Особенности метафорической номинации в современном англоязычном экономическом медиадискурсе

REFERENCES

1. Fantini A.E. The Journal of Baha'i Studies, 1989. vol. 2, no. 2. pp. 143-153.

2. Wissenmann H. Struktur und Ideenhalt von Gogol's «Mantel». In: Stil und Formprobleme in der Literatur. Vortrage des VII. Kongresses der Int. Vereinigung fur moderne Sprachen und Literaturen. Heidelberg. 1959, 389 p.

3. Izotova N.V. Dialogicheskie kommunikacii v yazyke hudozhestvennoj prozy A.P. Chekhova [Dialogical communication in the language of A.P. Chekhov's fictional prose]. Rostov-on-Don, NCSC HE, 2006, 244 p.

4. Bahtin M.M. Esstetika slovesnogo tvorchestva. Moscow, Iskusstvo, 1979, 424 p., p. 258.

5. Wilensky R. A theory of the structure of stories in memory. In: Strategies for natural language processing. Eds. by W.G. Lehnert, M.H. Ringle. Hillsdale (N.J.); L., Erlbaum, 1982, pp. 345-374.

6. Franklin R. PhPhR, 1983, vol. 43, no. 3, pp. 307-328.

7. Fillmore C.J. Lexical semantics and text semantics. In: New directions in linguistics and semiotics. Ed. by J.E. Copeland. Benjamins, 1984, pp. 123-147.

8. Chekhov A.P. Polnoe sobranie sochineniy i pisem [Collected works in 30 vols., Works in 18 vols]. Moscow, Nauka, 1974-1976.

9. Kitajgorodskaya M.V., Rozanova N.N. Rech'moskv-ichej: kommunikativno-kul 'turologicheskij aspect [The speech of the Muscovites: communicative and cultural aspect.]. Moscow, Russkie slovari, 1999, 396 p.

10. Ushakov D.N. Tolkovyy slovar' sovremennogo russ-kovo yazyka [Explanatory dictionary of the modern Russian language]. Moscow, Adelant, 2013, 800 p., p. 387.

11. Zaliznyak A.A., Levontina I.B., SHmelev A.D. Kly-uchevye idei russkoj yazykovoj kartiny mira [Key ideas of the Russian linguistic world view]. Moscow, Yazyki slavyanskoy kul'tury, 2005, 540 p., p. 267.

1 июня 2018 г.

УДК 811.11 - 112

ОСОБЕННОСТИ МЕТАФОРИЧЕСКОЙ НОМИНАЦИИ В СОВРЕМЕННОМ АНГЛОЯЗЫЧНОМ ЭКОНОМИЧЕСКОМ

МЕДИАДИСКУРСЕ

С.Г. Николаев, М.Н. Моргунова

DOI 10.18522/2072-0181-2018-94-2-83-88

Внимание исследователей в последние годы обращено к проблемам медиадискурса - одной из основных дискурсивных разновидностей, релевантных в коммуникативном контексте современного общества. Вслед за Т.Г. Добросклонской, одним из ведущих отечественных специалистов в области изучения современной английской медиаречи, под медиадискурсом мы понимаем «совокупность процессов и продуктов речевой

Николаев Сергей Георгиевич - доктор филологических наук, профессор, завeдующий кафедрой английской филологии Института филологии, журналистики и межкультурной коммуникации Южного федеральный университета, 344082, г. Ростов-на-Дону, пер. Университетский, 93, т. 8(863)2370376, e-mail: nikolaev_s@bk.ru;

Моргунова Марина Николаевна - кандидат филологических наук, доцент, Института филологии, журналистики и межкультурной коммуникации Южного федеральный университета, 344082, г. Ростов-на-Дону, пер. Университетский, 93, т. 8(863)2370376, e-mail: mnmorgu-nova@mail.ru.

деятельности в сфере массовой коммуникации во всем богатстве и сложности их взаимодействия» [1]. В качестве базовой единицы медиадискурса по сложившейся традиции рассматривается медиатекст (Т.Г. Добросклонская, А.В. Сме-танина, R. Barthes, M. Talbot и др.).

Среди огромного количества медиатопи-ков мы выбрали экономическую тематику по причине ее неуклонно возрастающей актуальности, обусловленной глобальной активизацией, а

Sergey Georgievich Nikoaev - Institute of Philology, Journalism, and Intercultural Communication of the Southern Federal University, 93 Universitetskiy Line, Rostov-on-Don, 344082, tel. +7(863)2370376, e-mail: nikolaev_s@bk.ru;

Marina Nikolaevna Nikolaeva - Institute of Philology, Journalism, and Intercultural Communication of the Southern Federal University, 93 Universitetskiy Line, Rostov-on-Don, 344082, tel. +7(863)2370376, e-mail: mnmorgunova@mail.ru.

в последние годы и кризисом финансовых отношений, повышением интереса к различным сторонам экономической жизни. В силу целого ряда причин политического, экономического и социокультурного характера особое место в мировом информационном потоке занимают английские (англоязычные) экономические медиаиздания.

Характерной чертой массмедийного стиля, по мнению исследователей, является соотношение разговорности и книжности, которое детерминирует возникновение двух противоположных и взаимосвязанных тенденций - экспрессии и стандарта (см. в этой связи о статье как жанре публицистического стиля: Майданова, Дускае-ва) [2, с. 83-84]. Данный принцип был выдвинут в качестве основополагающего для газетно-пу-блицистического стиля речи В.Г. Костомаровым еще в 1971 г. [3]. Выполнение двух основных функций массовой коммуникации - информационной и воздействующей, лежит в основе конструктивной идеи чередования единиц разного стилистического потенциала, информем и экс-прессем (термины В.Г. Костомарова), в то время как сама эта идея обеспечивает устойчивость связи с массовой аудиторией, составляет стилевую сущность медиатекста и придает медиадис-курсу конструктивную целостность.

Английский экономический медиадискурс не только не является исключением в этом отношении, но предельно отчетливо демонстрирует сосуществование указанных оппозиционных тенденций. С одной стороны, мы наблюдаем здесь стремление к традиционализму, строгости, стандартизованности, респектабельности языка, проявляющейся в использовании экономической терминологии (investment, retail, payroll taxes, online orders, dead-cat bounce), устойчивых словосочетаний и стереотипных клише (in some respects, in the past year, given that, make it easy), книжной и нейтральной лексики (platform, data, transmit, deteriorate, extent, obvious).

С другой стороны, в современном англоязычном экономическом медиадискурсе наблюдается отчетливая тенденция к выразительности. Наше внимание привлек именно экспрессивный потенциал лексической составляющей и, в частности, метафорическая номинация как одно из основных средств актуализации информативной и полемической функций медиатекста. Это и стало предметом рассмотрения в настоящей статье. Объектом исследования являются гетерогенные по своей структуре метафоры: однословные и многокомпонентные наименования, представляющие собой вторичные номинации

метафорической природы. Для решения поставленной задачи были проанализированы наиболее авторитетные экономические издания: The Financial Times (FT), The Economist (E), Business Week (BW) за период с 2015 по 2018 гг. в их электронных версиях. Целевая аудитория названных изданий гетерогенна по своему социальному, национальному, профессиональному, образовательному, возрастному, гендер-ному статусу. Рассчитанные, прежде всего, на профессионалов из мира политики, экономики и бизнеса, анализируемые медиаиздания привлекли наше внимание тем, что одновременно предоставляют ценную информацию и массовому читателю, интересующемуся различными аспектами финансово-экономической сферы. Данная экстралингвистическая особенность предопределила широкое использование метафоры как основного лексического средства актуализации коммуникативно-полемической функции в исследуемом медиадискурсе.

Метафора может рассматриваться сегодня как чрезвычайно сложный, синкретичный, динамичный и органичный компонент современной коммуникации, представленный огромным разнообразием типов, подтипов, вариаций. Для нас важно, что метафора - это, пожалуй, единственный троп (выступающий в одном ряду с тремя другими классическими тропами - метонимией, перифразой, антифразисом), который характеризуется предельным творческим потенциалом как обязательным условием, предъявляемым как к говорящему, так и к слушающему. В то же время именно метафора, и языковая, и речевая, - в полной мере демонстрирует диапазон собственных стилистических экспрессивных свойств, колеблющийся от «абсолютного нуля» (у языковых метафор и стертых метафорических высказываний-клише) до сложнейших психомыслительных вербальных построений, основанных на неявных связях между двумя сопоставляемыми/сравниваемыми сущностями.

Хорошо известно, что метафора не существует без естественного - объективного, явного и очевидного, или же субъективного, индивидуального, - сравнения. При этом «содержательное различие между метафорой и сравнением состоит в том, что в метафоре сопоставленные представления не только сливаются в одно, но степень их слияния настолько сильна, что сопоставляемый компонент не всегда достаточно ясно просматривается в новом сложном представлении» [4]. В большинстве случаев это обстоятельство требует от продуцента речи введе-

ния в сообщение хотя бы минимального поясняющего контекста.

В рамках данного исследования, но также и с учетом объективно наблюдаемого повышенного тематического разнообразия метафор, репрезентирующих, а отчасти и формирующих современный англоязычный экономический медиадискурс, особую значимость приобретает проблема классификации регулярно употребляемых в медиаречи метафорических манифестаций. Как известно, одно из возможных направлений такой классификации предполагает «группировку метафор по тематической принадлежности вспомогательного субъекта (т.е. в соответствии с тематической соотнесенностью сравнения, лежащего в основе метафоры)» [5]. Как верно заключал Г. Пауль, «в выборе метафорического выражения проявляются <...> различия индивидуальных интересов, а из совокупности метафор, ставших узуальными, можно видеть, какие интересы преобладали в народе» [6].

С точки зрения семантико-номинативных особенностей важно выделить следующие группы метафорических дериватов.

1. Экономические термины и

словосочетания метафорической природы. Например, основные игроки фондового рынка именуются терминами-метафорами bear и bull. Данные лексемы транслируют образы медведя, который массивной лапой опускает котировки на фондовом рынке, и быка, на рогах которого эти котировки поднимаются. Считается, что символами биржевой торговли эти животные стали благодаря памфлетам шотландца Джона Арбетнота [7, с. 3]. Экономическое и финансовое сообщество решило, что эти образы наиболее адекватно (аллегорически) отражают биржевую деятельность. Показательна деривационная активность данных терминов: bear hug, bear raid, bear run, bear squeeze, bear/bull market, bull position, bull run.

Термины-метафоры встречаются в заголовках и медиатекстах:

Bulls, bears and Greenspan (Е);

Please do feed the bears (Е);

Bear bottom (Е);

Bulls, bears and ivory towers (Е).

Приведем достаточно красноречивый пример идиоматического термина метафорической природы: dead-cat bounce (дословно: «прыжок мертвой кошки») означает резкий рост цены финансового актива после периода ее существен-

ного снижения. Толкование метафоры заключается в том, что даже мертвая кошка может подпрыгнуть, если ее сбросить с большой высоты. Эту метафору встречаем в заглавиях статей и в собственно текстах:

Dead-cat bounce

It looked like a classic dead cat bounce (Е).

Известно, что метафорическая номинация в терминологической лексике обладает собственной спецификой. В частности, С.М. Барак еще в середине прошлого века отмечал: «в данном случае образование нового значения слова не преследует целей более эмоциональной передачи описываемого явления. Оно вызвано лишь необходимостью наименования нового понятия, для которого данное слово является единственным обозначением» [8]. Аналогичные взгляды высказывает и Л.В. Кутарева; более того, она утверждает, что «термины, созданные путем переосмысления общенародных слов, обладают образностью только на первой стадии своего существования. Затем в процессе функционирования терминов их "этимологическая" образность постепенно исчезает, и они начинают восприниматься как обычные безобразные термины» [9, с. 62].

Мы поддерживаем данную точку зрения и считаем, что образность экономических терминов-метафор осознается только при диахроническом взгляде на явление. В синхроническом срезе такие единицы могут считаться утратившими свою изначальную выразительность вследствие частого употребления в профессиональной среде, иногда - выходя за ее пределы. Терминологические единицы указанного типа являют собой примеры лексикализованных метафор, чья образность для специалистов рассматриваемых профессиональных сфер чаще всего затемнена.

Однако для широкого круга читателей, не являющихся специалистами в экономической области, подобные метафорические термины могут выполнять не только информативную функцию, но скорее эмоционально-экспрессивную, а в случае затемненной внутренней формы еще и аттрактивную (напр., Goldilocks economy - букв. «экономика Златовласки»).

2. Вторая группа номинаций пред-

ставлена отраслевыми терминами, используемыми в медиадискурсе для метафорической репрезентации экономических событий и реалий. Конкретно в экономическом медиадискурсе нередко можно встретить термины из следующих профессиональных сфер:

• военное дело, военные действия:

We have an excellent product, and if we use all the weapons in our arsenal, we should be able to convince consumers of this fact (Е);

We will mobilize all our resources and launch a media campaign (Е);

We have also recruited twenty new sales reps and we are going to send our troops into the field, to invade their markets (Е);

• биология и сельскохозяйственная деятельность:

Business is blossoming in the industrial north of the country (Е);

We believe that we are sowing the seeds of profitable activities in the future (Е);

We are going to have to weed out the less profitable items in the product line (Е);

Small micro-electronics companies suddenly sprouted all over the valley (Е);

• спорт:

You don't know where you stand, they keep moving goalposts (FT);

There must be no unfair competition in the EU and we shall continue to stress the need for a level playing field (FT);

• азартные игры:

They are paying over the odds for the site but it is a prime location (BW);

We are trying to hedge our bets (BW).

3. Третья группа представлена мно-

гочисленными общеупотребительными лексическими единицами, претерпевшими процесс метафорической трансформации. Приведем лишь несколько примеров:

Several companies, including global giants such as BAE Systems, have been caught using shells to pay bribes to officials posing as consulting firms" (E).

В этом предложении встречаем слова с метафорическим переносом значения на основе внешнего и функционального сходства денотатов: giants, которое в исследуемом контексте употребляется для обозначения влиятельных мировых фирм огромных масштабов (буквально «гиганты, великаны»); shell - в значении «фиктивная фирма» (буквально «раковина, скорлупа, панцирь»).

Приведем другие примеры:

The FTSE All-World index is down 0.4 per cent, its lowest since mid-November, after a rotten (букв. «гнилая») performance out of Asia (FT);

Other major currency crosses are mixed - the euro is softer (букв. «мягкий») (FT).

Колебания курсов валют, цен и тенденций рынка очень часто наделяются метафорическими эпитетами: floating charge, floating currency, floating exchange rate (букв. «плавающий»); creeping inflation (букв. «ползущая»); hard currency, hard loan, hard money (букв. «твердый»); prices inching up (букв. «мало-помалу»), prices leapt (букв. «прыгнули»), prices have collapsed (букв. «развалились»).

В наших примерах метафоризации подвергается лишь одна из лексем в составе словосочетания, что, на наш взгляд, закономерно. Образность и экспрессивность метафорических номинаций в окружении терминологической и общеязыковой нейтральной лексики актуализируют основные функции масс-медийного дискурса: информирование с одновременным и достаточно настойчивым воздействием на аудиторию. Как справедливо отмечает А.П. Чудинов, «метафоры в политических и экономических текстах представляют собой не случайный набор абсолютно автономных элементов, а своего рода систему» [10, с. 95].

В иных случаях метафоризации в словосочетаниях (подчас и в сложных словах) переосмыслению подвергаются оба компонента единицы: dirty float (букв. «грязное плавание») -метод, при котором курс национальной валюты устанавливается властями директивным порядком, а не рыночным.

В экономическом дискурсе встречаются литературные фразеологизмы метафорической природы, в том числе и трансформированные:

Ireland's leading economist has said, warning that the project could become another white elephant (E);

Some quiet but high-wattage models may steal a bit of the limelight at the Academy Awards... (^ ср. to steal the limelight) (BW);

"It's too early to say the dust has settled." (^ ср. to let the dust settle) (FT).

Выработанные речевые клише подтверждают устоявшийся речевой стандарт и тем самым выполняют информативную функцию, лаконично апеллируя к фоновым общеязыковым знаниям читателя. Одновременно с этим лек-сико-синтаксические модификации подобных фраз привлекают внимание читателя и усиливают прагматический воздействующий эффект.

Таким образом, проведенные нами семан-тико-номинативный анализ дериватов и их классификация демонстрируют тенденции англоязычного экономического медиадискурса к определенной модели структурирования стандарт-

ных и экспрессивных элементов - чередования информем и экспрессем. Особое взаимодействие стратегий стандарта и экспрессивности способствует достижению содержательного и эмоционального единства экономического медиатекста. Одна из возможных причин подобного сочетания и структурирования разнородных лексических единиц видится нам в желании расширить целевую аудиторию, апеллировать к большему количеству читателей разных возрастных, социальных и профессиональных слоев.

ЛИТЕРАТУРА

1. Добросклонская Т.Г. Медиалингвистика: системный подход к изучению языка СМИ (современная английская медиаречь): Учеб. пособие. М.: Флинта, 2008. 203 с. С. 152.

2. Майданова Л.М., Дускаева Л.Р. Жанры публицистического стиля // Стилистический энциклопедический словарь русского языка / Под ред. М.Н. Кожиной. М.: Флинта, Наука, 2006. С. 79-88.

3. Костомаров В.Г. Русский язык на газетной полосе. М.: Изд-во МГУ, 1971. 266 с. С. 20.

4. Хазагеров Т.Г., Ширина Л.С. Общая риторика: Курс лекций и Словарь риторических фигур. Ростов н/Д: Изд-во Рост. ун-та, 1994. 192 с. С. 146.

5. Москвин В.П. Выразительные средства современной русской речи. Тропы и фигуры. Терминологический словарь. Ростов н/Д: Феникс, 2007. 940 с. С. 397.

6. Пауль Г. Принципы истории языка. М.: Изд-во иностр. лит-ры, 1960. 501 с. С. 115-116.

7. См.: Андрюхина Т.В. Быки и медведи: роль метафоры в концептуализации экономических реалий) // Лингвострановедение: методы анализа, технология обучения: Пятый межвузовский семинар по лингвострановедению (г. Москва, 1415 июня 2007 г.). Сб. стат. В 2 ч. М.: МГИМО (У), 2008. С. 33-35.

8. Барак С.М. К вопросу о способах образования научно-технических терминов (на материале английского языка) // Вопросы лексики и фразеологии английского и немецкого языков. Харьков: Изд-во ХГУ, 1964. Вып. 1. С. 3-11.

9. Кутарева Л.В. К вопросу об образности научно-технических терминов // Вопросы восточнославянского языкознания. Днепропетровск: Мин-во высшего и среднего специального образования СССР, 1985. С. 62-65.

10. Чудинов А.П. Когнитивно-дискурсивное исследование метафоры в текстах СМИ // Язык СМИ как объект междисциплинарного исследования. М.: Изд-во МГУ, 2004. С. 91-105.

11. Longman Business English Dictionary. Pearson Education Limited, 2004. 533 p.

12. Longman Dictionary of English Language and Culture. Pearson Education Limited, 2005. 1620 p.

REFERENCES

1. Dobrosklonskaya T.G. Medialingvistika: sistemniy podkhod k izucheniyu yazyka SMI (sovremennaya angliyskaya mediarech): Ucheb. posobiye [Media-linguistics: a Systemic Approach to Media Language Studies (Modern English Media-Speech): Textbook]. Moscow, Flinta, 2008. 203 p., p. 152.

2. Maydanova L.M., Duskaeva L.R. Zhanry publitsis-ticheskogo stilya [Genres of Publicistic Style]. In: Stilisticheskiy entsiklopedicheskiy slovar russkogo yazyka [Stylistic Ebcyclopedic Dictionary of the Russian Language]. Ed. by M.N. Kozhina. Moscow, Flinta; Nauka, 2006, pp. 79-88.

3. Kostomarov V.G. Russkiy yazyk na gazetnoj polose [Russian on a Page]. Moscow, Moscow State Univ. Press, 1971, 266 p.

4. Khazagerov T.G., Shirina L.S. Obshchaya ritorika: Kurs lektsiy i Slovar ritoricheskikh figur [General Rhetoric: A lecture Course and a Dictionary of Rhetorical Figures]. Rostov-on-Don, Rostov State Univ. Press, 1994, 192 p.

5. Moskvin V.P. Vyrazitelnye sredstva sovremennoy russkoy rechi. Tropy i figury. Terminologicheskiy slovar [Expressive Means of Modern Russian Speech. Tropes and Figures. A Dictionary of Terms]. Rostov-on-Don, Feniks, 2007, 940 p.

6. Paul G. Principy istoriiyazyka [Principles of the History of Language]. Moscow, Izdatel'stvo inostrannoy literatury1960, 501 p.

7. Andryukhina T.V. Byki i medvedi: rol metafory v kontseptualizatsii ekonomicheskih realiy) [Bulls and Bears: the Role of Metaphor in Conceptualizing the Realia of Economics]. In: Lingvostranovedenie: metody analiza, tekhnologiya obucheniya (Pyatyi mezhvuzovskii seminar po lingvostranovedeniyu) [Linguistic Country Studies: Methods of Analysis, Educational Techniques (Proc. 5th Inter-University Sem. in Linguistic Country Studies, Moscow, June 14-15, 2007]. In 2 ch., Moscow, Moscow State Institute of international relations, 2008. P. 33-35.

8. Barak S.M. K voprosu o sposobakh obrazovaniya nauchno-tekhnicheskikh terminov (na materiale an-gliiskogo yazyka) [Towards the Question of the Ways of Formation of Scientific and Technical Terms (in English)] In: Voprosy leksiki i frazeologii angliisk-ogo i nemetskogo yazykov [Problems of Vocabulary and Phraseology in English and German]. Kharkov, Kharkov State Univ. Press, 1964, Issue. 1, pp. 3-11.

9. Kutareva L.V. K voprosu ob obraznosti nauchno-tekhnicheskikh terminov [Towards the Question of the Imagery in the Terms of Science and Technology] In: Voprosy vostochnoslavyanskogo yazykoznaniya [Prblems of East Slavonic Linguistics]. Dnepropetrovsk, Ministry of higher and secondary special education of the USSR, 1985, pp. 62-65.

10. Chudinov A.P. Kognitivno-diskursivnoe issledo-vanie metafory v tekstakh SMI [A Cognitive and Discourse Study of Metaphors in Media Texts] In: Yazyk SMI kak obyekt mezhdistsiplinarnogo issle-

dovaniya [Meaia Language of the Subject of Interdisciplinary Studies]. Moscow, Moscow State Univ. Press, 2004, P. 91-105.

11. Longman Business English Dictionary. Pearson Education Limited, 2004, 533 p.

12. Longman Dictionary of English Language and Culture. Pearson Education Limited, 2005, 1620 p.

16 апреля 2018 г.

УДК 811.133.1

ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ КАЛАМБУРЫ: ФРАЗЕОЛОГИЗМЫ С КОМПОНЕНТОМ-АСТИОНИМОМ ВО ФРАНЦУЗСКОМ ЯЗЫКЕ

Т.И. Скоробогатова, О.Ю. Суралева DOI 10.18522/2072-0181-2018-94-2-88-94

Французы относятся к числу тех, кто любит «поиграть» словом. А.Г. Назарян отмечает характерную черту французского народа - юмор и склонность к шутке, которые отражаются во фразеологии, находя выражение в образных фразеологических единицах (далее ФЕ), основанных на игре слов, или каламбуре. Такого рода ФЕ, порожденные народом, являются образными, яркими и становятся широкоупотребительными. А.Г. Назарян для обозначения подобных ФЕ использует термин каламбурные фразеологизмы (от фр. calembour).

Каламбурные фразеологизмы французского языка А.Г. Назарян подразделяет на три основные группы:

- построенные на двояком значении одного из компонентов: данную группу ФЕ А.Г. Назарян иллюстрирует оборотом passer l'arme à gauche (букв. перевести ружье на левое плечо; дескриптор: умереть);

- построенные на омонимичной замене одного из компонентов: raisonner comme un tambour (букв. рассуждать, как барабан; дескриптор: говорить глупости); в данном обороте глагол raisonner / рассуждать употреблен вместо глагола résonner / звучать;

- содержащие ономастический каламбур, т.е. построенные на двусмысленности собствен-

Скоробогатова Таисия Ивановна - доктор филологических наук, профессор кафедры романской филологии Института филологии, журналистики и межкультурной коммуникации Южного федерального университета, 344083, г Ростов-на-Дону, ул. Большая Садовая, 33, e-mail: skorobogatova@sfedu.ru, т. 8(863)2184000;

Суралева Ольга Юрьевна - старший преподаватель кафедры романской филологии Института филологии, журналистики и межкультурной коммуникации Южного федерального университета, 344083, г. Ростов-на-Дону, ул. Большая Садовая, 33, e-mail: souraleva@sfedu.ru, т. 8 (863)2184000.

ных имен и названий, действительных или вымышленных. Среди них выделяются две разновидности:

a. ФЕ, построенные на сходстве звучания какого-либо слова и имени лица (чаще - агио-нима, т.е. имени святого), преимущественно вымышленного: sainte Nitouche (букв. св. Нитуш; дескриптор: недотрога, ханжа; Nitouche = n'y touche), café de sainte Claire (букв. кофе св. Клары; дескриптор: некрепкий кофе; имя святой Claire по звучанию совпадает с прилагательным clair(e) / светлый);

b. ФЕ, построенные на сходстве звучания какого-либо слова и топонима / псевдотопонима (т.н. географический каламбур): aller à Crevant - букв. отправиться в Креван; дескриптор: умереть (Crevant - псевдотопоним, образованный от глагола crever / подыхать) [1].

Фразеологизмы, в состав которых входят топонимы и оттопонимичекие образования, образуют обширный пласт в любом национальном языке, поскольку и топонимические денотаты многочисленны. Это могут быть континенты, острова, страны, города, океаны, моря, реки, озера и т.д.: астионимы: названия городов; гидронимы: названия водных объектов (река, озеро, ручей); пелагонимы: названия морей; пота-монимы: названия рек; лиманонимы: названия озер; гелонимы: названия болот; литонимы:

Taisia Skorobogatova - Institute of Philology, Journalism and Intercultural Communication of Southern Federal University, 33 Bol'shaya Sadovaya Street, Rostov-on-Don, 344083, e-mail: skorobogatova@sfedu.ru, tel. +7(863)2184000;

Olga Suralyova - Institute of Philology, Journalism and Intercultural Communication of Southern Federal University, 33 Bol'shaya Sadovaya Street, Rostov-on-Don, 344083, e-mail: souraleva@sfedu.ru, tel. +7(863)2184000.