Павел Петрович шостаковский: жизнь и судьба эмигранта

М.Н. Мосейкина

ПАВЕЛ ПЕТРОВИЧ ШОСТАКОВСКИЙ: ЖИЗНЬ И СУДЬБА ЭМИГРАНТА

Мосейкина Марина Николаевна - доктор исторических наук, профессор кафедры истории России Российского университета дружбы народов.

История первой волны русской эмиграции, несмотря на продолжающееся ее интенсивное изучение, по-прежнему вызывает неподдельный интерес исследователей. Тем более, если это касается такого региона русского рассеяния, как Латинская Америка, история которой таит в себе еще немало «белых пятен». Сформировавшаяся здесь русская диаспора представляла собой продукт межцивилизационных контактов, включающий в себя историю конкретных людей (субъектов), контактирующих в среде иной цивилизации или постоянно живущих в ней [4, с. 7]. В этой связи изучение личностного аспекта эмиграции, судьбы человека в открытом мире представляется весьма актуальной задачей.

Русское зарубежье в латиноамериканских странах в значительной степени было представлено бывшими военными, инженерами, техническими специалистами, в меньшей степени - деятелями культуры (литераторами, художниками, музыкантами, артистами балета), самореализация которых являлась важным критерием успешности адаптации «русского мира». Одним из его представителей являлся Павел Петрович Шостаковский, чья жизнь может служить примером конструктивной деятельности эмигранта в различных общественно-политических и культурных условиях, завоевания высокого социального статуса и авторитета в принимающих странах.

П.П. Шостаковский родился в 1877 г. в Москве в семье Петра Адамовича Шостаковского - известного музыканта, пианиста, ученика Ф. Листа, основателя Московского филармонического общества, покровителем которого был великий князь Николай Николаевич (старший). П. Шостаковский окончил 1-й Московский кадетский корпус и Александровское военное училище в

Москве. Затем, отказавшись от военной карьеры, он отправился осваивать инженерное дело за границу, где учился вначале в Цюрихе, а потом в Париже. По завершении учебы молодой инженер получил должность начальника петербургского отдела «Международного общества спальных вагонов и европейских скорых поездов». В 1910 г. П.П. Шостаковский - директор Российского таксомоторного общества - организовал собственное дело по поставке русскому военному ведомству оборудования и успел хоть и в незначительной степени снабдить им русскую армию, использующую летательные аппараты в Первой мировой войне.

В годы войны П.П. Шостаковский был произведен в штабс-капитаны и направлен на работу по снабжению Северо-Западного фронта. В эти же годы в Италии, Франции, Великобритании он исполнял обязанности представителя Главного военно-технического управления страны, начальником которого после Февральской революции стал генерал-лейтенант Алексей Владимирович фон Щварц (с которым его сведет судьба уже в эмиграции в Аргентине). После прихода к власти большевиков в 1920 г. П.П. Шостаковский вместе с супругой Евгенией Александровной и приемной дочерью Людмилой выехал через Финляндию в Италию и затем в Швейцарию. Некоторое время после этого он жил во Франции и Италии, затем получил назначение на должность директора «Общества Фиат-Аргентина в Южной Америке» и резиденцию в Буэнос-Айресе. Юрисдикция Общества распространялась на Чили, Парагвай и Уругвай. «Как в Аргентину? Да ты покажи мне по карте, где она находится, -сетовала супруга Павла Петровича, узнав о новом назначении мужа. -Я перезабыла все, что учила о Южной Америке» [9, с. 87]. Так русский офицер, потомственный граф, Павел Петрович Шостаковский со своей семьей первый раз оказался на латиноамериканском континенте. Прожив некоторое время в Аргентине, он заболел тяжелой формой ревматизма и был вынужден перебраться в Чили - страну с сухим горным климатом, где, по мнению врачей, он смог бы избавиться от этого недуга. Здесь Павел Петрович был принят на работу в управление, отвечающее за установку электрической сигнализации на чилийских железных дорогах в качестве переводчика с английского на испанский, которым он самостоятельно овладел. Одновременно он начал писать рассказы, печататься в местных газетах. Супруга Евгения Александровна была музыкантом и профессиональной оперной певицей, некоторое время преподавала в консерватории Сантьяго.

В 1929 г. Шостаковские возвращаются в Европу, оставив в Латинской Америке дочь Людмилу, которая к тому времени вышла замуж за чилийца. Однако в 1936 г. супруги были вынуждены вновь вернуться в Чили, к дочери, у которой не сложилась семейная жизнь, и на руках у нее осталось четверо малолетних детей. Первое, что сделали Шостаковские, приехав в Сантьяго, -это обратили внуков из католической в православную веру и втайне от не-

благонадежного отца навсегда покинули страну, поселившись в Аргентине, где и прожили до 1955 г.

В годы эмиграции П.П. Шостаковский начал заниматься журналистской деятельностью и, по признанию аргентинской исследовательницы М.А. Куб-лицкой, «оставил след в местной печати, русско- и испаноязычной» [3]. Он выступал также с лекциями по истории русской литературы в зарубежных университетах Чили и Аргентины, занимался переводами.

Но в большей степени в испаноязычном культурном мире П.П. Шоста-ковский стал известен прежде всего как писатель, начавший, по его собственному признанию, «литературную деятельность на 50-м году жизни и притом ...на испанском языке» [9, с. 236]. Со временем появился даже «собственный испанский стиль Шостаковского», характерный, по мнению критиков, для всех его произведений.

Первым литературным опытом писателя стала небольшая в сотню страниц книга воспоминаний под названием «Два с половиной года в стране большевиков», которую П.П. Шостаковский издал в 1920 г., еще находясь в Италии. В Чили русский эмигрант сотрудничал с национальными газетами и журналами («La Nacion», «Atenea», «Sur» и др.). В это время выходит из печати его первое художественное произведение - рассказ «Мышь». Вскоре зародилась идея написать солидную книгу, посвященную революционным событиям в России. Так появилась «Русская голгофа. Опыт критики Русской революции». Это была первая за всю историю чилийской литературы книга, изданная тиражом в 2 тыс. экземпляров и распроданная за две недели. Президент Чили Карлос Ибаньес пожелал познакомиться с автором и обратился к нему с личным письмом, в котором отметил «важность этого труда для политиков, государственных деятелей и вождей народов.» [9, с. 241].

В чилийской газете «La Nacion» появились главы и другой книги П.П. Шостаковского «Потонувший мир. Воспоминания о царской России», интерес к которой у южноамериканского читателя был вызван тем, что каждая из ее 12 глав представляла собой картинку русской жизни, раскрывавшую особенности таинственной и непонятной для них «alma eslava» («славянской души»).

В 1929 г. в Мадриде были переизданы некоторые художественные произведения Шостаковского, благодаря чему, по его собственному мнению, он получил от «этой Мекки испанской культуры посвящение в "писатели"» [9, с. 243]. Это открывало возможности для более тесного знакомства начинающего русского писателя-эмигранта с известными деятелями испанской литературы - Вальей-Инкланом, Пересом-де-Айялой и др. В Испании Шостаков-ский работал также над «Русскими рассказами», театральной пьесой-ораторией «Мистерия русской души» и своей третьей книгой «Семь лет в

Южной Америке» (рукопись которой, к сожалению, впоследствии была им уничтожена).

В 1936 г., вновь оказавшись в Чили, Шостаковский пишет «Историю русской литературы от истоков до наших дней» («Historia de la Literatura Rusa desde los origenes hasta nuestros dias»), которой до сих пор пользуются в стране как университетским учебником. Он завершает также перевод на испанский язык «Дневника писателя» Ф.М. Достоевского. Чилийцы высоко оценили писательский талант П.П. Шостаковского и его вклад в дело распространения русской культуры за рубежом: его именем была названа улица в одном из кварталов Сантьяго [7, с. 162].

Переехав с семьей в Аргентину, П.П. Шостаковский продолжил сотрудничество с известными латиноамериканскими печатными изданиями, в том числе с крупнейшей национальной аргентинской газетой «La Nacion», которая рассматривалась в интеллектуальных кругах как нечто «вроде академической кафедры ибероамериканской культуры», осуществлявшей связь с западноевропейскими литературными и художественными кругами. В популярном аргентинском иллюстрированном журнале «^quí está!» («Здесь») П.П. Шос-таковский публиковал рассказы на исторические темы российской жизни («Взятие Казани», «Эпопея Степана Разина», «Пугачевский бунт» и др.), печатал и личные воспоминания о встречах с интересными людьми (Толстым, Чеховым, Куприным, Шаляпиным), что, по признанию автора, давало возможность говорить в общедоступной форме о русской литературе и искусстве [9, с. 301]. На испанском языке в этот период в свет также вышла его «История русского балета в человеческих документах». П. П. Шостаковский стал членом аргентинского Общества писателей, он неоднократно выступал с лекциями по русской литературе в Свободном институте высших знаний. В 1951 г. в Буэнос-Айресе вышел девятый том «Практической энциклопедии Джэксона» («Enciclopedia practica Jackson»), для которой Шостаковский в разделе «Европейская литература» написал статью, посвященную истории языка и литературы славянских стран. Русской литературе, включая ее советский период, автор уделил особое внимание [10, р. 409-432].

Таким образом, включившись в процесс межкультурного диалога с ибероамериканским миром, П.П. Шостаковский посредством печатного слова пытался сохранить связь с Родиной. Он прекрасно осознавал при этом всю важность сохранения национальных духовных ценностей, особенно для молодого поколения, подвергающегося риску денационализации. Но если для подрастающего поколения она представлялась почти неизбежной, то для старшего - утрата русских традиций, ценностных установок и облика представлялась весьма опасной, и ей, полагали они, необходимо было противостоять.

Особую роль в деле сохранения национального начала за рубежом играла Православная церковь, влияние которой в эмиграции проявлялось в различных сферах - образовании, литературе, музыке, архитектуре. Еще будучи во Франции, семья Шостаковских оказалась в числе тех немногочисленных верующих, которые боролись на церковном фронте за верность Московскому патриарху, за каноническое подчинение местоблюстителю патриаршего престола - митрополиту Сергию. В 1931 г. Шостаковские наряду с 25 мирянами и тремя священнослужителями не поддержали решение церковного собора в Париже разорвать связь со своим каноническим главой и уйти «под греческого патриарха». В числе этих трех священнослужителей были епископ Вениамин и два его ученика - иеромонах Стефан Светозаров и Феодор Текучев (возглавивший после войны Аргентинскую епархию Московского патриархата). Как вспоминал П.П. Шостаковский, это был тяжелый момент, когда «патри-архисты» (так называли их внутри русской колонии), разойдясь во мнении с многочисленной эмиграцией, занялись созданием собственного храма: им стал первый патриарший приход в зарубежье - «Подворье трех святителей», где Павел Петрович служил церковным старостой. Этот шаг, по словам П.П. Шостаковского, рассматривался белой эмиграцией как политический вызов, как «первое среди эмигрантской массы организованное выражение лояльности Советской власти» [9, с. 271]. С «большевиками-патриархистами» были разорваны отношения, им перестали кланяться знакомые. Шостаков-ский признавал, что «в условиях эмигрантской жизни это было двойной трагедией» [9, с. 272]. Но несмотря ни на что, оба супруга Шостаковские погрузились в церковную работу, и только необходимость помочь дочери, оставшейся с четырьмя детьми на руках, заставила их покинуть Францию и перебраться в Южную Америку. Для большинства православных, переселившихся за океан, высшей канонической церковной властью являлся бывший митрополит Киевский и Галицкий Антоний (Храповицкий).

Оставаясь всю жизнь глубоко верующим человеком, П.П. Шостаковский в истинно православном духе воспитывал свою приемную дочь Людмилу, а впоследствии и ее детей - своих четверых внуков, которые родились в Чили, но основную часть жизни прожили в Аргентине. Внучка П.П. Шостаковского Сильвия Альбертовна Пелех-Кортес так описывает семейную атмосферу в Буэнос-Айресе: «...В первые годы, по субботам, вечером и утром по воскресным дням дед читал церковную службу, а мы все стояли вокруг и пели... Молитвы и церковная служба глубоко засели в наших детских головках. Мы знали церковную службу, молитвы и церковное пение наизусть»1.

1. Рукопись воспоминаний любезно предоставлена автору С.А. Пелех-Кортес. 198

Начавшаяся в Европе Вторая мировая война и последовавшая затем агрессия нацистской Германии против СССР, как известно, усилили раскол внутри русской диаспоры за рубежом, поставив перед ней проблему нравственного выбора. Большая часть белой эмиграции в странах Латинской Америки составила лагерь так называемых «пораженцев» - сторонников свержения существующего в СССР политического режима любой ценой и любыми силами, включая внешние. «Пораженцы» исходили из наличия двух врагов у России: внешнего - в лице Германии, Японии и внутреннего - большевистской диктатуры. Действуя по принципу выбора - «меньшего из двух зол», делая ставку на Германию, Белая эмиграции видела свой патриотический долг в свержении советской власти с ее помощью и в освобождении России от «антирусского коммунистического Интернационала». Однако новое размежевание не всегда совпадало со старым традиционным идеологическим расколом на политические группы и движения в среде эмигрантов. Нередко убежденные монархисты и даже представители императорской фамилии становились «оборонцами», а люди вовсе без убеждений - «пораженцами».

В Аргентине в числе «оборонцев», поддержавших борьбу своего народа против гитлеровского нацизма, помимо просоветски настроенной части трудовых эмигрантов, оказались генерал-лейтенант А.В. фон Шварц, полковник В.М. Бэк, капитан П.П. Шостаковский со своей семьей и др. Совместно с П. Погодиным Шостаковский в годы войны издавал собственный журнал на испанском языке «Tierra Rusa» («Русская Земля»), первый номер которого вышел 15 ноября 1941 г. в Буэнос-Айресе. В преамбуле отмечалось: «Идея этого скромного издания родилась в кругу русских интеллектуалов - теперь натурализованных аргентинцев, которые испытывают любовь и благодарность к новой родине и полностью осознают свой долг перед аргентинскими гражданами. Сегодня, когда на просторах России решается судьба человечества, а вместе с ним и этого континента, считаем нашим патриотическим долгом рассказать аргентинским соотечественникам, что такое Россия и ее народ. Тем самым мы пытаемся удовлетворить огромный пробудившийся интерес аргентинцев к России, которые не находят объективных ответов на свои вопросы...» [11, p. 2]. В журнале много внимания уделялось освещению истории страны, ее культурных достижений, участию Красной Армии в боях против гитлеровской Германии. С 1 апреля 1943 г. в том же формате и объеме (23 страницы) журнал стал выходить под новым названием «Calvario Ruso» («Русская Голгофа»).

В декабре 1943 г. П.П. Шостаковский возглавил Славянский союз Аргентины - антифашистский центр эмигрантского славянского движения в этой стране, а его дочь и жена работали в Хунте победы, созданной аргентинскими женщинами. Кроме того, П.П. Шостаковский постоянно выступал по радио на волне антифашистского «Вражеского голоса» под именем «полковни-

ка Х.», рассказывая жителям Латинской Америки о событиях на советско-германском фронте.

Раскол по вопросу о «защите отечества» произошел также и внутри паствы Русской православной церкви в Аргентине, глава которой протопресвитер К.Г. Изразцов поддержал идею свержения советской власти и освобождения России от «антирусского коммунистического Интернационала» с помощью гитлеровской Германии. Те же, кто не пошел за отцом К. Изразцовым, обратились к митрополиту Алеутскому и Североамериканскому Вениамину (Фед-ченкову) с просьбой об организации в стране приходов Московского патриархата. Многое сделал для этого лично П.П. Шостаковский, который находился в переписке с патриархом Алексием I и всячески поддерживал позиции Московского патриархата в Аргентине. 29 июня 1946 г. Священный Синод Русской православной церкви Московского патриархата постановил основать Аргентинскую епархию (в 1964 г. к ее названию добавилось слово «Южноамериканская») в составе Алеутского и Североамериканского Патриаршего Экзархата (с 1947 г. - Экзархата Северной и Южной Америки) [5]. Через год усилиями П.П. Шостаковского в Буэнос-Айресе была создана православная Благовещенская община, административно подчиненная Московскому патриархату. На средства, собранные верующими, был куплен дом, который позже перестроили в храм, освященный во имя Благовещения Пресвятой Богородицы - ныне кафедральный храм Аргентинской епархии Московской Патриархии.

После окончания войны и восстановления в 1946 г. дипломатических отношений между СССР и Аргентиной Шостаковские активно сотрудничали с открывшимся в столице советским посольством, принимая участие в различных мероприятиях и выставках. Советский посол М.Г. Сергеев отмечал важную роль Славянского союза Аргентины под председательством П.П. Шоста-ковского в поддержании культурных связей и в распространении в Аргентине «правдивой информации об СССР» [6, с. 182].

А вот каким увидела в те годы П.П. Шостаковского приехавшая в эту страну в качестве работника Внешторга будущий литературовед и переводчица М.И. Былинкина: «Высокий худощавый старец с белой бородой а-ля Лев Толстой, дворянин и петербургский меценат, бывший военный атташе России в Италии. Его семья к этому времени была прекрасно устроена в Буэнос-Айресе. Старший внук Павел работал инженером, младший внук Сергей учился в консерватории. Но Павел Петрович был одержим желанием вернуться в Россию, вернуться во что бы то ни стало и умереть дома.» [1].

Внук Павла Петровича Сергей Альбертович Кортес вспоминает: «Дед подал документы на возвращение в 1948 году. Консул, который получил документы, оказался хорошим человеком. Он спрятал их в ящик и вытащил их

только в 1953 году. В 1955 пришло разрешение вернуться за подписью Ворошилова» [2].

Однако путь в Москву или Ленинград для них был закрыт. Шостаковские (Павел Петрович с супругой, дочерью и тремя взрослыми внуками), как и многие реэмигранты той поры, поселились в Белоруссии, в Минске. При этом репатрианты из Латинской Америки сразу же столкнулись с тем, что для жителей Советского Союза тот уровень благосостояния, который существовал, в частности, в Аргентине в период экономического бума 1940-х годов, был совершенно недосягаемым. Реэмигранты остро почувствовали несоответствие своих представлений о Родине и тому, что декларировалось советской печатью за рубежом. В результате, часть из них в дальнейшем вернулась за океан [8, с. 88].

О своем решении вернуться на Родину П.П. Шостаковский писал так: «И возвращался я домой. не из какой-нибудь нужды или материальных затруднений, не в поисках житейских благ. Нужды такой не было, а благосостояние мое меня вполне устраивало. Я слушал веление сердца, отзывался на духовный запрос. Все звало меня: "Домой! На Родину!"» [9, с. 355].

Члены семьи Шостаковских, несмотря на многочисленные бытовые трудности, смогли адаптироваться к новым, сложным условиям советской действительности. Павел Петрович к тому времени был уже пенсионером. Он вернулся к литературной деятельности и успел закончить свои воспоминания «Путь к Правде» [9], в которых нашли отражение история личной жизни, семьи и тот трудный и долгий «путь к Правде» русского офицера-реэмигранта, который привел его обратно на Родину (Павел Петрович скончался в 1962 г.). Его жена и дочь преподавали в Минском государственном педагогическом институте на факультете иностранных языков. Внучка Сильвия (Серафима) трудилась до последнего времени в том же институте секретарем. Внук Павел трудоустроился на Минском камвольном комбинате.

Но наиболее удачно сложилась судьба второго внука П.П. Шостаковско-го Сергея Альбертовича Кортеса, который стал признанным музыкантом. Он окончил композиторский факультет Белорусской государственной консерватории, затем аспирантуру, в разные годы заведовал музыкальной частью драматических театров в Белорусской ССР, был главным музыкальным редактором «Беларусьфильма». А потом возглавлял оперные театры Беларуси. Сегодня С.А. Кортес - народный артист Беларуси, во многом благодаря которому белорусская опера пользуется широкой известностью во всем мире. Он - автор опер «Джордано Бруно», «Матушка Кураж», «Визит дамы», «Юбилей», «Медведь», музыки к театральным постановкам и кинофильмам.

Завершая рассказ о сложной и чрезвычайно насыщенной событиями жизни Шостаковских, уместно привести заключительные слова из книги мемуаров главы семьи: «.Не зря все же прожита жизнь. есть в завоеваниях

моей страны хоть маленькая частица того, что внесли Шостаковские. И вносят! И будут вносить!» [9, с. 356].

Литература

1. Былинкина М.И. Всего один век. Хроника моей жизни // http: //coollib.net/b/152369/read =1

2. Вайткун А. «Личное дело» // http://news.tut.by/culture/246224.html (сайт «ТУТ. BY. Белорусский портал»)=2

3. Кублицкая М.А. Русская периодическая печать в Аргентине в ХХ веке. Новая редакция, переработанная и дополненная. Дата публикации: 20 апреля 2011 г. // http://www. emigrantika.ru/publications/840-kublickaja=3

4. Латиноамериканские диаспоры в США. Цивилизационные характеристики / Отв. ред. Б.И. Коваль. - М., 2000. - 116 с.

5. Паласио Мигель. 15 лет в Латинской Америке // http://rusecuador.ru/content/russko yazychnye-smi-ob-ekvadore/7447-15-let-v-latinskoj-amerike.html=5

6. Сергеев М.Г. Воспоминания первого советского посла в Аргентине // Россия, СССР-Аргентина: 100 лет отношений. Сборник статей. - М., 1985. - С. 173-187.

7. Ульянова О., Норамбуэна К. Русские в Чили. - Santiago, 2009. - 423 c.

8. Шабельцау С.В. Белырусы у Аргенщне: грамадская дзейнасць i рээм^ацыя у СССР (1930-1960-я гг.). Зборшк дакументау i успамшау. - Мшск, 2009. - 368 с.

9. Шостаковский П. Путь к Правде. - Минск, 1960. - 356 с.

10. Enciclopedia practica Jackson. Conjunto de Conocimientos para la Formacion Auto-didacttica. Tomo IX. - Buenos-Aires, 1951. - 460 р.

11. Tierra Rusa. - Buenos-Aires. - 1941. - № 1 (15 de noviembre). - 23 р.