«Заречной» добавили исков

Еще два кредитора шахты «Заречная» в Кузбассе — Чешский экспортный банк и швейцарско-нидерландская компания Vitol S.A — взыскивают с бывших и нынешних распорядителей предприятия совокупно более 67 млрд руб. Ранее заявление о взыскании 3,4 млрд руб. убытков с десяти действующих контролирующих лиц шахты «Заречная» направила в суд налоговая инспекция. Пока все три иска оставлены судом без движения.

В арбитражный суд Кемеровской области поступили заявления кредиторов банкротящейся шахты «Заречная» — Чешского экспортного банка (ЧЭБ) и швейцарско-нидерландской компании Vitol S.A. ЧЭБ в своем заявлении требует привлечь к субсидиарной ответственности бывшего собственника (до 2013 года) ОАО «Шахта „Заречная“» Виктора Нусенкиса, его адвоката Дмитрия Захарова, трех менеджеров группы компаний «Заречная» и угольный портовый терминал в Латвии. Банк требует взыскать с них солидарно в пользу должника 51,2 млрд руб. В иске отмечено, что в 2013 году финансовое положение шахты резко ухудшилось: чистые активы уменьшились с 2,45 млрд руб. в начале года до 32,8 млн на 30 сентября 2013 года, что было меньше уставного капитала предприятия. Нехватку денег шахта была вынуждена покрывать заемными средствами.

В составе ОАО «Шахта „Заречная“»: одноименная шахта и отдельный шахтоучасток «Октябрьский», обогатительная фабрика «Спутник», погрузочно-транспортная инфраструктура. Шахта была признана банкротом 20 ноября 2017 года. Из 31,48 млрд руб. ее кредиторской задолженности 35,66% контролирует ООО «УК „Заречная“» (также обанкроченное), 32,7% — ООО «Углетранс», 17,33% — ПАО АКБ «Связь-банк». Максимальный годовой объем добычи предприятия в добанкротные времена превышал 5 млн т, с такой же мощностью работала обогатительная фабрика. В ходе торгов цена имущества шахты снизилась в 11 раз, до 1,5 млрд руб., но покупателя не нашлось.

По мнению ЧЭБ, руководство группы компаний «Заречная» «предпринимало планомерные и осознанные действия по выводу активов с целью избежать исполнения обязательств перед кредиторами». Вывод средств, считает ЧЭБ, проходил через собственного трейдера в Швейцарии, компанию CCZ, с помощью поставок угля по заниженным ценам и покупки ненужного дорогостоящего оборудования. В результате выведенные средства были заменены на банковское финансирование, что привело к росту долговой нагрузки группы «Заречная» до 40 млрд руб., следует из заявления банка. Из состава активов группы, как указывает ЧЭБ, был выведен собственный угольный терминал Baltic Coal Terminal в латвийском Вентспилсе. ЧЭБ сообщает суду, что шахта «Заречная» инвестировала в терминал 20 млн евро и была его акционером (через SIA Indtec Baltic Coal), но в ее конкурсную массу этот актив не попал. Заявитель предположил в иске, что сейчас угольный терминал в Вентспилсе продолжает принадлежать господину Нусенкису.

Представитель ЧЭБ адвокат Ирина Гребнева сообщила „Ъ-Сибирь“, что заявление ее доверителя подано, чтобы установить в первую очередь ответственность «тех лиц, кто допустил накопление ОАО «Шахта „Заречная“» кредиторской задолженности в 51 млрд руб., кто привел к банкротству и шахту, и всю группу ООО «Угольная компания „Заречная“» в 2017 году, тех, кто принимал решения, приведшие к выводу средств и потере имущества, такого как угольный терминал в Латвии».

Помимо этого иска еще один — о взыскании убытков с контролирующих лиц шахты «Заречная» — направил в суд швейцарско-нидерландский трейдер Vitol S.A. Компания требует взыскать солидарно 16,3 млрд руб. с новосибирских ООО «Сибшахтомонтаж», ООО «Углетранс», ООО «Торговый дом „Авангард“», кузбасских компаний ООО «Техшахтопром», ООО «Угольная компания „Полысаевская“», предпринимателей Ильи Гаврилова, Андрея Филиппова, Юрия Сазонова, Николая Чикалева и с конкурсного управляющего шахты Григория Третьяка. В конце октября аналогичный иск к тем же ответчикам, но на 3,4 млрд руб., в суд подала Федеральная налоговая служба.

Налоговая и Vitol S.A. посчитали, что из-за примененной контролирующими шахту лицами новой бизнес-модели «Заречная», увеличив объемы добычи, потеряла статус экспортера угля и нарастила убытки, а денежные потоки от ее деятельности аккумулировал ряд взаимозависимых между собой компаний. В новой бизнес-модели, которая реализовывалась с ноября 2017 года, роль шахты свелась лишь к выемке угля, сделали вывод заявители. Vitol S.A. взыскивает с ответчиков 16,4 млрд руб., как разницу между 20,5 млрд руб., полученными от экспорта угля шахты «Заречной» одним из ответчиков, и реальными поступлениями самого должника в 4,16 млрд. Требования налоговой связаны с недоплаченными налогами предприятия с начала реализации бизнес-модели до 1 сентября 2019 года.

Григорий Третьяк отметил, что представители Vitol S.A. на собраниях кредиторов, также как и ФНС, голосовали за применение «новой бизнес-модели». Дмитрий Захаров сообщил, что ему непонятны основания заявления ЧЭБ и он не увидел в нем доказательств. Адвокат также напомнил, что ранее суд, рассматривая иски о привлечении руководства группы УК «Заречная» к субсидиарной ответственности, не нашел признаков объективного банкротства группы в период до 2017 года.

Пока ни один из трех исков не принят арбитражным судом к рассмотрению, все оставлены без движения: заявление ЧЭБ — до 21 декабря, ФНС и Vitol S.A — до 12 января. Ранее юристы предсказывали сложное разбирательство по искам о взыскании убытков с контролирующих «Заречную» лиц. Партнер ООО «Правовая группа» Владимир Шалаев отметил, что взыскание убытков в процедуре банкротства, особенно по заявлению ФНС — не самая распространенная практика. При рассмотрении иска по «Заречной» суду потребуется точно определить, повлекли ли действия или бездействие ответчиков реальные убытки для налоговой и остальных кредиторов.