450 миллионов остались в пруду

Неожиданным решением завершился один из крупнейших в Черноземье споров о взыскании ущерба природе. Управление экологического и охотничьего надзора Белгородской области отказалось от требований почти 452 млн руб. ущерба «беспозвоночным животным» от деятельности ОАО «Рыбхоз Красногвардейский». Чиновники утверждали, что рыбхоз допустил частичный спуск пруда, который уничтожил места обитания беспозвоночных, но после полутора лет разбирательств неожиданно предложили мировое соглашение без каких-либо встречных требований. В рыбхозе связывают это со сменой руководства управления. Юристы полагают, что частичный спуск рыбохозяйственного пруда сложно признать нарушением.

Белгородские власти потеряли интерес к отстаиванию условий обитания «беспозвоночных» в местных прудах

Фото: Олег Харсеев, Коммерсантъ

Арбитражный суд Белгородской области утвердил мировое соглашение и прекратил производство по иску управления экоохотнадзора Белгородской области к ОАО «Рыбхоз Красногвардейский». Третьими лицами выступали глава КФХ Гарий Камалян (собственник гидроузла водохранилища, который регулирует уровень пруда на реке Сосна у села Малоалексеевка Красногвардейского района), ООО «Милена» (арендатор гидроузла) и отдел водных ресурсов Донского бассейнового водного управления по Белгородской области.

В суд управление обратилось в мае 2020 года. Чиновники посчитали, что рыбхоз должен возместить вред животному миру «в результате уничтожения беспозвоночных» на рыбохозяйственном пруду у села Малоалексеевка. Речь идет об «уничтожении местообитаний» в результате понижения уровня пруда на площади свыше 81 га. Ущерб чиновники посчитали по соответствующей методике Минприроды. В управлении утверждали, что рыбхоз поддерживал уровень воды «ниже подпорного» в течение нескольких лет, так как это предусматривалось используемой компанией технологией выращивания рыбы.

Позиция рыбхоза в деле не поясняется, но технология разведения рыбы действительно допускает спуск прудов до определенного уровня, следует из других разбирательств с участием управления. В октябре 2021-го истец неожиданно предложил рыбхозу мировое соглашение. По его условиям чиновники отказались от всех своих требований, не выдвинув никаких встречных.

Еще одно мировое соглашение между сторонами было заключено в октябре в рамках другого разбирательства в апелляционной инстанции. Сначала в марте 2021 года арбитражный суд Белгородской области по иску управления запретил «Красногвардейскому» спускать воду в пруду и пользоваться водоемом «без оформления правопользования» (у компании отсутствовало решение о предоставлении водного объекта в пользование), а также обязал освободить пруд «путем вылова рыбопосадочного материала». Рыбхоз подал апелляционную жалобу, и в рамках ее рассмотрения управление предложило мировое соглашение. В нем также без объяснения причин чиновники отказались от требований без встречных условий.

Представляющая интересы рыбхоза адвокат Елена Богушевская отказалась комментировать разбирательства, сославшись на то, что «не может согласовать» свою позицию с доверителем. Гендиректор рыбхоза Эрнест Камалян пояснил «Ъ-Черноземье», что у иска, по его мнению, «изначально не было перспектив».

«Управление никак нам не объяснило, почему резко изменило свою позицию. Видимо, власть сменилась»,— предположил он. Многомиллионные разбирательства начинались при руководстве управлением бывшим советником экс-губернатора Евгения Савченко по безопасности Егором Красниковым. В октябре, незадолго до заключения мировых соглашений, управление возглавил Андрей Гоц — ставленник губернатора Вячеслава Гладкова.

В разбирательстве о выплате ущерба собственник гидроузла Гарий Камалян заявил о фальсификации управлением договоров аренды от 2019 года между предпринимателем и рыбхозом. Его подписи под договорами изучили эксперты, но результаты экспертизы и ее влияние на ход разбирательства не раскрываются. Сам Гарий Камалян, являющийся соучредителем Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Белгородской области, не стал рассказывать «Ъ-Черноземье» о результатах экспертизы, но заявил, что считает иск «спланированным абсурдом»: «Полагаю, что это было давление на нас с целью “отжать” пруд в чьих-то интересах. Это была обширная программа, наверняка кто-то хотел завладеть прудами.

Но в управлении поняли, что проигрывают суды». Детальнее господин Камалян свою позицию предпочел не пояснять, отметив, что сейчас прудами занимается его брат.

В областном управлении экоохотнадзора не стали пояснять «Ъ-Черноземье», почему отказались взыскивать ущерб. В ответ на запрос там лишь посоветовали ознакомиться с мировым соглашением в картотеке арбитражных дел. Курирующий АПК и развитие сельских территорий замглавы Красногвардейского района Владимир Приходько не ответил на звонки «Ъ-Черноземье», телефон главы администрации Стрелецкого поселения (на его территории находится пруд) Максима Бородина также не отвечал.

У управления экоохотнадзора уже есть негативный опыт разбирательства о крупном ущербе из-за спуска пруда. В августе 2021 года арбитражный суд встал на сторону предпринимателя Татьяны Кургановой, председателя Ассоциации рыбохозяйственных предприятий региона. С нее пытались взыскать 378 млн руб. ущерба, якобы нанесенного беспозвоночным пруда возле села Веселого. Суды не нашли нарушений закона, так как пруд спускался по установленному графику.

Член Ассоциации юристов России Наталья Скрябина напоминает, что вред окружающей среде возмещается лицами, его причинившими, вне зависимости от прав на какие-либо ресурсы: «Спуск пруда может нарушать природоохранное законодательство в тех случаях, когда это прямо противоречит закону — например, если для этого нужно специальное разрешение».

Управляющий партнер юридической компании Enterprise Legal Solutions Юрий Федюкин отмечает, что в последние годы число споров о возмещении экологического ущерба растет «исключительно высокими темпами», но прежде всего речь идет о требованиях Росприроднадзора. «Но и эти требования почти никогда не удовлетворяются полностью — ответчики успешно добиваются снижения размера ответственности. Как правило, результаты независимой оценки отличаются от оценки контролирующих органов в меньшую сторону,— подчеркивает господин Федюкин.— А в ситуациях, подобных той, которая сложилась вокруг спуска воды рыбхозом, как правило, всем сторонам очевидно, что требования превышают финансовые возможности ответчика. С банкрота спрос будет невелик, поэтому зачастую проще договориться в рамках мирового соглашения».

По словам эксперта, вопрос о законности спуска воды «зависит от статуса водоема и условий предоставления его в пользование»: «Если водоем не представляет ценности в качестве охраняемого природного объекта и на нем разрешено ведение хоздеятельности, то вполне возможно, что спуск воды для нее не будет нарушением».