Взаимодействие органов милиции и общественных организаций по охране правопорядка в период новой экономической политики (историко-правовой аспект)

А.Н. Павлов*

Взаимодействие органов милиции и общественных организаций по охране правопорядка в период новой экономической политики

Практический опыт первых лет становления Советской республики показал, что воплощение идеи всеобщего вооружения народа и обеспечения правопорядка самим населением потребуют организации определенных общественных формирований для совместного с правоохранительными органами решения задач борьбы с преступностью.

С самого начала в молодом Советском государстве стали создаваться разнообразные организации содействия трудящихся органам милиции. Единой структуры для них не было выработано, и в борьбе с преступностью их члены руководствовались лишь революционным правосознанием.

Летом 1918 г., после создания рабоче-крестьянской милиции в качестве штатного государственного органа, привлечение трудящихся к непосредственному участию в охране революционного порядка стало одним из основных принципов ее деятельности. Изданная в октябре 1918 г. Инструкция НКВД и НКЮ «Об организации рабоче-крестьянской милиции» предусматривала создание при городских и уездных исполкомах Советов добровольных отрядов милиции. Рабочие и крестьяне - члены добровольных отрядов милиции - должны были безвозмездно осуществлять работу по охране порядка на общественных началах.

В частности, в 1918 г. по инициативе рабочих Рождественского, Выборгского, Василеостровского, Петроградского и 1-го Городского районов на чрезвычайной конференции фабрично-заводских комитетов Петрограда было решено создать летучие отряды «...для охраны заводов и фабрик, общественного порядка и для подавления в корне всяких попыток к насилию, грабежам и возбуждению паники»1.

В период гражданской войны и иностранной интервенции, когда личный состав милиции принимал участие в боевых действиях на фронтах, в населенных пунктах, где начиналась мирная жизнь, из числа рабочих и крестьян формировались отряды самоохраны, которые вели активную борьбу с преступностью. Такие отряды были созданы, например, в Москве, Петрограде, Самаре, Омске, Пскове, в Алтайском крае. Окончание гражданской войны и иностранной интервенции поставило перед Советским государством задачу скорейшего восстановления народного хозяйства. Необходимыми условиями ее успешного решения были поддержание общественного порядка, обеспечение активной борьбы с бандитизмом, грабежами и разбоями. Неоценимую помощь милиции в решении этих задач оказывали трудящиеся.

К примеру, при Лиговском народном доме в 1920 г. активно функционировал так называемый «кружок порядка». Его руководителем являлся начальник восьмого участка Петрогормилиции Дружинин. Участники кружка помогали коллективу участка в охране правопорядка: осуществляли совместное патрулирование, выполняли отдельные поручения сотрудников и т.д.

В 1922-1923 гг. в Петрограде стали появляться отряды и дружины из молодежи для борьбы с хулиганством, пьянством и самогоноварением. Несмотря на то, что патрулирование улиц члены этих дружин не осуществляли, их активисты, согласуя с милицией место, время и порядок дежурств, выставляли свои посты в клубах, городских садах и кинотеатрах.. Однако эта инициатива широкого распространения в тот период не получила2.

В 1925-1926 гг. при районных Советах были образованы административно-милицейские комиссии, в состав которых входили как члены Ленинградского Совета, выделенные секцией внутреннего управления, и сотрудники местных отделений милиции, так и граждане, изъявившие желание оказывать помощь милиции в охране общественного порядка, несении постовой службы, патрулировании, проведении операций и т.д. Члены комиссий, возглавляемые одним из депутатов Совета, проверяли работу местных органов милиции, помогали разобраться в причинах недостатков в их деятельности.

* Начальник отдела организации научных исследований Санкт-Петербургского университета МВД России, кандидат исторических наук, доцент.

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 3 (31) 2006

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 3 (31) 2006

В июле 1925 г. приказом по Ленинградской милиции было утверждено «Положение о работе членов Ленинградского Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов, прикрепленных к отделениям милиции Ленинграда». Все работники милиции были обязаны оказывать прикрепленным членам Ленинградского Совета содействие по всем вопросам без исключения3.

На административно-милицейские комиссии также были возложены задачи по ознакомлению и наблюдению за деятельностью органов милиции, правильностью выполнения ими постановлений и распоряжений центральной и местной власти, выявление и исправление недочетов в работе сотрудников милиции, являвшихся результатом как несовершенства организационных форм, так и злоупотреблений со стороны отдельных работников и отсутствия профессионального опыта.

Членам Ленинградского Совета были предоставлены широкие полномочия. Они могли знакомиться с любыми материалами по любому направлению работы милиции, улучшать и видоизменять методы ее выполнения.

В отделениях милиции члены комиссии имели право наблюдать и корректировать все действия сотрудников по задержанию граждан, их опросу, приему жалоб и предложений, правильному разрешению всех спорных вопросов. Им предоставлялась возможность проследить, как содержатся арестованные, отношение работников милиции к гражданам, обращающимся в отделение, насколько успешно ведется борьба с преступностью и хулиганством4.

9 октября 1925 г. бюро секции внутреннего управления Ленинградского Совета утвердило «Инструкцию членам Ленинградского Совета, прикрепленным для работы к отделениям милиции Ленинграда». В ней были определены основные направления работы административно-милицейских комиссий5. На 1 октября 1925 г. в административно-милицейских комиссиях районных Советов участвовали 538 человек, в т.ч. 147 членов Советов и 391 - привлеченный актив. В числе привлеченных активистов были представители фабрик и заводов, учреждений, молодежных организаций, женделегатки6. Члены комиссий проявляли высокую активность. Например, административномилицейская комиссия Петроградского района, насчитывавшая к ноябрю 1925 г. 66 человек, произвела 48 обследований отделений милиции7. Особое внимание уделялось «поднятию авторитета милиции», для чего предполагалось провести кампанию общегородского масштаба. На заседании административно-милицейской комиссии, проходившем в июле 1925 г., указывалось на «недопустимость помещения статей в печать, подрывающих авторитет милиции, с привлечением к ответственности лиц, пользующихся печатью по личной злобе». Члены административных комиссий по наложению взысканий особое внимание обращали на классовую принадлежность нарушителей и их имущественное положение8. В выступлениях высшего партийного звена Ленинграда неоднократно отмечалось, что при разборе дел «необходимо брать во внимание классовую принадлежность подсудимых, а не придерживаться строгой буквы закона»9.

Вместе с тем административно-милицейские комиссии, как показывает анализ их деятельности, осуществляли в основном контрольные функции и поэтому не могли в полной мере обеспечить активного участия трудящихся непосредственно в охране общественного порядка. С другой стороны, выдача исполкомами большого количества мандатов на проверку несения службы лицам, не имеющим понятия о милицейской службе, не способствовала более качественному выполнению служебно-боевых задач, а в некоторых случаях служила причиной возникновения конфликтов между милицейскими руководителями и представителями административно-милицейских комиссий10.

В 1926-1927 гг. в Ленинграде продолжалось активное привлечение трудящихся к участию в охране правопорядка. Придавая исключительно большое значение роли трудящихся в укреплении законности, начальник административного отдела Леноблгубисполкома 18 января 1926 г. издал приказ, в котором указывал на необходимость приближения трудящихся к деятельности органов милиции «путем заинтересованности их этой работой и популяризации значения и роли милиции». Все руководители милицейских подразделений обязывались не менее одного раза в месяц отчитываться на собраниях перед населением о своей деятельности, выступать с докладами, лекциями и беседами11 .

В 1926 г. в Ленинграде, как и по всей стране, значительные масштабы стало приобретать хулиганство, зачастую перераставшее в совершение опасных преступлений. По всей стране была объявлена ударная кампания по борьбе с правонарушениями.

В этой связи большое значение для повышения активности в укреплении правопорядка имело издание 8 декабря 1926 г. декрета СНК РСФСР «Об оказании гражданами содействия милиции при задержании пьяных и хулиганов»12. Важной организационной формой оказания трудящимися

содействия органам милиции в борьбе с нарушителями общественного порядка стали дружины по борьбе с хулиганством. Они появились в период проведения всеобщей кампании по борьбе с хулиганством в стране. Эти дружины, как правило, организовывались по производственному принципу, создавались на фабриках и заводах, в рабочих клубах, при железнодорожных станциях. Работники милиции инструктировали дружинников, ставили им конкретные задачи. Члены дружин вели активную работу по искоренению хулиганства, выявляли очаги самогоноварения и шинкарства. Вместе с работниками уголовного розыска они участвовали в проведении оперативных мероприятий - облавах, обысках и задержаниях лиц, совершивших преступления.

Повсеместно на предприятиях стали создаваться комиссии общественного порядка (КОПы)13, в состав которых входили наиболее сознательные трудящиеся. Они организовывались на добровольных началах. Деятельность по борьбе с нарушениями правопорядка эти комиссии вели в тесном контакте с органами милиции, осуществляя патрулирование закрепленных за ними территорий. За короткий срок в Ленинграде было создано двести сорок комиссий общественного порядка, в которых состояли 2300 человек14.

Наряду с проверкой работы органов милиции и оказанием помощи в охране общественного порядка, комиссии выполняли функции товарищеских судов. В Ленинграде в этом же году возникла добровольная организация «Друзья общественного порядка», членами которой могли быть трудящиеся, рекомендованные партийными, профсоюзными организациями или районными Советами депутатов трудящихся. Задачей организации являлось наблюдение совместно с сотрудниками милиции за порядком в общественных местах,

Деятельность комиссий общественного порядка постоянно находилась в поле зрения государственных органов, которые неоднократно рассматривали вопросы улучшения их работы и оказания необходимой помощи, совершенствования взаимодействия с рабоче-крестьянской милицией. Например, состоявшийся 14 сентября 1928 г. Пленум секции внутреннего управления Ленсовета отметил постоянное увеличение числа комиссий охраны общественного порядка, уменьшение текучести их членов. Пленум постановил оказывать всестороннюю поддержку всем организационным формам участия трудящихся в охране правопорядка15.

Однако организации трудящихся не всегда имели четкую структуру, разнообразны были права и обязанности их членов, не был установлен и единый порядок взаимоотношений самодеятельных организаций с органами милиции. Вместе с тем количество комиссий общественного порядка продолжало расти и к 1929 г. достигло 560. Они объединили в своих рядах свыше 7200 человек16.

В апреле 1928 г. состоялся второй Всероссийский съезд административных работников. Он в качестве специальной меры, направленной на совершенствование борьбы с преступностью в новых условиях, ориентировал работников уголовного розыска на максимальное приближение их к населению, призывая опираться в своей работе на советскую общественность и трудящихся. В резолюции съезда указывалось: «Чрезмерное, выходящее за пределы работы уголовного розыска засекречивание ведет к его замкнутости, изолированности и отрыву от пролетарской общественности, которая могла бы оказать органам уголовного розыска большое содействие в их повседневной работе по борьбе с преступностью»17.

28 июня 1928 г. после всеобщей проверки работы милиции и уголовного розыска на объединенном заседании Президиума ЦКК ВКП(б) и коллегии НКРКИ было принято постановление, в котором вскрывались серьезнейшие недостатки в деятельности уголовного розыска по борьбе с преступностью, ставились новые задачи перед ним и определялись конкретные меры по коренному улучшению этой деятельности. В частности, указывалось на необходимость «решительного сближения уголовного розыска с населением, и установления повседневной связи в работе с общественностью»18. Здесь же отмечалось: «Признать необходимым организовать при помощи секций горсоветов систематический контроль над работой милиции, введя регулярную отчетность милиции и розыска на рабочих собраниях (фабрик и заводов), пленумах горсоветов, гиков, губернских и уездных волостных советов, а также широко освещать работу милиции в печати»19.

В циркуляре, изданном 4 октября 1928 г., НКВД РСФСР, основываясь на решениях второго Всероссийского съезда административных работников, дал конкретные указания о порядке перестройки работы аппаратов уголовного розыска и дальнейшего совершенствования борьбы с преступностью. Сущность этих указаний сводилась к следующему:

- отказаться от чрезмерного засекречивания работы уголовного розыска и ограничить конспиративность лишь пределами той ее части, которая относится к негласному розыску (негласное наблюдение, осведомление через агентуру) и к расследованию по уголовным делам;

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 3 (31) 2006

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 3 (31) 2006

- осведомлять население о задачах и функциях уголовного розыска (за исключением структуры и методов работы его секретных частей), научных методах раскрытия и расследования преступлений без разглашения содержания регистрационных материалов и розыскных списков;

- освещать методы и способы совершения различных преступлений, если они достаточно известны преступному миру;

- популяризировать работу уголовного розыска путем помещения в газетах и других периодических изданиях статей описательного характера о состоянии преступности и проделанной уголовным розыском работе, об отдельных тяжких преступлениях и способах их раскрытия;

- систематически выступать с отчетами о работе уголовного розыска как на собраниях рабочих на фабриках и заводах, так и на сходах крестьян, учитывать затем в работе сделанные трудящимися замечания и рекомендации;

- публиковать в требуемых случаях в общей прессе сообщения о скрывшихся и разыскиваемых преступниках с помещением их фотоснимков, а также о похищенных вещах и ценностях;

- широко оповещать население о необходимости оставлять в неприкосновенности обстановку на месте преступления, сохранять следы и иные вещественные доказательства.

В циркуляре содержались также специальные рекомендации, направленные на предупреждение преступлений с помощью населения:

- предупреждать население через прессу об ожидаемом появлении в данной местности банды дли других опасных преступников и их способах действия, когда такая информация не грозит срывом намеченных оперативных действий;

- своевременно предупреждать тем же путем о предстоящих сезонных или иных периодически повторяющихся преступлениях (квартирные кражи в летнее время и др.)20.

В соответствии с решениями второго Всероссийского съезда административных работников аппараты уголовного розыска, при поддержке и непосредственном участии исполкомов Советов депутатов трудящихся, начали планомерную работу по вовлечению трудящихся в охрану общественного порядка и борьбу с преступностью.

Была найдена и соответствующая организационная форма - ячейки и общества содействия милиции (Осодмил). Первые формирования Осодмила возникли в ноябре 1928 г. в крупнейшем промышленном центре Урала Нижнем Тагиле. При этом за основу организации Осодмила были взяты существовавшие ранее дружины по борьбе с хулиганством21.

Движение осодмильцев быстро распространялось на другие города и районы Урала, затем, охватило всю страну, было одобрено и поддержано Народным комиссариатом внутренних дел РСФСР22. Правда, руководящие работники НКВД по-прежнему рассматривали Осодмил как этап на пути к созданию милиционной повинности. Например, начальник Главного управления милиции И.Ф. Киселев полагал, что «вовлечение трудящихся в работу милиции и уголовного розыска путем развития Осодмила настолько облегчит впоследствии переход на милиционную систему, что последняя станет естественной преемницей организационных форм и методов работы этих обществ»23. Разумеется, подобный подход нельзя было признать правильным. Целесообразнее было не переходить к милиционной повинности, а, укрепляя органы милиции, развивать и совершенствовать формы привлечения трудящихся к работе по поддержанию правопорядка. Это и подтвердила дальнейшая практика.

Организационные принципы, цели, задачи и порядок привлечения трудящихся к правоохранительной деятельности получили единую правовую регламентацию в масштабе Российской Федерации с изданием Советом Народных Комиссаров РСФСР 25 мая 1930 г. постановления «Об обществах содействия органам милиции и уголовного розыска»24. Из содержания этого постановления видно, что речь идет не о всеобщей милиционной повинности, а о привлечении широких масс трудящихся к активному участию в работе органов милиции и уголовного розыска по борьбе с нарушениями общественного порядка и преступностью. Другими словами, создавалась единая для всей Федерации организационно-правовая форма участия граждан в укреплении правопорядка25. Названное постановление СНК РСФСР от 25 мая 1930 г. устанавливало правовые основы организации и деятельности Осодмила. Важнейшим положением здесь было то, что Осодмил определялся как добровольная организация, которая могла создаваться в городах, рабочих поселках, сельских поселениях.

Для общего руководства Осодмилом при бюро административно-правовых секций городских или поселковых Советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов создавались советы общества содействия милиции и уголовному розыску. Каждый такой совет руководил работой всех ячеек и участковых бюро общества. В состав совета Осодмила в качестве его постоянных членов

входили члены бюро административно-правовой секции местного Совета, представитель от местного объединения профсоюзов, начальники местной милиции и уголовного розыска.

Членами Осодмила могли быть лица, достигшие 18-летнего возраста, пользовавшиеся избирательными правами, не состоявшие под судом и следствием. Для вступления в Осодмил эти лица должны были подать заявление в фабрично-заводской или местный комитет по месту работы, а в сельских местностях - в сельский Совет. Данные организации вывешивали списки кандидатов в члены Осодмила для обозрения граждан и выдвижения ими возможных отводов. По истечении 15 дней заявления кандидатов вместе с отводами и отзывами фабрично-заводских и местных комитетов или сельских Советов направлялись в местный совет общества содействия милиции и уголовного розыска, который решал вопрос о зачислении в члены общества. Подобный порядок организации ячеек Осодмила обеспечивал привлечение в его ряды наиболее сознательных рабочих и крестьян, готовых бороться за укрепление правопорядка.

Постановление СНК РСФСР от 25 мая 1930 г. четко определило главные задачи Осодмила: «а) содействие органам милиции и уголовного розыска путем непосредственного выполнения членами общества отдельных поручений в области борьбы с хулиганством, шинкарством, уличными и другими мелкими нарушениями общественного порядка; б) содействие укреплению органов милиции и уголовного розыска и усовершенствованию методов их работы»26.

Из содержания названного нормативного акта видно, что деятельность Осодмила имела вспомогательное значение по отношению к функциям милиции. Однако это не могло служить препятствием для наделения членов Осодмила широкими правами, аналогичными в значительной своей части правам работников милиции. Круг полномочий членов Осодмила был направлен прежде всего на то, чтобы содействовать органам милиции в предупреждении правонарушений и борьбе с преступностью. С этой целью членам Осодмила было предоставлено право «принимать меры к прекращению нарушений общественного порядка в случае, когда члены общества являются очевидцами таковых, извещать о них органы милиции и уголовного розыска и до их прибытия охранять следы преступления, если таковое случилось»27.

Кроме того, органы милиции могли с согласия самих членов Осодмила давать им определенные поручения: совершение обходов по выявлению преступных элементов, участие в производстве обысков в качестве понятых, конвоирование арестованных, дежурства в органах милиции, наблюдение за порядком в общественных местах (театрах, клубах и др.). В этих случаях члены общества могли быть снабжены оружием, которое выдавалось органами милиции и уголовного розыска и подлежало сдаче по окончании дежурства. Одновременно устанавливалось, что «члены обществ за незаконные действия при исполнении своих обязанностей несут ответственность как должностные лица». Характерно, что круг полномочий членов Осодмила был направлен прежде всего на предупреждение правонарушений и преступлений, воздействие на нарушителей путем убеждения, «считаясь с законными правами граждан» (ст. 7 рассматриваемого постановления).

Оценивая положительно в целом большую и полезную работу обществ содействия милиции по укреплению правопорядка, в то же время следует отметить, что отдельными ее членами нередко допускались нарушения законности: незаконные приводы и задержания граждан, незаконное осуществление обысков граждан, подмена органов милиции и т.п.28

В развитие постановления СНК РСФСР от 25 мая 1930 г. НКВД РСФСР разработал в том же году Типовой устав Осодмила29. Этот устав конкретизировал правовое положение Общества содействия милиции и уголовному розыску и определил его организационную структуру. Устав дополнил названные выше две задачи Осодмила еще четырьмя: «в) содействие органам милиции и уголовного розыска в постановке и проведении широкой отчетности об их работе на рабочих собраниях и сельских сходах; г) распространение и пропаганда милицейских и уголовно-розыскных знаний и навыков среди широких рабоче-крестьянских масс с вовлечением их в активную работу в рядах общества; д) содействие выполнению мероприятий, проводимых органами Советской власти в области охраны общественного порядка и безопасности; е) организация общественных мер борьбы с нарушениями порядка, главным образом в части пьянства, шинкарства и хулиганства, на территории фабрик, заводов, учреждений, колхозов и совхозов». В круг правомочий членов Осодмила, которыми они пользовались ранее при охране правопорядка, Типовой устав ничего нового по сравнению с постановлением СНК РСФСР от 25 мая 1930 г. не внес.

Общества содействия органам милиции и уголовного розыска в короткий срок получили большое распространение в России. В 1930 г. на ее территории действовали более 4000 ячеек Осодмила, насчитывавших свыше 45000 членов30.

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 3 (31) 2006

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 3 (31) 2006

Кроме Типового устава Осодмила, НКВД РСФСР разработал в 1930 г. Инструкцию членам обществ содействия органам милиции и уголовного розыска. Она определила порядок проведения членами Осодмила мероприятий по оказанию помощи работникам милиции и методы воздействия на правонарушителей в зависимости от степени общественной опасности их поступков31. В Инструкции говорилось, что члены Осодмила «обязаны при всякого рода нарушениях общественного порядка со стороны граждан прекратить нарушения по своей инициативе, не дожидаясь особых поручений органов милиции или уголовного розыска, особенно нарушения, грозящие личной безопасности граждан...»32. Выявив правонарушение или встретив неповиновение своим законным требованиям, член Осодмила также был обязан принять меры для пресечения противоправного поведения.

Совершенно очевидно, что наличие такого юридического документа, как упомянутая Инструкция, имело большое практическое значение. Члены обществ содействия органам милиции и уголовного розыска впервые получили достаточно полное и четкое представление о работе по укреплению правопорядка, о процедуре использования предоставленных им прав.

Надо подчеркнуть, что в рассматриваемой Инструкции, как и в предыдущих нормативных актах, законодатель, несмотря на широкий круг полномочий, предоставленных членам Осодмила, не отдавал преимущества использованию мер принудительного характера по отношению к нарушителям правопорядка. Принуждение оценивалось в качестве вспомогательного метода, который применялся лишь в целях пресечения правонарушений и преступлений. В этой связи Инструкция особо подчеркивала: «Член Осодмила должен помнить, что ему не предоставлено право задержания граждан, а потому в случае неисполнения его законных требований о прекращении того или иного нарушения порядка член Осодмила может лишь довести нарушителя до ближайшего представителя милиции или уголовного розыска и заявить ему о действиях нарушителя»33.

Члены ячеек Осодмила во многих районах страны проводили серьезную работу по борьбе с преступностью, укреплению общественного порядка, о чем свидетельствуют некоторые статистические данные. Так, на 1 января 1930 г., в Москве осодмильцами было задержано 26 социально опасных уголовных элементов и 1226 хулиганов, обнаружено 66 лиц, занимающихся самогоноварением. В Уральской области осодмильцами было раскрыто 3 убийства, 1116 краж, выявлено 318 случаев самогоноварения, установлено 113 случаев незаконного хранения холодного и огнестрельного оружия34.

Наибольших же успехов в работе добились инициаторы движения осодмильцев - рабочие Тагильского округа Уральской области. Здесь в первой половине 1929 г. из общего числа 2561 преступления, раскрытого по округу милицией и уголовным розыском, на долю осодмильцев пришлось 585 (или 23%), из 3352 зарегистрированных хулиганов осодмильцами был задержан 2091 (или 62%), из 572 шинкарей и самогонщиков осодмильцами разоблачены 185 (или 32%), а также задержаны 125 уголовных преступников35.

Местные государственные органы Ленинграда также уделяли неослабное внимание развитию и поддержке добровольных обществ содействия милиции. Силами начальствующего состава и общественного актива милиции в 1931 г. было организовано обучение осодмильцев по 54-часовой программе. Занятия проводили один раз в пятидневку, по три часа каждое. По окончании обучения все члены общества содействия милиции проходили проверку испытательной комиссией36.

Рассматривая лучших осодмильцев в качестве резерва для комплектования личного состава, руководство милиции стремилось к максимальной эффективности при проведении воспитательной работы с ними. С этой целью постоянно шел поиск новых форм и средств воспитательного воздействия на трудящихся. Так, на общих собраниях в 9-м отделении осодмильцы активно участвовали в обсуждении задач, стоящих перед отделением, давали оценку работы отдельным сотрудникам37.

Естественно, чем лучше осуществлялась связь между милицией и Осодмилом, тем выше были результаты работы по охране правопорядка. Например, только с августа по ноябрь 1931 г. членами Осодмила было составлено 1495 протоколов за нарушение общественного порядка, за хулиганство - 654, за нарушение правил благоустройства и санитарии - 183, за шинкарство - 22 и за прочие нарушения - 834. Всего составлено 3188протоколов. На работу по изъятию лиц без определенного места жительства членами Осодмила было затрачено 10000 человеко-часов. К концу 1931 г. в Ленинграде и области насчитывалось 8500 осодмильцев, в т.ч. более 40 процентов молодежи38.

В большинстве районов РСФСР осодмильцы действовали в тесном контакте с органами милиции. Работники уголовного розыска регулярно инструктировали осодмильцев, помогали им лучше

уяснить свои задачи и обязанности. В целом же движение Осодмила себя полностью оправдало и способствовало укреплению правопорядка в республике.

Формы связи органов милиции с широкими слоями населения в России менялись и совершенствовались в зависимости от задач, встававших перед государством в различные периоды его развития. Деятельность по привлечению трудящихся к охране правопорядка в годы новой экономической политики убедительно свидетельствует о том, что органы власти уделяли этой работе постоянное внимание и рассматривали ее как общегосударственное дело первостепенной важности. Такой подход к проведению правоохранительной политики в стране, в свою очередь, существенно помогал личному составу органов милиции успешно бороться с уголовной преступностью и правонарушениями, повышал авторитет милиции среди населения.

Сегодня, в условиях построения правового государства, привлечение трудящихся к охране правопорядка весьма актуально. Успешное решение этой проблемы возможно лишь с учетом конкретного опыта ее правового регулирования на различных исторических этапах развития нашего общества. Изучение указанного опыта позволяет извлекать и использовать ныне все рациональное, что было достигнуто ранее.

1 Красная газета (вечерний выпуск). 1918. 5 марта.

2 Архив музея Ленинградской милиции. Ф. 1. Оп. 1. Д. 296. Л. 6.

3 Архив ГУВД. Ф. 1. Оп. 1. Д. 12. Л. 181-182.

4 См.: На посту. 1925. № 10. С. 428-431.

5 Архив ГУВД. Ф. 1. Оп. 1. Д. 14. Л. 93-94.

6 ЦГА СПб. Ф. 1000. Оп. 9. Д. 460. Л. 7.

7 Подсчитано автором. См. там же. Ф. 151. Оп. 1. Д. 128. Л. 1-11.

8 Там же. Д. 127. Л. 4.

9 ЦГАИПД. Ф. 2. Оп. 1. Д. 132. Л. 90.

10 ЦГА СПб. Ф. 47. Оп. 2. Д. 1. Л. 9.

11 Архив ГУВД. Ф. 1. Оп. 1. Д. 16. Л. 159.

12 Хронологическое собрание законов, указов Президиума Верховного Совета и постановлений Правительства РСФСР,

1917-1928 гг. Т. 1. М., 1959. С. 294.

13 См.: Смена. 1926. 18 сентября.

14 См.: Административный вестник. 1927. № 10-11. С. 75.

15 ЦГАИПД. Ф. 7384. Оп. 11. Д. 3. Л. 141-142.

16 См.: История советской милиции. Т. 1. М., 1977. С. 274.

17 Административный вестник. 1928. № 6. С. 26.

18 ГАРФ. Ф. 54 с. Оп. 12. Д. 1476. Л. 68-77.

19 Там же.

20 См.: Лекарь А.Г. Развитие форм и методов предотвращения преступлений органами охраны общественного порядка // Труды ВШ МВД СССР № 7с. М., 1968. С. 13.

21 Подробнее см.: Мулукаев РС., Хоботов А.Н., Суслов В.М. // Становление и развитие аппаратов уголовного розыска в России (1917-1934 гг.): Учебное пособие / Под ред. И.А. Климова. М., 1994.

22 Большую организующую роль в установлении и укреплении повседневной связи органов милиции и уголовного розыска с общественностью играла печать, в частности, журнал «Административный вестник». На страницах этого журнала, начиная с 1928 г., регулярно публиковались статьи, в которых обобщался передовой опыт вовлечения трудящихся в охрану общественного порядка и борьбу с преступностью, освещались наиболее эффективные формы и методы их участия в этой деятельности.

23 Административный вестник. 1930. № 1. С. 82.

24 См.: СУ РСФСР. 1930. № 25. Ст. 324 (проект Положения об Осодмиле был разработан НКВД РСФСР и разослан весной 1929 г. для обсуждения в наиболее крупные краевые, губернские и областные административные отделы. С учетом замечаний и предложений, поступивших с мест, проект был доработан и в январе 1930 г. представлен в СНК РСФСР В проекте в основном нашла отражение практика, сложившаяся на местах. Так, в частности, проект предусматривал возложить организацию Осодмила на административно-правовые секции местных Советов, а непосредственное руководство его деятельностью - на президиумы, находившиеся при административно-правовых секциях соответствующих Советов. См.: Административный вестник. 1930. № 5. С. 24. 26, 84).

25 См.: Мулукаев РС. Развитие организационных форм участия трудящихся в охране общественного порядка в период построения социализма в СССР (1917-1937 гг.) // Труды ВШ МООП СССР № 18. М., 1968. С. 104.

26 СУ РСФСР 1930. № 25. Ст. 324.

27 Там же.

28 См.: Административный вестник. 1930. № 6. С. 24.

29 См. там же. С. 69-71.

30 См.: Административные органы в новых условиях. М., 1930. С. 101.

31 См.: Бюллетень НКВД РСФСР 1930. № 31. С. 638.

32 Там же.

33 Там же.

34 См.: Севастьянов С.С. Развитие форм участия трудящихся в охране общественного порядка в РСФСР в период построения социализма (1917-1936 гг.): Дис. ... канд. юрид. наук. М., 1984. С. 123.

35 См.: Административный вестник. 1930. № 3. С. 23.

36 ЦГА СПб. Ф. 1000. Оп. 67. Д. 126. Л. 66-70.

37 См.: На посту. 1931. 6 сентября.

38 См.: ЦГА СПб. Ф. 3173. Оп. 1. Д. 733. Л. 65; Смена. 1931. 18 августа; Красная газета. 1931. 12 ноября.

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 3 (31) 2006