Становление и развитие высшего образования в России в XVIII веке

СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ В РОССИИ В XVIII ВЕКЕ

М. А. Гончаров

Аннотация. В статье рассматриваются реформы первой четверти XVIII в., составной частью которых стала организация школьного дела в России: создание государственных светских образовательных учреждений, организация специальных учебных заведений, готовящих национальные кадры для армии, флота, промышленности и торговли. Автор делает акцент на ярко выраженном реальном характере содержания этого образования, предусматривающего, вместе с тем,, тесное сочетание общего образования со специальным. Эти государственные реформы рассматриваются как основа для дальнейшего развития просвещения в России.

Ключевые слова: история образования в России, государственные образовательные учреждения, академия, Московский университет, русская школа, цифирная школа, общее и специальное образование.

Summary. The article examines the reforms of the first quarter of the 18th century, part of which was setting up schools throughout Russia: secular state educational institutions were created,, special schools to train Russian personnel for the Army, Navy, industry and commerce were organized. The author underlines the noticeably real-life content of education in these schools providing however a close combination of general and special education. These state reforms are viewed by the author as a basis for further education development in Russia.

Keywords: history of education in Russia, state educational establishments, academy, Moscow University, Russian school, the "tsifirnaya" school, general and special education.

133

Петровские преобразования в России требовали значительного числа высококвалифицированных специалистов для различных отраслей хозяйства, армии и флота, народного просвещения, здравоохранения, государственного управления и других социальных сфер. В связи с этим ощущалась острая потребность в создании полноценных учебных заведений.

В 1701 г. Петр I своим указом преобразовал Московскую эллино-грече-скую академию в Славяно-латинскую и

придал ей высший государственный статус. В том же г. Петр I реорганизует Киево-Могилянскую коллегию в академию и жалует ей те же права. Так было юридически оформлено создание первых отечественных высших учебных заведений, которые сыграли выдающуюся роль в подготовке специалистов, развитии культуры и образования России.

Конкретные планы реорганизации обеих академий составил митрополит Стефан Яворский, высокообра-

134

зованныи священник и государственный деятель. По его инициативе в 1701 г. был восстановлен Монастырский приказ во главе с И. Л. Мусиным-Пушкиным и дьяком Е. Н. Зотовым, на который возлагались следующие функции: сбор пошлин, податей и повинностей с духовных имений; заведование строительством и ремонтом церковных учреждений; надзор за состоянием церковных учебных заведений; управление типографией и другие. В Монастырском приказе концентрировались значительные материальные средства и денежные суммы, что позволяло на высоком уровне обеспечивать учебный процесс в академиях [1, т. IV, № 1829, с. 133].

В 1700 г. ректором Московской академии был назначен игумен Палладий Роговский - первый русский доктор философии и богословия, автор многих богословских трудов, однако до нас дошли лишь два произведения: «Исповедание веры» и «Челобитная патриарху Андриану». Основная его заслуга состоит в том, что за три г. руководства Московской академией ректору удалось превратить ее в полноценное высшее учебное заведение, подобное Киевской академии [2, с. 639].

Основные предметы обучения в академии начали преподавать на латинском языке, для чего пришлось пригласить из Киева несколько профессоров. Они привезли с собой учебные пособия на латинском языке, и система преподавания начала обретать латино-польский схоластический характер. Для получения высшего образования ученики и студенты должны были за 12-13 лет пройти девять классов, включая подготовительный. Обучение начиналось с изучения церковнославянского языка и латыни, ариф-

метики, истории, географии и катехизиса (основные положения христианского вероучения). Следующие два года молодые люди осваивали риторику и философию, а в последние четыре года - богословие [3, с. 81].

После образования в 1721 г. Святейшего Синода Киевская и Московская академии перешли в его ведение и стали развиваться как духовные вузы [4]. Св. Синод получил права высшей законодательной, судебной и административной власти в Русской Православной Церкви, но власть эту он мог осуществлять лишь с согласия императора Петра I. Все постановления Св. Синода выходили под штемпелем: «По указу Его Императорского Величества».

Таким образом, 1701-1721 гг. являлись латинским (так как обучение шло на латинском языке) периодом истории Московской академии, когда обучение носило в основном формальный и схоластический характер. Московский духовный вуз в 1775 г. получил новое название: Славяно-греко-латинская академия, что адекватно отражало направленность обучения слушателей. Многие выпускники академии посвятили себя развитию русской культуры и науки, в том числе А. Д. Кантемир, М. В. Ломоносов, В. И. Баженов [5, с. 415].

Не менее благотворно развивалась и Киевская академия, для которой XVIII в. был весьма успешным и насыщенным периодом истории. Руководство академией осуществляли ректор, префект (инспектор и эконом) и суперинтендант (надзиратель за благочинием воспитанников). Киевская академия была самым многочисленным из вузов Российской империи в XVIII в., здесь обучалось более

тысячи студентов. Свыше 20 профессоров и преподавателей проводили занятия по истории, географии, математике, медицине, домашней экономии, риторике и различным языкам. В библиотеке академии к 1780 г. было до 12 тысяч книг [6, с. 134].

Необходимость в потребности государственного развития привели царя Петра I к мысли о создании специальных учебных заведений практической направленности. В 1701 г. был издан указ об учреждении в Москве Школы математических и навигацких наук [7, д. 25, л. 1-2об.].

В различных документах это учебное заведение именуется также «На-вигацкой школой», реже - «Штурманской школой». С момента основания и до 1706 г. школа находилась в ведении московской Оружейной палаты, затем до 1712 г. подчинялась Адмиралтейскому приказу, который также располагался в Москве. Последний период своей деятельности (до 1752 г.) Школа математических и на-вигацких наук провела под руководством Адмиралтейской канцелярии и Адмиралтейств-коллегий, которые находились в Петербурге. В школу принимали сыновей «дворянских, дьячих, подьячих, из домов боярских и других чинов» сначала в возрасте 12-17 лет, а позже и 20-летних. Через десять лет работы численность ее учащихся достигла 500 человек. Те из них, кто имел состоятельных родителей, содержались на собственный счет, а остальные получали от казны «кормовые деньги», в среднем около 12 копеек в сутки. На все расходы школы было положено более 22 тысяч рублей в год [8, с. 431].

Учащиеся первоначально изучали грамматику и арифметику в подгото-

вительном классе («русская школа»), затем осваивали геометрию, плоскую и сферическую тригонометрию («цифирная школа»), наконец, овладевали знаниями по астрономии, математической географии, геодезии, навигации, занимались фехтованием, осваивали различные военно-прикладные навыки. Срок обучения в школе не был ограничен, поскольку ученики привлекались к работам в Адмиралтейском приказе и Адмиралтейской канцелярии. Полный курс обучения, с учетом так называемых «верхних классов», составлял более десяти лет.

Большинство учеников из простого сословия заканчивали свое образование в «русской школе», лишь немногие - в «цифирной школе», высшие (навигаторские) классы могли посещать только дети дворян и священнослужителей. Ученики из низших сословий после завершения учебы назначались на службу писарями, помощниками архитекторов и на различные вспомогательные должности в Адмиралтейский приказ, Адмиралтейскую канцелярию и Адмиралтейств-колле-гию. Выпускники школы из дворян направлялись служить на флот, в артиллерию, инженерные войска.

Наиболее способные ученики навигаторских классов посылались за границу для практического ознакомления с морской службой на военных судах. После такой стажировки и экзамена в Москве лучшие выпускники школы производились в унтер-лейтенанты или мичманы и направлялись на военную службу. Царь Петр I внимательно следил за работой школы, интересовался службой многих ее выпускников. Важно отметить, что Школа математических и навигацких наук размещалась в Сухаревой башне, неда-

135

леко от Сретенских ворот. Монарх любил посещать это место Москвы, поскольку провел здесь много дней своей юности.

Для преподавания из Шотландии были приглашены в школу профессор А. Фарварсон, который вскоре стал ее директором, а также учителя Р. Грейс и Ст. Грин. Среди первых учителей нави-гацкой школы следует назвать известного русского математика Л. Ф. Магницкого, издавшего в 1703 г. учебник «Арифметика, сиречь наука числительная» [9, с. 15-18]. Особенность школы заключалась в том, что ее преподаватели проводили занятия по своим программам, друг от друга не зависели, подчиняясь только директору, генерал-адмиралу Ф. М. Апраксину.

В 1715 г. на базе высших классов школы была создана Морская академия, которую разместили в Петербурге рядом с Адмиралтейством. Младшие классы школы остались в Москве и выполняли роль подготовительного училища для академии. В Петербург перевели около десяти преподавателей для проведения занятий по специальным 1и0 предметам. Учащиеся (кадеты) числились на военной службе и получали государственное обеспечение, их жизнь, учеба и служба регламентировались специальной инструкцией, которую царь Петр I утвердил 1 октября 1715 г. [1, т. V, № 2937, с. 173-176].

Учащиеся академии - кадеты - составляли «морскую гвардию», то есть элиту русского флота, и организационно подразделялись на шесть бригад -по 50 человек в каждой. Командовали бригадами морские офицеры, которые отвечали за обучение, воспитание и службу своих подчиненных. В Морской академии была твердая воинская дисциплина, со строгими мерами воздей-

ствия к нарушителям. Кадеты изучали высшую математику, географию, английский язык, навигацию, артиллерию, фортификацию, несли караульную и вахтенную службу, участвовали в морских походах и парадах.

Общее руководство Морской академией осуществлял ее президент, которого в некоторых документах именовали директором. Наибольший вклад в развитие академии внесли ее руководители, граф А. А. Матвеев, полковник Г. Г. Скорняков-Писарев, капитан 3-го ранга А. А. Нарышкин, контр-адмирал В. А. Урусов, капитан Ф. М. Селиванов и капитан 1-го ранга А. И. Нагаев. Это высшее военно-морское учебное заведение дало русскому флоту многих замечательных специалистов: командиров боевых кораблей, начальников крепостей, офицеров-артиллеристов, навигаторов, геодезистов. Среди первых выпускников Морской академии выделялись адмирал С. И.Мордвинов, географ-исследователь Д. Д. Овцын и известный мореплаватель А. И. Чириков [10, с. 609].

Успехи в преобразовании России в первой четверти XVIII в. привели Петра I к мысли о необходимости синтеза науки и образования для ускоренного развития всех сфер социальной жизни империи. По поручению императора, российский подданный, лейб-медик А. А. Блюментрост подготовил доклад о проекте создания в Петербурге Академии наук. В архиве РАН сохранилась копия этого доклада с поправками и дополнениями Петра I, что позволяет утверждать о его реальном участии в разработке документа [11, ф. 3, оп. 1, д. 1, л. 139].

В 1724 г. Правительствующий Сенат рассмотрел проект учреждения

Академии наук в Петербурге и одобрил его своим указом. В документе, в частности, отмечалось, что Академия нужна не только «для размножения наук», но и чтобы «чрез обучение и расположение оных польза в народе впредь была» [1, т. VII, № 4443, с. 220-221].

Суть этого исторического документа состоит в следующем: первый в Российской империи научно-учебный центр, по замыслу Петра I, должен был включать в себя университет - собрание ученых людей и академию - собрание ученых и искусных людей. Главная цель Академии наук первоначально заключалась в том, чтобы изучать языки, различные науки и «знатные художества», а также переводить книги.

Указом предписывалось, чтобы профессора университета занимались наукой и обучали студентов; одновременно они являлись членами Академии наук, что обеспечивало единство образовательной и научной деятельности. Каждый профессор, обучая студентов, обязан был готовить молодых людей к будущей науч-но-педагоги че ской работе, растить себе достойную смену. Соединение в одном государственном учреждении функций университета и академии было предпринято Петром I потому, что в начале XVIII в. в России отечественных ученых практически не было. В Киевской и Московской духовной академиях преподавали несколько ученых-богословов, а в Морской академии в Петербурге работал один профессор-геодезист.

Первоначально численность студентов университета была небольшой - в 1726-1733 гг. по списку значилось лишь 38 человек [11, ф. 3, оп. 1,

д. 791, л. 63]. В тот период укомплектовать вуз студентами было сложно, так как требовалось знание латинского языка, на котором профессора-иностранцы читали лекции. На первых порах среди академических студентов было много детей иностранцев, состоявших на государственной службе в России, а также зарубежных дипломатов и купцов. Необходимо отметить, что существующие 30 государственных стипендий распределялись только среди студентов из числа российских подданных.

Академический университет подчинялся непосредственно президентам Петербургской Академии наук, которыми в XVIII в. были: А. А. Блю-ментрост, Г. К. Кейзерлинг, И. А. Корф, К. Бреверн и К. Г. Разумовский. Академия наук находилась в ведении Правительствующего Сената и императора России. Оперативное руководство Академическим университетом осуществлял его ректор, который отчитывался о работе перед президентом и конференцией Академии наук. Существенный вклад в развитие университета внес академик М. В. Ломоносов, который был его ректором с 1758 по 1765 гг. М. В. Ломоносов добился увеличения финансирования Академического университета в 1,5 раза [11, ф. 3, оп. 3, д. 471, л. 115-116]. Каждому казеннокоштному студенту ежегодно стали выплачивать стипендию в размере 100 рублей. В 1764 г. для университета и гимназии был куплен особняк Строгановых (ранее учебные подразделения Академии наук находились в доме Троицкого подворья). Ректор лично взялся за составление нового университетского регламента (устава), стараясь внести в его текст максимальное число преимуществ для про-

137

138

фессоров и студентов. Проект нового регламента не уступал по качеству уставам лучших университетов Западной Европы.

Согласно этому документу, Академический университет подразделялся на три факультета - философский, юридический и медицинский. В отличие от западноевропейского университетского образования в российских университетах отсутствовал изначально богословский факультет. Однако малая численность студентов и про фес сорско-преподавательского состава не позволяла закрепить это разделение в организационном отношении. Становлению факультетов мешали также недостаток учебных помещений и слабая научно-методическая база вуза. Поэтому главные усилия сосредоточивались на методических вопросах. Благодаря усилиям М. В. Ломоносова и его единомышленников, были усовершенствованы учебные планы и разработаны новые программы по следующим предметам: история и древности, философия и физика, высшая математика, анатомия, химия, астрономия, юриспруденция, красноречие.

Ректор Академического университета привлекал к чтению лекций студентам лучшие научные силы России. С 1747 г. М. В. Ломоносов впервые начал вести занятия со студентами на русском языке, что в дальнейшем стало нормой для отечественной высшей школы.

В 1760 г. академик М. В. Ломоносов писал графу И. И. Шувалову: «Мое единственное желание состоит в том, чтобы привести в вожделенное течение Гимназию и Университет, откуда могут произойти многочисленные Ломоносовы» [12, с. 539]. Эти слова ве-

ликого ученого оказались пророческими - из стен Петербургского академического университета вышло немало замечательных людей. В их числе следует назвать академиков А. А. Барсова, П. Б. Иноходцова, С. Я. Румов-ского и других.

Со смертью М. В. Ломоносова Академический университет стал быстро угасать. Попытка президента Российской академии Е. Р. Дашковой в 1783 г. реанимировать деятельность университета успеха не имела. К концу XVIII в. университет был закрыт, а его студентов перевели в специальный класс гимназии Петербургской Академии наук. В 1786 г. своим указом Екатерина II утвердила Устав народным училищам в Российской империи. Этим же императорским указом устанавливался статус Комиссии об училищах, которая в том числе осуществляла методическое руководство деятельностью гимназии при Петербургской Академии наук [1, т. XXII, № 16421, л.658-659].

Важно заметить, что приход к власти в 1762 г. императрицы Екатерины II положительно сказался на развитии системы образования России. Именным указом от 2 марта 1763 г. Академия художеств была отделена от созданного в 1755 г. Московского университета и переведена в Петербург [5, с. 171]. В самом университете императрица также провела существенные преобразования, прежде всего кадровые. Новым куратором вуза был назначен В. Е. Ададуров - выпускник Петербургской академической гимназии, ставший адъюнктом математики. Кураторство над Московским университетом В. Е. Ададуров успешно сочетал с деятельностью президента Мануфактур-коллегии в Москве. В 1764 г.

он становится сенатором, что расширяет его возможности по отстаиванию интересов университета во властных структурах.

Директором Московского университета был утвержден М. М. Херасков, получивший хорошее образование в Сухопутном кадетском корпусе. Ранее он был цензором всех книг, издававшихся в университете, знал всех представителей научно-педагогической элиты России. Куратор и директор проводили единую образовательную политику, в центре которой находилась кадровая проблема. Приоритет они отдавали отечественным специалистам, но при необходимости приглашали в вуз и зарубежных профессоров.

Одним из первых отечественных специалистов являлся магистр Д. С. Аничков. М. М. Херасков поручил ему читать лекции по философии. После защиты докторской диссертации Д. С. Аничков стал ординарным профессором Московского университета. В 60-е гг. XVIII в. в Московский университет стали возвращаться молодые русские ученые, направленные ранее для стажировок в вузы Западной Европы. Из Лейпцига в Москву вернулся первый русский профессор ботаники, доктор медицины П. Д. Вениаминов. Из Глазго в 1767 г. докторами права в Московский университет вернулись И. А. Третьяков и С. Е. Десницкий. Созданный по указу императрицы 3-й департамент Сената заведовал делами Академии наук, Московского университета и всех прочих гражданских учебных заведений. Все доктора наук были в этом государственном учреждении на особом учете.

Создание в 1770 г. при Московском университете педагогической се-

минарии под руководством И. Г. Шварца, позволило начать подготовку первых российских учителей для среднего образования.

Дальнейшее развитие отечественного инженерного образования ознаменовало собой открытие Петербургского горного училища. Постоянное внимание к нему со стороны императрицы Екатерины II, Берг-коллегии и уральских промышленников позволило за короткий срок наладить подготовку квалифицированных горных инженеров. Училище отличалось от других учебных заведений эффективным управлением, хорошим финансированием, подбором опытных преподавательских кадров и продуманной системой комплектования студенческих контингентов.

Расширение функций православных священников в российском обществе и усложнение межконфессиональных отношений потребовало реорганизации двух специальных духовных учебных заведений в высшие. Во второй половине XVIII в. были созданы Александро-Невская (в Петербурге) и Казанская духовные академии. Большая часть выпускников высших богословских учебных заведений отказывалась от духовного сана и становилась государственными чиновниками.

В конце XVIII в. было создано в Российской империи высшее медицинское учебное заведение - Петербургская медико-хирургическая академия, занятия в которой начались в 1800 г. Бурное развитие российского высшего медицинского образования было обусловлено, во-первых, острой потребностью общества во врачах, ветеринарах и фармацевтах, во-вторых, достаточными государственными возможностями финансирования учеб-

139

ф

140

ной и научной работы, в-третьих, подчинением всех профильных вузов единому органу управления - Медицинской коллегии.

Анализ деятельности первых российских высших учебных заведений позволяет сделать общий вывод: быстро и успешно развивались только те учебные заведения, которые находились в непосредственном подчинении приказов и коллегий. Одной из причин неудачного эксперимента с созданием Академического университета была слабость в тот период Петербургской Академии наук. Трудности первого полувека деятельности Московского университета в значительной мере связаны с тем, что отсутствовали преподавательские кадры, а также слабостью управленческого аппарата в лице Правительствующего Сената, который не имел реальной возможности оперативно управлять вузом из Петербурга.

Однако следует подчеркнуть, что к концу XVIII в. в России функционировало 15 высших учебных заведений: в Петербурге - девять, Москве - три, Вильне, Казани и Киеве - по одному. Около 250 штатных профессоров и преподавателей обучали до 3000 кадетов, слушателей и студентов вузов. Наибольшей популярностью у молодых дворян пользовались горное училище и кадетские корпуса в Петербурге. Дети священнослужителей получали высшее образование, как правило, в духовных и медико-хирургических академиях. Разночинцы обучались в основном в Московском университете, медико-хирургических академиях и в Академии художеств. По инициативе императрицы Екатерины II в рамках Комиссии об учреждении народных училищ начались работы по

созданию специального государственного органа управления высшей школой [13, с. 362].

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Полное собрание законов Российской империи. - СПб., 1830.

2. Энциклопедический словарь. 44-й полутом. - СПб, 1897.

3. Смирнов Сергий,. История Московской славяно-греко-латинской академии. -М., 1855.

4. Полное собрание постановлений и распоряжений по Ведомству Православного исповедания Российской империи. - Т. 1. - СПб, 1879. - № 5.

5. Православная энциклопедия. Русская Православная Церковь. - М., 2000.

6. Булгаков Макарий иеромонах. История Киевской духовной академии. - СПб., 1843.

7. Российский государственный архив Военно-морского флота. Фонд Адмиралтейской коллегии. 1721.

8. Военная энциклопедия. - Т. XVI. -СПб., 1914.

9. Прудников В. Е. Русские педагоги математики XVIII-XIX вв. - М., 1956.

10. Веселаго Ф. Ф. Очерк русской морской истории. - Ч. 1. - СПб., 1875.

11. Петербургский филиал Архива Российской Академии наук (ПФАРАН).

12. ЛомоносовМ. В. Полное собрание сочинений. - Т. 10. - М.-Л., 1957.

13. Энциклопедический словарь. 37-й полутом. - СПб., 1896.