Толерантность в структуре личностных свойств студентов вузов: результаты факторного анализа

УДК 159.922

Л. В. Кавун

ТОЛЕРАНТНОСТЬ В СТРУКТУРЕ ЛИЧНОСТНЫХ СВОЙСТВ СТУДЕНТОВ ВУЗОВ: РЕЗУЛЬТАТЫ ФАКТОРНОГО АНАЛИЗА

Статья посвящена изучению толерантности как многомерного феномена, играющего важную роль в формировании у студентов вузов навыков эффективного социального поведения, успешной социально-психологической адаптации к новым условиям. В работе представлены результаты исследования взаимосвязей толерантности с такими личностными составляющими, как способность к децентрации, эмпатия, способы поведения в ситуациях социальной фрустрации и др. на примере студентов вуза. Приведены данные факторного анализа, подтверждающего, что в структуре связей толерантности с разными личностными свойствами одно из ведущих мест занимает способность к децентрации, играющая важную роль в процессе формирования толерантных установок в сознании.

Ключевые слова: толерантность, децентрация, толерантные установки, толерантные модели поведения, социально-психологическая адаптация.

В условиях глобализации экономики, интеграции, быстрого развития коммуникации, с одной стороны, и увеличения количества и интенсивности агрессивных проявлений при разрешении разногласий, с другой стороны, становится необходимым укоренение в нашей культуре идей толерантного мышления, предполагающего уважение, принятие, понимание многообразия культур, форм самовыражения и способов проявления человеческой индивидуальности.

На первый план выходит проблема формирования толерантных установок и моделей поведения, позволяющих личности эффективнее решать возникающие жизненные проблемы, успешнее взаимодействовать с другими людьми, сохранять внутреннее равновесие, строить более гармоничные отношения с собой и миром в процессе личностного роста, развития своего потенциала.

Образовательное пространство вуза может стать площадкой для овладения новыми моделями социального поведения. Это обусловлено тем, что студенческий возраст является важным периодом в психосоциальном развитии человека, связанным с формированием системы ценностей по отношению к себе, другим людям, миру в целом. И в рамках университетского образования важно создавать условия для формирования в сознании студентов установок ценностного толерантного отношения к другим людям и жизни вообще.

Исследование проблемы формирования установок толерантного сознания является новым направлением в отечественной психологии. Изучались разные аспекты феномена толерантности. В частности рассмотрены общефилософские и социокультурные вопросы толерантности (Р. Р. Валитова,

В. М. Золотухин, Н. В. Круглова, В. А. Лекторский, Г. Олпорт). С позиции социально-психологического понимания проблемы обсуждалось влияние социальных факторов на проявление толерантных и нетолерантных форм поведения в социуме

(М. Мацковский, Б. Э. Риэрдон, И. Дзялошин-ский); разнообразные аспекты этнической толерантности (Д. Берри, М. Плизент, С. Н. Ениколопов, Д. В. Ефимова, Н. Л. Иванова, Н. М. Лебедева, Ф. М. Малхозова, Е. П. Непочатых, Г. У. Солдатова, Т. Г. Стефаненко, А. Н. Татарко, Е. И. Шлягина и др.); влияние СМИ на формирование толерантных/ интолерантных установок в сознании (А. Г Асмо-лов, О. В. Гордякова, И. В. Грошев, Л. Енина, Д. А. Леонтьев, А. В. Шариков, Э. А. Баранова, Ю. Н. Кузнецов и др.). Ряд работ посвящен психо-лого-педагогическим вопросам толерантности (И. В. Абакумова, П. Н. Ермаков, Н. А. Асташова, С. Л. Братченко, О. А. Грива, Д. В. Зиновьев, П. Ф. Комогоров, Т. С. Таюрская, В. Тишков и др.). Исследовалась проблема толерантности и в рамках анализа процесса межличностного общения (Г А. Асмолов, Г. С. Кожухарь, В. А. Лекторский, Г. У. Солдатова, С. Л. Братченко). Большое количество работ посвящено анализу толерантности как устойчивости к стрессам, ситуациям неопределенности, конфликтам (Г. А. Асмолов, Д. Бродский, С. Л. Братченко, Е. Р. Зетцель, Г. Кристал, Г. У. Солдатова, С. С. Степанов, Л. А. Шайгерова и др.). Затрагивался вопрос о границах толерантности (А. Г. Асмолов, Т. П. Скрипкина, Г. У Солдатова, Л. А. Шайгерова). Подчеркивалась связь толерантности с ценностно-смысловым ядром личности (А. Г. Асмолов, С. Л. Братченко, Д. В. Зиновьев, Г. С. Кожухарь, Л. И. Рюмшина и др.). Несколько работ посвящено обсуждению психологических механизмов, способствующих и препятствующих формированию толерантных установок в сознании (Д. Бродский, Е. Г. Виноградова, И. Б. Гриншпун,

А. А. Деркач, Г. С. Кожухарь, Д. А. Леонтьев, Е. В. Магомедова, Г. Олпорт, Е. В. Селезнёва, Е. И. Шлягина).

Вместе с тем следует отметить, что до сих пор нет единого, универсального, признанного всеми, определения толерантности, четких классифика-

ций видов и уровней толерантности, а также их критериев, однозначного понимания механизмов формирования толерантных установок в сознании. Работ по исследованию психологических механизмов формирования толерантности, изучению толерантности как целостного феномена в отечественной психологии немного, данная проблема недостаточно разработана, а существующие теоретические модели нуждаются в подтверждении на основе эмпирических исследований.

Анализ предлагаемых дефиниций феномена толерантности позволяет выделить несколько граней, очерчивающих понятие толерантности. В общефилософском и социокультурном контексте толерантность - свойство мышления, предполагающее осознание того, что мир многомерен, а взгляды на мир различны (Н. В. Круглова, Г. Олпорт, В. М. Золотухин). С позиции социально-психологического понимания проблемы, толерантность -способность устанавливать контакты с людьми, отличающимися от нас, независимо от их этнической, национальной или культурной принадлежности (Д. В. Зиновьев, П. Кинг, Е. Г. Луковицкая,

B. Тишков). В рамках анализа процесса межличностного общения - это возможность услышать другого, понять иного; готовность к пониманию и вступлению в диалог с человеком, вызывающим негативную реакцию; уважение чужой позиции в сочетании с установкой на взаимное изменение позиций в результате критического диалога (Г. А. Ас-молов, С. Л. Братченко, Г. С. Кожухарь, В. А. Лекторский, Г. У Солдатова). Многие авторы рассматривают толерантность как устойчивость к стрессам, ситуациям неопределенности, конфликтам (Г. А. Асмолов, Г. У. Солдатова, С. Л. Братченко,

C. С. Степанов, Д. Бродский, Л. А. Шайгерова).

В контексте настоящей работы толерантность в широком смысле понимается как позиция принятия иных ценностей, взглядов, обычаев, равноправных с привычными «своими» ценностями, взглядами и обычаями, вне зависимости от степени согласия с ними (Д. А. Леонтьев [1, с. 8]). Это определение описывает толерантность и как свойство личности, и как феномен общественного сознания.

В рамках данного исследования толерантность рассматривается в пространстве индивидуальнопсихологических особенностей.

Нам представляется, что наиболее полно психологический смысл понятия «толерантность» как личностного феномена представлен в дефиниции Г. У Солдатовой [2]. Поэтому при исследовании личностной, диспозиционной толерантности, она будет пониматься как интегральная характеристика индивида, определяющая его способность в проблемных и кризисных ситуациях активно взаимодействовать с внешней средой с целью восстановления своего не-

рвно-психического равновесия, успешной адаптации, недопущения конфронтации и развития позитивных взаимоотношений с собой и с окружающим миром. Такое определение предполагает рассмотрение толерантности в широком диапазоне: от ее понимания как нервно-психической устойчивости до ее оценки как нравственного императива личности.

Рассматривая толерантность как многомерный, многоуровневый феномен, пронизывающий все сферы социальной и индивидуальной жизни человека, мы считаем, что изучение психологических механизмов формирования толерантности невозможно без исследования взаимосвязей данного явления с другими психологическими измерениями личности, что поможет составить научное представление о целостной природе феномена толерантности. В качестве таких измерений могут выступать эмпатия, знание о себе и отношение к себе, специфика локуса контроля, особенности поведения в ситуациях социальной фрустрации.

Данное предположение основано на высказываниях ряда авторов, которые, рассматривая толерантность как многомерный феномен, на теоретическом уровне описывают взаимосвязи толерантности с разными личностными характеристиками (А. Г. Асмолов, С. Л. Братченко, И. Б. Гриншпун, Г. С. Кожухарь, Д. А. Леонтьев, Г. Олпорт, Г. У Солдатова, И. П. Шкуратова и др.). Однако эмпирических исследований, направленных на изучение связей толерантности с другими личностными особенностями, позволяющих составить более полное научное представление о целостной природе явления толерантности, недостаточно.

В целом можно констатировать, что почти все исследователи феномена толерантности, например А. Г. Асмолов [3, с. 7], С. Л. Братченко [4, с. 114], рассматривают толерантность как интегральное, многомерное явление, при анализе которого необходимо учитывать междисциплинарный статус проблемы толерантности, взаимовлияние внешних и внутренних факторов, способствующих или препятствующих проявлению толерантности.

Тогда в фокусе нашего исследования оказываются толерантные установки в сознании студентов вуза. А предметную область будут составлять взаимосвязи между толерантными/нетолерантными моделями поведения и такими личностными характеристиками как способность к децентра-ции, эмпатия, уровень субъективного контроля, способы поведения в различных ситуациях социальной фрустрации.

Целью работы стало определение структуры взаимосвязей толерантности с вышеперечисленными личностными составляющими.

Особое внимание уделено проверке основной гипотезы нашего исследования, в соответствии с

которой одну из ведущих ролей в процессе формирования толерантных установок в сознании и толерантных моделей поведения у студентов вузов играет развитие механизма децентрации - способности человека встать на точку зрения другого, т. е. изменить свою познавательную перспективу.

Ведь когда происходит «встреча значений со смыслами» и толерантность из социально одобряемого эталона поведения превращается в насыщенное личностными смыслами ценностное образование, для личности становится естественным признание равноправными разных реальностей. Это предполагает, как пишет Д. А. Леонтьев, «мужество принятия ответственности за свой выбор и признание за другими права на их выбор» [1, с. 7]. Что, с нашей точки зрения, невозможно без умения принять точку зрения другого человека и соотнести ее со своей позицией.

В контексте понимания толерантности как интегральной характеристики индивида, определяющей его способность в проблемных и кризисных ситуациях активно взаимодействовать с внешней средой, разрешать противоречия, сотрудничать, представляется необходимым изучение когнитивной и личностной составляющих децентрации, выделяемых Е. Н. Емельяновым [5, с. 116].

Когнитивная децентрация, связанная с переходом от одностороннего видения ситуации к сдвигу перспективы, более объективной оценке проблемы, позволяет человеку в проблемных, кризисных, конфликтных ситуациях, требующих проявления толерантности, перейти границу «свое-чужое» и изменить свою познавательную позицию.

Личностная децентрация, предполагающая способность к мысленно-адекватному перемещению на точку зрения, отличную от собственной, напрямую связана с установкой на восприятие иных, отличных от собственной точек зрения, принимать в расчет мнения, планы, точки зрения других людей и координировать их со своими собственными. Именно при наличии такой установки возможно принятие иных ценностей, взглядов, обычаев, равноправных с привычными «своими» ценностями, взглядами и обычаями, вне зависимости от степени согласия с ними, т. е. проявление подлинной толерантности.

В психодиагностической части исследования применялись следующие методики:

- разработанная на кафедре психологии педагогики НГТУ методика психологической диагностики уровня толерантности студентов [6, с. 45];

- модифицированный вариант методики «Неизвестный предмет» Е. Н. Емельянова [5, с. 117] для изучения когнитивного аспекта децентрации;

- методика В. Л. Назаренко - «Применение сти-мульного материала методики С. Розенцвейга» [7]

для исследования личностной, социально-психологической составляющей децентрации;

- методика определения уровня субъективного контроля Дж. Роттера. (Адаптация Е. Ф. Бажина,

С. А. Голынкиной, А. М. Эткинда) [8, с. 159];

- методика В. В. Бойко для определения выраженности каналов эмпатии [9, с. 385];

- методика измерения способов поведения в ситуации фрустрации (модификация теста Розен-цвейга) [10, с. 386]

Для верификации результатов исследования использовались методы статистического анализа: рассчитывались коэффициент ранговой корреляции Спирмена и критерий хи-квадрат для определения связи между исследуемыми показателями, применялся факторный анализ для структурной классификации исследуемых переменных.

Обработка результатов исследования осуществлялась с помощью программы статистической обработки в среде Windows «Б1а118йса-6».

В эмпирическом исследовании принимали участие студенты 1-111 курсов гуманитарного факультета НГТУ (161 чел.).

Ранее были опубликованы результаты корреляционного анализа связей между исследуемыми характеристиками [11, с. 379], позволившие сделать следующие выводы.

Существует взаимосвязь между толерантностью и способностью к децентрации. У студентов с выраженной способностью к децентрации проявляется высокий уровень толерантности, и наоборот, неумение человека вставать на точку зрения другого характерно для низкотолерантных студентов.

Выявлены взаимосвязи и толерантности с уровнем развития эмпатических способностей. Готовность принять других такими, какие они есть, признание многомерности и многообразия человеческой культуры неразрывно связаны со способностью постичь эмоциональное состояние другого человека, сопереживать и сочувствовать другому.

Также обнаружены взаимосвязи толерантности с особенностями поведения студентов во фрустриру-ющей ситуации. У студентов с высоким уровнем толерантности наблюдается более конструктивное, эффективное поведение в ситуациях социальной фрустрации. Они демонстрируют большую социальную адекватность и «зрелые» способы разрешения травмирующих конфликтных ситуаций. Характерными особенностями этих моделей поведения являются обращение внимания прежде всего на поиск выхода из фрустрирующей ситуации (а не фиксация на препятствии, поиск виноватых, рационалистическая дискредитация цели, самообман или стремление уйти от проблемы, не замечая ее), отсутствие агрессивности и самостоятельность, опора на свои силы, принятие на себя ответственности за неудачи.

Связаны между собой толерантность и уровень субъективного контроля. Студентам с выраженной толерантностью, у которых толерантность становится чертой характера, означающей уважительное отношение ее носителя к людям самим по себе, свойствен интернальный локус контроля, связанный с уверенностью человека в том, что удачи и неудачи определяются его собственными действиями и способностями. Экстернальный же локус контроля, предполагающий уверенность человека в том, что успехи и поражения регулируются внешними факторами, характерен для людей с низким уровнем толерантности, с неразвитыми стратегиями конструктивного и зрелого разрешения жизненных ситуаций.

Таким образом, при корреляционном анализе было выявлено достаточно большое количество связей между исследуемыми переменными. Мы посчитали целесообразным дополнительно провести процедуру факторного анализа для определения структуры взаимосвязей, т. е. структурной классификации.

Как пишут А. Анастази и С. Урбина [12, с. 336], проведение факторного анализа является процедурой, направленной на поиск фундаментальных переменных личности, с помощью которых может быть объяснена большая часть дисперсии в группе данных, полученных по различным тестам, используемым в исследовании; иными словами, это объединение ряда черт с целью выявления их общего источника. Факторный анализ предполагает установление связи одной переменной с другой, определение меры этой связи и обнаружение фактора, детерминирующего изменение этих связей. Суть метода состоит в математической обработке таблицы интеркорреляций (корреляционной матрицы), полученных на некотором множестве тестов, с целью составления факторной матрицы, отражающей нагрузку каждого фактора по каждому тесту. Подготовленная факторная матрица подвергается процедуре вращения, в результате которой возможно построение наиболее экономного варианта факторной модели, которая может быть представлена ортогональными (независимыми) или об-лическими (связанными) факторами.

В нашем исследовании в факторизуемые данные вошли те переменные исследования, распределение которых близко к нормальному. Использовался метод главных компонент с варимакс вращением, реализованный в программном пакете Statis-йса-6.

В результате факторизации из корреляционной матрицы было выделено три фактора, объединяющих большую часть вариативности всех факторизуемых переменных. При описании факторов нами учитывались те переменные, которые вошли в фак-

тор с весом больше G.4. В тексте в скобках указаны факторные нагрузки с учетом валентности.

Первый фактор представлен тремя группами переменных с факторными нагрузками выше G.4: показателями толерантности, составляющими де-центрации и способами реагирования в ситуации фрустрации. С положительными факторными весами в данный фактор вошли следующие переменные: толерантность (G.5i); когнитивная децент-рация (0.4З); социально-психологическая децент-рация (G.4G); «интропунитивные реакции» (I), предполагающие поиск причин фрустрирующей ситуации в самом себе и самостоятельные попытки разрешить эту ситуацию (G.59); импунитивный (M), нейтральный, миролюбивый способ реагирования (G.64); необходимо-упорствующий (NP), направленный на активный поиск выхода из фруст-рирующей ситуации тип реагирования (G.5S); реакции принятия на себя ответственности за разрешение ситуации (INP) (G.56) и реакции, ориентированные на совместное разрешение ситуации, а также на ожидание, что со временем ситуация разрешится (MNP) (G.65). В то же время эгоцентрические реакции по типу «избегание» (-G.5G), экс-трапунитивный тип реагирования в ситуации фрустрации (Е), предполагающий поиск причин фрустрирующей ситуации вовне и перекладывание ответственности за разрешение ситуации на других (-G.SS), эго-защитный тип реагирования (ED) с фиксацией на самозащите и восприятии препятствия как опасного (-g.56), реакции (EЕD) с фиксацией внимания на поиске других виноватых в конфликте (-G.SG) вошли в фактор с отрицательными факторными нагрузками.

Этот фактор мы условно назвали «пространство толерантности», так как он сочетает в себе толерантность как личностное, индивидуальнопсихологическое образование; фрустрационную толерантность как способность противостоять разного рода жизненным трудностям без утраты своей психобиологической адаптации; способность к де-центрации, связанную с осознанием и принятием человеком сложности жизненной реальности, вариативности ее восприятия, понимания и оценивания разными людьми, а также относительности, неполноты и субъективности собственной картины мира. Полюс толерантности составили толерантные установки студентов на принятие иных ценностей, взглядов, равноправных с привычными «своими» ценностями и взглядами, вне зависимости от степени согласия с ними; неагрессивные способы реагирования на фрустрирующую ситуацию, конструктивные, ориентированные на самостоятельный поиск выхода из критической ситуации и на совместное решение проблемы, реакции; готовность и умение принимать и учитывать информа-

цию, противоречащую собственному опыту, в частности исходящую от другого человека. Полюс инто-лерантности представлен в факторе агрессивными, внешнеобвинительными, эго-защитными реакциями, вызываемыми тревогой, связанной с восприятием препятствия как опасного, а также эгоцентрические реакции по типу «избегание», когда человек вообще не пытается представить точку зрения другого человека.

Следует также отметить, что полученная нами факторная структура фрустрационной толерантности подтверждает идею С. Розенцвейга [13, с. 88] о том, что реакции фрустрации принимают два основных направления: либо импульсивность, фрустрационную интолерантность, предполагающую агрессивные действия, направленные на препятствие или на соответствующий заменитель, либо приспособление к ситуации фрустрации, фрустрационную толерантность, понимаемую как способность противостоять разного рода жизненным трудностям без утраты своей психобиологической адаптации.

Во второй фактор с факторными нагрузками выше 0.4 вошли все компоненты интернальности/ экстернальности: общая интернальность (0.82), интернальность в области достижений (0.68), ин-тернальность в области неудач (0.68), интерналь-ность в области семейных отношений (0.56), ин-тернальность в области производственных отношений (0.74), интернальность в области межличностных отношений (0.57), интернальность в области здоровья и болезни (0.51). Данный фактор условно может быть обозначен как «внешняя/ внутренняя локализация контроля», где полюсу интернальности соответствует уверенность человека в том, что большинство важных событий в его жизни являются результатом его собственных действий, что он может ими управлять, и, таким образом, он чувствуют свою собственную ответственность за то, как складывается его жизнь в целом. Противоположный полюс совпадает с экстер-нальным локусом контроля, который свойствен тем, кто полагает, что большинство событий и поступков являются результатом случая или действий других людей.

В третий фактор с факторными нагрузками выше 0.4 вошли почти все каналы эмпатии и некоторые виды реагирования в ситуации фрустрации. Эмпатийная составляющая, представленная в факторе, условно названном нами «эмоциональное постижение другого», включает: рациональный канал эмпатии, характеризующий спонтанный интерес к другому человеку (0.56); эмоциональный канал эмпатии, предполагающий способность сопереживать, сочувствовать другому (0.52); интуитивный канал эмпатии, отражающий интуитив-

ное, бессознательное постижение поведения партнера (G.52); идентификацию, связанную со способностью к подражанию (0.61); общий уровень эмпатии (0.79). Кроме того, с положительными нагрузками в фактор вошли необходимо-упорству-ющий (NP), направленный на активный поиск выхода из фрустрирующей ситуации тип реагирования (G.42) и реакции типа «Вы должны найти выход» (ENP), когда ответственность за решение проблемы перекладывается на партнера (G.42). Последнее связано, по-видимому, с тем, что человек, не умеющий решать проблемы самостоятельно, во многом зависит от партнера, и ему необходимо чувствовать эмоциональное состояние того человека, без которого ситуация не разрешится. С отрицательными нагрузками вошли в фактор: тип реагирования с фиксацией на препятствии (OD), мешающем достижению целей (-G.4), проявляющемся прежде всего в форме отрицания проблемы (MOD), когда препятствие не замечается, и человек не придает ему значения (-0.56). Таким образом, положительный полюс фактора составляют в первую очередь эмпатические проявления, связанные со способностью к постижению другого, сопереживанию и поддержке; отрицательный полюс выражен через реакции, связанные с нейтральным стремлением не замечать проблему и часто проявляющиеся в равнодушии и безразличии.

Следует отметить, что Вклад (факторный вес) личностной толерантности в факторы «внешняя/ внутренняя локализация контроля» и «эмоциональное постижение другого» не достиг уровня значимости. В то же время корреляционный анализ показал наличие связи между толерантностью, локусом контроля и эмпатией. Возможно, такое противоречие связано с тем, что выделенные нами факторы не ортогональны. Факторы являются об-лическими (ri2=G.29, ri3=G.3G, r23=G.22), т. е. между факторами существуют взаимосвязь и взаимовлияние.

Анализ результатов факторного анализа позволяет сделать следующие выводы:

i. Структура связей толерантности с децентра-цией и другими исследованными особенностями личности, а именно выделением в единый фактор «пространство толерантности» составляющих личностной толерантности, децентрации и фруст-рационной толерантности, подтверждает выводы корреляционного анализа [ii, с. 3S6] и нашу основную гипотезу. Развитие механизма децентра-ции - способности человека встать на точку зрения другого, изменить свою познавательную перспективу - может играть важную роль в процессе формирования толерантных установок в сознании и толерантных моделей поведения у студентов вузов.

2. В ситуациях, которые воспринимаются личностью как неотвратимая угроза достижению значимых для нее целей, удовлетворению ее потребностей, у студентов проявляется либо фрустрационная интолерантность, предполагающая агрессивные действия, направленные на препятствие или на другого человека, либо фрустрационная толерантность, способность противостоять разного рода жизненным трудностям без утраты своей психологической адаптации. При этом большое значение в преодолении фрустрации, в выборе более конструктивных и эффективных путей решения проблем и разрешения межличностных конфликтов имеет то, насколько сформированы в сознании студентов толерантные установки и установки на децентрацию.

3. Структура связей между толерантностью, де-центрацией, эмпатией, уровнем субъективного контроля и особенностями поведения в ситуации социальной фрустрации достаточно сложная, отражающая взаимовлияние исследуемых переменных.

4. Объединение в структуре единого фактора «пространство толерантности» составляющих личностной толерантности, децентрации и фруст-рационной толерантности, в которую составляю-

щие децентрации вносят большой вклад, а также данные о влиянии социально-психологического тренинга по развитию способности к децентрации на формирование толерантных моделей поведения у студентов [14, с. 271], позволяют сделать следующий вывод. Можно трансформировать интолерант-ные установки студентов с помощью социальнопсихологического тренинга, направленного на развитие механизмов децентрации, освобождающих от жестких эгоцентрических схем поведения. При этом социально-психологический тренинг, восполняющий недостаток развивающего потенциала среды в вузе, будет более эффективным, если будет включать комплекс корректирующих методов, направленных на развитие, и установок на децентра-цию, и эмпатических способностей, и интерналь-ного локуса контроля, а также на обучение более конструктивным, эффективным стратегиям поведения в ситуациях социальной фрустрации. Именно комплекс корректирующих методов может способствовать созданию необходимых условий для развития у студентов толерантных установок в сознании и толерантных моделей поведения, применимых к широкому кругу жизненных ситуаций.

4.

5.

Список литературы

Леонтьев Д. А. К операционализации понятия толерантность // Вопр. психол. 2009. № 5. С. 3-16.

Солдатова Г. У. Практическая психология толерантности, или как сделать так, чтобы зазвучали лучшие струны человеческой души // Век толерантности. № 6. 11^: http://www.tolerance.ru

Асмолов А. Г. Слово о толерантности. О смыслах понятия «толерантность» // Век толерантности: науч.-публицист. вестник / гл. ред. А. Г. Асмолов. М.: МГУ, 2001. № 1. С. 2-8.

Братченко С. Л. Психологические основания исследования толерантности в образовании // Педагогика развития: ключевые компетентности и их становление: мат-лы 9-й науч.-практ. конф. Красноярск: Краснояр. гос. ун-т, 2003. С. 104-117.

Емельянов Е. Н. Психотехнические методики децентрации в когнитивном развитии личности // Психологическое сопровождение подготовки специалистов в вузе. Новосибирск: Изд-во НГУ, 1988. С. 115-125.

Аксёнова Л. А, Кавун Л. В., Меньшикова Л. В., Шемелина Л. В. Психология личности. Психолого-педагогические аспекты толерантности: учеб. пос. Новосибирск: Изд-во НГТУ, 2004. 160 с.

Назаренко В. Л. Соотношение феноменов общего видения и способности к децентрации - опыт эмпирического исследования. 11^: http://vaddim.chat.ru/comvsion.htm

Бажин Е. Ф. и др. Метод исследования уровня субъективного контроля // Психол. журнал. 1984. Т. 5. № 3. С. 152-162.

Ильин Е. П. Мотивация и мотивы. СПб.: Изд-во «Питер», 2000. 512 с.

Практическая психодиагностика. Методики и тесты: учеб. пособие / ред.-сост. Д. Я. Райгородский. Самара: Издат. дом «БАХРАМ-М», 2001. 672 с.

Кавун Л. В. Толерантность как многомерный феномен // Мат-лы междунар. науч.-практ. конф. «Социокультурные проблемы современной молодежи. Часть 1». Новосибирск: Изд-во НГПУ, 2007. С. 378-387.

12. Анастази А., Урбина С. Психологическое тестирование. СПб.: Питер, 2001. 688 с.

13. Яньшин П. В. Клиническая психодиагностика личности. СПб.: Изд-во «Речь», 2007. 320 с.

14. Кавун Л. В. Толерантность в образовательном пространстве вуза: психологические механизмы формирования // Мир науки, культуры, образования. 2009. № 5. С. 267-271.

Кавун Л. В., ст. преподаватель.

Новосибирский государственный технический университет.

Ул. К. Маркса, 20, г. Новосибирск, Новосибирская область, Россия, 630092.

E-mail: kavlv@ngs.ru

Материал поступил в редакцию 07.10.2010.

L. V Kavun

TOLERANCE IN THE STRUCTURE OF INDIVIDUAL CHARACTERISTICS OF HIGHER SCHOOL STUDENTS:

RESULTS OF FACTORIAL ANALYSIS

The article is about tolerance study as a multidimensional phenomenon, which plays an important role in the formation of university students' skills for effective social behavior, successful social-psychological adaptation to new conditions. The result of the research on the relationship of tolerance to such components as the personal ability to decentration, empathy, ways of behavior in the situations of social frustration and others are presented in this work on the example of university students. There are data of factorial analysis confirming that in the structure of relation of tolerance with different personal characteristics one of the leading place take the ability to decentration, which plays an important role in the formation of tolerant attitudes in consciousness.

Key words: tolerance, decentration, tolerant dispositions, tolerant models of behavior, social-psychological adaptation.

Novosibirsk State Technical University.

Ul. K. Marksa, 20, Novosibirsk, Novosibirsk region, Russia, 630092.

E-mail: kavlv@ngs.ru