Особопорядочный

В Перми утверждено обвинительное заключение по делу в отношении бывшего замруководителя МКУ «Управление капитального строительства Перми» Юрия Черепанова. Ему инкриминируется посредничество в получении взятки в крупном размере в группе лиц по предварительному сговору. По версии следствия, он выступил посредником в передаче 250 тыс. руб. руководителю МКУ Сергею Диеву и его заместителю Сергею Глушко. Господин Черепанов в ходе расследования изъявил желание заключить досудебное соглашение, дело в отношении него выделено в отдельное производство. Расследование в отношении господ Диева и Глушко следователи надеются завершить к середине месяца.

Следственным отделом по Ленинскому району СУ СКР по Пермскому краю окончено предварительное следствие по уголовному делу в отношении бывшего заместителя начальника МКУ «Управление капитального строительства Перми» Юрия Черепанова, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пунктом «б» ч. 3 ст. 291.1 УК РФ (посредничество в получении взятки в крупном размере в группе лиц по предварительному сговору). Как пояснил „Ъ“ замруководителя следственного отдела Илья Журавлев, прокуратура Ленинского района утвердила обвинительное заключение по делу.

Напомним, господин Черепанов был задержан 26 декабря прошлого года после получения 250 тыс. руб. от руководителя ЧОП «Навигатор» Михаила Оборина за подписание актов выполненных работ и осуществление их оплаты. Господин Черепанов сразу дал признательные показания и согласился сотрудничать со следствием в изобличении других участников преступления. После задержания он согласился под контролем следователей СКР и оперативников ФСБ передать денежные средства господину Диеву. Также он дал показания и против его заместителя Сергея Глушко. Последний был задержан 27 декабря.

В итоге суд избрал всем троим меру пресечения в виде заключения под стражу. Господам Диеву и Глушкову было предъявлено обвинение по пунктам п. «а», «б» и «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ (получение взятки в составе группы лиц, сопряженное с вымогательством в крупном размере). Спустя некоторое время с Юрием Черепановым было заключено досудебное заключение о сотрудничестве, после чего ему изменили меру пресечения на подписку о невыезде. Как говорят следователи, он оказал содействие следствию в раскрытии и расследовании преступления, а также в изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления. В частности, дал показания в отношении своего бывшего начальника Сергея Глушко. Уголовное дело в отношении него было выделено в отдельное производство. Сделку со следствием планировал заключить и господин Диев, который также признал свою вину в совершении преступления. Но в удовлетворении ходатайства о заключении соглашения ему было отказано, так как ничего нового из его показаний следствие не узнало.

Сергей Глушко, в отличие от предполагаемых подельников, вины не признал. По его мнению, он был оговорен другими фигурантами. В своих показаниях господин Глушко заявил, что в своем заявлении в правоохранительные органы Михаил Оборин обвинил в совершении преступления не его, а Юрия Черепанова. Кроме того, переговоры о передаче взятки велись с лета 2014 года, а он стал директором МКУ лишь в конце ноября. Также Сергей Глушко утверждал, что не имел полномочий, благодаря которым смог бы совершить незаконные действия в пользу предпринимателя.

Сергей Диев и Сергей Глушко находятся под стражей. 24 марта уголовное дело в отношении них было продлено до 26 мая. Между тем источники в правоохранительных органах надеются, что следственные действия по делу закончатся к середине апреля. Что касается господина Черепанова, то его уголовное дело суд рассмотрит в особом порядке. Силовики не исключают, что приговор в отношении него может иметь преюдициальное значение при оценке действий остальных участников предполагаемой преступной схемы.

Почетный адвокат России Николай Мельник отмечает, что ст. 90 УПК хоть и говорит о том, что обстоятельства, установленные вступившим в силу приговором суда, признаются без дополнительной проверки, но не могут предрешать виновность лиц, не участвовавших в деле. «Если эти лица в деле не участвовали, то, соответственно, и защищаться они не могли, — говорит он, — то есть суд не может дать квалификацию их действий «автоматически».