Лидеры России и Германии защитили докторскую

Санкт-Петербургский университет в присутствии президента России Владимира Путина проявил инициативу, облачив в мантию почетного доктора канцлера ФРГ Герхарда Шредера. Президент России инициативу одобрил, и более того, поблагодарил ученых за заботу о своем коллеге.
       Это произошло довольно ранним утром при более или менее большом стечении народа. Впрочем, посторонних не было. Почетные доктора, съехавшиеся со всего мира, и студенты, отобранные со всех факультетов.
       Ректор Санкт-Петербургского университета Людмила Вербицкая рассказала о том, как трудно шел Герхард Шредер к этой мантии:
       — Ребенок, выросший без заботы погибшего на фронтах войны отца...
       Ну неужели нельзя было хоть в этот праздничный день удержаться? Да, не они победили в той страшной войне. Но ведь, как постепенно выясняется, и не мы.
       — Как трудно было мальчику пробить себе путь к жизни...
       Видимо, Людмила Вербицкая была в курсе и насчет того, как проходили роды у мамы федерального канцлера. Непросто ему было и в дальнейшем. Да и вообще, как я понял, настоящее чудо, что Герхард Шредер сидел сейчас рядом с нами в этом довольно душном зале и немного растерянно и приветливо улыбался окружающим его людям.
       Вспотел в своей мантии и менторке с хвостиком, свисающим прямо на лоб, декан юридического факультета, добродушный, интеллигентный улыбчивый человек. Впрочем, может быть, он просто немного волновался. Декан, словно извиняясь, что приходится говорить о таких деликатных вещах, перечислил привилегии, которыми обладает почетный доктор с правом решающего голоса (представлять интересы факультета без разрешения декана, беспрепятственно проходить на факультет, пользоваться библиотекой и пенсией по старости в размере 300 евро), и добавил, что есть и другие права и привилегии, о которых он скажет канцлеру в приватной обстановке. И хоть бы слово об обязанностях!
       Ректор университета повесила на грудь канцлеру цепь с тяжелым знаком и сказала, что этот знак есть только у трех человек: у декана, Владимира Путина и канцлера ФРГ. Наступил черед мантии и менторки. Все подошло, и это дало повод пустить в ход еще одну громоздкую заготовку:
       — Вот видите, господин канцлер, какого уровня наши криминалисты, что определили размер вашей головы по фотографии.
       А вообще-то следует признать, что все вышло довольно трогательно.
       — Владимир Владимирович, у вас нет желания выступить? — улыбнувшись, почти жалобно спросил декан.
       Похоже, это было единственное мероприятие за два дня, на котором не планировалось выступление Путина.
       — Я хочу поблагодарить университет за это решение,— не отказал президент в этой маленькой любезности.— Это действительно инициатива самого университета. Да ведь и правда самого университета!
       Не надо было ему так горячо убеждать всех в этом. Чем энергичнее он это делал, тем меньше верилось.
       Потом Владимир Путин обратил внимание на сидящего в зале президента Франции и рассказал, что накануне вечером за обедом они много шутили, в том числе и о том, как Жак Ширак обидится, что все будут завтра чествовать канцлера Германии.
       — Я уверен, впрочем,— оговорился Владимир Путин,— что президент Франции относится к числу тех людей, которые глубоко чувствуют связь времен и народов... И хотя сегодняшнее решение не масштабное международное событие...
       Да уж, не война в Ираке. И дальше российский президент заговорил именно о ней и о все возрастающей и возрастающей роли ООН. В этом зале явно не хватало теперь еще одного человека. Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан тоже очень хотел приехать на этот саммит, сам дал телеграмму, что будет, если никто не против, но в последний момент, видимо, нервы все-таки сдали, и он извинился, что погорячился (похоже, позвонили ему откуда-то сверху).
       Потом с коротким ответным словом выступил господин Шредер, поблагодарил и сказал, что на пенсию по старости пока не собирается, но за предложение поблагодарил. Неужели воспринял как обидный намек?
       — Больше шпасибо! — закончил он условно по-русски. Кажется, не обиделся.
       Да и президент Франции совершенно не выглядел обиженным. Более того, он выглядел как человек, которому очень нравится, что ему не вручили мантию почетного доктора Санкт-Петербургского университета.
АНДРЕЙ Ъ-КОЛЕСНИКОВ