«Добровольные» и «Вынужденные» заемные обязательства и их правовая природа

«добровольные» и «вынужденные» заемные обязательства и их правовая природа

© н. в. Грицай

Грицай

наталья валерьевна

старший преподаватель кафедры гражданского права и процесса самарская

гуманитарная академия

В статье предпринимается попытка классификации заемных обязательств, предлагается выделение двух видов заемных обязательств в зависимости от основания их возникновения — «добровольных» и «вынужденных», а также обосновывается практическое значение данной классификации для решения спорного вопроса о правовой природе процентов годовых.

Ключевые слова: займ, заемное обязательство, сделка, воля, волеизъявление, договорные и внедоговорные заемные обязательства, проценты за пользование чужими денежными средствами, плата за кредит, мера ответственности, коммерческое кредитование.

В системе гражданско-правовых обязательств заемные обязательства занимают особое место. Они образуют самостоятельную группу обязательств, отличающихся только им присущими специфическими признаками. Однако комплексному изучению заемных обязательств в литературе практически не уделяется внимания. Существуют многочисленные статьи в периодических изданиях, а также несколько монографий, посвященных отдельным договорам заемного типа - займу, кредитному договору [1] . Но попыток комплексного анализа и классификации данного типа обязательств до сих пор не предпринималось.

Примечательно, что термин «заемные обязательства» как некое обобщенное понятие встречается в юридической литературе крайне редко и используется большинством авторов для обозначения конкретного обязательства, возникающего из договора займа, т. е. в узком смысле. Причем иногда конструкции «займ» и «заемное обязательство» употребляются как тождественные [2] . Подобное смешение разных по своей природе гражданско-правовых категорий вносит терми-

69

нологическую неопределенность и приводит к неверной квалификации правоотношений. «Займ» (договор займа) представляет собой основание возникновения заемного обязательства, причем не единственное - заемные обязательства могут возникать и из иных гражда не ко - пра во в ы\ договоров, в том числе и незаемного типа. Анализ всех возможных оснований возникновения обязательств заемного характера позволяет разделить их на две основные группы. Первую составляют традиционные договоры заемного типа - договор займа и его разновидности (государственный и облигационный займ, кредитный договор, договор товарного кредита). Вторую же группу образуют иные гражданско-правовые договоры, не относящиеся по своей природе к сделкам заемного типа, но порождающие заемные обязательства, - это договоры купли-продажи, аренды, перевозки и др., включающие условие о полной предварительной оплате или авансе предоставляемого имущества, результатов работ или оказания услуг либо, напротив, об отсрочке или рассрочке такой оплаты. Порождаемое подобными договорами обязательство называется обязательством коммерческого кредита. По своей природе оно является заемным, но существует в рамках иных гражда не ко-пра во вы\ договоров. К этой же группе примыкают заемные обязательства, возникшие в результате новации долга из иных гражданско-правовых договоров (купли-продажи, аренды, подряда и т. д.). Только в отличие от обязательства коммерческого кредита, существующего в рамках иных договоров, данное заемное обязательство отделяется от новированного, т. к. с заключением соглашения о новации последнее прекращает свое существование.

Большой интерес представляет попытка классификации заемных обязательств, которая имеет не только теоретическое, но и огромное практическое значение.

В качестве одного из оснований классификации можно рассматривать волевой критерий, под которым подразумевается установление факта предоставления займа по воле сторон или помимо их воли в результате неправомерных действий должника.

Данный критерий позволяет выделить два вида заемных обязательств - «добровольные» (договорные) и «вынужденные» (внедоговорные).

Первую группу заемных обязательств объединяет характер юридических фактов, лежащих в их основании. В качестве таковых выступают осознанные волевые действия субъектов, направленные на достижение правового результата в виде возникшего заемного обязательства. Иными словами, речь идет о гражданско-правовых сделках, важнейшими элементами которых традиционно называют «волю» и «волеизъявление» сторон [3]. При этом воля понимается как «процесс психического регулирования поведения субъектов» [4], а под волеизъявлением имеется в виду выражение воли лица вовне, благодаря которому она становится доступной восприятию других лиц [4, с. 24-25].

Основаниями возникновения «добровольных» заемных обязательств являются традиционные сделки заемного типа - займ, кредитный договор, товарный кредит - как осознанные, целенаправленные, волевые действия их субъектов. Кроме того, следует отнести к числу «добровольных» и обязательство коммерческого кредита, которое возникает не из традиционных сделок заемного типа, а из иных гражданско-правовых договоров. Но при этом все перечисленные заемные обязательства объединяет то, что они возникают по воле сторон и являются результатом их свободного волеизъявления.

В отличие от «добровольных» возникновение «вынужденных» заемных обязательств не связано с волевыми, целенаправленными действиями их участников. Такие заемные обязательства возникают помимо воли их субъектов и являются результатом

неправомерных действий должника. Речь идет о неисполнении либо ненадлежащем исполнении последним денежного обязательства, выражающихся в просрочке уплаты или неуплате денежных средств. С момента просрочки исполнения должником обязательства кредитор фактически оказывается в положении займодавца, а денежная сумма, выступающая предметом просрочки, может быть квалифицирована как заем, вынужденно (невольно) предоставленный должнику в результате его неправомерных действий.

Предлагаемая классификация заемных обязательств имеет и большое практическое значение для решения вопроса о правовой природе процентов годовых, т.е. процентов за пользование чужими денежными средствами. Данный вопрос, несмотря на пристальное внимание к нему теоретиков, практиков и судебных органов, до сих пор не получил однозначного ответа, оставляя широкое поле для многочисленных споров и дискуссий.

В центре внимания остается вопрос о том, являются ли проценты за пользование чужими денежными средствами самостоятельной формой гражда не ко-пра во во й ответственности. Следует признать, что большинство авторов, в том числе, В. В. Витрян-ский [5], Л. А. Новоселова [6], О. Н. Садиков [7], отвечают на данный вопрос положительно, основывая свои выводы на том, что взыскание процентов годовых является санкцией за неисполнение должником денежного обязательства, а значит, выступает в качестве меры принуждения, играя для должника роль дополнительного обременения [8]. Находя в нормах ст. 395 ГК все атрибуты гражданско-правовой ответственности, авторы, вслед за судебной практикой [9], все-таки определяют проценты годовых как особую форму ответственности наряду с традиционными (убытками и неустойкой), что обусловлено спецификой применения ее условий [10].

Иной подход к определению правовой природы процентов годовых предлагают исследователи, квалифицирующие эти проценты не как форму ответственности, а как плату за кредит. Речь идет о принципиально ином взгляде на проблему и попытке раскрыть сущность процентов не с точки зрения теории гражданско-правовой ответственности, а с позиции теории заемных обязательств. Данный подход интересен в практическом отношении, поскольку, как справедливо отмечает Г. И. Богдановская, «признавая за процентами иную правовую природу, нежели формы ответственности, следует признать, что начисление процентов только на основании факта неправомерного удержания исключает необходимость доказывания иных условий, традиционно включаемых в состав гражданского правонарушения как основания ответственности (вины, причинной связи, противоправности)» [8, с. 16]. На это же обращает внимание и Л. А. Новоселова: «Если проценты не рассматриваются как форма гражданско-правовой ответственности, общие положения гражданского законодательства о размере и субъективных основаниях возложения ответственности за нарушение обязательств не подлежат применению. Так, взимание процентов в этом случае возможно и при отсутствии состава гражданского правонарушения, в частности, если просрочка возврата денежных средств имела место без вины гражданина по обязательству, не связанному с осуществлением предпринимательской деятельности. Установленный законом или договором размер процентов в этом случае не может быть уменьшен судом ввиду его явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства на основании ст. 333 ГК РФ» [11].

Среди сторонников квалификации процентов годовых в качестве платы за кредит (пользование капиталом) наиболее последовательно свою позицию отстаивали И. Б. Новицкий [12], Л. А. Лунц [13], М. И. Брагинский [14], М. Г. Розенберг [15]. В частности, Л. А. Лунц отмечал, что «проценты представляют собой периодически

начисляемое на должника вознаграждение за пользование “чужим” капиталом в размере, не зависящем от результатов использования капитала (в отличие от дивиденда)», причем именно «возможность всегдашнего полезного использования денег как орудия обращения - их абсолютная хозяйственная полезность - приводит к тому, что для лица, пользующегося “чужими деньгами”, в особенности при неправомерности такового пользования, возникает обязанность платить проценты за это использование» [13, с. 96-97].

Аналогичной точки зрения придерживался И. Б. Новицкий, отмечавший, что «под именем процентов разумеют в хозяйственной жизни вознаграждение, которое должник обязан уплатить кредитору за пользование капиталом. Этот эквивалент определяется поэтому в пропорциональном отношении к сумме капитала и периоду времени, в течение которого капитал находился в пользовании» [12, с. 28-29].

В качестве основного аргумента, призванного подтвердить обоснованность квалификации процентов годовых в качестве платы за пользование денежными средствами, указывается на особый характер денежных средств, их способность в современных условиях хозяйствования приносить доход. В связи с этим рост капитальной суммы долга при просрочке его уплаты рассматривается как естественный, объективно обусловленный прирост предмета обязательства. Начисление на сумму денежного долга процентов не рассматривается как дополнительное обременение должника, поскольку означает лишь перераспределение в пользу кредитора извлеченного должником из этих денег дохода.

Так, по мнению Е. А. Суханова, одной из особенностей денег как товара является то, что «в нормальном имущественном обороте деньги всегда дают некоторый “прирост” независимо от усилий их владельца (ибо он кладет их в банк и получает как минимум средний годовой процент, являющийся как бы “естественным приростом”, подобным приросту шерсти у домашних животных)». Этим автор обосновывает вывод о том, что «возврат денег по обязательству всегда предполагает их возврат в соответственно увеличенной сумме (если только сам закон или договор не предполагают безвозмездного использования чужих денег)» [16].

Квалификация процентов годовых как платы за пользование денежными средствами встречается и в актах унификации международного частного права. К примеру, в Принципах международных коммерческих договоров (далее - Принципы УНИ-ДРУА). разработанных Международным институтом по унификации частного права, в ст. 7.4.9. «Проценты годовых при неплатеже» определено, что если сторона не уплачивает денежную сумму при наступлении срока платежа, потерпевшая сторона имеет право на проценты годовых на эту сумму с момента наступления срока платежа до момента уплаты, независимо от того, освобождается ли сторона от ответственности за неплатежи.

Таким образом, в международной практике проценты годовых определяются как одно из последствий ненадлежащего исполнения наряду с ответственностью, а не в качестве особой формы ответственности.

В соответствии с Принципами УНИДРУА размер процентов годовых должен составлять среднюю банковскую ставку по краткосрочному кредитованию первоклассных заемщиков, превалирующую в отношении валюты платежа в месте платежа, либо, если такая ставка отсутствует в этом месте, то такую же ставку в государстве валюты

платежа. Речь идет о ставке, по которой потерпевшая сторона при обычных условиях будет брать взаймы денежную сумму, которую она не получила от неисполнившей стороны. При этом потерпевшей стороне нет необходимости доказывать размер своих убытков, а размер процентов исчисляется по краткосрочному кредитованию первоклассных заемщиков [17].

Несмотря на то, что для характеристики процентов годовых в комментарии УНИ-ДРУА используется термин «ущерб», природа процентов определяется однозначно как плата за пользование денежными средствами, что подтверждается положением о том, что проценты подлежат уплате даже в том случае, если просрочка платежа явилась следствием форс-мажора как компенсация обогащения должника в результате неплатежа, так как должник получает прирост на сумму, которая не может быть выплачена кредитору [17, с. 239-241].

Аналогичные правила, подтверждающие квалификацию процентов годовых в качестве платы во внешнеэкономическом обороте, содержатся и в Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров (Венской конвенции), ст. 78 которой устанавливает, что просрочка в уплате цены, допущенная одной из сторон договора, дает право другой стороне требовать проценты с просроченной суммы без ущерба для любого требования о возмещении убытков. В комментарии отмечается, что такое требование может быть заявлено не только независимо от доказанности убытков и их размера (независимо от применения мер ответственности), но и независимо от обстоятельств, которые могли бы освободить должника от возмещения убытков или уменьшить их размер [18].

По мнению многих авторов, указанный подход является более верным, чем закрепленный нормами российского гражданского законодательства [19]. В частности, М. Г. Розенберг, сравнивая практику Между народно го коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате РФ по применению положений законодательства о процентах годовых, поддерживает практику МКАСа, который в отличие от ВАС РФ не считает, что проценты за пользование чужими денежными средствами могут взиматься по договорным обязательствам только тогда, когда такой порядок предусмотрен законодательством, а применяет нормы о процентах во всех случаях, когда имеет место пользование чужими денежными средствами. По мнению М. Г. Розенберга, проценты годовых не относятся к мерам имущественной ответственности [20].

Таким образом, в международной практике проценты за неисполнение денежного обязательства рассматриваются как плата за кредит и взимаются по ставке, по которой потерпевшая сторона при обычных условиях взяла бы взаймы денежную сумму, не полученную от неисполнившей стороны.

В целях поиска наиболее адекватного решения обозначенной проблемы правовой квалификации процентов годовых представляется необходимым проанализировать ее не только с юридической, но и с экономической точки зрения.

Следует признать, что экономически проценты выступают как имущественный эквивалент платности предоставленного займодавцем займа. Они призваны восстановить имущественное положение займодавца, поскольку при неисполнении денежного обязательства он лишается части финансовых ресурсов, в силу чего вынужден обратиться к заемным средствам. Возмездный характер заемных отношений предполагает, что займодавец уплатит проценты за сумму займа, которые потом будут взысканы с должника в качестве процентов за пользование кредитом. Таким образом, с экономи-

ческой точки зрения, при просрочке или неисполнении денежного обязательства возникает «вынужденное» заемное обязательство, объектом которого становится денежная сумма, являющаяся предметом просрочки, а проценты выступают в качестве платы за предоставленный займ (кредит).

По мнению Г. Н. Богдановской, это особенно проявляется в сфере предпринимательских отношений, где «денежные средства могут проявить свои полезные свойства универсальной обращаемости и полезности, могут принести реальную прибыль, использоваться для воспроизводства» [8, с. 18]. При этом автор не отрицает и тот факт, что аналогичную роль деньги играют и в об щс гражда не ко м обороте, но подчеркивает, что «в силу особого рискового характера предпринимательской деятельности именно в коммерческом обороте деньги могут максимально реализовать свои финансовые функции» [8, с. 18-19].

Данная идея была воплощена в советском гражданском законодательстве. В Основах гражданского законодательства СССР 1991 г. на случай неисполнения денежного обязательства предусматривалась возможность взыскания неустойки в размере 5 % годовых от суммы неисполненного обязательства, а если неисполнение обязательства имело место вследствие осуществления предпринимательской деятельности, то сверх неустойки взыскивались и проценты за пользование чужими средствами (ст. 66 ОГЗ). Иными словами, законодатель предусматривал за неисполнение денежного обязательства в общегражданском обороте классическую гражданско-правовую ответственность в виде законной неустойки. Говорить же о процентах как плате за кредит можно было, по мысли законодателя, лишь в рамках предпринимательских отношений.

Следует заметить, что идея дифференцированного определения процентов годовых в общегражданских и предпринимательских отношениях нашла отражение и в зарубежном законодательстве. Так, Французский гражданский кодекс 1804 г. предусматривает, что «по обязательствам, содержанием которых является уплата определенной суммы, убытки, вытекающие из опоздания в исполнении, должны всегда выражаться в присуждении к уплате процентов, определенных законом (ст. 1153)» [21]. Специальным законодательством Франции установлены дифференцированные проценты, начисляемые при нарушении денежных обязательств в общегражданских и торговых сделках - 4% и 5% соответственно [21, с. 61]. В законодательстве англо-американской системы права запрещается взимать сложные проценты по гражданско-правовым сделкам, но этот запрет не распространяется на банковские и иные кредитные учреждения [21, с. 61].

Возвращаясь к поставленной проблеме правовой квалификации процентов годовых и попытке разрешить ее с позиции теории заемных обязательств, следует подчеркнуть, что анализ экономической сущности рассматриваемых отношений однозначно свидетельствует о необходимости квалификации процентов в качестве платы за кредит (займ). С экономической точки зрения, и проценты за правомерное пользование денежными средствами (в рамках «добровольных» заемных обязательств), и проценты за неправомерное пользование (в рамках «вынужденн ы\» заемных обязательств) имеют одну и ту же природу.

Перенося же данные отношения в плоскость права, следует признать, что юридическая природа процентов годовых будет различной в зависимости от того, о каком виде заемных обязательств идет речь. Иными словами, мы предлагаем использовать дифференцированный подход к анализу и характеристике процентов годовых, осно-

ванный на предложенной классификации заемных обязательств на «добровольные» и «вынужденные».

В рамках «добровольных» заемных обязательств, возникающих из традиционных сделок заемного типа, проценты, предусмотренные ст. 809 ГК, начисляются за пользование предоставленными заемщику на условиях возвратности денежными средствами - он пользуется переданными ему в собственность деньгами и платит кредитору за предоставленную возможность извлечения из них полезных свойств. Определяющими признаками подобного обязательства являются, во-первых, его возникновение по воле сторон, а во-вторых, отсутствие в действиях должника каких-либо нарушений. Процентный рост здесь возникает в рамках нормального действия договорного обязательства. Дополнительное же обязательство по уплате процентов, возникшее в рамках «добровольного» заемного обязательства, не может, таким образом, рассматриваться в качестве меры ответственности. На это обращают внимание многие авторы [22]. В частности, Е. А. Суханов подчеркивает, что проценты, подлежащие уплате в рамках заемных обязательств, которые мы предлагаем определять как «добровольные», «безусловно, не являются мерой имущественной ответственности (ибо при их начислении обычно отсутствует какое-либо правонарушение). Они представляют собой плату за кредит (плату за деньги как за товар, передаваемый по договору займа или кредита)» [ 16, с. 36].

Аналогичные выводы представляются совершенно справедливыми и в отношении коммерческого кредита, отнесенного нами к числу «добровольных» заемных обязательств, и процентов, подлежащих уплате при коммерческом кредитовании. В обязательстве коммерческого кредита, например, в форме аванса или предоплаты, одна сторона кредитует другую в денежной форме и, следовательно, вправе требовать возмещения (компенсации) за денежные средства, предоставленные другой стороне, до передачи встречного возмещения в форме товара. Следует согласиться с утверждением Л. А. Новоселовой о том, что в данной ситуации «обязанность заемщика возместить кредитору потери, вызванные извлечением из состава имущества последнего денег, и компенсировать риск помещения капитала в хозяйство другого лица не содержит никаких элементов гражданско-правовой ответственности» [11, с. 31].

Таким образом, проценты, предусмотренные ст. 809 ГК и подлежащие уплате в рамках «добровольных» заемных обязательств, выступают результатом естественного прироста денежных средств, используемых в хозяйственном обороте. Поскольку в результате предоставления займа должник временно обладает финансовыми ресурсами кредитора, которые последний мог и сам эффективно использовать, то за возможность экономического использования денежных средств должник платит определенную цену. Эта цена представляет собой ставку банковского процента, то есть ту ставку, которую должник заплатил бы, если бы обратился за кредитом в банк. Возмездный характер заемных отношений предполагает плату за пользование суммой займа. Именно этой платой и являются в данном случае проценты годовых.

Совершенно иную правовую природу имеют проценты, подлежащие уплате в рамках так называемых «вынужденных» заемных обязательств, возникновение которых не обусловлено волеизъявлением сторон. В качестве основания возникновения таких обязательств всегда выступает противоправное поведение должника - просрочка возврата (либо невозврат) денежного долга. А денежная сумма, неправомерно удерживаемая должником, может квалифицироваться как заем, невольно предоставленный кредитором. В данном случае проценты, подлежащие уплате, имеют совершенно

иную правовую природу, представляя собой санкцию за невозврат суммы займа либо просрочку ее возврата. Цель компенсации (оплаты) за пользование чужим капиталом Здесь отходит на задний план и не может быть положена в основу правовой квалификации. Выполняя функцию дополнительного обременения должника, проценты здесь выступают в качестве специфической меры ответственности.

Предлагаемый дифференцированный подход к правовой квалификации процентов годовых в зависимости от характера заемных обязательств, в рамках которых они возникают («добровольных» или «вынужденных»), находит свое подтвсрждснис и в судебной практике [23]. Пункт 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ № 13/14 четко определяет, что проценты, указанные в п. 1 ст. 395 ГК, не тождественны процентам годовых, начисляемых за пользование денежными средствами, предоставленными в качестве займа (ст. 809) или коммерческого кредита (ст. 823), где они выполняют роль не дополнительного обязательства, а процентного роста в рамках нормального действия договорного обязательства.

Точку зрения о различной правовой природе процентов годовых поддерживают и многие теоретики, в частности, Е. А. Суханов [16, с. 38], М. И. Брагинский и В. В. Витрянский [24], А. Попов [25], О. В. Богданов [26]и др.

Мы попытались раскрыть различную правовую природу процентов годовых с помощью теории заемных обязательств, используя предложенную классификацию последних на основе волевого критерия, позволяющего выделить две разновидности заемных обязательств - «добровольные» и «вынужденные». Соотнеся указанные виды заемных правоотношений и проанализировав правовую сущность процентов, применяемых в том и другом случаях, мы пришли к следующим выводам:

1. В рамках «добровольных» заемных обязательств проценты выступают в качестве платы за предоставленный займ, играют роль нормального прироста денежных средств в процессе их хозяйственного использования, а не роль санкции за правонарушение.

2. В рамках «вынужденных» заемных обязательств, возникающих в результате неправомерных действий должника (просрочки исполнения или неисполнения денежного долга), денежная сумма, удерживаемая должником, может быть квалифицирована в качестве займа, невольно предоставленного кредитором и предполагающего уплату процентов. Однако правовая природа таких процентов отлична от природы процентов, выступающих как плата за «добровольный» займ. В случае «вынужденных» заемных обязательств проценты квалифицируются в качестве особой меры ответственности.

Таким образом, практическое значение предложенной классификации заемных обязательств состоит в том, что с ее помощью мы смогли обосновать дифференцированный подход к определению правовой природы процентов годовых.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. См., напр.: Витрянский, В. В. Кредитный договор: понятие, порядок заключения и исполнения. М. : Статут, 2005; Витрянский, В. В. Договор займа: общие положения и отдельные виды договора. М. : Статут, 2004 и др.

2. См., напр.: Мельников, О. О. Правовые проблемы новации долга в заемное обязательство // Вестник ВАС РФ. 1999. № 6. С. 93-96.

3. См., например: Новицкий, И. Б. Сделки. Исковая давность. М., 1954. С. 19-21, Агарков, М. М. Понятие сделки по советскому гражданскому праву // Советское государство и право.

1946. №3^1; Гражданское право : в 2 т. Т 1: учебник/отв. ред. Е. А. Суханов. М., 1998. С. 329-330.

4. Ойгензихт, В. А. Воля и волеизъявление (Очерки теории, философии и психологии права). Душанбе, 1983. С. 24.

5. См.: Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Общие положения. М. : Статут, 2000.

6. См.: Новоселова, Л. А. Проценты по денежным обязательствам. М. : Статут, 2003.С. 50-58.

7. См.: Комментарий к ГК РФ (постатейный). Ч. 1 / Отв. ред. О. Н. Садиков. М., 1995. С. 644-646.

8. См., например: Богдановская, Г. Н. Ответственность за неправомерное пользование чужими денежными средствами. Челябинск, 2004. С. 14-16.

9. См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 13/14 от 8.10.98 г. (с изм. и доп. от 4.12.2000 г. № 35/15) //Российская газета. 1998. 27 октября; Вестник ВАС РФ. 2201. № 3.

10. См., например: Новоселова, Л. А. Указ. соч. С. 56; Богдановская, Г. Н. Там же. С. 15-16; Пугинский, Б. И. Гражданско-правовые средства в хозяйственной деятельности. С. 140.

11. Новоселова, Л. А. Ответственность за неисполнение денежного обязательства // Закон. 2001. С. 20.

12. Гражданский кодекс. Практический комментарий / под ред. А.И. Винавера, И. Б. Новицкого. М., 1925. С. 28.

13. Лунц, Л. А. Деньги и денежные обязательства в гражданском праве. М., 1999. С. 96-97.

14. Комментарий к Гражданскому кодексу РСФСР / под ред. С. Н. Братуся, О.Н. Садикова. М., 1982.

15. Комментарий к Гражданскому кодексу РФ / сост. иавт. комм. М. Г. Розенберг. С. 12-13.

16. Суханов, Е. А. О юридической природе процентов по денежным обязательствам // Законодательство. 1997. № 1. С. 34.

17. Принципы международных коммерческих договоров / пер. с англ. А. С. Комарова. М., 1996. С. 239-241.

18. Венская конвенция о договорах международной купли-продажи товаров. Комментарий. М., 1994. С. 181.

19. См., например: Новоселова, Л. А. Указ. соч. С. 56; Розенберг, М. Г. Контракт международной купли-продажи. Современная практика заключения. Разрешение споров. М., 1996. С. 88-90.

20. Розенберг, М. Г. Ответственность за неисполнение денежного обязательства: комментарии к Гражданскому кодексу РФ. М., 1995. С. 12-13.

21. Гражданское и торговое право капиталистических государств (тексты законов). Ч. 1. М., 1973. С. 37.

22. См., например: Новоселова, Л. А. Ответственность за неисполнение денежного обязательства// Закон. 2001. С. 31; Богдановская, Г. Н. Указ. соч. С. 21-24; Суханов, Е. А. О юридической природе процентов по денежным обязательствам // Законодательство. 1997. № 1. С. 36.

23. См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 13/14 от 8.10.98 г. «О практике применения положений Гражданского кодексаРФ о процентах за пользование чужими денежными средствами» (с изм. и доп. от 4.12.2000 г. № 35/15)//Российская газета. 1998. 27 октября; Вестник ВАС РФ. 2001. № 3.

24. Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Общие положения. С. 688-689.

25. Попов, А. Ответственность за неисполнение денежного обязательства // Хозяйство иправо. 1997. №8. С. 74-81.

26. Богданов, О. В. Вред - как условие гражданско-правовой ответственности : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2001. С. 7.