В начале малых и средних дел

Вчера в Кремле прошло заседание Госсовета, посвященное проблемам малого и среднего бизнеса в России. Специальный корреспондент "Ъ" АНДРЕЙ КОЛЕСНИКОВ обращает внимание на то, что хотя это был самый содержательный Госсовет изо всех на его памяти, а только в результате мало какие из предложений рабочей группы по облегчению жизни малого и среднего бизнеса прошли через строй комментариев членов правительства и лично Владимира Путина.

1 / 2

Накануне заседания Госсовета некоторыми губернаторами владело лирическое настроение. Один интересовался у другого:

— Ну, как настроение?

— Творческое или субстантивное?

— А это не одно и то же?! — с тревогой спрашивал коллегу губернатор.

— Нет,— неуверенно отвечал тот.

— Тогда я тебе так скажу: надо нам с тобой побухать сегодня вечером... А то ты очень сложные вопросы задаешь...

Глава Крыма Сергей Аксенов рассказывал журналистам, что малый и средний бизнес в Крыму будет активно развиваться, причем именно после этого Госсовета:

— Ведь спрос на крымскую продукцию присутствует!

Спрос, впрочем, неоднородный: на крымский портвейн отчего-то немного угас, а на крымское белое растет, да и все тут. Никакому сомнению нельзя подвергать только одно: под "крымской продукцией" все подразумевают исключительно спиртное.

Надо сказать, что никто из журналистов не обращал внимания на совершенно революционную новацию: в Андреевском и Александровском залах Кремля для губернаторов и журналистов работали мониторы, на которых демонстрировалась презентация основного доклада рабочей группы Госсовета.

И это было увлекательное зрелище. Да, тут были таблицы и схемы. Были тезисы: "Создать упрощенную форму легализации для самозанятых граждан". "Сформировать положительный имидж предпринимателя в России"...

Но главное: историю вопроса и все основные предложения можно было рассмотреть в комиксах.

— Хочу создать юридическое лицо! — восклицал юноша с широко раскрытыми глазами и ртом.

— Два года налоговых каникул в подарок! — отвечал ему сияющий круглым багровым румянцем во все щеки чиновник: очевидно, что после вчерашнего и перед завтрашним — заседанием, наверное, Госсовета.

— Ура! У меня водоотвод по льготному тарифу! — продолжал через некоторое время юноша, уже закрепившийся на позициях начинающего бизнесмена в следующем комиксе.

— Всего 14% отчислений во все внебюджетные фонды на три года! — юноша был по всем признакам уже полностью удовлетворен.

Напрасно губернаторы уделяли так мало внимания просмотру комиксов, а по-прежнему предпочитали наслаждаться обществом друг друга. Ведь эти комиксы создавались именно для них. И как раз из комиксов они могли понять суть предложений рабочей группы. Пожалуй, только здесь эти предложения были изложены в доступной для них форме.

Министр по вопросам "Открытого правительства" Михаил Абызов на мой вопрос, согласен ли он с этими предложениями, вздохнул и сказал, что как малый, так и средний бизнес в России может спасти только одно: независимый суд.

— По большому счету больше ничего и не нужно. Вернее, все остальное вторично,— пояснил он. Между тем на заседании Госсовета именно про суд не было сказано ни слова, хотя заседание продолжалось около трех часов.

Совершенно очевидно, что Владимир Путин был неравнодушен к этой теме. Он уже в самом начале несколько раз сказал, что ее надо обсудить именно сейчас, в это неспокойное для экономики России время. Президент оговорился, что государство и так заботится, конечно, о малом и среднем бизнесе (и еще неизвестно, о каком больше): и упрощенное налогообложение, и система грантов на открытие собственного дела, и предоставление микрозаймов, и гарантий, и кредитов на льготных условиях, и расширяется доступ малого и среднего бизнеса к закупкам государственных компаний и компаний с госучастием.

Но люди все равно не хотят строить свой собственный бизнес.

— Молодежь сегодня предпочитает что? — выстраданно спросил президент.— Мы с вами знаем об этом хорошо! Госслужбу предпочитает, работу в органах местной власти или в крупных компаниях с госучастием.

Это прозвучало как упрек. В то время как еще несколько лет назад ту же молодежь было не заманить на госслужбу. Но теперь там, где квартальные премии превышают ежемесячное жалованье и где в соответствии с законом происходит постоянная индексация зарплаты, молодежь, как ее называет Владимир Путин, по понятным причинам и сосредоточилась.

Впрочем, по его мнению, молодежь не идет в бизнес, потому что "риски и преграды перевешивают стимулы и возможности. Значит, отсутствуют понятные, предсказуемые правила игры".

Их он и постарался изложить. Надо, чтоб были равные условия для всех, чтоб "никто не лез с крышеванием", чтоб никто не вымогал взяток, "не предлагал так называемые навязанные услуги".

В общем, надо, чтоб было так, как никогда не было, и тогда все сразу будет так, как никогда. И малый бизнес сразу станет привлекательным для молодежи. А пока молодежь лучше чувствует себя там, откуда она сама может с легким сердцем вымогать взятки.

После этого президент заговорил более предметно о необходимости доступа малого и среднего бизнеса к инфраструктурным проектам (а то "предприниматели по-прежнему обивают пороги чиновничьих кабинетов, выпрашивают то, что им должны предоставить без всяких барьеров").

В правительстве и регионах должны быть созданы "специальные подразделения", которые "не будут работать с бизнесом, вымогая что-то или ставя кого-то в сложное положение", а которые станут соблюдать установленные ими же прозрачные механизмы работы.

Как можно впрячь в эту телегу и коня, и трепетную лань, понять совершенно невозможно. Но на заседании из уст Владимира Путина звучало, как ни странно, убедительно. Видимо, потому, что хотелось верить.

— Начинать свой бизнес должно быть легко, а рисковать и ошибаться не страшно! — заявил президент.— Не нужно будет тратить время и силы на сбор справок. Достаточно купить патент и приступить к работе.

Но у него заранее, еще до выступления руководителя рабочей группы Владимира Груздева, возникли и вопросы к предложениям этой группы.

Одно из самых серьезных: "распространить двухлетние налоговые каникулы на всех физических лиц, которые открывают новое дело".

— Мы, напомню, с 1 января текущего года ввели это правило — двухлетние налоговые каникулы на всех индивидуальных предпринимателей, которые вновь начинают работать в таком качестве. Можно ли это сделать для малых и средних предприятий? — спросил господин Путин.

Так вот, выходит, что нельзя:

— Ведь существует опасность того, что на два года будет создаваться предприятие, а потом на следующие два года — новое предприятие,— разъяснил президент.

Впрочем, этому предложению предстояла еще долгая жизнь, по крайней мере на этом заседании.

Неожиданно Владимир Путин раскритиковал сам себя:

— Знаете, есть такое общее правило: закон обратной силы не имеет. Мы ввели новую систему оценки и распространили ее на все ранее заключенные бизнесом договоры об аренде. Мы с нашими коллегами в Европе часто спорим по поводу так называемого Третьего энергопакета и считаем, что это абсолютно нецивилизованный способ ведения совместных дел, когда принимаются какие-то решения, а потом распространяются задним числом на прежние контракты или договоры.

Владимир Путин разгорячился. Никогда, кажется, он так вдохновенно не разносил в пух и прах себя, да еще такого недавнего. Более того, он вообще никогда этого не делал.

При этом он все-таки имел в виду прежде всего решение правительства, но великодушно не снимал с себя ответственности:

— И внутри страны мы сделали то же самое сейчас! Ведь бизнес считает свои расходы исходя из той ситуации, в которой контракты заключаются или, скажем, договоры аренды. А потом ему — бух, и все надо пересчитывать в сторону повышения расходов! Давайте внимательно еще раз на это посмотрим.

Президент выговорился и дал слово губернатору Тульской области Владимиру Груздеву. Губернатор, бывший владелец сети магазинов "Седьмой континент" и миллиардер по второму образованию, знал, о чем говорил, и был совершенно конкретен. Дело было еще и в том, конечно, что проблемы малого и среднего бизнеса настолько очевидны, а решения так напрашиваются, что этот Госсовет получился вообще, может быть, самым содержательным за все время его существования.

По мнению Владимира Груздева, долю малого и среднего бизнеса в валовом национальном продукте в ближайшие годы надо увеличить до 45-50% (сейчас — 20%), а "занятость в этом сегменте до 35-40 млн человек" (сейчас — 25 млн). Притом что сейчас рост малых и средних предприятий стремится к нулю.

Одно из радикальных предложений Владимира Груздева состоит в том, чтобы "вовлекать в бизнес с детства".

Но не только это. Владимир Груздев сказал про налоговые каникулы. Он, несмотря на то что Владимиру Путину уже не понравилось это предложение и что президент уже высказался об этом, сказал, что рабочая группа предлагает "предоставлять льготу на два года один раз в жизни каждому гражданину, который регистрирует свое предприятие".

Президент не оставил это без внимания и снова возразил, хотя он на заседаниях Госсовета почти никогда не прерывает докладчиков, а предпочитает комментировать их в самом конце заседания или хотя бы после выступления.

— Но таких граждан у нас 145 млн,— заметил президент.

Была интересна не столько даже реакция Владимира Путина, сколько реакция докладчика, который все-таки озвучивал идею, которая уже не устроила Всегда Основного Докладчика.

Между тем Владимир Груздев снова возразил:

— Да, Владимир Владимирович, но, к сожалению, лиц, которые взяли на себя инициативу, всего пять. 18 млн заняты в малом и среднем бизнесе, но предприятий-то у нас всего 5 млн! Конечно, есть риск: кто-то пойдет перерегистрируется, но на самом деле мы дадим определенный толчок... Есть тема, ее нужно просто проработать, обсудить...

Последние слова прозвучали, впрочем, безнадежно. Он уже все понял.

Владимир Путин между тем не закончил. Он был даже взбудоражен:

— Надо это проработать, понимаете! Потому что это же не потому, что у нас любят жульничать! Нет, дело совершенно не в этом! (Хотя и это, конечно, тоже.— А. К.) Но если закон дает такую возможность, то почему же ею не воспользоваться?!

Замечание, сделанное, можно сказать, в пылу дискуссии, было, конечно, рискованным. Он, юрист по образованию, предлагал ведь пользоваться законом что дышлом.

— Для предпринимателя же, кроме всего прочего, очень важна еще прибыль с предприятия, которое он создает! — добавил господин Путин.— Поэтому сегодня создал на себя, завтра — на вас, послезавтра — на тещу, еще через два года — на шурина. Вот и все! Вопрос-то ведь в чем? В том, что юридическая техника у нас должна быть отточенной!

— Это правда,— обреченно согласился Владимир Груздев.

— Я не отвергаю это прямо с порога, просто надо продумать все, понимаете?! — закончил президент.

— Владимир Владимирович, наши предложения только для физических лиц! — вдруг встрепенулся Владимир Груздев.— Если в малом предприятии участвует юридическое лицо, то такое предприятие получать льготу не должно!

На это Владимир Путин уже даже не счел нужным отвечать.

Еще одно предложение губернатора Тульской области состояло в том, чтобы "повысить размер выручки для предприятий, работающих на упрощенке". То есть он от имени рабочей группы предложил считать малыми предприятиями те, у которых не до 60 млн выручки в год, как сейчас, а до 120.

Владимир Путин на этот раз кивнул.

Еще одно предложение состояло в том, чтобы "передать федеральную часть налога на прибыль (это 2%.— А. К.) на региональный уровень". Эта мера послужит еще большим стимулом для регионов развивать предпринимательство и позволит им сбалансировать свои бюджеты.

Более конкретным, чем президентское, оказалось и предложение по созданию органа, который будет поддерживать малый и средний бизнес. Это должен быть "единый институт развития, который объединит в себе все функции действующих учреждений... Если этот институт будет создан в форме акционерного общества, то это будет тоже, наверное, правильное решение".

Закончил Владимир Груздев неожиданно пафосно. Он заявил:

— Я знаю, что есть коллеги-скептики, которые не верят, что это все сработает. Я — верю! Я думаю, что у нас, в городе-герое Туле и Тульской области, есть десятки примеров бизнеса и предпринимателей, которые готовы реализовывать!

То есть и про 70-летие Победы не забыл.

Министр экономического развития Алексей Улюкаев предлагал поддержать идею расширить предельные доходы малых предприятий с 60 млн до 120 млн руб.; "установить иммунитеты для предпринимателей, не обладающих значительной рыночной силой, и сократить количество оснований, по которым антимонопольные органы вправе осуществлять внеплановые проверки малых предприятий" (очень гуманно с его стороны.— А. К.), гарантировать малым и средним предприятиям доступ к госзаказу, в том числе и с помощью квот...

Не было ничего в этом докладе, чего нельзя были бы ни подтвердить, ни опровергнуть.

Доклад президента "ОПОРА России" Александра Калинина был, я бы сказал, трогательным. Он просил о малом, и даже микромалом.

Упростить кадровое делопроизводство на микропредприятиях.

Освободить интернет-магазины от обязательного использования кассовых аппаратов (впрочем, для этого надо внести изменения в федеральный закон) и ограничиваться накладной.

Наложить ограничения на компенсации работникам Крайнего Севера и Дальнего Востока в затратах на поездки на материк к месту отдыха: малым и средним предприятиям это обходится слишком дорого.

Впрочем, Александр Калинин высказался и по одной очень болезненной теме. Дело в том, что Конституционный суд постановил, что ст. 159 ч. 4 УК РФ "мошенничество в предпринимательской сфере" признана частично не соответствующей Конституции страны и утрачивает силу с 11 июня этого года по причине того, что "размер ответственности за мошенничество в предпринимательской сфере не может быть ниже, чем за иной вид мошенничества, где предусмотрены гораздо более суровые санкции".

— Соответственно,— пояснил Александр Калинин,— ответственность за мошенничество в предпринимательской сфере может вырасти в два раза. Мы предлагаем снизить размер ответственности "за иные виды мошенничества" до единого уровня с ответственностью по мошенничеству в предпринимательской сфере.

Господин Путин ничего не сказал по этому поводу (только в конце заседания обмолвился, что в проекте поручений по итогам заседания этот пункт имеется. Впрочем, это хотя бы что-то значило).

Лидер ЛДПР Владимир Жириновский выступил следом.

— Почему я вышел сюда? А потому, что не услышал я все-таки причину, почему плохо развивается малый бизнес! — воскликнул он.— Царь этого тоже не понял! Он хотел, но мешали помещики и фабриканты. Советской власти мешала идеология. Сейчас уже этого нет, но люди боятся.

То есть сразу начался тот ад, из которого состоит каждое его выступление, особенно на Госсовете.

И он объяснил: власть всегда расстреливала малый бизнес:

— Бабушка во время нэпа — на Соловки, отец, сын предпринимателя, с фабрикой на Украине — в трудовой лагерь, тетка масло привезла из деревни в город — это спекуляция, в тюрьму, другая тетка на дому шьет, боится, что могут арестовать, потому что нельзя на дому шить, считается частным предпринимательством... Вот так одна семья — расстреливали и в лагеря, кто же будет заниматься?!

Впрочем, если внимательно вслушаться в слова лидера ЛДПР, можно было понять, что половина семьи все-таки уцелела.

Стоит ли говорить, что не только из его выступления, а и из комментариев его коллег Геннадия Зюганова и Сергея Миронова тоже никак нельзя было понять, что же все-таки надо делать с малым и средним бизнесом.

Зато Владимир Жириновский исчерпывающе рассказал о себе:

— Сейчас я что делаю? 20 лет я не могу оформить свои права в Подмосковье. Я говорю главе администрации: "Помоги". Он отвечает: "А мне глава поселения не подчиняется, его народ избрал". Я говорю губернатору: "Помоги". Говорит: "А мне глава администрации района не подчиняется"... А глава поселения — сам себе хозяин и внаглую сидит, пока его срок не истечет! Не пробить его!

А звучало как "не прибить".

И все-таки все они выступили в обычной последовательности. Действительно, если уж один из них вышел к трибуне, остальные обязаны были сделать это любой ценой (Владимир Васильев, глава фракции "Единой России", выступил с места позже).

Но при этом из всех только Владимир Жириновский именно на этом Госсовете догадался открыть кампанию по выборам в Госдуму (состоятся в следующем году):

— Главный лозунг ЛДПР на выборах будет "Не мешайте работать!".

Этого же он пожелал и малому бизнесу.

Ну а потом члены Госсовета выслушали несколько комментариев членов правительства, и предложения руководителя рабочей группы оказались, можно сказать, полностью дезавуированы.

Так, господин Груздев предлагал снизить до 14% ставку страховых взносов для предприятий малого и среднего бизнеса. Министр труда Максим Топилин предложил занести в протокол замечание насчет того, что "по страховым взносам вообще не должно быть льгот по большому счету, потому что это отложенные права".

Даже робкое замечание Александра Калинина Максим Топилин не оставил без внимания:

— И прозвучала критика по поводу решений по проезду с Севера к месту отпуска. Эта норма действительно была введена для всех в связи с буквально свежим решением Конституционного суда... Так что это решение Конституционного суда.

А министр финансов Антон Силуанов обратился к предложению "расширить критерии малых предприятий с 60 млн до 120 млн".

Это, по его мнению, приведет к тому, что крупные предприятия начнут дробить свой бизнес до малых размеров.

И ни в коем случае нельзя отдавать 2% налога на прибыль с федерального на региональный уровень:

— Считаю, что у нас задачи как на федеральном уровне, так и на региональном все важные.

И что там еще осталось? Да почти что и ничего.

Члены рабочей группы по подготовке этого заседания расходились не очень веселые.

— Снесли мое предложение об отмене налогов для новых "физиков",— вздохнул глава Агентства стратегических инициатив Андрей Никитин.

— Ну, было сказано, что надо рассмотреть повнимательней,— попробовал я утешить его.

— Ну да,— нехотя согласился он.

— Расстроились? — спросил я.

— Честно говоря, да. Есть немного. Хочется же что-то делать все-таки.

— Но в конце концов, разве тут нет логики? Так и будут переписывать каждые два года — с тещи на шурина...

— А будут ли? — переспросил он.— Во-первых, мы предложили не передавать это людям внутри одной фирмы. А шурину или теще... А кому можно передать свое предприятие без риска остаться без этого предприятия...

Я уж не стал говорить ему, что и без тещи.

— Особенно если оно успешное и приносит доход?.. Да мало кто решится... Теща-то ведь быстро скажет: "Извините, но это уже мое..." Я, когда приходил в АСИ, должен был избавиться от бизнеса. И долго думал, кому его передать. И не нашел.

— И что же вы сделали? — поинтересовался я.

— Продал,— признался Андрей Никитин.