Исчезающее большинство

Установка на победу премьера в первом туре очевидна. Делается это, не считая ресурсов и не выбирая средств, — даже зная, что каждый накинутый или выдавленный процент отнимает пять процентов легитимности результата. Дело уже давно не в банальном «не так вбросили и плохо посчитали». Налицо незаконное и совершенно бесцеремонное использование мегамашины власти, системы управления и бюджетной сферы с ее финансовыми и подневольными людскими ресурсами в качестве инструмента продвижения одного кандидата и подавления других. И это после предварительной зачистки политического поля, оставившей кандидатов заведомо непроходных и не способных врезать лидеру. Хватит того, что нескончаемые анонсы «аналитических» фильмов про новейшую историю открыто работают предвыборными роликами ВВП, который якобы пришел и якобы прекратил смуту. Все, можно снимать.

На этом трепетном фоне по сети ходит своя аналитика: Путину лучше победить во втором туре. В первом он далеко за 50% не оторвется, а эти несколько процентов будут списаны на фальсификат и административный ресурс (который в нашем исполнении не шалость, а фатальное нарушение) — и тогда легитимность нового срока окажется слишком сомнительной в глазах вменяемых сограждан и «мирового цивилизованного сообщества». Зато во втором туре Путин побеждает любого с сокрушительным отрывом, и поле протеста резко сужается. Оппозиция берет паузу для мучительного обдумывания, куда бить в это хорошо защищенное тело, которое в новой ситуации вызовет протест какой угодно, но не морально-правовой, а это сейчас главное.

Но нет: команда ВВП считает, что лучше надутая победа сразу, чем правильная, но чуть позже. Интересно — почему? Самое поверхностное, но незабываемое: верхушка вариант проигрыша не рассматривает вовсе, но не из тупой самоуверенности, а в силу кошмара последствий. Для многих это была бы катастрофа, дауншифтинг — не просто в родные веси, а ровно по ту сторону забора. Это если вовремя свалить и там еще что-то спасти от алчного Запада, только и мечтающего поживиться наворованным в России. Декабрьский ужас не рассосался (и до конца уже не рассосется), а жить в таком заполошном состоянии лишние недели тяжело и не хочется.

Есть и другая беда: как поведут себя во втором туре голосовавшие за прочих кандидатов. Вдруг они еще раз услышат призыв первого тура «Ни одного голоса Путину!» и проголосуют за Зюганова при всем отвращении к постсоветскому коммунизму? Если дойдет до такой развилки, даже начальник КПРФ может выпрыгнуть из рамки и согласиться на роль технического президента, резко подняв себе не шансы, но все же результат. И тогда даже победившему Путину будет уже не с руки вещать от имени «подавляющего большинства».

В этой идее «большинства» все и дело. Главный лозунг кампании — патриотическая масса против горстки предателей, готовых за гранты посольств развалить страну, только что вставшую с колен и теперь всеми этими коленями дрожащую перед угрозой дезинтеграции, оккупации и т. п. Но вся проблема в том, что у Путина этого большинства, тем более подавляющего, уже нет. Причем давно. Сейчас рейтинг натянут кампанией по принципу «мы за ценой не постоим», но она кончится, дальше все пойдет на спад от нереализуемых посулов и перегретых ожиданий. Даже если рейтинг в пределах 30-40%, надо понимать, что такое остальные. Во многом это люди, настроенные не просто за других кандидатов, а именно против Путина. Это и все те, кто в первом туре проголосует по принципу «за кого угодно, только не…», и растущая часть ядерного электората «думских старцев», оскорбленная фальсификатом декабря и художествами в преддверии марта. Не говоря уже о партии интернета.

Раньше такого не было. Но бросающий перчатку такому количеству людей этой же перчаткой и получит, ответив оком за каждый выбитый зуб. Мы уже писали (см. «Физика против арифметики», «Ведомости» от 18.01.2012), что температура в зоне протеста становится показателем решающим: физика становится важнее арифметики, качество переходит в количество. Возникает парадоксальная ситуация: выиграв у всех в два тура, Путин по факту проигрывает им всем вместе взятым. Во всяком случае где-то на грани этого. А электорат этих остальных уже не так разобщен, а все более консолидируется общим «против». В итоге по результатам этой конфронтации не исключен вариант, когда даже победивший президент скоро окажется против большинства. Примерно так: 100% минус его собственный рейтинг и «болото», которое на глазах осушается протестом.

Варианты на будущее. Можно быть президентом меньшинства, но тогда надо вести себя прилично, слушать других и не пытаться тиранить. Можно, наоборот, имитировать большинство в первом туре и пытаться от имени этой имитации и дальше разговаривать с другими. Это соблазн. Хотя ставить такой эксперимент в стране, на глазах обучающейся отвечать осмысленно, но беспощадно, не пожелаешь и врагу. Эффект возможен, но ненадолго, точно не навсегда, а с каждой резкостью выход из ситуации будет становиться все менее компромиссным и цивилизованным.

Врагов в своей стране я пока не вижу. Есть оппоненты, но не всегда дальновидные.

Автор — руководитель Центра исследований идеологических процессов Института философии РАН

Эта публикация основана на статье «Навстречу выборам: Математика «большинства»» из газеты «Ведомости» от 27.02.2012, №34

Источник: http://www.vedomosti.ru/opinion/news/1514852/matematika_bolshinstva