Пасторальный текст в поэме Дж. Мильтона «Потерянный рай» синтез античного и христианского

М.Ю. СОКОЛОВА

ПАСТОРАЛЬНЫЙ ТЕКСТ В ПОЭМЕ ДЖ. МИЛЬТОНА «ПОТЕРЯННЫЙ РАЙ» -СИНТЕЗ АНТИЧНОГО И ХРИСТИАНСКОГО

Ключевые слова: пастораль, текст, античная традиция, христианское наследие, синтез.

Одной из особенностей поэмы Дж. Мильтона «Потерянный рай» является обращение к пасторали. Пастораль, понимаемая как текст, репрезентирует весь комплекс слов, концептов, мотивов и символов, обслуживающих пасторальную тему.

Термин «пасторальный текст» является продуктивным для анализа языка и стиля произведения, так как отсылает читателя не только к античной традиции, но и к огромному пласту христианского наследия.

MJ. SOKOLOVA PASTORAL TEXT IN «PARADISE LOST» OF JOHN MILTON -SYNTHESIS OF ANTIQUE AND CHRISTIAN Key words: pastoral, text, antique tradition, Christian heritage.

Pastoral is a specific feature of «Paradise lost» of J. Milton. Being viewed as text it represents the whole complex of words, concepts, motifs and symbols, compiling pastoral theme. The term «pastoral text» is productive for the analysis of language and style of the poem, as it sends readers not only to the antique tradition, but also to the huge layer of Christian heritage.

Поэма Дж. Мильтона «Потерянный рай» представляет собой чрезвычайно сложный текст, в котором нашли отражение политические идеи автора, христианское наследие и античная традиция. Неопределенность религиозной и политической ситуации в Англии XVI-XVII вв. изменила взгляды, верования и обычаи различных слоев населения, великие географические открытия сделали людей более восприимчивыми к новым вкусам и идеям. В результате произведения литературы и искусства этой эпохи несут на себе печать сложнейших социальных и политических противоречий.

Для ХVII столетия с его колоритом «общественной усталости» и идиллической установкой («Eden-centered») характерен поиск «универсальной грани, примиряющей разнополюсные категории культуры и философии» [3, с. 5]. Гуманизм, получивший развитие в ХVII в., преклонялся перед античностью, перечитывая отцов церкви и Священное Писание. В литературе и философии этого периода на первый план выходит образ человека в его естественном стремлении к созидательному труду и познанию, в попытке преодоления разлада между существующим и желанным одним из популярных жанров столетия становится утопия.

Утопическая страна, созданная авторским воображением, дает возможность балансировать между реальными, традиционными и идеализированными образами действительности, сопоставлять их и противопоставлять один другому. Парадоксальное сочетание бытовой «реалистической» конкретики и идеализирующего начала характеризует пастораль на всех этапах ее истории.

К пасторальной теме, идее гармонии человека с природой, Дж. Мильтон обращался уже в ранних произведениях. Пасторальные мотивы встречаются в сонете «To the Nightingale», диптихе «L’Allegro», «IL Penseroso», пьесе-маске «Comus» и элегии «Lucidas». В элегии «Lucidas» под именем античного пастуха кроется друг Мильтона Эдвард Кинг, собиравшийся стать священником, пастырем человеческих душ. В конце 1640-х начале 1650-х годов Дж. Мильтон занимался переводами псалмов (боговдохновенных песен пастуха, а затем царя Давида). В 1667 г. создана поэма «Потерянный рай», своеобразной чертой которой является обращение к пасторальной традиции.

Понятия «пастораль», «идиллия», «буколика» и «эклога» во многом синонимичны, границы между которыми четко не определены. Буколика (от греч. bukolos - пастух), пастушеская поэзия. Как литературный жанр буколика появ-

ляется у Феокрита. Римская буколика достигла своего расцвета в 10 эклогах, или «Буколиках» Вергилия. Античная буколика нашла выражение в многочисленных заимствованиях формы и мотивов в пасторальной поэзии большинства европейских стран XVI-XVIII вв. Идиллия (греч. eidyllion - картинка), короткое стихотворение, восхваляющие и идеализированно описывающее скромную сельскую жизнь. Эклога (от греч. ekloge - отбор), избранные стихи; после Вергилия - буколическая поэзия, прежде всего поэзия пастушеская. Пастораль -порождение эпохи эллинизма, времени разрушения древних греческих полисов, создания деспотических монархий, в которых человек стал ощущать себя, скорее, как частное лицо, чем как неотъемлемая часть своего государства. Все большее значение приобретают личная жизнь и внутренний мир человека, и пастораль воплощает точку зрения на мир частного человека, даже в тех случаях, когда она касается проблем политических и государственных.

Таким образом, из возможных названий «идиллия» указывает главным образом на формальные характеристики жанра, а «пастораль» и «буколика» (эклога) определяют жанр по его основной тематической характеристике, изображению мира пастухов. Термин «пастораль» вошел не только в литературу, но и в другие виды искусства, например в архитектуру, как название жанровой формы. В английской литературной традиции термин «пастораль» оказался самым употребительным, как потому, что он связан с авторитетом Вергилия, так и потому, что он является в английском языке омонимом слова «pastoral» - «пастырский».

Для литературной пасторали исходной жанровой формой является идиллия - произведение, написанное гекзаметром или другим размером, соотносимым по своему значению с гекзаметром (для новоевропейских языков), представляющее законченную картину, включающее авторское описание и монолог персонажа. Место действия пасторали - это «locus amoenus» (приятное место). Пасторальное время - это природное время смены времен года.

Имея предметом изображения жизнь пастухов, пастораль должна бы считаться низким жанром. «Однако жизнь пастухов в пасторальной поэзии не связана напрямую с реальным миром, а рассматривается в качестве идеала, который помещен в мифологизированном прошлом, поэтому пастораль начинает восприниматься как жанр, «за простотой и незатейливой формой скрывающий нечто, не соответствующее этой простоте» [1, с. 32]. Идея «простоты» пасторали и ее принадлежности к низким литературным формам боролась с идеей ее авторитетности и значимости. Дж. Мильтон, без сомнения, принадлежал к числу авторов, которые причисляли пастораль к высоким жанрам. В пасторальных текстах он использовал не только высокий литературный язык, но и наделял эти тексты христианскими смыслами.

Пасторальные и идиллические тексты разрабатывают определенные топосы, сопрягаемые в последующей культуре с названной традицией. К таким топосам относится, безусловно, «сад». В поэме Дж. Мильтона он приобретает особое значение, приращивает смыслы, усложняется. Отгороженный от внешнего мира, охраняемый ангелами, райский сад «Потерянного рая» напоминает закрытый монастырский сад Средневековья, однако само описание сада, скорее, отсылает читателя к современным Дж. Мильтону пейзажным паркам, противопоставляемым «как "природа" созданию человеческих рук, человеческой культуре» [2, с. 83]. По мнению Д.С. Лихачева, можно «прочитать сад как текст» [2, с. 11], ибо «сад - это подобие Вселенной, книга, по которой можно «прочесть» Вселенную. Вместе с тем сад -один из топосов Библии, ибо и сама Вселенная - это как бы материализованная Библия. Вселенная - своего рода текст, по которому читается божественная воля. Но сад - книга особая: она отражает мир только в его доброй и идеальной сущности. Поэтому высшее значение сада - рай, Эдем» [2, с. 11]. В подобный «сад-текст», идеальный пасторальный мир Эдема, обособленный от реальности, попадает Са-

тана Дж. Мильтона. Идиллический мир, взятый из античной древности, укладывается в библейский сюжет и наполняется христианскими смыслами.

Сад с чудесным деревом - характерный для пасторального хронотопа -встречается в Песне Песней Соломона (5;1), образ сада постоянен в религиозных хвалебных жанрах, в гимнографии в применении к Богоматери и святым. Появление пасторальных мотивов в богослужебных текстах связано с историей возникновения псалма. Автором первых псалмов считается Иудейский царь Давид, который до помазания на царство был пастухом. Юноша был «белокур с красивыми глазами и приятным лицом» (1 Цар. 16, 12), он играл на арфе и сочинял боговдохновенные песни. Псалом представляет собой духовную песнь, входящую в состав богослужения, которая со временем вошла в Книгу Псалмов (Псалтирь). В «Потерянном рае» автор часто отсылает читателя к текстам псалмов. Так, молитва Адама и Евы в райском саду (V) представляет собой развернутый парафраз 148-го псалма Давида.

В поэме Дж. Мильтона «Потерянный рай» сохраняется характерный для пасторального жанра пейзаж: открытое пространство, склоны холмов или гор, цветущие поляны, водный источник, ласковое солнце, легкий ветерок. Здесь присутствуют все первостихии (земля, небо, вода, воздух, огонь-солнце), причем все они явлены в своем благожелательном, живительном, умиротворенном, а не смертоносном лике.

Космизм ландшафта довершает дерево, выступающее в качестве земной оси, связывающей верх и низ. «And all amid them stood the Tree of Life / High eminent, blooming ambrosial fruit / Of vegetable gold» [4, с. 218]. Древо Жизни, крестное древо, на котором был распят Христос (своей смертью он открыл людям путь к вечной жизни), делает сад не просто «locus amoenus» (приятное место), а указывает на то, что это Эдем - христианский рай.

В поэме два дерева олицетворяют две противопоставленные силы: жизнь и смерть, Божественное/анти-Божественное: «and, next to life, / Our death, the Tree of Knowledge, grew fast by, / Knowledge of good, bought dear by knowing ill» [4, с. 218].

В вертикали мироздания у Мильтона человек занимает центральное место и изображается как высшее из земных существ, одновременно телесное и разумное, чувственное и рациональное. Наличие разума возвышает человека над миром животных и открывает путь к Богу. Адам в своем провидении возводится до Всемогущего Бога, затем низводится, поддавшись соблазну, а затем вновь возвышается, приносит себя в жертву, предрекая путь Иисуса Христа и спасение рода человеческого.

Таким образом, Адам соотносится с пастухом, «пасущим» животных в райском саду, и пастырем для Евы. Ему открывают секреты мирозданья, его предупреждают об опасности искушения, на него возлагается ответственность не нарушать единственного запрета Бога. В то же время Сатана - анти-пастырь - приходит к Еве и успешно «ведет» ее за собой. Сатана противопоставляется Богу как анти-царь, правящий в Аду. Там он повелевает и пророчит скорое падение Адама и Евы.

Для революционного периода (английская буржуазная революция 16421660 гг.) характерно противопоставление «царь - пастух», где царь персонифицирует идею власти, правления, господства, а пастух выражает демократические тенденции. Таким образом, Сатана, восстающий против неограниченной власти Бога, соотносится с образом пастуха в оппозиции «царь - пастух», а затем, в космическом смысле он представлен как анти-пастух и анти-царь: «О thou that, with surpassing glory crowned, / Look’st from thy sole dominion like the god / Of this new world» [4, с. 32]. У Сатаны нет своего места в вертикали мироздания. Автор перемещает его сверху вниз, противопоставляя то Богу, то Адаму, то низводит до животного, которое меняет облики, чтобы незамеченным пробраться в райский сад.

Эдем «Потерянного рая» - малое пространство, где сосредоточены все живительные силы природы («all delight of human sense exposed / In narrow room Nature’s whole wealth, yea more, / A Heav’n on Earth» [4, с. 85]), и место, где начнутся человеческие беды. Человек, являющийся прекрасным подобием Бога, одновременно является воплощением животного порока.

В процессе развития пасторальный текст впитывает христианскую символику, реагирует на традицию пения псалмов, которые прекрасно знал и переводил Мильтон и которые были знакомы читателю. Пасторальный текст не только отсылает читателя к античной древности, но и напоминает, что новоевропейская пастораль формировалась, вбирая в себя не только античные, но и христианские мотивы, репрезентирует «сакральный текст» в тексте произведения.

Литература

1. Ганин В.Н. Поэтика пасторали. Эволюция английской пасторальной поэзии XVI-XVII вв.: дис. ... докт. филол. наук / В.Н. Ганин. М., 1998. 427 с.

2. Лихачев Д.С. Поэзия садов / Д.С. Лихачев. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Согласие, 1998. 469 с.

3. Тетерина Е.Н. Эпические традиции в «Потерянном рае» Джона Мильтона и проблема специфики жанра: автореф. дис. ... канд. филол. наук / Е.Н. Тетерина. М., 2005. 22 с.

4. Milton J. Paradise Lost / J. Milton. L.; N.Y.: Penguin books, 1996. 313 p.

СОКОЛОВА МАРИНА ЮРЬЕВНА родилась в 1976 г. Окончила Нижегородский государственный лингвистический университет. Аспирантка кафедры зарубежной литературы и меж-культурной коммуникации, ассистентка кафедры романо-германских языков. Область научных интересов - литературоведение. Автор 10 научных работ.