Феномен фарисейства: исторические и культурные аспекты

Вестник Челябинского государственного университета. 2011. №18 (233). Философия. Социология. Культурология. Вып. 21. С. 7—13.

ФИЛОСОФИЯ,

РЕЛИГИЯ,

МИФ

Д. Б. Осипов

ФЕНОМЕН ФАРИСЕЙСТВА:

ИСТОРИЧЕСКИЕ И КУЛЬ ТУРНЫЕ А СПЕКТЫ

В статье освещается история фарисейского движения II в. до и. э. — I в. н. э., рассматривается образ фарисеев в Новом Завете. Показаны истоки и трансформация понятия ‘фарисейство \ ‘Фарисейство ’ осмысляется как социокультурный феномен, определяется его значение и место в европейской культурной традиции.

Ключевые слова: иудаизм эпохи Второго Храма, раннее христианство.

Фарисеи - древняя иудейская религиознополитическая партия, игравшая активную роль в жизни еврейского общества Палестины II в. до н. э. - I в. н. э. В отечественной культурной традиции понятие ‘фарисейство5 практически не соотносится со своим изначальным историческим смыслом, оно является нарицательным, означая «лицемерие», «ханжество»1. Данная статья является попыткой осветить вопрос, кем являлись «исторические» фарисеи, как произошло, что их имя получило в нашей культуре столь негативный смысл, и что стоит за «фарисейством» как социокультурным феноменом.

Фарисейское движение принадлежит одному из самых интересных периодов истории древнего Израиля. Социально-политические процессы, происходившие в Палестине во II в. до н. э. - I в. н. э. привлекают внимание исследователей прежде всего по той причине, что события этой эпохи носили переломный характер в истории еврейского народа и оказали влияние на развитие мировой цивилизации. В этом периоде находятся истоки как раввинистического иудаизма, так и христианства. Это был период религиозного и политического брожения, начавшийся восстанием Маккавеев и образованием независимого Хасмонейского государства (168-152 гг. до н. э.) и завершившийся рядом драматических

потрясений: поражением еврейских анти-римских восстаний (66-73, 132-135 гг. н. э.) и разрушением Иерусалима, на протяжении столетий являвшегося центром политической и духовной жизни Израиля.

Научное исследование фарисейского движения начинается в Германии в середине XIX в., с появлением фундаментальных трудов Ю. Вельгаузена и А. Гейгера. В дальнейшем истории и идеологии фарисейства были посвящены сотни монографий и статей. Круг вопросов, связанных с этим движением, вызвал бурные дискуссии и даже возникновение целых школ и направлений2. Свой вклад внесли учёные разных стран, принадлежащие разным конфессиям. На этом фоне следует отметить немногочисленность отечественных исследований, посвящённых данной теме3. Среди них можно отметить обстоятельную статью «Фарисеи и саддукеи» Л. Каценельсона в «Еврейской энциклопедии», отражающую состояние науки начала XX в., и статью Н. Пигу леве кой, посвящённую отношению фарисеев к «народу земли» (ивр. ат Иа-аге1г)4. Следует признать, что тема фарисеев недостаточно разработана в отечественной исторической науке.

Можно выделить три основные группы источников, содержащих информацию о фарисеях. Это сочинения Иосифа Флавия, тек-

сты Нового Завета и раввинистическая литература (Мишна и Талмуд). Сами фарисеи после себя никаких письменных памятников не оставили5.

Иосиф Флавий писал для римских читателей и поэтому представил фарисеев как одну из национальных философских школ, по своим взглядам близкую стоикам. Флавий сообщает важные сведения об участии фарисеев в политической жизни страны в периоды правления Хасмонейской династии и Ирода Великого. Новый Завет, в свою очередь, содержит данные о фарисеях первой половины

I в. н. э., об их конфликте с Иисусом Христом, их взаимоотношениях с ранним христианством. Также упоминаются некоторые религиозные правила, отличающие фарисеев от остальных иудеев. Многие высказывания Нового Завета о фарисеях имеют полемическую направленность. Раввинистическая литература (прежде всего Мишна) содержит данные о фарисейском законодательстве, сведения о лидерах и законоучителях до 70 г. н. э. и внутренней организации фарисейского движения. Данные имеющихся источников фрагментарны, зачастую противоречивы, что порождает множество интерпретаций и прямо противоположных друг другу теорий.

Наименование фарисеев (гр. ркапвтт у Иосифа Флавия и в Новом Завете, ивр. ре-гтМт в раввинистической литературе), по мнению большинства учёных, означает «отделённые». Однако среди исследователей нет единого мнения, от чего именно отделялись фарисеи - от ритуально нечистого населения Палестины, от язычников или от правящей Хасмонейской династии, в отношении к которой они находились в оппозиции. Существуют и другие версии этимологии имени ‘фарисеи' - ‘точно определяющие' (А. Баумгартен), ' персидствующие (Т. Мансон)2.

Происхождение партии фарисеев до сих пор является дискуссионным вопросом. Впервые эта партия упоминается Флавием при описании правления первого царя хасмонейской династии Ионатана (152-143 гг. до н. э.). Многие исследователи относят истоки фарисеев к «движению благочестивых» (ивр. hasidim), которые присоединились к Маккавейскому восстанию (168 г до н. э.) против Антиоха IV Епифана. Согласно раввинистической традиции, происхождение фарисеев связано с деятельностью Великого Собрания, руководившего жизнью Израиля в

персидский период V IV вв. до н. э. (Ру'ПзЬпаЬ. АЬоШ 1:1).

Исследуя причины возникновения этой партии, следует учитывать, что иудаизм рассматриваемого периода не представлял собой монолитного явления. Новейшие исследования выявили в нём сосуществование множества сект, социальных групп, различавшихся образом жизни, толкованием религиозных законов и политической программой. Исследователи даже говорят о нескольких иудаизмах рубежа нашей эры6.

Важнейшей причиной разделений внутри иудаизма и появления религиознополитических партий явилось столкновение иудейского общества с процессом эллинизации - распространением греческой культуры по всему Ближнему Востоку после завоеваний Александра Македонского. Экономические и социально-политические отношения, городская инфраструктура, система образования, и ряд других элементов культуры формировались по греческому образцу, что приводило к утрате национальных традиций и создавало угрозу для религиозной идентичности иудеев .

Согласно большинству исследователей, возникновение партии фарисеев явилось реакцией на эллинизацию. Размыванию национальных начал жизни они противопоставили верность синайскому Завету и приложение заповедей Торы к изменившимся условиям жизни. Для фарисеев был характерен гибкий, творческий подход к библейским законам, имевший следствием внедрение в культуру новых норм, не содержащихся в Писании. Эти внебиблейские нормы составили содержание «предания отцов» (гр. рагтА&й^ устного предания фарисеев, которое позднее, во

II в. н. э., трансформировалось в концепцию устной Торы

Фарисеям оппонировали саддукеи - партия, представлявшая собой узкий, но влиятельный слой иерусалимских священников и аристократии. Они были сторонниками и проводниками эллинизации, стремились интегрировать замкнутое иудейское сообщество Палестины в глобальный мир эллинистической цивилизации. Саддукеи не признавали устное предание фарисеев и ограничивались буквальным толкованием предписаний Торы. Между саддукеями и фарисеями велась постоянная борьба за доминирование в Синедрионе.

Движение фарисеев носило демократический характер и в основном охватывало средние городские слои, в него входили писцы, торговцы, ремесленники, а также многие священники и левиты8. Они образовывали так называемые «товарищества» (ивр. habnrot), члены которых брали на себя обязательство исполнять фарисейские законы (ивр. halak-hoth), постановления фарисейских учителей (Tosefta. Demai 2:2). Мы не располагаем точными сведениями о численности фарисеев, но, по всей видимости, она была небольшой и при полумиллионном населении Палестины составляла несколько тысяч человек. Так, Иосиф Флавий описывает, что в правление царя Ирода Великого 6000 фарисеев отказались принести присягу Цезарю (Иудейские древности XVII, 2, 4).

Идейными руководителями фарисеев были учителя, «книжники» (ивр. sopherim), выполнявшие функцию интерпретации закона. У фарисеев имелись свои школы, суд, избирался патриарх (ивр. nasi), председательствующий на этом суде. В конце I в. до н. э., в правление Ирода, складываются две школы, два «дома» - школа Гиллеля и школа Шаммая. Они отличались толкованием ряда галахических вопросов, подходом в подготовке учеников и отношением к язычникам. В целом для школы Шаммая была характерна большая строгость, для школы Гиллеля -большая гибкость в применении норм закона к реалиям палестинской жизни рубежа нашей эры. Гиллель был избран nasi, и после него на протяжении почти четырёх столетий этот пост занимали его потомки.

Важно отметить, что решения, которые принимались на собраниях книжников, имели силу только для фарисейских кругов. По крайней мере, в период римской власти (с 63 г до н. э.) фарисеи не обладали судебной и административной властью в Палестине, однако были влиятельны, поскольку пользовались популярностью и поддержкой в народе.

Согласно данным Нового Завета и ряда раввинистических источников, фарисеи ставили основной акцент в исполнении закона на соблюдении субботы, исполнении закона о десятине и сохранении ритуальной чистоты9. Принципиально важным для фарисеев являлось соблюдение в повседневной жизни правил чистоты, предписанных законом для священников в Храме. Так, фарисеи, даже если они не являлись храмовыми служителя-

ми, были обязаны совершать ритуальное омовение рук перед едой, которое законом предписывалось лишь священникам, когда они вкушали священническую долю. Вероятно, таким образом они стремились реализовать идею святости народа, стать «царством священников, народом святым» (Исх. 19:6)1и. При этом они противопоставляли себя иным группам населения, которых они считали ритуально нечистыми, в особенности «народу земли» (ивр. ат ha-aretz), сельскому населению, далёкому от точного исполнения заповедей. Например, они не должны были покупать продукты, подлежащие десятине, у ат поскольку те выполняли закон о десятине неохотно, и нельзя было быть уверенным, что с этих продуктов десятина уплачена (МгёЬдаЬ. Бета1 2:3).

Важное место в вероучении фарисеев, как и остальных иудейских религиозных групп, занимали религиозно-политические представления о приходе Мессии и восстановлении царства Давида. В рассматриваемый период в иудейском обществе происходит всплеск апокалиптических настроений. Длительное иноземное владычество (персидское, сирийское, римское) воспринималось как временное явление. Обострение кризисных социальных явлений II в. до н. э. - I в. н. э. вызвало появление целого спектра апокалиптической литературы, повествующей

о грядущем приходе Мессии, освобождении от власти язычников и наступлении царства Божия. В XIX в. считалось, что эти т. н. апокалипсисы исходили из фарисейской среды и, соответственно, отражали идеологию фарисейского движения. Но в середине XX в., после открытия Кумранских свитков, этот тезис был подвергнут критике, и фарисейская атрибуция апокалипсисов была снята. Тем не менее, фарисеи разделяли мессианские ожидания национального избавления Израиля (МЪЬпаЬ. ЗапИесЫп 10:1), признавая авторитет пророческих писаний, содержащих указания о приходе и воцарении сына Давидова. Иосиф Флавий в своих книгах умалчивает о мессианских ожиданиях иудеев, поскольку они явились одной из причин восстания против Рима. Однако он отмечает, что фарисеи верили в воскресение мёртвых (Иудейская война II, 8, 14; Иудейские древности XVIII, 1, 3). В Деяниях Апостолов говорится о том, что фарисеи верили в ангелов и воскресение (Деян. 23:8). Согласно иудейской картине

мира, явление ангелов и воскресение мёртвых - это признаки мессианской эры. Вера в воскресение, а, следовательно, и вопрос о Мессии являлись предметом ожесточённых споров между фарисеями и саддукеями, которые отрицали воскресение.

На наш взгляд, мессианские ожидания фарисеев и представление о себе как «царстве священников» связаны с их ревностью к исполнению заповедей и законодательной активностью. Логика библейского Завета такова, что следование закону, верность Завету ведёт к осуществлению Божьих «обетований» (Быт. 17:6-9), которые реализуются в мессианское время. Нарушение закона задерживает приход Мессии, а исполнение заповедей приближает приход Мессии. Здесь существует прямая связь, которая осознаётся в более поздний раввинистический период: «...если Израиль сможет соблюдать заповеди о субботе две субботы, они будут немедленно спасены» (В. 8ЬаЬЬа1Ь 108Ь). На наш взгляд, смысл фарисейского движения до 70 г. н. э. состоял не столько в традиционализме, сколько в активном приближении прихода Мессии путём исполнения заповедей.

Влияние партии фарисеев на общественно-политическую жизнь Палестины менялось в разные исторические периоды. Иосиф Флавий показывает фарисеев I в. до н. э. активно вовлеченными в политику, находящимися в оппозиции к Хасмонейской династии и к Ироду Великому, пытающимися влиять на социальную жизнь и распространить своё понимание закона на всё общество. В период, следующий за правлением Ирода, фарисеи почти не упоминаются Флавием. Новый Завет показывает фарисеев первой трети I в. н. э. не проявляющими политической активности и целиком погружёнными в решение ритуальных вопросов. Эти данные находят параллели и в раввини-стических источниках, что позволяет исследователям сделать вывод о том, что примерно на рубеже нашей эры, во времена Гиллеля и Шаммая, деятельность фарисеев постепенно смещается из социально-политической в религиозно-ритуальную сферу11.

После подавления иудейского антиримско-го восстания (66-73 гг.) имперская власть оказала поддержку фарисеям, поскольку во время войны они в основном занимали нейтральную позицию. После разгрома Иерусалима в небольшом городке Явна была организована фарисейская «академия», а с 80-х гг патри-

архат фарисеев стал органом самоуправления евреев Палестины. В результате войны остальные религиозно-политические группы были разгромлены или утратили своё значение, и фарисеи являлись единственной силой, способной организовать управление. Таким образом, фарисеи приобрели власть и влияние на общество.

Фарисеи постепенно преобразовали жизнь иудейской общины в соответствии со своими законами, и эта реформаторская деятельность положила начало становлению раввинисти-ческого иудаизма. На основании устного предания они решали проблему соблюдения закона в качественно новых условиях, когда отсутствие Храма, храмовых служб, искупительных жертвоприношений делало большую часть заповедей Торы неисполнимыми. Устное предание фарисеев постепенно разрастается в огромный массив предписаний, которые впоследствии составляют Талмуд. Преемниками фарисеев в этой деятельности явились законоучители-таннаи.

Таким образом, фарисеи представляли собой одно из многих течений в иудаизме эпохи Второго Храма, стремившееся в своём благочестии воплотить идею святого народа и приблизить приход Мессии Значение фарисейской партии в истории определяется тем, что после 70 г. н. э. её принципы легли в основу^ формирования раввинистического иудаизма.

Фарисейское движение так и осталось бы фактом локальной иудейской истории, о котором сохранились лишь скупые данные источников, но благодаря новозаветным текстам фарисейство вошло в мировую культуру как символ определённого типа религиозного сознания.

Чтобы понять, какой смысл в Евангелиях имеет образ фарисеев, необходимо рассмотреть проблему взаимоотношений Иисуса Христа и фарисеев. Несмотря на определённые нюансы и различия в изображении фарисеев в Евангелиях, в основном фарисеи представлены, как сила, противящаяся и противостоящая Христу. Это противостояние разворачивается как часть космической битвы, которую ведёт Христос с силами зла во главе с дьяволом, «князем мира сего». Вместе с тем, эта теологическая концепция не умаляет значения содержащихся в Евангелиях исторических данных о партии фарисеев и их взаимоотношениях с основателем христианства.

Эти взаимоотношения далеки от однозначности и прямолинейной интерпретации. Когда Иисус начал свою проповедь, он вёл жизнь учителя, равви, между ним и фарисейскими учителями исследователи отмечают много общих моментов - как и фарисейские учителя, Иисус имеет круг учеников, толкует галахические вопросы, использует принятые для своего времени приёмы построения аргументов и правила мидраша. Содержание учения Иисуса обнаруживает многочисленные параллели в учении других раввинов, и, что важно отметить, между ними не возникали принципиальные вероучительные разногласия. В своей деятельности Иисус соприкасался с фарисеями и законоучителями. Они приходили послушать его и дискутировали с ним, приезжали для этого в Галилею из Иудеи и Иерусалима. Они приглашали Иисуса в свои дома, в круг фарисейского братства (ивр. ИаЬнга), и разделяли с ним трапезу (Лк. 11:37). Когда для Иисуса возникла опасность ареста, санкционированного тетрархом Иродом (который увидел в нём претендента на царскую власть), фарисеи предупредили Иисуса об этом (Лк. 13:31). Между Иисусом и фарисеями обнаруживается много общего, особенно в сравнении с другими иудейскими течениями того времени. Саддукеи не разделяли веру в приход Мессии и «будущий мир» (ивр. о1ат Иа-Ьа), и именно они явились инициаторами казни Иисуса Христа. Другое значительное иудейское течение - ессеи - совсем не упоминается в Евангелиях. Это даёт основание ряду исследователей даже предполагать принадлежность Иисуса к фарисейской партии, хотя эти теории и не получили широкого признания в науке12.

Расхождение с фарисеями возникло относительно «предания отцов», которому Иисус не следовал. Фарисеи обвинили Иисуса и его учеников в нарушении заповедей. Прежде всего, речь шла о нарушении субботы (Иисус исцелял в субботу, а ученики срывали в субботу колосья и растирали их, что интерпретировалось фарисеями, как работа, запрещённое в субботу приготовление пищи). Иисус также преступал фарисейские правила о сохранении ритуальной чистоты - не совершал предписанного фарисеям омовения перед едой и разделял трапезу с ритуально нечистыми слоями населения, «мытарями и грешниками». Кроме того, Иисус обращался к низшим и несведущим в законе слоям

общества, допускал женщин в число своих последователей, что явно шло вразрез с фарисейскими принципами, и, вероятно, вызывало у фарисеев раздражение. Это всё было значимо для фарисеев, но, по всей видимости, глубинной причиной неприятия Иисуса со стороны фарисеев было мессианское самосознание Иисуса. Он учил, не опираясь на «предание отцов» и ставя свою власть выше авторитета Торы13. В конце концов, Христа обвиняют в богохульстве и в использовании магии для исцеления больных (в том, что он пользуется силой Вельзевула для исцеления бесноватых) (Мф 9:32).

В свою очередь Иисус подверг критике фарисейское движение. Эта критика находится в русле пророческой традиции, которая отвергала сотсриологичсскую значимость храмовых жертв и обличала забвение главных нравственных принципов закона: «Пойдите, научитесь, что значит: "Милости хочу, а не жертвы’’» (Мф 9:13). Иисус критикует фарисеев и законоучителей за то, что «человеческие предания» вытеснили для них «заповедь Божию» (Мк 7:8); что скрупулёзно выделяют десятину с пряных трав, но обходят «главное в законе - правосудие, милосердие и верность» (Мф 23:23); тщательно избегают ритуальной нечистоты, но не заботятся о нравственной чистоте (Мф 23:24-27). Согласно Евангелиям, фарисеям присущи такие отрицательные качества, как тщеславие, стремление к популярности, (Мф 23:5-7), лицемерие, показная праведность (Мф 23:27-28), презрительное отношение к простым людям, не разбиравшимся в тонкостях закона (Ин 7:49, Лк 18:9-14). «Лицемеры» - одно из самых частых наименований фарисеев в новозаветных текстах.

Критика фарисейства достигает кульминации в пространной обличительной речи Иисуса (Мф 23), обращённой к народу, «горе», провозглашённом книжникам и фарисеям, «воссевшим на Моисеевом седалище». Согласно Евангелию от Матфея речь была произнесена в иерусалимском Храме в последнюю неделю служения Иисуса, за день до его ареста и казни. Иисус в этой речи воспроизводит модель поведения древних еврейских пророков, страстно обличавших духовные недуги современников. Иисус обвинил фарисеев в том, что они «затворили перед народом царство небесное» (Мф 23:13), что из-за их грехов Иерусалим лишится покро-

вительства Бога (Мф 23:37-38), а иерусалимский Храм будет разрушен (Мф 24:1-2).

При том, что фарисеи в Евангелиях являются объектом критики, из всех иудейских религиозно-политических течений они представлены как наиболее близкое к Иисусу направление. Иисус, обращаясь к народу, говорит о фарисеях: «...итак всё, что они скажут вам, исполняйте и храните, по делам же их не поступайте: ибо говорят они и не делают» (Мф 23:3). Таким образом, учение фарисеев не ставится под сомнение, но критикуются социальные практики этого движения.

В Новом Завете фарисейство предстаёт не просто как партия внутри Израиля, но как определённый тип религиозного сознания, который может быть присущ не только фарисеям, но и ученикам Христа (Лк 12:1). Фарисеи, как они изображены в Евангелиях, видят праведность в скрупулёзном следовании предписаниям религиозного закона, но при этом они забывают нравственные принципы Торы, «главное в законе» (Мф 23:23), призванные воплощаться в конкретных законодательных нормах. Согласно евангельской оценке, фарисейская праведность носит внешний и лицемерный характер, порождает представление о собственной исключительности и превосходстве, приводит к духовной слепоте (Мф 23:16-22) и отвержению Мессии.

Эта евангельская оценка легла в основу понимания фарисейства, которое вошло в христианскую традицию. Отцы христианской церкви относят критику книжников и фарисеев к себе, к христианам, к руководителям церкви14. «Фарисейство» понимается ими не как ложное учение или ересь, а как «своё», внутреннее явление, которое состоит в искажённом развитии истинного пути. Это понятие, с помощью которого осуществляется внутренняя критика, фиксируется уклонение от евангельского учения. Фарисейством называют показную добродетель, уверенность в собственной праведности, превозношение, властолюбие и карьеризм духовенства и прочие несоответствия евангельским этическим нормам, скрываемые за внешним благополучием и тщательным соблюдением ритуалов.

В Новое время христианство постепенно сдвигается на периферию общественной жизни Европы, его место занимают различ-

ные социально-политические идеологии и учения. Конфликт Христа и фарисеев начинает осмысляться в либеральном или социалистическом ключе. При этом понятие «фарисейства» политизируется и утрачивает свой религиозный контекст. Оно начинает употребляться для критики духовной и политической элиты, препятствующей социальному прогрессу. К примеру, в сборнике «У великой могилы», посвящённом кончине В. И. Ленина, «книжниками и фарисеями» названа русская интеллигенция15.

Подведём итог. Исторически фарисеи являлись одним из иудейских течений эпохи Второго Храма, которое отличалось своим благочестием и сыграло значительную роль в формировании раввинистического иудаизма. В Евангелиях фарисеи представлены противниками Иисуса Христа, которые обличаются в забвении нравственной сути Торы. Фарисейство осмысляется как символ лицемерной праведности, как тип религиозного сознания, и именно в таком значении это понятие входит в христианскую традицию. В Новое время понятие фарисейства становится частью политического лексикона, характеризуя элиту, которая провозглашает высокие идеалы и принципы, но сама этим идеалам следует лишь на словах. Конфликт Христа и фарисеев становится парадигмой, с помощью которой в европейской культурной традиции происходит осмысление событий политической и духовной истории.

Примечания

1 Толковый словарь русского языка. М. : ЛадКом, 2010.

2 Обзор научных дискуссий, посвящённых фарисеям см.: Mason, S. Current Scholarship on the Pharisees.

3 См. библиографический список к статье «Второго Храма период»: Мень, А. Библиологический словарь. СПб. : Фонд Александра Меня, 2007.

4 Каценельсон, Л. Фарисеи и саддукеи // Еврейская энциклопедия. СПб. : Изд-во Брокгауза Ф. А. и Ефрона И. А., 1908; Пигулевская, Н. А. Из истории социальных и религиозных движений в римскую эпоху // Пигулевская, Н. А. Ближний Восток. Византия. Славяне. Л. : Наука, 1976.

5 Grabbe, L. Judaic Religion in the Second Temple period. L. : Routledge, 2000. P. 185-199.

6 Chilton, B. Judaism in the New Testament / B. Chilton, J. Neusner. L. : N. Y. : Routledge, 2006. P. 1-17.

7Hengel,M. Judaism andHellenism. Philadelphia : Fortress Press, 1974.

8 Saldanni, A. J. Pharisees, Scribes, and Sadducees in Palestinian Society. A Sociological Approach. Wilmington : Michael Glazier Press, 1988. P. 37-38.

9 In Quest of the Historical Pharisees / ed. by J. Neusner, B. D. Chilton. Waco : Baylor Univ. Press, 2007. P. 313.

10 Neusner, J. The Idea of Purity in Ancient Judaism. Leiden : Brill, 1973. P. 65.

11 Neusner, J. From Politics to Piety : The Emergence of Pharisaic Judaism N. Y. : Ktav Pub. House, 1979.

12 Finkel, A. The Pharisees and the Teacher of Nazareth. Leiden : Brill, 1974; Makkoby, H. Jesus the Pharisee. L. : SCM Press, 2003.

13 Ньюснер, Дж. Рабби беседует с Иисусом. М.

: Мосты культуры/Гешарим, 2006. С. 86-91.

14 Максим Исповедник. Творения. Кн. 1. Аскетические и богословские трактаты. М. : Мартис, 1993. С. 89.

15 У великой могилы. М.: Крас. Звезда, 1924.