МОДЕРНИЗАЦИЯ ЗЕЛЕНЫХ РАБОЧИХ МЕСТ И ПРОБЛЕМЫ ПРОФЕССИОНАЛИЗАЦИИ В СЕКТОРЕ ВОЗОБНОВЛЯЕМЫХ ИСТОЧНИКОВ ЭНЕРГИИ В МИРЕ И В РОССИИ

Модернизация зеленых рабочих мест и проблемы профессионализации в секторе возобновляемых источников энергии в мире и в России

Ермолаева Юлия Вячеславовна,

научный сотрудник, Федеральный научно-исследовательский социологический центр российской академии наук E-mail: mistelfrayard@mail.ru

Данная статья посвящена аналитике и обзорам тенденции развития рынка зеленых рабочих мест согласно мировым отчетам групп IRENA, МГЭИК и МЭА. В своих прогнозах они ожидают, что в секторе ВИЭ появится 42 млн рабочих мест к 2050 году, лидирующими останутся солнечная и ветровая и био-энерге-тика. Главная проблема, с которой придется столкнуться при формировании рынка рабочих мест - неравное распределение рабочих мест в секторах ВИЭ и в углеродном секторе, а также временные, пространственные несоответствия: наличия неудовлетворенного спроса на навыки и знания и существующим уровнем компетенций. В отличие от России, за исключением российской гидроэнергетики, во многих регионах мира существуют программы развития зеленых рабочих мест, включающие переквалификацию, внедрение ВИЭ в промышленные циклы, создание новых цепочек экономических коммуникаций и льготы для устойчивых рабочих мест. До 2035 г. в России предполагается ввести до 105 тыс. рабочих мест на основе ВИЭ, при этом наряду стандартных экономических драйверов ВИЭ превалирует экономический драйвер, ориентированный на будущие разработки в области энергосбережения и энергоэффективности, геополитику, развитие зеленой энергетике в городских сетях.

Ключевые слова: возобновляемые источники энергии, ВИЭ, зеленые рабочие места, зеленые профессии, декарбонизация, зеленая экономика, экосоциология, экологическая модернизация, энергия ветра, энергия солнца, биоэнергетика, энергоэффективность.

LO S Ое

см о см

03

Один из основных вызовов для мировой энергетики - значительный рост энергопотребления в мире, обусловленный ростом промышленности и населения. Мировой спрос на энергоресурсы может повыситься на 40% к 2050 г. Первой по потреблению электроэнергии и энергоресурсов остается промышленность, на втором месте- транспортный сектор, а на третьем - коммерческие и жилые здания[1]. Более медленный рост применения ВИЭ наблюдается в секторе отопления, охлаждения и транспорта - главных виновников выбросов, однако эти сектора должны так же быть рассматриваемыми с точки зрения применения ВИЭ в стратегиях декарбонизации[2].

Лидерами по производству, вводу мощностей ВИЭ и инвестированию в новые энерготехнологии на протяжении последних трех лет являются Китай, США, Бразилия, Индия, Германия. Россия занимает в рейтингах 59 место благодаря ГЭС в мировых рейтингах 2019 г[3].

По последним оценкам, в 2018 году около 11 млн человек были заняты во всем мире в секторе ВИЭ, по сравнению с 7,3 млн в 2012 г[4]. .Самый быстрый рост произошел в солнечной фотоэлектрической (PV) промышленности, в котором сейчас работает более 3,6 млн человек, опережая биоэнергетику, гидроэнергетику и ветроэнергетику. Увеличение доли ВИЭ в мировом энергобалансе способствует росту числа рабочих мест. Сегодня ВИЭ составляет половину всех добавленных мощностей в мировом энергетическом секторе с 2011 г. и их доля в общей выработке электроэнергии стабильно увеличивалась и продолжит увеличиваться с 24% сегодня до 86% в 2050 году. Общая мощность ВИЭ в 2018 превысило 2 300 ги-гаватт (ГВт) во всем мире. Помимо энергетического сектора растет количество используемых электробусов и электронных автомобилей, развиваются технологии хранения энергии (аккумуляторы). Климатические цели потребуют реструктуризации энергосистемы в гораздо больших масштабах во главе с комбинацией ВИЭ технологий, повышения энергоэффективности, повышения гибкости и модернизации энергосетей.

IRENA в своих прогнозах ожидает, что в секторе ВИЭ появится 42 млн рабочих мест к 2050 году (см. табл. 1 и 2). Солнечная энергетика останется лидирующей (19 млн раб. мест), а также биоэнергетика (14 млн раб. мест) и энергия ветра (6 млн раб. мест). В гидроэнергетике ожидается умеренный рост на 7% по сравнению с текущими планами, где сейчас занято до 3 миллионов человек. В секторе геотермальной ожидается рост раб.

мест на 60% к 2050 году. Около 8,2 млн и 0,3 млн рабочих мест на ископаемом топливе и атомных электростанциях, соответственно, отойдут на второй план. Количество рабочих мест в сфере энергоэффективности увеличится на 21% и достигнет 21 миллиона [5]. В целом в 2050 г. значительный рост рабочих мест в некоторых регионах мира контрастирует с отрицательным или нулевым приростом более чем в половине регионов. Эти результаты зависят от взаимодействия между различными экономическими драйверами, направляющих каждую группу стран, и они в значительной степени зависят от сектора ископаемого топлива, институциональной и промышленной структуры, текущей социально-экономической ситуации. В то время как наблюдаются общие положительные глобальные изменения, в разных регионах мира прогнозы контрастны, поэтому IRENA внедрила интегрированный макроэконометрический подход. Социально-экономическая трансформация трудового рынка энергетики отслеживается в относительных единицах по сравнению с текущими планами с акцентом на дифференциальную производительность, которая ориентируется не только на высокие числовые значения абсолютного показатели эффективности (ВВП, общее число рабочих мест, благосостояние населения, уро-

вень зарплат). В каждый момент времени индикатор рабочих мест оценивается агентством в прогнозах как:

Energy transformation jobs -

. . . ,. , Current Plans Jobs

Jobs indicator =-

Jobs under current Plans

Таблица 1. Энергетические трансформации в 2050 году в секторе ВИЭ

Рабочие места (в млн.) Приращение в% от текущих планов

ВИЭ всего 41.9 64%

СЭС 18.7 63%

Биоэнергия 14.1 101%

ВЭС 6.1 39%

Энергосектор 99.8 14%

ВИЭ всего 41.9 64%

Энергоэффективность 21.3 21%

Энергосистемы и сети GRID 14.5 8%

Энергия на ископаемом топливе 21.7 -27%

Атомная энергия 0.4 -42%

Таблица 2. Зеленые Рабочие места в разных регионах мира

Африка (кроме Юж. Африки и ОПЕК) Китай OPEC19 Саудовская Аравия, Saudi Иран, Ирак, Кувейт, Катар, ОАЭ Южная Европа, Греция, Испания, Италия Португалия, Словения, Хорватия, Македония, Кипр EC США Лат. Америка

Тыс. рабочих мест в 2050 г.

Всего ВИЭ 1563 13 823 816 646 2700 3000 3200

СЭС 426 8 677 365 236 Не уточняется

Биоэнергетика 1052 769 139 245

ВЭС 48 3 711 236 97

Энергосектор 3822 31 382 3 317 1473

Энергоэффективность 729 7 910 1059 450

Энергосистемы и сети GRID 402 5147 433 209

Энергия на ископаемом топливе 1128 4 341 975 162

Атомная энергия 0 161 35 4

Предположительно, сектор рабочих мест в ВИЭ в Азии вырастет на 60% рабочих мест в мировом энергетическом секторе к 2050 году (в отчетах агентства Азия представлена только Китаем), в США и Лат. Америке на 13% и в Европе на 12%. К 2050 ВИЭ составляют около 45% от всего энергетического сектора, представленного Китаем и Америкой, и 36% его европейской частью. Энергоэффективные технологии смогут создать до 34% рабочих мест в Америке, 22% в Европе и 19% в Азии. К 2050 году, в рам-

ках энергетического перехода, ископаемое топливо все еще будет составлять 26% рабочих мест в энергетическом секторе Европы, 19% в Азии и 11% в США(рис.1). Количество рабочих мест только в солнечной энергетике США превысило соответствующие показатели угольной, нефтяной и газовой индустрий. В отрасли ВИЭ КНР занято больше сотрудников, чем в нефтегазовом секторе. На одно рабочее место в секторе ВИЭ создается 0,3-1,7 рабочих мест в смежных отраслях. В целом, процессы экомодернизации и трансфор-

мации энергетического сектора смогут создать на 16 миллионов рабочих мест больше, чем в те-

кущих планах ВИЭ в энергетических повестках МЭИ и МГЭИК.

Ое

см <о

Рис. 1. Распределение зеленых рабочих мест в регионах мира в разных секторах ВИЭ

Что касается ЕС, то здесь насчитывается 1,5 млн рабочих мест. В 2018 году в секторе ВИЭ почти четверть всех рабочих мест приходится на ВЭС и биогаз, в т.ч. жидкое биотопливо, тепловые насосы, фотоэлектрическую энергетику и гидроэнергетику. Более половины рабочих мест из Германии, Испании, Франции, Великобритании и Италии; по количеству рабочих мест в возобновляемых источниках энергии на душу населения лидируют в Европе Латвия, Эстония, Дания и Финляндия. Ожидалось, что в ЕС переход к зеленой среде создаст 1,2 миллиона дополнительных рабочих мест до вспышки COVID-19.

В энергетической отрасли, как правило, преобладают мужчины, женщины составляют 32% рабочей силы во всем мире в секторе ВИЭ, что отличает гендерный состав от углеродного сектора, где всего 22% женщин[6]. В ЕС представительство женщин во всех сферах экономической деятельности составляет 46%, и только 25% в сфере «электроснабжения, газа, пара и кондиционирования воздуха» и даже ниже в отраслях добычи ископаемого топлива и строительстве зданий[7].

Драйверы. Чтобы понять, что движет социально-экономическими трендами в секторе ВИЭ, нужно проанализировать экономические драйверы, т.е. структурные стимулы для роста инвестиций -социально-экономические изменения, государственную политику, энергетические приоритеты

и конъюнктурными стимулами (финансовое состояние отрасли, ее рост, доступность финансовых ресурсов)[8].

Основные драйверы в энергетическом секторе и подсекторе ВИЭ определяются инвестициями торговли, индуцированными в том числе и косвенными эффектами, общими для формирования ВВП и трудового рынка. Любые изменения в структуре энергетических инвестиций (в ВИЭ, энергоэффективность, энергетическую гибкость, энергосети и т.д.), а так же зависимость от ископаемого топлива и ядерной энергетики отразится на рынке труда и могут повлиять на рынок ВИЭ и рынок зеленых рабочих мест. Торговля энергетическим сырьем, продуктами и услугами, цепочками поставок влияют на налогово-бюджетную политику, перераспределение расходов, что влечет за собой изменения в потребительских расходах и при рециркуляции доходов может влиять на правительственный бюджет, в том числе и на рынок труда. Более высокий рост рабочих мест в сфере ВИЭ, чем в энергетике в целом является следствием того, что рабочие места теряются за счет перераспределения из сектора традиционной энергетики. Более низкий прирост рабочих мест в экономике по сравнению с теми, кто работает в энергетическом секторе, указывает на потерю рабочих мест в других секторах экономики за пределами энергетики.

До 2050 IRENA прогнозирует несколько изменений. Драйвер потребительских расходов доминирует во влиянии на глобальную занятость. Фискальная политика и связанная с этим рециркуляция доходов может привести к снижению налога на прибыль, увеличения располагаемых доходов и, в конечном итоге, более высоких потребительских расходов. В то же время торговый драйвер негативно влияет на показатель следа занятости в секторе ВИЭ, пока сохраняется торговля ископаемым топливом, но после 2035 г. грядут изменения в неэнергетической торговле - секторе услуг, энергоэффективности, электрификации. Глобальные черты сложены из локальных паззлов, складывающихся из инвестиционных профилей стран, и главная проблема с которой придется столкнуться при формировании рынка рабочих мест -неравное распределение рабочих мест в секторах ВИЭ и в углеродном секторе, где для безболезненного перехода к ВИЭ необходимо разрабатывать политику справедливого перехода. В отчете упоминаются уникальные черты рынков в разных регионах мира.

Китай важен как ключевой инновационный энергетический макро-регион в Азии. В прогнозе IRENA добыча ископаемого топлива в Китае имеет все более негативные экологические последствия, усиливая позиции ВИЭ, и ожидается значительное сокращение рабочих мест в угольной промышленности. Прослеживается тенденция вытеснения инвестиций ВИЭ с частного рынка, но в то же время государственные инвестиции должны сыграть важную роль в поддержке этих секторов и их социальной функции, в этом случае инвестиции в ВИЭ в энергетическом секторе дают положительные дивиденды. Инвестиции в энергоэффективность обеспечивают положительное влияние на сектор ВИЭ и трудовой рынок, достигающее пика примерно в 2023 году, затем выходит на плато с 2035 года.

ОПЕК и Ближний Восток. Инвестиционный драйвер в секторе ВИЭ направлен положительно-возрастающей динамикой, особенно после 2030 года. Инвестиции в энергоэффективность обеспечивают положительный вклад в создание рабочих мест на период прогноза, инвестиции в рынок ископаемого топливо имеют негативный, но небольшой эффект на протяжении всего прогнозного периода для ВИЭ; он первоначально отменяет положительное влияние инвестиций в ВИЭ, но в процессе смена политике перехода на ВИЭ набирает обороты.

ЕС и Южная Европа. Несмотря на постоянно растущую долю ВИЭ с 2011 года наблюдается тенденция к снижению количества рабочих мест, которые в последующие годы отметились стагнацией. Факторы, лежащие в основе этого развития, включают последствия финансового кризиса 2008 года, перенос некоторых производственных мощностей ВИЭ за пределы Европы и изменения в схемах субсидирования возобновляемых источников энергии в ЕС.В Южной Европе рабочие ме-

ста возрастают в цене при переходе к ВИЭ и улучшения показателей энергоэффективных технологий, инвестиционные драйверы укрепляются за счет инвестиций в энергоэффективные технологии ВИЭ, сокращения выработки электроэнергии на ископаемом топливе; необходим соответствующий социально-экономический контекст для продвижения экологизации трудовой политики. Политика, направленная на совместное использование выгод от налогообложения углерода может способствовать справедливому переходу за счет использования международного финансирования для поддержки экономик, испытывающих негативные последствия изменения климата.

Главная проблема в грядущих энергетических трансформациях- расхождения или десинхрони-зации (inconsistency), а именно: временные десин-хронизации: потеря и рост рабочих мест, скорее всего, будут происходить в разных временные отрезки, а не происходить параллельно. В регионах мира могут наблюдаться пространственные де-синхронизации: новые рабочие места могут быть созданы в разных секторах и странах, развивающиеся отрасли могут в большей степени ориентироваться на ископаемое сырье или другие сектора, нежели на ВИЭ. И последнее, это десинхрони-зации в образовании и навыках: спрос на навыки не обязательно совпадает с профилями и профессиональными компетенциями развивающихся отраслей, но постепенно технологические запросы распределяться на рынке занятости в правильной пропорции и повыситься уровень образования в ответ на инновационные требования. Для создания нового рынка необходимы экономические инструменты, связанные с интеграцией и укреплением сектора ВИЭ - квоты и обязательства, строительные нормы и правила, ценообразование (тарифы и аукционы), сертификаты, инструменты, способствующие самопотреблению (например, нетто-выставление счетов и чистые измерения) и другие меры, которые помочь создать рынки для различных типов ВИЭ; а также инвестиционные кредиты, субсидии и гранты для ускорения освоения ВИЭ. Политика может проводиться на национальном уровне/уровне штата/ провинции/государственном уровне. Однако все больше привлекаются муниципальные власти, которые напрямую владеют местными энергокомпаниями и наиболее близки к созданию рабочих мест на местах.

Политика интеграции способствуют использованию возобновляемых источников энергии и включает в себя следующее: • Национальную инфраструктурную политику, определяющую планирование энергетического перехода в рамках более широкого процесса создания энергетической инфраструктуры, где ВИЭ служат основной стратегией ее расширения (например, сети передачи и распределения энергии; зарядные станции для электромоби-лейф; городские сети централизованного теплоснабжения и охлаждения и т.д.).

сз о

со £

m Р

сг

от А

=Е

• Политику объединения секторов, которые соединяют строительную отрасль (здания), транспорт и отрасли промышленности с производством электроэнергии за счет электрификации со спросом на ВИЭ

• НИОКР в межотраслевой интеграции

В рамках новой версии нужно проработать ряд политик, в которую включено несколько подпунктов, рассмотрим их ниже. Промышленная политика:

• разработка стратегии исследований, ориентированных на ВИЭ, способствование развитию ассоциированных институтов для обеспечения восприятия общественностью и частным сектором сектора ВИЭ в будущем;

• создание технических мощностей и технологий ВИЭ, а также технологий энергоэффективности за счет тщательно продуманных экономических стимулов;

• стимулирование введения ВИЭ с местными фирмами, создание цепочки и сети партнерств Рынок труда и политика социальной защиты

ориентируется на прогнозирование потребностей в навыках - основной предпосылки для создания эффективного рынка рабочих мест. Для этого нужно реализовать следующие стратегии: поиск работы с квалифицированными кандидатами; содействие благополучию сотрудников; содействие обучению на рабочем месте и вне его; организовать системы социальной защиты занятости, а также меры по обеспечению мобильности рабочей силы, например, гранты на переезд. Кроме того, для работников, уволенных в переходный период, важна стабильность доходов, работодателя необходимо стимулировать создать программы для обучения и переобучения, а также гибкие долгосрочные трудовые договоры, страхование по безработице

Политика в области образования и повышения квалификации может помочь в создании технологического обучения и инноваций в энергетическом секторе и в экономике в целом. Новые навыки и образование должны быть представлены как часть программ на получение степени в вузах, а также в виде краткосрочных и дополнительных аттестационных курсов, которые помогают существующим работникам получить дополнительные навыки. Специализированные учебные курсы могут предлагаться в сотрудничестве с университетами или соответствующими исследовательскими лабораториями. Также работодатели могут применить систему STEM-образования на местах: развитие ВИЭ увеличивает занятость непосредственно в «домашних» регионах, где расположены объекты, что будет преимуществом в сравнении с нефтегазовым сектором.

Россия. В России к 2035 г. ожидается рост производства и потребления первичных энергетиче-= ских ресурсов на 27-28% по сравнению с 2010 г. е Потенциал ВИЭ огромен, но реализован мало. £ Из общего объёма поставки страной энергоре-° сурсов на 2012 год лишь 4% составляла энергия 1 из ВИЭ, две трети от которой приходилось на ги-

дроэнергетику. Между тем экономический потенциал ВИЭ составляет 270 миллионов тонн условного топлива в год. Из них 115 млн т у.т./год составляет геотермальная энергия, 65,2 млн т у.т./ год - малые гидроустановки, 35 млн т у.т./год -биомасса, 12,5 млн т у.т./год - солнечная энергия, 10 млн т у.т./год - энергия ветра и 36 млн т у.т./ год - низкопотенциальное тепло[9]. Среди причин, замедляющих развитие ВИЭ в стране, сказывается наличие больших запасов органического топлива и созданная для них инфраструктура, отсутствие стимулирования отрасли на государственном уровне.

Однако, есть программы возобновляемой энергетики, которые уже активно реализуются. В 2019 г. принята программа развития солнечной и ветроэнергетики до 2024 г. «Пять гигаватт». Запланировано, что к 2024 г. выработка электроэнергии на СЭС и ВЭС станциях составит около 1% от общего объема производства. Коммерчески целесообразным является размещение геотермальных установок в Западной Сибири, а для ВЭС перспективны побережья морей, острова Северного Ледовитого океана. Согласно энергетической программе энергобаланс должен изменяться со временим и поэтапно: с незначительным сокращением использования угля и нефти с 31 до 27% нефти, с 28 до 25% угля, с минимальным увеличением использованием природного газа, повышением технологий энергоэффективности, а так же ужесточением экологических требований. В отличие от остальных регионов мира, Россия не отказывается от экспортно-сырьевой модели, и основной упор делает на технологиях энергосбережения и энергоэффективности. Рост ВИЭ ожидается незначительным по масштабам страны, доля гидроэнергии, по прогнозам, вырастет с 2 до 3%, биоэнергии - с 10 до 11%, других ВИЭ - с 1 до 4%[10]. Повышение доли ВИЭ и других низкоуглеродных источников энергии в энергобалансе страны позволит снизить углеродоемкость экономики и уровень выбросов парниковых газов в ат-мосферу[11].

Таблица 3. Мощности ЕЭС России в процентном соотношении

Теплоэлектростанции 67%

Гидроэлектростанции 20%

Атомные электростанции 12%

Солнечные электростанции 0,55%

Ветроэлектростанции 0,07%

В первом квартале 2020 года высокие темпы ввода новой генерации в эксплуатацию сохранились, реализованы проекты совокупной мощностью 362 МВт (278 МВт- ВЭС, 84 МВт - СЭС). На конец первого квартала 2020 года введено 1,5 ГВт новых энергомощностей на основе ВИЭ, в том числе 1 188 МВт СЭС и 364 МВт ВЭС оптовых электростанций. С 2017 года мощности солнечных (300

МВт) и ветровых (90 МВт) электростанций, распо- НП «Совет рынка» оценил рабочие места в РФ ложенных на территории Республики Крым, также на 1 МВт вырабатываемой энергии, где существу-присоединены в энергосистеме России[12]. ет прямые и косвенные рабочие места (табл. 4).

Таблица 4. Оценка рабочих мест в секторе ВИЭ в РФ (по НП «Совет Рынка»)[13]

ПОКАЗАТЕЛЬ 2015 2016 2017 2018 2019 2020 ВСЕГО

Создание рабочих мест ветер 725 725 1450 2175 2175 2900 10150

Создание рабочих мест солнце 1274 1820 2275 2457 2457 2457 12740

Создание рабочих мест МГЭС 104 496 496 564 636 636 2932

Создание рабочих мест в смежных отраслях 8412 12164 16884 20784 21072 23972 103288

Численность занятых работников в отраслях ТЭК не превышает 2,5 млн человек, что составляет менее 4% от общей численности занятого населения России. Средняя зарплата для работника энергетической отрасли в среднем составляет: 30 тыс.р. за месяц. Позиции начального уровня начинаются с 15 тыс.р. в месяц, в то время как наиболее опытные работники зарабатывают от 6070 тыс. в месяц и до 100-200 тыс. рублей на самых ответственных должностях.

Профессия электроэнергетика является наиболее высокооплачиваемой в Новосибирской области. Уровень средней заработной платы составляет 82273 руб. Следом идут Пермский край и Московская область. Предполагается, что ВЭС оценивается в 2,9 человек на 1 Мвт производимой энергии, СЭС - 9, 1 человек на 1 Мвт, и МГЭС 1,6 человек на 1 Мвт. Смежные отрасли - 4 рабочих места на 1 место в сфере ВИЭ. Необходимо учитывать, что создание рабочих мест в отраслях ВИЭ произойдет вследствие перераспределения трудовых мест из отраслей традиционной углеводородной энергетики. Создание рабочих мест также позволит снизить расходы государственного бюджета на выплату пособий по безработице, будет способствовать перечислению страховых взносов в пенсионный, страховой и медицинские фонды, что косвенно поможет улучить качество жизни в регионах с активной позицией развития ВИЭ. Основные рабочие силы ВИЭ состредото-чены на ВИЭ. Численность работников Группы РусГидро по состоянию на 2019 составила 70 тыс. человек (включая объекты за рубежом [14].

В стадии проектирования находится несколько десятков ВЭС, «количество квалифицированных сотрудников в возобновляемой энергетике ежегодно увеличивается на 15-20%». При поддержке Фондом инфраструктурных и образовательных программ (ФИОП) Группы РОСНАНО программы по ВЭС И СЭС, «Корпорация развития Дальнего Востока» может быть создано 51,1 тысячи рабочих мест[15]. Изначально меры государственной поддержки были рассчитаны на период до 2020 года, но затем были продлены до 2035 года. Среди особенностей энергетических драйверов, которые могут направить создание косвенных зеленых рабочих мест в России, но которые пока нельзя прямо и косвенно оценить, можно вы-делить[16]:

1) Драйвер, ориентированный будущие разработки в области энергосбережения и энергоэффективности в традиционной энергетике с одной стороны, и стремление создать устойчивый вспомогательный рынок ВИЭ на розничном и оптовом рынке - с другой. На розничном рынке электроэнергии предусмотрен конкурентный отбор, по итогам которого инвестор получает право на строительство объектов ВИЭ любого вида с гарантированным возвратом вложений. На оптовом рынке электрической энергии, как и на розничном, предусмотрен конкурентный отбор проектов. Возводимые объекты ВИЭ должны использовать отечественное оборудование, для контроля установлена целевая степень локализации [17]. Меры развития ВИЭ, которые будут развивать государственные ведомства Минэнерго, Минэкономразвития, Минпромторг и Федеральная антимонопольная служба (ФАС) по продлению мер поддержки генерации, функционирующей на основе ВИЭ после 2024 года. Согласно презентации А. Чубайса, объем отечественного рынка солнечной генерации достигает в настоящее время 1,76 гигаватт (ГВт), в ветрогенерации - 3,28 ГВт, по переработке ТБО - 0,445 ГВт[18].

2) Геополитика, направленная на экспорт (энергетика как установление новых экономических связей как в традиционном секторе, так и в секторе ВИЭ)[19]

3) Сетевой драйвер ориентированный на эффективные направления в традиционной и возобновляемой энергетике объединяется с темой «умных» технологий и интеллектуальных сетей для развития городов. Городские территории, в которых уже сформирована энергетическая инфраструктура, не могут перейти на ВИЭ. Наиболее перспективные разработки и наибольшее влияние в энергетическом секторе, по упоминаниям на порталах, становятся имеют «Росатом», «Россети». «Росатом» развивает искусственный интеллект и иные цифровые решения в промышленности и сервисных приложениях, 3D-печать и производство новых материалов, включенных в эксплуатацию и системы развития умных и энергоэффективных городов. Обсуждается стратегия «копен-гагенизации», под которой подразумевается развитие альтернативных видов транспорта,

сз о со от гп Р от

от А ш

Q. в

OJ

со

а также поощрение властями «велосипедных перемещений по городу», сетей каршеринга, байкшеринга, сервисов совместных поездок, постуглеродного ресурсосберегающего города (post-carboncity), в котором городами будущего называются не наиболее инновационные, а те, что обладают наибольшим политическим, экономическим и культурным влиянием на мир. Экологическая стратегия низкоуглеродного города предполагает сокращение потребления энергоресурсов при производстве тепловой и электроэнергии, снижению выбросов, информирование населения об этих проблемах, а также стимулирование перехода на электромобили. Энергетические приоритеты отражаются и на развитии в сфере общественного транспорта, где приоритет отдается развитию видов транспорта, работающих на электроэнергии.

Заключение

По данным многочисленных экономико-статистических исследований, в возобновляемой энергетике создается больше рабочих мест на единицу инвестированного капитала, чем в традиционной тепловой энергетике и нефтегазовом секторе, и больше рабочих мест на единицу установленной мощности и производимой электроэнергии, чем в векторе генерации на основе углеводородов. Энергетический переход сопровождается активным государственным продвижением ВИЭ, хорошим уровнем инвестирования, обновленной фискальной политикой, отказом от ископаемого топлива. Рынок остается зависим от макроэкономической стабильности, торговли, инвестиции, спроса и предложение цепочки энергетических поставок, производственных мощности и текущего уровня занятости, стимулирования экономического роста, уровня энергетической безопасности, расширения доступ к энергии и смягчением последствий изменения климата, рабочие места в сфере ВИЭ растет за счет изменения экологической и образовательной политики, вместе с непосредственным спросом на новые технологические навыки.

Литература

1. OECD/IEA.Global EV Outlook, Paris, 2016.

2. IRENA. Transforming the energy system - and holding the line on rising global temperatures, IRENA, Abu Dhabi, 2019.

3. Ferroukhi, R., Casals X.G., Parajuli B. Measuring the socio-economics of transition: Focus on jobs, International Renewable Energy Agency, Abu Dhabi, 2020.

4. IRENA. Global Renewables Outlook, IRENA, Abu Dhabi, 2020.

5. IRENA. Global energy transformation: A roadmap to 2050, IRENA, Abu Dhabi, 2019.

6. IRENA. Renewable Energy: A GenderPerspective. IRENA, Abu Dhabi, 2019.

7. Czako, V., Employment in the Energy Sector, EUR30186 EN, Publications Office of the European Union, Luxembourg, 2020.

8. IRENA (2019d), Renewable capacity statistics. IRENA, Abu Dhabi, 2019.

9. Bushuyev Y., Makarov A., Mastepanov F., Shamrayev n. A New Energy Policy of Russia: Implementation Experience. World Energy Council, 2008.

10. ИНЭИ РАН, АЦ Прогноз развития энергетики мира и России. М.: Институт энергетических исследований РАН, Аналитический центр при Правительстве РФ, 2016.

11. IEA report Russian Federation. Country energy overview, 2019. Режим доступа: https://cnpp. iaea.org/countryprofiles/Russia/Russia.htm

12. Альтернативная энергетика: перспективы развития рынка, 2020. Режим доступа: https://delprof.ru/press-center/open-analytics/ alternativnaya-energetika-perspektivy-razvitiya-rynka-vie-v-rossii/

13. НП «Совет рынка» https://www.np-sr.ru/ru

14. Социальная и кадровая политика РФ, 2020. Режим доступа: https://ar2018.rushydro.ru/ru/our-performance/hr-social-policy/hr-policy#key-staff-characteristics

15. В свободном порту Владивосток запущено производство топлива, 2019. Режим доступа: http://erdc.ru/news/v-svobodnom-portu-vladivostok-zapushcheno-proizvodstvo-biotopliva/

16. Ermolaeva P., Ermolaeva Y., Basheva O. et al. The Russian Urban Sustainability Puzzle. How Can Russian Cities be Green? Emerald Publishing Limited. Bingley. 2021. 128 p.

17. Аналитика рынка ВИЭ: Тинькофф, 2020. Режим доступа: https://journal.tinkoff.ru/russia-green-energy/^ата обращения 14.06.2021)

18. The share of energy in Russian exports rose to 70% in January, 2020. Режим досту-па:

19. The energy strategy of Russia for the period until 2035

MODERNIZATION OF GREEN JOBS AND PROBLEMS OF PROFESSIONALIZATION IN THE RENEWABLE ENERGY SECTOR WORLDWIDE AND IN RUSSIA

Ermolaeva Yu.V.

Federal center of theoretical and applied sociology Of the Russian Academy of sciences

This article is devoted to analytics and reviews of the development trend of the green jobs market according to the global reports of the IRENA, IPCC and IEA groups. In their forecasts, they expect 42 million jobs to be created in the renewable energy sector by 2050, with solar, wind and bio-energy remaining leading. The main problem that will have to be faced in the formation of the job market is

the unequal distribution of jobs in the renewable energy and carbon sectors, as well as temporary, spatial inconsistencies: the presence of unmet demand for skills and knowledge and the existing level of competencies. In contrast to Russia, with the exception of Russian hydropower, many regions of the world have programs for the development of green jobs, including retraining, the introduction of renewable energy into industrial cycles, the creation of new chains of economic communications and incentives for sustainable jobs. By 2035, Russia is expected to introduce up to 105 thousand jobs based on renewable energy sources, while along with the standard economic drivers of renewable energy sources, an economic driver prevails, focused on future developments in the field of energy saving and energy efficiency, geopolitics, and the development of green energy in urban networks.

Keywords: renewable energy sources, RES, green jobs, green professions, decarbonization, green economy, ecosociology, ecological modernization, wind energy, solar energy, bioenergy, energy efficiency.

References

1. OECD / IEA. Global EV Outlook, Paris, 2016.

2. IRENA. Transforming the energy system - and holding the line on rising global temperatures, IRENA, Abu Dhabi, 2019.

3. Ferroukhi, R., Casals X.G., Parajuli B. Measuring the socio-economics of transition: Focus on jobs, International Renewable Energy Agency, Abu Dhabi, 2020.

4. IRENA. Global Renewables Outlook, IRENA, Abu Dhabi, 2020.

5. IRENA. Global energy transformation: A roadmap to 2050, IRENA, Abu Dhabi, 2019.

6. IRENA. Renewable Energy: A GenderPerspective. IRENA, Abu Dhabi, 2019.

7. Czako, V., Employment in the Energy Sector, EUR30186 EN, Publications Office of the European Union, Luxembourg, 2020.

8. IRENA (2019d), Renewable capacity statistics. IRENA, Abu Dhabi, 2019.

9. Bushuyev Y., Makarov A., Mastepanov F., Shamrayev n. A New Energy Policy of Russia: Implementation Experience. World Energy Council, 2008.

10. ERI RAS, AC Forecast of energy development in the world and in Russia. Moscow: Energy Research Institute of the Russian Academy of Sciences, Analytical Center for the Government of the Russian Federation, 2016.

11. IEA report Russian Federation. Country energy overview, 2019. Access mode: https://cnpp.iaea.org/countryprofiles/Russia/ Russia.htm

12. Alternative energy: market development prospects, 2020. Access mode: https://delprof.ru/press-center/open-analytics/ alternativnaya-energetika-perspektivy-razvitiya-rynka-vie-v-rossii/

13. NP "Market Council" https://www.np-sr.ru/ru

14. Social and personnel policy of the Russian Federation, 2020. Access mode: https://ar2018.rushydro.ru/ru/our-performance/ hr-social-policy/hr-policy#key-staff-characteristics

15. Fuel production launched in the free port of Vladivostok, 2019. Access mode: http://erdc.ru/news/v-svobodnom-portu-vladivostok-zapushcheno-proizvodstvo-biotopliva/

16. Ermolaeva P., Ermolaeva Y., Basheva O. et al. The Russian Urban Sustainability Puzzle. How Can Russian Cities be Green? Emerald Publishing Limited. Bingley. 2021.128 p.

17. Analytics of the RES market: Tinkoff, 2020. Access mode: https://journal.tinkoff.ru/russia-green-energy/

18. The share of energy in Russian exports rose to 70% in January, 2020. Access mode:

19. The energy strategy of Russia for the period until 2035