Дискуссионные вопросы посредничества во взяточничестве

Статья посвящена актуальным вопросам квалификации посредничества во взяточничестве. Особое внимание уделено определению посредничества во взяточничестве в российском законодательстве.

Ключевые слова: взятка, взяточничество, посредничество во взяточничестве, коррупция.

A.N. Shalahov, post-graduate of the chair of criminal law and procedure of North Caucasian Federal University; tel.: 88652354446.

Debatable questions of mediation in bribery

This article is devoted to actual questions of qualification of mediation in bribery. The main attention is paid to definition of mediation in bribery in Russian legislature. Key words: bribe, bribery, mediation in bribery, corruption.

Шалахов Александр Николаевич

аспирант кафедры уголовного права и процесса Северо-Кавказского федерального университета _

Дискуссионные вопросы посредничества во взяточничестве

Президент России в своем послании Федеральному собранию РФ от 22 ноября 2011 г. отметил, что «...масштабная и системная борьба с коррупцией только началась, и мы будем вести ее решительно, системно и последовательно». Одной из мер, направленных против взяточничества, стало введение Федеральным законом от 4 мая 2011 г. № 97-ФЗ в УК РФ новой ст. 291.1 «Посредничество во взяточничестве». Следует отметить, что такое посредничество наказывалось и в ранее действовавшем законодательстве.

Впервые посредничество во взяточничестве было упомянуто ст. 409 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г.: «содействие мздоимству или лихоимству в каком бы то ни было виде, через принятие подарков или взятки вместо другого или через посредничество при требованиях передач или получении взяток или подарков...». Статья 660 Уголовного Уложения 1903 г. предусматривала ответственность служащего за «оказание заведомого содействия учинившему взяточничество... передачей взятки, принятием ее под своим именем или иным посредничеством...».

Посредничество во взяточничестве как самостоятельное преступление содержалось в декрете СНК РСФСР от 16 августа 1921 г. «О борьбе со взяточничеством», в УК РСФСР 1922 г., в УК РСФСР 1926 г. В первоначальной редакции УК РСФСР 1960 г. ответственность за посредничество во взяточничестве как за самостоятельное преступление не была предусмотрена. Однако уже 20 февраля 1962 г. Президиум Верховного Совета СССР Указом «Об усилении уголовной ответственно-

сти за взяточничество» специально оговорил ответственность за посредничество во взяточничестве.

Уголовный кодекс 1996 г. в первоначальной редакции не содержал отдельной статьи, направленной против посредничества во взяточничестве, что создавало определенные трудности у правоприменителя, на которые в своих работах обращали внимание многие ученые. В тот период времени посредничество квалифицировалось, согласно положениям постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. № 6, как соучастие в получении или даче взятки. В 2011 г. Федеральным законом № 97-ФЗ этот законодательный пробел был устранен.

Анализируя историю законодательства против посредничества во взяточничестве, мы обратили внимание на следующую тенденцию: некоторые моменты в законодательстве повторялись на протяжении определенных периодов, например, в УК РСФСР 1960 года была предусмотрена отдельная статья за посредничество во взяточничестве, в первоначальной редакции УК РФ аналогичная статья отсутствовала. Однако, Федеральный закон от 4 мая 2011 г. № 97-ФЗ вновь предусмотрел такую статью; что касается санкций, то они также изменялись под воздействием то карательной, то, наоборот, направленной на гуманизацию наказания, уголовной политики. Из этого мы сделали вывод, что законодательство о взяточничестве изменялось, чередуясь от одного цикла к другому; по сути, наиболее удачные положения ранее принятого, но утратившего силу закона, могут быть вновь включены

147

правотворцем в действующее законодательство.

Однако новая статья о посредничестве не лишена спорных моментов, вокруг которых уже развернулись дискуссии в научных кругах. Так, ч. 1 ст. 291.1 УК РФ предусматривает ответственность за посредничество во взяточничестве в значительном размере. С точки зрения В. Боркова, значительный размер взятки в данном случае был использован законодателем справедливо, так как «сговор субъектов преступлений, предусмотренных ст. 290 и 291 УК РФ, является приготовлением к совершению данных посягательств, а в соответствии с ч. 2 ст. 30 УК РФ ответственность наступает только за приготовление к тяжкому и особо тяжкому преступлению». По его мнению, в случае, если сумма взятки составила менее 25 тыс. руб., необходима квалификация деяния с учетом ст. 33 УК РФ и ст. 290 либо 291 УК РФ [1, а 10]. П^. Яни разделяет его точку зрения [2, а 13].

По нашему мнению, если существует статья в УК, направленная непосредственно против посредничества во взяточничестве, то необходимо квалифицировать такие деяния только по ней, в противном случае будет иметь место не правильное толкование воли законодателя. Точку зрения B. Боркова относительно «справедливости» использования в ч. 1 ст. 291.1 УК РФ значительного размера взятки мы не разделяем, в связи с тем, что посредники, передавшие менее 25 тыс. руб. избежали бы ответственности, а таких субъектов довольно много. Об этом свидетельствуют данные социологического исследования, проведенного среди всех слоев населения в целях исполнения поручения президента РФ и в соответствии с национальным планом противодействия коррупции на 2010-2011 гг. По объему рынка коррупции лидирует здравоохранение, за ним ГИБДД, потом вузы, полиция и детсады. При этом сумма взятки, как правило, менее 25 тыс. руб. В связи с этим, полагаем, что необходимо исключить из ч. 1 ст. 291.1 УК РФ указание на значительный размер взятки, выведя его в отдельную часть.

Спорные моменты возникают и по отношению к ч. 5 ст. 291.1 УК РФ, предусматривающей ответственность за обещание или предложение посредничества во взяточничестве. С точки зрения Е. Крылова данное положение впервые в УК РФ устанавливает уголовную ответственность за «обнаружение умысла» лица, которое еще не предприняло никаких конкретных действий для совершения преступления. Лицо, обещавшее или предложившее посредничество во взяточничестве, возможно, в дальнейшем и не выполнит своего обещания, что сведет на нет возможность причинения

какого-либо вреда. Его удивляет, почему законодатель, решивший криминализировать «обнаружение умысла» в посредничестве во взяточничестве, «не предусмотрел уголовной ответственности, к примеру, за «обещание или предложение» совершить убийство кого-либо (то есть совершения более опасного преступления)». Таким образом, он полагает, что ответственности за обещание или предложение посредничества в УК РФ не должно быть [3, а 7].

По мнению В. Боркова, данное обещание или предложение посредничества во взяточничестве образует квалифицированный состав по отношению к ч. 1 ст. 291.1 УК РФ, т.к. является разновидностью способствования взяткодателю или взяткополучателю [1, а 12].

П^. Яни считает, что обещание и предложение посредничества во взяточничестве может рассматриваться как частный случай способствования указанным лицам в достижении и реализации соглашения между ними о получении и даче взятки, но не по отношению к непосредственной ее передаче по поручению взяткодателя или взяткополучателя [4, а 18].

С нашей точки зрения, обещание и предложение посредничества во взяточничестве были выделены в отдельную часть ст. 291.1 УК РФ с целью устрашения потенциальных посредников во взяточничестве, поскольку теперь даже предложив свои услуги и получив отказ, такие лица будут подлежать уголовной ответственности не за приготовление к преступлению, и получат наказание практически такое, как за совершение оконченных посреднических действий.

Имеются определенные вопросы и к примечанию ст. 291.1 УК РФ. В. Борков считает, что оно создает предпосылки к абсолютной безнаказанности посредников, в действиях которых содержатся все признаки соответствующего состава. Достаточно дать признательные показания, назвать время и место передачи взятки и о совершенном преступлении можно забыть. А между тем ряд составов, закрепленных в ст. 2911 УК РФ, описывает посягательства, которые относятся к категориям тяжких и особо тяжких [1, а 14].

В.И. Тюнин полагает, что в примечании имеет место определенная логическая непоследовательность в описании условий освобождения от уголовной ответственности: слово «пресечь» означает активное внешнее воздействие лица на поведение иных лиц, поэтому не ясно, что имел в виду законодатель, о пресечении какого преступления идет речь. Нельзя применить термин «пресечение» если имеются в виду действия, предшествующие передаче взятки, поскольку все формы преступного поведения составляют оконченное преступление.

148

ОБЩЕСТВО И ПРАВО • 2012 • № 4

Возможно, законодатель имел в виду пресечение преступлений, предусмотренных ст. 290 или ст. 291 УК РФ, совершаемых взяткополучателем или взяткодателем, но такое понимание пресечения выходит за рамки рассматриваемого преступления [4, а 23].

С нашей точки зрения такое примечание необходимо, учитывая, что взяточничество относится к латентным преступлениям, и иной раз без сообщения о его проявлениях выявить указанные деяния не представляется возможным. Мы поддерживаем предложение Минюста относительно выплат вознаграждения за сигналы о коррупции. Такие выплаты (определенный процент от суммы, возвращенной в бюджет) позволят стимулировать граждан активней информировать правоохранительные органы о фактах взяточничества. С нашей точки зрения, такими информаторами, в первую очередь, будут посредники, ведь они не особенно заинтересованы в реализации целей, для которых передается взятка.

Таким образом, ст. 2911 УК РФ «Посредничество во взяточничестве» является, по сути, достаточно продуманной, однако, дискуссии в научном мире и среди непосредственных правоприменителей по данному вопросу с внесе-

нием конкретных предложений, выявление слабых сторон, способных возникнуть при квалификации деяний по данной статье, позволят сделать ее более эффективной.

1. Борков В. Новая редакция норм об ответственности за взяточничество: проблемы применения // Уголовное право. 2011. № 4.

2. Яни П. Посредничество во взяточничестве // Законность. 2011. № 9.

3. Крылов Е. Борьба с коррупцией методом проб и ошибок // ЭЖ-Юрист. 2011. № 20.

4. Тюнин В. И. Посредничество во взяточничестве // Российская юстиция. 2011. № 8.

1. Borkov V. New redaction of norms on responsibility for bribery: problems of using // criminal law. 2011. № 4.

2. Yani P. Mediation in bribery // Legality. 2011. № 9.

3. Krylov E. Struggle against corruption by method of tests and mistakes // EJ-Jurist. 2011. № 20.

4. Tynin V.I. Mediation in bribery // Russian Justice. 2011. № 8.

149