России не прописали метадон

Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) отказал в удовлетворении жалобы трех наркозависимых, которые в России не смогли добиться лечения методом опиоидной заместительной терапии. В Минюсте заявили, что в Страсбурге «не установили преимуществ заместительной терапии перед традиционными способами лечения, используемыми в РФ». Однако в самом решении суд отметил, что заявители не использовали все доступные способы лечения, а также указал, что вопросы общественного здравоохранения подлежат «свободе усмотрения со стороны национальных органов власти».

ЕСПЧ не удовлетворил жалобу трех граждан России, пожаловавшихся на отказ в предоставлении им заместительной терапии (поддерживающая терапия наркозависимых с использованием метадона или бупренорфина). В частности, один из заявителей рассказал, что страдает наркозависимостью с 14 лет. «Шесть раз он был судим за совершение преступлений, причиной которых была его зависимость от наркотиков,— говорилось в жалобе, поданной представителем наркозависимого.— Несколько раз безуспешно пытался лечиться от наркомании в государственных и негосударственных учреждениях, разрешенными в РФ способами. В период лечения в госучреждениях заявитель подвергался жестокому обращению и унижениям».

Заявитель обращался в Минздрав РФ с просьбой назначить лечение «международно признанным, рекомендованным ООН и применяемым во всех странах Совета Европы методом опиоидной заместительной терапии с применением метадона или бупренорфина», однако получил отказ, который безуспешно пытался оспорить в суде. В жалобе идет речь о нарушении прав, гарантированных ст. 3 и 14 Конвенции о защите прав и основных свобод (запрещение пыток и запрещение дискриминации).

Другие заявители жаловались, в частности, на нарушение ст. 8 конвенции — о праве на уважение частной и семейной жизни в связи с отсутствием в РФ возможности лечения наркомании методом заместительной терапии.

В Минюсте, комментируя решение ЕСПЧ, отметили, что в Страсбурге «согласились с позицией Минюста России о том, что вмешательство государства в права заявителей являлось обоснованным, поскольку запрет лечения наркомании методом заместительной терапии направлен на защиту здоровья и жизни граждан,— говорится в сообщении ведомства.— Изучив представленные российской стороной примеры неэффективности применения заместительной терапии и рисков использования подобного метода лечения наркомании, в том числе международную статистику и данные по смертности участников соответствующих программ в странах Европы, ЕСПЧ не установил каких-либо преимуществ заместительной терапии перед традиционными способами лечения, используемыми в РФ». «ЕСПЧ констатировал отсутствие в настоящем деле какой-либо дискриминации в отношении заявителей, так как использование соответствующих наркотических средств запрещено на территории РФ»,— заявили в Минюсте.

В решении суда напоминается, что метадон и бупренорфин находятся в списке запрещенных к использованию веществ (приказ правительства РФ), законодательство РФ запрещает использовать вещества из этого списка в медицинских целях.

При этом, отмечают в Страсбурге, российское государство «гарантирует наркозависимым медицинскую помощь, которая включает в себя медицинское и социальное обследование, консультации, диагностику, лечение и реабилитацию».

В ЕСПЧ пришли к выводу, что заявители не полностью исчерпали все средства лечения, доступные в России, а также обратили внимание на ряд несоответствий, «выявленных в медицинских заключениях» последних.

Суд также отметил, что «вопросы общественного здравоохранения подлежат широкой свободе усмотрения со стороны национальных органов власти, которые лучше всего могут оценить приоритеты, использование имеющихся ресурсов и потребности общества»: «Благодаря знанию общества и его потребностей национальные власти находятся в лучшем положении, чем международный судья, для определения того, что представляет общественную пользу в экономических или социальных вопросах».

«Решение ЕСПЧ лишь констатирует особенности Европейской конвенции, которая в своих узких рамках (гражданские и политические права) оставляет широкую свободу усмотрения в отношении действий властей, которые находятся на самом краю гражданских и политических прав,— прокомментировал “Ъ” решение суда представитель двух из трех заявителей Михаил Голиченко.— К таким непрофильным вопросам относятся вопросы охраны здоровья. К сожалению, это не первое решение ЕСПЧ по вопросу об охране здоровья вне контекста тюрем. Например, в решении "Христозов и другие против Болгарии" ЕСПЧ также решил, что у Болгарии широкая свобода усмотрения, когда государство отказало больным раком в недоступном в стране лечении».