем нам предстоит пройти».