Изменения в стратегии противодействия преступлениям, совершаемым в таможенной сфере: уголовно-процессуальный аспект проблемы

ВЫСТУПЛЕНИЯ НА КРУГЛОМ СТОЛЕ

А.В. Полтинин

Полтинин Александр Владимирович — руководитель Приволжского следственного управления на транспорте Следственного комитета России

Изменения в стратегии противодействия преступлениям, совершаемым в таможенной сфере: уголовно-процессуальный аспект проблемы

Федеральный закон от 7 декабря 2011 года № 420-ФЗ1 существенным образом изменил стратегию противодействия преступлениям, совершаемым в таможенной сфере. Данным законом законодатель, декриминализовав преступление, предусмотренное частью 1 статьи 188 УК РФ, исключил из УК РФ всю статью 188 УК целиком, несмотря на то, что она содержала в себе иные составы преступления. Этим же законом (№ 420-ФЗ от 07.12.2011) введены новые составы преступлений: статья 2261 УК РФ и статья 2291 УК РФ, ранее предусмотренные частью 2 статьи 188 УК РФ. Указанные изменения существенным образом отразились на работе правоохранительных органов.

Приволжским следственным управлением на транспорте Следственного комитета Российской Федерации в связи с вступлением в силу указанного Федерального закона всего было прекращено 102 уголовных дела, переданных прокурорами из органов дознания таможни в пределах Приволжского транспортного региона. Каких либо серьезных проблем при принятии процессуальных решений по такому объему уголовных дел не возникло, однако ряд вопросов, вызванных несогласованностью отдельных процессуальных норм, требовали своего разрешения. Например, таких как: получение согласия фигурантов уголовных дел на прекращение уголовного дела в связи с декриминализацией (как не реабилитирующему основанию), в том числе по причине не согласия с доказанностью их виновности, а также возникновение у них права на реабилитацию, в связи с прекращением указанных дел со ссылкой на реабилитирующее основание — отсутствие в деянии состава преступления.

Базовые требования уголовного законодательства о том, что закон, устраняющий преступность деяния, в отличие от закона, устанавливающего его преступность, имеет обратную силу (ч. 1 ст. 10 УК РФ), реализуются путем прекращения уголовного преследования в отношении лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу (ч. 2 и ч. 3 ст. 24 УПК РФ).

Общепринятым считается отнесение факта прекращения уголовного дела (уголовного преследования) в связи с декриминализацией деяния к так называемым не реабилитирующим основаниям2, несмотря на то, что в части 2 статьи 27 УПК РФ, содержащей требование о недопущении прекращения уголовного преследования по не реабилитирующим основаниям без согласия подозреваемого, обвиняемого, данное основание отсутствует. Связано это с тем, что часть 4 статьи 133 УПК РФ относит данное основание прекращения уголовного дела к исключающим право на реабилитацию. Из этого можно сделать вывод о том, что декриминализация деяния является особым случаем прекращения уголовного дела по не реабилитирующим основаниям, поскольку, в отличие от прямо перечисленных в части 2 статьи 27 УПК РФ оснований прекращения, возражение лица против прекращения уголовного дела в этом случае не имеет значения в связи с тем, что вследствие устранения преступности и наказуемости деяния утрачивается сама предпосылка уголовного судопроизводства, делающая невозможным продолжение производства по уголовному делу в обычном порядке независимо от воли подозреваемого или обвиняемого.

Указание законодателя на то, что прекращение уголовного дела в связи с декриминализацией деяния осуществляется по основанию, предусмотренному пункту 2 части 1 статьи 24 УПК РФ, за отсутствием в деянии состава преступления, является по сути правильным и с этим трудно не согласиться, поскольку на момент принятия решения такого состава преступления в УК РФ уже не существует. Однако такое основание прекращения уголовного дела (уголовного преследования), как отсутствие в деянии состава преступления, является реабилитирующим и применяется, как правило, при оценке действующих составов преступлений, в связи с чем, формулируя итоговый процессуальный

1 См.: О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации: федеральный закон от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ (ред. от 28.12.2013) // Собрание законодательства РФ. 2011. № 50, ст. 7362 // СПС «КонсультантПлюс».

2 См.: Александров А.С., Александрова И.А. О некоторых последствиях отнесения дел о мошенничестве к категории дел частно-публичного обвинения: имеет ли обратную силу уголовно-процессуальный закон? // Уголовное право. 2014. № 1. С. 88—92 // СПС «КонсультанПлюс».

Юридическая техника. 2015. № 9

ВЫСТУПЛЕНИЯ НА КРУГЛОМ СТОЛЕ

документ о прекращении уголовного дела (постановление), выносящее его лицо, в резолютивной части постановления вынуждено дополнительно к основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 24 УПК РФ, делать либо дополнительную ссылку на часть 2 статьи 24 УПК РФ, либо иным образом указывать на действительное основание его прекращения — декриминализацию.

Некоторые из поставленных вопросов были впоследствии предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации в постановлении от 19 ноября 2013 года № 24-П1. Жалобы содержали требование о проверке конституционности названных норм УК и УПК РФ, как допускающих прекращение уголовного дела в связи с принятием уголовного закона, устраняющего преступность и наказуемость деяния, без получения на то согласия лица, в отношении которого уголовное дело подлежит прекращению, и не позволяющих такому лицу обжаловать в суде сам факт привлечения его к уголовной ответственности, законность и обоснованность выдвигавшихся против него подозрения, обвинения, возражать против прекращения уголовного дела по данному основанию, а также не предусматривающих восстановление прав обвиняемого, вина которого не доказана и препятствующих реализации им права на реабилитацию. По мнению Конституционного Суда РФ, декриминализация деяния означает как недопустимость постановления обвинительного приговора суда, устанавливающего вину лица, которому оно инкриминировалось, так и отсутствие необходимости подтверждения его невиновности в совершении деяния и, соответственно, недопустимость дальнейшего уголовного преследования такого лица, доказывания в предусмотренном федеральным законом порядке его вины. Продолжение же в этом случае досудебного производства по уголовному делу по существу приводило бы к продолжению уголовного преследования за деяние, преступность и наказуемость которого уже устранены, то есть без учета новой государственной оценки такого деяния как не имеющего уголовной противоправности.

Таким образом, первое и основанное требование к порядку прекращения уголовного дела в связи с декриминализацией деяния это, так называемое «замораживание» расследования, то есть прекращение любой процессуальной деятельности по доказыванию виновности лица в совершении деяния, утратившего признаки преступления на той стадии предварительного расследования, на какой оно находилось в момент вступления в силу закона, устраняющего преступность деяния. Конституционный Суд РФ однозначно высказался за возможность обжалования в судебном порядке, как самого постановления о прекращении уголовного дела, так и вынесенных в ходе осуществления уголовного преследования процессуальных решений органов дознания и предварительного следствия, обязав суды, рассматривая указанные жалобы, учитывать стадию уголовного судопроизводства, на которой оно было прекращено и давать оценку законности и обоснованности процессуальных актов, фиксирующих выдвинутые: подозрение, обвинение в инкриминируемом деянии, а также применение к лицу мер процессуального принуждения. Как указал Конституционный Суд РФ, в описательной части вышеуказанного постановления, разрешая по жалобе лица вопрос о законности и обоснованности постановления о прекращении уголовного дела суд должен проверить, имело ли место деяние, квалифицирующееся прежним уголовным законодательством, как преступление. Это предполагает, по меньшей мере, даже по не полностью расследованному уголовному делу, с учетом уже установленных обстоятельств и доказательств, собранных в зависимости от стадии уголовного судопроизводства, необходимость давать этому деянию правовую оценку. В данном случае речь идет не только о наличии в материалах уголовного дела сведений о факте деяния, но и правильности его квалификации. В то же время, в соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2009 года № 12 судья при рассмотрении жалоб в порядке статьи 125 УПК РФ не вправе делать выводы о квалификации деяния.

Таким образом, возникает вопрос, не будут ли суды выходить за пределы своих полномочий, принимая решение о правильности квалификации деяния как преступления, о декриминализации которого принят закон. При этом для оценки законности постановления о прекращении уголовного дела в связи с декриминализацией деяния вопрос о его квалификации является одним из основных.

Другим не менее важным вопросом являются пределы обжалования решения о законности и обоснованности постановления о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) в связи с декриминализацией деяния. Так, законность и обоснованность деятельности органов предварительного расследования, как правило, проверяются судом при рассмотрении уголовного дела по существу, то есть после его передачи с утвержденным прокурором обвинительным заключением. Об-

1 См.: По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 10 Уголовного кодекса Российской Федерации, части второй статьи 24, части второй статьи 27, части четвертой статьи 133 и статьи 212 Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан С.А. Боровкова и Н.И. Морозова: постановление Конституционного Суда России от 19 ноября 2013 г. № 24-П // Собрание законодательства РФ. 2013. № 47, ст. 6156.

2 См.: О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2009 г. № 1 (ред. от 28.01.2014) // Российская газета. 2009. 18 февраля.

Полтинин А.В. Изменения в стратегии противодействия преступлениям...

579

ВЫСТУПЛЕНИЯ НА КРУГЛОМ СТОЛЕ

жалование решений о прекращении уголовного дела в связи с декриминализацией, когда процессуальная деятельность по изобличению виновных остановлена на такой стадии предварительного следствия, когда не ясна общая картина преступления, может привести к признанию незаконными и необоснованными выводов следствия о квалификации деяния, причастности лица к преступлению, обоснованности первоначального обвинения. При прекращении уголовных дел на судебной стадии, когда все доказательства уже собраны и оценены в том числе руководителем следственного органа и прокурором как допустимые и достаточные для направления в суд, а также при прекращении уголовных дел, приостановленных производством, таких проблем, как правило, не возникает, поскольку на момент приостановления основные процессуальные действия по собиранию, оценке и проверке доказательств уже проведены. Более сложным является вопрос о прекращении уголовных дел, находящихся в начальной стадии расследования, когда добыта лишь часть необходимых доказательств, не реализованы планы расследования, направленные на доказывание виновности конкретных лиц, но, при этом, проведение каких-либо процессуальных действий уже не возможно.

В этом случае обжалованию могут подлежать лишь отдельные процессуальные действия и решения органа предварительного расследования с обязательным учетом той стадии предварительного расследования, на которой процессуальная и оперативно-разыскная деятельность по данному уголовному делу была остановлена. Например, законность и обоснованность возбуждения уголовного дела, обоснованность предварительной квалификации деяния, обоснованность подозрения, если дело возбуждено в отношении конкретного лица или первоначального обвинения, а также законность и обоснованность применения мер процессуального принуждения.

В связи с изложенным, в развитие довода о том, что декриминализация деяния является особым случаем прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям и требует дополнительной процессуальной регламентации, необходимо законодательно предусмотреть:

— выделение декриминализации в качестве отдельного основания прекращения уголовного дела без ссылки на пункт 2 части 1 статьи 24 УПК РФ путем включения его в содержание части 1 статьи 24 УПК РФ;

— уточнить пределы обжалования решений о прекращении уголовного дела в связи с декриминализацией с обязательным указанием на учет стадии уголовного судопроизводства к моменту прекращения уголовного дела, влекущим судебную оценку лишь отдельных процессуальных действий и решений;

— уточнить сроки принятия решений о прекращении уголовного дела в связи с декриминализацией по уголовным делам, находящимся в производстве, например, путем непосредственного указания в законе, исключающем преступность деяния, по аналогии с нормативными актами об амнистии.

580

Юридическая техника. 2015. № 9