Российский роговой оркестр

Когда в 1751 году императрица Елизавета Петровна назначила своего дальнего родственника Сергея Кирилловича Нарышкина обер-егермейстером, изнеженный вельможа чуть ли не первым делом обратил внимание на то, что обыкновенные охотничьи рога звучат слишком грубо и немузыкально. И поручил своему домашнему музыканту, чеху Иоганну (Яну) Марешу, исправить это обстоятельство, государственно важное дело императорской охоты, уж конечно, сильно портившее. С одобрения Нарышкина Мареш придумал, как усовершенствовать рога — а заодно и как превратить их звучание из брутального средневекового рева в нечто более подходящее для эпохи Генделя и Глюка. Все просто — каждый рог издавал одну-единственную ноту, то есть на три октавы нужно было 36 инструментов и, соответственно, 36 "игрецов".

Так появился роговой оркестр — удивительное русское изобретение, моментально ставшее страшно популярным. Богатые баре спешно стали заводить роговые "хоры" в своих имениях, благо особой виртуозности от каждого из крепостных музыкантов тут не требовалось — достаточно уметь читать ноты и отсчитывать такт. Достаточно слаженный оркестр мог исполнять не просто незамысловатую охотничью музыку, а произведения любой степени сложности. И звучал при этом грандиозно. "Кто не слыхал этой новой музыки, тот может составить себе о ней понятие, если вообразит, что слышит издали мощные рокочущие звуки нескольких больших церковных органов",— восторженно рассказывал европейцам в своих "Известиях о музыке в России" (1769) академик Якоб Штелин.

Несмотря на все восторги, культура роговых оркестров так и осталась специфическим русским явлением, да еще и не слишком долговечным. Отчасти, наверно, дело в том, что вне крепостнической системы роговая музыка могла существовать с трудом: редко какой профессиональный музыкант согласится на то, чтобы до конца дней своих играть, скажем, ре второй октавы и ничего больше. Отчасти — в том, что роговая музыка с какого-то момента стала восприниматься как исключительно церемониальная, связанная с придворными празднествами и ритуалами отечественной монархии. Скажем, на императорских коронациях роговые оркестры играли вплоть до венчания на царство Николая II. А потом традиция по понятным причинам прервалась, причем радикально.

Только в 2000-е годы начались попытки ее воссоздания, и лидером тут выступает петербургский Российский роговой оркестр под управлением Сергея Поляничко. Толпы крепостных, как когда-то, уже не нужны — перед каждым музыкантом лежит на станке сразу несколько инструментов, зато, естественно, нужна изрядная сноровка. Российский роговой оркестр исполнял и записывал немало музыки конца XVIII — начала XIX веков, но все-таки старинным репертуаром ограничиваться, как видно, не собирается. На концертах в зале "Оркестрион" оркестр будет исполнять музыку от Баха до Равеля, пригласив солистами известных отечественных духовиков — валторниста Вениамина Скрипова, трубача Кирилла Солдатова и мультиинструменталиста Аркадия Шилклопера.

"Оркестрион", 6 и 7 декабря, 19.00