О необходимости обеспечения фактического равенства сторон на стадии судебного следствия в уголовном процессе

Машовец Асия Океановна

кандидат юридических наук, доцент,

Уральский государственный юридический университет

О необходимости обеспечения фактического равенства сторон на стадии судебного следствия в уголовном процессе

В статье поднимается вопрос о необходимости фактической реализации принципа равенства сторон в свете обеспечения справедливого и состязательного судебного следствия. На основе имеющихся проблем исследуемого принципа делается вывод о необходимости неукоснительного соблюдения равенства сторон в ходе судебного разбирательства уголовного дела, а также учета изначального неравенства сторон, так как в качестве стороны обвинения выступает государство.

Ключевые слова: судебное следствие, уголовный процесс, равенство сторон, состязательность.

А.О. Mashovets, Candidate of Law, Assistant Professor, Ural State University of Law; e-mail: okeanovna@me.com

On the need to ensure de facto equality parties at the stage of judicial investigation in criminal proceedings

The article raises the issue of the need to actually implement the principle of equality of parties in the light of ensuring a fair and adversarial judicial investigation. On the basis of the existing problems of the principle under investigation, it is concluded that the equality of parties is strictly observed during the trial of the criminal case, as well as the consideration of the initial inequality of the parties, since the state is the party to the charge.

Key words: judicial investigation, criminal proceedings, equality of parties, adversarial.

Одной из основных причин написания настоящей статьи является убежденность автора в главенстве судебного следствия и судебного способа формирования как доказательств, так и доказываемых фактов, которые составляют фактическую сторону уголовного дела. Однако признания этого недостаточно. Важно осознание того, что судебная технология установления фактов является системообразующей уголовного процесса нового типа. Под последним мы понимаем реально состязательное - справедливое уголовное судопроизводство, а не тот переходный тип уголовного процесса, который имеет место в России в настоящее время.

На стадии судебного следствия обвинитель и подсудимый, его защитник как стороны и их процессуальные права равны, в противном случае уголовно-правовой спор превратился бы в пустую формальность. Именно применительно к судебному следствию наиболее категоричны положения о равенстве сторон, закрепленные в позитивном праве (ч. 1 ст. 19, ч. 3 ст. 123 Конституции РФ, ч. 4 ст. 15, ст. 244 УПК РФ). Из системного толкования положений, со-

держащихся в ч. 3 ст. 37, ч. 2 ст. 42, ч. 4 ст. 47, ч. 1 ст. 53, ст. 244, ч. 5 ст. 246, ч. 1 ст. 248, ч. 2 ст. 274 УПК РФ, вытекает, что представители обеих сторон в деле равны в части представления и исследования доказательств.

Позиции Европейского суда по правам человека по данному вопросу заключаются в том, что, во-первых, принцип равноправия требует «справедливого баланса между сторонами». Причем каждой стороне должна быть предоставлена разумная возможность представить свою позицию по делу в условиях, которые не ставят его в существенно менее выгодное положение по сравнению со своим оппонентом [1, с. 13]. Во-вторых, принцип равенства сторон - это один из аспектов широкой концепции справедливого суда, которая также включает в себя фундаментальное право на то, чтобы процесс был состязательным. В уголовном процессе это означает, что как обвинению, так и защите должна быть предоставлена возможность знакомиться с соображениями и доказательствами, представленными другой стороной, и комментировать их [2].

114

В отечественной науке уголовно-процессуального права признается, что сторона обвинения и сторона защиты пользуются равными правами по представлению и исследованию доказательств, которые были получены ими в ходе досудебного производства. Они активны в том, что касается формирования фактической основы своей аргументации, а также отстаивания своих требований перед судом. Равноправие сторон не может быть ничем иным, как уравнением их в способах, средствах, пределах и формах, в каких стороны, каждая со своей точки зрения, имеют право убеждать судей [3, с. 1037]. Дозволив одной стороне какой-либо способ разъяснения дела, нельзя воспрепятствовать противной стороне воспользоваться тем же способом для достижения ее цели [4, с. 141, 142].

К этому надо добавить, что, по мнению некоторых специалистов, равноправие сторон есть необходимое условие для всестороннего освещения всех обстоятельств, определяющих исход дела [5, с. 43-44]. Отсюда делается попытка увязать равноправие сторон с требованием об активном участии суда в судебном следствии, что, на наш взгляд, может исказить представление о правовой организации отношений сторон и суда.

«Вопрос о том, с какого момента и насколько устанавливается равноправие сторон в процессе, приобретает чрезвычайно существенное значение» [3, с. 1035]. Мы разделяем мнение, что алгоритм состязательного судебного следствия задается решением (суда и сторон) о последовательности представления и исследования доказательств. Принципиально важно, чтобы председательствующий не навязывал свою волю сторонам, а тем более не брал на себя инициативу в исследовании доказательств, в особенности в допросе подсудимого, постановке ему вопросов.

Приведем характерный пример. В ходе судебного следствия по уголовному делу выявился факт противоречия между выводом в заключении судебно-медицинской экспертизы и заключении специалиста, привлеченного защитой, по поводу времени и характера возникновения телесных повреждений у подсудимого. Это обстоятельство имело важное значение для подтверждения версии подсудимого о наличии самозащиты в его действиях. Именно с него начал допрос подсудимого председательствующий, когда подсудимый согласился дать показания. Приведем последовавшие вопросы и ответы: «Кто Вас привез на

освидетельствование?» - «Следователь Лимонов». - «Вы поняли, что происходит освидетельствование?» - «Догадался, что проводили осмотр». - «Вы согласны с экспертом Паршиным Г.В. о времени происхождения ссадины, в течение недели?» - «Да, согласен». - «С выводами экспертизы, проведенной по материалам дела, согласны?» - «Нет». Получив ответы, на волновавшие его вопросы, председательствующий далее позволил защитнику допросить своего подзащитного [6].

Стороны по закону сами решают, в какой последовательности и как представлять свои доказательства. Критически важно, чтобы сторона защиты сама определяла порядок, последовательность представления доказательств защиты. Вмешательство председательствующего в этот деликатный момент может сломать всю правовую основу судебного расследования, выхолостить состязательный смысл правовых предписаний, имеющихся в УПК РФ на этот счет.

Как отмечает А.С. Александров, законодатель положил в основу судебного следствия диалоговый принцип организации судоговорения в отличие от ранее существовавшей монологической организации. Когда председательствующий «вел следствие», его речь доминировала вместо речей сторон и была организующей для выявления обстоятельств дела [7, с. 259]. По мнению С.П. Гришина, именно активная доказательственная, речевая деятельность сторон положена в основу выявления обстоятельств дела в ходе судебного следствия [8, с. 17-18, 188]. Законодатель по-новому определяет порядок судоговорения: кто имеет право говорить, когда говорить, как говорить. Говорят стороны, с целью убеждения суда, как прямо, так и опосредованно обращаясь к нему: через постановку вопросов при ведении допросов, при предъявлении вещественных доказательств, посредством речевого поведения в ходе проведения следственных действий [8, с. 189].

Если равенство прав участников судебного следствия проявляется в представлении доказательств, то первым проявлением этого равенства является определение последовательности представлений своих доказательств сторонами обвинения и защиты. Представление прокурором суду доказательств начинает состязание сторон. Вступительная речь обвинителя служит представлением суду как позиции обвинения, так и доказательств, ее поддерживающих; с этого момента начинается перед судом деятельность сторон [3, с. 1035].

115

Председательствующий не вправе навязывать сторонам свое мнение по данному вопросу. Не суд, а закон определяет, что первым обязан представить свои доказательства государственный обвинитель, сторона защиты вправе представить свои доказательства или ограничиться исследованием обвинительных доказательств. Сторона обвинения представляет свои доказательства в той последовательности, в которой считает нужной, ввиду тактических соображений относительно оптимального пути достижения своей цели.

Второй не менее важный момент в проявлении начала равноправия сторон в судебном следствии касается заявления сторонами ходатайств о дополнении материалов уголовного дела, в том числе о вызове в суд свидетелей, экспертов, специалистов для проведения их допросов. Это критически важно для стороны защиты, которая не направляет в суд своего «уголовного дела защиты» и вынуждена на предварительном расследовании обращаться к следователю для приобщения к делу своих доказательств. Так что для защиты нормы, закрепленные в ст. 271 УПК РФ, являются важной гарантией осуществления принципа равноправия сторон в судебном следствии. Нормы этой статьи надо толковать в неразрывной связи со ст. 217 УПК РФ и другими нормами, предоставляющими стороне защиты подготовиться к защите от обвинения и участию в судебном следствии: ознакомиться с обвинительным заключением (актом), обвинительными доказательствами и пр. Между тем нельзя не отметить, что в позитивном праве сложился стандарт ограничительного толкования и применения положений ст. 271 УПК РФ к производству не только в суде апелляционной инстанции, но и в суде первой инстанции.

Мы стоим на позиции, согласно которой суд не вправе отказать:

а) обвинителю в вызове свидетелей обвинения, указанных им в списке, приложенном к обвинительному заключению (акту);

б) защите в вызове тех лиц, которых она ходатайствовала в порядке, предусмотренном ч. 4 ст. 217 УПК РФ;

в) в допросе лиц, явившихся в суд по инициативе защиты;

г) в вызове и допросе лиц, показания которых могут оказать существенную помощь в установлении существенных фактов по делу.

Важнейшее значение для понимания роли сторон в судебном доказывании имеет норма, содержащаяся в ч. 2 ст. 271 УПК РФ, согласно

которой суд не вправе отказать в удовлетворении ходатайства о допросе в судебном заседании лица в качестве свидетеля или специалиста, явившегося в суд по инициативе стороны. Для стороны защиты, таким образом, раскрываются широкие возможности для представления новых доказательств. Включая те доказательства, которые подпадают под понятие «иные документы».

Разумеется, главным образом и в полной мере равноправие проявляется в порядке производства следственных действий. По признанию ряда ученых-процессуалистов, подсудимый имеет право опровергать свидетелей, подтверждающих обвинение. Также ему должно принадлежать и право просить о вызове свидетелей в опровержение свидетелей, вызываемых обвинением. При этом неважно, могут ли вновь вызываемые свидетели показать о новых, по сравнению с обвинительным актом, обстоятельствах или о тех же, что и свидетели, вызываемые по обвинительному заключению (акту), «ибо каждое свидетельское показание есть отдельное судебное доказательство и как таковое может быть опровергаемо сторонами» [3, с. 1036]. Через все судебное следствие должен проводиться принцип равенства сторон в способах и средствах состязания. «Нападать и защищаться на Суде можно только одинаковым оружием» [3, с. 1038].

Заканчивая тему о равноправии состязу-ющихся сторон, мы были бы неправы, если бы ограничились только формальной стороной этого принципа. Формально равные стороны обвинения и защиты фактически неравны: со стороны обвинения выступает государство, со стороны защиты - частные лица. Не учитывать этого реального положения дел было бы лицемерием. Поэтому в теории уголовного процесса существовало понимание того, что деятельности председательствующего судьи должна быть присуща идея материальной защиты. Именно в таком духе толковалась ст. 612 Устава уголовного судопроизводства, согласно которой Председатель Суда должен предоставлять каждому подсудимому всевозможные средства к оправданию [9, с. 264]. Подсудимый в процессе был поставлен в такие условия, в которых он бы мог действительно использовать все ему предоставленные процессуальные права [4, с. 117]. Разумеется, эти соображения не утратили актуальности и сегодня. В позитивном праве они должны быть проведены твердо и однозначно, а на практике соблюдаться неукоснительно.

116

1. Постановление Европейского суда по правам человека по делу «Бацанина против России» от 26 мая 2009 г. (Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2010 года) // Бюл. Верховного Суда РФ. 2010. № 11.

2. Постановление Европейского суда по правам человека от 15 дек. 2005 г., вынесенное по делу «Ваньян против России», §§ 6264. URL: http://www.srji.org/resources/search/27/

3. Устав уголовного судопроизводства. Систематизированный комментарий / под ред. Гернета. М., 1916. Вып. 4.

4. Арсеньев К. К. Судебное следствие: сборник практических заметок. СПб., 1871.

5. Гришин С. П. Судебное следствие в смешанном уголовном процессе (гносеологический, процессуальный и тактико-криминалистический аспекты). Н. Новгород, 2006.

6. Уголовное дело № 1-241/2013 по обвинению Н.Ф.Ю. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ // Архив Кировского районного суда г. Екатеринбурга, 2013.

7. Александров А.С. Введение в судебную лингвистику. Н. Новгород, 2003.

8. Гришин С. П. Принципы судебного следствия по уголовному делу. Н. Новгород, 2006.

9. Розин Н.Н. Уголовное судопроизводство. 1914.

1. Judgment of the European Court of Human Rights in the case «Batsanina v. Russia» d.d. May 26, 2009 (Review of the legislation and judicial practice of the Supreme Court of the Russian Federation for the second quarter of 2010) // Bull. of the Supreme Court of the Russian Federation. 2010. № 11.

2. Judgment of the European Court of Human Rights d.d. Dec. 15, 2005 in the case «Vanyan v. Russia», §§ 62-64. URL: http://www.srji.org/ resources/search/27/

3. The Charter of Criminal Proceedings. Systematized commentary / ed. by Gernet. Moscow, 1916. Iss. 4.

4. Arsenyev K.K. The judicial investigation: collection of practical notes. St. Petersburg, 1871.

5. Grishin S.P. The judicial investigation in a mixed criminal trial (epistemological, procedural and tactical-criminalistic aspects). Nizhny Novgorod, 2006.

6. Criminal case № 1-241/2013 on charges of N.F.U. in the commission of a crime under pt. 1 of art. 111 of the Criminal Code of the Russian Federation // Archive of the Kirov District Court of Ekaterinburg, 2013.

7. Aleksandrov A.S. Introduction to forensic linguistics. Nizhny Novgorod, 2003.

8. Grishin S.P. Principles of judicial investigation in a criminal case. Nizhny Novgorod, 2006.

9. Rozin N.N. Criminal proceedings. 1914.

117