Фактогенная перформативность в речевом жанре «Спор»

УДК 80/81

ГОРБАЧЕВА Елена Николаевна, кандидат филологических наук, доцент

ФАКТОГЕННАЯ ПЕРФОРМАТИВНОСТЬ В РЕЧЕВОМ ЖАНРЕ «СПОР»

GORBACHEVA Elena, candidate of philological sciences, associate Professor

FACT-GENERATING PERFORMATIVITY IN THE SPEECH GENRE OF ARGUING

В статье рассматриваются перформативные характеристики речевого жанра «спор». Под перформативно-стью понимается фактогенность высказывания, то есть его способность конституировать факты двух типов -1) как фокусировки на актуальных моментах действительности и 2) как культурного явления. Отсюда спор характеризуется двумя типами фактогенной перформа-тивности - фактуальной (реализуемой посредством речевого акта «возражение») и фактуально-событийной (реализуемой посредством аргументации).

Ключевые слова: фактогенность, фактуальная / факту-ально-событийная перформативность, спор, возражение, аргументация.

I The article focuses on performative characteristics of arguing as a speech genre. Performativity is defined as fact-generating potential of a text, i.e. its ability to generate facts of two types - 1) as focusing on actual phenomena and 2) as cultural phenomena. Hence, the speech genre of arguing is characterized by two types of fact-generating performativity - factual (realized through objection) and event-correlated performativity (realized through argumentation).

Key words: fact-generating potential, factual / event-correlated performativity, arguing, objection, argumentation.

Речевой жанр «спор» является перформативным жанром, если под перформативно-стью в широком смысле понимать способность высказывания конституировать факты. Данную способность мы называем фактогенностью.

Различая два типа фактогенной перформативности - фактуальную (то есть конституи-рование факта как фокусировки на актуальных моментах действительности) и фактуально-событийную (то есть конституирование факта как культурного явления), - мы полагаем, что спор характеризуется обоими типами.

Фактуальная перформативность предполагает актуализацию смысла реального общения и реализуется посредством коммуникативных целерациональных, или перформатив-ных, действий. В структуре речевого жанра «спор» таковым представляется речевое действие «возражение».

Возражение - это речевой акт, порождающий спор. Модель речевого акта возражения может быть представлена следующим образом:

Возражение =

Не будучи убежденным в твоей правоте и желая сделать так, чтобы ты знал, думаю ли я так же, как и ты,

я говорю: я думаю, что ты не прав.

Практически спор происходит следующим образом: некто выражает свое мнение (тезис), оппонент находит в ней уязвимые места (пункты разногласий), указывает на них и выдвигает положение, представляющееся оппоненту истинным (антитезис) [8, с. 154-155].

Актуализация смысла реального общения, то есть конституирование фактов первого типа, может осуществляться посредством прямого возражения, выражаемого с помощью глагола «соглашаться» в отрицательной форме либо других отрицательных конструкций, передающих смысл несогласия:

- И вот еще, - сказал Гольцман. - Ты не прав. Подтвержденный факт у нас появился. [Александр Терехов. Каменный мост (1997-2008)] (http://search.ruscorpora.ru).

Аналогичную прагматическую функцию (конституирование фактов первого типа) выполняет возражение-опровержение, пропозициональное содержание которого противоположно утверждению оппонента:

- Слушай, я не могу разобраться с людьми, зачем мне быки?

- Ты должен прочесть ее!

- Я никому ничего не должен, запомни! (А. Солженицын «В круге первом»).

В работах Ф. ван Еемерена и Р. Гроотендорста [5; 6] речевой акт возражения рассматривается как выражение сомнения. Однако, по нашему мнению, выражение сомнения представляет собой нечто среднее между актами согласия и несогласия, так же как, по О.В. Ляшен-ко, значение «сомнительно» занимает промежуточное место в интервале значений <истина; ложь> [10]. Данное мнение находит подтверждение и в логической теории аргументации, где неуверенность (uncertainty) - понятие, синонимичное сомнению, - трактуется как отсутствие

аргументов «за» и «против» [14]. Вместе с тем мы считаем, что в споре выражение сомнения может быть косвенным выражением возражения:

- В Реввоенсовете не дураки сидят! - серьезно выразился комиссар. - Там взвесили «за» и «против»!

- Это я понимаю, - согласился Пухов. - Там - задумчивые люди, только жлоб механики враз не поймет!

- Ну а кто ж тогда все чудеса науки и ценности международного империализма произвел? - заспорил комиссар. (А. Платонов «Сокровенный человек»).

В данном примере вопросительное предложение является имплицитным возражением-сомнением.

Другими видами косвенного возражения являются следующие:

• имплицитное возражение, заключенное в аргументации и построенное как критика мнения оппонента:

- Все происходит как бы помимо твоего сознания, вот здесь! - она ткнула себя пальцем в грудь. <...> Тебе может казаться, что ты его ненавидишь, ты будешь убеждать в этом других, а дело в том, что чувство твое деформировалось! <...> Скажи, зачем ты окликнула его в очереди? <...>

- Не истуканом же стоять! - перебила ее Изольда Ивановна. - Болтаешь всякую чушь! (Л. Качинская «Листья желтые»);

• имплицитное возражение-оскорбление (с помощью инвектив):

- Объясняю, что с тобой происходит: ты зачуял смерть и забеспокоился - тебе неохота просто так уходить, тебе надо, чтоб о тебе потом говорили: он же верующий был! Так?

- Дурак, - просто сказал дядя Гоиша. Подумал и еще сказал: - Волосатик (В.М. Шукшин «Гена Пройдисвет»);

• Возражение-замечание, синтаксически оформленное в виде предложения с противительным союзом по формуле «Я согласен, что р1, но не согласен, что р2», где р - пропозиция (proposition):

- Вот он - голос благородной крови предков! - не сдержал эмоций отец. - Наш род столетиями служил высшим интересам России, не щадя жизни <...>

Заметив, что проявление аристократической гордости мужа шокировало родных, Светлана Ивановна возразила:

- Не согласна, Мишенька. Спору нет, сын воспринял от тебя славные традиции предков, но и от меня ему кое-что досталось - за мной несколько поколений честных тружеников, добрых, бескорыстных. (С. Малков «Две судьбы-2»).

Возражение-замечание может также являться частичным опровержением мнения оппонента:

«Разумеется, его мать была недовольна:

- Ну зачем ты их так опекаешь? Эта девка тебе не пара! Мало ты потерпел?

- Потерпел я не из-за них, мама, а помогая Мише разоблачить убийцу Надежды. И не жалею об этом. Даже себя зауважал! (С. Малков «Две судьбы-2»).

Возражение-замечание в данном примере строится не по вышеприведенной формуле «Я согласен, что р1, но не согласен, что р2», однако его можно трансформировать в соответствии с формулой: «Да, я потерпел, но не из-за них».

• опущенное (неэксплицированное) возражение, логически и по смыслу выводимое из аргументации (преимущественно в бытовом споре):

- Красная Армия все может! - отвечали Пухову матросы. - Мы в Царицын на щепках приплыли, кулаками город штурмовали.

- Так то ж драка, а не война! - сомневался Пухов. - А ядро не классовая вещь - живо ко дну пустит! (А. Платонов «Сокровенный человек»).

В данном примере возражение не выражено вербально, но его можно восстановить по контексту любым из вышеперечисленных способов.

Фактуально-событийная перформативность предполагает затрагивание ценностной картины мира людей, осуществляемое посредством коммуникативного поступка, или пер-формативного дискурса. В споре таковым, на наш взгляд, является аргументация.

Традиционно спор считается разновидностью аргументативного текста [7, с. 120]. Следовательно, аргумент является основополагающим речевым актом спора. Аргумент редко состоит из одного предложения, поэтому в данном случае целесообразнее говорить о речевом акте аргументации. Мы вслед за голландскими учеными Ф. ван Еемереном и Р. Гроотендорстом

считаем, что аргументация относится к сложным речевым актам, поскольку имеет функцию аргументации не на уровне предложения, как, например, обещание, утверждение, просьба и другие элементарные речевые акты, а на более высоком текстовом уровне [5, с. 31-32].

Следует отметить, что в научных теориях, исследующих аргументацию, нет однозначного мнения относительно функции аргументации, однако созвучие этих теорий наблюдается в признании того, что аргументация выполняет двойную функцию: доказательство / опровержение и убеждение [2, с. 47-48], доказывание и порождение нового знания [3], обоснование и убеждение [1; 4, с. 188], обоснование / опровержение и убеждение [6, с. 57]. Мы также считаем, что аргументация выполняет двойную функцию - обоснования и убеждения; причем превалирующая роль принадлежит второй функции - функции убеждения.

Выполнение двойной функции акта аргументации возможно, на наш взгляд, благодаря тому, что высказывания, являющиеся частью аргументации, могут быть разными речевыми актами - утверждением, констатацией факта, предположением, описанием, повествованием и т.п. - в основном из категории репрезентативов-ассертивов, которую выделяет в своей классификации Д. Серль [11]. Иллокутивная сила аргументации не выражается перформативной формулой. Иллокутивными индикаторами аргументации могут быть союзы «так», «потому что», «так как» [6, с. 91].

В аргументации реализуется ценность истины, в которой, как предполагается, уверен говорящий. Модель речевого акта «аргумент» может быть представлена следующим образом: Аргумент =

Будучи убежденным в своей правоте и желая сделать так, чтобы ты тоже убедился в моей правоте, я говорю:

В толковых словарях русского языка выделяются две идеи в определении понятия «истина»: 1) истина - то, что соответствует действительности, и 2) истина - то, что существует в действительности. В современном русском сознании слово «истина» образует тесную пару со словом «правда», где «истина» связывается с вечным и неизменным, а «правда» - с земным, изменчивым, социальным [13, с. 436-437]. Характерным для русской лингвокультуры является понимание правды как справедливости [12]. Таким образом, основываясь на дефиниции слов «истина» и «правда», можно предположить, что достижением истины в спорах среди носителей русской лингвокультуры считается воссоздание достоверности, принятие правильных решений или восстановление справедливости.

По мнению В.А. Лукина, истина тесно связана с коммуникацией, причем так, что истина является предпосылкой если не для коммуникации вообще, то, по крайней мере, для эффективного речевого акта [9, с. 73]. Действительно, спор считается плодотворным, когда его участникам удается решить спорный вопрос и тем самым устранить возникшее противоречие. Как правило, решение спорного вопроса приравнивается к нахождению истины.

Итак, спор является перформативным жанром. Если под перформативностью понимать фактогенность, то есть способность высказывания конституировать факты двух типов - как фокусировки на актуальных моментах действительности и как культурного явления, то можно утверждать, что спор характеризуется двумя типами фактогенной перформативности - факту-альной и фактуально-событийной. Фактуальная перформативность, предполагающая актуализацию смысла реального общения, реализуется посредством речевого акта «возражение»; фактуально-событийная перформативность, предполагающая затрагивание ценностной картины мира людей, реализуется в споре посредством аргументации.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Берков В.Ф. Аргументация как логико-коммуникативная процедура // Online Journal: Argumentation, interpretation, rhetoric. - 2002. - Issue 2 [Электронный ресурс] URL: http://argumentation.spb.ru.

2. Брутян Г.А. Аргументация // Вопросы философии. - 1982. - №11. - С. 43-52.

3. Васильев Л.Г. Особенности понимания естественно-языковых аргументов в научном тексте // Online Journal: Argumentation, interpretation, rhetoric. - 2000. - Issue 1 [Электронный ресурс] URL: http://argumentation.spb.ru.

4. Введенская Л.А., Павлова Л.Г., Кашаева ЕЮ. Русский язык и культура речи: учебное пособие для вузов. - Ростов-на-Дону: Феникс, 2003. - 544 с.

5. Еемерен Ф., Гооотендорст Р. Аргументация, коммуникация и ошибки. - СПб.: Васильевский остров, 1992. -208 с.

6. Еемерен Ф, Гроотендорст Р. Речевые акты в аргументативных дискуссиях. - СПб., 1994. - 238 с.

7. Кузнецов И.Н. Риторика, или Ораторское искусство: учеб. пособие для студентов вузов. - М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2004. - 431 с.

8. Культура русской речи: учебник для вузов / Под ред. Л.К. Граудиной и Е.Н. Ширяева. - М.: Норма, 2004. - 560 с.

9. Лукин В.А. Противоречие и согласие: языковые концепты, дискурсивные стратегии, текстовые свойства // Вопросы языкознания. - 2003. - №4. - С. 91-109.

10. Ляшенко П.В. Оценка высказываний в дискуссии (подход к построению эристической семантики) // Online Journal: Argumentation, interpretation, rhetoric. - 2002. - Issue 2 [Электронный ресурс] URL: http://argumentation.spb.ru.

11. Серль Дж. Классификация иллокутивных актов: пер. с англ. В.З. Демьянкова // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 17. - М.: Прогресс, 1986. - С. 170-194.

12. Словарь русского языка в четырех томах / Под ред. А.П. Евгеньевой. - М.: Рус. яз., 1984.

13. CmenaHOB Ю.С. Константы: Словарь русской культуры. - М.: Академический Проект, 2001. - 990 с.

14. Taran T.A. A Possibility of the Logic of Argumentation Use for Multi-Agent System [Электронный ресурс] URL: http://argumentation.spb.ru.

REFERENCES

1. Berkov V.F. Argumentation as the logical-communicative procedure.Online Journal: Argumentation, interpretation, rhetoric. 2002. Issue 2 . Available at: http://argumentation.spb.ru.

2. Brutyan G.A. The reasoning . Problems of Philosophy. 1982. No.11. pp. 43-52.

3. VasilievL.G. Features of understanding natural language arguments in the scientific text . Online Journal: Argumentation, interpretation, rhetoric. 2000. Issue 1. Available at: http://argumentation.spb.ru.

4. Vvedenskaya L.A., Pavlova L.G., Kashaeva E.Y. Russian language and culture of speech: a manual for schools. Rostov on Donu: Phoenix, 2003. 544 p.

5. Eemeren F., Grootendorst R. Argumentation, communication and error. Sankt- Peterburg: Vasilevsky Island, 1992. 208 p.

6. Eemeren F., Grootendorst R. Speech acts in argumentative discussions. Sankt- Peterburg. 1994. 238 p.

7. Kuznetsov I.N. Rhetoric and Oratory: Proc. allowance for students. Moskva: UNITY-DANA, 2004. 431 p.

8. Culture of Russian speech: a textbook for universities. ed. LK Graudinoy and E.N. Shiryaev. Moskva: Norma, 2004. 560 p.

9. Lukin V.A. Contradiction and harmony: language concepts, discursive strategies, text properties . Questions of linguistics. 2003. No.4. pp. 91-109.

10. Ljashenko P.V. Assessment statements in the discussion (approach to building eristicheskoy semantics) . Online Journal: Argumentation, interpretation, rhetoric. 2002. Issue 2. Available at: http://argumentation.spb.ru.

11. Searle J. The classification of illocutionary acts: first. from English. V.Z. Demyankova . New in foreign linguistics. Vol. 17. Moskva: Progress, 1986. pp.170-194.

12. Dictionary of the Russian language in four volumes . Ed. A.P. Evgenyeva. Moskva: Eng. lang, 1984.

13. Ctepanov Y.S. Constants: Dictionary of Russian culture. Moskva: Academic Project, 2001. - 990 p.

14. Taran T.A. A Possibility of the Logic of Argumentation Use for Multi-Agent System , Available at: http://argumentation.spb.ru.

Информация об авторе

Горбачева Елена Николаевна, кандидат филологических наук, доцент кафедры английской филологии, Астрахань, Россия elen-gorbachvova@vandex.ru

Получена: 25.12.2014

Information about the author

Gorbacheva Elena, Candidate of Philological Sciences, Associate Professor of English Philology,

Astrakhan city, Russia elen-gorbachyova@yandex.ru

Received: 25.12.2014