Государственная дума Российской империи на страницах газеты «Новое время»

УДК 94(47).083

О. А. Патрикеева

Государственная дума Российской империи на страницах газеты «Новое время»

В статье рассмотрена малоизученная проблема - возникновение и развитие парламентской журналистики в России в 1906-1917 гг. В центре внимания вклад журналистов газеты «Новое время» в развитие отечественной парламентской журналистики. Особенно подробно рассматривается журналистская деятельность сотрудников газеты А.А. Пиленко, А.И. Ксюнина, В.В. Розанова в Государственной думе Российской империи. Статья написана на основе воспоминаний, писем, дневников журналистов и депутатов Государственной думы, а также материалов периодической печати того времени, новых архивных документов.

The article is devoted to the little-study problem - the beginnings of the parliamentary journalism in Russia in 1906-1917. During forty years from 70th years of the XIX century till the beginning of the XX century the newspaper «Novoye Vremya» was one of the most popular in Russia. The contribution of the newspaper «Novoye Vremya» to the development of the parliamentary journalism is in our focus. The activities of the leading journalists of the newspaper A.A. Pilenko, A.I. Ksiunin, B.B. Rozanov in the State Duma of the Russian Empire are considered especially detailed. These journalists did not only describe the legislative process but openly demonstrated their civil position. The article is written mainly on the basis of the memorials, the letters, the diaries of the journalists and the deputies of the State Duma and also the periodical press of the beginning of the twentieth century, the new archival documents.

Ключевые слова: газета «Новое время», парламентская журналистика, парламентские корреспонденты, думские журналисты, журналисты в Государственной думе, парламентский репортаж.

Key words: the newspaper «Novoye Vremya», parliamentary journalists, journalists in the State Duma, the State Duma of the Russian Empire, parliamentary reporting.

Петербургская газета «Новое время» являлась одним из наиболее значительных российских изданий в течение 40 лет, с 70-х гг. XIX в. и вплоть до 1917 г. Трудно согласиться с утверждением некоторых современных исследователей, что в 1905-1907 гг. «Новое время» стало «клониться к упадку» [2, с. 92]. Ведь именно на эти годы пришлось становление первого российского парламента, и газета «Новое время» заняла лидирующие позиции в освещении его работы. «"Новое время" искренне и бесповоротно стоит за парла-

© Патрикеева О. А., 2014

ментаризм в европейском смысле этого слова», - выразил единодушное мнение редакции ее ведущий публицист М.О. Меньшиков [4]. История российского парламента представала на страницах газеты захватывающей и интересной.

Владелец газеты А.С. Суворин стремился превратить ее в «парламент мнений». Правомонархические взгляды на страницах «Нового времени» отстаивала в своих ярких политических фельетонах С.И. Смирнова-Сазонова. Позицию «левее кадетов» занимал В.В. Розанов. От имени умеренных политиков высказывались брат знаменитого премьера А.А. Столыпин, член Петербургского ЦК «Союза 17 октября», публицисты А.А. Пиленко и А.И. Ксюнин. С большими аналитическими статьями регулярно выступал самый высокооплачиваемый журналист страны М.О. Меньшиков, не имевший четко выраженной политической позиции. Этих столь разных по своим взглядам и убеждениям журналистов объединял в газете А.С. Суворин, сам оригинальный и блестящий писатель-публицист. По свидетельству друзей, Алексей Сергеевич каждый вечер, лежа на кушетке в своем кабинете, «выслушивал от сотрудников, посещавших его, разные новости и советы: что предпринять в "Новом времени", что писать, чтобы заинтересовать публику, кого привлечь к сотрудничеству из новых сил» [33, с. 264].

За три недели до открытия I Государственной думы М.О. Меньшиков посетил Таврический дворец. «Кроме зала заседаний сейчас в Таврическом дворце нечего смотреть. Ничего не готово. Меня, как журналиста, остановила оригинальная картина. Стены многих огромных комнат оклеены петербургскими газетами, очевидно - под обои. Отовсюду глядят знакомые заголовки: "Новое время", "Сын Отечества", "Правительственный вестник"... Необъятная, как в океане, рябь газетных строчек. С грустью увидал я собственный фельетон и, как раз, посвященный парламенту. Вот судьба наша -публицистов! В конце концов наше вдохновение идет на подклейку парламентских обоев. Что же - и это служба. ... Без этих распятых на стенах парламента неисчислимых фельетонов, статей, заметок не было бы и самого парламента» [3].

Признанным «королем думского репортажа» по праву считался сотрудник газеты Александр Александрович Пиленко. «Он страшный честолюбец ... с большим размахом. Сейчас у него еще нет имени..., но он себе имя составит, за это ручаются его ловкость, энергия, ораторские способности и нахальство. В Государственной думе он для начала хочет занять место репортера от "Нового времени". Депутаты будут говорить, а он их будет критиковать в газете. Как далеко идут его мечтания, он в пылу увлечения проговорился: "Я хочу, чтобы мне поставили памятник..."», - записала в своем

дневнике сотрудница «Нового времени» С.И. Смирнова-Сазонова [25. Л. 156-157].

Выпускник юридического факультета Санкт-Петербургского университета А.А. Пиленко оставил преподавательскую и научную карьеру, посвятив себя парламентской журналистике. Но и занимаясь журналистикой профессионально, он остался верен себе, став автором одного из первых юридических исследований деятельности российского парламента [16]. Как и большинство будущих парламентских корреспондентов, А.А. Пиленко начинал с репортажей о предвыборных собраниях. Будучи членом столичного отделения «Союза 17 октября», он пристально следил за думской избирательной кампанией в Петербурге, нередко сам выступал на собраниях и митингах. А.А. Пиленко тяжело переживал оглушительное поражение октябристов на выборах в I Государственную думу и пытался детально в нем разобраться. На страницах «Нового времени» журналист открыто обвинял членов Петербургского ЦК «Союза 17 октября» в провале избирательной кампании в столице, всецело объясняя результаты выборов тактикой участвовавших в них партий. Не ограничиваясь голословными обвинениями, «радикальный октябрист из нововременцев» подверг тщательному анализу предвыборную деятельность руководства «Союза», указав на ряд серьезных тактических ошибок. Важнейшая из них, на взгляд А.А. Пиленко, недооценка значения партийных списков кандидатов в выборщики и депутаты Госдумы. Уже в начале избирательной кампании А.А. Пиленко и ряд его единомышленников постоянно настаивали на заблаговременном опубликовании списков партийных кандидатов по примеру конституционно-демократической партии. «Избирательный список партии - это та же партийная программа, только за подписью лиц, которые взяли на себя обязательства проводить ее в жизнь», - подчеркивал журналист [13]. Однако руководство Петербургского ЦК решило огласить партийный список в самый последний момент, объясняя этот шаг мерами предосторожности: «Иначе газетчики такого понапишут о кандидатах!» [18]. В итоге список кандидатов в выборщики по Петербургу от «Союза 17 октября» и входивших с ним в избирательный блок партий был опубликован в печати лишь 16 марта 1906 г., т. е. за четыре дня до выборов. (За три дня до выборов появились в печати и имена московских выборщиков от умеренных партий.) По убеждению А.А. Пиленко, избиратель попросту не заметил этого списка. Своего молодого сотрудника поддержал А.С. Суворин: «...Имена - великое дело. Бранят ли их или хвалят - все равно, это шаги к известности, к популярности. Союзники "17 октября" этого в такой степени не по-

нимали, что прятали имена своих излюбленных под густыми политическими ресницами» [29].

Крайне неудовлетворительно, на взгляд А.А. Пиленко, проводилась и предвыборная агитация «Союза 17 октября». Напомнив, что агитация «распадается» на устную и письменную, а та, в свою очередь - на газетную и брошюрную, самый талантливый, по мнению А.А. Столыпина [28], оратор партии требовал у лидеров «Союза» подробного отчета: сколько митингов было устроено, какие статьи и где помещены, какие даны ответы на волнующие избирателей вопросы? Особенно возмущало журналиста полное отсутствие у октябристских агитаторов специальной справочной литературы с нужными цифрами, фактами и аргументами. «Эта партия мне с самого начала казалась малодеятельной», - вновь соглашался с А.А. Пиленко А.С. Суворин [30]. Критика руководства «Союза 17 октября» стоила журналисту членства в партии. «...Пиленко поехал на третейский суд, - записала в своем дневнике С.И. Смирнова-Сазонова. - Октябристы в своих листках назвали его лжецом. Он за это судится с ними. ... Пиленко так озабочен этим судом, что имеет вид рассеянный и удрученный» [24. Л. 176].

К миссии парламентского корреспондента А.А. Пиленко готовился серьезно и основательно. «Дума не имеет смысла без прессы, - утверждал он, - Самая Дума важна лишь постольку, поскольку она через печать будет находиться в постоянном, живом, непосредственном, ежедневно возобновляющемся общении с избирателями» [12]. Слава лучшего парламенского обозревателя давалась журна-листу-нововременцу нелегко: к концу работы III Государственной думы А.А. Пиленко посетил свыше 450 заседаний, а отсутствовал только на шести, переданных коллеге по газете А.И. Ксюнину. «...Приходится забрасывать всю работу, чтобы как-нибудь сохранить свои силы для Думы: руки и ноги трясутся от малейшего напряжения нервов», - жаловался он А.С. Суворину [22. Л. 6].

Парламентские репортажи А.А. Пиленко высоко ценили даже его политические противники. Например, кадетская пресса отмечала, что А.А. Пиленко - «сведущий в конституционном праве автор» [32]. При подготовке думских отчетов он не просто перессказывал бесконечные парламентские дебаты, а всегда старался «предпосылать изложению прений некоторый общий обзор всего заседания как одного органического целого» [11]. Талантливый журналист-нововременец писал не только парламентские репортажи в газету «Новое время», но и публиковал серьезные аналитические статьи о Государственной думе в «Московском еженедельнике», издававшимся Е.Н. Трубецким в 1906-1910 гг.

По свидетельству известной писательницы и журналистки А.В. Тырковой, в Думе очень хорошо работал крайне важный в парламентской жизни стенографический отдел. «Состав стенографисток и ... корректоров тоже был отлично подобран, - вспоминала она. - Депутатам и журналистам стенографические отчеты раздавались иногда в тот же день, под конец заседания» [31, с. 400]. Однако так было не всегда. Во время работы I Государственной думы стенографические отчеты, как правило, публиковались с опозданием в 10-12 дней: отчасти из-за нерасторопности президиума, слишком долго составлявшего текст отчетов, отчасти по вине государственной типографии, не имевшей четко организованных ночных рабочих смен. Бесперебойную деятельность думского стенографического отдела удалось наладить во многом благодаря стараниям А.А. Пиленко. «Где официальные стенографические отчеты заседаний?», - вопрошал он со страниц газеты «Новое время» [14]. «Пресса имеет право требовать, чтобы ей, в интересах общегосударственного дела, сообщались все несекретные документы своевременно и в надлежащем количестве», - настаивал журналист [10]. Энергичный и неутомимый Пиленко не просто критиковал работу думского секретариата, но старался оказать ему посильную помощь: так, он собственноручно редактировал указатель к стенографическим отчетам заседаний Государственной думы.

Публицистов-нововременцев живо интересовали все стороны деятельности первого российского парламента. «Притчей во языцех» уже в I Государственной думе стали постоянные опоздания депутатов на заседания. «По нашему русскому обычаю, хотя перерыв был назначен всего на 15 минут, никто не собирался в залу, и сам председатель не занимал своего места даже и по прошествии получаса. Дума вообще страшно работает, страшно устает и отдыхает в перерывы ...по нервам, а не "по заданному"», - с сарказмом писал об одном из таких заседаний В.В. Розанов [19]. А.А. Пиленко скрупулезно подсчитывал, сколько времени ушло на опоздания депутатов. Получалось, только I Государственная дума могла бы дополнительно проработать 33,5 часа! [16, с. 40]. «Может быть и мои статьи могут повлиять, хотя бы отдаленным образом, на некоторое ускорение темпа думской работы. Руководствуясь этим и только этим соображением, я ... всегда буду толкать депутатов на энергичную работу», - обещал журналист [7].

А.А. Пиленко и А.И. Ксюнин работали в Думе на постоянной основе, С.И. Смирнова-Сазонова, М.О. Меньшиков, В.В. Розанов - от случая к случаю. Думская деятельность корреспондентов начиналась с аккредитации. Существовали два вида такой аккредитации: 1) персональная для журналистов, направляемых на постоянную

работу в Думу, 2) на предъявителя, когда аккредитационная карточка принадлежала редакции издания, направляющего корреспондентов на специальные задания. Кое-кто из журналистов попадал в Таврический дворец без всякой аккредитации. «Я пробрался в Думу "фуксом", - признавался В.В. Розанов, критикуя «безобразнейшие правила», по которым надлежало «за три дня подать председателю заявление о желании посетить Думу» [19].

Большинство европейских парламентов предоставляло журналистам читальные залы, кабинеты для работы, рестораны, а австрийский рейхсрат - еще и возможность заводить собственные телефоны. Условия для работы их российских коллег были гораздо скромнее: в помещении Государственной думы им выделялась лишь небольшая, расположенная рядом с думской библиотекой комната № 35.

В зале заседаний Таврического дворца думским журналистам отводилась специальная ложа, для которой фирма «Ф. Мельцери К» изготовила по госзаказу лишь 34 кресла. Журналистов, желающих работать в первом русском парламенте оказалось гораздо больше. Пришлось спешно оборудовать на хорах зала заседаний Государственной думы дополнительную «верхнюю ложу», уставив ее жесткими венскими стульями. «Господа кадеты! Пожалейте печать! Дайте ей человеческие условия работы! - взывал А.А. Пиленко к руководителям I Государственной думы. - Первые два ряда пресловутой "верхней" ложи еще видят и слышат что-нибудь, третий и четвертый ряды нередко стоят часами на стульях, тщетно улавливая речи ораторов и абсолютно ничего не видя» [12]. Теснота и удаленность «верхней ложи» неприятно удивили и В.В. Розанова, отмечавшего, что хоры «очень непоместительны, и по величине залы - далеки от председателя и от оратора», и журналисты видят депутатов «или с затылка, или в профиль» [19]. «...Только те что-нибудь видят и слышат, кто у самых перил... Вся остальная масса ничего не видит и не слышит. Это я заявляю во всеуслышание, как жалобу перед страной», - поддержал своих коллег М.О. Меньшиков, посетивший Думу в первые дни ее работы [4].

Особую популярность у читателей приобрел раздел «из кулуаров Государственной думы». В кулуарах, где, по справедливому замечанию М.О. Меньшикова, «ни звонок председателя, ни страх говорить перед большим собранием не стесняют свободы слова», депутаты часто откровеннее, чем на официальных заседаниях [5]. Здесь разгорались дискуссии подчас более бурные и интересные, чем в зале заседаний Таврического дворца. «Кулуарная жизнь» депутатов и журналистов протекала в основном в просторном фойе -бывшем бальном зале Таврического дворца. Раздел «Кулуары» в

газете «Новое время» вел А.И. Ксюнин, впоследствии один из лучших военных корреспондентов России. В Государственной думе существовала практика выдачи специальных «кулуарных» билетов представителям периодических изданий.

К началу ХХ в. огромную популярность в России приобрел новый газетный жанр - интервью. Газета «Новое время» одной из первых в России завела рубрику «Парламентские беседы». В интервью известные политики, общественные деятели, депутаты анализировали расстановку политических сил в стране, взвешивали их шансы на успех в предвыборных кампаниях. Применение жанра интервью, выстроенного по схеме «вопросы-ответы», вызвало изменения в статусе и читательском восприятии журналиста и газеты: ведь внимание читателей привлекалось уже не только к интервьюируемому, но и к личности самого интервьюера. Ранее обезличенный журналист, отождествляемый читателем со своей газетой, приобретал собственное лицо, становился общественной фигурой. Его интеллект, умение «выжать» из собеседника нужную информацию вызывали уважение и интерес читателя к личности интервьюера. Любое интервью требует определенной подготовки. Особенность парламентского интервью связана с необходимостью знать политическую позицию интервьюируемого, расстановку политических сил в парламенте. Одним из лучших интервьюеров в Государственной думе заслуженно считался нововременский публицист А.И. Ксюнин [1].

Наиболее опытные журналисты посещали заседания думских комиссий, которые создавались для предварительной разработки подведомственных Думе дел, а также для решения хозяйственных и других вопросов. У А.А. Пиленко, по свидетельству С.И. Смирновой-Сазоновой, имелся специальный, «от охраны», билет, с которым он «попадал даже экспертом в комиссию» [24. Л. 313]. «Известно, что во всяком общественном учреждении главная, основная, черная, но плодотворная работа делается в комиссиях, - писал А.А. Пиленко, -Недаром в Государственной думе установился взгляд: в общем собрании нетрудно выступать, а ты пойди да посиди в комиссии...» [17, с. 15]. (Впоследствии опыт «комиссионной работы» очень ему пригодился: в 1911 г. А.А. Пиленко был избран гласным Петербургской городской думы). «Главная работа идет в комиссиях, и там вовсе не сидят сложа руки, как представляет себе публика», -соглашалась с коллегой С.И. Смирнова-Сазонова [27]. Работа думских комиссий по-настоящему стала налаживаться только в III Государственной думе. Газета «Новое время» первой среди российских изданий ввела у себя специальную рубрику «Думские комиссии».

Участие А.А. Пиленко в работе думских отделов и комиссий порой приводило к конфликту с депутатами - членами комиссий. Так, в начале 1908 г. он опубликовал в «Новом времени» серию заметок и статей, где резко критиковал работу комиссий III Думы и, в частности, деятельность комиссии по народному образованию [8; 11; 15]. «Обвинение в бездеятельности и дармоедстве в настоящее время является настолько серьезным, что его нужно предъявлять с большой осторожностью, остерегаясь ради "полноты и законченности" обличительной статьи незаслуженно оскорблять целые группы лиц», - с негодованием писал нововременскому корреспонденту председатель думской подкомиссии по низшим учебным заведениям Е.П. Ковалевский [26. Л. 6]. Для усиления эффективности работы этих выборных органов А.А. Пиленко предлагал использовать «сокровищницу комиссионного опыта» Государственного совета. «Хотя условия ныне и переменились, но накопленные десятками лет традиции сохраняют свою силу», - полагал журналист [11].

А.С. Суворин щедро оплачивал работу своих ведущих публицистов. Так, А.А. Пиленко зарабатывал думскими отчетами в «Новом времени» очень внушительную по тем временам сумму: до 150 р. в день [25. Л. 488]. «Встретила в конторе "Нового времени" Пиленку. Он все толстеет и выглядит не журналистом, а банкиром», - записала в конце 1910 г. в дневнике С.И. Смирнова-Сазонова [23. Л. 434].

Итак, в начале ХХ в. парламентская журналистика явилась организатором диалога между российским обществом и властью. Большая заслуга в становлении отечественной парламентской журналистики принадлежит газете «Новое время». В отличие от партийной печати, как правило, освещавшей думские события предвзято и тенденциозно, газета «Новое время» давала читателю полный и всесторонний обзор деятельности первого российского парламента. Лучшие парламентские корреспонденты газеты, такие как А.А. Пиленко, А.И. Ксюнин, не просто описывали законотворческий процесс, но и косвенно в нем участвовали, работая в думских отделах и комиссиях, открыто демонстрируя свою гражданскую позицию.

Список литературы

1. Ксюнин А.И. Государственная дума. В кулуарах // Новое время. - 1908. -2 нояб.

2. Махонина С.Я. История русской журналистики начала ХХ века. - М., 2003.

3. Меньшиков М. О. Письма к ближним. В святая святых // Новое время. -1906. - 9 апр.

4. Меньшиков М.О. Письма к ближним. Два дня в парламенте // Новое время. - 1906. - 14 мая.

5. Меньшиков М.О. Письма к ближним. Новое вече // Новое время. -1906. - 21 мая.

6. Меньшиков М.О. Письма к ближним. Третья партия // Новое время. -1906. - 19 февр.

7. Пиленко А.А. В Государственной думе // Новое время. - 1908. - 18 янв.

8. Пиленко А.А. В Государственной думе // Новое время. - 1908. - 9 янв.

9. Пиленко А.А. В Государственной думе // Новое время. - 1907. - 14 марта.

10. Пиленко А.А. Вниманию думского президиума // Новое время. - 1906. -27 июня.

11. Пиленко А.А. Государственная дума // Новое время. - 1908. - 10 янв.

12. Пиленко А.А. Дума и пресса // Новое время. - 1906. - 26 мая.

13. Пиленко А.А. К выборам в Государственную думу // Новое время. -1906. - 20 марта.

14. Пиленко А.А. Открытое письмо князю Д.И. Шаховскому // Новое время. - 1906. - 19 мая.

15. Пиленко А.А. Парламентские заметки // Новое время. - 1908. - 12 янв.

16. Пиленко А.А. Русские парламентские прецеденты. - СПб., 1907.

17. Пиленко А.А. Стародумцы и обновленцы. - СПб., 1912.

18. Предвыборная хроника // Новое время. - 1906. - 23 марта.

19. Розанов В.В. В Таврическом дворце // Новое время. - 1906. - 4 июня.

20. Розанов В.В. Из припоминаний и мыслей об А.С. Суворине. - М., 1992.

21. Розанов В.В. Гамлет в роли администратора // Когда начальство ушло... Очерки и воспоминания. - М., 1997. - С. 145-151.

22. Российский государственный архив литературы и искусства. (РГАЛИ). Ф. 459. Оп. 1. Д. 3293. «Письма Пиленко А.А. к Суворину А.С. 1904-1910 гг.»

23. Рукописный отдел Института русской литературы Российской академии наук (РО ИРЛИ РАН). Ф. 285. Оп. 1. Д. 57. «Дневник Смирновой-Сазоновой СИ. Ноябрь 1910 - май 1911 гг.».

24. РО ИРЛИ РАН. Ф. 285. Оп. 1. Д. 50. «Дневник Смирновой-Сазоновой С.И. Январь-июнь 1907 г.».

25. РО ИРЛИ РАН. Ф. 285. Оп. 1. Д. 48. «Дневник Смирновой-Сазоновой С.И. Январь-сентябрь 1906 г.».

26. РО ИРЛИ РАН. Ф. 340. Оп. 4. Д. 56. «Письмо Е.П. Ковалевского к А.А. Пиленко от 13 января 1908 г.».

27. Смирнова-Сазонова С.И. Русь в парламенте // Новое время. - 1909. -30 янв.

28. Столыпин А.А. Заметки // Новое время. - 1906. - 24 марта.

29. Суворин А.А. Маленькие письма // Новое время. - 1906. - 2 апр.

30. Суворин А.С. Маленькие письма // Новое время. - 1906. - 22 марта.

31. Тыркова-Вильямс А.В. То, чего больше не будет: Воспоминания. - М.,

1998.

32. Хроника. Печать // Речь. - 1907. - 17 мая.

33. Ясинский И.И. Роман моей жизни: Книга воспоминаний. - М.; Л., 1926.