Формирование норм права об отрицательных сервитутах в российском законодательстве

Вестник Челябинского государственного университета. 2015. № 4 (359). Право. Вып. 41. С. 87-92.

УДК 347 ББК 67.310

ФОРМИРОВАНИЕ НОРМ ПРАВА ОБ ОТРИЦАТЕЛЬНЫХ СЕРВИТУТАХ В РОССИЙСКОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ

А. Ю. Томилов, В. В. Томилова*

ФГБОУ ВПО «Челябинский государственный университет», Челябинск, Россия *ФГБОУ ВПО «Санкт-Петербургский государственный университет», Санкт-Петербург, Россия

Раскрывается вопрос об особенностях развития законодательства об отрицательных сервитутах. Выявляются роль и место отрицательных сервитутов в современном вещном праве и пути его совершенствования.

Ключевые слова: отрицательный сервитут, права собственников, сервитут.

Развитие гражданских правоотношений, вовлечение в оборот земельных участков и их интенсивное хозяйственное использование повлекли за собой столкновение интересов и прав собственников соседствующих участков. С целью реализации соответствующих интересов и обеспечения подобной возможности вне зависимости от смены конкретных обладателей недвижимости возникла разновидность ограниченных вещных прав на чужое имущество — отрицательные сер-витуты. Данная юридическая конструкция предусматривала запрет совершения определенных действий на служащем земельном участке или устранение отдельных легальных ограничений для собственника господствующего земельного участка [1. С. 11].

Большинство исследователей вещного права сосредоточились на разработке категории положительных сервитутов, а вопросы, касающиеся отрицательных сервитутов, начиная от самой возможности их установления и особенностей функционирования, не получили однозначного решения ни в юридической науке, ни в законодательстве.

Представление о том, что сервитуты по своему содержанию могут быть отрицательными, сформировалось еще в Древнем Риме. Об этом свидетельствует неоднократное упоминание подобных сервитутов в произведениях римских юристов: в частности, сама природа сервитута, по мнению юриста классического периода Помпония, состояла в том, «чтобы лицо допускало что-нибудь или не делало чего-нибудь» [3. С. 31].

В римский период сервитуты классифицировали на сельские и городские. Сельским отрицательным сервитутом был только сервитут запрета

на черпание воды (право требовать воздержания собственника служащего участка от черпания воды на нем с целью сохранения ее запаса на господствующем участке), а все остальные относились к городским сервитутам [4. С. 12]. Городские отрицательные сервитуты зародились в классическую эпоху римского права, когда резко возросло количество населения в Риме и других городах, ему подвластных, что повлекло за собой их интенсивную застройку [5. С. 41].

К городским отрицательным сервитутам относились: servitusartiusnontollendi (устанавливавший ограничение высоты возводимых построек, с тем чтобы серветуарий мог «пользоваться ненарушимо светом и видом»); s. пе1иттШшоШааШг (требовавший, чтобы сосед не изменял притока света любым иным образом); s. prospectшofficiatur р. prospiciendi (запрещавший соседу любым образом препятствовать просмотру вида, открывающемуся с господствующего участка) [1. С. 16]. К отдельной подгруппе отрицательных сервитутов относились вещные права, предусматривавшие устранение ограничений, установленных в пользу соседей: право пробить окно в стене соседа, который «не должен отнимать света», право строить здания выше нормы, застраивать окна, загораживать вид, протянуть в воздушное пространство соседа скат или балкон своего здания, выпускать дым в атмосферу «в необычном количестве», отводить пар из бани на участок соседа, устроить навозную яму у стены соседа, отводить воду на его земельный участок. Подобный перечень сервитутов, в соответствии с позицией Г. Дернбурга, не был исчерпывающим, и было возможно установление иных видов отрицательных сервитутов, например предусматривавших

запрет заниматься определенными ремеслами на земельном участке. Однако при этом требовалось соответствие устанавливаемого сервитута общему принципу, в соответствии с которым сервитут должен повышать ценность имения, а не служить выгодам определенного лица. Следовательно, в подобном порядке невозможно было устанавливать, в частности, ограничения на осуществление конкурирующих видов деятельности [8. С. 22].

Сервитуты, сложившиеся в римский период, были заимствованы правовыми системами многих государств, а в российском праве существование отрицательных сервитутов усматривается с конца XIX в.

Так, норма ст. 446 Свода законов Российской империи устанавливала запрет на устройство окон, выходящих во двор соседа, в домах, возведенных на меже, но она и предусматривала возможность получения разрешения на подобные действия путем заключения соглашения, которое подлежало оформлению в крепостном порядке как «уступка права собственности» и дополнительно обязывала соседа не заслонять окна «новым зданием или брандмауером» (судебная практика того периода толковала норму расширительно и усматривала в ней запрет на препятствование доступу света любым иным образом). Исходя из содержания возникающих в соответствии с данной нормой прав и обязанностей, а также наличия свойства следования, дореволюционная доктрина и судебная практика расценивали названное положение как предусматривающее возникновение именно отрицательного сервитута (образуемого путем отречения от соседских прав).

Имеются основания говорить о том, что отрицательные сервитуты в конце XIX — начале XX в. были востребованы юридической практикой. На это указывают решения кассационного департамента Правительствующего Сената, который признал возможным установление отрицательных сервитутов путем отказа от иных соседских прав. Сохранились также сведения о регистрации подобных сервитутов в архивах нотариальных учреждений, причем количество официально установленных отрицательных сервитутов было сравнимо с количеством положительных. Среди подобных обременений следует отметить предоставление права делать пристройки к чужой стене, иметь окна на чужой двор, устраивать балконы и выступы на имение соседа, право ската кровли на чужой двор и спуска дождевой воды,

право подтопления соседних земель, право примкнуть плотину к берегу соседа.

Пользуясь отсутствием в законе исчерпывающего перечня сервитутов, частные лица пытались их устанавливать в форме запретов на осуществление собственником земли определенной деятельности на своей территории. Г. Ф. Шер-шеневич, ссылаясь на практику нотариальных учреждений, упоминает о сервитутах, препятствующих собственнику застраивать свой участок, с тем чтобы не безобразить дом смежного собственника, или препятствующих вырубке пограничных аллей. Комиссия по составлению Гражданского уложения отмечала необходимость регистрации сервитутов света и вида, предполагавших «обязанность собственника не возводить никаких или известного рода сооружений». Однако не все требования сторон по установлению отрицательных сервитутов в частном порядке регистрировались нотариальными утверждениями. Так, имели место случаи отказа в регистрации договора помещика с бывшими крестьянами о взаимном запрете открывать кабаки в черте своих владений [4. С. 41].

Наличие отдельных отрицательных сервиту-тов предусматривало законодательство прибалтийских губерний Российской империи, а законодательство Царства Польского в качестве общего положения предусматривало деление сервитутов на «явные» и «неявные» (то есть положительные и отрицательные в соответствии с римской терминологией).

В проекте Гражданского уложения, разработанного в начале XX в., предусматривалось наличие отрицательных сервитутов, что следовало из самого определения термина «сервитут» как права в чужом имении, которое налагает на собственника имения обязанность что-либо терпеть или чего-либо не делать.

Данным проектом предусматривались группа сервитутов, устанавливаемых путем отречения от соседских прав, а так же сервитуты света и вида. Перечень сервитутов, в том числе отрицательных, не был исчерпывающим, так как, по мнению разработчиков, подобное перечисление не могло охватить все виды сервитутов, в которых могла возникнуть потребность в реальной жизни.

Однако этот проект так и не стал законом, а после революции 1917 г. и национализации земли и само понятие сервитута исчезло из гражданского законодательства вплоть до 1994 г.

В действующем гражданском законодательстве РФ закреплен открытый перечень сервитутов, допускается существование и отрицательных серви-тутов. Вместе с тем нет однозначного представления о том, подпадают ли отрицательные сервиту-ты под легальное определение сервитута, данное в п. 1 ст. 274 Гражданского кодекса (ГК) РФ, как право «ограниченного пользования чужим земельным участком». Если сформулировать указанную проблему более узко, необходимо решить, можно ли назвать осуществление права требовать воздержания от совершения определенных действий на чужом земельном участке или права воздействовать на него сверх законодательных ограничений использованием чужого имущества.

Дискуссия по данной проблеме велась еще в XIX в., продолжается и в наши дни. Прежде чем приступить к изложению научных позиций по этой теме, необходимо дать определение понятию «пользование». Подходы к характеристике этого базового понятия также различаются, и во многом именно эти различия предопределяют возможный ответ. Взгляды сторонников узкого подхода можно выразить цитатой Г. Ф. Шер-шеневича: «Пользование состоит в извлечении из вещи тех выгод, которыми определяется ее экономическое значение». Представители широкого подхода определяют право пользования более разнообразно. Так, В. Метельская пишет, что пользование чужой вещью включает в себя и «возможность извлечения из нее полезных свойств путем создания более благоприятных условий для эксплуатации собственного недвижимого имущества». Д. Монахов применительно к сервитутам предлагает рассматривать пользование вещью как «право определенного юридического господства над ней, юридически закрепленную возможность оказывать в том или ином отношении влияние на вещь» [14. С. 11].

Руководствуясь тем или иным пониманием категории «пользование», авторы либо признают наличие соответствующего правомочия в содержании отрицательного сервитута, либо приходят к выводу, что соответствующее ограниченное вещное право «не содержит в себе реального пользования чужой недвижимостью». С. Горонович, как сторонник узкого подхода, при этом поясняет следующее: сервитуарий «приобретает право пользоваться выгодами господствующего положения своей собственности, заключающимися в том, что он не лишается света и вида, которого мог бы лишиться, если бы не было сервитута».

Среди современных исследователей проблем вещных прав следует выделить позицию А. А. Рябова, который предложил рассматривать отрицательный сервитут как право реального пользования чужой недвижимостью, как например сервитут вида, предполагающий запрет на изменение участка с целью сохранения возможности обзора «благ, проистекающих из его собственных свойств». Обосновывая возможность установления подобного сервитута, А. А. Рябов утверждает, что извлечение полезных свойств из вещи не обязательно предполагает непосредственное на нее воздействие. Следует согласиться с тем, что активное воздействие на вещь — не имманентно присущая пользованию характеристика, но применительно к п. 1 ст. 274 ГК РФ пользование понимается именно таким образом. В подавляющем большинстве случаев дореволюционные и зарубежные исследователи, определяя понятие сервитута через его содержание, предлагают двучленные определения. И если первая часть включает в себя категорию пользования, то вторая сформулирована с использованием отрицания как право требовать воздержания от действий или устранения других лиц от пользования вещью. Кроме того, все примерные виды сервитутов, перечисленные в п. 1 ст. 274 ГК РФ, предполагают совершение активных действий в отношении служащего участка.

Иную позицию высказывает А. Д. Рудоквас, который исходит из отсутствия разграничения принудительных и добровольных сервитутов, утверждает, что в российском праве возможно установление лишь тех сервитутов, что восполняют объективный недостаток имения, а не просто повышают удобство его использования, что и будет иметь место при установлении предложенного сервитута.

Помимо вопроса о допустимости существования отрицательного сервитута в соответствии с ныне действующим законодательством ставится также вопрос о том, насколько подобная конструкция вписывается в сложившуюся систему разграничения вещных и обязательственных, абсолютных и относительных прав.

Проблема выделения сущностных признаков вещного права до сих пор не получила своего однозначного решения. Однако, согласно господствующей точке зрения, одним из таких отличительных признаков является то, что объектом складывающегося правоотношения выступает индивидуально-определенная вещь. Так, Т. В. Дерюгина

при анализе ст. 56 проекта Земельного кодекса РФ, в которой предлагается установление сервитута света и вида, определенного как «право требовать не заслонять свет и вид», исходит из позиции, что объектом данного правоотношения является именно «право требования», а не служащий участок. Если исходить из данного утверждения, то отрицательные сервитуты не соответствуют признакам вещных прав.

Иную точку зрения высказывает Д. М. Монахов. Он исходит из того, что объектом любого правоотношения является благо, удовлетворяющее интересы управомоченной стороны, применительно к сервитуту вида подобным благом выступает ландшафт, следовательно, он и есть объект соответствующего сервитута. Так как ландшафт подпадает под характеристики индивидуально-определенной вещи, сложностей с причислением сервитута к вещным правам не возникает. Такой подход вызывает определенные возражения в части определения места и роли служащего участка, который традиционно понимается как объект сервитута и допустимости введения запрета на использование участка для производственных целей.

Еще одна проблема, связанная с классификацией отрицательных сервитутов возникает применительно к возможности причислить их к абсолютным правам, которым корреспондируется обязанность неопределенного круга лиц. По мнению А. О. Рыбалова, «обязанность по воздержанию от совершения указанных в договоре действий в отношении конкретной вещи не может лежать на неопределенном круге лиц, которые просто не могут знать об этом соглашении», следовательно, по своему характеру правоотношение, возникающее при установлении отрицательного сервитута, относится к числу относительных [15. С. 17].

По своей правовой природе отрицательные сервитуты ближе к отрицательным вещным обязательствам. Права и обязанности в подобном правоотношении также получают свойство следования. Но, как указывает А. О. Рыбалов, существует некоторое различие в возможностях защиты, обусловленное природой соответственно вещных и обязательственных правоотношений.

Имеется в виду то, что при нарушении запрета, установленного отрицательным сервитутом,

сервитуарий посредством негаторного (вещного) иска может заявить требование об устранении всех созданных препятствий в осуществлении его прав: о сносе строений, препятствующих доступу света или обзору вида и т. д. Основывается это на том, что «негаторное требование направлено на восстановление вещных прав в том виде и объеме, в каком они существовали до нарушения в регулятивном правоотношении».

Таким образом, рассмотренные правовые конструкции отрицательных сервитутов и вещных обязательств практически в равной мере могут быть использованы для оформления ограничений совершения действий на чужой недвижимости и уступки соседских прав. Выбор определенной правовой конструкции, каждая из которых имеет свои достоинства и недостатки, ее нормативно-правовое оформление — вопрос законодательных предпочтений.

При обсуждении проекта изменений в ГК РФ предложение о введении отрицательных сервиту-тов, а именно сервитутов света и вида, не получило поддержки разработчиков. По их мнению, соответствующие проблемы в известной мере разрешены градостроительным и архитектурным законодательством, отчасти будут урегулированы в рамках института соседских прав. В окончательном проекте упоминается деление сервитутов на положительные и отрицательные, но среди исчерпывающего перечня их конкретных разновидностей отрицательные не упоминаются.

Подобный подход законодателя, предусматривающий регулирование «в известной части», не всегда обеспечивает интересы собственников недвижимости. Например, при соблюдении всех установленных нормативов по инсоляции помещений уровень освещенности будет недостаточным для конкретного владельца, а право на вид действующим законодательством вообще не защищается, в то время как вид из окна воспринимается как одна из составляющих, влияющих на стоимость объекта недвижимости.

Использование отрицательных сервитутов в законодательстве позволит достичь определенных как частных, так и публичных целей, положительно скажется на гражданском обороте, что требует их дополнительного научного исследования.

Список литературы

1. Барон, Ю. Система римского гражданского права: в 4 т. Т. 2, кн. 2, 3 / Ю. Барон ; пер. с нем. Л. Пет-ражицкого. 3-е изд. СПб., 1908.

2. Гамбаров, Ю. С. Курс гражданского права : Т. 1. Часть общая / Ю. С. Гамбаров. СПб., 1911. 780 с.

3. Горонович, И. Исследование о сервитутах : доклад, читанный в Киевском юридическом обществе 13 ноября 1882 г. / И. Горонович. СПб., 1883. 107 с.

4. Гражданское уложение : проект Высочайше утвержденной Редакционной комиссии по составлению Гражданского Уложения (с объяснениями) : в 2 т. Т. 2, кн. 3. Вотчинное право. СПб., 1902. 723 с.

5. Дернбург, Г. Пандекты : в 3 т. Т. 1, ч. 2. Вещное право / Г. Дернбург ; под ред. А. Ф. Мейендорфа ; пер. с нем. А. Ю. Блоха и др. СПб., 1905. 364 с.

6. Дерюгина, Т. В. Объекты сервитутного правоотношения / Т. В. Дерюгина // Журн. рос. права. 2001. № 5. С. 44-46.

7. Дигесты Юстиниана = Digestalustiniani : в 8 т. Т. 2, кн. 5-11 / отв. ред. Л. Л. Кофанов. М., 2002.

8. Змирлов, К. Право на свет как один из видов права участия частного (446 ст. I ч. X т.) / К. Змирлов // Журн. М-ва юстиции. 1895. № 11. С. 268-273.

9. Концепция развития законодательства о вещном праве // Вестн. Высш. Арбитраж. Суда Рос. Федерации. 2009. № 4. С. 88-197.

10. Копылов, А. В. Вещные права на землю / А. В. Копылов. М., 2000. 256 с.

11. Косарев, И. Э. Право ограниченного пользования чужим недвижимым имуществом: сервитуты / И. Э. Косарев // Правоведение. 1996. № 3. C. 99-109.

12. Метельская, В. В. Проблемы правового регулирования сервитутов / В. В. Метельская // Арбитраж. практика. 2009. № 2. С. 18-27.

13. Монахов, Д. А. Сервитуты и их судебная защита : дис. ... канд. юрид. наук / Д. А. Монахов. СПб., 2010. 299 с.

14. Подшивалов, Т. П. Негаторный иск : дис. ... канд. юрид. наук / Т. П. Подшивалов. Саратов, 2011. 197 с.

15. Рудоквас, А. Д. Частные сервитуты в гражданском праве России / А. Д. Рудоквас // Вестн. Высш. Арбитраж. Суда Рос. Федерации. 2009. № 4. С. 186-205.

16. Рыбалов, А. О. О сервитуте света в российском праве / А. О. Рыбалов // Вестн. Высш. Арбитраж. Суда Рос. Федерации. 2011. № 5. С. 6-11.

17. Рябов, А. А. Отрицательные сервитуты и сервитуты вида в российском гражданском праве / А. А. Рябов // Журн. рос. права. 2007. № 5. С. 67-75.

18. Свод законов Российской империи : в 16 т. Т. 10 / под ред. И. Д. Мордухай-Болтовского. СПб., 1912. 385 с.

19. Шершеневич, Г. Ф. Учебник русского гражданского права / Г. Ф. Шершеневич. 10-е изд. М., 1912. 951 с.

Сведения об авторах

Томилов Александр Юрьевич — кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права и процесса Челябинского государственного университета, Челябинск, Россия. nika-01-2006@yandex.ru

Томилова Вероника Александровна — студентка юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета, Санкт-Петербург, Россия. nika-01-2006@yandex.ru

Bulletin of Chelyabinsk State University. 2015. № 4 (359). Law. Issue 41. P. 76-81.

FORMATION OF RULES OF LAW ABOUT NEGATIVE EASEMENTS IN THE RUSSIAN LEGISLATION

A. Yu. Tomilov

Candidate of legal Sciences, associate Professor of civil law and process of the Chelyabinsk state University, Chelyabinsk,

Russia. nika-01-2006@yandex.ru

V. A. Tomilova

Student of law faculty of St. Petersburg state University, St. Petersburg, Russia. nika-01-2006@yandex.ru

Authors opens a question of features development of the legislation on negative easements. During consideration of questions of article authors reveal a role and a place negative easements in the modern real right and ways of its improvement.

Keywords: negative easement, rights of owners, easement.

92

A. W. ToMunoB, B. B. ToMunoBa

References

1. Baron Yu. Sistema rimskogo grazhdanskogo prava v 4 t. T. 2, kn. 2, 3 [Sistem of the Roman civil law in 4 vol. Vol. 2, bk. 2, 3]. St. Petersburg, 1908. 174 p. (In Russ.).

2. Gambarov Yu.S. Kurs grazhdanskogo prava : T. 1. Chast' obschaya [Kurs of civil law. Vol. 1. Part the general]. St. Petersburg, 1911. 780 p. (In Russ.).

3. Goronovich I. Issledovanie o servitutah: doklad, chitanniy v Kievskom yuridicheskom obschestve 13 no-yabrya 1882 g. [A study on the easements report, read in Kyiv law society November 13, 1882]. St. Petersburg, 1883. 107 p. (In Russ.).

4. Grazhdanskoe ulozhenie: proekt Vysochaishe utverzhdennoy Redakcionnoy komissiipo sostavleniyu Grazhdanskogo Ulozheniya (s objasneniyami) v 2 t. T. 2, kn. 3. Votchinnoepravo [Civil code: the Project Was approved by the Drafting Committee on the drafting of the Civil Code in 2 vol. Vol. 2, bk. 3: With explanations]. St. Petersburg, 1902. 723 p. (In Russ.).

5. Dernburg G. Pandekty v 3 t. T. 1, ch. 2. Veschnoe pravo [Pandecta in 3 vol. Vol. 1, pt. 2. Property law]. A.F. Meiendorf (ed.). St. Petersburg, 1905. 364 p. (In Russ.).

6. Derugina T.V. Objekty servitutnogo pravootnosheniya [Objects servitude relationship]. Zhurnalrossijskogo prava [Journal of Russian law], 2001, no. 5, pp. 44-46. (In Russ.).

7. Kofanov L.L. (ed.) Digesty Yustiniana = Digestalustiniani v 8 t. T. 2, kn. 5-11 [Digesta of Justinian = Di-gestaIustiniani in 8 vol. Vol. 2, bk. 5-11]. Moscow, 2002. 622 p. (In Russ.).

8. Zmirlov K. Pravo na svet kak odin iz vidov prava uchastiya chastnogo (446 st. I ch. X t.) [Right for light as one of types of the right of participation private (Art. 446 of pt. 1 of vol. 10)]. Zhurnal Ministerstva yusticii [Magazine of the Ministry of Justice], 1895, no. 11, pp. 268-273. (In Russ.).

9. Koncepciya razvitiya zakonodatel'stva o veschnom prave [Concept of development of the legislation on the real right]. Vestnik vysshego arbitrazhnogo suda [Bulletin of the Supreme Arbitration Court], 2009, no. 4, pp. 88-197. (In Russ.).

10. Kopylov A.V. Veschnyeprava na zemlu [Real rights for the earth]. Moscow, 2000. 256 p. (In Russ.).

11. Kosarev I.E. Pravo ogranichennogo pol'zovaniya chuzhim nedvizhimym imuschestvom: servituty [Pravo of limited use of someone else's real estate: easements]. Pravovedenie [Jurisprudence], 1996, no. 3, pp. 99-109. (In Russ.).

12. Metel'skaya V.V. Problemy pravovogo regulirovaniya servitutov [Problems of legal regulation of easements]. Arbitrazhnayapraktika [Arbitration practice], 2009, no. 2, pp. 18-27. (In Russ.).

13. Monahov D.A. Servituty i ih sudebnaya zaschita: dis. ... kand. yurid. nauk [Easements and their judicial protection. Thesis]. St. Petersburg, 2010. 299 p. (In Russ.).

14. Podshivalov T.P. Negatorniy isk: dis. ... kand. yur. nauk [Negatory. Thesis]. Saratov, 2011. 197 p. (In Russ.).

15. Rudokvas A.D. Chastnye servituty v grazhdanskom prave Rossii [Private easements in civil law of Russia]. Vestnik Vysshego Arbitrazhnogo Suda Rossijskoj Federacii [Bulletin of the Supreme Arbitration Court of the Russian Federation], 2009, no. 4, pp. 186-205. (In Russ.).

16. Rybalov A.O. O servitute sveta v rossiyskom prave [About the easement of light in Russian law]. Vestnik Vysshego Arbitrazhnogo Suda Rossijskoj Federacii [Bulletin of the Supreme Arbitration Court of the Russian Federation], 2011, no. 5, pp. 6-11. (In Russ.).

17. Ryabov A.A. Otritsatel'nye servituty i servituty vida v rossiyskom grazhdanskom prave [Negative easements and easements of a look in the Russian civil law]. Zhurnal rossijskogo prava [Magazine of Russian law], 2007, no. 5, pp. 67-75. (In Russ.).

18. Morduhay-Boltovskij I.D. (ed.) Svodzakonov Rossiyskoy imperii v 161. T. 10 [Code of laws of the Russian Empire in 16 vol. Vol. 10]. St. Petersburg, 1912. 385 p. (In Russ.).

19. Shershenevich G.F. Uchebnik russkogo grazhdanskogo prava [Textbook of the Russian civil law]. Moscow, 1912. 951 p. (In Russ.).