Наблюдатель за веб-камерами

Вчера премьер Владимир Путин приехал в Новосибирск, где изучал выставку инновационных достижений Академгородка, а в конце дня приехал в гимназию N6 "Горностай", на избирательный участок 1984, чтобы удовлетвориться видом работающих веб-камер, которые призваны сделать президентские выборы 4 марта такими же прозрачными, как и новые избирательные урны. В том, как все обстоит на самом деле, убеждался специальный корреспондент "Ъ" Андрей Колесников.

Гордостью Новосибирского академгородка является Центр информационных технологий. Он только что построен по смелому проекту, разработанному новосибирскими дизайнерами. Во-первых, он местами наклонен к земле под углом 45 градусов, так что хочется предупредить коллег не скапливаться числом больше десяти человек возле окон и углов.

Но удержаться от такого соблазна сложно. Ведь здесь, на последнем, 13-м этаже, разместилась выставка последних достижений новосибирской инновационной науки.

И колонна в центре первого этажа, где, по свидетельству директора центра Дмитрия Верховода, запечатлена женщина-мать, древний памятник сибирской культуры (а на первый взгляд кажется, что ее во всех терпимых подробностях перерисовали с фресок храма Камасутры), меркнет перед тем, что мы видим на 13-м этаже.

Охранный комплекс компании "Полюс СТ" состоит из видеокамер, укрепленных на березках, выполненных и представленных на стенде так же любовно, как и базовое устройство, которое, чтобы комплекс работал, нужно закопать в землю.

Обладатель патента на систему, реагирующую на все живое в радиусе 100 метров, опасается только кабанов, которые роют землю в поиске базовых устройств, чуя их примерно в радиусе действия самой системы. И находят, и пожирают базовые устройства.

Еще одна инновационная разработка — "Решения для комплексного законного перехвата". На стенде демонстрируются возможности системы: фиксируются номера телефонов, время и содержание разговоров... систему, похоже, тестировали на Борисе Немцове и Владимире Рыжкове.

Между тем на выставке появился министр связи и коммуникаций Игорь Щеголев. Возле стенда одной из телекоммуникационных фирм у него состоялся принципиальный разговор с ее руководителем Михаилом Шадриным, который предложил министру отдать частному бизнесу лицензии на цифровое вещание, не дожидаясь 2015 года (а то абоненты с головой уйдут к этому времени в кабельное телевидение).

— Я как министр,— сначала спокойно объяснял ему господин Щеголев,— обязан покрыть к 2015 году 95% территории страны "цифрой", включая такие места, как Якутия (где территория огромная, людей мало, а передатчики все равно придется ставить.— А. К.). Если кто-то готов это сделать за меня, я отдам!

Бывший глава протокола президента России по определению — сама уравновешенность, Игорь Щеголев теперь казался крайне взволнованным. Эта тема его очень сильно задевала.

Михаил Шадрин обрадовался предложению. Но всей страны, тем более Якутии, ему не надо. Он согласен взять Новосибирск (где достаточно одного передатчика на 1,5 млн человек) и не согласен даже на Новосибирскую область (тут передатчиков нужно гораздо больше).

— Что и требовалось доказать! — было написано на лице господина Щеголева.

Они уже расстались, и Михаил Шадрин, озадаченный такой эмоциональностью министра, уже рассказывал мне, как разговор начался с того, что он сказал Игорю Щеголеву, что ни один федеральный канал не покажет Олимпиаду-2014 в Сочи в HT — просто не успеет подготовиться. А частный бизнес, по его мнению, успеет. Тут-то Игорь Щеголев и принял близко к сердцу происходящее.

— И кто будет платить за цифровые приставки, например? — спрашивал он еще в начале разговора Михаила Шадрина.— Вы заплатите.

— Народ купит сам! — невозмутимо отвечал тот.

Уверенности в своем народе при этом не было, по-моему, не только у господина Щеголева, но и у самого господина Шадрина.

Между тем Игорь Щеголев вдруг вернулся к предпринимателю, триумфально стоявшему в центре зала.

— Если собьете пул компаний на один мультиплекс в Новосибирске,— вдруг сказал он,— то можно рассмотреть.

— Тогда и в Красноярске,— так же невозмутимо ответил ему господин Шадрин.

Вздохнув, Игорь Щеголев снова отошел от него.

Владимира Путина на выставке заинтересовала компания, которая занимается производством компьютерных игр. Она продает по одному миллиону игр в день. Премьеру даже предложили проиграть в одну из них.

— Потом,— отказался он.

Видимо, после выборов намерен расслабиться.

Впрочем, он не отказался пристыковать к модели Международной космической станции очередной модуль, но свалился куда-то в темную сторону Земли.

О проблемах цифрового телевидения он не распространялся, а с господином Шадриным говорил в основном про компьютерные телестудии, которые смотрятся в очках 3D. Именно в этих очках (черных, но все-таки розовых) на радость фотокорреспондентам Владимир Путин и посмотрел несуществующие новости из несуществующей студии в городе Сургуте. В прочем, к такому телевидению он, надо полагать, давно привык.

На совещании после осмотра выставки премьер говорил об электронном правительстве, о принципе "одного окна", которое пока работает как "одна дверь", когда человек заходит в помещение, где много разных окон.

Мэр Москвы Сергей Собянин рассказал про электронный портал "Дороги Москвы". Он сообщил хорошие новости. Каждый житель Москвы может сфотографировать яму на дороге, где он потерял резину, отправить фотокарточку на этот портал и ждать результатов: яму, как и подрядчиков, должны закатать в асфальт.

— Незамысловатые вещи, а важные! — добавил господин Собянин.

— Надо же, и правда,— согласился премьер.

— Конечно! Да они, кто фотографирует, живут этим всю неделю потом! — взволнованно поддержал Владимира Путина Сергей Собянин.

Напоследок, после совещания, Владимир Путин посетил новосибирскую гимназию N6, где наблюдал апофеоз IT-технологий — установленные на избирательном участке N1984 веб-камеры.

Сейчас веб-камеры установлены на 57 тысячах участков страны, и каждый день прибавляется по 7 тысяч.

Журналисты были поглощены магией высоких технологий. Интересовало все: а что если кто-то доберется до железного ящика, в котором заключено записывающее устройство и допоборудование, вскроет его и нажмет кнопку "delete". И в ту же секунду произойдет массовый вброс бюллетеней. А если погаснет свет, и опять произойдет массовый вброс бюллетеней? А если камера сломается, и произойдет массовый вброс бюллетеней? А если сломается и запасная камера, а ремонтная группа вовремя не приедет? Ведь тогда неизбежно произойдет массовый вброс бюллетеней. А если DDoS-атака? Даже думать не хочется.

Почему-то никому не приходило в голову, что на самом деле эти камеры имеют скорее воспитательное значение. Вместо них вообще могут стоять муляжи, и только трепет от сознания того, что Старший брат наблюдает за тобой, может остановить от нарушения прав наблюдателей, а не от реальных вбросов двух-трех-пяти бюллетеней, которые, как я убедился, такой камерой засечь практически невозможно: надо управлять ею тогда в ручном режиме, что ли. И все равно ничего не выйдет.

Владимиру Путину очень понравилось исполнение того, что он придумал. Ему рассказали, с какой скоростью идет установка камер, заверили, что итоговые протоколы не только будут фиксироваться на видео, но будут проговариваться вслух, опять на камеру.

Премьер постучал по урне пальцем. Она выдержала.

Потом он поглядел на оборудование и веб-камеру:

— Главное, чтобы не сперли. По-моему, прецеденты были?

И он с некоторым подозрением посмотрел на журналистов.

— Страна преподносит урок демократии всему миру! — воскликнул замминистра связи и массовых коммуникаций Илья Массух.

Владимир Путин не стал с этим спорить.

Когда он ушел, я спросил у министра Игоря Щеголева, успеют ли все-таки до выборов.

— Да конечно! — с жаром воскликнул он.— Вчера за один день 12 тыс. камер установили!

— Если так много, то, может, не очень качественно? — предположил я.

— Очень качественно. Еще какие претензии? — спросил министр.

— Урны далеко от камер,— сказал я.— Или наоборот. Вбросы не исключены. Два бюллетеня один человек легко может вбросить.

— Два может,— неожиданно согласился министр.— Но технически по-другому сделать было невозможно. К тому же такого человека наблюдатели сразу увидят!

Он сказал, что все происходящее — фронтовая операция и, конечно, прав. Протянуть такое количество кабелей в такое количество школ (больше 15 тысяч), установить столько оборудования в такие сроки — это не просто фронтовая операция, а победная фронтовая операция.

Причем в первом туре.