К вопросу об эксплуатации основного экспортного трубопровода Баку - Тбилиси - Джейхан

1А.Ю. Коломойцева

К ВОПРОСУ ОБ ЭКСПЛУАТАЦИИ ОСНОВНОГО ЭКСПОРТНОГО ТРУБОПРОВОДА БАКУ - ТБИЛИСИ - ДЖЕЙХАН

Проблема поиска турецким правительством альтернативных путей экспорта нефти стала предметом исследования данной статьи. После распада СССР возник вопрос о транзите нефти через Каспий. Новый проект альтернативного трубопровода Баку - Тбилиси - Джейхан был подготовлен при активном участии Турции. Турецкие власти при этом преследовали цель усилить влияние своей страны на постсоветском пространстве. Первые колебания появились, когда выяснилось, что в Азербайджане нефти мало, а казахская нефть невысокого качества. По мнению автора, использование данного альтернативного пути вывоза нефти имеет скорее политическую, чем экономическую подоплеку.

Ключевые слова: энергетический сектор, экспортный трубопровод, государственная нефтяная компания, эффективность, транспортировка нефти, транзитный пункт.

Стабильные поставки энергоносителей - залог устойчивого развития и безопасности их потребителей как в лице государств, так и в лице негосударственных структур, частных предприятий и индивидуальных потребителей.

Вопрос диверсификации поставок углеводородного сырья всегда был жизненно важен для стран Европы, Китая, Турции, Ближнего Востока... Данная проблема связана с рядом причин, основными из которых являются нестабильность политического и экономического развития основных энергодобывающих регионов мира, их конфликтогенность, а также политика ценообразования, контролируемая ОПЕК.

Освобождение Каспийского региона из-под влияния распавшегося СССР в свете наличия там некоторого количества особо ценного в современном мире сырья естественным образом привлекло настойчивое внимание акторов различной политической ориента-

ции. Разведывательные работы, которые проводились в бассейне Каспия, выявили уровень запасов углеводородов на отметке 3-5% от общемировых показателей. Это было несколько меньше ожидаемого в начале 1990-х годов, но тем не менее достаточно, чтобы фактор внерегионального интереса способствовал стремительному развитию энергетического сектора прикаспийских стран, в первую очередь Азербайджана и Казахстана.

Турецкое руководство, исходя из ряда объективных причин, имеющих под собой культурно-этническую основу, усмотрело для себя особую роль на этом направлении. Как заявил в интервью премьер-министр Турции РТ. Эрдоган, «Турция благодаря своему стратегическому географическому положению приобретает особое место в точке стыка развивающихся сетей энергетических поставок, соединяющих Кавказ, Центральную Азию и Ближний Восток с Европой. Турция - важная страна с точки зрения источника надежных поставок нефти и газа в Европу»1.

Необходимо отметить, что для Турции вопрос обеспечения энергоресурсами жизненно важен. Страна небогата собственными углеводородными ресурсами. Собственного черного золота хватает на покрытие лишь крайне скромной части ее нужд. Основная часть запасов сконцентрирована на юго-востоке Анатолии, они составляют 41,8 млн т. Причем геологической особенностью этого региона страны являются его грунтовые слои, чрезвычайно трудные с точки зрения проведения разведывательных работ и добычи.

Ниже мы приводим данные по энергозапасам некоторых нефтеносных полей в Турции:

Область Сырая нефть

Батман 6 652 490 20 971 564

Адыяман 5 553 472 -

Фракия 73 039 244 802 089

Всего 12 279 001 265 773 662

На начало 2000-х годов годовая добыча нефти в Турции составляла 2,5 млн т, но она неуклонно падает, и ожидается, что к 2010 г. сократится в семь раз. Это накладывается на прогноз стабильного роста потребности в нефти. В Турции повышенный спрос на нефть и нефтепродукты предъявляет в первую очередь промышленность. Многие химические, лакокрасочные, машиностроительные предприятия производят крупные закупки нефти. Растущий спрос на бензин и смазочные материалы наблюдается в автотранспорте,

авиации и на флоте2. Хотя, важно отметить, в последнее время наметилась тенденция к сокращению доли нефти в пользу использования газа. Как отмечает Хильми Гюлер, министр энергетики и природных ресурсов Турции, нефть будет продолжать иметь вес, но появился новый актор, и это - природный газ3. Поэтому такой динамично развивающейся стране, как Турция, необходимо заручиться надежной поставкой энергоносителей для поддержания стабильности роста.

В этой связи вопрос о создании основного экспортного трубопровода Баку - Тбилиси - Джейхан стал для Турции (как и для ее южнокавказских соседей) надеждой на отличную энергетическую карту, разыграть которую значило обрести иной вес в глазах мирового сообщества - вес надежного альтернативного поставщика энергии на мировые рынки, и прежде всего в Европу.

Вообще вопрос о диверсификации транзита каспийских энергоносителей появился уже в 1991 г., когда Amoco, BP, Pennzoil, Unocal, J.P. Kenny и Oman Oil Company были привлечены к глубинным исследованиям в азербайджанском секторе. Более тщательный анализ технических и экономических аспектов различных маршрутов для экспортного трубопровода начался в ноябре 1992 г., когда Государственная нефтяная компания Азербайджана (ГНКАР), Amoco, BP и Pennzoil подписали меморандум понимания об экспортном трубопроводе. Рабочая группа специалистов этих компаний начала рассматривать семь основных направлений. Три из них заканчивались в портах Черного моря (Новороссийск, Поти/Супса и Копа), три - на средиземноморском побережье Турции, в порту Джейхан, а один - в Иране, на терминале Шарг в Персидском заливе.

Самым дешевым был бы вариант Баку - Тбилиси - Супса, однако эта ветка, как и любая другая, выходящая в Черное море, имела серьезный недостаток, а именно необходимость прохождения через проливы. Против увеличения транзитопотока через проливы активно выступает турецкое правительство, ссылаясь на то, что это несет в себе огромную экологическую угрозу для такого центра мировой культуры и истории с многомиллионным населением, как Стамбул.

В итоге в конце февраля 1993 г. азербайджанское правительство определило приоритетным направлением турецкое, в порт Джейхан. Необходимо отметить, что в то время президентом был прозападно ориентированный А. Эльчибей, при котором страна продемонстрировала готовность сотрудничать в области разведки и разработки природных ресурсов и стремление интегрироваться в мировую экономическую систему. Соглашение с турецким прави-

тельством было подписано в марте 1993 г., тогда же стороны договорились по основным пунктам и тарифам.

После того как в сентябре 1994 г. был подписан «контракт века», вопрос об экспортном маршруте ранней нефти (ок. 32 млн т) стал приоритетным. Сама Турция представлена на Каспии именно с этого момента. Среди компаний, подписавших контракт, была турецкая государственная нефтяная компания ТРАО, тем самым Турция своим участием молчаливо поддержала азербайджанский вариант деления Каспия на национальные сектора, хотя вопрос, который на тот момент был буквально на острие ножа, требовал пятистороннего внутрикаспийского решения, вызывая многочисленные споры прибрежных государств.

Между тем в результате политического переворота в Азербайджане в июле 1993 г. президент А. Эльчибей был отстранен, и к власти пришел Гейдар Алиев, чья позиция отличалась ориентацией на Россию, во всяком случае в первые месяцы его пребывания у власти. Азербайджан в своем выборе колебался между российским и грузинским вариантами. Решение о проведении трубопровода через Грузию было принято во время телефонного разговора президентов Азербайджана и США 2 октября 1995 г.

Известны американские геополитические интересы в вопросе отсечения России от возможности доминантного контроля над транспортировкой энергоресурсов из Центральной Азии, в частности из Каспийского региона. Турция же как форпост НАТО на восточных границах является тем надежным союзником США, через которого эти интересы проводятся.

Необходимо отметить, что на начальной стадии исследования возможных направлений трубопровода рассматривались следующие варианты:

- Баку - Супса (Грузия);

- Баку - Тбилиси - Джейхан;

- Баку - Новороссийск;

- Баку - Астара (Азербайджан) - Тебриз или о-в Харг (Иран);

- Самсун - Кирик-кале - Джейхан;

- Албания - Македония - Болгария;

- маршрут через Измит (Турция);

- Болгария - Греция;

- увеличение мощностей северных и западных маршрутов для ранней нефти;

- транспортировка по морю от Баку к Бандар Анзали (Иран), а затем по трубопроводу к Алиабаду (Иран).

Проекты, вовлекающие Иран, были отклонены из-за участия американских компаний в силу санкций Конгресса США, введен-

ных в 1995 и 1996 гг. Прочие маршруты не подходили по технико-экономическим причинам, остались три первых варианта. Два из них имели выход в Черное море и требовали транспортировки через Босфор и Дарданеллы, а балканские варианты также были исключены.

Исследование привело к следующим выводам. Во-первых, все три альтернативы были технически жизнеспособны. Во-вторых, они были в рамках определения цены - эффективности согласно контракту. В-третьих, экономические параметры маршрутов через Черное море были более привлекательными, несмотря на проблему проливов. В-четвертых, было предпочтительнее построить ОЭТ, тем более что поздняя нефть была подтверждена, чем откладывать ее прокачку в пользу углеводородов из других месторождений. Кроме того, проект ОЭТ мог бы быть реализован в течение 7-8 лет4.

В связи со всем вышеперечисленным Азербайджан склонился в сторону проекта ОЭТ как отвечающего интересам Азербайджана более остальных. Этот проект был поддержан правительствами Грузии, Казахстана, Турции, США и Узбекистана. 29 октября 1998 г. все эти страны подписали Анкарскую декларацию в поддержку данного маршрута. 18 ноября 1999 г. на саммите ОБСЕ в Стамбуле президенты Азербайджана, Грузии, Казахстана и США подписали Стамбульскую декларацию.

В первые шесть месяцев 2000 г. был подготовлен и подписан ряд соглашений с правительствами стран, по чьей территории будет проложен трубопровод. В октябре 2000 г. была создана спонсорская группа, куда вошли:

- SOCAR (Азербайджан) - 25%;

- BP Exploration (Caspian Sea) Ltd. (Англия) - 38, 21%;

- Unocal BTP Pipeline Ltd. (США) - 9,58%;

- Statoil BTP Caspian As (Норвегия) - 8,9%;

- TPAO (Турция) - 7,5%;

- ENI (Италия) - 5%;

- Itochu Oil Exploration (Япония) - 3,4%;

- Delta Hess (BTD) Ltd. (Саудовская Аравия) - 2,36%.

Российская сторона не представлена в проекте, хотя на начальной стадии одна из крупнейших нефтяных компаний, ЛУКОЙЛ, инвестировала в него свои средства. В 2003 г. компания Itochu Oil Exploration (Япония) выкупила долю ЛУКОЙЛа. Известно, что на решении о выходе из проекта российской стороны настояло высшее руководство страны. Таким образом, политика Москвы сказывается на деловом участии российских компаний в проектах, которые не соответствуют ее геополитическим и геостратегическим интересам.

Нефтепровод Баку - Тбилиси - Джейхан - самый серьезный и дорогостоящий проект в нефтяной отрасли всего мира на сегодняшний день5. Первоначально рассчитывалось, что на всю систему проекта потребуются капиталовложения в размере 2,4 млрд долл. Однако конечная цифра превысила 3 млрд и составила 3,2 млрд долл.6 (по другим данным, 3,6 млрд).

Согласно проекту, общая протяженность трассы ОЭТ БТД составляет 1776 км, максимальная мощность трубопровода - 50 млн т в год (1 млн барр. в день), проект рассчитан максимально на 60 лет.

Ежегодный доход турецкой стороны от проекта ожидается в размере 200 млн долл. в год, а со временем он может вырасти до 300 млн долл.

25 мая 2005 г. началась тестовая прокачка трубопровода - Азербайджан заполнил свой участок трубы. Как отмечается в The Financial Times, тем самым каспийский регион стал новой силой на мировом нефтяном рынке7. На церемонии открытия присутствовали президенты Азербайджана, Турции, Грузии и Казахстана, а также министр энергетики США Сэмюэль Бодман, который с самого начала выступал за данный проект по геополитическим соображениям, в том числе стремясь снизить зависимость бывших советских республик от Москвы8.

Предполагается, что трубопровод выйдет на полную мощность в 2008 г., и тогда вся нефть, добываемая в Азербайджане, может быть направлена по этому экспортному маршруту в обход российских путей. Необходимо отметить конкретные причины, по которым для Азербайджана объективно предпочтительнее транспортировка нефти по БТД. Во-первых, это касается соображений разумной экономии: по трассе Баку - Новороссийск, по которой выводится основная часть углеводородов Азербайджана, тарифы составляют 15,67 долл. за 1 т. Во-вторых, в этой трубе легкая азербайджанская нефть смешивается с другими сортами черного золота, в результате чего ее стоимость на мировых рынках падает на 4 долл. за баррель.

Однако, согласно данным нефтяной разведки, даже «поздняя», или «большая», азербайджанская нефть не сможет заполнить трассу БТД, так как нефтяных запасов, имеющихся на сегодняшний день от добычи на основном нефтеносном поле Азери - Чираг - Гюнешли, не хватит для полного наполнения трубопровода. В таком случае проект может оказаться экономически нецелесообразным. В этом и заключается главная проблема проекта: он был запланирован не под имеющуюся, а под ожидаемую нефть. Азербайджан в ближайшие пять лет собирается увеличить добычу нефти в пять раз. Большим препятствием для добычи нефти в южной части Каспия остаются

споры между Ираном и Азербайджаном, между Туркменистаном и Азербайджаном о принадлежности месторождений.

В настоящее время на месторождении Азери - Чираг - Гюнеш-ли добывается примерно треть того, что необходимо для полного заполнения БТД. Необходимый для заполнения трубы уровень АМОК (Азербайджанская международная операционная компания) планирует достичь к 2009 г. Однако существует и другой вариант решения проблемы нехватки сырья, связанный со стремлением получить для трубопровода казахстанскую, а возможно, и российскую нефть. Казахстан является одним из крупнейших мировых производителей нефти. По этому поводу министр иностранных дел Казахстана заявлял: «Мы в состоянии обеспечить существенную часть мирового спроса на нефть»9. Согласно данным ВР, количество доказанных запасов нефти в Казахстане составляет 8,0 млрд барр.

В этом смысле позиция казахстанского правительства, которое выстраивает «многовекторную стратегию нефтяного экспорта», оставляет надежду на присоединение Казахстана к проекту. Сейчас из казахстанского порта Актау в Баку ежегодно транспортируется 3,4-4 млн т нефти. Однако львиная доля всей добываемой нефти Казахстана уже законтрактована Россией и Китаем, остается ждать новых потоков. В этом свете большим потенциалом обладает Ка-шаганское месторождение, однако, согласно последним прогнозам, первая нефть отсюда, по разным оценкам, ожидается не ранее чем в 2013-2015 гг.

Существует еще одна проблема, связанная с присоединением к БТД казахстанской нефти, а именно ее химический состав. Дело в том, что нефть северной части Каспия в целом отличается высокой сернистостью и большим содержанием меркоптанов. Эти химические элементы утяжеляют нефть, и в неочищенном виде ее также нельзя смешивать с азербайджанской, иначе, как уже было отмечено выше, стоимость последней значительно снижается.

Таким образом, как мы видим, вопрос эксплуатации ОЭТ БТД тесно связан не только и не столько с экономикой. Во многом это проблемы политических приоритетов и политического влияния.

24 октября 2005 г. на заседании Совета национальной безопасности Турции была утверждена новая концепция национальной безопасности страны. В ней впервые было прописано понятие обеспечения национальной экономической безопасности, которая названа одной из важнейших функций государства. При этом отмечается, что одним из ключевых направлений решения этой задачи с учетом геополитического и географического положения Турции является ее превращение в мировой транзитный пункт для пере-

качки и хранения энергоресурсов, а также диверсификация энергетического сектора турецкой экономики10.

Так, министр энергетики и природных ресурсов Турции Хиль-ми Гюлер отметил, что проекты нефте- и газопроводов, запланированные и строящиеся сегодня в Евразии, превратят Турцию, становящуюся энергетическим коридором, в важного актора11. Энергетическая карта - это мощный рычаг политического влияния. И Турция разыгрывает эту карту в оптимальной форме. По словам министра энергетики и природных ресурсов Турции, «мы проводим очень важную и влиятельную энергетическую дипло-матию»12.

То, каким образом будет решаться вопрос диверсификации поставок энергоресурсов, определит стабильное развитие привлеченных стран и их не только экономическую безопасность, но и политическую самостоятельность.

Примечания

1 Из интервью Р.Т. Эрдогана Caspian Energy от 02.01.2004.

2 Старченков Г.И. Нефть и газ в экономике и политике Турции (XIX - начало XXI в.). М.: ИВ РАН, 2003. С. 125.

3 Turkiye. 18.02.2007 (пер. мой. - А. К.).

4 The security of the Caspian Sea region // Ed. by G. Chufrin. Sipri: Oxford University Press, 2001. P. 190-192.

5 The Financial Times. 25.05.2005.

6 Ibid.

7 The Financial Times. 25.05.2005.

8 Ibid.

9 Независимая газета. 24.11.2003.

10 Гурьев А.А. О ситуации в Турции (октябрь 2005 г.) [Электронный ресурс] // Сайт Института Ближнего Востока/ © IIMES. - 2001. - Электрон. данные.-Режим доступа: http://www.iimes.ru/rus/stat/2005/04-11-05.htm, свободный. - Загл. с экрана. - Данные соответствуют 15.01.2009.

11 Turkiye. 18.02.2007.

12 Ibid.