2018. 02. 020. Дэвис Д. Является ли мейнстрим в экономической науке научным пузырем? Davis J. is mainstream economics a Science bubble? // review of political economy. - 2017. - p. 1-17. - Mode of access: https://doi. Org/ 10. 1080/09538259. 2017. 1388983

ЭКОНОМИКА НАУКИ

2018.02.020. ДЭВИС Д. ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ МЕЙНСТРИМ В ЭКОНОМИЧЕСКОЙ НАУКЕ НАУЧНЫМ ПУЗЫРЕМ? DAVIS J. Is mainstream economics a science bubble? // Review of political economy. - 2017. - P. 1-17. - Mode of access: https://doi.org/ 10.1080/09538259.2017.1388983

Ключевые слова: рефлексивность; научный пузырь; Сорос; Самуэльсон.

Автор статьи, сотрудник Университета Маркетта (Милуоки, США) и Амстердамского университета (Нидерланды), рассматривает эволюцию господствующего в современной экономической науке неоклассического мейнстрима с позиции циклической концепции подъемов и спадов. По мнению автора статьи, эту концепцию можно применить не только к анализу макроэкономической динамики, но и к исследованию развития самой экономической науки.

Автор полагает, что представители современной философии и методологии науки, в частности Т. Кун, И. Лакатос, К. Поппер, уделили достаточно внимания проблеме появления новых научно-исследовательских программ и парадигм. Однако они не смогли объяснить, каким образом развиваются и сохраняются уже сложившиеся и господствующие парадигмы, не способные интерпретировать большое количество «аномалий», с которыми они сталкиваются.

Автор статьи полагает, что в истории экономической науки можно проследить последовательную смену этапов, аналогичную смене подъемов и спадов в макроэкономике. В качестве примера он приводит чередование в истории экономической науки периодов господства какой-то одной исследовательской программы с периодами, в течение которых происходит борьба разных исследователь-

ских программ. При этом он опирается на теорию циклических колебаний, в основе которой лежит представление о формировании так называемых финансовых пузырей. Эту концепцию автор заимствует у Дж. Сороса, который таким образом объясняет процесс функционирования финансовых рынков. В основе формирования финансовых пузырей, согласно этой концепции, лежит рефлексивность и механизмы обратной связи1. Эта теоретическая модель позволяет представить начальную фазу развития и распространения какой-либо научно-исследовательской программы как результат действия положительной обратной связи, приводящий к распространению и развитию ее базовых идей и принципов, а процесс упадка и деградации научно-исследовательской программы - как результат действия отрицательной обратной связи, возникающей из-за переоценки ее исследовательского потенциала в предшествующий период, и возрастания количества наблюдаемых фактов, которые она не способна объяснить.

В начале 1970-х годов американский экономист П. Самуэль-сон уже пытался применить подобную объяснительную схему для анализа подъема, распространения и последующего упадка марксистской политической экономии2. Однако автор статьи полагает, что данную схему можно применить и к другим экономическим теориям, в частности к неклассической теории, которая по-прежнему остается мейнстримом современной экономической науки.

Центральное место в концепции «финансовых пузырей», выдвинутой Дж. Соросом, занимает понятие «переоценка», или «заблуждение», в котором пребывают участники рынка в начальной фазе цикла. «Каждый пузырь содержит в себе два компонента: лежащую в его основе объективную тенденцию и субъективную переоценку силы этой тенденции... Процесс бума-спада начинает разворачиваться тогда, когда тенденция и ее переоценка начинают взаимно усиливать друг друга. В конечном итоге рыночные ожидания так далеко отклоняются от реальности, что люди вынуждены признать свое заблуждение. Когда этот момент наступает, тен-

1 Soros G. Fallibility, reflexivity, and the human uncertainty principle // Journal

of economic methodology. - 2013. - Vol. 20, N 4. - P. 309-329.

2

Samuelson P. Understanding the Marxian notion of exploitation: A summary of the so-called transformation problem between Marxian values and competitive prices // Journal of economic literature. - 1971. - Vol. 9, N 2. - P. 399-431.

денция сменяется на противоположную и начинает свое самоусиливающееся движение в обратном направлении»1.

Если перенести эту модель на развитие научно-исследовательской программы, то необходимо выявить два главных элемента этой программы: 1) лежащую в ее основе тенденцию и заблуждение, заключающееся в переоценке этой тенденции, которая и обеспечила распространение и развитие этой научно-исследовательской программы; 2) момент признания заблуждения, которое приводит к постепенному ослаблению программы. По мнению автора статьи, такой тенденцией в развитии современного экономического мейн-стрима является стремление превратить экономику в подобие естественных наук на базе гипотезы рационального поведения. Переоценка этой тенденции заключалась в том, что экономисты необоснованно полагали: развитие экономической науки в рамках данной модели приведет к усилению ее дескриптивных возможностей. Признание этого заблуждения, по мнению автора, произошло в 1980-х годах и привело к существенным сдвигам в направлении экономических исследований. В частности, появились такие новые направления, как, например, теория игр, поведенческая экономика, которые стали создавать теоретические альтернативы неоклассическому мейнстриму.

Исходная тенденция, положившая начала очередному циклу бума-спада в развитии экономической науки, сформировалась после окончания Второй мировой войны и нашла наиболее полное и отчетливое выражение в работе П. Самуэльсона «Основания экономического анализа», вышедшей в свет в 1947 г.2 Эта работа утвердила неоклассическую теорию как базовую научно-исследовательскую программу в экономической науке этого периода. П. Самуэльсон развивал идеи общего равновесия, заложенные Л. Вальрасом, и рассматривал экономическую теорию как некое подобие математической физики для социальных наук. При этом в качестве базовой аксиомы принималась гипотеза рационального поведения, которая предполагала максимизацию выгоды экономическими субъектами. В соответствии с этой гипотезой любой эко-

1 Soros G. Fallibility, reflexivity, and the human uncertainty principle // Journal

of economic methodology. - 2013. - Vol. 20, N 4. - P. 323.

2

Samuelson P. Foundations of economic analysis. - Cambridge, MA: Harvard univ. press, 1947.

номический процесс должен рассматриваться как процесс максимизации выгоды всеми его участниками. При этом развиваемый П. Самуэльсоном подход с позиции вальрасианской теории общего равновесия ставил своей задачей не показать, каким образом реальные рынки в экономике оказывают взаимное влияние друг на друга, а лишь доказать принципиальную возможность установления одновременного равновесия на всех рынках и его единственность при данных внешних факторах, а также определить условия его устойчивости.

Чисто математические проблемы теории общего равновесия были решены в 60-70-х годах ХХ в. Таким образом, была сформирована завершенная теория функционирования рыночной экономики как результата сложной координации действий изолированных, рационально действующих субъектов. Однако такое описание было в значительной степени «стерильным», т.е. свободным от множества деталей и обстоятельств, сопровождающих экономический процесс в реальной жизни. Превращение экономической науки в подобие естественных наук не смогло наделить ее дескриптивной силой, присущей естественным наукам. В этом заключалась главная переоценка потенциала неоклассической научно-исследовательской программы. На самом деле новый подход, развиваемый неоклассической теорией, оказался неспособен создать адекватное описание экономических реалий. Система аксиом рационального поведения и выбора, лежащая в основе неоклассических моделей, оставалась неизменной на протяжении практически всего периода существования неоклассической теории. Однако социальная реальность, в отличие от реальности, изучаемой естественными науками, подвержена быстрым и непредсказуемым изменениям. Кроме того, знания о мире, полученные естественными науками, не изменяют сам этот мир, тогда как теории и модели, созданные экономической наукой, преобразуются в экономическую политику, которая оказывает влияние на экономическую реальность, меняя ее подчас таким образом, как не было предусмотрено изначальной теорией. В результате практическое применение экономической теории может привести к тому, что сама эта теория станет неадекватна описываемой ею реальности. Поэтому идея построения экономической науки по образу и подобию естественных наук, которые устанавливают устойчивые и неизменные взаимосвязи между явлениями, из-

начально была ошибочной и представляла собой явную переоценку когнитивного потенциала неоклассической научно-исследовательской программы. Однако эта переоценка поддерживалась на протяжении долгого времени, несмотря на явно нереалистичное описание экономических реалий, которое давала теория, базировавшаяся на принципе общего равновесия. Это происходило благодаря господству инструменталистского методологического подхода, основы которого в экономической науке были заложены М. Фрид-

маном1.

В соответствии с этим подходом значимость научной теории оценивается не по степени реалистичности ее предпосылок, а по ее способности предсказывать развитие событий в реальной жизни. Предпосылки теории могут быть сколь угодно нереалистичными, но если она позволяет давать верные предсказания, подтверждаемые наблюдаемыми фактами, такая теория является полезным инструментом исследования экономической реальности. На этой методологической основе сформировалась идея «репрезентативного агента» (representative economic agent), обладающего способностью к рациональному выбору и формированию рациональных ожиданий, который как бы представляет огромное множество отдельных агентов, действующих в соответствии с одной и той же поведенческой моделью (с. 7). Однако такой подход требует, чтобы экономическая среда была однородной, т.е. все экономические субъекты одинаково реагировали на соответствующие стимулы и одновременно действовали совершенно независимо друг от друга. Это, естественно, совершенно нереалистичное предположение, поскольку экономические субъекты при всем разнообразии их положений и функциональных ролей не могут действовать одинаково. При этом каждый экономический субъект связан тысячами нитей с другими субъектами и его действия воздействуют на них так же, как и их действия влияют на него. Однако благодаря инструменталистской методологии неоклассической теории удавалось на протяжении долгого времени избегать всех этих вопросов.

Период активного роста и распространения неоклассической научно-исследовательской программы, по мнению автора, продол-

1 Friedman M. Essays in positive economics. - Chicago: Univ. of Chicago press,

1953.

жался вплоть до 80-х годов ХХ в. Затем начался обратный процесс: неоклассические концепции стали постепенно утрачивать популярность, уступая место различным теоретическим альтернативам. Первым шагом в этом поворотном движении стал рост популярности теории игр в экономической науке. За ней последовала поведенческая экономика и другие концепции. Все они базировались на принципах рационального поведения и выбора и как таковые оставались частью неоклассической научно-исследовательской программы. Однако они отказывались от идеи о том, что экономическая наука подобно естественным наукам исследует и описывает некую независимую реальность. Эти концепции уже предполагали, что экономическая реальность формируется в результате взаимодействия экономических субъектов, которые принимают решения, опираясь на свои знания о реальном мире. Эти знания могут включать в себя в том числе и определенные элементы теоретических концепций экономической науки, которая таким образом также участвует в формировании реальности.

Так, теория игр рассматривает экономические процессы как результат стратегического взаимодействия субъектов, действующих в условиях неопределенности. Эти процессы достигают устойчивого завершения при достижении равновесия по Нэшу, т.е. такого состояния, в котором ход каждого игрока является лучшим ответом на ход его противника (противников). Однако такое равновесие может быть не единственным и, следовательно, конечный результат процесса может быть недетерминирован, что противоречит неоклассическому подходу, ориентированному на достижение единственного устойчивого равновесия. Множественность равновесий предполагает зависимость результата от путей его достижения, а это означает, что решения отдельных субъектов, а следовательно, и их знания о реальности начинают существенно определять конечный результат процесса.

Поведенческая экономика обратилась к вопросам о том, насколько неоклассическая модель рационального выбора соответствует реальности и как в действительности экономические субъекты делают выбор. Эти исследования были представлены работами

Д. Канемана и А. Тверски и их многочисленных последователей1. В рамках данного теоретического направления была выдвинута идея многовариантности поведенческих моделей. Причем каждая модель обладает той или иной степенью рациональности, поскольку рациональность выступает не в чистом виде, а ограниченная самыми разнообразными факторами.

Автор заключает, что и теория чередования бумов и спадов, и теория формирования финансовых пузырей вполне применимы к анализу развития процессов, происходящих в рамках самой экономической науки. Экономические теории, и в частности теории, составляющие мейнстрим экономической науки, подвержены одной и той же логике развития и переживают периоды подъема и упадка. Переоценка перспектив развития той или иной теории, которая имеет место на начальном этапе и связана с неправильной оценкой степени ее применимости, на начальном этапе находит подтверждение, поскольку применяется для анализа тех феноменов, для которых изначально была разработана. Эти подтверждения только усиливают уверенность в универсальном характере новой теоретической концепции и побуждают исследователей к тому, чтобы использовать ее для анализа все новых и новых областей реальности. Однако по мере развития этого процесса неизбежно происходит накопление аномалий, т.е. фактов, которые данная концепция не способна объяснить. Это вызывает и усиливает сомнения в ее универсальности. Накопление этих сомнений в определенный момент времени вызывает поиск теоретических альтернатив, что означает наступление поворотного пункта в развитии цикла. Сначала их поиск осуществляется в рамках старой парадигмы, но затем, если в ее рамках невозможно найти адекватные решения существующих проблем, может произойти замена одной господствующей парадигмы на другую.

Описанный автором статьи цикл можно наблюдать в развитии многих научных теорий, но остается открытым вопрос о том, чем должен завершаться цикл и с чего должен начинаться новый. Всегда ли процесс упадка старой парадигмы с неизбежностью приводит к ее замене на новую или возможна модернизация старой

1 Kahneman D., Tversky A. Prospect theory: An analysis of decision under risk // Econometrica. - 1979. - Vol. 47, N 2. - P. 263-291.

парадигмы. Аналогия с «финансовым пузырем» подсказывает, что старые парадигмы должны «лопаться» и гибнуть безвозвратно, утрачивая свою научную ценность. Однако в науке снижение значимости старых идей и концепций не всегда означает автоматическое появление новых. К тому же старые концепции зачастую имеют более прочную институциональную базу. Поэтому возможно, что некая теоретическая парадигма может пройти в своем развитии несколько подобных циклов, несколько раз подвергаясь модернизации и видоизменяясь. Все эти вопросы нуждаются в дальнейшем исследовании.

М.О. Лихачев

2018.02.021. ДЖЕССОП Б. ОБ АКАДЕМИЧЕСКОМ КАПИТАЛИЗМЕ.

JESSOP B. On academic capitalism // Critical policy studies. - 2017. -P. 1-7. - Mode of access: https://doi.org/10.1080/19460171.2017. 1403342

Ключевые слова: академический капитализм; предпринимательство; политика капитализации; финансиализация; экономика знаний; конкуренция.

Автор статьи, сотрудник департамента социологии Ланкастерского университета (Великобритания), рассматривает источники, причины и последствия формирования системы академического капитализма и ее влияние на состояние современной науки и высшего образования.

По мнению автора статьи, развитие современного академического капитализма имеет три источника. Во-первых, это влияние парадигмы «экономики знаний», которая провозглашает переход от традиционной индустриальной системы, называемой «фордизмом», к принципиально новому режиму накопления капитала. Эта парадигма предполагает, что развитие образования и науки, стимулирующее формирование нового качества человеческого капитала, вызывает кардинальные изменения в экономике и на рынке труда, что приводит к резкому повышению роли нового знания в процессе накопления капитала. Во-вторых, это неолиберализм, который открывает возможности для финансиализации и доминирования финансового сектора над остальными секторами экономики, в том