Арест соизмеряют с залогом

Арест соизмеряют с залогом

Минюст предлагает защитить права залогодержателей в уголовном судопроизводстве

Минюст подготовил законопроект, направленный на защиту прав залогодержателей имущества, на которое накладывается арест в рамках уголовных дел. В частности, предлагается предусмотреть возможность отмены ареста в случае существенной несоразмерности требований и стоимости арестованного имущества. Представители банковского и бизнес-сообщества отмечают, что сейчас в подобных ситуациях возникает серьезная проблема — имущество фактически «обездвиживается». Поэтому проект они оценивают позитивно, хотя и отмечают необходимость его доработки.

Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ

Проект изменений в Уголовно-процессуальный кодекс (УПК), в частности, предусматривает обязанность следователей при возбуждении ходатайства перед судом о наложении ареста на имущество, находящееся в залоге, принять меры по уведомлению об этом залогодержателя.

Самому залогодержателю, которым чаще всего является банк, дается возможность обжаловать решение суда о наложении ареста в вышестоящих инстанциях и ходатайствовать об его отмене.

Основание для отмены — существенная несоразмерность требований, которые таким образом обеспечиваются (например, требования гражданского истца в рамках уголовного дела, штрафа или конфискации имущества), и стоимости арестованного имущества.

В Минюсте “Ъ” пояснили, что залогодержатели сталкиваются с проблемами, связанными с невозможностью реализации своих прав — судебный акт о наложении ареста блокирует возможность обращения взыскания на предмет залога, поэтому они вынуждены ожидать окончания уголовного дела или снятия ареста судом.

Отметим, что подготовка проекта связана с поручением президента по итогам встречи с членами правления РСПП в октябре 2020 года. Представитель комитета РСПП по собственности и судебной системе Ирина Котелевская пояснила “Ъ”, что проблема обездвиживания заложенного имущества после его ареста волнует предпринимательское сообщество.

Изначально, поясняет она, РСПП предлагал закрепить, что арест имущества в целях его конфискации отменяется судом по заявлению залогодержателя об обращении взыскания на него по обеспеченному залогом обязательству.

В остальных случаях, например если арест применяется для обеспечения приговора в рамках гражданского иска, предлагалось отменять его по заявлению залогодержателя в судебном порядке, если установлено, что стоимость заложенного имущества позволяет погасить только его требования полностью либо частично.

По словам Ирины Котелевской, позитивно, что в проекте есть нормы об обжаловании решения об аресте предмета залога, а также о возможности его отмены. Однако, добавляет она, предложенный Минюстом вариант будет еще подробно проанализирован бизнесом для устранения возможных неопределенностей. Руководитель Экспертного центра по уголовно-правовой политике и исполнению судебных актов «Деловой России» Екатерина Авдеева среди таких вопросов выделяет относительность понятия несоразмерности ущерба. В целом, говорит она, «трудно прогнозировать, насколько этот проект способен улучшить ситуацию с давлением силовиков на бизнес», но то, что этот проект является «шагом на пути улучшения ситуации, не вызывает сомнения». Юристы концептуально инициативу поддерживают, но более скептически относятся к ее реализации на практике.

Вице-президент Сбербанка Максим Дегтярев отмечает, что сейчас кредитор не может обратить взыскание на заложенное имущество, а в случае его реализации на торгах покупатель не может оформить собственность, если наложен арест.

Предложенный проект Максим Дегтярев оценивает положительно — создается механизм снятия такого ареста. По его мнению, необходимо также предусмотреть возможность снятия ареста по инициативе залогового кредитора в ситуации, когда имущество подготовлено к выставлению на торги в рамках банкротства или исполнительного производства либо уже реализовано на таких торгах.

Юристы о проблемах с арестом заложенного имущества

«При наложении ареста на имущество следствие не утруждает себя предварительной оценкой, а накладывает его на все, до чего может дотянуться, поэтому часто стоимость арестованного имущества существенно превышает объем возможных требований»,— говорит руководитель уголовно-правовой практики Bryan Cave Leighton Paisner (Russia) Антон Гусев. По его мнению, проект Минюста не увеличит объем прав залогодержателя — решение об аресте могут обжаловать любые лица в той части, в которой затрагиваются их права, но закрепление обязательного уведомления об аресте позволит незамедлительно обратиться за защитой нарушенных прав. При этом, предупреждает юрист, «надо учитывать практику, когда у следователя в деле есть документ о том, что он направил уведомление (например, отметка канцелярии госоргана), но нет подтверждения, что его получили,— ответственность за подобные нарушения минимальна либо отсутствует».

Адвокат Forward Legal Тимур Тажиров поправки поддерживает: «В законе появляется дополнительное основание для снятия ареста». При этом, поясняет он, доказать несоразмерность не представляет особого труда — достаточно доказать рыночную стоимость заложенного имущества, например, отчетом оценщика, и сравнить ее с притязаниями государства и потерпевших в рамках уголовного дела. «Другое дело, что категория несоразмерности полностью зависит от усмотрения суда, с которым часто соглашаются вышестоящие инстанции при обжаловании»,— говорит Тимур Тажиров. О подобных рисках предупреждает и старший юрист уголовно-правовой практики адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Мария Зазирная — например, в ситуациях, когда действительная стоимость арестованных ценных бумаг многократно превышает размер имущественных претензий, суды указывают, что подтвержденная отчетами независимых оценщиков рыночная стоимость приниматься во внимание не будет, поскольку она изменяется с течением времени. «В итоге спор о соразмерности сводится к спору о том, с какой стоимостью имущества нужно проводить соотношение»,— говорит она.