Из истории переводов Вондела в России

ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

Из истории переводов Вондела в России Михайлова И. М.

Михайлова Ирина Михайловна /Michajlova Irina Michajlovna - доктор филологических наук,

доцент, профессор, кафедра скандинавской и нидерландской филологии, Санкт-Петербургский государственный университет, г. Санкт-Петербург

Аннотация: первый русский перевод нидерландского художественного текста -сборника басен в обработке Вондела «Княжеский сад животных» - был выполнен в XVII в. обрусевшим голландцем А. А. Виниусом и издан в XVIII в. Этот перевод не был точным и включал несколько басен из других источников, что не противоречит принятым в то время правилам перевода. В статье показано, что стихотворение Вондела 1653 г., посвященное Виниусу, обращено к отцу переводчика А. Д. Виниусу, а не к нему самому, как то описано в ряде нидерландских источников. Ключевые слова: А. А. Виниус, А. Д. Виниус, Вондел, «Зрелище жития человеческого», нидерландская литература, перевод.

Первый в России перевод нидерландского художественного текста был напечатан в Москве в 1712 г.: это было переложение сборника басен в стихотворной обработке Вондела «Княжеский сад животных» (J. Van den Vondel. Vorstelijke Warande der dieren. 1617) [1]. Этот же нидерландский автор является одной из центральных фигур международного проекта CODL (Circulationof Dutch Literature, www.codl.nl), проходящего под эгидой Академии наук Нидерландов.

История издания басен из вонделевского сборника в России уходит корнями в XVII век, в допетровский период, когда был выполнен сам перевод [2]. Переводчиком выступил обрусевший голландец А. А. Виниус (1641-1717). Книга Вондела принадлежит к жанру эмблематической поэзии и представляет собой собрание басен в стихах и прозаических примеров из мировой истории, подтверждающих правильность морали в басне, в сочетании с иллюстрацией к басне в виде гравюры. Русский перевод назывался «Зрелище жития человеческого, в нем же изъяснены суть дивные беседы животных, со истинными к тому приличными повестьми в научение всякого чина и сана человеком ныне переведено из немецкого языка всем во общую пользу трудолюбием А: С. В в царствующем великом граде Москве в лето воплощения бога слова 1674». Как было принято в то время, Виниус не назвал имени иностранного автора, лишь привел свои собственные инициалы (А: С. В = Андрей Сын Виниуса) и указал, что перевод выполнен с «немецкого». Крупнейший исследователь данного памятника Р. Б. Тарковский считает, что оригиналом, с которого переводил Виниус, послужило изданное в Праге, при дворе Рудольфа II, немецкоязычное издание с латинским названием Theatrum morum («Театр нравов»), в котором как текст, так и иллюстрации были выполнены Саделером (Прага, 1608) [5, c. 477]. При этом, Р. Б. Тарковский выделяет четыре существенных различия между этим изданием и текстом Виниуса: 1) «различие в размещении басен: в переводе Виниуса редко встретишь две басни кряду, последовательность которых совпадала бы с и в издании Саделера». 2) В 49 случаях отличаются также заглавия басен. 3) «Повествовательно-фразовое развертывание фабул в «Зрелище» нередко подобно не переводу, а несколько более пространному параллельному их пересказу». 4) «Порой лишь отдаленное сходство обнаруживают и сентенции «Зрелища» и «Театра», не говоря уже, сколь часто разнятся они категоричностью и остротой суждения, и там, где у Саделера гнома, у Виниуса - филиппика» [4, c. 150-151]. Р. Б. Тарковский указывает на родство текста Виниуса с текстом Вондела, проявляющееся в первую очередь в совпадении

последовательности басен, однако продолжает искать другое, еще неизвестное ему издание сборника Саделера, где басни на немецком языке были бы расположены так же, как у Виниуса [5, а 477].

Автор самой авторитетной монографии о Виниусе И. Н. Юркин посвящает вопросу об источнике «Зрелища» один абзац, в котором указывает на высказанное Е. И. Бобровой мнение, что Виниус перевел все же оригинал Вондела, «экземпляр которого был выявлен ею при реконструкции библиотеки Петра I и сочтен ранее принадлежащим Виниусу» [6, а 423]. Специалист по библиотеке Виниуса Е. А. Савельева также свидетельствует о наличии в этом собрании произведений Вондела [3]. Перечислив существующие мнения, И. Н. Юркин не ставит перед собой задачу решить однозначно, что именно переводил Виниус, и присоединяется к мнению Р.Б. Тарковского, что «перекличка текстов Виниуса и Вондела имеет более сложную, чем отношение прямого порождения связь: она обусловлена тем, что оба текста опирались на один оригинал или на оригиналы, имеющие общее происхождение, - указанное пражское издание [6, с. 423].

Однако если взглянуть на «Зрелище жития человеческого» в контексте существовавшей в XVI-XVII веке в Европе практики переводов/переработок иноязычных текстов, то все вопросы легко разрешаются. Для начала отметим, что указание Виниуса на перевод «с немецкого» вовсе не исключает использования нидерландского оригинала. Дело в том, что на протяжении всего средневековья сами жители Нижних земель называли свой язык тем же словом, что и немецкий: Diets/Duyts. В XVI-XVII веках на равных правах существовали три его названия:Duyts, Nederduyts и Nederlants. Скорее всего, Виниус взял более традиционное название родного языка и перевел его на русский как «немецкий». Кроме того, в XVT-XVTI веках не существовало четкого понятия индивидуального авторства и авторского права. Пользовавшиеся популярностью произведения переводились весьма вольно и переделывалась в соответствии с пожеланием издателей-заказчиков.

Вопрос об истории создания, обработок и переизданий сборников басен в Западной Европе в XVI-XVII вв. детально исследован нидерландским исследователем Паулем Смитом [14]. Автор показывает, что как эмблематический сборник Вондела, так и сборник Саделера восходят к одному источнику: книге «Истинные басни о животных» (Брюгге, 1567), текст для которой написал фламандский редерейкер Эдуард де Дене, а гравюры на меди выполнил М. Герартс [9]. В книге П. Смита «Театр животных» подробно рассмотрена история переработок этого текста (на нидерландском, немецком, латинском, французском языках), а также история медных досок с иллюстрациями Герартса, которые издатели продавали другу на протяжении полувека. Однако русский перевод Виниуса П. Смиту неизвестен. О том, что «Зрелище жития человеческого» можно считать компиляцией из книг Вондела и Саделера, пишет современный голландский исследователь К. Ботерблум в своей новейшей англоязычной монографии о Виниусе [7]. Однако в подробности он не вдается.

При детальном сопоставлении нидерландского текста Вондела и рукописного списка виниусовского перевода мы обнаруживаем совпадение как названий басен, так и нумерации первых ста шестнадцати из 134. Номера со 117 по 129 Виниус взял у Саделера (№ 124 совпадает с № 120 у Вондела и № 19 у Саделера), но заканчивает он снова пятью баснями Вондела - теми, где речь идет о смерти как спокойном, почти радостном переходе в мир иной. Последние две басни из Вондела (№ 124 «Старый аист» и № 125 «Благочестие аиста»), проникнутые религиозной моралью и призывающие ходить в церковь, Виниус не использует. Можно себе представить, что принявший православие голландец предпочел не ступать на зыбкую почву религиозных различий. По характеру текста и по «повествовательно-фразовому развертыванию фабул» перевод Виниуса также обнаруживает большое сходство с

Вонделом. Впрочем, название, пространное введение и взаиморасположение басен и «прилог» (у Вондела сначала прилога, потом басня, у Саделера и Виниуса наоборот) роднят «Зрелище» с «Театром нравов».

Таким образом, мы имеем все основания дополнить генетическое древо сборников басен, начерченное Паулем Смитом, «Зрелищем жития человеческого».

Тема «Виниусы и Вондел» интересна не только в плане изучения «Зрелища жития человеческого», но и как повод выяснить, какой след в голландской истории и литературе оставили отец и сын Виниусы, эти «московиты» голландского происхождения. Отечественным исследователям хорошо известен гравированный портрет А. Д. Виниуса, выполненный Корнелисом Виссером/Фишером в 1653 г. в Амстердаме, под которым напечатано стихотворение Вондела, воспевающее «Его царского величества российского государства комиссариуса» [6, а 64]. В связи с этим стихотворением И. Н. Юркин высказывает предположение, что за посвящением Вондела «могут скрываться неизвестные факты их (Вондела и Виниуса-отца) биографической и культурной связи» [6, а 64]. Приведем подстрочник стихотворения. ГОСПОДИНУ АНДРЕАСУ ДИОНИСЗООНУ ВИНИУСУ,

КОМИССАРУ ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА РУССКОГО ЦАРЯ И МОСКОВСКОМУ ГОСТЮ

Корона Москвы, взмывшая до небес,

на которую сурово взирает Медведица со своими золотыми звездами,

избрала Виниуса своим посланником,

гостя, столь радующего взор Алексея

своей искренней верностью, что тот из своих краев,

в службу Царскому Величеству, поручает ему

отправиться в Гаагу, к престолу Семи свободных провинций;

его облик нам здесь (на этом портрете) показывает искусство.

Так живет человек, верно служащий России;

Но иначе, чем когда царь его снова приветит.

Примечательно, что Вондел говорит о созвездии Большой Медведице как символе России. На двойном портрете А. Д. Виниуса и его жены, написанном в тот же приезд Виниуса в Амстердам живописцем Исааком Люттихейсом (1616-1673), Виниус изображен в мантии ученого, но рука его покоится на карте России, а за спиной стоит небесный глобус, также с изображением Большой медведицы.

Уже первая попытка выяснить по нидерландским источникам, при каких обстоятельствах было написано стихотворение Вондела и встречался ли он с А. Д. Виниусом, дало неожиданные результаты. Во-первых, оказалось, что личности Виниуса уделено огромное внимание в трудах голландских литературоведов -специалистов по Вонделу, исследовавших адресатов стихов великого поэта. Во -вторых, выяснилось, что большинство из них путали отца с сыном, а также приписывали им поступки, которые никак не согласуются с их биографией, реконструированной российскими исследователями по документам.

Наиболее ранний из доступных для чтения источников, в котором приводятся ошибочное утверждение, будто в 1653 г. в Амстердам приезжал «сын старого немца, скорее всего голландца, который ранее обосновался в Москве и перешел в греческое вероисповедание», - это знаменитая четырехтомная история отношений между Россией и Нидерландами Й. Схелтемы (1818) [13, 1, а 238]. Эту неточность подхватил, развил и дополнил, по его признанию, собственной фантазией известный писатель-романтик, литературовед и книгоиздатель Якоб ван Леннеп (1802-1868), сделавший Виниуса и Вондела героями своей исторической новеллы «Корнелия Фоссиус» (1859) [10]. В этой новелле изображено сватовство Виниуса к Корнелии Фоссиус и описан эпизод гибели героини в полынье, куда провалились ее сани. По воле писателя-романтика «московит» находится в этот момент в тех же санях и

пытается спасти девушку. Благодаря этой популярной в свое время новелле, сложился настоящий миф о Виниусе в Голландии, отголоски которого порой слышатся даже в работах современных историков [12, а 238]. Авторитет Я. Ван Леннепа был столь велик, что выдумка насчет Виниуса, якобы просившего руки у Корнелии Фоссиус и находившегося вместе с ней в санях, когда сани провалились под лед, была принята за чистую монету и повторена в целом ряде последующих статей об адресатах Вондела [14, а 115].

Популяризации мифа об А. Д. Виниусе, как сыне основателя тульских заводов, способствовала также книгоиздательская деятельность Якоба ван Леннепа. Одно из его достижений в этом качестве - издание в 1850-1868 годах полного собрания произведений Вондела в 12 томах, в которое впервые было включено стихотворение под гравированным портретом А. Д. Виниуса [16]. Все произведения снабжены обширными комментариями, на которых основывались и последующие издатели Вондела [8, с. 596]. Приведем полностью пояснения Я. ван Леннепа насчет фигуры Виниуса, во многом перекликающиеся с процитированной выше новеллой:

Андреас Дионисзоон Виниус был послан в Голландию русским царем Алексеем с письмом, содержащим просьбу продать России большую партию оружия и запас пороха и свинца, что и было разрешено Генеральными Штатами. Виниус производил закупки в Амстердаме и одновременно набирал там людей для службы его господину, что привело к некоторым затруднениям. Во время пребывания в Амстердаме Корнелис Виссер, один из самых умелых граверов, как раз и создал его портрет.

Решение царя послать в Голландию именно этого Виниуса легко объясняется тем обстоятельством, что его отец был голландцем, который ранее, как и многие его соотечественники, обосновался в Москве и перешел там в Греческое вероисповедание. Он был первым, кто основал в России литейные заводы с использованием водяных мельниц, и в 1632 г. построил первый оружейный завод на небольшой речке Тулице. Что касается Андреаса, то известно, что он, как это следует из стихотворения Вондела, достиг в России ранга ОМвгшап (титул, соответствующий нашему вице-бургомистру), а также что он был лично знаком и дружил со знаменитым Витсеном, с которым состоял в переписке [16, I, с. 216].

В главе «Виниус» книги Л. К. Михелса «Вклад в исследование трудов Вондела» (1941) [11, с. 85-92] разоблачается легенда об эпизоде с санями и перечисляются литературоведы, поверившие в нее. Однако сам автор не подвергает сомнению почерпнутые у Схелтемы сведения о том, что адресат Вондела А. Виниус -«московит» во втором поколении.

Таким образом, как в вопросе об источнике популярного в Петровскую эпоху выполненного А. А. Виниусом переводного текста «Зрелище жития человеческого», так и в сведениях о личном знакомстве «московита» Виниуса и великого нидерландского поэта, в существующей научной литературе имеется множество сомнительных, а то и ошибочных сведений. В данной статье мы попытались прояснить некоторые из них.

Литература

1. Быкова Т. А. Затерянное издание «Зрелища жития человеческого» // Описание изданий гражданской печати. 1708-январь 1725 г. М.; Л., 1955. - С. 504-514.

2. Зрелище жития человеческого, в нем же изъяснены суть дивные беседы животных, со истинными к тому приличными повестьми в научение всякого чина и сана человеком ныне переведено из немецкого языка всем во общую пользу трудолюбием А: С. В в царствующем великом граде Москве в лето воплощения бога слова 1674. Рукопись. Собрание Российской Академии, № 14. Библиотека РАН. Шифр 16.6.21.

3. Савельева Е. А. Андрей Андреевич Виниус, его библиотека и альбом // Россия -Голландия. Книжные связи XV-XX вв. СПб.: Европейский дом, 2000. - С. 103-123.

4. Тарковский Р. Б. «Зрелище жития человеческого» //Литература и общественная мысль Древней Руси: Труды отдела древнерусской литературы XXIV. Л., 1969. С. 150-151.

5. Тарковский Р. Б. и Тарковская Л. Р. Эзоп на Руси. Век XVII. СПб: Дмитрий Буланин, 2005. 548 с.

6. Юркин И. Н. Андрей Андреевич Виниус. М.: Наука, 2007. 560 с.

7. Boterbloem K. Moderniser of Russia: Andrei Vinius 1641-1716. Basingstoke: Palgrave Macmillan, 2013. 272 р.

8. De werken van Vondel. Deel V., 1645-1656. Amsterdam, 1931.

9. Dene Eduard de. De warachtighe fabulen der dieren. Gent, 1567.

10. Lennep J. van. Romantische werken. Leiden, s.a. (1859).

11.Michels L. C. Bijdrage tot het onderzoek van Vondel's werken. Nijmegen-Utrecht, 1941. Pp. 85-92.

12. Rademaker C. S. M. Leven en werk van Gerardus Joannes Vossius (1577-1649). Hilversum, 1999. 280 c.

13. Scheltema J.Rusland en de Nederlanden: beschouwd in derzelver wederkeerige betrekkingen. In 4 delen. Amsterdam, 1818.

14. Segers G. Vondel gelegenheidsdichter // Verslagen en mededelingen van de Koninklijke Vlaamse Academie voor Taal - en Letterkunde 1904. Gent 1904. P. 79-128.

15. SmitP. Het schouwtoneel der dieren. Hilversum, 2006. 124 c.

16. Werken van Vondel, uitgegeven door J. van Lennep. Dl.1. Leiden, 1850. 734 c.