Традиции и новации в культурно-историческом развитии костюма кубанского казачества (женская одежда второй половины ХIХ - начала ХХ века)

Этнология и фольклористика

М. В. ШАРАПОВА

традиции и новации в культурно-историческом развитии

костюма кубанского казачества

В исторической ретроспективе рассматриваются различные комплексы одежды кубанских казачек, выявляется соотношение в них традиционных/урбанизированных элементов. Ключевые слова: женский казачий костюм, комплекс одежды, традиция, новации.

Ускорившийся во второй половине XIX века в связи с падением феодально-крепостнической системы переход от полунатурального хозяйства к фабричному и крупнопромышленному производству повлек за собой изменения социальной структуры общества и этнических традиций. Это повлияло на быт города и деревни и, конечно, на традиционную одежду как одну из форм материальной культуры. Цель данной статьи - рассмотреть в синхронии / диахронии комплексы одежды кубанских казачек на основе письменных и этнографических источников, многие из которых впервые вводятся в научный оборот.

В середине XIX века на Кубани бытовало несколько комплексов одежды: с плахтой, с юбкой, с сарафаном и с бешметом. Одежда с плахтой в основном была характерна для этнически гомогенных западных (черноморских) станиц Кубанской области, но имела распространение и в восточных станицах - среди украинского населения.

По особенностям кроя выделяют три основных типа украинской поясной одежды: несшитую, состоящую из одного или двух полотнищ (запаска, одноплатовая дерга); частично сшитую распашную (дерга, плахта) и сшитую глухую (стдниця, андарак, лтник) [1].

Плахту обычно носили с передником, который функционально иногда замещала красная или синяя запаска. К середине XIX столетия запаска и плахта уже не являлись основными типами поясной одежды черноморских казачек, но какое-то время еще сохраняли статус традиционного костюма украинских переселенцев новой волны. Старинные формы украинской национальной одежды активно вытеснялись юбками (сподницами), сшитыми из домотканых или фабричных тканей. Уже в начале XX века И. Успенский констатировал, что казачки «теперь и в нужде не могут примириться с дедовской патриархальностью в одежде, носить холщовую рубашку вместо ситцевой, грубую плахту - вместо цветной юбки» [2].

Комплекс с сарафаном был распространен в линейных кубанских станицах. Данные об ареалах разных комплексов женской одежды можно почерпнуть в историко-этнографическом атласе, изданном в 1967 году [3]; в основном наблюдалось преобладание комплекса одежды с юбкой и ограниченное бытование - с сарафаном. Черный шерстяной косоклинный сарафан отмечен в

ст-це Родниковской, его появление местные жители связывают с поздними переселенцами из Воронежской губернии [4]. В письменных источниках он зафиксирован в качестве детской казачьей одежды ст-цы Новопокровской (середина 1870-х гг.) [5].

На основе имеющихся материалов по женской одежде линейного кубанского казачества мы приходим к выводу о бытовании комплекса с сарафаном в восточных районах Кубани, особенно - в бывших крестьянских однодворческих селениях. До 70-х годов XIX века сарафан был распространенной одеждой крестьянок Ставрополья, имел локальное бытование на Верхнем Дону [6].

В документах встречаются единичные свидетельства о другой верхней женской одежде. Так, в описи вещей (1873), украденных у казачки из ст-цы Кавказской (одна из первых линейных станиц на Кубани, основана в 1794 г.), фигурирует «бешмет женский черный с цветами нешитый» (т. е. не вышитый) [7]. Для донского (низового) казачества специфичен комплекс с кубелеком. Это распашное платье с отрезным лифом в талию носили поверх рубашки с широкими рукавами.

В документах войсковой канцелярии Черноморского казачьего войска есть упоминания об отдельных компонентах одежды донских казачек. В списке вещей, украденных в 1803 году в селении Рождественском, указаны «колпак донской бумажный, сподница коломайская донская, кубелек новый российский голубой китайки» [8]. Ограниченное число источников не позволяет судить о степени распространенности и устойчивости донского комплекса одежды в линейных станицах.

Бешмет был характерной одеждой казачек терско-гребенского округа, где отчетливо прослеживалось горское влияние [9]. Шили его из хлопчатобумажных и шелковых однотонных или цветных (в мелкий узор) тканей, отрезным по талии. В разрезах вверху (через глубокий овальный вырез на груди) и внизу была видна рубаха (юбка), рукава были чуть ниже локтя; оформлялся он галуном, шнуром, серебряными или вызолоченными застежками.

С середины XIX столетия преобладающим типом одежды в кубанских станицах становится комплекс с юбкой в различных его вариантах - с кофтой и рубахой на кокетке (в черноморских станицах он широко распространен уже в первой по-

с- о "Культурная жизнь Юга России"

52 —

№ 3 (41), 2011

ловине XIX в.). Среди разнообразных по качеству, расцветке и орнаментации тканей доминировали «полосатые»: пестрядь, «тяжина» (простая набойчатая или тканая материя), ситец, демикотон [10].

Полосатая юбка была характерна для народного костюма украинцев - «летник», «дымник» [11]; соответствующие названия зафиксированы в этнографических источниках более позднего времени применительно к юбкам в первом случае из широких, а во втором - из узких полос [12].

Во второй половине XIX века ткани в полоску (ситец, шелк, шерсть) широко использовались в городском комплексе одежды (кофта с юбкой). Были в моде юбки, сшитые из шерстяной ткани светлых цветов с шелковыми цветными полосками (голубые, красные, зеленые) [13]. Будучи типичным элементом европейского женского костюма, нижние юбки являются неотъемлемой частью одежды казачек. Дорогие праздничные зоновки (зоновая, белый подол), особо ценившиеся в то время, делали длиннее верхней юбки, а подол украшали большой оборкой с кружевами, вышивкой, фестонами. Верхние юбки шили из ситца, шелка, бриллиантина, коленкора, шерсти, бархата; декорировали оборками, кружевами, орнаментальными бордюрами (каймой) [14].

«Если верх рубахи украшен, то юбка носится без кофты, если же рубаха простая американовая, то сверху надевается кофта» [15]. Кофточки отличались большим разнообразием фасонов: баска, кофта с талейкой, матене, матрос, кираса, гейша и др. Они имели прямой или приталенный крой, украшались кружевом, пуговицами, вышивкой, тесьмой, оборками, сутажом, стеклярусом и др. Их делали из однотонных и орнаментированных хлопчатобумажных, шелковых и шерстяных тканей с прямым узким или объемным рукавом, с воротником или без него, нередко в паре с юбкой из того же материала (парочка) [16].

В каждом из названных комплексов была рубаха. Она изготавливалась из холста, ситца, миткаля, коленкора, сарпинки, бязи. В рассматриваемый период бытовали: рубаха туникообразная с прямым разрезом и невысоким стоячим воротником, рубаха с поликами цельнокроеная и составная (стан с рукавами и подставка), рубаха на кокетке (с талейкой) [17].

Одним из элементов женского костюма являлся передник: туникообразный (занавеска) и поясной (попередница, фартух, завеска) [18]. Занавески были типичной одеждой русских крестьянок Южной России. Девушки надевали их на рубахи или на сарафаны, замужние женщины - поверх рубахи и поневы-плахты. У украинцев поясной фартук был единственной формой передника. На рубеже Х1Х-ХХ веков на Кубани бытовали поясные фартуки из домотканого холста или фабричных хлопчатобумажных тканей (ситца). В начале XX столетия в моду вошли вышитые фартуки, которые носили с праздничной одеждой.

Распространяется на Кубани и городская одежда (конец XIX в.) - платья, юбки, кофты из покупных тканей. «Каждый праздник вы можете видеть

в церкви и на улице разряженных девушек и молодых женщин в прекрасных ситцевых, шерстяных и даже шелковых платьях» [19]; наряды «у многих сшиты по моде» [20].

В середине XIX века наблюдалось упрощение не только традиционного костюма, но и головных уборов. Выходит из употребления старинный по-лотенчатый головной убор замужних женщин - наметка (повязывалась поверх очипка), ограниченно бытовавший в некоторых черноморских станицах. Однако в некоторых районах в середине 1880-х годов в обряде «повивания» невесты фигурирует шлычка с коленкоровой наметкой (длиной в четыре аршина) [21]. Очипок, (очепок, колпак) - основной головной убор замужних женщин: «поверх сплетенных кос надевают чепец или попросту "колпак", "очипок", сшитый из недорогой материи, так как его бывает не видно из-под платочка» [22]. Во второй половине XIX века традиционные женские головные уборы все чаще называют чепцами: «Голова и лицо женщины завязаны шалью и подшаль-ником из черной шерстянки, чепчик (шлычка) из кумачу» [23]. Шлычку - род маленькой шапочки, состоявшей из круглого донышка и узкого бортика, - носили, как и чепчик, почти закрывая волосы. В начале XX столетия стали модны шлычки, надевавшиеся только на пучок волос, а не на всю голову. Поверх шлычки повязывали платки - летом легкие ситцевые или шелковые, зимой шерстяные (или шали с подшальниками).

Изменения коснулись также обуви, верхней демисезонной и зимней одежды. Старый покрой мужской и женской одежды, связывавшийся с «дедовской патриархальностью», вытеснялся: «В погоне за модами казачки старались подражать деревенским интеллигентным дамам» [24]. Заведующий Чамлыкским двухклассным училищем отметил в 1904 году: «Девушки, молодые женщины предпочитают во всем подражать моде, зажиточному и привилегированному классу, хотя подражанье это своеобразное и доходит до смешного» [25].

Поскольку народный костюм - это система взаимосвязанных элементов, нововведения (изменения даже в одном из элементов) зачастую приводят к ломке, перестройке всей системы костюма. В рассматриваемый период комплекс одежды кубанских казачек «распадается» на три пласта: традиционный, полутрадиционный и урбанизированный (интернациональный); последний становится доминирующим к началу XX века.

Историческое развитие казачьего костюма затронули процессы демократизации и стандартизации, связанные с переходом на промышленное изготовление одежды, обуви, украшений и т. д. Приверженцами традиции выступали малоимущие слои казачества, одежда которых относительно долго сохраняла этническую специфику. Однако и тут под влиянием общей моды наблюдался переход к использованию фабричных тканей, головных уборов и обуви, а затем и к смене самих форм одежды.

Процессы нивелировки и трансформации традиционной одежды протекали по-разному в отдельных станицах - зависели от экономического

положения того или иного селения, связи с городом и развития торговых отношений.

Литература и источники

1. Николаева Т. А. Украинская народная одежда: Среднее Поднепровье. Киев, 1987. С. 43.

2. Успенский И. Станица Димитриевская // Кубанский сборник (КС). Т. 8. Екатеринодар, 1902. С. 240.

3. Русские: ист.-этнографич. атлас (Земледелие. Крестьянское жилище. Крестьянская одежда сер. XIX - нач. XX в.): карты. М., 1967. Л. 40.

4. Кубанские станицы: Этнические и культурно-бытовые процессы на Кубани. М., 1967. С. 158.

5. Кубанские областные ведомости (КОВ). 1875. № 25. С. 2.

6. Невская Т. А. Ставропольские крестьяне: очерки хозяйства, культуры и быта / Т. А. Невская, С. А. Чекменев. Пятигорск, 1994. С. 85; Очерки традиционной культуры Казачества России. Т. 1. М.; Краснодар, 2002. С. 510.

7. Государственный архив Краснодарского края (ГАКК). Ф. 482. Оп. 1. Д. 42. Л. 3.

8. Там же. Ф. 250. Оп. 2. Д. 70. Л. 580.

9. Заседателева Л. Б. Культура и быт русского и украинского населения Северного Кавказа в конце XVI - XIX в. // Кавказский этнографический сборник. Т. 8. М., 1984. С. 53; Очерки традиционной культуры... С. 532.

10. Шаповалова А. В. Костюм черноморского казачества: традиции и мода (конец XVIII в. -1860 г.): дис. ... канд. ист. наук. Краснодар, 2009. С. 75-76.

11. Савченков И. Старое и новое в народном убранстве и одежде // Живая старина. Вып. 1. СПб., 1890. С. 109; Николаева Т. А. Украинская народная одежда . С. 48, 156, 158.

12. Краснодарский государственный историко-ар-хеологический музей-заповедник им. Е. Д. Фелицы-на. НА-4. Дневники этнографической экспедиции в ст-цу Пластуновскую Динского р-на. 1980 г. С. 5.

13. КОВ. 1873. № 49. С. 3; 1880. № 3. С. 2; № 40. С. 2.

14. Там же. 1874. № 18; № 43. С. 5; 1887. № 9. С. 2; 1893. № 61. С. 3; 1894. № 9. С. 4.

15. Шахов Д. Станица Воронежская: стат.-эт-нографич. описание // КС. Екатеринодар, 1883. Т. 1. С. 653.

16. КОВ. 1874. № 36. С. 3; КОВ. 1875. № 14. С. 5; № 16. С. 2; № 25. С. 2; № 35. С. 2; 1880. № 16. С. 2; 1899. № 180.

17. Лебедева А. А. Дон и Северный Кавказ // Крестьянская одежда населения Европейской России (XIX - начало XX в.). М., 1971. С. 242-244.

18. ГАКК. Ф. 482. Оп. 1. Д. 42. Л. 3; Ф. 353. Оп. 1. Д. 155. Л. 92; Лебедева А. А. Дон и Северный Кавказ . С. 250.

19. Передельский Е. Несколько слов об общине среди казаков // Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа. Вып. 5. Тифлис, 1896. С. 45.

20. Арканников Ф. Ф. Николаевская станица // КС. Т. 1. С. 564.

21. Близнюков П. Этнографический очерк станицы Бесленеевской Кубанской области // Северный Кавказ. 1887. № 57.

22. Шахов Д. Станица Воронежская ... С. 654.

23. ГАКК. Ф. 454. Оп. 7. Д. 105. Л. 56; КОВ. 1880. № 18. С. 4; № 30. С. 2.

24. Успенский И. Станица Димитриевская ... С. 226, 240; Арканников. Ф. Ф. Николаевская станица ... С. 563-564.

25. ГАКК. Ф. 670. Оп. 1. Д. 4. Л. 8.

m. v. sharapova. traditions and innovations in cultural and historical development of kuban cossacks' costumes

The author of the article considers Cossack women's different sets of clothes in historical retrospective review. The ratio of traditional / urbanized components in these sets is revealed. Key words: Cossack woman's costume, set of clothes, tradition, innovation.

С. Ю. ПАЛЬГОВ

зимние ритуальные обходы дворов и обряды сельских малороссов нижнего поволжья

На материале этнографических экспедиций в 1990-2000 годов (Нижнее Поволжье) описан комплекс зимних праздничных обрядов украинцев.

Ключевые слова: украинцы Поволжья, этнография, зимние праздничные обряды.

Низовья Волги - зона активного межэтнического взаимодействия народов славянского происхождения. В здешних селах сохранились календарные и семейно-бытовые формы традиционной культуры русских, украинцев, белорусов. Базой для нашей статьи о зимних молодежных увеселениях послужили беседы, фольклорно-этногра-

фические записи и интервью с малороссами сельских районов Волгоградской области [1].

В поселениях потомков украинцев, перебравшихся на Нижнюю Волгу еще в XVIII веке, ритуальные обходы дворов приурочены к основным праздникам зимнего календарно-обрядового цикла: Рождеству Xристову, старому Новому году,