Процесс проникновения западно-светских идей в татарскую общественную мысль

ИСТОРИЯ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ МЫСЛИ

УДК 94

Р.М. Зябиров

Процесс проникновения западно-светских идей в татарскую общественную мысль

После падения Казанского ханства на духовную культуру и религиозно-философскую жизнь татарского народа начинает влиять уже не мусульманская цивилизация, а западная культура. В XIX в. возникают реформаторские и обновленческие течения мысли. Татарская интеллигенция занимается модернизацией религиозно-мировоззренческой и этико-ценностной проблематики.

After the fall of the Khanate of Kazan not Islamic civilization but Western culture begins to affect the spiritual culture and religious and philosophical life of the Tatar people. In XIX century reform and renovation currents of thought arose. Tatar intelligentsia modernizes religious, ideological, ethical and value issues.

Ключевые слова: Запад, Восток, культура, татары, образование, реформаторство, джадидизм.

Key words: East, West, culture, tatars, education, reformism, jadidism.

В эпоху расцвета арабо-мусульманской философии (IX—XII вв.) Волжская Булгария становится частью этого богатейшего наследия. До официального принятия ислама в Волжской Булгарии большая часть булгар «исповедует ислам, и есть в селениях мечети и начальные училища с муэдзинами и имамами» [6].

Дипломатические контакты между исламским миром и Булгари-ей были неслучайны. По мнению ученого Анаса Халидова, багдадским халифатом правили тюрки, точнее они были во всех сферах деятельности государства: в религиозно-правовой мысли, науке, торговле и в военном деле. Произошла некая арабо-тюркская интеграция мысли [21, c. 8-9].

«Они (булгары), как один просвещенный и могучий народ, проживают в городах и селениях. Выращивают хлеб и занимаются торговлей», - описывали арабы-путешественники характер булгарского быта [16, c. 28].

Наиболее старым и удобным торговым маршрутом из Булгарии в Европу являлся Волго-балтийский торговый путь, которым должны были пользоваться булгарские купцы до того, как он был перекрыт молодым западным государством [13, c. 40].

© Зябиров Р.М., 2014

С.М. Соловьев про Волжскую Булгарию писал: «... Издавна утвердился здесь торговый и промышленный народ - болгары; издавна, когда еще русский славянин не начинал строить на Оке церквей христианских, не занимал еще этих мест. болгарин слушал уже Коран на берегах Волги и Камы» [14, с. 461].

Арабские путешественники называли реку Волгу аль-Итиль. Некоторые арабские современные исследователи, например египетский ученый Амин Аль-Холи, в своей работе, касающейся экономических, политических, культурных отношений между государством мамлюков-бахритов и Золотой Ордой в Х!!!-Х!У вв., называет «Волгой целое государство, возникшее после раздела Чингисханом своих владений между сыновьями» [2, с. 20]. Это государство занимало территорию между Уральскими горами и р. Волгой. Границами его были Дон, Черное и Каспийское моря на юге, Мавераннахр и Восточный Туркестан на востоке, «скованная холодом» земля на севере и русские княжества на западе. Центральной областью этого татарского государства была обширная Кипчакская степь, или Дешти Кипчак [3, с. 381].

Равиль Фахрутдинов отмечает: «Под влиянием передовых арабской и среднеазиатской культур у булгар наблюдается дальнейшее развитие культуры, просвещения, разных наук» [18, с. 85].

С X в. в Волжской Булгарии руническая графика была заменена арабской, которая стала языком науки и религии [23, с. 36].

После опустошительных завоеваний Тимура единство Туран-ского мира рушится бесповоротно: вместо одного появляется два центра туранской экспансии: западный и восточный, две Турции: одна «настоящая» в Туркестане, другая «иранизированная», на Босфоре. Экспансия идет от обоих центров параллельно и одновременно. В то же время зарождается новый центр экспансии - на старых торговых путях через Волгу и Урал, новое «срединное» царство, государство Московское, еще недавно один из улусов Великого Хана. Эта держава, на которую Запад глядел, как на Азию в Европе, играло в ХУ!!-Х!Х вв. роль авангарда в контрнаступлении Запада на Восток.

К концу Х!У в. католический мир Запада поставил перед собой главную цель, - считают авторы книги «Наследие татар» Гали Ени-кеев и Шихаб Китабче, - завоевать татарские земли, напрямую подвластные Золотой Орде, не военным безуспешным натиском на Восток, как это было в Х!!! в., а больше проведением крестоносцами идеологической и агентурной работы по внутреннему разложению татарского государственного строя [9, с. 94-95].

На территории северного торгового пути действовали многочисленные миссионеры и купцы - агенты влияния Запада. Так воз-

никли поселения итальянцев на берегах Черного и Азовского морей, на Дону и Волге. Главным центром католиков считался город Кафа в Крыму [9, с. 96].

С потерей государственности Казанского ханства (вторая половина ХУ! в.), в истории татарского народа начинается период существования в совершенно новых социально-экономических реалиях. Если мусульманская цивилизация определяла на протяжении многих столетий духовную культуру татарского народа и религиозно-философскую жизнь, предшествующую Новому времени, то западная культура начала оказывать цивилизаторское воздействие на татарскую духовную культуру со второй половины ХУ!!! в. и была определяющей в формировании татарской просветительской мысли [24, с. 39].

К середине ХУ! в. начался экономический кризис в Средней Азии, во многом из-за отказа купцов от шелкового пути в пользу более дешевого морского, а к ХУ!! в. Туркестан оказался изолированным от остального мира - шиитскими сафавидами и московским православием [23, с. 68]. В этот период остро встает вопрос о налаживании торгового отношения России со Средней Азией, как связующем звене между Московским и среднеазиатскими государствами. С основанием в 1734 г. Оренбурга была установлена караванная торговля со Средней Азией, однако российско-азиатская торговля «не была обеспечена никакими надежными ручательствами правителей Бухары, Хивы, Каканда и Ташкента. Договора, хотя и заключались, были настолько сомнительными и непостоянными, что опереться на них было невозможно» [11, с. 112].

До завоевания Средней Азии русскими значительная часть российской торговли с этими странами велась при посредстве татарских купцов. Татарский купец мог иметь влияние, поскольку он знал языки и обычаи казахов, узбеков и таджиков.

Как отмечает А. Юзеев, «из-за интеллектуальной и культурной деградации народов Средней Азии к ХУ!! в. проникновение русских на восток, во многих случаях с помощью образованной части татарского населения, способствовало. приобщению среднеазиатского населения к русской и западноевропейской культурам» [23, с. 68].

Динамика развития торговых отношений и освоение новых маршрутов стали тем фактором, который во многом обусловил особенности развития народного образования [10, с. 19]. Примерно со второй половины ХУ!! в. начинает усиливаться ориентация в образовательном плане на Бухару [17, с. 38]. Священная Бухара для татар всегда (до второй половины Х!Х в.) была источником мусульманской правовой учености [12, с. 21] и воспринималась как

своеобразный символ «оплота» чистого ислама, «колыбель» мусульманской науки [10, с. 23].

Десятки и сотни представителей татарской молодежи получали воспитание в Бухарском и Хорезмском медресе, откуда их выпускали вооруженными знаниями догматов ислама и восточной философии, но совершенно чуждыми и враждебными всякого рода новым веяниям, идущим с Запада [4, с. 13].

Основные принципы, на которых базировалось традиционное бухарское образование, были заложены еще в Средневековье. Светские дисциплины в бухарских медресе практически не изучались, если не считать начал арифметики, нескольких книг средневековых авторов по истории [10, с. 27]. Программа бухарской системы преподавания дисциплин, установленная в Средневековье, в XIX в. утратила свое значение, и изучение их носило скорее формальный характер, нежели практический.

Полная отчужденность бухарской школы от европейского влияния и отсутствия непосредственной связи с Европой позволили сохранять регрессивные формы Средневековья, опутанного религиозной мусульманской схоластикой. При участии татарских меценатов были открыты многочисленные учебные заведения, в которых подготавливались муллы, муэдзины, мюриды, связывавшие тысячами нитей татарское население с восточным «кадимизмом» и мешавшие всякому движению вперед [4, с. 13].

Если Бухара считалась основным источником получения зна-

ний, то Каир был основной отправной точкой совершения хаджа для приволжских татар. Постоянные контакты татар с мусульманским Востоком не могли не привести к знакомству с западными ценностями. После завоевания французами Египта, в 1799 г. в Каире была открыта библиотека и стал функционировать научный центр, деятельность которого сопровождалась выпуском первой мусульманской газеты «Ат-танбих» [20, с. 55]. В период с 1822 г. по 1843 г. с европейских языков на арабский было переведено множество произведений научной литературы по различным областям знаний. В связи с этим татары, совершавшие хадж, знакомились с плодами европейской цивилизации в мусульманских государствах, ибо университетские знания России для них были закрыты [20, с. 56]. Сами по себе татары были образованными, «по меньшей мере каждый седьмой грамотен. В женском поле эта пропорция идет еще выше. Многие татарки прилично знают по-персидски и по-арабски» [5, с. 12]. Профессор К. Фукс, отмечая способность татар к учению, говорил, что «татарин не умеющий читать и писать, презирается своими земляками и как гражданин не пользуется уважением других» [19, с. 114].

Впоследствии сама социально-культурная ситуация в Поволжье и Приуралье на рубеже ХУ!!!-Х!Х вв. благоприятствовала появлению первых татарских теологов, выдвинувших реформаторские идеи» [22, с. 62].

На мусульманском Востоке в Х!Х в. процессы рационализации проходили в основном под влиянием социально-экономической ситуации, которая диктовала необходимость изменения религии и порождала людей, понимающих необходимость изменения сознания верующих в соответствии с современными потребностями развития общества. А в татарском обществе процесс рационализации общественных сторон жизни «существенно отличался от реформации на Западе» [1, с. 5], вначале приняв формы проводимых «сверху вниз» государственных реформ - указ Екатерины !! об учреждении Духовного собрания мусульман России.

В Х!Х в. идеология господствующего класса татар приобретала новые, неизвестные доселе формы. Уже в первой четверти столетия татары имели довольно развитую культуру. Татарского дворянства почти не было, оно обрусело и крестилось уже в ХУ!!-ХУ!!! вв. Наряду с этим происходило сильное расслоение крестьянства, бедная часть которого из-за обезземеливания пополняла ряды бедных масс на Урале и Донбассе. Этот процесс, тормозивший умственное развитие татарской нации, привел, с одной стороны, к разложению внутри татарского общества, а с другой, формировал требование приоритета разума над мнениями однобоко мыслящих духовных авторитетов [7, с. 275].

Для кануна Нового времени характерно новое явление - расширение межнациональных и межконфессиональных контактов татарского народа, порожденных рядом обстоятельств. Во-первых, в связи с переселенческой политикой русского правительства и миграциями населения возросла многонациональность населения Поволжья и Приуралья. Во-вторых, несмотря на провоцируемую правительством межнациональную рознь и вражду, объективно подпитывались связи и контакты между народами [15, с. 264].

В результате промышленного переворота Россия стала широко применять новую технику, что катастрофически отразилось на татарской промышленности. Татарская экономика из-за отсутствия банковской, кредитной и торгово-промышленной систем превратилась в посредническую между русскими и среднеазиатскими купцами. С 60-х гг. Х!Х в. татарская экономика получает новый удар. Российский капитализм с оружием в руках активно продвигался в Среднюю Азию, заявляя этим, что он с данного периода не нуждается в посреднической миссии татарских купцов. Помимо того, с середины Х!Х столетия с усилением роста колонизаторских тенденций

российского правительства опять возобновился религиозный и национальный натиск на татар [7, с. 276].

В первой половине XIX в. часть татар ясно понимала необходимость европейского образовании, однако условия и политика властей России не давали возможности для такого рода изменений [20, с. 57]. В этот период татарской элитой принимаются попытки создания мусульманской школы светского образца. Однако, несмотря на то что программа для татарского национального училища была разработана и мало отличалась от программ аналогичных русских учебных заведений, не была одобрена министром народного просвещения.

По подсчетам М.Н. Фархшатова, именно с 1830-х гг. начинается резкое увеличение числа мусульманских учебных заведений.

Во второй половине XIX в. российские мусульмане осознали, что их учебная система абсолютно не соответствует требованиям современной жизни, «и они начали изыскивать средства и пути к упорядочению и преобразованию старометодных мектебе в новоме-тодные» [7, с. 454], не обращая внимания на мнение властей. Преобразование в педагогической системе оказало существенное влияние и на общественную мысль российских мусульман. В течение 4-5 лет пребывания в старометодных мектебах детей не обучали ни письму, ни чтению, ни арифметике, ни вероучению и вообще не учили ничему, кроме чтения Хафтияка и Корана.

Новометодные мектебе показали, что дети в течение двух, самое большое - трех лет, в состоянии обучиться и чтению, и письму, и арифметике, и вероучению [7, с. 457].

В конце XIX в. среди представителей мусульманской интеллигенции, занимавшихся исследованием причин процветания Запада и отсталости исламской цивилизации, возникли реформаторские и обновленческие течения мысли. Они особенно быстро развивались среди российских мусульман [8, с. 71]. В этот переломный период в татарской интеллектуальной среде возникает «интерес к наследию прошлого, к национальным корням, духовным и религиозно-эстетическим традициям. Одновременно изучались и осмысливались литературные и культурно-политические взаимосвязи с Западом и Востоком... развернулись дискуссии вокруг трактовки культурного наследия прошлого и отношения к проблеме "Запад-Восток" и западной цивилизации в широком плане» [12, с. 39].

Татарская общественная мысль конца XIX в. была неоднозначной в плане того, «как?» и «каким путем?» должна идти татарская нация для самореализации и совершенствования собственного духовно-мыслительного потенциала. По мнению Айдара Юзеева, философская мысль татар этого периода характеризуется двумя

направлениями: «религиозным реформаторством и просветительством» [24, с. 9].

Существенное влияние на татарскую общественную мысль оказали реформы в Европе и России. Среди них в области образования ведущую роль играли европейские и русские школы. Начиная с Марджани, джадидисты следовали достижениям Запада и во многих случаях ссылались на них. В это время начали переводить многие произведения известных русских и западных писателей и писать сочинения подобного рода.

Другим фактором обновленческого движения явились османские реформы. Достижения Османского государства: отправленные в Европу учащиеся, перевод на турецкий язык западных произведений, открытые позднее университеты - эти и другие явления находились в кругу интересов татарской интеллигенции. Сочинения Ахмета Джевдета паши и Ахмада Мидхада стали путеводителем для татарской общественности.

Османские мыслители активно влияли на идейные движения Волго-Уральского региона в области религиозных преобразований. В некоторых медресе региона в качестве учебника изучали «Ме-джелле-и ахкамы адлия» («Судебные распоряжения свода законов»), подготовленного под руководством Ахмеда Джавдета паши, при содействии Р. Фахретдина. Муса Бигиев написал произведение «Каваиды фикхия» («Правила фикха») по образу Меджелле.

Одним из наиболее влиятельных факторов является реформаторское движение, возникшее в Египте в конце Х!Х в. Внутри этого течения на регион оказали влияние идеи, произведения и статьи периодических изданий Джамаледдина Афгани, Мухаммеда Абдо, Касыма Амина и Рашида Риды. Будучи в Египте, многие татарские джадидитские просветители собирались на уроках этих реформаторов. Среди них были те, которые оставались полностью под воздействием египетской школы и те, кто использовал идеи, соответствующие их взглядам.

Таким образом, к концу Х!Х - началу ХХ в. во всем исламском мире происходили напряженные споры по поводу научного развития Запада и причин отставания мусульман. Среди этих споров, возможно, в первую очередь обсуждались проблемы богословской науки. Причиной их первоочередности является непосредственная актуализация области веры и богословия, в условиях влияние новых наук, с их западными умонастроениями на основы религии в общем и ислама в частности. Принимающие это во внимание татарские мыслители пытались найти консенсус между унификацией наук и расширением границ понятий «калама» и «ахл ас-сунна».

Татарская интеллигенция ясно понимала необходимость европейского образования, однако условия и политика властей России не давали возможности для такого рода изменений. В этот период татарской элитой принимаются попытки создания мусульманской школы светского образца.

Список литературы

1. Абдуллин Я.Г. Татарская просветительская мысль. - Казань, 2002.

2. Амин Аль-Холи. Связь между Нилом и Волгой в XIII-XIV вв. / сокр. пер. с араб. - М., 1962.

3. Ар-Рамзи. Тальфик аль-ахбар ва талькыху аль-асар фи вакаии Казан ва Булгар ва мулюк татар. - Оренбург, 1907. - Т. 1.

4. Аршаруни А., Габидуллин Х. Очерки панисламизма и пантюркизма в России. - Казань, 2002.

5. Вестник научного общества татароведения. - 1926. - № 5.

6. Гасырлар авазы - Эхо веков. - 1995. - Май.

7. Гаспринский И. Тарихи-документаль жыентык / тоз. С. Рэхимов. -Казань, 2006.

8. Гермез М. Муса Джарулла Бигиев. - Казань, 2010.

9. Енекеев Г. Р., Шихаб Китабче - Наследие татар. - М., 2012.

10. Курсави Абу-н-Наср. Наставление людей на путь истины (ал-Иршад ли-л-ибад) - пер. с араб. - Казань, 2005.

11. Михалева Г.А. Узбекистан в XVIII - первой половине XIX века: ремесло, торговля и пошлины. - Ташкент, 1991.

12. Мухаметшин Р.М. Ислам в татарской общественной мысли начала XX века. - Казань, 2000.

13. Набиев Р. Булгар и Северная Европа: древние связи. Казань, 2001.

14. Соловьев С.М. Сочинения. - История России с древнейших времен. -М., 1989. - Т. 5-6.

15. Тагиров Э.Р. На перекрестке цивилизаций. История татар в контексте культуры мира. - Казань, 2007.

16. Фахретдинов Р. Болгар вэ Казан тореклэре. - Казань, 1941.

17. Фахреддинов Р. Асар. - Оренбург, 1901.

18. Фахрутдинов Р. Г. Очерки по истории волжской Булгарии. - М., 1984.

19. Фукс К. Казанские татары в статистическом и этнографическом отношениях. - Казань, 1844.

20. Хабутдинов А. Ю. Миллет Оренбургского духовного собрания в конце XVIII-XIX вв. - Казань, 2000.

21. Халидов А. Тюрки в столице халифата (IX в.) // Международные связи, торговые пути и города Середнего Поволжья XIX—XI11 веков: материалы междунар. симпозиума. Казань, 8-10 сент. 1998. - Казань, 1999.

22. Юзеев А.Н. Татарская религиозно-реформаторская мысль (XIX -начало XX в.). - Казань, 2012.

23. Юзеев А.Н. Тарская философская мысль конца XVIII-XIX века (эволюция, основные направления и представители). Кн. 1. - Казань, 1998.

24. Юзеев А. Н. Философская мысль татарского народа. - Казань, 2007.