Нетрадиционные жанры русской духовной музыки в композиторском творчестве на рубеже XX-XXI вв

Вестник ПСТГУ.

Серия V: Вопросы истории и теории христианского искусства

Ковалев Андрей Борисович, канд искусствоведения, доцент кафедры истории и теории музыки Академии хорового искусства им. В. С. Попова Российская Федерация, 125565, г. Москва, ул. Фестивальная, 2 andrej-kovalev@yandex.ru

2017. Вып. 28. С. 159-169

Нетрадиционные жанры русской ДУХОВНОЙ МУЗЫКИ В КОМПОЗИТОРСКОМ ТВОРЧЕСТВЕ НА РУБЕЖЕ ХХ—ХХ1 ВВ.

А. Б. Ковалев

Статья посвящена специфическим особенностям нетрадиционных жанров русской духовной музыки, композиционную основу которых составляют внебого-служебные жанры, широко используемые в академической музыке Х1Х—ХХ вв.: кантата, оратория, хоровой концерт и др.

Нетрадиционные жанры занимают важное место в типологии русской духовной музыки наряду с традиционными жанрами и жанрами смешанного типа. Основной критерий их разграничения — связь с богослужебно-певческой традицией, а также некоторые лексические свойства, приемы композиции, средства музыкальной выразительности, способствующие близости произведений каноническим основам русской духовной музыки или, наоборот, удаленности от них. Исторические предпосылки возникновения нетрадиционных жанров рассматриваются в двух аспектах: в русле развития кантатно-ораториального жанра — от произведений С. И. Танеева до кантат и ораторий Г. В. Свиридова, В. А. Гаврилина, а также, как следствие, трансформации традиционных жанров русской духовной музыки в творчестве А. Д. Кастальского, А. Т. Гречанинова. Цель — определить специфические свойства нетрадиционных жанров русской духовной музыки.

Методология работы обусловлена особенностями жанровой сферы русской духовной музыки и основана на положениях и терминологии литургики, а также научных категориях отечественного музыковедения.

Выводы. Специфика нетрадиционных жанров определяется сочетанием отдельных элементов сакральности со свойствами внебогослужебных жанров — кантаты, оратории, концерта, симфонии, освещенных литургической идеей, светом христианского вероучения. Свойства внебогослужебных жанров определяются внебогослужебной обстановкой исполнения, использованием различного состава исполнителей и текстовой основы, сочетанием традиционных средств музыкальной выразительности с приемами современной композиторской техники. Элементы опосредованной связи с литургической основой могут быть представлены на уровне богослужебного текста, аллюзий на богослужебное по-следование, а также музыкальной композиции или программного содержания произведения.

Нетрадиционные жанры занимают важное место в типологии русской духовной музыки 2-й пол. XIX — нач. XXI в. наряду с традиционными жанрами и жанрами смешанного типа1. Основной критерий их разграничения — связь с богослужебно-певческой традицией, а также те или иные лексические свойства, приемы композиции, музыкальной выразительности, способствующие близости авторских произведений каноническим основам русской духовной музыки или, наоборот, удаленности от них.

Напомним, что традиционные жанры, как правило, связаны со сложившимися в лоне Православной Церкви богослужебными чинопоследованиями, в состав которых входят самые различные песнопения Ветхого и Нового Завета. Одну из жанровых групп данного типа представляют хоровые циклы богослужений, как, например, Всенощное бдение и Литургия; другую группу традиционных жанров представляют произведения, написанные на тексты отдельных богослужебных песнопений.

К жанрам смешанного типа принадлежат хоровые циклы, состоящие из песнопений на канонический текст (или в отдельных случаях на измененный канонический текст), которые входят в состав разных богослужений и не могут составлять единый богослужебный цикл. Поэтому основой композиционной структуры подобных сочинений является не чинопоследование, а образно-тематическое содержание, и они непременно ориентированы на внебогослужеб-ное исполнение.

Нетрадиционные жанры также существуют вне пределов храма, хотя в них неизменно присутствуют образы Священного Писания, нередко — символика элементов богослужения. Для данного жанрового типа характерно свободное построение произведений, не связанное ни с богослужебной структурой, ни с певческим каноном, а также относительный простор в плане выбора средств музыкальной выразительности, текстовой основы, состава исполнителей. Все это дает возможность для автора наиболее полно выразить свое личное отношение к сакральной теме произведения, найти свой ракурс в воплощении содержания христианского вероучения. Поэтому на рубеже XX—XXI вв. в период возрождения православной культуры в России к данному жанровому типу обратилось огромное количество композиторов разных поколений, приверженных различным направлениям музыкальной культуры 2-й пол. XX в. Вот далеко не полный список авторов: Ю. М. Буцко, А. О. Висков, К. Е. Волков, С. А. Губай-дулина, Э. В. Денисов, Г. П. Дмитриев, В. Г. Кикта, А. П. Курченко, А. Л. Ларин, А. И. Микита, В. И. Рубин, Н. Н. Сидельников, Д. В. Смирнов, В. С. Ульянич, Р. К. Щедрин, А. Г. Шнитке.

Отметим два важнейших специфических свойства нетрадиционных жанров, характерных именно для данного жанрового типа: • свобода в выборе состава исполнителей и словесного текста;

1 Вопросам жанровой типологии русской духовной музыки посвящены другие статьи автора: Ковалев А. Б. Типология жанров русской духовной музыки второй половины XIX — начала XXI века / /Музыкальная академия. М., 2015. № 4. С. 54—59; Он же. Вопросы классификации жанров русской духовной музыки на рубеже XX—XXI вв. // XXVI Ежегодная богословская конференция ПСТГУ: Материалы. М., 2016. С. 344-349.

• опора на внебогослужебные жанры и формы, широко используемые в академической музыке русских композиторов XIX—XX вв. Если традиционные жанры и жанры смешанного типа непременно ориентированы на исполнение произведений хором a cappella, то в нетрадиционных жанрах наряду с пением хора a cappella могут использоваться и иные составы исполнителей: хор с солистами в сопровождении оркестра (А. Я. Эшпай. Шестая симфония «Литургическая»); хор, солисты, чтец (Г. П. Дмитриев. «Завещание Николая Васильевича Гоголя»), соло в оркестре, играющее важнейшую драматургическую роль (блок-флейта как лейттембр отрока Варфоломея — А. П. Кур-ченко. Вторая симфония «Житие преподобного Сергия Радонежского»).

Вопрос включения в сферу духовной музыки произведений без словесного текста, то есть произведений чисто инструментальных, может быть дискуссионным. Тем не менее, учитывая конкретный замысел автора, концептуальность воплощения библейско-христианской тематики, думается, будет целесообразным ввести отдельные произведения в предложенную типологию. Примером подобной концептуальности можно считать произведение С. А. Губайдулиной «Семь слов» для виолончели, баяна и струнного оркестра, где различные инструментальные тембры, по замыслу автора, наделены христианской символикой, воплощающей догмат о Святой Троице: виолончель — Бог Сын, баян — Бог Отец, струнные — Святой Дух2.

Традиционные жанры и жанры смешанного типа в своей основе содержат канонические церковнославянские тексты, тогда как нетрадиционные жанры могут включать в себя также самые разнообразные внебогослужебные тексты, посвященные библейско-христианской тематике. Это могут быть тексты древнерусской летописи (Г. П. Дмитриев. «Из "Повести временных лет"»), жития святых, мнемонических погласиц3 (А. П. Курченко. Вторая симфония «Житие преподобного Сергия Радонежского»); духовные стихи (Д. В. Смирнов «Скорбящие радости Богородицы»); проза и стихи русских писателей (Г. П. Дмитриев. «Завещание Николая Васильевича Гоголя» с текстом богослужебных песнопений и самого писателя; Г. П. Дмитриев. «Преподобный Савва игумен» с использованием стихов А. С. Пушкина, Ю. М. Кублановского; В. И. Рубин. «Аллилуйя» на стихи А. А. Ахматовой); стихи священнослужителя (В. С. Ульянич. Духовная кантата «Надзвездный маяк» на стихи схиархимандрита Виталия (Сидоренко)).

Перейдем ко второму специфическому свойству рассматриваемого жанрового типа — опоре на внебогослужебные жанры. Чаще всего здесь используется кантатно-ораториальный жанр, где главным «действующим лицом» является хор, а композиционное построение предполагает масштабность драматургического развития, элементы сюжетности, в данном случае связанной с религиозной тематикой, наличие как крупных частей с участием всего состава исполни-

2 См.: Холопова В. Н. София Губайдулина. Путеводитель по произведениям. М.: Композитор, 2001. С. 20.

3 Под мнемонической погласицей понимается гласовый напев с внебогослужебным текстом, предназначенным для запоминания напева. Так, например, в симфонии А. П. Курченко «Житие Сергия Радонежского» использован текст возвашной погласицы 5 гласа «Добро есть нам книги внимать».

телей, так и сольных эпизодов. Приведем примеры сочинений, в основе которых лежат различные внебогослужебные жанры.

Кантаты: Ю. М. Буцко. Камерная кантата № 6 «Литургическое песнопение»; Г. П. Дмитриев Монастырская кантата «Преподобный Савва игумен».

Оратории: А. Л. Ларин. «Русские страсти»; Г. П. Дмитриев. «Из "Повести временных лет"», В. И. Рубин. «Светлое Воскресение».

Нередко объектом библейско-христианской тематики является и такой масштабный жанр, как симфония, где традиционно преобладает инструментальное начало, а также опера: А. Я. Эшпай. Шестая симфония «Литургическая» с использованием текста Первого послания к коринфянам святого апостола Павла; А. П. Курченко. Вторая симфония «Житие преподобного Сергия Радонежского»; Г. П. Дмитриев. Опера-оратория «Святитель Ермоген». Возможно, что с некоторыми оговорками в рассматриваемую жанровую сферу можно включить оперы Р. К. Щедрина «Очарованный странник», «Боярыня Морозова». Жанр последней определен композитором как хоровая опера.

В некоторых случаях разновидность внебогослужебного жанра трудно определить однозначно. Так, например, Ю. И. Паисов масштабное 11-частное произведение Г. П. Дмитриева «Завещание Николая Васильевича Гоголя» называет «монодрамой», близкой жанру музыкального жития4. Жанровое определение «Запечатленного ангела» Р. К. Щедрина русская литургия, обнародованное композитором уже после написания сочинения, связано не с особенностями формы, а является исключительно «афористическим» (слова композитора), раскрывающим глубинную идею произведения. С точки зрения структуры «Запечатленный ангел» является хоровым циклом или, как указано в советском издании 1988 г., «хоровой музыкой по Н. С. Лескову». В качестве примера метафорического жанрового определения можно привести подзаголовок цикла Д. В. Смирнова «Скорбящие радости Богородицы» — хоровые фрески для женского голоса, саксофона-сопрано и смешанного хора.

Исторические предпосылки возникновения нетрадиционных жанров как принципиально нового типа русской духовной музыки восходят к рубежу XIX—XX вв. И хотя исторический период 1890-1917(1918) гг. довольно сложен для осознания всей его противоречивости, его нередко называют русским духовным Ренессансом, за которым также закрепилось метафорическое наименование «Серебряный век». При всем многообразии художественных течений, эстетических платформ, характерных для искусства данного периода, необходимо отметить ярко выраженную русскую национальную основу в творчестве ряда композиторов, писателей, художников, влияние религиозной философии Вл. С. Соловьева, свящ. С. Н. Булгакова, В. В. Розанова, Н. А. Бердяева и др. Идеи Всеединства, Богочеловечества (Вл. Соловьев), правдоискательства, думается, немало способствовали глубине внедрения религиозно-нравственных тем в искусстве, в том числе и в музыке. Так, наиболее ярко и непосредственно христианские мотивы проявились в кантатах С. И. Танеева «Иоанн Дамаскин» на стихи А. К. Толстого, «По прочтении псалма» на стихи А. С. Хомякова, предвос-

4 См.: ПаисовЮ. И. Хоровое творчество Георгия Дмитриева / Гос. институт искусствознания, Академия хорового искусства. М., 2007. С. 192.

хищающих расцвет кантатно-ораториального творчества в течение всего XX в. на разном тематическом и идейном материале. Обе кантаты Танеева представляют собой пример глубокого философского размышления о сущности Бытия, месте и роли человека в мироздании. Библейско-христианская тематика затрагивала и «бессловесный» инструментальный жанр, к примеру, в симфонической увертюре Н. А. Римского-Корсакова «Светлый праздник» с использованием тем из пасхальных песнопений. Наконец, нельзя не упомянуть христианскую тему как один из глубинных пластов величайшего произведения начала XX века — оперы Н. А. Римского-Корсакова «Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февро-нии». Ее жанровую принадлежность обычно связывают с синтезом двух родов искусств — драмы и эпоса. Вместе с тем, как пишет О. В. Комарницкая, «важнейшая стилевая особенность произведения связана с его религиозным содержанием, соборностью, наличием множества сакрально-символических смыслов, ми-стериальных ассоциаций, что не раз отмечалось и учеными, и исполнителями»5. Так, например, в опере получили отражение такие многоплановые элементы сакральной сферы, как Житие святых благоверных князей Петра и Февронии Муромских, Откровение св. апостола Иоанна Богослова, аллюзии на христианское богослужение (Вечерня, Литургия, Акафист), символика христианских праздников (Пасха, Преображение, Страстная седмица).

Истоки нетрадиционных жанров можно наблюдать и в русле иной сферы — со стороны храмового богослужения как ответвление от традиционных жанров или трансформация Панихиды, Божественной Литургии. В качестве ярких примеров назовем два произведения предреволюционных и послереволюционных лет — А. Д. Кастальского «Братское поминовение» (в версии для хора, солистов, органа и оркестра)6, А. Т. Гречанинова «Демественная Литургия». Замысел «Братского поминовения» выходит за пределы традиционного богослужения, подразумевая грандиозное религиозное действо, где, по словам композитора, «по временам доносятся трубные сигналы разных армий, барабанный бой, пушечная пальба»7. Кастальским владела идея «братства» союзных армий, исповедующих разные религии, но которых соединяет общая боль, общая скорбь о павших на полях сражений воинах, об оплакивающих их женах и матерях. Поэтому в разных частях «русского реквиема» звучат как напевы Русской Православной Церкви, так и сербской, католической, англиканской, а также инструментальное сопровождение.

Что касается «Демественной Литургии», то первый ее вариант был написан Гречаниновым осенью 1917 г. для тенора и струнного оркестра, органа, арфы и челесты. Сам композитор так рассказывал о своем замысле: «Существует немало любителей, для которых большое удовольствие — сесть за фортепиано и попеть что-нибудь из церковной музыки... Отчего бы не сочинить для них какое-нибудь

5 Комарницкая О. В. Русская опера XIX — начала XXI века: Проблемы жанра, драматургии, композиции: Дис. ... д-ра искусствоведения. М., 2011. С. 265.

6 Композитором была создана и акапельная версия этого цикла с церковнославянским текстом под названием «Вечная память героям», которая предназначалась для исполнения за богослужением.

7 Цит. по изд.: Зверева С. Г. Александр Кастальский: идеи. Творчество, судьба. М.: Вузовская книга, 1999. С. 159 (Русская духовная музыка в документах и материалах).

песнопение для одного голоса с аккомпанементом фортепиано? Написал "Свя-тый Боже". Новая форма родила и новые возможности, и я с увлечением стал продолжать работать дальше. Написал все главнейшие песнопения литургии, дав ей древнее название "Демественной", то есть домашней8. Я писал ее осенью 1917 года во время большевистского восстания в Москве. Горьковатость музыки "аллилуиа" в запричастном стихе, не соответствующая, может быть, значению этого слова, и объясняется ужасными переживаниями, связанными с этой эпохой»9.

Однако в подобном виде «Демественная литургия» существовала недолго. Для любительского музицирования она была слишком сложна, да и сам смысл текста не согласуется с «домашним» пением. Поэтому, оказавшись в Париже, композитор доработал ее до настоящей концертной формы. В новой редакции Гречанинов к восьми сольным номерам прибавил четыре хоровых, а также новое соло баса с хором в «Сугубой ектении». В этой редакции Литургия впервые была исполнена 25 марта 1926 г.

В послереволюционный период путь России в составе Советского Союза, с одной стороны, был отмечен грандиозными свершениями в области индустрии, науки и техники, значительными достижениями в области образования, культуры, социальной сферы; с другой стороны — постоянной борьбой за выживание в мировых войнах и локальных военных конфликтах, экологическими коллапсами, периодом богоборчества. В этих непростых и противоречивых условиях продолжали вызревать посеянные в начале XX в. плодородные ростки синтеза богослужебной и внебогослужебной культуры.

Так, например, христианской идеей освещено творчество такого крупнейшего композитора ХХ в., как Г. В. Свиридов, для которого вокально-хоровой жанр, восходящий к истокам русских национальных традиций, стал ведущим в творчестве. Думается, что духовный смысл творчества Свиридова очень точно определен исследователями Н. В. Парфентьевой и Н. П. Парфентьевым как тоска души по утраченной святости и страстное желание ее нового обретения10. Назовем, к примеру, такие сочинения композитора разных лет, как «Поэма памяти Сергея Есенина», где, по словам композитора, ее интонационный язык и лад навеяны знаменным роспевом11; хоры a cappella на религиозные стихи А. А. Блока, С. А. Есенина; кантату для хора и симфонического оркестра на стихи Есенина

8 Следует отличать «домашнее» демественное искусство, как оно именовалось в публикациях на рубеже XIX—XX веков, от канонического демественного роспева, используемого в богослужениях Православной Церкви. Известна ошибка прот. Д. Разумовского, считавшего демественное пение домашним благочестивым упражнением. Возможно, что в подобное заблуждение был невольно введен и Гречанинов. Однако, по мнению М. П. Рахмановой, «музыканты XX века прекрасно знали о древнерусском демественном роспеве и его применении за службой, однако для их целей был удобен термин "демество" в вышеуказанном смысле: он как бы подтверждал, что "домашнее" (или в новых условиях "концертное") духовное пение существовало на Руси с давних времен» (Рахманова М. П. А. Т. Гречанинов // История русской музыки: В 10 т. Т. 10А: 1890-1917-е годы. М.: Музыка, 1997. С. 195, сн. 9).

9 Гречанинов А. Т. Моя жизнь. СПб.: Петербургское Пушкинское общество, 2009. С. 129.

10 См.: Парфентьева Н. В., Парфентьев Н. П. Древнерусские традиции в русской духовной музыке XX в. / Челябинский государственный университет, 2000. С. 97.

11 См.: Там же.

«Светлый гость». В интонациях и хоровом изложении таких частей кантаты, как «Зреет час преображенья», «Слава в вышних Богу» (названия частей мы приводим по первым словам текста), заметно следование традиции Нового направления — синтеза древних роспевов и народной песенности.

В 1960-1980-е гг. в связи с «новой фольклорной волной» кантатно-ораториальный жанр получил новый импульс развития, подойдя к мощной кульминации — симфонии-действу «Перезвоны» В. А. Гаврилина (1984). Это произведение стало этапным для хоровой музыки XX в. благодаря масштабности замысла, глубине осмысления вечных проблем бытия, законов мироздания, использованию национального русского материала. «Фольклорная волна» широкой струей растекается по всему звуковому пространству симфонии-действа В. А. Гаврилина. Это архаичные песни как отзвуки далеких языческих времен, частушки, прибаутки, скороговорки, протяжные лирические песни. И рядом «Вечерняя музыка», как отзвук горнего мира с угасающей колокольностью в конце; «Молитва», читаемая на фоне затаенного хорового вокализа как исповедь мятежной души. Здесь композитор использует аллюзии на древнерусское церковное пение, выраженные преимущественно поступенным мелодическим движением в небольшом диапазоне, монодией с дублированием в октаву, параллелизмами в голосоведении. По словам А. Т. Тевосяна, Гаврилин «стремится единым взором охватить Вечность и Время, историю Руси и жизнь отдельного человека»12. Пожалуй, это величайшее произведение русского композитора стало одним из животворных источников, из которых выросли самые разные сочинения библейско-христианской тематики, в том числе относящиеся к рассматриваемому жанровому типу, начиная с конца 1980-х гг.

Круг идей, образного содержания произведений нетрадиционных жанров обусловлен наиболее актуальными темами, характерными для периода возрождения традиционных духовных ценностей. Отметим темы покаяния, благодарения Господа, образов Священного Писания, святых угодников Божиих.

Наверное, неслучайно для многих композиторов, свидетелей происходящих общественно-политических, экономических и природных катаклизмов, были особенно близки темы апокалипсиса, покаяния, сердечного сокрушения в грехах и жажды духовного очищения. Так, тема покаяния является ключевой для таких непохожих произведений, как «Запечатленный ангел» Р. К. Щедрина, «Литургическое песнопение» Ю. М. Буцко. На грани покаяния и благодарения звучит «Аллилуйя» В. И. Рубина.

С темой покаяния довольно близко соприкасается тема величия духовного подвига, подвижнической жизни русских святых, обращения к сакрально-историческому пласту России. Так, главными героями сочинений Г. П. Дмитриева становятся русские святые: равноапостольные князь Владимир и княгиня Ольга (оратория «Из "Повести временных лет"»), преподобный Савва Сторожев-ский (монастырская кантата «Преподобный Савва игумен»); святитель московский Ермоген (опера-оратория «Святитель Ермоген»). Нашла свое отражение в музыке и столь неоднозначная и болезненная тема трагедии, затронувшая все

12 ТевосянА. Т. По прочтении Шукшина (Хоровая симфония-действо «Перезвоны» В. Гаврилина) // Музыка России. 1988. Вып. 7. С. 238-255.

слои русского общества сер. XVII в., связанная с церковным расколом, старообрядчеством. Так, например, в русской литургии Р. К. Щедрина «Запечатленный ангел» использовано великопостное песнопение, кондак Великого канона прп. Андрея Критского «Душе моя, восстани, что спиши», который упоминается в Житии протопопа Аввакума как своего рода духовное завещание идейного вдохновителя старообрядцев своим чадам, пострадавшим от гонений13. Трагическим страницам духовной жизни России посвящена и опера этого же автора «Боярыня Морозова» (русская хоровая опера в двух частях для четырех солистов, смешанного хора, трубы, литавр и ударных) с использованием текстов из «Жития протопопа Аввакума им самим написанного» и «Жития боярыни Морозовой, княгини Урусовой и Марии Даниловой».

Особенности композиции нетрадиционных жанров наряду с дистанцированием от канона, свободой использования выразительных средств тем не менее обусловлены присутствием «первообразов» — элементов богослужебно-певческой традиции, рассматриваемых в качестве канонических моделей, которые несут в себе определенную смысловую нагрузку. Это могут быть мелодико-ритмические модели уставных роспевов и напевов, хоровой фактуры с антифон-ностью, подголосочностью, монодией (унисон или октавное дублирование). Например, мелодико-ритмические канонические модели, чаще всего контуры роспевов или аллюзии на роспев нередко связаны с общим содержанием духовно-музыкального произведения или его части. Таковы аллюзии на знаменный ро-спев в эпизодах из «Запечатленного ангела» Р. К. Щедрина «Богосподь»14, «Рцем от всея души», которые можно представить в качестве штрихов к обобщенному «портрету» героев литературного прообраза этого произведения — старообрядцев, занимающихся строительным промыслом. Следует упомянуть разработку оригинальной ладовой модели на основе обиходного звукоряда в произведениях Ю. М. Буцко, в том числе и в «Литургическом песнопении». А в № 7 «Вечери Твоея тайныя» из оратории А. Л. Ларина «Русские страсти», как пишет Н. С. Гу-ляницкая, «церковная мелодия знаменного происхождения... звучит как глубокая духовная исповедь, скорбь о содеянном и мольба о прощении»15.

Наряду с присутствием «первообразов» в нетрадиционных жанрах широко используются приемы современной композиторской техники, характерной для концертного исполнительства, роль которого здесь значительно возрастает по сравнению с внебогослужебным функционированием произведений традиционных жанров. На уровне гармонии, лада и фактуры используются аккорды как терцовой, так и нетерцовой структуры, модальность, различные виды полифонии, хоровая диагональ, эффекты «эхо», на уровне интонирования — гипер- и гиподинамика, различные приемы звукоизвлечения: шепот, говорок, крик, глиссандо, пение с закрытым ртом и прочее.

13 См.: Аввакум, протопоп. Житие протопопа Аввакума, им самим написанное и другие его сочинения. М., 2001. С. 288-289.

14 Р. К. Щедрин использовал искаженный вариант богослужебного текста «Бог Господь и явися нам».

15 Гуляницкая Н. С. Поэтика музыкальной композиции. Теоретические аспекты русской духовной музыки XX века. М.: Языки славянской культуры, 2002. С. 328.

Хотелось бы отметить значение и такой характерной особенности нетрадиционных жанров, как наличие инструментального или хорового вступления разной протяженности (иногда совсем краткой), которое дает необходимый настрой для восприятия сакрального содержания произведения. Таково, например, словно устремленное ввысь однотактовое вступление свирели (флейты) к «Запечатленному ангелу» Щедрина. Оно состоит всего из трех нот, расположенных по звукам тонического квартсекстаккорда в тональности D dur, и предваряет хоровой «монолит» (на словах «Ис-тин-но» — русский аналог церковнославянского «Аминь»).

Иное по характеру вступление слышится в № 1 «Страстная пятница» из оратории В. И. Рубина «Светлое Воскресение». Первая часть этой оратории посвящена Священным событиям распятия Спасителя, победы над смертью светлым Его Воскресением, ликованию небесных ангелов и всех живущих на земле. И несколько тактов туттийного вступления хора представляют собой последова-ние диссонирующих созвучий, в которых слышится то ли стон как оплакивание распятого Христа, то ли гул разъяренной толпы перед новым вступлением хора с евангельским текстом «Распни Его!».

Таким образом, специфика нетрадиционных жанров определяется сочетанием отдельных элементов сакральности, унаследованных от истоков певческой традиции со свойствами внебогослужебных жанров (кантаты, оратории, концерта, симфонии), освещенных литургической идеей, светом христианского вероучения. Свойства внебогослужебных жанров касаются обстановки исполнения (преимущественно филармонического зала), использования различного состава исполнителей и текстовой основы, средств выразительности с приемами современной композиторской техники. Элементы опосредованной связи с литургической основой могут быть представлены на уровне богослужебного текста, аллюзий на богослужебное последование, а также музыкальной композиции или программного содержания произведения.

Ключевые слова: традиционные жанры, нетрадиционные жанры, кантата, оратория, богослужебно-певческая традиция, литургическая идея, библейско-христианская тематика, каноническая модель, концертное исполнительство.

Список литературы

Гуляницкая Н. С. «Внелитургические» жанры современной духовной музыки: панорамный обзор // XXVI Ежегодная богословская конференция ПСТГУ: Материалы. М.: Изд-во ПСТГУ, 2016. С. 340-344. Гуляницкая Н. С. Поэтика музыкальной композиции: Теоретические аспекты русской духовной музыки XX века. М.: Языки славянской культуры, 2002. Зверева С. Г. Александр Кастальский: идеи. Творчество, судьба... М.: Вузовская книга,

1999 (Русская духовная музыка в документах и материалах). Ковалев А. Б. Вопросы классификации жанров русской духовной музыки на рубеже XX-XXI вв. // XXVI Ежегодная богословская конференция ПСТГУ: Материалы. М., 2016. С. 344-349.

Ковалев А. Б. Типология жанров русской духовной музыки второй половины XIX — начала XXI века // Музыкальная академия. 2015. № 4. С. 54-59.

Паисов Ю. И. Хоровое творчество Георгия Дмитриева / Гос. институт искусствознания,

Академия хорового искусства. М., 2007. Парфентьева Н. В., Парфентьев Н. П. Древнерусские традиции в русской духовной музыке XX в. Челябинский государственный университет, 2000. Рахманова М. П. А. Т. Гречанинов // История русской музыки: В 10 т. Т. 10А: 1890— 1917-е годы. М.: Музыка, 1997. С. 170—216.

Non-Traditional Genres of Russian Spiritual Music in Composers' Works of the Turn of the Late 19th — Early 20th Centuries

The article deals with specific features of non-traditional genres of Russian sacred music, the compositional basis of which is made up by non-liturgical genres widely employed in academic music of the 19-20th centuries: cantata, oratorio, choral concert, etc. Non-traditional genres play an important role in the typology of Russian sacred music alongside traditional genres and genres of a mixed type. The main criterion for their differentiation is their connection with the liturgical and singing tradition, as well as certain lexical properties, composition techniques, means of musical expressiveness that support their affinity with canonical foundations of Russian sacred music and, conversely, remoteness from them. Historical prerequisites for the emergence of non-traditional genres are examined in two aspects: in the perspective of development of the cantata-oratorial genre (from works by S. Taneyev to cantatas and oratorios by G. Sviridov, V. Gavrilin) and also as a consequence of transformation of the traditional genres of Russian spiritual music in works by A. Kastalsky, A. Grechaninov. The aim of the paper is to identify specific properties of non-traditional genres of Russian sacred music. The methodology of the study is conditioned by the features of the genre sphere of Russian sacred music and is based on provisions and terminology of liturgics, as well as scientific categories of Russian musicology. The specificity of non-traditional genres is determined by the combination of individual elements of sacredness with properties of non-liturgical genres: cantatas, oratorios, concertos, symphonies lit by the liturgical idea, the light of the Christian creed. The properties of non-liturgical genres are determined by non-liturgical conditions of the performance, by the use of different line-ups of performers and the textual basis, the combination of traditional means of musical expressiveness with techniques of modern composition. The elements of indirect relationship with the liturgical basis can be presented on the level of the

St. Tikhon's University Review. Series V: Problems of History and Theory of Christian Art.

2017. Vol. 28. P. 159-169

Kovalev Andrey, Candidate of Sciences in Art Criticism, Associate Professor, V. Popov Academy of Choral Art, 2 Festivalnaya Str., 125565, Moscow, Russian Federation andrej-kovalev@yandex.ru

A. Kovalev

А. Б. Ковалев. Нетрадиционные жанры русской духовной музыки в композиторском творчестве...

liturgical text, allusions to the liturgical follow-up, as well as in the musical composition or the programme content of the work.

Keywords: traditional genres, non-traditional genres, cantata, oratorio-liturgical singing tradition, liturgical idea, Biblical-Christian themes, canonical model, concert performance.

References

Gulyanickaya N. S., "«Vneliturgicheskie» zhanry sovremennoj duhovnoj muzyki: panoramnyj obzor", in: XXVI Ezhegodnaya bogoslovskaya konferenciya Pravoslavnogo Svyato-Tihonovskogo gumanitarnogo univer-siteta: Materialy, Moscow, 2016, 340-344.

Gulyanickaya N. S., Poehtika muzykalnoj kompozicii. Teoreticheskie aspekty russkoj duhovnoj muzyki XX veka, Moscow, 2002.

Zvereva S. G., Aleksandr Kastal'skij: idei. Tvorchestvo, sud'ba... Moscow, 1999.

Kovalev A. B., "Voprosy klassifikacii zhanrov russkoj duhovnoj muzyki na rubezhe XX-XXI vv.", in: XXVI Ezhegodnaya bogoslovskaya konferenciya Pravoslavnogo Svyato-

Tihonovskogo gumanitarnogo universiteta: Materialy, Moscow, 2016, 344-349.

Kovalev A. B., "Tipologiya zhanrov russkoj duhovnoj muzyki vtoroj poloviny XIX-nachala XXI veka", in: Muzykal'naya aka-demiya, 4, 2015, 54-59.

Paisov YU. I., Horovoe tvorchestvo Georgiya Dmitrieva, Moscow, 2007.

Parfent'eva N.V., Parfent'ev N. P., Drevnerusskie tradicii v russkoj duhovnoj muzyke XX v., Chelyabinsk, 2000.

Rahmanova M. P., "A. T. Grechaninov", in: Istoriya russkoj muzyki v desyati tomah, 10A: 1890-1917-e gody, Moscow, 1997, 170216.