Кастильская территориальная община как институт местной власти (на примере города Сория)

О. В. Ауров

КАСТИЛЬСКАЯ ТЕРРИТОРИАЛЬНАЯ ОБЩИНА КАК ИНСТИТУТ МЕСТНОЙ ВЛАСТИ

В статье на примере территоральной общины (консехо) города Сория ХШ-ХУ вв. выявляется степень реальной автономии городских учреждений в системе феодальной власти. Оказывается, что реальная территориальная, судебная и фискальная автономия территориальной общины была сильно ограничена, концепт местного гражданства отсутствовал вообще, а среди различных категорий должностных лиц, действовавших на территории консехо, лишь небольшая часть являлась реально подотчетной общине и могла действовать от ее имени вовне - в отношениях с иными субъектами власти. Формирование механизмов подлинно муниципальной власти (включая местные коммуны) начинается только во второй половине Х1У-ХУ вв., т. е. уже в эпоху Трастамара.

Ключевые слова: средневековый город, Кастилия и Леон, муниципальные учреждения, рыцарство, Реконкиста.

Образ западного Средневековья в европейском культурном сознании давно и прочно связан с символикой города. Даже в Каролингскую эпоху, когда урбанизованный мир античного Средиземноморья сменился миром аграрным, воспоминания о городе и городской жизни как важных символах учености и культуры, занимали значительное место в сознании европейцев. При этом идеальным городом неизменно оставался город античный, будь то Афины, Рим или Иерусалим эпохи Иисуса Христа1. Не случайно образ древнего италийского самоуправляющегося города-муниципия в известной степени обрел свое внешнее продолжение в свободных городах-коммунах средневековой Италии, статуты которых уже во

© Ауров О .В., 2011

второй половине XIII в. спорадически именовались на римский манер «муниципальными законами» (leges municipales)2.

Традиция автоматического (и порой - некритического) распространения понятий, свойственных античному городу, на реалии города средневекового («муниципий», «муниципальный», «магистратуры», «магистраты» и др.) уходит корнями еще в эпоху Средневековья. Однако в полной мере она проявилась уже в раннее Новое время, когда эпоха Возрождения сделала образ античности не только идеалом, но и неотъемлемой частью культурного бытия европейцев. К настоящему времени означенные термины уже давно и прочно утвердились в научной литературе и широко применяются для характеристики «свободных городов» западного Средневековья, в частности - на Пиренейском полуострове. Ниже на примере территориальной общины кастильского города Сория я постараюсь показать, что в данном конкретном случае именно традиционная терминология создает сложности в понимании сути и характера реальных городских учреждений.

Начну с напоминания о том, что сам по себе латинский термин municipium3 не только по времени происхождения, но и по своей сути неразрывно связан с эпохой античности, с формами организации власти на местах, свойственными западным областям мировой Римской державы. Для обозначения совокупности платежей и повинностей, а также (что особенно важно в данном конкретном случае) учреждения местной власти, призванного обеспечить их взимание с провинциалов, понятие municipium широко использовалось римскими писателями4, юристами5 и законодателями6. Хорошо известно, что все эти реалии ушли в прошлое вместе с античным миром. В Средние века слово употреблялось редко и в ином значении7.

Подобным же образом дело обстояло на Пиренейском полуострове, в том числе и в Испании. Показательно, что в испанский язык слово municipio и его производные вошли лишь в XVII в., да и то в качестве культизмов. И лишь в XVIII в., в эпоху Просвещения с ее культом классической культуры, получили распространение такие слова и выражения, как municipio, magistrados, fueros municipales и т. п. На рубеже XVIII-XIX вв. их ввели в правовую терминологию испанские эрудиты И. Ассо и М. де Мануэль, а затем -Ф. Мартинес-Марина8. В следующем столетии видный португальский политик, писатель и историк А. Эркулану-де-Карвалью сфор-

мулировал целостную концепцию континуитета римских институтов в эпоху Средневековья. Естественным образом сфера значений таких понятий, как municipal, municipio, municipalidad, magistrados и т. п. была распространена на средневековые учреждения местного управления - консехо (порт. conselhu). Кроме того, Эркулану первым из историков констатировал демократический характер системы власти в этих муниципиях-консельюш (разумеется, концепт демократии понимался им в том его смысле, который был свойствен формирующемуся европейскому либерализму)9.

Впоследствии концепция Эркулану подверглась критике со стороны пиренейских германистов, родоначальником школы которых стал Э. де Инохоса-и-Наверос10. Германисты видели истоки средневекового консехо в народных собраниях германцев-готов. Однако либеральный характер концепции, а в особенности - идея демократизма системы местного пиренейского самоуправления, пусть и на иной теоретической основе, сохранились и в новый период истории испанской медиевистики. Сохранилась и интересующая нас романистическая терминология (municipio, municipal etc.), пусть и принявшая чисто технический характер.

Представляется, что в настоящее время она используется, главным образом, в силу традиции. Понятие муниципий давно уже воспринимается в весьма общем значении и применяется для обозначения учреждений местного управления, наделенных более или менее значительной властной автономией. Именно в этом качестве его использовали, среди прочих, и Л. Диэс-Кансеко11, с его теорией «сельского муниципия», и К. Санчес-Альборнос12, и ученики последнего, писавшие о «муниципальном консехо», - Л. Гарсия де Вальдеавельяно13, М. дель-Кармен-Карле, и др.14 При этом понятие муниципий применялось даже к периоду рубежа Раннего и Высокого Средневековья, когда римский муниципий уже не существовал, а европейские «свободные города» еще не возникли15. Эту позицию (и связанную с ней терминологию) под влиянием зарубежных концепций восприняли и отечественные медиевисты16.

Между тем в как в зарубежной, так и отечественной медиевистике достаточно давно сложились и сохраняются иные представления о времени формирования структур, свойственных свободным городам Средневековья. Этот процесс связывается с периодом XI-XII вв., а его апогей - со временем XIII-XIV вв. Принято счи-

тать, что лишь в этот, последний, период сформировалась система институтов, которые по степени своего развития оказались сопоставимы с прерогативами античных муниципальных учреждений и которые в полной мере могут характеризоваться как муниципальные. Обобщая точки зрения, существующие в урбанистике и не относящиеся к характеристике средневекового городского устройства стран Пиренейского полуострова17, можно выделить шесть основных критериев зрелых средневековых муниципальных институтов, а именно:

территориальная автономия; судебная автономия; фискальная автономия; местное гражданство;

знаки городской власти, выступающей в качестве главного символа муниципальной автономии; коллегиальный орган муниципальной власти, функционирующий на постоянной основе. Интересно понять, в какой степени эти критерии соответствуют той модели властных учреждений, которые были свойственны средневековому консехо в Кастилии и Леоне. При этом необходимо учесть, что консехо разных регионов не были полностью идентичны по своему устройству; едва ли не каждое из них обязательно обладало оригинальными чертами и характеристиками. Поэтому в настоящей статье в качестве объекта анализа избран конкретный пример - консехо средневековой Сории, города, расположенного в северной части Кастилии. Хронологические границы настоящей работы - вторая половина XIII - начала XIV вв. (т. е. период зрелости запиренейских городских учреждений) - соответствуют времени возникновения «Пространного фуэро Сории»18.

Этот памятник местного права сохранился в двух рукописях XIV в.19 Хорошо известно, что это фуэро не было ни первым, ни тем более единственным в правовой истории города и его территориальной общины - консехо20. Поэтому представленные ниже выводы относятся лишь ко времени последних десятилетий XIII в. и начальному периоду XIV в. Кроме того, они сделаны с учетом широкого историко-правового контекста, в котором возникло и действовало фуэро Сории. Известно, что в 1256 г. здешнее консехо получило «Королевское фуэро» Альфонсо Х Мудрого (1252-1284), активно

навязывавшегося королем в качестве местного многим городам и местечкам Кастилии и Леона как одно из средств унификации правовой системы королевства. Однако тесная связь между «Королевским фуэро», составленным при участии образованных королевских ле-гистов, с одной стороны, и «Пространным фуэро Сории», с другой, очевидна и давно отмечена исследователями21. Кроме того, следует учесть и факт еще одного, не менее очевидного, хотя, возможно, и косвенного влияния на текст фуэро Сории, а именно знаменитого фуэро Куэнки-Теруэля, к семейству которых оно принадлежало.

В качестве материала для компаративного исследования необходимо привлечь актовый материал, документы, исходившие от монархов, сеньоров, иных субъектов феодальной власти, а также от самого консехо. Ведь только учет этого важного источника позволяет составить возможно более полное представление о реальной историко-правовой ситуации на местах. К сожалению, документы из местного архива г. Сория до сих пор остаются неопубликованны-ми22. Именно поэтому приходится воспользоваться текстами иного происхождения.

В качестве таковых были избраны письменные свидетельства -как нормативного, так и документального характера - происходящие из двух других кастильских городов - Сепульведы и Куэльяра. При этом я исходил из следующих критериев. Во-первых, эти города расположены в пределах той же исторической области средневековой Кастилии - Эстремадуры, с которой тесно связана и средневековая история Сории23. Кроме того, очевидны параллели и в содержании памятников местного права. Так, «Пространное фуэро Сепульведы», изданное приблизительно в ту же эпоху, что и «Пространное фуэро Сории», является неотъемлемой частью семьи фуэро Куэнки - Теруэля24. Обширное собрание документов из местного архива Сепульведы доступно исследователю в публикации Э. Саэса25.

Что касается Куэльяра, то хорошо известно, что в 1256 г., как и Сория26, этот город получил «Королевское фуэро»27, которое действовало здесь в качестве местного в последние десятилетия XIII -начале XIV вв. (а возможно, и позднее). Средневековые акты из ку-эльярского Муниципального архива опубликованы А. Убьето-Ар-тетой28. Таким образом, пространные фуэро Сории и Сепульведы, «Королевское фуэро» и актовый материал из сепульведского и куэ-

льярского архивов, в совокупности, представляют собой достаточно репрезентативный круг источников для решения поставленных исследовательских задач.

Анализ означенных текстов показывает, что консехо Сории (как, впрочем, и Сепульведы, и Куэльяра) являлись территориальными организациями, «консехо города и деревень», расположенных в пределах территории, прилегающей к городским стенам (término)29. В пределах этой территории (и, соответственно, области своей юрисдикции) консехо регулировало режим пользования землями и природными ресурсами30. Однако как нормы фуэро, так и содержание документов (в случае Сепульведы и Куэльяра)31 указывают на ограниченность этих прав. Фактически феодальная (ко -ролевская или сеньориальная) власть сохраняла за собой главную роль в регулировании процессов установления границ и пользования природными ресурсами.

При этом короли участвовали в этом процессе не только в качестве глав центральной власти, но и как феодальные сеньоры, защищающие свои собственные материальные интересы. Кроме того, гарантией сохранения прав на территории был режим cautum (или coto), т. е. система иммунитета, а также «милости» (mercedes), причем и то и другое контролировалось монархом, а во многом -и просто зависело от его собственной воли. Представляется, что консехо лишь участвовало в этом процессе, а на свою собственную территорию обладало скорее правом пользования, чем свободного распоряжения. Причем и это право было достаточно ограниченным, поскольку связанные с ним прерогативы не должны были противоречить интересам сеньоров (включая и короля).

Подобная же нечеткость прослеживается и применительно к институту концепции членства в общине, т. е. к статусу так называемых весино (vezino)32. С одной стороны, нет сомнения в том, что статус весино гарантировал некоторые важные права в рамках об-щины-консехо. Фуэро защищали жизнь и имущество весино от тех, кто не принадлежал к консехо, являлся «чужаком» (estrannos, omnes de fuera). Кроме того, тексты фуэро фиксируют применительно к весино их особые права экономического, фискального и судебно-процессуального характера33.

Однако более тщательный анализ нормы XXVIII.2 «Пространного фуэро Сории»34 показывает, что критерии приобретения ста-

туса сорийского весино были недостаточно четкими. И эта нечеткость не являлась случайностью: положения сепульведских и куэ-льярских фуэро и документов35 показывают, что короли могли использовать эту нечеткость в своих собственных целях. Получается, что аморфная масса весино была объединена не столько своей общей принадлежностью к общине, сколько фактом совместного проживания на территории консехо и подчинением правовому режиму, действовавшему в его границах. В этом смысле факты жалования королями статуса весино следует рассматривать как естественное следствие их сеньориальной власти над территорией консехо, а также локального характера феодального права.

Подобные же особенности отмечаются и применительно к статусу символов власти консехо. Сам факт их существования свидетельствует о том, что консехо являлось неотъемлемым элементом системы феодальной власти. В фуэро Сории в качестве таковых фигурируют знамя, печать, нотариальный регистр и «книга фуэро» консехо36, что почти полностью совпадает с перечнем, отраженным в источниках из Сепульведы и Куэльяра. Однако документы свидетельствуют о наличии практики использования знаков власти кон-сехо в материальных интересах короля: известны факты их передачи в аренду или в держание частным лицам. В частности, одной из своих привилегий король Фернандо IV (1295-1312) вернул консехо Куэльяра право использовать собственные символы общины (матрицы печати и знамя), не дав, правда, гарантий того, что подобная практика не повторится в будущем37.

Не менее показателен и факт отсутствия применительно ко всем трем городам упоминаний об особом сундуке для хранения муниципальных казны и архива - знака, хорошо известного в тот же период за Пиренеями, в частности - во Франции и Италии. Однако если в описанный период этого знака там попросту не существова-ло38, то это значит, что не существовало также ни муниципальной казны, ни архива. В свою очередь, это заставляет полагать, что в ХШ-ХГУ вв. консехо Сории, Сепульведы и Куэльяра могли обладать сколь-нибудь значимой фискальной автономией, с одной стороны, и органом коллегиальной власти (с соответствующим делопроизводством) - с другой. Эти сомнения лишь укрепляются, если учесть еще и факт отсутствия специальных помещений для собраний членов подобного института. Показательно, в частности, что во

всех трех означенных городах алькальды собирались под открытым небом, изредка - в частных домах, но никогда - в специально предназначенных для этого помещениях (аналогах аюнтамьенто Нового времени)39.

Что касается сходов консехо (или консехо sensu stricto), то они фигурируют в наших источниках в качестве главного института власти в общине. Следует заметить, что тексты из Сории, Сепульведы и Куэльяра не отражают никаких фигурирующих в литературе concejo breve или других аналогов запиренейских городских советов40. Очевидно, что именно общинный сход широкого состава (с присутствием «всех людей» todas las gentes) был единственным средством проявления коллективной воли весино как Сории, так и двух других городов. Несомненно, такие собрания обладали значительным влиянием, прежде всего - в судебной сфере.

Вместе с тем как актовый материал, так и фуэро41 свидетельствуют о гетерогенности состава сходов. Однако тот самый демократический характер представительства, который вполне справедливо изначально подчеркивался исследователями, в конечном итоге и являлся главным препятствием для принятия более-менее детальных и конкретных решений. Сепульведские и куэльярские документы, фиксирующие результаты собраний, содержат характерную общую формулу «сходом сказали» (el concejo dizieron), которая означает, что собрание могло проявить свою волю (неважно, позитивную или негативную) лишь в крайне общей форме, а именно криками собравшихся.

Круг разнородных проблем, которые обсуждались на сходах, объединяет лишь одна общая черта: все они касаются вопросов, потенциально чреватых внутренними конфликтами. Лишь их вынесение на обсуждение предельно широким кругом лиц, при участии всех заинтересованных сторон, давало (пусть и весьма ограниченную) возможность поддерживать хрупкий внутренний мир в этом глубоко милитаризованном сообществе, включавшем самые разнородные клановые, социальные и даже конфессиональные группы. В отсутствие такого института с решением этой задачи едва ли могли справиться лишь должностные лица консехо, уже в силу гетерогенности своего состава. Феодальный характер власти естественным образом порождал ее раздробленность, а она, в свою очередь, проявлялась в сосуществовании категорий должностных лиц со

сходными функциями, но разного подчинения в пределах одной и той же общинной территории. В данном случае я сосредоточусь на характеристике лишь двух из них, наиболее тесно связанных с общиной-консехо. Первая из них - так называемые апортельядо (aportellados) или «официалы» (oficiales), а вторая - представители консехо в конкретных делах - прокурадоры, персонеро и «добрые люди».

Апортельядо занимали центральное место в системе консехо и исполняли самые разные должности (portiellos, oficios del conceio). Во всех трех городах их статус и должностные обязанности регулировались нормами фуэро. Во всех случаях указывается, что соответствующие должности могут занимать лишь члены консехо. В Сории к этой категории принадлежали судья, алькальды, судебные следователи (pesquisas), сторожа общинных пустошей (montaneros) и огороженных участков (defeseros), комендант городского замка и некоторые другие, менее значимые (сайон, гонец, глашатай и др.). Кроме того, к этой же группе примыкал и местный нотарий (escribano público), однако его положение отличали существенные особенности. Апортельядо назначались по приходам, и годичный срок их полномочий начинался с момента принесения ими торжественной клятвы в собрании консехо42. Несомненно, весь процесс исполнения ими своих полномочий происходил в теснейшей связи с общиной.

Однако одновременно следует констатировать и некоторые другие особенности означенного института. Прежде всего совсем не случайно то, что основные понятия, которые используются для обозначения как самих должностных лиц, так и для характеристики их статуса и обязанностей (aportellado, portiello, soldada)43, полностью соответствуют тем, которые законодатель применяет для обозначения лиц, лично зависимых от сеньоров, тех, кто зависят от «своего сеньора, чей хлеб едят и чьи приказания исполняют, и от которого получают плату, как и любой апортельядо»44. Разумеется, правовое положение апортельядо консехо коренным образом отличалось от того, которое было свойственно апортельядо-зависимым людям (к тому же, для обозначения первых применялся и другой термин -oficiales). Однако отмеченное терминологическое сходство все же небеспочвенно. Оно указывает на генетические связи, которые возводят местных официалов к их предшественникам - лично зависи-

мым министериалам, выходцам из среды раннесредневековой челяди. И совсем не случайно эти официалы и в период Высокого Средневековья периодически привлекались к деятельности, связанной с реализацией интересов королей и сеньоров (например, со сбором платежей, не относящихся к юрисдикции консехо45).

Разумеется, не следует упрощать ситуацию. С течением времени официалы всё больше сближались со своей общиной. Однако к рубежу XIII-XIV вв. этот процесс еще явно не завершился. В результате оказывается, что в означенный период консехо контролировало не столько должности как таковые, сколько конкретных лиц, становившихся апортельядо. Община на своем сходе могла одобрить (или не одобрить) конкретную кандидатуру, которой, по существу, еще во многом надлежало представлять не столько само консехо, сколько сеньориальную (в том числе - королевскую) власть на ее территории. В этом смысле община ставила перед собой пусть и ограниченную, но важную цель: лишить лиц, не заслуживающих доверия, возможности, заняв должность официала, использовать свои прерогативы вопреки интересам консехо. При этом изменить сами эти прерогативы община не могла: в любом случае право назначать официалов принадлежало сеньору или даже самому королю как верховному сеньору королевства. И данные грамот оказываются здесь порой более красноречивыми, чем положения фуэро46.

Подлинными представителями интересов общины были другие должностные лица - «добрые люди», прокурадоры, персонеро и некоторые другие. Однако, как уже говорилось, они назначались лишь ad hoc, для решения сугубо конкретных вопросов47. Поэтому их невозможно рассматривать как членов постоянно действующего коллегиального органа муниципальной власти.

* * *

Для того чтобы корректно интерпретировать все изложенные выше факты, следует учесть решающую роль консехо в военной системе Кастильско-Леонского королевства в ту эпоху, о которой идет речь. В этом контексте доминирующая роль местного рыцарства в системе консехо была вполне логичной: не случайно во всех трех городах рыцари пользовались монополией на занятие главных должностей в системе консехо. Столь же логично и то, что фео-

дальная власть (как королевская, так и сеньориальная) была крайне заинтересована в военной функции местного рыцарства48. В итоге консехо ХШ-Х]У вв. в первую очередь выполняло роль инструмента поддержания и воспроизводства привилегированного статуса рыцарей - источника материальных возможностей для несения ими военной службы в пользу королей и сеньоров. В то же время непривилегированная часть членов общины должна была взять на себя функции материального обеспечения рыцарства (прежде всего -взвалив на себя бремя повинностей и платежей, от которой были освобождены рыцари, их семьи, слуги и работники).

Описанный механизм объясняет те видимые противоречия, которые существовали в рамках консехо. Местное рыцарство было интегрировано в систему вассально-сеньориальных отношений. В силу этого оно, хотя и стремилось к укреплению своего положения в общине (и в этом смысле к расширению ее самостоятельности), но в то же время не желало препятствовать и прямому вмешательству феодальной власти (с видными представителями которой рыцарей связывали узы вассалитета) в дела своего собственного консехо. Эта очевидная двойственность позиции верхушки общины объясняет природу учреждения в целом, которое можно было бы охарактеризовать как полумуниципальное: слишком уж многое отличало консехо ХШ-Х]У вв. от современных ему действительно муниципальных институтов запиренейской Европы (прежде всего от городов-коммун Северной Италии).

Вместе с тем консехо вовсе не было изолировано от общеевропейских тенденций. Я имею в виду тот процесс постепенного сближения местных сеньориальных учреждений, с одной стороны, и сообществ горожан - с другой, который впервые был некогда описан Н.П. Оттокаром49. Представляется, что близкие явления в полной мере проявились и в Кастилии второй половины Х!У - начала ХУ в. Они были связаны, во-первых, с появлением в середине Х!У в. назначаемых сверху городских советов (аюнтамьенто), состоящих из рехидоров, а во вторых - с формированием коммун, объединявших представителей непривилегированной части консехо. Результатом взаимодействия этих двух (внешне - противоположных по своей направленности) тенденций стало возникновение городских советов, сформированных на паритетных началах, как из рыцарей и оруженосцев, так и из бюргеров-комунеро. Один из мно-

гих примеров такого рода дает сепульведская грамота 1401 г.50 В тот год сеньора Сепульведы, королева Наварры донья Леонор, санкционировала создание городского совета из шести рехидоров, четыре из которых представляли рыцарей и оруженосцев, а два - се-пульведских комунеро. Этот совет не был избран горожанами, т. е., строго говоря, не являлся демократическим учреждением. Однако интересы жителей города он мог защищать явно более эффективно, чем гетерогенные по составу сходы предшествующей эпохи.

Примечания

См., например, об этом:МажугаВ.И. Культурные идеалы античности в средневековой Европе. Город как их символ // Городская культура. Средневековье и начало Нового времени / Под ред. В.И. Рутенбурга. Л., 1986.

См., например: Michaud-Quantin P. Universitas. Expressions du mouvement communautaire dans le Moyen A3. Общие сведения о термине см.: Thesaurus linguae latinae. T. 7. Lipsiae. P. 1648. См., например: Var. De ling. lat. 8.83: habent plerique libertini a municipio manu missi; Cic. Caec., 10.6: M. Fulcinius fuit, recuperatores, e municipio Tarquiniensi; qui et domi suae cum primis honestus existimatus est et Romae argentariam non ignobilem fecit, etc. См., например, D.II.15.8.24 (Ulpiani libro V de omnibus tribunalibus): ...ut quae erant ei Romae alimenta relicta, in municipio uel in prouincia acciperet.

См., например: Lex Malac. 3.61: in oppido muicipii Flavi Malacitani: Lex Salpens. 2.3: municipii Flavi salpensani, etc. См. также: CT.VIII.4.8.2 (a. 364): ut quicumque alii sine defensione praedictorum privilegiorum in quibuslibet urbibus oppidis minicipiis repperantur, etc. См., например: Niermeyer J.F. Mediae latinitatis lexicon minus. Leiden, 1984. P. 710-711.

Asso I., De Manuel M. Instituciones del derecho civil de Castilla. Madrid, 1806 (7-ma ed.). P. I, III, XIV, XXV, XXX ss.; Martínez Marina F. Ensayo histórico-crítico sobre la antigua legislación y principales cuerpos legales de los reynos de León y Castilla. Madrid, 1808. P. 104-141 passim. Herculano A. Historia de Portugal. T. 3. Amadora, 1980. P. 310-316, 321-341, 361-395, 431-459.

Hinojosa E. de. Origen del regimen municipal en Leon y Castilla // Idem. Estudios sobre la História del derecho español. Madrid, 1903. P. 3-70.

2

4

5

6

7

8

9

10

Díez Canseco L. Sobre los Fueros del Valle de Fenar, Castrocalbon y Pajares. (Notas para el estudio del Fuero de Leon) // AHDE. 1924. T. 1. P. 337-371.

Sánchez-Albornoz C. Una ciudad hispano-cristiana hace un milenio. Estampas de la vida en Leon. Buenos Aires, 1947; Idem. ¿Burgueses en la Curia de Fernando II de Leon? // Idem. Investigaciones y documentos sobre las instituciones hispanas. Santiago de Chile, 1970. P. 537-550; Idem. Señorios y ciudades. Dos diplomas para el estudio de sus reciprocos relaciones // Idem. Investigaciones y documentos... P. 507-513; Idem. Notas para el estudio del "petitum" // Idem. Viejos y nuevos estudios sobre las instituciones medievales españolas. T. 2. Madrid, 1976. P. 931-967; Idem. La potencia fiscal en los concejos de Castilla en la segunda mitad del siglo XII // Viejos y nuevos estudios sobre las instituciones medievales españolas. T. 2. Madrid, 1976. P. 971-977; Idem. Ruina y extincion del municipio romano y las instituciones que le reemplazan. Buenos Aires, 1943; Idem. El gobierno de las ciudades de España del siglo V al X // Idem. Viejos y nuevos estudios... P. 1081-1103, h gp. García de Valdeavellano L. Origenes de la burguesia en la España medieval. Madrid, 1969.

Carmen CarléM. del, Bo A. Cuando empieza a reservarse a los caballeros el gobierno de las ciudades castellanas // CHE. 1948. No. 4. P. 114-124; Carmen Carlé M. del. Del concejo medieval castellano-leonés. Buenos Aires, 1968; Idem. El municipio de Oviedo, excepcion // CHE. 1970. No. 51-52. P. 24-41; Idem. La ciudad y su contorno en Leon y Castilla. (Siglos X-XIII) // AEM. 1972-1973. T. 8. P. 68-103. Fernández Viladrich J. La comunidad de la villa y tierra de Sepulveda durante la Edad Media // AEM. 1972-1973. T. 8. P. 199-224; González J. La Etremadura castellana al mediar del siglo XIII // Hispania. 1974. 127. P. 265-424; Estepa Díez C. Estructura social de la ciudad de Leon. (Siglos XI-XIII). Leon, 1977; Astarita C. Estudio sobre el concejo medieval de la Extremadura castellano-leonesa: una propuesta para resolver su problematica // Hispania. 1982. 151. P. 355-414; Linage Conde A. Una villa castellana en la Historia española: Sepulveda entre la despoblacion, la repoblacion y reconquista // Estudios en homenaje a don Claudio Sanchez Albornoz en sus 90 años, II // Anexos de Cuadernos de Historia de España. Buenos Aires, 1983. P. 237-250; Martínez Moro J. La Tierra de la Comnunidad de Segovia. Un proyecto señorial urbano (1086-1150). Valladolid, Salamanca, 1985; Villar García L.M. Extremadura castellano-leonesa. Guerreros, clerigos y campesinos (711-1252). Madrid, 1986; Monsalvo Antón J.M. El sistemapolitico concejil. Salamanca, 1988; Mar-

11

12

13

14

15

tm Llorente F.J. Regimen juridico de la Extremadura castellana medieval: Las Comunidades de la Villa y Tierra (s. X-XIV). Valladolid, 1990, etc. См., например: Пискорский В.К. История Испании и Португалии. СПб., 1902; Варьяш О.И. Власть и право в средневековом городе // Власть и политическая культура в средневековой Европе. Ч. 1. М., 1994. С. 281— 295; Она же. Португальские форалы как памятник юридической мысли // Культура и общественная мысль: Античность. Средние века. Эпоха Возрождения. М., 1988. С. 106-116; Она же. Привилегированные слои в раннем пиренейском городе // Феодалы в городе: Запад и Русь. М., 1996. С. 11-16; Она же. Городские движения в средневековой Португалии // Городская жизнь в средневековой Европе. М., 1987. С. 278-299; Минаков С.Т. Социальная структура средневекового города в XI-XIII вв. // Классы и сословия средневекового общества. М., 1988. С. 133-138; Червонов С.Д. Испанский средневековый город. М., 2005, и некоторые др. Среди исследований новейшего времени следует особо выделить обширные комментарии Г.В. Савенко к подготовленным им переводам текстов фуэро Куэнки и Сепульведы (см.: Памятники права средневековой Испании: Фуэро Куэнки. Фуэро Сепульведы / Предисл., перев. и коммент. Г.В. Савенко. М., 2004). В своей характеристике кастильского консехо исследователь активно использует такие, явно соразмеримые не со Средневековьем, а с античностью понятия, как «гражданская община», «высшие магистраты», «низшие магистраты» и т. п. См.: Памятники права средневековой Испании. С. 47-64 passim.

См., например: Bunler W.F. The Lombard Communes. A History of the Republics of Northen Italy. New York, 1969; Boucheron P. Villes et sociétés urbaines en Occident du XI au XIII siècle // Le Moyen Age. Parte II: XI -XV siècles / Sous la dir. de M. Kaplan. Paris, 1994; Fasoli G. Dalla "civitas" al comune. Bologna, 1961; Le Goff J. Introduction // Histoire de la France urbaine / Sous la dir. de G. Duby. T. II: La ville medieval. Des Carolingiens à la Renaissance. Paris, 1980; Котельникова Л.А. Феодализм и город в Италии. М., 1987; Luchaire A. Les communes français a l'epoque des Capetiennes directs. Paris, 1890; Idem. Manuel des institutions françaises Period de Capetiennes directs. Paris, 1892; Michaud Quantin P. Universitas Expressions du mouvement communautaire dans le Moyen Âge latin Paris, 1970; Ottokar N. The Medieval City-Communes. Florence, 1933 Оттокар Н.П. Очерки по истории городов Франции. Пермь, 1919 Pirenne H. Les villes du Moyen Âge. Bruxelles, 1927; Petit-Dutaillis Ch. Les communes française. Paris, 1947; Pini A. Città, comuni e corporazio-ni nel medioevo italiano. Bologna, 1986; Reynolds S. Introduction to the

16

17

21 22

History of English Medieval Towns. Oxford, 1977; Idem. Kingdoms and Communities in Western Europe, 900-1300. Oxford, 1986, etc. Фуэро Сории издавалось неоднократно. Наиболее доступным для зарубежных исследователей является издание, подготовленное в начале ХХ в. Г. Санчесом (см.: Fuero de Soria // Fueros castellanos de Soria y Alcalá de Henares / Ed. por G. Sánchez. Madrid, 1919. P. 1-225). В целом, оно не утратило своего значения до настоящего времени и использовалось в настоящем исследовании. Однако несколько лет тому назад осуществлено новое, факсимильное, издание памятника на основе главной рукописи - кодекса из Национальной библиотеки (г. Мадрид) (Cod. MSS/17.662. Colección de Pascual Gayangos), отсутствующее в библиотеках РФ, но имеющееся у автора настоящей статьи. Издание рукописи осуществлено Э. Руис-Гарсия, транскрипция текста, представленная параллельно факсимильному воспроизведению страниц кодекса, сделана С. Кабесас-Фонтанилья. Книга включает обширный глоссарий, а также исследования как самого памятника, так и местных институтов, в нем отраженных. Все цитаты выверены по этому изданию. См.: Fuero de Soria, 1256-2006 / Ed. crítcia. Coord. por M. Asenjo González. Soria, 2006 (далее - FS). Одна из них, как уже говорилось, хранится в Отделе рукописей мадридской Национальной библиотеки, другая - в Муниципальном архиве г Сория. См.: SánchezG. Los manuscritos // Fueros castellanos de Soria y Alcalá de Henares... P. VII-X; Ruiz García E. Los Manuscritos // Fuero de Soria. 1256-1206... P. 224-226; Martín de Marco J.A. Apuntes sobre el Fuero Real de Soria // Fuero de Soria. P. 290-291. Sánchez G. História del fuero de Soria // Fueros castellanos de Soria y Alcalá de Henares. P. 229-274; Gibert R. El derecho municipal de León y Castilla // AHDE. 1961. T. 31. P. 731-748; Morán Martín R. El fuero de Soria y la producción normativa de la época // Fuero de Soria. P. 228-231; Nieto Soria J.M. La monarquía del Fuero de Soria // Fuero de Soria. P. 243-246 etc.

См., например: GibertR. El derecho municipal. В период пребывания в г. Сория при содействии «Фонда герцогов Сория» (Fundación de los Duques de Soria), руководству которого я приношу самую искреннюю благодарность за помощь, мне удалось лишь поверхностно ознакомиться со средневековым фондом Муниципального архива. К сожалению, к настоящему времени опубликован лишь краткий каталог этого собрания, не позволяющий восполнить досадный пробел.

Не случайно девиз на гербе Сории гласит: Soria pura, cabeza de Extremadura («Чистая Сория, глава Эстремадуры»).

18

19

20

23

28 29

Los fueros de Sepúlveda / Publ. por E. Sáez. Segovia, 1953 (Publicaciones históricas de la Exma. Diputación provincial de Segovia. I). Colección diplomatica de Sepúlveda / Publ. por E. Sáez. Segovia, 1956 (Publicaciones historicas de la Exma. Diputación provincial de Segovia. V). Использованы также тексты из документального приложения к изданию Э. Саэса.

Как нам удалось убедиться при посещении Муниципального архива г. Сории, содержание привилегии, пожалованной городу в 1256 г. одновременно с предоставлением ей «Королевского фуэро», идентично по содержанию аналогичной привилегии, полученной Куэльяром в том же году и при тех же обстоятельствах. См.: CDC. P. 43-45. doc. n. 16 (a. 1256, Segovia).

Fuero Real // Opusculos legales del Rey D. Alfonso el Sabio. T. II. Madrid, 1836 (далее - FR). См. выше примеч. 26.

FS.I.1: en Soria o en su término; FF Sep.: AD. P. 214, doc. n. 22 (a. 1367, Burgos): al concejo de Sepulvega & de su termino; CDSep. P. 50, doc. n. 15 (a. 1305, Somosierra): .concejo de Sepulvega de la villa e de las aldeas.; CDC. P. 73, doc. n. 30 (a. 1274, Palencia): .a vos el concejo de Cuéllar de villa e de las aldeas. О территориальной юрисдикции консехо Сории см. также: MolinaIbáñezM. El territorio de Soria. Perspectiva en el tiempo histórico // Fuero de Soria. P. 236; Porras Arboledas P.A. La configuración territorial de la antigua provincia de Soria // Fuero de Soria. P. 248, и др.

FS.I.2: Si omne estranno que non sea uezino labrare en los exidos. Cf.: FE Sep. [tit. 45b]: .si algunos omnes de fuera fallaren arando en termino de Sepulvega. См. также: Igual Luís D. La actividad económica: producción y intercambios // Fuero de Soria. P. 268-273. FS.IV.3: Si algunas aldeas an defesas de pasto por cartas de los reyes olas oujeren daqui adelant, alli do el rey les quisiere fazer merged, quelas ayan; CDC. P. 49-50. doc. n. 18 (a. 1258, Medina del Campo): Nos don Alfonso, por la gracia del Dios, rey de Castiella. queriendo toller los dannos e los males e las contiendas que eran entrel concejo de Cuellar e el concejo de Portiello, por razon de los terminos, viniemos a la Parriella, que es termino de Portiello, e fiziemos venir amas las partes e razonaron ante nos, e oydas sus razones, porque fallamos que los unos nin los otros non tenien privilegios, nin otro recabdo quefirmedumbre oviesse sobre la demanda que se fazien, nin avien ninguna de las partes tenencia derecha, nin en paz por que lo pudiessen aver con derecho, veniemos a los logares sobre que avien la contienda e diemos a cada una de las partes aquello que entendiemos que les mas convinie, e partiemos lo desta guisa; FS.IV.4: De

25

26

27

30

31

todo montadgo, tanbien de pasto commo de taio, que los defeseros delas aldeas cobraren por juizio delos alcaldes, aya el ssennor el tergio, & los deffeseros otro tergio, & los alcaldes el otro tergio; CDC. P. 16, doc. n. 3 (a. 1184, Belvis): Si quis vero hanc cartam infringere vel diminuere pre-sumpserit, iram Dei omnipotentis plenarie incurrat, et insuper regie parti decem milia aureos in cauto persolvat; CDC. P. 20. doc. n. 5 (a. 1210, Segovia): Si quis vero hanc cartam infringere vel diminuere presumpse-rit. et insuper decem milia aureos in cauto persolvat; CDC. P. 44. doc. n. 16 (a. 1256, Segovia): Et mando e deiendo que ninguno non sea osado de yr contra esto privilegio deste mio donadio.., ca qualquier que lo fiziesse, avrie la mi ira e pecharmie en coto diez mill moravedis; FS.XXXII.7: Pero si fijos o njetos o dent ayuso de mugier de bendigion non ouiere, nj otros fijos que ayan derecho de heredar, pueda fazer de todo lo suyo lo que quisiere, quier en orden, quier en otro lugar do por bien touiere, de guysa que el rey su derecho non pierda. FS.XVIII.1: En estos dias fobredichos njnguno non sea costrennjdo de entrar en pleyto nj enplazar, si non ffuere a plazer & abenengia del alcallde & de amas las partidas, o si non fuere por pleyto de omne de fueras del regno, o por pleyto de justigia, o de calonna en que sennor aya parte, o por pecho del rey..

Точка зрения, противоположная изложенной ниже, применительно к истории консехо Сории изложена в работе: Asenjo González M. Espacio y sociedad en la Soria medieval. Siglos XIII-XV Soria, 1999; Diago Hernando M. Estructuras de poder en Soria a fines de la Edad Media. Valladolid, 1993. См. также: Guerrero Navarete Y. Gobierno y vecinidad en el Fuero de Soria // Fuero de Soria. P. 239.

FS.V67, FS.V68, FS.XVI.120, FS.XVI.121, FS.XVI.135, FS.XXVIII.284, FS.LVI.564, FS.XXVIII.286, FS.XXXII.332, FS.XXI.169, FS.XXI.200, FS.XXII.232, FS.XXII.233, FS.XXI.171, FS.XXI.175, FS.LVI.551, FS.XXI. 195, FS.XXI.196 (нумерация дана по изданию Г. Санчеса). FS.XXVIII.2: Vezino de Soria es qui á rrayz en Ssoria o en su térmjno, maguer es morador en otro lugar. Otrossi aquel es vezino de Soria, maguer non aya y rrayz, qui es morador en Soria o en su termino de siempre. [Et por] esso mismo aquel es vezino de Ssoria que, maguer ssea de otro lugar, morare en Soria o en su termino de medio anno adelant com mu-gier & con fijos, si los ouiere, acomendando se por uezino en esta guisa: si en la villa tomare vezindat, que ssea acomendado en la eglesia de la collacion do morare; si en aldea, que se acomjende en la eglesia del lugar. Esto es demostrado por saber qual es vezino tan bien por uida como por muerte. Et por ent, si rricos omnes o jnffangones o otros quales quier que sean a Soria uinieren poblar, en todo ayan esse mismo fuero que los otros vezinos.

32

33

34

FE Sep. tit. [38]: De iudío que firiere al christiano. El iudío que firiere al christiano, si ie lo pudiere provar el christiano con tres vezinos que lo vieron, el uno que sea iudío, peche X mr.; FE Sep. tit. [41]: Et si el christiano firiere al moro, peche X mrs., provándogelo con tres vezinos, el uno que sea christiano; FE Sep. tit. [178]: .nin por precio de amigos, nin de vezinos, nin de estranos, que non quebrantare fuero, nin dexe la carrera de derechura & de la verdat; CDC. P. 202-204. doc. n. 99 (a. 1340, Cuellar): .yo Alfonso Perez de Burgos, vezino de Medina del Campo; СDC. P. 54. doc. n. 19 (a. 1258, Segovia): mandamos que todos los clerigos de las parrochias de Cuellar que fueron racioneros, prestes e diaconos, que sean vezinos de Cuellar.

FS.XIII.1: quando acahegiere que el concejo por mandamento oviere de yr en ueste o en otro lugar ó la senna fuere; FS.VI.12: Toda carta que fuere fecha entre algunos omnes & sea puesto y ssello del rey o de argobispo, o de obispo o de abat benjto o de congeio por testimonjo; FS.XVII.5: et sea escribto en el libro de congejo. Что касается книги фуэро, то оно, как уже говорилось, сохранилось в двух версиях. CDC. P. 130, doc. n 57 (a. 1306, Burgos): Et otrossi a lo de las tablas del siello e la seña de vuestro concejo, tengo por bien e mando a los que tienen las tablas e la seña que la den a estos quatro cavalleros, so pena de cient maravedis de la bona moneda. Et estos cavalleros que lo den a quien el concejo mandaredes.

Подобный сундук ныне хранится в Муниципальном архиве г. Сории. Он считается древнейшем местом хранения городской документации. Однако появился он не позднее конца XV в. - вместе с самим архивом.

FS.V. 16: En otra manera non puedan yudgar en otro lugar njnguno si non en lugares sennalados, que son estos: en Sancta Marja de £inco Vjllas o en SantPeydro, so se abinjeren. CDC. P. 33. doc. n. 9 (a. 1244, Cuellar): Este pleyto desta viña fue otorgado e confirmado en el corral de los alcaldes, en casa de don Gil fi de Cidermano.

В последнее время упоминания о concejo breve стали исчезать из работ испанских медиевистов (см., например: Guerrero Navarrete Y. Gobierno y vecinidad. P. 239-240. В отечественной литературе противоположную точку зрения продолжает отстаивать, по-видимому, лишь Г.В. Савенко (см.: Памятники права средневековой Испании. С 49-50).

CDC. P. 213-214. doc. n. 104 (a. 1346, Cuéllar): Domingo, catorze dias de mayo, era de mille e trezientos e ochenta e quatro años, el concejo de Cuellar estando ayuntados en su concejo, cerca de la eglesia de Sant Estevan a la canpana de Sant Yague repicada, parescio en el dicho

36

37

38

39

40

41

45

46

concejo un ballestero de nuestro señor el rey que dizien Johan Descol, e mostro e fizo leer una carta del dicho rey, seellada con su seello en las espaldas, que era fecha en esta guisa. E el dicho concejo dixieron que obedescien la dicha carta del rey, asy commo de su rey e de su señor, e por razon que era ya tarde, e los mas cavalleros e escuderos del concejo eran ydos a un añal que fazien por un sendero e non estavan en el concejo, que dizien al dicho Johan Descol que toviese por bien de atender fasta tras lunes, en la mañana, e feran concejo e seran y todas las gentes, e quel darian respuesta aquella que sea servicio del dicho señor, e conplirian su mandado, segund que el enbia mandar por la dicha su carta. В Сории выборы этих должностных лиц происходили в первый понедельник после праздника св. Иоанна (FS.V.1: El lunes primero de-pués de sant Juhan el congejo ponga cad'anno juez et alcaldes et pesquisas et montaneros et deheseros et todos los otros ofigiales et un cavallero que tenga el Alcágar; por esto dezimos cad'anno, que ninguno non deve tener ofigio ni portiello del congejo [deque oviere complido el año], si al concejo non ploguiere con él), а в Сепульведе - в первое воскресенье после праздника св. Михаила (FE Sep. Tit. [175]). FS.V.32: Juez o alcallde o pesquisa o otro aportellado; Cf.: FS.XVI.6: Si paniaguado o aportellado de cauallero o de benefigiado en las eglle-sias de la ujlla fuere enplazado & a la sazon del enplazamiento dixie-re que amo a; FS.XVII.16: o de su aportellado, o de su paniaguado; FS.XLVI.16: la soldada del pastor o del vaccarizo o dotro qual quier aportellado, etc.

FS.LV.4: su sennor cuyo pan comjere o cuyo mandado fiziere o de qui soldada rregibiere, como todo aportellado. См., например: FE Sep. tit. [Р209].

См., например, привилегию Альфонсо Х ^DC. P. 64. doc. n. 21 (a. 1264, Sevilla)): .cavallero que nos fizieremos o nuestro fijo heredero. que estos cavalleros puedan aver alcaldias justicias. e que ayan la parte de las caloñas de sus paniaguados que avien los alcaldes. См., например: CD Sep. P. 30-34. doc. n. 9 (a. 1258, Valladolid): .nos don Remondo. obispo de Segovia, fazemos esta abenecia con el conceio de Sepulvega por los nuestros vassallos de Riaca et otrossi con consentimiento de don Diago, et de do Yuannes Migael et de don Yague, personeros del conceio de Sepulvega. Эти же функции означенных категорий должностных лиц подчеркивает и И. Герреро-Наваррете (см.: Guerrero Navarrete Y. Gobierno y vecinidad. P. 241). К сожалению, статуса «добрых людей» она не касается.

См., например, об этом: Quintanilla Raso M.C. Señores y caballeros en el Fuero de Soria // Fuero de Soria. P. 262-266.

42

43

44

47

48

50

Оттокар Н.П. Очерки по истории городов Франции. Пермь, 1919. FE Sep.: AD. P. 241. doc. n. 32 (a. 1401, Sepúlveda): Donna Leonor, por la gragia de Dios, reina de Navarra. a[l] congejo, & alcalles, & alguazil, & cavalleros, & escuderos, & omnes buenos desta mi villa de Sepúlvega & de su tierra, mis vasallos. Et agora sabed que mi merged & voluntad es que aya regidores perpetuos en la dicha villa segund solía, et que sean seys regidores & non más, los quales tengo por bien & declaro que sean estos & en esta manera aquí dirá: por la parte de bos, los dichos cavalleros, & escuderos, que sean quatro, conviene a saber: Alvar Gongaléz de Trascastiello, et Alfonso Gargía de Arauso, & Yohan Sánchez de Vellosiella et Ximén Pérez: et por la parte de los pecheros del común dos regidores, conviene a saber: Blasco Ferrández de Escoso, & Gargía Ferrández, fijo de Sancho García de Castrosarna, etc.