Некоторые дискуссионные вопросы реализации принципа состязательности в суде первой инстанции

ББК Х629.0

НЕКОТОРЫЕ ДИСКУССИОННЫЕ ВОПРОСЫ РЕАЛИЗАЦИИ ПРИНЦИПА СОСТЯЗАТЕЛЬНОСТИ В СУДЕ ПЕРВОЙ ИНСТАНЦИИ

С.М. Даровских, кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного про-

цесса и криминалистики ЮУрГУ

Рассматриваются проблемные вопросы, касающиеся реализации принципа состязательности в судебном разбирательстве. Обосновывается обязательность участия подсудимого и защитника-профессионала. Автор выступает за возврат в уголовное судопроизводство представителей общественности (общественных защитников и общественных обвинителей), за расширение границ активности суда.

Ключевые слова: принцип состязательности, стороны, равенство сторон.

Стадия судебного разбирательства - это основная стадия уголовного процесса, в которой принцип состязательности проявляется в большей степени, поскольку здесь для этого созданы все необходимые условия. Реализация данного принципа накладывает на участников процесса повышенную ответственность за свои решения. Например, принимая решение о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившегося свидетеля и высказывая свое мнение об этом, представитель каждой стороны должен учитывать, что показания отсутствующего свидетеля могут быть оглашены только с согласия обеих сторон. Это чревато тем, что показания могут не прозвучать совсем, если они не выгодны противной стороне, которая будет возражать против оглашения показаний этого свидетеля.

Состязательные начала в судебном разбирательстве проявляются в настоящее время в следующем.

Во-первых, обязательность участия представителей сторон. Согласно требованиям законодателя в судебном разбирательстве обязательно участвует государственный обвинитель, а по делам частного обвинения - частный обвинитель. Обязательность присутствия данных лиц объясняется невозможностью иных участников процесса поддерживать обвинение. По общему правилу, участие потерпевшего обязательно, в его отсутствие дело может быть рассмотрено, только если суд признает это возможным.

Из представителей со стороны защиты обязательно участие подсудимого. Нам не представляется правильным сохранение законодателем возможности рассмотрения уголовного дела небольшой или средней тяжести

по ходатайству подсудимого в его отсутствие. Нарушение как принципа состязательности, так и принципа непосредственности не могут положительным образом сказаться на результатах судебного разбирательства. Кроме того, суд может убедиться в добровольности заявленного ходатайства только путем рассмотрения личного заявления обвиняемого в его присутствии, поэтому любая причина, изложенная в данном ходатайстве, будет носить несколько надуманный характер.

С исключением, предусмотренным ч. 5 ст. 247 УПК РФ, следует согласиться, но рассматривать его необходимо как вынужденную меру, применяемую только по делам о тяжких или особо тяжких преступлениях. Вынужденной мерой является и удаление подсудимого из зала суда в случае его не подчинения распоряжениям председательствующего или судебного пристава до окончания прений сторон. В любом случае подсудимый сохраняет право выступления с последним словом.

Поскольку мы убеждены в том, что состязательные начала будут реализованы только тогда, когда состязание будет проходить между равными противниками, мы выступаем за обязательное присутствие в судебном разбирательстве защитника-профессионала. Борьба, состязание в судебном заседании предполагает наличие определенных навыков, опыта данной деятельности, знания тактики и методики защиты. Ни сам обвиняемый, ни кто-то другой, не подготовленный, без опыта и знаний (хотя в ч. 2 ст. ст. 49 УПК РФ говорится о возможности участия в качестве защитника в судебном разбирательстве иного лица) не сможет должным образом выполнить функцию защиты.

Согласно приказам Генерального прокурора РФ в суды для поддержания государственного обвинения должны направляться более опытные прокуроры, что изначально осложняет саму задачу защиты. В судебном разбирательстве требуется принятие быстрых и часто судьбоносных решений, с чем может справиться, не причиняя вреда подсудимому, только опытный защитник. Это требует, на наш взгляд, обязательного присутствия в суде первой инстанции защитника-профессионала. Введение данного положения в закон следует рассматривать с позиции интересов лиц, вовлеченных в уголовный процесс. Это положение не будет ущемлять права обвиняемого на выбор защитника, поскольку право на выбор защитника-профессионала остается. В силу изложенных доводов нельзя согласиться с мнением тех ученых, которые придерживаются противоположной точки зрения1.

Эти же доводы позволяют нам высказать предложение относительно обязательного участия по каждому уголовному делу защитника-профессионала. Законодатель перечисляет лишь несколько случаев обязательного участия защитника, но отсутствие лица, осуществляющего процессуальную защиту, сводит на нет состязательные начала процесса. Мы полагаем, что отказ от защитника не должен быть обязательным для суда, причем вне зависимости от причин отказа (исключение -отказ от конкретного адвоката, который должен быть заменен другим защитником). Зная, что услуги адвоката должны оплачиваться, подсудимые достаточно часто отказываются от этих услуг из-за отсутствия средств на оплату, приводя надуманные доводы, в том числе и желание защищаться самому. Защита по назначению порождает проблему, которой в научной литературе уделено достаточно внимания, - это качество защиты. Мы полагаем, что никакими искусственными средствами эту проблему решить нельзя: ни увеличением стоимости судодня, ни введением муниципальной адвокатуры. Качество работы адвоката отслеживает в первую очередь сам клиент, а уже затем квалификационная комиссия Адвокатской палаты субъекта РФ. Если квалификационная комиссия будет выявлять низкое качество работы, невыполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей и принимать решительные меры в отношении таких нерадивых адвокатов, только в этом случае может повыситься качество работы защитников.

Участие в судебном разбирательстве гражданского истца, гражданского ответчика и их представителей зависит от активности указанных лиц, особенностей уголовного дела и необходимости их присутствия, которую определяет суд. Уголовное дело вполне может быть рассмотрено и в отсутствие данных лиц.

Действующий УПК РФ, в отличие от УПК РСФСР 1960 года, не предусматривает возможность участия в судебном разбирательстве представителей общественных организаций и трудовых коллективов в качестве общественных защитников и общественных обвинителей. Мы полагаем, что данное решение не совсем обоснованно, потому что Конституция РФ закрепила право граждан России на участие в отправлении правосудия (ч. 5 ст. 32). В каких формах данное участие в настоящее время осуществляется? Только в качестве присяжных заседателей по некоторым делам в судах уровня субъектов РФ. Участие не означает присутствие, хотя и присутствие граждан в зданиях судов во время судебных заседаний в настоящее время весьма ограничено. Участие, на наш взгляд, - это реализация возможности влиять на ход процесса, на то решение, которое будет вынесено по конкретной проблеме, по конкретному уголовному делу. Такое влияние в свое время оказывали общественные обвинители и общественные защитники, высказывая мнение делегировавших их трудовых коллективов или общественных организаций. Социальный смысл участия представителей общества, народа в уголовном судопроизводстве заключается главным образом в том, что усиливается в уголовном процессе его демократическое содержание, способствует воплощению социальной справедливости в судах2. Участвуя в судебном разбирательстве, представители народа не только выражают волю народа, который в своей массе законопослушен, но и соединяют профессионализм судей с житейским опытом непрофессионалов. Выслушивание в судебном разбирательстве мнение указанных лиц относительно совершенного преступления, степени участия подсудимого в этом преступлении, дополнительных доводов к доводам, изложенным профессиональными участниками процесса, способствует и более полной реализации принципа состязательности. Поэтому мы полагаем, что возвращение к данным формам участия общественности в уголовном судопроизводстве будет способст-

вовать развитию демократических начал в уголовном судопроизводстве.

Реализация принципа состязательности обеспечивается наличием равных прав представителей сторон в процессе. Рассматривая ранее данный элемент принципа, мы писали о том, что достичь абсолютного равенства прав участников уголовного судопроизводства невозможно. Отчасти это происходит потому, что судебное разбирательство не оторвано от предыдущих стадий уголовного процесса, оно, по сути, является продолжением той деятельности, которая была начата еще на стадии предварительного расследования, где равенство прав не предполагается. Поэтому, говоря о равенстве прав сторон, мы имеем ввиду только права, которыми они располагают именно в судебном разбирательстве.

Это касается ситуации, когда сторона защиты, используя право на обязательность удовлетворения ходатайства в соответствии с ч. 4 ст. 271 УПК РФ, просит суд допросить в качестве свидетеля лицо, явившееся в суд по инициативе данной стороны. Этими действиями сторона обвинения может быть поставлена в достаточно сложное положение, поскольку, не располагая данными, которые излагает указанный свидетель, не может привести серьезные контраргументы. В то же время сторона обвинения, заканчивая предварительное расследование, обязана предоставить все доказательства вины обвиняемому, добытые при расследовании. Это происходит в форме ознакомления с материалами уголовного дела. Сторона же защиты не обязана предоставлять обвинению информацию, которая может быть ею использована в судебном разбирательстве в качестве оправдательных доказательств.

Такая ситуация не исключается, но мы не видим в этом нарушений равенства прав сторон в судебном разбирательстве, которые бы ограничивали состязательность процесса. Часть 4 ст. 271 УПК РФ сформулирована таким образом, что право заявлять в суде ходатайства о допросе свидетелей или специалистов предоставлено обеим сторонам. Поэтому, если стороне обвинения станут известны ка-кие-либо факты, имеющие значение для уже рассматриваемого в судебном разбирательстве дела, она также может заявить аналогичное ходатайство, и суд его должен будет удовлетворить.

Мы не считаем это нарушением равенства прав сторон, так как сущность принципа со-

стязательности заключается не столько в соблюдении установленной уголовно-процес-суальной формы, хотя это тоже важно, сколько в обеспечении условий для постановления законного, обоснованного и справедливого судебного решения. Если показания заявленного свидетеля настолько существенны, что кардинальным образом меняют всю картину происшедшего события, ломают сформулированное обвинение либо подкрепляют его убедительными фактами, то это обеспечивает постановление именно такого приговора, к которому стремился суд.

Устранить причины данной проблемы, на наш взгляд, не представляется возможным, так как разрешение заявленных стороной защиты ходатайств в досудебных стадиях процесса зависит полностью от представителей стороны обвинения, которые при принятии решения по ходатайству исходят в первую очередь из своих интересов и своей позиции. Поэтому обвиняемые и их защитники приберегают некоторые факты для суда, надеясь на их объективное восприятие и оценку. Неожиданностей сторона обвинения может избежать, если качество расследования дела не будет вызывать нареканий. Полнота, всесторонность и объективность исследований, проводимых следователем либо дознавателем, будут гарантией успешного и безпроблемного прохождения дела в суде.

В отношении порядка исследования доказательств следует отметить, что уголовнопроцессуальный закон не содержит прямого запрета на получение показаний в форме «свободного рассказа», да и практика идет по пути сохранения данной формы. Полностью отказаться от «свободного рассказа», на наш взгляд, невозможно. Подсудимый и потерпевший имеют право на дачу показаний, и в какой форме эти показания будут даны, решают они сами и достаточно часто просят дать им возможность рассказать о том, как все было на самом деле. В судебном разбирательстве, проводимом в обычном режиме, это не является проблемой, поскольку все участвующие должностные лица знакомы с материалами уголовного дела. Сложности могут возникнуть в суде с участием присяжных заседателей, которые не должны получать определенную информацию для сохранения объективности и непредвзятости к подсудимому. Решение проблемы зависит от качества работы защитника-профессионала, который должен разъяснить своему подзащитному

указанные моменты при принятии решения о составе суда, который может рассматривать его дело. Мы полагаем, что «свободный рассказ» не конфликтует с принципом состязательности еще и потому, что существует допрос, позволяющий сторонам выяснить все существенные для них обстоятельства в таком порядке, какой они считают необходимым.

Первой доказательства представляет сторона обвинения. Очередность исследования доказательств, которые стороны собираются представлять суду, определяют они сами. Подсудимый и потерпевший могут давать показания в любой момент судебного следствия. Все эти положения закреплены в законе и обеспечивают состязательность процесса.

На наш взгляд, определенные проблемы реализации принципа состязательности возникают, если появляется необходимость оглашения показаний потерпевшего или свидетеля, которые были допрошены на предварительном следствии, но в судебное заседание не явились. В науке присутствует мнение, что оглашение показаний неявившихся свидетелей и потерпевших нарушает право подсудимого на защиту и препятствует реализации принципа состязательности3.

В соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ оглашение этих показаний допускается с согласия сторон, т.е. предполагается, что обе стороны должны выразить свое согласие, но в ситуации спора чаще всего интересы одной стороны не совпадают с интересами другой, и поэтому норма фактически не работает. Нам представляется, что было бы целесообразно оглашать показания свидетелей и потерпевших по инициативе как суда, так и сторон. Это правило должно действовать в случае отсутствия свидетелей и потерпевших в зале судебного заседания только по уважительным причинам, а также при выявлении противоречий между ранее данными показаниями и показаниями этих лиц в судебном заседании. Выдвигая данное предложение, мы исходим из того, что принцип состязательности не является самоцелью, а должен обеспечивать полноту и объективность исследования всех доказательств.

Рассматривая вопрос об активности суда, мы уже высказывали мнение о необходимости расширения прав суда в исследовании доказательственной базы. Суд не должен подменять стороны, выполнять функцию, ему не свойственную, но он должен иметь возможность в случае, если стороны не проявляют актив-

ность, принимать меры для исследования всех фактов, имеющихся в деле. Поэтому если стороны отказываются от дополнения судебного следствия, председательствующий должен иметь право инициировать исследование фактов, имеющихся в материалах дела, которые не были исследованы по инициативе сторон. В этой ситуации, обеспечив сторонам максимальную возможность доказывать правоту своей позиции, суд не будет находиться в зависимости от них, их профессионализма, заинтересованности, умения работать в стадии судебного разбирательства.

Мы полагаем, что равенство прав сторон обязательно должно проявляться и в порядке выступления участников процесса в прениях. В действующем законе право выступать в прениях принадлежит только обвинителю и защитнику. Все остальные участники, в том числе подсудимый и потерпевший, могут выступать с разрешения суда, но для этого им следует заявлять соответствующие ходатайства. Данное положение нельзя признать правильным, поскольку оно лишает заинтересованных лиц права отстаивать свои интересы. После окончания судебного следствия участникам, как правило, есть что сказать суду, но не в форме дополнения к своим показаниям, данным ранее, и не в форме ходатайства, а в качестве возражения на выступление государственного обвинителя, а может быть и отчасти на выступление защитника. Состязательный процесс еще не закончен, состязание, а во время выступлений это особенно видно, продолжается, и лишение участников процесса именно в данный момент права отстаивать свои позиции не свидетельствует в пользу рассматриваемого принципа.

Следующий элемент принципа состязательности - это присутствие незаинтересованного в конечном результате объективного органа, наделенного правом разрешения уголовного дела по существу. Данный элемент проявляется в том, что суд не должен показывать свое расположение любой из сторон. Он должен воздерживаться от проявления предвзятости, необъективности, выполнять иные функции, ему не свойственные. Он не может выступать ни на стороне обвинения, ни на стороне защиты. Это требование обеспечивает не столько внешнее проявление объективности, сколько внутреннее отношение судьи, его ощущение себя как органа, от которого ждут обоснованного и справедливого решения. На наш взгляд, данные требования не

соотносятся с положениями уголовнопроцессуального закона, позволяющими судье самостоятельно применять к подсудимому либо изменять избранные в отношении него меры пресечения (ч. 3 ст. 247, ст. 255 УПК РФ). Системный анализ указанных норм позволяет прийти к выводу, что по действующему законодательству суд сам может инициировать избрание либо изменение меры пресечения подсудимому. С точки зрения принципа состязательности это не может быть признано правильным4. Мы полагаем, что, рассматривая находящееся у него в производстве уголовное дело, суд может принимать подобного рода решения, только если инициативу проявляет соответствующая сторона (в отношении избрания меры пресечения либо изменения на более строгую - это сторона обвинения, а об изменении меры пресечения на более мягкую может ходатайствовать и сторона защиты). Инициатива суда в принятии подобного решения, как нам представляется, будет свидетельствовать о его необъективности. Такое же требование о запрете суду инициировать вопросы, связанные с мерой пресечения, следует распространить и на порядок продления судом срока содержания под стражей. Данное решение суд также должен принимать только, если перед ним ставят такую задачу. Проявлять подобного рода инициативу должна прокуратура. Утвердив обвинительное заключение и направив уголовное дело в суд, прокуратура должна отслеживать и все вопросы, связанные с реализацией ею своей обвинительной функции, в том числе и касающиеся избрания, отмены, изменения меры пресечения либо продления срока содержания под стражей. Это логично вписывается в деятельность прокурора в суде как государственного обвинителя, который убеждает суд в том, что гражданин виновен в совершении инкриминируемого ему преступления и обеспечивает возможность исполнения того наказания, которое определит суд.

В УПК РФ закреплено правило о недопустимости повторного участия судьи в рассмотрении уголовного дела (ст. 63 УПК РФ). Это положение обеспечивает объективный подход должностного лица к рассматриваемому уголовному делу, что отвечает требованиям принципа состязательности. В то же время законодатель не высказал своего мнения относительно рассмотрения уголовного дела по существу тем судьей, который в соответствии со ст. 108, 125 УПК РФ ранее по

данному делу рассматривал жалобы на действия и решения следователя, дознавателя и прокурора, а также ходатайства о применении к подозреваемому или обвиняемому мер пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста. Судья в этом случае дело по существу не рассматривает, но, принимая решение по поводу удовлетворения или отказа в удовлетворении жалобы или ходатайства представителя стороны, суд формирует свое мнение относительно причастности лица к преступному деянию, и этот вывод, на наш взгляд, может повлиять на объективность решения, если данный судья будет рассматривать это же дело по существу. Вынося решение о возможности применения меры пресечения в виде заключения под стражу, суд должен убедиться в том, что лицо подозревается либо обвиняется в совершении преступления, наказание за которое предполагается в виде лишения свободы на срок более двух лет. Уже это убеждение судьи, т.е. состояние, заключающееся в твердой и сознательной уверенности в сделанном единственно правильном умозаключении5, позволяет предполагать, что в последующем, получив данное уголовное дело для рассмотрения его по существу, судья будет готов исходить из позиции, что прежнее решение было принято обоснованно. Поэтому мы считаем целесообразным ввести запрет на рассмотрение дела судьей, который ранее по данному делу рассматривал жалобы или ходатайства в порядке ст. 108,125 УПК РФ.

Таким образом, есть все основания говорить, что в судебном следствии, несмотря на то, что принцип состязательности здесь проявляется в большей степени, еще встречаются проблемы, связанные с реализацией этого принципа, требующие своего разрешения.

1 См., например: Еникеев З.Д., Шамсутдинов Р.К. Проблемы уголовного правосудия в современной России. -Уфа, 2006.-С. 72.

2 Там же.

3 Холоденко В. Право обвиняемого на допрос изобличающих его лиц - законное средство защиты от предъявленного обвинения // Российская юстиция. - 2003. -№ 11. - С. 26-27; Стецовский Ю.И. Проблемы юридической помощи и уголовно-процессуальный закон. - М., 2006.-С. 57.

4 Петрухин И.Л. Теоретические основы реформы уголовного процесса в России. - Ч. II. - М., 2005. - С. 111.

5 Яцишина O.E. Внутреннее убеждение как основание свободы оценки доказательств в российском уголовном процессе: дис. ... канд. юрид. наук - Челябинск, 2004. -С. 87.

Статья поступила в редакцию 12 мая 2008 г.