Сбой в программе визита

Простые американцы озабочены судьбой российского программиста

       26-летний российский программист Дмитрий Скляров, автор научных работ и отец двоих детей, третью неделю путешествует в наручниках по американским тюрьмам. В конце этого путешествия его ожидает либо штраф $500 тыс., либо пятилетнее тюремное заключение. По мнению американского правосудия, Скляров виноват в том, что по долгу службы участвовал в написании компьютерной программы.

Взлом электронной книги...
       История эта началась в 1998 году, когда в США был принят Digital Millennium Copyright Act (DMCA) — Закон об авторских правах в цифровую эпоху. Этот закон, в частности, запрещал "коммерческое распространение программного обеспечения, позволяющего обходить систему защиты компьютерных программ, на которые распространяется действие законодательства об авторском праве".
       Двумя годами позже американская корпорация Adobe приступила к распространению программного обеспечения для чтения так называемых электронных книг (e-book) — текстовых файлов с картинками, видео- и аудиофрагментами. Особенность "книжного" ПО от Adobe в том, что оно позволяет читать купленную в магазине электронную книгу только на одном компьютере. Это ограничение должно было защитить e-book от нелицензированного копирования и пиратского распространения.
       20 июня 2001 года московская компания "ЭлкомСофт" выпустила в продажу через интернет свою программу Advanced e-Book Processor (AEBPR). Эта программа превращала защищенную от копирования e-book Adobe в документ распространенного формата PDF (тоже разработанного Adobe), который можно свободно копировать, распечатывать или пересылать друзьям по электронной почте без риска сделать книгу нечитаемой.
       Дальше события развивались стремительно. Уже 26 июня сотрудники подразделения по борьбе с пиратством корпорации Adobe произвели контрольную закупку одной копии AEBPR, заплатив за это положенную цену $99 (по данным "Власти", всего "ЭлкомСофту" удалось продать не более десяти копий этой программы). Затем сотрудники Adobe выслали официальный протест в адрес "ЭлкомСофта" (московские программисты утверждают, что сразу по получении письма AEBPR была удалена из интернет-магазина компании).
       Наконец, в тот же день сотрудники Adobe встретились со специальным агентом ФБР Даниэлем О`Коннелом и сообщили ему о нарушении прав компании московской фирмой, а также прозрачно намекнули: одним из авторов программы AEBPR является сотрудник "ЭлкомСофта" Дмитрий Скляров, и именно этот человек 15 июля выступит в Лас-Вегасе на международной конференции DefCon 9 с докладом "eBooks security — theory and practice" ("Безопасность электронных книг: Теория и практика").
       Намек был понят верно. 16 июля в 9 часов утра у входа в отель Alexis Park (Лас-Вегас) Дмитрий Скляров был арестован двумя сотрудниками ФБР.
       
или защита доступа к информации?
       Судить Склярова будут в Сан-Хосе (Калифорния), по месту регистрации Adobe Systems. Но перспективы этого суда не ясны даже представителям американской юстиции.
       Во-первых, Скляров применяет эффективную систему защиты. В интервью телекомпании KTNV (Лас-Вегас) программист сообщил, что своим участием в разработке программы AEBPR он всего лишь стремился доказать, что алгоритмы компании Adobe плохо защищают документы. То, что компания "ЭлкомСофт" применила результаты его научного труда для извлечения коммерческой выгоды, его не касается — сам Скляров программами не торговал. Получается, что судить надо "ЭлкомСофт", а не ее наемного работника. Между тем московская компания не зарегистрирована на территории США, так что потерпевшей стороне нужно искать защиту у российского суда, а Склярова с извинениями выпустить.
       Во-вторых, и это главное, сам Digital Millenium Copyright Act, по которому собираются судить Склярова, многие граждане США считают незаконным. К примеру, правозащитная организация Electronic frontier Foundation (EFF) утверждает, что DMCA грубо нарушает первую поправку к конституции США, гарантирующую свободу распространения информации. Кроме того, DMCA предоставляет чрезмерно большие права держателям лицензий в ущерб правам потребителей.
       До сих пор власти США прислушивались к мнению правозащитников — по DMCA с 1998 года не был осужден ни один человек. Скляров же показался ФБР слишком удобным объектом для обкатки нового закона: иностранец, программист-хакер, к тому же осмелившийся выступить в США с докладом о том, как можно обокрасть американскую же фирму.
       Но общественность выбора ФБР не одобрила. EFF уже провела пикеты в защиту Склярова в Сан-Хосе, Бостоне, Денвере, Чикаго, Сиэтле и Портленде. На открытых американцами сайтах www.boycottadobe.com и www.freesklyarov.org можно узнать, куда перечислять средства на кампанию в защиту российского программиста, а на www.copyleft.net купить за $15 майку с надписью Free Sklyarov!
       Дрогнет ли американское правосудие, станет ясно в ближайшие недели. Но аналитики программного рынка уже делают первые выводы из этой истории. Как сообщает агентство Netoscope.ru, один из разработчиков операционной системы Linux Алан Кокс отказался от участия в оргкомитете компьютерной конференции Usenix Annual Linux Showcase, которая пройдет осенью в Калифорнии. По мнению Кокса, "в связи с арестом Дмитрия Склярова стало ясно, что неамериканским разработчикам небезопасно посещать Соединенные Штаты. Usenix подвергает риску многих других программистов из восточноевропейских стран, которые американское правительство считает врагами".
СЕРГЕЙ КОЛЯДА

"С Дмитрия непременно снимут обвинение"
       Гендиректор компании "ЭлкомСофт" Александр Каталов с момента ареста Дмитрия Склярова находится в США, пытаясь вызволить своего работника. В интервью "Власти" он сообщил последние новости по "делу Склярова".
       
       — Как себя чувствует Дмитрий Скляров?
       — Две недели назад (20 июля.— Ъ) он был переведен из Лас-Вегаса в пересыльную тюрьму в Оклахоме — это такой "сортировочный пункт" в трех часовых поясах от Невады. Поскольку в Оклахоме тюрьма федеральная, кормят там лучше, чем в местной, в Вегасе. Но звонить в Москву жене ему оттуда не позволяют. Потому Дмитрий каждый день в 9 вечера звонит мне и докладывает о своем самочувствии.
       — Все время с момента ареста Склярова вы находитесь в США. Вы не боитесь, что обвинение может быть перенесено на "ЭлкомСофт" и вы тоже попадете в тюрьму?
       — Знаете, не боюсь. Америка вообще такая страна, где все выторговывается, так что меня могут и не арестовать. Однако я на 100% уверен, что американское государство обвинит в нарушении DMCA "ЭлкомСофт" и на 90% — меня лично. Диму арестовали потому, что его фамилия стояла в списке докладчиков на DefCon и одновременно — в тексте написанной программы. Моя же фамилия не стояла. Но я не единственный владелец "ЭлкомСофта". Компания не преступная группировка, у нее есть несколько акционеров. Так что, всех арестовывать? Попробуйте-ка посадить всех держателей акций Microsoft!
       — Так сколько же всего "преступников"? Вообще, разработка программы AEBPR — это личная инициатива Дмитрия или служебное задание "ЭлкомСофта"?
       — Это опасный вопрос. Думаю, мне придется отвечать на него прокурору. Сейчас могу только сказать, что над программой работал не один Дмитрий. И даже не три человека, а вся фирма: кто-то писал одну часть программы, кто-то — другую.
       — Когда вы собираетесь уехать из США?
       — Я не собираюсь убегать. Уехать сейчас — значит признать свою вину и ограничить зону собственного передвижения Россией и Белоруссией. Другой вопрос — процедурный: у меня через неделю заканчивается мультивиза.
       — Кто будет защищать Дмитрия Склярова на суде?
       — Руководить группой защиты будет Джозеф Бартон из юридической фирмы Duane, Morris & Heckscher LLP. Это довольно известный человек, бывший прокурор Силиконовой долины.
       — Что вы собираетесь предпринять во время слушания дела?
       — Когда Дмитрия доставят в Сан-Хосе, мы немедленно предъявим встречный иск — о признании ареста незаконным.
       — Не рассматривали ли вы такую возможность: Скляров признает себя виновным, соглашается сотрудничать с американским правосудием и выходит на свободу?
       — Дима может признать себя виновным, и его, допустим, отпустят через неделю. Но зато будет создан прецедент, и тогда следующего нарушителя DMCA точно посадят на пять лет. Сотрудничать с ФБР или нет, должен решать сам Дмитрий. Возможно, ему уже предложили стать из обвиняемого свидетелем, но об этом знает только он и адвокаты.
       — Что грозит Дмитрию в случае, если суд признает его виновным?
       — С него либо потребуют $500 тыс. в качестве штрафа — и эту сумму я смогу выплатить из своих средств,— либо посадят в тюрьму на срок до пяти лет. Чтобы то и другое случилось одновременно, такого быть не может.
       — Чем же, по вашему мнению, закончится суд?
       — С Дмитрия непременно снимут обвинение, и тогда мы предъявим США встречный иск.

Интеллектуальная бдительность
       Как ни странно, на Западе интерес к защите прав интеллектуальной собственности и, в частности, авторских прав в других странах появился только сейчас. До середины 90-х годов в развивающихся странах эти права, в сущности, не защищались. Более того, власти этих стран считали, что интеллектуальная собственность в принципе не нужна, потому что все изобретения и компьютерные программы создаются в богатых западных государствах и используются для международной эксплуатации. Зачем же поощрять эксплуатацию и извлечение монопольных сверхприбылей? Изобретения должны бесплатно служить всем. Поэтому фирмы из развивающихся стран вполне свободно копировали западные товары для продажи на своем рынке, а иногда пытались с теми же товарами выйти и на рынки самих западных стран.
       И только после начала в 1995 году деятельности ВТО положение изменилось. В сущности, ВТО и была создана для того, чтобы заставить развивающиеся страны уважать права иностранных владельцев интеллектуальной собственности: мол, если хотите вообще участвовать в международной торговле, запретите продавать на своем рынке подделки под товары западных фирм, позвольте этим фирмам самим на этом рынке получать прибыль. Развивающимся странам пришлось согласиться — просто потому, что в случае отказа их лишили бы не только доступа на западный рынок, но и иностранных кредитов. А деньги этим странам были нужны больше, чем антимонополистическая риторика.
       С развитием интернета защита прав интеллектуальной собственности стала для Запада просто жизненно важной. Потому что поддельные товары из развивающихся стран еще можно остановить на американской или французской границах, а про пересечение этих границ поддельными программами по интернету никакие власти не узнают.
       Россия как раз сейчас хочет вступить в ВТО и как раз сейчас поняла, какие выгоды сулит интернет в международной торговле. И ей просто не повезло, что Запад уже начал проявлять бдительность.
СЕРГЕЙ МИНАЕВ, обозреватель