Если правительство найдет деньги, то отдаст их не АРКО

Если правительство найдет деньги, то отдаст их не АРКО

       О том, где АРКО будет искать деньги на реструктуризацию банковской системы, первый заместитель гендиректора АРКО Марина Чекурова рассказала корреспонденту "Ъ" Елене Киселевой.

       — Вы пришли в АРКО из РФФИ. Иными словами, вы — человек правительства. Означает ли это, что вы отстаиваете точку зрения, отличающуюся от позиции Банка России?
       — Говорить о том, что кто-то в руководстве АРКО представляет чьи-то интересы, я считаю некорректным. На мой взгляд, в АРКО собралась команда профессионалов. Задача АРКО не политическая, а технологическая: АРКО должно расчищать пепелище, в которое после 17 августа превратилась банковская система. А решения об отборе банков — это компетенция совета директоров. У меня сложилось хорошее впечатление о работе совета. Мне кажется, в его работе сразу выбран верный тон.
       — В таком случае почему накануне заседания совета, утвердившего ключевые документы АРКО, те его члены, которые представляют правительство, собирались отдельно?
       — Я вас уверяю, никакой политики за этим не стоит. Просто некоторым членам совета, профессионально не связанным с банковской деятельностью, требуется многое объяснять. На заседаниях совета директоров АРКО времени на это просто не хватает — они и так идут по шесть часов! А так, собравшись вместе, мы в течение часа смогли обсудить все вопросы.
       — АРКО уже испытывает на себе давление со стороны правительства при утверждении списка спасаемых банков?
       — Нет. Пока на нас никто не давит — ни правительство, ни московские банки. С региональным подходом в принципе все согласны. Да и список регионов ни у кого аллергии не вызвал. Что касается крупных московских банков, это предмет особого рассмотрения. Мы обнаружили серьезное искажение их финансовой отчетности. И именно из-за этого сложно понять, нуждается ли на самом деле банк в помощи АРКО. По сути, крупные банки сами попали в свои же сети, но помощь АРКО им, возможно, и будет оказана — когда их деятельность станет прозрачной.
       — То есть все банки оказались в равных условиях?
       — Нет, проблемные банки находятся далеко не в одинаковом положении. Поговорите с западными банкирами. Они однозначно скажут, с кем имеет смысл работать. Первое, что должны сделать банки, в том числе московские,— получить заключение ЦБ или правительства. Тогда, возможно, АРКО ими займется.
       — Тем не менее пока АРКО начнет с регионов...
       — Ряд факторов свидетельствуют в пользу региональных банков. Во-первых, они дешево стоят, и к ним есть интерес со стороны и российских, и западных банков. Во-вторых, рынок банковских услуг в России вообще представлен слабо. Даже в Москве, а уж тем более в регионах. Есть регионы, где работают всего два-три банка. Но проблема даже не в количестве банков, а в качестве их услуг. Кстати, одна из задач АРКО — предложить банкам расширить спектр услуг, разработать новые продукты. Взять, к примеру, ипотечные кредиты. Это прямая банковская деятельность, однако сейчас она развита слабо. Да, в большинстве регионов есть Сбербанк. Однако он работает в основном с физическими лицами. Чтобы обслуживать платежи предприятий, Сбербанку придется создавать специальный штат. К тому же Сбербанк не привык работать с такими оборотами и с таким видом документации. Ведь работа со сберегательной книжкой существенно отличается от оценки кредитного портфеля крупного предприятия. Не говоря уже об организации расчетов. И все это требует наличия в регионах других банков.
       — Реально ли выделение АРКО дополнительных денег?
       — Поскольку я работала в Минфине, иллюзий на сей счет у меня нет никаких. Если правительство найдет деньги, то отдаст их вовсе не АРКО. Думаю, что в 1999 году ответ г-на Задорнова на подобные просьбы будет таким: ребята, вам дали 10 млрд, вы их еще не потратили. Вот отчитайтесь, тогда посмотрим. Тем более ясно, что на фоне проблем пенсий и пособий просьбы АРКО не будут приоритетными. Так что просить деньги неразумно. Другое дело — присмотреться к так называемым неденежным активам казначейства. Например, к эмитированным регионами сельским и прочим облигациям. По ряду договоров, заключенных с Минфином, есть залоги, которые были предоставлены под бюджетные ссуды. С ними тоже можно работать. И заметьте, это не живые деньги из бюджета, а некие финансовые инструменты.
       — А когда АРКО проведет первую эмиссию акций?
       — Сейчас вопрос о привлечении средств таким образом не стоит. Проблема глубже. Все зависит от того, в каком виде депутаты примут закон о реструктуризации банковской системы. Ведь не исключено, что АРКО решат перерегистрировать в виде некоммерческой организации, и тогда ни эмиссии, ни уставного капитала агентству просто-напросто не потребуется.
       — Кстати, об уставном капитале. Фактически 10 млрд рублей — это одновременно и уставный капитал агентства, и фонд, идущий на реструктуризацию банковской системы...
       — Совершенно справедливо. Однако использование АРКО этих денег не влечет за собой уменьшения уставного капитала. На самом деле постоянно будет происходить замещение активов: при покупке контрольного пакета банка взамен тех денег, которые мы перечислим, на баланс АРКО поступят его акции.
       — Готовы ли владельцы банков к столь жесткому сотрудничеству с АРКО? Ведь речь идет о том, чтобы 75% акций банка было передано АРКО, а 25% — местным властям...
       — Да, условия работы с АРКО довольно жесткие. Но мы сознательно на это идем, чтобы в дальнейшем обеспечить полную управляемость реструктурируемым банком со стороны АРКО. Хотя у владельцев банка есть альтернатива: они могут пойти по пути банкротства. Но тогда они, скорее всего, не получат ничего.
       
       АРКО БЕСПОЛЕЗНО ПРОСИТЬ ДЕНЬГИ У ГОСУДАРСТВА. ДРУГОЕ ДЕЛО — ПРИСМОТРЕТЬСЯ К НЕДЕНЕЖНЫМ АКТИВАМ КАЗНАЧЕЙСТВА