Изучение механизма межчастеречного взаимодействия языковых единиц на занятиях по русской грамматике (на материале предикативации)

Х888888888888К интеграция образования. № з, 2013 Х888888888888К ФИЛОЛОГИЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ

УДК 81’36

ИЗУЧЕНИЕ МЕХАНИЗМА МЕЖЧАСТЕРЕЧНОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ЯЗЫКОВЫХ ЕДИНИЦ НА ЗАНЯТИЯХ ПО РУССКОЙ ГРАММАТИКЕ

(на материале предикативации)*

В. В. Шигуров

В статье обосновывается необходимость изучения в теоретическом курсе современного русского языка устройства и функционирования механизма частеречной транспозиции языковых единиц в русском языке. В центре внимания работы - сущность, признаки и ступени предикативации слов и словоформ разных частей речи; типы предикативов и синкретичных речевых структур; функциональные и функционально-семантические омонимы; гибриды, находящиеся в зоне одновременного притяжения (взаимодействия) разных частей речи и синтезирующие в той или иной пропорции дифференциальные признаки исходных классов слов и семантико-синтаксического разряда предикативов.

Ключевые слова: русский язык; грамматика; транспозиция; предикативация; часть речи; предикатив.

THE STUDY OF INTERACTION MECHANISM OF LINGUISTIC UNITS OF DIFFERENT PARTS OF SPEECH IN CLASSES ON RUSSIAN GRAMMAR

V. V. Shigurov

The articles gives the reasons for the necessity of studying organization and operation of the mechanism of substantivization of language units in the Russian language in the theoretical course of the modern Russian language and special course „The phenomena of substantivisation and syncretism of the parts of speech, grammatical, and lexico-grammatical categories”. The paper describes the nature, attributes and levels of predicativation of words and word-forms of different speech parts, types of predicates and syncretic speech patterns manifesting different links of impersonal predicative transposition of verbs in the form of participles, functional and functional-semantic homonyms, hybrids that are in the interaction area of different parts of speech and synthesize in varying proportions distinctive features of the original word classes and semantic-syntactic category of predicates.

Keywords: the Russian language; grammar; transposition; part of speech; participle; predicate.

Проблема переходности и синкретизма в системе частей речи является одной из сложнейших не только в теоретической грамматике русского языка, но и в практике ее рассмотрения в высшей и средней школе. Несмотря на большое количество работ в этой области, многие аспекты частеречной транспозиции языковых единиц остаются недостаточно разработанными и вызывают разногласия среди исследователей. Особую трудность при изучении темы переходных явлений и грамматической омонимии на занятиях по спецкурсу

«Явления переходности и синкретизма в области частей речи, грамматических категорий и лексико-грамматических разрядов», читаемому в Национальном исследовательском Мордовском государственном университете им. Н. П. Огарева для магистрантов I курса филологического факультета по направлению «Филология» (профиль «Русский язык»), представляет рассмотрение лингвистических и экстра-лингвистических причин, семантических и морфологических предпосылок, синтаксических условий и признаков категори-

* Работа подготовлена в рамках проекта «Межчастеречное взаимодействие при безлично-предикативной транспозиции языковых единиц в количественном измерении», выполняемого при финансовой поддержке РГНФ (грант № 11-04-00175а).

© Шигуров В. В., 2013

ального перерождения слов и словоформ, ступеней их транспозиции из одного класса в другой. Применение метода оппозиционного анализа и индексации при этом позволяет объективировать результаты исследования.

Изучение фактов синкретизма в грамматическом строе русского языка вскрывает особенности устройства и функционирования механизма ступенчатой транспозиции языковых единиц на уровне частей речи, грамматических категорий, лексико-грамматических разрядов и т. д. как явления языка в действии, в ситуации общения. Исследователи, представляющие разные направления и школы в лингвистике (О. М. Ким, В. В. Богданов, И. В. Дьячук, Ю. С. Степанов, Е. С. Кубрякова и др.), рассматривают транспозицию как инструмент, который позволяет глубже осмыслить функциональные возможности языковой системы, выявить характер взаимодействия единиц одного и того же или разных уровней языка при выражении семантически разноплановой и емкой информации.

Под транспозицией в сфере частей речи принято понимать процесс изменения структурно-семантических признаков слова, заключающийся в ослаблении и утрате в нем свойств одной какой-то исходной части речи и приобретении и укреплении свойств производной части речи или межчастеречного лексико-грамматического разряда слов - предикативов, модально-вводных слов, реже - признаков сразу нескольких частей речи (см., в частности, исследования В. Н. Миги-рина, В. В. Бабайцевой, А. Я. Баудера, О. М. Ким, В. В. Шигурова и др.).

Необходимость исследования устройства и функционирования механизма частеречной транспозиции очевидна: он порождает в речи разные типы и звенья категориальной трансформации лингвистических единиц, концентрируя «сгустки» человеческой мысли - синкретичные образования с набором дифференциальных свойств разных классов слов. Этапы (ступени и подступени) частеречной транспозиции слов и словоформ при этом устанавливаются методом оппозиционно-

го анализа и индексации (см., например, исследования В. В. Бабайцевой, Л. Д. Чес-ноковой, Е. П. Калечиц, В. В. Шигурова, И. В. Высоцкой и др.).

Разные типы многоступенчатой транспозиции слов и словоформ из одного класса в другой (как одиночные, так и совмещенные в одной лексической единице) порождают в итоге грамматические и лексико-грамматические омонимы, а также синкретичные речевые образования, совмещающие в своей структуре свойства нескольких частей речи - двух, трех, четырех и т. д. [9, с. 14-19]. Такого рода периферийные и гибридные структуры позволяют экономно и семантически емко передавать человеческие мысли и чувства во всем их многообразии и естественном переплетении [2, с. 179]. Синхронное исследование фактов транспозиции и синкретизма в грамматическом строе русского языка дает основание утверждать, что система частей речи отражает концептуальную картину мира, элементы которой диалектически взаимосвязаны и взаимообусловлены. В связи с этим адекватным можно признать такое описание системы частей речи, которое раскрывает механизм их взаимодействия, взаимопроникновения, соприкосновения друг с другом разными гранями, что проявляется в разной комбинаторике и удельном весе категориальных признаков в структуре словоформ, включенных в один или несколько транспозиционных процессов на уровне частей речи.

Рассмотрение типов ступенчатой транспозиции в сфере частей речи, грамматических категорий и лексико-грамматических разрядов (а также в области синтаксических единиц - синтаксем, словосочетаний, предложений и др.) позволяет выявить определенные тенденции, динамику в развитии тех или иных фрагментов языковой системы; использование в процессе языковой эволюции разных способов обогащения частей речи, прежде всего за счет собственных, внутренних ресурсов - «расщепления» (раздвоения, растроения и т. п.) слов и образования на базе комплекса или отдельных словоформ исходных лексем новых языковых еди-

ниц при функциональной и функционально-семантической адъективации, адвербиализации, прономинализации, интеръективации и т. п. Такие единицы могут приобретать вариативные формы. Наиболее радикальной трансформации среди наречий подвергается, как известно, синтетическая форма компаратива тише, которая развила при интеръективации серию вариантов, находящихся в отношении свободного варьирования: Тсс! Чш! Тш! и др. По замечанию Л. П. Крысина, литературная норма, несмотря на строгость и консерватизм, «допускает совместное функционирование вариантов одной и той же языковой единицы» [6, с. 8-9]. Нечто схожее можно наблюдать и при интеръективной транспозиции глаголов и существительных, которые также изменились в фонетико-графическом отношении: Хватит! ^ Хва!; Пали! ^ Пли!; Готовься! ^ Товсь!; Возьми! ^ Взы!; Укуси! ^ Кусь! ^ Усь!; Марш! ^ Арш!

В комплексном, разноаспектном анализе нуждается феномен предикативации языковых единиц, понимаемый нами как вид ступенчатой транспозиции слов и словоформ из разных частей речи в семантико-синтаксический разряд предикативов. Основной акцент необходимо делать на выявлении типов взаимодействия фонетических, лексических, словообразовательных, морфологических и синтаксических факторов в процессе безлично-предикативной транспозиции лингвистических единиц; установлении синхронных семантико-синтаксических и словообразовательных связей предикативов с существительными, прилагательными, наречиями, глаголами, местоимениями, междометиями, а также с семантико-синтаксическим разрядом модально-вводных слов.

Особую трудность представляет анализ разных типов гетерогенных речевых структур, находящихся в зоне взаимодействия (притяжения) сразу нескольких частей речи. Специального рассмотрения заслуживают и интеграционные процессы, обусловливающие взаимодействие в структуре тех или иных категориально перерождающихся словоформ диффе-

ренциальных признаков глаголов, существительных, прилагательных, наречий, местоимений и междометий. Одной из важнейших задач является осмысление системы критериев для разграничения грамматических и лексико-грамматических омонимов (ср.: Его лицо было весело - краткое прилагательное в позиции предиката; Он весело рассказывал о чем-то - наречие в роли обстоятельства и Ему было весело; Весело кататься с горки - функциональный предикатив в роли предиката безличной конструкции), а также разного рода синкретичных (периферийных и гибридных) образований, представляющих те или иные звенья на шкале предикативной транспозиции (ср. гибрид с препозитивным инфинитивом-подлежащим: Кататься с горки весело).

Основной объект изучения - это корпус производных предикативов и синкретичных образований, возникших вследствие предикативации существительных, прилагательных, наречий, глаголов в форме страдательных причастий и местоимений. Исследование конструкций с разной степенью предикативированными словами и словоформами тех или иных частей речи дает возможность установить ступени (этапы) предикативации языковых единиц разных частей речи; уточнить корпус синкретичных речевых структур, представляющих разные звенья (с более дробными подразделениями внутри каждого из них) предикативной транспозиции лексических единиц указанных семантико-грамматических классов; установить экстралингвистическую и лингвистические причины (в частности, потребность в компактном выражении многообразия оттенков мыслей за счет речевых структур, синтезирующих в разной пропорции дифференциальные признаки нескольких частей речи), семантические и морфологические предпосылки, синтаксические условия, форму, признаки и предел транспозиции существительных, прилагательных, наречий, глаголов, местоимений в статальные, оценочные и статально-оценочные предикативы (изменения на уровне их лексической и

грамматической семантики, морфологических категорий, морфемной структуры, валентности, фонетических особенностей и др.).

Предикативация занимает, как известно, особое место среди транспозиционных процессов в системе частей речи русского языка. Если в процессе, например, субстантивации, адвербиализации, адъективации и т. п. слова или словоформы категориально «раздваиваются» и «отпочковавшиеся» от них «двойники» переходят из одной части речи в другую, то при предикативации языковые единицы разной категориальной принадлежности (пора, легко, некогда, проветрено и т. п.) не перерождаются в какую-то новую часть речи, а используются в речи «нестандартно» - в особой синтаксической функции предиката односоставного безличного предложения для передачи семантики состояния и/или оценки, утрачивая (или нейтрализуя) в этой позиции семантические, морфологические и синтаксические признаки исходных частей речи, избыточные для данного употребления. Сходную природу имеет и процесс модаляции, суть которого также состоит не в перемещении одной или нескольких словоформ лексемы (конечно, главное, факт, кажется и др.) из одного класса в другой, а в их необычном использовании - в позиции вводности для выражения разных субъективно-модальных значений, что, как и в случае с предикативацией, сопровождается утратой исходными словоформами тех дифференциальных признаков частей речи, которые в данном контексте оказываются нерелевантными. Ср.: Вы пришли кстати (наречие в функции обстоятельства) и Кстати, письмо от Вас я получил (наречие в позиции модально-вводного компонента высказывания).

Результатом предикативной транспозиции языковых единиц является образование предикативов (или, в иной терминологии, слов категории состояния, слов состояния, имен состояния, безлично-предикативных форм и т. п.). При всем разнообразии их трактовок наиболее убедительным представляется тот подход, который получает развитие в последних

академических грамматиках русского языка, где предикативы - это не часть речи, а особый семантико-синтаксический разряд слов и словоформ, имеющий межкатего-риальный (межчастеречный) характер [5, с. 22-23].

Примечательна в этом плане позиция академика Ю. Д. Апресяна, строящего концепцию предикативов исключительно на синтаксической основе [1, с. 529]. С точки зрения автора, «предикатив - слово, всегда используемое в предикативной функции» [1, с. 529]. К предикативам Ю. Д. Апресян относит слова разной частеречной отнесенности в функции предиката двусоставных и односоставных (безличных) конструкций: а) наречия (и наречные обороты) типа больно, жалко, замужем, с головой, не в себе, вне себя (Ему было больно; Мне там было с головой); б) краткие прилагательные типа виден, волен, горазд, здоров, должен, намерен, рад, мал, прав (Здоров врать!); в) существительные типа грех (жаловаться); лень (вставать); охота (спорить с ним).

Функциональная транспозиция словоформ разных частей речи в предикативы, на наш взгляд, имеет ступенчатую природу. Это значит, что одна и та же, например, адъективная лексема может представлять в двусоставных и односоставных конструкциях разные этапы на пути к предикативам. Сравним типовые контексты предикативации: 1) холодное (Лето было холодное; полное прилагательное с четырьмя категориями - степеней сравнения, рода, числа и падежа) ^ 2) холодно (Помещение было холодно; краткое прилагательное с тремя категориями - степеней сравнения, рода и числа) ^ 3) холодно (В доме было холодно; предикатив с одной категорией - степеней сравнения).

Предикативы подразделяются на две группы: 1) слова и словоформы разных частей речи (существительное, прилагательное, наречие, глагол в форме краткого страдательного причастия, местоимение), использующиеся в безлично-предикативной позиции с семантикой состояния и/или оценки (действия); например: лень работать, страшно

смотреть, в комнате не убрано и т. п.; 2) слова в позиции безличного предиката с семантикой состояния и/или оценки, не имеющие в современном языке соответствий (коррелятов) среди ядерных слов знаменательных частей речи; например: жаль его; надо подумать; можно остаться; стыдно говорить и т. п. (при возможности, правда, отдельных «рецидивов» субстантивности и адъективности в гибридных речевых структурах типа Как жаль! Это можно!). Общая семантика предикативов «состояние и/или оценка» проявляется трояко, в связи с чем их можно разделить на три типа - два основных, «чистых»: 1) со значением состояния (напр.: На улице пасмурно) и 2) со значением оценки (напр.: Отсюда было далеко до озера), и один синкретичный: 3) со значением состояния и оценки (напр.: Ему весело кататься с горки).

Механизм предикативации слов и словоформ предполагает «сложное грамматическое переплетение» в их структуре свойств и функций разных частей речи -имен (существительное, прилагательное, числительное, местоимение), глаголов и наречий. Формы проявления этого взаимодействия многообразны. Так, адъективные словоформы (жалко, больно и т. п.) при предикативации оказываются «в зоне интересов» (притяжения) глаголов и наречий, приобретая, с одной стороны, глагольные характеристики (семантика состояния, функция предиката, безличность, сочетаемость с инфинитивом, прямая переходность, напр.: жалко его обижать; больно глотать), а с другой - некоторые адвербиальные признаки (неизменяемость, наличие суффикса -о, значение признака действия (у словоформы типа весело на ступени гибридности шкалы предикативации, представленной в двусоставной конструкции с препозитивным инфинитивом-подлежащим: Кататься с горки - весело - полуприлагательное / полунаречие / полупредикатив)). В итоге предикативация адъективной словоформы связана с ее «включенностью» сразу в два транспозиционных процесса на уровне частей речи - вербализацию и адвербиализацию. При этом разная степень

сближения языковой единицы с глаголами и наречиями может быть установлена при помощи оппозиционного метода и индексации отдельных ступеней и предела ее предикативной транспозиции.

Ситуацию осложняет то обстоятельство, что предикативирующаяся адъективная словоформа нередко оказывается в зоне притяжения не только прилагательных, глаголов и наречий, но и других классов слов, в частности местоимений-числительных с семантикой неопределенного множества (типа несколько) и императивно-эмотивных междометий. Сравним разные типы транспозиций словоформы достаточно: 1) Этих книг достаточно (т. е. столько, сколько необходимо: адвербиализация и прономинализация - местоименно-числительный тип употребления адвербиализованной адъективной словоформы); 2) Иногда достаточно взглянуть на человека, чтобы понять, кто он (сближение с глаголами и наречиями (в рамках предикативации: количественная оценка действия в инфинитиве), а также с неопределенными местоимениями-числительными (при прономинализации)); 3) Достаточно плакать, сколько можно! (интеръекти-вация (эмоциональный призыв к прекращению действия), предикативация (т. е. вербализация и адвербиализация), прономинализация) (см. концепцию степеней интенсивности, полноты и достаточности качества, разрабатываемую в исследовании Ю. Л. Воротникова [4]).

Подверженность двум типам транспозиции обнаруживают словоформы мало, недостаточно в сочетании с постпозитивным примыкающим инфинитивом; ср.: Мало понять, надо действовать (предикативация + прономинализация). Примечательно и функционирование словоформы Горько! (возглас гостей за свадебным столом, призывающий молодых поцеловаться и тем самым, по ритуалу, снять ощущение горечи во рту от выпитого вина, шампанского и т. п.) в синкретичном контексте интеръективации, вербализации и предикативации.

«Чистый» и «совмещенный» типы предикативации могут демонстрировать

словоформы холодно, жарко, больно, плохо и т. п.: 1) Ему холодно (предикатив с семантикой физического состояния субъекта; предикативация) и 2) Мне холодно! Ты не слышишь?! (при поддержке императивной интонации фраза может имплицировать смысл ‘Закрой дверь, окно!’; предикативация, интеръекти-вация и вербализация). Аналогично:

1) В комнате жарко (предикативация) и

2) Мне жарко! (может означать на уровне пресуппозиции ‘открой форточку’, т. е. сделай нечто, в результате чего мне станет лучше; предикативация, интеръективация и вербализация). Сравним также надпись Опасно: тигры! (предикативация (негативная оценка ситуации с импликацией эмоционального состояния субъекта) + вербализация (сближение с глагольным императивом; ср.: Остерегайтесь! Будьте осторожны!) + интеръективация (сближение с императивно-эмотивным междометием)). Академик В. В. Виноградов подчеркивал, что «в живом языке... нет идеальной системы с однообразными, резкими и глубокими гранями между разными типами слов. Грамматические факты двигаются и переходят из одной категории в другую, нередко разными сторонами своими примыкая к разным категориям» [З, с. 45-46].

Исследование процесса предикатива-ции (и параллельно протекающих с ним иногда других типов транспозиции) слов и словоформ разных частей речи с использованием методики оппозиционного метода позволило выявить ступенчатый характер их категориального преобразования, представив результаты анализа графически, в виде соответствующих шкал предикатива-ции, где отмечены звенья, фиксирующие взаимодействие в словоформе признаков нескольких классов слов.

Ступени безлично-предикативной транспозиции единиц разных частей речи весьма специфичны. Проиллюстрируем основные этапы предикативации страдательных причастий в русском языке, используя для этого шкалу переходности, включающую исходный пункт движения (звено П(рич) / п(рил) - прототипические, ядерные причастия в полной форме), зону

периферии причастий в краткой форме (звено П(рич) / п(рил) : п(ред) - причастия в краткой форме), сферу гибридных образований (звено п(рич) / п(рил) : п(ред)), зону периферии предикативов (звено п(рич) / п(рил) : П(ред)), конечный пункт движения (звено П(ред) - прототипические, ядерные предикативы). Ср.: 1) Звено П(рич) / п(рил): Только четверо четырнадцатилетних подростков посещали это забытое Богом и людьми место (М. Ми-лованов); 2) Звено П(рич) / п(рил) : п(ред): Все книжное было забыто (В. Т. Шала-мов); З) Звено п(рич) / п(рил) : п(ред): Это все видели. - Ладно. Забыто уже (Г. Владимов); Уже забыто, что когда-то здесь был парк; 4) Звено п(рич) / прил : П(ред): Кажется, ничего не было забыто... (В. А. Каверин); 5) Звено П(ред): В мае не положено жениться: всю жизнь маяться будут (Д. Гранин).

Графическая экспликация этапов пре-дикативации страдательных причастий на шкале переходности требует нескольких замечаний. Во-первых, звено П(ред), манифестирующее центр (ядро) предикативов, представлено, с одной стороны, краткими формами страдательных причастий на -но, -то, подвергшимися функционально-семантической предикативации (разрешено, запрещено, положено и некоторые другие; В этом месте запрещено купаться (~ ‘нельзя, не следует купаться’)), а с другой - предикативами, утратившими соотносительность с прототипическими, т. е. полными, страдательными причастиями (приказано ехать, велено собираться в дорогу и т. п.; ср. невозможное: *прика-занный; *веленный...), а также иногда и краткими (не суждено тебе быть... и т. п.). Поэтому к ядру предикативов не могут быть отнесены функциональные предикативы вроде сказано, написано, сообщено, послано, куплено, получено (Извещения пока не получено): они сохраняют в современном языке структурно-семантическую соотносительность с исходными причастными формами глаголов (На столе лежало полученное им извещение; Вчера им получено новое извещение).

Во-вторых, причастия типа убрано, подметено, освещено, проветрено (В зале

хорошо освещено; В старом помещении недавно было покрашено) подвергаются в безличной позиции двум типам транспозиционных преобразований - адъективации и предикативации, в связи с чем для предикативов и гибридных, причастно-адъективно-предикативных образований затруднительно установление одного какого-либо исходного пункта предикати-вации: они в равной мере могут быть соотнесены с причастиями и отпричастными прилагательными. Это обстоятельство заставляет выделять двойные переходные зоны типа п(рич) / п(рил) : П(ред) (периферийный предикатив (В комнате убрано, проветрено и т. п.)); ср. соотносительные с ним причастие (Комната недавно убрана и проветрена дежурным) и отпричастное прилагательное, функционирующие в пределах исходной глагольной лексемы убрать (Комната убрана и проветрена).

В-третьих, отдельные ступени шкалы переходности могут быть представлены в виде подступеней, фиксирующих в совмещенных контекстах предикативации и адъективации более дробную градацию этапов транспозиции словоформ в предикативы: ср.: п(рич) / п(рил) : п(ред) 1, п(рич) / п(рил) : п(ред) 2 и т. д. Особенность этого типа межчастеречной транспозиции состоит в том, что он имеет двойственный характер: одно и то же причастие подвергается в разных контекстах как функциональной, так и функционально-семантической предикативации. Кроме того, предикативация языковой единицы может быть сопряжена с ее адъективацией. Сравним два типа транспозиции причастия принятый (принято): 1) функциональная предикативация (в рамках глагольной лексемы; напр.: Решения по этому вопросу пока не принято) и 2) функционально-семантическая предикативация, совмещенная с адъективацией (напр.: Об этом не принято говорить) (подробнее см. в [10, с. 38-48]).

Анализ процесса и результата безлично-предикативной транспозиции языковых единиц позволяет выявить типы омонимического столкновения частей речи, их представленность в лингвистических словарях; разработать систему критериев для разграничения функциональных и

функционально-семантических омонимов, а также синкретичных, гибридных структур, появившихся вследствие пре-дикативации и сопутствующей ей в ряде случаев вербализации, интеръективации, адъективации, модаляции и др.

Процесс ступенчатой предикативации страдательных причастий ведет к образованию функциональных и функционально-семантических омонимов, которым соответствуют определенные звенья на шкале переходности. Функциональный тип омонимии эксплицируют звенья шкалы предикативации причастий: П(рич) / п(рил) : п(ред) - п(рич) / п(рил) : П(ред). Таковы грамматические (функциональные), но не лексические омонимы типа послано (краткое страдательное причастие) - послано (отпричастный предикатив). Сравним, например, два типа употребления причастия послано: 1) собственно глагольный тип употребления в двусоставном предложении: Письмо послано на неделю раньше телеграммы (В. Аксенов); 2) безлично-предикативный тип употребления в односоставном предложении: Начальник штаба, за которым было послано, не появлялся (А. Анфиногенов). Предика-тивация причастий не приводит в таких случаях к появлению новых лексических единиц языка. Перед нами чисто грамматический процесс порождения отпри-частных предикативов в недрах исходных глагольных лексем, т. е. факт лексической полисемии.

Функционально-семантический тип омонимии представлен звеньями преди-кативации: П(рич) / п(рил) : п(ред) и П(ред). Это лексические и грамматические омонимы вроде: принято (краткое страдательное причастие) - принято (от-причастный предикатив). Ср.: 1) На этот раз заявление было принято без проволочек... (С. Данилюк); 2) На шарашке... стало принято переделывать фамилии тюремных начальников на греческие -Мышинопуло, Климентиадис, Шикиниди (А. Солженицын).

Аналогичный тип лексико-грамматической омонимии демонстрируют и другие типы частеречной транспозиции языковых единиц. Примечательна в этом

плане, например, прономинализация причастий, приводящая к омонимическим столкновениям словоформ типа соответствующий (причастие) и соответствующий (отпричастное местоимение). Напр.: Диссертация, соответствующая (ср.: соответствовавшая) требованиям ВАКа... и Нужно принять по этому вопросу соответствующее (ср.: * соответствовавшее) решение (см. в [8]).

Любопытно, что иногда лексическую (а не грамматическую) омонимию представляют такие звенья частеречной транспозиции языковых единиц, как ядро и периферия исходного класса слов. При этом периферийные образования могут испытывать тяготение со стороны одной или нескольких частей речи. Сравним следующие типы употребления финитных глаголов и существительных: 1) собственно глагольный тип: Завались на диван и спи; 2) собственно субстантивный тип: Туристы увидели пропасть;

3) местоименно-числительный тип: Ягод в этом году завались, т. е. очень много; аналогично: Дел - пропасть! (см. в [7, с. 34-43; 8]).

В заключение отметим, что грамматических омонимов не образуют словоформы, представляющие зоны ядра и гибридности на шкале частеречной переходности. Сравним, например, типичное существительное человек и существительное-местоимение человек: 1) Человек как биологический тип возник... и 2) Иванов - человек своеобразный.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Апресян, Ю. Д. Исследования по семантике и лексикографии. Т. 1: Парадигматика / Ю. Д. Апресян. - Москва : Языки славянских культур, 2009. - 568 с.

2. Бабайцева, В. В. Явления переходности в грамматике русского языка / В. В. Бабайцева. -Москва : Дрофа, 2000. - 640 с.

3. Виноградов, В. В. Русский язык : (Грамматическое учение о слове) / В. В. Виноградов. - Москва : Высш. шк., 1986. - 640 с.

4. Воротников, Ю. Л. Безотносительные степени качества в русском языке / Ю. Л. Воротников // Изв. РАН. Сер. лит. и яз. - 2000. - Т. 59, № 1. - С. 36-43.

5. Краткая русская грамматика / В. Н. Белоусов, И. И. Ковтунова и др. ; под ред. Н. Ю. Шведовой, В. В. Лопатина. - Москва : Рус. яз., 1989. - 639 с.

6. Крысин, Л. П. Системные возможности языка и их реализация в узусе / Л. П. Крысин // Русская словесность в контексте современных интеграционных процессов : материалы Междунар. науч. конф., г. Волгоград, 24-27 апреля 2005 г. / ВолГУ ; оргкомитет: О. В. Иншаков (пред.) [и др.]. - Волгоград : Изд-во ВолгГУ, 2005. - С. 5-13.

7. Шигуров, В. В. Местоименно-числительный тип употребления глаголов : лексика и грамматика / В. В. Шигуров // Изв. РАН. Сер. лит. и яз. - 2002. -№ 2. - С. 34-43.

8. Шигуров, В. В. Прономинализация как тип ступенчатой транспозиции словоформ в системе частей речи : (Материалы к транспозиционной грамматике русского языка) / В. В. Шигуров. - Саранск : Крас. Окт., 2003. - 144 с.

9. Шигуров, В. В. Типология употребления атрибутивных форм русского глагола в условиях отрицания действия / В. В. Шигуров ; науч. ред. Л. Л. Буланин. - Саранск : Изд-во Мордов. ун-та. 1993. - 385 с.

10. Шигуров, В. В. Функционально-семантический тип транспозиции причастий в предикативы : ступени, признаки, предел / В. В. Шигуров // Изв. РАН. Сер. лит. и яз. - 2011. - Т. 70, № 5. - С. 38-48.

Поступила 12.04.13.

Об авторе:

Шигуров Виктор Васильевич, заведующий кафедрой русского языка ФГБОУ ВПО «Мордовский государственный университет им. Н. П. Огарева», доктор филологических наук, профессор, shigurov@mail.ru

Для цитирования: Шигуров, В. В. Изучение механизма межчастеречного взаимодействия языковых единиц на занятиях по русской грамматике (на материале предикативации) / В. В. Шигуров // Интеграция образования. - 2013. - № 3 (72). - С. 90-98.

REFERENCES

1. Apresyan Y. D. Issledovaniya po semantike i leksikografii. T. 1: Paradigmatika [Studies in semantics and lexicography. Vol. 1: Paradigmatics]. Moscow, Languages of Slavic Cultures Publ., 2009, 568 p.

2. Babaytseva V. V. Yavleniya perekhodnosti v grammatike russkogo yazyka [Transitional phenomena in the grammar of the Russian language]. Moscow, Drofa Publ., 2000, 640 p.

3. Vinogradov V. V. Russky yazyk: (Grammaticheskoe uchenie o slove) [Russian language: (Grammatical theory of word)]. Moscow, Higher School Publ., 1986, 640 p.

4. Vorotnikov Y. L. Bezotnositelnye stepeni kachestva v russkom yazyke [Unconditional degrees of quality in Russian]. Izvestiya Rossijskoj akademii nauk. Seriya literatury iyazyka [Bulletin of the Russian Academy of Sciences. Literature and language]. Moscow, 2000, vol. 59, no 1, pp. 36-43.

5. Belousov V. N., Kovtunova I. I. Kratkaya russkaya grammatika [Introduction to concise Russian grammar]. Moscow, Eng. lang. Publ., 1989, 639 p.

6. Krysin L. P. Sistemnye vozmozhnosti yazyka i ikh realizatsiya v uzuse [System features of the language and their implementation in Language Usage]. Russkaja slovesnost v kontekste sovremennyh integracionnyh processov: materialy Mezhdunarodnoj nauchnoj konferencii, g. Volgograd, 24-27 aprelja 2005 g. [Russian literature in the context of modern integration processes: proceedings of the International Conference, Volgograd, 24-27 April 2005]. Volgograd, VolgGU Publ., 2005, pp. 5-13.

7. Shigurov V. V. Mestoimenno-chislitelny tip upotrebleniya glagolov: leksika i grammatika [Pronominal-numeral type of using verbs: vocabulary and grammar]. Izvestiya Rossijskoj akademii nauk. Seriya literatury i yazyka [Bulletin of the Russian Academy of Sciences]. Moscow, 2002, no 2, pp. 34-43.

8. Shigurov V. V. Pronominalizatsiya kak tip stupenchatoy transpozitsii slovoform v sisteme chastey rechi: (Materialy k transpozicionnoj grammatike russkogo jazyka) [Pronominalisation as a type of graded transposition of word forms in the system of parts of speech (Materials for the transpositional Russian grammar)]. Saransk, Krasny Oktyabr Publ., 2003, 144 p.

9. Shigurov V. V. Tipologiya upotrebleniya atributivnykh form russkogo glagola v usloviyakh otritsaniya deistviya [Typology of the use of Russian attributive verb forms in negative action]. Saransk, Mordovia Univ. Publ., 1993, 385 p.

10. Shigurov V. V. Funktsionalno-semantichesky tip transpozitsii prichasty v predikativy: stupeni, priznaki, predel [Functional-semantic type of transposition of participles into predicatives: the steps, features, limits]. Izvestiya Rossijskoj akademii nauk. Seriya literatury i yazyka [Bulletin of the Russian Academy of Sciences. Literature and language]. Moscow, Nauka Publ., 2011, vol. 70, no 5, pp. 38-48.

About the author:

Shigurov Viktor Vasilievich, head, Chair of the Russian Language, Ogarev Mordovia State University (Saransk, Russia), Doctor of philology, professor, shigurov@mail.ru

For citation: Shigurov V. V. Izuchenie mehanizma mezhchasterechnogo vzaimodejstvija jazykovyh edinic na zanjatijah po russkoj grammatike (na materiale predikativacii) [The study of interaction mechanism of linguistic units of different parts of speech in classes on russian grammar (based on predicativation)]. Integracija obrazovanija [Integration of Education]. 2013, no. 3 (72), pp. 90-98.