"Это окно в будущее для Bentley"

ЛЮК ДОНКЕРВОЛЬКЕ, человек, создавший Skoda Octavia и Seat Ibiza, и более известный как разработчик Lamborghini Murcielago и Gallardo, добавил к своему послужному списку еще один автомобиль — Bentley EXP 10 Speed 6.

— Ваш концепт выглядит как хорошо спланированная спортивная революция среди степенных старожилов модельного ряда. Рассчитываете изменить аудиторию?

— Я пришел в Bentley два с половиной года назад. И столкнулся с тем, что для покупателей наш бренд не выражается в каком-то конкретном продукте. В первую очередь они покупают Bentley, во вторую уже Continental или Flying Spur. Знаете, это как с Cartier: вы идете в магазин, покупаете даже неважно что: часы, кольцо — вы просто любите этот бренд. Меня интересовало, как сделать бренд динамичнее, дать ему эмоций. У нас, безусловно, есть лояльные клиенты, но мы же можем увеличить их число, освежив бренд, дать им все те же эмоции. Вот почему вы видите этот концепт. Люди в 35-40 лет хотят чего-то чистого, радостного, дающего удовольствие, игрушку. А мы готовы дать им это. Отсюда и новое отношение к формам, интерьеру, поверхностям и объемам. Это окно в будущее для Bentley.

— Сколько времени у вас ушло на разработку этого концепта?

— Я стал заниматься им с того момента, как пришел в компанию. Скажу, что конкретно этот концепт выбран из пяти вариантов. Весь прошлый год мы продолжали работу, еще в сентябре доделывали мелкие детали. Мы искали технологию в дизайне — для меня эти вещи неразрывны. Мы ездили в Корею изучать технологии, мы искали материалы в Германии, порой нам нужно было заново изобрести инструмент для реализации задуманного. Например, кое-что нам пришлось позаимствовать из швейцарской часовой индустрии. Мы вдохновлялись самолетами и их изгибами. Лампы Lalique вдохновили нас при работе над фарами. Или вот эта цифра 6 на радиаторе — такие же наносились на модели 1930-1940 годов краской. Потом мы искали нужное дерево — это оказалась вишня, изучали, как мы придадим трехмерную форму этому материалу, работали с медью, которая стала элементом дизайна в салоне. Мы искали границы возможного, без шуток. В итоге сейчас у нас есть несколько революционных решений: кристаллы, использованные в фарах, цифровая панель в салоне, сам салон. Эта машина — одна сплошная инновация. Про мотор мы пока не говорим, это еще секрет, так как перед вами лишь концепт, но мотор, видимо, будет гибридный и восьмицилиндровый.

— На кого вы рассчитываете? Эту модель купят отцы или сыновья?

— В Китае покупатели моложе, в США — старше. Если вернуться на 40 лет назад, то наш покупатель был еще старше, как и деньги, которые он потратил на машину: это был капитал из семейного бизнеса с историей. Сейчас 90% покупателей по всему миру — молодые предприниматели, они делают деньги на своем таланте, способностях, их капитал не имеет истории. Еще 30-40 лет назад Bentley покупался в первую очередь для того, чтобы показать себя: "Я лучше вас, глядите-ка". Теперь это звучит так: "Мне все равно, что вы думаете. Этот автомобиль — награда за мой труд. Я работал, и я заслужил". Во взаимоотношениях покупателей с брендом стало больше личного, интимного. Для нас это круто, мы не выпендриваемся, как тот же Rolls-Royce, мы менее очевидные.

— А вам не кажется, что другие бренды как раз тему отцов и детей отработали? Все, кто хотел двухместное купе, уже поставили его в гараж.

— Я многое знаю по прошлой работе в Lamborghini. Многие мои друзья водили этот автомобиль, а женам покупали Bentley. Думаю, в эту новую машину они и сами с удовольствием пересядут. Этот концепт предлагает ту самую спортивность, как и другие бренды, но ключ в том, что ни у кого нет той роскоши, которую способен предложить Bentley. Это как доктор Джекил и мистер Хайд в одном автомобиле.

— Вы готовы к тому, что теперь и Rolls-Royce объявит о создании спорт-купе?

— Год назад они говорили, что ни за что не выпустят внедорожник. Теперь, видя тот успех, который сопутствует презентациям Bentayga, они начали говорить о Rolls-Royce SUV. Думаю, они не дураки, чтобы не попробовать. Важно при этом, что именно мы задаем тон.

— Вряд ли ваши молодые дизайнеры с детства ездили на таком автомобиле. Как так выходит, что люди, не живущие в мире люкса, могут что-то предложить потребителю оттуда? Все-таки изначально эту машину создали аристократы для своего же круга.

— Начнем с того, что наши дизайнеры — люди из самых разных социальных слоев, кому-то из них нет нужды работать. Главное, что они работают в свое удовольствие, а хороший дизайнер всегда чувствует потребности всех классов и всех культур. Работая у нас, они вступают в контакт с разным окружением, останавливаются в лучших отелях, многие из них становятся друзьями обеспеченных людей. Когда ты делаешь машину для шейха в Дубае, который владеет всем городом и покупает парк автомобилей за десятки миллионов, ты живешь его жизнью: знакомишься с ним, ходишь вместе с ним на тусовки. Хороший дизайнер, впрочем, может понять клиента и без этого, благодаря медиа. У меня достаточно обеспеченных друзей, чтобы знать, как выглядит эта сторона жизни. Более того, некоторые из них за время нашей дружбы пересели с Lamborghini на Bentley. При этом хороший дизайнер точно так же хорошо должен уметь делать и более массовые и дешевые машины. Он всегда хамелеон. Если бы мне поступило предложение из сегмента экономичных авто, но с условием полной свободы действий и решений для меня — не думаю, что смог бы отказаться. Я не вожу малолитражки, я вожу спорткары, но я понимаю, как и что нужно делать, чтобы сделать хороший автомобиль такого рода.

— Есть ли бренды за пределами автопрома, с которыми вы бы хотели поработать?

— Я бы хотел поработать с Apple: они классные и мои друзья. После презентации уже получил от них пару писем с поздравлениями. Еще я работаю с часовой маркой Zenith: я их амбассадор. Но поработал бы с Breitling — я вообще люблю часы.

— Как вы воспринимаете современные тенденции в дизайне?

— Честно говоря, чем дольше я работаю в этой индустрии, тем больше вижу в ней откровенного блефа. Большинство концептов, представленных в том числе здесь, ужасны. Это масса дыма, скрывающего основной смысл. Многие просто пытаются наполнить дизайн эмоциями, но в итоге это все превращается в маркетинг и шоу-бизнес, а не в полноценный концепт. Масса брендов при этом делает отличные show-cars, но они ни на что не годятся при продаже. Их дизайнеры — это такие люди в темном пыльном углу, работающие за еду, делающие примитивный дизайн, пока маркетологи развлекаются.

— Но кто-то заслуживает похвалы?

— Ну вот те же Porsche делают интересные вещи. Мне нравится Lamborghini, но это все-таки моя команда. Если говорить о более дешевых марках, то мне нравится Mini, но не сейчас, а их прошлые работы. Это как с рестораном. Идешь в хороший, даже не самый дорогой итальянский ресторан, где есть только два вида пасты и пицца. И паста будет сногсшибательная. Больше ничего не надо. А идешь в заведение, где этих паст и пицц по 45 в меню, и получается ужасно — сплошное месиво. Не нужно пытаться угодить всем.