Справочно-консультационная деятельность специалиста в уголовном судопроизводстве: проблемы правовой регламентации

ББКХ629.3

СПРАВОЧНО-КОНСУЛЬТАЦИОННАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ СПЕЦИАЛИСТА В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ: ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОЙ РЕГЛАМЕНТАЦИИ

С.В. Тетюев, кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного процесса

и криминалистики ЮУрГУ

Проанализированы такие доказательства, как показания и заключение специалиста, и нормативная регламентация их использования в уголовно-процессуальном доказывании. Рассматривается вопрос, кто может инициировать получение заключения специалиста. Автор приходит к выводу о том, что в настоящее время справочно-консультационная деятельность специалиста продолжает оставаться непроцессуальной формой использования специальных знаний в уголовном судопроизводстве.

Ключевые слова: специалист, показания, заключение, допрос, следователь.

Справочно-консультационная деятельность специалиста в уголовном судопроизводстве в период действия УПК РСФСР 1960 года традиционно относилась к непроцессуальным формам использования специальных знаний, поскольку, в отличие от судебной экспертизы и участия специалиста в следственных действиях, никак не регламентировалась законом.

Федеральный закон от 4 июля 2003 г. № 92-ФЗ1 дополнил перечень доказательств показаниями и заключением специалиста, что, казалось бы, должно было придать справочноконсультационной деятельности специалиста процессуальный характер, однако реального увеличения числа процессуальных форм использования специальных знаний в уголовном судопроизводстве не произошло. В обоснование этого нашего вывода проанализируем правовую регламентацию использования в уголовнопроцессуальном доказывании показаний и заключения специалиста.

Показания специалиста - это сведения, сообщенные им на допросе об обстоятельствах, требующих специальных познаний, а также разъяснения своего мнения в соответствии с требованиями ст. 53, 168 и 271 УПК РФ. По сути, здесь речь идет о том, что показания специалиста могут быть двух видов (сведения и разъяснения своего мнения).

1. Сведения, как следует из нормы УПК РФ (ч. 4 ст. 80), должны быть сообщены в ходе допроса. Но о допросе специалиста закон упоминает лишь однажды - в ч. 4 ст. 271 УПК РФ: «Суд не вправе отказать в удовлетворении ходатайства о допросе в судебном заседа-

нии лица в качестве... специалиста, явившегося в суд по инициативе сторон». О том, каков порядок допроса специалиста не только в суде, но и в стадии предварительного расследования, в законе не говорится. Поэтому и не понятно, каким образом показания специалиста могут быть оценены как допустимое доказательство, если процедура их получения не определена федеральным законом, так как полученное «доказательство» априори не сможет соответствовать одному из правил допустимости (правило о надлежащей процедуре).

2. Разъяснение специалистом своего мнения, по смыслу закона, должно осуществляться в процессуальной форме, отличной от такого следственного действия, как допрос специалиста (ибо законодатель разделил сведения и разъяснения). Но опять же: что это за процессуальная форма? Остается только догадываться. УПК РФ ссылается на ст. 53, 168, 271, которые не дают четкого ответа на поставленный вопрос.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 53 УПК РФ защитник вправе привлекать специалиста в соответствии со ст. 58 Кодекса. Однако ссылка в данном контексте на ст. 58 УПК РФ блокирует право защитника самостоятельно «привлекать» специалиста, поскольку в этой статье речь идет о том, что специалист привлекается к участию в процессуальных действиях, а процессуальные - это действия, которые организует должностное лицо (орган), ведущее производство по уголовному делу. Как справедливо отмечает Ю.П. Гармаев, только в

компетенцию следователя входит удостоверение личности специалиста, разъяснение ему прав и обязанностей, порядка производства следственного действия, предупреждение его об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307, 308 УК РФ (ч. 5 ст. 164 УПК РФ). И только следователь наделен полномочиями убедиться в компетентности специалиста, проверить его отношение к подозреваемому, обвиняемому и потерпевшему, а также не допустить того или иного специалиста к участию в процессуальном действии по мотивам недостаточной компетенции или при наличии оснований для отвода2.

А.В. Кудрявцева и Ю.И. Великосельский небезосновательно считают излишним закрепление в ст. 53 УПК РФ права защитника привлекать специалиста в соответствии со ст. 58 УПК РФ, так как это порождает иллюзию обязанности следователя разрешить этому специалисту участвовать в следственном действии. Такой обязанности у следователя нет, он по собственной инициативе может привлечь необходимого, по его усмотрению, специалиста и отказать защитнику в удовлетворении подобного ходатайства. Привлечение специалиста защитником может выражаться только в форме разъяснения вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию, другими словами, защитник может привлекать специалиста для дачи консультации3. При этом нельзя согласиться с М.А. Фоминым, полагающим, что после подписания с адвокатом - участником уголовного судопроизводства по конкретному делу - соглашения об этом сведущее лицо приобретает статус специалиста4. В данном случае специалистом в уголовно-процессуальном смысле оно не становится.

В ст. 168 УПК РФ закреплено право следователя привлекать специалиста к участию в следственном действии. Но и в этом случае нет оснований говорить о возможности получения в ходе следственного действия иного доказательства, чем протокол следственного действия или показания потерпевшего, свидетеля, подозреваемого, обвиняемого. Давно известно, что результаты деятельности специалиста, участвующего в следственном действии, не имеют самостоятельного доказательственного значения, поскольку его деятельность является частью следственного действия, которое проводит следователь5. Поэтому в данной ситуации показания специалиста как отдельное доказательство не могут

быть получены, хотя его мнение, пояснения, замечания подлежат занесению в протокол и являются составной частью такого доказательства, как протокол следственного действия.

В протоколе следственного действия должны быть указаны факт привлечения специалиста к участию в данном следственном действии, его фамилия, имя и отчество, приведены сведения, характеризующие его специальные знания и квалификацию, кратко описаны содержание деятельности специалиста и ее результаты6. Однако вся эта деятельность не объективируется в отдельный, самостоятельный источник доказательств, а выступает как органическая часть совокупной деятельности ряда субъектов7.

В ст. 271 УПК РФ говорится о возможности сторон заявить в подготовительной части судебного заседания ходатайство о вызове специалиста, например, для того чтобы он разъяснил свое мнение. Стало быть, мнение специалиста ранее должно было уже фигурировать в материалах уголовного дела. Но в каком качестве? Видимо, в качестве заключения специалиста. Хотя оно и определяется законом как суждение по вопросам, поставленным перед специалистом (ч. 3 ст. 80 УПК РФ), в русском языке суждение означает мнение8. Получается, что специалист может быть вызван в суд для разъяснения ранее данного им заключения (по аналогии с экспертом). Учитывая ч. 4 ст. 271 УПК РФ, мы можем предположить, что свои разъяснения специалист будет давать в рамках такого судебного действия, как допрос специалиста. Но УПК РФ не закрепляет процессуальную форму данного действия. Таким образом, круг замкнулся: с чего начали, тем и закончили.

Однако позитивно уже то, что законодатель все-таки имеет намерение прекратить практику допросов специалистов в качестве свидетелей и осознал, что показания специалиста и показания свидетеля - явления не тождественные. В литературе не раз обращалось внимание на разнородность данных участников уголовного процесса, так как статус каждого из них закреплен в разных статьях УПК РФ, нормативная дефиниция этих субъектов не одинакова, различны их права, обязанности и - главное - характер приобретенного знания9. Как верно отмечает А.Р. Белкин, характер показаний свидетеля и специалиста совершенно различен: если в показаниях свидетеля ценны прежде всего его наблюдения,

особенности восприятия им информации, то в показаниях специалиста на первый план выходят его мнение и умозаключения10.

К сожалению, на практике специалистов продолжают допрашивать в качестве свидетелей11, иного выхода у правоприменителя нет12. Для рассмотрения показаний специалиста в контексте процессуальных форм использования специальных знаний в уголовном судопроизводстве необходимо в УПК РФ включить нормы о допросе специалиста.

Заключение специалиста - это предоставленное в письменном виде суждение по вопросам, поставленным перед специалистом сторонами (ч. 3 ст. 80 УПК РФ). При этом закон не содержит иных норм о заключении специалиста, кроме процитированной выше части 3 ст. 80 УПК РФ, а также ч. 2 ст. 74 УПК РФ, где сказано, что оно допускается в качестве доказательства. Скорее всего, поэтому в науке отсутствует единство мнений относительно процессуальной природы и назначения заключения специалиста.

Как отмечает С.А. Шейфер, «это доказательство, задуманное законодателем как средство усиления позиции защиты в ее противоборстве с обвинением, формируется однако за пределами процессуальной формы: закон не определяет оснований обращения сторон к специалисту, не представляет участникам процесса прав, обеспечивающих объективность заключения специалиста, подобных тем, какие представлены им при проведении экспертизы, не определяет структуры и содержания заключения специалиста, не требует от специалиста проведения исследований. Все это придает заключению специалиста весьма субъективный характер, превращая, таким образом, этот прием в суррогат экспертизы»13. По этой и другим причинам заключение специалиста как самостоятельное доказательство в литературе нередко оценивается критически, и решение законодателя о его включении в число доказательств не поддерживается, считается преждевременным, поскольку в УПК РФ остались нерешенными многие вопросы (о структуре, содержании и процедуре получения заключения специалиста, его отличиях от заключения эксперта, «иных» документов и т.д.)14. Е.А. Доля считает, что заключение специалиста доказательственного значения не имеет; суждения, содержащиеся в данном заключении, лишь способствуют правильному пониманию сторонами и судом фактов и обстоятельств, имеющих значение

для уголовного дела, уяснение которых в этом новом доказательстве требует специальных познаний15. По мнению И.И. Трапезниковой, заключение специалиста не является источником доказательств в силу своей содержательной специфики; сведения, содержащиеся в нем, должны рассматриваться как ориентирующая информация16. В.М. Быков полагает, что истребование заключения специалиста -это «иное» процессуальное действие, направленное на собирание доказательств, но неза-крепление законодателем в УПК РФ процессуального порядка его получения ставит «порой» под сомнение всякое доказательственное значение этого нового вида доказательства17.

О.В. Хитрова, отмечая, что вопрос о сторонах в уголовном судопроизводстве является крайне дискуссионным, приходит к выводу о том, что заключение специалиста может быть представлено только в судебном разбирательстве по ходатайству одной из сторон (преимущественно стороны защиты). При этом сторона обвинения представляет заключение эксперта, полученное во время предварительного расследования. Суд, не являясь стороной, не вправе требовать представления заключения специалиста18. Другие авторы считают, что заключение специалиста может быть получено и в досудебном производстве по инициативе участников со стороны как защиты, так и обвинения19. Существует и третья точка зрения: заключение специалиста может быть получено только по инициативе органа дознания, дознавателя, следователя, что расширяет их возможности в доказывании по уголовному делу20. Однако, по мнению И. Овсянникова, «наличие у следователя права требовать от специалиста дать заключение вызывает сомнение»21.

Нам наиболее близка вторая точка зрения: заключение специалиста может быть получено любой стороной в досудебном или судебном производстве. Лишать такого права, например, следователя (дознавателя), осуществляющего расследование конкретного уголовного дела, только потому, что он вправе назначать экспертизу, нецелесообразно. Вполне возможно, что для разрешения какого-либо вопроса, требующего специальных знаний, достаточно будет мнения (вывода) специалиста, не подкрепленного глубоким исследованием, а основанного на его логических умозаключениях. И для того чтобы не назначать в этом случае экспертизу, которая, как известно, является одним из самых продолжитель-

ных процессуальных действий, следователь (дознаватель) должен иметь самостоятельную (не зависящую от других участников уголовного процесса) возможность инициировать получение заключения специалиста. Конечно, заключение специалиста не должно подменять заключение эксперта. Поэтому необходимо нормативно определить (и, следовательно, разграничить) основания для получения того и другого доказательства.

Безусловно, следует согласиться с Т.В. Аверьяновой, предлагающей к компетенции специалиста относить решение диагностических задач в тех случаях, когда не требуется проведение сложных лабораторных исследований. Тогда на долю судебной экспертизы придется решение всех идентификационных и сложных диагностических задач. Экспертиза должна проводиться и во всех случаях необходимости комиссионного (в том числе комплексного) исследования22.

Л.В. Виницкий также полагает, что специалисту можно поручать проведение диагностических исследований23.

Интересно заметить, что изучение материалов уголовных дел, проведенное

А.В. Кудрявцевой и Ю.И. Великосельским, позволило им сделать следующие выводы. Заключение специалиста появляется в деле только по инициативе стороны защиты и по своей природе представляет собой три формы деятельности специалиста в установлении обстоятельств уголовного дела: 1) справку специалиста (содержит сумму готовых знаний) (21,3 %); 2) консультацию специалиста -разъяснение обстоятельств дела, не требующих исследования, на основе специальных познаний (17,6 %); 3) выводы по проведенному исследованию (аналог заключения эксперта) (61,1 %)24.

А опрос судей, проведенный М.А. Леско-вец, показал, что они в большинстве случаев предпочитают отклонять ходатайства о привлечении в процесс специалистов. Когда же специалист все-таки принимает участие в процессе, его показания и заключение, по признанию некоторых судей, оцениваются ими как вспомогательное, неполноценное, полу-доказательство, не имеющее доказательственного значения само по себе25. Изучение уголовных дел, проведенное М.А. Фоминым, показало, что суды зачастую необоснованно исключают представляемое стороной защиты заключение специалиста из числа доказательств по делу, например, потому что работа

специалистов оплачивается стороной защиты, непосредственно заинтересованной в исходе дела26. З.В. Макарова и Т.П. Ишмаева называют заключение специалиста «доказательством второго сорта»27.

И.И. Трапезникова полагает, что любое письменное суждение, исходящее от сведущего лица, можно рассматривать как заключение специалиста лишь после привлечения этого лица в уголовный процесс в качестве такового. Если же подобного привлечения не произошло, то любое такое «заключение» должно приобщаться к уголовному делу как «иной» документ28. А.В. Кудрявцева и Ю.И. Великосельский делают обоснованный вывод о том, что, если не разработать, хотя бы в общих чертах, и не закрепить в законе процедуру получения заключения специалиста, то оно ничем не будет отличаться от «иного» документа по правилам получения, проверки и оценки29.

Представляется, что в силу несовершенства действующего уголовно-процессуального законодательства заключение специалиста в уголовном деле может иметь статус только «иного» документа, а не самостоятельного доказательства, поскольку оно отвечает одному из главных признаков «иного» документа - как документа, изготовленного не в ходе процессуальной деятельности. Процедура получения заключения специалиста законом не регламентирована, не понятно, кто и каким образом должен разъяснить специалисту перед дачей заключения его права, обязанности и ответственность, тем более если инициатором получения данного доказательства является участник со стороны защиты. Поэтому с большим трудом получение заключения специалиста можно назвать на текущий момент времени процессуальной формой использования специальных знаний в уголовном судопроизводстве.

Трудно согласиться с мнением тех ученых, которые полагают, что заключение или показания специалиста могут быть получены в рамках тех следственных действий, к участию в которых он привлекается30. Участие специалиста в следственных и иных процессуальных действиях является самостоятельной формой использования специальных знаний в уголовном судопроизводстве. Как уже было отмечено, результаты этого участия не имеют самостоятельного доказательственного значения, фиксируются в протоколе следственного действия и являются его составной

частью. Показания же и заключение специалиста названы законодателем в числе доказательств (ч. 2 ст. 74 УПК РФ). Очевидно, что они не могут быть получены в ходе следственного действия, к участию в котором специалист привлекается для оказания помощи следователю (дознавателю).

В соответствии с законом возможность получения показаний специалиста не ставится в зависимость от наличия в деле заключения специалиста, в отличие от эксперта, который может быть допрошен только после дачи им заключения (ч. 1 ст. 205 УПК РФ). Вместе с тем в литературе предлагается установить такую (или даже более жесткую) зависимость: в обязательном порядке допрашивать специалиста после дачи им заключения для оценки достоверности последнего31. В этой точке зрения есть рациональное зерно, поскольку в настоящее время закон не определяет процедуру получения заключения специалиста. Когда она найдет свое отражение в УПК РФ, необходимость допроса специалиста каждый раз после дачи им заключения отпадет, если только допрос не будет нужен для разъяснения специалистом мнения, содержащегося в заключении.

А пока допрос автора заключения должен быть обязательным. И как представляется, без этого допроса (следственного действия, имеющего целью проверку доказательства) заключение специалиста нельзя учитывать при принятии тех или иных процессуальных решений. Например, если заключение специалиста опровергает выводы судебного эксперта, то назначение повторной судебной экспертизы возможно только после того, как это заключение будет проверено в установленном законом порядке.

Таким образом, при существующем правовом регулировании следует признать, что справочно-консультационная деятельность сведущих лиц, которая, еще раз подчеркнем, в период действия УПК РСФСР 1960 года традиционно считалась непроцессуальной формой использования специальных знаний, остается таковой и в настоящее время32. По мысли Л.В. Виницкого, с которым мы солидарны, широко описанные в специальной литературе непроцессуальные консультации специалистов могут стать источниками доказательств только в случае надлежащей регламентации порядка получения показаний и заключения специалиста33. Как справедливо заметил С.А. Шейфер, в ст. 58 УПК РФ без дос-

таточных оснований объединены процессуальные (практические операции для оказания помощи следователю и суду в получении доказательств) и непроцессуальные действия специалиста34. Обращение к ст. 58 УПК РФ позволяет сделать несложный вывод о том, что под непроцессуальными действиями здесь понимаются содействие специалиста в постановке вопросов эксперту и разъяснение сторонам и суду вопросов, входящих в профессиональную компетенцию специалиста, которое осуществляется в рамках его заключения или показаний.

1 СЗ РФ. - 2003. - № 27 (1). - Ст. 2706.

2 См.: Гармаев Ю.П. Пределы прав и полномочий адвоката в уголовном судопроизводстве и типичные правонарушения: научно-практическое пособие. - Иркутск, 2004.-С. 29.

3 См.: Кудрявцева А.В., Великосельский Ю.И. Функция защиты на стадии предварительного расследования: монография. - Челябинск, 2006. - С. 101.

4 См.: Фомин М.А. Заключение специалиста как доказательство стороны защиты // Уголовный процесс. - 2008.

- № 7. - С. 36.

5 См.: Зуев Е.И. Положение специалиста и эксперта по уголовно-процессуальному законодательству // Некоторые вопросы борьбы с преступностью: сб. науч. ст. -Алма-Ата, 1970. - С. 127-128; Орлов Ю. Специалист -это сведущее лицо, не заинтересованное в исходе дела // Российская юстиция. - 2003. - № 4. - С. 36.

6 См.: Лопушной Е.Я. Процессуальное оформление участия специалиста в следственных действиях // Некоторые вопросы борьбы с преступностью: сб. науч. ст. -Алма-Ата, 1970. - С. 129.

7 См.: Орлов Ю. Лица, обладающие специальными познаниями, как субъекты уголовного процесса // Советская юстиция. - 1988. - № 8. - С. 14.

8 См.: Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. - М., 1999. - С. 779.

9 См.: Давлетов А. Специалист в уголовном процессе: новые возможности и проблемы // Российская юстиция. -2003.-№9.-С. 47.

10 См.: Белкин А.Р. Допрос специалиста как процессуальное действие // Материалы Международной научно-практической конференции «Теория и практика судебной экспертизы в современных условиях». - М., 2007. -С. 97.

11 См. также: Мащенко В.А. Специалист как сведущее лицо и участник процесса доказывания в уголовном судопроизводстве // Актуальные проблемы права России и стран СНГ - 2007: материалы IX Международной на-учно-практической конференции. - Челябинск, 2007. -Ч. III.-С. 264.

12 Как отмечают Е.А. Логвинец и Е.Ф. Лукьянчикова, практика (в частности, в Белгородской области) пошла по пути проведения допроса специалиста по правилам допроса эксперта с отражением его показаний в протоколе допроса специалиста. См.: Логвинец Е.А., Лукьянчикова Е.Ф. Проблемы использования заключения специалиста в процессе доказывания // Судебная экспертиза. - 2007. - № 4. Однако данный «выход» из сложив-

шейся ситуации проблемы не решает. Протокол допроса специалиста не является допустимым доказательством, поскольку такого следственного действия УПК РФ не предусматривает.

13 Шейфер С.А. Следственные действия. Основания, процессуальный порядок и доказательственное значение. - М., 2004. - С. 143-144.

14 См., например: Адигамова Г.З. Изменения уголовнопроцессуального законодательства и процессуальный статус специалиста // Проблемы применения норм уго-ловно-процессуального законодательства РФ в деятельности правоохранительных органов: материалы Всероссийской научно-практической конференции. - Челябинск, 2004. - Ч. II. - С. 3-7; Божьев В.П. Недостатки системного характера в регулировании процесса доказывания по уголовному делу // Фундаментальные и прикладные проблемы управления расследованием преступлений: сб. науч. тр. - М., 2005. - Ч. 1. - С. 9, 11-12.

15 См.: Уголовный процесс: учебник / под ред.

B.П. Божьева. - М., 2004. - С. 200.

16 См.: Трапезникова И.И. Специальные знания в уголовном процессе России (понятие, признаки, структура): автореферат дис. ... канд. юрид. наук. - Челябинск, 2004.-С. 6.

17 См.: Быков В.М. Актуальные проблемы уголовного судопроизводства. - Казань, 2008. - С. 98-99.

18 См.: Хитрова О.В. Заключение и показания специалиста - новые доказательства в уголовном судопроизводстве // Уголовно-процессуальный кодекс РФ: год правоприменения и преподавания: материалы Международной научно-практической конференции. - М., 2004. -

C. 151.

19 См., например: Баранов А.М., Супрун С.В. Заключение специалиста - новый способ собирания доказательств // Вестник Оренбургского государственного университета. - 2005. - № 3. - С. 27; Зайцева С.А. Специалист и его заключение в уголовном процессе // Следователь. - 2004. - № 2. - С. 17; Кудрявцева А.В. Признаки заключения эксперта и заключения специалиста как средств доказывания // Ученые записки: сб. науч. тр.

- Оренбург, 2005. - Вып. 2. - Т. 2. - С. 19.

20 См.: Быков В. Заключение специалиста // Законность. -2004.-№9.-С. 21, 24.

21 Овсянников И. Заключение и показания специалиста

// Законность. - 2005. - № 7. - С. 33.

22 Цит. по: Лесковец М.А. Разграничение компетенции эксперта и специалиста по уровню решения экспертных задач // Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия «Право». - 2007. - № 18. - С. 56-57.

23 См.: Виницкий Л.В. Некоторые вопросы использования специальных знаний в расследовании // Эксперт-криминалист. - 2008. - № 1.

24 См.: Кудрявцева А.В., Великосельский Ю.И. Указ. соч. - С. 105.

25 См.: Лесковец М.А. Указ. соч. - С. 55.

26 См.: Фомин М.А. Указ. соч. - С. 38.

27 См.: Макарова З.В., Ишмаева Т.П. Доказательственное значение заключения эксперта по уголовным делам // Материалы Международной научно-практической конференции «Теория и практика судебной экспертизы в современных условиях». - М., 2007. - С. 50.

28 См.: Трапезникова И.И. Указ. соч. - С. 11.

29 См. подробнее: Кудрявцева А.В., Великосельский Ю.И. Указ. соч. - С. 104-105.

30 См.: Ильина А.М. О некоторых вопросах участия специалиста в уголовном процессе // Актуальные проблемы права России и стран СНГ - 2004: материалы VI Международной научно-практической конференции. - Челябинск, 2004. - Ч. 1. - С. 281; Шапиро Л.Г. Правовое регулирование института специальных знаний в уголовном судопроизводстве // Современное право. - 2008. -№6.-С. 87.

31 См.: Адигамова Г.З. Указ. соч. - С. 6-7; Овсянников И. Указ. соч. - С. 35.

32 Иной точки зрения придерживается А.В. Кудрявцева. По ее мнению, разъяснение сторонам и суду вопросов, входящих в профессиональную компетенцию, относится к процессуальным формам использования специальных знаний в уголовном судопроизводстве. См.: Кудрявцева А.В. Формы использования специальных знаний по УПК РФ // Эксперт-криминалист. - 2008. - № 1.

33 См.: Виницкий Л.В. Некоторые вопросы использования специальных знаний в расследовании // Эксперт-криминалист. - 2008. - № 1.

34 См.: Шейфер С.А. Обновление правовой регламентации доказывания по УПК РФ: шаг вперед? // Государство и право. - 2004. - № 12. - С. 35-36.

Статья поступила в редакцию 13 января 2009 г.