Сильная рука

Двукратный чемпион России по армрестлингу работает хирургом в Рязанском кардиодиспансере

По субботам Вячеслав Карпов ходит в морг: "У меня там договоренность. Разрешают мне делать на трупах по два-три разреза, выделять артерии, сосуды. Ну а как иначе, я же хирург, моя учеба длится всю жизнь".

Иначе — можно, на свете полно медиков, которые в свободное от работы время по моргам не ходят, на конференции не ездят и специализированной литературой не интересуются. "Я так не могу. Я даже учебники время от времени перечитываю,— Вячеслав, кажется, фанат учебного процесса.— Иначе все забывается, а это не дело".

Вячеславу 27 лет, он только что защитил диссертацию и стал призером Российской Федерации по армрестлингу, поединку на руках. "Два прошлых года я был чемпионом, а в этом году слишком много времени потратил на защиту диссертации — в итоге только третье место". Это, однако, не помешало Карпову завоевать путевку на чемпионат Европы и мира. И подготовку к этим серьезным соревнованиям он, как обычно, сочетает с работой в "кардике" — Рязанском кардиологическом диспансере.

Оксанин доктор

В ординаторской сосудистого отделения — семь столов, продавленный диван, старенький телевизор, огнетушитель, иконки, потрет хирурга Бориса Кириллова, который оперировал еще в Великую Отечественную, табличка "Все врачи — дураки, взяточники и сволочи? Ну так вали и лечи себя сам, врач пойдет домой и хоть раз выспится!", в углу — холодильник "Смоленск-3Е", поперек которого алой краской написано "Хранить продукты в целлофановых пакетах!" Вячеслав здесь проводит не много времени, карточки заполняет: "Вид транспортировки больного — ходит сам". Гораздо чаще он бывает в операционной — сейчас в отделении "горячий сезон", так что в день приходится делать по две-три операции: "Наш рязанский медуниверситет ежегодно выпускает по 200 врачей, мне еще повезло, что взяли сюда на работу. Какой оклад? Четыре тысячи рублей. Со всеми дежурствами, дай бог, если 11-12 тысяч выйдет. Государство считает, что ради этого человеку стоит десять лет учиться медицине".

Если бы не отец, бывший военный, а ныне бизнесмен, то Вячеславу выучиться, возможно, и не удалось бы. "Это хорошо, что нам с братом папа помогал, а как может стать врачом парень, к примеру, из деревни или с родителями-бюджетниками? Да он ноги протянет раньше, чем начнет работать". Штатным медикам в "кардике" как ни крути, а полегче, чем аспирантам. В том числе — финансово. "Благодарность существует,— признает Вячеслав.— Некоторые пациенты нам... того... сами понимаете. Но, во-первых, это делают не все — у нас же тут не миллионеры лежат, а простые рабочие люди, бабушки. А во-вторых, сегодня отблагодарят тебя, а завтра — нет. Уж лучше бы зарплата была нормальной и мы бы не беспокоились, чем семьи кормить".

Благодарят врачей по-разному. Карпову одна женщина после операции как-то сказала: "Дайте листочек и ручку! Что значит — зачем? Это не мне нужно, а вам!" Заинтригованный хирург принес требуемое. Пациентка написала на листке номер телефона и адрес какого-то села в Крыму: "Летом, когда соберетесь с супругой на море, то позвоните по этому номеру и скажите: "Баба Люба, это Оксанин доктор! Мы едем!" — она сразу все поймет и выделит вам лучшие койки. Отдохнете хоть у нее по-человечески". Другой пациент, смущаясь, сунул в карман доктору десять рублей. "Это в Москве, наверное, за операции десятками тысяч рублей благодарят, а у нас в Рязани народ простой,— объясняет Вячеслав.— Конфеты дарят часто. Позавчера вот шоколадку подарили. Мы сладости на всех делим, чай пьем в ординаторской".

Сегодня Вячеслав получил от своего пациента, Андрея Авдеева, которому четыре дня назад провели шунтирование, горячее "спасибо". Андрей Вячеславович хоть и пережил тяжелую операцию, чувствует себя хорошо. Хирург сам радуется этому как ребенок, подмигивает своему пациенту: "Теперь на поправку, другого пути нет" и, выйдя из палаты, все еще улыбается: "Ну разве есть на свете более благородная профессия? Вы понимаете, что в этом-то и весь кайф, когда ты абсолютно постороннему человеку помогаешь. Иногда кажется — даже если б не платили, я все равно бы этим занимался".

Перелом травматолога

Вячеслав такой положительный, что, как он говорит, пора уже начать портиться. Школу окончил с золотой медалью, университет — с красным дипломом. Даже второе высшее успел получить — юридическое. "Я еще на баяне играть умею. Музыкальную школу окончил с отличием. Мы с братом вдвоем на концертах выступали". Брат Дмитрий — двойняшка. При рождении он был на треть легче Вячеслава, эта же пропорция сохраняется у братьев и сейчас: 120 килограммов веса одного против 80 другого. "Едим вроде одинаково, а вот почему-то Дима легче. Генетика, видать, такая". Дима — онколог и тоже спортсмен. Высоких результатов в армрестлинге он не добился, да и не стремится к этому — больше занимается организаторскими вопросами, заказывает гостиницы, помогает на соревнованиях.

На этой братской помощи да на собственном энтузиазме и основаны все успехи чемпиона Карпова: он сам тренируется, сам оплачивает поездки. Иногда, правда, включается отец — он, к примеру, оплатил Вячеславу поездку в США на очередной чемпионат. Но визу чемпиону России так и не дали: "Почему у вас загранпаспорт чистый, мистер Карпов? Вы что, никогда за границу не выезжали? Так не бывает". А он действительно никогда не выезжал за пределы России. "Мне и не надо было,— говорит.— Наш чемпионат по армрестлингу фактически и есть тот же самый чемпионат мира, потому что российским рукоборцам равных практически нет. У нас сильная школа на Кавказе, в Питере. Лет 20 назад этот вид спорта стал популярен в нашей стране, и с тех пор мы лучшие, в общекомандном зачете уж точно. Разве только Украина может с нами соперничать. А если говорить о наших девушках, то они вообще абсолютные лидеры, сильнее их, в принципе, никого нет, даже близко".

Через несколько дней, впрочем, Вячеслав отправится на первый свой заграничный турнир, в Турцию. Будет биться за звание чемпиона Европы. "Честно признаюсь — сейчас я не на пике формы. Диссертация занимала много времени, так что тренировался я не в полную силу". Вопрос — медицина или спорт — для Вячеслава даже не стоит: медицина, однозначно. Это его призвание. Армрестлинг — просто хобби. "Я начал заниматься этим случайно, пять лет назад, а до этого был кандидатом в мастера спорта по пауэрлифтингу, силовому троеборью. Оказалось, что у меня есть данные: быстрая реакция, взрывная сила. Пока получается — я соревнуюсь. Но если вдруг пойдут травмы, то сразу же уйду из профессионального спорта. Буду просто физкультурником".

Серьезных травм у Вячеслава пока, слава богу, не было. Хотя своему партнеру, Покровскому Илье, он однажды руку на тренировке сломал. Но Илья сам виноват: в пылу борьбы не заметил, как вывернул на столе плечо в опасное положение. Итог — спиральный перелом плечевой кости. Зато после этого Илья точно определился со своей специализацией — решил податься в травматологи. "Благодаря мне он нашел свое призвание,— смеется Карпов.— А после травмы он даже больше тренироваться стал, в призеры федерального округа по армрестлингу вышел".

В спортзале при медицинском университете несколько врачей тренируются. Педиатр Анатолий Скодтаев — заслуженный мастер спорта по армрестлингу. Николай Данилов, общий хирург, и уролог Михаил Авилкин — призеры всероссийских турниров по армспорту. Онколог Дмитрий Карпов тренируется не для результата, а для себя, но входит в футбольную команду врачей больницы скорой помощи. В Рязани врачи вообще спорт уважают, есть даже докторская команда по хоккею на траве.

Сердце не рвать!

Главный вопрос, который Вячеславу задают все, кто узнает, что он лучший рукоборец страны и в то же время хирург: "А руки у вас от тренировок не трясутся?" Он смеется: "От алкоголя они трясутся больше. А я не пью, не курю, я просто спортом занимаюсь". У Карпова средний размер кисти, хотя на соревнованиях он побеждает тех, у кого кулак раза в два больше. Среди "тяжей", тех, кто соревнуется в весе от 110 килограммов, он самый легкий. "Если б я был сильно перекачанным, так, что руки бы не опускались, то, наверное, сложно пришлось бы мне за операционным столом. Но у меня нет проблем".

Люди все равно переживают: из-за гиперразвитой мускулатуры, мол, трудно сохранить достаточный уровень мелкой моторики пальцев, и доказывают Вячеславу, что он не имеет права быть ни хирургом, ни ювелиром, если вдруг захочет. Карпов только плечами пожимает: "После тренировки если и бывает легкая дрожь в мышцах, то к утру, после того как выспишься, все проходит без следа. О чем тут спорить? Я вот на баяне играл и знаю, что если регулярно репетируешь, то пальцы бегают, а если не репетируешь, то не бегают. Я репетирую постоянно — оперирую, на трупном материале опять же сосудистый доступ отрабатываю. Это работа, которой я увлечен и которую хочу делать хорошо".

Он все старается делать хорошо — тренироваться, учиться, работать. Пока Вячеслав учился, то подрабатывал в фармацевтической фирме, ни минуты без дела не сидел. Взял в жены милую девушку. Семья у Карпова тоже образцово-показательная: пока жена с большой нежностью рассказывает о его успехах, он улыбается и тихонько целует в макушку своего маленького сына. Живет с братом и его семьей в одном дворе — вместе гуляют с колясками. Занимается спортом, стараясь и тут быть среди лучших. Совершенствуется в хирургии. В общем, придраться не к чему. Как сказал пациент Авдеев: "Если б побольше таких людей, как Вячеслав Владимирович, в стране было, то жили б мы в цивилизации".

Прощаясь, хороший человек Карпов пытается подарить нам диск с новым мультфильмом: "Я очень люблю мультики. А вы? Только чтобы добрые, да? Зачем сердце рвать!"