Из верований тюркоязычных народов Дагестана

№ 3 (46), 2012

"Культурная жизнь Юга России"

О. И.КАЗАКБИЕВА ИЗ ВЕРОВАНИЙ ТЮРКОЯЗЫЧНЫХ НАРОДОВ ДАГЕСТАНА

Автор характеризует ряд посвященных описанию небесных светил и явлений природы мифов и легенд, связанные с ними традиции и обычаи.

Ключевые слова: языческий пантеон народов Дагестана, персонификация природы.

Реликты домонотеистических верований, в частности персонификация небесных светил и атмосферных явлений, занимали важное место в духовной культуре тюркоязычных народов. Дагестанцы считали наиболее древними божествами Солнце и Луну. В кумыкском предании «Месть Солнца» и в фольклоре карачаевцев и балкарцев Солнце является женой (невестой, возлюбленной) Луны; ногайцы называли это светило то сестрой Луны, то ее братом, Луна же считалась небесной сестрой Солнца [1]. Сложнее представления дагестанских азербайджанцев: жители с. Арак утверждают, что Солнце - брат, а Луна его сестра; жители с. Цанак, наоборот, что Солнце - сестра, а Луна ее брат; в селениях Зиль и Дарваг говорят, что это брат и сестра, не указывая, кто из них кто или не связывают светила кровным родством: Солнце - девушка, Луна - юноша. Такой же вариант мифологических представлений бытует в с. Ерси. Иногда наоборот: Солнце представляют юношей, Луну - девушкой (с. Зиль), которые «друг за дружкой гоняются» (с. Дарваг, с. Зиль) [2].

Многообразны этиологические мифы, объясняющие яркость и жгучесть солнечных лучей, наличие пятен на лике луны. У кумыков сохранилась такая легенда: «Солнце было красивой девушкой, а Луна - юношей. Они были сосватаны. Как-то раз юноша пришел к своей девушке и застал ее за работой - она мазала земляной пол веранды особой серой глиной. Жених начал с ней шутить. Девушка очень рассердилась. Она бросила ему в лицо кусок грязной овчины, которым мазала пол, а сама убежала, превратившись в Солнце. Юноша, превратившись в Луну, пустился в погоню за ней. До сих пор Луна не может догнать Солнце и наказать его. Пятна, которые видны на Луне, - это следы глины» [3].

Иное предание приводит М. Б. Гимбатова: «Солнце и Луна в представлениях ногайцев особенно тесно связаны друг с другом. Даже при акте творения они были созданы совершенно одинаковыми, так что их нельзя было отличить одно от другого, и Богу пришлось соскоблить часть света от месяца и прибавить его Солнцу. С тех пор и остались пятна на Луне, а там, где особенно усердно скоблили, остались морщины» [4].

Немало легенд об этом есть и у дагестанских азербайджанцев. Согласно одной из них, Солнце будто бы сказало: «Я такое красивое, и чтобы меня не сглазили, я поднимусь высоко-высоко и буду колоть иглами в глаза тех, кто будет на меня смотреть» (с. Дарваг). По иной версии Луна из зависти воткнула в Солнце иголки, и теперь оно слепит людей (с. Зиль).

О пятнах на Луне в селе Арак рассказывают так: раньше Луна светила ярче, и Солнце обмазало ее грязью, чтобы сделать тусклее (вариант: защитить от сглаза). В другом предании брат Луна якобы сказал сестрице Солнцу: «Ты выходи светить после меня днем, так как ночью можешь испугаться». Однако сестрица не хотела уступить брату и, обидевшись, обмазала его куском овчины, выпачканной черным мелом (с. Цанак). По третьей версии (с. Зиль) виновницей считают и другую девушку, сестру юноши-Луны, которая из зависти, что красавица Солнце влюблена в ее брата, заляпала его грязью.

Некоторые мифы близки к элементам христианской символики: раньше Луна и Солнце были одним светилом, но архангел Джабраил махнул крылом и разделил его надвое, чтобы Солнце светило днем, а Луна - ночью. В селении Ерси пятна на Луне считают отпечатком крыла архангела Джабраила, а в селении Цанак - силуэтом Бога [5].

В основе большинства мифов, объясняющих причины яркости Солнца и появления пятен на Луне, а также очередность пребывания светил на небосклоне, лежит конфликтная ситуация, возникающая из-за спора о том, кто из светил красивее и кому когда светить - днем или ночью. Обращают на себя внимание антропоморфизм (небесные явления представлены в человеческом облике) и антропопатизм (наделены психологическими чертами людей - влюбляются друг в друга, ревнуют, завидуют и пр.). Солнце и Луна часто спорят между собою и, как сельчане, занимаются повседневным домашним трудом.

Ряд мифов был связан с затмениями. Например, кумыки объясняли их тем, что архангел Джабра-ил закрывает светила своим крылом от людей в наказание за грехи [6]. У ногайцев представления о затмении Луны связаны с единоборством демонического существа по имени Елмауз (Елмавыз) с юношей-пастухом и его собакой, которые охраняют отару. Елмауз (символ прожорливости) «периодически нападает на луну и хочет ее проглотить. Когда он начинает своей тенью закрывать луну, собака пастуха чует его и поднимает вой. При затмениях ногайцы создавали на земле всяческий шум, думая, что тем самым они тревожат Елмау-за и помогают победить это чудовище» [7]. Люди стреляли в небо, били в тазы, кричали, разводили костры, чтобы отогнать его прочь и разбудить небесных стражей, исполняли особые песни-заговоры. Похожие верования бытовали у балкарцев и карачаевцев. По их мнению, Солнце и Луну пытается проглотить дракон Желмауз [8].

42 "Культурная жизнь Юга России"

№ 3 (46), 2012

Калмыки объясняли затмение Луны тем, что «солнце закрыло луну» [9].

С Солнцем и Луной были связаны и определенные табу. Например, кумыки в полнолуние запрещали пристально смотреть на светило: «Она - девушка и стесняется, когда ее разглядывают» [10]. Считалось большим грехом показывать пальцем на Луну; ногайцы объясняли этот запрет тем, что там пасет овец обнаженный юноша: «Видя, как кто-то смотрит на Луну и показывает на нее пальцем, он думает, что это его увидели, и стыдится» [11]. В полнолуние ногайцы не сквернословили и не плевали в ту сторону, где находилась Луна [12].

Для дагестанцев новолуние и полнолуние были особенно важными периодами: «Именно в это время рекомендовалось заниматься сельскохозяйственными работами для получения хорошего урожая, а также начинать важные дела в жизни -гарантировалась удача. При виде новой луны можно было загадать любое желание с надеждой и уверенностью, что оно сбудется» [13]. Обращаясь к молодому месяцу, ногайцы выражали свое восхищение, просили у Всевышнего благополучия для своей семьи.

Эти мифологические мотивы доказывают существование в прошлом у тюркоязычных и других народов Дагестана и Северного Кавказа языческого культа - обожествления Солнца и Луны в антропоморфном облике [14].

Важное место в верованиях тюркоязычных народов Дагестана занимал персонифицированный образ ветра - одной из сил, которая в большинстве мировых мифологий символизировала «дух, живое дыхание вселенной» (для опирающегося на опыт физиологии традиционного сознания дыхание неотделимо от стихии движущегося воздуха -ветра). Как посланец богов он также мог указывать на их присутствие. Славяне считали ветры и бури дыханием Перуна-Сварожича, который, согласно А. Н. Афанасьеву, был сын прабога Неба [15].

Среди тюркоязычных народов Дагестана следы олицетворения этой природной стихии сохранились только у ногайцев. По их мифологическим представлениям, «ветер на земле производит Обур-куртка (волшебница-старуха), имеющая постоянное местопребывание на востоке; она, по желанию своему, переносится незримо для нас в различные концы земного пространства. Волшебница эта в свете занимает средину между Божеством и злыми духами, т. е. она не так добра, как Божество, но и не так зла, как нечистые духи: она делает человечеству и добро, и зло» [16]. Если Обур-куртка дует не более трех дней, то очищает воздух от испарений, накопившихся с гнилых болот и других нечистых мест. Если ветра продолжаются дольше, значит, волшебница недовольна родом человеческим и ураганами причиняет людям страшный вред. В своем ожесточении она даже набрасывается на солнце и луну, закрывая собою их благодетельный свет от всего живущего на земле. С этим связаны проклятия: «Пусть Обур-куртка заберет! Пусть Обур-куртка съест!» [17].

Связан с ветром и другой мифологический персонаж ногайцев - Сазаган. По данным Р. Х. Керей-

това, он всегда появляется с сильным ветром, нагоняет тучи, молнии, дождь, во время грозы может вырывать деревья с корнем, разрушать строения. Хвост Сазагана якобы касается земли и разрезает ее, голова имеет разветвленные рога (напоминает оленью) [18]. Близок к этому персонажу и демон Елмауз. Он может быть как мужского, так и женского пола, антропоморфен, имеет огромный нос и рот. Елмауз прожорлив, ест людей, когда голоден втягивает в себя ветер (ел). Его называют хозяином ветра (ел иеси) [19].

Можно сделать вывод о том, что персонификация ветра в зооморфной и антропоморфной ипостасях сложилась у ногайцев в глубокой древности, в эпоху первобытного общества с его культом природы. На наш взгляд, Обур-куртка является одной из ипостасей Великой Богини-матери, которая, как указано в «Энциклопедии символов» Дж. Купера, может и быть подательницей благ (защитницей), и приносить разрушения.

В пантеонах других тюркоязычных народов, так же, как и у ногайцев, имелись свои боги ветров. В мифологии карачаевцев и балкарцев это бог ветров Горий и дух ветра Химикки. У чувашей божеством ветра был Сил, у которого имелась мать - Сил амаше; дух вихря назывался Савра сил. Наличие ветра особенно важно при веянии обмолоченного зерна; казахи при этом призывали на помощь «хозяина ветра» Мирхайдара. У казахов, живших в низовьях Сырдарьи, был свой покровитель (пир) ветра - Жалангаш-ата [20].

Таким образом, мифы, легенды и предания тюркоязычных народов Дагестана донесли до нас целый ряд языческих образов, составлявших в прошлом их пантеон и пандемониум.

Литература

1. Халипаева И. А. Мифологическая проза кумыков: исслед. и тексты. Махачкала, 1994. С. 19; Дебет златоликий и его друзья: Балкаро-Карачаев-ский нартский эпос. Нальчик, 1973. С. 24; Ярлы-капов А. А. Ислам у степных ногайцев в XX веке (историко-этнографическое исследование): дис. ... канд. ист. наук. М., 1999. С. 48-49.

2. Сефербеков Р. И. Мифологические персонажи традиционных религиозных представлений азербайджанцев Табасарана // Вестник Института истории, археологии и этнографии. Махачкала, 2005. № 1. С. 96.

3. Гаджиева С. Ш. Кумыки: ист.-этногр. исслед. М., 1961. С. 329.

4. Гимбатова М. Б. Духовная культура ногайцев в XIX - начале ХХ в. Махачкала, 2005. С. 106.

5. Сефербеков Р. И. Мифологические персонажи традиционных религиозных представлений азербайджанцев Табасарана ... С. 96.

6. Халипаева И. А. Мифологическая проза кумыков ... С. 21.

7. Керейтов Р. Х. Ногайцы: Особенности этнической истории и бытовой культуры / науч. ред. Ю. Ю. Клычников. Ставрополь, 2009. С. 384.

8. Малкондуев Х. Х. Мифология балкарцев и карачаевцев // Фольклор народов Карачаево-Черкесии. Жанр и образ: сб. науч. тр. Черкесск, 1988.

№ 3 (46), 2012 "Культурная жизнь Юга России" ^^

С. 36; Он же. Поэзия лечебной магии балкарцев и карачаевцев // Магическая поэзия народов Дагестана. Махачкала, 1989. С. 97.

9. Борджанова Т. Г. Обрядовая поэзия калмыков (система жанров, поэтика). Элиста, 2007. С. 94.

10. Булатова А. Г. Сельскохозяйственный календарь и календарные обычаи и обряды народов Дагестана. СПб., 1999. С. 12.

11. Гимбатова М. Б. Духовная культура ногайцев ... С. 105.

12. Ярлыкапов А. А. Ислам у степных ногайцев ... С. 51.

13. Гаджиев Г. А. Верования и обряды: доисламский период. Махачкала, 1993. С. 96.

14. Сефербеков Р. И. Мифологические образы солнца и луны в верованиях народов Дагестана // Лавровский сборник. СПб., 2007. С. 162-163; Сефербеков Р. И., Омаров Ш. И. Мифологические образы солнца и луны в верованиях народов Северного Кавказа // Археология, этнография и фольклористика Кавказа. Махачкала, 2007. С. 353.

15. Купер Дж. Энциклопедия символов. М., 1995. С. 35; Львова Э. Л. и др. Традиционное мировоззрение тюрков Южной Сибири: Человек. Общество. Новосибирск, 1989. С. 82; Афанасьев А. Н. Живая вода и вещее слово. М., 1988. С. 122.

16. Алейников М. Поверья ногайцев // Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа. Вып. 17. Тифлис, 1893. С. 5-6.

17. Халидова М. Р. Мифологические образы в устной прозе народов Дагестана // Мифология народов Дагестана. Махачкала, 1984. С. 104.

18. Керейтов Р. Х. Ногайцы ... С. 402.

19. Ярлыкапов А. А. Ислам у степных ногайцев ... С. 70.

20. Каракетов М. Д. Антропогония в религиозно-мифологическом мировоззрении карачаевцев и балкарцев // Карачаевцы и балкарцы: язык, этнография, археология, фольклор. М., 2001. С. 53; Салмин А. К. Система религии чувашей. СПб., 2007; Басилов В. Н., Кармышева Дж. Х. Ислам у казахов (до 1917 г.). М., 1997. С. 118.

o. I. KAzAKBIEvA. BELIEFS of THE Turkish-speaking peoples of DAGESTAN

The author describes a number of myths and legends describing the celestial luminaries and phenomena of nature and also traditions and customs connected with them. Key words: pagan Pantheon of peoples of Dagestan, personification of nature.

Я. К. ГАДЖИХАНОВ

ТРАДИЦИОННЫЕ ПРОМЫСЛЫ И РЕМЕСЛА АВАРЦЕВ-САЛАТАВЦЕВ

В статье характеризуются хозяйственные и ремесленные традиции одного из северокавказских субэтносов, который составлял в прошлом Салатавский союз сельских обществ, а ныне проживает в Казбеков-ском и частично Кизилюртовском и Буйнакском районах Республики Дагестан. Ключевые слова: традиционное хозяйство аварцев, промыслы, ремесла.

На формирование промыслов и ремесел у авар-цев-салатавцев оказали влияние многие факторы, прежде всего - развитие земледелия и скотоводства, полунатуральный тип хозяйства, малоземелье, избыток рабочих рук, расположение вблизи крупных рынков (Хасавюрт, Темир-Хан-Шура, Порт-Петровск, Грозный) и торговых путей, соединяющих Северный и Центральный Дагестан с Северным Кавказом.

Салатавцы издавна занимались кузнечным, гончарным и мельничным делом, изготовлением домашней утвари из дерева, охотой, ткачеством. К числу традиционных промыслов также принадлежало бортничество: по словам информаторов, дикий мед добывали Пирбудаг, Хамзат, Курахма (с. Гертма), Исмаил (с. Дылым). Пчеловодство развивалось в основном на хуторах. Улья (най т1ала) плели из орешника и обмазывали глиной. До установления колхозного строя в селении Ды-лым пасеки держали Мухаммадхабиб и Абдулатип Сулайманов (в период коллективизации его раскулачили, а имущество конфисковали). Кроме них этим занимались Мажид Умаров, Лабазан Хайбу-лаев, Дадагаджи Таймасханов (с. Гуни), Сахрудин

Сатубалов (с. Инчха), Джамсулав Джамсулаев, За-кария Малагаджиев, Хизри Абдурахманов, Хай-рула Джабраилов (с. Хубар).

Другим промыслом салатавцев была охота на медведей (ци), волков (бац1, хъомор), лис (цер), зайцев (гТанк/кТ), косуль (лъунка), кабанов (болъон), куропаток (мокъокъ). Охотник на местном наречии назывался чанахъан.

В селении Дылым в дореволюционное время был известен охотник Умар Аштаев. В Зубутли славились Булач (особенно как добытчик шкур волков), а также умерший до Великой Отечественной войны Сурхай и, в послевоенные годы, Муху-чав. Среди жителей селения Инчха в начале ХХ века добычей зверя занимался Эльдар Далгатов, а в годы колхозного строительства - Магомедра-сул Алиев. Были и другие знаменитые охотники: Алич-Хажи, Сурхай, Гиммат, Жабраил, Ганай (с. Гертма), Казанби Казанбиев, Нажмутдин Ай-демиров, Хизри Абдурахманов, Маали (с. Хубар).

Среди ремесел в Салатавии процветали гончарство (в конце XIX века, по данным Е. И. Козуб-ского, в с. Чиркей) и кузнечество. Ковали топоры (г1ашти), серпы (нилъ), косы (харицел), подковы