«Homo legens» в концепте постмодернистской эстетики

УДК 18 Н.А. ДАРЕНСКАЯ

«HOMO LEGENS» В КОНЦЕПТЕ ПОСТМОДЕРНИСТСКОЙ ЭСТЕТИКИ

Насколько эстетика постмодернизма повлияла на формирование стиля мышления читателя, исследовательского стиля в современном литературоведении? Иными словами, насколько цитатность, распад стилистического единства произведения, особые отношения между авторами и его персонажами, мир, рассматриваемый как текст, и другие черты постмодернистского художественного образа мира конструируют новый методологический «стиль» чтения и анализа текста? Данный вопрос вызван, прежде всего, очевидной тенденцией отказа исследователей литературы от традиционных категорий исторической поэтики, стремлением описать в системе терминов постмодернизма многие явления прозы и поэзии, на первый взгляд, далекие от эстетики поставангардной культуры. К примеру, полицитатность становится приметой самых разнообразных типов индивидуального художественного мышления -от Пушкина до Мандельштама, а исследователь превращается в некого «переводчика-интерпретатора», сопрягающего код одного текста с кодами других. Безусловно, исследователь пытается дистанцироваться от текста, чтобы объективно работать с цитатами с целью выявления их знаковой природы и их объективного социального статуса. В результате исследователь, с одной стороны, творит свой Смысл, пытаясь отстоять его значимость и преимущество перед другими в силу природы научного познания, с другой стороны, он избегает категоричности в оценках и суждениях, назидательного тона, понимая, что его текст в узком смысле - часть научного дискурса, в широком - субъективная микромодель творения культуры, субъективный опыт познания.

Сама постановка вопроса актуализирует сущность эстетики постмодернизма. Очевидно, что постмодернизм превратил культурологию в особый метод художест-

венного мышления. Философский смысл постмодернизма как гибкой, динамичной, толерантной образной модели культуры пытались определить многие исследовате-ли-теоретики1. Философский принцип постмодернизма заключается в том, что он целенаправленно разрушает иерархические модели культуры, отстаивает эстетический паритет разнообразных культурных кодов. Определяя философский смысл постмодернизма как образной модели культуры, Р. Барт писал: «Текст осуществляет своего рода социальную утопию в сфере означающего: опережая Историю, он делает прозрачным пусть не социальные, но хотя бы языковые отношения; в его пространстве ни один язык не имеет преимущества перед другими, они свободно циркулируют» [1, с. 422]. Если суммировать основные признаки эстетики постмодернизма, выделенные американским исследователем И. Хассаном, то можно выстроить следующую классификацию: 1) неопределенность, включающая в себя все виды неясностей, двусмысленностей, разрывов повествования, перестановок; 2) фрагментарность. Художник-постмодернист занимается деконструкцией, предпочитает коллаж, монтаж, используя готовый или расчлененный литературный текст; 3) деканонизация, относящаяся ко всем канонам и всем официальным условностям; 4) безличность, поверхностность. Постмо-

1 См., например, работы современных исследователей: Фоккема Д.Д. История литературы: модернизм и постмодернизм. Варшава, 1994; Ильин И. Постструктурализм. Деконструктивизм. Постмодернизм. М., 1996; Липовец-кий М. Русский постмодернизм: поэтика прозы. М., 1996; Мириманов В.Б. Русский авангард и эстетическая революция ХХ века. Другая парадигма вечности. М., 1995; Богданова О.В. Современный литературный процесс. К вопросу о постмодернизме в русской литературе 70-90-х годов ХХ века. СПб., 2001; Скоропанова И.С. Русская постмодернистская литература: Новая философия, новый язык. Минск, 2000; Смирнов И.П. Порождение интертекста. СПб., 1995; Вейдле В.В. Умирание искусства. Размышления о судьбе литературы и художественного творчества. СПб., 1996; и др.

дернизм отказывается от традиционного «я», усиливает стирание личности, подчеркивает множественность «я»; 5) не-представимость, непредставляемость. Искусство постмодернизма ирреалистично; 6) ироничность; 7) гибридизация, или мутантное изменение жанров, разрушение канонических жанровых представлений; 8) карнавализация, означающая «веселую относительность предметов», участие в диком беспорядке жизни, имманентность смеха.

Таким образом, поэтика постмодернизма поливалентна. Поливалентность проявляется не только в появлении новых гибридных литературных форм, но и в цитатно-пародийном многоязычии, в растворении голоса автора в используемых дискурсах, в игре с культурными знаками и кодами, в травестийном снижении классических образцов, иронизации и пародировании, в использовании культурфилософ-ской символики «мир-текст-книга-словарь-энциклопедия-библиотека-лабиринт» и ее вариантов и др.

Какова модель постмодернистского художественного образа мира? Во-первых, исходным для поэтической философии постмодернизма является отождествление Мира и Текста. Постмодернизм нашел культуру как несомненную жизненную реальность. Он всего лишь осознал мир как огромный текст, а точнее, как интертекст. Однако понимание мира как текста не сводится просто к изобилию переиначенных цитат и реминисценций. Речь идет о переосмыслении прошлого культурного опыта. Очень точно охарактеризовал модель постмодернистского художественного образа мира Умберто Эко: «По-видимому, каждая эпоха подходит к порогу кризиса, подобного описанному у Ницше в «Несвоевременных размышлениях», там, где говорится о вреде историзма. Прошлое давит, тяготит, шантажирует. Исторический авангард (однако в данном случае я беру и авангард как метаисторическую категорию) хочет откреститься от прошлого... Авангард разрушает, деформирует прошлое... Авангард не останавливается: разрушает образ, отменяет образ, доходит до

абстракции, до безобразности, до чистого холста, до дырки в холсте, до сожженного холста... Но наступает предел, когда авангарду (модернизму) дальше идти некуда, поскольку им выработан метаязык, описывающий его собственные невероятные тексты (то есть концептуальное искусство). Постмодернизм - это ответ модернизму: раз уж прошлое невозможно уничтожить, ибо его уничтожение ведет к немоте, его нужно переосмыслить: иронично, без наивности» [3, с. 460-461]. Таким образом акцентуализируется игровое начало. Если модернизм отличается стремлением к абсолютной власти, то постмодернизм - это опыт конечности, опыт, в котором находит отражение обреченность всех завоевательных планов.

Во-вторых, текст освобождается от традиционных категорий художественной поэтики: сюжет, структура, персонаж и т.д. В текстах нет ни сюжета, ни персонажей, ни устойчивой композиции. Целое текста предельно аморфно и невнятно. Как очень точно отмечает М. Эпштейн, постмодернистская проза - это «поток письма, в который можно войти и дважды, и трижды, ничего не узнавая вокруг, - как будто с каждой фразы она начинается сначала... Если авангард стремился взорвать систему правил, то арьегард избавляется от них более экономным способом - возводя в правило каждое словоупотребление» [3, с. 226-227]. Кардинально изменяется хронотоп: пространство-время максимально тяготеет к абстрактности.

В-третьих, автор превращается в мнимого творца, ибо сам он - персонаж иного, большего или даже просто смежного текста. Бог не он, а сам текст. Автор всего лишь переводчик, сопрягающий код одного текста с кодами других. Текст, рождающийся в результате такого «перевода», автору не вполне принадлежит, скорее автор воспринимает себя как необходимый атрибут возникшего текста.

В постмодернистской прозе складываются совершенно необычные отношения между автором и текстом, автором и его персонажами, автором и читателем. Произведение как бы рождается на наших

глазах, автор создает иллюзию спонтанного возникновения текста и кропотливо ее поддерживает самыми разнообразными средствами. Смысл этого приема очевиден: творение текста, в которое погружен и соучастником которого становится не только автор, но и читатель, это микромодель творения Культуры и шире - Текста Бытия.

Таким образом, постмодернистский художественный мир не только продуцирует очень гибкую, динамичную и на редкость толерантную образную модель культуры, но и, безусловно, формирует определенный художественный стиль мышления читателя и исследователя. В условиях, когда текст конструирует и художественную модель его восприятия, читатель-исследователь должен уметь этот текст читать, то есть обладать изощренной способностью воспринимать и интерпретировать живое биение культурных организмов. Как

УДК 155.4:574

ЭКОЛОГИЯ

Творчество - одно из интереснейших и сложнейших понятий, несмотря на кажущуюся очевидность несет в себе великое множество загадок.

Можно выделить виды творчества:

> научное;

^ производственно-техническое;

> изобразительное;

> организационно-организаторское;

> философское;

^ художественное и др.

Границы между этими видами весьма условны, подчас они переплетаются самым неожиданным, непредсказуемым образом.

Процессы творчества еще К.С. Станиславский считал высшей концентрацией духовных сил. В творчестве, на наш взгляд, следует отметить телеологические процессы, наиболее полно выражающие направленность и завершающие конечные цели самого творческого процесса.

отмечает Б. Гройс: «...стратегия, которую принято называть постмодернистской, состоит в сознательном отказе от ориентации на оригинальность и в дистанцированной и объективной работе с цитатами с целью выявления их знаковой природы» [4, с. 1]. Размывая грани между реальностью и текстом, постмодернистская эстетика предлагает прозревать в пугающем хаосе социума и истории живую, и, главное, нестрашную, понятную игру культурных знаков и кодов.

Библиографический список

1. Барт Р. Избранные работы. Семиотика. Поэтика. М., 1989.

2. Эко Умберто. Заметки на полях «Имени розы» // Имя розы. М., 1989.

3. Эпштейн М. После будущего. О новом сознании в литературе // Знамя. 1991. № 1.

4. Гройс Б. Вечное возвращение нового // Искусство. 1989. № 10.

А.В. МАЛИНОВСКИЙ

ТВОРЧЕСТВА

В человеческом творчестве мы ясно обнаруживаем совокупность:

> знаний, компетентности;

> фантазии;

> предвидения;

> интуиции;

> гипотезы;

Сферой нашего интереса является «экология творчества», ориентированная на сознательное управление креативными процессами в различных сферах жизнедеятельности людей с целью их поддержания в состоянии динамического равновесия. Выделим системы внутренних факторов, вызывающих и направляющих ориентированное на достижение цели поведение человека, т.е. по существу о мотивации его деятельности.

В процессе творчества его участники часто испытывают вполне объяснимые чувства амбивалентности, позволяющие