Культура северокавказских сообществ в характеристиках донского историка Е. П савельева

УДК 94(470 + 571)"17/1917'

Стегленко Елена Владимировна

Steglenko Elena Vladimirovna

аспирант

Института истории и международных отношений Южного федерального университета

PhD student,

Institute of History and International Relations, Southern Federal University

КУЛЬТУРА СЕВЕРОКАВКАЗСКИХ СООБЩЕСТВ В ХАРАКТЕРИСТИКАХ ДОНСКОГО ИСТОРИКА Е.П. САВЕЛЬЕВА

THE CULTURE OF NORTH CAUCASIAN COMMUNITIES IN DESCRIPTION OF A DON HISTORIAN E.P. SAVELYEV

Аннотация:

Summary:

В статье освещены вопросы, связанные с интересом донской историографии начала XX в. к различным аспектам древней, средневековой и новой истории Кавказа. Рассматриваются особенности формирования творческой лаборатории донского краеведа Е.П. Савельева, в которой формируются представления о сложных процессах исторического генезиса кавказских этносов, которые до настоящего времени являются одной из наиболее дискуссионных научных проблем.

The article covers the issues related to the interest of Don historiography of the early XX century to various aspects of ancient, medieval and modern history of the Caucasus. The author considers the features of the creative laboratory of a Don historian E. P. Savelyev, who developed ideas about the complex processes of historical genesis of the Caucasian ethnic groups, which have been one of the most debatable scientific problems so far.

Ключевые слова:

кавказоведение, социокультурный контекст, горские сообщества, древние арии, черкесы, казаки, культурная инкорпорация, ассимиляция.

Caucasus studies, socio-cultural context, highlanders' communities, ancient Aryans, Circassians, Cossacks, cultural incorporation, assimilation.

Keywords:

В российской историографической традиции работы по истории Северного Кавказа занимают особое положение в силу сложности и многогранности проблем, представленных в подобных исследованиях. «Особость» ее обусловлена этнической пестротой данного региона, переплетением и столкновением интересов различных этнических и социальных групп и, как следствие, неизбежной политизированностью при обращении к прошлому.

В массиве публикаций значительное место занимают работы, в которых предпринята попытка показать роль и место Северного Кавказа в рамках российской истории. Нельзя не учитывать и того обстоятельства, что историография является важным маркером, отражающим тенденции и особенности развития кавказоведения. Проблемы изучения истории Кавказа невозможно представить вне контекста развития историографических традиций, зарождение которых происходило со второй половины XVIII в. и продолжалось до начала XX в. Особый интерес представляют работы местных исследователей, краеведов, непрофессиональных историков-любителей.

Историография данного периода насчитывает десятки исследований, как вполне научных (В.Б. Антоновича, Д.Я. Самоквасова, Н.И. Веселовского, М.М. Ковалевского, В.Ф. Миллера) [1; 2; 3; 4; 5], так и ряда других работ местных исследователей и краеведов, среди которых особое место занимает «исследователь донской старины», историк-любитель, Евграф Петрович Савельев, с чьим именем связана довольно известная, и не только в профессиональной среде, «Древняя история донского казачества» [6]. Несмотря на популярность его работы, в частности интерес к концепции происхождения донских казаков, в достаточно широкой среде исследователей и просто читателей, что выразилось в неоднократном переиздании его работ за последнее десятилетие [7; 8; 9; 10; 11; 12], остается малоизученным вопрос его биографии. О происхождении и личной жизни донского историка нам стало известно из материалов, собранных известным донским краеведом М.Б. Краснянским. Е.П. Савельев родился в станице Константиновской 10 декабря 1860 г. Его родителями были довольно зажиточные казаки-землевладельцы. Начальное образование он получил в Константиновском приходском окружном училище, а своей специальности обучился в Новочеркасской учительской семинарии с 1877 по 1880 гг. [13].

После окончания обучения в семинарии Савельев начал свою преподавательскую деятельность, и примерно в это же время, в 1880 г., были написаны первые его статьи. Первые его произведения были изданы в 1882-1884 гг. в новочеркасской газете «Донской голос». Помимо публицистических заметок Савельев писал стихи, пьесы, рассказы, басни, которые публиковал в донской периодической печати под псевдонимом «Евграф», а уже с 1909-1912 гг. соиздательствовал в выпуске стихов I и II «Донского литературного сборника», выходившего в Новочеркасске.

С 1895 г. Евграф Петрович бросает преподавание и начинает служить делопроизводителем в Областном правлении войска Донского. Примерно с этого этапа начинается его активная общественная деятельность. За период с 1913 по 1915 гг. он состоял председателем Главного правления Донского Общества взаимопомощи служащих, потом в чине надворного советника был членом правления Третьего Новочеркасского общества взаимного кредита [14]. С этого момента активизируется его писательская деятельность, которая теперь не ограничивалась изданием стихов и пьес. В своей публицистической деятельности Савельев начинает затрагивать экономические и социально-политические проблемы развития Донского региона. С 1904 г. он уже публикуется в «Донских областных ведомостях», «Голосе казачества» и других донских периодических изданиях [15].

С 1903 по 1905 гг. Е.П. Савельев участвовал в нескольких археологических экспедициях, с которыми «объездил весь Северный Кавказ, Закавказье и Кавказский хребет, от Дербента до Нового Афона и Кутаиси». Там он имел возможность собрать и изучить довольно большой круг источников по истории Дона и Северного Кавказа. В 1914 г. он несколько месяцев работал в Императорской Публичной библиотеке в Петрограде, а потом в Публичной библиотеке в Москве [16]. По всей видимости, именно в процессе поиска материалов для своих исследований по истории Дона Савельев приходит к выводу о необходимости написания обширного исследования по истории казачества и обращения в нем значительного внимания вопросу о его происхождении. Эта идея нашла свое воплощение, когда в 1915 г. была издана первая часть «Истории Донского казачества», а затем последовали публикации второй и третьей части. Однако задуманная Савельевым последняя часть осталась в рукописи, а позднее затерялась. На сегодняшний день ее судьба неизвестна. С 1917 г. начинают печататься и переиздаваться книги: историческая драма «Степан Разин» [17], «Гибель Чернобога» [18]. К 1918 г. относится последняя известная публикация Савельева - поэма «Булавин и Некрасов» [19]. Остается неясным период жизни Е.П. Савельева с 1917 г. К большому сожалению для исследователей, невосполнимо утрачены документальные источники, в результате пожара значительно пострадала часть личного архива семьи. По отрывкам из писем и по фотографиям удалось установить дату смерти Евграфа Петровича. Он умер в Новочеркасске в 1927 г. [20].

Несомненный интерес Е.П. Савельева к различным аспектам древней, средневековой и новой истории Кавказа имеет объективный характер, так как комплексное рассмотрение предшествующего развития казачьих сообществ не представляется возможным без учета очевидного социокультурного контекста, формируемого географическими границами соответствующего региона. Следуя собственной системе отбора исторических фактов, донской историк выделяет наиболее значимые явления, связанные с региональным прошлым, и предлагает оригинальные оценки, подтверждаемые многообразным фактическим материалом. Некоторые данные, используемые Е.П. Савельевым, не представляют особой ценности на современном этапе развития научного знания, но позволяют реконструировать длительный и сложный процесс последовательного формирования стереотипных представлений о горских сообществах Кавказа.

Е.П. Савельев отстаивает принципиальный тезис о так называемом «арийском» происхождении кавказских народов, интерпретируя географическое название избранного региона в осетинском лексическом контексте как «поселение азов», являвшихся мифическими предками древних ариев. Он предлагает своеобразный подход к системному определению естественных границ Кавказа, которые включают «страну, лежащую между низовьями Дона, восточными берегами Азовского и Черного морей и Кавказским хребтом» [21].

Особый интерес представляют пространные рассуждения донского историка о сложных процессах исторического генезиса кавказских этносов, которые до настоящего времени являются одной из наиболее дискуссионных научных проблем. По мнению Е.П. Савельева, «Кавказский перешеек ... с доисторических времен представлял из себя как бы спасательный остров для всех обитавших близ него народов или случайно принесенных каким-либо течением из глубин востока и запада, потерпевших здесь кораблекрушение и за немногими остатками погибших исторически ... кроме этих случайно заброшенных или укрывшихся от преследования более сильнейшего врага в неприступные дебри гор народов, Кавказ должен был иметь и своих первобытных жителей» [22].

Как представляется, несмотря на видимую простоту, комплексное определение донского историка адекватно отражает внутреннее содержание кавказского этногенеза, рассматриваемого как органичное сочетание автохтонных и миграционных моделей. Е.П. Савельев справедливо полагал, что длительный процесс, связанный с последовательным формированием современного этнического облика Кавказа, имел сложный характер, предполагающий естественное сочетание мирной и насильственной адаптации, культурной инкорпорации и принудительной ассимиляции, мирной интеграции и ожесточенных войн. По мнению донского историка, «на столь незначительном пространстве, как Кавказский перешеек, между туземными народами в дебрях гор

вместилось множество последующих племен, путем мирным или враждебным, целыми массами, поколениями, отраслями и колониями» [23].

Особое внимание Е.П. Савельев уделяет горским сообществам Западного Кавказа, которым посвящена отдельная глава - «Черкесия и ее прошлое». Донской историк предлагает известную лексическую трактовку рассматриваемого этнонима, согласно которой «кличка эта дана им в прежние времена азиатскими народами за их дерзкие разбойнические нападения на море и означает в буквальном переводе "головорезы" (по-персидски серкеш - головорез)» [24]. Он также указывает на объективную необходимость дифференцированного рассмотрения адыгских сообществ, различающихся по языковым и генетическим параметрам. По мнению Е.П. Савельева, «обыкновенно черкесами называют все племена горцев, населяющих восточный берег Черного моря от устьев Кубани до пределов Абхазии, но такое обобщение не совсем верно, потому что эти племена отличаются друг от друга как по своему происхождению, так и по языку. Собственно, к черкесам относятся одни только "адигейцы" ... Адигейцы разделяются на многие племена, из которых натухайцы и шапсуги в половине прошлого столетия занимали ближайшие к нашим границам земли от Анапы до р. Вардан» [25]. Подобный подход, связанный с географической локализацией адыгских сообществ, не в полной мере соответствует современным представлениям, но отчетливо выражает пространственные стереотипы соответствующего поколения российских историков.

Е.П. Савельев обращает особое внимание на сложную проблему этнического генезиса черкесских сообществ, которые в рамках предложенной концепции рассматриваются как прямые потомки древних ариев. По мнению донского историка, «современные этнографы обыкновенно относят черкесов к тюркско-татарскому племени. Но это не совсем верно, так как среди массы населения попадаются на каждом шагу не только отдельные лица, но даже целые аулы с чисто арийскими профилями, овалами лиц и выражением глаз, усмешкой и ухватками, до поразительности схожими с казачьими, особенно казаков терских» [26]. В контексте приведенного высказывания необходимо заметить, что известное стремление Е.П. Савельева к повсеместному поиску генетических корней казачьих сообществ в отдельных случаях приводило к достаточно курьезным умозаключениям.

В этнографическом измерении определенный интерес вызывает предложенное донским историком комплексное описание черкесских поселений и жилищ, опирающееся на традиционные представления российских исследователей нового времени. По мнению Е.П. Савельева, «селения черкесов обыкновенно расположены в живописных местностях, но разбросаны без всякого порядка и скрыты за деревьями, увитыми виноградными лозами так, что издали трудно бывает их заметить. Жилища их - это древние запорожские курени: продолговатый четырехугольник из плетня, обмазанного глиной, с очагом посредине и с навесом (причолком) у входной двери. Над очагом к соломенной крыше подвешена высокая плетенная из хвороста и обмазанная глиной труба. Внутри по стенам развешено дорогое оружие. Вокруг печи приделаны полки или подвешен шкаф для посуды. Широкие, низкие кровати, покрытые войлоком или коврами, и небольшие круглые столы, расставленные в разных местах комнаты, довершают ее украшение» [27]. Приведенное описание также не лишено своеобразных казачьих аллюзий, но они придают дополнительный колорит изложенным наблюдениям, не искажая исторической действительности.

В последнее время значительный политический резонанс приобрела сложная проблема, связанная с «черкесским геноцидом». В контексте указанного обстоятельства усилился общественный интерес к соответствующим аспектам кавказской истории XIX столетия, что привело к интенсивному поиску новых источников и авторских оценок, позволяющих аргументировать существующие научные представления. В рассматриваемом труде Е.П. Савельева массовое му-хаджирство не является центральной темой, а авторские оценки укладываются в текстологические границы одного абзаца. Однако донской историк акцентирует читательское внимание на двух важных моментах, связанных с исторической судьбой адыгских сообществ. С одной стороны, он указывает на значительную убыль местного населения в результате принудительного выселения, причем приводит интересную периодизацию соответствующих процессов. По мнению Е.П. Савельева, «число черкесов значительно уменьшилось вследствие массовых выселений в Турцию после Крымской войны; дальнейшие выселения после войны 1877-78 гг. и в 188990 гг. низвели число их до 152 тысяч» [28]. Количественные данные донского историка, безусловно, не в полной мере соответствуют современным представлениям, но предложенные оценочные суждения представляют очевидный интерес. С другой стороны, Е.П. Савельев упоминает и о дальнейшей судьбе черкесских мухаджиров, оказавшихся на территории Османской империи. Он справедливо указывал, что «шапсуги и убыхи выселились все, абадзехи и бжедухи наполовину. Они поселились в Азиатской Турции около озера Ван, близ Ерзерума и Трапезунда и теперь представляют в Турции иррегулярную кавалерию» [29]. Представленные лаконичные характери-

стики достаточно точно отражают реальное содержание рассматриваемых явлений, что свидетельствует о глубоком анализе исторических фактов, осуществлявшемся в творческой лаборатории донского историка.

Анализ исторических работ Е.П. Савельева позволяет нам говорить о стремлении донских историков начала XX в. рассматривать происхождение северокавказских горских сообществ наряду с казачеством в контексте всеобщей истории, «удревняя» и подчеркивая «особость» их исторического развития. Е.П. Савельев не скрывает своей заинтересованности в изучении этнологических аспектов происхождения черкесов и адыгов, легко находит общее и проводит параллели с культурой и бытом донских и запорожских казаков. Все это, несомненно, отвечало целям авторов подобных трудов и укладывалось в представления о «древнем происхождении казачества», «общности предков» и особом историческом пути.

Ссылки:

1. Антонович В.Б. Дневник раскопок, веденных на Кавказе осенью 1879 г. // V Археологический съезд в Тифлисе. Труды Предварительных комитетов. М., 1882. 216 с.

2. Самоквасов Д.Я. Могильные древности Пятигорского округа // Труды V Археологического съезда в Тифлисе. М., 1887 ; Его же. Могилы Русской земли. М., 1908.

3. Веселовский Н.И. Перечень раскопанных в 1895 г. курганов в Кубанской области и найденных в них древностей. СПб., 1895.

4. Ковалевский М.М. Очерки этнографии Кавказа // Вестник Европы. 1867. Дек. Т. III. С. 102-116 ; Его же. Закон и обычай на Кавказе. М., 1890. Т. 1-2.

5. Миллер В.Ф. О значении Кавказа для языкознания // Труды V Археологического съезда в Тифлисе в 1881 г. М., 1887. Т. 1. С. XL-XLII ; Его же. Терская область. Археологические экспедиции // МАК. 1888. Вып. 1 ; Его же. О некоторых кавказских могильных памятниках, хранящихся в историческом музее // Древности. М., 1894. Т. 15. С. 195-196 ; Его же. Памятники древностей на Кавказе. О следах древних поселений по р. Зеленчук // Древности. М., 1894. Т. 15. С. 127 ; Его же. Осетинские этюды. Репринт. Владикавказ, 1992 ; Его же. Фольклор народов Северного Кавказа. Тексты. Исследования / сост., вступ. ст., коммент., библиогр. указ. А.И. Алиевой. М., 2008.

6. Савельев Е.П. История казачества с древнейших времен до конца XVIII века: Историческое исследование в трех частях. Новочеркасск, 1915.

7. Савельев Е.П. Древняя история казачества. М., 2001. 464 с.

8. Савельев Е.П. Древняя история казачества. М., 2002. 464 с.

9. Савельев Е.П. Древняя история казачества. М., 2005. 432 с.

10. Савельев Е.П. Древняя история казачества. М., 2007. 480 с.

11. Савельев Е.П. Древняя история казачества. М., 2010. 480 с.

12. Савельев Е.П. Древняя история казачества. М., 2012. 448 с.

13. Краснянский М.Б. Донские уроженцы. Ч. 2. 1930.

14. Там же.

15. Там же.

16. Там же.

17. Савельев Е.П. Степан Разин и народные песни о нем [Электронный ресурс]. Новочеркасск [19--?]. URL: http://passion-don.org/stepanrazin.html (дата обращения: 20.05.2015).

18. Савельев Е.П. Гибель Чернобога. Новочеркасск, 1917.

19. Савельев Е.П. Булавин и Некрасов [Электронный ресурс]. URL: http://passion-don.org/bulavin.html (дата обращения: 20.05.2015).

20. Попова К. Судьба одной большой семьи [Электронный ресурс]. URL: http://evgrsaveliev.narod.ru/family/kris.html (дата обращения: 20.05.2015).

21. Савельев Е.П. Древняя история казачества. М., 2005. С. 432.

22. Там же. С. 34.

23. Там же. С. 38-39.

24. Там же. С. 58.

25. Там же. С. 61-63.

26. Там же. С. 65.

27. Там же. С. 66-67.

28. Там же. С. 98.

29. Там же. С. 102.