Земское самоуправление на Южном Урале: опыт реализации и региональные особенности (1874-1917 годы)

Вестник Челябинского государственного университета. 2015. № 6 (361). История. Вып. 63. С. 57-64.

ИСТОРИЯ РОССИИ И ЕЕ РЕГИОНОВ

УДК 94 (470. 57) ББК 63.3

Г. Б. Азаматова

ЗЕМСКОЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ НА ЮЖНОМ УРАЛЕ: ОПЫТ РЕАЛИЗАЦИИ И РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ

Реализация земской реформы на Южном Урале потребовала унификации ряда социально-экономических особенностей Уфимской и Оренбургской губерний. Основные вопросы были связаны с формированием дворянского представительства в земских учреждениях, наличием специфичных сословных групп - населения Башкирского и Казачьего войск - и их землевладением. Опыт земской реформы закрепил существенные различия в системе административно-государственного управления двумя губерниями. Значительно позднее введение земства в Оренбургской губернии с сохранением военного статуса за населением Казачьего войска отражало ее значение как важной в пограничном отношении территории. В Уфимской губернии земства форсировали унификацию правового положения башкир с сельскими обывателями, а распространение земских налогов на их вотчинные угодья ускорили экономическое освоение земельного фонда края различными категориями землевладельцев. Земские учреждения южноуральских губерний способствовали также культурной интеграции мусульманского населения благодаря финансовой поддержке мектебов.

Ключевые слова: земские учреждения; земское представительство; избирательный ценз; мусульманские школы; мектебы; земство; земские сборы; вотчинное землевладение; Южный Урал; Оренбургская губерния; Уфимская губерния.

История земского самоуправления на Южном Урале получила разностороннее освещение в целом ряде исследований1. В данной статье опыт земской реформы рассматривается с точки зрения интеграции южноуральских губерний, Уфимской и Оренбургской, с их специфическим социально-сословным составом и хозяйственно-экономическим укладом населения в общеимперское пространство.

Положение о земских учреждениях 1 января 1864 г. провозгласило введение земств в 33 губерниях Российской империи, в числе которых была и Оренбургская. Однако различие условий, определяющих формирование избирательных съездов дворян и горожан, выполнение земских повинностей и неравномерность социально-экономического развития губерний, обусловили поэтапный ход земской реформы. В 1865 г. Положение удалось осуществить только в 18 губерниях, в 1866 г. еще в 9. Недостаток цензовых избирателей задержал введение земских учреждений в Олонецкой, Вятской (с 1867 г.), Вологодской, Пермской (с 1870 г.) губерниях.

1 См., например: Семенченко И. В. : 1) Земство на Южном Урале...; 2) Социально-экономическая деятельность.; Беседов-ская А. В. : 1) Система местного самоуправления.; 2) Власть и общество: становление.; Курсеева О. А. Земский либерализм.; Власова Н. Л. Развитие земской статистики. и др.

Введение земства в Оренбургской губернии отодвинулось из-за преобразований в управлении краем. В мае 1865 г. из Оренбургской губернии была выделена Уфимская, среди башкир и их припущенников - мишар и тептярей - упразднялось военное управление. Для этой категории жителей в течение 10 лет не могли вводиться новые сборы. К истечению «льготного» срока было приурочено издание закона «О применении Положения о земских учреждениях к Уфимской губернии» от 2 мая 1874 г.

Правительство готовило почву для учреждения земства, создавая слой землевладельцев из покупателей башкирских земель, также оно было нацелено на изменение этноконфессиональной карты края. По закону от 4 июня 1871 г. для раздачи местным чиновникам выделялись участки: отставным от 150 до 500 десятин земли, служащим от '/г до 2 тыс. дес. Для закрепления в крае «образованных землевладельцев» устанавливалась льготная продажа с рассрочкой на 37 лет. В итоге к 1880 г. около 370 тыс. дес. черноземной земли получили 278 лиц, но из них служили на месте всего 55 чел. По официальным данным за 1868-1878 гг. было заключено 106 сделок, из них 23 дворянами, 50 - совместно дворянами, купца-

ми, мещанами, 20 - крестьянами-переселенцами, 13 - башкирами1.

В 1873 г. при обсуждении проекта введения земств в Уфимской и Оренбургской губерниях в департаментах Государственного Совета основное внимание было направлено на наличие мусульманского населения и Оренбургского казачьего войска. Последнее имело специфическую форму управления и землепользования, что в итоге отложило введение земства в Оренбургской губернии на долгий срок.

При обсуждении столь важного политического шага, как введение земской реформы, в Оренбургском крае подходы центральных и местных властей отличались. Некоторые столичные чиновники отталкивались от демократических установок земского Положения 1864 г. и предлагали, например, разрешить отдельные избирательные съезды для башкир с целью выбора ими гласных независимо от остальных сельских обществ. Оренбургская администрация, в свою очередь, рассматривала специфические местные особенности как причиняющие неудобства в управлении краем. Мнению губернаторов как главных экспертов местной политики придавалось большое значение.

Еще в 1867 г. оренбургский генерал-губернатор Н. А. Крыжановский создал особый комитет для составления Проекта изменений и дополнений статей Положения от 1 января 1864 г.2 В 1873 г. он выступил с предложением дополнить ст. 35 Положения о земских учреждениях примечанием, что в гласные не могут быть избраны не знающие русского языка лица и идолопоклонники. Последние должны были избирать гласных из числа христиан. Уфимский губернатор выразил противоположное мнение, высоко оценив экономический и гражданский потенциал марийского населения Бирского уезда.

В отношении мусульманского населения возник вопрос его численного преобладания в отдельных уездах и наличия у башкир вотчинного права на землю. По Положению о земских учреждениях в избирательных съездах землевладельцев могли участвовать различные категории собственников: долгосрочные арендаторы, богоугодные, благотворительные, промышленные и др. учреждения и общества, владеющие землей. Проблема признания вотчинной собственности башкир в качестве имущественного ценза накладывалась на политический аспект, связанный с

1 Акманов А. И. Земельные отношения в Башкортостане... С. 330.

2 Беседовская А. В. Влияние этносоциального фактора.

С. 82-83.

административно-государственным управлением. В конечном счёте члены Государственного Совета согласились с решением Оренбургского комитета, которое отнесло башкир вотчинников к разряду сельских обществ. В законе отдельно оговаривалось, что «башкиры участвуют в избирательных съездах на одинаковых с крестьянами всех других наименований основаниях»3.

Несмотря на численное преобладание башкир в отдельных уездах (Бирском и Белебеевском), их представительство в земствах сокращалось из-за порядка формирования волостных сходов. Если крестьяне выдвигали по одному выборщику от каждых 30 дворов, то башкиры (по Положению о башкирах) - от 75.

Согласно специальному расписанию земских собраний для Уфимской губернии, количество гласных от сельских обществ и землевладельцев было почти одинаковым - 117 и 119 человек соответственно. В четырех из шести уездов - Мен-зелинском, Бирском, Белебеевском и Златоу-стовском - деревенские избранники были представлены большим количеством, чем помещики. Крестьянский состав уфимских земств был схож с соседними губерниями с невысоким уровнем дворянского землевладения - Вятской и Пермской.

В Уфимской губернии полностью крестьянским был Златоустовский уезд. Недостаток землевладельцев поставил под угрозу срыва первые земские выборы в 1874 г. Из пяти владельцев земельных дач четверо жили в Санкт-Петербурге -заводовладельцы князь К. Э. Белосельский-Бело-зерский, поручик А. И. Сухозанет и братья Н. П. и И. П. Балашевы. Не было и мелких собственников, кроме нескольких священников, способных избрать не более двух уполномоченных. Единственно реальная персона - мировой посредник Ф. А. Коропачинский - стал председателем Временного уездного комитета по устройству земских учреждений. Предписание губернатора с пометкой «конфиденциально» рекомендовало ему применить ст. 34 Положения 1864 г., по которому все явившиеся на выборы становились гласными.

Вакуум землевладельцев восполнили поверенные заводовладельцев и опекуны имений. Сходная процедура предусматривалась законом для Олонецкой, Вятской, Пермской, Вологодской губерний. В дальнейшем крестьянский характер златоустовского земства проявился при формировании земской управы. Из шести ее председателей четверо были гласными от сельских обществ: крупный землевладелец, крестьянин А. Г. Буна-ков, бывший башкирский волостной старшина

3 ПСЗ II. Т. 49. Отд. 1. № 53461.

А. Б. Басимов, представители заводских крестьян А. А. Сычев и И. С. Аистов.

Противоположность Златоустовскому представлял Уфимский уезд, где дворянам принадлежало 45 % всех земель. Центральное положение уезда с губернским городом и солидное представительство помещиков оказали решающую роль на формирование института самоуправления на территории губернии.

Мензелинский уезд, расположенный в западной части губернии, по малоземелью приближался к центральным губерниям России1. Здесь, как и в Уфимском уезде, помещики представляли сплоченное ядро и способствовали укреплению демократических традиций земского самоуправления. Мензелинское земство было одним из немногих российских земств, которое учитывало при обложении сборами разницу в доходности помещичьих и крестьянских земель.

Бирский, Стерлитамакский и Белебеевский уезды отличались заметным представительством башкир и татар в собраниях и земских управах, особенно до введения нового земского Положения 1890 г. В Белебевском уезде активное участие в земстве принимали татарские мурзы из с. Новые Каргалы - Еникеевы, Терегуловы, неоднократно избирались гласными помещики Ш. Ш. Сыртланов, К. Б. Тевкелев, М. М. Биглов, К. С. Алкин и другие.

Серьёзным препятствием для участия башкирских и татарских гласных в работе земских собраний, доступности их публичных выступлений являлась проблема невысокой русской грамотности. Заявление о необходимости печатать доклады управы на двух языках сделал на Стерлитамакском собрании 1886 г. волостной старшина А. Т. Кутлуюлов. Положительное решение собрания по этому вопросу вызвало протест уфимского губернатора П. А. Полторацкого, под давлением которого земство отступило от принятого решения печатать доклады управы «на татарском диалекте»2. Губернатор предлагал также центральным властям ввести законодательное ограничение гласных из нехристиан в земских собраниях по примеру Городового Положения (ст. 35 Городового Положения оговаривала, что гласные из нехристиан не должны превышать 1/3 общего числа гласных).

Наряду с отличительными чертами уфимские земства отражали общероссийские тенденции местного самоуправления. Движущей силой земских учреждений стало поместное дворянство, а

1 Роднов М. И. Крестьянство Уфимской губернии. С. 90.

2 ЦИА РБ. Ф. И-11. Оп. 1. Д. 1210. Л. 16.

земская идеология формировалась под влиянием либерализма.

Радикальный либерализм был привнесен в Уфимскую губернию столичными дворянами -братьями Д. Д и А. Д Дашковыми и И. Г. Жуковским. После отмены крепостного права они оказались в рядах дворян, отхлынувших в провинции для участия в местном управлении. А. Д. Дашков и И. Г. Жуковский олицетворяли земскую фронду правительству и в своей деятельности делали упор на политический аспект децентрализации местного управления.

Либеральные устремления местных дворян были тесно связаны с практическими нуждами провинциальной жизни. Мензелинские гласные М. М. Останков, Г. Г. Мазуревский, Н. П. Товари-щев внесли заметный вклад в развитие местного самоуправления, расширение деятельности «третьего элемента» в уезде и губернии. Несмотря на независимые взгляды и решения, они не находились в оппозиции к правительственным органам. Высоко оценивали местные власти председателя уездной управы и уездного предводителя дворянства М. М. Останкова, гласный М. М. Мазурев-ский 25 лет избирался членом училищного совета, как участковый мировой судья был награжден орденом Св. Станислава 2-й степени.

С позиций социал-либерализма выступали в Стерлитамакском уезде Г. Х. Дашкин, в Бирском -Л. П. Демидов, доклады которых посвящались острым экономическим проблемам крестьянского населения. Земские либералы А. П. Толстой, Г. В. Гутоп3, С. П. Балахонцев4, С. Т. Джантюрин, Ш. Ш. Сыртланов, К. Б. Тевкелев были депутатами Государственной думы, трое последних состояли в мусульманской фракции.

Отмечая особенности земской деятельности в полиэтничных и поликонфессиональных губерниях, следует выделить сферу народного образования. Земские управы совместно с низовыми органами министерства народного просвещения претворили в жизнь Правила 26 марта 1870 г. «О мерах к образованию населяющих Россию инородцев»5. К началу ХХ в. министерские начальные училища получили распространение среди башкир, татар, мари, чуваш, удмуртов и мордвы.

После провозглашения Манифестом 17 октября 1905 г. свободы совести и вероисповедания в

3 Полянина О. А. Григорий Васильевич Гутоп. С. 140-148.

4 Курсеева О. А. С. П. Балахонцев - земский и общественный деятель. С. 117-122.

5 Подробнее см.: Фархшатов М. Н. Народное образование в Башкирии. С. 96-114; Азаматова Г. Б. Уфимское земство. С. 117-154.

земские управы массово поступали прошения от мусульманских приходов о финансовой помощи мусульманским школам - мектебам и медресе. Либерализация общественной жизни вкупе с обновленческим движением тюрко-мусульман Ура-ло-Поволжья - джадидизмом1 - способствовали обращению земских собраний и управ к проблеме образования мусульманского населения. Земские пособия мектебам и медресе практиковали в Уфимской губернии Мензелинское, Бирское, затем Стерлитамакское и Златоустовское земства.

Реализация земствами проекта Министерства народного образования о всеобщем обязательном обучении 1907 г. поставила вопрос о разработке стратегии школьного образования среди мусульман. Для этого земские управы привлекали национальных учителей и духовенство, проводили обследования мусульманских школ отдельных уездов.

Уфимское губернское земство в решении вопросов образования мусульман заняло ведущее место среди земств Урало-Поволжских губерний. Этому способствовали такие факторы, как демократический состав губернской земской управы, многочисленность нерусского населения, значимая роль в общественной жизни Духовного управления мусульман, расположенного в Уфе. В 1912 г. при Уфимской губернской земской управе открылся отдел «инородческого» образования, в 1912-1914 гг. состоялось статистическое обследование мектебов и медресе Уфимской губернии.

Статистик управы М. И. Обухов на основании анкет от 2615 мектебов, среди которых было 1610 организованных и 1005 неорганизованных (когда обучение велось в частных домах), выполнил первое научное исследование о традиционных школах башкир и татар2. Выводы земского статистика о соответствии реформируемых мектебов типу начальной школы определили дальнейшие земские мероприятия.

Путем финансирования мектебов земства стремились приблизить их к начальным школам. Особенно преуспело в этом Мензелинское земство. Служащий управы Г. Н. Кильдибеков по анкетам губернского земства лично исследовал мектебы уезда. Для систематизации учебного процесса земство издало классные журналы на тюркском и русском языках с приложением единой учебной программы для мектебов. С 1914 г. в соответствии с разработанными земскими врачами санитарными нормами выделялись земские

1 Фархшатов М. Н. Джадидизм: идеология, этапы. С. 282285.

2 Обухов М. И. Мектебы Уфимской губернии.

пособия на ремонт и мебель для мектебов. Наконец, в 1915 г. Мензелинское земское собрание поставило вопрос об объединении мектебов и открывающихся земских школ в единую сеть, для чего предложило разработать подробную программу родного и русского языков для училищ башкир и татар.

В Оренбургской губернии региональная схема приспособления мектебов к общим школьным требованиям стала действовать после учреждения земства по закону от 9 июня 1912 г. При открытии земств в Оренбургской губернии власти вновь столкнулись с проблемой цензового представительства и аморфностью слоя местной землевладельческой элиты. Действенность земских учреждений в Оренбургской губернии обеспечило применение специальных статей Положения о земских учреждениях. Верхнеуральский и Троицкий уезд объединялись в одно земство, в отдельные земские единицы выделялись города Оренбург, Троицк, Челябинск, гласные от горожан в губернское земство избирались из гласных Городских Дум, к выборам допускались управляющие имениями и заводами. Уездных предводителей дворянства могли заменять чиновники от администрации, а к председательству и членству в земских управах допускались лица без имущественного ценза.

Преемственность в развитии инфраструктуры местного хозяйства обеспечили отдельные статьи закона о переходе в земские учреждения специалистов, занимающих должности в «сель-ско-врачебной части», ветеринаров и инженеров дорожного строительства. Закон гарантировал сохранение размера их содержания. Таким образом, правительство пыталось обеспечить формирование чиновного состава земских служащих и ограничить наплыв оппозиционных сил в земские управы окраинной губернии.

Доля мусульман среди сельского населения губернии по переписи 1897 г. составляла 23 %. Больше всего башкиры и татары были представлены в Орском уезде (51 % населения), далее шли Верхнеуральский (30 %), Оренбургский (19,5 %), Челябинский (14,5 %) и Троицкий (12,7 %) уезды. Земское самоуправление не распространялось на население Казачьего войска, составляющее 25 % жителей уездов (в Орском уезде войсковые казаки насчитывали 21 % сельского населения, Верхнеуральском - 38 %, Челябинском - 15 %, Троицком - 48 % населения), поэтому в составе жителей, охваченных земским самоуправлением, доля мусульман повышалась: в Орском уезде - 64 %, Верхнеуральском - 53 %, Троицком - 23 %, Че-

лябинском - 17 % населения1. Наиболее заметное представительство мусульман сформировалось в Орском уезде, где оно составило 62 % гласных, в Оренбургском - 19 %, в губернском собрании они заняли 3 места из 50.

Накануне выборов в земские собрания Оренбургской губернии либеральная мусульманская газета «Вакыт» («Время») под редакцией татарского писателя и общественного деятеля Ф. Карими развернула предвыборную агитацию с целью формирования в земствах более заметного представительства башкир и татар. Наряду с избирательной компанией и популяризацией земских мероприятий в области всеобщего обучения, медицины и сельского хозяйства, газета способствовала реализации мероприятий губернской управы по исследованию мектебов и модернизации образования в них.

Оренбургское губернское земство по опыту Уфимского организовало отдел «инородческого» образования, для заведования которым пригласило преподавателя медресе «Хусаиния» И. М. Бик-чентаева. По его инициативе в 1915 г. губернское земство провело статистическое обследование мусульманских школ губернии.

Деятельность Оренбургского земства строилась под влиянием демократических изменений в соседних земских губерниях и местного течения джадидизма. В 1916 г. Оренбургское губернское земское совещание по народному образованию определило тип начальной школы для башкир и татар как 6-летнюю мусульманскую школу с преподаванием на родном языке, включенной в официальную школьную сеть, на содержании казны и местных самоуправлений. Формировалась инфраструктура национального образования. В 1917 г. отделы по образованию мусульман открылись в Оренбургской, Орской, Челябинской, Верхнеуральско-Троицкой уездных управах, городских управах Оренбурга, Орска, Челябинска.

В области внешкольного образования земства стали инициаторами учреждения национальных библиотек. К 1916 г. в Уфимской губернии для нерусского населения работали 83 земские библиотеки, в 1917 г. в Оренбургской губернии их насчитывалось около 40. Некоторые библиотеки в башкирских и татарских деревнях формировались при содействии духовенства, были случаи пожертвования ими для этой цели книг. Например, в 1915 г. библиотека башкирской д. Идель-баево Орского уезда помимо 9 наименований

1 См.: Первая всеобщая перепись населения Российской империи, 1897 г. Т. XXVIII. Оренбургская губерния, 1904. С. 54-55; 158-165.

изданий татарской повременной печати, газет «Русские ведомости», «Оренбургские губернские ведомости», «Сельская жизнь» и др., имела 660 книг на языке тюрки, переданных духовенством.

Земские учреждения Оренбургской губернии, начавшие работу в 1913 г., быстро поднимали планку потребностей: с 1915 по 1916 г. земские сборы возросли на 36 %. К 1916 г. долги по земским сборам в губернии составили 577355 р. (43 % оклада) за крестьянским населением и 445836 р. (73 % оклада) - за башкирами. Последним в Оренбургской губернии принадлежало 45 % облагаемой земскими сборами земли2. По сведениям Казенной палаты, гористые безлесные земли башкирских волостей были малодоходны и эксплуатировались частично.

Вместе с введением земства на Оренбургскую губернию распространились кадастровые и оценочные работы по Правилам 8 июня 1893 г. На заседаниях Оренбургской оценочной комиссии подчеркивалась неисследованность губернии, ставились вопросы об оценочном и естественно-историческом изучении уездов, бюджетных исследованиях крестьянских хозяйств, включении в зону земских сборов офицерских земель, розданных в собственность чинов Казачьего войска.

Таким образом, воплощение земской реформы на территории Южного Урала имело определенные отличия не только по способам реализации, но и по целям ее претворения. Слияние башкир с гражданским населением включило массив башкирских вотчинных земель в земское налогообложение. Растущие сборы резко повысили их значение в качестве производственных ресурсов. Путем активной государственной поддержки аренды и продажи земель башкир происходило как пополнение казны, так и заселение края переселенцами.

После первой русской революции 19051907 гг. земства приняли активное участие в реформировании мектебов, способствуя превращению их в государственные национальные школы.

В Оренбургской губернии наличие Казачьего войска и недостаток землевладельцев в качестве цензового представительства местных учреждений задержали создание земского самоуправления на долгое время. Позднее включение Оренбургского края в число земских губерний при сохранении упомянутых сдерживающих факторов свидетельствовало о том, что актуальной задачей, наряду с преобразованием местного управления, была и социально-экономическая унификация окраинных территорий.

2 ГАОО. Ф. 15. Оп. 1. Д. 310. Л. 8-10.

Список литературы

1. Азаматова, Г. Б. Уфимское земство (18741917). Социальный состав, бюджет, деятельность в области народного образования / Г. Б. Азаматова. Уфа: Гилем, 2005. 238 с.

2. Акманов, А. И. Земельные отношения в Башкортостане и башкирское землевладение во второй половине XVI - начале ХХ в. / А. И. Ак-манов. Уфа: Китап, 2007. 360 с.

3. Беседовская, А. В. Власть и общество: становление системы самоуправления на Южном Урале (конец XIX - начало XX в.) / А. В. Беседовская // Вестн. Оренбург. гос. пед. ун-та: электрон. науч. журн. 2006. № 1. С. 49-61.

4. Беседовская, А. В. Влияние этносоциального фактора на становление институтов самоуправления на Южном Урале (вторая половина XIX - нач. XX в.) / А. В. Бесе-довская // Матвей Кузьмич Любавский: историк и человек. К 145-летию со дня рождения: материалы регион. науч.-практ. конф. (15 дек. 2005 г.). Уфа: Изд-во БГПУ, 2008. 186 с.

5. Беседовская, А. В. Система местного самоуправления на Южном Урале в период модернизации российского общества: авто-реф. дис. ... канд. ист. наук / А. В. Беседовская. Оренбург, 2004. 35 с.

6. Власова, Н. Л. Развитие земской статистики на Южном Урале (1875-1918 гг.) / Н. Л. Власова. Уфа: БашГУ, 2012. 184 с.

7. Курсеева, О. А. Земский либерализм в конце XIX - начале XX в.: региональный аспект / О. А. Курсеева. Уфа; Стерлитамак: ИИЯЛ УНЦ РАН: Стерлитамак. гос. пед. акад., 2008. 467 с.

8. Курсеева, О. А. С. П. Балахонцев - земский и общественный деятель Уфимской губернии / О. А. КУрсеева // Государственное управление и

местное самоуправление на Южном Урале (XVIII -начало XX в.): персонально-биографический аспект. Уфа: ИИЯЛ УНЦ РАН, 2013.

9. Обухов, М. И. Мектебы Уфимской губернии. Статистический очерк татарских и башкирских низших школ (мектебов) Уфимской губернии по данным исследования Уфимской губернской земской управы 1912-13 года / М. И. Обухов. Уфа, 1915.

10. Полянина, О. А. Григорий Васильевич Гутоп - общественный и политический деятель Уфимской губернии / О. А. Полянина // Государственное управление и местное самоуправление на Южном Урале (XVIII -начало XX в.): персонально-биографический аспект. Уфа: ИИЯЛ УНЦ РАН, 2013.

11. Роднов, М. И. Крестьянство Уфимской губернии в начале XX века (1900-1917 гг.): социальная структура, социальные отношения / М. И. Роднов. Уфа: Дизайнполиграфсервис, 2002. 314 с.

12. Семенченко, И. В. Земство на Южном Урале в 1917-1918 гг. / И. В. Семенченко. Челябинск: Изд-во ЮУрГУ, 2005.

13. Семенченко, И. В. Социально-экономическая деятельность уральского земства в 1900-1918 гг. / И. В. Семенченко. Челябинск: Изд-во ЮУрГУ, 2006.

14. Фархшатов, М. Н. Народное образование в Башкирии в пореформенный период 60-90-е годы XIX в. / М. Н. Фархшатов. М.: Наука, 1994. 144 с.

15. Фархшатов, М. Н. Джадидизм: идеология, этапы и результаты обновленческого движения в башкирском обществе на рубеже XIX-XX веков / М. Н. Фархшатов // Актуальные проблемы исторической науки: сб. науч. тр. первых междунар. Усман. чтений. Уфа: Гилем, 2011.

Сведения об авторе

Азаматова Гульназ Булатовна - кандидат исторических наук, старший научный сотрудник отдела истории и истории культуры Башкортостана Института истории, языка и литературы УНЦ РАН. gulnaz.azamatova@yandex.ru

Bulletin of Chelyabinsk State University. 2015. № 6 (361). History. Issue 63. P. 57-64.

TERRITORIAL

G. B. Azamatova

Candidate of Historical Sciences, Senior Research Fellow of the Department of History and Culture of Bashkortostan Institute of History, Language and Literature, the Russian Academy of Sciences (Russia). gulnaz.azamatova@yandex.ru

The implementation of the territorial reform in South Ural required the unification of a number of social and economic features of Ufa and Orenburg provinces. The main questions were connected with the formation of the nobility representation in territorial establishments, the existence of specific class groups such as Bashkir and Cossack troops and their land tenure. The experience of the territorial reform showed an essential difference between administrative management in the two provinces. A considerably late introduction of zemstvo in Orenburg province, along with the Cossack army's retaining its status of military estate, reflected its value as a strategically important territorial outpost. In Ufa province zemstvos forced the unification of Bashkirs' legal status with that of rural inhabitants. Bashkirs' patrimonial lands were burdened with zemstvo taxation, which accelerated the economic development of the Province's land fund by various categories of land owners. Territorial (zemstvo) establishments of the South Ural provinces also promoted cultural integration of the Muslim population due to financial support of maktabs.

Keywords: territorial (zemstvo) institutions; territorial (zemstvo) representation; voting qualification; Muslim schools; maktabs; zemstvo; zemstvo collections; patrimonial land tenure; South Ural; Orenburg province; Ufa province.

References

1. Azamatova G. B. Ufimskoe zemstvo (1874-1917). Social'nyj sostav, bjudzhet, dejatel'nost'v oblasti narodnogo obrazovanija [Ufa zemstvo (1874-1917). Social composition, the budget, activity in the area of national education]. Ufa, Gilem, 2005, 238 p. (In Russ.).

2. Akmanov A. I. Zemel'nye otnoshenija v Bashkortostane i bashkirskoe zemlevladenie vo vtorojpo-lovine XVI - nachale XXv. [The land relations in Bashkortostan and the Bashkir land tenure in the second half of XVI - the beginning of the XX century]. Ufa, Kitap, 2007, 360 p. (In Russ.).

3. Besedovskaja A. V. Vlast' i obshhestvo: stanovlenie sistemy samoupravlenija na Juzhnom Urale (konec XIX - nachalo XX vv.) [Power and society: formation of system of self-government in South Ural (the end of XIX - the beginning of the XX centuries)]. Vestnik Orenburgskogo gosudarstvennogo peda-gogicheskogo universiteta [Bulletin of the Orenburg state pedagogical University], elektronnyj nauchnyj zhurnal, 2006, no. 1, pp. 49-61. (In Russ.).

4. Besedovskaja A. V. Vlijanie jetnosocial'nogo faktora na stanovlenie institutov samoupravlenija na Juzhnom Urale (vtoraja polovina XIX - nach. XX v.) [Influence of ethnosocial fac-tor on formation of institutes of self-government in South Ural (the second half of XIX - the beginning of the XX century)]. Matvej Kuz'mich Ljubavskij: istorik i chelovek. K 145-letiju so dnja rozhdenija [Matvey Kuzmich Focuses on: the historian and the man. To the 145th anniversary of the birthday], materialy regional'noj nauchno-praktiches-koj konferencii, 15 dekabrja 2005 goda. Ufa, Izdatel'stvo BGPU, 2008, 186 p. (In Russ.).

5. Besedovskaja A. V. Sistema mestnogo samoupravlenija na Juzhnom Urale v period modernizacii Rossijskogo obshhestva [System of local government in South Ural during modernization of the Russian society], avtoreferat dis. ... kand. ist. nauk. Orenburg, 2004, 35 p. (In Russ.).

6. Vlasova N. L. Razvitie zemskoj statistiki na Juzhnom Urale (1875-1918 gg.) [Development of territorial statistics in South Ural (1875-1918)]. Ufa, BashGU, 2012, 184 p. (In Russ.).

7. Kurseeva O. A. Zemskij liberalizm v konce XIX- nachale XXvv.: regional'nyj aspect [Territorial liberalism at the end of XIX - the beginning of the XX centuries: regional aspect]. Ufa, Sterlitamak, IIJaL UNC RAN, Sterlitamak. gos. ped. akademija, 2008, 467 p. (In Russ.).

8. Kurseeva O. A. S.P. Balahoncev - zemskij i obshhestvennyj dejatel' Ufimskoj gubernii [Balakhont-sev - public figure of the Ufa province]. Gosudarstvennoe upravlenie i mestnoe samoupravlenie na Juzhnom Urale (XVIII - nachalo XX v.): personal'no-biograficheskij aspect [Public administration and local self-government in the southern Urals (XVIII - beginning of XX century): personal-biographical aspect]. Ufa, IIJaL UNC RAN, 2013. (In Russ).

9. Obuhov M. I. Mekteby Ufimskoj gubernii. Statisticheskij ocherk tatarskih i bashkirskih nizshih shkol (mektebov) Ufimskoj gubernii po dannym issledovanija Ufimskoj gubernskoj zemskoj upravy 1912-13 goda [Maktabs of the Ufa province. A statistical sketch of the Tatar and Bashkir lowest schools (maktab) of the Ufa province according to research of the Ufa provincial territorial justice 1912-13]. Ufa, 1915. (In Russ.).

10. Poljanina O. A. Grigorij Vasil'evich Gutop - obshhestvennyj i politicheskij dejatel' Ufimskoj gubernii [Grigory Vasilyevich Gutop - public and the politician of the Ufa province]. Gosudarstvennoe upravlenie i mestnoe samoupravlenie na Juzhnom Urale (XVIII - nachalo XX v.): personal'no-biograficheskij aspect

[Public administration and local self-government in the southern Urals (XVIII - beginning of XX century): personal-biographical aspect]. Ufa, IIJaL UNC RAN, 2013. (In Russ.).

11. Rodnov M. I. Krest'janstvo Ufimskojgubernii v nachaleXXveka (1900-1917gg.): social'naja struk-tura, social'nye otnoshenija [The peasantry of the Ufa province at the beginning of the XX century (19001917): social structure, social relations]. Ufa, Dizajnpoligrafservis, 2002, 314 p. (In Russ.).

12. Semenchenko I. V. Zemstvo na Juzhnom Urale v 1917-1918 gg. [Zemstvo in South Ural in 19171918]. Cheljabinsk, Izd-vo JuUrGU, 2005. (In Russ.).

13. Semenchenko I. V. Social'no-jekonomicheskaja dejatel'nost' ural'skogo zemstva v 1900-1918 gg. [Social and economic activity of the Ural zemstvo in 1900-1918]. Cheljabinsk, Izd-vo JuUrGU, 2006. (In Russ).

14. Farhshatov M. N. Narodnoe obrazovanie v Bashkirii v poreformennyj period 60-90-e gody XIX v. [National education in Bashkiria during the postreform period the 60-90th years of the XIX century]. M., Nauka, 1994, 144 p. (In Russ.).

15. Farhshatov M. N. Dzhadidizm: ideologija, jetapy i rezul'taty obnovlencheskogo dvizheni-ja v bashkir-skom obshhestve na rubezhe XIX-XX vekov [Jadidism: ideology, stages and results of the obnovlenchesky movement in the Bashkir society at a boundary of the XIX -XX centu-ries]. Aktual'nye problemy istoriches-koj nauki. Sbornik nauchnyh trudov pervyh mezhdunarodnyh Usmanovskih chtenij [Actual problems of historical science: proceedings of the first international Usmanov readings]. Ufa, Gilem, 2011. (In Russ.).