Социологическая и культурологическая интерпретация двух цивилизационных систем в работах Ю. Лотмана

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 18. СОЦИОЛОГИЯ И ПОЛИТОЛОГИЯ. 2009. № 3

В.И. Верховин, докт. социол. наук, проф. кафедры экономической социологии социолгического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова

А.А. Ионов, канд. социол. наук, зав. отделом Института комплексных проблем образования МГУ имени М.В. Ломоносова*

СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ И КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКАЯ ИНТЕРПРЕТАЦИЯ ДВУХ ЦИВИЛИЗАЦИОННЫХ СИСТЕМ В РАБОТАХ Ю. ЛОТМАНА

Авторы рассматривают основы семиотической концепции отечественного лингвиста и культуролога Ю. Лотмана, который выдвинул гипотезу о существовании бинарных и тернарных структур. Эти структуры явились основой двух типов культурных систем, существовавших на протяжении истории.

Ключевые слова: цивилизационные системы Ю. Лотмана, бинарная кул-турная система, тернарная културная система.

Authors consider fundamentals of the semiotics concept of an outstanding domestic linguist and culturologist Y. Lotman, which developed a hypothesis of binary and ternary structures, which is a reproduction's basis of two cultural types of historical process, fundamentally different from each other. Y. Lotman, developing his original concept of cultural systems, has allocated new foreshortening and new methods of the theoretical analysis which should find the necessary place in a system of culturological and the sociological investigation of a modern Russian society.

Key words: civilization systems of J. Lotman, binary cultural system, figurative cultural system.

Ю. Лотман в рамках своей семиотической концепции1 разработал гипотезу так называемых бинарных и тернарных структур, являющихся основой воспроизводства двух культурных типов исторического процесса, принципиально отличных друг от друга. Развивая свою концепцию, Ю. Лотман отмечал следующее:

— бинарность и тернарность различных социокультурных систем проявляются на всех уровнях их организации (в политике, религии, науке, искусстве и т.д.);

— проведение реальной границы между сферами действия тернарных и бинарных структур возможно лишь в порядке весьма грубой схематизации: внутри различных национальных культурных

* Верховин Владимир Исаакович — viverhovin@socio.msu.ru, Ионов Александр Анатольевич — ionovaa@mail.ru

1 См.: Лотман Ю.М. Семиотика и типология культуры // Лотман Ю.М. История и типология русской культуры. СПб., 2002. С. 33—46.

систем мы можем отметить интеграцию, смешение и противоборство в синхронизации различных культур2;

— несмотря на это, в рамках научного культурологического анализа вполне возможно и необходимо выделять некоторые важные историко-культурные доминанты, определяющие в каждый исторический момент лиц данной культуры3.

По Ю. Лотману, этими доминантами являются особые типы аксиологической, структурной, функциональной организации социальных систем, которые обусловливают особое качество социальной жизни последних. Данные типы определяют социокультурное строение социальных систем, доминирующий этос социального поведения, характер эволюции социальных систем в пространстве-времени и формы социального взаимодействия внутри них и за их пределами.

Ю. Лотман, развивая свой оригинальный семиотический анализ культурных систем, выделил новый ракурс и новые методы теоретического изучения, которые должны найти свое место в системе социологического и культурологического знания. Предметом исследования тартуско-московской семиотической школы, которую возглавлял Ю. Лотман, является преимущественно семиотика культуры. По мнению ее представителей, семиотика и культура оказываются настолько связанными между собой, что вопрос формулируется не "как между собой могут быть соединены эти понятия", а "возможно ли их вообще разъединить"4.

Основу культуры составляют семиотические механизмы, связанные, во-первых, с хранением знаков и текстов, во-вторых, с их циркуляцией и преобразованием и, в-третьих, с порождением новых знаков и новой информации. Одни механизмы определяют память культуры, ее связь с традицией, поддерживают процессы ее самоидентификации и т.п., другие — как внутрикультурную, так и межкультурную коммуникацию, наконец, третьи обеспечивают возможность инноваций и связаны с разнообразной творческой деятельностью. Все прочие элементы культуры являются производными от этих базовых, семиотических функций. Таким образом, по мнению Ю. Лотмана, семиотика оказывается не одним из многочисленных возможных подходов к исследованию культуры, а основным и исходным подходом, органически связанным с самой природой культуры: культурология (по Ю. Лотману) есть в первую очередь семиотика культуры5.

2 Там же. С. 35.

3 Там же. С. 36.

4 См.: Лотман Ю.М. Семиотика культуры в тартуско-московской семиотической школе // Лотман Ю.М. Указ. соч. С. 13.

5 Там же.

В семиотической интерпретации культуры Ю. Лотманом важнейшую функцию выполняет категория "текст". Для тартуского структурализма текстом является не только результат чьего-либо интенсионального использования готового языка (даже если понимать термин "язык" в самом широком семиотическом смысле), но и любое непроизвольное или спонтанное действие, любой наделяемый смыслом объект. Иными словами, не существует никаких априорных и объективных качеств, делающих нечто текстом; текст — это культурная функция: нечто идентифицируется в качестве текста, если оно выступает в качестве текста6. Подобно тому, как содержание текста неотделимо от его структуры, культура не является пассивным носителем информации: ее содержание неотделимо от ее структуры7. Внутренняя структура культуры неразрывно связана со структурой ее внешних связей. В этом аспекте структура культуры гарантирует ее внутреннее единство, идентичность, равно как и отличие от других культур8.

Культура пребывает в постоянном диалоге с внешним по отношению к ней пространством, структурируя его по своему образу и подобию. Этот диалог экзистенциально значим и для самой культуры, в его ходе она приобретает и развивает свою идентичность (свою самость): чем больше внешних связей, чем они разнообразнее, тем в конечном итоге богаче культура. Еще большее значение имеет диалог в качестве внутрикультурного процесса, а в рамках его — феномен автокоммуникации. Это процесс самоидентификации индивида со значимыми текстами данной культуры, в пределах которой обеспечивается и постоянно воспроизводится его идентичность как субъекта культурного действия9.

В этой связи культура может интерпретироваться и как текст и как (коллективное) сознание, которое является самим себя читающим текстом. Поддержание культурной жизни (жизни культуры), культурной самоидентичности обеспечивается постоянной интерпретацией культурного кода — комплекса необходимой для существования данной культуры информации, содержащейся в самых разнообразных текстах этой культуры10.

Основными функциями культуры, по Ю.Л. Лотману, являются:

— мнемоническая функция (культура — это коллективная память, т.е. текст, состоящий из множества текстов);

— коммуникативная (передача текстов по различным каналам);

— креативная (создание новых текстов)11.

6 Там же. С. 17—18.

7 Там же. С. 18—19.

8 Там же. С. 19.

9 Там же.

10 Там же. С. 19—20

11 Там же. С. 20.

"Новое" в культуре является новым лишь на фоне старого, новый текст всегда связан диалогическими отношениями со старыми, хранит в себе память о них. Подобно тому как отдельный знак лишен единичного существования, ему необходим другой знак, тексту необходимы другие тексты, а культуре — другие культуры. Знаки образуют тексты, тексты — культуру, культуры — семиосферу, подобно тому как пространство культуры образуется всеми текстами, созданными, создаваемыми и могущими быть созданными в данной культуре. Так и семиосфера — это культура всех культур и среда, обеспечивающая возможность их появления и существования12.

Семиотические (культурные) системы любого типа — при всем их своеобразии и очевидных различиях — обладают определенной общностью. Инвариантная модель смыслопорождающей единицы культуры подразумевает ее определенную ограниченность, самодостаточность, наличие границы между ею и вне ее лежащим семиотическим пространством. Это позволяет определить смысло-порождающие структуры как своего рода семиотические монады, функционирующие на всех уровнях семиотического универсума. Такими монадами являются как культура в целом, так и каждый текст, включая и отдельную человеческую личность как текст13.

Остановимся на проблемах бинарности и тернарности культурных систем. Это объясняется тем фактом, что дуальные структуры двух основных типов культур, предложенные и разработанные Ю. Лотманом, могут служить одним из концептуальных вариантов социологического анализа их принципиальных различий.

Основные параметры бинарной (дуальной) культурной системы

по Ю. Лотману

Ю. Лотман, характеризуя основные особенности бинарных культур, выделяет базовые принципы социального взаимодействия внутри них и те способы социальной коммуникации между субъектами социальной жизни, которые подчиняются прежде всего системе ценностей бинарного поведения. В рамках этой культурной системы действует следующий порядок детерминации, динамики и взаимодействия ее культурных элементов:

1. Бинарная культурна безальтернативна. Те ценности культурного процесса, которые доминируют внутри нее, обусловливают или консервацию определенного социального порядка и определенных методов его интерпретации субъектами культурного дей-

12 Там же.

13 Там же.

ствия, или резкое его отрицание и уничтожение. В силу существования внутри себя двух полярных культурных парадигм бинарные структуры находятся в состоянии постоянного внутреннего конфликта. Короче говоря, социальный конфликт (катастрофа) является основным способом их воспроизводства. Конфликт и принципиальное неприятие позиции другой стороны (как внутри данной культуры, так и за ее пределами) являются имманентным способом их существования14.

Данная парадигма социальной жизни проецируется, по мнению Ю. Лотмана, на все уровни бинарной культуры — политический, экономический, социальный, социально-психологической и т.п. Она является основной смыслообразующей, семантической доминантой структурирования бинарной социальной структуры. Все элементы бинарной культуры "живут" и взаимодействуют в системе линейного социального пространства, которое конструируется или в рамках мифологий максимальной незыблемости сложившейся структуры, или в рамках мифологий уничтожения существующего социального порядка.

2. Бинарные социальные системы в силу вышесказанного независимо от форм своего исторического существования базируются на "тотальном" этосе социального подчинения. Он проявляется, с одной стороны, в бескомпромиссном навязывании базовых принципов сохранения стабильности и устойчивости социального порядка большинству членов общества, а с другой — в абсолютном отрицании последнего со стороны тех, кто его не приемлет.

В последнем случае Ю. Лотман выделяет один весьма существенный аспект бинарной культуры, который проявляется в форме следующей дилеммы. Во вторичном слое бинарной культуры всегда появляются альтернативные модели социального развития, прежде всего в области идей (или искусства), которые являются оппозицией существующему социальному порядку. Однако их воплощение в политическую реальность (их политическая реализация) порождает лишь крайние формы деспотизма15.

3. Как утверждает Ю. Лотман, сама идея терпимости (толерантности) чужда психологии бинаризма. Для нее находятся другие определения — беспринципность, оппортунизм, неверие. Психология бинаризма признает только бескомпромиссную борьбу16. Таким образом, базовой доминантой социального поведения и взаимодействия на различных уровнях бинарных систем является

14 Лотман Ю.М. История и типология русской культуры. С. 34—35.

15 Там же. С. 45.

16 Там же. С. 36.

9 ВМУ, социология и политология, № 3

129

принцип лояльности, который, с одной стороны, предполагает наличие ядерной структуры механизма культуры (идеальной семиотической системы)17, подчиняющей все ее периферийные элементы; с другой — требует от последних беспрекословного подчинения ценностям бинаризма. Вследствие всего вышесказанного бинарные культуры жестко иерархичны, степень культурной свободы бинарной культуры элементов ограниченна. Свобода социального выбора, альтернативность здесь "открывается только в одну сторону" — в направлении общей тенденции к безусловному сохранению незыблемости сложившейся структуры. Данный принцип экстраполируется, как уже отмечалось, на все уровни системы — в структуру политической организации, экономики, религии, науки, искусства и т.п.

На основе режима тотального подчинения одной культурной парадигме невозможно возникновение альтернативных форм социального сотрудничества, базирующегося на признании даже относительного равенства сталкивающихся сторон, которое позволяло бы предположить за одной из них право если не на истину, то хотя бы на существование18.

4. Для функционирования бинарных систем характерен "тотальный способ" существования всех его членов. Речь идет о том, что в рамках бинарных культур доминирует такой этос социального поведения и социального взаимодействия, который обусловлен не частными ценностями и интересами составляющих его элементов (отдельных людей, групп, социальных популяций и т.д.), а фундаментальной ценностью сохранения стабильности и устойчивости всей бинарной системы в целом.

В данной ситуации частные интересы и ценности, другие точки зрения и оценки нивелируются, стандартизируются в рамках доминирующего социального порядка, который проникает во все поры социальной жизни, стараясь контролировать и уничтожать все проявления "ереси" и оппозиционных настроений и мнений. В этих социальных условиях начинает доминировать только одна культурная парадигма, которая насаждает лишь один "универсальный" способ интерпретации и понимания действительности и один близкий ему образ жизни.

Эта тенденция к тотальному однообразию проявляется как внутри бинарных культурных систем, так и за их пределами. Речь идет о том, что бинарные системы принципиально "закрыты" для других

17 См.: Лотман Ю, Успенский Б. О семиотическом механизме культуры // Лот-ман Ю. Избранные статьи. Т. III. Таллин, 1993. С. 338.

18 См.: Лотман Ю. История и типология русской культуры. С. 36.

культур — как для тех, которые существуют рядом с ними в едином пространстве-времени, так и для тех, производными которых они в свое время являлись.

Последнее обстоятельство весьма важно для прояснения проблемы восприятия традиций. В рамках бинарных структур, которые являются результатом тотального "отрицания" прошлого, воспроизводятся только те компоненты прошлых культур, которые не разрушают базовую модель "существующей" бинарной культуры. На этой основе функционирует дискретная система социальной памяти, внутри которой отсутствуют консервативные элементы, связывающие прошлое через настоящее с будущим и являющиеся проводниками преемственности и традиций.

5. Одной из существенных черт бинарной культуры, по мнению Ю. Лотмана, является максимализм19. В этих условиях доминирует эсхатологическое мышление, которое подменяет динамику катастрофой, что способствует резкому расхождению исторической реальности и исторического самосознания. Это одна сторона бинарной культуры, которая основана на резком противопоставлении "старого" социального порядка "новому" и формируется по принципу радикального отталкивания от предыдущего этапа.

Другая сторона, напротив, характеризует ее как некий "консервант" прошлых бинарных культур, которым она приходит на смену. Последнее обстоятельство объясняется тем фактом, что "новая" бинарная структура, сменяя "старую", по существу сохраняет основные особенности социальной и культурной организации предыдущей. Устойчивое осознание бинарной культуры как "новой" парадоксально сочетается с активизацией весьма архаических культурных моделей. Само понятие "нового" оказывается реализацией представлений, корни которых уходят в глубочайшую старину.

При этом можно отметить две модели построения "новой" культуры. Во-первых, сохраняется глубинная структура, сложившаяся в предшествующий период, однако она подвергается решительному переименованию при сохранении всех основных "старых" культурных контуров. В этом случае создаются новые тексты при сохранении архаического культурного каркаса. Во-вторых, меняется сама глубинная структура культуры. Однако и меняясь, она

обнаруживает непосредственную зависимость от существовавшей

20

ранее культурной модели20.

6. Бинарные культуры не абсолютно стационарны, они находятся в процессе постоянной динамики. Однако ход их развития

19 Там же.

20 Там же. С. 90.

подчиняется некой общей закономерности "полярного качания", которая в наибольшей степени проявляется в период их реструктуризации. Ю. Лотман объясняет это следующим образом. Доминирующей тенденцией бинарных систем на этом этапе является конфликт двух противоборствующих сторон в форме смуты. Бинарные системы ставят между "старым" и "новым" момент полного уничтожения. Таким образом, спонтанный период складывания нового полностью отрицается. В этом смысле смута — закономерное и периодически повторяющееся явление внутри бинарных систем21. Следует в этой связи обратить внимание на следующие аспекты, которые выделяет Ю. Лотман.

Первый аспект — противопоставление процессов "смены постепенности", которые проявляются в рамках бинарных и тернарных культурных систем. Внутри первых процесс формирования нового социального качества реализуется в форме смуты, внутри вторых — в форме революции22. Эти два процесса в интепретации Ю. Лот-мана кардинально отличаются друг от друга. В первом случае речь идет о радикальном уничтожении "старого" порядка "новым", которое проявляется как социальный хаос, смута; во втором случае — о спонтанном развитии внутри тернарных культурных систем потенциальных ростков будущего, которые сложились внутри них. Когда революцию называют повивальной бабкой истории, то имеют в виду, что в момент рождения ребенок уже сложился в чреве 23

матери23.

Второй аспект — отсутствие (точнее, подавление) в рамках бинарных культур альтернативных моделей социального развития. Таким образом, бинарные структуры отрицают спонтанные (неуправляемые) процессы общественного развития, которые находятся за пределами их социального и культурного контроля, во-первых, подавляя прямую оппозицию доминирующему социальному порядку, во-вторых, кардинально ограничивая все прочие альтернативы, выходящие за пределы официально принятых и признанных догм социального противостояния.

А поскольку тотальный контроль "негативных тенденций" не всегда возможен, то в рамках бинарных культур перманентно возникают точки социального напряжения, конфликты, которые передаются на различные уровни, отражая борьбу центробежных и центростремительных тенденций. В этом смысле смута и в глобальных масштабах (в период радикальных изменений), и в локаль-

21 Там же. С. 40.

22 Там же.

23 Там же.

ных масштабах в условиях относительной стабильности — закономерное и периодически повторяющееся явление внутри бинарных систем24.

7. Процесс развития "новой" культурной системы бинарного типа характеризуется двумя радикальными особенностями. В начальной стадии ее появление есть следствие спонтанного культурного взрыва, который способствует кардинальному разрушению старой бинарной культуры. В этот весьма короткий исторический момент, пока не побеждает какая-либо определенная тенденция (социальная сила), момент социально-культурного взрыва характеризуется выбрасыванием целого пучка потенциально возможных альтернатив, выбор которых зачастую имеет случайный, непредсказуемый характер25.

В рамках этих альтернатив неизбежно побеждает та или иная историческая тенденция, после чего происходит процесс интеграции новой бинарной культурной системы. Она обретает свои социальные и культурные контуры, включая фактор сознательной деятельности людей. Последний прилагает усилия для того, чтобы определенные аспекты реальности подавить и объявить несуществующими, а остальные максимально втиснуть в навязываемую истории идеальную модель26.

Самое существенное в этом смысле то, что "новая" бинарная культура, появившаяся на обломках старой, использует методы тотального подавления оппозиционной стороны и всех прочих социальных альтернатив на основе эсхатологической парадигмы абсолютного отрицания прошлого. Короче говоря, вся социальная реальность организуется и интерпретируется только в рамках одной идеологической и мифологической парадигмы.

8. Важнейшей особенностью бинарной культурной системы, по Ю. Лотману, является отсутствие договорного начала между агентами социального взаимодействия. Для бинарной культурной системы основной социальной формой интеграции со стороны всех агентов социального взаимодействия является не комплементарный обмен, а безоговорочное подчинение власти. Одна сторона социального взаимодействия отдает себя другой без того, чтобы сопровождать этот акт какими-либо условиями, кроме того, что получающая сторона признается носительницей высшей мощи (власти)27. Отношения этого типа характеризуются28:

24 Там же.

25 Там же. С. 37.

26 Там же.

27 Там же. С. 23.

28 Там же.

— односторонностью: они имеют однонаправленный характер — отдающий себя во власть субъект рассчитывает на покровительство, но между его акцией и ответными действиями нет обязательной связи, отсутствие награды не может служить основанием для прекращения отношений;

— неэквивалентностью, т.е. они исключают психологию обмена и не допускают мысли об условно-конвенциональном характере основных ценностей;

— отсутствием договорного начала, поскольку в рамках этой дуальной культурно-патерналистской системы принципиально исключены элементы условности, относительности и альтернативности социального поведения29.

Резюмируя эти положения Ю. Лотмана, можно констатировать, что в рамках бинарных культурных систем господствует "патерналистский формат" социальных взаимодействий, который характеризуется следующими общими особенностями:

— Система социальных отношений в рамках бинарной культуры неравновесна и принципиально иерархична. Речь идет прежде всего о том, что она дифференцирована на две полярные социальные области, одна из которых относится к доминирующей, а вторая — к доминируемой. Между ними не может существовать принципиального равенства социальных позиций.

— В матрице дуальной культуры смыслообразующие и оценочные функции резко поляризованы. С одной стороны, "высшие инстанции" дуальных структур монополизируют семиозис30, превращаются в абсолютный символ власти, не допускающий иных толкований и интерпретаций. С другой — низшие инстанции лишены какой-либо оценочной и интерпретативной функции, их удел — функция безусловного служения. Они являются пассивным элементом патерналистской системы, от которого требуется лишь практическая служба, приносящая реальные результаты31.

Таким образом, основная парадигма социального взаимодействия внутри бинарных культур прямо противоположна принципам договорных и, следовательно, партнерских отношений, которые предполагают как минимум существование двухполюсной структуры смыслообразования со стороны как власть предержащих, так и тех, которые находятся на низшей лестнице социальной иерархии.

9. Символический универсум дуальной культуры предполагает отсутствие всякого критического элемента. Все сферы дуальной

29 Там же. С. 27.

30 Там же. С. 29.

31 Там же.

культуры, в том числе политические, научные, правовые, этические, религиозные, экономические и др., носят преимущественно сакральный характер. Интегративный фактор их социальной организации, т.е. власть, обладает абсолютным авторитетом по отношению к другим социальным элементам дуальной структуры, выполняя функции воспроизводства, защиты и контроля той символической реальности, которая является культурным ядром дуальной системы.

Следует отметить, что символический универсум дуальной культуры задан ей "априорно", т.е. он не может служить предметом критического толкования. В то же время обоснование позитивного смысла символов дуальной культуры если и допускается, то только в рамках поиска еще более значимых символических "истоков", которые "скрываются" в неясном пространстве далекого прошлого или далекого будущего. Иными словами, символический универсум дуальной культуры находится вне пределов реального социального пространства и времени, "погружая" всех носителей дуальной культуры в абстрактное поле символической реальности, которой нет дела до интересов, оценок и ценностей отдельных индивидов, какой бы ранг они ни занимали в этой системе.

Далее, все многообразные проявления социальной жизни в рамках дуальных культур, все формы социального взаимодействия внутри них явно или неявно "освящены" универсальным духом социального служения, в рамках которого преимущественно интерпретируются и оцениваются все частные человеческие действия и поступки.

Основные параметры тернарной культурной системы

по Ю. Лотману

В противоположность бинарным системам, тернарные культуры характеризуются следующими особенностями.

1. Сам характер качественных изменений, революций (взрыва) в бинарных и тернарных структурах различен. В тернарных структурах распределение элементов неравномерно. На поверхности исторического социума выступает некая конфликтная пара. Именно она задает эпохе ее основное звучание. Третий элемент культуры находится в этом случае в спонтанном состоянии. Он скрыт в глубинах конфликта и примыкает, как правило, к одной из доминирующих тенденций, порой окрашиваясь в ее тона и воспринимая ее программу. Но в критические, кризисные моменты, когда борьба между доминирующими силами заводит их в тупик и перед обществом начинает вырисовываться облик катастрофы, "третья

сила" вдруг выходит на поверхность, уже достаточно созревшая и готовая занять исторически ведущее место. В подобных структурах взрыв не носит характера всеобщей катастрофы — в нем выделяется

созидательная сила, которая расчищает авгиевы конюшни исто-

32

рии и открывает путь ее новому этапу32.

2. Тернарные системы, по мнению Ю. Лотмана, находят более естественное применение в практической, эмпирической сфере культуры, поскольку развитие здесь ограничивается материальными возможностями процесса. Например, в протестантских культурах, культ здравого смысла, умеренности и разума приобретает доминирующий характер. Из практической пользы он превращается в добродетель. Здесь находят свою почву те принципы, по которым строятся общественные идеалы33. Таким образом, речь идет о том, что тернарные культуры более прагматичны и внутри них доминирует та система ценностей и социальных идеалов, которая в наибольшей степени отвечает требованиям рациональности (например, протестантская этика капитализма М. Вебера).

3. Основные культурные ценности (идеологические, политические, экономические, религиозные и т.п.) в рамках тернарных структур располагаются не в двухполюсном ценностном поле, как в бинарных культурах, а предполагают существование так называемой нейтральной аксиологической зоны34. Речь идет о том, что в реальной жизни тернарных структур появляется широкая полоса нейтрального поведения, нейтральных общественных институтов, которая становится структурным резервом развития системы завтрашнего дня35.

Данное замечание Ю. Лотмана особенно существенно. В структуре тернарных культур все более значимую роль занимают те компоненты социальной жизни, которые, во-первых, не контролируются властью, во-вторых, живут в соответствии с действием "нейтральных" социальных институтов, являющихся социальной базой общественной жизни. Речь идет о стабильном конституционном устройстве социальных систем, которым подчиняются и на основании которых действуют все члены "тернарного общества". Таким образом, не интересы и предпочтения власть предержащих, а соответствующий институциональный порядок является важнейшим стимулом его развития и эволюции. Это общая историческая тенденция тернарной культуры, результирующей фазой которой является современное гражданское (правовое) общество.

4. Из предыдущего положения вытекает постулат о договорной природе тернарной культуры. Ее базовой моделью являлся договор,

32 Там же. С. 34.

33 Там же. С. 46.

34 Там же. С. 89.

35 Там же.

договорные отношения, к основным особенностям которых отно-сятся36:

— взаимность, которая означает, что участвующие в этих отношениях агенты оба являются действователями;

— принудительность, которая предполагает, что определенные действия одной стороны влекут за собой обязательные и точно предусмотренные действия другой;

— эквивалентность: отношения контрагентов носят характер эквивалентного обмена и могут быть уподоблены обмену конвенциональными знаками;

— договорность: взаимодействующие стороны вступают в определенного рода договор, который может иметь внешнее выражение (заключение контрактов, клятвы, соблюдения условий и т.п.) или быть подразумеваемым. Отсюда с неизбежностью вытекает возможность различных толкований договора и стремление каждой из сторон вложить в выражение договорных формул выгодное ей содержание.

Договорная основа тернарной культуры является следствием действия и развития правовых механизмов социальной регуляции, которые не навязываются властью, а делают и ее субъектом правового поведения.

5. Систему договорных отношений, скрепляющих тернарные структуры, можно рассматривать двояко. Во-первых, на уровне государственной власти и общества, которое все более дифференцируется и лишается патерналистского содержания. Во-вторых, на уровне взаимоотношений различных категорий граждан.

В первом случае речь идет о том, что государственная власть в процессе эволюции западного (тернарного) общества, все более отделяется и отдаляется от своих граждан, которые перестают быть ее (власти) вассалами, а становятся относительно самостоятельными субъектами, расширяющими свои права и свободы. Разрушается патерналистская система социальных отношений, которая базируется на парадигме "социального служения", в рамках которой невозможно толковать, интерпретировать и оценивать действия властей.

Во втором случае социальная структура тернарных (западных) обществ в ходе эволюции все более организуется на основе права, что кардинально изменяет принципы социальных отношений, которые принимают контрактно-договорную форму. Остановимся на ней более подробно.

Первая отличительная черта, которая ее характеризует, заключается в том, что кардинально изменяется институциональный

36 Там же. С. 22—23.

статус элементов социальной структуры, причем на различных уровнях ее функционирования. Они начинают взаимодействовать на формально-юридической, договорно-правовой основе. Речь в данном случае идет о том, что все субъекты социальных отношений, во-первых, наделяются правом легализировать и отделять свои интересы от интересов тех социальных агентов, с которыми они вступают в те или иные социальные связи. Во-вторых, на этой основе они становятся относительно автономными субъектами, которые декларируют свои преференции и выгоды, прежде чем вступить в те или иные формы социального обмена друг с другом.

Таким образом, степень социальной свободы субъектов возрастает пропорционально возрастанию их права декларировать и выделять свой интерес. Пропорционально этому возрастает степень их социальной ответственности и взаимной зависимости по отношению друг к другу. В этом социальном контексте они становятся агентами комплементарного обмена, регулируемого не произволом одной стороны по отношению к другой, а рамками права, законодательно устанавливающего обязательства и ответственность сторон. Это касается не только отношений власти (ее персонификаций) и рядовых членов общества, но и всех других субъектов социальных взаимодействий.

Вторая отличительная черта тернарных отношений характеризуется тем, что их субъекты, взаимодействуя друг с другом в рамках договорно-правового поля, находятся в постоянном поиске эквивалентных критериев социального обмена друг с другом. Эквивалентность здесь понимается не только как процесс комплементарного обмена, основанного на равном перераспределении выгод и издержек между агентами, но и прежде всего как возможность с их стороны свободно устанавливать конвенциональные смыслы и значения тех критериев и правил, на основе которых устанавливается равновесие их интересов.

Таким образом, и та и другая сторона, находясь в поиске шкалы эквивалентности обмена, наделены свободой толкования своих интересов и интерпретации тех текстов, в рамках которых должен проходить этот обмен. Эта симметричность смыслообразования внутри системы обмена между его агентами является важной особенностью тернарных культур, которые представляют собой взаимный обмен конвенциональными знаками37, т.е. стороны, повторим, наделены правом свободного и альтернативного их толкования. В этой связи следует выделить еще одну важную сторону тернарного обмена: стороны, вступая в договорные отношения, могут не только свободно толковать условия договора, но и выходить или нарушать их в случае, если конвенционально-знаковая природа

37 Там же. С. 22.

соглашения интерпретируется сторонами противоположным образом или содержит дезинформацию38.

6. Тернарные культурные системы в силу поливалентности своей структуры более диалогичны, чем структуры тернарные. Это обстоятельство вытекает из следующей предпосылки. В противоположность бинарным в тернарных культурах преобладает пафос терпимости, толерантности, который базируется на правовой, договорной основе39. Здесь идеалы общественного развития черпаются не из мифических формул преобразования социальной жизни, а из самой социальной реальности.

7. Из определения тернарной культуры, которое формулирует Ю. Лотман, вытекает более пластичная и толерантная система диалога между различными ее социальными и культурными элементами. Во всяком случае, если для бинарных систем идеалом является полное уничтожение всего уже существующего как запятнанного неисправимыми пороками, то тернарная система, во-первых, стремится приспособить идеал к реальности, во-вторых, стремится сохранить определенные ценности предшествующего периода40.

Основные особенности социального взаимодействия

в рамках тернарных культурных систем

Тернарные структуры, по мнению Ю. Лотмана, не могут осуществлять тотальный контроль над всеми ее культурными элементами, сохраняя их преемственность в историческом пространстве-времени. Тем самым при существующей системе социальной конкуренции между различными пластами тернарной культуры и одновременно терпимости и склонности к сосуществованию отношения социального диалога между ними все более принимают форму диалогического партнерства41. Для тернарных структур характерны, если так можно выразиться, и иные способы социально-политической культуры, основой которой является право, а не политические интересы, выражаемые в различной конфликтующей форме.

Целостная (тернарная) структура, по Ю. Лотману, ориентирована на усредненность и выживание: ее механизм — юстиция (право). В то же время партийность бинарных структур (бескомпромиссная в своей основе) направлена на истину (всегда свою истину) любой ценой. Крайнее воплощение первой — компромисс, второй — война до победного конца и полное уничтожение противника42.

38 Там же. С. 23.

39 Там же. С. 36.

40 См.: Лотман Ю. Культура и взрыв. М., 1992. С. 258.

41 См.: Лотман Ю. История и типология русской культуры. С. 49.

42 См.: Лотман Ю. Культура и взрыв. С. 262.

Предложенная Ю. Лотманом типология социального взаимодействия (сотрудничества), которое реализуется внутри тернарных культур, основана на преемственности традиций, в рамках которой позитивные компоненты социального прогресса транслируются в будущее, расширяя шансы тернарных структур на выживание и устойчивость. Кроме того, сам фактор социальной терпимости, "институциональной и социальной толерантности", который проявляется в разнообразных социальных формах, способствует большей вероятности расширения и внедрения в социальную практику все новых альтернатив в различных областях человеческой деятельности.

Нам представляется, что последнее положение наиболее ярко характеризует сущность тернарной культуры, которая, с одной стороны, не "освобождается" от традиций, а с другой — несет в себе возможность поиска и реализации новых альтернатив социального развития. Это в значительной степени объясняется тем фактом, что внутри так называемых тернарных культур имеется больше вариантов социального выбора, больше степеней свободы. Данное обстоятельство касается как этапов их относительной стабильности в историческом пространстве-времени, так и периодов, связанных с возникновением новых культурных форм в критических фазах их социальной эволюции.

Самое характерное для функционирования тернарных систем то, что внутри них нейтральная сфера спонтанной социальной жизни и те институты, которые ее нормируют и регулируют, все более отдаляются от доминирующих в данный момент времени идеологий и социально-политических порядков, конституирующих власть. Последняя же, постепенно теряя непосредственный социальный контроль над частной жизнью, становится сама объектом права.

В системе правового регулирования частной жизнью формируется такая нормативно-институциональная система, которая потенциально и реально становится основой для защиты свобод и прав отдельных членов общества. Последние, во-первых, не являются объектом тотального государственного и идеологического принуждения, во-вторых, в рамках абстрактных институциональных порядков, которые ограждают их от различных форм социального принуждения, самостоятельно могут выбирать те или иные альтернативы и нести за них ответственность. В-третьих, для отдельных членов общества возрастает вероятность самостоятельного включения в контекст свободы мысли, свободы воли, т.е. в контекст возможности выбора путей43, что делает их активными агентами исторического процесса.

43 См.: Лотман Ю. История и типология русской культуры... С. 344.

Это в свою очередь способствует тому, что альтернативность социального поведения и взаимодействия субъектов социальной жизни внутри тернарных социальных систем постоянно возрастает. Во-первых, потому, что внутри них постоянно расширяется поле разнообразия и самоорганизации социальной жизни. Во-вторых, потому, что в системе возрастающей неопределенности этой стохастической социальной реальности постоянно возникают новые альтернативы и модели развития, которые в "критических точках" социальной эволюции могут служить неким вариантом и идеалом будущего.

Интерпретируя тексты Ю. Лотмана относительно природы так называемых "тернарных культур", следует отметить, что в тех его экскурсах, где дается анализ их социальных и исторических предпосылок, постоянно подчеркивается связь этих культур с западноевропейской традицией. Таким образом, явно или неявно Ю. Лот-ман постоянно дает понять, что тернарные культуры, основанные на преемственности, постепенности социальной эволюции, социальной терпимости, базируются на демократических институтах воспроизводства социальной жизни. Эти институты — политические, экономические и социальные, — постоянно развиваясь и совершенствуясь, обеспечивают историческую преемственность западных обществ и способствуют, по словам М. Вебера, "расколдовыванию" социальной реальности и переводу ее на рациональные рельсы социального развития. В последнем случае речь идет о постепенном падении значения мифологического мышления в структуре западного сознания, которое все более базируется на рациональном понимании того, что система перманентных конфликтов, деформирующих западное общество, не всегда и не обязательно является конструктивным фактором его социальной эволюции.

Прагматическое мышление западных обществ, переживших в течение всего ХХ в. фундаментальные конфликты и войны, помогло осознать невозможность улучшения социальной жизни на основе кардинальных структурных изменений и рецептов, предлагаемых радикальными течениями и лидерами. В этом культурном контексте все субъекты исторического процесса, независимо от их места и роли, постепенно органически встраивались в многомерный процесс социальной эволюции, обретали реальные возможности отстаивать и представлять свои права и интересы. Результатом и иллюстрацией этого стало современное гражданское общество.

Апокалиптические слова о "новом небе" и "новой земле" зачаровывали на протяжении истории многие общественно-религиозные течения. Но на Западе это были, как правило, периферийные движения, периодически выплескивавшиеся на поверхность, но никогда не становившиеся на долгое время доминантами великих исторических культур44. Лозунгом этих культур стало старое

44 См.: Лотман Ю. Культура и взрыв. С. 269.

правило физиократов: "laissez faire, laissez passer"45, которое декларировало идею самостоятельности экономического развития в Западной Европе, органически связывая ее с постепенным развитием во времени, с отказом от "подстегивания" истории46. Эта способность культуры, выросшей на основе Римской империи, сохранять в изменениях неизменность, а неизменность делать формой изменения, наложила отпечаток на коренные свойства западной европейской культуры47.

Следует отметить, что конечный вывод относительно наиболее вероятных перспектив культурной эволюции современного глобального общества, который делает Ю. Лотман, носит вполне определенный и однозначный характер. Это вытекает хотя бы из его заключительных соображений по поводу конкретных особенностей развития сегодняшнего российского общества, которое находится на этапе трансформации бинарной культурной матрицы (длительное время определявшей основные доминанты его эволюции) в тернарную.

С одной стороны, утверждает Ю. Лотман, переживаемый Россией в настоящее время кризис — все тот же кризис, который в разных формах, но с единой сутью повторялся весь период между Петром и нашей современностью. С другой стороны, мы переживаем принципиально новую ситуацию, ибо сейчас вопрос о переходе к общеевропейской тернарной структуре приобрел гамлетовский характер — "быть или не быть"48. Коренное изменение в отношениях Восточной и Западной Европы, происходящее на наших глазах, дает, быть может, возможность перейти на общеевропейскую систему и отказаться от идеала разрушить "старый мир до основания, а затем" на его развалинах строить новый. Пропустить эту возможность было бы исторической катастрофой49.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Лотман Ю.М. История и типология русской культуры. СПб., 2002.

Лотман Ю. Культура и взрыв. М., 1992.

Лотман Ю., Успенский Б. О семиотическом механизме культуры // Лотман Ю. Избранные статьи. Т. III. Таллинн, 1993.

45 "Laissez faire, laissez passer" — лозунг, направленный против государственного вмешательства в естественное течение экономических процессов, наиболее точно передается выражением: "не вмешивайся", "предоставьте собственному движению" (Лотман Ю. Культура и взрыв. С. 269).

46 Там же. С. 270.

47 Там же. С. 268.

48 См.: Лотман Ю. История и типология русской культуры. С. 46.

49 См.: Лотман Ю. Культура и взрыв. С. 270.