Жизнь бизнеса в коронакризис ​

Жизнь бизнеса в коронакризис

Алексей Кучмин

учредитель группы компаний «АИР»

Ольга Алешина:

Добрый вечер, дорогие друзья, в эфире передача «Разговор по делу», я ведущая Ольга Алешина. Сегодня у меня в гостях член генерального совета Деловой России, генеральный директор группы компаний «АИР» Алексей Кучмин. Перед тем как мы начнем обсуждать проблемы бизнеса, коронавируса, коронакризиса и других проблем, которые произошли с нами за последние семь месяцев, начнем с приятного – о себе, как Вы пришли к своему бизнесу, империи, которую Вы построили, с чего начинали, возможно, какие-то интересные факты из жизни, забавные истории из детства, юности, которые подтолкнули Вас к тому, что Вы стали бизнесменом, и очень успешным бизнесменом.

Алексей Кучмин:

Все началось с моих родителей, в 1976 году в октябре месяце я родился, в Белоруссии, в небольшом городке, и получилось так, что фактически мое детство прошло в самой Белоруссии, а потом один город, второй город, и всю мою жизнь до приезда в 1990-м году в Санкт-Петербург мы перемещались с места на место. Я сменил 8 или 9 школ, каждый год новый коллектив, новые люди, ты пытаешься влиться в коллектив, и какие-то черты характера начинают проявляться. Для меня мой отец был очень хорошим образцом, показателем того, как правильно себя нужно вести с семьей, с друзьями, ориентиры в жизни были заложены тогда. И самое главное было с возрастом правильно этим всем распорядиться.

В 1990-м году мы переехали в Санкт-Петербург, в 1993 я поступил в госуниверситет, закончил факультет прикладной математики – процессов управления, звучит так, что я до сих пор не понимаю, на кого я учился, хотел быть программистом, а получилось, что получилось. Математика – это все-таки склад ума, это не то, что сидишь и высчитываешь формулы или деньги, это склад ума и логика, иногда не видишь промежуточных точек, ты видишь конечную, а потом понимаешь, как к этой конечной точке идти.

Первым бизнесом мы занялись еще студентами, в 1993 году мы продавали тетрадки, на рынках у нас были точки, в Петербурге было очень много таких рынков, кто знал 90-е годы, тот помнит, все было на рынках, там продавали и покупали все, что только можно. Мы решили заняться канцелярией, потому что у меня еще сестра младшая училась в школе, и перед 1 сентября очереди огромные, и почему нет. А у товарища, с которым мы вместе учились в университете, отец как раз производил тетрадки. Раньше были только таблицы умножения сзади, а еще были красивые с киногероями, и мы такие тетрадки продавали. У нас было по Петербургу 5 или 6 рынков, и вот с этого началось. И без ложной скромности, в 1994-195 году мы студентами, когда у нас стипендия была по 1 доллару, зарабатывали по 150-200 долларов в день. Я тогда уже себя испортил, потому что была такая планка поднята, что опускаться некуда. Поэтому только дальше и только выше.

Потом, когда закончил университет, эту тематику мы прекратили, потому что каждый пошел по своей стезе. После университета единственное место, где я работал, это была компания в Санкт-Петербурге Евросиб, она занималась железнодорожными перевозками, я там поработал год, занимался отслеживанием вагонов в Российской Федерации, куда они приехали, откуда уехали, зарплата была 250-300 долларов в месяц, и я не понимал, что с таким богатством делать, потому что ты получал в день столько же, а здесь в месяц. Внутренняя жадность сыграла, и поэтому я понимал, что надо что-то делать.

Следующий этап – я начал заниматься фильтрами для очистки воды, бытовые фильтры, сделал сеть по Санкт-Петербургу, как компании (без рекламы) Аквафор, Гейзер, я был конкурентом этих компаний. Возили из Саудовской Аравии, там производили эти фильтры. И потом началась самая интересная эпоха, 2003 год, 300 лет Санкт-Петербургу, мой университетский товарищ, с которым занимались тетрадками, решил открыть компанию, которая будет импортировать из-за границы пластиковые трубы для канализации, для воды, потому что в России было очень большое засилье бетонных материалов, чугунных, которые исторически применялись, и в 2003 году открылась компания в Санкт-Петербурге РОСПАЙП. Открыли мы ее втроем, мой товарищ был основным, еще один наш друг и я, и за 3 года 17 городов России, 750 человек штат, оборот 4,5 половиной миллиарда рублей, то есть мы рвали и метали рынок. Когда ты открываешься, у тебя страха нет, потому что ты в принципе не понимаешь, что делать, у тебя только желание, слабоумие и отвага, когда ты просто побежал вперед, взял флаг, не зная куда бежать, зачем. Тем не менее это был интересный эксперимент, потому что когда заходишь на интересный новый рынок, конкуренты начинают сразу же проявляться, ты понимаешь расстановку сил, и самое страшное для меня, и тогда пример показал, что все компании губят не внешние ситуации, компания всегда умирает внутри, потому что когда людям кажется, что ты уже состоялся, у тебя все хорошо, приходят такие компании, как мы пришли в 2003 году в Санкт-Петербург, и ломают тебя просто на корню, потому что ты-то уже состоялся, ты уже успешный, а им терять нечего, и они начинают тебя мести. Поэтому самое главное во всем, что ты делаешь и как ты делаешь – это оставаться голодным и относительно злым все время, пока ты хочешь еще двигаться и пока ты хочешь еще что-то создавать, потому что самое страшное – состояние успеха, состоятельности и состояние того, что ты красавчик, ты молодец, ты все, что хотел сделал, поэтому так будет всегда. И придут молодые, голодные, злые. И это произошло в 2008 году, когда мы со своим партнером в рамках предыдущей компании расстались, я ушел из компании РОСПАЙП, нужно было что-то делать. Мы встретились с моими давними партнерами-конкурентами, и возникла идея – почему бы не сделать еще что-то интересное и совместное. И родилась компания «АИР групп», которая занимается аэродромным строительством, и через какое-то время появилась компания «АИР магистраль», которая занимается безопасностью дорожного движения.

Я сторонник простых вещей. Как появилась «АИР магистраль»? Я сам езжу по дорогам, какие-то вещи мне не нравятся, хочется что-то изменить. Бывает такое: отправляй запросы во Вселенную, и они тебе будут отвечать. Какие-то мысли были в голове, и так получилось, что ребята знакомые, хорошие и интересные, подсказали некоторые направления, где можно попробовать в дорожной безопасности себя применить. И так шаг за шагом, достаточно увлекательное было мероприятие, что до сих пор не остановиться, хочется двигаться дальше и дальше.

Ольга Алешина:

Сейчас какое покрытие по России?

Алексей Кучмин:

В этом году группе исполнилось 11 лет. Аэродромное направление – от Петропавловска-Камчатского и все города, порядка 120 аэродромов, которые за это время в России реконструировались, строились, мы везде участвовали, при этом не просто принимали участие, а еще придумываем разные интересные штуки, чтобы строителям упростить жизнь.

Ольга Алешина:

Небольшие стартапы, которые создают высокотехнологичные продукты?

Алексей Кучмин:

Нас учит только жизнь. Когда ты придумаешь инновационные вещи, приходишь к заказчику: «Смотрите, какая классная штука, мои заказчики придумали». – «Нам не надо». – «Почему не надо?» – «Потому что у нас есть строители, которые занимаются, их переубедить нельзя». Я думаю, хорошо, я стану строителем. Открыл строительную компанию и приходил к заказчикам и говорил: «Вы сказали, что вам не нужны просто материалы, давайте я к вам буду приходить со стройкой» – «А это уже интересно, давайте». Попробовали раз, два, три. Понял, что какие-то вещи, которые мы применяли на стройке, неудобны. Предположим, есть бетонные лотки, вода в них собирается, дальше уходит в колодцы, очистные сооружения. Представляете, бетон возить из Москвы в Петропавловск-Камчатский, лоток стоит 100 рублей, доставка 500, плюс бетон, пока ты везешь в вагонах, может удариться, побиться, все что угодно может произойти. Поэтому закладывается еще 15-20 процентов на бой, пока придет, чтобы стройка не остановилась. А почему не сделать так, чтобы на месте можно было производить? Год, даже полтора потратили на то, чтобы разработать технологию производства этих лотков на месте, и теперь научились фактически в любой точке Российской Федерации производить эти лотки, при этом технология, по которой мы делаем, позволяет раз в 10 сократить сроки строительства. Уже на многих проектах мы опробовали, посмотрели, то есть мы строителям реально сильно упростили жизнь.

Следующее, строители монтируют бетонные колодцы, мучаются, это нужно в земле построить небольшой город из дерева, залить его бетоном, потом это дерево разобрать, а бетонный конструктор будет дальше стоять. И следующим этапом мы решили для строителя сделать как Лего, то есть на стройку приходит наш лоток, наша труба, дальше мы сделали пластиковые колодцы, то есть конструктор приходит на объект, они просто его собирают, засыпают землей, и сроки строительства сократились просто безумно. И вот такие фишки мы постоянно практикуем. Когда ты придумываешь новые интересные вещи, только на них можно заработать, потому что если бы на улице было 10 парикмахерских и 1 булочная, я бы открыл еще одну булочную. Ты общаешься, начинаешь рассказывать свою идею, тебе говорят, что бред, вообще неинтересно, конкуренция безумная, административное лобби, туда лезть бесполезно. И я понимаю, что 100 процентов надо там быть, потому что когда ты с кем-то делишься своей идеей и люди говорят, что эта идея бесперспективна, 100 процентов надо идти, там нет конкуренции, потому что все сидят и рассуждают, что там нечего делать. И мы так и делаем 11 лет.

Ольга Алешина:

Штат у Вас сейчас какой?

Алексей Кучмин:

Больше 100 человек, и мы еще дальше растем, потому что сейчас открываем еще одно производство в Москве. Москва дает очень интересный инструмент, очень интересную возможность, для того чтобы компании развивались, росли. И одна проблема – кто-то про эти инструменты не знает, а кто-то не может правильно донести, что эти инструменты есть и как правильно ими распорядиться. Но если люди начинают это чувствовать и начинают использовать, очень много хороших вещей, финансовых и производственных. Одна из интересных вещей, которую мы сейчас взяли, это инновационный кластер Москвы, то есть на территории Москвы есть производственные мощности, которые Москва выделяет по льготным ценам, по льготным условиям для бизнеса, приезжай и начинай работать, чем мы и воспользовались. Мы стали резидентами Технопарка, резидентами инновационного кластера Москвы, и на базе этого я открываю одно из самых перспективных и интересных производств по безопасности дорожного движения.

Ольга Алешина:

Чем завод будет заниматься? Один завод уже работает.

Алексей Кучмин:

Один в Московской области, ряд производств, которые делают для нас продукцию, которую мы дальше отправляем в рынок. Такие непростые кризисные времена показали, что ты начинаешь зависеть немножко от внешних факторов. Закрыли все производство, пандемия, а ты как человек, который должен дальше работать и должен дальше выполнять свои контрактные обязательства, просто встал, потому что зависишь от тех, кто должен для тебя сделать какую-то детальку. Поэтому все эти вещи в первую очередь связаны с безопасностью компании, чтобы мы не зависели от внешних факторов, что кто-то нам не сможешь что-то сделать, либо второй вариант, я просто не нашел хорошие производства, которые могут не сделать то, что меня удовлетворит, просто решил свое открыть. Конечно, сейчас можно красиво надувать щеки, что ночами сидел, бизнес-план придумывал – терпеть не могу бизнес-план, хочешь убить любое дело –начни писать бизнес-план, потому что любая вещь на бумаге умрет, просто начиная в цифрах выбирать. Кто-то сейчас скажет, надо просчитывать рентабельность – спорить не буду, но я не умею, поэтому как показывает рабочая практика, если у тебя есть интересная здравая мысль в голове, как напутствие ребятам, которые сидят и сомневаются, делать или не делать, сколько бы человек не уговаривало вокруг этим не заниматься, 100 процентов занимайтесь. Если вам скажут напишите бизнес-план, мы в него поверим – единицы поверят, как правило, это говорят людям, чтобы просто от них избавиться. Когда человек начинает что-то писать, он на этом и останавливается, зарывается и дальше не идет. Поэтому реализуйте свои идеи, не основываясь не на чьем мнении, только на внутреннем чутье и понимании вы сами в это верите, вам самим это интересно или вы хотите это сделать. Если есть сомнения – не делайте, если нет сомнений – никого не слушайте, идешь и делаешь, слабоумие и отвага, два критерия, которые в какой-то степени позволяют дальше развиться.

Ольга Алешина:

Теперь про кризис. У нас кризис 2020-го года, это Ваш не первый кризис.

Алексей Кучмин:

Я открылся в 2009 году, тогда все началось.

Ольга Алешина:

Если сравнить кризис 2009 года и кризис, который происходит сейчас, тогда Вы были в начале пути, сейчас в середине.

Алексей Кучмин:

Не в середине. Я тогда сделал первый шаг, потом в 2014 году был еще один кризис, это был второй шаг, сейчас третий, то есть я еще даже не на середине, я стартап еще, только-только начинаю все эти процессы у себя ставить на хорошие рельсы и запускаться.

Ольга Алешина:

Вы как человек, переживший три кризиса, что можете сказать бизнесменам, которые опустили руки, или стартапам, которые загорелись в январе этого года и в марте сдулись? Вы открыли бизнес в кризисное время, и когда началась пандемия, Вы не уволили ни одного сотрудника, выплачивали премии, при этом открываете два производства, то есть Вы работаете даже не в обычном спокойном темпе, как все компании работают вне кризиса, а очень динамично для обычного времени, не то чтобы для кризисного. Как Вам это удается, какой секрет?

Алексей Кучмин:

Секрет очень простой – я просто боюсь это время упустить. 2020-й год вообще уникальный, я в свои 44 года никогда не думал, что может закрыться мир, может закрыться Москва, любой регион или город, куда раньше можно было спокойно перемещаться, то есть в голове предположить, что в 21-м веке тебя могут остановить, любой бизнесмен всегда в движении, он постоянно двигается, а здесь просто не ты остановился, а тебя время остановило. Это даже нельзя назвать кризисом, это просто переосмысление того, что ты делал до этого и что ты будешь делать дальше или каким образом ты этим временем распорядишься. В 2009 году, когда мы открылись, опять энтузиазм, эмоции, желания закрепиться, развить те идеи, которые есть, чтобы они начали уже реализовываться, в 2014-м вообще не почувствовали. Знаете, если бы мы были корпорациями, которые занимают 80 процентов рынка, я бы переживал. Но я считаю, что когда великие шатаются или что-то у них непонятное происходит, мы на своем уровне должны только расти и развиваться, потому что когда идут перемены, такого времени больше не будет, для того чтобы ты мог зайти в то направление или в ту нишу, которая все время была занята или которая все время была непоколебима.

Ольга Алешина:

Такой момент уязвимости есть у других корпораций.

Алексей Кучмин:

100 процентов, но это не вопрос того, что они неправильно свою модель строили или неуверенно себя чувствовали. Такая ситуация, как показал 2020-й год, может произойти в любой момент. Если здесь она произошла в масштабах всего мира, то с любым бизнесом, с любым направлением она может произойти в режиме недели или месяца. Голодному человеку, который всегда в поиске, нужно на протяжении всего времени двигаться и работать.

Что нам позволило развиваться – я сторонник одной простой вещи: когда все растет и развивается, это более страшное время, чем когда все сжимается, потому что когда все растет и развивается, это время расхолаживает и губит очень многие компании. Возьмем примеры из российской реальности. Любую нормальную экономику двигает и поднимает масштабная вещь – олимпийская стройка, керченский мост, Москва растет, строительство трассы М11, сейчас М12 будет, потому что подтягиваются все ресурсы, которые есть: крупные компании, малые предприятия, но... Сочи, олимпийская стройка, все побежали, накупили технику. Люди себя чувствовали во время стройки великолепно, но как только стройка начала заканчиваться – а что дальше с этим делать? Кто смог перестроиться, кто смог понять до момента окончания строительства или окончания масштабного мероприятия? Это как с концерта иногда лучше уйти на 10 минут раньше, и ты не будешь стоять огромные очереди, и потом неизвестно, ты выйдешь или тебя вынесут. Поэтому внутри должен присутствовать страх. Уникальное качество человека, которое у нас внутри есть, это страх, он позволяет вам взлететь до самых неимоверных высот, точно так же прижимает к земле, не дает возможности ни подняться, ни развиться.

Возвращаясь к тому, как мы пережили эту вещь. Когда только ситуация начала развиваться, у меня постоянно внутри были мысли: что делать? Закрывается Москва, перемещение ограничивается, производства встали, выехать куда-то нельзя, импортировать и экспортировать нельзя, потому что все закрыто, на мне

ответственность за 80 человек, сейчас 100, просто за время пандемии мы еще набрали людей, и поэтому в тот момент я отключил в себе бизнесмена, отключил в себе предпринимателя и включил, в принципе это чувство всегда внутри присутствует, вот что: что бы я сделал для себя и для своей семьи, чтобы время, которое у нас сейчас проходит, безболезненно прошло для нашей компании.

Мы до конца держались, но потом я понял, что людьми рисковать нельзя, отправил на удаленку, я снимал ролики, видео, и как только выступал Президент Российской Федерации, что каникулы, Сергей Семенович Собянин выступал, говорил, какие в Москве ограничения, после этого я тоже выступал для своей компании, переводил о том, как это отразится на нашей компании и как мы будем дальше действовать, и самое главное, что я людям говорил в этой ситуации – я постараюсь максимально сделать для того, чтобы ни вы, ни ваши семьи не прочувствовали внешних факторов, которые как-то просочатся и что-то отразится на нашей компании. Первое, что я сделал в той ситуации, это в апреле месяце было, как только всех отправили на удаленку, я выплатил всем еще по одной зарплате, потому что поддержать моральный дух потом – да, это можно, это тоже имеет право на жизнь, и я подумал, что у людей не должно быть не то что панического настроения, у людей не должно быть ощущения, что они не понимают, что будет завтра, у всех ипотеки, кредиты, родители, дедушки-бабушки. Кстати, за 11 лет родилось около 25 детей внутри компании. Для меня то, что в компании люди рожают двоих, троих детей, это показатель здоровой атмосферы. И поэтому я в апреле месяце принял решение людям выплатить еще по одной зарплате. То есть если бы я рассуждал, как бизнесмен, предприниматель, я бы этого не сделал, потому что это нелогично, потратить лишние 6 миллионов. Но Вы не представляете, какой был эффект.

Ольга Алешина:

У Вас люди заряженные, когда я к Вам приезжаю в офис, прямо восхищаюсь.

Алексей Кучмин:

Самое главное во всем этом, что я стараюсь не над людьми сверху быть и устраивать такую вертикаль власти, чтобы смотрели в рот. Система построена таким образом, что каждый сотрудник зависит друг от друга. Если где-то на какой-то цепочке сотрудников идет сбой, сбоит вся система, и, соответственно, эта система дальше этого сотрудника сама начинает ставить на место, либо он уходит, система саморегулируема. Я нужен только для того, чтобы общее настроение задавать, чтобы система не расслаблялась, и направление, куда мы идем, чтобы у нас не было сбоев, люфтов ни влево, ни вправо.

Вся команда абсолютно сама без моего участия проводила совещания, намечала сама себе планы, выполняла эти планы, намечали какие-то новые направления обучения молодых сотрудников. За это время мы еще даже успели вырасти. Люди были заряжены настолько внутри себя, что ни у кого не было ощущения паники, что все мы сейчас умрем, и мы не знаем, что дальше делать. А я в это время решил заняться производственными моментами, закупили оборудование, начали ремонт в Технопарке.

Ольга Алешина:

Где Вы научились всем этим вещам, о которых Вы сейчас говорите, как правильно выстроить цепочку внутри коллектива, Вы же не учились на управление бизнесом? К Вам это с опытом пришло или что-то умное прочитали?

Ольга Алешина:

Все до банальности просто – все вещи, которые я использую в компании, мы все, по большому счету, так живем в обычной повседневной жизни. У нас у всех нормальные семьи, нормальные друзья, нормальное общение. Ты приходишь в 9 часов на работу, до 6 часов ты работаешь, почему в это время нужно выстраивать что-то другое по сравнению с тем, что ты выстраиваешь в семье, с друзьями? Поэтому какой-то сверхгениальности или вещей суперумных, которые я использую в компании, нет. Единственное, что есть, внутреннее направление и чуйка куда двигаться. Мы в семье, с друзьями выстраиваем отношения так, чтобы было интересно, когда кто-то из друзей начинает себя плохо вести, другие начинают бить его по голове, ты себя плохо ведешь, если он совсем себя плохо ведет, с ним перестают общаться, то есть глобально мы живем так, почему эту модель нельзя использовать внутри компании, чтобы у людей не было разделения? Домой приходят – они такие, приходят на работу – они другие. Грани нет, вот и весь секрет.

Ольга Алешина:

Значит, нужно просто не меняться и вести бизнес спокойно, без надменности, без масок, как очень часто это бывает.

Алексей Кучмин:

Абсолютно. Нельзя играть. Все, что ты делаешь неискренне, нечестно по отношению к ситуации либо дома, либо в семье, либо на улице, либо в работе, тут же где-то всплывет и тут же тебя поглотит. Поэтому здесь ты либо такой, либо не надо ничем заниматься. На самом деле, это абсолютно банальные вещи, то есть ничего такого, я сейчас не открыл секрет гениальности.

Ольга Алешина:

Просто некоторые поверхностно смотрят и делают так, как советуют большинство окружающих.

Алексей Кучмин:

И при этом большинство окружающих ничего не понимают в том, что они советуют. Поэтому я 99,9 советчиков, которые вокруг меня есть, отодвигаю немножечко от своего прямого эфира.

Ольга Алешина:

Но бывает же такое, что иногда нужно прислушаться.

Алексей Кучмин:

Я даже больше скажу, когда принимаю то или иное решение, как раз кризисы, моменты переходные, у меня есть ряд людей, которые действительно очень классные, прикольные, настоящие живые люди, то есть нормальные во всех смыслах этого слова. И когда я сижу и думаю, что делать, я с этими людьми начинаю общаться и говорю: надо вот так бы поступить, сократиться либо переехать в более дешевый в офис, и когда будет попроще, мы дальше все это сделаем. Я понимаю одну простую вещь, что все нормальные люди, которые занимаются бизнесом, которые работают, что-то создают, все так рассуждают. И поэтому большая часть сокращает людей, сокращает зарплаты, офис и переезжают, чтобы минимизировать затраты, переждать время, и потом, когда придет хорошее время, мы опять в это время вырастем.

Не надо меньше тратить, надо больше зарабатывать. Поэтому ужиматься можно сколько угодно, и я слушаю этих людей и понимаю, что так сейчас действует практически весь рынок. В 2014 году я всем увеличил бонусный фонд, то есть я начинаю в этой ситуации не сокращать коллектив, а увеличивать зарплаты, увеличивать бонусный фонд, переезжаю даже в более дорогой офис, делаю какие-то вещи, которые идут в разрез. Все же ожидают, что какое-то время вернется, которое было – никогда не вернется, какое бы не было замечательное время. Просто в разрез сегодняшнего дня нужно отбросить все вещи, которые были, и понимать, что есть только сегодня и завтра, и то, что ты сегодня заложишь, оно завтра или послезавтра будет как новый продукт. Если ты сегодня начал что-то с ним делать, он только через год, через два может начать на тебя работать. Но если ты сегодня не сделаешь, а сделаешь через неделю, то у тебя будет через 2 года и плюс неделя.

Ольга Алешина:

Гениальное просто.

Алексей Кучмин:

Просто слушайте себя внутри. Но есть в этом одна страшная вещь. Все хотят быть сразу классными, успешными, и иногда бывает, эта внешняя мишура мешает человеку проявить самого себя, вот это внешнее поглощает его больше, чем его внутреннее, и это тоже очень многих людей губит и не дает возможности хорошим идеям развиться. И в итоге то, что ты хотел сделать настоящее, искреннее, подменилось каким-то внешним имиджем, который ты уже поддерживаешь, хотя хотел совершенно другого.

Ольга Алешина:

Я хочу, чтобы Вы рассказали историю про то, как Ваша дочка написала книгу.

Алексей Кучмин:

У меня трое детей, и каждый ребенок уникальный по-своему. Младший вырастет, я буду нервно стоять в стороне курить, потому характер, который уже проявляется, он четко знает, что хочет, зачем хочет и почему. Средняя очень талантливая с точки зрения дизайна, придумать какой-то интерьер, красивые фишки. Директор моего производства привлек ее, для того чтобы она сделала дизайн помещения на нашем производстве, то есть она приезжала на производство, сделала дизайн и по этому дизайну мы сделали кабинет имени моей дочки. Она мебель выбирала, цвета выбирала, то есть что это значит для ребенка в 12 лет, это ее работа, она зарплату за это получила, и она будет приезжать в кабинет, который она сама сделала. А старшая дочка сейчас учится в школе в Англии, для меня это вообще предмет гордости, она в 9 лет написала книгу, просто каникулы, лето, в компьютере сделала, потом про нее забыла.

Мы с супругой эту книгу нашли, она была просто на компьютере напечатана, три года назад мы ее издали, издание получилось хорошее, картинки красивые, и сделали небольшой детский праздник. Супруга нашла выездной театр. Сидят дети, дочка в середине, и ведущая начинает рассказывать, что мы в интернете прочитали историю, она нам очень понравилась, и мы хотим, чтобы сейчас на основании этого мы с вами сделали постановку, и начинает рассказывать эту историю. Надо было видеть глаза дочки, когда она поняла, что это ее история – вот только ради этих эмоций, которые она испытала, хотелось это все сделать. Потом она автографы раздавала, как настоящий автор. Это круто не с точки зрения порисоваться, смотрите, какой я молодец. Сейчас дети, когда огромным доступ к информации, пытаются себя найти, и для нее это был момент крайне важный с точки зрения того, чтобы прочувствовать себя, что она может делать вещи, чуть-чуть отличающиеся от того, что одноклассники делают.

Ольга Алешина:

Спасибо большое. В эфире была передача «Разговор по делу» и в гостях у меня был Алексей Кучмин – член генерального совета Деловой России.