ГЕНЕЗИС И ФАКТОРЫ ПОЛИТИЧЕСКОГО ИНТЕРНЕТ-АКТИВИЗМА

УДК 321.02

https://doi.org/10.24158/pep.2020.7.2

Походня Анна Вадимовна

магистрант факультета политологии Санкт-Петербургского государственного университета

ГЕНЕЗИС И ФАКТОРЫ

ПОЛИТИЧЕСКОГО

ИНТЕРНЕТ-АКТИВИЗМА

Pokhodnya Anna Vadimovna

Master's Degree student, the Faculty of Political Science, St. Petersburg State University

GENESIS AND FACTORS OF POLITICAL INTERNET ACTIVISM

Аннотация:

В статье предлагается определение политического интернет-активизма. В работе проводится анализ факторов, повлиявших на становление и развитие политического интернет-активизма. Среди стимулов для эволюции форм практик политического взаимодействия автор отмечает технологические преимущества интернет-коммуникации, которые связаны с упрощением практик информирования, мобилизации и координации. Автор также рассматривает проблему кризиса традиционных общественных и политических институтов, СМИ. В статье выявляется фактор модернизации структуры общественных пространств для социального объединения и действия через призму понятия «третье пространство». В рамках работы обозначены и ценностные трансформации, повлекшие за собой изменение политического активизма: ориентация на практики самовыражения, рост ценностей индивидуализма и другие. Автором отмечается влияние транзитных политических процессов. Факторы систематизируются как на макро-, так и микроуровнях.

Ключевые слова:

политический активизм, социальные сети, политическая коммуникация, киберактивизм, инернет-активизм, активизм, политика, интернет.

Summary:

In the paper, the author offers a definition of political Internet activism. The analysis of factors that influenced the formation and development of political Internet activism is made. Among the incentives for the evolution of forms of political interaction practices, the author notes technological advantages of Internet communication, which are associated with the simplification of information, mobilization and coordination practices. The author also considers the problem of crisis in traditional public and political institutions and the media. The work identifies the factor of modernization of the structure of public spaces for social association and action through the prism of the concept of "third space". The work also identifies the value transformations that have led to the transformation of political activism: orientation to the practice of self-expression, the growth of values of individualism, and others. The author notes the influence of transit political processes. Factors are systematized on both macro and micro levels.

Keywords:

political activism, social networks, political communication, cyber activism, Internet activism, activism, politics, the Internet.

Цифровизация политики изменила структурный и содержательный характер политической коммуникации. Трансформацию претерпели отношения между государственными акторами, партиями, активистами и гражданами. Сетевое измерение модернизирует вертикальную структуру властных отношений. Интернет становится новой площадкой для эгалитарного взаимодействия. В этом контексте интернет-активизм возникает как логичная ступень развития всей системы политической коммуникации и действия. Интернет-активизм включает в себя использование информационно-коммуникационных технологий для поддержки социальных и гражданских движений [1, с. 360-388]. Политический интернет-активизм представляет собой комплекс виртуальных активистских практик, сопряженных с выдвижением политических требований или обозначением позиции по государственным, экономическим и политическим вопросам, а также с возможной интеграцией с политическими институтами. Развитие форм киберучастия идет параллельно с ростом доступности цифровых технологий.

Исследуемая проблематика рассматривается нами через призму теории сетевого общества М. Кастельса, в рамках которой сети выступают в качестве нового конструкта социума. Ключевыми характеристиками новой реальности являются информация, всеохватность технологических эффектов, сетевая организация взаимодействия, а также гибкость, гибридность, подвижность их форм. Кумулятивность этих факторов изменяет социальную парадигму, на системном и частных уровнях изменяя организационные правила игры [2, а 77-78].

Практика активизма трансформировалась благодаря новым инструментам для обмена и поиска информации, упрощающим становление общества социальных сетей. С. Хилл говорит о революции хэштегов, повлиявшей на формирование нового типа политического взаимодействия. Простота вовлечения, скорость обмена и поиска данных упростили процесс организации, координации событий через сегментацию контента и сторонников, через систему тегов, разграничивающих повестки. Для активистов, политических акторов расширение числа участников событий

методом «снежного кома» через теги в Twitter сопряжено с упрощением процесса унификации коллективных действий [3, с. 41-44].

Интересным представляется аналогия виртуального пространства с «третьим местом» Р. Ольденбурга. С появлением интернет-технологий начали складываться новые «третьи пространства», полностью не заменившие кафе, спортивные или книжные клубы, но позволившие нарастить количество социальных связей. Социальные сети стали новым местом для взаимодействия, получения эмоций, связанных с общностью и солидаризацией [4]. Изначально «третье пространство» лишено политического контекста, но виртуальные объединения стали местом для развития политических активистских практик. Интернет-платформы выступили площадками преимущественно для интеграции жителей городов. Социально-политический дискурс, общность целей и интересов оказывают влияние на формирование идентичности, которая обнаруживается, в том числе и через политическое участие. Виртуальные площадки продемонстрировали отсутствие острой необходимости в государстве как в арбитре для координации и интеграции людей. Сетевые механизмы интернет-взаимодействия в «третьих пространствах» предоставляли активистам площадку для деятельности.

Трансформации, сопряженные с переходом социума в постиндустриальную стадию, несомненно, оказывают влияние на изменение ценностей. Одними из самых заметных ученых, изучающих аксиологическую эволюцию, являются Р. Инглхарт и К. Вельцель. Исследователи отмечают рост потребности в самовыражении и творческой деятельности. Также авторы говорят и о возрастании потребности индивида быть вовлеченным в общественную деятельность [5]. Одной из площадок для реализации ценностей самовыражения стали социальные сети, чья инфраструктура позволяет почти беспрепятственно генерировать контент. Интернет-сообщества стали полем для политического творчества, разрешая фрустрацию креативного класса. Рассматривая изменение ценностей в связке с феноменом самокоммуникации М. Кастельса, можно говорить о влиянии аксиологических преобразований на развитие политического интернет-активизма.

Описанные процессы также сопровождаются появлением новых социальных страхов, которые мотивируют людей менять модели мышления и поведения. У. Бек отмечает значительный сдвиг общественного сознания в сторону индивидуализации. Социолог постулирует, что индивиды с целью собственного материального сохранения ставят свою личность на первый план. Индивидуализация только усугубляет тенденцию к размыванию коллективных форм жизни [6, с. 106]. Осмысляя интернет-активизм в данном контексте, нельзя не сказать о возрастающем количестве блогеров, информационная повестка которых часто сосредоточена преимущественно на личных проблемах. Локальная повестка микроинфлюенсеров может не соотноситься с генеральной линией других представителей той или иной идеологии, а поднимаемые проблемы будут носить частный характер. Таргет-технологии выстраивают уникальную для каждого пользователя повестку дня. Свобода коммуникации в виртуальном пространстве позволяет каждому человеку формировать личные стратегии сетевого взаимодействия в зависимости от актуальности проблемы с ориентацией на локальную повестку. Неограниченность в выборе форм реагирования на события становится одним из факторов, определяющих развитие виртуального политического активизма.

В постиндустриальном обществе большую ценность в процессах управления, принятия решений и организации приобретает информация. Рассматриваемый нарратив приводит к пересмотру и деконструкции основ менеджмента, роли государства, НКО, партий, групп интересов. Модель политического процесса переориентируется на сетевую форму организации. Возрастает общее количество социально-политических сетей, увеличивается влияние сетевых агентов в выработке и принятии решений на разных уровнях управления. Все это ведет к созданию аналоговых вариантов гражданского участия в политическом процессе [7]. Нельзя не сказать и о кризисе традиционных политических институтов. А.В. Курочкин отмечает упадок разнообразных форм тотальной организации политики и управления [8]. Эта проблема осложняется в связи с появлением инновационных вариаций организации политического процесса с интеграцией интернет-ресурсов, которые, по своей сути, являются более гибкими и способны быстрее адаптироваться к быстро изменяющимся обстоятельствам.

Модернизация политической системы привела к снижению доверия к традиционным политическим институтам. Параллельно этим процессам происходит виртуализация политики, заметен рост сетевого интернет-активизма. Новые вариации политических институтов, измеряемые виртуальным пространством, представляют расширенный спектр возможностей участия. Вовлечение широкого круга лиц в процессы обсуждения политики, генерация контента, побуждение к практикам интернет-активизма обогащают политический процесс, актуализируя повестку [9, с. 211-213]. Рост роли интернета связан с потерей актуальности традиционных форматов, не отвечающих постиндустриальным запросам социума, становится катализатором в трансформации активистских практик. Интернет-активизм является реакцией, направленной на построение

альтернативных социальных систем в противовес традиционным, имитирующим функцию представительства интересов.

Монополизация традиционных СМИ также явилась одной из причин, повлиявших на развитие практик политического интернет-активизма. Проблемы свободы слова снижают уровень доверия к СМИ, побуждают к пересмотру источников информации. Рассматривая проблему в контексте России, нельзя не сказать о кризисе свободы слова и прессы, фиксируемой организацией «Репортеры без границ» [10]. В этом ключе объяснение получает популяризация практик гражданской интернет-журналистики как формы влияния на процесс принятия решений. Интернет-коммуникация порождает запрос на транспарентность в принятии решений, возникновение мо-ниторной демократии [11, с. 33]. Но у рассматриваемого явления есть и негативные стороны, связанные с созданием управляемых гиперэхокамер, девальвирующих независимость и эгали-тарность сетевой коммуникации [12, с. 355].

Ответом на тенденции снижения доверия к традиционным институтам, появление альтернативных моделей политического интернет-активизма явилось распространение государственными структурами онлайн-инструментов участия. Такие платформы, как «Активный гражданин» и «Наш Петербург» вовлекают людей в деятельность по общественным вопросам, легитимизируя принятие решений. Получение поддержки действий акторов через публичное обсуждение актуальных проблем приводит к желаемой корректировке уровня доверия к институтам. Культивация новых форм участия в политическом процессе имеет не только низовой характер, но и внедряется «сверху».

Социальные трансформации в государствах с переходными режимами также оказали влияние на становление и развитие политического интернет-активизма. Преимущество виртуальной коммуникации - упрощение механизмов мобилизации и координации, которые в переходных системах становятся одним из главных факторов изменений. Смартфоны как источник информации и свободной коммуникации становятся оружием в борьбе с негативными устоями в политических системах [13]. Снижение ресурсных издержек, сложная подконтрольность интернета определили развитие активизма. Попытки государств взять интернет под контроль не увенчаются полным успехом и вызовут шквал недовольства со стороны общества [14]. Технологии VPN, фейковые аккаунты, географическая свобода коммуникации делают интернет-площадки привлекательными для активистов оппозиционного толка, не обладающих институциональными ресурсами для деятельности.

Факторы, повлиявшие на развитие форм политического интернет-активизма, можно подразделить на макро- и микроуровни. К макроуровню относятся глобальные экономические, политические, социальные изменения, несущие в себе модернизацию ценностей, паттернов политической коммуникации. Факторами микроуровня выступают локальные обстоятельства, повлекшие за собой активизацию деятельности в виде реакции на ситуационные изменения. Комплекс рассмотренных факторов явился катализатором трансформаций форм политического активизма в новом цифровом измерении.

Ссылки:

1. Yang K.C.C., Kang Y. Social Media, Political Mobilization, and Citizen Engagement: A Case Study of the March 18, 2014, Sunflower Student Movement in Taiwan // Handbook of Research on Citizen Engagement and Public Participation in the Era of New Media. 2017. P. 360-388. https://doi.org/10.4018/978-1-5225-1081-9.ch020.

2. Кастельс М. Информационная эпоха: экономика, общество и культура. М., 2000. 608 с.

3. Hill S. Digital Revolutions. Activism in the Internet Age / S. Hill. Oxford, 2013. 160 p.

4. Wright S. From "Third Place" to "Third Space": Everyday Political Talk in Non-Political Online Spaces // The Public. 2012. Vol. 19. № 3. P. 5-20. https://doi.org/10.1080/13183222.2012.11009088.

5. Инглхарт Р., Вельцель К. Модернизация, культурные изменения и демократия: Последовательность человеческого развития. М., 2011. 464 с.

6. Бек У. Общество риска. На пути к другому модерну / пер. с нем. В. Седельника и Н. Федоровой. М., 2000. 222 c.

7. Курочкин А.В. Политика в условиях сетевого общества: новая структура и содержание // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. Тамбов, 2011. № 3-2 (9). С. 113-117.

8. Там же. С. 115.

9. Luengo O. Political Communication in Time of Crisis. Berlin, 2016. 364 p.

10. Reporters Without Borders [Электронный ресурс]. URL: https://rsf.org/en/russia (дата обращения: 30.03.2020).

11. Кин Дж. Демократия и декаданс медиа / пер. с англ. Д. Кралечкин. М., 2015. 308 с.

12. Володенков С.В. Влияние технологий интернет-коммуникаций на современные общественно-политические процессы: сценарии, вызовы и акторы // Мониторинг общественного мнения : Экономические и социальные перемены. 2019. № 5. С. 341-364.

13. Tapsell R. The Smartphone as the "Weapon of the Weak": Assessing the Role of Communication Technologies in Malaysia's Regime Change // Journal of Current Southeast Asian Affairs. 2018. Vol. 37. № 3. P. 9-29. https://doi.org/10.1177/186810341803700302.

14. Пивоваров В.А. Политико-правовое регулирование интернет-пространства в современной России // Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия: Социология. Политология. Саратов, 2018. Т. 18. № 2. С. 225-231. https://doi.Org/1 0.18500/1818-9601 -2018-18-2-225-231.

Редактор: Шейхетова Ирина Александровна Переводчик: Бирюкова Полина Сергеевна