Иноязычные вкрапления в художественной прозе писателей первой волны эмиграции (русское зарубежье)

8. Киченко А. С. Молодой Гоголь (источники и пути эволюции ранней прозы). - Черкассы: Черкасский национальный университет, 2004. - 192 с.

9. Лихачев Д. С. Поэтика древнерусской литературы. - М., 1979. - 360 с.

10. Мережковский Д. С. Гоголь и черт / Мережковский Д. С. В тихом омуте. - М., 1991. - с. 213 - 309.

11. Намакштанская И. Е. Нильссон Б., Романова Е. В. Функциональные особенности лексики и фразеологии поэтических произведений Владимира Высоцкого. - Мир Высоцкого: Исследования и материалы. Альманах. - М.: ГКЦМ В. С. Высоцкого, 1997. - Вып. 1 - с: 177 - 206.

12. Намакштанская И. Е., Куглер Н. А. Гогольские мотивы в поэтике В. С. Высоцкого. -Л^ература i культура Полюся.Вип. 24 / Вщп. ред. i упорядник Г. В. Самшленко. - Кжин, НДПУ, 2004, с. 129 - 140.

13. Намакштанская И. Е., Романова Е. В. Сравнительная характеристика портретной живописи Н. В. Гоголя и В. С. Высоцкого. - Художественный текст: Варианты интерпретации: Труды X Межвузовской научно-практичной конференции (Бийск, 16 - 17 мая 2005 г.): В 2-х т. Т2 - Бийск: РИОБПГУ им. В. М. Шукшина, 2005. - с. 40 - 46.

Situational functioning of emotional and expressive aspects in V.S.Vysotsky's and

N.V.Gogol's works of literature

I.E.Namakshtanskaya

The article analyses emotional and expressive aspects typical for N.V.Gogol's and V.S.Vysotsky's works. It proves that the variety of Vysotsky spoken language is the consequence of Gogol's one. One of the arguments is a syntaxsema with emotional and expressive semantics.

Донецкая национальная архитектурно-строительная академия

УДК 801.3=82

Л.В.Сычева

ИНОЯЗЫЧНЫЕ ВКРАПЛЕНИЯ В ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ПРОЗЕ ПИСАТЕЛЕЙ ПЕРВОЙ ВОЛНЫ ЭМИГРАЦИИ

В статье рассматриваются и анализируются принципы отбора и функционального использования иноязычных вкраплений в русских оригинальных художественных текстах писателей русского зарубежья начала XX века.

Русская зарубежная литература ХХ века - почти неисследованная область русской национальной культуры. Между тем это одна из блестящих страниц отечественной культуры, созданная крупнейшими её мастерами, оказавшимися в силу тех или иных обстоятельств в эмиграции после Октябрьской революции. Самыми крупными центрами русской эмиграции в Европе стали Франция и Германия.

Материалом нашего исследования являются произведения таких писателей русского зарубежья, как В. Набоков, И. Бунин, И. Шмелёв, Г. Газданов, А. Ремизов и др. Все эти люди были высокообразованными.

Их объединял целый ряд особенностей речи, психологии и отношения к России. Эти писатели были верны России и стремились сохранить свою "русскость", поэтому всё лучшее и живое, что развивалось в эмигрантской литературе, питалось ностальгическими соками родной земли, русской классики [1, 8].

Знание нескольких языков (полилинг-визм) - характернейшая черта писателей-эмигрантов первой волны. Это способствовало, с одной стороны, их умению переключаться с одного языка на другой в условиях неродной языковой среды, а не строить макаронический дискурс; с другой

стороны, обусловливало определённые особенности их русской речи в области лексики, грамматики и фонетики [2, 36].

© Сычева Л.В., 2006

Таким образом, верно то, что причиной полилингвизма являются "социальные факторы, разные в различные исторические периоды, а его целью - обслуживание разных видов общения или отдельных социальных слоёв этнического коллектива, или всего коллектива в целом"[3, 14].

Язык произведений писателей-эмигрантов с точки зрения присутствия в нём иносистемных элементов не был темой отдельного исследования. Эти писатели вошли в русскую литературу уже давно и усвоили старые литературные традиции, но, оказавшись в неродной языковой среде, они испытали влияние других языков на язык их произведений.

Результатом языкового контактирования выступает появление в речи (устной или письменной) иноязычных вкраплений (ИВ), представляющих собой слова, словосочетания, фразы, отрывки теста и тексты на иностранном языке, включённые в русскую речь без изменений или с теми или иными изменениями [4, 23]. Языковой контакт определяется в лингвистической литературе как "попеременное использование двух и более языков одними и теми же лицами" [5, 61].

Одним из признаков ИВ считается их неассимилированность, неосвоенность, употребление часто в графике языка-источника, но этим признаком обладает лишь часть ИВ. Другая их часть удовлетворяет признаку окказиональности (невоспроизводимости в литературной речи), но есть и узуальные ИВ, регулярно используемые в тот или иной период развития русской литературной речи в определённых речевых стилях и составляющие международный фразеологический фонд (МФФ).

Стилистическое использование ИВ определяется содержанием сообщения, в которое они включены. "Национально-культурное своеобразие содержания сообщения имеют прежде всего тексты (оригинальные и переводные), изображающие вариабельную и стандартные речевые ситуа-

ции, требующие от контактирующих использования иностранного языка или ИВ" [4, 142].

В стандартных речевых ситуациях вербальное и невербальное поведение человека подчиняется определённым законам. "К числу вариабельных речевых ситуаций мы относим такие, в которых форма речи существенно меняется в зависимости от обстоятельств" [4, 142 ]. Для нашей работы важно использование сконструированной типовой речевой (вариабельной) ситуации, которая "характеризуется набором признаков, влияющих на выбор языка общения и характер проявления двуязычия у билингвов: 1) место языкового контакта (родная страна, заграница); 2) характеристика контактирующих (национальность, социальный статус, пол, гражданство); 3) степень владения родным и иностранным языком (от нулевого до "в совершенстве"); 4) цель общения (установка на качество речи)" [4, 142].

ИВ, введенные в текст в связи с его национально-культурной спецификой, могут обозначать предметы и явления нерусской культуры, участвовать в изображении жизненных или сюжетных ситуаций, где в качестве действующих лиц выступают носители нерусской культуры. Национально-культурная специфика текста складывается из многих составляющих, в том числе из участия в речевом акте персонажей-билингвов, из изображения реалий чужой культуры или действия, происходящего в условиях чужой культуры, и некоторых других.

Целью нашего исследования является выявление общих норм употребления, отбора и функционального использования ИВ в художественной прозе писателей-эмигрантов первой волны.

В исследованном материале нами было выявлено меньшее число ИВ, что объясняется тоской писателей по всему русскому, традиционному, христианскому. Больше всего вкраплений из французского языка (70%), что соответствует русской литературной традиции XIX века, затем по частотности употребления следуют вкрапления из английского, немецкого, украинского, латинского языков.

Большая часть ИВ в текстах прямо связана с национально-культурным содержанием сообщения (со стандартной или типовой вариабельной речевой ситуацией, воспроизведённой в произведении, или с темой (предметом) сообщения. Такие ситуации изобразил В. Набоков (например, "Подвиг", "Камера обскура"), И. Шмелёв ("Солнце мёртвых"), Г. Газданов ("Вечер у Клер").

Это бывает в тех случаях, когда, кроме своего родного, иностранцы никакого другого языка не знают

Встречаются случаи изображения авторами ситуаций, когда нерусский собеседник-билингв знает русский язык, а русский не знает языка собеседника. Так, в эпопее И.Шмелёва "Солнце мёртвых" татарин изъясняется с героем при помощи контамини-рованной русской речи (присутствует интерференция на фонетическом и грамматическом уровнях). «- Йей! - кричит он с болью в мои глаза, дёргает меня за руку. - Ну, твоя нада! пажалюста... бери конь! ну. клеба давай,. мала-мала. Снег, зима пришёл».

Встречаются случаи, когда русская речь даётся в иноязычном графическом оформлении, так в романе Набокова "Машенька" герой находит следующую телеграмму: "priedy subboty 8 utra". Выбор такой графики позволяет создать объёмный текст, изображающий узнаваемую действительность, ведь герои романа эмигранты, живущие в Германии.

Местом действия произведений писателей-эмигрантов часто становится заграница, и героями произведений являются люди нерусской культуры, совсем не знающие русского языка, поэтому в текстах В. Набокова, Г. Газданова много нулевых ИВ. Они представляют собой обычный русский переводной текст или отрывок такого текста, включённый в оригинальную русскую

речь, например в романе Набокова "Защита Лужина" его герой приезжает в Германию, что предполагает немецкий язык в передаче разговоров персонажей.

Также довольно многочисленны случаи использования в текстах полных ИВ, представляющих собой вставленный без всяких изменений в принимающий их текст отрезок текста на иностранном языке. Как правило, они передают речь героев-иностранцев, демонстрируют тексты песен, пословицы, крылатые выражения, различные надписи, т.е. передают национально-культурную специфику содержания сообщения, например, итальянские вкрапления - названия улиц, площадей, театров, кафе в произведениях Б. Зайцева, посвящённых Италии.

В исследованном материале есть ИВ, участвующие в изображении вариабельной речевой ситуации, при которой используются как иностранный, так и русский языки, так как общение осуществляется билингвами. Например, в речи персонажей Бунина многочисленны французские вкрапления, полные, частичные разных типов в графике языка-источника, передающие особенности речи представителей высшего общества России, в которой были естественны ИВ, если даже использовался при общении русский язык. Например: «C' est affreux, но что же делать?» (Сосед).

Художественной речи писателей-эмигрантов свойственно употребление ИВ не только той страны, где они жили, но и слов других языков. Они оформляются иногда как инкрустации из чужого языка, иногда передаются русскими буквами, с кавычками или без них. Например: «Благодарю Вас за очаровательную крисмас-карточку и милые слова» (В. Набоков); «На этой carte-illustree с таким печальным и величественным видом лунной ночи... спешу написать Вам. » (И. Бунин).

Иногда использование ИВ поддерживалось отсутствием точного однословного эквивалента в русском языке. Например:

«Видаю здесь множество людей, стараюсь найти какой-нибудь литературный или университетский джоб, но пока ничего не наклёвывается» (В. Набоков).

Казалось бы, что в русском языке имеется точный эквивалент работа. Однако английское job ассоциируется и с должностью, и с заработком, поэтому оно может быть одновременно употреблено с обоими прилагательными. Сказать же по-русски «найти литературную или университетскую работу» нельзя, равно как и «найти литературный или университетский заработок».

Меньшую часть в исследованном материале представляют вкрапления, ассоциативно связанные или совсем не связанные с национально-культурным своеобразием содержания сообщения. Это, как правило, слова и выражения из европейских языков, вошедшие в МФФ. Например, Бунин вводит в авторскую речь рассказа "В ночном море" латинское вкрапление, относящееся к МФФ:

«Какой-то там Кай смертен, ergo умру

и я».

Там же находим следующую фразу из итальянского языка: «Finita la comedia». Являясь стилистическим средством речевого выражения, такие фразы, даже с предельно кратким контекстом, обладают яркой экспрессивно-эмоциональной насы-

щенностью, что обеспечивает их живучесть в языке.

Высокой степенью идиоматичности обладают пословицы и поговорки, являющиеся узуальными, многие из которых совершенно не поддаются переводу и используются в оригинале (у Бунина «Repetitio est mater studiorum»).

Традиция XIX века "украшать" вкраплениями из МФФ речь автора и персонажей в художественных произведениях сохраняется и в русской литературной речи писателей-эмигрантов начала XX века.

Таким образом, писатели русского зарубежья во многом продолжают традиции отбора, использования и ввода ИВ в тексты, сложившиеся в XIX веке в русской литературной речи. Эти выражения не утратили своей "престижной" функции, т.е. они продолжают использоваться для украшения речи образованных людей. Однако нужно отметить, что общее количество ИВ снизилось по сравнению с текстами этого стиля XIX века. Это объясняется тоской писателей-эмигрантов по всему русскому, русской старине, русским обрядам.

Литература

1. Соколов А.Г. Судьбы русской литературной эмиграции 1920-х годов. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 1991.- С. 8.

2. Язык русского зарубежья: Общ. процессы и речевые портреты/ Рос. акад. наук. Ин-т рус. яз.им. В.В. Виноградова; Отв. ред. Е.А. Земская. - М.: Вена: Яз. слав. культуры: Wiener Slawistischer Almanach, 2001.- С. 36.

3. Проблемы двуязычия и многоязычия./ Ред. колл. Азимов П. А. (отв. ред.), Дешериев Ю.Д., Филин Ф.П. и др. - М.: Наука 1972.- С. 14.

4. Листрова-Правда Ю.Т. Отбор и употребление иноязычных вкраплений в русской литературной речи XIX века. - Воронеж, 1986. - С. 23-144.

5. Хаугэн Э. Языковой контакт. // Новое в лингвистике. - М.: Прогресс, 1972. - Вып. 6. - С. 61-81.

6. С того берега: Писатели русского зарубежья о России в 2 т. - М ., 1992.

Foreign elements in Russian emigrants' authentic fiction texts at thebeginning of the 20th

century

L.V. Sychyova

The article considers expressions belonging to another language, the principles of their selection and the functional uses in Russian works at the beginning of the XX century.

Воронежский государственный архитектурно-строительный университет