Макрофитобентос северной части Амурского залива

2008

Известия ТИНРО

Том 155

УДК 581.526.323

И.С. Гусарова*

Тихоокеанский научно-исследовательский рыбохозяйственный центр, 690091, г. Владивосток, пер. Шевченко, 4

МАКРОФИТОБЕНТОС СЕВЕРНОЙ ЧАСТИ АМУРСКОГО ЗАЛИВА

В куту Амурского залива (Японское море) наблюдается трансформация фло-ро-ценотического комплекса в связи с хроническим загрязнением. Обнаружено 58 видов водорослей (Chlorophyta — 10, Phaeophyta — 12 и Rhodophyta — 36) и 2 вида морских трав рода Zostera. Описана ценотическая структура растительности на 6 участках залива с указанием покрытия дна и биомассы доминирующих видов. За 15 лет флора района обеднела на 28 % за счет исчезновения бурых и красных водорослей. Установлена высокая ценотическая роль зеленых водорослей, которые преобладают по числу доминирующих видов.

Ключевые слова: макрофитобентос, флора, растительность, хроническое загрязнение, антропогенная трансформация.

Gusarova I.S. Macrophytobenthos of the northern Amur Bay // Izv. TINRO. 2008. — Vol. 155. — P. 88-98.

Anthropogenic transformation of floral-cenotic complex is observed in the inner Amur Bay (Japan Sea) because of its chronic pollution. In total, 58 algae species are recorded here (Chlorophyta — 10, Phaeophyta — 12, Rhodophyta — 36) and 2 sea-grass species (Zostera). Cenotic structure of vegetation is described for 6 certain parts of the Amur Bay, with the bottom cover description and dominant species biomass assessment. During the last 15 years, the floral diversity became lower by 28 % because of brown and red algae disappearance. Green algae play the most important cenotic role and this taxonomic group prevails by the number of dominant species.

Key words: macrophytobenthos, seaweeds, marine flora, chronic pollution, anthropogenic transformation.

Введение

Растительный комплекс кута Амурского залива имеет определенные особенности, так как находится под постоянным воздействием хронического загрязнения при слабом водообмене (Ващенко, 2000; Огородникова, 2001). Количественные показатели растительности (биомасса, проективное покрытие дна, ширина зарослей и т.д.) заметно ниже, чем на открытых участках зал. Петра Великого и у берегов северного Приморья.

Видовой состав флоры изучался в 70-е гг. прошлого столетия (Суховеева, Паймеева, 1974) и значительно позже (Левенец, Скрипцова, 2006). Но представленные в работах списки видов нельзя считать полными, так как в них нет сведений о водорослях, обитающих на устричных банках, широко распростра-

* Гусарова Изабелла Семеновна, кандидат биологических наук, старший научный сотрудник, e-mail: tinro@tinro.ru.

ненных в куту залива. Структура растительности не исследовалась, указаны только доминантные виды на отдельных участках юго-запада (Коженкова, 2003) и кута залива (Левенец, Скрипцова, 2006).

Материалы и методы

В связи с недостатком информации и постоянным интересом к макрофито-бентосу района, прилегающего к городу и расположенного в зоне экологического стресса, появилась необходимость обработки материала, собранного автором летом 1986 г. в районе от устья р. Барабашевка до мыса Фирсова с целью определения видового состава и распространения растительности в кутовой части Амурского залива.

На первом этапе исследований в июне была выполнена авиаразведка с тщательным осмотром района на вертолете МИ-2 на высоте 20-100 м над уровнем моря при скорости 60-150 км/ч. Характер расположения поселений водорослей и морских трав, их ширина и протяженность определялись визуально и наносились на подробную карту района и описывались в журнале. Повторный осмотр района на вертолете был выполнен в июне 1992 г.

Гидроботаническая съемка легководолазами осуществлялась по схеме разрезов, составленной на основании авиаразведки. Материал собирался на литорали и в сублиторали до глубины исчезновения водорослей (4-5 м) в июне-июле по методике, описанной ранее (Гусарова, 1984). Всего было выполнено 28 станций на 10 разрезах и 13 станций вне разрезов, включая 8 станций на устрични-ках. Отобрано 40 количественных проб с площадки 0,25 м2 с последующим пересчетом биомассы на 1 м2.

Результаты и их обсуждение

Характер распределения растительности во многом зависит от эдафических условий. Грунты северной части залива представлены разнообразными донными отложениями с преобладанием мелкозернистых фракций от илов до крупнозернистых песков.

Большая часть района на глубинах свыше 3,5-5,0 м занята илами с редкими включениями обломков раковин моллюсков и камней. Мелкозернистые грунты на всех глубинах распространены в Тавричанском лимане, в северной части зал. Углового, в бухте Песчаной, в приустьевых зонах рек и ручьев, а также на некоторых участках открытого побережья.

Своеобразными "оазисами" среди бедных жизнью илов в центре района являются устричные банки, сформированные раковинами гигантской устрицы Crassostrea gigas (Звягинцев, 1991).

Выходы твердых грунтов и россыпи камней разных размеров, а также редкие навалы глыб наблюдаются у мысов п-ова Де-Фриза и Песчаного, а также на некоторых участках зал. Углового и открытого побережья.

Флора

За период полевых работ обнаружено 58 видов водорослей (10 видов Chlorophyta, 12 — Phaeophyta и 36 — Rhodophyta) и 2 вида морских трав рода Zostera. Аннотированный список растений с указанием зоны и глубины обитания, субстрата прикрепления и частоты встречаемости приведен в таблице.

Представленный в работе состав флоры на 38 % превосходит число видов, приведенных по результатам последних исследований кута Амурского залива (Левенец, Скрипцова, 2006). Провести сравнительный анализ видового состава флоры невозможно, так как последний составленный список не опубликован.

Рассмотрим изменение во времени флоры района в объеме доступной нам информации. За 15 лет, прошедших от первых исследований, видовой состав

89

Аннотированный список водорослей и морских трав сообществ северной части Амурского залива Annotated list of seaweeds and seagrass of communities of northern Amur Bay

№ „ Зона Глубина, Субстрат Частота

п/п обитания м г в ж встречаемости

Отдел CHLOROPHYTA

Пор. Siphonales

Сем. Bryopsidaceae

1 Bryopsis plumosa (Huds.) Ag. с 0,2-1,5 + + + м

Сем. Codiacea

2 Codium fragile (Sur.) Hariot с 0,7 + Р

Пор. Siphonocladales

Сем. Cladophoraceae

3 Cladophora stimpsonii Harv. л, с 0,1-1,5 + + м

4 Chaetomorpha linum (Mull.) Kutz. с 0,4-1,2 неприкрепленная ч

5 Ch. moniligera Kjellm. с 0,4-1,5 + р

Пор. Ulvales

Сем. Ulvaceae

6 Ulva fenestrata P. et R. л, с 0-2,0 + + м

7 Ulvaria splendens Rupr. с 1,0 + р

8 Enteromorpha linza (L.) J. Ag. л, с 0-1,5 + + м

9 E. clathrata (Roth) Grev. л, с 0-2,0 + + + м

10 E. flexuosa (Wulf. et Roth) J. Ag. л, с 0-2,0 + + + м

Отдел PHAEOPHYTA

Пор. Ectocarpales

Сем. Ectocarpaceae

1 Ectocarpus confervoides (Roth) Le Jol. с 0,1 + р

Пор. Ralfsiales

Сем. Ralfsiaceae

2 Ralfsia fungiformis (Gunn.) S. et G. с 0,2-3,0 + р

Пор. Punctariales

Сем. Punctariaceae

3 Punctaria plantaginea (Roth) Grev. л, с 0-1,0 + р

Сем. Dictyosiphonaceae

4 Dictyosiphon foeniculaceus (Huds.) Grev. с 0,2-0,4 + р

Пор. Scytosiphonales Сем. Scytosiphonaceae

5 Scytosiphon lomentaria (Lyngb.) Link

6 Colpomenia peregrina (Saur.) Hamel

Пор. Desmarestiales Сем. Desmarestiaceae

7 Desmarestia viridis (Mull.) Grev.

Пор. Laminariales Сем. Chordaceae

8 Chorda filum (L.) Lamour.

Сем. Laminariaceae

9 Laminaria cichorioides Miyabe

Пор. Fucales Сем. Sargassaceae

10 Sargassum miyabei Yendo

11 S. pallidum (Turn.) Ag.

Сем. Cystoseiraceae 2 12 Cystoseira crassipes (Turn.) Ag.

Отдел RHODOPHYTA Пор. Bangiales Сем. Bangiaceae

1 Porphyra variegata (Kjellm.) Hus.

Пор. Corallinales Сем. Corallinaceae

2 Lithothamnion phymatodeum

3 Corallina pilulifera P. et R.

4 Bossiella cretacea (P. et R.) Johan.

5 Pheophyllum zostericolum (Foslie) Kloczc.

Пор. Palmariales Сем. Palmariaceae

6 Palmaria stenogona (Perest.) Perest.

Пор. Ahnfeltiales Сем. Ahnfeltiaceae

7 Ahnfeltia tobuchiensis (Kanno et Matsub.) Мак.

с 0,2-0,4 + р

с 0,2-2,0 + ч

с 0,3-3,0 + ч

с 0,5-2,0 + р

с 0,2-3,5 + + м

л, с 0-2,0 + м

л, с 0-2,0 + м

с 0-1,0 + р

л + + р

с 0-3,5 + ч

с 0-0,5 + + ч

с 0,2-1,5 + р

с 0-1,0 + р

с 0-1,8 + + р

с

неприкрепленная

м

Пор. Gracilariales Сем. Gracilariaceae

8 Gracilaria verrucosa (Huds.) Papenf.

9 G. sp.

Пор. Gelidiales Сем. Gelidiaceae

10 Gelidium vagum Okam.

Пор. Gigartinales Сем. Tichocarpaceae

11 Tichocarpus crinitus (Gmel.) Rupr.

Сем. Endocladiaceae

12 Gloiopeltis furcata (P. et R.) J. Ag.

Сем. Halymeniaceae

13 Grateloupia divaricata Okam. ьэ 14 G. turuturu Yam.

Сем. Peyssonneliaceae

15 Peyssonnelia pacifica Kyi.

Сем. Gigartinaceae

16 Chondrus pinnulatus (Harv.) Okam.

17 Ch. armatus (Harv.) Okam.

Сем. Phyllophoraceae

18 Ahnfeltiopsis flabelliformis (Harv.) Masuda

19 Coccotylus orientalis (Zin. et Мак.) Perest.

Пор. Rhodymeniales Сем. Rhodymeniaceae

20 Chryzymenia wrightii (Harv.) Yam.

21 Sparlingia pertusa (P. et R.) Saunders, Strachan et Kraft

Пор. Ceramiales Сем. Ceramiaceae

22 Ceramium cimbricum Perect.

23 C. kondoi Yendo

24 C. japonicum Okam.

25 Campylaephora crassa (Okam.) Nakam.

Окончание таблицы Table finished

Зона Глубина, Субстрат Частота обитания_м_г_в_ж_встречаемости

0-2,0 0,5-2,0

м ч

0,5-1,5 2,0

л, с с

0-1,5 0-1,5

0,4-15,0

0-3,0 0-4,0

0,1-1,5 3,0

Р м

м Р

0,2-3,5 1,5-4,0

0,5-1,5 0-4,0 2,5-3,0 0,2-2,5

Р м

Р Р

уа а а съсъ

<и ÏS о

X

3

СО

a yyaa

+ + + +

+ + +

+ + + ++ + + + + +

оо Ю5 о с?

1 СО I I С5 СО С5 cf cf 1 1

1 1 1 О ci ОО ci 1 1 LO C<1

о" со d <э

I

о

о ооч

.о С <и

га

м Е

< 3

¡л

^ <U

M ТЗ g

о -д <и с

g Е

. с О <

<и

сь Д2

_. га

^ M С га

(4

£5Е ¡3

о гас

£

« M с U

<л ас 2 «газ«

Щ 1Л ^

—< с^сл (Л

V ^О Л

« JSS 3 Q

g g

S-QO g

2 m

о -а

с

<и

>н «

га ^ .У О с я

Е I!

га га g

>" О

„ « "О

13 с о

~0 J2

Рм

<U СР

<л « . * fc «

и

га <и Q К

СЙ

га

X

га га дЕ о

га га С 3

S ^ 'S.JS

s .S га ^

' 5 JS

га

_ oS Е

•СОО о

л

' « -Й £ 2 с ^

СЬсОСЬ z

га 3

и «т1 H к

^о съ

з

Ь о

(SS5

(Л ^

га

тз Ч

+ +

о ю I I

С<1 С<1

<ЭО~

С

.о <и га

а

га

Э -

о га

<и

га

-а с о -С

О

§ «

С«

га га

Е .У « с

2 о

-t-j га

сл

о .

N N

СМСМ (M (N

О -Н

СО СО

С^ СО^ЮСО СО СОСОСОСО

к s са

о «

К <и a

га К S са

<и S

у

s ч га Ж

л ч га ср о н

s .

Ч <и

ю 3

0 £

1 °

CQ

1 S

0 *

Л I

Ч I

га ££

È *

* 5

1 °

1 &

ч к

. о

CQ

^ I

<3 1

^ CQ

3 ж

t5 S^

флоры заметно изменился. Первый список растений литорали и сублиторали кута залива содержал 77* видов водорослей и 3 вида морских трав (Суховеева, Паймеева, 1974). Из них 8 видов (Grateloupia elleptica, G. filicina, Gracilaria compressa, Gymno-gongrus japonicus, Dasya villosa, Rhodymenia stipitata, Corallina oficinalis, Sphaeroteichia dis-sessa) не являются валидными и исключаются из списка.

За э тот период из района исчезли 19 видов водорослей: 13 видов красных (Lomentaria hako-datensis, Neoptilota asplenioides, Ptilota filicina, P. phacelo-carpoides, Phycodrys vinogra-dovae, Neorhodomela teres и др.), 5 видов бурых (Sphaerotrichia divaricata, Chordaria flagelli-formis, Pseudochorda nagai, Analipus japonicus и Costaria costata) и 1 вид зеленых (Acro-siphonia sp.). Морские травы обеднели на 1 вид (Phyllospadix iwatensis).

В то же время, нами обнаружены виды, ранее не указанные в куту залива: 5 видов красных (Gloiopeltis furcata, Peyssonelia pacifica, Gelidium vagum, Hete-rosiphonia japonica и Pterosip-honia bipinnata) и 3 вида бурых (Ralfsia fungiformis, Dictyosip-hon foeni-culaceus и Sargassum miyabei). Большая часть новых для района видов (6 видов) обнаружены на устричных банках и не принимаются во внимание при сравнении флоры. Авторы первого списка видов (Суховеева, Паймеева, 1974) не указали такие массовые растения, как G. furcata и S. miyabei, видимо потому, что во время полевых работ не всегда близко подходили к берегу.

Таким образом, за 15 лет флора кута залива обеднела на 28 % за счет выпадения в основном красных и бурых водорослей.

* Виды, обнаруженные только в выбросах, в список не включены.

Растительность

В связи с неоднородностью структуры поселений и распределения видов целесообразно рассмотреть растительность по отдельным участкам района.

Зал. Угловой — мыс Фирсова (1-й участок). Вдоль берега залива водоросли и травы располагаются преимущественно пятнами различной формы и площадью 5-40 м2. Редко встречаются заросли шириной 10-30 м (см. рисунок). Относительно равномерные заросли шириной до 100-150 м появляются к югу от мыса Марковского. Целостность поселений нарушается значительными наносами ила.

igp.ííjg

|ЁрИЧ^[рЙ

м шЯЙШр

ЙЛйрсов

i  Э'фйЩШй'

щшш

отдегыж ¿танина т^р: :м до Щ м ЙЭЙШ до 100 м 150 м || [mífcíííl м

Амурский

отаельнье пятщ расшельнктя [Щ HeipoMwtíotHRсишенияанф^лъуи»

Д HN-ñr'W

Карта-схема района работ и распределения растительности в куту Амурского залива

Scheme of research and distribution of algae and seagrass un the inner part of Amur Bay

В верхнем горизонте литорали расположены небольшие пятна зеленых водорослей рода Enteromorpha с низкой биомассой (0,001-0,20 кг/м2). В нижнем горизонте литорали и в сублиторальной кайме (глубина до 1 м) формируются смешанные заросли с преобладанием Ulva fenestrata, видов родов Enteromorpha, Cladophora, Chorda filum, Ceramium kondoi и т.д. Биомасса колеблется от 0,1 до 0,9 кг/м2 при средней 0,2 кг/м2. В приустьевой зоне ручьев наблюдаются небольшие прерывистые заросли Zostera japonica с биомассой 0,3-1,0 кг/м2. Вдоль берегов на глубине до 2,0-2,5 м расположено пятнами полидоминантное сообщество Zostera marina + S. miyabei + S. pallidum — синузия эпифитов (Colpomenia peregrina) с переменным доминированием: ближе к берегу (глубина 0,5-1,6 м) преобладает S. miyabei, мористее — S. pallidum. Количество Zostera возрастает на глубине более 2 м. Проективное покрытие на пятне в среднем составляет 50-60 %. Состав сопутствующих водорослей разнообразен (12 видов). Чаще других встречаются Chondrus pinnulatus, C. armatus, виды рода Enteromorpha, Bryopsis plumosa, Desmarestia viridis. Биомасса растений изменяется от 0,5 до 3,0 кг/м2.

При сохранении видового состава морфометрические показатели зарослей снижаются постепенно по направлению к мысу Фирсова. У самого берега водорослей нет, растения появляются на расстоянии 5-10 м от берега. Проективное покрытие дна в среднем составляет 20-30 %, биомасса — 0,02-1,10 кг/м2. Ширина зарослей снижается до 10-50 м (см. рисунок).

Плотные поселения водорослей с биомассой более 2-3 кг/м2 обнаружены в сублиторали на антропогенных субстратах (бетонные плиты, навалы камней, металлические конструкции).

П-ов Де-Фриза — мыс Речной (2-й участок). Вокруг полуострова расположены поля водорослей и трав с максимальными для района морфометричес-кими показателями. Ширина зарослей колеблется от 100 до 220 м, на отдельных участках достигает 250 м. Биомасса доминирующих видов: Laminaria cicho-rioides — 0,1-3,2 кг/м2, видов рода Sargassum — 0,2-1,5 кг/м2, Z. marina — 1,2-2,5 кг/м2.

Растительность начинается от нижнего горизонта литорали в виде узкого (ширина 10-20 см) пояска видов рода Enteromorpha. Иногда встречается Cladophora stimpsonii, Chondria dasyphylla, C. pinnulatus и Porphyra variegata. Биомасса водорослей не превышает 0,2-0,3 кг/м2 при проективном покрытии 20-30 %.

В сублиторали на глубине до 1 м расположены заросли с доминированием Z. marina и S. miyabei. Сложение раздельно-групповое. В составе сопутствующих водорослей более 15 видов (Bryopsis plumosa, виды родов Enteromorpha, Chondrus, Grateloupia divaricata и т.д.). С увеличением глубины до 1,5-2,0 м количественно преобладают L. cichorioides и Sargassum pallium с эпифитами (Colpomenia perigrina, Cladophora stimpsonii, C. kondoi). У нижней границы зарослей (глубина 3-4 м) небольшими пятнами и группами растут Sparlingia pertusa, Ceramium kondoi, Campylaephora hypnoides, Symphyocladia latiuscula. Заросли представлены редкими разреженными пятнами водорослей (см. рисунок).

Растительность того же видового состава появляется вновь к северо-востоку от мыса Речного и продолжается до Тавричанского лимана. Поселения неравномерные, располагаются пятнами, проективное покрытие 10-30 % (на пятне — до 40-50 %). Ширина зарослей колеблется от 20 до 80-120 м. В пределах сообщества встречаются пятна Gracilaria verrucosa площадью 0,5-3,0 м2.

За мысом Речным пояс сужается до 20-30 м и исчезает у лимана (см. рисунок). Видовой состав обеднен. На глубине до 0,3 м доминируют зеленые водоросли родов Enteromorpha, Cladophora, Chaetomorpha с биомассой на пятне до 0,8 кг/м2. Мористее (глубина 0,5-2,0 м) появляются смешанные заросли красных водорослей (виды родов Gracilaria, Chondrus, Grateloupia и т.д.) с биомассой 0,02-0,30 кг/м2.

Тавричанский лиман (3-й участок). На большей части лимана растительности нет из-за преобладания мягких грунтов. В южной части встречаются редкие куртины Z. japonica и Z. marina. На раковинах мертвых устриц встречаются единично и небольшими пятнами C. kondoi и Gracilaria verrucosa, S. miyabei, U. fenestrata и виды рода Enteromorpha. Биомасса 0,01-0,20 кг/м2.

Мыс Угольный — мыс Песчаный (4-й участок). Между мысами Угольным и Атласова поселения водорослей начинаются на расстоянии 2-10 м от берега. Растительность литорали слабо выражена. На редких камнях и глыбах наблюдаются пятна зеленых водорослей и G. furcata (проективное покрытие 10-20 %, биомасса — до 0,1 кг/м2). В сублиторали на глубине до 1,5-2,0 м проходит полоса каменистых россыпей, на которых расположены смешанные заросли с доминированием S. miyabei (эпифиты Ulva, Enteromorpha, Ceramium) и L. ci-chorioides. Сопутствующие виды разнообразны по составу и растут единично или небольшими пятнами (виды родов Enteromorpha, Chondrus, Grateloupia, C. kondoi, Corallina pillulifera, Ahnfeltiopsis flabelliformis, Desmarestia viridis).

95

Проективное покрытие 20-40 %, иногда — 50-60 %, биомасса 0,3-3,7 кг/м2. Ширина пояса неравномерна и колеблется от 20 до 80 м. На глубине более 1,5 м смешанные поселения сменяются зарослями Z. marina (соответственно 20-40 %, 0,7-2,3 кг/м2) шириной 30-40 м.

В приустьевой зоне р. Амба и далее до бухты Песчаной водоросли и травы встречаются редко, группами слоевищ или небольшими пятнами площадью до 0,5-1,0 м2. В бухте Песчаной расположены заросли Z. japonica (глубина до 0,5 м) и Z. marina (глубина 0,5-3,0 м) шириной от 50 до 100 м, биомасса зеленой массы колеблется от 0,7 до 3,5 кг/м2 при проективном покрытии 3070 %. У северного и восточного берегов п-ова Песчаного Z. marina и водоросли встречаются пятнами с проективным покрытием до 20 %.

Мыс Ограновича — р. Барабашевка (5-й участок). Пояс зостеры постепенно расширяется у южного и юго-западного побережий п-ова Песчаного и на некоторых участках достигает ширины 70-100 м (см. рисунок). Среди зостеры часто встречаются пятна U. fenestrata, виды родов Enteromorpha и Sargassum, L. cichorioides, Chondrus armatus, Polysiphonia japonica и т.д. Проективное покрытие дна 10-50 %, биомасса зостеры — 0,2-3,0 кг/м2, биомасса водорослей — до 1,2 кг/м2.

К югу от бухты Мелководной и до устья р. Барабашевка встречаются пятна водорослей и трав, но они не образуют выраженного пояса (см. рисунок). На илисто-песчаном грунте в бухте Мелководной и в районе горы Столовой расположены скопления неприкрепленной водоросли Ahnfeltia tobuchiensis, которые находятся под постоянным наблюдением альгологов (Суховеева, Б огданова, 1970; Кулепанов и др., 1999).

Устричные банки (6-й участок). Устричные банки (около 30) разных размеров расположены между п-овом Де-Фриза и Тавричанским лиманом (см. рисунок). Наиболее крупные из них в разрезе представляют усеченный конус с расширенным основанием. Вершины банок образованы преимущественно живыми моллюсками, количество которых заметно уменьшается вплоть до полного исчезновения на склонах банок (Звягинцев, 1991).

На устричниках наблюдается самое высокое для северной части Амурского залива разнообразие водорослей (около 40 видов), сконцентрированное на небольшой площади дна. Водоросли растут на раковинах живых и мертвых моллюсков пятнами на глубине до 1,7-2,0 м, создавая своеобразную мозаику, вызванную особенностями формирования макро- и мезорельефа. Общее проективное покрытие субстрата растениями колеблется от 20 до 60 %, на отдельных пятнах доходит до 100 %. Доминируют C. kondoi (0,40-2,04 кг/м2), G. vagum (0,02-0,56 кг/м2), G. verrucosa (0,023-1,0 кг/м2), Bryopsis plumosa (0,050,15 кг/м2), P. japonica (0,01-0,28 кг/м2). Небольшими пятнами площадью 510 м2 постоянно присутствуют Bryopsis plumosa, U. fenestrata, Chondrus armatus, A. flabelliformis, Gracilaria sp. и другие виды.

На глубине 2 м смешанные заросли красных водорослей замещаются плотным (50-80 %) поселением L. cichorioides. Сообщество монодоминантное, сложение равномерное, расположено на мертвом ракушечнике и продолжается на глубину до 4,0-4,5 м. Биомасса ламинарии второго года вегетации составляет 1,4-3,5 кг/м2, биомасса молодых растений значительно ниже — 1,2-2,7 кг/м2. В зарослях часто встречаются ювенильные растения (проростки) длиной 7-23 см.

Заключение

Флора водорослей в северной части Амурского залива заметно обеднена видами и составляет 25 % флоры зал. Петра Великого и 40 % флоры всего Амурского залива. При этом больше половины видов (51 %) встречаются редко,

массовых видов 29 %. Доминирующие по частоте встречаемости, биомассе и проективному покрытию дна виды составляют всего 17 % флоры и представлены в основном эврибионтными растениями (виды родов Enteromorpha, Cladophora, Ulva, Sargassum, Zostera и др.).

Водоросли и травы неравномерно распределяются вдоль берегов и по глубинам, часто отсутствуют на больших пространствах дна. Ширина зарослей изменяется от 1-3 м на некоторых участках до 250 м у п-ова Де-Фриза. Характерно мозаичное расположение растительности, при котором пятна водорослей чередуются с пустыми пространствами дна. Равномерное расположение наблюдается в поселениях Z. marina у п-ова Песчаного. Водоросли и травы растут преимущественно на глубинах до 2-5 м. Распространению растений на большие глубины препятствуют илы и низкая прозрачность воды. Проективное покрытие дна растительностью колеблется от 1-2 до 40-50 %, редко на отдельных пятнах достигает 80-100 %. Максимальная биомасса растений не превышает 3-5 кг/м2.

Водоросли растут на твердых грунтах, на раковинах живых и мертвых моллюсков или на антропогенных субстратах, исключение составляют поселения неприкрепленной анфельции у горы Столовой и в бухте Мелководной.

На мягком грунте растут морские травы рода Zostera с эпифитами. На грунте смешанного типа формируются заросли, состоящие из чередования участков водорослей и трав.

На основании имеющихся материалов проследим влияние хронического комплексного загрязнения на макрофитобентос района. Задача осложняется тем, что нет сведений по флоре и растительности до начала антропогенного воздействия. Тем не менее, установлено явное сокращение во времени видового разнообразия. Флора района за период 15 лет обеднела на 28 % за счет выпадения бурых и красных водорослей, и только состав эврибионтных зеленых водорослей сохранился без изменений. Обеднение видового состава продолжается и в настоящее время (Левенец, Скрипцова, 2006).

Наблюдается высокая ценотическая роль зеленых водорослей, которые преобладают по числу доминирующих видов (6 видов, 60 % от числа обнаруженных), значительно меньше бурых (3 вида) и красных (5 видов). При этом зеленые водоросли превосходят другие таксономические группы по частоте встречаемости и создают основу растительности на литорали и в сублиторальной кайме, вытеснив бурые и красные водоросли.

Сокращение видового разнообразия флоры в северной части Амурского залива, снижение ценотической роли бурых и красных водорослей на фоне возрастания роли зеленых свидетельствуют об антропогенной трансформации флоро-ценотического комплекса района (Калугина-Гутник, 1975; Niell, Pazo, 1978; Клоч-кова, 2001; Березовская, 2002).

Список литературы

Березовская В.А. Макрофитобентос как показатель состояния среды в прибрежных водах Камчатки : автореф. дис. ... д-ра геогр. наук. — Петропавловск-Камчатский, 2002. — 49 с.

Ващенко М.А. Загрязнение залива Петра Великого Японского моря и его биологические последствия // Биол. моря. — 2000. — Т. 26, № 3. — С. 149-159.

Гусарова И.С. Сублиторальная растительность и ее сезонная динамика в одной из бухт северо-западной части Японского моря // Гидробиологические исследования заливов и бухт Приморья. — Владивосток : ДВНЦ АН СССР, 1984. — С. 12-27.

Звягинцев А.Ю. Сезонные изменения эпифауны на створках гигантской устрицы в Амурском заливе Японского моря // Биол. моря. — 1991. — № 2. — С. 71-76.

Калугина-Гутник А.А. Фитобентос Черного моря : монография. — Киев : Наук. думка, 1975. — 247 с.

Клочкова Н.Г. Макрофитобентос Авачинской губы и его антропогенная деструкция : монография / Н.Г. Клочкова, В.А. Березовская. — Владивосток : Дальнаука, 2001. — 204 с.

Коженкова С.И. Макрофитобентос литорали Амурского залива Японского моря // Ботанические исследования в азиатской России : мат-лы 11-го съезда Рус. ботан. о-ва. — Барнаул, 2003. — Т. 1. — С. 106-107.

Кулепанов В.Н., Дзизюров В.Д., Жильцова Л.В. Современное состояние полей Ahnfeltia tobuchiensis (Kanno et Matsubara) Mak. в заливе Петра Великого (Японское море) // Растительные ресурсы. — 1999. — Вып. 1. — С. 116-121.

Левенец И.Р., Скрипцова А.В. Донная растительность кутовой части Амурского залива // Мат-лы междунар. науч.-практ. конф. "Экологические проблемы использования прибрежных морских акваторий". — Владивосток : ДВГУ, 2006. — С. 125-128.

Огородникова А.А. Эколого-экономическая оценка воздействия береговых источников загрязнения на природную среду и биоресурсы залива Петра Великого : монография. — Владивосток : ТИНРО-центр, 2001. — 193 с.

Суховеева М.В., Богданова Л.Г. Распределение и современное состояние запасов анфельции в заливе Петра Великого // Изв. ТИНРО. — 1970. — Т. 74. — С. 210-220.

Суховеева М.В., Паймеева Л.Г. Видовой состав и распределение водорослей и морских трав в Амурском заливе (Японское море) // Изв. ТИНРО. — 1974. — Т. 92. — С. 133-152.

Niell F.X., Pazo J.P. Indolencia de vertidos inductriales en la estrutura de pobla-cionnes intermareales // Destribucion de facies rocosa invest. pegs. — 1978. — Vol. 42, № 2. — P. 213-239.

Поступила в редакцию 1.09.08 г.