Взаимодействие архитектуры индивидуального жилого дома с природной средой (конец XIX - начало XXI века)

УДК 728.84

ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ АРХИТЕКТУРЫ ИНДИВИДУАЛЬНОГО ЖИЛОГО ДОМА С ПРИРОДНОЙ СРЕДОЙ

© Л.А. Красилова

Статья посвящена изучению развития на протяжении конца XIX - начала XXI века связи архитектуры индивидуального жилого дома и окружающей его природной среды на примерах построек архитекторов-экспериментаторов США и Европы. Приведены примеры домов, решенных в различных стилях и выстроенных из разных строительных материалов. Эти дома являются знаковыми, обладают ярким архитектурным образом и стали визитной карточкой своих авторов. В статье представлен богатый видеоряд из фотографий и планов исследуемых жилых домов.

Ключевые слова: контекст; жилой дом; функционализм; органическая архитектура; амебообразная архитектура; лендморфинг.

COOPERATION OF ARCHITECTURE OF AN INDIVIDUAL RESIDENTIAL HOUSE

WITH THE NATURAL ENVIRONMENT

© L.A. Krasilova

The article is devot5ed to the research of the development of architectural cooperation of an individual residential house and the natural environment at the examples of constructions by architects - experimenters of the USA and Europe. We presented the examples of the houses developed in different styles and built with different building materials. These houses are significant, have a bright architecture image and have become and architectural landmark of their creators. In this article we have presented a rich footage of photos and plans of residential houses under research.

Key words: conten; residential house; functionalism; organic architecture; ameboid architecture; landmorfing.

В статье представлено авторское исследование проблемы контекста природного окружения в архитектуре индивидуального жилого дома. «Контекст природного окружения в архитектуре» - это специфический речевой оборот, отражающий культуру отношений человека с окружающей его естественной средой.

Жилой дом всегда был и остается жилищем, укрытием, приватной зоной, неприкосновенным пространством, символом постоянства и ритма привычной жизни. На протяжении изучаемого периода времени (конец XIX - начало XXI в.) при проектировании индивидуального жилого дома архитекторы по-разному решали проблему человеческого жилища и окружающего его контекста, и это всегда была интересная тема для экспериментов, серьезная творческая проблема, благодатная почва для архитектурных поисков.

В современных условиях актуальность этой темы очевидна. Изучение опыта предшественников может привести к открытиям и появлению новых тенденций в архитектуре индивидуального жилого дома, который как один из важных факторов человеческого существования является пересечением всех важнейших сторон жизни.

В исследуемый период отношение к окружающей жилой дом среде или контексту, претерпевало значительные изменения. При создании архитектурно-пространственной композиции индивидуального жилого дома архитекторы использовали два принципа, в корне отличающиеся друг от друга: во-первых, максимально раскрыть внутренние про-

странства дома на окружающую природу, тем самым интегрируя его во внешнюю среду, во-вторых, оградить обитателей жилища от агрессивного влияния природных стихий.

Рис. 1. Ф. Уэбб. «Красный дом», 1859 г.

К середине XIX в. в странах Европы потребности в жилище весьма изменились. Архитектура, построенная в традициях классицизма, перестала удовлетворять новым жизненным условиям. В Англии идеологом зарождающихся творческих концепций стал философ и критик Джон Рескин (1819-1900 гг.). В центре новаторских поисков оказался Уильям Моррис (1834-1896 гг.) - дизайнер, художник, общественный деятель, писатель и социалист. Он основал «Движение искусств и ремесел», ставшее самостоятельным художественным стилем во второй половине XIX в. Основной идеей сторонников движения было создание особой эстетической среды проживания человека, которая должна была способствовать усовершенствованию общества. Продвигая идеи Рескина, Моррис добивался гармонии жизни, единения мира природы с миром человека иискусства.

Построенный Филиппом СпикменомУэббом (1831-1915 гг.) для У. Морриса жилой дом «Ред-хаус» («Красный дом», 1859 г.) в городке Элтон, графство Кент в Уэссексе (центральная Англия) стал протестом традиционному в эти годы общему мнению (рис. 1). Уэбб исповедовал принцип целостности и желание объединить жилой дом с окружающей его природой и местными памятниками архитектуры, в связи с этим особое значение имела планировка участка. Желание сохранить существующий фруктовый сад привело к «огибающей» сад Г-образной форме плана. Объемно-пространственная композиция дома и весь внешний неповторимый образ напоминали о «средневековой идиллии», в дальнейшем став прототипами для особняков, спроектированных фирмой Морриса, и отправной точкой для будущих архитекторов. «Красный дом» стал полной противоположностью привычным в то время особнякам, изукрашенным лепниной. Моррис создавал новый стиль жизни, поэтому исторически этот эксперимент можно назвать первым опытом применения новых принципов в жилищном строительстве, в частности, учета архитектурного контекста.

XIX в. не создал собственного архитектурного стиля и новых принципов в организации архитектурного пространства. Многие архитекторы: Л. Салливен в США, Г. Бер-лаге в Нидерландах, А. ван де Вельде в Бельгии и О. Вагнер в Австрии перестали подражать историческим стилям, выдвигая свои творческие идеи, которые были приняты в профессиональной среде, что в дальнейшем привело к появлению современной архитектуры.

XX в. значительно отдалил человека от природы. Провозглашенный Адольфом Ло-осом (Adolf Loos) (1870-1933 гг.) функционализм, т. е. соответствие назначению или функциональный подход к сооружению, проявился в архитектуре в 1930-е гг. в построй-

ках архитекторов Ле Корбюзье (Le Corbusier) (1887-1965 гг., Франция), В. Гропиуса (Walter Adolph Georg Gropius), (1883-1969 гг., Германия), Якобса Йоханнеса Питера Ауда (Jacobus Johannes Pieter Oud) (1890-1963 гг., Нидерланды) и многих других. Приверженцы нового стиля стремились к строгому соответствию зданий и сооружений, происходящим в них производственным и бытовым процессам. По словам В. Гропиуса, в этот период времени значительно усилилась индивидуализация жизни и «изоляция личности». Зачастую контекст мало интересовал проектировщиков, часто оставаясь за рамками творчества (рис. 2).

Рис. 2. Ле Корбюзье, Вилла Савой, 1929 г.

Однако во Франции в 1923 г. Ле Корбюзье построил виллу Тернезьен (Villa Ter-nisien) для Поля Тернезьена и его жены. Сложной треугольной формы, узкий, неудобный участок с росшим на нем старым высоким деревом продиктовал общий вид здания и его сложную объемно-пространственную композицию, что привело к объединению в двухсветном пространстве художественной мастерской жены, требующей естественного света, музыкальной студии мужа и общей гостиной для приемов. Учитывая контекст и желая сохранить высокое дерево, Ле Корбюзье углубил главный вход в объем дома. Этот небольшой дом стал важным этапным проектом в развитии стиля Ле Корбюзье (рис. 3).

Рис. 3. Ле Корбюзье. Вилла Тернезьен, 1923 г.

В 1930-е годы возникла теория «органической» архитектуры, которая подразумевала использование принципов органической жизни в архитектуре. Здание и его окружение принимались как единое целое. Это было выражено в структуре и максимально подчеркнуто. Теорию использовали многие архитекторы, которые пытались распространять

ее не только на здания, но и создавать союз здания и окружения, места, на котором оно стоит.

Франк Ллойд Райт (Frank Lloyd Wright) (1867-1959 гг.) - один из самых креативных, однако верных американским традициям, архитекторов, профессиональная практика которого началась в конце XIX в. По словам З. Гидиона, «В начале своей деятельности Райт был довольно консервативным архитектором. Подобный «консерватизм» объясняется творческой концепцией мастера. Секрет творчества Райта заключается в том, что в традициях архитектуры американского дома он нашел элементы, которые могли быть использованы как основа для будущего строительства. К этим основным элементам он добавил новые, расширив структуру традиционного американского дома»2.

Ф.Л. Райт провозглашал органическое восприятие окружающей среды в противовес рациональному. Свое мироощущение он пытался выразить в «органической архитектуре» термин, придуманный самим мастером. Он говорил, что здание не стоит на холме, а вырастает из него, из земли, дом и сад должны быть едины, где кончается одно и начинается другое должно быть незаметно. Органическая архитектура есть не только гармония частей и целого в здании, но и интеграция здания с местом и окружением. В этой теории здание должно проектироваться на основе преимуществ природы, органического мира. «Органическая» архитектура - естественная, из естественного, для естественного, основными принципами которой стали интегральный, целостный подход к архитектуре, движение «изнутри наружу», «от земли к свету», а исходным моментом - характер участка, т. е. контекст. Первыми словами в составленном Райтом словаре «органической» архитектуры стали - свободная архитектура и природа.

Дом Якобса, построенный мастером в США в штате Висконсин (1937 г.), - пример «американских жилищ» Райта. Планировка дома и его пространственное решение максимально используют особенности контекста, это придает дому больше уюта, ощущение защиты. Верный своим принципам, архитектор максимально учитывал рельеф участка, таким образом его постройки органично вписываются в окружающий ландшафт (рис. 4).

Рис. 4. Ф.Л. Райт. Дом Якобса, 1937 г.

Подобный подход к контексту свойственен и японской архитектуре. В Германии Эрих Мендельсон (Erich Mendelsohn) (1887-1953 гг.) во многих своих постройках повторял их контурами контуры земли, создавая тем самым единство архитектуры и контекста.

Гидион 3. Пространство, время, архитектура. М. : Стройиздат, 1984. С. 235.

Многие сторонники теории мастера и сегодня применяют подобный подход при проектировании индивидуального жилища. Например, американские архитекторы Кенд-рик Бэнгс Келлог (Kendrick Bangs Kellogg) и Барт Принс (Bart Prince), развивая идеи Ф.Л. Райта, создают свои уникальные архитектурные сооружения, с невероятным мастерством вписывая их в ландшафт.

Ученик Райта американский архитектор Джон Лотнер

Стремление оставить окружающую природу нетронутой привело к подобному решению: одноэтажный восьмиугольник дома опирается на 9-метровую бетонную колонну со стальными раскосами, благодаря которой здание оказывает минимальное воздействие на окружающую природу (рис. 5).

Рис. 5. Д. Лотнер. Дом Малин, 1960 г.

В середине XX в. «органическая» архитектура, казалось, практически прекратила свое существование, однако после Второй мировой войны и особенно, начиная с 1970-х годов, она вновь возродилась. Ее расцвету способствовало экономическое процветание в Европе, начавшееся в 1960-е годы.

Признанным лидером «органической» архитектуры в Финляндии был АлварАалто (Hugo Alvar Henrik Aalto) (1898-1976 гг.), который разделял взгляды Ф.Л. Райта, признавая органическую цельность архитектуры. Он воспевал естественные отношения человека и суровой природы родной Финляндии (рис. 6).

Рис. 6. А. Аалто. Вилла Кокконена, 1971 г.

Архитектура Мастера служила промежуточным звеном между человеком и природой. «Аалто олицетворяет собой тип архитектора, который стремится выразить региональные черты универсальным языком, сохраняя при этом их локальную специфику», -писал З. Гидион3.

Всем своим творчеством А. Аалто противостоял международной моде на «универсальную архитектуру» Мисаван дер Роэ, безразличную к назначению и месту. Здания А. Аалто четко реагируют на ландшафт и «дух места». Его архитектура близка к природе, возводилась из природных материалов и вписывалась в рельеф. «Природа для него источник неких законов, «модель для архитектуры». Многое он выводит из архетипов классики; последняя, однако интересна для него не шедеврами, подобными периптеру Парфенона, а точным чувством духа места, руководствуясь которым, древние греки располагали свои сооружения и врезали в рельеф амфитеатры, соблюдая гармонию руко-

4

творного и природного» .

Многие мастера 1990-х гг. широко пользуются понятием «контекст», настаивая на его важности. Среди них: Р. Кулхас (Remment Koolhaas), Б. Чуми (Bernard Tschumi), А. Мендини (Alessandro Mendini), Э. Сотсасс (Ettore Sottsass) (1917-2007 гг.).

Австралийский архитектор Гленн Маркус Маркатт (Glenn Marcus Murcutt) в 1994 г. построил дом Марики-Алдертона (Marikа-Alderton House) (рис.7).

Рис. 7. Г. Маркатт. Дом Марики-Алдертона, 1994 г.

Это - экономичное здание, простотой своей формы похожее на сельскохозяйственное сооружение, но лаконичные детали и превосходное мастерство изготовления делают его достойным в ряду многих более фешенебельных домов Маркатта. Пословица аборигенов «Касайся земли легко» - девиз архитектора, нашла свое полное воплощение в этом проекте.

Томас Херцог (Thomas Herzog), пионер энергосберегающей архитектуры в Западной Германии создал дом в Регенсбурге (Houseat Regensburg) в 1979 г., ставший первым энергосберегающим зданием в Западной Германии. Постройка представляет собой экологический эксперимент. Дом - это логический проект, новое изобретение, принадлежащее больше науке, чем чувству. Он не следует какому-либо стилю на основе высоких технологий, а использует технологию как ответ на различные проблемы, например, зонирование, естественная инфраструктура, экономика, местоположение на участке, использование солнечной энергии, теплопроводность различных материалов (рис. 8).

3 Гидион 3. Пространство, время, архитектура. М. : Стройиздат, 1984. С. 361.

4 ИконниковА.В. Архитектура ХХ века. Утопии и реальность. М. : Изд. Прогресс-Традиция. Том II. 2001. С. 64.

Рис. 8. Т. Херцог. Дом в Регенсбурге, 1979 г.

Рем Кулхас (Rem Koolaas) и OMA спроектировал Голландский дом (Dutch House) в Нидерландах в 1995 г. Он является одним из немногих проектов индивидуальных жилых домов, в котором архитектор продолжает традиции Людвига Мисаван дер Роэ( Ludwig Miesvander Rohe) ( 1886-1969 гг.) и Филиппа Джонсона (Philip Johnson) (1906-2005 гг.). Строгие требования к охране окружающей среды, непростая топография местности и высотные ограничения привели к необычному авторскому решению. Учитывая все это, постройка, высота которой ограничивается четырьмя метрами, расположена как выше, так и ниже уровня земли. Архитектор, принимая во внимание контекст, умело вписал сооружение в окружающую природную среду (рис. 9).

Рис. 9. Р. Кулхас. Голландский дом, 1995 г.

Многие архитекторы 1990-х гг. активно используют и признают важность понятия «контекст», среди них Б. Чуми, Р. Кулхас, Э. Сотсасс, А. Мендини. В XXI в. появилось большое количество стилей и направлений, рассматривающих проблему контекста по-разному. Созданы архитектурные сооружения, спроектированные по принципам новой «органической» архитектуры. Внешне они различны, но их объединяет общий органический подход. В архитектуре «лендморфинга» (lendmorfing), например, форма здания нелинейна, неортогональна геометрии, буквально тактильно связана с землей. Архитекторы, работающие в этом направлении, применяют органический подход, который определяет дом как организм. Это, прежде всего,Тойо Ито (Toyo Ito), Заха Хадид (Zaha Hadid), Эмилио Амбаз (Emilio Ambasz), Массимилиано Фуксас (Massimiliano Fuksas), Майкл Сор-кин (Michael Sorkin), Питер Эйзенман (Peter Eisenman), Шухей Эндо (Shuhei Endo).

Молодые британские архитекторы, основатели фирмы «Будущие системы» (Fu-tureSistems) Ян Каплицки и Дэвид Никсон (Jan Kaplicky, David Nixon), работали ранее

с Норманом Фостером (Norman Foster), Ренцо Пьяно (Renzo Piano) и Ричардом Роджерсом (Richard George Rogers). Их архитектуру можно отнести к бионической или аморфной, органические формы которой называют «blobitecture» (амебообразная архитектура).

Дом 8 222, (рис. 10), построенный в 1994 г. в Англии - яркий пример жизнеспособного дома, учитывающего контекст и оказывающего минимальное визуальное воздействие на ландшафт. Старые армейские казармы, расположенные на скале в Национальном парке на юго-западном побережье Уэлса, были превращены в жилой дом. Любые изменения ландшафта на заповедной территории строго запрещены, в связи с чем нашлось любопытное решение - утопить новый дом в землю. Здание прекрасно вписывается в окружающую среду, буквально замаскировано, только огромные застекленные панели открывают вид в сторону моря и долины.

Рис. 10. Будущие системы. Дом 8 222, 1994 г.

Еще один пример незаметной архитектуры создали в швейцарском архитектурном бюро SeARCH. Дом в Вальсе (Villain Vals), построенный в 2009 г., - это подземный дом для отдыха, который полностью интегрирован в ландшафт, чтобы избежать нарушения девственной альпийской природы (рис. 11).

Рис. 11. SeARCH. Дом в Вальсе, 2009 г.

Подобное расположение сооружения позволяет максимально осветить внутренние помещения дома естественным светом.

Следующий жилой дом Зуфере (Zufferey House) - смелый эксперимент, построенный в городке Вале (Wallis) в 2003 г. архитекторами из швейцарской студии Нунатак Сарль Аркитектс, реагирует на окружающий его ландшафт (рис. 12).

Рис. 12. Нунатак Сарль Аркитектс. Дом Зуфере. 2003 г.

Уклон крыши дома, а также ее цвет заимствованы авторами у самой природы. Силуэт расположенной неподалеку горы (L'Ardevaz) подсказал подобное проектное решение.

В 2013 г. британский архитектор Джон Поусон (JohnPawson) построил строгий пуританский дом Палмгрен (Palmgren House) в уединенном месте в Швеции на пустынном берегу озера Древикен (Drevviken) (рис.13).

I

Рис. 13. Д. Поусон. Дом Палмгрен. 2013 г.

Это пример бескомпромиссного скандинавского минимализма. Дом практически незаметен, он тихо присутствует в контексте, создавая ощущение космического спокойствия. Особенно это ощутимо в зимнее время, когда все покрыто снегом, белое здание практически невидимо, растворяясь в окружении. Для автора контекст становится важнее объекта, в него интегрированного.

В 2010 г. Даниэл Либескинд (Daniel Libeskind) спроектировал в США дом 18.36.54. Это чистая и динамичная архитектура, авторское представления о «доме в ландшафте» (рис. 14).

Рис. 14. Д. Либескинд. Дом 18.36.54. 2010 г.

Сооружение явно противопоставлено окружающей среде, но отделка фасада отполированной сталью позволяет воспринимать объект по-разному в зависимости от времени года, дня и погоды. Некоторые наклонные плоскости под определенным углом визуально «пропадают» благодаря отражению в них неба, красивых видов полей и далеких предгорий, тем самым частично растворяя здание в ландшафте.

Ряд архитекторов, например, Фрэнк Гери (Frank Owen Gehry), заявляют, что архитектор имеет полное право пренебрегать контекстом.

Подобный взгляд на эту проблему продемонстрировал приверженец модернизма Чарльз Гватми (Charles Gwathmey) (1938-2009 гг.), который построил в 1965-1967 гг. в Нью-Йорке дом Гватми (Gwathemy Residence and Studio) (рис. 15).

Рис. 15. Ч. Гватми. Дом Гватми. 1967 г.

Сооружение было признано одним из знаковых зданий современной эпохи. По словам архитектора, дом создавался как некая скульптура, стоящая на плоском основании, и не связан с окружающей природой, которая является его обрамлением.

В 1971 г. Тойо Ито (Toyo Ito) построил Алюминиевый дом (Aluminium Cottage) в Японии, который выглядит как хайтековский и футуристичный металлический ящик с наклонной линией крыши и глухими стенами. Единственное окно раскрывает виды на ок-

ружающую природу и является связующим звеном между домом и контекстом (рис. 16).

Рис. 16. Т. Ито. Алюминиевый дом. 1971 г.

Кадзуё Седзима (Kazuyo Sejima), основатель фирмы SANAA (Sejima And Nishizawa And Associates) построила в 1994 г. в Японии гостевой дом для художников (Villainthe Forest). Здание расположено в лесу, среди высоких деревьев, куда с трудом проникают солнечные лучи. Бетон в качестве строительного материала стен и круглая форма сооружения - рациональный выбор для дома, находящегося в условиях экстремальных температур и минимальной инсоляции. Глухие стены цилиндрического дома со слегка наклонной крышей прорезаны квадратными проемами окон различного размера. В этом проекте место и контекст не важны автору (рис. 17).

Рис. 17. К. Седзима. Дом в лесу. 1994 г.

Можно сделать вывод, что на протяжении исследуемого периода (конец XIX - начало XXI в.) проектирование индивидуального жилища решало задачи связи традиции и новаторства. Во многих странах мира архитекторы искали новые решения в обьемно-

планировочной композиции жилого дома, который стал экспериментальной площадкой для новаций. И по сей день он остается для проектировщика идеальным объектом для выражения своей концепции.

В результате исследования выявлено, что XX в. усилил рассогласования человеческого бытия и сознания, привел к отчуждению человека от природы. Однако многие архитекторы внимательно относились к проблеме контекста, проявляя уважение к существующему ландшафту, возводя на новый уровень традицию взаимодействия архитектуры с окружающей природой, которая не противопоставляет деятельность человека окружающей среде. Архитекторы ищут оптимальные эстетические и эргономические решения, основывающиеся на использовании естественных преимуществ конкретного участка. Это открывает новые возможности в проектировании и отвечает общей тенденции повышения актуальности экологических и энергетических сторон архитектурного проекта.

Значение окружающей среды в архитектуре индивидуального жилого дома по-разному воспринималось архитекторами, приверженцами различных теорий. Значение контекста ставилось во главу угла в теории «органической» архитектуры и «лендморфин-га», а в архитектуре функционализма, модернизма и ряда других зачастую полностью отрицалось.

Все приведенные выше примеры являются тому подтверждением. В каждом конкретном случае архитектор сам определяет взаимосвязь контекста и здания, выражая свою активную позицию.

Статья поступила 12.10.2015 г.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Ёдике Ю. История современной архитектуры. М. : Искусство, 1872.

2. Гидион З. Пространство и архитектура. М. : Стройиздат, 1984.

3. Иконников А.В. Архитектура ХХ века. Утопии и реальность. М. : Прогресс-Традиция, 2001. Т. 1, 2.

4. Певзнер Н. Английское в английском искусстве. Санкт-Петербург, 2004.

5. Рагон М. О современной архитектуре. М. : Изд-во литературы по строительству, архитектуре и строительным материалам, 1963.

6. Фремптон К. Современная архитектура. Критический взгляд на историю развития / пер. с англ. Е.А. Дубченко, под ред. канд. искусствоведения В.Л Хайта. М. : Стройиздат, 1990.

7. B. Aaron, Landscrapers. Building with the land, Thames & Hudson, London, 2002.

8. B. van Berkel, Bos C. UN Studio, Move, UN Studio & Goose Press, Amsterdam, the Netherlands, 1999. (пер. с англ. «Движение»).

9. Natura &Architettura, Departimento di architettura e analisidellacitta + Universitade-glistudi di Roma "la sapienza", Milano, 1993.

10. Pearson D. New Organic Architecture. The Breaking Wave, 2001.

11. Hadid Z. (the complete buildings and projects), Essay by Aaron Betsky, Thames & Hudson Ltd, 2002.

12. Wright F.L. An organic architecture. The architecture of democracy, L., 1939.

Информация об авторе

Красилова Людмила Альбертовна, кандидат архитектуры, доцент кафедры «Основы архитектурного проектирования» тел.: (+7) 8(499)4596749, (+7) (903)1553321, email: Lkrasilova@yandex.ru, Московский архитектурный институт, 107031, Россия, г. Москва, ул. Рождественка, дом 11/4, корпус 1, стр. 4.

Information about the author

Krasilova L.A., candidate of architecture, associate professor, Department of Basis of architectural design, tel.: (+7) (499) 4596749, (+7) (903)1553321, e-mail: Lkrasilova@yandex.ru, Moscow Architectural Institute, 11/4 Rozhdestvenka St., housing 1, building 4, Moscow, 107031, Russia.

УДК 728.1

АРХИТЕКТУРНО-ПЛАНИРОВОЧНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ЗАСТРОЙКИ КВАРТАЛОВ ИНДИВИДУАЛЬНЫМИ ДОМАМИ С ЗЕМЕЛЬНЫМ УЧАСТКОМ В СТРУКТУРЕ КРУПНОГО ГОРОДА НА ПРИМЕРЕ ИРКУТСКА

© Е.С. Ягольник

В статье рассмотрены архитектурно-планировочные особенности формирования застройки кварталов индивидуальными домами с земельным участком в структуре крупного города на примере Иркутска. Исследование проведено с целью выявления характерных условий планировочной организации кварталов сложившейся малоэтажной жилой застройки, с выявлением качественных характеристик обозначенных типов. Застройка индивидуальными домами с земельным участком в структуре города Иркутска занимает 39 % жилых территорий, что составляет большую часть жилого фонда города, в связи с чем исследование её планировочной структуры и понимания особенностей формирования каждого типа в структуре города является актуальным.

Ключевые слова: застройка индивидуальными жилыми домами с земельным участком; квартал; планировочная структура; тип.

ARCHITECTURE-PLANNING ORGANIZATION OF THE QUARTER DEVELOPMENT WITH INDIVIDUAL HOUSES WITH PRIVATE LAND PROPERTY

IN THE STRUCTURE OF A BIG CITY, AT THE EXAMPLE OF IRKUTSK

© E.S. Iagolnik

In the article we consider architecture-planning peculiarities of quarter-development with private houses with private land property in the structure of a big city, at the example of Irkutsk. The research is performed with the aim to find out of peculiar conditions of a planning organization of quarters of the existing low-rise residential development, finding out quality characteristics of the defined types. Development with individual houses with private land property in the structure of the city of Irkutsk takes 39 % of residential areas, which is the most part of the residential city fund, in connection with what the research of its planning structure and understanding the peculiarities of making each type in the structure of a city is really topical.

Key words: development with individual residential houses with private land property; quarte; planning structure; type.

Исследование архитектурно-планировочных особенностей застройки индивидуальными домами с земельным участком проводилось на уровне квартала, так как значительная доля хозяйственных, бытовых, санитарных и других требований со стороны населения (проживающих в застройке данного типа) связаны с кварталом.