Подготовка командного состава на флоте в межвоенном периоде (1921 − июнь 1941 г. )

Копанишин В.В.

ПОДГОТОВКА КОМАНДНОГО СОСТАВА НА ФЛОТЕ В МЕЖВОЕННОМ ПЕРИОДЕ

Подготовка командных кадров ВМФ в межвоенном периоде предусматривала: 1) получение военно-морского образования в военно-морских учебных заведениях и на курсах, 2)подготовку командного состава на флоте, в ходе командирской учёбы и отработки учебно-боевых задач в период проведения мероприятий боевой подготовки, 3) совершенствование командных навыков и знаний офицеров, находящихся в запасе.

Содержание командирской учёбы, как и боевой подготовки ВМФ, в целом, определялось уровнем развития техники и вооружения флота, задачами, поставленными военно-политическим руководством страны, а также выводами военноморской науки о способах решения этих задач.

Основные направления боевой учёбы в 20-е гг. прошлого столетия вырабатывались молодой советской военно-морской наукой в острой идейнотеоретической борьбе в ходе дискуссий и конференций общефлотского масштаба, где и была обоснована проблема строительства и боевой подготовки флота на принципах тесного взаимодействия с Рабочее-Крестьянской Красной Армией (далее - РККА); отвергнута наметившаяся в иностранных флотах тенденция к недооценке подводных сил; было убедительно доказано, что появление морской авиации и подводных лодок опровергает аргументы сторонников линейной тактики флота, выдвинуто требование установить единство взглядов начсостава на оперативное использование флота и организацию боевой подготовки, покончить с недооценкой роли командирской учёбы1.

В соответствии с поставленными задачами командование РабочеКрестьянского Красного Флота (далее - РККФ) разрабатывало планы кампаний и операций. Так, в соответствии с директивой Главнокомандующего всеми Вооружёнными Силами С.С. Каменева № 11073 от 12 декабря 1921 г. Начальником Морских сил Балтийского моря (далее - МСБМ) М.В. Викторовым и его штабом был составлен "План кампании Балтийского флота", утверждённый Главкомом в 1922 г.2

В ходе учебно-боевой подготовки действия войск и сил флота отрабатыва-

лись при проведении манёвров, выполнении специальных заданий и длительных походов. С 28 сентября по 9 октября 1922 г. прошли первые в советское время манёвры на Балтике с участием 27 надводных кораблей (в т.ч. линкора "Марат"), 7 подводных лодок, 13 самолётов ВВС Балтфлота, а также морской крепости Кронштадта и Петроградского укреплённого района .

Боевая подготовка Морских Сил активизировалась с приходом к руководству РККФ Э. С. Панцержанского. В конце сентября 1923 г. были проведены крупные манёвры флотов на Балтийском и Чёрном морях. На Балтике в них участвовали 24 надводных корабля (в т. ч. линкор "Марат" и крейсер "Аврора"), 2 подводные лодки, 2 гидроотряда авиации, транспорт "Комсомолец" и один батальон от 11-й стрелковой дивизии Петроградского военного округа4. Манёвры были поставлены в условия, близкие к условиям войны. Это позволило вскрыть крупные недостатки в подготовке и ведении боевых действий силами и выработать практические рекомендации по их устранению и улучшению качества боевой подготовки.

Повышение уровня тактических и технических знаний комсостава сказалось на улучшении боевой подготовки кораблей, частей. Так, летняя кампания 1925 г. началась на месяц раньше обычного. В ходе её Балтфлот совершил большой поход в составе пяти отрядов под флагом Наркомвоенмора М. В. Фрунзе. Корабли Черноморского флота впервые вышли в заграничное плавание, посетили Стамбул и Неаполь. В походах и на учениях командиры получили большую практику в кораблевождении, использовании оружия и техники. Штабы приобрели некоторые навыки организации совместных действий кораблей, авиации и частей береговой обороны.

В период военной реформы 1924-1928 гг. боевой подготовке комсостава был придан плановый характер. Её основной формой явились трёхмесячные зимние повторительные занятия. Их программы составлялись дифференцированно: для старшего комсостава - изучение стратегии и тактики ВМФ, для среднего - повышение знаний по специальности, изучение морской практики, воинских уставов и т. п. Ежегодно перед началом летней кампании организовывались проверочные испытания в объёме пройденных программ.

По требованию руководства флотов зимняя стоянка была превращена в зимнюю кампанию. На незамерзающих морях боевая подготовка велась круглый год, а на остальных зимой отрабатывались боевые расписания, посадка десанта на корабли, борьба с диверсионными средствами противника и т. д. Комсостав

настойчиво овладевал способами взаимодействия с сухопутными частями. На кораблях в те годы побывали все командиры приморских частей РККА, а комсостав флота часто посещал манёвры, лагеря и штабы Сухопутных войск.

Отсутствие руководящих документов отрицательно сказывалось на боевой подготовке сил. Разработанный в 1924 г. проект Боевого устава Морских Сил не отражал достигнутого уровня и не соответствовал задачам, которые ставило высшее руководство перед флотом. Опыт боевой подготовки и развитие отечественной военной и морской научной мысли послужили основой для разработки новых руководящих документов. В 1925 г. были введены в действие: Устав корабельной службы РККФ, Устав службы механической и электротехнической частей на судах РККФ, Устав службы минной части на подводных лодках РККФ, Наставление по проведению двухсторонних манёвров флота.

Внедрение в жизнь флота новых воинских уставов, обобщивших опыт последних войн, строительства и боевой учёбы армии и флота, имело важнейшее значение для укрепления боеспособности РККФ и его кадров. Плавсостав военного флота строил свою деятельность в соответствии с вновь изданным Уставом корабельной службы, который чётко определил права и обязанности всех должностных лиц, организацию боевой и политической подготовки, а также повседневной жизни на кораблях. Утверждённый Революционным военным советом (далее - РВС) СССР и введённый в действие с 1 октября 1925 г., Временный Дисциплинарный устав РККА являлся общим уставом для армии и флота5.

По мере роста флота расширялись состав привлекаемых сил и решаемые на манёврах и учениях задачи. Стало обычным решение нескольких учебно-боевых задач в ходе одних и тех же манёвров. За 1925-1928 гг. было проведено вдвое больше учений и манёвров, чем за предшествующие три года. Наиболее поучительными были двухсторонние манёвры 1925 г., проведённые 25-30 августа на Чёрном и 20-28 сентября на Балтийском морях с привлечением всех штатных сил и средств флотов6. В ходе манёвров Морских сил Чёрного моря (далее - МСЧМ) и 51-й стрелковой дивизии УВО была выполнена десантная операция, целью которой была - "проверка общей подготовленности флота к активным десантным

,,7

операциям .

Результаты манёвров 1925 г. подверглись тщательному анализу в штабах РККА и РККФ, в Военно-морской академии, рассматривались на нескольких заседаниях Реввоенсовета СССР. Полученные выводы послужили основой для выработки современной теории боевого применения сил флота.

В годы военной реформы впервые были выработаны уставные нормы всех сторон службы начсостава. В 1924 г. было издано "Положение о прохождении службы по военному ведомству". В отличие от прежнего разделения начсостава на красных командиров и бывших офицеров, устанавливалось единое звание "командир РККА". Начсостав делился в зависимости от характера службы на командный, политический, административный, медицинский и ветеринарный, а по занимаемой должности - на группы и категории: средний начсостав (3-6-я категории), старший (7-9-я категории) и высший (10-13-я категории). Устанавливались предельные сроки состояния на военной службе и в запасе, порядок аттестования, увольнения со службы, ношения формы одежды и т. д. Это Положение создало возможность наиболее целесообразной расстановки кадров, продвижения по службе способных и энергичных командиров.

Всестороннее укрепление военных кадров позволило начать осуществление единоначалия, которое ещё В. И. Ленин называл единственно правильной постановкой работы в армии9. 6 марта 1925 г. ЦК РКП(б) издал директиву о введении в РККА и РККФ единоначалия в двух формах - полного и неполного. В ней было оговорено, что во флоте единоначалие должно вводиться более замедленным темпом, и институт военных комиссаров должен сохраняться в прежнем виде. Для флота значение курса на единоначалие было исключительно велико. Возросли авторитет и общественно-политический вес комсостава, его ответственность за боевую готовность кораблей и частей. Командиры ещё больше осознали насущную необходимость повышения своих военно-теоретических знаний и приобретения практических навыков, овладения мастерством работы с подчинёнными.

В 1927 г. Народный комиссар по военным и морским делам и председатель Реввоенсовета СССР К.Е. Ворошилов проверил состояние Балтийского и Черноморского флотов, участвовал в их манёврах, в том числе в высадке крупного десанта в районе Одессы. Он высоко оценил возросшую способность начсостава флота решать сложные боевые задачи.

В целом, в 20-е гг. характерным для состояния комсостава флота стало то, что буквально все его командиры и политработники, сознавая недостаток своих знаний, упорно учились. В процессе их кропотливого воинского труда выковывался новый тип военно-морского командира, стоящего на уровне современных достижений военной науки и техники. В короткие сроки советский флот превратился в значительную боевую силу. Его командные кадры, получив необходи-

мую подготовку и военно-морскую квалификацию, способны были решать основные задачи, стоящие перед Военно-Морскими Силами.

Советский Союз вступил в 30-е гг. в обстановке относительной внешнеполитической и внутренней стабильности. Это позволило РККФ уже в годы первой пятилетки получать новые подводные лодки, сторожевые корабли, торпедные катера. 26 апреля 1931 г. Совет Труда и Обороны СССР принял постановление по докладу Начальника Военно-Морских Сил РККА Р. А. Муклевича, в котором были подведены итоги развития флота за 1929-1930 гг. и намечались мероприятия на 1931-1933 гг. В постановлении отмечалось, что "Морские Силы за последние годы имеют определённые достижения в боевой подготовке и являются достаточно серьёзным фактором РККА по обороне наших морских границ"10.

В условиях технического перевооружения и значительного роста численности армии и флота особенно остро был поставлен вопрос о создании чёткой и эффективной системы командирской учёбы начсостава. В постановлениях "О командном и политическом составе РККА" от 25 февраля 1929 г. и 5 июня 1931 г. ЦК ВКП(б), отметив недостаточный уровень военно-технической подготовки начсостава, потребовал перестроить систему подготовки командиров так, чтобы она обеспечивала овладение ими в совершенстве боевой техникой и сложными формами современного боя, прививала им высокие волевые качества, повышала их идейно-теоретические знания и умение руководить подчинёнными11. Эти указания легли в основу всей работы по обучению и воспитанию начсостава.

Для выработки у всего командного состава флота широкого тактического кругозора, умения действовать решительно, искать и применять новые тактические приёмы, соответствующие техническому оснащению кораблей и взаимодействующих с ними сил, нужна была научно обоснованная система командирской учёбы. Она была создана в 30-е гг.

К этому времени на флоте выросли достаточно опытные и авторитетные командные кадры, способные разрабатывать и проводить в жизнь новые оперативно-тактические взгляды на характер, содержание и методы использования Морских Сил в предстоящей войне. Реввоенсовет СССР в постановлениях о состоянии и задачах флотов от 19 ноября 1930 г. и 11 февраля 1931 г. указал на необходимость перехода от этапа одиночной подготовки и группового плавания

кораблей к отработке совместных действий всех родов сил РККФ и войск

12

РККА . Эти требования нашли отражение в новых уставах и наставлениях, разработанных и принятых в начале 30-х гг. (Боевой Устав Морских Сил, 1930 г.,

Корабельный устав, 1932 г., Наставления по учебно-боевой подготовке ВМС, Наставления для производства манёвров, Курсы боевой подготовки кораблей различных классов и т. д.).

С 1930 г. боевая учёба флотов организуется в виде годового цикла подготовки к выполнению типичных для того или иного рода сил РККФ учебнобоевых операций. Этот цикл предусматривал три периода: подготовка одиночного корабля; подготовка однородных и маневренных соединений к учебно-боевым операциям; манёвры эскадры с участием подводных лодок и торпедных катеров.

Корабли получали задание отработать использование всех видов оружия, ведение боя днём и ночью, обеспечение всех видов обороны и защиты. Соединения и флоты ежегодно проводили различные учебно-боевые операции, соответствующие политическим и географическим особенностям морского театра. Так, например, в 1932-1933 гг. МСБМ отрабатывали действия на морских коммуникациях противника, активную оборону Финского залива с выполнением десантной операции, МСЧМ - поиск и атаку сил противника на море и борьбу с его десантами13.

Усложнение организации боевой деятельности сил РККФ, повышение роли огневой и тактической подготовки кораблей и частей выявило отставание знаний и практических навыков комсостава от требований нового этапа развития флота. В 1930-1931 гг., из-за слабых знаний и недостаточной натренированности комсостава на флотах, были случаи столкновений и аварий кораблей, гибели подвод-

14

ных лодок . В основном по вине комсостава скорострельность орудий среднего калибра эсминцев и линкоров снизилась с 10-12 залпов в минуту в 1914 г. до 2-4 в 1930 г.15 Отставание командирской учёбы превращалось в тормоз для дальнейшего повышения боеготовности РККФ.

Исключительно большое значение для будущего флота имела созданная в начале 30-х гг. система командирской подготовки. С осени 1931 г. для занятий с комсоставом отводилось 3 дня в декаду16. В ежегодных приказах РВС СССР по боевой учёбе армии и флота на предстоящий год специально выделялся раздел "Подготовка командных кадров". Исходя из этих приказов, Начальник Морских Сил РККА своими директивами определял конкретные задачи командирской учёбы. Основными видами её являлись специальная, общеобразовательная, марксистско-ленинская и оперативно-тактическая подготовки.

Ответственность за организацию командирской подготовки возлагалась на командиров кораблей и соединений. На каждом флоте были установлены единые

для командирской учёбы дни, во время которых запрещалось занимать комсостав чем-либо другим. Для подготовки руководителей групп отводилось специальное время. Вводилась система контроля, проверок, показательных занятий и т. п.

Специальная подготовка предназначалась для освоения командным составом техники, оружия, уставов, наставлений и правил, необходимых для исполнения своих должностных обязанностей. Занятия по изучению специальности проводились в основном по группам, создаваемым в масштабе соединения под руководством соответствующего флагманского специалиста, и завершались сдачей зачётов. В 30-е гг. сложилась и получила силу традиции система сборов комсостава по специальностям, которые проводились, как правило, в начале учебного года по соединениям, в масштабе флота или Военно-Морских Сил. Так, например, в 1940 г. был проведён общефлотский сбор штурманов, на котором

командиры были ознакомлены с новой навигационной техникой, с новыми нормативами и методами решения штурманских задач. В том же году проводились в масштабе Черноморского флота два сбора инженер-механиков для ознакомления с новой техникой и опытом её применения. Ряд сборов специалистов минного и артиллерийского оружия для изучения устройства и правил использования новой

17

техники провела Военно-морская академия .

Важную роль в освоении специальности играли практические занятия и упражнения с комсоставом. На всём протяжении 30-х гг. проводились специальные штурманские походы, во время которых командиры изучали морской театр и осваивали искусство кораблевождения. Так, в 1940 г. комсостав Тихоокеанского флота совершал штурманские походы на специально выделенных подводных лодках и эсминцах вдоль побережья Приморья, Сахалина и Камчатки. Во время этих походов командиры решили более 5 000 астрономических задач по определению места корабля в море, научились быстро и безошибочно производить рас-

18

чёты боевого маневрирования . С комсоставом артиллерийской и минноторпедной специальности под руководством командиров кораблей и соединений проводились тренировки в кабинетах на приборах и тренажёрах, периодически организовывались курсы управляющих огнём, выполнялись показательные стрельбы на одном из кораблей при участии командиров данной специальности. Штабы соединений ежегодно проводили зачёты и экзамены по знанию комсоставом правил использования минного и артиллерийского оружия.

В эти годы был установлен твёрдый порядок подготовки комсостава строящихся подводных лодок. Отобранные для них командиры на действующих

подводных лодках заблаговременно осваивали устройство корабля, применение торпедного оружия, правила борьбы за живучесть. По окончании учёбы производились проверочные испытания в соответствии с занимаемой должностью командира. Только после этого комсостав допускался к приёмке подводных лодок со стапелей судостроительных заводов.

Важное место в подготовке кадров флота занимала учёба молодых командиров, прибывающих из училищ. Для них создавались отдельные группы командирской подготовки, в которых организовывалось изучение устройства корабля, наставлений и инструкций; допуск их к несению дежурно-вахтенной службы производился после сдачи специальных зачётов старшему помощнику командира корабля. В предвоенные годы, в связи с массовыми выпусками из военноморских учебных заведений, работа с молодыми командными кадрами стала делом первостепенной важности. Специальными постановлениями военных советов флотов устанавливалась последовательность подготовки молодых командиров к исполнению обязанностей по должности и к самостоятельному несению вахты. В базе с ними проводились занятия и сборы под руководством флагманских специалистов. В море их учёба начиналась с отработки вахты на якоре в простейших условиях с постепенным усложнением обстановки и заданий. Командиры кораблей добивались от них чёткости в выполнении инструкций и правил, использовали для проведения тренировок с ними каждый час пребывания в море.

Флотская печать систематически помещала статьи моряков-командиров об опыте их службы. В гарнизонах и Домах ВМФ проводились встречи молодых командиров с представителями старших поколений комсостава, организовывались специальные радиопередачи о жизни и службе молодых командиров.

Большое значение для улучшения специальной подготовки комсостава имело освоение им введённого в 1934 г. "Перечня обязательных технических знаний для начсостава ВМС"19. Программа техминимума, рассчитанная на 2 года, предусматривала ознакомление всего комсостава флота с основами штурманского дела, военно-морского оружия, техники подводных лодок, морской авиации и Сухопутных войск, а также детальное освоение круга знаний по специальности и занимаемой должности.

Опыт изучения техминимума был использован в предвоенные годы для

подготовки командиров, не имеющих военно-морского образования, которых в

20

ВМФ в 1939 г. насчитывалось более 4 500 человек . В июле 1939 г. для них бы-

ла объявлена программа военно-морской подготовки, предусматривающая изучение устройства кораблей, основ кораблевождения, оружия и тактики. Зачисление выпускников гражданских вузов и военнослужащих в кадры комсостава производилось только после сдачи экзаменов по этой программе специальным постоянным комиссиям, созданным на флотах и в центральных учреждениях ВМФ.

В связи с массовым обновлением корабельного состава 15 марта 1940 г. Главный Военный Совет ВМФ рассмотрел вопрос об изучении новой техники комсоставом флота. Промышленность получила заказы на производство учебных образцов оружия, приборов и тренажёров для оборудования артиллерийских,

торпедных и других кабинетов в базах и соединениях. На заводах создавались

21

курсы командиров по изучению новой техники, поступающей во флот . Проверка, проведённая в конце 1940 г., показала значительное улучшение специальных и технических знаний комсостава.

Большую помощь в специальной подготовке командному составу оказывала техническая и военно-морская пропаганда. В 1940 г. в ВМФ действовало более 490 технических кружков, было проведено более 7 000 лекций, 3 000 конференций и вечеров на технические и военно-морские темы. В этих мероприятиях принимали участие десятки тысяч командиров и начальников 22.

Общеобразовательная подготовка начсостава была в те годы крайне необходима в связи с массовым пополнением флота командирами, призванными из запаса, произведёнными из матросов и старшин, не имеющими среднего образования. С 1935 г. для них была введена трёхлетняя программа подготовки и сдачи экзаменов за курс средней школы. Для оказания помощи начсоставу на флотах была развёрнута широкая сеть общеобразовательных курсов и вечерних школ. К началу 1941 г. общеобразовательной подготовкой в ВМФ было охвачено 7 305

23

командиров и политработников . В итоге тысячи командиров получили среднее образование и возможность дальнейшего совершенствования своих знаний на параллельных классах училищ.

В 1921-1923 гг. системы политучебы комсостава ВМФ не было. На основе партийных решений в 1924 г. РВСС разработал приказ и инструкцию о вовлечении комсостава в политико-просветительную работу. Участие в ней становилось важной служебной обязанностью всех командиров. Оно отмечалось в аттестациях и являлось одним из решающих факторов при выдвижении на вышестоящие

должности . Во всех соединениях и на кораблях были созданы комиссии по привлечению командиров к политработе. Они определяли для них конкретные задания с учётом уровня их подготовки, наклонностей и занятости. Эти задания включались в планы боевой и политической подготовки.

Марксистско-ленинская подготовка была включена в систему обязательной командирской учёбы в 1932 г. Вначале, в её программу входило изучение отдельных проблем теории марксизма-ленинизма (классы и классовая борьба, о войне и армии, о диктатуре пролетариата и т. п.). С 1935 г. в системе марксистско-ленинской подготовки комсостава флота началось изучение курса истории ВКП(б) и основ ленинизма. Для проведения занятий средний комсостав объединялся в группы по кораблям или соединениям, старший и высший комсостав изучал программу самостоятельно. Силами пропагандистов флотов и местных партийных комитетов для начсостава проводились лекции, семинары, консультации. Помощь кораблям и частям флота лекторскими силами, методическими и учебными пособиями оказывала Военно-политическая академия, Институт красной профессуры и другие вузы. После изучения определённых разделов программы производились зачётные конференции и семинары.

Высшей формой идейно-теоретической учёбы командиров в то время являлись вечерние комвузы, готовившие пропагандистские кадры для сети партийного просвещения и политзанятий. В 1930 г. комвузы были созданы в Ленинграде,

25

Севастополе, Кронштадте, Баку и Хабаровске . В течение двух лет их слушатели изучали исто рию ВКП(б), ленинизм, политэкономию и другие предметы. На марксистско-ленинскую учёбу отводилось 12 часов служебного времени в месяц и два вечера в неделю. В это время, помимо самостоятельной работы по изучению истории ВКП(б) и первоисточников, проводились лекции, семинары, консультации, экскурсии и т. д.

Оперативно-тактическая подготовка - высшее звено командирской учёбы -была направлена на обучение комсостава методам боевого управления силами, на отработку тактических приёмов ведения боевых действий, освоение способов использования оружия, организации взаимодействия всех родов сил РККФ и Сухопутных войск.

Основными формами оперативно-тактической подготовки в 30-е гг. являлись военно-морские игры и групповые упражнения, которые проводились дифференцированно по служебным категориям начсостава на кораблях, в соединениях и в масштабе флотов. Они бывали односторонними и двухсторонними, со-

провождались фактическим использованием средств связи, действиями на приборах и тренажёрах, работой на картах. Игры часто завершались выходом в море с выполнением боевых упражнений. Формами оперативно-тактической подготовки являлись также самостоятельные занятия по заданиям начальников, доклады и лекции по вопросам развития тактики и оперативного искусства ВМФ.

С целью лучшей организации взаимодействия всех родов сил РККФ и сухопутных частей для командиров флота периодически проводились сборы в частях морской авиации, береговой обороны и приморских военных округов, ознакомительные полёты, показательные стрельбы береговой и армейской артиллерии. В свою очередь, командиры авиации, береговой обороны и РККА проходили стажировку на кораблях, участвовали в учениях и манёврах в качестве посредников.

Ежегодно на флотах и флотилиях проводились отрядные учения и общие манёвры с выполнением различных боевых упражнений, комсостав флота стремился овладеть искусством современного боя, отрабатывались совместные действия всех родов сил РККФ для выполнения сосредоточенного комбинированного удара. К участию в них широко привлекались торпедные катера, морская авиация, подводные лодки. Также флоты, вместе с частями РККА, каждый год отрабатывали выполнение десантных операций и проводили совместные учения по обороне морских баз с моря и с суши.

К 1937 г. ВМФ СССР в основном отработал взаимодействие всех родов сил, перешёл к массированному использованию подводных лодок в удалённых районах моря. Показатели успешности использования всех видов морского оружия достигли наивысшего уровня за всю новейшую историю флота.

В условиях начавшейся в 1939 г. Второй мировой войны и усилившейся опасности империалистической агрессии против СССР огромное значение имело совершенствование боевой подготовки и командирской учёбы во флоте. Организация и методика командирской подготовки была переработана Главным Военным Советом ВМФ. Подготовка комсостава осуществлялась путём несения повседневной службы, руководства обучением подчинённых, проведения специальных занятий. Основными видами занятий являлись военно-морские игры, групповые упражнения, тактические летучки, тренировки по изучению морского театра и руководящих документов, самостоятельная работа. На командирскую учёбу стало отводиться 3 дня в месяц, а для самостоятельной работы - 2 вечера в неделю.

Повышенные требования предъявлялись к командирам кораблей. При назначении на должность они были обязаны сдать экзамены специальной комиссии, после чего допускались к управлению кораблём в качестве дублёра опытного "вывозного" командира. К самостоятельному управлению кораблями они допускались решением Военного Совета флота после практического освоения курса маневрирования корабля 26.

1940 г. и начало 1941 г. стали периодом серьёзной и напряжённой подготовки к войне с сильным, хорошо оснащённым технически врагом. Её главными звеньями являлись оперативно-тактическая учёба комсостава, повышение огневого мастерства, отработка взаимодействия с частями РККА. Многочисленные учения, штабные игры и тренировки, занятия и боевые упражнения с комсоставом проводились в усложнённой обстановке, приближенной к боевой. Угроза надвигавшейся войны существенно повлияла на характер боевой подготовки и уровень готовности флота к войне. Были уточнены военно-теоретические взгляды на совместные и самостоятельные действия сил флота. Особое внимание уделялось изучению и обобщению опыта Советско-финляндской войны 1939-1940 гг., которая помогла вскрыть и устранить некоторые недостатки в подготовлен-

27

ности флота к взаимодействию с Сухопутными войсками .

В апреле 1940 г. Нарком ВМФ адмирал Н.Г. Кузнецов подчеркнул перед руководящим составом флота, что моряки недостаточно учились взаимодействию с армией. Такое же заключение делалось на совещаниях по изучению и

обобщению опыта кампаний первого периода Второй мировой войны, проведён-

28

ных в октябре и декабре 1940 г. А также отмечалось, что события 1939-1940 гг. выявили "недостаточную оперативную подготовленность и военную культуру высшего командного состава, войсковых штабов, армейских, фронтовых штабов

29

и особенно авиационных штабов" . Объяснялось это тем, что в течение многих лет отсутствовали руководства по применению крупных современных соединений30. Так, 7-14 октября 1940 г. было проведено совещание представителей Главного морского штаба, управления Военно-Воздушных Сил ВМФ и Военноморской академии, где на основе всестороннего анализа и опыта проведения морских операций и боёв военно-морскими силами Германии, Великобритании, Франции и Италии в течение первого года Второй мировой войны необходимо было выработать рекомендации по совершенствованию боевой подготовки сил Военно-Морского Флота и боевой техники, представить Главному Военному Со-

вету ВМФ конкретные предложения по дальнейшему повышению боеспособности и боевой готовности сил флота31.

В целом, боевая подготовка частей (кораблей) и соединений ВМФ, командирская подготовка командного состава флота, несмотря на все недостатки в её организации, сыграли свою положительную роль в подготовке командных кадров и сил флота в межвоенном периоде и, особенно, в предвоенные годы.

1 РГВА, ф. 9, оп. 26, д. 335, л. 68; РГА ВМФ, ф. Р-910, оп. 1, ед. хр. 1035, л. 71.

2 РГВА, ф. 37977, оп. 5, д. 58, л. 192.

3 РГВА, ф. 33988, оп. 3, д. 55, л. 553-554.

4 РГВА, ф. 37977, оп. 5, д. 54, л. 53, 63, 64.

5 РГА ВМФ, ф. Р-1483, оп. 5, ед. хр. 2, л. 332.

6 РГВА, ф. 37977, оп. 3, д. 104, л. 264-375, 377-394.

7 Там же, л. 448.

8 См.: Лобода В.Ф. Командные кадры и законодательство о кадрах и развитии Вооружённых Сил СССР. М.: Воениздат, 1960. С. 50.

9 См.: Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 40. С. 77.

10 См.: Боевая летопись Военно-Морского Флота. 1917-1941. М.: Воениздат, 1993. С. 579.

11 КПСС о Вооружённых Силах Советского Союза. М.: Воениздат, 1981. С. 258, 270.

12 РГВА, ф. 9, оп. 29 с, д. 36, л. 53; РГА ВМФ, ф. Р-1483, оп. 3 с, ед. хр. 40, л. 41.

13 РГА ВМФ, ф. Р-961, оп. 1 с, ед. хр. 4, л. 12.

14 РГА ВМФ, ф. Р-886, оп. 2, ед. хр. 281, л. 293-297.

15 РГА ВМФ, ф. Р-1483, оп. 3 с, ед. хр. 45, л. 9.

16 РГВА, ф. 9, оп. 29 с, д. 156, л. 58.

17 РГА ВМФ, ф. Р-352, оп. 3 с, ед. хр. 375, л. 21.

18 РГА ВМФ, ф. Р-961, оп. 1, ед. хр. 299, л. 50-58.

19 Морской сборник. 1934. № 2. С. 10.

20 РГА ВМФ, ф. Р-7, оп. 1, ед. хр. 1008, л. 50.

21 Там же, ед. хр. 934, л. 322.

22 ЦВМА, ф. 11, оп. 2, ед. хр. 579, л. 33.

23 Там же, л. 33-34.

24 РГВА, сб. приказов РВСС за 1924 г., пр. № 533 от 8 апреля 1924 г.

25 РГВА, ф. 9, оп. 1, д. 310, л. 168.

26 РГА ВМФ, ф. Р-961, оп. 1 с, ед. хр. 284, л. 2.

27 См.: КузнецовН.Г. Накануне. М.: Воениздат, 1966. С. 300-301.

28 РГА ВМФ, ф. Р-92, оп. 2, ед. хр. 758, л. 2-79; ф. Р-1877, оп. 1, ед. хр. 154, л. 3-54; ф. Р-1678, оп. 1, ед. хр. 186, л. 168-174.

29 РГВА, ф. 4, оп. 14, д. 2742, л. 18.

30 Там же, л. 25.

31 ЦВМА, ф. 1, оп. 1, ед. хр. 40243, л. 12.